/ Language: Русский / Genre:love_contemporary, / Series: Любовный рома

Лотерея Любви

Ли Майклс

У Эдисон Новак есть, кажется, все: престижная работа, друзья, блестящая карьерная перспектива. Ей не хватает лишь одного: ребенка, да только проблема в том, что замужество в планы Эдисон не входит… Но вот судьба сводит ее с Логаном Кавенагом — молодым врачом, которому в силу обстоятельств необходимо как можно скорее… жениться. Сумеет ли Логан сломить стойкое предубеждение Эдисон против замужества и семейной жизни?

ru en И. Овсянникова Black Jack FB Tools 2005-06-21 OCR Eleanorlib 256D28B8-DD5B-476F-BE04-A68370A0893E 1.0 Майклс Л. Лотерея любви ОАО Издательство «Радуга» М. 2001 5-05-005260-2

Ли МАЙКЛС

ЛОТЕРЕЯ ЛЮБВИ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Куда бы Элисон Новак ни взглянула сегодня, первое, что бросалось ей в глаза, были дети. В супермаркете они восторженно разглядывали товары в ярких упаковках и использовали любую возможность, чтобы стащить приглянувшуюся вещь с полки, стоило только родителям отвернуться в сторону. В парке по дороге на работу Элисон заметила малышей постарше, которые отважно пробирались сквозь густую траву лужайки, словно это был настоящий тропический лес. Совсем маленькие крошки в это время увлеченно рылись в песке, возводя замки и причудливые куличи. Даже в офисе одной из клиенток в коляске мирно дремала парочка пухленьких двойняшек-ангелочков с розовыми щечками.

Несмотря на все эти картинки из жизни города, мисс Новак была твердо убеждена, что увиденное — вовсе не свидетельство демографического взрыва, потрясшего Чикаго. Просто когда человек о чем-то все время думает или к чему-то страстно стремится, то это нечто постоянно попадается ему на глаза. А Элисон страстно желала родить ребенка, и все ее планы и мечты на будущее были связаны с еще не родившимся малышом.

Именно сегодня, в этот солнечный погожий денек, она вдруг ясно ощутила, что стремление быть матерью стало главным для нее, овладело всем существом, превратилось в безудержное, всепоглощающее желание, которое от долгого ожидания становилось только сильнее.

И словно в ответ на душевные муки где-то внизу живота возникла резкая острая боль, которая мучила женщину уже несколько недель, то разгораясь, то затихая. На этот раз приступ оказался сильнее всех предыдущих: боль пронзила все тело, отозвалась в спине и шее; на верхней губе выступили капельки пота. Элисон пришлось резко поменять планы и вместо возвращения в офис поскорее добраться до ближайшего бара — заведения Флэнегана, где через полчаса у нее было назначено очередное деловое совещание с партнершами по бизнесу. В маленьком зале заведения было тихо и прохладно, и мисс Новак надеялась постепенно прийти в себя и встретить подруг-компаньонок из “Триад Паблик Рилейшнз” бодрой и готовой к обсуждению. Эти планерки по пятницам были неотъемлемой частью их работы.

Элисон погрузилась в мягкую негу дивана в кабинке недалеко от входа, заказала минеральной воды с ломтиком лимона, закрыла глаза и полностью погрузилась в свои ощущения. Она надеялась, что боль сама пройдет через какое-то время. Однако на этот раз мучения вовсе не хотели оставлять Элисон. Боль была настолько сильной, что она никак не могла заставить себя открыть глаза и вернуться к действительности. Она не заметила, как официантка поставила перед ней напиток, как через несколько минут пришли ее подруги. Поэтому встревоженный голос Сусанны грянул для нее как гром среди ясного неба.

— Ты задремала, Эли? — с нескрываемым беспокойством в голосе спросила Сусанна.

Элисон быстро открыла глаза и постаралась выпрямиться, отчего все вокруг вдруг качнулось и поплыло. И все-таки она произнесла бодро и весело:

— Все в порядке, Сью. О чем это вы с Кит беседовали?

Партнерши вздохнули с облегчением. Сусанна пояснила:

— Я рассказывала Китти о том, что случилось сегодня днем в Деборновском музее. Какой-то хулиган испортил самую ценную картину в экспозиции современной живописи.

— Ты имеешь в виду полотно Эванса Джексона? — В голосе Элисон прозвучало скорее удивление, чем сочувствие. — По-моему, это произведение сделать хуже уже ничто не сможет.

