/ / Language: Русский / Genre:nonf_publicism,

Литературная Газета 6335 № 31 2011

Литературка ЛитературнаяГазета

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/

Расписание на завтра

Первая полоса

Расписание на завтра

Да, конечно, 1 сентября – это цветы и улыбки, духоподъёмные речи учителей, взволнованные лица родителей. Да, это праздник, но почему-то хочется добавить – «со слезами на глазах». И не только у чувствительных мам и бабушек, отправляющих своё чадо в 1-й класс. У всех, кто так или иначе соприкасается с проблемами нашей нынешней школы. Праздничные слова, конечно, звучат, но их всё сильнее заглушает чувство тревоги: к чему приведут в ближайшие годы затеянные в системе образования реформы? Не получится ли по известному присловью – «хотели, как лучше, а получилось, как всегда»?

Известна одна тревожная цифра, характеризующая ситуацию в системе образования: всего лишь 5% выпускников педвузов, получив диплом, отправляются работать в школу. Остальные 95% ищут себе применение в других сферах нашей жизни. Почему? Не потому ли, что труд учителя, особенно за пределами российских мегаполисов, вознаграждается чуть ли не нищенской подачкой, унижающей современного молодого человека?

Эта болезненная проблема больше всего отражается на состоянии сельских школ, а их у нас в стране больше половины – 60%. Кроме нехватки учителей там, то есть на всё ещё огромной нашей территории, ученикам отдалённых деревень и посёлков трудно добраться до школы из-за отсутствия исправного транспорта. И именно сельские школы чаще всего оказываются не обеспеченными компьютерами, без которых немыслим сейчас полноценный учебный процесс.

Складывается впечатление, что громкие, вызывающие шквал критики реформы, идущие в системе образования, словно бы ориентированы не на всю страну, а только на категорию привилегированных городских школ. Не потому ли поспешность в введении пресловутого, успевшего себя скомпрометировать ЕГЭ, слепое копирование опыта западных стран, попытка отодвинуть гуманитарные предметы на обочину учебного процесса привели к тому, что сейчас главным ориентиром учёбы становится утилитарная цель – подготовить молодого человека к функционированию в рыночной экономике. К более или менее грамотному заполнению налоговой декларации – всего лишь.

Именно поэтому острое чувство тревоги вызывают новые, упорно насаждаемые стандарты обучения – не приведут ли они к тотальному разрушению системы образования?

Об этом – материалы нашей традиционной полосы «Гуманитарий»:

Валентин НЕДЗВЕЦКИЙ

     Гонители и гонимые 2

Татьяна НАБАТНИКОВА

     Последняя надежда 3

Николай АЛЕКСАНДРОВ

     А золото уходит 4

 

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 8 чел. 12345

Комментарии: 01.09.2011 21:13:58 - Владимир Павлович22 Ромов пишет:

Образование уже давно развалено. По нелетающим ракетам видно...

31.08.2011 11:14:25 - Нидвораев Николай пишет:

Спасение -- в рокировке!

Спасение в том, чтобы братьев Фурсенок поменять местами. Младшего снять с футбола и бросить на образование, а старшего послать на кормление в РФЛ. Если учителям станут платить, как футболистам, все выпускники педвузов тут же вернутся в школы. Ну, а футболу нашему уже ничего не страшно - покойники не болеют.

Пионеру русского кинематографа

Первая полоса

Пионеру русского кинематографа

 

ЧТОБЫ ПОМНИЛИ

На Пушкинском бульваре Ялты в рамках ХII Международного телекинофорума «Вместе»  открыт памятник одному из пионеров русского кинематографа, основателю Ялтинской киностудии Александру Ханжонкову (1877–1945). Авторы – скульпторы Геннадий и Фёдор Паршины.

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Поэтические чтения в столице

Первая полоса

Поэтические чтения в столице

МОСКОВСКИЙ  

  ВЕСТНИК

Людмила ШВЕЦОВА, заместитель мэра Москвы в правительстве Москвы по социальной политике

В День города в этом году у памятников русским поэтам, прозаикам, бардам решено провести праздники «Москва литературная». За суетой будней последних лет как-то незаметно стала сходить на нет одна из примечательных сторон духовной жизни москвичей – любовь к поэзии, песне. А ведь она утверждалась не в одночасье, а столетиями. Люди старшего поколения хорошо помнят, как в 60–70-е годы минувшего века на выступления поэтов в Политехническом музее, у памятника Владимиру Маяковскому собирались не сотни, а тысячи влюблённых в поэзию людей.

Всё в Москве пропитано стихами,

Рифмами проколото насквозь…

Такое свидетельство оставила наблюдательная Анна Ахматова, любившая гостить в нашем городе.

Документы истории донесли до современников, в какое всероссийское торжество вылился день 6 июня 1880 года, когда на Тверском бульваре открывался памятник Александру Сергеевичу Пушкину.

Ф.М. Достоевский, И.С. Тургенев высказали тогда столько сокровенных и провидческих мыслей, которые и сегодня возвышают наши национальные гордость и достоинство.

Учитывая самые разные поэтические пристрастия москвичей – от Пушкина до Окуджавы, – предлагаемая программа «Москва литературная» адресуется тем жителям города и гостям столицы, кто и сейчас не потерял интереса к стихам, бардовской песне. Но она же ставит своей целью увлечь молодёжь, пытливую, ищущую, отзывчивую на образное слово как классиков, так и современных творцов. Совместно со столичными музеями, общественными деятелями, представителями театральной и музыкальной общественности у установленных на площадях, бульварах, улицах Москвы памятников в этот день прозвучат любимые стихи и мелодии. Современные прозаики и поэты познакомят со своими произведениями. Более того, присутствующим зрителям будет предоставлена возможность и самим выступить с чтением стихов, исполнением песен.

Не ставя своей задачей познакомить читателя со всей обширной программой литературного праздника, остановлю внимание лишь на отдельных моментах, объясняющих, почему организаторы избрали те или иные адреса и где будут проходить поэтические чтения.

Александр Сергеевич Пушкин, как известно, – коренной москвич. С него и начнём рассказ. В столице более ста мест связано с пребыванием поэта. В храме Большого Вознесения на Никитской состоялась его свадьба с Натальей Гончаровой. Это событие нашло отражение в двух скульптурных парных портретах. У памятника А.С. Пушкину и Н.Н. Гончаровой – «Наталья и Александр», расположенного на Арбате, д. 53, и будет проходить одно из поэтических чтений. В седьмой главе «Евгения Онегина» Александром Сергеевичем с любовью описаны впечатления от встречи с Первопрестольной, её Тверская улица. И здесь же в его сердце родились строки, которыми мы всегда дорожили, дорожим и будем дорожить:

Москва… как много в этом звуке

Для сердца русского слилось!

Как много в нём отозвалось!

Михаил Юрьевич Лермонтов, кому памятник установлен у Красных Ворот, также по рождению и духу наш земляк. В Москве великий поэт создал более сотни стихотворений, несколько поэм, три драмы, им написано здесь множество акварелей и рисунков. 2 сентября 1832 года в письме к Марии Лопухиной Михаил Юрьевич признавался: «…Москва моя родина и такою будет для меня всегда: там я родился, там много страдал и там же был слишком счастлив!..» Эти же чувства им выражены в поэме «Сашка» так, что они афоризмами вошли в нашу повседневную речь:

Москва, Москва!.. люблю       тебя, как сын,

Как русский, – сильно,

               пламенно и нежно!

Люблю священный блеск

          твоих седин

И этот Кремль зубчатый,

    безмятежный…

Поэтический праздник и будет проходить у памятника Лермонтову.

Местом ещё одного литературного действа избран памятник Николаю Васильевичу Гоголю, установленный у Дома-музея Н.В. Гоголя на Никитском бульваре, д. 7а.

Кто-то может задать удивлённый вопрос: почему у Гоголя? Он же прозаик, не поэт? Но стоит только перечитать в его произведениях лирические отступления о Руси, птице-тройке, о Днепре, как сразу улетучивается сама тень сомнения. Ибо это – подлинные стихотворения в прозе.

Наш город воспринимался Николаем Васильевичем как сердце России, он буквально притягивал его к себе. «Москва – моя родина», – замечал писатель в письме к С.Т. Аксакову в 1841 году. А В.А. Жуковскому в 1846 году писал: «В Москву ты приедешь, как в родную свою семью. Она предстанет тебе желанной пристанью». И в конце жизни автор «Мёртвых душ» определял для себя только два города, в которых хотел бы жить. Это – Москва и Рим.

Что-то созвучное находим и в известных строчках Владимира Маяковского:

Я хотел бы жить и умереть в Париже,

Если б не было такой земли – Москва!

Это заявлял поэт, ставший глашатаем новой эпохи, мечтавший о строе, «где будет много стихов и песен». Пожалуй, именно Маяковский оставил подсказку организаторам нынешних поэтических чтений у памятников славным сынам и дочерям отечественной литературы. В стихотворении «Юбилейное» поэт, придя на Тверскую, запросто заводит разговор с памятником Пушкину как с живым своим современником:

Александр Сергеевич, разрешите

представиться, Маяковский.

Дайте руку!

.........

Я люблю вас, но живого, а не мумию.

Навели хрестоматийный глянец…

.........

На Тверском бульваре очень к вам

привыкли.

Ну, давайте, подсажу на пьедестал…

Чтения состоятся у памятника В.В. Маяковскому, который находится у Музея В.В. Маяковского в Лубянском проезде, д. 3/6.

Маяковский был неодинок в таком общении с памятником Пушкину. Его современник, проникновенный лирик Сергей Есенин поступал так же:

Мечтая о могучем даре

Того, кто русской стал судьбой,

Стою я на Тверском бульваре,

Стою и говорю с собой.

.........

И в бронзе выкованной славы

Трясёшь ты гордой головой,

А я стою, как пред причастьем,

И говорю в ответ тебе:

Я умер бы сейчас от счастья

Сподобленный такой судьбе.

Так разговаривал Сергей Александрович с Пушкиным в 1924 году, за год до своей трагической кончины. Судьба распорядилась, что ему памятник установлен на том же Тверском бульваре, на совсем небольшом расстоянии от памятника Александру Сергеевичу Пушкину. Любители поэзии, артисты, современные литераторы встретятся 4 сентября именно там.

А в это же время в Борисоглебском переулке, д. 6, рядом с памятником Марине Ивановне Цветаевой, возле Музея Марины Цветаевой, соберутся почитатели её удивительного таланта. Напомним, какие нежные строки оставила о Москве поэтесса:

У меня в Москве – купола горят,

У меня в Москве – колокола звонят,

И гробницы, в ряд, у меня стоят, –

В них царицы спят и цари.

И не знаешь ты, что зарёй в Кремле

Легче дышится – чем на всей земле!

И не знаешь ты, что зарёй в Кремле

Я молюсь тебе – до зари!

Ещё два праздника поэзии пройдут на Страстном бульваре, у памятника В.С. Высоцкому, и на Арбате, у памятника Б. Окуджаве, и, конечно, по Садовому кольцу пройдёт легендарный «Синий троллейбус», «чтоб всех подобрать потерпевших в ночи…», с музыкально-поэтическими бардовскими одами Москве.

Хочется верить, что эта добрая инициатива коллективов наших музеев, поэтов и артистов к Дню города положит начало хорошей традиции и поэзия станет всё сильнее захватывать души москвичей.

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 3,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

C Днём города!

Первая полоса

C Днём города!

Приглашаем на ежегодный Фестиваль московской прессы. Ставший традиционным, любимый москвичами праздник соберёт 4 сентября на Пушкинской площади журналистов, артистов, читателей. Читатели смогут задать вопросы редакторам и авторам популярных изданий. Для тех, кто пока слишком мал, чтобы читать газеты, будет работать детская площадка. Всё время проведения фестиваля будет продолжаться большой праздничный концерт.

«ЛГ» приглашает вас на Пушкинскую площадь оформить подписку на 2012 год по льготной цене и принять участие в беспроигрышной лотерее. Также для истинных любителей чтения в 13.00 в подписном пункте «ЛГ» будет проведена «Литературная викторина». Победителям викторины вручат памятные призы.

Ждём вас 4 сентября с 10.00 до 17.00 на Пушкинской площади.

***

«ЛГ» приглашает всех желающих принять участие в праздновании Дня города 4 сентября с 14.00 до 17.00 в поэтических чтениях «Москва литературная».

Сценические подиумы будут установлены у восьми памятников знаменитым поэтам и прозаикам: памятник Есенину (Тверской бульвар); памятник А. Пушкину и Н. Гончаровой – «Наталья и Александр» (Арбат, 53); памятник М.Ю. Лермонтову (пл. Красные Ворота); памятник В. Маяковскому у Музея В. Маяковского (Лубянский проезд, 3/6); памятник В.C. Высоцкому (Страстной бульвар); памятник М.И. Цветаевой (Борисоглебский переулок, 6); памятник Б. Окуджаве (ул. Арбат); Мемориальный музей научная библиотека «Дом Гоголя».

В День города там будут звучать строки из знаменитых поэтических и прозаических текстов. Причём не только в исполнении известных актёров, музыкантов, писателей. Выйти на площадку и прочесть любимые стихи сможет любой желающий.

С праздником, дорогие москвичи!

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

24-я Московская международная книжная выставка-ярмарка

Первая полоса

24-я Московская международная книжная выставка-ярмарка

Приглашаем вас посетить 24-ю Московскую международную книжную выставку-ярмарку, крупнейший в России книжный форум международного масштаба, который пройдёт с 7 по 12 сентября 2011 года на территории Всероссийского выставочного центра, в павильоне № 75.

Ежегодно выставку-ярмарку посещают более 200 тысяч книголюбов, где читателю всегда уделяется особое внимание. Широчайшая программа авторских встреч предназначена всем посетителям ММКВЯ.

Ежедневно на стенде «Литературной газеты» (D-54, зал А) можно будет оформить подписку на 2012 год по самой льготной цене и приобрести книги, выпущенные «ЛГ». Гостей нашего стенда ждут интересные встречи с коллективом и авторами и другие приятные сюрпризы!

11 сентября в 13.00 приглашаем в конференц-зал № 2, где состоится встреча главного редактора Ю.М. Полякова с читателями и пройдёт презентация книги «Три века «Литературной газеты».

До встречи на ВВЦ, в павильоне № 75!

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Фотоглас

Первая полоса

Фотоглас

 Республика Абхазия выбрала нового президента. В минувшую пятницу победу одержал вице-президент Александр Анкваб (54,8%). Он намерен работать в направлении более тесной дружбы и сотрудничества с Россией.

Открытие IX фестиваля отечественного кино «Московская премьера» состоялось в Киноцентре на Красной Пресне, который оснащён новейшей системой кино- и видеопоказа и одним из самых больших экранов в Москве. Режиссёр анимационного кино Гарри Бардин (слева) и фотограф Игорь Гневашев (справа) на церемонии открытия фестиваля.

В Санкт-Петербурге проходит X Международный биеннале современного искусства «Диалоги». В ЦВЗ «Манеж» среди других представлена работа Райнера Ридлера. Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Заветы Петра Струве

События и мнения

Заветы Петра Струве

ХОРОШО!

Анатолий САЛУЦКИЙ

Если учесть быстрорастущий интерес читателей к рубрике «Хорошо!» (мнения форумчан я приведу в следующей колонке), настала пора от конкретных фактов перейти к принципиальным позициям, обязывающим каждого порядочного человека в переломные дни отечественной истории не хулить в бесконечном сладострастии государство за неизлеченные пороки и неизбежные просчёты, а критиковать их честно, конструктивно, с болью душевной и уж, конечно, вдвое радостно подмечать благие перемены на наших просторах.

Впрочем, начну всё же со свежих фактов. По Енисею доставили к Саяно-Шушенской ГЭС новые турбины питерской сборки, куда современнее прежних, рассчитанные на 60-летний срок службы. В Арктику впервые вывели плавучую буровую платформу ледового класса, самую большую в мире, – такие гигантские сооружения уже с 1 января 2012 года помогут России осваивать богатства подводных северных недр. На МАКСе предстал прототип истребителя пятого поколения, не на земле – в небе. А ещё не грех добавить, что одна за другой входят в строй новейшие энергетические установки, экономичные и экологичные. По этой части год станет рекордным, и сие означает, что опережающе создаётся база для индустриального развития.

Разумеется, как обычно, перечень можно продлить. Но пора переходить к вопросам принципиальным, сущностным, тем более времена настают предвыборные и умение толково разбираться в политике может оказать серьёзное влияние на предпочтения избирателей.

А что значит разбираться в политике? Нет, речь не о партийных пристрастиях. Ещё сто лет назад об этом написал замечательный знаток русской жизни Пётр Струве – да так написал, что его идеи и сегодня злободневны, просятся в любой спич государственного деятеля, радеющего о пользе Отечества, ибо в них слышна поступь истории.

Дело в том, что Струве, обладавший острым историческим чутьём, очень мудро разделил политику на две составные части – политику власти и политику общества. «Политика общества, – писал он, – определяется тем духом, который общество вносит в своё отношение к государству… В связи с различными влияниями в русском обществе развивается и разливается враждебный государству дух». И далее: «Политика общества должна противогосударственному духу противопоставить новое политическое и культурное сознание государственной мощи… Великая Россия для своего созидания требует от всего народа, и прежде всего от его образованных классов, признания идеала государственной мощи. Ибо созидать великую Россию – значит созидать государственное могущество на основе мощи хозяйственной».

Очень точное наблюдение Петра Струве побуждает задать колючие, но необходимые сегодня вопросы. Кто вносит в общественное сознание враждебный государству дух и зачем? Ведь понятно, что нормальная, конструктивная критика власти не только полезна, но и целительна. Однако же совсем иное дело – противогосударственный дух, которым насквозь пропитаны многие СМИ и значительная часть Интернета. Откуда он? О каких сегодняшних влияниях в русском обществе мог бы сказать в этой связи Струве, будь он нашим современником? Кто они, теперешние смердяковы, желающие погибели Русскому государству?

Наконец, почему разъединяющему людей антигосударственному духу, разлитому в обществе, особенно в образованной его части (как точно сказано!), не противопоставляют концептуальный ответ те, кто по служебному долгу обязан разъяснять азбучные идейные истины, о которых писал Струве, и работать над «переменой в направлении умов», о которой говорил Герцен?

Этот ряд вопросов бесконечен. Однако в совокупности они говорят об одном: безудержная и модная в наши дни критика государства (порой под видом критики власти) на самом-то деле, как верно подметил Струве, отражает вовсе не стремление изжить недостатки, к чему стремятся честные люди, болеющие за Отечество, а служит проявлением антигосударственного духа той части общества, которая сегодня задаёт тон в СМИ и Интернете. Вовсе не государство как таковое раздражает сих «властителей дум». Нет, их не устраивает работа по созиданию великой России на основе хозяйственной мощи.

А в наши дни великая Россия, кому бы это ни было в досаду, всё же начинает воссоздаваться. Именно тем путём, на который указывал Струве, – через рост экономики. Да, пока возрождение не носит системного характера, идёт как бы точечный процесс. Но минет два-три года, и на Русской площади точки роста начнут сливаться в мощные отрасли, в кластеры, в инновационные регионы. Всё крепче становится российский хребет. И логично, что первыми почуяли грядущее возрождение государственной мощи именно те, кому великая Россия поперёк горла. Вроде двух анонимщиков с форума «ЛГ», присвоивших себе немудрящие зоологические клички – Собакин и Москит. Об умственном одичании этих обывателей хорошо говорит язык их общения. Собакин: «Хочется верить во что-то большое и светлое как литр водки. Хочется чего-нибудь такого». Москит: «Опять-таки пжалста ванятка. Вот тебе Такое». И далее следует перечень первых мест, которые занимает Россия в мире, – по числу умерших от пьянства, рождённых вне брака, суицидов среди детей, заболеваний психики и т.п. Не говорю о том, что эти данные, долженствующие свидетельствовать, будто Россия едва висит на подножке жизни, – груша на вербе, – нарочно сработаны за рубежом для принижения России. Но хуже, что их с восторгом тиражирует некий Москит, пользующийся современными средствами коммуникаций, добиваясь всеобщего помутнения рассудка, отравляя всё вокруг антигосударственным ядом. «Ванятка», «пжалста»… Неужто не ясно, какая вопиющая безответственность, какое сволочное равнодушие к своей стране то ли по умыслу, то ли по врождённой склонности сквозят за непотребным словесным блудом горе-старальщиков?

Увы, запретить нельзя. Но, простите за жаргон, и лохами быть непростительно, кроликами, которые думают, что они просто занимаются любовью, не подозревая, что их разводят для продажи. «Политика общества должна противогосударственному духу противопоставить новое политическое и культурное сознание государственной мощи…» Верно и бесспорно! Спроста ли спустя десятилетия после Струве президент США Рейган заявил: «Мира можно добиться только за счёт увеличения нашей мощи»?

В общем, вопрос: «Хорошо или плохо?» – сегодня уже не сводится к набору разноречивых фактов. Игра пошла по-крупному, загляд в прошлое ныне неотделим от загада на будущее, речь идёт о драме национального духа. Одни верят в Российское государство, даже критикуя его, и радуются росту его хозяйственной мощи. Других, увы, задающих интернет-тон, страшит перспектива быстрого российского роста.

Для каждого порядочного человека настало время думать и думать. Но известно: только великие цели затрагивают миллионы сердец. И разве возрастание государственной мощи России не является такой целью? Разве не прав был Ильин, утверждавший, что Россия возродится через государственную честь? И не пора ли на фоне растущей экономики формировать новое державное сознание? А если этот важнейший вопрос игнорирует кремлёвская бригада, то не начать ли каждому с себя, доказав, что душевное тяготение к созиданию мощного государства посильнее, нежели противогосударственные потуги «властителей дум», до зубов вооружённых супертвиттерами?..

Точка зрения авторов колонки может не совпадать с позицией редакции

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 2,3 Проголосовало: 29 чел. 12345

Комментарии: 07.09.2011 15:03:27 - Александр Иванович Чехонин пишет:

Хоть автор и делает оговорку, что не всякая критика плоха и пр., но суть остаётся прежней. Хто не одобряет, тот "антигосударственник". Прямо-таки "Вечный зов"! "Антигосударственная деятельность", "антипартийная группа"... Чего мелочиться! Давайте уж сразу: "Враги народа"! К сожалению, заявленная автором претензия на "объективность" не сработала. Худшими временами запахло. Была ещё у фашистов "великая" идея корпоративного государства. Чуть что–"Как, он против величия Нации?!" Далеко зайдём.

05.09.2011 18:06:33 - Родамiр пишет:

ОТЛИЧНАЯ СТАТЬЯ! ПОБОЛЬШЕ ТАКИХ!

04.09.2011 15:46:35 - Вячеслав Алексеевич Горшков пишет:

Четыре вопроса

Задача капитана и команды не отмечать успешно пройденные рифы (хотя это и «хорошо»), а в том, что бы предвидеть будущие мели, штормы, айсберги и сформировать стратегию управления кораблем. В этой связи четыре вопроса.1. Совпадает стратегия реформы образования с вектором модернизации страны? 2. Сможем и мы решить проблему (а если сможем, то как) обвального падения (вплоть до 20-22 года) числа 18-летних и всей возрастной группы 20-30 лет? 3. Каков Ваш прогноз на сокращение диапазона в развитии науки в России и США хотя бы до уровня 80-х годов? ____ Конечно, с приведенными лозунгами П.Струве не поспоришь. Но в этом же номере ЛГ в интервью «Великий китайский путь» А. Кобзевым приведен работающий в Китае замечательный принцип «результат достигается правильным сочетанием разумного планирования сверху с развёртыванием стихийных инициатив снизу». В вязи с этим 4-й вопрос : Когда же у нас этот принцип станет доминирующим и когда начнет изменяться сама атмосфера культурной, экономической, политической жизни (см. в этом же номере статью А Бунича «Переменить атмосферу»).

03.09.2011 03:58:03 - Юрий Алексеевич Кузнецов пишет:

О "государственной мощи".

