/ / Language: Русский / Genre:nonf_publicism,

Литературная Газета 6259 № 55 2010

Литературка Газета

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/

Родом из Серебряного века

Первая полоса

Родом из Серебряного века

Подобная дата поневоле вынуждает к попыткам поиска каких-то «знаков судьбы», исторических предзнаменований…

Несмотря на то что зимой 1915 года Русская армия вела ожесточённые бои и в Карпатах, и на Кавказе, жизнь искусства в империи отнюдь не замерла. Именно тогда в январе–феврале в Царском Селе начали проводиться регулярные кинематографические сеансы для их императорских величеств, их детей и особ свиты. В феврале же на экране практически одновременно дебютировали Осип Рунич и Витольд Полонский – два жгучих красавца, немедленно возведённые в титул «королей экрана». А аккурат накануне того дня, когда в тихом провинциальном городе Козлове в семье военного капельмейстера Михаила Зельдина родился сын, Московский Камерный театр, молодой, лишь два месяца назад образованный, показал свою четвёртую по счёту премьеру – «Веер» К. Гольдони. В спектакле, как вспоминали впоследствии его участники и зрители, вовсю «звучали задор и озорство» и весело постукивали по сцене «разноцветные каблуки героев», звук которых во многом и создавал праздник «живого, радостного зрелища».

Владимир Михайлович Зельдин связывает нас с Серебряным веком не только в силу факта своего рождения, поистине мафусаилова – для активно действующего артиста – возраста. Беспримерная эпоха в истории отечественной культуры воочию живёт и дышит в нём, в его ролях, в его отношении к профессии. Идеалы рыцарского служения искусству, которые, вероятно, были впитаны им при рождении и из домашней атмосферы и – шире – из разлитого воздуха времени, Зельдин пронёс через долгие, зачастую мало способствовавшие такому «идеализму» годы. Они неизменно проглядывались во всех созданных исполнителем образах: от пастуха Мусаиба и учителя танцев Альдемаро до «Человека из Ламанчи», которого артист феноменально преподнёс нам пять лет назад, к своему 90-летию.

…4 (17) февраля 1915 года в большом зале ресторана «Прага» – то есть именно там, где девять десятилетий спустя Владимира Михайловича будут чествовать за его Дон Кихота, – состоялось мероприятие, означенное как «капустник кинематографических деятелей». Один из его участников – владелец фирмы «Нептун» П.С. Антик – тогда призвал своих коллег «стремиться не к сенсационности, а к художественности». Попробуем услышать этот призыв применительно к «случаю Зельдина». Не будем впадать в ажитацию, вспоминать о Книге Гиннесса и тому подобных суетных вещах.

Скажем проще: русский артист Владимир Зельдин, празднующий сегодня 95-й день рождения, уже послезавтра готовится отметить его выходом на сцену родного Театра Российской армии в главной роли в премьерном спектакле. Название его говорит само за себя: «Танцы с учителем».

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии: 10.02.2010 14:57:59 - Евгений Яковлевич Голоднов пишет:

Творческое и ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ долголетие

Браво, добрый и вдохновенный наш долгожитель всея Руси Владимир Михайлович! Дай Вам Господь Бог доброго здравия, душевного и телесного, еще на многая-многая лета!!! И если в России нынешний, каждый третий молодой и пожилой человек будут такими, как Владимир Михайлович, то никаким янкам и китайцам не придёт в голову взять нас "голыми руками" или "закидать шапками"... Замечательная публикация! С доброй перспективой!

В дар Филиппинам

Первая полоса

В дар Филиппинам

ПУШКИН. ДЕНЬ ПАМЯТИ

29 января, в день смерти великого русского поэта по старому стилю, в Маниле (Филиппины) состоялось торжественное открытие памятника А.С. Пушкину. Автор памятника – скульптор Григорий Потоцкий. На открытии присутствовали Чрезвычайный и Полномочный Посол РФ на Филиппинах В.Я. Воробьёв, губернатор, мэр города Манилы господин Альфредо Лим, министр иностранных дел Филиппин, президент парламента Филиппин Хуан Понсе Энриле, экс-президент парламента Мэнни Виллар. Именно последний в 2009 году посетил мастерскую скульптора, и в результате встречи появилась идея установить памятник А.С. Пушкину в Маниле.

Ольга БАРЭ

Материалы к дню памяти А.С. Пушкина:

Михаил ФИЛИН

     Прощание с царём 1

Валерий ЯРХО

     Показания тайного свидетеля 2

В. П.

     Союз двух родственных стихий 3

на стр. 4, 6, 8

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

Спасительный ориентир

Первая полоса

Спасительный ориентир

ЧЕХОВ –150

«Национальной науки нет, как нет национальной таблицы умножения». Этот чеховский афоризм применим и к чеховедению. Творчество великого писателя по-прежнему интересно представителям разных стран, конфессий, идеологий.

Об этом говорит уже тот факт, что заявки на участие в международной конференции «А.П. Чехов и мировая культура: взгляд из XXI века», которая прошла на филологическом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова, поступили от 130 учёных из 17 стран. Cреди почётных гостей были Жаклин де Пруайяр (Франция), Нобуюки Накамото (Япония), Хайнц Зетцер (Германия) и многие другие.

На пленарном заседании завкафедрой истории русской литературы, профессор В.Б. Катаев заметил, что слава Чехова достигла поистине планетарных масштабов. Но сколько неожиданных поворотов было на пути постижения русского классика «от Канады до стран Тропической Африки, от Австралии до Скандинавии, от Японии до Балкан»! По словам Катаева, причиной мирового признания является то, что Чехову интересен «каждый человек» и в «глобализованном, транснациональном пространстве» именно это видится «спасительным ориентиром».

Не раз звучало: да, Чехов признан, но в какой мере он понятен современному миру? Образ Чехова словно постоянно «скрывается» от слишком пристального взгляда. Взять хотя бы проблему перевода, которой было посвящено немало докладов. Как заметила Н.Э. Додонова (Таганрог): «Чехов – мастер неологизмов, парадоксальных тонкостей». Конечно, буквальный перевод многих абсолютно чеховских фраз («загнуть что-нибудь этакое поцицеронистей», «опсихопатиться до мозга костей», «внутри всё сарайно как-то») на иностранный язык невозможен. Однако исследовательница убеждена, что «красота и глубина чеховской идеи» находит адекватное восприятие в рамках других культур.

Ещё одна проблема – обилие мифов вокруг образа Чехова. В массовом сознании трудно совмещаются, в частности, Чехов-пессимист с его усталыми героями и – искрящийся юмором жизнелюб. А.В. Бакунцев в своём докладе «Чехов и Бунин смеются…» поведал, что «никто… так не умел смешить Антона Павловича, как Бунин, когда он был в хорошем настроении».

Профессор О.А. Клинг (Москва) говорил о краткости и экономности чеховской прозы, сжатости времени в его произведениях.

Профессор В.Е. Хализев исследовал ещё одну, казалось бы, неожиданную тему, связанную с восприятием творчества писателя. Тема эта – ненависть к Чехову. По мнению исследователя, в XX веке прослеживается не только «чеховиана», но и «античеховиана». Кроме Ахматовой были названы Анненский, Кузмин, Ходасевич, Мандельштам, Цветаева. Это отторжение, полагает Хализев, происходило потому, что Чехов с его неукоснительным императивом гуманности в эпоху, ознаменовавшуюся мощным влиянием Ф. Ницше, мешал очень и очень многим…

Но даже эти «несовместимости» говорят об удивительном свойстве чеховского творчества: пробуждать совесть негромким голосом правды, провоцировать на диалог и спор. Вот и прошедшая конференция – яркое тому свидетельство.

Фёдор ЕРМОШИН

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

Вдохновитель «Рукопожатия»

Первая полоса

Вдохновитель «Рукопожатия»

ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Решением учёного совета Литературного института им. А.М. Горького звание почётного доктора присвоено давнему другу «ЛГ», вдохновителю российско-болгарского приложения «Рукопожатие» историку и философу Панко Анчеву.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

Московский вестник

Первая полоса

Московский вестник

Издревле празднование Масленицы считалось обязательным. Встречать весну и провожать зиму москвичи начали 8 февраля. «Как в Москве поведётся, так в России отзовётся». Широкая масленица – поистине молодёжное зимнее гулянье с катанием на горках и поеданием блинов. На Васильевском спуске будут выступать артисты, а блины и чай желающие получат бесплатно.

В обновлённом Хоровом зале Государственного академического Большого театра прошёл первый пробный концерт. Впервые за последние 5 лет Большой театр, в котором продолжается масштабная реконструкция, открыл свои двери для молодых исполнителей и любителей музыки.

Фотогалерея имени братьев Люмьер показала выставочный проект, подготовленный к 100-летию замечательного московского фотографа Наума Самойловича Грановского. Юношей он приехал в Москву и начал работать в пресс-клише ТАСС. Так с конца 1920 до 1980 года он успел запечатлеть историю Москвы. На его снимках можно найти двухэтажную старую Москву, прифронтовую столицу

и строительство высоток МГУ, МИДа…

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

Некающиеся недворяне

События и мнения

Некающиеся недворяне

ОЧЕВИДЕЦ

Анатолий МАКАРОВ

Ведущие популярной телепрограммы, дамы одарённые, успешные, непринуждённо светские и в силу этого как-то особенно победительно уверенные в себе, интересуются у своего гостя, джентльмена, что называется, того же круга, его креативными замыслами. Он уклончиво и обтекаемо рассказывает о некоем «проекте».

– И вы что, надеетесь, что в этой стране можно его осуществить? – с сочувственной свойской иронией любопытствует младшая ведущая. А старшая поясняет снисходительно, что считает наше отечество великим искажателем всех здравых идей человечества.

Ну, считает и считает, как говорится, не запретишь. Я, правда, могу с неменьшим основанием предположить, что великие замыслы так или иначе искажались в любых точках земного шара, но дело не в этом. Дело в том, что в самом тоне этих мимолётных реплик слышатся великолепное пренебрежение, снисходительный снобизм, такая, откровенно говоря, барская спесь, которая позволяет уразуметь, насколько нынешняя элита далека… не хочется выражаться ленинскими словами «от народа», но, во всяком случае, от всех своих живущих обыкновенной жизнью соотечественников.

Я понимаю, что понятие это многозначное и плохо поддающееся конкретному определению. Подразумеваю под ним некую общность людей, как-то особенно естественно, удачно и благополучно вписавшихся в условия нашего нынешнего бытия. Так скажем, любимцев удачи, которые в своей завидной судьбе видят торжество исторической справедливости.

Конечно же, такого рода люди никогда особой близостью к народу не отличались. Во вкусах своих, пристрастиях и симпатиях на его нужды не слишком ориентировались. И мнением его, не говоря уж о любви, столь уж трепетно не дорожили. И всё же осталась в истории некая когорта подвижников, прозванных «кающимися дворянами», которым беспросветные тяготы простого люда мешали беззаботно наслаждаться жизнью. Над ними посмеивались, порой считали их не от мира сего, но стихийно уважали.

Сейчас все страты нашего преуспевающего общества варятся в собственном соку. Шоу-бизнес перманентно что-то празднует, пируя в одной и той же избранной компании одновременно на всех каналах. Владельцы заводов, газет, пароходов (точнее, современных яхт, по сравнению с которыми былые пароходы так, прогулочные катера) устраивают для своих недорослей в Швейцарских Альпах, чтобы далеко не ходить, филиал Московского университета. Бюрократы, с удовольствием заступая на новую должность, без стеснения намекают, что красиво жить им отныне и вправду не запретишь. И ниоткуда, ни с полусветского банкета, ни с совета директоров, ни, как говорил один мой редактор, из высоких кабинетов не доносится внятных сигналов озабоченности нашей с вами обыденной судьбой.

Ну ладно, такая забота – это прерогатива ярких свободомыслящих личностей, типа упомянутых в начале колонки дам. Однако и их злоязыкая оппозиционность, очевидно, имеет целью отстоять интересы всё той же элиты. Горько рассуждают о засилье власти, о поруганной демократии, но, если вдуматься, подразумевают под ней права и блага преуспевающих господ, а не тех «ста сорока миллионов бездельников», как публично характеризует знаменитая правозащитница всех своих компатриотов чохом. Не у каждого, понятно, хватает бесстыдства и темперамента, чтобы рассуждать подобным образом, но логика везде ощутима та же самая. Популярна, например, тема некоей особо зловредной российской завистливости. В других, мол, краях своих богачей на руках готовы носить, а у нас – на спичках сжечь. Насчёт всемирной любви к магнатам и воротилам можно долго спорить, позвольте лишь заметить, что нигде, кроме как в нынешней России, они давно своими миллиардами не кичатся, – это во-первых. А во-вторых, там природа их медленного и долгого обогащения более или менее оправданна в общественном мнении, чего не скажешь о мгновенном и беспардонном в наших палестинах.

Оно без преувеличения прослыло в народе расхитительством и опять же под прикрытием высших идеалов молниеносно произошло в девяностых годах, которые теперь именуют «лихими». Вот это тоже возмущает пламенных либеральных публицистов.

Благородная писательница полагает, что именно в девяностые граждане воспряли. Строго говоря, воспряли они несколько раньше, в конце восьмидесятых, а в девяностых, скорее, вновь ссутулились под гнётом внезапного обнищания, бандитского разгула, наглой коррупции, взаимного национального озлобления и утраты того, что Фазиль Искандер называет «сюжетом существования».

Писательница перечисляет имена достойных личностей, которые в это время заслуженно возвысились. Кто же спорит, но разве неизбежно было, чтобы это справедливое возвышение сопутствовало унижению ещё большего числа достойных людей? Ведь это они, скромные и бескорыстные, не умевшие и не желавшие хапать, могли бы стать опорой подлинного гражданского общества, деятельного и милосердного, а их новые хозяева жизни беспардонно выперли – кого искать счастья за рубежом, а кого и вовсе на обочину жизни.

Не хочу быть неблагодарным: мне именно в девяностые открылся большой мир, о котором прежде я мог только мечтать. Что ж, видимо, и я, грешный, на какой-то момент прикоснулся игрою случая к избранному сословию.  Но при этом без всякого лицемерия сознаю, что для многих моих сограждан большой мир сузился как в географическом, так и в профессиональном и социальном смыслах. Каюсь, долгое время безотчётно не хотел этого замечать и злился на тех, кто мне на это указывал. Теперь на меня злятся те, кто до сих пор беспечно закрывает на это глаза. Кто, добившись благоденствия в «этой стране», постоянно корит здешний народ за долготерпение и нежелание бунтовать. Интересно, надолго ли хватит их благоденствия, если он, не дай бог, взбунтуется?

Только не спешите искать в этих строках призыва к советскому реваншу. Смею заверить, что не тоскую ни по брежневским очередям, ни по хрущёвскому волюнтаризму, ни тем более по сталинскому террору. Тоска моя отдаёт, скорее, идеализмом: мне хотелось бы дожить до тех времён, когда признаком избранности будут восприниматься ум, талант, неутомимая деятельность на всеобщее благо, а не длина автомобиля, не количество мордоворотов-охранников и не попсовая настырная «звёздность». Когда в оппозиционных ламентациях и призывах послышится явственная боль за униженных и оскорблённых, а не спесивая разобиженность на разлюбивший тебя народ.

Точка зрения авторов колонки может не совпадать с позицией редакции

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,4 Проголосовало: 9 чел. 12345

Комментарии: 10.02.2010 19:17:38 - Сергей Станиславович Костин пишет:

...Лишние люди в "этой" стране...

Г-н Макаров как всегда смертельно рискует, наделяя неких дам "великолепным пренебрежением, снисходительным снобизмом," и кое-чем ещё. Эти "риски" тем более оправданы с любого боку, ведь там "не спешите искать...призыв к советскому реваншу". Потому как если "поспешить" , то имя той самой дряни будет не "барство", как нам того желает г-н Макаров, а самое что и на есть лакейство, которое мы имеем на самом деле. Впрочем, г-на Макарова можно понять - ведь речь неким потусоронним образом идёт о неких многосторонних дамах, а здесь "ревашей" не бывает....

10.02.2010 15:10:33 - Евгений Яковлевич Голоднов пишет:

Надо пройти и это...

Согласен с автором, особенно вот в этом:" Тоская моя отдаёт, скорее, идеализмом..." и т.п. Видимо, Господь попускает пережить россиянам и этот тяжкий период, затянувшийся с ельцинских 90-х..." Который отдаёт чем-то от дней умирания Великой Римской империи, угасания Византии... Думаю, главное в том, чтобы из этого срама достойно выйти. А чтобы выйти, видимо, большинству граждан России необходимо покаяться! Грядёт ПРОЩЁНОЕ ВОСКРЕСЕНИЕ. Вам Бог простит, простите и вы, Христа ради.

Заколдованное место

События и мнения

Заколдованное место

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ

Сейчас, когда пишутся эти строки, во втором туре президентских выборов на Украине побеждает Виктор Янукович. Другой кандидат, Юлия Тимошенко, отстаёт от него совсем немного. И эта ситуация вроде бы обещает неминуемую юридически-митинговую борьбу. На какой срок? Кто ж его знает. Если мыслить логически, то на сравнительно короткий – украинское «суспiльство», то есть общество, не выглядит сегодня настроенным на серьёзную бузу, как пять лет назад во времена оранжевой революции. Да и Запад не выказывает особого желания вмешиваться в ситуацию на стороне «демократических» сил, представителем которых декларирует себя Тимошенко.

По идее в сложившейся ситуации всё должны решить закулисные торги олигархических и политических сил, стоящих за кандидатами. Но опять же в украинском политикуме всё делается не так, как где-либо ещё…

Так что будем посмотреть, как говорят в Одессе.

А пока отметим вот какой момент. Янукович получил на этих выборах практически столько же голосов, сколько и пять лет назад во втором туре, результаты которого были отменены неконституционным образом. Тимошенко сейчас получила столько же, сколько тогдашний кандидат оранжевых Ющенко. И это чрезвычайно показательно. Пять лет назад оранжевая сила была на подъёме, она торжествовала, сегодня она вроде бы дискредитирована, в загоне, о чём свидетельствуют жалкие несколько процентов, набранных Ющенко в первом туре, а вот поди ж ты – подхватившая самые одиозные националистические идеи Тимошенко, чьё премьерство можно назвать катастрофой для экономики Украины, получает практически половину голосов. То есть за неё проголосовали только потому, что она – «свой» кандидат, а Янукович – враг. За прошедшие годы ничего не изменилось.

Украинская политика в нынешнем виде застряла в этом нединамическом равновесии и выглядит не способной двинуться с сего заколдованного места. Украинские политики не знают, что делать с разделённостью страны. Янукович, когда был премьером, делал вид, что этой разделённости не существует. Ющенко проводил столь пещерную украинизацию «вражеской» территории своей страны, что даже поддерживавшая его Европа стала воротить нос.

Знают ли, что делать с этой проблемой на посту президента, Янукович или Тимошенко? Спросите об этом граждан Украины и услышите, скорее всего, в ответ весьма забористое словцо.

Как там у Гоголя? «Земля славная!.. Но на заколдованном месте никогда не было ничего доброго. Засеют как следует, а взойдёт такое, что и разобрать нельзя: арбуз не арбуз, тыква не тыква, огурец не огурец… Чёрт знает, что такое!»

Илья ВИХАРЕВ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,0 Проголосовало: 4 чел. 12345

Комментарии:

Олимпийский дискурс

События и мнения

Олимпийский дискурс

ОЛИМПИАДА-2010

Алексей ПОЛУБОТА

Человечеству нужны мифы. Красивые, величественные. Ведь они помогают нам, как барону Мюнхгаузену, время от времени вытягивать себя за волосы из болота повседневности, напоминают о великих, скрытых в человеческой природе возможностях. Именно поэтому идея французского педагога и общественного деятеля Пьера де Кубертена о возрождении Олимпийских игр менее чем за два десятилетия покорила «просвещённый» мир. Спустя 15 веков после того, как Олимпийские игры были объявлены языческими и запрещены, они подёрнулись красивой мифической дымкой. А между тем кто сегодня может твёрдо утверждать, что в дни античных состязаний никогда не лилась кровь и непримиримые враги, сидевшие на трибунах стадионов, не плели интриг друг против друга?

Деятели, стоявшие у истоков нового олимпийского движения, мечтали, что Игры, правила которых позаимствованы у древних, гармоничных, как принято считать, греков, помогут сделать современное, поражённое рознью и разладом человечество хоть немного более цельным, здоровым нравственно и физически.

Получилось не очень. Сегодня по прошествии более чем 100 лет об этом можно сказать уверенно. Чего стоит одна только затянувшаяся олимпийская пауза в 1936–1948 годах. Думаю, не стоит объяснять, почему в этот период не проводилось главных спортивных игр планеты. А как не упомянуть иезуитский замысел господина Саакашвили со товарищи, открывших шквальный огонь по Цхинвалу аккурат накануне Пекинских игр?! В подноготной практически каждой Олимпиады можно найти судейские «странности», выпады оскорблённых самолюбий, политические интриги.

Отцы-основатели мечтали и о том, что обновлённая Олимпиада поможет преодолеть «национальный эгоизм» в спорте. О чём сегодня думают во всех странах и на всех континентах в первую очередь, когда говорят об Олимпийских играх? Правильно: о неофициальном общекомандном зачёте. О том, на каком месте окажется «моя страна».

Нельзя запретить человеку попытаться доказать, что он лучший. И он будет пытаться это делать. Лучше уж в спорте, где важна не только сила той или иной группы мышц, но и дух. Тот самый, который позволил команде Советского Союза, которую на Западе считали чуть ли не аутсайдером Игр 1952 года – откуда в разорённом и обескровленном после страшной войны СССР взяться великим спортсменам? – занять первое место в неофициальном зачёте. С высоты этого места нас потом за единственным исключением 1968 года не удавалось «спихнуть» в течение четырёх десятилетий.

Увы, нынешние спортивные «генералы», ответственные за подготовку российской олимпийской команды, на дух, на чувство патриотизма уповают всё меньше. Приоритет отдаётся иным стимулам.

– Буквально накануне Игр начинают обещать спортсменам «золотые горы». Надеются, что таким образом восполнят недочёты в подготовке команды. Тратятся огромные деньги на поощрение чемпионов. Сегодня только за «бронзу» обещают больше полутора миллиона рублей. Это не считая бесконечных подарков от властей всех уровней и спортивных федераций, – говорит энтузиаст олимпийского движения, член оргкомитета Московской олимпиады-80, автор нескольких книг об олимпийском движении Виктор Лукьянов. По его мнению, коммерциализация подвела Игры вплотную к дискредитации олимпийской идеи.

Кстати, на исходе античности олимпиоников тоже начали задаривать, увековечивать в бронзе и граните, делать членами народных собраний – примерно как мы сейчас выбираем их депутатами Госдумы. Их даже обожествляли. Всё это привело к постепенному угасанию тех Игр.

Сегодня олимпийское движение можно сравнить с бесконечно надуваемым финансовым пузырём. Если так и дальше будет продолжаться – он довольно скоро лопнет. Помните, когда американцы в 1996 году стали «продавать» каждый километр эстафеты олимпийского огня, греки сильно возмущались. А на следующей Олимпиаде в Афинах сделали то же самое.

Да, когда большие и не очень чистые деньги вторгаются на олимпийскую «территорию», хорошего не жди. Эксперты всё чаще поговаривают о том, что успехи китайцев на Пекинской олимпиаде объясняются огромными средствами, которые потратили учёные Поднебесной на разработку новых допинговых препаратов, которые пока не научились находить в крови спортсменов.

Хочется верить, что на этом фоне призыв патриарха Кирилла к нашим олимпийцам: «Будьте сильными духом!» – не пропадёт втуне. Как и благословение российской сборной, прошедшее в начале февраля в храме Христа Спасителя. Жаль только, что в это время большая часть российской команды уже тренировалась в Ванкувере…

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,3 Проголосовало: 3 чел. 12345

Комментарии: 10.02.2010 15:35:00 - Татьяна Яковлева пишет:

ИЗВИНИТЕ, БОЛЬШЕ НЕГДЕ ПОМЕСТИТЬ ВОПРОС : ЧТО ПРОИСХОДИТ ? ИСПОЛНИЛОСЬ 65 ЛЕТ СО ДНЯ НАЧАЛА ОДНОГО ИЗ ВАЖНЕЙШИХ СОБЫТИЯ В МИРОВОЙ ИСТОРИИ -- ЯЛТИНСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ. И В "ЛГ" - НИ СЛОВА ?

Далёко-далёко

Новейшая история

Далёко-далёко

Почему в Советскую Гавань не заходят корабли и не идут поезда

Слишком медленно государство и общество разворачиваются лицом к своему окраинному Востоку. Гораздо быстрее в эту сторону перемещается центр мировой политики, экономики. На кону богатейшее жизненное пространство от Байкала до океанических берегов. Как сохранить укоренившийся здесь русский народ, чтобы наши внуки и правнуки почитали восточные земли исконной родиной? Официальным ответом на этот вопрос можно считать опубликованную властью Стратегию развития Дальнего Востока в единой увязке с Забайкальем, Бурятией и Иркутской областью. Однако в отдалённых глухих районах жизнь зачастую опровергает стратегические замыслы.

От обитателей краевой глубинки то и дело приходится слышать: «Пока Хабаровск с Владивостоком растут и красуются, всё вокруг опустошается и пакуется. Даже в Комсомольске-на-Амуре, где заводы дают столько продукции и местных налогов, ничего толком не строится. Чем дальше от краевого центра, тем ниже зарплаты и выше цены. Словно комсомольчане, охотчане, ульчане – изгои. Ради кого тогда, спрашивается, столько добровольцев, военных и заключённых полегло в эту землю?»

В ответ, конечно, можно изложить обнадёживающие известия из Ванинского района – о реконструкции железной дороги, о вводе в строй первой очереди угольного портового терминала и лесоперерабатывающего комплекса… Но около Ванина свободных морских бухточек под новые терминалы практически не осталось, да и те, что есть, – чересчур мелководны.

Единственный выход – в соседний залив Советская Гавань, который со своими глубинами подходит под суда любого водоизмещения и дедвейта. При желании здесь можно разместить второй Сан-Франциско. Сейчас от Владивостока до Магадана – а это без малого три тысячи километров – ни одного солидного портового города. За неимением мощного портового центра в нашем Приморском крае основная часть его населения стекается в горячо любимый нами Хабаровск, который после упадка многих заводов и технических институтов просто не в состоянии генерировать освоение и заселение огромной краевой территории.

Первым шагом по выходу из этого опасного тупика стало одобрение Министерством экономического развития России планов по созданию первой в стране портовой особой экономической зоны (ПОЭЗ) на побережье залива Советская Гавань. Основная задача – наладить перевалку и обработку грузопотоков между западом и востоком России, Россией и Азиатско-Тихоокеанским регионом, АТР и Европой. Годовой грузооборот в заливе Советская Гавань от нынешних трёхсот тысяч тонн возрастёт в таком случае в десятки и сотни раз.

Главное, чтобы первыми от инвестиционного бума выиграли местные жители, предприятия, муниципальный бюджет, чтобы финансовые потоки не уходили на 90 процентов в Москву, Хабаровск и за рубеж, а обосновавшиеся здесь компании выплачивали налоги не в столицах и не в офшорах, а по месту работы. Международные портовые функции преобразят Советскую Гавань в комфортный продвинутый город. Сам Советско-Гаванский район с его дивной природой идеально подходит для его заселения нашими соотечественниками. По наблюдениям старожилов, местный климат стал значительно мягче, появились даже теплолюбивые ежи, которых здесь отродясь не видели.

От таких планов захватывает дух. С одной оговоркой: в 90-е годы скороспелые особые зоны в Читинской области и в Находке ничего, кроме офшоров и контрабанды, не дали. Из-за отсутствия людей и законов, способных постоять за национально-государственные интересы.

Аккуратный рабочий город Советская Гавань и близлежащие к нему поселения, расположившись полукругом на лесистых склонах окружающих сопок, любуются магическим водным зеркалом на прямой видимости друг от друга.

Уступив сначала японцам, а затем китайцам Маньчжурию, которая никогда им не принадлежала, советская власть взялась за освоение всего хабаровского поморья. Будущее посёлка казалось безоблачным, однако с конца 20-х он становится базой ГУЛАГа, и число заключённых стало перевешивать вольное население…

В середине 80-х, когда Советская Гавань замыкает на себя две железные дороги – седой Транссиб и новенький с иголочки БАМ, – Москва повторно принимает решение: «Судостроительному гиганту в заливе быть!» и планирует на месте тридцатитысячного населённого пункта полноценный портовый город со стапятидесятитысячным населением.

И это только на первом этапе. Благое дело погубила воровская приватизация. Вся производственная система Советско-Гаванского узла, при которой судоремонтные заводы обслуживали гражданские суда и военные корабли, пошла под откос. Освободившись от надзора КПСС, красные директора и их первые сменщики отличились махровым пьянством и папуасской распродажей доверенных им предприятий.

Либерализация закрытого прежде порта позволила построить частный причал для экспорта круглого леса, который после повышения лесных пошлин бездействует. Зато появились настоящие предприимчивые организаторы производства во всех отраслях советско-гаванской экономики.

Пассажирский поезд из Хабаровска до Советской Гавани не идёт. Ссаживают на станции Сортировочная – за двадцать километров до городского вокзала. Проводники пожимают плечами: дескать, тянуть вагоны с людьми через горбатые сопки двумя локомотивами железнодорожникам стало невыгодно. Зато грузовые составы – пожалуйста.

Въезжаем в уютный ухоженный городок с оживлённым автомобильным движением и изобилием коммерческих фирм. Возле центральной площади в ожидании клиентов сверкают хромом десятка три иномарок с жёлтыми шашечками такси. Больше, чем перед хабаровским «Интуристом». Многие таксисты – из бывших морских волков – мечтают тряхнуть стариной, однако рыбный и транспортный флот из года в год тает.

Помыкавшись без любимого дела, судовой механик Юрий Горбунов родом из Курска, с тридцатилетним морским стажем решил вернуться на запад вслед за дочерью и женой. «Была бы работа с приличной оплатой и в целом хорошие перспективы, я бы остался. Природа здесь замечательная, виды великолепные, климат хороший, – вздыхает Юрий. – И всё же старость хочется встретить в уютном месте. Портовая зона могла бы многое изменить. Но сколько её ждать? Скоро не останется судовых механиков и пароходы не смогут ходить в море».

Сам Юрий после разгрома флота поработал в корейском порту Пусан, где на его глазах поднялись 12-этажные холодильники под нашу рыбу.

Что же гонит рыбопромышленников и морских капитанов подальше от родных берегов? Представители рыбных судовладельцев с зарубежным базированием с условием неразглашения их фамилий ссылаются на более качественный быстрый ремонт и бесперебойный сбыт морского улова в китайских и корейских портах. В России бешеные накрутки торговых сетей и огромные расстояния до основных потребителей.

Одному из моих собеседников пришлось отказаться от рыбопереработки в первую очередь из-за отсутствия нормальной системы сбыта в России. Торговые компании, скажем Урала, его продукцию брали только на длительную реализацию, с бешеными накрутками и без гарантированного расчёта. В Корее за рыбу рассчитываются в течение трёх банковских дней. Зато в наших портах стало невозможно продать рыбный улов, отремонтировать траулер и получить под него квоту.

О портовых проблемах можно говорить бесконечно, но основной капитал Советско-Гаванского района – его люди. И они хотят тут жить, и жить интересно. В одном райцентре четыре рок-группы и 26 клубов по интересам. Вне конкуренции – ежегодное фольклорное празднество «Живая Русь». Районный Дворец культуры уже не вмещает сотни его участников.

Растёт интерес к местной политике. Ярлыка на муниципальную власть от правящей партии ни у кого нет. Это показали недавние бескомпромиссные выборы главы района, на которых победил самостоятельный кандидат Юрий Бухряков, поднявший из праха железобетонный завод. Юрий Иванович намерен продолжить равномерное развитие всех посёлков за счёт районных и краевых дотаций, субсидий, субвенций.

Местные главы стремятся самостоятельно решать вопросы своих поселений, однако до этого нужно ещё созреть. Скажем, в Заветах Ильича, где базируются военные моряки, почти половина бюджета расходуется на содержание местной администрации.