Сидевшая напротив Кит не удержалась и весело рассмеялась:

— Твоя реакция полностью совпадает с моей. Не понимаю, как в данном случае можно вести речь о порче произведения искусства. Да это же просто белый холст с кое-как наляпанными пятнами красной краски!

— Китти, прекрати, пожалуйста! Эли имела в виду совсем другое! — гневно прервала подругу Сусанна — большая поклонница современного искусства и таланта Джексона. — Представляешь, кто-то принес на выставку банку краски с распылителем и исправил картину на свой вкус.

— Наверное, теперь на нее хоть стало можно смотреть, — буркнула себе под нос Кит. Сусанна нахмурилась:

— Ты решительно ничего не понимаешь в современном искусстве.

Она сурово посмотрела на любимую подругу, но через несколько секунд не выдержала и сама задорно рассмеялась.

— Ты права, Китти! И уж признаюсь вам, девочки, честно: с новыми дополнениями картина выглядит, по-моему, намного лучше. Во всяком случае, она стала не такой унылой. Главный вопрос, однако, в том, что произведение застраховано на полмиллиона долларов, и скандал по этому поводу, разумеется, будет колоссальный. Кстати, Эли, а почему мы сидим не на обычном месте? — вдруг заметила Сусанна.

— Здесь лучше проветривается и, кроме того, из окна открывается чудесный вид, вы не находите? Скоро наступит осень, надо ловить каждый миг погожего дня. — Эдисон не стала объяснять, что просто не смогла добраться до другого столика из-за боли.

— Да, ты права, — поддержала подругу Кит. — Только что-то ты очень бледная, Эли. Ты шла сюда пешком?

— Конечно, ведь сейчас час пик, и такси не поймаешь. А мне так не хотелось опоздать…

— Не лукавь, Эли. Дело не в прогулке. Долгая ходьба вызывает румянец, а не бледность, — перебила Сусанна, не сводя глаз с подруги.

Брови Кит чуть приподнялись вверх.

— Господи, конечно, ты права, Сью. Эли, ты, правда, хорошо себя чувствуешь?

Сусанна неторопливо отпила вина из бокала и заметила:

— Эли выглядит нездоровой уже несколько недель. Я еще подумала, что она стала похожа на древнекитайскую куклу, знаете, с таким фарфоровым лицом и угольно-черными волосами…

— Послушайте, это просто бестактно — обсуждать меня так, словно меня здесь нет! Со мной все хорошо. Я просто устала после рабочей недели, — прервала подругу Элисон.

Подруги ей явно не поверили, однако перестали расспрашивать о здоровье. Кит перешла к деловым планам:

— Сусанна и я обсудили ряд отличных идей по организации и налаживанию работы Клуба знакомств для одиноких людей.

— Вы же знаете, я с самого начала была против данной затеи.

— Мы помним об этом. Но ведь именно ты предложила искать спонсора для Клуба среди владельцев ресторанов, — отозвалась Сусанна. — И мы ухватились за эту идею.

— Едва ли эти лестные слова изменят мое отношение к проекту в целом. Кроме того, я не могу отдавать все свое время делу, в которое не верю и сама мысль о котором вызывает у меня лишь улыбку.

— Ах, даже так? — пробормотала Кит. — Какой же из тебя тогда помощник рекламного агента? Да, в нашей работе всегда присутствует элемент нелепого и забавного. Если ты полагаешь, что я была в восторге, создавая рекламу нового аквапарка, в которой стайка утят по замыслу режиссера должна исполнять причудливый танец, то ты глубоко заблуждаешься!

— Но саму идею аквапарка ты ведь одобряла, — заметила Эдисон.

— Это не меняет сути вопроса. И, кроме того, не можешь же ты рассчитывать, что Клубом займусь я или Сусанна! — возмутилась Кит. — Эта работка явно для тебя, дорогая! Ведь из нас троих только ты не замужем!

— Но это же нелепо! — возмутилась Эдисон. — Если вы думаете…

Завершить фразу она не успела — на этот раз боль возникла не постепенно, по нарастающей, а как будто со всей силы ударила ножом в низ живота. Такого сильного приступа у Эдисон еще не было ни разу. Она согнулась буквально пополам, прижав обе ладони к больному месту.

Сусанна переглянулась с Кит:

— В больницу, как ты думаешь?