Разделяя мнение А.К.Баринова,хочу задать один вопрос : - Анатолий Самуилович,а где Вы видите сию "государственную мощь"? Речей об этом - не спорю - хватает под завязку.В том числе и на самом высоком уровне. А вот дальше речей?Что-то хорошее делается - строится,созидается,спора нет. А вот прибыли от всего этого хорошего - в чей карман пойдут,в какие оффшоры утекут в очередной раз ? И где та государственная мощь,способная заставить эти миллиарды работать на укрепление государства,на улучшение жизни граждан этого государства ? В предыдущей своей колонке Вы,Анатолий Самуилович,упоминали Столыпина. Ну и где же в нашей действительности Вы видите деятелей такого масштаба? Ау Столыпины,Горчаковы,Витте! ... Тишина. Один Чубайс за всех отзывается. А Президент своим предложением "доприватизировать то,что еще недоприватизировано" ещё раз расписался в неспособности государства справиться даже с теми остатками советской - действительно - мощи,кои ещё недоразграблены и недораспроданы._____Хочу поблагодарить Вас,Анатолий Самуилович,за внимание к комментариям и к баталиям на форуме,в том числе и за упоминание Вашего покорного слуги в предыдущей колонке(хотя и не совсем о том я писал,но всё-таки...). А вот по поводу форума -мне кажется,всё не совсем так мрачно.Я внимательно слежу за полемикой на форуме,и если от личности,скрывающейся под ником "Собакин"действительно кроме малоаргументированного антисоветского (подчёркиваю)флуда мало что исходит,то Москит- человек,коему вправду "за державу обидно". Да и речи о "сработанных за рубежом данных"- что-то это удивительно напоминает не лучшие пропагандистские клише советских времён. Вот парадокс - активно проедая советское наследие,при каждом удобном случае пользуясь приёмами советской идеологии,мы этот же "совок" отчаянно хаем. O tempora , o mores !

02.09.2011 11:33:01 - Александр Константинович Баринов пишет:

Автор сегодня приводит цитату П.Струве, сказанную в царской России. Вот бы привёл он её в советское время. Тогда он видимо был враждебен государству и не сильно был озабочен прирастанием государственной мощи. А теперь он призывает радоваться крупнейшей добывающий платформой в Арктике, вводом новых энергетических мощностей. Этому надо было радоваться в советское время, а сейчас что снизятся цены углеводороды или энерготарифы для населения ? Нет богатые станут богаче, а остальным то, что радоваться. Неужели эта простая мысль не доходит до автора, что за двадцать лет радости по поводу государственных успехов - Россия не достигла уровня экономического развития 1990 года. Если при уменьшении экономического потенциала кто-то стал жить лучше, то только потому что другие на эту же величину стали жить хуже, а некоторые просто перестали жить.

01.09.2011 18:58:23 - Stanislav Alexandrovich Krechet пишет:

Конечно, хорошо

То, что хорошо, это хорошо, о чём тут спорить? Обобщений автор не производит, за него это пытаются делать некоторые комментаторы. Мне непонятно, почему захотелось ехать в Голландию или Люксембург, если появились хорошие признаки промышленного развития нашей страны? Правда, так много вокруг плохого, что порой усталость берёт верх и хочется ругаться, но то, что хорошо - ЭТО ХОРОШО!

01.09.2011 11:52:40 - Антон Михайлович Малков пишет:

И еще дополнение

Еще один момент, на который хотелось бы обратить внимание: Непонятна идеология и взгляд на надлежащий порядок устройства России самого автора. Открыто ничего не проговаривается. Все – «вокруг да около». Рискну предположить, что сам он еще в поиске и на перепутье (или почему-то не хочет обнародовать свои взгляды). Подбор цитируемых авторов – интересный. Великий русский РЕЛИГИОЗНЫЙ философ Иван Александрович Ильин был более открыт и откровенен («Советский Союз никогда не был Россией, это два государства различного духа, различных целей и различной судьбы…»). Так же как и Петр Бернгардович Струве (говоривший в «Вехах» о «БЕЗРЕЛИГИОЗНОМ государственном отщепенстве» русской интеллигенции, ведшей Россию к большевистской катастрофе). Оба (кстати, как и Герцен) – политические эмигранты и последовательные борцы с большевистско-коммунистическим тоталитаризмом. А просто «Великая Россия» непонятно на какой платформе – это химера какого-то очередного колосса на глиняных ногах. Молоха, которому опять готовы тащить человеческие жертвоприношения непонятно во имя чего...

01.09.2011 10:19:20 - Антон Михайлович Малков пишет:

Дополнение на счет форумов...

Как метко выразился один из публицистов, «благодаря интернету мы узнали, что происходит в мозгу у питекантропа». Автор же колонки напоминает человека, который пришел в джунгли к аборигенам и удивляется, что их «язык и стиль общения» не соответствует тем, к которым он привык в своем кругу и его не устраивают (или еще проще: спустился ночью к хулиганам в подвал и удивляется, что получил «в табло»). Так не надо туда и спускаться, никто ж не заставляет! Форумы полны пустых трепачей и троллей, вечно висящих в интернете и неизвестно, что из себя представляющих в реальной жизни. Конечно, есть там и серьезные люди, но анонимных пустобрехов – слишком много. Форумы (мое мнение) обесценивают значение Слова (с большой буквы), к словам там слишком легко относятся и мало кто готов за них (за эти слова) отвечать... Вот и в ленте комментариев иной раз нет-нет да мелькают всякие не уважающие собеседников (и правила регистрации в лгз) Айболиты-66, Степаши, Барбосы Барбосовичи и тп. Говоря по-русски: просто хамы…

01.09.2011 09:12:31 - Михаил Рядовкин пишет:

Проповедник рабской идеологии

Он проповедует то же самое, что несет в массы Вова Гундяев - рабское подчинение гнилой верхушке. Еще немного, и всех отправят бесплатно горбатиться на новые стройки века - строить новые заводы для Тимченко и Ротенберга.

01.09.2011 07:45:16 - Валерий Викторович Федотов пишет:

Автор смешивает понятия патриотизма и классовой (а ныне уже, в первую очередь - несомненно - цивилизационной) борьбы. Он, ничтоже сумящеся, подобно священослужителям прошлого, льёт елей на богоданных правителей, истово рушащих основы русской культуры, русской цивилизации под безумные пиршества в СМИ, да под славословия подобных ему певцов-ретушёров реальности и хулит соотечественников, этот елей, эту ретушь не приемлющих. Вместо обсуждения реальной критики в свой (и государства) адрес он набрасывается на пустозвонство провокаторов-маргиналов. Вместо системного взгляда на современную Россию, из целого океана явлений, фактов он, по словам А.Зиновьева, подобно противникам СССР и России, подсовывает нам отдельные факты, не имеющие ничего общего с реальной целостной системной картиной. Ему, по всему, нужна не Великая Россия, а Россия Спящая, усыпленная его проповедями. Всё хорошо, вещает он, прекрасная маркиза, всё хорошо ... всё хорошо ... спать ... спать ... Прежде просто скептик я всё более начинаю ненавидеть правителей, порочащих моё прошлое, демонстративно прикрывая преступления настоящего.

01.09.2011 06:58:40 - Валентин Иванович Колесов пишет:

Хорошо!

Могу немного прихвастнуть, что идею Салуцкого "Хорошо" я начал проводить одновременно или немного раньше его. Это - "Путинская перестройка" и другие тексты в http://lit.lib.ru/k/kolesow_w_i/_____Начал я с простого вопроса: почему народ голосует за нацлидера? Ну да, при Горбачеве и Ельцине народ тоже пошел за их дудочками, манипуляция сознанием срабатывала. Но Путин по времени ставит рекорд. Как сказал один из народа: "за него не стыдно". В отличие от Михал Сергеича Хлестакова и от Бориса Николаича Ноздрева. (см летописи перестройки и ельциномики там же http://lit.lib.ru/k/kolesow_w_i/)

31.08.2011 21:32:07 - Николай Алексеевич Барболин пишет:

Человеку много ль надо....

Сегодня я против обыкновения положу автору публикации белый камушек: в связи с проведением межрегиональной ярмарки в моем скромном райцентре отремонтированы основные улицы, Дом культуры, райбольница, школа, проведено благоустройство центра нашего городка и пр. и пр. Впервые за много-много лет! Жаль только, что все это делается не в рабочем порядке, а лишь по определенным поводам и к датам. Тем не менее -приятно, и у людей появляется надежда, что не все так уж мрачно и впереди есть какие-то перспективы.

31.08.2011 19:07:20 - Сергей Иванович Иванов пишет:

Замечательно что автор полностью уверен в правоте своей позиции и едва не предписывает всем стать сторонниками курса на величие.. Когда идут такие разговоры мне вспоминается один ушлый, умудренный жизнью старик в кубанской станице. Он прекрасно понимал что живет в великой державе (дело было в 70-е годы) и потому имел в коморе полный большой сундук хромовых сапог (подозреваю что сия обувь имела происхождение из знаменитых обувных териконов на западной границе) - дед понимал прекрасно что в великой стране можно враз остаться не только без сапог, но и без штанов! В великой стране не до подобных "мелочей"! Вот и я прямо говорю что мне великая Россия не нужна даром, человек я скромный - меня вполне устроит маленькая Голландия.. А признаки строительства величия уже имеются. Где-то около 2000 года была небольшая "оттепель" - пенсионерам разрешили немного попитаться дешевой картошкой и гречкой. Но вот для военной техники горючего тогда не было. Потом потихоньку народ лишили картошки а теперь и гречки. Одержимое манией величия государство ничего не сделало для помощи старикам, зато самолеты теперь летают, танки гоняют, офицерне повышают получки и дают жилье. А народ будущей великой державы потихоньку погружается в привычную для этой страны нищету. По слухам на спецслужбы тратится денег в несколько раз(!) больше чем на медицину - это тоже аспект величия! Ну неужели опыт параноика Джугашвили ничему не научил кремлядь? Не дадут вам быть великими - получите в очередной раз по соплям тем дело и кончится. И еще дранными сапогами на великих героях..

31.08.2011 19:03:45 - Вячеслав Константинович Стародубов пишет:

Цель - просто жить !

http://gidepark.ru/user/632656317/article/279748 http://gidepark.ru/user/632656317/article/281328 http://gidepark.ru/community/2571/article/384193

31.08.2011 15:51:54 - Михаил Рядовкин пишет:

О чём этот текст?

31.08.2011 13:16:51 - Антон Михайлович Малков пишет:

Не стоит путать цель и средства

Считаю, что «возрастание государственной мощи» само по себе не может быть «целью». Например, нацистская «Великая» Германия достигла в свое время этой «цели», но разве это явилось благом для человечества? Нет, целью должно быть то, ради чего эта мощь возрастает. А в сегодняшней России этой цивилизационной цели пока не существует. Нет на деле признаваемых большинством граждан понятных категорий Истины, Красоты, Добра, Изобилия. Сегодня невозможно объяснить другим народам в чем цивилизационные преимущества сегодняшнего Российского государства в сегодняшнем мире, в его конкурентоспособности возникают большие сомнения, а о привлекательности для других стран говорить вообще не приходится. Россия могла бы сказать сейчас что-то новое погрязшему в безбожии миру на основе своей тысячелетней религии (например о разумной достаточности как антитезе безумию общества потребления, ведущего планету к гибели), но увы…

Времена и имена

События и мнения

Времена и имена

ОПРОС

Стартовал политический сезон, апофеозом которого станут парламентские, а потом и президентские выборы. Стоит ли ждать каких-то перемен в политической жизни страны? Взойдут ли новые яркие имена? Что продемонстрировали предварительные выборы, так называемые праймериз, которые провела «Единая Россия»? Есть ли смысл законодательно обязать все партии проводить эти самые праймериз?

Александр ШАТИЛОВ, заместитель директора Центра политической конъюнктуры:

– Вряд ли стоит ждать какого-то разнообразия на нашей политической сцене. Колода игроков, конечно, заиграна, но менять их не на кого – ярких политиков, в том числе и по итогам предварительных выборов, не появилось. Разве что несколько подтянулись к большой политике фигуры второго-третьего ряда. Последние назначения на высокие должности говорят о том, что власть не склонна к ярким интересным ходам. Назначаются давно известные, что называется, проверенные люди.

На мой взгляд, политическая ситуация будет развиваться у нас в ближайшее время по инерционному сценарию. Оппозиция не может повлиять на такой ход вещей, а «Единая Россия» – не хочет. Да и оппозиция не очень заинтересована в «громких выборах». Ведущие оппозиционные силы заинтересованы в том, чтобы сохранить за собой места в новой Госдуме. Партия власти, в свою очередь, постарается вновь получить парламентское большинство. И, скорее всего, ей это удастся – у единороссов достаточно много рычагов для этого.

Можно говорить о каких-то нюансах. И только.

Дмитрий ОРЛОВ, генеральный директор Агентства политических и экономических коммуникаций:

– Новые яркие имена в ходе предварительных выборов «Единой России» уже выявились. Это и представители Федерации независимых профсоюзов России, и активисты общественного движения «Убитые дороги Пскова». Ничего подобного пока нет у оппозиционных партий.

С точки зрения электоральных перспектив я думаю, что «Справедливая Россия» и «Правое дело» либо преодолеют полупроходной барьер (5 процентов голосов избирателей), либо вообще не пройдут в Госдуму. Поэтому парламентский пейзаж будет представлен в основном тремя известными партиями.

Я думаю, что предложение Владимира Путина об обязательности предварительных выборов, так называемых праймериз, заставит оппозиционные партии серьёзнее относиться к внутрипартийным процедурам. Это в перспективе может привести к уходу из политики многих крупных оппозиционных политиков. В любом случае риторика о том, что закон об обязательных праймериз станет вмешательством во внутренние дела партий, негативно скажется на положении партий.

Что касается «Единой России», я думаю, Общенациональный народный фронт и процедура предварительных выборов укрепят партию, усилят её связь с элитами и гражданами.

Валерий ХОМЯКОВ, генеральный директор Совета по национальной стратегии:

– Очень хотелось бы, чтобы наш политический ландшафт стал более разноцветным, лучше отражал настроения, существующие сегодня в обществе. Но верится в это с трудом. К тому нет предпосылок.

Небольшие изменения в политической конфигурации Государственной Думы на нашу реальную жизнь никакого влияния не окажут. Не верю я, что люди, которые пройдут в парламент с помощью того же Общероссийского народного фронта, скажем, станут бороться за внутрипартийную демократию, оспаривать спущенные сверху решения.

Резко отрицательно я отношусь и к идее законодательно обязать партии проводить праймериз. Нигде в мире ничего подобного нет. Предварительные выборы в тех же США проводятся только среди кандидатов в президенты. Если бы в этой стране кому-нибудь пришло в голову провести праймериз, скажем, среди кандидатов в сенат, этого человека просто не поняли бы. Какое дело власти, как в партиях формируются партийные списки?! Предварительные выборы не помогут сменить главные политические фигуры основных российских партий. У партийных лидеров в руках аппарат, который сделает такие праймериз, которые им нужны.

Вот такой у нас политический сезон наступил.

Александр ГОРЯНИН, историк, публицист:

– Всегда и везде нетерпеливые люди говорили: «Ничего не происходит! Это болото, регресс!» Часто такие слова – свидетельство неумения видеть. Пушкин в 1835 году обращался к нетерпеливым: «Должны ещё произойти великие перемены; но не дóлжно торопить времени, и без того уже довольно деятельного». Совет, крайне уместный ныне.

В чём цель политических реформ «нулевых»? Оппозиция стоит на презумпции злого умысла Кремля. На деле же цель реформ – повышение управляемости трудноуправляемой страны. Это относится среди прочего к отказу от прямых губернаторских выборов. Кстати, ныне формирование власти в российских регионах происходит по немецкому образцу: парламенты земель ФРГ выбирают глав исполнительной власти по предложению президента.

Кандидата «Против всех» упразднили в согласии с мировой практикой. Отмена порога явки – не антидемократическая мера. Наличие порога не повышало явку.

Основа демократии – устойчивая партийная система. Такая система, по прогнозу, сделанному пять лет назад, сложится в России через несколько избирательных циклов, лет через 16, не раньше, чтобы партии набрали силу и в Центре, и в регионах.

Сбудется ли прогноз? Вглядимся в картину.

Семипроцентный избирательный порог называли запретительным, а он подталкивал мелкие партии к слиянию. Вдогонку закону о 7-процентном пороге появилось решение предоставлять «1–2 мандата» партиям, набравшим от 5 до 7% голосов. Можно ожидать (не ранее следующих выборов, конечно) снижения порога. Тогда в Думу могут вернуться, если к тому времени не сольются с кем-либо, «Яблоко» и «Патриоты России».

На «дозревание» партийной системы нужны ещё минимум два парламентских цикла. Что до местного самоуправления, оно дозреет к 2030-м, не раньше. Но дозреет.

Оппозиция протестовала против перехода на партийно-пропорциональную систему выборов, но неискренне. Партийно-пропорциональная система выборов – не есть нечто новое для нас. Эта система сложилась в России в 1906–1917 годах, так что возвращение к ней – моральный долг страны, восстанавливающей историческое преемство. Время деятельно. Не будем его торопить.

Сумма прописью

Как там у поэта? «Пришли иные времена. Взошли иные имена». В политике нашей всё не так. Времена пришли, а имена не взошли. К чему бы это?

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 1,8 Проголосовало: 10 чел. 12345

Комментарии: 01.09.2011 11:23:45 - Антон Михайлович Малков пишет:

Всходы ждать нам еще долго

ЕР - партия сплоченной посредственности, но это тот максимум, который может выдвинуть в элиту обескровленная ХХ веком Россия начала ХХ1 века. "Земля, переставшая рождать Героев"... Уповаю только на молодежь, а нашим (старшим) поколениям скорее бы уйти на свалку истории

Переменить атмосферу

Новейшая история

Переменить атмосферу

ПОЛИТГРАМОТА

Андрей БУНИЧ, президент Союза предпринимателей и арендаторов России, кандидат экономических наук

Сейчас уже очевидно, что ключевой вопрос для любых экономических преобразований – это люди. Причём речь идёт не только об их профессиональных качествах, но прежде всего о качествах человеческих, моральных и этических. Без них у нас нет никаких перспектив.

Для того чтобы разобраться, какой нужен человеческий капитал, чтобы развиваться, надо обратиться к целевым установкам. Мне не нравится слово «модернизация», потому что оно не соответствует происходящему в России, да и вообще имеет другое смысловое значение, нежели у нас ему придают. Модернизация происходила в обществах, где властные институты основывались на традиции, мифологии, религии, а вся остальная жизнь была производной от них. Любая рациональная техническая и экономическая деятельность осуществлялась в рамках господствующей традиции. В этом смысле «модернизируются» архаичные, недоразвитые общества. Попросту говоря, дикари перенимают вместо мифологической картины мира научную и, таким образом, учатся существовать в новом для них «онаученном» мире.

Второй вариант модернизации в смысле индустриализации и технологий, по сути, является более узким случаем первого. Он имел место специфической ситуации развития капитализма в XVIII–XIX веке в Европе и США, а в России – в XIX веке. Остальные страны (в основном колонии) постепенно перенимали этот опыт. Нельзя не заметить, что в основе такого подхода – «цивилизаторская» миссия предпринимателей–организаторов производства в Европе и США сначала по отношению к своему населению, а потом Запада в целом по отношению к другим народам. Отсюда и требования к людям: они ценятся исходя из того, насколько вписываются в эту систему. В случае с дикарями проблем нет: как только они убеждаются, что их верования не работают, например, шаман не в состоянии вызвать дождь, а современная система орошения решает их проблему, они становятся сторонниками модернизации.

У нас совсем другая ситуация. Советский Союз, да и царская Россия с конца XIX века были мощными индустриальными державами. Развитие науки и техники едва ли уступало западному, а в некоторых случаях и опережало. Никаких традиционных «верований и мифологий» не было и в помине. СССР, наверное, даже в большей степени, чем западный мир, основывал своё могущество именно на индустриализме, на технике, на рациональности. Именно на этом зиждилась уверенность превосходства советского образа жизни в будущем – на экономическом и техническом превосходстве социализма, прежде всего благодаря концентрации ресурсов и централизованному планированию.

Постсоветский развал в течение 20 лет хоть и привёл к общей деградации, но тем не менее является откатом в рамках той же самой научно-технической и экономической парадигмы. У нас лишь появилось ощущение неудачи и отставания, но на том же самом пути, что и у других так называемых развитых и цивилизованных стран. В головах возникла сумятица.

Вывод: нужно преодолеть, изменить нынешнее состояние умов. Только при этом условии у нас вообще могут появиться люди, способные осуществлять перемены (а не модернизацию).

Первым делом – «прочистить мозги». Причём не столько населению, сколько так называемым элитным группам. Речь идёт не только об изменении их представлений об экономике, обществе, приоритетах, новом восприятии мира, но и о кардинальном изменении мотивации и ценностей. Причём неизвестно, что надо поменять раньше.

Некоторые экономисты хотят свести проблему человеческого капитала к недостатку квалифицированных кадров, дефициту инженеров, к плохому профессионально-техническому образованию. Но это следствие, а не причина. Причин же несколько.

1. Состояние «элиты»

В России отсутствует политический класс – та небольшая прослойка высших лиц из политики, бизнеса, госаппарата, СМИ, науки, искусства, которая может являться субъектом долгосрочных перемен и вообще проектирования будущего. Целеполагание у высших лиц, а значит, и на более низких уровнях самое примитивное – нам бы день простоять да ночь продержаться.

Очевидно, что в России сегодня даже самые важные судьбоносные решения являются результатом сиюминутной рыночной конъюнктуры. Очень много говорят о проблеме управления, то есть менеджмента, и никогда о проблемах лидерства, что удивительно. А ведь в любой современной бизнес-школе именно курс лидерства – главный, поскольку менеджмент слишком узок, не учитывает мотивацию, идеи, ценности. По классическому определению, менеджер – это тот, кто делает всё правильно. А лидер – тот, кто знает, что надо делать. Менеджер – это бюрократ со всеми вытекающими следствиями. Не важно, работает он в государственном или частном секторе. Лидерство же включает эмоциональное воздействие, поскольку лидер должен вдохновлять, вести людей за собой, пользоваться доверием, обладать интуицией, способностью рисковать.

2. Качество экономических агентов

Проще назвать этот пункт так: деньги есть, но они не у тех людей. Важнейший вопрос экономики: у кого деньги (и власть)? Если основные инвестиционные решения и финансовые потоки контролируют кретины, то ничто не поможет. Строго говоря, основной закон экономики – сделать так, чтобы от глупых людей деньги переходили к умным. То есть забрать у одних и передать другим, как это ни печально звучит.

Механизм может быть разным: фондовый рынок, спекуляции или сталинские репрессии. С точки зрения экономики и то и другое – лишь способы перераспределения и концентрации ресурсов.

У нас с этим очень плохо. Деньги есть в основном у коррумпированных чиновников и работников правоохранительных органов. Они просто в силу особенностей своей психики и менталитета не в состоянии, даже если бы захотели, понять сколько-нибудь сложный бизнес. Да им это и не надо. Поскольку, как говорила героиня Островского в «Женитьбе Бальзаминова»: «За умом не гонись, лишь бы счастье было. С деньгами-то мы и без ума проживём».

Обычно такой человек покупает машины, недвижимость, предметы роскоши. Других инвестиций он не делает. Если денег очень много, он будет вкладывать их в бизнес, но опять-таки понятный ему, простейший, тот, что можно легко потрогать, пощупать, проконтролировать. Фундаментально это действует во всём мире. Например, рынки недвижимости или золота и других «простых» активов переоценены почти всегда, так как очень много людей стараются вложить деньги в то, что понимают. Часто так и возникают пузыри.

Кстати, и вывод капитала из России в значительной степени обусловлен этим фактором, а не только страхом, что рано или поздно «всё отберут». Недвижимость за границей – это очень понятно, хотя вовсе не всегда выгодно. Действует своего рода иерархия сложности.

Однако не надо думать, что вред приносят только чиновники и силовики. Бизнесмены – это тоже отнюдь не панацея.

Во-первых, бизнесом называется любая активность человека. Если человек не сидит на месте, а пытается что-то продать, купить, предложить, он уже бизнесмен. Не важно, достигнет он успеха или нет. Бóльшая часть такого рода активности – это пустая трата времени и сил. Когда бываешь в США, становится ясно, что любой таксист там – бизнесмен. Как-то пытается крутиться. Американцы вообще не особо умный народ, но при этом очень активный. Если учесть, что лишь десятая часть общества хочет заниматься своим делом, а ещё меньше имеет при этом основания, останется один процент креативных и серьёзных людей.

Во-вторых, даже бизнесмены по призванию не всегда являются моральными лидерами. Чаще наоборот. Они почти никогда не задумываются о государственных и национальных интересах.