Вид ухоженного посёлка портят десятки полуразрушенных и заброшенных объектов военного флота, который их не передаёт и не убирает. Кстати, в Заветах за два последних года население за счёт роста рождаемости не убывает, а прибывает. И в Лососине тоже. Хороший знак. Но из-за нехватки специалистов в Лососине закрылся оборудованный на спонсорские средства дневной стационар, и теперь пожилые люди трясутся на автобусе в районную больницу и поликлинику.

Увы, здешняя безработица в два раза превысила краевой уровень, усилив отток населения в западные регионы. Встречный поток – бесцеремонные торговцы из Китая и Азербайджана, таджикские разнорабочие. Ничего хорошего такая рокировка не сулит. В Советской Гавани и в населённых пунктах подальше люди не знают, куда деваться от безработицы. А дальневосточная стратегия развития предлагает региону до 2025 года до двух миллионов мигрантов из Средней Азии, Закавказья, Китая. И это при семи миллионах всего дальневосточного населения.

Вернёмся в Советскую Гавань. Острая закавыка – энергообеспечение. В Комсомольском энергорайоне, к которому относится Советская Гавань, избыток энергетических мощностей, а предприятия не в состоянии к ним подключиться. Приоритет отдаётся экспорту электричества по секретным тарифам: ЛЭП спешно тянут не на Советскую Гавань, а к китайской границе. Кстати, Саяно-Шушенскую постигло несчастье спустя несколько месяцев после начала этого экспорта её владельцем и монопольным посредником. А заставь монополиста на экспорт молиться, он и ГЭС расшибёт.

Ни шатко ни валко строится дорога Лидога–Ванино. За пятнадцать лет введено в строй чуть более половины из 320 километров. Сто лет назад мужики-артельщики закатали бы такую за несколько лет. Теперь аж три генподрядчика делают в год не более двадцати километров.

В общем, Советской Гавани от Кремля необходима чёткая установка на то, что здесь будет создаваться крупный портовый центр, сопоставимый с Владивостоком. От того, станет Советская Гавань промышленной опорой державы или захудалым вахтовым стойбищем, зависит геополитическая устойчивость огромного региона. Значение Советско-Гаванского узла беспрецедентно даже по сравнению с такими проектами, как остров Русский и Олимпиада в Сочи. В самой Советской Гавани для модернизации имеются все условия. Здесь компетентная власть, работает ответственный бизнес, образованное и патриотичное население. Разбазарить этот потенциал было бы преступлением.

Виктор МАРЬЯСИН, ХАБАРОВСК

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 6 чел. 12345

Комментарии: 10.02.2010 15:26:38 - Евгений Яковлевич Голоднов пишет:

А что скажет, товарищ Путин?

Уважаемый Леонид Серафимович серьёзное заявление сделал. Кто оперативнее ответит на эту публикацию: Президент или Премьер?! А может, товарищ Грызлов? А мне вспомнились почему-то прекрасная песня про Ванинский порт, срочная армейская служба на Камчатке и давний замечательный фильм "Коммунист" с приснопамятным Евгением Урбанским в главной роли... Этот полузабытый фильм, убеждён, надо показывать всем тем, кто решил вступить в ряды "Единой России". Так что ж, братья и сестры, единороссы, поможем, как настоящие коммунисты, не развалить, но укрепить Дальний Восток? А значит, и - ОТЕЧЕСТВО!

10.02.2010 15:26:16 - Евгений Яковлевич Голоднов пишет:

А что скажет, товарищ Путин?

Уважаемый Леонид Серафимович серьёзное заявление сделал. Кто оперативнее ответит на эту публикацию: Президент или Премьер?! А может, товарищ Грызлов? А мне вспомнились почему-то прекрасная песня про Ванинский порт, срочная армейская служба на Камчатке и давний замечательный фильм "Коммунист" с приснопамятным Евгением Урбанским в главной роли... Этот полузабытый фильм, убеждён, надо показывать всем тем, кто решил вступить в ряды "Единой России". Так что ж, братья и сестры, единороссы, поможем, как настоящие коммунисты, не развалить, но укрепить Дальний Восток? А значит, и - ОТЕЧЕСТВО!

10.02.2010 15:24:59 - Евгений Яковлевич Голоднов пишет:

А что скажет, товарищ Путин?

Уважаемый Леонид Серафимович серьёзное заявление сделал. Кто оперативнее ответит на эту публикацию: Президент или Премьер?! А может, товарищ Грызлов? А мне вспомнились почему-то прекрасная песня про Ванинский порт, срочная армейская служба на Камчатке и давний замечательный фильм "Коммунист" с приснопамятным Евгением Урбанским в главной роли... Этот полузабытый фильм, убеждён, надо показывать всем тем, кто решил вступить в ряды "Единой России". Так что ж, братья и сестры, единороссы, поможем, как настоящие коммунисты, не развались, а укрепить Дальний Восток? А значит, и - ОТЕЧЕСТВО!

10.02.2010 15:24:10 - Евгений Яковлевич Голоднов пишет:

А что скажет, товарищ Путин?

Уважаемый Леонид Серафимович серьёзное заявление сделал. Кто перативнее ответит на эту публикацию: Президент или Премьер?! А может, товарищ Грызлов? А мне вспомнились почему-то прекрасная песня про Ванинский порт, срочная армейская служба на Камчатке и давний замечательный фильм "Коммунист" с приснопамятным Евгением Урбанским в главной роли... Этот полузабытый фильм, убеждён, надо показывать всем тем, кто решил вступить в ряды "Единой России". Так что ж, братья и сестры, единороссы, поможем, как настоящие коммунисты, не развались, а укрепить Дальний Восток? А значит, и - ОТЕЧЕСТВО!

10.02.2010 08:48:29 - Леонид Серафимович Татарин пишет:

ДАЛЕКО?

Руководство России не заинтересовано в развитии Дальнего Востока. Сознательно и целенаправленно готовят разрушение страны.

Кадровая недостаточность

Новейшая история

Кадровая недостаточность

ПИСЬМО

Развитие любой отрасли производства всегда кровно связано с наличием подготовленных кадров. И прежде всего специалистов высшей квалификации, профессионалов, определяющих в любом производстве ВСЁ.

Ныне инженерно-техническая база на селе в значительной мере подорвана. А утрата высококвалифицированных инженеров, техников, рабочих представляется невосполнимой.

Впрочем, проблемы с инженерными кадрами на селе были всегда.

В 80-е годы учёные Всесоюзного института механизации (ВИМ) занимались социологическими исследованиями в инженерном корпусе агропрома. Выясняли причины ухода инженеров из сельского хозяйства. Тогда открылось, что в первые два года уходят люди, не удовлетворённые условиями личного быта и сельской средой обитания. А после 6–8 лет работы уходят инженеры, не удовлетворённые режимом рабочего дня, отсутствием чёткого распределения прав, обязанностей и ответственности.

Если первая волна – это нормальная селекция, отсев заведомо случайных, то со второй волной терялись наиболее ценные, уже состоявшиеся специалисты. Они уходили, бросая жильё, которое уже имели после нескольких лет работы.

Сегодняшняя жизнь выметает из села всех подчистую. В нашей области численность сельских инженеров составляет 15% от потребности.

Ушли молодые дееспособные мужчины, отцы семейств. В условиях нового государственного устройства сельское хозяйство, производство охватила эпидемия потерь по чисто половому признаку. Эпидемия выбила мужчин из отрасли, и вернуть их – первое условие выздоровления. Да вот беда – возвращаться им некуда и незачем. Численность работников с заработной платой ниже прожиточного уровня составляет на селе 89,8%.

К чему возвращаться?

Совершенно очевидно, что никакими посулами не вызвать массовый возврат специалистов инженерно-технической службы в село. Единственный способ – воспитание нового, молодого поколения, которое, слава богу, у нас пока ещё есть.

Ныне в стране, очевидно, не осталось сельскохозяйственных институтов. Все они преобразовались в академии и университеты. Такое стало возможным только за счёт роста числа факультетов и подготавливаемых на них специальностей. Специалистов готовится много, а возможно, и в избытке, да вот довести их до села не умеем. Советская система принудительного распределения выпускников умерла, не вызывая чувства жалости из-за её весьма умеренной эффективности, а придумать новое не удосужились ни высшая школа, ни производство.

Машино-тракторный парк усох более чем на половину, а оставшиеся машины изношены до предела. Средние инженерные должности вымерли – в современном инженерном убожестве вроде бы и не до них.

А мы продолжаем отправлять студентов на практику, изобретая различные индивидуальные задания. Но фактически – это антипрактика. После близкого знакомства с современным сельскохозяйственным предприятием, после созерцания заброшенных полей, полуразвалившихся животноводческих строений, убожества центральной ремонтной мастерской и машинного двора чего ждать от молодого впечатлительного человека?..

Ныне сельскому хозяйству в экстренном и массовом порядке необходимы хорошо подготовленные кадры, желающие работать в отрасли. И они в наших аудиториях есть. Просто их нужно вызнать и отобрать, однако вузу такое не по силам. Необходима иная форма и организация селекционной работы. Министерству сельского хозяйства нужно срочно заняться именно этим вопросом. Идеи и предложения есть. Требуется то, что называется политической волей и организационными способностями.

Иосиф БРУМИН, доцент Самарской сельскохозяйственной академии

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 4 чел. 12345

Комментарии:

Шашечки с портретами политиков

Новейшая история

Шашечки с портретами политиков

КНИЖНЫЙ  

  РЯД

Гамов А.П. Непарадные портреты. М.: Вагриус, 2009. – 448 с.

Нет, конечно, сейчас не 90-е годы, когда журналист мог стырить важную бумажку со стола высокопоставленного чиновника и сделать на этом хороший скандал, а заодно – имя. Сейчас журналистов в кремлёвские залы и кабинеты пускают редко. А если и пускают, то держат «за цепочкой» (ограждение для прессы), а то и в специальном загончике. И критическая информация о власть имущих, как правило, санкционирована сверху либо строго лимитирована «внутренним цензором», который подсказывает акулам пера или их редакторам, о чём писать можно, а о чём – нет. Да и с бумажками власть стала куда как осторожна. Самые важные из них хранятся в специальном архиве, а другие быстренько уничтожаются (есть у чиновников специальные хитрые приспособления для этих целей).

Однако о том, что же всё-таки происходит во властных кабинетах, народ знать по-прежнему хочет. Как и о том, какие они, небожители, когда пьют чай или парятся в бане. И кто же ещё поможет нам, простым смертным, удовлетворить вполне извинительное любопытство, как не вхожие во власть журналисты?.. Один из них – автор книги «Непарадные портреты» журналист «Комсомольской правды» Александр Гамов.

«– Вот не надо так. О капитализме. Ну, тут надо глубже, а некоторые так всё это поверхностно – да чего там? Нет! Глубже.

Был я в Лос-Анджелесе. Встретились мы с мэром одного города – женщина оказалась. Во-о-от такая женщина – боевая, там, мощная, массивная! Ну. И мы оказались с ней заодно – рядом… Я спрашиваю: «А сколько у вас работает?» Она говорит: «У меня администрация – восемь человек». Я говорю: «Восемь кого?» Она говорит: «Всех». Ну как такое может быть? Но ведь есть!..»

Узнали? Конечно, в этой почти сказовой манере автор излагает монолог одного из своих героев, мастера народного афоризма Виктора Черномырдина. Запечатлённый Гамовым на бумаге голос Виктора Степановича напоминает диктофонную запись с точно схваченными интонациями и даже дыханием.

Для Александра Гамова и его соавтора Любови Гамовой важно не изобличить своего оппонента, не свалить его с ног неудобными вопросами, а как бы исподволь понаблюдать за «человечинками», пробивающимися сквозь броню официоза и успеха.

Вот, например, вопрос Владимиру Путину, почему он так много времени уделяет общению с простыми гражданами. В один из дней, как подсчитал журналист, на это было потрачено 7 часов 40 минут…

«– Давайте я вам скажу и как положено, и по-честному. Так вот, как положено: общение с гражданами создаёт обратную связь, помогает лучше понять нужды простого человека, заставляет спуститься с небес на грешную землю и сопоставить результаты нашей деятельности с тем, как воспринимается это рядовым гражданином…

А теперь совсем по-честному. Я должен сознаться, что мне это нравится…»

Гамов как никто другой понимает, что современная политика, борьба власти с оппозицией – это во многом бутафория, игра. Так чего же зря тельняшку на груди рвать, напускать на себя ненужную патетику и серьёзность?!

«…А вообще с такими, как Немцов, лучше играть в шашки, причём – в Чапаева…

Мы однажды попробовали. На каждую шашечку наклеили по портрету политика. Немцов, конечно, играл за оппозицию, а спецкор «КП» – за власть. «Медведевым» я прицеливаюсь в «Касьянова». И мимо… Немцов берётся за «Новодворскую»:

– Я считаю, что «Валерия Ильинична» должна выбить «Владимира Владимировича». Это будет справедливо – это её мечта.

Зря вы раскрываете планы оппозиции, предупреждаю я его.

И Немцов дрогнул. Решил бить шашкой со своим именем. Опа! Двоих сразу вышиб – «Медведева» и «Грызлова». Но «Путин» на месте!»

Думаю, секрет читабельности журналистских портретов Гамова в том, что он изначально с симпатией относится к своим героям – будь то Нонна Мордюкова, Александр Проханов или Владимир Жириновский. Видит он в них в первую очередь не любимых или нелюбимых политиков, писателей и актёров, а людей.

Оказывается, Владимир Путин, узнаю из книги, всего за несколько лет до президентства всерьёз задумывался о том, чтобы уйти с госслужбы и заняться адвокатурой. Всё как в знакомой нам жизни…

П. АЛЕКСЕЕВ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 3,0 Проголосовало: 3 чел. 12345

Комментарии:

Только природное – ничего личного

Новейшая история

Только природное – ничего личного

КНИЖНЫЙ  

  РЯД

Ричард Линн. Расовые различия в интеллекте. Эволюционный анализ / Пер. с англ. Д.О. Румянцева – М.: Профит Стайл, 2010. – 304 с.

Никого не удивляет тот факт, что чёрные атлеты бегают быстрее белых европейцев, все воспринимают это как должное и спокойно говорят о природном превосходстве первых над вторыми. Признают это и представители «кавказской» (принятое для нас название в англо-американской антропологии) расы, не впадая в истерику.

Однако когда речь заходит о скромном вкладе небелых народов в европейскую культуру и цивилизацию, о природе предпочитают забывать. Против нулевого участия чернокожих в естественно-математических науках выдвигают две Нобелевки в области литературы. И всё.

С этим стоит разобраться. Первый нобелевский лауреат-африканец – нигериец Воле Шойинка. Первая афроамериканка, обладательница литературного Нобеля, – Тони Моррисон. Вы читали их книги? Я – да. Роман нигерийца «Интерпретаторы», как и роман американки «Песнь Соломона», хороши без скидки на расовый признак. Только книги эти – европейские. Поэтому их и читают европейцы, невзирая на культурные нюансы затрагиваемых проблем. Проблем, остающихся, в общем-то, в рамках привычных нам морально-нравственных коллизий. А вот типично африканский писатель Амос Тутуола представляет интерес лишь для этнографов. Хотя забавен.

Почему?

На этот вопрос и пытается ответить профессор Ричард Линн, психолог, работавший в Оксфорде и Дублине. Обобщив огромный статистический материал, он указывает на то, что неравномерность участия представителей разных рас в становлении европейской культуры и в строительстве европейской цивилизации обусловлена различием в обобщённых коэффициентах интеллекта антропологических «кластеров», населяющих планету. И что препятствием такому участию является не только более низкий IQ автора, но и (внимание!) более высокий.

Всё понятно с литературой, относительно деятелей которой автором приводятся статистические данные, свидетельствующие об их более низком интеллекте, в сравнении, например, с IQ физиков и математиков. Значит, здесь конкуренция возможна, словесность открыта всем. А дальше?

А дальше беда. И сплошная неполиткорректность.

Допускаю, что кого-то может обидеть тот научно зафиксированный факт, что не все равны от рождения. Меня – нет. Есть люди глупее? Допускаю. Есть люди умнее? Вижу. Никакого шока. Существует аристократия? Да. Встречается власть «оптиматов»? Изучал историю. Бывают семьи, поколение за поколением выдающие общественных деятелей крупного масштаба? А как же? См., например, «Михалковы».

Но вот вопрос – чем обусловлена это доминирование «оптиматов»?

Ричард Линн говорит: природой. Он – сторонник генетической теории и эволюционной биологии. В рамках его рассуждений всё приобретает законченные формы. Высокий интеллект в его рассуждениях – это не только знание наизусть таблицы умножения, но и навыки социальной адаптации. Как и другие полезные в нашей культуре свойства, не исключающие, впрочем, и нонконформизма. Нужно спорить?

Нужно.

Только не о статистических данных. Они приведены. А вот о методах порассуждать нужно.

Историю, как известно, пишут победители. В наше время – европейская цивилизация. Она же и устанавливает критерии интеллектуальности и как следствие – большей биологической приспособленности человеческого «кластера» в конкурентной борьбе. Закономерно, что исследования и их интерпретация предопределены результатом доминирования европейской культуры. Это чисто исторически обусловленная данность. Не исключено, что вскоре сменятся критерии выживаемости вида homo sapiens, и тогда согласие с природой продемонстрируют нынешние аутсайдеры. В конце концов Рагнарёк (гибель богов) придумали тоже европейцы. Как и первичность хаоса по отношению к космосу.

А ну как «жахнет»?

Какие тесты будут использовать для определения интеллекта тогда? Кто из землян проявит оптимальную гибкость в процессе социальной адаптации?

Конечно, космос – это становление, усилие, тогда как хаос – бездеятельность, пассивность. Не забудем, однако, что это тоже чисто европейская доктрина. Относительность имеет место.

Нет, прямо об этом нигде Линн не пишет. Это понятно умеющему читать между строк. Британский профессор ничуть не расист. Он спокойно говорит о более высоком интеллекте монголоидов перед европеоидами, как и большем объёме мозга даже условного анекдотического чукчи перед нашим. Объяснения нашего доминирования он тоже предлагает. Небесспорные? Да.

Хотя то обстоятельство, что величайшую империю в истории человечества создали в симбиозе монголы и русские, становится понятным.

Впрочем, ценность данной книги, почти сплошь состоящей из таблиц, не в выводах, а в самих таблицах. Есть данные, которые должны быть введены в научный оборот. Объяснять их, как показывает новейшая история, дело вкуса.

Но даже без объяснений кое-что следует иметь в виду, а именно: мы разные не только по цвету кожи и объёму мозга, но и по интеллекту, измеренному в критериях нашей (обратите внимание и не обобщайте!) цивилизации. Поэтому «что русскому хорошо – то немцу смерть». Как, видимо, и наоборот.

И ничего личного.

Е.М.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 3 чел. 12345

Комментарии:

Прощание с царём

Литература

Прощание с царём

ПУШКИН. ДЕНЬ ПАМЯТИ

Михаил ФИЛИН

Хотя о дуэли и смерти Александра Пушкина создано множество фундаментальных работ, однако и поныне в хронике его последних дней жизни есть не до конца изученные сюжеты. На наш взгляд, полноценному их исследованию мешают укоренившиеся в почтенной науке предрассудки идеологического свойства. Одному из подобных эпизодов – прощанию Пушкина с императором Николаем I – и посвящены эти беглые заметки.

В них мы попытаемся показать: в конце января 1837 года у поэта существовало два взаимоисключающих варианта прощания с царём, и

волею обстоятельств он последовательно реализовал в той или иной степени и форме обе возможности.

I.

После чаю много писал.

В.А. Жуковский

23 ноября 1836 года Пушкин и генерал-адъютант граф А.Х. Бенкендорф, как записано в камер-фурьерском журнале, были приняты императором. Поводом для этой чрезвычайной аудиенции в Зимнем дворце стало недавнее острое столкновение поэта с Дантесом и его приёмным отцом Геккерном, едва не завершившееся дуэлью. В ходе свидания Пушкин, по сообщению осведомлённой Е.А. Карамзиной, «обещал государю больше не драться ни под каким предлогом». Приблизительно то же самое рассказал впоследствии редактору-издателю «Русского архива» П.И. Бартеневу столь же сведущий князь П.А. Вяземский: царь, «встретив где-то Пушкина, взял с него слово, что, если история возобновится, он не приступит к развязке, не дав знать ему наперёд».

Спустя два месяца, 27 января 1837 года, поэт, и не помышляя кого-либо оповещать, вышел к барьеру. Иначе говоря, слово, данное Николаю Павловичу, поэт нарушил.

На Мойку с Чёрной речки Пушкина привезли тяжело раненного, а ведь он вполне мог быть убит за Комендантской дачей. Значит, Пушкин, всегда до крайности щепетильный в понятиях чести (point d’honneur), ушёл бы из жизни, так и не испросив прощения у царя, которого он, пусть и с оговорками, глубоко уважал и которого напоследок, увы, обманул?

Благодаря одному сохранившемуся свидетельству (на которое, кажется, до сих пор не обращено должного внимания) у нас появляются основания ответить на данный вопрос отрицательно. Похоже, Пушкин всё же заготовил на случай мгновенной смерти своё эпистолярное «прости».

Итак, его, окровавленного, внесли в дом в шесть часов вечера. Дальше события (вычленяем из калейдоскопа интересующую нас линию) развивались так.

Уже вскоре в квартире появились врачи, постепенно начали собираться пушкинские друзья и приятели. А потом прибыл и лейб-медик Николай Фёдорович Арендт. Осмотрев лежащего в кабинете на диване поэта, он уехал, но в восемь часов возвратился.

Секундант Пушкина, его лицейский товарищ К.К. Данзас, вспоминал о повторном визите доктора: «Прощаясь, Арендт объяснил Пушкину, что, по обязанности своей, он должен доложить обо всём случившемся государю. Пушкин ничего не возразил против этого, но поручил только Арендту просить, от его имени, государя не преследовать его секунданта».

О сказанном вечером 27 января лейб-медику: «Просите за Данзаса, он мне брат...» – поведал в мемуаре и домашний врач Пушкиных И.Т. Спасский.

Главный же хроникёр предсмертных часов Василий Андреевич Жуковский (его конспективные заметки о поединке и кончине поэта стали эпиграфами настоящего очерка) тоже упомянул в письме к Сергею Львовичу Пушкину от 15 февраля 1837 года о заступничестве за Константина Данзаса. И присовокупил к этому следующее: «Когда Арендт перед своим отъездом подошёл к нему, он ему сказал: попросите государя, чтобы он меня простил…» (Схожие строки есть и в февральском письме князя П.А. Вяземского к А.Я. Булгакову.)

С Мойки Арендт поспешил во дворец, но не застал императора: тот находился в театре. Доктор сообщил о приключившемся несчастии царскому камердинеру и отправился домой. Пушкинских просьб царю он так и не передал.

Около полуночи за лейб-медиком примчался «от государя фельдъегерь с повелением немедленно ехать к Пушкину, прочитать ему письмо, собственноручно государем к нему написанное, и тотчас обо всём донести. «Я не лягу, я буду ждать», – стояло в записке государя к Арендту. Письмо же приказано было возвратить».

Содержание записки Николая Павловича, доставленной в квартиру Пушкина и оглашённой у постели умирающего, известно из ряда источников, где приводится фактически идентичный текст. Процитируем её, к примеру, по первоначальной редакции письма Жуковского к отцу поэта (см. книгу П.Е. Щёголева «Дуэль и смерть Пушкина»):

«Если Бог не велит нам более увидеться, прими моё прощенье, а с ним и мой совет: кончить жизнь христиански. О жене и детях не беспокойся, Я их беру на своё попечение».

Прочитав Пушкину это (или примерно это), Арендт удалился, забрав царское письмо с собой.

На дворе уже была глубокая ночь на 28 января 1837 года.

Около пяти часов утра у Пушкина начались мучительные, нестерпимые боли, «настоящая пытка», а до того времени он «страдал, но сносно». Другими словами, после отъезда лейб-медика у него имелось каких-то два-три часа для дум, распоряжений, кратких бесед с друзьями и т.п. Дарованные часы и минуты, подчеркнём это, грозили стать последними – поэту надлежало успеть сделать самое насущное.

И первейшим в сложившейся ситуации для Пушкина оказалось вот что. «Ещё до начала сильной боли, зафиксировал Жуковский, он подозвал к себе Спасского, велел подать какую-то бумагу, по-русски написанную, и заставил её сжечь». Позднее Жуковский в письме к графу Бенкендорфу пояснил, что «бумага», сожжённая «перед глазами» Пушкина, пред тем находилась в «ближнем ящике» стола.

Что за «бумагу» предал огню Спасский?

Испепелялось ничего не подозревавшим врачом то, что было создано до дуэли и тогда же положено автором в «ближний ящик». Значит, будь Пушкин застрелен на месте, «бумага» обнаружилась бы довольно скоро. А в её сожжении видится акт, обусловленный какими-то новыми соображениями. Видится быстрая и логичная реакция поэта на принципиальное изменение контекста, на что-то непредвиденное, случившееся вечером или в начале ночи.

Учитывая вышеизложенное, мы склоняемся к мысли: в ночь на 28 января по воле Пушкина было ликвидировано его письмо к Николаю I, написанное накануне поединка (возможно, утром 27-го числа, когда поэт «после чаю много писал»).

Вышло так, что на Чёрной речке его не убили. А затем император в записке, привезённой лейб-медиком, и простил не сдержавшего слова Пушкина, и обещал позаботиться о будущем его семейства. При таком внезапном повороте дела пушкинское преддуэльное письмо (где, как представляется, должны были затрагиваться те же тяготившие поэта темы) теряло всякий смысл.

Картёжники сказали бы: одна записка побила другую.

Показательно, что сразу же после уничтожения «бумаги» Пушкин призвал Данзаса и «продиктовал ему записку о некоторых долгах своих». Долги, вестимо, были огромные, неоплатные, но теперь, зная царские «драгоценные строки» (Д.Ф. Фикельмон), поэт мог и по части долговых обязательств положиться на великодушие государя.

Вечер оказался мудренее утра. Подправляя и завершая сюжет, Пушкин заменил одну «бумагу» другой, уже прагматической.

Никаких иных распоряжений в эту ночь он не сделал. Поэт, похоже, был готов к смерти.

В заключение напомним, что обычно Пушкин обращался к царю через графа Бенкендорфа. Чуть меньше половины писем (22 из 56), направленных поэтом на имя шефа III Отделения, – на французском языке. Но есть и пушкинские письма, адресованные непосредственно Николаю I, они написаны по-русски.

II.

Его образ мыслей.

В.А. Жуковский

«Жесточайшее испытание» ночи поэт, однако, пережил. К утру боли несколько поутихли, «сильные страдания» отступили. Часы на камине пока ещё мерно шли. И тогда, отправляясь во дворец, Жуковский решился спросить Пушкина, что’ тот хотел бы сказать государю.

С лейб-медиком Арендтом, который познакомил умирающего с высочайшим письмом, Пушкин, скорее всего, не передал царю никаких ответных слов. Возможно, что удобоваримой формулы требуемых этикетом скупых и ёмких слов для истории он, с одной стороны, измученный, обессиленный, с другой – взволнованный нежданной запиской, тогда ещё не успел подобрать. Жуковскому же поэт поручил произнести в покоях Зимнего дворца следующее:

«Скажи ему, что мне жаль умереть; был бы весь его».

Так (с выделением слова «весь») записано у самого Жуковского, и практически так же у доктора Спасского (продолжившего 28 января своё дежурство), А.И. Тургенева и князя П.А. Вяземского. Данную фразу Пушкина иногда называют его прощальным словом, обращённым к Николаю I.

Испокон веку в пушкиноведении утвердилось мнение, что многие предсмертные речи и жесты поэта были post factum выдуманы Жуковским, который, заботясь-де о семье умершего друга, всячески стремился создать упрощённо-идеализированный, чуть ли не лубочный образ Пушкина. И до’лжно согласиться: кое-какие основания для обвинения Василия Андреевича в мистификациях у корпорации учёных имеются. Ведь, желая убедить самодержца, правительство и общество в том, что зрелый Пушкин был правоверным христианином и образцовым сыном Отечества, Жуковский подчас и впрямь усердствовал без меры: случалось, он даже вставлял свои, благостные, строки в стихи покойного.

Однако, хотя благонамеренный автор «Светланы» временами и румянил факты, грешил против истины, гораздо чаще он писал сугубую правду о поэте. Беда же заключается в том, что у его свидетельств создана определённая репутация, и посему там, где сообщаемое Жуковским противоречит устойчивым представлениям о Пушкине (да и о Николае I), большинству пушкинистов неизменно чудится опять-таки «ложь во спасение», лукавство. Царедворцу с «небесной душой» никогда не верили до конца и по инерции продолжают верить избирательно.

Прощальное слово к царю не избежало подобной участи: оно обычно трактуется как апокрифическое, как верноподданническая фантазия Жуковского, поддержанная друзьями поэта, и отправляется в разряд сомнительного (Dubia) с комментариями типа: «Пушкин не мог так прощаться с царём. Вся его жизнь протестует против этого…»

Sic et simpliciter*. Полемизировать с такими воззрениями, целостными, бескомпромиссными, ставшими кодом, нет проку: получится как у пушкинских персонажей («Глухой глухого звал к суду судьи глухого…»). Разумнее, продуктивнее обходить капища закоснелых вольнодумцев стороной, за версту, по возможности торить альтернативные исследовательские дороги и тропы.

Нам представляется, что Жуковский никоим образом не блефовал; что рассматриваемая фраза пушкинская, и она могла прозвучать утром 28 января 1837 года. Более того, у неё имелся источник.

Искомый источник мы обнаруживаем не в стихах язвительного Вольтера (как однажды было предложено во «Временнике Пушкинской комиссии»), а в биографии самого Пушкина.

Он умирал вроде бы обыденно, так, как исстари повелось умирать. Общался с женой, заботился о ней, терпел по мере сил боль и не перечил бесполезным докторам, прощался с детьми и друзьями, периодически вспоминал былое. И последнее, почти зримое пребывание поэта в минувшем подмечено целым рядом мемуаристов.

Одним из самых желанных посетителей его кабинета стал Данзас, который (что нетрудно подсчитать) пребывал у дивана Пушкина куда дольше, чем, допустим, Наталья Николаевна. Захаживал Константин Карлович уже не в качестве секунданта, но явно как сокурсник, товарищ юности. Приглашая Данзаса, поэт, несомненно, манил к одру собственное прошлое: Царское Село, Лицей, студенческие кельи… И кольцо, снятое с холодеющей руки, явилось пушкинским даром не только близкому другу, превратившемуся в сиделку, но и далёкому времени, счастливым 1810-м годам.

А ещё Пушкин сокрушался, что подле него нет ни И.И. Пущина, ни И.В. Малиновского, других лицеистов первого курса. «Мне бы легче было умирать», – молвил поэт. Видимо, он снова перенёсся туда, где когда-то по весне слышал лебединые клики.

«Карамзина? Тут ли Карамзина?» – вопрошал Пушкин в очередную минуту облегчения. Когда же Екатерина Андреевна оказалась в комнате, поэт попросил, чтобы вдова историографа его перекрестила. Так он, некогда наивный воздыхатель, попрощался с «предметом его первой благородной привязанности».

«Минувшее проходит предо мною…» Покидая сей мир, Пушкин раз за разом мысленно возвращался «к началу своему», к тем первоначальным дням, которые издалека всем (или почти всем) кажутся особенно чистыми, прекрасными.

Думал он, разумеется, и о государе, приславшем в ночь на 28 января столь милостивую записку. И Жуковский ждал пушкинского ответа, не уезжал.

Отношения поэта и царя тоже имели своё «начало», превосходное начало, которое точно датировано: это 8 сентября 1826 года. Тогда ссыльного Пушкина по высочайшему распоряжению доставили с фельдъегерем в Москву из михайловской глуши. Сразу по приезде в Кремль состоялись его знакомство и длительная беседа с молодым, только что коронованным императором, и поэт был в одночасье прощён. По завершении той аудиенции, проходившей без свидетелей, Николай I удовлетворённо подытожил: «Ну, теперь ты не прежний Пушкин, а мой Пушкин».