— Нет! — отчаянно вскрикнула Элисон, изо всех сил стараясь сесть прямо, и тут же добавила: — Уже прошло.

— Ты уверена? — скептически поинтересовалась Кит.

— Да, сначала боль всегда очень сильная, но через несколько секунд становится слабее, — пробормотала больная.

— Ага, значит, это не в первый раз. И как долго это продолжается?

— Несколько недель, — ответила Сусанна за Элисон. — Как раз когда у тебя начались утренние недомогания, Кит, у Эли…

Будь самочувствие Элисон получше, она бы от всей души посмеялась над сомнениями подруг, но сейчас ей было не до веселья.

— Я не беременна. Это спазмы, колики или что-то в этом роде.

— Рада, что ты сама смогла поставить себе диагноз, но давай на всякий случай сравним его с заключением врача-профессионала, — строго сказала Кит. — Ты не могла бы подогнать свою машину к выходу, Сью?

— Может, лучше сразу вызвать “скорую”? — откликнулась Сусанна.

— Может, и лучше, но она не возьмет нас с пациентом. Поэтому твоя машина нам понадобится в любом случае.

Сусанна кивнула и поспешила на стоянку перед баром. Кит же вытащила из сумочки сотовый телефон.

— Ох, ради Бога, не надо… — попыталась вмешаться Элисон.

— Я собираюсь позвонить не просто врачу, а своему хорошему другу, — успокоила подругу Кит. — К тому же он первоклассный специалист в области гинекологии.

— Я же сказала, что не беременна!

— Да. Но тебе все равно придется проконсультироваться у гинеколога. Кроме того, Логан — единственный известный мне доктор, которого можно застать на рабочем месте в пятницу после шести вечера.

И Кит полностью переключилась на телефонные переговоры. Закончив, она ободряюще улыбнулась и сказала:

— Нам повезло. Логан в ближайшей от нас больнице принимает роды и с минуты на минуту освободится.

В этот момент к ним подбежала Сусанна и сообщила, что машина ждет у дверей. Они вдвоем дотащили Эдисон до входа, несмотря на упорное сопротивление подруги.

В мягком кресле машины Элисон как будто стало лучше, но найти положение, в котором боль была бы не такой резкой, ей так и не удалось. Она с огромным трудом подавила желание подтянуть колени к груди и расплакаться. Боль с каждой минутой становилась все мучительнее.

В приемном отделении больницы Сусанна сразу же пошла оформлять необходимые документы, а Кит осталась в коридоре дожидаться результатов осмотра Элисон.

* * *

Когда доктора отошли от больной, тихонько совещаясь и озабоченно качая головой, Элисон наконец полностью осознала, что весь этот кошмар происходит именно с ней. Слезы отчаяния брызнули из глаз и солеными струйками потекли по бледным щекам. В этот момент вошла Кит и нежно взяла подругу за руку.

— Опять приступ? — сочувственно поинтересовалась она. — Если тебе так легче, сожми посильнее мою кисть.

— Нет, дело не в боли, — тихо отозвалась Элисон. — Я виню себя за глупое поведение. Думала, если не обращать внимания на боль и не ходить к врачам, то болезнь пройдет сама. Глупо!

— Разумеется, но сейчас не самый подходящий момент заниматься самобичеванием, Эли. Легче тебе от этого ведь не станет, — взволнованно откликнулась Кит.

— А по-моему, сейчас самое время как следует отругать ее, — включилась в разговор Сусанна, заходя в смотровой кабинет. — Эли вполне этого заслуживает!

Она подошла и, заботливо убрав прядь влажных темных волос со лба подруги, уже ласково добавила:

— Все будет хорошо, Эли, не переживай! — И заметила игриво: — Я только что случайно встретилась с твоим доктором. Так вот, скажу тебе честно: он просто красавчик. Тебе бы позавидовала любая девушка.

В этот момент дверь в кабинет открылась, и разговор прервался. Элисон обернулась, чтобы посмотреть на врача, но яркий свет ламп над смотровым столом не давал ничего толком рассмотреть. К тому же все ее внимание было сконцентрировано на боли, и внешние данные доктора Кавенага поневоле отошли на второй план.