В-третьих, если брать Россию, у нас за последнее десятилетие возникло ещё более уродливое явление – предприниматели-прихлебатели. Или вообще «ряженые»: родственники начальников, знакомые, знакомые знакомых, подставные люди, которым бросают крошки с барского стола в виде так называемой помощи малому бизнесу и других форм.

Вряд ли эти «предприниматели» смогут даже при желании сделать что-нибудь эффективное, прибыльное и креативное. Для того чтобы ходить по кабинетам и клянчить, нужны совсем иные качества, нужно уметь «просить», «договариваться». А насто­ящий предприниматель по своей сути – гордый и уверенный в себе человек. Так что у нас теория Шумпетера полностью опровергнута. Напомню, что, по Шумпетеру, предприниматель должен открыть что-то новое: новый продукт, новый рынок сбыта, новый способ производства, новый источник сырья или новую организационную схему деятельности. Ясно, что это не про Россию. У нас он должен почаще падать на колени перед начальником.

3. Нарушенные пропорции обмена

Аристотель отмечал: «Обмен возник из потребностей разросшейся семьи, члены которой первоначально сообща владели и пользовались вещами. Пропорция обмена должна быть такой, чтобы она могла поддерживать отношения в сообществе. Руководящим принципом должны быть не интересы индивидов, а интересы общества. Умения людей различного статуса должны обмениваться по норме, пропорциональной статусу каждого. Продукт труда строителя должен обмениваться на многократно умноженный продукт труда сапожника. Иначе взаимность нарушилась бы и сообщество не сохранилось бы».

Итак, вроде бы тот же самый рынок Адама Смита, но с небольшой поправкой: вместо «невидимой руки рынка» пропорции определяет сообщество. (Кстати, и сам Адам Смит писал по-другому – он осуждал идею, что личный интерес купца служит благу сообщества!)

Применительно к нашей реальности это означает, что именно «российское сообщество», а не абстрактный мировой рынок должно определять пропорции обмена. Ведь мировому рынку и стоящим за ним другим «сообществам»: американскому, немецкому, японскому – не нужны вовсе наши образование, здравоохранение, наука, культура, социальная сфера, а уже тем более оборона и безопасность.

Если устанавливать сегодня обмен с мировым рынком исходя только из реалий мирового рынка, его структура будет перекошена в сторону работников сырьевого сектора. Ведь мировой рынок нуждается только в сырье. Всё остальное – наши собственные потребности. Так же, как и у американцев и европейцев. Если же продолжать действовать сугубо «по-рыночному», все жизненно важные сферы, от которых зависят долгосрочная конкурентоспособность и независимость страны, будут ущемлены, а значит, будет нарушена «взаимность отношений». Никто не захочет работать учителем, врачом, учёным или будет работать плохо или эмигрирует.

Таким образом, исправление пропорций в оплате труда – это ключевое условие развития. Это не значит, что платить надо сразу столько же, сколько на Западе. Это значит, что соотношение внутри страны должно быть другим и поддерживаться может только самим государством. Как раз против рыночной тенденции.

То же самое наблюдается и на Западе. Если работники образования, здравоохранения не будут получать по крайней мере зарплату, сопоставимую с работниками производственного сектора, коммерческого, а уж тем более сектора бытовых услуг, бесполезно говорить о научно-техническом прорыве. Зачем учиться, кому учить, если работа без образования как минимум не хуже, а человек всегда ищет, как легче.

Кроме оплаты нельзя также игнорировать социальный статус этих профессий. В советское время представители науки и культуры тоже не зарабатывали слишком много. Но их труд был почётным. То есть кроме материальных есть и моральные стимулы, которые определяют пропорции обмена.

4. Сети доверия

В обществе необходима другая атмосфера. То, что происходит сейчас, – это распад социального капитала, который на новом этапе развития мировой экономики как раз становится главным фактором конкуренции. Если не существует людей, которым можно доверять, причём на всех уровнях, невозможно представить экономический рост. Когда отсутствует доверие между людьми, а также доверие людей к власти и к институтам, всё будет делаться с трудом и за очень большие деньги, так как учитываются огромные риски и трансакционные издержки. Поэтому для любого проекта надо значительно больше денег – в разы.

Конечно, это во многом результат распада СССР и последовавшей за этим аномии – отсутствия ценностей. Но за последние годы власть ещё усугубила это – прежде всего потому, что любое самостоятельное объединение граждан она почему-то воспринимает, как унтер-офицер Пришибеев, кричавший: «Больше трёх не собираться!» А ведь Америка и Европа поднимались за счёт энергии и доверия небольших сообществ, которые затем стали основой национальных сетей доверия. Здесь и местное самоуправление, и такая интересная форма, как потребительская кооперация, и различные формы взаимного кредита.

Если миллион людей, прежде всего предпринимателей, поставщиков, потребителей, местных чиновников, просто работников, специалистов, может о чём-то договориться без непосредственной оплаты в данный момент, то возникает так называемый мультипликатор безденежного эквивалента. Это даже не бартер, а более широкое понятие, включающее стратегические, долгосрочные договорённости. Предположим, миллион человек договорились в пределах 100 тысяч долларов каждый – вполне реально для малого бизнеса, кооперации, сельхозпроизводителей. Это уже автоматически сто миллиардов долларов. И без всяких банков. Для того чтобы это произошло, опять-таки нужны лидеры, поддержка ассоциаций, партнёрств. Государство просто не должно мешать.

5. Социальное государство и справедливость

Решающим фактором конкурентоспособности нации в современном мире является социальная сплочённость, уверенность людей, основанная прежде всего на справедливости. Жёсткое олигархическое государство с большим имущественным расслоением, явным незаконным обогащением верхушки не имеет шансов на долгосрочное устойчивое развитие. Такое общество в основе своей нестабильно, не способно породить и поддерживать те условия, о которых говорилось ранее: политический класс, качественные экономические агенты, правильные пропорции и социальные связи.

Моральная обстановка в обществе очень много значит. Если, как говорил герой Аркадия Райкина, «атмосфера мерзопакостная», то и люди будут соответствующие. Возникает определённый алгоритм успеха «в конкретной среде», который, по сути, впечатывается в генофонд. Если моральная деградация произошла, исправить её сложно. Это показывает опыт многих государств-неудачников, так называемых провалившихся государств. Где люди уже настолько деградировали, что только и могут грабить друг друга и убивать. Например, как относится сегодняшняя либеральная теория к пенсионерам? Как к лишним людям.

Для нашего министра финансов пенсионер – враг, балласт, никчёмное существо. А ведь у каждого пенсионера есть родственники, друзья. Для них очень важно достойное существование близких. Может ли человек хорошо трудиться, если видит, что рядом умирает в муках голода его родственник? Или какое воздействие судьба нынешних обездоленных пенсионеров оказывает на людей более молодого возраста? Ведь они видят, как уже сейчас государство бросает людей на произвол судьбы. Тогда и у них возникают страх за своё будущее, ненависть к власти, недоверие к окружающему миру, тупая агрессия.

Простой пример. Прохоров предлагает драть шкуру с работников, не давать им свободного времени: пускай работают по 12 часов в день. Остаются 4 часа в транспорте и сон. А разве может отупевший от жизни «по Прохорову» человек быть креативным? Да и зачем ему это? Всё равно жизнь скотская. Повышать конкуренто­способность и производительность за счёт того, чтобы драть три шкуры, экономить на оплате труда и свободном времени работника, на социальных гарантиях – это XIX век. «Умной экономике», наоборот, нужно, чтобы люди были избавлены от необходимости беспокоиться об элементарных жизненных, бытовых потребностях.

Это известно любому, кто хоть немного работал в научно-исследовательской лаборатории. Обществу выгоднее обеспечить минимум для половины своих членов – инвалидов, пенсионеров и даже группы лентяев: это тоже необходимые издержки. Кто-то действительно не хочет работать, ну и пусть, зато оставшаяся половина, избавленная от страхов за свою семью, собственное будущее, уже имеющая гарантированный минимум, может быть ориентирована на прорыв. Так, кстати, и устроены успешные страны, находящиеся в лидерах международных рейтингов: Канада, Ав­стралия, Швеция, Новая Зеландия. Надо не опускать население России до уровня гастарбайтеров, делая вид, что это экономично, надо учить своих граждан раскрывать свои возможности, дать им проявлять инициативу, стимулировать нематериальную мотивацию – ориентацию на авторитет в профессиональном или местном сообществе.

Пока, к сожалению, мы движемся в обратном направлении, к демонтажу социального государства, хотя это противоречит Конституции. У нас существуют мощные силы, я называю их силами торможения, которые проталкивают идеи о бесконечном сокращении расходов вместо увеличения доходов. Но они и не могут создать добавленную стоимость, да и не хотят этого, так как действуют в интересах международного капитала.

Снова и снова возникают разговоры о том, что у нас большие социальные расходы, не то что в Китае или Индии, где социальные расходы лежат на семье. Поэтому у нас надо, мол, сделать так же. Как будто не понимают, что мы не сможем никогда соревноваться с тремя миллиардами китайцев и индусов по нищете. Мы никогда не достигнем такой «конкурентоспособности». Они будут всегда беднее, и они привыкли работать за миску риса. Потому это тупиковая ветвь конкуренции. Наше население должно переключиться на другие виды деятельности, основанные на развитых науке, образовании и культуре, высокой профессиональной квалификации и соответственной оплате. Сейчас же, наоборот, развивающиеся страны – Китай, Индия, Мексика – внедряют у себя, пока постепенно, социальные программы. То есть мы в одну сторону, а они – в другую. Так и встретимся, а точнее, уже встретились в группе БРИК, куда нас постепенно перемещают из «большой восьмёрки».

Да и социальная структура у нас похожа на страны Азии и Латинской Америки. Чудовищное расслоение, при этом самый богатый человек – начальник милиции-полиции. Типичная картина для отсталых стран. Социальные расходы – это не просто издержки. Великий немецкий экономист Фридрих Лист писал, что производительные силы – это не заводы и фабрики. Это способность создавать богатство нацией.

«Причины богатства суть нечто совершенно иное, нежели само богатство. И первое бесконечно важнее второго».

Производительные силы, считал Лист, – это вся совокупность условий, необходимых для экономического развития и богатства нации. Особо он выделял как раз умственные способности нации. Итак, вся совокупность «условий», «причины богатства» – вот вам ключ к процветанию.

Россия сейчас не может двигаться «вперёд», как призывает президент.

Всё больше людей существуют в режиме выживания. С таким качеством жизни никакой экономический прорыв невозможен. Поэтому хочется это кому-то или нет – перераспределительные механизмы должны заработать, чтобы вырвать людей из петли бедности. Когда человек сначала становится бедным, потом привыкает к бедности и, ни на что уже не рассчитывая, остаётся бедным. Таким образом, только при обеспечении элементарной социальной справедливости появится необходимая для экономических реформ активность людей.

Вывод из этих пяти факторов очень прост: Россия нуждается в популярных реформах. А нам уже 20 лет твердят про непопулярные. А ведь есть темы, по которым вполне можно добиться консенсуса. Например, сохранение стратегических отраслей в государственной собственности или даже национализацию предприятий поддер­живают до 99 процентов россиян.

Укрепление социального государства также будет иметь широкую поддер­жку в обществе. Защита внутреннего рынка и протекционизм – то же самое. Разгром олигархии, антимонопольная политика, низкие цены на продовольствие, отмена реформы ЖКХ – вот неполный набор экономических мер, которые будут очень и очень популярны. Их и надо проводить.

Надо понимать, что провести такие преобразования, опираясь на голый расчёт, выгоду и обычную буржуазно-мещанскую рациональность, невозможно. Понятно, что если мерить деньгами, – у России нет шансов. Все видят, как Америка легко печатает триллионы долларов.

Опираться можно только на дух, на патриотически настроенную часть общества, на тех, кто может пожертвовать своими частными интересами. В результате популярных реформ воры и жулики потеряют, а у них денег много. А у Запада ещё больше. Да и деньги жуликов тоже на Западе.

Только тот, кто пойдёт против денег, против ущербной рациональности «потребительского общества», только тот сможет сломать негативные тенденции, создать новое, повести за собой людей. Такие лидеры в понимании нынешней клептократии и олигархии – это безумцы. Ведь они против частного интереса и мыслят интересами общества. А тот, кто «против денег», по мнению нынешней власти, сумасшедший.

Однако все великие люди прошлого, политические деятели, предприниматели, путешественники, изобретатели были именно такими.

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,4 Проголосовало: 25 чел. 12345

Комментарии: 07.09.2011 15:23:47 - Александр Иванович Чехонин пишет:

Грустно читать такие интеллигентские размышления. КТО всё это будет делать? Какое там "социальное", когда у нас на верху всё либералы гайдаровского призыва? Это или–или. Чтобы делать то, о чём пишет автор, нужна НОВАЯ власть. Увы, её и ростков не просматривается. Бетон "вертикали власти" без взрыва не сдастся. Как говорил товарищ Саахов: "Сам не хочу, слюшай!" Но другого не видно.

05.09.2011 18:22:17 - Автандил Бархударов пишет:

Три кита.

Наша страна так и будет идти в обратную сторону до тех пор,пока интересы российского бизнеса будут базироваться на трёх китах российской экономики: 1.Вложить как можно меньше-урвать как можно больше(при чём не заработать,а именно урвать). 2.Обмануть. 3.Впарить.

05.09.2011 10:09:46 - Николай Павлович Егоров пишет:

Нужны эффективные механизмы перераспределения средств для развития страны

Статья интересная и, можно даже сказать, программная. Но есть и вопросы. Автор говорит о том, что деньги в стране находятся не у тех и что их нужно перераспределять. Перераспределять от лиц, фактически паразитирующих на социуме и экономике, к тем, кто будет заниматься настоящим бизнесом, настоящим делом. Но здесь автор почему-то приводит очень ограниченный перечень таких механизмов._______ Для выхода из сложившегося социально-экономического положения стране нужен целый комплекс цивилизованных и разнообразных механизмов перераспределения средств, о которых нужно говорить весьма подробно, так как этот вопрос ключевой. Эти способы и должны помочь ликвидировать существующие диспропорции и помочь частным лицам и субъектам экономики, действующим в интересах гуманизма, развития и социальной справедливости.______ К числу таких механизмов стоит отнести: введение прогрессивного подоходного налога; введение специальной системы налогов на роскошь, а также на материальные ценности, используемые для накопления, удовольствий – многочисленные частные квартиры, дома, машины и т.д.; введение системы существенных налоговых льгот для наиболее важных производств, инновационных и научно-технических проектов, социально значимых экономических проектов и видов деятельности и т.п.; обеспечение должного контроля за вывозом капитала из страны; кардинальное повышение эффективности всей бюджетной деятельности; существенное перераспределение бюджетных средств в пользу регионов, у которых просто не хватает денег на важнейшие задачи; введение адекватных социальных стандартов для граждан (вместо странных понятий вроде МРОТ). ______Могут быть использованы и нефинансовые методы, как выделение определенным категориям работников участков земли. _______ Этот список можно и нужно продолжать и обсуждать. Но и так ясно – без включения в самое ближайшее время механизмов перераспределения ресурсов в направлении социальной справедливости и развития значительная часть всей социально-экономической сферы страны будет продолжать деградировать. Без этого многие частные лица будут продолжать находиться в зоне относительной бедности, а многие субъекты экономики – продолжать функционировать на весьма неэффективном уровне.

03.09.2011 08:38:13 - Сергей Иванович Иванов пишет:

Уважаемый Ю.Черненко - думаю это оболванивание. Боятся что исход людей примет характер цепной реакции. Спасибо за сообщение - посмотрел в сети - точно все так и есть. Люди поняли что Россия окончательно дошла до ручки и перспектив не имеет - бегут буквально во все стороны, не только в Китай , но всегда туда где фрукты дешевые. И особенно нелепо о судьбах России думать мне - голодающему пенсионеру. Меня лишили даже картошки! Вот пусть о будущем страны и думают эти господа "распухшие от лососины". Хотя судя по наблюдениям особенно по рекламе заметно, что и они никак нажраться не могут. По-прежнему слово "мясо" произносится с придыханием.. Вот до чего народ довели коммуняки! Хотя не только - тут еще и климат замечательно хорош - ничего не "произрастает"!

02.09.2011 11:22:32 - Юрий Борисович Черненко пишет:

Все специалисты, пачиная с Хакомады, постоянно пытаются убедить меня в нищете населения Китая. Как обьяснить статью о Китае на прошлой неделе в ЛГ. Уже более 500 тысяч наших переехали жить в Китай. В сновном пенсионеры и студенты. Но много и предпринимателей. Там всё гораздо лучше. Пенсионеры вообще попадают в рай. Зачем нас постоянно пугают нищетой в Китае? Что это - незнание или оболванивание?

01.09.2011 15:49:13 - Антон Михайлович Малков пишет:

Спасибо автору. Статья большая, много в ней справедливого, есть и ошибочные (с моей точки зрения) суждения (например, что СССР основывал свое могущество на рациональности и «никаких мифологий там и в помине не было»). По сути эта статья – еще один горестный возглас о деволюционной яме, в которой оказалась наша страна в результате трагических нисходящих мутаций ХХ века, о низком уровне социального капитала и порождаемой им элиты, которая по всем признакам не заинтересована и не планирует МЕНЯТЬ АТМОСФЕРУ. И в этом контексте лишь усугубляют ситуацию попытки многих людей (в том числе и на страницах ЛГ) в условиях ОБЩЕМИРОВОЙ неизбежной глобализации затолкать нашу страну обратно за железный занавес, насадить изоляционизм и мракобесие, окружить врагами… Окститесь, главные враги давно уже здесь и это мы сами (хотя бы с нашим-то первым местом в мире по употреблению крепкого алкоголя на душу!). Хуже уже не будет. Пусть уж лучше в страну вольются свежие силы (те же китайцы) и вынудят русского мужика наконец оторваться от бутылки и от футбола...

01.09.2011 07:07:58 - Сергей Иванович Иванов пишет:

Статья очень хорошая - давно здесь подобного не было. Автора бы главным советником президента сделать. Кстати материал именно скорее философский - высокого уровня обобщения поэтому требовать непосредственного выхода на практику не совсем уместно (это Стародубову и прочим "практикам") Недостатком считаю отсутствие привязки к конкретным климато-географическим условиям России - есть ли у страны вообще хоть какое разумное будущее в нынешних границах? Не пора ли и здесь провести "рационализацию" подобную отделению от "подбрюшья" в свое время?

01.09.2011 05:51:31 - Валерий Викторович Федотов пишет:

Каждый мнит себя стратегом ...

Статья правильная, за исключение одного нюанса. Нет анализа причин, приведших к описанному в ней положению вещей, анализа соответствующих сил, их целей, их мотивации, их возможностей. Соответственно, нельзя говорить и о каких-либо изменениях статус кво, не имея достаточного представления ни противнике, его могуществе, потенциале, боевых навыках, его коварстве, его решимости, его организованности и т.д., с одной стороны. И не зная ничего о союзниках (соратниках), их соответствующих качествах, с другой стороны. Причём, знания нужны не только теоретические, но и практические, с набитыми шишками, разбитыми носами, а то и с пулями в сердце. Теми практическими знаниями, которые противник получал и продолжает получать в междусобойных разборках, коих, вполне резонно брезгует наша, любящая изящно порассуждать, рафинированная интеллигенция. Каждый, как говорится, мнит себя стратегом ...

31.08.2011 20:05:37 - Нидвораев Николай пишет:

Вспомните первоисточник!

Предлагаемая программа действий принадлежит небезызвестному Адольфу Алоизовичу. То, что нам показывают, называется иноземным словом "рерайтинг". Но не стоит считать читателей ЛГ уж совершенными неучами.

31.08.2011 18:47:24 - Вячеслав Константинович Стародубов пишет:

Киска в другой комнате.

Детский лепет. Да не убедите Вы "ИХ", и не переубедите, и не перевоспитаете. По-справедливости - "ИМ" НЕ выгодно ! И чем Вам деньги не угодили.Чем Вам средство для облегчения, рационализации обмена помешало. Да не мешают деньги ни жить, ни работать ! И вообще - киска в другой комнате ! http://gidepark.ru/user/632656317/article/279748 http://gidepark.ru/user/632656317/article/281328 http://gidepark.ru/community/2571/article/384193

31.08.2011 11:29:00 - Нидвораев Николай пишет:

Сейчас и не сейчас

"сейчас уже очевидно..." - начинается статья. Почему - сейчас? Это было очевидно и вчера, и десять лет назад, и тысячу лет. Кадры решают всё.

31.08.2011 09:17:45 - Валентин Иванович Колесов пишет:

Блестящая статья

Просто удивительно, как автор, избранный на такую должность, придерживается патриотических, государственнических убеждений. Год назад я скептически оценил его именно потому, что он занимает такую должность. Однако его статьи вызывали все большее и большее уважение. Эта - в особенности. И даже возникает подозрение, а вдруг "Путинская перестройка" перестроит страну? http://lit.lib.ru/k/kolesow_w_i/

31.08.2011 00:02:23 - полкан полканыч полкан пишет:

причина нашихпричина бед єто невежество и алчность . єлиті

историю делают люди. и от того какие люди ее делают такая и получается история. два невежественніх человека разрушили Россию. теперь другие ее добивают.полностью согласен с автором. отсутствие справедливости разрушает моральное и материальное состояние общества. в таких условиях ни кто не видит смісла в существовании общества.каждій стремится только віжить а єлита обагатится

30.08.2011 22:52:55 - Вячеслав Алексеевич Горшков пишет:

Две цитаты из Великого труда Великого Человека

«Выход один – построить общество, основанное на человеческих ценностях, отличных от купли-продажи» «Во многих странах распространено мнение, признанное в Соединенных Штатах официальным догматом, …что на вольном рынке эгоизм торговцев, каждый из которых стремится продать как можно дороже и купить как можно дешевле, а в конце концов приведет к устойчивой динамике цен и будет способствовать наибольшему общему благу. Это мнение связано с очень «утешительным» воззрением, что частный предприниматель, стремясь обеспечить свою собственную выгоду, является в некотором роде общественным благодетелем и поэтому заслуживает больших наград, которыми общество его осыпает. К сожалению, факты говорят против этой простодушной теории». ( Н.Винер. Кибернетика)

Демократия по-кубански

Новейшая история

Демократия по-кубански

КНИЖНЫЙ  

  РЯД

А.Н. Никитин. Суверенная Кубань : Опыт отечественного парламентаризма (1917–1920 гг.). Часть первая. – М.: Национальный институт бизнеса, 2012. – 368 с. – 1000 экз.

Данная книга – яркое подтверждение того, как ещё бедны наши представления о Гражданской войне в России, о том губительном клубке противоречий, который выпало разрубить большевикам. Автор на протяжении всей монографии исследует историю казачьей республики, возникшей в 1917 году на Кубани и ставшей частью Юго-Восточного союза, на три месяца объединившего земли южнорусского казачества.

При этом Никитин полемизирует с генералом Антоном Деникиным, который в своих «Очерках русской смуты» обвиняет казаков не только в сепаратизме, но и «кубанском шовинизме». Забвение общегосударственных, общенациональных интересов руководством кубанского казачества стало, по мнению Деникина, одной из причин поражения Белого движения.

Автор же, напротив, пытается доказать, что именно попытки со стороны руководства Добровольческой армии установить на освобождённых от большевиков территориях, в том числе и на Кубани, диктатуру в «старорежимном духе» повлекли провал антисоветского движения. «Кубанское казачество, опираясь на собственный опыт самоуправления и достижения передовой государствоведческой мысли и практики Европы и США, выдвинуло в 1917 году программу сохранения государства Российского, а после его распада – восстановление на принципах федерализма и демократии…» Однако «...Главнокомандующий А.И. Деникин, так же как и Верховный правитель А.В. Колчак, стремился использовать противобольшевистское движение, в том числе и казаков, для воссоздания дореволюционной России, утверждения унитаризма и авторитаризма, изживших себя общественных отношений, институтов государства и права. Крушение противобольшевистского движения явилось наглядным подтверждением правоты кубанцев, несостоятельности сторонников диктатуры и унитаризма».

Утверждение, мягко говоря, спорное. Ведь именно жёсткая партийная дисциплина, пресловутая диктатура пролетариата позволила большевикам не только разгромить поочерёдно своих врагов, но и в конечном счёте собрать воедино рассыпавшуюся страну. Половинчатость же позиции Деникина, который, с одной стороны, хотел установить диктатуру, а с другой, желал, чтобы все его сторонники добровольно согласились с её необходимостью, привела к тому, что в октябре 1919 года, когда войска Добровольческой армии стояли на дальних подступах к Москве, решалась судьба всего Белого движения, часть войск пришлось отправить в Екатеринодар. Именно в это время там разыгрывалось так называемое кубанское действо, в результате которого несколько членов Кубанской рады, обвинённых в сепаратизме, были арестованы, а полномочия самой рады – урезаны.