А потом Первопрестольная долго и шумно чествовала поэта. «Время незабвенное!»

Врезавшаяся в память царская реплика 1826 года и легла, по нашему мнению, в основу прощального слова Пушкина.

Оно, это слово, похоже на возвернувшееся эхо: «Мой Пушкин» «Был бы весь его».

В пушкинской фразе, которую едва ли можно придумать, отсутствуют вольтерьянские протестующие экивоки. Зато есть и почти явственная реминисценция, и композиционно безупречное завершение трудного десятилетнего диалога с государем, и «чувства добрые», и сокрушение человека, и смирение подданного. Наличествует, мнится, в утреннем прощальном слове, вверенном Жуковскому, и иное. Слышится подспудное, с горчинкой, признание, что всецело царёвым он, Александр Пушкин, при жизни так и не стал.

То ли не сумел, то ли не захотел.

И здесь, не рискуя походя касаться совершенно других, куда более сложных материй (в частности, извечных проблем «художник и власть», «слуга и холоп»), мы поставим точку.

III.

Нельзя же остановить многие посещения.

В.А. Жуковский

За десять лет не одна кошка пробежала между царём и поэтом, и распрощались они довольно официально, едва сократив дистанцию, но всё же по-доброму.

После смерти Пушкина император не единожды в приватных беседах и переписке поминал его, и порою не слишком лестно. Эти высказывания самодержца (по-своему, кстати, резонные) широко известны. Однако мало кто знает о том, что государь, которого современники небезосновательно величали Рыцарем, быть может, ответил на прощальное слово камер-юнкера.

В одной из старых книжек «Русского архива» (1906, № 1) сокрыты очень любопытные, нуждающиеся в дополнительном изучении строки. Имеется в виду бартеневский этюд о Николае I:

«…Он плакал о Пушкине, посылал наследника к телу его и ранним утром, когда ещё было темно, приходил к дому князя Волконского, на Мойку, и спрашивал дворника о здоровье поэта».

Полагаем, что сто’ит вернуть из забвения это красивое и правдоподобное петербургское предание.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии: 10.02.2010 15:55:10 - sokolov пишет:

Барак Обама читал Тайные записки Пушкина

Вот почему Обама так тепло относится к России - он полюбил Тайные записки Пушкина - во как счастливо улыбается на CNN http://www.ireport.com/docs/DOC-404091

Услышать переклички далёких миров

Литература

Услышать переклички далёких миров

ЮБИЛЯЦИЯ

Известный критик, литературовед, профессор МГУ Николай АНАСТАСЬЕВ до недавнего времени был известен главным образом как авторитетный специалист по литературе США ХХ века, автор книг о Фолкнере и Набокове, о ведущих направлениях в американской и западноевропейской прозе. Накануне своего 70-летия юбиляр ответил на вопросы «ЛГ».

Николай Аркадьевич, во-первых, примите наши поздравления и пожелание новых интересных книг! Кстати, ваша новая книга «Зазеркалье» связана с литературой США?

– По причинам, о которых говорить здесь было бы скучно и не нужно, от американской литературы, которой  занимался лет, наверное, сорок, я сейчас отдалился, не только профессионально, но даже просто читательски. Стыдно сказать, но оборвалась она для меня, за немногими исключениями, творчеством писателей, дебютировавших в 50-е годы минувшего столетия и сейчас один за другим сходящих со сцены – Джона Чивера и Джона Апдайка, Нормана Мейлера и Уильяма Стайрона, Курта Воннегута и Бернарда Маламуда… Ну ещё Джон Барт, Томас Пинчон, Джон Делилло – словом, те, кого называют постмодернистами. Так и им кому за семьдесят, а кому и ближе к восьмидесяти.

Иное дело, что отдалился – не значит вовсе утратил интерес, просто угол зрения сдвинулся. Если раньше занимало то, как сделаны, скажем, «Шум и ярость» или «Великий Гэтсби», то теперь – что общего между персонажами Готорна и Фолкнера, Мелвилла и Синклера Льюиса. Иными словами – то, что делает литературу США американской литературой, начавшейся задолго до образования Союза штатов.

Вот как раз недавно закончил некое сочинение, посвящённое этим предметам. Оно, конечно, про писателей и про книги, только последние предстают в своей композиции чем-то вроде кривозеркалья, или зазеркалья (как работа и озаглавлена) национальной истории и национальной метафизики. Остаётся лишь надеяться, что в результате этой небезопасной операции не пропала сама литература, то есть самодостаточный порядок слов.

Отчасти такой взгляд объясняется вышеупомянутым сдвигом общего интереса, но отчасти и причинами не вполне личного свойства.

Когда-то Америку у нас беспощадно разоблачали: дядя Сэм – очень плохой дядя, коварный враг и даже враг номер один. Потом – пропускаю десятилетия – наступили новые времена, утих шум пропагандистской канонады, и выяснилось, что от ненависти до любви действительно только один шаг. А любовь, тем более большая и беззаветная, не рассуждает.

Роман, впрочем, оказался недолговечен, вскоре всё вернулось примерно на круги своя. Америку снова дружно считают супостатом, мстительно возвращая ей слова, некогда брошенные Роналдом Рейганом в адрес Советского Союза, – «империя зла». Кто с пылающим взором и демуленовской страстью в речах повергает Америку в прах, кто с апокалиптическим угрюмством пророчит ей скорый конец. Вспоминается фрагмент из послания, с которым Джордж Вашингтон обратился к соотечественникам, оставляя президентский пост: «Страна, которая лелеет привычную враждебность или привычную влюблённость в другую страну, является в какой-то степени рабом – рабом собственной враждебности либо влюблённости».

Но, видимо, на это также есть причины…

– Объясняются синдромы разными причинами, питаются из разных источников и укрепляются разными раздражителями. Иногда может быть просто невежество либо небезобидные фантазии. Скажем, Игорь Свинаренко в газете «Известия» в номере от 12 января текущего года объявил, что лично он Америку для себя закрывает. Ну, закрывает и закрывает, ничего страшного, хотя, для чего оповещать об этом сугубо частном обстоятельстве город и мир, не совсем понятно. Впрочем, причины закрытия некоторый интерес вызывают. Их опять-таки немало, вот одна: Игоря Свинаренко очень огорчило, что лекции на кафедре славистики университета Южной Калифорнии читают исключительно евреи. Судя по всему, национальную принадлежность журналист определил по звучанию имён, но вот беда: в Америке евреем считается только тот, кто ходит в синагогу. И потому оказаться таковым вполне может Джон Смит, и, напротив, протестантом-методистом, или протестантом-евангелистом, или католиком, или мусульманином вполне может предстать Айзек Розенблюм. Вопрос свободного конфессионального выбора. А до состава крови никому не должно быть дела.

Но демарши в таком роде – всё же большая редкость. В пределах статистической погрешности. Иное дело – мифы, складывающиеся на протяжении не одного столетия и творящиеся упорно, целеустремлённо, иногда изощрённо.

Что вы имеете в виду?

– Например, что Америка влюблена в скорость и прогресс, а на традиции, историю, предание ей совершенно наплевать. Влюблена – это точно, но если наплевать, то откуда же тогда этот многообразно являющий себя комплекс исторической ущербности? И почему в финале «Великого Гэтсби», лучшего, как мне кажется, романа об американском феномене, написано, что стремимся-то мы вперёд, а течение сносит наши судёнышки обратно, в прошлое?

А главное, конечно, – страсть к обогащению и бездуховность. Насчёт обогащения, насчёт идола-доллара (которому, правда, как нам авторитетно объясняют, вот-вот наступит каюк) тоже, по-моему, всё не так просто, однако – положим. Пусть идол и пусть каюк. Но духовность? Верно, часть из той сотни пассажиров шлюпа «Мэйфлауэр», что отправился в 1620 году в своё опасное трансатлантическое плавание, шла в Америку ловить и выгодно продавать треску. Но другая-то часть собиралась построить на новых берегах Град на Холме или как минимум разбить делянку Бога. Как же тут без духа?

Вот как раз мифы и послужили некоторой побудительной причиной сочинения книги, о которой идёт речь. Разумеется, я не настолько самонадеян, чтобы хоть на мгновение допустить, будто мне удастся поколебать фобии, которые укрепляются в общественном сознании профессиональными патриотами. Более того, я даже не уверен, что она вообще будет прочитана, ибо для этого её надо как минимум выпустить. Издательство «Художественная литература» в лице своего директора Георгия Пряхина проявило было интерес, но потом от первоначального намерения отказалось. Ладно, посмотрим, как всё обернётся, да, честно говоря, издательские перспективы не так уж и волнуют. Ведь я не собираюсь никого просвещать и уж тем более разоблачать. Мне важно было самому разобраться в вопросе, хоть в какой-то степени разрешить антиномии и контраверзы.

Не удалось, конечно, и единственным утешением служит то, что, наверное, и не могло удастся, во всяком случае, умы, куда острее моего, упирались в ту же неразрешимость. «Попадая туда, обнаруживаешь, что там не существует никакого там», – писала об Америке, вдали от которой, впрочем, прожила большую часть жизни, Гертруда Стайн.

«Американец постоянно колеблется между динамо-машиной и Святой Девой», – так говорил Генри Адамс, а ведь это не только автор одной из главных, если так можно выразиться, американских книг – «Воспитание Генри Адамса» – и не только внук шестого и правнук второго президентов США, но и представитель той семьи, которую можно назвать родом-магистралью, тянущейся из полулегендарных времён Плимут-Рока. Такие высказывания и такие книги (к ним следует добавить, конечно, «О демократии в Америке» Алексиса де Токвиля) учат интеллектуальному смирению и предупреждают против бойкой риторики и тем более резких практических жестов. Иногда я думаю, что неплохо бы рьяным недоброжелателям (а равно рьяным апологетам) Америки читать-перечитывать их.

В последнее время вы обратились к литературе страны, далёкой от Америки, выпустили об этом несколько книг… Как это произошло?

– Случилось так, что лет десять назад меня неожиданно занесло с более или менее обжитого Запада на мало, в общем, знакомый Восток, а точнее говоря, – в казахскую степь. Всё началось с предисловия к дилогии старшего товарища (как всё же хорошо в столь зрелом, мягко говоря, возрасте иметь близких друзей, которых с полным на то основанием можно назвать старшими) Абдижамила Нурпеисова «Последний долг». Форма, ставшая за долгие годы литературной работы привычной, но по ходу дела вдруг обнаружились перекрёстки, на которых я оказаться не предполагал. Говорить о шолоховских уроках легко, сравнение с Фолкнером тоже, в общем, кажется естественным, но чтобы эпический по всем приметам роман был – целиком! – написан в технике внутреннего монолога и ассоциативного письма – это поразило. Смутно замаячила фигура Марселя Пруста, которого, как я заподозрил было, Нурпеисов даже не читал. Впоследствии это предположение не подтвердилось, хотя признать хоть какое-то родство Абдижамил отказался. Но меня это уже не интересовало. Когда-то Мелвилл обронил: гении всего мира образуют единый круг, по которому пробегает невидимая дрожь узнавания. Самое интересное в этой максиме, по-моему, слово «невидимая». И ещё одна оговорка – не только гении. Словом, из заурядного предисловия довольно быстро выросла книга о творчестве Абдижамила Нурпеисова, в которой я попытался нащупать не всегда очевидные сцепления с художественными мирами, созданными в совсем иное время и совсем в иной среде, нежели «Кровь и пот» и «Последний долг».

Кажется, в Казахстане эта книга вызвала некоторый интерес, во всяком случае, мне предложили написать для серии «Жизнь замечательных людей» жизнеописания сначала Мухтара Ауэзова, а затем Абая. Они с интервалом года в три увидели свет, хотя, конечно, никакие это не жизнеописания – не владею технологией жанра, – да и не очерки творчества – не владею ни языком, ни достаточным историческим знанием, которое позволяет серьёзно и глубоко проанализировать литературные тексты, тем более такого уровня. Но расслышать какие-то переклички всё в том же кругу общего литературного времени и единого литературного пространства, может быть, в какой-то степени удалось. Для меня эта работа была интересна и важна ещё и потому, что потребовала возвращения к давным-давно – что плохо – забытым мировым шедеврам – от «Пятерицы» Навои до «Западно-восточного дивана» Гёте, а также первоначального – что ещё хуже – обращения к таким вершинам, как «Хикметы» шейха Ахмеда Яссави и «Благодатное знание» Юсуфа Баласагунского.

Каким-то образом эти возвращения-обращения отозвались в только что законченном фильме «Трагедия триумфатора. Жизнь и судьба Мухтара Ауэзова», снятом по моему сценарию известным алма-атинским кинодокументалистом Александром Головинским.

Не могу не спросить вас как автора книги о Набокове о недавней издательской сенсации, связанной с ним.

– Если бы «Лаура и её оригинал» был включён в академическое издание сочинений Владимира Набокова (каковое, надо надеяться, когда-нибудь увидит свет), это следовало бы только приветствовать. Впрочем, и нынешнюю публикацию зряшной не назовёшь, пусть даже она противоречит воле автора. В конце концов Макс Брод тоже издал «Процесс» и «Замок», не говоря уж о дневниках Кафки, не посчитавшись с завещанием своего доверителя. Единственное, что сильно смущает, так это атмосфера сенсации, которая упорно нагнетается вокруг этого события. Издали фрагменты незавершённого романа крупного писателя – хорошо. Пиротехнику-то зачем в ход пускать? Кажется, тут играют роль какие-то явно внелитературные, возможно, финансовые соображения. Литературу вытесняют кликушество и реклама. В прошумевшей (и, к счастью, отшумевшей, судя по всему) кампании слишком мало стиля и слишком много пошлости, которую, как известно, Набоков ненавидел более всего…

Беседу вёл Александр НЕВЕРОВ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Алмазы стиха из Республики Саха

Литература

Алмазы стиха из Республики Саха

МНОГОЯЗЫКАЯ ЛИРА РОССИИ

В Московском Доме национальностей состоялась презентация Антологии якутской поэзии, изданной в серии поэзии народов кириллической азбуки «ИЗ ВЕКА В ВЕК».

Данная серия является двуязычным изданием и выходит в рамках праздника Дня славянской письменности и культуры при поддержке Министерства культуры РФ. К настоящему времени в серии уже вышли тома: Башкирской поэзии, Поэзии народов ханты, манси и ненцев. В книгу якутской поэзии включены лучшие стихи якутских поэтов XX–XXI веков на родном языке и их переводы на русский. Такая книга выходит в России впервые. Серия задумана как поэтический свод всех народов, пишущих на кириллице.

В вечере приняли участие: автор серии поэт и переводчик Сергей Гловюк, авторы из Якутии – Наталья Харлампьева, Аита Шапошникова. А также советник министра культуры РФ Борис Иванов, директор Дома национальностей Пётр Лемперт (на снимке), поэты, переводчики, учёные из ИМЛИ, РУДН, Литературного института им. А.М. Горького, представители союзов писателей и постпредства Саха (Якутия) в Москве. Действо по презентации серии кириллических антологий и якутской поэзии проходило как первая акция по празднованию Дней славянской письменности и культуры, которые в 2010 году будут проходить в Москве.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Имени Солженицына

Литература

Имени Солженицына

ВПЕРВЫЕ

Постановление об учреждении ежемесячных стипендий в размере 1500 рублей студентам, достигшим выдающихся успехов в литературном творчестве, было принято правительством в 2009 году. Федеральное агентство по образованию вместе с Российским государственным гуманитарным университетом провели конкурс. Из полутора тысяч кандидатов экспертная комиссия выбрала 146 соискателей, а потом и 10 самых достойных.

Среди них – студентка факультета филологии и журналистики Поморского ГУ им. М.В. Ломоносова Анна Фёдорова, в творческом багаже которой – статьи в местных газетах, участие в литературных объединениях и публикации в поэтических сборниках. Пишет о проблемах студенчества и молодёжи член Союза журналистов России Елена Королёва, студентка факультета русской филологии и национальной культуры Рязанского ГУ имени С.А. Есенина. Студентка факультета филологии Амурского ГУ Ульяна Лепеха – автор видеосюжетов и более пятидесяти статей в университетском журнале и других изданиях. Будущий журналист из Санкт-Петербургского университета Антон Титов публикуется в газете «Главный редактор» и стажируется за рубежом. Среди стипендиатов также историки, филологи, социологи.

Первых обладателей вновь учреждённых стипендий чествовали в Доме русского зарубежья имени Александра Солженицына заместитель руководителя Федерального агентства РФ по образованию Е.Я. Бутко, ректор РГГУ Е.И. Пивовар, директор Дома русского зарубежья им. А. Солженицына В.А. Москвин, представители экспертной комиссии, среди которых были ректоры российских вузов. Вместе с дипломами и сертификатами стипендий победителям конкурса дарили книги нобелевского лауреата.

Наталья Дмитриевна Солженицына так напутствовала победителей конкурса:

– У каждого поколения своя судьба, свои опасности, свои соблазны, своя духовная культура. Вам досталось время нелёгкое, но давно замечено, что не внешние обстоятельства определяют человеческую жизнь, а определяет её характер самого человека. Александр Исаевич очень часто повторял это нашим сыновьям, потому что мы каждый день совершаем много поступков и принимаем решения для этих поступков, как мелких, так и крупных. Нарастающая цепочка этих решений выстраивает в конце концов вашу судьбу. Все вы уже не раз проявили свой характер в течение жизни. Но, я думаю, мы вправе ждать от вас, что вы проявите и гражданский характер. Потому что как никогда нужна России активность её граждан, и активность созидательная, позитивная, а не только протестная.

Тамара ПРИХОДЬКО

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 3,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии: 10.02.2010 09:39:11 - Леонид Серафимович Татарин пишет:

ПОЗИТИВ?

Практически все труды Солженицына использованы врагами России для разрушения нашей Родины. И говорить о созидательной активности, связывая её с именем Солженицына - кощунство.

Заложник вечности

Литература

Заложник вечности

РВАНОЕ ВРЕМЯ

Боже мой, он родился в ХIХ веке! А мы уже живём в ХХI. Почему же так лихорадочно, так горячечно волнуют эти стихи, посвящённые совсем другим революциям – революциям 1917 года:

В кашне, ладонью заслонясь,

Сквозь фортку крикну детворе:

Какое, милые, у нас

Тысячелетье на дворе?

А ведь и в самом деле, какое?

Пастернак – поэт вечного и... одновременно сегодняшнего дня. Всё, что происходит в его поэзии, – это не зависит от злобы дня, даже если полностью с этой жгучей «злобой» совпадает в некоем пастернаковском душевном зеркале:

В трюмо испаряется чашка какао,

Качается тюль, и – прямой

Дорожкою в сад, в бурелом и хаос

К качелям бежит трюмо.

А изумительное стихотворение «Образец».

Его уже полвека назад, вспоминая о давнем, привёл в своих мемуарах Илья Эренбург, а оно запомнилось на всю жизнь:

Все жили всушь и впроголодь,

В борьбе ожесточась,

И никого не трогало,

Что чудо жизни – с час.

Здесь весь Пастернак. Прошло 90 лет. Полки магазинов полны продуктами, а люди всё равно живут впроголодь. Это – душевный голод, и он неутолим. Набитые ширпотребом магазины нужны людям, но разве это заменит стихи?

Иногда памятные даты ошеломляют. Так, например, как эта: 10 февраля исполняется 120 лет со дня рождения Бориса Пастернака. Это невероятно ещё и потому, что сегодня, в 2010 году постоянно ощущение его присутствия в современной российской литературе. Не только в литературе. Но и в русской жизни. Может быть, этим объясняется постоянное обращение к творчеству Бориса Леонидовича. Причём это не только апологетика. Это и попытка посмотреть на поэта даже не критически, а резко отрицательно. До сих пор нет согласия в вопросе об отношениях Пастернака и Ольги Ивинской. Все попытки бросить тень на драматический знаменитый сегодня роман влюблённых сердец – это, скорее, решение вопросов собственности и наследия. Спорно качество экранизаций пастернаковского «Живаго». Но творческая жизнь гения не остаётся в своей эпохе, она опережает нашу.

Мне тоже довелось несколько раз обратиться к образу Бориса Пастернака. Несколько лет назад я написал большой материал, посвящённый выходу его полного (или почти полного) собрания сочинений. Замечательное издание! И я понимаю, как мало сказано о Пастернаке – одном из гениев русской поэзии ХХ века. Он понимал предназначение поэта как бесконечный духовный труд:

Не спи, не спи, художник,

Не предавайся сну.

Ты – вечности заложник

У времени в плену.

Это стихотворение 1956 года. Он сам был заложником вечности. «Доктор Живаго» уже написан. До мирового скандала – всего один шаг. Пастернак сделал этот шаг в полном понимании происходящего.

В своё время Маяковский в своём знаменитом пособии «Как делать стихи» заявил о гениальности Пастернака, опираясь на строфу из его прекрасного любовного стихотворения «Марбург» (1916, 1928), которую привёл неточно:

В тот день всю тебя от гребёнок до ног,

Как трагик в провинции драму Шекспирову,

Носил я с собою и знал назубок,

Шатался по городу и репетировал.

Признать гениальность соперника – для Маяковского было отважным поступком. Великий футурист, он ведь тоже был трагиком. И он понимал, что такое стихи. В этой строфе он изменил одно слово «таскал я с собою». Он бы – таскал. Пастернак – носил. Ноша жизни была невыносима и прекрасна.

Конечно, говоря о Пастернаке, можно было бы припомнить и горькие просчёты его жизни... Опаску, с которой он отнёсся к возвращению Марины Цветаевой из эмиграции. Или, например, ту ситуацию, когда он дрогнул в разговоре со Сталиным, отзываясь об Осипе Мандельштаме... А кто бы не дрогнул на его месте из советских писателей тридцатых годов?

Это читается в его автобиографическом эссе «Люди и положения». В насыщенном именами и раздумьями очерке поэт очерчивает круг своей жизни, вспоминает друзей и собратьев по поэзии, мучительно вспоминает Маяковского, признаётся в любви к Цветаевой.

В книге «Сестра моя жизнь» – невообразимый трепет народной революции.

От «Сестры…» кровеносные сосуды напрямую тянутся к роману «Доктор Живаго». О «Докторе» написаны целые полки книг. «Стихи из романа» – отдельная глава в творчестве поэта. Строки испепеляющей страсти:

Мело, мело по всей земле

Во все пределы.

Свеча горела на столе,

Свеча горела.

..........................................

На озарённый потолок

Ложились тени,

Скрещенья рук, скрещенья ног,

Судьбы скрещенья.

Эти стихи стали в своё время сенсацией. Им подражали. Книга, посвящённая Цветаевой, называлась «Скрещение судеб». Даже суровый Ярослав Смеляков, ныне благополучно забытый, как и многие классики советской поэзии, написал этим же размером и в этом ритме стихотворение о югославских партизанах «Югославская свеча».

У Пастернака было звериное чутьё на время. В своей внутренней эволюции он прошёл путь от невнятицы футуристических опытов десятых годов прошлого века до стихов последней поэтической книги «Когда разгуляется» (1956–1959), полных веры и глубочайшего внутреннего смирения:

Природа, мир, тайник вселенной,

Я службу долгую твою,

Объятый дрожью сокровенной,

В слезах от счастья отстою.

Судьба была исполнена. Жить оставалось несколько кратких лет. Он отстоял свою службу.

Сегодня принято, скорее, читать о поэтах, чем перечитывать самих поэтов.

А что если просто возьмём и перечитаем Пастернака...

Сергей МНАЦАКАНЯН

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Формат не имеет значения

Литература

Формат не имеет значения

ОБЪЕКТИВ

Виктор Перегудов. Сад золотой. М.: Художественная литература, 2009. – 408 с.

Если рассуждать о настоящей прозе, то количество страниц, по-моему, не имеет принципиального значения – ведь даже в небольшой миниатюре порой можно сказать не меньше, чем в солидном романе. Именно об этом задумываешься, читая книгу Виктора Перегудова «Сад золотой», в которой писатель собрал свои разножанровые произведения малого формата, большую часть которых составляют рассказы, новеллы, мемуарные миниатюры и дневниковые записи.

В аннотации к сборнику сказано: «Автор смотрит на жизнь, как на сад золотой, над которым грохочут грозы». Эти простые с виду слова точно попадают в цель, цепляя читательское сердце, подобно безыскусному, но очень поэтическому названию повести Константина Паустовского «Золотая роза». И дело здесь вовсе не в перекличке эпитетов, а в той естественной степени высказывания, которую нельзя сочинить или у кого-то позаимствовать, а можно только органично выдохнуть.

Основу книги составили три её первых раздела – «Сапсан», «Исполнение зарока» и «Мальчик», включающие в себя лирико-философские, а порой и детективно-сюжетные вещи, в которых как бы в «зашифрованном состоянии», растворяясь в художественных образах, прошивающих собой всю ткань повествования, оказался изложенным нравственный кодекс автора.

Таков, к примеру, рассказ «На белом фоне», идейно-смысловым центром которого выступает удивительно метафорический образ бабочки. Не похожий на других персонажей герой рассказа постоянно носит в своём сердце некую, казалось бы, абсолютно бредово-абсурдную идею. «Для очень важного дела мне нужна зимой живая бабочка, – говорит он. – Настоящая, которая летит на свет лампы, если летом на открытой веранде сядешь пить чай или пиво…» Но для чего же, спрашивается, она ему необходима? А вот для чего. Оказывается, в душе каждого человека размещается целый многоликий (или правильнее сказать – многомордый?) зверинец, в котором обитают заяц трусости, шакал подлости, змея предательства, лемур лености. И если бы перед этим внутренним зоопарком затанцевала вдруг бабочка, то населяющие его «кошмарные звери» завороженно смотрели бы на её танец и затихали, и тогда герою с бабочкой в душе было бы легче жить и легче справляться со своими страстями и пороками. Потому что судьба или другая высшая сила как раз и наказывает нас за неблагополучие духа – слабость принципов, подверженность соблазнам и т.д.

Вот и в истории героя этого рассказа сплетаются в тугой узел сразу три человеческие судьбы: психопата, писателя и «обыкновенной святой». И проступает сквозь все трагические перипетии главное: когда человек преступает нравственный закон, за это непременно приходит расплата, и потому каждому, словно некая охранная грамота, необходима зимой и летом живая бабочка, сберегающая в чистоте его дух.

В том же ряду стоит и рассказ «Жалость», герой которого задаётся вопросом: «Разве мне жалко кого-нибудь в этом мире, где мало кто кого жалеет, кроме себя? Жалость – это высокорасходное чувство, оно ослабляет энергетику личности. Батарейки в душе садятся. Всех не пережалеешь…» Так что же теперь, спрашивается, надо быть ко всему равнодушным? А что делать с убежавшим из секретной части тамбовским пареньком Колей Сергеевым? Оставить одного среди гадюк, обвивших его тело в злосчастной яме, где он опрометчиво спрятался, и даже не попытаться выручить его, не спасти от грозящей ему гибели? Спасти, говорит герой и безрассудно кидается рубить сапёрной лопаткой мерзких шипящих тварей. А потом по великому закону бытия он будет и сам спасён Колей Сергеевым от неминуемой смерти, заблудившись в буранной ночи.

Древняя мудрость гласит: «Сделай добро, брось его в воду и забудь, и оно вернётся к тебе с неба», тогда как «стрела злобы, пущенная тобой в человека, облетит вокруг земли и вонзится тебе в спину». Вот каждый и выбирает для себя в критические минуты жизни тот или иной путь в зависимости от нравственного закона, живущего или не живущего внутри него.

Заканчивается рассказ символическим тезисом: «Такая собачья жизнь, что теперь во мне родилась уверенная надежда: всё должно пойти к лучшему. И в Чечне, красной от крови, и в Казахстане, где зимой бураны, летом пыльные бури, а весной такие тюльпаны – голова кружится… И в России всё пойдёт к лучшему. Я знаю».

История человеческого одиночества, рассказанная в повести «Исполнение зарока», звучит как приговор тому, кто рассматривает своего ближнего единственно как конкурента или пешку в шахматной партии жизни. И как спасение для того, кто прозрел душой и понял, что спасти себя можно лишь спасением того, кто рядом.

По-видимому, таково уж веяние сегодняшней эпохи, что от человека требуется скорейшая реакция на всё, что в ней происходит, максимально оперативное осмысление текущего момента. Быстрота происходящих вокруг нас (да и с нами самими тоже) перемен практически не оставляет времени на живописание широких эпических полотен, ритм жизни напряжён до предела, в нём нет свободных лакун, и в те короткие паузы между делами, которые иногда всё же случаются, успеваешь запечатлеть на бумаге только самое главное – мелькнувшую мысль, мимолётное впечатление, произошедший факт, испытанное чувство, всплывшее из юности воспоминание, родившуюся только что строчку будущего стихотворения или замысел ненаписанного романа… Собственно говоря, именно то, что и представляет собой содержание души писателя. То есть проекцию того, что происходит сегодня с людьми и со страной, на свод его этических, эстетических, религиозных и гражданственных ценностей. И если три первые части книги «Сад золотой» составлены из новелл и рассказов, то четвёртая («Семь тетрадей») полностью состоит из дневниковых миниатюр, страниц из записных книжек или мимолётных записей, порой не превышающих размером одной лаконичной строчки, например: «Когда пишешь, не забывай, что Бог умеет читать».

Жанр этот не нов и уже давно признан и читателями, и критикой. В этом ключе работали В.В. Розанов, В.П. Катаев, В.А. Солоухин и другие. Он и сегодня востребован временем, поскольку на изломе (а точнее сказать – на разломе) эпох читатель взыскует не столько развлекательной выдумки, сколько незамутнённой правды «о времени и о себе», и именно жанр дневника, жанр почти не редактированных (а значит, и не искажённых позднейшим прилизыванием) записей о жизни максимально отвечает этим читательским ожиданиям.

«Чем выше поднимаешься на самолёте, тем меньше люди внизу, – пишет В. Перегудов в одной из составляющих «Семь тетрадей» философских миниатюр. – То же самое происходит с «близорукими» при подъёме по вертикали власти…»

Ещё: «Многие знают, что такое – страдание. Однако далеко не все понимают, что такое – со-страдание…»

И самое главное: «На земле миллиарды людей. Мне кажется, я каждого пойму…»

Вот это-то «понимание каждого» как раз всё заметнее и уходит из современной литературы. В ней с каждым днём становится всё больше формотворческих экспериментов, сногсшибательных сюжетов и философических конструкций, но меньше теплоты и человечности и соучастия в судьбе литературного героя.

Виктор Перегудов, похоже, ради этого вот со-участия и со-страдания единственно и пишет.

Надежда ПАВЛОВА

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Литинформбюро

Литература

Литинформбюро

ЛИТПАМЯТЬ

В этом году в Москве увековечат память Риммы Казаковой – столичные литераторы установят памятник на могиле поэтессы, а также издадут двухтомное собрание её сочинений.

В читинском Музее декабристов открылась выставка редких книг ХIХ столетия, посвящённая 215-летию со дня рождения русского книгоиздателя, библиографа и книготорговца Александра Смирдина.

В Центральном Доме литераторов состоялся вечер памяти поэта Николая Тряпкина, вёл вечер Сергей Соколкин, выступали: Владимир Бондаренко, Сергей Небольсин, Алексей Шорохов и другие.

В Малом зале ЦДЛ состоялся вечер, посвящённый памяти Сергея Лукницкого, с показом фильма о нём и презентацией сборника стихов «Луч звезды». Вечер вела Ольга Медведко, выступали: Игорь Волгин, Николай Шмелёв, Анастасия Гачева, Шавкат Ниязи, Гасан Мирзоев, Алла Рахманова, Светлана Соложенкина, Михаил Буянов.

ЛИТЮБИЛЕЙ

Общественность Екатеринбурга отметила 75-летие писательской организации. Многие члены «бажовского гнезда» были награждены почётными грамотами Министерства культуры и Управления культуры города. Участники торжественного собрания послали приветственную телеграмму делегату Первого Всесоюзного съезда советских писателей Елене Евгеньевне Хоринской, стоявшей у истоков создания региональной писательской организации.

ЛИТНАГРАДЫ

Решением учёного совета Европейской академии естественных наук (Ганновер, Германия) вильнюсский поэт и переводчик Юрий Кобрин удостоен звания лауреата медали Иоганна Вольфанга Гёте «За выдающиеся заслуги в области искусства».