Однако, когда тот наклонился над ней, Элисон должна была признать, что он действительно необычайно привлекателен, если не сказать — красив…

Доктор Логан Кавенаг был высок, зеленая операционная форма очень шла ему, подчеркивая темную зелень лучистых глаз, оттененных черными ресницами. Копна густых каштановых волос была чуть длиннее, чем полагалось бы иметь медику. Худое лицо, с волевым подбородком и плотно сжатыми губами, излучало доброжелательность. Врач тоже пристально разглядывал пациентку, но его мотивы были иными: он прикидывал в уме возможный диагноз при подобных симптомах. Затем доктор обратился к Эдисон:

— Пожалуйста, еще раз опишите свои ощущения. Больше всего болит вот здесь, не так ли?

Еще раз выслушав рассказ больной и ее подруг, Логан приступил к осмотру. Элисон впоследствии пришла к выводу, что, если бы она лежала на смотровом столе в ином положении, ничего бы не произошло. Но, распластанная на спине, она при прикосновении доктора Кавенага ощутила такую невыносимую боль в животе, словно в нее разом воткнули несколько кинжалов. Поэтому первым инстинктивным порывом было защитить больное место. Женщина попыталась подняться — и в этом рывке со всей силы ударила головой врача в подбородок, причем так, что у нее самой от столкновения голова пошла кругом.

Логан Кавенаг отпрянул от смотрового стола.

— Полагаю, что правильно нашел болевую точку. — Голос медика звучал ровно, ничем не выдавая его реакции. — Прошу простить меня, я на минуту выйду. — Он чуть отвел руку от лица, и женщины увидели, что все пальцы врача в крови.

Элисон без сил опустилась на прежнее место. Живот теперь болел постоянно, к этому прибавились головные спазмы, и даже дышать почему-то стало трудно.

— Ну и ну! Ты отбила атаку противника по всем позициям! Мне ни разу в жизни не приходилось таким образом отделываться от мужчины, — развеселилась Сусанна.

Несмотря на мучения, Элисон тоже не удержалась от смеха, хотя он, скорее, напоминал рыдания.

Логан вернулся меньше чем через минуту. К губе он прижимал кусочек льда, завернутого в марлю.

— Итак, полагаю, у вас острейший приступ аппендицита, который мне когда-либо случалось диагностировать. Я уже вызвал дежурного хирурга, но до его прихода мы должны кое-что выяснить. У вас есть аллергия на какие-либо лекарства?

Элисон отрицательно покачала головой.

— Но есть ли у нас время, чтобы дожидаться другого врача? Может быть, вы сами справитесь? — встревожено спросила Кит.

Во взгляде доктора загорелись веселые огоньки.

— Что?! Вы хотите, чтобы я добровольно провел целый час в одной комнате с такой пациенткой, да еще держа в руках скальпель? — Голос врача был полон добродушного юмора, однако Элисон все равно нахмурилась. Заметив это, Логан продолжил уже серьезным тоном: — Не беспокойтесь. Хирург придет очень быстро, а мы к этому времени успеем сделать всю подготовительную работу…

— Но это не аппендицит, — вдруг твердо и уверенно прервала доктора больная.

Воцарившуюся после этого заявления тишину можно было назвать пронзительной… И Кит и Сусанна почувствовали себя неловко.

— Простите, коллега, за неверный диагноз. — Логан даже не пытался скрыть сарказм в голосе, слегка передразнивая интонацию Эдисон. — Какова же ваша версия?

Сусанна вмешалась в конфликт:

— Простите, доктор Кавенаг, наша подруга просто не в себе из-за боли. Раньше она ничего подобного себе не позволяла.

— Эли, — устало добавила Кит, — тебе не следует читать так много популярной медицинской литературы!

Разговор был прерван приходом хирурга, коротко остриженной рыжеволосой женщины, по лицу которой солнце словно рассыпало горсть веснушек. Походка ее была стремительна, движения — резки.

— Добрый день, — улыбнулась она. — Меня зовут Сара Уильямс, я штатный хирург этой больницы. Если не возражаете, я осмотрю вас. — Повернув голову в сторону Кавенага, она задорно обратилась к нему: — Благодарю, доктор, вы сорвали мои планы на вечер. А в них, между прочим, входило приятное свидание!

— Не слишком ли много внимания ты уделяешь этому парню, Сара? Стоит ли он твоего драгоценного времени? — в тон ей ответил Логан. И, заметив, что Сара приступает к осмотру Эдисон, шутливо предупредил, дотронувшись до припухшей губы: — Будь поосторожнее с этой пациенткой!

— Ступай, дружок. Мы тут сами разберемся, — бросила Сара, не отрывая глаз от больной.