Главная претензия к автору – недостаточная аргументация своей позиции. Скажем, он неоднократно говорит о том, что договор, заключённый Кубанской радой с меджлисом горских народов, послужил лишь поводом для Деникина и Врангеля для жёстких мер по отношению к Краевой раде. Однако о сути этого договора из книги так и не удаётся узнать. Вместе с тем легко представить себя на месте Деникина, который узнаёт, что у него в тылу кто-то начинает «договариваться» с враждебными к его армии горцами.

Много говорится о приверженности руководителей Кубанской рады и правительства пресловутому федерализму, а вот о позиции рядовых казаков, о настроениях, преобладавших среди них, говорится вскользь и не очень вразумительно.

К числу же достоинств монографии можно отнести то, что Никитину удалось показать сложность, многополярность, говоря современно, тех процессов, которые происходили на расчленённом теле бывшей империи. Скажем, автора этих строк поразил тот факт, что войска объявившей о независимости Грузии, пользуясь всероссийской сумятицей и развалом, заняли черноморское побережье вплоть до Туапсе.

Несомненно, что в недавнем прошлом Россия столкнулась с теми же проблемами, что и в начале ХХ века. Да и сейчас взаимоотношения окраин, особенно национальных, с федеральным Центром вряд ли можно назвать окончательно сложившимися и гармоничными. Государственное строительство России, борьба (и не всегда успешная) с центробежными тенденциями продолжается. И поэтому книга «Суверенная Кубань» представляет интерес вне зависимости от выводов её автора.

Алексей ПОЛУБОТА

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 3,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

Голгофа упорных самоучек

Литература

Голгофа упорных самоучек

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ

Выдающемуся переводчику испаноязычной литературы Павлу Грушко исполнилось 80 лет. Наши самые сердечные поздравления юбиляру!

Переводчик – сложная профессия. Что такое перевод для вас и как вы выбрали эту профессию?

– Моё определение литературного перевода такое – спасение на переправе (общественная, посредническая функция), а также некая ложь во спасение (посильное художественное преображение). Если говорить об испанском языке, а это язык ещё и двух десятков разных латиноамериканских культур, то перевод для меня был и остаётся окном в мир, расширением мира в сознании. Само по себе владение иностранным языком важно, когда он прилагается к какой-то профессии, к дополнительному увлечению, связанному, скажем, с общественными науками, естествознанием, литературой, искусством. В ту пору, когда я учился на переводческом факультете Московского иняза, что на Остоженке, в институте были молодые люди, такие впоследствии замечательные переводчики поэзии и прозы, как Владимир Рогов, Евгений Солонович, Вячеслав Куприянов, Владимир Микушевич, Сергей Гончаренко, Евгения Аронсон, Андрей Сергеев, Марина Бородицкая. Называю далеко не всех. Этому нельзя научить, если нет желания научиться. Переводческое дело – голгофа упорных самоучек.

Стихи я писал и публиковал ещё до иняза, и изучение языка, естественно, тут же соединилось с переводом поэзии. С благодарностью вспоминаю Семёна Александровича Гонионского, преподававшего газетный перевод, но позволившего мне вместо сухой публицистики подать как курсовую работу перевод стихов одного эквадорского поэта. Постепенно, с бóльшим или меньшим успехом, я стал справляться с переводом малых и больших поэтов. Впервые опубликовал на русском языке лауреата Нобелевской премии Хуана Рамона Хименеса. Увлёкся Гонгорой, Гарсиа Лоркой, Альберти, Нерудой, Николасом Гильеном. Одно из достоинств художественного перевода в том, что на рубеже двух языков оттачиваешь своё перо, расширяешь свои творческие возможности. И постигаешь удивительное гостеприимство родного языка, принимающего и гармонизирующего столько разных стилей и голосов.

Как вы думаете, каковы основные черты русского и испанского характера? Что нас объединяет, а что, наоборот, разъединяет?

– На первом курсе первыми словами нашего преподавателя истории Ивана Афанасьевича Жолдака были: «Россия и Испания – два крыла европейского континента». Обе страны ограждали Европу от натиска с Востока: Россия – от монголо-татарских вторжений, Испания – от арабских. Россия вышла на Тихий океан, Испания завоевала Америку. Обе страны не покорились наполеоновским нашествиям. По мнению Сергея Хенкина, «в русском и испанском характерах присутствуют идеи национальной исключительности, самодостаточности и избранничества, мессианства, утопизма, максимализма. В политическом строе наших стран, менталитете населения причудливо переплетаются элементы западной и восточной культур, сложился своего рода «западно-восточный» синтез». Наши страны многонациональные. Знают, что такое диктаторские режимы. Вот только опыт демократизации в Испании образцовый – благодаря политике взаимных компромиссов и национального примирения, а мы до сих пор тяпаемся в поисках своего пути. Но я постоянно вспоминаю слова художника Константина Коровина: «Почему, несмотря на другую природу, обстановку, весь иной лик, я чувствовал себя здесь, будто я в Москве?..» Что касается перевода, одна из трудностей в том, что переводить приходится, скажем так, с католического на православный: не всё сходится так, как хотелось бы. Да и темпераменты и корни наших культур различны.

Вы знали Пабло Неруду, Хулио Кортасара, других великих. Какое самое яркое впечатление у вас осталось от общения с этими людьми?

– Тембры их голосов, манера поведения, жесты. То, как подвижен был громадного роста Кортасар. Как медлителен с виду был в жестах и в речи Неруда, монументальность которого враз исчезала с появлением улыбки. Я был также знаком, кратко или на протяжении многих лет, с Николасом Гильеном, Октавио Пасом, Хосе Лесамой Лимой, Элисео Диего. Их облик слился с их текстами, и этот «виртуальный» продукт – самое ценное подспорье при переводе: стихи уже не строки на бумаге, а то, как они озвучивались бы авторами.

Кого вам больше всего нравится переводить? Кто кажется самым близким?

– Мне по душе и по перу материальность, предметность образов, точность слова. В меньшей мере символика. Нравятся поэты, близкие к таким русским именам, как Державин, Тютчев, Иннокентий Анненский, Ахматова, Заболоцкий. Поэтому из испанцев – Гонгора, Беккер, Мачадо, Хименес, Эрнандес, а из латиноамериканцев – Лугонес, Неруда, Борхес, Элисео Диего.

Легко ли вам, русскому поэту, пишется? Или «тоска по родине – давно разоблачённая морока»?

– Если вы имеете в виду то, что в последние годы я иногда длительно пребываю в Бостоне, то скажу, что пишется мне как всегда и везде. Язык ведь не собака на привязи у какого-то места или идеологии. Иногда такое чувство, что он даже ярче и чище вдали от родного ора. «Я не тоскую по родине: / вдали от родимых мест / моя тоска – по смородине / и по теням, что окрест. / Тоска по упругой гроздке: / потянешь за черенок – от лопнувших ягод жёстких / так сладостен кислый сок!»

Вы работали два года на кинофильме «Я – Куба» великих Михаила Константиновича Калатозова и Сергея Павловича Урусевского. Вам понравилось с ними работать? Как вы вообще попали на этот проект?

– Меня «попали» на этот проект упомянутые вами киномастера и мой ровесник Евгений Евтушенко, сценарист фильма. Я понадобился киногруппе как испанист в должности старшего переводчика, был тесно связан на протяжении двух лет съёмок на Кубе с творческой частью – переводом киносценария «туда и обратно», с репетициями, а во время съёмок был «языком» режиссёра и оператора. Это была моя первая заграница, первая страна испанского языка. Мой испанский язык с той поры угадывается как «аплатанáдо», то есть как «кубанизированный». Куба – одна из важных вех моей творческой жизни. А кино, как мне кажется, проглядывает из моих стихов тем, что можно назвать глубиной резкости, панорамированием, рапидной съёмкой: «Через густой поток тепла / растянуто и спело/ над летом девушка плыла / и бегом своим – пела…»

Как вы относитесь к Федерико Гарсиа Лорке?

– К Лорке я «отношусь» своими переводами из него: «Пепельный небосвод, / платиновая олива, / и чернее смолы / опалённая нива…» В сознание русского читателя он вошёл как жертва нечеловеческого преступления: близ родной Гранады на рассвете 20 августа 1936 года он был расстрелян командой фалангистов рядом с сельским учителем и двумя цыганами-бандерильерос. Перед возращением в Гранаду, в канун её захвата фалангистами, он сказал: «Они не убивают поэтов». У нас лучше других знают, что именно с них и начинают. Этот факт, вызывающий у россиян прямые или подспудные ассоциации с гибелью многих русских гениев – Гумилёва, Мандельштама, Корнилова, Клюева, Васильева, – влияет на понимание его стихов, несколько изменяя их суть. Впрочем, всегда к смыслам написанного прирастает немало новых смыслов. Хотя, для того чтобы новые смыслы прирастали, надо, чтобы это были произведения писателей уровня Гарсиа Лорки. Как большинство крупных испанских поэтов XX века, к примеру, лауреаты Нобелевской премии Хуан Рамон Хименес и Висенте Алейсандре (не забыть братьев Мачадо, Луиса Сернуду, Рафаэля Альберти и ряд других), Лорка – андалусец. У него был акцент южанина, и он любил говорить, что происходит из «Гранадского царства», что родился «в самом сердце Гранадского Дола». Нет Лорки без слов и понятий, связанных с историей и реалиями этой провинции. Чтобы его переводить, надо знать не просто испанский язык, а то, какой он в Андалусии, видеть не только текст, но и породившее этот текст пространство. Лорка гораздо вещественнее, чем он предстаёт в некоторых «хорошо романтизированных переводческих клавирах», как бы отвечающих просьбе «Сделайте нам красиво!» одного из персонажей пьесы Маяковского «Баня». Это не значит, что он абсолютно прозрачен, исследователи до сих пор расшифровывают его образы, и всё это надо бы знать – для перевода не слов, а смыслов. К примеру, один из деятельных популяризаторов Лорки перевёл в «Цыганском романсеро»: «В маленькой кузне цыгане / солнца и стрелы ковали», не поняв, что под soles (солнцами) и flechas (стрелами) Лорка имеет в виду жанры фламенко soleá и endechas. То есть цыгане в кузнях, скажем так, «выковывают свои напевы и танцы…». Магический реализм Лорки не от зауми, а от магического устройства его хрусталика. Лорку породили не только пространство Андалусии и её наречие, но и сама история края, который творился многими народами, где перемешалось столько кровей, красот и страданий. «Я считаю, – сказал Лорка, – что само рождение в Гранаде склоняет меня к сочувственному пониманию гонимых. Цыгана, негра, еврея и мориска, которых все мы носим в себе». Замечательно определил его значение для Испании Дамасо Алонсо: «Тот, кого ждали, кто был необходим, кто должен был быть». В сущности, у Лорки, как и у иных великих, нет последователей, разве что это эпигоны.

Было ли у нас поколение, сыгравшее ту же роль, что в Испании – поколение 27-го года?

– «Поколением 1927 года» стала называться группа молодых поэтов, в число которых входили Хорхе Гильен, Алонсо, Альберти, Сернуда, Гарсиа Лорка и другие, отметившие трёхсотлетнюю годовщину со дня смерти великого Луиса де Гонгоры-и-Арготе и объявившие себя его последователями. Сами эти имена говорят об их значении для испанской поэзии. Они как бы синтезировали поэтическое наследие Испании. Нечто подобное, полагаю, – наша поэзия Серебряного века.

Вы сами поэт. Не мешает ли вам это при переводе чужой поэзии? Не возникает ли желания «адаптировать» чужой текст «под себя»?

– Зачем? Я не играю мускулами в переводах, у меня для этого есть собственная поэзия. Куда заманчивее перевоплотиться в другого. Дело это, конечно, куда более кропотливое, нежели «кропание под себя».

Что вы сейчас читаете? Над чем трудитесь?

– Недавно перечитал Сологуба, Белого. Пишу стихи, набралось три десятка стихотворений на новую книгу. Последняя – «Свобода слов» – вышла только что. Вот уж лет двадцать заканчиваю пьесу в стихах «Боярыня М.», наше буйное время всё больше проясняет и объясняет образ этой замечательной женщины русского, не менее перестроечного, «бунташного» XVII века. Собрал антологию своих избранных переводов, наверное, это будут три тома: Испания, Латинская Америка и другие страны – Португалия и Бразилия, Англия и США и немного из поэтов бывшего СССР. И ещё обобщаю переводческий опыт в книге с условным названием «С испанского…».

Что важнее в переводе – передать смысл или рисунок, образы или ритм?

– Желательно посильно удержать всё вышеперечисленное. Что в полной мере невозможно, чем-то приходится поступаться, иногда ритмом. Кстати, ритмический и звуковой слух у разных народов неодинаков. В испанском языке, к примеру, гласные сильнее согласных, в русском – наоборот. Главное – не утрачивать смыслы.

Отличается ли наша школа поэтического перевода от западных? Чем?

– Западные школы сегодня, скорее, пессимистические, они занимаются передачей содержания без воссоздания формы. Вот вам то, что говорит поэт, а как он это говорит, не наше дело. В этом смысле русская школа оптимистична: мы традиционно считаем, что форма – это дополнительное содержание, а вернее – эффект поэзии в слитности того и другого. Это труднодостижимо, но стремиться к этому надо.

Считаете ли вы, что уровень перевода сейчас упал или, наоборот, поднялся?

– У переводчиков-«самоедов» всех возрастов он не упал, у молодых есть замечательные работы. Но количество халтуры возросло в разы.

Каково будущее перевода в России? Если фактически у нас есть только один журнал «Иностранная литература», который печатает зарубежную прозу?

– Конечно, для такой страны, как Россия, нужны десятки журналов, которые соревновались бы в публикации зарубежной литературы, в привлечении опытных переводчиков. Нынешняя Россия не поспевает за новыми именами. В Интернете существуют магазины, продающие иностранную литературу на русском языке. О существовании там журналов, пекущихся о новых публикациях, ничего сказать не могу. Нашлись бы средства, я бы такой журнал сделал. Переводу в будущем, как литературе в целом, помогло бы обуздание пиратства, издательской серийности, «формата», попустительства распространителям, диктующим свои правила рыночной игры.

При всём том переводческая деятельность и качество переводов зависят не только от величины журнальных площадей. Не все переводы делаются по заказу. Хард-диск моего компьютера вот-вот лопнет от неопубликованных переводов прозы и стихов.

Беседовала Ксения ЩЕРБИНО

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

Арахлейский кит

Литература

Арахлейский кит

ПАМЯТЬ

К 90-летию забайкальского писателя Сергея Зарубина

К писателю Сергею Михайловичу Зарубину мы пришли вместе с журналистом Николаем Фёдоровым. Он выпускал газету «Медик Забайкалья», группировал вокруг неё студенческую молодую поросль Читинского медицинского института, которая пыталась на её страницах «пробовать перо». Н. Фёдоров знал писателя близко. Долгое время работал вместе с ним в газете «Знамя коммунизма», где С. Зарубин был главным редактором. Опытный журналист дал мне дельный совет: «Возьми с собой что-нибудь тобой написанное. Может, сгодится…»

Я отобрал своё «творчество» и взял ещё фотографии (занимался любительской съёмкой). Мне очень хотелось познакомиться с Сергеем Михайловичем. Он был уже известным писателем: донёс в своих произведениях правдивое грозное эхо войны до всесоюзного читателя. Его документальные повести «Тропой разведчика» (Чита, 1961), «Трубка снайпера» (Чита, 1963) о фронтовиках-забайкальцах – разведчике Сергее Матыжонке и снайпере-эвенке Семёне Номоконове, наводившем ужас на гитлеровских солдат и офицеров на линии фронта, пользовались большим успехом – особенно в Забайкалье! Вскоре их переиздали в Москве. Сейчас они являются библиографической редкостью. Я прочёл повести залпом и с нетерпением ждал назначенного времени…

Сергей Михайлович принял нас дружелюбно. Мне импонировало то, что он не посматривал на часы. Не произносил: «я очень занят», «тороплюсь», лишь сказал: «Присядьте. Подождите. Принесли гранки очередного номера. Немного поправлю – и поговорим».

Закончив читать материал, он поднялся, здороваясь с Н. Фёдоровым, сразу спросил: «Кого привёл?»

Я смотрел на него – высокого, здорового, крепко слаженного, красивого. Назвал себя, протянул руку. Его мощное рукопожатие ощутил сразу.

– Принёс что-нибудь? – спросил он меня. – Знай! Сюда с пустыми руками не ходят.

Я вытащил из «балетки» его повести:

– Прошу ваш автограф…

– Это моё написанное! Изданное. Покажи свои «сочинения». Хочу посмотреть…

Полистав странички, исписанные мною, перебрав фотографии, он выбрал одно «сочинение», остальное забраковал:

– Негусто! Надо печатать на машинке. Читать легче! Править. Проявляй уважение к любой редакции. К её сотрудникам. Вырабатывай культуру подачи материала…

Неожиданно сделал предложение:

– А это доработай. Убери длинноты. Усиль концовку. И… приноси.

Так осуществилось моё знакомство с талантливым забайкальским писателем С.М. Зарубиным, которое длилось более чем 13 лет. Газета пользовалась авторитетом в районе. Несмотря на партийность, на её литературных полосах можно было прочитать стихи, рассказы, очерки, отрывки из повестей не только членов Читинского союза писателей, но и столичных – Виля Липатова, Марка Сергеева.

Сергей Михайлович выпускал созданную им сатирическую страницу «Арахлейский окунь», где господствовал фельетонный жанр и «наводилась» серьёзная критика, невзирая на лица. «Героями» фельетонов были даже отдельные чиновники района. Тогда неслись звонки из райкома партии, но Зарубин «отбивался», умело обходил «рифы».

В «Арахлейском окуне» прошло несколько и моих фельетонов, отмеченных на летучке. Сергей Михайлович любил и понимал юмор, сатиру. Часто писал сам сатирическую прозу. Поучал меня в ту пору: «Рот открывай реже, слушай в два уха, смотри в два глаза, работай пером в четыре руки. Вырабатывай свой стиль и, что очень важно, правильно, в тему, выбирай жанр. Смотри, чтобы не осквернил «факт». Исследуй его прилежно со всех сторон, прежде чем написать. Подходи осторожно! Иначе можно сломать судьбу человека! Ещё более обидно, болезненно и стыдно, когда после публикации проявится, что ты недостаточно правдив, а «газетный вердикт» вылетел в народные массы и быстро сформировал негативное общественное мнение, которое, бывает, не опровергнуть за всю жизнь…» Этого я не забывал никогда.

Обстановка в коллективе была доброжелательной. Иногда Сергей Михайлович брал меня с собой в командировку. На 33-м километре от Читы – у Яблонового хребта – было открытие памятника погибшим от рук бандитов руководителям Забайкалья, о котором я сделал фоторепортаж. После я узнал, что его «открытие» несколько лет пробивал Сергей Михайлович по кабинетам чиновников района и области. Писатель придавал очень большое значение военно-патриотическому воспитанию молодёжи. Выступал перед школьниками, студентами, молодым военным пополнением Забайкалья, в производственных коллективах. В период Великой Отечественной войны сам служил на Дальнем Востоке – на боевых кораблях радистом. Участвовал в штурме Порт-Артура.

– Это было в начале моей службы, – рассказывал он. – Однажды у рации не смыкал глаз около трёх суток. Устал от напряжения. Шум в голове от наушников стоял невыносимый. Не было смены. Одолевал сон. Смыкались веки. Затекли ноги, спина. И я… уснул. Дежурный офицер всех контролировал… Растормошил меня. Это был страшный проступок! Подобное без всяких объяснений каралось по законам военного времени. Я получил десять суток штрафроты. После трёх суток дьявольской непосильной работы уже каждый час был кошмарным…

Помолчал, потом добавил:

– Нисколько не в обиде на офицера. Тогда нужна была железная дисциплина. Потому мы и победили!..

Как-то Сергей Михайлович после телефонного разговора засуетился:

– К нам через полтора часа большой гость прибудет. Сергей Иванович Матыжонок!

Объяснения не требовалось. Героя его повести «Тропою разведчика» заочно все знали хорошо.

Мы его прозевали. Он вошёл бесшумно. Быстро прошёл в открытую дверь кабинета редактора. Сибирский здоровяк. Увалень. С огромными ручищами! Такому не попадай в лапы, особенно в экстремальной обстановке. Они обнялись с Зарубиным. Сергей Иванович приехал по приглашению руководства Забайкальской железной дороги и заглянул к писателю: «Давно не видел. Соскучился!»

К герою будущей повести «Трубка снайпера», со слов Сергея Михайловича, он приехал «случайно». Я лично считаю, что это закономерность, когда писатель находит необходимую ему тему.

…В тот летний августовский день 1969 года Сергей Михайлович послал за Номоконовым машину к автовокзалу. С недавних пор Семён Данилович жил уже на новом месте – в селе Зугалай Могойтуйского района Читинской области. Надо было его встретить. Два дня назад ему исполнилось 69 лет, и на столе редактора дожидался подарок – курительная трубка…

Они стояли друг перед другом. Писатель и живой герой его повести. Обнялись, еле сдерживая слёзы. Знаю, что Сергей Михайлович неоднократно обращался в различные высокие инстанции, хлопотал о присвоении Номоконову звания Героя Советского Союза, но всё было тщетно. Натыкался на непонимание и бездушие чиновников наградных ведомств, далёких от великого чувства патриотизма и гордости за скромного солдата, вершившего ежедневно, в течение четырёх лет на фронте, воинский подвиг защитника Отечества! Это так и осталось несбыточной мечтой.

Газета отнимала много времени. Я уже служил офицером в ЗАБВо. В марте 1970 года зашёл в редакцию навестить Сергея Михайловича. По всей стране шла подготовка к 100-летию со дня рождения В.И. Ленина. Естественно, от этого мероприятия не отставало и «Знамя коммунизма». Я взял газету. Взглядом пробежал по некоторым заметкам. В одной засопочные сельские труженики сообщали, что вывезли на поля 40 тонн навоза и их скромный труд посвящён юбилею вождя мирового пролетариата. Меня это насмешило.

– Над чем хохочешь? – спросил Сергей Михайлович.

Я показал. Он прочитал, покраснел:

– Хорош же из меня редактор, что такой опус пропустил! Цензура тоже проспала?! А у тебя глаз сатирика – пиши. Не ленись!

Не обиделся. А ведь характер у Сергея Михайловича был вспыльчивый, взрывной. Особенно когда дело касалось экологии, чистоты озера Арахлей – невероятной красоты! В то время он уже тревожился за его сохранность. Звонил в райком, обком КПСС, чтобы приняли меры по спасению озера от загрязнения. Неоднократно на эту тему писал острые статьи.

С Читинским отделением союза писателей (с его секретарём) в 70–80-е годы прошлого столетия отношения у Зарубина были натянутые. На правлениях он выступал в защиту талантливого писателя Геннадия Донца. У него были денежные трудности: писал очередной роман и нуждался в поддержке, а ему в этом отказывали.

Сергей Михайлович неоднократно поднимал вопрос и о молодых литераторах, чьи рукописи подолгу залёживались в столах рецензентов, не дававших им дорогу к изданию. Он сам подобное испытал в начале своего писательского пути, ещё в 50-е годы, когда написал первую свою повесть «На морском посту». Чтобы её опубликовать, пришлось ехать в Москву и получить «добро» от самого Леонида Соболева, который поддержал молодого литератора и способствовал тому, чтобы книга вышла в московском издательстве.

В 80-е годы личная семейная жизнь Сергея Михайловича начала давать трещину. Возникли противоречия с женой. Не всё благополучно было и с сыном Владимиром, которого очень любил. Писатель чувствовал себя одиноким. Наступила творческая депрессия. Он порой стал злоупотреблять спиртным. Приближалось время перестроек. Пришлось уйти из газеты. Издательства не баловали, как раньше, предложениями. Некогда пользующиеся огромным спросом его повести невозможно было переиздать. В дополнение навалилась болезнь…

Говорят, писатель вынужден был пойти швейцаром в ресторан, чтобы как-то заработать на жизнь.