Лауреатом британской литературной премии Costa (30 тысяч фунтов стерлингов) в номинации «Книга года» стал поэт Кристофер Рейд со сборником стихов A Scattering.

ЛИТВСТРЕЧИ

В Каире открылась 42-я Международная книжная ярмарка, почётным гостем которой в этом году выступает Россия. К этому событию Египет специально переиздал полное собрание сочинений Фёдора Достоевского на арабском языке.

Трёхдневный фестиваль русской культуры RussenKo, приуроченный к Году России–Франции, открылся в парижском пригороде Кремлен-Бисетр.

ЛИТКОНКУРСЫ

Департамент социально-благотворительной и духовно-просветительской деятельности Совета муфтиев России объявляет о проведении IV Всероссийского поэтического конкурса «Пророк Мухаммад – милость для миров». Ознакомиться с условиями конкурса, а также проголосовать за понравившуюся конкурсную работу можно на официальном сайте www.mavlid-konkurs.ru 6 с 15 по 25 февраля 2010 года.

Открытый конкурс стихов и текстов авторской песни «Салют Победы», посвящённый 65-летию Победы в Великой Отечественной войне, объявлен в Славянске-на-Кубани.

До 1 марта владимирские прозаики, поэты и критики могут подать документы на соискание городской премии в области литературы имени Алексея Шлыгина.

ЛИТУТРАТЫ

В Москве после тяжёлой и продолжительной болезни на 73-м году жизни скончался бывший заместитель главного редактора журнала «Наш современник» и директор издательства «Современник» прозаик Леонид Анатольевич Фролов.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

Место встречи

Литература

Место встречи

Выставочные залы Государственного музея А.С. Пушкина

Арбат, 55/32, вход с Денежного переулка

С 9 февраля – выставка «Пушкинская тема в творчестве художника Льва Нецветаева».

Государственный музей А.С. Пушкина

Пречистенка, 12/2

С 10 февраля – выставка «Поэзия пушкинского мифа».

Центральный Дом литераторов

Большой зал

11 февраля – литературный вечер «Подарок от Бога», посвящённый жизни и творчеству прозаика, поэта и православного священника отца Дмитрия Дудко, ведущий – Владимир Бондаренко, начало в 19 часов.

Малый зал

12 февраля – творческий вечер Михаила Диева, представление новой книги «Всё больше нечего терять», начало в 18.30;

13 февраля – литературно-музыкальный вечер из цикла «Поэты и барды» «Мороз и солнце...», ведущая – Наталья Сидорина, начало в 16 часов;

14 февраля – встреча выпускников Литературного института имени А.М. Горького и Высших литературных курсов, начало в 16 часов;

15 февраля – 453-е заседание Клуба книголюбов имени

Е.И. Осетрова: «Я был на той войне...» (к 65-летию Победы), вечер ведёт Андрей Турков, начало в 18 часов;

16 февраля – в Клубе молодого писателя обсуждение новой книги  лауреата учреждённой «ЛГ» премии имени Дельвига Василины Орловой, ведущая – Лариса Румарчук, начало в 18. 30;

17 февраля – заседание Литературного клуба ЦДЛ «Московитянка», ведущая – Полина Рожнова, начало в 14 часов;

Литературный салон «Булгаковский Дом»

15 февраля – вечер, посвящённый 45-й годовщине образования «СМОГа» (Самое молодое общество гениев). В вечере участвуют «смогисты»: Владимир Алейников, Аркадий Пахомов, Вячеслав Самошкин, Владимир Сергиенко и другие, начало в 20 часов.

17 февраля – годовщина смерти поэта Валерия Прокошина, поэтический вечер, посвящённый его памяти, начало в 19.30.

Дом-музей Марины Цветаевой

Борисоглебский пер., д. 6.

11 февраля – приношение Борису Пастернаку. Литературно-музыкальная композиция «Поэт перед богом». Вечер открывает протоиерей Александр Борисов. Сообщение Е.Б. Пастернака. Стихи читают Б.М. Балтер и А.Л. Смирнова. У рояля А.В. Рыбаков. Начало в 18.30.

16 февраля – диалог Марина Цветаева – Борис Пастернак в книге Леонида Воронина «Ищу человека». Автора представляет Александр Зорин. Начало в 19 часов.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

«ЛГ»-рейтинг

Литература

«ЛГ»-рейтинг

Пушкин. 1799–1837 : Альбом. – М.: ОАО «Московские учебники и Картолитография», 2009. – 304 с.: ил. – (Издательская программа правительства Москвы).

Подготовленный Государственным музеем А.С. Пушкина альбом в отличие от других изданий подобного рода представляет жизненный путь поэта в широком контексте его эпохи. Биографические разделы предваряются хроникой пушкинского времени. Исторические события – значительные, затрагивающие интересы многих стран, события частной жизни – новинки моды, издания книг, забавные и печальные происшествия – год за годом напоминают о том, что волновало наших соотечественников два столетия назад. Основные события пушкинской биографии строятся на материалах собрания музея. В альбом включены тексты – отрывки из стихов и прозы самого поэта, фрагменты его писем и дневников, рассказы о Пушкине его современников. Многоплановый материал издания даёт возможность читателю услышать время, в котором жил и творил поэт, и приблизиться к эпохе, получившей имя Пушкина.

Пушкинист Н.В. Измайлов. В Петербурге и Оренбурге / Сост. А.Г. Прокофьева и С.А. Фомичёв. – Калуга: Золотая аллея, 2009. – 256 с.: ил.

Сборник, подготовленный сотрудниками Пушкинского Дома и Оренбургского педагогического университета, посвящён Николаю Васильевичу Измайлову (1893–1981). Он «принадлежал к замечательной плеяде первого послереволюционного поколения учёных, так много сделавших для изучения творчества великого поэта». В 20-е годы возглавлял рукописный отдел Пушкинского Дома, участвовал в подготовке 16-томного академического собрания сочинений поэта, написал о нём множество работ. Учёного дважды арестовывали – последний раз в 1929 году по «академическому делу». В 1941 году он вынужден был переехать в Оренбург. В 1953 году вернулся в Ленинград, в Пушкинский Дом. Воспоминания Н.В. Измайлова о нём открывают «петербургский» раздел книги, «оренбургский» – его статья об источниках «Истории Пугачёва». Её значение, по мнению В.Э. Вацуро, состоит, кроме прочего, в том, что такими работами «Пушкину было возвращено его законное место в русской историографии, право на которое отрицали за ним как современники, так большинство дореволюционных исследователей». Публикуются также воспоминания об учёном его петербургских и оренбургских коллег и учеников.

Долли Финкельмон. Дневник 1829–1837 . Весь пушкинский Петербург / Публикация, сост., вступ. и закл. статьи, комментарии и примечания С.П. Мрочковской-Балашовой. – М: Минувшее, 2009. – 1008 с.: XXXII с. ил.

Дневник графини Долли (Дарьи) Финкельмон впервые полностью опубликован на русском языке. Можно без преувеличения назвать это событием в пушкинистике. Главная ценность дневника – хроника пушкинского Петербурга, подробно записываемая на протяжении девяти лет. Первые исследователи записей Финкельмон старались «выудить», вырвать из контекста места, посвящённые Пушкину и Наталье Гончаровой. Однако эти отдельные фрагменты в отрыве от основного массива текста выглядели зачастую куце и неубедительно. Образ Пушкина неотделим от его времени, от имён десятков и сотен его знакомых, друзей, недругов, видных современников. Описания светских приёмов, балов, меткие и исчерпывающие характеристики, даваемые Финкельмон тем или иным людям, – важный документ ушедшей эпохи, который представляет интерес как для специалистов, так и для простых читателей.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

И грешников, и праведных смущая

Литература

И грешников, и праведных смущая

ПОЭТОГРАД                                                                                                                                                           

Елена РЫХЛОВА

***

Говаривала бабушка моя:

«Напраслина – подарочек из рая».

Над этими подарочками я

то плачу, то со смеху помираю.

Кто рад во всех пороках обвинять,

кто чествует, не зная угомону.

Не делайте, прошу вас, из меня

ни уличную девку, ни икону.

А впрочем, слухи – что, уйдут они.

Лишь одного до исступленья жаль мне,

что я кругом, куда ни поверни,

чужая в церкви и в миру чужая.

Так жаль, что я повсюду неправа

и для меня теперь одно и то же –

чужого мужа в губы целовать

и рваных голубей спасать от кошек.

Что всё во мне живёт – и дух, и плоть,

и грешников, и праведных смущая.

Но, может быть, простит меня  Господь,

как непутёвых мы детей прощаем?

***

Мы позировали фотографу,

ненароком касаясь локтями.

Ты шутил: «Не держите нас долго так,

нас друг к другу безудержно тянет».

Как боялись мы в сумерках вечера

наши чувства всерьёз обнаружить!

Нам на головы, светом очерченный,

лился свет из фонарного душа.                                                                       

Мы стояли смешные, промокшие,

с колотящимися сердцами…

А фотограф сердился: «Ну что же вы!

Ближе встаньте, не видите сами?»

***

Я жила бы ролью, мне завещанной:

щи в печи, на ставнях петухи…

Мне не повезло родиться женщиной,

потому что я пишу стихи.

Срок придёт – не спрячешься за юбкою:

скольким слово головы снесло…

Оттого, что дочь в ночи баюкаю,

мне поэтом быть не повезло –

ведь и для неё живу на свете я!

Как мне объяснить в её годки,

что в смертельной битве за бессмертие

не за грудь хватают – за грудки?

Что полито кровью всё хорошее,

а всего обильней – добрый стих.

Не простит мне дочь свою заброшенность.

Бог – талант зарытый не простит.

***

Немало райских мест найдётся,

но мне отрадней в месте том,

где лес просеивает солнце,

ветвей качая решето.

Смотрите – весь в лучистых пальцах

огнём росы заполыхав,

как на дрожжах он поднимается

на сгустках пористого мха!

Он этим вкусным хлебным вдохом

любых обид сгоняет жуть.

И потому, когда мне плохо,

сюда я, к лесу, прихожу.

Я здесь всё чаще: людям тесно

теперь носить сердца в груди.

Мир глух. И кажется – из леса

и смысла нету выходить.

Но вдруг да посветлеют лица?

Лес так богато озарён –

как я могу не поделиться

той добротой, что дарит он!

***

Не такой уж я грибник,  вам признаться,

только лес мне – что коту валерьянка.

День-деньской люблю по лесу слоняться,

даже если что ни гриб – то поганка.

Я людей люблю прекрасные лица,

пусть всё чаще попадаются рожи.

Мне бы надо хоть чуть-чуть сторожиться,

да ведь я не становлюсь осторожней.

Вроде опыт есть уже за плечами,

а бывает, где не ждёшь – и схлопочешь.

Но зато каких друзей я встречаю!

И с грибами мне везёт, между прочим.

МУРМАНСК

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии: 10.02.2010 15:37:40 - Алексей Фёдорович Буряк пишет:

На ваши стихи: /Вроде опыт есть уже за плечами,/ а бывает, где не ждёшь – и схлопочешь./ Но зато каких друзей я встречаю!/ И с грибами мне везёт, между прочим./ --- --- --- Мне захотелось ответить стихами: Это здорово, что так вот везёт/ На грибах и в другом, между прочим,/ Ну, а если, кого-то ты ждёшь,/ То, возможно, чего-то схлопочешь./ Он не будет тебя обижать/ Ни ударом руки, ни словами.../ Будет он лишь тебя обжигать/ Голубыми как море глазами.../ Вот и всё? Посмотри на него:/ Пропоёт он своими глазами/ Всё про то, то спастись от всего/ Невозможно одними словами./ --- --- --- Алексей Буряк, Днепропетровск burur@mail.ru

10.02.2010 14:27:56 - Елена Михайловна Рыхлова пишет:

"Лился СНЕГ из фонарного душа". Прошу прощения.

10.02.2010 10:08:57 - Леонид Серафимович Татарин пишет:

ОТЛИЧНО!

Хорошие стихи!

Сияющая заря

Литература

Сияющая заря

ПОЭТОГРАД                                                                                                                                                                        

Василий КАЗАНЦЕВ

***

Заря рассветная была

Бела, белым-белым-бела,

Заря рассветная цвела,

Заря цвела, цвела, цвела.

Заря была бела, бела,

Заря сияюща была,

И песнь плыла, плыла, плыла:

Заре хвала, хвала, хвала!

***

Деревья ввысь взлететь стремятся,

И облака, виясь, круглятся,

И ветра тонкая прохладца

Не устаёт звенеть, плескаться.

Дорога льётся, льётся, льётся,

Синица солнечная вьётся,

Неугомонный ветер бьётся,

Цветок цветёт, душа смеётся.                                                                            

***

– В стихах возносишь радость ты,

Возносишь ликование.

Ужель того не знаешь ты,

Что счастья суть – страдание?

– Слыхал, не раз, не раз слыхал

Я это замечание.

– Философ истинно сказал.

– Так это ж в миг отчаянья.

***

Шелестели страницы поэта.

Тихий, медленный ветер кружил,

Сквозь страниц шелестение это

Ясный голос взошёл, проступил:

Возводить будто здание слово,

Убеждая себя наперёд,

Что тобой возведённое слово

Быстрой тенью бесследно пройдёт?

Нет, чтоб силы свои соразмерить,

Нет, чтоб твёрдое слово сказать,

Нужно верить, и верить, и верить,

А быть может, и подлинно знать,

Что так долго, уверенно долго,

Долго будет, надежде под стать,

Долго слово, так долго, так долго,

А быть может, и вечно сиять.

***

Идёт навстречу деревцо.

Светясь, блестит его лицо.

Такое славное лицо.

Такое ясное лицо.

Играют блики на лице.

Сияют блики на лице.

Цветёт улыбка на лице.

Какой прекрасный свет в лице.

***

– Облитый солнечным лучом,

Ты, соловей, поёшь о чём

Над этим солнечным ключом,

Облитым солнечным лучом?

– Звеню ключом, ключом, ключом

Над этим солнечным ключом,

Облитым солнечным лучом,

Звеню ключом, ключом, ключом.

***

Непроизвольно улыбнулся,

Непроизвольно просиял,

Внезапно вздрогнул, встрепенулся,

Непроизвольно взликовал –

Вдруг глянул, глянул вдруг невольно

Навстречу глянувшей душе,

Душе, вдруг глянувшей невольно

Навстречу глянувшей душе!

***

По ивам, по елям,

        по соснам, по клёнам,

По ярким, ветвистым,

тенистым, густым,

По ярким, пятнистым,

сквозистым, зелёным,

По ярким,

             по блеском густым залитым

Промчался блестящий,

промчался сквозящий,

Промчался шумящий,

 шуршащий, густой,

Промчался рябящий,

 свистящий, гудящий,

Дождь яркий, дождь солнечный,

 дождь проливной!

ПОСЛЕ ЛИВНЯ

Листва взлохмаченно клубиста,

И, шелковистая, она

И шелестяща, и слоиста,

И, ввысь глядящая, она

И серебриста, и волниста,

И, ввысь летящая, она

И густо мглиста, и тениста,

И ярких, жарких искр полна.

***

Ты как улыбка родника,

Улыбка чистая цветка.

Неуловима и тонка

Ты, как улыбка родника.

И смотрит, смотрит блеск цветка

На трепетанье родника.

И трепет тонкий родника

На тонкий смотрит блеск цветка.

***

Как неожиданная милость –

Вдруг эта радуга цветов.

Откуда яркая явилась

Вдруг эта радуга цветов?

Из солнца, солнца вдруг явилась,

Сияя, радуга цветов.

Куда девалась? Возвратилась

В блеск солнца радуга цветов!

РЕУТОВ, Московская область

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии: 11.02.2010 11:06:20 - Людмила Григорьевна Сорокина пишет:

Cияющая заря.

Просто замысловатое плетение слов, игра фраз и рифмы не совсем удачная, уж извините.

Грустя о летних днях...

Литература

Грустя о летних днях...

ВПЕРВЫЕ В «ЛГ»                                                                                                                                                                

Андрей МОНАСТЫРНЫЙ

***

Ветер свищет бичом дождей

Над размытой квашнёй дорог.

Птицей бьётся в силках ветвей

Мёртвых листьев багряный клок.

В водосточной трубе потоп,

Как предтеча вселенских бед.

На асфальте  фонарь-циклоп

Топит в лужах ненужный свет.

Свесил уши промокший пёс,

Весь взъерошенный и смешной...

Если грянет потоп всерьёз,

Вряд ли снова найдётся Ной.

***

Опять неодолимо тянет лира

Звенеть тугими струнами печали.

Опять, как будто, умерло полмира

В моей душе и оживёт едва ли.

Опять дождей косые многоточья

Тревожат пустоту за словом «осень».

Вновь облака, разорванные в клочья,

Висят на кронах моложавых сосен.

Опять опавший лист в объятьях ветра

Танцует танго смерти в старом парке

Под звуки нестареющего ретро,

Грустя о летних днях и солнце жарком.

Опять промокший зонтик чёрной цаплей

Стоит в углу, уныло свесив крылья.

Опять летит на юг, срезая капли,

Сезонных птиц лихая эскадрилья.

Опять огнём багрового заката

Горят озёра в зареве рассвета...

И, кажется, что это всё расплата

За жаркий рай потерянного лета.

***

Я пережил Есенина лукаво

И, малодушно глядя на петлю,

Корю Сергея за дурную славу,

Ведь пьяных драк ужасно не люблю.

Мне не грозит погибнуть на дуэли –

Едва надувшись, сразу же прощу,

А сам обидев (что я в самом деле!),

Прощенья взгляд в раскаянье ищу.

Мне от хандры бежать к хребтам Кавказа

Мешают дом, работа и жена,

И часто осуждаю скалолазов,

Бурча о том, какого им рожна....

Пусть тёмен жребий русского поэта,

Отрадна мысль: дожить до седины.

Вот только разве можно сделать это,

Не потеряв любовь родной страны?

с. МАЗУРКА Поворинского района Воронежской области

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,7 Проголосовало: 3 чел. 12345

Комментарии: 10.02.2010 16:01:21 - Алексей Фёдорович Буряк пишет:

Как то странно, стихи без названья./ Без названья стихи, вот для всех!!/ Ну, а если писать так призванье,/ И совсем не беда и не грех.// Без названья стихи сочиняют./ Нет названья тому, что поёшь/ Про летящую рыжую стаю/ Обязательно что-то соврёшь/. Не солжешь, так фантазией странной/ Мысли выльются в строчки опять,/ И, возможно, ты тронешь всех главным,/ Но не сможешь вот это назвать./ --- --- --- Алексей Буряк, Днепропетровск burur@mailru

Показания тайного свидетеля

Литература

Показания тайного свидетеля

ПУШКИН. ДЕНЬ ПАМЯТИ

Валерий ЯРХО, КОЛОМНА

В день пятидесятилетия со дня кончины Александра Сергеевича Пушкина панихиду было решено служить на месте рокового поединка, и к четырём часам вечера через заснеженные поля в берёзовую рощу на Чёрную речку съехались тысячи полторы человек, относившихся к столичному истеблишменту. На церемонии присутствовал сын поэта, генерал-майор свиты его величества Александр Александрович Пушкин, панихиду служило духовенство окрестных церквей, пели три хора: Исаакиевского собора, Ново-Деревенской церкви и женский хор земской школы. Всё было очень чинно, прилично-торжественно, искренне трогательно, и лишь одно каверзное обстоятельство портило дело: никто из присутствовавших не мог точно сказать – на том ли месте служат панихиду?!

Устройством всего дела занималось губернское земство во главе с председателем губернской земской управы господином А.И. Горчаковым, и по окончании всех траурных служб господа земские начальники имели крайне неприятный разговор с генералом Пушкиным, которому прежде было твёрдо обещано, что к полувековой годовщине место дуэли будет указано в точности.

История эта тянулась уже более семи лет, с той самой поры, когда в 1880 году готовились открыть в Москве памятник Пушкину в начале Тверского бульвара – одновременно с этим планировали установить бюст поэта и на месте поединка, но сделать этого не удалось по причине неясности того, где, собственно, ставить памятник. Как было сказано по этому поводу в официальных бумагах: «Место дуэли заброшено и даже точно не обозначено». Стремясь исправить скандальную ситуацию, местное земство из кожи вон лезло, стараясь выяснить, где же именно на Чёрной речке стрелялись Пушкин и Дантес, но это усердие ни к чему путному не привело. В точности никто ничего не помнил, а говорили разное. Старики из деревни Коломяги уверяли, что поединок произошёл за Комендантской дачей, по левой стороне дороги, а секундант Пушкина, его лицейский друг Константин Данзас, в своих воспоминаниях утверждал, что дуэль произошла по правой стороне дороги. Но коломяжские старики сами дуэли не видели, а Данзас умер ещё в 1870 году, да к тому же разберись теперь, где тогда было «право», где «лево», если в 40-х годах при прокладке Ново-Коломяжской дороги всю округу так перерыли, что исчезли многие ориентиры, на которые ссылались рассказчики.

Единственное, чем могли обнадёжить Александра Александровича, так это тем, что ими была найдена «одна верная примета», позволявшая устроить панихиду 29 января 1887 года именно на том самом месте, где её служили. Земцы клялись, что теперь-то они добьются отчуждения этого участка и воздвигнут на нём памятный монумент. Они даже показали эту «верную примету» сыну поэта – невысокий деревянный столбик, вкопанный в землю, к которому была прикреплена чёрная доска с надписью, исполненной белыми буквами: «27-го января 1837-го года против сего места упал смертельно раненный на поединке А.С. Пушкин». Правда, кто и когда установил этот знак, оставалось тайной – удалось выяснить лишь то, что появился он уже давно, однако не сразу после дуэли. Когда он обветшал, ему на смену появился другой, потом ещё, но всё это были результаты частной инициативы неизвестных лиц. Никаких документальных указаний на то, почему именно эта поляна была названа местом дуэли, не имелось.

Сколь ни велик был соблазн остановиться на этом указании, червь сомнения грыз слишком многих. В самый разгар газетной полемики о событиях полувековой давности в № 31 «Московских ведомостей» за 1887 год появилась статья, написанная бароном Эммануилом Штейнгелем, в которой автор попытался внести ясность в вопрос о месте пушкинской дуэли. Господин барон заявлял, что располагает сведениями, полученными от прямого свидетеля этих событий, прежде остававшегося неизвестным. Сам он видел этого человека ещё ребёнком, когда летом 1852 года

приехал на Чернореченскую ферму, купленную его отцом той зимой. Юный Эммануил, коему о ту пору шёл десятый год, ища приключений, облазил все окрестности и однажды пожелал осмотреть Комендантскую дачу, к высоченному забору которой случайно вышел. В то время единственным обитателем дачи был живший там постоянно старый дворник Иван, с которым молодой барон познакомился, когда тот поймал его в саду. Существенная разность в возрасте между барчуком и дворником совершенно не сказалась на их отношениях, и старый Иван общался с десятилетним Штейнгелем как с равным. Они вполне поладили, когда разговорились, и среди прочего Иван рассказал мальчику одну «страшную историю» – про то, как однажды он видел «настоящее смертоубийство»:

– Порядочно лет назад это было, – рассказывал Иван. – Как-то однажды зимой, в лютую стужу, сидел я в своей дворницкой и от делать нечего таращился в окошко. На улице уже начинало смеркаться, и только хотел я зажечь сальную свечу, как вижу, по Коломяжской дороге подъехали господские сани. Приехавшие в этих санках господа прошли мимо окон дворницкой и направились прямиком к лесу, что за дачей. Не успели те странные господа скрыться из виду, как подоспели другие сани, и из них тоже вышли люди, поспешившие по той же дороге, по которой пошли те, что приехали прежде…

Решив посмотреть, зачем это на ночь глядя господа двумя компаниями пошли в лес, наскоро одевшись, Иван пошёл вслед за ними. Он довольно близко подобрался к тому месту, где в пустом морозном лесу был слышен разговор. Тихонечко встав за кустами, Иван, вглядываясь сквозь уже сгущавшиеся сумерки, старался рассмотреть то, что происходило на поляне. Там приезжие господа стояли двумя кучками, «саженях в восьми друг от друга», и о чём-то говорили, но о чём именно, он не понял. Потом двое из них почти одновременно выстрелили друг в друга, причём один из стрелявших, тот, что стоял у дорожной насыпи, упал. К нему подбежали, стали спрашивать, он отвечал, но слов Иван по-прежнему не разбирал. Один из подходивших к раненому вернулся к стоявшему отдельно человеку, по словам Ивана, «кажется, офицеру», что-то ему сказал, и оба они пошли прямо на него, притаившегося в кустах, но, не заметив, прошли мимо, вышли на дорогу, сели в свои сани и уехали.

Невольный свидетель дуэли стоял ни жив ни мёртв, наблюдая, как раненого барина облокотили к насыпи, а когда его подняли на руки и понесли, Иван опрометью бросился к себе, заперся в дворницкой и затаился. Больше всего Иван боялся того, что раненого принесут к нему и потом его как свидетеля непременно «притянут к делу и затаскают» судебные власти. Но страхи его оказались напрасными – своего подстреленного товарища господа отнесли в сани и увезли в город.

Утром, как стало совсем светло, прихватив лопату, которой чистил на дворе снег, Иван пошёл к тому месту, «где давеча произошло смертоубийство». Придя на ту самую поляну, Иван увидел комки окровавленного снега – самой крови на снегу было не много набрызгано, но комки снега, видимо, прикладывали к ране, а напитавшиеся кровью отбрасывали. Собрав все эти комки руками и ногами, он сгрёб лопатой окровавленный снег в выемку насыпи, утрамбовал его там, натаскал свежего снега в подоле шубы, раструсил его на этом месте, и тогда только успокоился, когда не осталось никаких заметных следов вчерашнего происшествия.

Ни того, кто были эти господа, ни что между ними произошло, Иван не знал. Только спустя три недели, вызванный по какому-то делу к коменданту крепости, сидя в людской кухне его городского дома, он услыхал о том, что где-то возле Комендантской дачи на дуэли стрелялись двое господ, и один из них – какой-то «учёный писатель» – был ранен и умер, а другой куда-то скрылся. К радости Ивана, оказалось, что следствие по этому делу уже закончено и суда не будет, а стало быть, свидетели не нужны и «таскать» его никто не будет.

Дворник отвёл молодого барона Штейнгеля к тому месту, где произошла дуэль, и в подробностях показал, где кто стоял, где упал раненый, куда его отнесли. Вернувшись домой, мальчик рассказал об услышанном от Ивана своему отцу, потом отвёл его на поляну и «повторил в лицах» рассказ дворника. Выслушав сына, барон Штейнгель-старший высказал предположения, что Иван случайно стал свидетелем дуэли Пушкина, и, выворотив из ближайшей изгороди кол, воткнул его там, где возле насыпи, по его мнению, лежал смертельно раненный поэт, а рядом Эммануил положил связанный им из двух сучьев крест. Место, где предположительно стоял Дантес, они пометили, положив булыжник.

Спустя ещё несколько лет уже повзрослевший Эммануил вместе со своим кузеном Василием Белавиным-Ланским и однокашником по Училищу правоведения Виктором Кроневским решили поставить на месте дуэли более солидный знак и вкопали там отёсанный с четырёх сторон столбик – в сажень высоты и трёх вершков толщины. Кто в дальнейшем подновлял этот знак, господин барон не знал, но считал, что ему, как никому другому, лучше известно подлинное место дуэли. Он предлагал свои услуги: «всякому, кто захочет принять на себя труд с установлением памятника», но услышан не был, потому что история с установкой памятника приняла ещё более скандальный оборот.

В начале 90-х годов XIX века большой участок земли на Чёрной речке передали в ведомство императорского Скакового общества, которое немедленно приступило к постройке ипподрома. О том, что и тот участок, отчуждения которого добивалось земство для устройства мемориала в память о дуэли Пушкина, стал частью ипподрома, спохватились лишь тогда, когда в прессу просочились известия о том, что там, где стрелялся Пушкин, решили построить конюшни. Для успокоения общественного мнения на месте памятного знака за счёт Скакового общества возвели кирпичный постамент, который оштукатурили и увенчали гипсовым бюстом Пушкина. Недолго простояв, бюст рассыпался, и его заменили новым, но всё это выглядело жалко и нелепо – дешёвенькая уродливая скульптурка помещалась на скаковом дворе, между забором и изгородями, рядом с конюшнями, а совсем неподалёку «благоухали» кучи навоза.

Позже, в 1908 году, с началом эры воздушных полётов, ипподром превратили в Комендантский аэродром, и новым хозяевам тех мест, устремлённым помыслами в небо, было совсем уж не до памятника – к 1921 году он вовсе развалился. Эпопея с монументом имела продолжение, изобилующее разного рода коллизиями, но оставим эту тему, поскольку речь идёт не о самом памятнике, а о том месте, где он установлен.

***

Итак, после заявления барона Штейнгеля можно с уверенностью утверждать, что памятный столбик, по которому наконец-таки была совершена «привязка к месту», изначально был установлен им и его товарищами. Но что же из этого следует? Основанием для установки «памятного знака» послужил рассказ человека, видевшего, как однажды зимним вечером в лесу за дачей стрелялись господа. Ни точной даты, ни даже года дворник Иван не называл, участников дуэли описал поверхностно и смутно. Является ли «версия барона Штейнгеля» очередным «апокрифом пушкинистики» или это действительно уникальное свидетельство? Сама по себе история, вне всякого сомнения, подлинная – сочинить такой сюжетец никакому дворнику не под силу, но насколько она имеет отношение к тому знаменитому поединку?! Перед нами ещё одна загадка, ещё один «литературный детектив-головоломка», который ждёт своего Андроникова новейших времён. Тому, кто сможет подобрать ключи к шифрам времени, достанется дивный для любого исследователя пушкинской эпохи приз: «тайный свидетель» событий, лицо абсолютно постороннее и заведомо не ангажированное, что так ценно в исторической науке, которая столь часто страдает от пристрастности источников информации.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии: 10.02.2010 15:57:52 - sokolov пишет:

Обама зачитывался Тайными записками Пушкина

Вот доказательство на американском СNN обамовского увлечения Тайными записками http://www.ireport.com/docs/DOC-404091

«Никто не скажет, что нам было всё равно»

Библиоман. Книжная дюжина

«Никто не скажет, что нам было всё равно»

ШЕСТЬ ВОПРОСОВ ИЗДАТЕЛЮ

Издательский дом «Коло» основан в Санкт-Петербурге 13 октября 2000 года. Сегодня у нас в гостях его руководитель Антон ВОЗНЕСЕНСКИЙ.

– «Коло» – древнерусское слово, оно означало «круг» или «колесо». Само слово уже давно ушло из повседневного русского языка, но некоторые образования хранят память о нём: например, колея, калач (прежде писалось «колач»), кольцо.

Почему появилось издательство и каким вы предполагали его основное направление?

– По первоначальной задумке традиционное, «бумажное» издательство должно было стать частью гармоничной студии наряду с издательством «электронным», веб-мастерской и кинофотовидеостудией. Таким образом, в рамках одного предприятия и одного коллектива, объединённого общими творческими целями и эстетическими предпочтениями, планировалось охватить все направления современного издательского дела.

Ведь Интернет был изначально задуман не для того, для чего сейчас используется. Учёными он практически не освоен. Если в Сети и публикуются статьи, то не очень удачно: разношёрстные, случайные, они чаще всего проходят незамеченными. Все те традиции, которые наработаны у нас в области подготовки текста к изданию, в Интернете не учитываются. Поэтому у нас появилась идея создать ресурс, где бы публиковались небольшие серьёзные работы по интересующим областям знания. Интернет идеально подходит для публикации статей, которые на отдельную книгу «не тянут», но интересны, актуальны и должны быть быстро представлены специалистам.

Но вы известны прежде всего книгами…

– Да, в настоящее время основная работа у нас ведётся на бумаге. Издано около 70 книг. Тиражи у нас маленькие – около тысячи экземпляров. Книги свои мы представляем и в крупнейших магазинах, и в Интернете. Там в идеале книги должны стоить дешевле, а пока наценки те же, что и в обычных магазинах. Происходит это из-за того, что книги, пока доберутся до электронного прилавка, проходят через несколько рук. Тем не менее мы реально издаём книги на продажу в отличие от тех издательств, которые полностью зависят от разного рода грантов.