Как бы то ни было, Сергей Михайлович Зарубин очень любил Забайкалье, в котором родился 26 августа 1921 года на железнодорожном разъезде Тургунтуй. Наверное, не было в крае ни одной воинской части, где не побывал писатель, рассказывая новобранцам о великих подвигах своих героев. Сегодня это уже стало историей. Вошли в золотой фонд литературы Забайкальского края его документальные повести о героях-забайкальцах: «Тропой разведчика», «Партбилет № 4964000», «Трубка снайпера», где писатель с гордостью рассказал о героях земли, частью которой является и он сам.

Николай СУЛИМ, профессор

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Две недели в классической мансарде

Литература

Две недели в классической мансарде

ВЕЧНЫЙ ОГОНЬ

70 лет назад оборвалась жизнь Марины Цветаевой

«Лондон чудный. Чудная река, чудные деревья. Чудные дети, чудные собаки, чудные кошки, чудные камины и чудный Британский музей. Не чудный только холод, наносимый океаном…»

Эти строки – из лондонского письма Марины Цветаевой в Прагу Анне Тeсковой. Письмо было написано 24 марта 1926 года накануне отъезда из Лондона в Париж, к мужу и детям. Нельзя не заметить странного однообразия определений и эпитетов. Это так необычно для эпистолярного (а тем паче поэтического) творчества Цветаевой, что вынуждает задуматься о причинах случившегося словарного «застоя».

Заставить творца отказаться от словотворения даже на столь малом письменном пространстве – маловероятно, если не невозможно. В чём же дело? В отсутствии вдохновения? В дежурной «отписке» старому адресату? Но есть и другая догадка: повторы вызваны подсознательным ощущением «чуда чудного», которое нечаянно и негаданно свершилось. То есть воображаемый, легендарный Лондон туманов, студентов с факелами, марширующих у королевского дворца гвардейцев, «весь Лондон, втиснутый… в представление о нём, вневременное и всевременное» (из письма В. Ходасевичу от 15.04.34), Лондон литературных ассоциаций и волшебных снов явился во плоти – и был опознан. Свершилось чудо обладания призрачным и доселе фантомным объектом.

Конечно же, были и сопутствующие всякой воплотившейся мечте разочарования, они не забылись и через восемь лет после поездки аукнулись в письме Ходасевичу: «Город на моих глазах рассыпался день за днём, час за часом на собственные камни, из которых был построен, я ничего не узнавала, всего было слишком много, и всё было чётко и мелко – как близорукий, внезапно надевший очки и увидевший три четверти лишнего».

А разве не чудо то, что жить ей в Лондоне пришлось совсем неподалёку от Британского музея (на Торрингтон сквер, дом 9)? «Чудный Британский музей», располагающий уникальной коллекцией древностей, был когда-то образцом и примером для И.В. Цветаева, замыслившего и осуществившего великий замысел. Именно в Британском музее Цветаева смогла наконец-то воочию увидеть оригиналы тех прекрасных копий, на которые ориентировался и которыми располагал московский музей. По многим свидетельствам, ей особенно нравился египетский отдел лондонского музея.

«У меня классическая мансарда поэта», – сообщила она в письме к П. Сувчинскому. Тем более странным кажется то, что она не написала в Лондоне ни одной стихотворной строки. Всё свободное лондонское время она посвятила работе над разгромной статьёй «Мой ответ Осипу Мандельштаму» (о его прозаической книге «Шум времени»), которую потом так и не смогла нигде напечатать. Скорее всего, Марину Ивановну возмутило ироническое отношение Мандельштама к царской фамилии (а Цветаева как раз в это время работала над поэмой о гибели венценосной семьи) и его, прямо скажем, неординарное отношение к Добровольческой армии и войне в Крыму, которое Мандельштам рассматривал только с точки зрения перенесённых им лично опасностей.

Следует учесть, что сама Цветаева в это время находилась в весьма непростых обстоятельствах. С каждым годом нарастало сопротивление эмигрантской среды её ярким идеям, неординарным поступкам и новаторским поэтическим поискам и находкам. В эмиграции Марина Цветаева как бы попала в щель меж двумя временными пластами: в ней жила Россия, которая перестала существовать. В такой ситуации «письма русского путешественника» не напишешь, ибо адресат этих писем должен жить на родине и автор знает, что вернётся туда даже из самого долгого путешествия… Но вернутся ли написанные в изгнании книги? Такой уверенности у неё к середине 20-х годов не было. Надежда на «обратный ход» истории ещё не проникла в её дом под видом «Союза возвращения на Родину».

Как-то забывается и не берётся в расчёт социальный статус изгнанников первой волны эмиграции. Юная Марина была не «товарищ» и не «гражданка», а прирождённая барышня, барыня-сударыня (без тени привычной иронии). Когда в 1916 году она с молодым мужем Сергеем Эфроном и двумя дочками (вторая умерла в годы Гражданской войны) переехали в съёмную квартиру в Борисоглебском переулке, с ними в дом вселились семь человек личной прислуги. С учётом привычного для её семьи дореволюционного уклада надо ли напоминать, как тяжело ей было осваивать «новый быт»? Чем непривычнее бытовые тяготы – тем они тяжелее.

И вот в Лондоне в марте 1926 года случилось ещё одно чудо чудное: отсутствие повседневных бытовых хлопот. Ни стирки, ни мойки посуды, ни готовки на всю немалую семью. Она опять, как в дореволюционной России, была только поэтом. И поэтом, чрезвычайно высоко ценимым принимающей стороной в лице замечательного критика, выдающегося пропагандиста русской культуры (его учебник по русской литературе, написанный на английском языке для колледжей и университетов, до сих пор считается непревзойдённым) Дмитрия Петровича Святополка-Мирского.

Движимый, скорее, сочувствием к её бедственному положению, чем любовью к её творчеству, которое он, кстати сказать, не сразу оценил по достоинству, светлейший князь (Рюрикович) Святополк-Мирский использовал весь свой авторитет в английской академической среде (переговоры с влиятельной в лондонских интеллигентских кругах русской писательницей Тырковой-Вильямс, с известными музыкантами – в те времена их принято было приглашать на литературные вечера в качестве участников), чтобы эта поездка состоялась.

К приезду Цветаевой он напечатал в одном из ведущих лондонских журналов The New Statesman весьма подробную аналитическую статью о её творчестве, награждая прибывающего с визитом в Лондон никому тут доселе не ведомого русского поэта (к тому же женского пола, что было тогда редкостью) не просто любезными эпитетами или скороспелыми авансами. Нет, это была серьёзная попытка дать оценку словотворческому дару Цветаевой.

Стараниями Дмитрия Петровича были устроены, по некоторым сведениям, два, а по некоторым – всего лишь один творческий вечер. Во всяком случае, об одном из них, состоявшемся 12 марта (до сих пор исследователи спорят, где именно – в английском ПЕН-клубе, Русском доме или в Королевском колледже Лондонского университета, в котором читал лекции сам светлейший князь), сохранились письменные свидетельства. «Стихи доходили», – сообщила как о самом важном М. Цветаева в письме к Сувчинскому. И ему же написал Д. Мирский: «Вечер М.Ц. был удачен – особенно в денежном отношении (больше, чем я ожидал)».

И после поездки Цветаевой в Лондон, несмотря на некоторое охлаждение личных взаимоотношений, Мирский продолжал высоко ценить её творчество: «Цветаева – первая из поэтов-женщин России и второй по величине (после Б. Пастернака. – Л.Г.) поэт России».

Он много лет, почти до самого своего возвращения в Россию (в 1932 году), входил в комитет помощи Марине Цветаевой, который он же и организовал (вместе с известным адресатом ахматовских и мандельштамовских стихов – Саломеей Гальперн), и отдавал в этот комитет значительную часть своей зарплаты.

Эти деньги, судя по письмам Цветаевой, уходили в основном на оплату и обогрев жилья, и когда, с отъездом князя в Советский Союз в начале 30-х годов, помощь прекратилась, Цветаева написала отчаянное письмо в Лондон Саломее Гальперн, даме и состоятельной, и добросердечной. И мандельштамовская «соломинка» ещё некоторое время помогала поддерживать огонь семейного цветаевского очага, едва-едва теплившегося на холодном эмигрантском ветру в дальнем пригороде Парижа.

Только на первый взгляд может показаться странным то, что после возвращения в Россию Д.П. Святополк-Мирский ни разу не упомянул имя поэта Марины Цветаевой в своих многочисленных критических и научных статьях. Следует помнить, что в середине 30-х годов это было уже почти невозможно из-за всеобщего страха перед репрессиями. Тем более отрадно отметить, что ранней весной 26-го года ХХ века усилия Святополка-Мирского по созданию максимально благоприятных условий для визита Цветаевой в Лондон увенчались успехом. Ведь одной из причин цветаевской поездки из Парижа в туманный Альбион была попытка поправить тяжёлое материальное положение семьи. Дело усугублялось тем, что интеллигентный, любящий и понимающий муж Цветаевой – Сергей Яковлевич Эфрон – обладал, на мой личный взгляд, неистребимыми качествами натуры «вечного студента».

Он, безусловно, старался обеспечить случайными заработками жену и двоих детей, но у него – и вследствие тяжёлой общественной ситуации в Европе между двумя великими войнами, и вследствие личных особенностей характера – всё довольно часто сводилось к прекраснодушному прожектёрству. Это был многолетний супружеский союз младшего брата и старшей сестры, да простится мне такая вольность в определении неопределимого…

Письменным свидетельствам, даже если они принадлежат руке почитаемого человека, всё-таки трудно доверять на все сто процентов. Мало кто обращает внимание на странное противоречие в цветаевских письмах. В упомянутом уже письме Тесковой она писала: «Это первые мои две свободные недели (выделено мной. – Л.Г.) за восемь лет (четыре советских, четыре эмигрантских) – упиваюсь». И в этом «упиваюсь» – опять скрытый, внутренний восторг от нечаянно обретённой свободы: быть не просто наедине с собой, но быть собой (не прачкой, не кухаркой, не женой etc.), что для неё было намного важнее.

А вот в письме к Раисе Ломоносовой читаем: «Три недели (выделено мной. – Л.Г.) бродили с ним (с Мирским. – Л.Г.) по Лондону…»

Трудно было поверить в правдивость многократного воспроизведения цветаевских строк в различных статьях и ссылках, пока недавно я не получила из рук Ричарда Девиса, руководителя Русского архива в университете города Лидс (Великобритания), первооткрывателя оригиналов переписки Р.Н. Ломоносовой (Кембридж) с М.И. Цветаевой (Париж) и Б.Л. Пастернаком (Москва), факсимильные копии писем Цветаевой. Да, в оригинале сказано: три недели. И если это не поэтическая гипербола, то новая загадка для исследователей цветаевской биографии.

Это странное расхождение в сроках пребывания в Лондоне, зафиксированное рукой поэта, тем не менее вполне соответствует моему общему ощущению от этой поездки: это описка (оговорка), и она из тех, что, как сказали бы психоаналитики, глубоко укоренена в подсознании пишущего. То есть – как хорошо было бы, если бы было три, а не реальные две недели полной свободы от тяжёлого и унизительного быта. Тогда написались бы не одна, а три статьи! Появились бы новые контакты. А может быть, и – стихи.

Вполне, вполне возможно…

Интерес к таким незначительным деталям биографии великого поэта, как весьма недолгое пребывание в Лондоне, мог бы быть оправдан, если бы эти детали сохранились в её творческом наследии. Но, увы, великий русский поэт Марина Ивановна Цветаева не оставила поэтических свидетельств, в которых отразились бы лондонские впечатления. Тогда почему исследователи и, более того, любители её творчества не обходят стороной эту деловую, в общем-то, поездку, связанную с попыткой поправить материальное положение? Как ни приземлённо звучит, это отражает истинное положение вещей.

Полагаю, случилось это потому, что великий город всё же оставил в душе поэта некое «послевкусие», если она и годы спустя возвращается к пережитым в лондонской поездке ощущениям. Они были довольно просты для столь сложного душевного механизма, каковым являлась, позволю себе эту вольность, молодая, полная сил Марина Цветаева в марте 1926 года, присевшая (представим себе это) на скамейку в Гайд-парке и увидевшая картинку, которую запечатлел один тогдашний старательный фотограф. Эта фотография и сейчас висит в кафе у озера Серпантин в Гайд-парке, и она помечена важной для наших предположений датой: 1926 год.

На фото некая сухонькая леди в наглухо закрытом, что называется, пуританском платье и с длинной розгой в руке гонится за гурьбой совершенно голых мальчишек, видимо, только что искупавшихся в озере. Картинка очень верно отражает нравы того благословенного, канувшего в Лету времени, когда в самом центре Лондона не принято было предъявлять окружающим свою наготу.

А беспримерная нагота души, которую являла в своих текстах Марина Цветаева, в те времена тоже могла бы отпугнуть английского читателя, не привыкшего к полному обнажению, в том числе и раскалённых, как оголившийся провод, поэтических страстей.

Лидия ГРИГОРЬЕВА, ЛОНДОН

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 3,7 Проголосовало: 3 чел. 12345

Комментарии:

Почему 726?

Литература

Почему 726?

ПОВЕРХ БАРЬЕРОВ

В Резекне, сердце Восточной Латвии, в рамках праздника дней города в Доме культуры национальных обществ при поддержке городского Центра русской культуры и политического объединения «Центра Согласия» прошёл первый в своём роде поэтический фестиваль «Резекне-726». Именно столько лет исполнилось древнему городу. В привычную схему встречи поэтов со слушателями был привнесён элемент состязательности как между самими поэтическими произведениями, так и манерами исполнения их авторами. Говоря о целях фестиваля, следует оглянуться и попытаться оценить теперешнее состояние литературной жизни Латгалии.

Понятно, что о каких-то литературно-художественных изданиях, регулярно выходящих и освещающих процесс, говорить не приходится. Поэтическая жизнь города, края, региона помимо пишущих, активно работающих литераторов определяется возможностями донесения их произведений до читателя. В Латгалии таких несколько. Ежемесячно выходят: «Латгальский поэтический вестник» (газета «Панорама Резекне»), «Литературная страница» газеты «Лудзас Зёме». Кроме этого, ежегодно выходит поэтический альманах «Резекне» (редактор-составитель Ольга Орс), а в Даугавпилсе – «Дни поэзии» (редактор-составитель Фаина Осина). Осина является также редактором-составителем провинциального альманаха Hronos, который, с завидным упорством преодолевая в первую очередь финансовые трудности, продолжает оставаться единственным не только в Латгалии, но и в Латвии литературно-художественным журналом в полном смысле этого слова.

Поэтому прошедший фестиваль был призван активизировать поэтическую жизнь Латгалии и способствовать написанию новых поэтических произведений, посвящённых нашему краю. С этой целью к участию в фестивале допускались ранее нигде не опубликованные произведения, победители награждались почётными грамотами от городского самоуправления, призами от политического объединения «Центр Согласия», книгами «Резекненский поэтический вестник» от городского Центра русской культуры. Несомненным нововведением, придавшим дополнительную остроту выступлениям и усилившим интерес к фестивалю, явился приз зрительских симпатий. Отдельно следует сказать о жюри фестиваля. В него были приглашены поэтесса Ольга Орс; член правления Союза белоруссов Латвии, редактор-составитель сборника белорусских поэтов Латвии Елена Лазарева; поэт, лауреат целого ряда поэтических премий Алексей Шорохов; журналист-публицист Виктор Матюшёнок.

Теперь о результатах. В нём приняли участие поэты практически из всех городов Латгалии. Прозвучало более десяти ранее нигде не опубликованных стихотворных посвящений нашему краю. Несомненным плюсом проведения фестиваля является также полученный поэтическим сообществом Латгалии опыт проведения подобного рода мероприятий, который поможет их организации в будущем. Ведь инициативу планируется продолжить и проводить мероприятие в разных городах, приурочивая к юбилеям и знаменательным датам.

Победителями поэтического фестиваля «Резекне-726» стали Павел Плотников (г. Виляны), Татьяна Рускуле (г. Даугавпилс), Ирина Вилюмовская (г. Резекне).

Главный приз зрительских симпатий увёз в Ригу Пётр Антропов. Призёрами зрительских симпатий также стали Татьяна Рускуле (г. Даугавпилс) и Александр Алексеев (г. Балви).

Специальной почётной грамотой было отмечено стихотворение Янины Дукуле Par Latgali.

Хочется надеяться, что прошедший фестиваль оживил литературную жизнь Латгалии и усилил интерес в обществе к настоящей поэзии.

Александр ЯКИМОВ, поэт, составитель «Латгальского поэтического вестника», ведущий «Литературной страницы» газеты «Лудзас Зёме», член жюри поэтического фестиваля «Резекне-726»

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Литинформбюро

Литература

Литинформбюро

ЛИТФОРУМЫ

Федеральное агентство по печати и массовым коммуникациям представило полную программу мероприятий 24-й Московской международной книжной выставки-ярмарки, которая состоится 7–11 сентября в павильоне № 75 Всероссийского выставочного центра. Как заявил оргкомитет, акцент в этом году сделан на двух важнейших темах – активизации издательских контактов и внедрении инновационных технологий. Книжный форум объединит 1230 участников из 45 стран, которые представят в общей сложности более 200 тысяч изданий на десятках языков мира.

К 190-летию со дня рождения Ф.М. Достоевского и 180-ле­тию усадьбы Достоевских Даровое под Зарайском Московский государственный областной социально-гуманитарный институт совместно с администрацией Зарайского муниципального района провёл конференцию «Достоевский и Россия». Во флигеле усадьбы была организована выставка «Достоевский. Дорога детства». На могиле М.А. Ивановой, племянницы писателя, последней владелицы Дарового, выступавшей за создание первого музея-заповедника Ф.М. Достоевского, в с. Моногарово состоялось открытие мемориального знака. В зарайском Центре детского творчества прозвучали доклады о перспективах музея в Даровом, судьбе М.А. Ивановой, прошла презентация новой биографии Ф.М. Достоевского в серии «ЖЗЛ» с участием автора – Л. Сараскиной.

ЛИТКОНКУРСЫ

Подведены итоги всероссийского просветительского конкурса для детей и юношества «Лидер чтения», который проводится по инициативе Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям совместно с Российским книжным союзом. Лидерами чтения авторитетное жюри назвало следующих читателей. Иван Пивоваров из села Зырянское Томской области. Восьмилетний Ваня прочитал за год около 300 книг. Анна Дерюгина из Ижевска. За год Аня прочитала 370 книг. В её честь в библиотеке был организован «Бенефис талантливого читателя».

Дарья Романова из Смоленска – самая старшая участница конкурса. В активе Даши почти 400 прочитанных за год книг. Специальным дипломом и подарком жюри решило отметить Кирилла Шмелёва – читателя Тверской библиотеки для слепых. Он прочёл всего 50 книг, но это книги, напечатанные шрифтом Брайля. Все победители приглашены на Московскую международную книжную ярмарку, где 9 сентября состоится торжественное награждение лидеров чтения.

До 31 декабря 2011 года продолжается второй этап международного конкурса малой прозы «Белая Скрижаль». К участию вновь приглашаются авторы, пишущие на русском языке, – вне зависимости от того, в какой стране, в каком городе они живут. На второй тур конкурса принимаются произведения в следующих номинациях: «Это любовь!» (рассказы и другие произведения малых форм, посвящённые теме любви); «За гранью реальности» (фантастика, фэнтези, мистика, сказки и т.д.); «Мир детства» (рассказы, сказки и другие произведения для детей и о детях); «Свободная тема» (рассказы, новеллы, эссе, миниатюры и любые другие малые прозаические произведения на любую тему).

Более полусотни рукописей поступили в адрес национального конкурса «Книгуру» всего за пять дней, прошедших с момента объявления второго сезона. Столь быстрый и живой отклик писателей – как маститых, так и начинающих – свидетельствует о том, что Национальный конкурс на лучшее литературное произведение для подростков успел за прошедший год зарекомендовать себя как серьёзное и нужное дело, которому доверяют и которого ждут. Не меньше трети присланных текстов написаны в духе реализма. Две рукописи позиционируются авторами как научно-познавательные. В жанре фэнтези написано одно произведение, зато фантастических – семь, а сказок (в том числе и сборников) – восемь.

ЛИТФЕСТИВАЛИ

На мысе Казантип прошёл Третий международный фестиваль литературы и культуры «СЛАВЯНСКИЕ ТРАДИЦИИ–2011». Фестиваль проводился на базе ДК «Арабат» и пансионата «Крымские дачи» г. Щёлкино, музеев А.С. Грина, Марины и Анастасии Цветаевых в Феодосии, домов-музеев А.С. Грина, К.Г. Паустовского, литературно-художественного музея г. Старый Крым, библиотеки им. В.Г. Белинского, музейного комплекса Аджимушкай г. Керчь, Музея им. М.А. Волошина в пос. Коктебель.

В Калининграде состоялся IX международный фестиваль актуальной поэзии «СЛОWWWО».

В программе фестиваля значились выступления поэтов, лекции «Тайна Орфея», «Сновидческая поэзия» и др.

В Москве, в центре дизайна ARTPLAY на Яузе, в пятый раз прошёл самый необычный и неформальный книжный фестиваль – Бу! фест. Формат «буквы, звуки, цацки» – объединение редких изданий, оригинальных музыкальных выступлений и произведений декоративно-прикладного искусства – вновь оказался востребованным. В зоне «Буквы» были представлены оригинальные издательские проекты и книжные магазины. Фестиваль проводится дважды в год – и каждый раз у него появляется всё больше новых друзей, участников и поклонников.

6 сентября в Доме-музее М. Волошина в Коктебеле торжественно открываются IX Международный литературный фестиваль им. М.А. Волошина и Международный пленэр художников «Коктебель-2011».

ЛИТДАТЫ

Выставка «Негромкое слово Геннадия Пошагаева», приуроченная к 70-летию со дня рождения кубанского писателя, открылась в Краснодаре. В экспозиции представлены личные вещи писателя, его фотографии, документы, книги.

Дни Довлатова начинаются в Санкт-Петербурге 1 сентября 2011 года. Все мероприятия приурочены к 70-летию со дня рождения писателя. В течение месяца на различных площадках состоятся презентации книг, открытие выставок, просмотры фильмов, конференции, вечера памяти, встречи друзей, экскурсии, обсуждения, выставки-инсталляции, спектакли и многое другое. В программе примут участие библиотеки, музеи, издательства, театры, выставочные залы, концертные площадки.

ЛИТНАГРАДА

Мэр Москвы Сергей Собянин присудил премии в области литературы и искусства. Среди награждённых – постоянный автор «ЛГ» поэт Надежда Кондакова. Наши поздравления Надежде Васильевне!

ЛИТЮБИЛЕЙ

80 лет исполнилось известному писателю и театральному деятелю Александру Михайловичу Кравцову, автору и другу «Литературной газеты». Творческий диапазон А. Кравцова широк: он успешно работает во всех жанрах литературы – поэзии, прозе, драматургии и публицистике. Его перу принадлежат сборники стихов, повестей и рассказов, пьесы, многочисленные статьи. А.М. Кравцов – заслуженный деятель искусств России. Он и на сцене «многостаночник»: режиссёр, педагог и актёр, основатель и бессменный художественный руководитель московского театра «Мир искусства». Поздравляем!

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Место встречи

Литература

Место встречи

Центральный Дом литераторов

Малый зал

5 сентября – в рамках Клуба метафизического реализма вечер «Метафизический дуэт» с участием Юрия Мамлеева и Сергея Шаргунова, ведущий – председатель клуба Сергей Сибирцев, начало в 18.00.

Клуб Exlibris/Экслибрис

Бобров пер., 6, стр. 1

2 сентября – в цикле «Современные авторы о…» – вечер, по­свящённый школе. В программе стихи, рассказы, эссе, воспоминания, начало в 19.00.

7 сентября – в цикле вечеров «Поколения» выступят поэты Мария Галина и Елена Горшкова, начало в 19.00.

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

«ЛГ»-рейтинг

Литература

«ЛГ»-рейтинг

[?] Василий Жуковский. Полное собрание сочинений и писем. В 20 т. – Т. 7:Драматические произведения. Рукописные памятники Древней Руси. – 2011. – 759 с.  – 1000 экз.

Это наиболее полное на сегодняшний день собрание сочинений Василия Андреевича Жуковского. Составлено оно на основе всех известных автографов поэта и прижизненных публикаций.

Настоящее издание состоит из 20 томов:

тт. 1–2 включают лирику первого русского романтика 1797–1852 гг., тт. 3–6 – баллады и стихотворный эпос, т. 7 впервые представляет все драматургические опыты Жуковского, составляющие особый раздел в его творческом наследии, тт. 8–12 – прозу Жуковского, тт. 13–14 – полный свод дневников; наконец, тт. 15–20 – все выявленные на сегодняшний день письма Жуковского.