В маленьком издательстве есть свои преимущества – каждой книге уделяется максимальное внимание. Текст проходит традиционное редактирование, несколько корректур; тщательно отбираем иллюстрации: если нужно, производим фотосъёмку по задумке автора. В маленьком коллективе люди, как правило, объединены идеей, любовью к своему делу, а стало быть, проблема текучки, поиска сотрудников не стоит так остро.

Какие темы являются для вас основными?

– Краеведение, история архитектуры, история художественного быта Санкт-Петербурга и его пригородов – важное направление нашей издательской деятельности. В последние годы усилилась актуальность архитектурной истории. И не только питерской. Сейчас, к примеру, мы напряжённо готовим к переизданию книгу Марии Владимировны Нащокиной «Московский модерн». Это будет, смею надеяться, хороший сюрприз для жителей Первопрестольной: книга видится нам совсем иначе, чем была издана в 2000 году.

Среди приоритетных проектов – продолжение «Александрийской библиотеки», открытой в 2000 году издательствами «Журнал «Нева» и «Летний сад». В рамках серии «Египет» в 2000–2005 годах было опубликовано 15 книг, ещё четыре издания (три – при участии «Коло») вышли в серии «Античность».

Есть ли книги и авторы, которых вы особо рекомендуете читателям?

– Рады представить фундаментальный труд профессора Владимира Лисовского – «Санкт-Петербург. Очерки архитектурной истории города». Масштаб исследования говорит за себя сам: два тома увеличенного формата, свыше 1 тыс. страниц, более 1 тыс. иллюстраций. Это – вся история Северной столицы, начиная от закладки крепости в устье Невы до самых последних событий архитектурной жизни нашего города. И вместе с тем это – отнюдь не сухое, отстранённое академическое повествование, а убедительная попытка представить славную и одновременно драматическую историю Петербурга как культурного и архитектурного феномена. Уникального, прославленного в столетиях города, над неповторимым обликом которого сегодня нависла серьёзная угроза. Какой ценой приходится платить городу и горожанам за пресловутое «развитие»? Возобновимы ли культурные ресурсы Северной Венеции? Над этими вопросами всё чаще приходится задумываться.

Наиболее широко известны наши издания книг историка архитектуры Б.М. Кирикова – «Архитектура петербургского модерна», «Архитектура Петербурга конца XIX – начала ХХ века», «Александр Дмитриев». Стиль учёного неизменно отличают широчайшая эрудиция, глубокий анализ, основанный на результатах многолетних исследований, яркий, образный язык, точность фактологии и взвешенность характеристик. Особый интерес, возможно, представляет его работа «Архитектурные памятники Санкт-Петербурга». Нам кажется, что эта книга должна быть в домашней библиотеке всякого культурного человека. Здесь собраны описания 100 наиболее выдающихся памятников нашего города за все три века его существования. Со многими из них тесно связаны ключевые события истории не только Северной столицы, но и всей страны в целом. Сооружение каждого из них стало ярким событием в художественной жизни России. Не ограничиваясь описанием самых знаменитых памятников исторического центра, автор обращает внимание на ряд относительно менее известных построек, также заслуживающих бережного отношения и заботы со стороны не только властей, но и каждого горожанина, любого арендатора.

То есть состояние архитектурного наследия сейчас – одна из самых актуальных проблем?

– Да, оно вызывает большую озабоченность. Когда видишь, что уходит, хочется хотя бы на бумаге сохранить историю для потомков, чтобы никто потом не мог сказать, что нам было всё равно. В советское время мы «отставали» от Москвы, архитектура сохранялась лучше, не было масштабных сносов. Первые 10 лет «нового времени» Питер сидел тихо, теперь же, к сожалению, процесс пошёл благодаря инвесторам из Москвы и других городов, которые не всегда отдают себе отчёт: ценность исторического центра Петербурга именно в том, что он формировался как «ансамбль ансамблей». Именно из-за этого к нам едут туристы – ценители прекрасного. Если этот облик будет утрачен, привлекательность города резко снизится. Вот простой пример: скажем, возводится среди исторической застройки «элитный» дом с прекрасным видом из окон, а через год перед ним встаёт другой подобный – и где же ваш прекрасный вид?..

Удаётся путём публикации книг повлиять на ситуацию?

– Повлиять прямо, конечно, мы не можем, в наших силах распространять верные знания. Распространение сведений об архитектурно-историческом наследии со временем должно что-то изменять в отношении к нему горожан. Одно дело просто ходить по улицам и совсем другое – понимать, что в центре едва не каждый дом хранит память о громких именах. Многие наши книги регулярно переиздаются, это говорит о том, что их покупают и, надеюсь, читают, а значит, людям всё ещё небезразлична история и судьба города. 

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

«…а душу твою люблю я ещё более твоего лица»

Библиоман. Книжная дюжина

«…а душу твою люблю я ещё более твоего лица»

Вадим Старк. Наталья Гончарова. М.: Молодая гвардия, 2009. – 535 с.: 16 л. ил. – (Жизнь замечательных людей: сер. биогр.; вып. 1186).

Наталья Гончарова родилась в год великих потрясений – сначала на небесах появилась комета, о которой много позже напишет Лев Толстой: «огромная яркая комета… предвещала, как говорили, всякие ужасы и конец света», – а в Натальин день, накануне её появления на свет, произошло Бородинское сражение. Семейство Гончаровых перед самым рождением младшей дочери было вынуждено уехать к родственникам в село Кариан Тамбовской губернии. «Несчастливый переворот политических дел Европы и загоревшаяся неожиданная война в отечестве… Сии надвинувшиеся громовые тучи на любезный край наш… решили меня, между страхом и надеждою за своих колеблющегося, спасти жену в то время на сносе беременною и невинных изнемогающих болезнию младенцев…» – сообщал в письме отец Наташи.

Но, несмотря на все предзнаменования, сложись судьба девочки иначе – и сколь-нибудь примечательных событий её жизни не хватило бы даже на тоненькую брошюрку, не то что на полноценный том ЖЗЛ. А может быть, и само имя её было бы забыто, как канули в Лету имена многих и многих провинциальных и столичных барышень. Но… восемнадцать лет спустя прекрасная Натали вышла замуж за Александра Сергеевича Пушкина. И теперь историкам литературы интересна каждая мелочь её жизни и каждое из уцелевших писем, пусть даже речь там идёт только о платьях и домашних заботах. Её называют виновницей безвременной гибели великого поэта и невинной жертвой людского злословия, представляют опытной кокеткой и наивной глупышкой, проклинают и оправдывают.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Зачем нужна монархия?

Библиоман. Книжная дюжина

Зачем нужна монархия?

Чарлз Филлипс. Короли и королевы Британии / Пер. с англ. А. Кузиной. – М.: Издательство «Ниола-Пресс», 2009. – 256 с.: ил.

Прочитав эту книгу, понимаешь, что роль монархии мы до сих пор, пожалуй, недооценивали – из-за нашей традиционной тяги ко всему возвышенному, духовному, надмирному. Государей российских мы вспоминаем прежде всего как помазанников Божиих. А тот, кому монархические взгляды совершенно чужды, равно как и уважение к собственной истории, будет искать в биографиях великих князей, царей и императоров прежде всего пикантные анекдоты. Книга Филлипса одинаково свободна от восторженного пиетета перед коронованными особами и фривольного любопытства, но в ней ярко сияет мысль, что сама история запечатлена в именах этих мужчин и женщин, носивших британскую корону. Историческая линия, не прерываясь (Кромвелю тоже нашлось место в списке правителей), идёт из глубины веков – от легендарного Артура, о котором так и неизвестно, существовал ли он на самом деле, до ныне царствующей Елизаветы II. От иллюстраций к древним манускриптам до современных цветных фотоснимков тянется изобразительный ряд. Никого автор не вычеркнул, не вознёс без заслуг, не высмеял. И тем показал, какую силу даёт знание собственной истории и почтение к ней.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Уха из морской царицы

Библиоман. Книжная дюжина

Уха из морской царицы

Валентин Махонин. Пасынки времени : Романы, сказка. – М.: АКАДЕМИКА, 2010. – 400 с.

«На всё человек способен – на высшее благодеяние и нижайшую подлость, на горе ближним и радость дальним, старые миры разрушает и новые создаёт, одного только не может – мыслить всеобъемлюще, как Бог», – приходит к финальному умозаключению автор. Так завершается роман, давший название книге. Так могло бы завершиться любое из произведений, вошедших в издание, будь то автобиографическое повествование «На фронт я не успел» или взаимные исповеди встретившихся в монастыре горемык («Пасынки времени»). И даже завершающая «Сказка», совсем крохотная, на тему всем известную, наводит на думы тяжкие. Да иных у нас, кажется, и не бывает. Пусть и постучалась вам в дверь золотая рыбка, и посулила за своё спасение блага великие, но терзают душу сомнения: не очередные ли эти обещания, которыми столь щедро одаряют народ наш высокопоставленные, но лукавые людишки? И лезут в голову мысли уж вовсе брутальные: а не надёжней ли золотишко с рыбки сдать в ювелирку, а саму царицу морскую пустить на уху? Откуда же мысли у нас такие? Да всё от житья нашего. Не то чтобы беспросветного, но зачастую бессмысленного, вздорного. И то сказать: не можем мыслить всеобъемлюще. О чём и толкует нам Валентин Махонин в своих мудрых повествованиях.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Можно тихо радоваться

Библиоман. Книжная дюжина

Можно тихо радоваться

Отзвуки небес : Современная духовная поэзия / Составители Е. Капустин, В. Панарин, Е. Трофимчук. – СПб.: Невская Лавра, 2009. – 256 с.

На обложке – колокольня Никольского собора Троицкого Калязинского (Макарьева) монастыря, затопленного водами водохранилища Угличской ГЭС. Сколько таких фотографий мы видели! А всё не привыкнуть. Как трудно привыкнуть и к тому, что в наше время (пишутся – ладно!) публикуются духовные стихи. «Можно только тихо порадоваться тому, что ещё остались люди, умеющие поставить самые обычные слова в таком порядке, чтобы они стали возвышенной поэзией. Поэзией не только для уха, а поэзией для души, основанной на вечных, Божественных истинах», – выдыхает в предисловии епископ Выборгский Назарий, викарий Санкт-Петербургской епархии, давший благословение на издание книги. Подтверждением тихой радости, всегда готовой прийти на помощь скорбящим, звучат строки Иулиании Юшковой:

Средь красных сосен

храм белее снега

Без глав, колоколов

и без крестов.

Стоит один

от века и до века,

Но славить Бога

до сих пор готов!

Произведения 58 авторов России, Украины, Израиля и Финляндии составили книгу. И ещё одна тихая отрада в том, что большинство из пишущих – молодёжь!

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Летопись бездны

Библиоман. Книжная дюжина

Летопись бездны

Алексей Тиваненко. Тайны байкальских глубин. Чита.: Экспресс-издательство, 2009. – 204 с.: ил.

Автор книги – участник экспедиции «Миры» на Байкале» в 2008–2009 годах. В ней изложены древние языческие, шаманские представления о великом озере-море, с которыми соседствуют рассказы о собственных наблюдениях А.В. Тиваненко, сделанных им с борта глубоководного аппарата. Легенды об утопленном «золотом эшелоне» с сокровищами Колчака перемежаются ничуть не менее интересными зарисовками из жизни всевозможных червей, рачков и рыбок, живущих в байкальской воде. Как сценарий к фантастическому фильму читается описание своеобразных битумных «вулканчиков» на дне (ничего подобного нет больше нигде на планете). Жутковатой антиутопией предстаёт подводное описание той части Байкала, которую до недавнего времени загрязнял печально знаменитый БЦБК. Впрочем, каждый эпизод книги читается с не меньшим интересом, чем лучшая остросюжетная проза.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Сова над городом

Библиоман. Книжная дюжина

Сова над городом

Пал Бекеш. Чикаго : История одного будапештского квартала / Перевод с венгерского Е. Рожковой. – М.: МИК, 2009. – 240 с.

Признаемся – с литературой современной Венгрии мы мало знакомы. Да, прозаик, драматург, сценарист и переводчик Пал Бекеш – лауреат многих литературных премий и даже кавалер Бриллиантового креста Ордена Венгерской Республики. Работает в самых различных жанрах. И для детей пишет. Но нашему читателю пока был явлен лишь один рассказ этого автора, опубликованный пять лет назад, – «На вороном коне». И вот сразу отдельной книгой  – роман. Состоящий из шести новелл, он рисует нам жизнь… Чикаго. Но не американского города. А квартала венгерской столицы. Вернее, пештской её части. А образ такого квартала традиционен – дома с балконами-галереями, нечто одесское. И живут здесь люди самые разные. Существенно разнятся социальный и духовный статус обитателей. В общем, всё как у нас. С той же грустной формулировкой: «времена не выбирают, в них живут и умирают». Мозаика жизни сама по себе составляет драму, которая неизбежно сопровождает настоящее, уходящее в прошлое. В прошлое, хоронящее былые надежды. «Квартал безмолвствовал, словно оплакивал сову, которая совершила прощальный круг, проницательным взглядом скользя по прямым улицам, крышам домов, а затем навсегда покинула Чикаго».

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Философия как послушание

Библиоман. Книжная дюжина

Философия как послушание

Виктор Тростников. Вера и разум. Европейская философия и её вклад в познание истины. М.: Грифон, 2010. – 224 с.

В издание включены двадцать пять бесед о европейской философии. Они представляют собой краткое изложение курса, который автор, известный религиозный философ, читал на протяжении многих лет. Перед тем он столкнулся со «стандартной для перестроечного времени трудностью»: марксистская философия вдруг стала непригодной для употребления, а учебников, свободных от неё, не было. И автор «принял решение читать просто курс истории европейской философии, давая её критическую оценку с позиции православного миропонимания: начать с древних греков и закончить русской религиозной философией Серебряного века». Получился не просто курс лекций, но серьёзное исследование, так что книга будет интересна как студентам и преподавателям, так и тем из читателей, кто желает самостоятельно познакомиться с философским наследием Европы и России. Под словами «настоящая философия» автор понимает ту европейскую философию, которая «подчёркнуто отмежевавшись от религии, в своём автономном плавании выловила такие секреты мироустройства, которые подтвердили, разъяснили и дополнили истину, данную в Откровении… Господь говорит человеку: «Я в общих чертах намекнул тебе, как устроен сотворённый Мной мир и чего я хочу от тебя в этом мире, а остальное додумывай сам…». Так что настоящая философия – это в некотором роде послушание».

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Истинная сущность

Библиоман. Книжная дюжина

Истинная сущность

Мюриель Барбери. Элегантность ёжика / Пер. с фр. Н. Мавлевич и М. Кожевниковой. – М.: Иностранка, 2010. – 400 с.

«Что такое аристократка? Та, кого не затрагивает пошлость, даже если окружает её со всех сторон»… Серьёзная и одновременно изящная по стилю книга. Жаль только, что те, кому она действительно была бы очень полезна – мозговитые, но в силу возраста неуравновешенные подростки, их инфантильные собратья постарше, – могут и не оценить. Терпения не хватит вчитываться или то обстоятельство, что природный ум ещё не означает мудрости, помешает понять. Но всё же, если в вашем ближайшем окружении есть такие, попробуйте невзначай забыть эту книгу на видном месте. Вдруг прочтут… Девочка из богатой семьи негодует на образ жизни родителей («один стереотип… помноженный на другой, даёт стереотип в квадрате») и намеревается покончить с собой, поскольку жизнь бессмысленна: «Разве все мы не тянем жизненную лямку, как солдат свою службу?» Консьержка, «беднячка в доме богачей», вынуждена старательно прикидываться, что любит телесериалы и всё прочее, что по тем самым стереотипам полагается любить людям её социального уровня… Новый жилец, который неподдельно интересуется людьми… Постепенно, шаг за шагом в повествовании проявляются блёстки доброты, любви к этому миру, восхищения красотой каждого момента, частицы «всегда» в «никогда». И так до тех пор, пока зрелище настоящей смерти не отобьёт у юной Паломы всякое желание с этой самой смертью поиграть. «День за днём всё тягостно и безнадёжно, но вдруг просияет что-то прекрасное, и на мгновение время станет другим».

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Начало заката

Библиоман. Книжная дюжина

Начало заката

Христофоров В.С. Афганистан. Правящая партия и армия (1978–1989). – М.: Граница, 2009. – 320 с.

В книге раскрывается роль Народно-демократической партии Афганистана (НДПА), опиравшейся на национальные вооружённые силы и военную помощь СССР, в организации борьбы за независимый Афганистан.

В этот период НДПА была главной политической силой, в стране находились советские войска, а в афганской армии, партийном и государственном аппарате – советские советники. Но в действительности вся работа правящей партии и правительства постоянно находились под жёстким контролем Политбюро ЦК КПСС. Какие бы задачи и лозунги ни выдвигали Бабрак Кармаль и Наджибулла, они всегда оставались в фарватере внешней политики Советского Союза. Уже к концу 1978 года стало ясно, что НДПА теряет влияние в стране из-за ошибок в проведении земельной реформы, перегибах в вопросах религии и национальных отношениях. Оппозиция же при поддержке Пакистана набирала силу. Радикализм нового афганского руководства и насильственные меры, которыми они пытались построить «афганский» социализм в феодальном обществе, привели к началу гражданской войны. Против НДПА выступила коалиция исламских фундаменталистских организаций, зародившихся ещё при монархии в 60–70-е гг. НДПА, явно недооценивая всю силу традиционных патриархально-феодальных структур афганского общества, пыталась форсировать модернизацию, игнорируя, в частности, роль ислама и мусульманского духовенства, даже преследуя служителей культа. Однако «идеи построения социализма… были отвергнуты основной массой населения.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Из провинции – с любовью

Библиоман. Книжная дюжина

Из провинции – с любовью

Владимир Ермаков. Птицы радости и печали : Эссе в формате А3. – Орёл: Вешние воды, 2009. – 400 с.

«Московская сутолока растворяет злобу дня как кипяток кусок сахара. К вечеру путешественник неизбежно оказывается в центре города. Сияющая Тверская завораживает сгустившимся миражом другой жизни, в которой ему места нет». Орловский поэт и эссеист Владимир Ермаков в своих по-старомодному изысканных эссе рассуждает о розовой иллюзии гламура, философском отношении к жизни, смысле бытия и неумном потреблении, осуждаемом ещё мыслителями древности.

Из отдельных тем (среди них – «газета как полотно Пенелопы») складывается картина современного быта и внутренней жизни миллионов «немосквичей» и «непитерцев», по-прежнему живущих в «разрыве» между полузабытым XIX и ещё ненаступившим XXI веком. Чем интересен этот сборник? Непредсказуемостью фраз и образов, нечаянным прикосновением к бытию, к сути странных и простых вещей. Обычные слова, нанизанные на нить некоммерческой мысли, уже становятся редкостью… Картинки провинциальной России, созданные орловским жизнеописателем, поражают своей незацикленностью и афористичностью: «Базар как мир: велик, но тесен».

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Последний бой

Библиоман. Книжная дюжина

Последний бой

И.Б. Мощанский. У стен Берлина. М.: Вече, 2010. – 272 с. – (Забытые страницы Второй мировой).

Подробный рассказ о финальных страницах Великой Отечественной войны. Берлинс-кая группировка нем-цев насчитывала 1,5 млн. человек, и в душе почти каждого из них томился страх расплаты за преступления, совершённые им на Востоке. Немецкие войска дрались с отчаянием обречённых. Особенно отчаянно сражались одурманенные геббельсовской пропагандой подростки из фольксштурма, ещё не испытавшие того внутреннего краха надежд, который пережили кадровые солдаты и офицеры, побывавшие на Восточном фронте, попавшие под залпы «Катюш», яростные атаки штрафных батальонов, диверсии партизан и подпольщиков…

Ставка ВГК в своей директиве установила разграничительную линию между 1-м Белорусским и 1-м Украинским фронтами, которая на севере заканчивалась Ангальтским вокзалом, расположенным в центральной части города, в 2 км южнее Рейхстага. 28 апреля с севера через реку Шпрее к Рейхстагу продвигалась ударная армия генерала Кузнецова, её 79-й стрелковый корпус первым из советских войск ворвался в город. С юго-востока наступали гвардейцы 8-й гвардейской и 1-й гвардейской танковых армий. Любому, кто не равнодушен к истории страны, будет интересно прочитать об этом, тем паче что приближается юбилей Победы.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Не надо такого прогресса

Библиоман. Книжная дюжина

Не надо такого прогресса

Алексей Пехов. Пересмешник. М.: Издательство «АЛЬФА-КНИГА», 2009. – 476 с.: ил.

Необычное сочетание – фантастика в современном стиле, то есть с чертами антиутопии, построенной на социальных проблемах, вплетена в ткань повествования, стилизованного под старомодный, можно сказать, викторианский роман. Соответственно и мир, в котором происходит действие, населён множеством людей и существ, паровозы, магия и электричество тоже соседствуют здесь. Столица этой земли похожа одновременно на большой город времён владычества чопорной Англии над половиной мира (причём с явным колониальным – индийским оттенком) и романтические фэнтезийные города, придуманные гораздо позже. Но хватает и невымышленного. Расовая нетерпимость не излечивается прогрессом и другими благами цивилизации. И вот уже секта Детей Чистоты ратует за возвращение в тёмные века, когда никакого прогресса не было, а люди жили в соединении с природой («считай, в лесу, грязи, пещерах и без надежды на тёплую воду из труб»). А секта Свидетелей крови – за передачу правления людям как более чистой и не запятнавшей себя расе. «Всех остальных, непохожих на них, предлагалось понизить в правах и лишить гражданства». То есть в книге проявляются ещё и черты памфлета. Написано иронично, не примитивно и без излишнего пафоса.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

О дивный мировой порядок!

Искусство

О дивный мировой порядок!

СОБЫТИЕ

Священный восторг – вот чувство, призванное сопровождать любое появление на сцене удивительнейшей «Женщины без тени».

Намереваясь посетить спектакль Мариинского театра «Женщина без тени» – первое знаковое мероприятие нынешней «Золотой маски», своеобразный пролог начинающегося вскоре фестивального марафона, – я не смог оградить себя от предваряющих каждый поход в театр суждений «просвещённой публики». Скажу сразу: оперу Рихарда Штрауса (по злой иронии!) не похвалил ни один. В дело шло всё: длина произведения (более 41/2 часов), «запутанность» либретто Гуго фон Гофмансталя, сложность музыки. И как самый главный аргумент: опера слабая, поэтому её в Европе почти не ставят.

Признаюсь: именно по причине редкости постановок я, к стыду, с «Женщиной без тени» знаком не был…

ПРИСКОРБНОЕ БЕСЧУВСТВИЕ

Обойдёмся без дешёвого литературного трюкачества и начнём с главного, с итога: исполненное Валерием Гергиевым произведение потрясло. Выходя из Большого театра, где артисты Мариинки подарили мне один из лучших вечеров моей жизни, я почти не прислушивался к разговорам. Общее настроение было – погружённость и сосредоточенность. Зрители искали ответы на вопросы бытия…

Как вдруг – полупрезрительное-полунасмешливое: «Какое претенциозное произведение – оно просто смешно для нашего времени!»

Оспорить трудно. Всякое серьёзное явление искусства имеет претензию отразить в себе весь мир, включая момент его возникновения. Это – основа настоящего искусства. Способность воспринимать произведение, созданное в согласии со священной традицией, – дар богов. Лишённый его – не столько смешон  и жалок, сколько непонятен и странен.

«Грешат позитивизмом» не математики или, положим, физики. Нет, высокомерие к сакральному сквозит как раз в речах иных театроведов. Добро бы миф не знал какой-то оптик и спектроскопист, но вот беда: его забыл гуманитарий! Роль мифа для него играет позитивная наука, но дело в том, что именно в науке такой театровед совсем не сведущ!

Однако без смущения сей легковесный критик и дальше пронесёт «ату» своей сплочённой стаи и в адрес Штрауса, и в адрес «Женщины без тени».

В самодовольстве описанного «театруполномоченного» нет, впрочем, злонамеренности: он просто либерал и, следовательно, позитивист. А у либералов и позитивистов отсутствует орган, которым воспринимают сакральное. Посочувствуем, но вспомним, что и им есть утешение: для тех театроведов, которые в «Женщине» видят комичность ненужной ныне претензии, есть сериал «Школа».

И пусть они оставят Рихарда Штрауса нам, мистикам.

МИФОМ ПО ЖИЗНИ

«Женщина без тени» написана в 1918 году. На первый взгляд ничего не добавляющая к пониманию оперы деталь: подумаешь, только что закончилась мировая война! В том-то и дело…

После Первой войны новую философию битвы дал нам Эрнст Юнгер. В своём «Рабочем» он бестрепетно обобщил опыт массовых убийств, абсолютно неведомый прежним войнам. Юнгер не осуждает – он объясняет тотальную войну исходя из философских, социологических, экономических кондиций времени. Массовое уничтожение мирного населения в современных войнах, отсутствие в них чёткой линии фронта он видит обусловленным новым типом общественных отношений и появлением нового человеческого типа: типа «рабочего».

После Второй войны феномен тотальной войны завершается мифологическим обоснованием, священным: Роже Кайуа признаёт, что война в современности, лишённой праздника (эпоха «рабочего» Юнгера!), должна исполнять роль эксцесса, высвобождающего силы хаоса, совершающего убийства, бесчинствующего ради смерти-и-возрождения мира. Только так вселенная способна продолжать жизнь: умирая в старом виде, она обновляется в повторном акте рождения. Раньше для этого были карнавал, мистерии Диониса…

Но – война позади, хаос отступил, пришло время становления. На историческую сцену выходят аполлонические силы, созидательные, упорядочивающие. На повестке дня – новый космос, новый порядок.

Эта идея не была отвлечённой между двумя войнами. Вспомните, что именно тогда возникло движение германской нации к новому европейскому устройству. И Рихард Штраус тоже принял в строительстве новой Европы участие.

Насыщенная вполне прозрачной символикой опера Штрауса–Гофмансталя как раз о том, что на смену хаосу приходит созидание, на смену беспутству и оргиям – сосредоточенность и отказ.

ИНИЦИАЦИЯ

Неясным либретто Гофмансталя может показаться лишь тому, кто совсем уж нечувствителен к сакральному. На деле же его история проста и традиционна: она о превращении хаоса в космос.

Кто такая «женщина без тени»? Что это за символ? Понятно, что здесь мы имеем дело с неорганизованной бесформенной материей, лишённой различий в своих составных, лишённой даже самого понятия «часть». В этой среде попросту нечему и не от чего отбрасывать тень. Традиция этим свойством наделяет женское начало мира. Который, заметим, всегда форма.

Где выход из парадокса, утверждающего первичность женского мифа по отношению к мужскому, но приоритет мужского мира и его доминирование над женским в созидательной истории?

Да вот он, и о нём говорит христианство: женщина-жидкость сама становится сосудом-формой лишь в тот момент, когда в ней зачинается дух – новая жизнь.

Поэтому в «Женщине без тени» основная коллизия – поиск материнства и симметричный отказ от него. А также – преодоление мужского и женского в священном браке, высвобождение из бесформия-небытия мириадов нерождённых детей (вполне традиционная метафора: от соитий Урана и Геи возникало чудовищное потомство, буквально вбиваемое отцом снова в хаос). В общем, рождение мира.

Сюжет прост: у Императора есть жена, не отбрасывающая тени. Поэтому не способная к деторождению. Ей нужна тень как залог плодовитости. И она идёт искать необходимое для заключения священного брака.

На нижнем уровне мы видим Красильщика и его жену. Последняя готова расстаться с тенью, отказаться от нерождённых детей: ради обретения земного наслаждения и могущества она готова на преступление и кощунство.

Жена Императора ищет форму, жена Красильщика отказывается от неё. Наверху идёт напряжённая созидательная работа, внизу – разрушение, смерть…

Понятно, что после Войны, когда мироздание было беременно новыми формами, ни Штраус, ни Гофмансталь не могли сочувствовать жене Красильщика. Её период только что завершился. Поэтому в опере должен был возникнуть момент разделения хаоса (на этом уровне внешнее насилие всегда действеннее внутренних побуждений).

Рождение мира – всегда убийство, разделение, в его основе – жертва. В руках Красильщика появляется меч аккурат после признания жены в намерениях. Но!

Жена Красильщика не осуществила задуманное. Конечно, в рамках христианского дискурса намерение равно действию, однако боги решают причудливо.

Традиция говорит о том, что для достижения могущества, богоподобия, необходимо пойти либо путём отказа от мирского (и тем самым обрести силы в священной области), либо путём преступления, кощунства. Этот закон не могут отменить и боги, настолько он фундаментален.

При этом совершивший кощунство становится неприкосновенным. Он обретает такие силы, что убивать его страшно, к нему опасно прикасаться. Он извергается, изгоняется из общины.

Ясно, что убить свою жену Красильщик не может. Поэтому его меч остаётся символом силы, разделяющей хаос, созидающей порядок, но боги забирают супружескую чету в подземный мир живыми. Для дальнейшей работы – не всесильны и они, им тоже приходится следовать правилам.

Жену Императора подгоняет то обстоятельство, что её муж должен обратиться в камень, не найди она тень. Это тоже ясно: не-священный союз должен прерываться не разделением супругов (разделение в продолжающемся хаосе невозможно в принципе – или это уже не хаос!), а упразднением одного. Полным упразднением, превращением в персть земную, субстанциально хтоническую.

Это почти происходит.

Одна женщина почти продаёт тень, другая почти получает, Император почти вычёркивается из состава живых.

Но тут нас поджидает главный парадокс. Жену Императора искушают принять тень боги, только это называют они условием возвращения мужа в бытие.

Отказ. Следует отказ. И что? А то, что именно он ведёт к освобождению, к реитерации мироздания.

Почему?

Да потому, что и боги боятся и завидуют человеку, путём отказа стяжавшему высшие способности. Поэтому искушают.

Победа над собой – и дивный новый мир расцвёл!

МИСТЫ И МИСТАГОГИ

Всё, что изложено в предыдущем разделе, не тайна. В ХХ веке об этом написаны сотни исследований. Историки религий и специалисты по мифологии нарисовали нам впечатляющую картину космогонии и космологии в рамках священной традиции. Всё так, но мне в голову не могло бы прийти, что в наше время возможно живое участие в мистерии – так, как участвовали наши более умные и героические предки, когда человечеству не были даны Мирча Элиаде и Юлиус Эвола, многое объяснившие, но в мистерию не вовлекающие.

Призвали нас авторы «Женщины без тени» и те, кто привёз спектакль в Москву.

Не побоюсь сказать, что опера Штрауса – явление для современности уникальное. Что-то подобное отыскать трудно, если вообще возможно. Проникнутое мистическим духом произведение призывает не к любви и терпимости к несовершенству – к борьбе с ним, к утверждению высшего порядка, красивого и аполлонически блистательного.

В «Женщине без тени» вопреки невнимательному взгляду ничуть нет гуманизма. Отказ обусловлен не жалостью к Красильщику и его жене, не любовью к окаменевшему мужу – здесь, скорее, следовало бы ждать уступку искушающим богам, – но только приматом высших законов вселенной, безразличных вообще-то к человеку, равнодушных ко всему, даже к механическому воспроизводству собственного существования-обновления.

Но нет в «Женщине без тени» пессимизма греческих религий бессмысленности существования. И Штраус, и Гофмансталь живут в христианском мире, и последний для них свят. Это видно и из либретто, это укрепляется и усиливается музыкой.

Даже режиссёр Джонатан Кент, не до конца понимающий текст, не вполне проникнувшийся музыкой, работает на крепкую четвёрку. Что для современного материалиста-британца почти подвиг: он прочёл редкую в европейских постановках оперу вполне бесстрашно.

Зато текст и музыку прекрасно понимает Валерий Гергиев, мастерством которого мы стали более чем зрителями – участниками процессии. Дирижёр здесь должен быть назван соавтором произведения, разворачивающимся «здесь и сейчас»: ведь мистерия принципиально лишена земного наблюдателя, ей известны лишь со-участники: зрители-мисты и составляющие с ними единое целое актёры, музыканты, композиторы, драматурги, режиссёры и дирижёры – мистагоги.

Добиться такого единения сейчас чрезвычайно трудно. По причинам не столько личного, сколько общественного характера. Говорить о смерти стало страшно, о священном – неприлично. Все склонны к игре, глубокомысленность называют претенциозностью.

Нет, Гергиев ничуть не смешон, когда с предельной серьёзностью относится к «Женщине без тени», как и требует того материал: как к реалистическому источнику. Валерий Абисалович делает почти невозможное: он возрождает мистериальный дух, для которого главное – переживание воспроизводимого события не иносказательно, не «театрально», а грубо-натуралистически: не актриса, изображающая Женщину без тени, но сама Женщина. И так далее.

Боюсь, нам ещё не дано в полной мере оценить обращение Гергиева к данной опере именно сейчас. Давайте сойдёмся на том, что ему, осетину, игравшему в разрушенном войной Цхинвале, известно о тайнах жизни нечто большее, чем нам.

Евгений МАЛИКОВ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Союз двух родственных стихий

Искусство

Союз двух родственных стихий

ВЕРНИСАЖ

В музыке Чайковского «Евгений Онегин» обрёл новое пространство для существования. В русской культуре гениальный роман и великая опера переплетены так тесно, что кажутся неразделимыми, несмотря на то что у каждого произведения своя судьба. Этому уникальному явлению и посвящена совместная выставка Государственного музея А.С. Пушкина и Дома-музея П.И. Чайковского, открывшаяся в Клину.

Музыкальность «онегинской строфы» сегодня воспринимается как нечто само собой разумеющееся, то, что существовало всегда. Музыкально-драматические, как мы сейчас сказали бы, спектакли по мотивам романа шли и в Москве, и в Петербурге задолго до появления оперы Чайковского, и, судя по всему, Пётр Ильич видел хотя бы одну из них, скорее всего, петербургскую. В столице спектакль шёл с музыкой Львова, автора гимна «Боже, царя храни», а в Малом театре к постановке привлекли композитора Верстовского. В обеих инсценировках действие держалось всего лишь на четырёх сценах романа: письме Татьяны к Онегину, их объяснении в саду, дуэли Евгения с Ленским и финальной встрече героев.

Но одно дело – спектакль драматический и совсем иное – опера. Мысль перенести роман на оперную сцену поначалу показалась Чайковскому, по его собственному признанию, «дикой». Но только поначалу. Мог ли Пётр Ильич воспротивиться магии «Онегина»? На принятие решения у него ушли едва ли сутки. Вскоре в письме брату Модесту он писал: «Ты не поверишь <…> как я рад избавиться от эфиопских принцесс, фараонов, отравлений, всякого рода ходульности. Какая бездна поэзии в «Онегине». Неудивительно, что новый замысел представлялся ему как собрание «лирических сцен», рассчитанных «на скромные средства и небольшую сцену», а не как полномасштабное оперное полотно. Как известно, первыми исполнителями «Евгения Онегина» стали студенты Московской консерватории. Премьера состоялась в марте 1879 года, дирижировал Николай Рубинштейн. Рецензии были довольно сдержанными, но одному из критиков удалось понять главное: «Никогда ещё композитор не был в такой мере самим собою, как в этих лирических сценах…» Самим собою… Но каким же? Возможно, в поисках ответа на этот вопрос как раз и стоит отправиться в Клин.

Выставка «Евгений Онегин» от романа в стихах А.С. Пушкина до оперы Чайковского» – третий совместный проект двух известных музеев. Она родилась из совмещения двух родственных стихий, поэзии и музыки, и эта биполярность делает её не просто объёмной, но наполняет особой энергетикой. Иллюстрации к роману, театральные костюмы и реквизит, эскизы декораций, детали интерьеров, подлинные вещи эпохи – старина и современность, совмещающиеся в веерах, шляпках, чернильных приборах и переливах акварельных красок. И гвоздь экспозиции – нотные автографы Петра Ильича и абсолютная библиографическая редкость – первое поглавное издание «Евгения Онегина» 1833 года.

Экспозиция разместилась в концертном зале, выстроенном в середине 60-х по соседству с домом, который Пётр Ильич снимал у мирового судьи В.С. Сахарова в последние годы жизни, с мая 1892 года. Судьбе этого небольшого зала могут позавидовать лучшие концертные площадки мира – здесь выступают лауреаты Международного конкурса пианистов им. П.И. Чайковского. Музыка царит в этих стенах, даже если они окутаны тишиной. Впрочем, абсолютная тишина тут бывает редко. Временные экспозиции меняются здесь достаточно часто, и динамичная жизнь этого зала звучит в унисон с мелодией дома Чайковского, старейшего мемориального музыкального музея России, созданного практически сразу после смерти великого композитора. Его пощадили революционные бури, хотя в нём сначала поселили какого-то анархиста, а затем хотели разместить какое-то рабоче-крестьянское учреждение. В войну в особняке квартировали эсэсовцы, превратив первый этаж в гараж и шорную мастерскую. И даже «лихие 90-е», когда учреждения культуры были посажены в буквальном смысле на голодный паёк, музей выстоял. Связь времён разорвать совсем не так легко, как кажется на первый взгляд.

В.П.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Чудеса своими руками

Искусство

Чудеса своими руками

ПРЕМЬЕРА

«Алые паруса» в РАМТе

Пока одни ведут бесконечные дискуссии о поисках выхода из затянувшегося творческого кризиса, о назначении искусства, об интерпретации классики, Алексей Бородин и его команда продолжают творить чудеса. На трёх площадках Российского академического молодёжного театра почти ежемесячно выпускаются премьеры, одна интереснее другой. Вовсе не каждый спектакль обязательно ставит сам Бородин, для работы всем хватает места.

Вот и сейчас здесь показали музыкальный спектакль «Алые паруса». По мотивам одноимённой феерии Александра Грина пьесу сочинили Михаил Бартенев и Андрей Усачёв, а музыку написал Максим Дунаевский. Спектакль РАМТа, сам того, возможно, не ведая, невольно вступает в развернувшуюся в нашем обществе острую полемику вокруг показа по ТВ сериала «Школа». Смотришь «Алые паруса» и «Школу», сопоставляешь их и, как говорили в недавние времена, отмечаешь «два мира, две системы». В первом случае – сплошные надежды, во втором – полный мрак. Поди разберись, кому верить? Однако, судя по тому, как ведёт себя молодёжная аудитория, положение наше не столь уж безнадёжное. Желание преодолеть любую ситуацию даже тогда, когда она кажется абсолютно бесперспективной, когда силы явно неравны, но если ты не только веришь в свою мечту, но и готов за неё сражаться, можешь не сомневаться: тебя ожидает успех! Ведь ещё Гёте сказал: «Лишь тот достоин жизни и свободы, кто каждый день идёт за них на бой!»

Вместе с актёрами старшего и среднего поколения Алексеем Блохиным (Эгль), Ильёй Исаевым (Лонгрен), Вячеславом Николаевым (Меннерс-отец), Еленой Галибиной (жена Меннерса) на равных с ними предстали Рамиля Искандер (Ассоль), Нелли Уварова (Мери), Денис Баландин (Меннерс-сын), Мария Рыщенкова (хозяйка «Маяка»), Виктор Потапешкин (спутник хозяйки «Маяка»). У некоторых из них роли без текста или почти без текста. Но это ничуть не снижает их интереса к общему повествованию: один за всех, все за одного!

Это, кстати, относится не только к исполнителям, но и художнику Станиславу Бенедиктову, и к режиссёру по пластике Андрею Рыклину, и к балетмейстеру Михаилу Кислярову, и, конечно, к самому Алексею Бородину, объединившему усилия многих для решения одной-единственной задачи: сочинения романтического спектакля, которого так недостаёт современной сцене вообще, а обращённой специально к юношеству – особенно. «Алые паруса» в РАМТе – это настоящие чудеса, сотворённые своими руками.

Борис ПОЮРОВСКИЙ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Дурной пример в детское время

ТелевЕдение

Дурной пример в детское время

ТЕЛЕЮРИСТ

В выпуске программы «Судите сами», посвящённом сериалу «Школа», известный журналист Алексей Венедиктов поделился опытом воспитания своего девятилетнего сына. После просмотра не совсем подходящего для ребёнка фильма он обсуждает с сыном просмотренное: «Надо воспитывать своих детей». Очень хорошо, если отец занимается воспитанием сына. Может быть, когда сын достигнет подросткового возраста, в их семье не будет обычного для этого возраста конфликта «отцов и детей». Мой жизненный опыт иной. Я знаю несколько случаев, когда родители разрешали детям смотреть «взрослое» кино и закончилось это плохо. Например, «сверхпросвещённой» дочери одной моей сослуживицы пришлось в 15 лет сделать аборт. Возможен и другой вариант, когда ещё не готовый нести ответственность за свою и чужую жизнь 15-летний подросток становится отцом ребёнка. Это драма и для него самого, и для его родителей, для несовершеннолетней матери и более всех – для никем не желанного ребёнка.

За рубежом проведены тысячи исследований, подтверждающих вредное воздействие определённых видов информации на здоровье и развитие детей. Канадский психолог Альберт Бандура в своей классической работе «Теория социального научения» делает вывод о том, что агрессивное поведение оказывается результатом наблюдения и подражания (научения) агрессивным действиям людей и телевизионным персонажам. Телевизионная агрессия служит примером для моделирования реального поведения людей: «В отличие от наших предков, моделью поведения для которых служил лишь круг представителей их субкультурного слоя, современные люди могут наблюдать и изучать различные стили поведения, комфортабельно устроившись в домашнем кресле и по праву пользуясь всеми богатствами символического моделирования, представляемого СМИ. Влияние телемоделей оказывается настолько эффективным, герои экрана так приковывают к себе внимание, что зрители обучаются многому из того, что видят, даже если и не испытывают побуждений к обучению».

По мнению профессора психологии американки Лауры Берк, «демонстрация насилия на телевидении способствует формированию терпимости к проявлению агрессии другими людьми и представления о мире как опасном и полном насилия. Телевидение транслирует стереотипы, которые влияют на убеждения детей, касающиеся этнической принадлежности и пола. Любители вечерних шоу и мультфильмов тратят меньше времени на чтение и взаимодействие с другими детьми, а также хуже успевают в школе».

Работы учёных способствовали тому, что во всех развитых странах приняты законы и созданы условия для защиты детей от вредной для них информации, в особенности распространяемой посредством ТВ. Проводится возрастная классификация информационной продукции. Кинофильмам, телепрограммам, компьютерным играм, книгам присваивается возрастная категория, указывающая, для какого возраста рекомендован конкретный информационный продукт.

В целях обеспечения информационной безопасности детей за рубежом применяются следующие меры:

возрастная классификация контента информационной продукции;

запрет и в ряде стран уголовная ответственность за коммерческое распространение информационной продукции без указания возрастной категории;

запрет на распространение определённых видов контента;

установление «водораздела» при осуществлении телерадиовещания («водораздел» – термин, который определяет временной период в программах телевидения, когда допускается демонстрация телепередач, имеющих «взрослый контент». Понятие «взрослый контент» означает, что транслируемый материал содержит изображение (или описание) наготы, натуралистическое изображение (описание) сексуальных действий, насилия, упоминание или демонстрацию использования наркотиков, курения, грубый язык и т.п.);

использование программно-технических средств для фильтрации контента (V-чип, программы фильтрации интернет-контента и др.);

производство информационной продукции, специально предназначенной для детей, в том числе в сети Интернет: создание детской информационно-просветительской общеевропейской образовательной сети Schoolnet, а в США – детской доменной зоны kids.us.

Одна только демонстрация курения в телепрограмме или кинофильме в США приводит к тому, что им присваивается категория «с 17 лет», соответственно в детское время их не демонстрируют на ТВ.

Ограничение доступа детей к определённой информационной продукции во всём мире не считается нарушением свободы слова.

Сериал «Школа», демонстрируемый в детское время (18.20), содержит множество проявлений агрессивного, жестокого, девиантного, асоциального поведения подростков. Несовершеннолетние учащиеся современной школы, несомненно, будут их копировать. Все мы знаем, что кризис подросткового возраста часто сопровождается неадекватным поведением несовершеннолетних как в отношении родителей, учителей и других взрослых, так и сверстников. Первый канал провоцирует современных школьников к повторению такого поведения в реальной жизни. Вредное воздействие сериала усиливается в связи с его длительным показом. Хамство, грубость и непристойное поведение персонажей, продолжительно демонстрируемые в эфире, делают их привычными, как бы само собой разумеющимися. Натуралистичность и правдоподобность подачи материала в сериале углубляет его воздействие на несовершеннолетних и толкает их к повторению поведения телеперсонажей в школе и дома.

Одним из лозунгов телевидения должен стать следующий: «Не навреди!» На британском телевидении применяется правило: If doubt, cut! («Если сомневаешься, может материал оказаться вредным для детей или нет, – отрежь!»).

Хочу напомнить, что 5 июня 2005 года представители крупнейших российских СМИ подписали хартию «Против насилия и жестокости», в том числе от имени Первого канала – Константин Эрнст. Руководству телеканала нужно вспомнить о своих обязательствах и сделать всё, чтобы защитить российских детей от просмотра вредного материала, демонстрируемого в сериале «Школа».

Алексей Венедиктов не учёл того, что жить его сыну придётся в том числе среди людей, родители которых не проводили с ними бесед о просмотренных сериалах. Никто не может исключить возможной встречи его сына или самого г-на Венедиктова с молодыми людьми, взращёнными на телевизионной жестокости и пожелавшими испробовать на первом встречном увиденные образцы поведения. Как показывают зарубежные исследования, эскалация демонстрации насилия на телевидении провоцирует рост насилия в реальной жизни.

Необходимо незамедлительно перенимать опыт цивилизованных стран по защите детей от «телевоспитателей», для которых рейтинг превыше всего.

Лариса ЕФИМОВА, кандидат юридических наук

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,4 Проголосовало: 5 чел. 12345

Комментарии: 10.02.2010 21:58:48 - Людмила Григорьевна Сорокина пишет:

"Телевоспитатели"

Шестой год успешно идет шоу "Дом-2", никто не собирается его закрывать, идет планомерное развращение подростков и молодежи, и сериал "Школа" продолжает эту традицию к сожалению.

10.02.2010 21:42:38 - bakunin пишет:

Поправка

В моем отзыве слово "губительно" написано с ошибкой. Прошу редакцию внести поправку.

10.02.2010 21:36:25 - bakunin пишет:

Cериал "Школа"

Юрист Лариса Ефимова, как и Поля Куликова, да и читатели дала однозначную оценку телесериалу "Школа": это рубительно, разрушающе действует на подростков. В других странах давно запретили подобное. Сколько можно терпеть игнорирование дельцами от ТВ и кино мнения ученых, прессы и общественности? Считаю, что все эти материалы следует направить и в администрацию президента, и в правительство, и в Общественную палату и потребовать НЕМЕДЛЕННОГО прекращения показа "Школы", а также любых фильмов со сценами жестокости, насилия, разврата. А тех, кто станет продолжать, решительно отстранять от работы.

10.02.2010 18:23:58 - Руслан Анатолиевич Щербына пишет:

Синдром страуса

В Совдепии не было ни дедовщины, ни наркомании, ни секса и т.д. потому, что о них не говорили и по ТВ не показывали. То есть, закрываем глаза на проблему и проблема исчезает. Неужели кто-то думает, что если "Школу" не показывать, то детки будут "паиньки". (Вы новости посмотрИте). К тому же, может ли кто-то из взрослых был в школе тихоней, либо сильно правильным? Хотя бы себя не обманывайте!

10.02.2010 18:18:47 - Леонид Серафимович Татарин пишет:

ДЕТИ

Венедиктовы, фурсенки и прочие "реформаторы" системы образования и воспитания - яркий пример терроризма в самых изощрённых формах против подрастающего поколения России.

10.02.2010 15:44:13 - Евгений Яковлевич Голоднов пишет:

Капаван, т.е. ЖИЗНЬ, идёт

А что , в России уже нет талантливых сценаристов, кинорежиссеров, чтобы противопоставить ДОСТОЙНОЕ идущей пошлости по ТВ?! Последний председатель ГОСКИНО СССР Александр Иванович Камшалов, педагог и историк, живущий ныне в Москве, МНОГОЕ МОГ в этом ПЛАНЕ и пошлость на экраны не пускал, начиная с 1986 по 1991 г.г.

10.02.2010 14:04:25 - Олег Сергеевич Тапин пишет:

Лариса Ефимова права, и не только для детей

Персонажи "Школы" отвратительны, и особенно девки-школьницы. Развращающая диверсия продолжается. Газеты лают - караван идёт.

Неосведомлённые источники

ТелевЕдение

Неосведомлённые источники

ТЕЛЕГЕРОИ

В центре мини-сериала «Хорошо осведомлённый источник в Москве» – Виктор Луи, которого я знала с момента его освобождения из лагеря в Джезказгане в 1956 году, дружила с ним и с его женой Дженнифер, сотни раз (без преувеличения) бывала у него на даче в подмосковной Баковке, а также несколько раз в доме Дженнифер – Доркинге под Лондоном. Мы с мужем оставались с Виктором в самых близких отношениях вплоть до его смерти в лондонской больнице и похорон в 1992 году в Москве. Я считаю, что вправе обратить внимание на ошибки и нелепости мини-сериала. А их бессчётное количество. Когда я позвонила в Германию бывшему начальнику советской контрразведки генералу В.И. Кеворкову, чтобы узнать о его впечатлениях о передаче, мы оба долго смеялись над её нелепостями на радость телефонной компании…

Но обратимся к фактам. Почему-то авторы говорят, что Виктор Луи родился в Сталинске, хотя он родился в Москве. Мать его умерла сразу же после родов, а отец, Евгений Луи, потомок французских гугенотов, приехавших в Россию ещё в XVIII веке, ушёл из семьи, и мальчика воспитали бабушка и няня, которая одна посылала Виктору передачи в лагерь. Он звал её Бабаня, нежно любил и помогал ей до самой её смерти.

Бабушка умерла перед войной, и Виктор остался с Бабаней. Мальчик он был оборотистый, с явно авантюрным складом характера, после начала войны он какое-то время ездил в разные города зайцем, выменивал вещи на продукты и наоборот, а потом пришёл в ресторан «Метрополь», убедил шеф-повара, что он француз, хорошо знаком с французской кухней, готов работать на кухне без зарплаты, и какое-то время проработал в ресторане.

Во французской дипмиссии и в телеграфном агентстве Гавас одурачить никого уже не удалось, зато он познакомился с послом Боливии, дел у него особых во время войны не было, и Виктор развлекал его, водил чуть ли не каждый день в Большой театр. А когда послу пришло время возвращаться на родину, Виктор убедил вывезти его из страны в дипломатическом багаже. Но кто-то узнал о плане, и Виктора арестовали в Ленинграде во время погрузки багажа на корабль. Его допрашивали с применением всего арсенала средств воздействия, которыми тогда пользовались следователи КГБ: не хотелось следователям верить, что побег задумал один сопливый мальчишка. Мечталось о чём-то более значительном, о деле, за которое можно и повышение получить.

В конце концов Виктор пошёл им навстречу, но заявил, что сведения, которыми располагает, он может сообщить только самому министру Абакумову. Его в очередной раз жестоко избили, но он продолжал стоять на своём, пока – а вдруг это и правда – его не подкормили и не доставили Абакумову. Ему Виктор сказал, что его побег – это лишь часть плана покушения на товарища Сталина, задуманного западными спецслужбами. Министр хмыкнул, и Виктора перевели во внутреннюю тюрьму на Лубянке. Кормили как на убой, за что Виктор вдохновенно сочинял планы покушения, называя фамилии уже уехавших дипломатов. Долго сочинять не пришлось. Следователи догадались, что их водят за нос, избили так, что Виктор хотел покончить с собой. Дали ему 25 лет по пресловутой 58-й статье – шпионаж и контрреволюционная деятельность. Если бы авторы фильма были хотя бы чуточку более любознательными, они бы сообразили, что за спекуляцию – а именно это версия фильма – 25 лет не давали.

Как я уже говорила, Виктор всегда был человеком решительным и авантюрным. Когда на этапе конвоиры спросили, есть ли среди зэков фельдшеры – одному из арестованных нужно было сделать укол, – он сразу же вышел из строя. Это-то и помогло ему живым добраться до лагеря в Инте. И в лагере Виктор отказывался просто отдаться судьбе – на тяжёлых работах он долго бы не протянул – и предложил начальству наладить изготовление ковров. Идею эту ему подали двое зэков-поляков, которые знали ковровое ремесло.

В том, что всё это правда, убедили меня рассказы двух замечательных сценаристов Юлия Дунского и Валерия Фрида, которые сидели в Инте вместе с Виктором. Вообще сам он говорил, что сидел с на редкость образованными и умными людьми, например с Пуниным, мужем Анны Ахматовой. Я видела и маленький коврик, которым Виктор очень гордился, и тетрадки с записями настоящих лекций, которые читали сокамерникам наиболее образованные зэки. Какие уголовники, откуда авторы фильма взяли их?

Когда у Виктора открылся костный туберкулёз, его перевели в лагерь в Джезказгане. Но и там его предприимчивость проявилась в полной мере – после смерти Сталина в 1953 году, когда атмосфера в ГУЛАГе начала понемножку меняться, он организовал ресторан для лагерного начальства и вольнонаёмных. И когда вышел на свободу по реабилитации в 1956 году, привёз из лагеря – как ни фантастично это звучит – изрядную сумму денег. Но ведь многое из того, что он делал и потом, звучит ещё более фантастически.

По действовавшему тогда какое-то время закону реабилитированных полагалось восстанавливать на то место, с которого они были арестованы. А так как Виктор, служа у боливийского посла, был в системе УПДК (управление по обслуживанию дипломатического корпуса), ему предложили работу переводчика-референта у Эдварда Стивенса. И здесь опять авторы демонстрируют глупое невежество: Стивенс работал на советскую сторону ещё с начала 30-х, когда он впервые приехал из США в СССР, и отсылать его куда-то в Ташкент, чтобы он не передал неугодного властям сообщения, по меньшей степени смехотворно.

Но самая нелепая роль отведена в фильме жене Виктора Дженнифер. Она никогда ничего о его делах не знала и знать не хотела и уж подавно не могла руководить им. Она была скромной, глубоко верующей женщиной (её конфессия – англиканская церковь), занималась садом, семьёй, хозяйством, благотворительностью, и ничем другим. И одевалась она удивительно скромно. Представить её эдаким модным инициатором еврейской эмиграции, как это делается в фильме, просто смехотворно.

Вообще главной чертой характера Виктора было то, что он был абсолютно независим и непредсказуем. Разумеется, он сотрудничал с КГБ, но гораздо чаще автором какой-то операции был сам Виктор. Например, когда он путешествовал по Латинской Америке, приехал в Чили и, рискуя жизнью, сумел убедить генерала Пиночета обменять арестованного Луиса Корвалана на нескольких сидевших советских диссидентов, в Москве даже не знали, где он, и долго не хотели верить фотографии, на которой он был снят рядом с Корваланом.

Сама идея выпускать из страны арестованных диссидентов принадлежит Виктору. Был такой диссидент греческого происхождения Тарсис, написавший свою «Палату номер шесть». Виктор сумел убедить руководство выпустить Тарсиса и сам отвёз его в Грецию. Это был первый случай после печально известного «философского парохода», на котором выслали из страны группу выдающихся деятелей русской культуры ещё при Ленине.

Вся линия снятия Хрущёва со своего поста в сериале смехотворна. Действительно, в 1964 году Виктор проезжал поздно вечером по улице Горького и заметил, что среди вывешиваемых портретов вождей нет Хрущёва. Он сразу всё понял и, рискуя очень многим, сообщил в вечернюю лондонскую газету, корреспондентом которой он был, о снятии советского лидера. И привлёк таким образом к себе внимание и зарубежных СМИ, и наших органов госбезопасности.

Ещё смехотворнее утверждение авторов фильма о том, что Виктор Луи был наводчиком в ограблении своего соседа, известного коллекционера Костаки. Во-первых, назвать Костаки соседом Виктора трудно, поскольку тот жил километрах в восьмидесяти от него. И во-вторых, никакого отношения к ограблению Виктор, естественно, не имел. Он был богатым человеком, но не потому, что ему так много платил КГБ. Ему вообще не платили. У него были свои финансовые скважины. Помню, мы с мужем решили поехать в Испанию. Вот вам телефончик сеньора Мендосы, сказал Виктор, позвоните ему, скажите, что вы от меня, и он вам поможет хорошо провести время – он мне о-о-чень многим обязан. А Мендоса был человеком не бедным: среди прочих активов ему принадлежали знаменитый футбольный клуб «Реал» (Мадрид), баскетбольный клуб и огромная океанская яхта, стоявшая на рейде в Майорке, на которой нас покатали по распоряжению хозяина (сам он, извинившись, сказал, что, к сожалению, занят).

Да, Виктор Луи сотрудничал с КГБ, да, был смелым авантюристом, но никогда – стукачом. Однажды он рассказал мне, как после встречи с группой художников-неформалов сразу пять человек художников написали на него доносы. Хорошо хоть, усмехнулся он, что все эти доносы попадают ко мне же…

И умер Виктор не в Москве, а в лондонской больнице. И не оттого, что в его услугах власти больше не нуждались. Не так уж он любил власти предержащие. За пять лет до смерти он заболел раком печени. В Лондоне ему сделали пересадку печени, но метастазы всё равно сделали своё метастазное дело. Однако и здесь ему повезло – не пришлось умирать в мучениях. Просто отказало сердце.

Конечно, Виктор Луи был неоднозначной фигурой – не мне судить его. Но одно я знаю точно – он никогда никому не причинял зла. Зато многим помог. А мне и моему мужу был ещё и верным другом и мудрым советчиком, который отлично понимал все механизмы, видимые и скрытые, двигающие нашим обществом.

Елена КОРЕНЕВСКАЯ, главный редактор журнала «Путеводитель по России»

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии: 11.02.2010 02:04:17 - Вера Александровна данченкова пишет:

приятно читать: много информации и мыслей в относительно небольшом объёме статьи.

Предтеча альтернативы

ТелевЕдение

Предтеча альтернативы

ТЕЛЕЮНОСТЬ

Не смотреть телевизор стало модно. Большинство каналов, которые пользуются популярностью у передовой молодёжи, вещают через Интернет, те же, кто телевизор ещё смотрит, делятся на два типа. Первый представляет собой попсовый мейнстрим, а второй – набирающий обороты андерграунд, или альтернатива, популярная в последние годы. Для одних вещают СТС, ТНТ и центральные каналы, сдобренные MTV и МузТВ, для вторых – А-ONE и множество сайтов, где приходится отбирать ту музыку, которую не услышишь на попсовых каналах.

В своё время, как признают телевизионные старожилы, MTV стал прорывом для западного телеэфира, а затем и для российского. Спустя какое-то время по эфирной сетке потекли и западные сериалы, совсем не похожие на «Санта-Барбару». Одним из символов того эфира стали Бивис и Батхед (герои одноимённого мультсериала). Два наглых, хамоватых типа с запоминающимися голосами попадают в различные передряги, которыми кишит любой город. Разбавляется этот хулиганский коктейль обсуждением музыкальных клипов. Политика MTV и многих других каналов читается в этом мультсериале на раз-два: развлекать колоритными персонажами, у которых есть или возникают проблемы, схожие с неприятностями возможных зрителей, и завлекать музыкой. Показывать клипы, давать слушать музыку и обсуждать всю индустрию.

Теперь обсуждением индустрии занимаются профессионалы. MTV охватывает не только популярную музыку, такую как R’n’b, рок (прогрессирующий буквально с начала столетия инди-рок или любой другой), но и два «Титаника» развлекательной индустрии: кинематограф и компьютерные игры.

Один и тот же хорошо поставленный закадровый голос большинства молодёжно-развлекательных передач грамотно зомбирует зрителя текстами, сложенными настолько гладко для уха, что вкупе с простым и легко преподносимым юмором заставляет будущих потребителей смотреть фильмы с Брюсом Ли, слушать музыку Тимати и читать книги Оксаны Робски.

Технически работа канала происходит на очень высоком уровне, с разработкой дизайна программ, более тщательной, чем это происходит на центральных каналах. Всплывающие окна, появившиеся на MTV, не заслоняют половину экрана и не портят зрителю просмотр канала в отличие от «удачно» адаптированной версии аналогичных окон на Первом канале.

Скандальный телеканал «2х2», несмотря на судейское разбирательство и попытку инспекторов лишить его лицензии, продолжает баловать инфантильность в современной молодёжи. С точки зрения мультипликации – это Ноев ковчег, на котором собраны все популярные мультсериалы, начиная с «Симпсонов» и «Футурамы», заканчивая «Гетто» и «Американским папой». Перед некоторыми мультфильмами сообщается о том, что данная передача не рекомендуется детям до определённого возраста по причине ненормативной лексики и сцен сексуального характера. Несмотря на то что «2х2» чуть ли не единственный канал, сообщающий возрастные ограничения перед показом, отношения с цензурой явно не потеплели. Её на телеканале не любят и подкалывают при каждом удобном случае, создавая на неё пародии.

Редкий случай, когда популярность канала никак не связана с музыкой и не изменится в зависимости от музыкальных предпочтений аудитории. «2х2» – это воспоминания о прошлом в виде Бивиса и Батхеда и взгляд в будущее с «Гетто», пропитанным хип-хоповым настроением.

Awards. Молодёжь, которая частично или полностью соскочила с иглы МузТВ и MTV, в припадочной истоме прилипла к экранам, чтобы узнать, кто же в этом году признан самым альтернативным, самым… В общем, среди групп, относящихся к альтернативному направлению, выбираются лучшие деятели года. Выбираются так же, как это делается на попсовых, эстрадных награждениях. По своей сути ни альтернатива, ни попса не различаются форматом: передачи, песни и награждения проходят по одному сценарию. Этот парадокс в натуральную величину отпечатывается и на телевизионном делении: противостояние идеологий идёт на фоне разных флагов, но одинаковыми словами, с одинаковыми жестами в сторону соперника.

Во всех молодёжных передачах есть подспудное противостояние систем ценностей. Для одних это одежда по последнему писку моды, ровный загар, клубы и шикарные машины, для других – текст, разбавленный матерными словоформами «сакрального содержания», полная физическая свобода, вплоть до показного гомосексуализма, и live fast, die young.

Вопрос на миллион: кто финансирует альтернативу, кто позволяет «независимым» группам устраивать гастроли, записывать альбомы и вообще радоваться жизни, тогда как всех иных (это подразумевается под альтернативой), начиная с Иисуса, заканчивая Булгаковым, Тарковским и иже с ними, гнобили, гнали, терзали, распинали. И только потом, опомнившись, сорвав пропахшую стереотипами и страхом повязку с глаз, признавали… А сейчас все иные собираются в кружки, поют одинаковые песни, носят схожую одежду и запасаются почитателями (и, что важнее, почитательницами), чтобы те отбили их от римских солдат, сами бросились на крест голой грудью и во всю глотку просили Господа не трогать гениального сына своего.

Кто виноват? Телевидение? Вся молодёжная продукция сделана либо взрослыми дядьками, чтобы разжижать и без того забитые не тем мозги подрастающего поколения, либо вчерашними выпускниками школ-институтов, которым хочется научить «духов» неформального движения правильной музыке, правильной подаче материала и правильному слогу в том числе или просто прыгнуть выше головы, чтобы сделать рейтинговое шоу. Все в одной упряжке: любая молодёжная программа молит «посмотри меня», и ничего удивительного, что очередная бедная глупая Алиса, съев загадочный пирожок, уменьшается до размера таракана и боится быть затоптанной…

Алексей ФИЛИППОВ, студент, 18 лет

Мы ждём от наших юных читателей продолжения разговора о настоящем и будущем молодёж-ного ТВ. Присылайте ваши соображения по адресу: televed@mail.ru 8

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Кто кого убил

ТелевЕдение

Кто кого убил

А ВЫ СМОТРЕЛИ?