Отрадно, что в наше небогатое на собрание сочинений время бережно переиздают русских классиков и, несмотря на падение в обществе интереса к поэзии, всегда найдутся среди читателей истинные ценители, для которых приобретение подобного издания станет подлинной эстетической удачей.

[?] Сергей Жуков. Стать космонавтом! Субъективная история с обратной связью. – М.: Издательство  «РТСофт», 2011. – 384 с.: ил. – 1500 экз.

«Я не ищу «потерянное время», не стремлюсь «сначала жить, потом писать» – нет! И жить, и писать, попеременно погружаясь то в одно состояние, то в другое», – признаётся инженер, учёный, литератор Сергей Жуков. Более 20 лет назад он победил в конкурсе на полёт журналиста в космос. На орбите Жуков – увы! – так и не побывал. Зато написал свою субъективную историю исследования отечественной системы обучения полётам, творческий отчёт об учёбе в Российском центре подготовки космонавтов на ранней и средней стадиях. Это не только дневники разных лет, но и захватывающий рассказ об инженерах, врачах, научных работниках, лётчиках, тренерах, испытателях – профессионалах Центра подготовки космонавтов имени Ю.А. Гагарина. Недаром книга вышла в год полувекового юбилея первого полёта в космос. Автор предисловия Юрий Батурин отмечает: «Если читатель не будет торопиться и перепрыгивать фрагменты текста, то получится рефлексия второго уровня, субъективная история уже   наша с вами». В книге много уникальных фотографий. И ещё стихи Сергея Жукова – не только о космосе.

[?] Валентин Хализев. В кругу филологов : Воспоминания и портреты. – М.: Прогресс-Плеяда, 2011. – 360 с.: ил. – Тираж не указан.

Мемуарное повествование В. Хализева посвящено выдающимся филологам разных поколений. В первой части книги рассказывается об атмосфере жизни филфака МГУ середины прошлого века, в последующих – о современниках и учителях автора: В. Лакшине, С. Бонди, М. Бахтине и др.

«Люди, с которыми меня свела судьба и о которых я хочу рассказать, очень разные. В их ряду те, кто остался и останется в памяти общества, и те, которые громкого имени не обрели, но тоже, не сомневаюсь, достойны уважительного внимания идущих за нами поколений», – пишет Хализев в предисловии.

Издание проиллюстрировано большим количеством фотографий, снабжено объёмным именным указателем и, думается, будет интересно не только специалистам, но и рядовым читателям.

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Над пропастью – не ржи…

Литература

Над пропастью – не ржи…

ПОЭЗИЯ

Геннадий КРАСНИКОВ

Замечательному поэту, давнему другу «ЛГ» Геннадию Красникову исполнилось 60 лет. От души поздравляем юбиляра!

***

Вот какая случилась беда –

день за днём неизвестно куда

вдруг из жизни уходят года,

из колодцев уходит вода,

путеводная гаснет звезда…

Время вертит свои жернова:

одновá мы живём, одновá, –

и уходят из книги слова,

из России уходит Москва,

из небесных очей – синева…

Догорает последний закат,

покидает гармонию лад,

соловьи оставляют наш сад,

облетает с цветов аромат,

умывает руки – Пилат…

Мы и сами готовы туда,

мы за вами – куда вы, года?

Мы за вами – вода и звезда!..

Только слышим в ответ: «Господа,

извините, но вам не сюда».

РОССИИ

Не золотой, но тёмной и сырой,

продрогшей, тихой, слякотной

и выцветшей,

люблю тебя осеннею порой –

в предзимний путь

по бездорожью вышедшей.

От всех дворцов, от шума вдалеке,

идущую под тучами угрюмыми, –

люблю тебя в твоём простом платке,

с твоей печалью и твоими думами…

Прижмусь щекой к вагонному окну –

на всех разъездах, в поле, за деревнями,

я всюду вижу лишь тебя одну –

неспешную, натруженную, древнюю.

Люблю в твоих глазах живой огонь,

святую глубину его небесную,

как долго-долго, приложив ладонь,

ты смотришь в даль,

тебе одной известную.

Как терпеливо крест земной несёшь,

как ты сама себе одной – начальница,

не спрашиваю я, куда идёшь,

я – за тобой, иди, моя печальница!..

Ф. ТЮТЧЕВ                                                                                                                

Когда пробьёт последний час природы…

Ф. Тютчев, «Последний катаклизм»

Пока пасут народы

и развлекают впрок,

последний час природы

он видит, как пророк…

Ни деревца, ни суши,

кругом, как звёздный рой,

мятущиеся души

над бездной мировой…

…Тебе же всё – потеха

и повод для острот,

пьянеет демон смеха

от слёз и катастроф.

И всё-таки впервые

язык попридержи,

в минуты роковые

над пропастью – не ржи…

***

Хватит повесть мурыжить

безвременных лет,

пораженья пора отличать от Побед,

над мостами, которые мы

умудрились сжигать, –

греет руки поганая рать.

Легионы идущих под знаменем Тьмы, –

слишком долго встречали унынием мы,

но отныне и присно

залогом грядущих Побед

нашим знаменем будет – Свет.

***

И то, что казалось и было реальным,

исчезнет, как сон и как призраки грёз,

всё явное – станет когда-нибудь тайным,

а тайное – станет ли явным? – вопрос…

Осенние листья в полёте летальном,

подобные жизни твоей и моей, –

как в шторм корабли мановением тайным

уходят на дно неизвестных морей…

Не будет ни пышных речей, ни угрюмых,

никто никогда не узнает уже, –

какие там слитки хранилися в трюмах,

какие там звёзды сияли в душе…

***

Пурга пуржит,

метель метёт,

мороз морозит,

ручей бежит,

скворец поёт,

хитрец морочит…

Народ молчит,

дитя кричит,

скрипач скрипачит,

трубач трубит,

стукач стучит,

палач палачит…

Страна горит,

душа скорбит,

хлеба созрели,

старик чудит,

жена дурит…

И все при деле.

***

Вот так всегда:

интриги, подлость, ложь!..

Вот так всегда: где тонко, там и рвётся.

Захочешь выпить – рюмки не найдёшь,

отыщешь рюмку – водки не найдётся!..

Вот так всегда: то в глаз, то в Магадан,

то Моника в Овальном кабинете,

захочешь выпить за прекрасных дам,

а пьёшь за тех, о ком нельзя при детях!

Вот так всегда: захочешь умным стать,

но целый день беседуешь с ослами,

покуда соберёшься их послать,

глядишь, они тебя послали сами!..

Шекспир не прав!.. Признаем наконец:

весь мир – бардак и в нём свои порядки,

а значит, режь последний огурец,

последний аргумент

в смертельной схватке!

***

Как дерево роняет листья,

как звёздный падает кристалл,

так облетают наши лица

в таинственную гладь зеркал.

В речных дрожащих отраженьях,

гонимых ветреной волной,

и в зеркалах, как в сновиденьях, –

мы наблюдаем за собой.

Вернуть себя уже не чаем

из тех зеркал и облаков,

и мы уже не отвечаем

за наших бледных двойников…

Когда волною их пригонит

к Тому, кто им свой образ дал,

осудит ли, слезу ль уронит

на копию – оригинал?..

***

О, память, память, – ящик злой Пандоры!

Сто сорок сторожей не устоят,

чтобы сквозь все засовы и затворы

удерживать твоих чудовищ ад…

Но кто же этой мерзостью наполнить

мог нашу память? – Мы же и смогли!..

Стереть бы всё, забыть, прогнать,

не помнить,

что ненадёжно в прошлом погребли…

Но в прошлом ничего нельзя исправить

и ничему нельзя сказать – прости!

Ведь что есть Человек? Он –

только память,

о тьме и свете и на своём пути.

АПОЛЛОНУ ГРИГОРЬЕВУ

Да уймите ж эти песни! Увлекая и пленя,

эти песни мою душу вынимают из меня!..

Вынимают мою душу,

в грудь вонзая острый нож,

в жар из холода бросают,

из огня бросают в дрожь.

Вынимают мою душу,

как цыган крадёт коня,

и в такую даль уносят –

не отыщешь и в три дня!

Что же, Господи, там было –

на далёком берегу,

если я спокойно слушать эти песни не могу?

Что же, Господи, там было –

в немудрёных тех словах,

в тех аккордах-переборах

со слезами на глазах?

Видно, эти песни знали,

как печален путь земной,

оттого-то и рыдали

в бедном детстве надо мной…

И опять они рыдают,

как земной печален путь,

но того они не знают,

что былого не вернуть…

***

Тайновидцы времён говорят:

«Седмь громов в небесах прогремят

пред кончиною мира…»

А покуда молчат небеса,

на земле что ни день – чудеса,

будто Кормчий оставил кормило!

Всё смешалось под небом седым –

Крым и Рым, Вавилон и Нарым –

от Москвы до Аляски,

и покудова Землю штормит,

в каждом доме муз´ыка гремит,

всюду песни и пляски!..

Всё смешалось – огонь и потоп,

лёд и пламя, молитва и трёп,

гордый Запад с Востоком,

и пока созревают грома,

человечество сходит с ума

со звериным восторгом.

Всё смешалось – Аллах и пластид,

кровь и слёзы, сердца и гранит,

но не плач и не ропот

пред кончиною стран и племён –

Громовержец, Владыка времён,

слышит дьявольский хохот.

РИТМЫ С ПЕРЕБОЕМ

Наш путь –

как ртуть, –

растекается, разбегается,

водой – тело, душа – светом омывается,

а бедное сердце –

слезами горючими!..

Что же ты, соловушка,

рано замолк,

что же ты на песни

повесил замок?

А бедное сердце

настежь распахнуто!..

Пусть будет, что будет, –

следи, не следи –

краплёные карты

в руках у Судьбы!..

А бедное сердце

всё также доверчиво!..

***

А ты боялась, что зима

заблудится и нас забудет,

не проберётся к нам в дома,

не выстудит и не остудит…

На пушкинском календаре

такое, видно, тоже было –

«Снег выпал только в январе…» –

конечно же, ты не забыла.

Когда-нибудь припомним мы,

как под Москвой, когда-то, где-то, –

просили у зимы взаймы

до лета серебра и света…

Как снег пос´ыпал с высоты,

и он не рвался там, где тонко,

как шла в зелёной шубе ты,

похожая на медвежонка…

Как снег дымился и плясал,

и вспомнил я в его тумане,

как Соколов стихи читал

о снеге и о Марианне…

Как замедляли мы ходьбу,

в неведомую даль ступая,

как бы по Браилю Судьбу

по снежной азбуке читая…

***

Осыпаются с праздничной ёлки иголки

и наводят ночами такую тоску,

словно шорохи ветра в колеблемом шёлке,

словно ящерок бег по сухому песку…

Осыпаются с праздничной ёлки игрушки,

бьются об пол шуты, ангелочки, шары,

будто после вчерашней весёлой пирушки,

будто после проигранной насмерть игры…

Что же это с красавицей бывшей

случилось? –

Потускнела, померкла её мишура,

словно гостья, что в доме чужом

загостилась,

ждёт, когда на порог ей укажут: пора!

И останется запах смолистый и горький,

сладким сном наполнявший весь дом

до краёв,

и в печи задымятся и вспыхнут иголки,

словно тысячи рыжих сухих муравьёв…

***

Да, моя милая, да,

это – ночная звезда,

это – бессонная совесть,

это – небесная повесть,

где мы вдвоём навсегда.

Этот мерцающий свет –

неисчезающий след,

память о душах ушедших,

в вечность с собою унесших

непостижимый сюжет…

***

Как листья и трава,

как облака и ветер, –

ты дышишь, ты жива, –

и я живу на свете…

А если… если… Нет!

Молчи! Не смей!.. Не надо…

Страшит не тьма, а свет

угаснувшего взгляда.

***

Солнце смотрит косо,

ветер лупит в грудь, –

эй, не вешай носа,

продолжай свой путь!

Зря судьбину-клячу

всуе не кляни,

жди свою удачу,

грусть-тоску гони!

Не звенят монеты?

Подступает – край?

Не скули, не сетуй,

рук не опускай.

Если тянет ноша

под названьем «жисть», –

всё же, всё же, всё же –

верь, крепись, держись.

И в последней драме,

и кайлом долбя,

и в людском бедламе

не теряй себя!

***

У судьбы не попрошайничай,

только помни наперёд, –

кто с надеждой распрощается,

тот трёх дней не проживёт.

Если день погаснет праздничный,

сердце омрачив твоё, –

у любви не христарадничай, –

не разжалобишь её!..

Даже если гром обрушится,

и дорога подвела, –

всё равно не побирушничай

возле барского стола.

Льёшь ли слёзыньки горючие –

остаётся жить в обрез, –

лишних дней не выканючивай

в бухгалтерии небес.

Жёлтый лист в ладонь опустится –

скоро осень и зима…

Горе глупому – от глупости,

умным горе – от ума…

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 9 чел. 12345

Комментарии: 04.09.2011 22:22:45 - Жанна Пестова пишет:

Вот такая случилась беда - и уходят куда-то года. Остаются напамять стихи, строчки их совсем не плохи! С днем рождения, Геннадий Николаевич! Спасибо за хорошие умные стихи!

04.09.2011 20:40:54 - Тамара Сумаковская пишет:

Стихи удивительные! - умные, понятные, красивые. Геннадий Красников замечательный поэт и писатель. Очень люблю его статьи, литературные исследования о наших великих поэтах. "Роковая зацепка за жизнь..." - эта книга у меня настольная, всегда под рукой. С огромным удовольствием много раз перечитываю статьи, стихи. Интересно, полезно,необычно мнение автора. Мне нравится. Я в восторге от его творчества. Поздравляю с юбилеем! Долгих и ярких творческих лет Геннадию Красникову.

02.09.2011 09:07:45 - Ксения Александровна Маянова пишет:

Горе глупому - от глупости, умным горе - от ума...

Огромное спасибо вам за потрясающие строки! Я со многом с вами согласна!

Только осень и степь

Литература

Только осень и степь

ВПЕРВЫЕ В «ЛГ»

Николай ШАРАПОВ

Родился в 1950 году в Наро-Фоминском районе. Окончил Московский лесотехнический институт. В составе экспедиций работал в Белоруссии, Хакасии и Забайкалье. Живёт в Клязьминском лесопарке под Мытищами. Стихи пишет всю жизнь. Это – первая серьёзная публикация Николая Шарапова.

* * *

Апрель. Центральная Россия.

Небесный свод.

Сугробы бледно-голубые

В тени ворот.

Но ни пороши, ни метели

Уже не жаль.

Незримо сумерки летели

В цветной хрусталь.

Блестели бусинки на елях,

На тополях.

Ручьи отчаянно звенели

В полях, в полях.

Ничто не ведало предела –

Ни явь, ни сны.

Всё неуместное сгорело

В огне весны.

* * *

(Подражание современнику)

Эх, коня бы мне, да в поле…

В чисто поле, в прошлый век.

Там и доблесть, там и воля,

Удаль, ратное раздолье…

Поле, поле…

В чистом поле

счастлив русский человек –

Счастлив выпавшею долей.

На кольчуге пятна соли,

Почернел от крови щит.

Меч булатный не блестит,

Зубы стиснуты до боли…

Поле, поле…

В чистом поле

враг поверженный лежит,

Слава ястребом кружит.

* * *

В свои объятья взяли волны души их.

Архилох

Не отыскать законченную мысль,

Не оправдать порой людскую глупость.

Дредноут, воплощавший слово «Жизнь»,

На деле оказался утлым шлюпом.

Безжалостно ломает мачты шторм.

Порывистый норд-вест надежды рушит.

Последний дрейф в ладонях чёрных волн.

Последний крик: «Спасите наши души!!!..»

* * *

Чёрным вороном осень над степью кружит,

Пахнет мокрым жнивьём

и сожжённым бурьяном.

По тропе, убегающей прямо в зенит,

Я устало взберусь на вершину кургана.

Задрожавшей рукой передёрну затвор,

Сожалеющим взглядом скользну по равнине…

Беспощадно расстрелянный ветром в упор,

Упаду в потускневшую зелень полыни.

И, коснувшись щекою холодной земли,

Навсегда я отвергну осеннюю прозу…

Может быть, над Россией всплакнут журавли

И ещё один листик покинет берёзу.

* * *

Мне сегодня приснилось, как я одинок…

Вот бреду я с сумой вдоль проезжих дорог,

Мимо лавок и храмов, крестясь и греша,

И прожит медный грош, и пропита душа…

Я проснулся в слезах. В ранний час. На заре.

Листья падали с клёнов у нас во дворе.

И о чём-то печально кричали вдали,

Улетая из наших краёв, журавли.

* * *

…Только осень и степь,

да неяркие зори, как звёзды

на наших пилотках,

Да сигнальной ракеты

зависшая в небе дуга.

Одинокие клёны грустят

на ближайших высотках,

И в замедленном вальсе плывут

над рекою стога.

* * *

Золотистый убор облетел с тополей…

Мне б теперь захлебнуться в раздолье полей,

Мне б сгореть на ветру,

как кусты тальника, –

Пусть другим достаются мои облака.

Но совсем бы не так я ценил каждый миг,

Это синее небо и этот тальник,

Эту бездну воды, эту бездну огня,

Если б знал наперёд, как ты любишь меня.

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 4 чел. 12345

Комментарии: 05.09.2011 12:47:42 - Тамара Сумаковская пишет:

Какие хорошие стихи! Очень понравились. Спокойная грусть, искренность, задушевность. Спасибо.))))))

Книжный ряд

Литература

Книжный ряд

1. К. Белов

Математик, философ, острый, наблюдательный беллетрист. Хорошо известны его книги «Квадратный корень», «Палач», «Стон в МИАЗМе», «Ученики», «Ах, Арбат!», «На Волге» и Др.

«Живое Слово».

2. Новое освещение истории отечественного мещанства. Расслоение на мещанство ax-бедное и мещанство самодовольное. Неприязненные отношения этих двух разновидностей мещанства составляют содержание нашей истории.

3. Современное прочтение и толкование Библии. Библейская версия происхождения мещанства. Книга для верующих, желающих понимать, и для атеистов, желающих верить.

4. Упадок нравственности в современном мещанстве и проблемы её возрождения на пути к Человеку. Духовная смерть и духовное воскрешение мещанства. Попытки построения «Третьего Христианства», очищенного от самодовольства.

5. Философское раскрепощение современного мещанства. Марксизм без Диалектики и самодовольства, но с добавлением философской ах-бедности— это и есть философия современного мещанства.

6. Приложения учения автора о мещанстве к современной российской действительности. Феодориты, Вита-софия, свидетели Иеговы — главные его пациенты на этот раз.

7. «Откровение» К.Белова -

общедоступный религиозно-философский трактат в пяти книгах. Изложение чистое, внятное, на хорошем русском языке.

Объём книг 430-450 страниц, формат 60x88 1/16. Бумага офсетная, печать офсетная, гарнитура «Тайме NR». Твёрдый переплёт, бумвинил, золото. Книги прошитые. Подарочное издание. Цена договорная. Желающие могут приобрести книгу или весь пятитомник с автографом писателя и дарственной надписью.

«Живое Слово» Тел. 379-9О40 109378, Москва, Волгоградский проспект, 159-2, оф. 73.

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Полигон «Коктебель»

Библиосфера

Полигон «Коктебель»

ЖУРНАЛЬНЫЙ ВАРИАНТ

Перед стартом очередного фестиваля, носящего имя Максимилиана Волошина, трудно было пройти мимо издания, раньше других отреагировавшего на это значительное культурное событие, - журнала «Сибирские огни».

В«Сибирских огнях» — обширная подборка поэтов, имеющих отношение к Волошинскому фестивалю. Предисловие к подборке написано Андреем Коровиным, главным организатором фестиваля и одноимённой премии, культуртрегером и настоящим подвижником литературы. Фестиваль проводится с 2003 года в Коктебеле на берегу моря и отличается высоким уровнем отбора: в разные годы его дипломантами становились Кирилл Ковальджи, Лена Элтанг, Мария Ватутина, Андрей Нитченко и другие значимые поэты. Коровин в предисловии к подборке обозначает свою программу-максимум: «Во-первых, вернуть Коктебелю статус одной из культурных столиц Европы. Во-вторых, создать здесь культурный центр, в котором на регулярной основе проходили бы литературные, художественные, музыкальные, театральные, кино- и фотобиеннале и многое другое. В-третьих, возродить Дом творчества, который нам завещал Волошин. Чтобы Коктебель стал творческим полигоном для всевозможных и невозможных проектов, этаким «голливудом» в общекультурном смысле. Здесь почти всё для этого есть — сказочные пейзажи, море, горы, история, особая энергетика места. Правда, нет социальной инфраструктуры, бизнес ориентирован на случайные заработки, а не на целенаправленное создание устойчивого культурного поля. <...>Если же Коктебелю не суждено стать культурным центром, столицей легендарной воло-шинской Киммерии, пусть уж лучше море очистит берег своими зимними штормами. Пусть лучше Коктебель будет первозданным раем, чем приморской забегаловкой для туристов».

Открывается подборка стихами Александра Переверзина из его дебютной книги «Документальное кино», вышедшей в издательстве «Воймега». Стихи Перевер-зина — современная интерпретация романтического двоемирия, где на одной чаше весов — маргинальный фон, декорируемый и топосом, и представителями низовой культуры, на другой же — контрастирующий с этим фоном светлый мир и светлое ощущение, которым пронизана книга. Всё это открывает читателю удивительное по силе изображения метафизическое пространство, зачастую антитетичное, где любое «небесное» оттеняется намеренно неприглядной прозаической деталью, равно как и наоборот—«земное» контрастируется ощущением высшего смысла; таким образом создаются гармония и равновесие меж «мирами». Что вызывает симпатию к стихам Переверзина — это безоговорочная честность по отношению к читателю. Редкое сочетание глубины и «неслыханной простоты» рождает ответное читательское доверие — неслучайно книга «Документальное кино» получила малую премию «Московский счёт» за лучшую дебютную книгу.

Отец, которого я помню, мне показал каменоломню, засохший дуб — жилище ос и рощу, где шиповник рос. Когда брели по грубой пашне, в ночи, ведомые Творцом, темно мне бъыо, но не страшно — ведь я шёл за руку с отцом.

«Мысль семейная» — так в одной из статей охарактеризовала лейтмотив её творчества критик Елена Погорелая — лежит в основе стихов Анны Логвиновой, также лауреата премии «Московский счёт» за лучшую книгу. В стихах не раз повторяется градация по признаку родства, а закольцованная композиция цитируемого ниже стихотворения как бы говорит о возможности найти чудо в самых простых вещах:

Удивительно,

что на веранде серьёзное лето, починили качели в саду

и комод в мастерской, и теперь над столом

дирижируют три сигареты, это дедушка, папа и парень

духовно-мирской, на которого не насмотреться

с любовной тоской.

<...>

И твой папа читает нам вслух

про кого-то из древних, начиная обычно со слов

удивительно, что...

Стихам Логвиновой свойственны обаяние и лёгкость интонации — с переходом на прозу, с органичной небрежностью ритма. Живость, человеческая «вменяемость» лирической героини Логвиновой, возможность идентификации с ней и близость к образу автора делают стихи чрезвычайно привлекательными для чтения. Одно из стихотворений — почти прозаизированный пересказ реальной житейской ситуации — выглядит реминисценцией на «Мёрзнет девочка в автомате» Вознесенского:

Девушка плачет

в стоматологической клинике. Её утешают регистратура

и гардеробщик. И даже сам стоматолог

в халате синеньком выходит из кабинета посмотреть, кто же ропщет.

Евгений Мякишев — поэт из Питера с эпатажной манерой — представляет в журнале не свойственные ему традиционные, слегка архаизированные стихи, высокопарностью интонации вызывающие аллюзию к поэтам XIX века. Складывается впечатление, что эта высокопарность и внезапное разрушение читательского ожидания (с помощью вкрапления современной лексики) — умелый стилистический приём, средство внести «живинку» в стихотворение. Так, весну — «животную вакханку» — лирический герой посылает «в отстой на дно морское», а в сюжетной балладе про Галину и медведя — неожиданная концовка:

Сей текст я писал, разгоняя тоску. А что до медведя... Остался живой.