На минувшей неделе довелось увидеть в новостях на канале РЕН ТВ совершенно замечательный сюжет. Приурочен он был к дню памяти А.С. Пушкина и представлял собой репортаж из музея-усадьбы «Полотняный Завод», родового имения Гончаровых. Вроде бы всё традиционно – музей, «портреты дедов на стенах», новобрачные, решившие освятить союз посещением очага культуры… И тут авторы сюжета решили разбавить привычную схему чем-то сенсационным. В качестве сенсации почтенной публике была преподнесена новость, что Пушкин и Дантес были близкими родственниками. Думаете, историки обнаружили неведомое ранее кровное родство? Нет, если верить РЕН ТВ, почти никто в нашей стране не знает, что Дантес был женат на Екатерине Гончаровой, сестре Натальи Николаевны… так-то вот! Этим дело не ограничилось, прозвучала звонкая фраза, что в тот исторический момент едва ли не любой человек, общавшийся с Пушкиным, мог оказаться на месте Дантеса. Поскольку великий поэт был настолько неуравновешенным, что, как говорится, сам нарывался. Хорошо хоть не приписали Александру Сергеевичу авторство интриги, имевшей целью погубить именно бедного Жоржа…

Валерия ЛАПТЕВА

televed@mail.ru 8

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии: 11.02.2010 02:17:50 - Вера Александровна данченкова пишет:

1. стоит ли писать про малограмотных авторов, делать им рекламу- их много сейчас и будет много, пока не появится соответствующее влиятельное сообщество. 2. Судя по "воспоминаниям современников" среди знакомых Пушкина было достаточно тех, кто жалел несчастного красавца Дантеса. То ли французский язык света был тому причиной, то ли нелюбовь ко всему русскому, то ли "большое видится на расстоянии" только, но это было. Таких же ненавистников всего русского и сейчас много. Зря, что-ли, Андрея Донатовича рекламируют где надо и, чаще, где не надо.

Алмаз и пепел

ТелевЕдение

Алмаз и пепел

А ВЫ СМОТРЕЛИ?

В отношении главного содержания её яркой и столь страшно оборвавшейся жизни всякого рода несообразностей, журналистской неряшливости было допущено преизрядно. Так, «во первых строках» актрису отчего-то назвали «королевой эпизода» (это её-то, сыгравшую на мхатовской сцене Елену Турбину и Настасью Филипповну, чеховских Елену Андреевну и Сарру, Нину Заречную и Машу Прозорову), правда, потом, по ходу, вспомнили даже не об одном фильме, где Елена Майорова исполнила главную роль. Двумя же «главными режиссёрами страны» 1980–1890-х в области театра создатели телепрограммы взяли да назначили О.Н. Ефремова и… О.П. Табакова. Олег Палыч, выдающийся артист, блистательный театральный организатор и педагог, хотя и поставил за свою жизнь несколько спектаклей, сам вряд ли разделил бы подобную высокую аттестацию.

Дальше – больше: за кадром говорят о поступлении героини передачи в Школу-студию МХАТ, а в кадре ни с того ни с сего возникают педагоги Петербургской академии; голос ведущего вещает о первом муже Майоровой, которого звали Владимир Чаплыгин, а на экране – фотография её однокурсника (кстати, также трагически ушедшего) Игоря Нефёдова…

Мелочи, возможно, скажет кто-то. И действительно: сущие мелочи, просто ерунда по сравнению с главным содержанием квазибиографического опуса под названием «Елена Майорова. Последняя весна», продемонстрированного Первым каналом (причём, как подсказал Интернет, уже повторным показом). В качестве главного – кто бы ещё сомневался! – здесь, безусловно, выступают обстоятельства гибели, жуткие подробности то ли самосожжения, то ли катастрофического несчастного случая. Именно от этого инцидента, как от оптимальным образом подогревающей интерес зрителя печки, «танцуют» телевизионщики, с него начинают и им же оканчивают свою «Последнюю весну» (интересно, почему «весну», если трагедия случилась в августе 1997-го?), его «токами» питается и практически исчерпывается и весь нехитрый визуальный креатив передачи – языки компьютерного пламени жирно накладываются на фрагменты картин с участием актрисы, на семейное хоум-видео…

Нет, что-то человеческое на протяжении без малого часового эфира всё же присутствовало: очень хорошо вспоминала о своей однокурснице и подруге актриса Анна Гуляренко, замечательно точные и образные слова для её характеристики нашёл режиссёр Кама Гинкас. Но всё это были капли в море «солирующей», всепожирающей, подобно огню, обывательской пошлости, радостно-возбуждённого копания в грязном белье, особой тяги к ядовитым миазмам смерти, которые на нашем Первом с некоторых пор в такой чести. Можно сказать, в главной роли!

Александр А. ВИСЛОВ

televed@mail.ru 8

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

Столица строит дорожную сеть будущего

Панорама

Столица строит дорожную сеть будущего

МОСКОВСКИЙ  

  ВЕСТНИК

Экономический кризис застал транспортную систему Москвы на старте модернизации. На протяжении последних лет столица активно создавала новое транспортное пространство, соответствующее реалиям XXI века. Ухудшение экономической ситуации поставило городские власти перед дилеммой: либо отложить начатую модернизацию до лучших времён, либо воспользоваться сокращением темпов автомобилизации и окончательно переломить ситуацию на городских улицах. Несмотря на многочисленные трудности, город выбрал второй путь.

Не секрет, что к перспективам создания в Москве современной, эффективно работающей дорожной сети многие эксперты относятся скептически. Их главным аргументом остаётся историческая радиально-кольцевая схема движения, изменить которую можно, только заново перестроив весь город. Следуя подобной «концепции», можно прийти к единственному безрадостному выводу – навести порядок в дорожно-транспортной системе Москвы невозможно в принципе. «Вывод наши критики делают парадоксальный – надо ничего не делать, опустить руки и морально готовиться к транспортному коллапсу, потому что все меры бесполезны», – сокрушается глава столичного стройкомплекса Владимир Ресин. Впрочем, сидеть сложа руки и ждать коллапса московские власти не стали. «Надо работать с тем, что есть, – говорит Владимир Ресин. – Предложена система мер по развитию существующей дорожной сети. Во-первых, это реконструкция всех вылетных магистралей. Бессветофорное движение по вылетным магистралям – это необходимость для нас. И мы работаем в этом направлении. Во-вторых, это строительство новых связок между соседними районами, которые разделены ветками железной дороги, водными преградами, природными зонами. Сегодня любой проект рассматривается с этой точки зрения, и если можно сделать новую связку, то она делается. Например, Балтийско-Алабянский тоннель будет продолжен, пройдёт под линией Октябрьской железной дороги и фактически станет новой хордой-связкой между соседними районами».

Несмотря на сложные экономические условия, строителям удаётся поддерживать высокие темпы ведения работ. Уже в ближайшей перспективе московские автомобилисты получат ряд важнейших магистралей и развязок, которые заметно облегчат им жизнь. Близится к финалу реконструкция Крестовского путепровода, «горячо любимого» всеми, кому часто приходится ездить по проспекту Мира и Ярославке. Не за горами окончание работ и на Большой Ленинградке и первом участке Четвёртого транспортного кольца (ЧТК). Не меньшее значение имеет и завершение строительства участка скоростной магистрали Вешняки–Люберцы от Проектируемого проезда до улицы Большая Косинская. Новая шестиполосная магистраль огибает Кожухово, обеспечивая подъезд к платформе Косино. В будущем году новая развязка свяжет трассу с МКАД. Это обеспечит жителям сразу нескольких районов по обе стороны МКАД долгожданный выезд на Кольцевую. По завершении строительства магистраль Вешняки–Люберцы свяжет с городской транспортной системой районы Кожухово и Некрасовка, а также новостройки в окрестностях Люберецких полей.

Нельзя упускать из виду и то, что строящаяся трасса является первым шагом в деле создания в Москве хордовых магистралей. По мнению ряда экспертов, именно хорды (рокады) – действенное лекарство от «проклятия» радиально-кольцевой системы. «Это кусок Северной рокады, который соединит скоростную дорогу Москва–Ногинск с новой платной трассой Москва–Санкт-Петербург на севере, пройдя через проспект Будённого и под Преображенской площадью, – говорит префект ВАО Николай Евтихиев. – В продолжение трассы ведётся строительство участка, где дорога пересекается с МКАД, и проектируется участок от МКАД до ЧТК. Таким образом мы получим новый въезд в Москву, разгрузим шоссе Энтузиастов на востоке и Волгоградский проспект на юго-востоке столицы».

Не секрет, что столь масштабные дорожно-строительные планы – удовольствие не из дешёвых. Строительство ведётся не в чистом поле, а на территории живого мегаполиса с существующей застройкой, коммуникациями, правами собственности на землю и объекты. Это обстоятельство не может не сказаться на стоимости работ. Некоторые «эксперты» по незнанию пытаются рассчитывать стоимость километра того или иного участка городской магистрали простым делением стоимости контракта на количество этих километров. У специалистов такой подход не может вызвать ничего, кроме улыбки. С таким же успехом можно пытаться оценить стоимость хирургической операции, замеряя длину ниток, которыми врач зашивает рану. «Стоимость контракта на строительство участка дороги и стоимость самого полотна дорога – это совершенно разные вещи. До 60 (!) процентов стоимости контракта – это компенсации собственникам земли. Ведь мы строим в сердце густонаселённого мегаполиса, – говорит Владимир Ресин. – Другая затратоёмкая статья – это коммуникации. Город принял решение: раз уж мы строим дорогу, то надо, так сказать, «заодно» проложить и новые коммуникации. К сожалению, вся эта сфера так долго была в забвении, что иногда нет даже документации на имеющиеся коммуникации».

Не стоит забывать, что, когда речь идёт о таких магистралях, как ЧТК или Большая Ленинградка, приходится иметь в виду не простую, пусть даже и многополосную дорогу, а сложное сочетание дорожного полотна, туннелей, развязок, мостов и эстакад.

Строительство подобных сооружений крайне дорого и трудоёмко во всех странах без исключения. Наиболее известный и одиозный пример дорожного строительства в мире – это Большой Бостонский туннель. На его строительство было потрачено 14,6 млрд. долл. – при том, что первоначальный бюджет проекта не превышал 2,6 млрд. долл.

Модернизация транспортной системы Москвы включает в себя не только наращивание километража дорог и строительство мостов, туннелей и эстакад. Параллельно с этим столичные власти основательно взялись за повышение эффективности функционирования уже существующих магистралей. Довольно неплохие результаты показал эксперимент с выделенными полосами движения общественного транспорта. Широко распространённая во многих городах мира практика начинает приживаться и в Москве. Первая полноценная выделенная полоса появилась более трёх месяцев назад на Волоколамском шоссе. Она протянулась от МКАД до станции метро «Тушинская». Не без помощи сотрудников ГИБДД участники движения довольно быстро уяснили, для кого предназначена эта дорога. Сегодня на очереди создание выделенных полос ещё на нескольких участках: по Ленинградскому проспекту в сторону области – от путепровода у Белорусского вокзала до улицы Новая Башиловка; от метро «Динамо» до улицы Серёгина; и в сторону центра – от дома № 37 до Беговой улицы и от Беговой аллеи до улицы Нижняя Масловка.

Повышению эффективности использования дорог и предупреждению образования пробок способствуют появляющиеся на наиболее напряжённых трассах «умные» технические системы. При помощи телекамер, радаров, датчиков и прочих устройств они контролируют состояние магистрали и транспортного потока. Сегодня такие системы активно используются на МКАД и ЧТК. Расположенные над дорогой электронные информационные табло сообщают водителю о степени загруженности магистрали и дают рекомендации по выбору скорости. Практика использования подобных табло широко распространена во многих городах мира. Вовремя полученная водителями информация о наличии препятствия на полосе или проведении дорожных работ позволяет избегать образования заторов и пробок. К сожалению, многим московским водителям всё ещё недостаёт культуры следовать указаниям таких табло и своевременно менять скорость и режим движения. И совершенно напрасно. Проигнорировав электронную подсказку, лихач упирается в стоящую на полосе дорожную машину или запрещающий знак. Бедолаге приходится экстренно перестраиваться в соседние полосы, тормозя общий поток и создавая препятствие другим участникам движения.

Без всякого сомнения, экономический кризис подойдёт к концу. И, судя по общемировым тенденциям, произойдёт это скорее рано, чем поздно. На этом фоне сам факт того, что московские власти, несмотря на трудности, продолжают модернизацию транспортной системы, говорит о многом. Значительная часть ранее начатых проектов уже близка к своему завершению. А это значит, что неизбежное возвращение прежних темпов автомобилизации российская столица встретит во всеоружии. Транспортная система города преображается на глазах, и оценить это сегодня можно уже не с чьих-то слов, а непосредственно на дороге. Остаётся надеяться, что перемены на городских улицах повлекут за собой и перемены в сознании московских водителей, как несколько десятилетий назад это произошло с их европейскими, японскими и американскими коллегами.

Геннадий ВАЛЕРЬЯНОВ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Трудно первые 60 лет

Панорама

Трудно первые 60 лет

КИНО

Берлинале отмечает юбилей

Международный кинофестиваль в Берлине, который пройдёт с 11 по 21 февраля, отмечает 60-летний юбилей. Постеры, составленные из названий15 тысяч фильмов, что были показаны за эти годы, уже можно увидеть повсюду. Но гигантскую арт-инсталляцию «Занавес», созданную знаменитой художницей и дизайнером Кристиной Ким, откроют 12 февраля. Занавес в 300 (!) квадратных метров создаётся из старых киноплёнок, DVD, постеров для билбордов и по идее должен стать также и символом экрана, причудливо отражающего реальность мира. В тот же день на огромном экране на Брандербургских воротах – бесплатно для зрителей – и одновременно с премьерой во Фридрихштадтпалас будет показана реставрированная версия «Метрополиса» в оригинальном монтаже Фрица Ланга и с музыкой Готфрида Хупертца. Параллельно премьера пройдёт ещё и в Старой опере во Франкфурте-на-Майне в сопровождении живой оркестровой музыки.

Фестиваль – при всём обилии политических, эстетических, бизнес-задач, которые он решает, – умеет работать с публикой и с пространством города. Мало того что на сайте Берлинале можно увидеть фото, анекдоты, случаи из жизни обычных людей, рассказывающих о фестивале в их жизни. Фестиваль ещё и готов отправиться на площадки арт-хаусных кинотеатров в окрестностях Берлина. В них каждый вечер будут показываться по два фильма из разных программ. Их будут представлять гости фестиваля, и даже непременная красная ковровая дорожка будет расстелена.

Вообще-то Берлинский фестиваль создавался именно для зрителей. Первые годы, кстати, именно зрительское голосование определяло лучшие фильмы. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить, что в 1951 году, в начале холодной войны, фильмы со всего мира, привезённые в Западный Берлин, должны были показать его жителям, что их «остров» в Восточной Германии – часть другой большой страны. Иначе говоря, Берлинский фестиваль появился не благодаря, а вопреки обстоятельствам. Кино, безусловно, сыграло политическую роль – прежде всего консолидирующую.

Это не единственный опыт, который сегодня мог бы быть интересен не только в Германии. Не менее поразительно, как фестиваль умел превращать свои кризисы не в катастрофу, а в стимул развития. В 1969 году, то есть год спустя после студенческих волнений в Париже, начавшихся, кстати, с синематеки, Общество друзей немецкого киноархива в Берлине организовало в Академии художеств своё «дополнение» к фестивалю. Дополнение понадобилось, потому что Берлинале рассматривался как слишком консервативное и устаревшее событие. Можете представить, как развивались бы события у нас? Это же бунт на корабле!.. В Берлине бунтовщиков не стали давить и обвинять во всех смертных грехах. Но два года спустя «дополнение» превратилось в Международный форум нового кино в рамках Берлинале. Сейчас – просто форум. Не загончик для молодняка, а площадка для смелых экспериментов, дерзких высказываний, открытия новых имён.

При этом баланс между новым и старым сохраняется. Так, в основной программе много фильмов режиссёров, которые уже получали призы Берлинале: от Романа Полански и Чжана Имоу до Ясмилы Жбанич и Ван Чуан-аня. Впервые за пять лет в основном конкурсе есть российская лента – фильм Алексея Попогребского «Как я провёл этим летом» (игра с грамматической формой – часть замысла авторов).

И традиционно на фестивале чествуют классиков. В этом году ими станут актриса Ханна Шигула, звезда фильмов Фассбиндера, его муза и икона нового немецкого кино, и 78-летний сценарист Вольфганг Колхаазе, один из немногих драматургов Восточной Германии, который оказался успешным после падения Стены. Он работал и с Конрадом Вольфом, Фолькером Шлёндорфом, Андреасом Дрезеном… При этом одновременно – также вне конкурса – будет показан дебютный документальный фильм легендарного британского «граффитчика» Банкси – «Выход через магазин подарков». Как заявил художник, «это фильм о человеке, который пытался снять кино обо мне». Этой сенсацией Берлинале завершил комплектацию фестивальных программ.

Что касается Золотых и Серебряных медведей, то их судьбу будет решать жюри во главе с режиссёром Вернером Херцогом. Кроме него в состав жюри основного конкурса вошли итальянка, режиссёр Франческа Коменчини, писатель Нуруддин Фарах из Сомали, китайская актриса Ю Нань, которую на родине зовут «королевой арт-хауса», голливудская звезда Рене Зельвегер, певица и актриса Корнелия Фробесс, испанский продюсер Хосе Мария Моралес.

Жанна ВАСИЛЬЕВА

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

«Всё мерит время мерой строгой…»

Панорама

«Всё мерит время мерой строгой…»

Аркадий Елфимов, Дмитрий Мизгулин. Движение души.

Аркадий Елфимов, Дмитрий Мизгулин. Утренний ангел. Тобольск: Возрождение Тобольска. 2009. – 136 с.

Обычно книжной иллюстрации достаётся важная, но всё же вторая роль – помогать восприятию текста. Или наоборот, отрывки стихотворений служат для украшения альбома репродукций. А вот две книги, созданные в содружестве двумя авторами – Аркадием Елфимовым и Дмитрием Мизгулиным, – в этом смысле поистине уникальны. В них поэтическое слово и фотографии – нет! – фотокартины сосуществуют на равных, не повторяя сюжеты друг друга, но дополняя и усиливая их.

«Конечно, мне бы хотелось, чтобы сначала ты прочитал только стихи и пережил их открытым сердцем (а они требуют доверия и любви), потому что тоже являются беззащитным письмом к тебе, чтобы вы, преодолев одиночество, были вместе, – обращается к читателю-зрителю Валентин Курбатов в предисловии к «Утреннему ангелу». – Но ведь ты не удержишься и начнёшь глядеть фотографии, не сразу догадавшись, что подвергаешь опасности и слово, и образ. А они не порознь. Они – единое слово. И твоему сердцу предстоит труд услышать мысль стиха, а потом догадаться, почему рядом стоит именно эта фотография… Стихи могут криком кричать о печали, а с фотографии глянет светлый денёк с берёзой, трепещущей на ветру, и ты не сразу поймёшь, что художник, так же задетый словом поэта, хочет утешить тебя, сказать своё «ничего, переможемся, ведь у нас есть Божий мир, Господня красота, которая зачем-то глядит в наше сердце!»

Именно так – в обеих книгах над каждым сочетанием строк и образа придётся думать, а то и того сложнее, сердцем улавливать тончайшую связь.

Вот, к примеру, безмятежный на первый взгляд пейзаж. Лето, обильная зелёная трава, деревья в густой листве, среди всей этой свежей зелени – белая церковь. Идиллия, тишина, благодать. Но, тяжело поднимаясь из-за горизонта, нависает над этим крошечным миром свинцовая грозовая туча…

А рядом – стихотворение «Раздумья в степи»:

В пустыне властвует самум.

И степь не знает постоянства.

Куда исчез Каракорум –

Столица Золотого ханства?

А ведь отсюда шла Орда

В свои кровавые походы,

Уничтожая города,

Пленяя страны и народы.

И город был от бед храним,

И от пожара, и от сечи.

Но меч судьбы висел над ним:

Был град велик, но не был вечен.

…Но вновь восстали, поднялись

Из пепла города России,

И купола тянулись ввысь

Зелёные и золотые.

…Закон истории жесток.

Всё мерит время мерой строгой.

Холмы. Нагая степь. Песок.

Луна над пыльною дорогой.

Вот и всё, что осталось от очередного «города крепкого». Пыль и прах. Подкопили сил, укрепились духом порабощённые – и сбросили ярмо. Нашлись другие пути к богатствам далёкой Индии, опустели площади городов на Шёлковом пути, не с кого стало брать дань. Горе возомнившим о себе… А летняя гроза – она пройдёт, и только пышнее станет зелень после дождя, засияют купола в лучах вновь выглянувшего солнца.

О чём ещё мечтать, чего просить у высших сил?

Дни мои продли, Господь, на свете,

Сохрани, прошу, от долгих мук,

Дай увидеть, как родные дети

Заново начнут извечный круг,

Чтобы, осень жизни принимая,

Гроздь рябины жадно сжав в горсти,

Журавлей последних провожая,

Мне покой и веру обрести.

– На мой взгляд, вся жизнь – это творчество, а художник, писатель и вовсе занимается божественным сотворчеством, он ближе всех к Богу, – говорит Дмитрий Мизгулин в недавнем интервью «ЛГ». – Как можно не прийти к Богу? Это аномалия. Знания о Боге даны каждому от рождения, это отличает человека от животного. Вне представлений о Нём жить нельзя.

Эти слова способны удивить тех, кто привык считать финансистов людьми, чуждыми прекрасного и возвышенного. Дмитрий Мизгулин сначала окончил Ленинградский финансово-экономический институт по специальности «финансы и кредит», потом Литературный институт, ныне возглавляет ОАО «Ханты-Мансийский банк». Однако же незаурядные личности на то и нужны, чтобы творить шедевры – и ломать стереотипы.

Аркадий Елфимов родился в Тюмени, а живёт и работает в Тобольске. Строил Тобольский нефтехимический комбинат, был начальником крупного домостроительного комбината, избирался мэром этого сибирского города. Сейчас руководит благотворительным фондом «Возрождение Тобольска». Желание запечатлеть красоту мира на плёнке заставило Аркадия Елфимова потратить немало сил и времени. Он называет себя «азартным и упрямым человеком», поэтому сумел самостоятельно обучиться фотоискусству, обретя уникальный творческий почерк и получив признание профессионалов вкупе с восхищением зрителей, посещающих выставки его работ.

Два талантливых человека, каждый по-своему и одновременно в удивительном созвучии, сохраняют для нас красоту родной земли и звучание поэтического слова. И это вселяет немалую радость:

Традиции. Вера. Устои.

А нам говорили – пустое…

Но всё же не кончена битва,

Ведь где-то вершится молитва,

А стало быть, Русь устоит.

Ольга ИВАНОВА

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Дон Кихот, плывущий краем моря

Штрих-код

Дон Кихот, плывущий краем моря

ПЕРСПЕКТИВА

В Мордовском республиканском музее изобразительных искусств им. С. Эрьзи завершила работу продолжавшаяся без малого три месяца II Всероссийская выставка скульптуры. Программная выставка Союза художников России продемонстрировала все те рифы, мели и острые скалы, между которыми с большим трудом лавирует отечественное реалистическое искусство.

И СКАЗАЛИ: ЭТО ХОРОШО!

То, что выставка состоялась, прекрасно уже само по себе. Это не этикетный комплимент участникам и организаторам, а трезвая оценка реальности, базирующаяся на двух очевидных фактах. Первый относится к области сугубо материалистической: государственное (о частном, тем более иностранном, увы, говорить просто не приходится) финансирование реалистического искусства в любой его ипостаси, иначе как минимально допустимым не назовёшь. Для скульптуры же, которая является самым затратным в данной сфере видом творчества, такое положение вещей смерти подобно. И если кто-то что-то ещё умудряется ваять, высекать, отливать, а при особо счастливом расположении звёзд даже выставлять для всеобщего обозрения, то иначе как творческим подвигом это не назовёшь. Скульптор ведь в отличие от своего собрата художника ваять «в стол» возможности не имеет.

Второй факт – из сферы духовно-нравственной. Скульптура – один из немногих видов искусства, которые могут покинуть специально организованное пространство, мастерскую, галерею или выставочный зал и выйти к людям. Например, для того чтобы напомнить им об истории родной страны, о святых и поэтах, полководцах, учёных и государственных деятелях, одним словом, о тех, чьи имена эту историю составляют. Не станем оперировать таким высоким понятием, как патриотизм, изрядно обветшавшим от длительного злоупотребления, но, учитывая, что ни одна цивилизованная страна в мире не позволяет себе так цинично относиться к собственной истории, хорошая прививка национальной гордости или хотя бы просто позитива по отношению к родной стране нам очень даже не помешает. Альтернативные источники зачастую оказываются не столь эффективны: пресса и телевидение вспоминают о выдающихся личностях обычно лишь по круглым датам, да и то, как правило, не могут удержаться, чтобы не развести бочку мёда большим бочонком дёгтя; интерес к серьёзной литературе, тем более исторической и краеведческой, катастрофически низок, поход в музей для многих – вообще событие из ряда вон выходящее.

А памятник или барельеф – вот они, в вестибюле метро, в сквере напротив офиса или по дороге в детский сад, куда ходит любимое чадо. Можно и сто раз пробежать мимо, не обратив на него никакого внимания, а на сто первый всё-таки задержаться и прочесть, кому и за что он установлен. А там, может, и интернет-поисковик захочется включить, чтобы побольше узнать об этом человеке, – глядишь, вакуумное пространство в голове и в душе чуток уменьшится. Антона Павловича Чехова (совершенно изумительная работа Владимира Курочкина) все в школе «проходят», а вот насчёт адмирала Ушакова (автор Алексей Кузнецов) или инженера Шухова (скульпторы Салават и Сергей Щербаковы), хоть в учебниках и помянутых, многим из тех, кому до 30, придётся советоваться с Гуглом или Яндексом.

Впрочем, не будем умалять и значение скульптуры, так сказать, немонументальной. Озорная «Корова» Жанны Орловой, весёлый «Май» Владимира Бондарева или не лишённое остроумия «Похищение» Алана Гогаева, если их «поселить» не в мастерской, а где-нибудь на свободном зелёном островке посреди галдящего мегаполиса, наверняка поднимут настроение замордованному цивилизацией человеку. И такие «улыбки мастеров» чем дальше от центра города, тем нужнее. Психологи давно уже установили, что ряды серых безликих бетонных коробок, коими застроены спальные районы наших городов, действуют на человеческую психику почище иного психотронного оружия.

НЕМНОГО ОФИЦИОЗА

Для тех, кому без статистики жизнь не в радость, приводим некоторые цифры: 168 произведений, 142 автора (67 из них представляют 37 городов России, остальные – Санкт-Петербург, Москву и Московскую область), самому молодому участнику выставки – 30 лет, самому почтенному – 83. За последние два десятка лет выставка такого масштаба у Союза художников России вторая, первая прошла в 2006-м в Липецке. Нынешняя – в столице Мордовии Саранске, ибо начинает большую программу празднования 1000-летия единения мордовского народа с народами Российского государства, которое будет отмечаться в 2012 году. Приурочена она была к 50-летию ухода из жизни выдающегося скульптора Степана Эрьзи и полувековому юбилею республиканского музея изобразительных искусств его имени.

Все эти даты были упомянуты в названии выставки – серьёзной, программной, итоговой. Традиция звучных и, к сожалению, несколько тяжеловесных названий сохранилась ещё с советских времён, но так ли она хороша по нынешним временам?.. О том, как адепты актуального искусства продвигают свои проекты, какие броские, запоминающиеся названия для них придумывают и как это всё работает на привлечение широкой (читай: не принадлежащей к профессиональному сообществу) публики, особо распространяться, наверное, необходимости нет: соответствующие примеры у всех на слуху. Разумеется, речь не идёт о том, чтобы серьёзную выставку превратить в балаган на потеху невзыскательной публике, но в том жёстком противостоянии, каковое имеет место быть между актуальным и реалистическим искусством, обостряющимся чем дальше, тем больше, обратить на себя внимание не только знатоков и специалистов, но и широкие, как принято выражаться, слои общественности, в первую очередь молодёжи, архиважно. Скажете, что название – это мелочь? Позвольте не согласиться. Как вы судно назовёте, так оно и поплывёт.

В ТЕСНОТЕ, ДА НЕ…

Спору нет, идея была красивой – разместить выставку в том самом здании, где 50 лет назад открылся первый музей Степана Эрьзи. Понятно стремление земляков ещё раз напомнить о замечательном мастере, посмертная слава которого, к сожалению, не отражает подлинных масштабов его дарования. Но… Когда-то в этом здании находилось пожарное депо. Под музей его тогда перестроили буквально за год, и для небольшого по тем временам (это сегодня оно является самым крупным в стране и размещается в новом здании) собрания произведений скульптора оно было в самый раз. Но для всероссийского выставочного проекта этот дом, несмотря на все его заслуги, оказался слишком мал: всего три зала – два небольших, а один просто маленький.

Разумеется, Саранск хоть и столица республики, но пространством размером с Манеж не располагает. Может быть, имело смысл потеснить на время экспозицию республиканского художественного музея и разместить выставку на двух площадках? Конечно, это хлопотно (закрывать стационарную экспозицию живописи, организовывать транспортное сообщение для зрителей между двумя корпусами и т.д. и т.п.), но проект того стоил. Многие достойные внимания работы приходилось буквально силой воображения вытаскивать из уплотнённого до предела экспозиционного пространства, чтобы составить о них адекватное представление.

Возможно, именно эта коммунальная сплочённость помешала организаторам до конца выстроить внутреннюю логику, так сказать, драматургию экспозиции. И опять трудно удержаться от сравнения с «актуалами». Их проекты всегда выстроены так, чтобы каждый объект производил на зрителя наиболее сильное впечатление. А в данном случае трудно было избавиться от ощущения, что главная задача состояла в том, чтобы уместить максимальное количество экспонатов на минимальной площади. Профессионалы, конечно, и при таком раскладе смогут отделить зёрна от плевел, а вот что делать публике неподготовленной? Как удержать её интерес к экспозиции, как помочь увидеть и оценить самое важное? На пресс-конференции по случаю открытия выставки и сами скульпторы, и искусствоведы, и музейщики в один голос твердили, что восприятие скульптуры – более сложный процесс, чем восприятие живописи, для этого нужны и особый свет, и простор, и масса других условий. Жаль, что соблюсти их все не очень получилось. В кулуарах то и дело раздавались жалобы на то, что не успели расставить всё так, как хотелось, хотя и организаторы, и сами авторы перед открытием три последние ночи кряду работали не покладая рук, но это уже наша общая русская беда – аврал накануне сдачи. Что именно сдаётся – спектакль, выставка или заводской цех не имеет значения.

Трудности, с которыми пришлось столкнуться и организаторам и участникам выставки, носят объективный характер. Деньги, время, квадратные метры выставочной площади – ресурсы точно измеряемые и весьма ограниченные. Но это, если можно так выразиться, подводная часть айсберга, которая известна только посвящённым. Обычный посетитель, привлечённый на выставку простым человеческим любопытством, об этом не знает и знать не должен, как не знает зритель о том, что творится за кулисами, пока он из мягкого кресла наблюдает за премьерой. И тот и другой судят о художественном событии по результату – тому впечатлению, которое останется в них, когда они выйдут из зала. И об этом впечатлении нужно заботиться не меньше, чем о том, чтобы должным образом представить на выставке всех, кто этого заслуживает. В противном случае трудно будет упрекать в предвзятости и тенденциозности своих оппонентов из числа адептов актуального искусства, кричащих во весь голос о том, что реалистическое искусство себя изжило и никому (читай: современному амбициозному и нацеленному на личный успех человеку) не интересно.

В ФЛИБУСТЬЕРСКОМ СИНЕМ МОРЕ

Кстати, об амбициях и личном успехе. Актуальное искусство разыгрывает их как козырную карту каждый раз, когда провозглашает появление очередного «гения», какого раньше свет не видывал, снова и снова попирая традиции русского искусства. Каждый берущий в руки кисть или резец вправе заявить: я не «тварь дрожащая», а совсем даже наоборот и посему «право имею». То есть в переводе на язык повседневности это означает: «что хочу, то и ворочу, благо галереи выставляют, а «ценители» покупают». Полуподпольное некогда искусство сегодня отстаивает себя как официальное, более того – как единственно возможное. Так «джентльмены удачи» бороздят моря и океаны от Старого Света до Нового, наводя страх и ужас на всё подвластное им пространство. А корабль реализма, с пробоинами по обоим бортам и драными парусами, отваживается лишь на каботажное плавание в своих «территориальных водах». И дело тут не только в отсутствии средств и искреннем внимании со стороны государства. Думается, что не менее важно, чтобы что-то изменилось в самосознании и команды этого корабля (за своё право творить, не отступая от своих принципов, не подрывая традиции отечественного искусства сегодня надо бороться, и весьма решительно), и всего общества.

А в существующих условиях сохранить школу, передавать из рук в руки мастерство особенно трудно. Выставка ещё раз показала: трудно – не значит невозможно. Ни слащавой салонной пластики, ни монументального китча, ваяемого исключительно из коммерческих соображений, здесь и духу не было. Псевдофилософских абракадаброподобных инсталляций – тем более. Что, несомненно, радует. Вселяет надежду и ещё один весьма симптоматичный факт: подавляющее большинство работ – портреты. Не только славных предков наших, к коим мы взываем о помощи, чтобы пережить смутные времена. Главные герои выставки – наши современники: врачи и военные, рыбаки и спортсмены, композиторы, поэты, художники и просто нянюшки. Значит, как ни сетуем мы на наши нелёгкие времена, как ни ругаем их, всё равно они нам дороги. Они – наши. Времена ведь, как известно, не выбирают. Может быть, XXI век станет веком скульптурного портрета? Не только человека, но и дел его. Ведь и уже успевшие стать знаменитыми «Мамонты» Андрея Ковальчука, установленные в Археопарке Ханты-Мансийска, это, если зреть в корень, тоже своего рода портрет, причём нашего времени.

Однако были работы, хоть и пытающиеся держаться в рамках реализма, тем не менее удивляющие своей бездушностью. К примеру, обнажённые женские торсы, коих на выставке можно было насчитать чуть не полдюжины. Чем внимательнее их рассматриваешь, тем сильнее искушение заподозрить их авторов (все они принадлежат к сильной половине человечества) в женоненавистничестве или катастрофически неудавшейся личной жизни. Впрочем, у прекрасной половины тоже всё, как оказалось, отнюдь не беспроблемно: полуобнажённые влюблённые обнимают друг друга весьма холодно и почему-то не смотрят друг на друга. Автор этих строк насчитала целые три такие работы, принадлежащие дамам разного возраста.

Однако проводить здесь гендерные исследования мы всё же не станем. Запомнилась выставка всё-таки не этим. Среди работ просто хороших и хороших во всех отношениях были такие, от которых невозможно было отойти. К ним хотелось возвращаться снова и снова, они цепляли память и поселялись в её недрах настолько прочно, что их присутствие где-то там, в глубине, ощущается до сих пор и вряд ли скоро исчезнет. «Слепые» Александра Капралова – материализовавшиеся персонажи Брейгеля, бредущие к пропасти ещё более страшной, чем их «предшественники». «Потребители» Александра Попова – исполненный горькой иронии взгляд на тех, кто пытается купить себе счастье на дешёвой распродаже. «Перед распятием» Геннадия Правоторова – немое утешение тем, кому уже не под силу нести свой крест и верить. И возможно, самая романтичная и в то же время самая философская работа на этой выставке – «Корабль судьбы» Ивана Мельникова. Дон Кихот, стоящий на корме утлого судёнышка, поднятого ввысь крутой волной. Паруса разорваны в клочья, но спина его пряма, рука сжимает копьё, глаза всматриваются вдаль. Интересно, что он там видит?

Виктория ПЕШКОВА, САРАНСК–МОСКВА

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

Мир, каков он есть

Штрих-код

Мир, каков он есть

КНИЖНЫЙ  

  РЯД

Семён Кожин. Альбом / Текст О. Златоверховникова. – М.: Белый город, 2009. – 64 с.

Если принцип Родена, отсекавшего от мрамора всё лишнее, применить к живописи, он, наверное, мог бы звучать так: взять краски и перенести на холст всё самое необходимое. Судя по всему, именно этому канону и подчиняет свои работы Семён Кожин: пишет ли он укрытый снегом «Гранатный переулок» или иллюстрирует нежную и романтичную сказку братьев Гримм «Рапунцель», пытается воссоздать события войны 1812 года в «Переправе отряда Дениса Давыдова» или загадывает экзистенциальные загадки в «Аллегории». Создаётся впечатление, что ему всё время приходится себя сдерживать, чтобы на полотне не возникло ничего случайного, ничего, что не соответствовало бы реальности. Не выдуманной, не сконструированной самим художником по одному ему понятным правилам, а той, в которой все мы существуем день за днём, год за годом. Мы не без раздражения именуем её повседневностью, не давая себе труда всмотреться в неё повнимательнее и увидеть самые обыкновенные чудеса.

И перечень престижных выставок в Москве и Лондоне, Дублине и Санкт-Морице, и присутствие его картины в коллекции Букингемского дворца, и интерес к его картинам со стороны солидных аукционистов – это пусть и достаточно убедительные, но всё-таки только внешние признаки успеха молодого художника. Можно раскладывать на составляющие стиль и манеру Кожина с помощью весьма разветвлённого и изощрённого понятийного аппарата современного искусствоведения, но вряд ли таким способом раскроешь секрет притягательности его картин. Всё дело в доверии, которое безотчётно начинаешь испытывать к автору, даже при беглом взгляде на любую из его работ. Он не пытается запутать зрителя, сместив впечатанные в наш генетический аппарат представления о добре и зле, о прекрасном и уродливом. Он показывает мир таким, каков он есть, и вместе со зрителем пытается отыскать в нём то, к чему большинство людей и стремится в этой жизни, – к победе добра над злом.

Андрей БОРОДИН

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

Вернуть жанр ню к ренессансным идеалам

Штрих-код

Вернуть жанр ню к ренессансным идеалам

ПОРТРЕТ В ИНТЕРЬЕРЕ

В конце минувшего года столичная галерея «Дом Нащокина» открыла выставку, которая позиционируется ею как «сенсационная» – название, впрочем, говорит само за себя: «Обнажённая натура. ХХ век». И экспозиция действительно даёт представление обо всём диапазоне художественных течений и направлений в русской живописи целого столетия в жанре ню. О том, как красота телесная может дарить ключ в сферу эмоционально-чувственных отношений, разговариваем с директором галереи Наталией РЮРИКОВОЙ.

Наталья Петровна, выставка прежде всего удивляет своим размахом. Около 160 работ 100 замечательных художников. Но тем менее в наши дни удивить жителей такого города, как Москва, чем-либо и даже обилием «обнажённой натуры», мягко говоря, затруднительно… Нет ли в объявленной вами «сенсационности», что называется, небольшого рекламного трюка?

– Вы правы – художники на выставке представлены замечательные. Я могла бы долго заниматься перечислениями. И делать это хочется с наслаждением. Пётр Кончаловский, Зинаида Серебрякова, Александр Архипенко, Аристарх Лентулов, Илья Машков, Михаил Ларионов, Наталья Гончарова, Роберт Фальк… Но слово «сенсация» здесь уместно, конечно, не для количественных характеристик, а для многих иных. «Обнажённая натура. XX век» сенсационна прежде всего тем, что телесную красоту человеческого, и прежде всего женского тела, отражает в прямой связи с красотой духовной. Не зря искусствовед Мария Вяжевич, большой друг нашей галереи, находит, что тело – это идеальный материал для изучения анатомии, но и ключ в сферу эмоционально-чувственных отношений. Выставка открыта как вызов агрессивной сексуальности и всему, что принесла в наше восприятие сегодняшняя масскультура с её растиражированными брендами. В пуританстве нас упрекнуть вам не удастся, потому что эротизм и эстетизм ни в коем случае не противоречат друг другу, но это тема для другого разговора. Мы сознательно отказались от вполне ожидаемых контекстов, считая, что сегодня важно вернуть ню, быть может, к ренессансным идеалам.

На выставке чувствуется, что понятие «телесность» шире, чем в простом сопоставлении с физиологией…

– Ещё бы! Красота обнажённого тела у представленных сегодня в галерее «Дом Нащокина» художников подталкивает нас и к интеллектуальной игре. Несмотря на многочисленность работ живописных, графических и скульптурных, у зрителя не появляется чувство пресыщенности. Потому что можно разглядеть в локоне девушки Вадима Сидура любимую греками змейку-меандр, а в жёсткой, грубо тёсанной фигуре натурщика Татьяны Купервассер – черты аналитического кубизма. И дело даже не в том, что вашему самолюбию будет льстить, что вы сможете найти в изображении женщины Александром Древиным отклики мунковско-хеккелевского экспрессионизма. Или увидите в обнажённой натуре кисти Ильи Машкова его собственные личностные черты эксцентрика. Самое важное в «Обнажённой натуре. XX век» – то, что, пройдя по многим нашим залам, вы поймёте: выставка всё же не про тело, а про что-то глубинное и не подвластное созерцающему глазу.

На выставке представлена малоизвестная работа Петра Кончаловского «Купание красной конницы», написанная к десятилетию Красной армии в 1928 году. С работой Петрова-Водкина её роднит только название. Когда-то искусствовед, не видя картины, но, видно, имея установку искать опасный контекст, дорисовал в своём воображении разбросанные на берегу будённовки, но «датская» картина рождает у зрителя совсем другие чувства. Обнажённая красота становится метафорой ускользания, хрупкости нашего бытия. Про историю создания этой картины мы хотели бы знать больше, сейчас могу сказать, что создавалась она по заказу Реввоенсовета, была выставлена, а потом поспешно упрятана в тайники Центрального музея Вооружённых сил, где и пролежала восемьдесят лет.

Как проходил доэкспозиционный этап вашей работы?

– Идея выставки «Обнажённая натура» возникла в связи с картиной Петра Кончаловского «Обнажённая», которая у нас была на выставке «15-летие Дома Нащокина». Нам так не хотелось с ней расставаться, и мы придумали этот проект, чтобы снова наслаждаться этим полотном. В конце концов мы собрали огромную (по нашим масштабам) экспозицию обнажённой натуры. Но вот этой работы мы не получили, её увезли в Париж. Зато нам удалось показать «Купание красной конницы», за которой мы охотились последние четыре года, и мы горды, что это удалось.

В самом доэкспозиционном этапе и таилась сенсационность прежде всего. Приближаясь к самому замыслу экспозиции, я предполагала, что 20–30-е годы XX века станут для нас отправной точкой хождения по мукам, лавкам антикварщиков и офисам владельцев частных коллекций. Каково же было моё удивление, когда я увидела, что дореволюционный и постреволюционный периоды в русском искусстве в целом доступны. Потому что старое время к ню благоволило и художественные музеи со всей России предлагали мне картины в избытке, да так, что нужно было уже ограничиваться. Совсем другое дело – найти работы 30–40-х годов. Конечно, мы знаем картины Александра Дейнеки, где девушки купаются или мальчик спит с васильками, но это, скорее, редкие исключения. А в 50–60-е годы в России не рисовали обнажёнок по идеологическим соображениям. Мой папа, художник кино Пётр Пашкевич, 59 лет проработал на Киностудии им. Горького. В те времена обнажёнок не показывали ни в кино, ни на выставках. Но папа срывался иногда с кинематографической темы и рисовал обнажённую натуру. Я обожала сидеть за папиной спиной и наблюдать. Мы жили в маленькой комнате (12 метров на пятерых), мастерской у папы не было, и я, замерев, следила за движениями его кисти и каждый раз с восторгом дожидалась рождения картины. А эстетику художественности его картин я поняла значительно позже, когда моя дочь Анастасия встала на путь художника, а я была её проводником.

А сегодня обнажёнку мало рисуют, так как этот жанр не даёт полной возможности самовыразиться. А современным художникам надо придумывать что-то такое, чтобы поразить воображение зрителя.

Но ведь академические штудии никто не отменял…

– А никто и не говорит, что студенты Строгановки или Суриковского института не умеют рисовать обнажённую натуру. Просто мало кто потом к ней обращается. Но всё же на нашей выставке представлена обнажённая натура, созданная художниками Вадимом Кулаковым, Татьяной Назаренко, Владимиром Любаровым, Игорем Обросовым, Борисом Мессерером, скульпторами Виктором Корнеевым, работающим в своей особенной, несколько литовско-скандинавской традиции, Даши Намдаковым, который умеет телесную красоту не только отлить в бронзе, но и сакрализовать… Вот вам его «Обнажённая с ягодкой» – в этой ягодке, будто маленькой капле чистой воды, и скрыта загадка ваятеля.

Не так давно в галерее «Дом Нащокина» было освоено ещё дополнительное пространство – подвал. Сейчас там великие шестидесятники и мастера новейшего времени.

– Идти интересно не только вглубь своей профессии, но и вширь. В знаменитом доме Павла Воиновича Нащокина, где так любили бывать Александр Сергеевич Пушкин, Николай Васильевич Гоголь, Вяземский, Баратынский, не то что подвал, лестницы и самые тёмные уголки не хочется оставлять неосвоенными. Мне хочется в нашем подвале не только удивить и порадовать, но и душу его навсегда оставить тут. Ведь здесь можно посидеть в уютном интерьере за чашкой свежесваренного кофе, полистать журналы о живописи или кинематографических новинках… Случается, что именно в этом подвале великие нам неожиданно подают знаки.

Так и случилось накануне открытия этой выставки. На одной из картин Василия Ситникова, удивительного художника-нонконформиста, уехавшего в Америку, я совершенно случайно нашла небольшие письмена. Их не сразу заметишь… Среди них слова о том, что истинный художник должен делать и обнажённую натуру, и лик Богородицы, одинаково затаив дыхание от восхищения красотою. Только грубиян-«юродивый» Васька Ситников высказался несколько… прямолинейнее. Но согласиться с ним стоит. Тут уж вам выбирать: кем вы придёте к нам – анатомом или поэтом.

Беседу вела Валерия ОЛЮНИНА

Выставка продлится до 8 марта

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

Кто против кого?

Дискуссия

Кто против кого?

О национальном вопросе в годы Гражданской войны и русском рассеянии размышляет автор исторических книг Олег Гончаренко

Как в годы Гражданской войны разыгрывали национальную карту?

– 6 декабря 1917 года большевики «даровали» независимость Финляндии, а дальше – пошло-поехало. 22 апреля 1918 года образовавшаяся Закавказская Федеративная Демократическая Республика, в которую входили новообразованные государства Армения, Грузия и Азербайджан, объявила о своём отделении от России. Ещё через месяц, 26 мая 1918 года, социалисты Грузии во главе с Жордания с одобрения большевиков объявили свою независимость. И далее о независимости не объявлял только ленивый…

Правда ли, что правитель Финляндии предлагал Колчаку нанести удар силами финской армии по красному Петрограду, а тот отказался?

– Такие переговоры велись на рабочем уровне между командующим Северо-Западной армией генералом Юденичем и бароном Маннергеймом, в то время – регентом Финляндии. Колчак, конечно, опосредованно был о переговорах извещён и, думается, не возражал против усиления сил добровольцев Северо-Западной армии. Однако, как человек государственного склада ума, он считал, что признание большевиками независимости Финляндии – вопрос очень спорный. Маннергейм же в ту пору активно осваивал роль национального лидера, вошёл во вкус безграничной власти. И конечно же, менее всего он хотел, чтобы после победы над большевиками Россия пересмотрела декреты о даровании Финляндии независимости, а сам он оказался на скромном российском пенсионе генерал-лейтенанта. Потому наступления на Петроград он не поддержал, уклонился. Наступление провалилось.

Поэтому и Эстония не стала воевать с большевиками?

– Как раз стала. И даже успешно консолидировала на время военных действий разномастные политические международные силы – страны Антанты и добровольческие отряды Северо-Западной армии Юденича, а также финские, датские и шведские вооружённые формирования. Со стороны большевиков, правда, тоже выступали эстонцы, сведённые в так называемую Эстонскую дивизию, и отряды мобилизованных большевиками рабочих, крестьян, городских обывателей, но эффект от этой наспех сколоченной «красной армии» был невелик. В отсутствие хороших командиров, в условиях грозящей большевикам международной изоляции противостояние даже с Эстонией было обречено на неуспех. Этот бессмысленный для России вооружённый конфликт завершился под давлением бывших союзников по Антанте подписанием с Эстонией в 1920 году не менее похабного, чем Брестский, Тартуского мирного договора. По нему большевики официально признавали независимость Эстонии. Устанавливалась новая граница, проведённая прямо по недавней линии фронта. Позорный мир обернулся для России ещё и выплатой Эстонии финансовой контрибуции – «за моральный ущерб». А также территориальными потерями – страна лишилась части Псковского уезда, в состав которого входили старинные русские города Изборск и Печора.

Правда ли, что только поляки из всех народов Российской империи воевали и с белыми, и с красными? Что именно их наступление в октябре 1919-го помешало Деникину взять Москву?

– Известен высказанный в разговоре с Анной Ахматовой афоризм Осипа Мандельштама: «Поляки воевать не умеют… Но бунтовать – ого-го!» Эта шутливая фраза донельзя точно характеризует военные усилия Польши, также обретшей независимость в период 1918–1920 годов. С белыми полякам повоевать не удалось, однако они с удовольствием интернировали в марте 1920 года 6000 чинов русской Добровольческой армии под командованием генерала Николая фон Бредова, отступившей в боях с преследовавшими их большевиками от Одессы и Тирасполя, в надежде укрыться на польской территории. Участники знаменитого «Бредовского похода» были заключены в самый настоящий концентрационный лагерь, где над ними издевались, морили голодом, а за малейшую провинность могли и застрелить благородные польские охранники. В литературе этот исторический эпизод превосходно описан в воспоминаниях художника Владимира Душкина «Забытые». Молодой доброволец, он проделал с частями фон Бредова этот многокилометровый переход и вернулся в Крым, к Врангелю, больным, истощённым, в одном рубище… По нему ясно можно судить об условиях польского «интернирования».

Что же касается войны против большевиков… Они наступали зимой 1919 года под Лидой, Барановичами и Вильно, к концу лета того же года взяли Бобруйск, Борисов и Минск. Но летнее наступление армий Тухачевского на тысячекилометровом фронте едва не поставило поляков на грань катастрофы общенационального масштаба. Однако благодаря ошибкам красного командования им удалось разгромить противника в районе Замостья.

2 сентября 1920 года в польский плен попало свыше 60 тысяч красноармейцев. Их также распределили по польским концентрационным лагерям и попросту умерщвляли там голодом и изощрёнными пытками.

К середине осени польские руководители поспешили сесть за стол переговоров с большевиками, понимая, что дальнейшее продвижение вглубь России грозит им повторением судьбы наполеоновской армии. Заключение мира с поляками позволило большевикам высвободить дополнительное количество военных сил для борьбы с Врангелем. Что фактически предопределило конец Южно-русского правительства и Белой армии в Крыму уже в ноябре 1920 года.

Почему, на ваш взгляд, Белое движение, в рядах которого было столько опытных военачальников, потерпело поражение?

– Давайте обратимся к такой вещи, как сравнительная статистика. По данным современных исследователей, в РККА (Рабоче-крестьянской Красной армии) служили 679 офицеров российского Генерального штаба, а в войсках Деникина – не более 300. У Колчака и того меньше… Так что это была война между представителями одной и той же военно-научной школы. Красные мобилизовали на свою сторону практически бóльшую часть военных специалистов. Трудно, правда, сказать, верили ли они в идею мировой революции или химеру III Интернационала…

Сколько россиян после поражения Белого движения бежали из страны на чужбину?

– Счёт, разумеется, не шёл на миллионы, но полтора миллиона беженцев к 1922 году – часто встречающаяся в исторической статистике цифра. Исход начался задолго до ноября 1920 года, когда из Крыма выехало до полутораста тысяч чинов армии, флота и беженцев. Многие отбыли за границу сразу после известия об отречении законного монарха и объявлении России республикой. Бегство продолжалось волнообразно все годы Гражданской войны. Уезжали, уходили и в 1921-м, и в 1922-м, и в последующие годы. Бежать из СССР было очень трудно и сложно. Но отдельно взятые случаи удачных побегов смелых и отчаявшихся людей были.

Что было бы с Россией, победи белые?

– Учитывая, что подавляющее большинство белых вождей исповедовало либерально-демократические ценности (монархистов там было совсем немного), в стране, вероятнее всего, установилась бы временная военная диктатура с дальнейшим переходом к парламентской республике.

Кто сделал первый выстрел в этой братоубийственной войне?

– Когда идеологическое противоборство в российском обществе достигло наивысшего накала, последним аргументом сторон явилось вооружённое противостояние. Если условно разделить стороны на «новаторов» – исповедников коммунистических идей и «консерваторов» – сторонников традиционного национального уклада жизни, то агрессия исходила именно со стороны «новаторов», исчерпавших свою аргументацию и стремившихся просто вычеркнуть из общественной жизни своих оппонентов всеми доступными способами. Ноябрьский артиллерийский обстрел Московского Кремля батареями можно считать точкой отсчёта вооружённого конфликта.

Была ли в той исторической ситуации возможность избежать Гражданской войны?

– Войны можно было избежать в случае, если бы на Учредительном собрании представителями различных социальных групп населения России были определены пути дальнейшего существования России как государства. И если бы таковое решение Учредительного собрания имело законные последствия, то есть было внесено в основные законы государства.

Беседовал Алекс ГРОМОВ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 3,0 Проголосовало: 4 чел. 12345

Комментарии:

Типарусский диалект

Дискуссия

Типарусский диалект

КОНТРОЛЬНОЕ СЛОВО

Николай РОМАНОВ

Толковый словарь живого великорусского языка В.И. Даля говорит о языке как о «наречии, взявшем верх над прочими, сродными наречиями». «Язык – народ, земля, с одноплеменным населеньем своим, с одинаковою речью». Последнее иллюстрируется цитатой из летописи: «Поганыи же половци свокупиша весь язык свой на рускую землю». Толковый словарь русского языка Д.Н. Ушакова говорит о «языке» как «способности говорить, выражать словесно свои мысли, речь».

Количество приезжих из дальнего, ближнего и внутреннего зарубежья исторической России достигло критической массы. Мигранты вынуждены общаться с коренными жителями России и друг с другом на одном языке. Типарусском.

Суть типарусского диалекта передаёт определение из толкового словаря русского языка С.И. Ожегова: «Язык – система знаков (звуков, сигналов), передающих информацию». Бездушно, чёрство, пещерно…

Типарусский – примитивное средство общения; пиджин на русской основе, возникший в результате меновой торговли. Диалект существует в виде двух пересекающихся потоков: а) мигрантского пиджина; б) местных жаргонов, в т.ч. «олбанского» (интернет-наречия), «чинояза» (диалекта чиновников) и пр.

О высокомерном «чиноязе» – жаргоне чиновников – «ЛГ» уже писала (№ 31, 32, 2008).

Жаргон пользователей Интернета выражает протест юных граждан против навязанных «правил старпёров». Завышенные ожидания юных душ, обманутых рекламой и обещаниями «демрая», столкнулись с реальностью. Результат: безработица, алкоголизм, наркомания, депрессия. Интернет-диалект стал языком потерянного поколения, превратившимся в постоянный фактор российской жизни.

Подросло нечитающее поколение: 40 процентов населения книгу в руки не берут. Молодые люди с жалкой самоуверенностью выдают свою неграмотность за «особую грамотность». Язык стремительно нищает и уже не является показателем интеллекта. SMS-сообщения промывают сознание, оставляя в голове сотню слов, которые можно быстро набрать на клавиатуре.

Типарусский – вынужденный способ общения. Этот диалект существует без нашего – русского – участия. Он совершенно не исследован. Но весьма интересен для изучения грядущих межнациональных конфликтов. В типарусском диалекте каждый народ по-своему проявляет национальные амбиции. Мигранты живут своим кругом, не стремятся к общению с аборигенами и с удовольствием стараются не пользоваться русским языком в России.

Особенности диалекта неграмотных мигрантов в письменном типарусском сводятся к применению фонетически адекватных форм в сторону орфографически неправильных, как и в жаргоне «продвинутой» молодёжи. Это происходит вследствие сближения уровней образования обеих социальных групп. Вот почему «адын чиладрам» (среднеазиатское произношение и написание «один килограмм») имеет то же происхождение, что и интернетное «аффтар жжот».

Типарусский алфавит сокращается за счёт избавления от «ненужных» букв. Например, «Б» стремится к замене на «П» (в накладной: «патон хлеп»), «З» стремится к замене на «С» (на ценнике: «симни курток»), исчезает мягкий знак (из анкеты: «вадытыл гозел») и т.д.

Ударение утрачивает смыслоразличительную роль по мере обеднения лексики и упрощения грамматики. Утрачиваются синтетические признаки русского языка, исчезает характерная система словоизменения с помощью окончаний и приставок. Имя утрачивает категории рода, одушевлённости, числа и падежа.

Оказавшись в русских городах, неграмотные деревенские горцы становятся распространителями примитивных словозаменителей: цоканья, подмигивания, посвистывания, горловых звуков, жестикуляции. Базарный подход определяет характер контактов с местным населением. Ненавидящий взгляд исподлобья заменяет речь вообще.

Новые «завоеватели России» говорят на типарусском не потому, что восторгаются нашей многовековой культурой, а чтобы не помереть с голоду. Голод сокращает язык до «прагматического кода»: сорняка, разросшегося на лексических обломках «великого и могучего». Типарусский – язык «нехотя», от безысходности.

Устная речь сама сообразила, что ей делать, без учёных мужей из ИРЯ РАН. Язык стремится сохранить себя как орудие общения, пусть даже упростившись донельзя. Министр культуры России Александр Авдеев заявил, что миграция разрушает культуру русского языка. Зато в учебниках речи для мигрантов нет ничего русско-национального. Даже сказочного фольклора из азбуки. Эти учебники похожи на комикс-инструкцию по обращению с русскими. Словно руководство к пылесосу.

Типарусский пророс, как бурьян. Две малограмотные стороны могут хоть как-то договориться.

Появление типарусского – следствие убийственной политики властей в отношении коренного русского населения. Малограмотные студенты-юристы, набранные в институты по этническим квотам, и гастарбайтеры, заполонившие историческую территорию России, – следствие этой политики. На первом месте оказался рынок. Но рынок быстро превратился в базар, на котором приезжие чувствуют себя как дома.

Страна вступает в новую фазу деградации. Типарусский – язык пещерного клана, а не страны модернизации, нанотехнологий и пр.

Чего доброго, через некоторое время мы получим массу народа, говорящего на типарусском, который они будут выдавать за родной язык народа страны Типароссии. И повторится история с выдавливанием русских с Украины. Только теперь нас будут выдавливать с нашей собственной земли носители типарусского диалекта. Затем типарусские придумают себе типаисторию. Пример бывших советских республик показал, как легко и увлекательно заниматься подобным сочинительством.

Ситуация с языком изменится, когда даст себя знать истощение энергоресурсов. А пока каждый из нас должен начать наводить порядок в радиусе десятка метров вокруг себя, не дожидаясь неповоротливой власти. Чтобы сохранить язык, надо нам самим сохранить себя, объединяясь и помогая друг другу.

У стариков ещё живы воспоминания о тех временах, когда они жили одни и были многочисленным народом. Тогда не было китайцев, и только с приходом их появляются те страшные болезни, от которых они гибли во множестве… Тут я нашёл одну старуху, которая ещё помнила свой родной язык. Я уговорил её поделиться со мной своими знаниями. С трудом она могла вспомнить только одиннадцать слов… Пятьдесят лет тому назад старуха (ей тогда было двадцать лет) ни одного слова не знала по-китайски, а теперь она совершенно утратила всё национальное, самобытное, даже язык.

В.К. Арсеньев. По Уссурийскому краю

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 3,8 Проголосовало: 6 чел. 12345

Комментарии: 10.02.2010 19:40:33 - Сергей Станиславович Костин пишет:

Типа Рома, типа Мен...

Г-н Романов, как всегда готов разбить всё, кроме собственного лба, справедливо определяя оного в последний форпост чего-то не "типарусского". Лоб по всей видимости изрядной крепости, так как ентому никак не вбить, что "типарусская дрянь" - единственное , что имеет оставить после себя русская молодёжь, ввергнутая либердрянью в разврат, преступность, нарокоманию и прочие прелести "свободного россиянства"...

Горящие свечи

Дискуссия

Горящие свечи

ПРОЕКТ

В беседе с первым заместителем председателя Международного совета российских соотечественников князем Никитой Лобановым-Ростовским «Обретение единства» («ЛГ», № 1) мы коснулись и вопроса создания Национальной портретной галереи. А вскоре премьер-министр Владимир Путин предложил создать портретную галерею «выдающихся деятелей русской истории». «Представители русской эмиграции первой волны сформулировали в своё время очень хорошую идею создания национальной галереи портрета», – сказал он. Портретную галерею предлагается разместить в здании филиала Государственного исторического музея.

Никита Дмитриевич, уж не публикация ли в «ЛГ» ускорила решение вопроса, которым вы занимаетесь на протяжении уже пяти лет?

– О проекте создания Национальной портретной галереи благодаря вашей газете узнали многие россияне и соотечественники за рубежом. На рассмотрение же Министерства культуры мои предложения попали давно. В марте 2009 года я обратился к Владимиру Путину с предложением о создании галереи, а в ноябре – к президенту Медведеву после нашего разговора в День народного единства 4 ноября. Я предложил свои услуги по нахождению и передаче в будущую галерею портретов и скульптур исторических фигур, имеющих прямое отношение к истории страны, но в силу определённых обстоятельств очутившихся за её рубежами.

Что-то подобное  Национальной портретной галерее в России уже существует?

– Есть собрания портретной живописи в российских музеях и личных коллекциях, существует электронная версия портретной галереи «Русская портретная галерея».

Вы разработали концепцию галереи, продумали принципы её организации и многое другое. Вы опирались при этом на чей-то опыт?

– Подобные музеи давно существуют во многих столицах мира. Лондонскую галерею основал шотландский историк Томас Карлейль. Цитирую одно из его высказываний: «Я вижу портрет, как горящую свечу, при свете которой нужно читать… биографии. Тем самым достигается человеческое их понимание». Слово «национальная» – основополагающее понятие в определении сути этого института. Да, портрет – это лицо нации. Главный критерий отбора портретов – это историческая значимость и общественный статус оригинала изображения, а не просто искусство портрета как жанра.

Высокая миссия Национальной портретной галереи – создание положительного образа великой России. Убеждён, само сосредоточение лиц выдающихся деятелей, внёсших значительный вклад в укрепление российской государственности, науки, техники и культуры, будет способствовать возрождению духовности в обществе. Наша цель – создание современного музея комплексного профиля с новыми принципами деятельности, для большинства российских музеев страны пока ещё не характерных.

Что вы имеете в виду, говоря о «музее комплексного профиля»?

– Во-первых, галерея станет современным музейно-биографическим пространством, где портреты и биографии объединятся в едином информационном проекте – «История России в лицах». Надо создать и единый многоязыковой интернет-портал, открывающий широкий доступ к отечественному культурно-биографическому наследию. Хорошо было бы объединить Музей портрета и художественную школу-студию «Академия портрета» в единый культурно-образовательный центр, привлечь к его развитию максимальное число художников России.

Вы особо говорили о разделе «Великие россияне за рубежом»…

– Безусловно, такой раздел необходим. Пусть под одной крышей соберутся красные, белые, зелёные. Пусть они будут наконец-то рядом. Это будет символ примирения.

Беседу вела Ирина ТИШИНА

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии:

Кого мы растим?

Общество

Кого мы растим?

ЛАБИРИНТЫ ДЕТСТВА

Изматывающие учебные программы превращают нынешних школьников в биороботов

– Деточка, ты, наверное, соскучилась по школе? – спросила медовым голосом старушка девочку с портфелем на спине в лифте в 8 часов утра 11 января, в первый день после каникул.

– Нет! – яростно отчеканила Лера, моя соседка 13 лет. И в тысячах лифтов, подъездов и городов эхом прокатился подобный вопрос и стандартный ответ.

…Пото