Стихи Дмитрия Строцева восходят к обэриутской — главным образом хармсовской — традиции. Но лёгкость восприятия обманчива — при внешне простых рифмах и деталях вживание в поэтический мир Строцева оказывается непростым ввиду причудливого переплетения логических связей. Однако в целом создаётся ощущение удивительно светлого поэтического мира:

от дум докучных от мечты глазами упаду в цветы чтоб таяли и умирали и таяли как минералы на быстрых стеблях зажжены костры надежды и весны они от ярости немеют а петь иначе не умеют

Заслуживают внимания в подборке и стихи Наты Сучковой, Марии Марковой, Михаила Свищёва, Владимира Беляева, Сергея Строканя, Светланы Михеевой, Михаила Шелехова, Евгения Кольчужкина, Екатерины Косьяненко, Мариян Шейховой.

Борис КУТЕНКОВ

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Амбидекстр, или Двурукий

Библиосфера

Амбидекстр, или Двурукий

КНИЖНЫЙ  

  РЯД

Георгий Яропольский. Я не тот человек : Стихи. - Таганрог: НЮАНС, 2010. - 50 с. - 500 экз.

Георгий Яропольский, живущий в Нальчике, известен не только как поэт, автор сборников стихов «Акт третий, сцена первая», «Реквием по столетию», «Сфера дымчатого стекла», «Нечто большее», «Холмы Хлама», но и как переводчик художественной прозы (например, романов Д.М. Томаса, Д. Митчелла, М. Эмиса, Дж. Кэрролла, С. Холла). В отношении к себе такой же двуипостасный автор Михаил Яснов применил звучный термин «Амбидекстр», назвав так новую книгу своих стихов, вышедшую в прошлом году. «Амби-декстром», «двуруким», одинаково владеющим правой и левой рукой, велик соблазн называть всякого мастера поэтического слова и художественного перевода.

Но в сборник Георгия Яро-польского «Я не тот человек» вошли только собственные стихи — не переводы. Единственное, кажется, непосредственно переведённое стихотворение — «Утренняя серенада» из Филипа Ларкина (в оригинале название — «Aubade», значение многозначное, в том числе религиозное, — «заутреня», «утреннее песнопение»). Стихотворение более чем трагическое, к серенаде в привычном значении любовной песни имеющее слабое отношение, — о еженощном ожидании и бесплодном осмыслении неизбежной смерти:

...смерть, что подобралась на сутки ныне

и мыслей не оставила в помине,

кроме одной: когда и где — я сам?

Вопрос напрасен, но, как вспышка, слово

небытие пронзает снова,

хлеща в потёмках плетью по глазам.

На этот вопрос человеку при жизни не найти ответа, и спасают лишь будничная занятость и рассвет, который маскирует до следующей ночи страх перед небытием:

Нет солнца, небо белое, как глина.

Опять зовёт работ рутина.

А почтальоны, как врачи, — из дома в дом.

В предисловии к этой книге стихов Марина Кудимова говорит о Георгии Яропольском, что он из тех поэтов, которые «мучаются «последними вопросами», ставят их, что называется, ребром и ответы иссекают из этого ребра, словно бы вечно воспроизводя первый акт творения... Как правило, они строят свой поэтический мир по образу и подобию той национальной традиции, в которой родились и развились».

Согласившись с утверждением, что Георгий Яропольский любит ставить в своих стихах «последние вопросы» (и выбирает для переводов, вероятно, творения авторов, тоже задающихся дилеммами уровня не ниже «быть или не быть»),

посмею всё же оспорить второй тезис М. Кудимовой. Дело в том, что Георгий Яропольский строит свой поэтический мир на основании явно не одной «национальной традиции». В его поэзии нашли отклик вся евроазиатская культура и философия. И я не уверена, что надо из этого массива выделять «английскую культуру», хотя Георгий Яропольский переводит, как правило, англоязычных авторов, и прочие национальные культуры — «и острый галльский смысл, и сумрачный германский гений», а равно «застолб-

лять» поиск Бога и смысла жизни за какой-то одной культурой — допустим, за русской. По-моему, наоборот, двуязычный поиск оправдания своего бытия перед непреложным

уходом в небытие, предпринятый Филипом Ларкиным и Георгием Яропольским, означает, что этим вопросом задаются все мыслящие люди планеты. Значение же перевода для мировой литературы трудно переоценить. Переводчик — главная фигура культурного «диалога».

Стихи самого Георгия Яропольского отражают его богатейший словарный запас и умение не только говорить, но и думать на иных языках. «Холмы Forever» — название стихотворения, посвящённого любимым учительницам, по форме «размыслительного», по содержанию элегического. «Город Мальчик» — название другого стихотворения, городского, пейзажного, рисующего как пёстрый кавказско-европейский город:

Пусть малюет хоть кто не по-русски Pizza, Club, Vavilon ли, Vivat — на углах, как и раньше, старушки сядут семечками торговать, —

так и билингвальную природу поэзии Яро-польского. Примеры можно множить и множить:

Всё испещрившая цифирь

исчезнет без следа,

Но есть слова etoile, эсфирь,

star, stella и звезда.

«Взгляни на запад, мистер Х...»

Поэт идёт дальше и от двуязычия переходит уже к амбивалентности личности лирического героя-рассказчика — в горько-ироническом стихотворении (которое, разумеется, не следует понимать буквально, как исповедь): «Автопортрет у ларька стеклотары» с эпиграфом из «Гамлета».

To be or not — и вся альтернатива! И в слове not — альвеолярный звук! Стремленье сгинуть — чуждая причуда. Блуждая мрачной бездны на краю,

я знаю, что я жив ещё", покуда посуда есть, которую сдаю.

Стихотворение это — не столько о сдаваемой посуде, сколько о проникновении чужих мыслей и речей в собственную речь поэта; вероятно, это своеобразный крест всякого русского интеллигента, образованного настолько, что ему трудно отделить собственные мысли от общекультурного контекста. О чём Георгий Яропольский говорит в стихотворении с названием «Пустырь как цитата»:

Пусть впечатался след мой в суглинок —

он его не затронул ничуть.

Весь в репьях, выходил я к асфальту.

Было странно легко на душе.

Я его заучил, как цитату,

но откуда — не вспомнить уже.

Начитанному человеку жить, пожалуй, труднее, чем неучу, — то, что второму предстоит постигать, первый рад бы забыть... Ведь уже всё было в истории человечества.

Иной раз даже мерещится, что поэт отрицает какую-либо возможность сказать нечто новое:

..Почему же немотствует зал?

Просветленьем овация грянет!

Я — со всеми! Я что-то сказал?

Нет, послышалось вам... Это — Гамлет!

«Монолог осветителя» Или же, чтобы создать новое из существующего, надо прибегать к алхимии. Процессу «искусственного» творения посвящён венок сонетов «Реторта», который Марина Кудимова назвала безупречным по архитектонике, — и он действительно выстроен из изящных итальянских сонетов, только замысел его грустен:

.Соединяя небо с грудой хлама, я истину хотел извлечь упрямо — не удался чудесный новый сплав.

Оперировать мировым культурным наследием — труд великий и ответственность грандиозная. Ехидство просвещённых читателей, «уже знакомых» с чем-то подобным, их культурное «дежа вю» — неизбежная «награда» за работу. Но у Георгия Яропольского есть мощный контраргумент, которого я ещё ни у кого из поэтов не встречала:

Поэт живёт наедине со смертью. Что им делить?Меж ними только Слово, которое когда-то быыо Богом, а стало — так, безделицей из букв. «Сегодня утром я взглянул на небо...»

Постмодернизм пригвождён, а концепция божественного Слова поставлена с ног на голову... Уверена, что в этом поле поэту ещё есть что сказать от себя лично!

Елена САФРОНОВА

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Ремонт мостовой на улице Розанова

Библиосфера

Ремонт мостовой на улице Розанова

В.В. Розанов. Сочинения. -В 12 томах . Том 1-й: Мимолётное. 1914 г. 1915 г. - М.: Республика, 2011. - 784 с. - 1000 экз.

Глубокое недоумение, как же «меня» издавать? Если «все сочинения», то выйдет «Россиада» Хераскова, и кто же будет читать? — (эти чуть не 30 томов?). Автор «в 30 томах» всегда = 0. А если избранное и лучшее, тома на 3: то неудобное в том, что некоторые острые стрелы (завершения, пики) всего моего миросозерцания выразились просто в примечании к чужой статье, к Дернову, Фози, Сикорскому.

Как же издавать? Полное недоумение.

Вот странный писатель non ad typ., non ad edit.

Во всяком случае тот будет враг мне, кто будет «в 30 т.»: это значит всё похоронить».

И в другом месте:

«Вывороченные шпалы. Шашки. Песок. Камень. Рытвины.

Что это? — ремонт мостовой?

Нет, это «Сочинения Розанова». И по железным рельсам несётся уверенно трамвай» (В.В. Розанов. Опавшие листья. СПб., 1913. С. 375, 45).

Парадокс наших дней: после «Собрания сочинений» Василия Розанова как раз «в 30 томах» (!), выпущенного в 1994—2010 годах (о нём «Литературная газета» писала год назад — см. «ЛГ», 2010, № 31), — новое издание. На сей раз — «Сочинения Розанова», том 1-й... Издательство прокламирует, что «Сочинения» выйдут в 12 томах.

Кстати, выпуском этого тома издательство «Республика» вновь уверенно заявило о себе, о своём успешном и, по-моему, даже эффектном возвращении на книжный рынок. Последние годы «Республика» испытывала серьёзные трудности, выпустив лишь несколько книг — в ко операции с другими, финансово более успешными коллегами; к счастью, «слухи о смерти» издательства оказались «несколько преувеличенными». Известие отрадное, ведь «Республика», бывший «Политиздат», — это и высокая культура книгопечатания, и подлинная научная безупречность.

Начато новое издание «Сочинений» с «Мимолётного», с жанра, открытого Розановым, с его знаменитой «Листвы». «Мимолётное» — своеобразная дилогия: «Мимолётное. 1914 г.» и «Мимолётное. 1915 г.»

— составная часть розановской «Листвы», куда входят «Уединённое», «Опавшие листья», «Смертное», «Сахарна», «Последние листья». Перед нами во многом парадоксальные взгляды автора на отечественную философию, религию, культуру, размышления о социальных и духовных предпосылках революции в России. Да, это те самые «Вывороченные шпалы. Шашки. Песок. Камень. Рытвины», о которых упоминает автор в «Опавших листьях». Но розановская «Листва» — это не только «больные вопросы» и «нерешённые проблемы». Это и художественная проза — та литература «почти на праве рукописи» (подзаголовок к «Уединённому»), когда всё выговаривается до невозможности откровенно и в то же время — мимолётно, сиюминутно. Это проза, написанная не на разговорном, а — как когда-то, в начале 1920-х годов, обозначил Евгений Замятин — на «мысленном языке», с его динамичностью и краткостью, откровенностью и открытостью.

Судя по вышедшему первому тому (784 с. хорошего формата) и по предполагаемому составу дальнейших томов (проспект «Сочинений» дан на последней странице тома), избранное обещает быть весьма представительным и интересным.

«Литература не есть ли что-то, что только «кажется».

?

Может быть». (Запись 4 марта 1914 года. Мимолётное, с. 41.)

Владимир ДЯДИЧЕВ

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Чужой против Хищника

Библиосфера

Чужой против Хищника

МЕТАТЕКСТ

Лев ПИРОГОВ

О рассказах Юрия Милославского

Юрий Милославский. Возлюбленная тень : Роман, повесть, рассказы. - М.: АСТ: Астрель, 2011. - 473 с. - 3000 экз.

О чём эта книга? Мне её рекомендовал человек, очень авторитетный в литературном мире. По количеству «литературного вкуса» и по влиятельности на писателей и издателей превосходящий всех литературных критиков, вместе взятых. Рекомендовал, закатывая глаза (без обид), как делают, когда едят что-то чрезвычайно вкусное. Настолько вкусное, что нет сил выносить. Я из рекомендации этой сделал вывод, что мне не понравится (не люблю «хорошей литературы»), и стал читать настороженно. Итак, о чём эта книга? Идиотский вопрос. Но вот вам говорят: «Я поймал рыбу», — вы спрашиваете: «Какую?» — а вам говорят: «Хорошую». Да понятно, что хорошую, раз поймал! Но бывает же хороший ёрш, хорошая плотва, хорошая щука, хорошая рыба-бородавчатка... Какую?

А книга о том, как труден и странен мир, перестающий быть для тебя своим. Это хорошо для литературы, потому что художественный эффект возникает из «остранения», а чужое-то как раз легче всего увидеть и показать странным. Привычные миры привычны одинаково, а каждый непривычный непривычен по-своему. С лица необщим выраженьем, для литературы весьма годится.

Может быть, написанные давно и о давнем рассказы Юрия Милославского — это реакция на «советский миф», на мир чёрно-белого кино, где всё было слишком понятно, привычно и ду-хоподъёмно. Нет, не «чернуха» в пику «лакировке действительности», совсем нет. И то была не лакировка, и это не очернительство. Просто когда раз понятно, другой понятно, третий понятно, — мир делается по щиколотку, и жить в нём становится нестерпимо, аж охота завыть.

Вот мы сейчас почему те чёрно-белые фильмы любим? Потому что мир вокруг не таков. Суетен, нечист, дре-безглив, без «ориентиров». Чего не хватает в жизни, того и хотим в искусстве — приправы к жизни хотим, витаминов. Это сегодня. А во времена Милославского (когда его рассказы писались) хотелось, наоборот, искусство приправить жизнью. Всем тем, чего тогдашнему искусству так не хватало. Пошлостями быта, безнадёжностью, высокой тоской, плесенью из подвала.

Это я понимаю. От стерильного сияния супермаркета глаз с душой отдыхают на кустике крапивы у заплёванного забора. Тогдашний советский художественный миф был «советским гламуром», а кустиками крапивы, то есть «органическим началом жизни», была жизнь из рассказиков Милослав-ского. Их не печатали.

Пройдёмся по головам. Вот рассказ «Скажите, девушки, подружке вашей.», о чём он? О том, как печален мир, даже когда цветут чахлые чайные розы в глиняных вазонах, даже тогда. На крымском курорте — вино и шоколад, но люди скоро умрут: «Юра Милославский умрёт сегодня ночью в городской больнице, Володя Самусин умрёт через месяц». За это им положено вино, положен шоколад, положены женщины. Не за то, что они построили какую-нибудь Магнитку, нет, — чтобы умирать было больнее.

Может быть, они и построили Магнитку, мы об этом не знаем, это не важно (это по разряду чёрно-белой понятности), мы видим только то, что нам показывают, — видим, как больной раком горла Володя берёт ртом из клювика жены кусок шоколада и идёт танцевать, а тут же за их столом сидящий любовник жены остаётся ждать, не его очередь. Через месяц будет его — чья очередь умирать, того и танцы. Тут же Юра Милославский, поэт, лапает любовницу на глазах у её мужа, провизора, тот подсыпает яд в Юрину рюмку, уже завтра жена освободится и (пока муж будет пользоваться перешедшими к нему от Юры правами) тоже чего-нибудь подсыплет, таков закон. В рассказе прямо так не написано, рассказ «воздушный», лирический, но из теней и звуков его соткано ровно это. Мы живём в ожидании разврата и пьянки, живём год, два, пять, потом умираем, но, поскольку сначала разврат и пьянка, никто не волнуется. Альтернатива разврату — печаль. Больше ничего нет.

Согласны? Не важно: главное, что рассказ сделал нам грустно, сделал хорошо. Мы умилились — и согласились.

Вот рассказ «Последний год шестидесятых». Человек с повышенным уровнем саморефлексии (и заодно филолог, воспринимающий мир как текст) приезжает в командировку в чужой город. На новом месте впечатления обостряются, люди и вещи кажутся «особыми» (не такие официантки в гостиничной столовой, не такой сосед по номеру), и становится понятно: это не город, это вся страна (и шире — вся жизнь) не такая, герой-филолог всюду чужой.

Не потому, что он филолог или там, допустим, еврей (вон сосед одновременно милиционер и грузин, а чувствует себя превосходно), тут вся ерунда в экзистенции, а не в сословных и тому подобных конфликтах, но с экзистенцией ведь никуда не сунешься, толком не пожалуешься, не предъявишь, вот и приходится переталдыкивать мучающее тебя на язык «конфликтов» (не такая работа, не такое социальное окружение, не такая страна). Чувство единства с миром (мифом мира) рушится, остаётся в прошлом, в ранних шестидесятых, наступает отъединён-ность от времени и пространства, наступают одиночество и бессмысленность существования в смысловой пустоте, наступает «застой». Ещё пятнадцать лет, и смерть мифа повлечёт за собой смерть страны.

Чужие в рассказах Милославского («Смерть Манона», «Из Дворовых песен») часто обретают черты голливудских инопланетных чудовищ; это жуткие человечьи выродки, представители уличного и дворового «социального дна»: шпана, блатные, проститутки и мало от них отличающийся «народ». Бабель писал о них как о близких, Милославский, хоть разглядывает вблизи, — как о бесконечно далёких. «Без гнева и пристрастия» — но не как о людях. (Шукшин, например, писал о своих героях и с гневом, и с пристрастием, но писал как о самом себе, выписывал изнутри; становится интересно, как бы описал шукшинских персонажей и шукшинские коллизии Милос-лавский?)

Для писателя Милославского стал невыполнимым завет Гоголя — через сострадание «возлюбить всё, что ни есть в России».

(«Как полюбить братьев? Как полюбить людей? Душа хочет любить одно прекрасное, а бедные люди так несовершенны и так в них мало прекрасного! Как же сделать это? Поблагодарите Бога за то, что вы — русский. Для русского теперь открывается этот путь, и этот путь — есть сама Россия.

Если только возлюбит русский Россию, — возлюбит и всё, что ни есть в России. Без болезней и страданий, которые в таком множестве накопились внутри неё и которых виною мы сами, не почувствовал бы никто из нас к ней сострадания. А сострадание уже есть начало любви».)

Для Милославского — уже невозможно любить ВСЁ ЭТО, для его героев — ВООБЩЕ ЛЮБИТЬ, а сострадает он только этим двум (своей и их) невозможностям.

Вот, собственно, когда это у нас случилось, тогда страну и профукали. Любовь преображает безобразное и претворяет злое, а наблюдательность, талант — нет. Перестали преображать и претворять (осаживать зло в себе, наружу выпуская только добро) — и миф закончился. Закончился миф — закончился мир.

Нет, это не злая литература. В малых дозах она приятна — пьянит. Порекомендовать её читателю — всё равно что предложить водки, а какой же русский не любит быстрой езды? Плохо только, что тормозить не умеем, забываем закусывать, забываем, что воду-то тоже неплохо иногда пить.

Это только «хлеб да воду» можно без задней мысли читать, а за чистым спири-тусом искусства глаз да глаз нужен! Ни на минуту не забываем — «о чём», «почему», «зачем».

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 3 чел. 12345

Комментарии:

Александр Дик: «Я не боюсь оказаться учеником»

Искусство

Александр Дик: «Я не боюсь оказаться учеником»

ПЕРСОНА

«ЛГ»-Досье

Народный артист России Александр Яковлевич Дик родился в Душанбе и свои первые роли сыграл ещё подростком на сцене Душанбинского русского драматического театра. По окончании Школы-студии МХАТ в 1970 году принят в труппу Московского Художественного театра. После разделения театра остался в МХАТе им. М. Горького под руководством Татьяны Дорониной. На экране дебютировал в 1972 году ролью Гордона Уайтхауза в картине «Опасный поворот». В 1994 году Александр Дик перешёл в Театр Российской армии, где трудится до сих пор. В своей творческой жизни сыграл множество ролей в спектаклях и кино по произведениям классической отечественной и мировой литературы. Преподаёт на кафедре актёрского мастерства Института современного искусства.

На выбор профессии обычно влияют какие-то особо яркие впечатления детства и юности. Что определило ваш путь на сцену?

– Мои первые театральные университеты связаны с Душанбе, городом, где я родился, с Русским драматическим театром, который был основан выпускниками студии Алексея Дикого, выдающегося русского режиссёра. Их никто туда не направлял, приехали, так сказать, по велению сердца. На его сцене я играл мальчишек в пьесах Салынского и Розова…

И окрылённый, отправились покорять Школу-студию МХАТ?

– Мне было 16, я был уверен, что поступлю, ни в какие другие институты даже не показывался. В Душанбе работал замечательный артист – Владимир Яковлевич Рейнбах, страстный поклонник Художественного театра. Вот он и внушил мне эту мысль, утверждая, что лучше этой школы ничего и быть не может. Я поступил на курс к Александру Михайловичу Кареву, моими педагогами были Пилявская, Грибов, Станицын. Разве такое проходит бесследно! На четвёртом курсе я уже выходил в болгарской пьесе «Царская милость» на одну сцену с Тарасовой и Массальским.

Судьба с самого начала была к вам благосклонна. Повезло?

– Пожалуй. В 1970 году я поступил во МХАТ, и меня миновали все массовки, все эпизоды, играл большие роли: и Мортимера в «Марии Стюарт», и Тузенбаха в «Трёх сёстрах», и Глумова в «На всякого мудреца довольно простоты», и Барона в «На дне». У Олега Николаевича Ефремова была любимая присказка – когда кто-то заболевал, он говорил: «Вот Дику позвоните, он сыграет». Отношения у нас с Ефремовым вначале были очень хорошие. Он даже собирался ставить «Горе от ума» А. Грибоедова и предлагал мне роль Чацкого, то ли оттого, что тогда было мало молодёжи, то ли действительно так в меня верил. Потом отношения как-то у нас охладились, но, к его чести, надо сказать, Ефремов, ставя много советских пьес, таких как «Сталевары» и «Заседание парткома», в которых, очевидно, меня не видел, никогда не мешал тем, кто меня брал в свои спектакли, и всегда в этом смысле был открыт.

«Три сестры», где вы играли Тузенбаха, ставил ещё Вл.И. Немирович-Данченко. Каково вводиться в спектакль, успевший стать легендой?

– Это было удивительно. Ты входил в эту атмосферу, в эти декорации… Здесь нельзя было громко говорить, в них надо было как-то по-особому жить. Уже давно не существовало ни режиссёра, ни первого актёрского состава, но спектакль был так вдохновенно сделан, что мы чувствовали себя частицей того замысла. Я много лет играл Тузенбаха, потом какое-то время Кулыгина, затем снова Тузенбаха. Как ни удивительно, но та магия, как ни хотели её разрушить, сохранялась.

А потом был раздел театра…

– Состоялось собрание, на котором те артисты, которые хотели пойти к Ефремову, должны были встать и вместе с ним покинуть зал, а кто не встал – значит, выбрал себе другую судьбу. Вот я и выбрал себе другую судьбу, остался в театре, который возглавила Доронина. Вместе с ней я сделал много ролей: и во «Французском квартале» Т. Уильямса, и в «Зойкиной квартире» М. Булгакова, и в «Макбете» У. Шекспира.

Как вам кажется, раздела можно было избежать?

– Думаю, можно. Там было очень, на мой взгляд, много несправедливого, неверного, но поскольку Ефремов был по натуре своей абсолютный экстремист и революционер, его это подогревало, ему казалось, что что-то изменится. Хотя через два года все те, с кем он ушёл в театр, который задумал, ушли, и ему пришлось начинать всё заново. В этом смысле судьба его, если можно так сказать, немножко наказала. Мне кажется, что делить театр не надо было. Жизнь показала, что не вышло. Не мне судить, почему так получилось…

Но и доронинский МХАТ вы всё же покинули.

– Мне вдруг захотелось что-то в своей жизни изменить. У меня был выбор между Театром им. Моссовета и Театром Российской армии. Почему-то в то время я выбрал Театр Российской армии. Может быть, потому, что здесь тогда главным режиссёром был большой профессионал Леонид Ефимович Хейфец. Потом он ушёл, ну а я остался и не жалею. Я сыграл здесь много хороших ролей: Барни в «Последнем пылко влюблённом», Директора в «Деревья умирают стоя» А. Касоны, Генри Дарнлея в «Вашей сестре и пленнице…» Л. Разумовской, второй раз сыграл Барона в «На дне» М. Горького уже в режиссуре Бориса Афанасьевича Морозова, которому тоже очень благодарен. С ним всегда интересно, он – человек живой, творческий, яркий, какой-то очень самобытный, увлекающийся. У него я играю Дона Педро в «Много шума из ничего» У. Шекспира и Лыняева в «Волках и овцах» А. Островского.

С кино у вас более драматические отношения.

– С кино не вышло. Фильмов десять у меня, наверное, есть, но гордиться особенно нечем, может быть, кроме «Опасного поворота» Дж. Б. Пристли, поставленного Владимиром Басовым. Всё остальное и по материалу было не очень интересно, и по режиссуре.

Этот фильм до сих пор показывают по телевидению, многие его очень любят. А чем вам запомнилась эта работа?

– Пытался как-то соответствовать великолепному актёрскому ансамблю: Нифонтова, Яковлев, Шуранова, Титова, сам Владимир Павлович! Работали, разбирали, они со мной были добры, сердечны, терпеливы. Я вспоминаю это время с нежностью. Хотя я недавно посмотрел минут двадцать из фильма, и мне показалось, что очень затянуты ритмы и сегодня так нельзя существовать, нужно быстрее соображать, быть внутренне мобильнее. Но тогда это было внове, четырьмя камерами снималось, был интересен процесс. И потом, конечно, очень занятен был сам Басов. А Яковлев и Нифонтова мне тогда казались очень зрелыми людьми, но им всем было чуть за 40, я сейчас гораздо старше их. Мы изредка с Юрием Васильевичем Яковлевым встречаемся где-нибудь на радио и как-то с симпатией вспоминаем это время. Ничего просто так не бывает, для чего-то и это было нужно.

Актёрская профессия, заставляющая проникать человека в чужие судьбы, заставляет и задумываться о смысле его существования на земле, согласны?

– Вопрос человеческого существования на земле – это вопрос веры. У Горького в «На дне» есть удивительная фраза: «Во что веришь, то и есть, а во что не веришь, значит, этого нет». Этот вопрос решает каждый сам для себя. Поскольку я считаю себя человеком всё-таки верующим, то для меня смысл – в самой жизни, в умении наполнить её чем-то серьёзным и значительным…

Но получится ли роль значительной, никто никогда не знает наперёд. Не в этом ли главный риск для артиста?

– Я всё ждал, что настанет момент, когда я возьму роль и по истечении какого-то времени в репетиционном процессе буду знать, что с ней делать, мне вдруг будут открываться эти горизонты. К сожалению, так бывает очень редко. Всё равно, когда ты берёшь серьёзную новую роль, ты опять становишься учеником, всё начинается сначала, как будто не было прошлых ролей, прежней прожитой жизни, удач и неудач. У меня только один раз в жизни было, когда во МХАТе я взял роль, и мне вдруг показалось, что я всё в ней понимаю. Это была роль Райского в «Обрыве» И.А. Гончарова. Вот там для меня работа была лёгкой, увлекательной, она просто из меня выходила какими-то своими откровениями, которые моей природе были понятны, мне ничего не надо было придумывать, мне надо было только растормошить себя. Но это бывает редко. Я почему-то подумал, что после Райского я во всеоружии, мне теперь всегда будет легко. Нет, так не выходит.

Чего вы ждёте от режиссёра, приступая к работе над спектаклем?

– Мне всегда хочется, чтобы режиссёр на два-три шага шёл впереди меня, чтобы он был умнее, оснащённее меня. Я никогда не боюсь оказаться в его руках учеником, если это хороший, грамотный, серьёзный, профессиональный, умный человек.

Вам ближе характерные роли или герои?

– Все роли характерные. Героев нет. Глумов, Барон – абсолютно характерные роли. А Тузенбах разве не характерная роль? Нет нехарактерных ролей. А если такая получается, значит, что-то очень неверно в режиссуре или артист что-то не понимает, если он считает: «Я играю героя». А куда деть всю человеческую природу? Куда её направить? Как ею заразить людей, сидящих в зале, если нет характера, если нет многогранности?..

Вы столько лет играете в Театре армии, охоты к перемене мест не возникает?

– Я люблю этот театр, я им дорожу. Я когда-то играл в Театре им. Леси Украинки с замечательной русской артисткой Анной Варпаховской спектакль «Семейный ужин» М. Камолетти, и на служебном входе театра висел плакат, я почему-то его запомнил: «Артист обязан любить театр, в котором он работает, даже если театр недостоин его любви». Сказал это выдающийся советский режиссёр Андрей Лобанов. Вот так.

Беседу вела Александра АВДЕЕВА

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Тоска по братству

Искусство

Тоска по братству

ПОРТРЕТ В ИНТЕРЬЕРЕ

Эту выставку я видела несколько лет назад в галерее А3, теперь экспонатов стало гораздо больше (около 400 портретов в разных жанрах, стилях, техниках). Её сейчас показывают в городах нашей страны – Рязани, Ярославле, Пензе, Калуге, Волгограде, Саратове, Кирове… В следующем году предполагают привезти в Москву. Что же показывают?

Трудно в наши дни найти такое собрание современного искусства, которое будет пользоваться успехом в глубинке. Художники, прия­тели, искусствоведы являются на вернисаж. Произносят прочувствованные речи. И всё. На следующий день в залах пусто.

Когда-то Лев Толстой наивно полагал, что настоящее искусство обязательно «заразит» зрителя. По его «наводке» один энтузиаст повёз картину Н. Ге «Что есть истина?» в Штаты – уж там-то они поймут! (Остатки этой веры сохранились у нас и по сей день.) Увы, не поняли. Энтузиаст прогорел. А уж в наши «безэнтузиазные» дни – что такое нужно показать, чтобы шли?

Мне кажется, вовсе не зря галеристы и музейщики разных городов нашей страны схватились за этот проект. Тут представлены чуть ли не все художественные направления современного отечественного искусства, различные его виды – от живописи и графики до скульптуры и мозаики. И при этом есть некое захватывающее и интригующее «игровое» ядро – на выставке показываются портреты одного (!) человека. Их более 400! На это клюнут взрослые и дети, неофиты и разборчивые профессионалы. Повод «поиграть», посмеяться, порадоваться, глядя как известные и неизвестные художники кайфуют и испытывают невероятный драйв, изображая своего коллегу – Аннамухамеда Зарипова.

Но что это за личность? Откуда такая популярность?

В юности Анна без денег бежал из туркменского аула в Ашхабад, чтобы заниматься живописью. Для заработка ему пришлось позировать учившимся молодым художникам. Так появились первые портреты, которые он не давал уничтожать. Тут важны два момента – это были его портреты, но это были и произведения искусства. А в Зарипове с детства жил коллекционер. Старинные монеты, осколки глиняной посуды он собирал ещё ребёнком. Тяга к древности, видимо, генетического свойства: ведь по отцу Зарипов (как он рассказывает) – копт. Ещё одна фантастическая подробность. Звучит как «шумер» или «вавилонянин».

Когда думаешь об этом проекте, невольно вспоминаешь исследование Николая Евреинова, который, проанализировав множество своих портретов кисти разных художников, пришёл к парадоксальному выводу: художники пишут самих себя. Это автопортреты.

Но проект Зарипова заставляет увидеть в многочисленных портретах одной личности ещё и нечто иное, характерное именно для нашего времени всеобщей разобщённости и торжества «коммерческого» подхода к искусству. В портретах ощутима художническая жажда «идеального» человека, друга, соратника, поверенного, чудака, мага. Огромное тяготение к артистической творческой общности, к дружеской среде, к вниманию и пониманию. К задушевному разговору на «своём языке» или вообще без слов. И «харизматическая» личность художника, коллекционера, мецената, человека бурного восточного темперамента Анна Зарипова пришлась тут как нельзя более кстати. Иначе как объяснить, что пишут его по собственной охоте, без заказа? Пишут из года в год, изменяя манеру и находя какие-то новые средства выразительности. Изображают запойно, обращаясь то к маслу, то к карандашу, то к камню. Как же Зарипова видят художники?

У Василия Шульженко в работах разных лет, стилизованных под академизм, он предстаёт то мудрым и темпераментным Кентавром, то философом-суфием, то и вовсе ренессансным патрицием в кругу семьи – тем благородным Меценатом, по которому так истосковалась артистическая душа («Зарипов-кентавр», 2007; «Философ», 2009; «Портрет семьи Зариповых (подражание венецианцам)», 2010).

В таком же величественном духе, несколько подражая позднему Малевичу с его замечательным автопортретом в костюме венецианского дожа, изображает его и Игорь Макаревич («Портрет Аннамухамеда Зарипова», 2010). Но лицо не мрачно-сосредоточенное, как у персонажа Малевича, а неожиданно весёлое, с узкими щёлочками смеющихся глаз. Ведь это игра «с переодеванием», игра со стилем, игра со зрителем.

В рисунках Кирилла Мамонова возникает более непосредственный вариант диалога. Почти везде есть момент озорства и лёгкого хулиганства. На разлинованной в клеточку цветными карандашами бумаге возникает гривастый профиль художника с очками на лбу и с трогательным аленьким цветочком в руках («Анна с цветочком», 2006). Двое задумавшихся художников, стоя напротив друг друга, соприкасаются бокалами. И надпись: «С днём рождения Анна!» (В подписи запятая перед именем поставлена, а на рисунке всё ясно и так.)

В это раскованное действо внесли свою лепту и сами представители семейства Зариповых – Зарипов-старший и Зарипов-младший. В альбоме-каталоге представлена целая серия автопортретов Анна, причём они или дают несколько романтизированный, а иногда даже инфернальный образ художника (что соотносимо с «магическими» штудиями его друзей), или же выдержаны в шутливо-ироничных тонах. Положим, на раннем «Гурзуфском автопортрете» (1980) образ художника строится на контрастном сопоставлении черноты ночи, скрывающей фигуру художника, и выхваченной из этой черноты и данной в тревожном жёлто-красном колорите части лица. Романтический пейзаж с диском жёлто-красной луны за спиной художника и светящаяся вертикальная полоса с левого бока добавляют полотну романтической недосказанности. Тут явно не хватает самоиронии, которой в избытке в таких работах, как «Лечу в бездну!» (1995) и «Четыре автопортрета» (1999). В них потеряна та самая портретная «похожесть», о которой спрашивал персонаж рисунка Мамонова, но зафиксированы какие-то критические моменты авторского самоощущения, приправленные юмором.

Композиции юного художника Саши Зарипова, в сущности, ничем не уступают работам представленных в альбоме мастеров-профессионалов. Мальчику, кажется, вовсе не мешает то, что он изображает «папу». Он не теряет ни свободной раскованности, ни юмора, ни художнической «хватки». В особенности хочется отметить недавние штудии в технике компьютерной графики, которых не было на предыдущей выставке. Саша Зарипов изображает различные психологические состояния своей модели – удивление, раздражение, задумчивость, весёлость, работая с ярким локальным цветом, размытыми пятнами и линиями. («Папа в розовом», «Папа удивлён», «Папа в жёлтом» – 2010). Детская непосредственность и взрослая мастеровитость тут счастливо совпали.

Но есть ещё один тип портрета, о котором мне хочется сказать под конец: это работы, где представлено просто лицо Зарипова. Впечатление такое, что современный художник, который вообще отвык от изображения, на примере Зарипова как бы заново начинает постигать этот феномен человеческого лица. Отсекается всё лишнее, портреты почти монохромны, фон нейтральный (а в портрете Н. Акимова нет не только фона, но даже срезана часть лица по краям), потому что художникам важно вглядеться в лицо без всяких помех и отвлекающих деталей. Эти портреты редкостно серьёзны (К. Худяков, «Художник Аннамухамед Зарипов»; И. Колесников, С. Денисов, «Аннамухамед»; О. Тыркин, «Аннамухамед Зарипов», все – 2010). Честно говоря, когда смотришь на лица, изображённые на этих портретах с некой въедливой «фотографической» пристальностью, они представляются изображениями разных людей. В них, как ни странно, очень мало характерного и узнаваемого. Такими видятся фаюмские портреты – образ человека перед лицом космоса и вечности. Они достоверны и непохожи, пристальны и обобщены. Художники подбираются к тайне лица и одновременно словно бы к тайне космоса, потому что каждый человек – космос. Вот на какие размышления навёл художников весёлый игровой проект Зарипова.

А в целом по мановению этого проекта – волшебной палочки мага Анна – современная жизнь повернулась не своим деловым прагматичным лицом, а карнавальным ликом, полным причуд и странностей, артистического легкомыслия и творческой собранности.

Вера ЧАЙКОВСКАЯ

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 3 чел. 12345

Комментарии:

Пленник времени

Искусство

Пленник времени

КНИЖНЫЙ 

  РЯД

Старосельская Н.Д. Кирилл Лавров . – М.: Молодая гвардия, 2011. – 357 с.: ил. – (Жизнь замечательных людей. Малая серия: Сер. биогр.; вып. 19). – 3000 экз.

Писать о Лаврове очень сложно. Он не просто наш современник. Для многих читателей он даже больше чем любимый артист, он – символ утраченного времени, и его творчество для них в какой-то мере является частью их собственной жизни.

Актёрская биография Лаврова ярка и насыщенна настолько, что перед автором в полный рост встаёт мучительная проблема выбора. Рассказать хочется едва ли не о каждой роли и как можно подробнее, ведь бóльшая часть творческой жизни Кирилла Юрьевича связана с БДТ – театром, единственным в своём роде, занимающем совершенно особое место не только в советской, но и в мировой театральной истории. И в этом отношении книга Натальи Старосельской, известного театрального критика, невольно выламывается за границы жанра и из «чистой» биографии превращается в серьёзное театроведческое исследование. Впрочем, в этом исследовании нет ни грана тяжеловесной «научности». Следовать за автором хочется и потому, что увлекаешься динамикой «сюжета» и лёгкостью слога, и потому, что у читателя есть возможность вести с ним диалог, сравнивая собственные впечатления от сыгранных Лавровым ролей с точкой зрения повествователя. Если и можно о чём-то пожалеть, так это о том, что за пределами рассказа остаётся многое из того, что в жизни артиста касалось отношений с друзьями и близкими, увлечений.

Тем не менее о Лаврове-человеке автору удалось сказать главное. Сказать с предельным тактом и бесконечным уважением к Личности своего героя. В Лаврове не было того, что сегодня особенно ценится в обществе, – протеста против существовавшей системы, и Старосельская в «виртуальном» споре с многочисленными оппонентами отстаивает его право на собственные убеждения. Большинство персонажей Лаврова, особенно в кинематографе, были зримым воплощением морального кодекса строителя коммунизма: честные, бескорыстные, прин­ципиальные, отдающие все силы на благо любимой Родины. Для десятков, да что там, сотен тысяч благодарных, взволнованных зрителей он и был Андреем Башкирцевым из «Укрощения огня», и никого другого они в Лаврове видеть не хотели. В этом смысле он действительно был заложником времени: «Люди верили в людей; в то, что, вступив в партию, можно улучшить её на одного честного человека, а чем их будет больше, тем больше фальши уйдёт из нашей жизни. Верили в то, что, помогая кому-то, делаешь этого человека выше, свободнее, чище. Верили в то, что название книги Юрия Германа «Я отвечаю за всё!» – не пустые и звонкие слова, а девиз, путеводная звезда, которая непременно приведёт страну к счастью, потому что, только будучи за всё в ответе, можно строить новую жизнь. Люди умели верить и хотели верить».

Лавров и сам верил, пока была такая возможность. Трижды (!) он сыграл роль Ленина – только вступающим в жизнь в картине «Защитник Ульянов» Л. Виноградова и М. Ерёмина и вождём мирового пролетариата в фильме В. Трегубовича «Доверие» и «Двадцатом декабря» Г. Никулина, но ни о какой конъюнктуре речь не шла. Ему был интересен человек, сумевший так вписать своё имя в историю, при том он не мог не отдавать себе отчёта, что это, возможно, «сломает» его карьеру, лишив права на острохарактерные и отрицательные роли. Так оно и произошло. И автору пришлось максимально бережно вторгаться в тончайшую сферу актёрских терзаний, невидимых постороннему взгляду: «…именно кинематограф в значительно большей степени, нежели театр, сделал Лаврова заложником, усилив многократно врождённое чувство ответственности, чувство долга перед теми, кто внимает тебе… Кирилл Юрьевич Лавров осознавал это слишком хорошо и совершенно сознательно пожертвовал многим из того, на что был способен, к чему был предназначен самой актёрской профессией».

И ещё одна страница биографии Кирилла Лаврова стала для автора своеобразным «минным полем» – руководство Большим драматическим после смерти Товстоногова. Насчёт того, спасителем или губителем легендарного театра стал Лавров, до сих пор у театральной общественности единого мнения нет. Но Старосельская снова становится на защиту своего героя и с фактами в руках доказывает, что это решение было единственно верным. Когда сам человек уже ничего сказать не может, за него говорят те, кому он был дорог…

Виктория ПЕШКОВА

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

Информация

Искусство

Информация

Спрашивайте в книжных магазинах новую серию издательства «АСТ’Астрель» «Юрий Поляков представляет лучшую прозу из портфеля «Литературной газеты».

Статья опубликована :

№34 (6335) (2011-08-31) 5

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Великий китайский путь

Планетарий

Великий китайский путь

КОМПЕТЕНТНОЕ МНЕНИЕ

На вопросы «ЛГ» отвечает Артём КОБЗЕВ, доктор философских наук, главный научный сотрудник Института востоковедения РАН. В числе других учёных недавно награждён Государственной премией РФ за выдающиеся достижения в развитии отечественного и мирового китаеведения и подготовку фундаментальной академической энциклопедии «Духовная культура Китая».

Артём Игоревич, экономические успехи Китая в последние десятилетия просто поражают. Что за ними? Есть ли у этой страны потенциал для того, чтобы стать подлинной сверхдержавой, флагманом не только в сфере мировой экономики, но и в сфере культуры, духовности?

– Удивляющие весь мир и кое-кого уже пугающие экономические успехи Китая за последние три десятилетия, с начала реформ Дэн Сяопина, свидетельствуют, во-первых, о справедливости банального принципа: наилучший результат достигается правильным сочетанием разумного планирования сверху с развёртыванием стихийных инициатив снизу. В традиционной китайской терминологии, проникшей и в наш лексикон, это называется гармоничным союзом сил ян и инь.

Второй, менее банальный вывод: после более чем столетних попыток китайским реформаторам удалось эффективно реализовать формулу крупного сановника и учёного конца империи – Чжан Чжи-дуна (1837–1909): «Китайские учения – для фундаментальной основы, западные – для прикладного применения». На этом пути их опередили талантливые ученики – японцы. Автор знаменитой концепции «столкновения цивилизаций» С. Хантингтон справедливо отметил, что в ходе подобных реформ модернизация постепенно начинает подавлять вестернизацию и всё усиливается стремление к восстановлению национальных ценностей.

Третий, совсем не банальный вывод: никакой экономический рост в такой огромной, разнообразной и сложной стране, сопоставимой с целым континентом и обременённой великим множеством проблем, накопившихся за полтора века непрерывных и сокрушительных катастроф, не был бы возможен без действия особых сил, далеко выходящих за пределы экономики. Речь идёт о колоссальном культурно-историческом потенциале Китая, аналогом которого не располагает ни одна страна в современном мире. Этот беспрецедентный по длительности накопления и разнообразию форм духовный опыт способен становиться производительной силой и превращаться в социальную материю.

Поразительно, например, что самая известная особенность китайцев – их рекордная многочисленность – была достигнута за последние три века в условиях, которые, казалось бы, должны были привести к обратному результату. С 1644-го по 1911 год страна была под властью иноземцев – маньчжуров. В XIX–XX веках она подавлялась и грабилась империалистическим державами и вплоть до 1970-х годов находилась в состоянии внутренних или внешних войн и разрушительных социальных конфликтов. Но сейчас на наших глазах именно созидательная китайская идея, овладевшая массами, являет себя в качестве могучей материальной силы. За этим чудесным возрождением китайского феникса из пепла «культурной революции» стоит его тысячелетняя история.

Китайская цивилизация – самая древняя на Земле, и если не подвергалась агрессии извне или смуте изнутри, то всегда экономически первенствовала, была самой богатой и сильной, а до XV века и самой передовой в сфере науки и техники. По подсчётам выдающегося синолога Дж. Нидэма, она породила 32 всемирно исторических открытия, получив со средневекового Запада лишь 4 таковых. А по данным С. Хантингтона, около 1800 года производила треть всей мировой продукции обрабатывающей промышленности, больше чем любая другая цивилизация.

Поэтому у неё, безусловно, есть шанс вновь стать не только фабрикой всего мира, но и его духовным центром, как это и было чаще всего в истории человечества. В действительности уже многие фундаментальные ценности Поднебесной незаметно проникли в западный обиход. Сердце массовой культуры – Голливуд – производит блокбастеры по лекалам китайских театрально-цирковых представлений, киногерои-супермены выступают как мастера боевых искусств – ушу, и даже цитадель фаустовской души – психологический театр – отступает под натиском синтетических шоу в стиле пекинской оперы, в чём можно было легко убедиться в Москве на очередном Чеховском театральном фестивале. Китайская книга книг «Канон перемен» – предшественница двоичного кода всех компьютерных программ, а иероглифика – претендент на роль языка международного общения в Интернете. Сегодня картинки побеждают слова. Мы живём в визуальном мире, и древняя культура иероглифических изображений обретает в нём вторую молодость. Поэтому синология становится универсальной наукой о прошлом и будущем человечества, о диалоге цивилизаций и судьбе России.

Но за столь явными и яркими примерами скрыты более глубокие и капитальные изменения. Современный постхристианский Запад, отказавшись от аскетического идеализма платоников и Отцов Церкви, переориентировавшись с потусторонних ценностей на посюсторонние, автоматически стал на путь китаизации, поскольку суть китайского мировоззрения составляет натуралистический взгляд на реальность, прагматизм и приоритет витальных ценностей.

В порядке патриотизма, совпадающего с научной справедливостью, не могу не отметить, что предсказание всемирного возвышения Китая, причём в ситуации полного внутреннего разложения и внешнего унижения, нищеты и отсталости, наступивших, казалось бы, навсегда, сделал крупнейший русский философ В. Соловьёв в стихотворении «Панмонголизм» (1894.) и «Краткой повести об Антихристе» (1900). Пророчество В. Соловьёва в «Панмонголизме» для нас особенно важно тем, что А. Блок в «Скифах» (1918) распространил его на судьбу России. Мистически значима сама дата написания этого стихотворения – 1 октября, день образования КНР.

Мировосприятие русского человека и китайца сильно разнится. На ваш взгляд, происходят ли процессы «ментального сближения» наших народов?

– Китайское мировосприятие сильно отличается не только от русского, но и вообще от западного, куда я включаю и арабо-мусульманское, и индийское. Китай вместе с подвергшимися его влиянию сопредельными странами представляет собою один из двух главных полюсов человеческой цивилизации и поэтому демонстрирует самые полярные альтернативы всем привычным нам развитым формам культуры. Настоящие антиподы для нас не американцы или австралийцы, а китайцы. Эта полярность имеет очень глубокие антропологические и психолингвистические, а не только социальные и историко-культурные корни. Она выражается в различии психотипов («левополушарного», алфавитного, аналитичного и «правополушарного», иероглифического, синтетичного) и, возможно, отражает разные варианты сапиентации (развития человека животного в человека разумного) в двух различных и достаточно удалённых друг от друга точках земного шара. Китайский вариант – это предельно развитая культурная позиция здравомыслящего и социализованного «нормального» человека. Западный – парадоксальное отклонение от «нормы», своего рода «извращение ума», основанное на «стремлении к невозможному» и «вере в абсурдное».

В отношениях с китайцами у России, как всегда, особый путь. Само русское слово «Китай» фонетически и этимологически принципиально отличается от западных аналогов, производных от названия первой централизованной империи Цинь (III век до н.э.). Оно восходит к наименованию киданей (народа, близкого монголам или тунгусам), образовавших в X–XI веках государство на северо-востоке Китая, и свидетельствует о том, что через них северным сухопутным путём примерно тысячу лет назад установили первый контакт друг с другом наши народы. В отличие от Запада, который установил контакты с китайцами на тысячелетие раньше, сначала – Шёлковым путём, а за последние пять веков – в основном морским.

Соответственно у нас и на Западе складывались разные образы Китая, в котором действительно очень существенно различие между Севером и Югом, из-за чего они представлялись как две разные страны. В XIII веке русские и китайцы вообще оказались подданными единой монгольской державы, правители которой держали в пекинской гвардии русский полк. По наблюдению одного из крупнейших синологов П. Кафарова, «китайцы вообще менее предубеждены против русских, чем против других наций». В начале XX веке прежде всего благодаря великому проекту КВЖД вся Маньчжурия стала зоной активнейшего русско-китайского взаимодействия, Харбин был практически русским городом, и публицисты активно