Однако Логан не спешил удалиться. Он остановился в дверях кабинета, вполголоса беседуя с Кит. Эдисон не слышала их разговора, да ей было и не до того — слишком плохо она себя чувствовала. Подошла медсестра и сделала анестезию; через какое-то время Эдисон уже с трудом различала голоса и лица в палате, и постепенно все вокруг погрузилось в мрак.

* * *

Элисон медленно приходила в себя, стараясь сосредоточиться на своих послеоперационных ощущениях. Боль не прошла, но характер ее изменился — она перестала быть резкой и острой, как удары ножа, но стала ноющей и преследовала свою жертву неотступно, пока та отходила от наркоза. Эдисон пыталась поскорее сбросить с себя наркотические грезы, которые казались ей гораздо более мучительными, чем физические страдания. Однако дремота вновь и вновь затягивала ее сознание в кошмарный сон, как пловца-неудачника — в речной омут.

Наконец женщине все же удалось приоткрыть глаза, и она увидела свет ламп, больничную обстановку и встревоженное лицо Сусанны, склонившейся над ней. Подруга обрадовалась ее пробуждению и радостно заворковала что-то ободряющее.

— Сейчас ведь, наверное, уже ночь? Что ты здесь делаешь? — удивилась Эдисон.

— Я твоя ночная сиделка, — нежно отозвалась Сусанна. — Охраняю твой покой. — В ее глазах промелькнул веселый огонек. — Мы с Кит ни за что не оставим тебя здесь! Твоим вчерашним буйным поведением ты распугала весь медицинский персонал, и найти тебе другую сиделку все равно бы не получилось…

— Значит, у меня действительно был аппендицит? — с трудом выдавши из себя Элисон.

— Разумеется, дорогая! И почему ты так накинулась на несчастного врача, утверждая, что диагноз якобы неверен?

— Потому что боль была в “неположенном месте”. А кроме того, и другие симптомы не совпадали… Так, значит, все-таки аппендицит!

Тяжелый ком страха, который возник где-то в груди Элисон, когда она впервые сверила свои ощущения с описаниями в популярном медицинском справочнике, начал таять, и сама она испытала невероятное облегчение. Затем черная глубина сна вновь окутала ее, но теперь это была спокойная дремота, а не пугающие видения.

* * *

Наутро все произошедшее накануне казалось Элисон Новак дурным сном, оставившим после себя легкий дурман анестезии и неспособность свободно передвигаться по палате. Каждый шаг стоил неимоверных усилий, и это при том, что одной рукой она опиралась на специальную стойку на колесиках, а другой — на плечо верной подруги — Сусанны или Кит, в зависимости от того, кто из них находился рядом.

Однако, несмотря на все трудности, Элисон твердо решила как можно скорее вернуться к нормальному образу жизни. После усердной утренней тренировки в палате Элисон усаживалась в специально оборудованное кресло, с которого было удобно вставать, и позволяла себе отдохнуть какое-то время. Следующим маршрутом всегда были коридор и холл больницы.

Из окна палаты открывался довольно унылый вид на больничный дворик — пыльный, обнесенный кирпичным забором. Не найдя ничего интересного в пейзаже, Элисон переключилась на собственные мысли, воскрешая в памяти картину своей болезни с самых первых дней. “Да, для разумной женщины, какой я себя до последнего момента считала, мое поведение было крайне глупым”, — хмуро констатировала она наконец.

Стук в дверь прервал эти невеселые мысли.

— Войдите, — машинально отозвалась Элисон.

Логан Кавенаг в элегантных черных брюках и белоснежной рубашке с улыбкой переступил порог палаты.

— Я зашел проведать вас, — приветливо поздоровавшись, сказал он, усаживаясь на стул рядом с креслом Элисон. — Как вы себя чувствуете?

— Полагаю, меня уже можно включать в состав сборной команды по футболу! — бодро отозвалась больная.

— Отлично! Очень рад это слышать!

Элисон смогла теперь как следует рассмотреть Логана Кавенага. Несмотря на хорошее настроение, вид у него был крайне усталый: под глазами легли тени, и каждый раз, когда он улыбался, вокруг его рта появлялись чуть заметные морщинки. Элисон опустила взгляд, и ее тут же обожгло чувство вины — верхняя губа врача довольно сильно припухла, и на ней четко была видна полоска шрама.

— Полагаю, вы только что принимали роды? — спросила она.

— Как всегда. За последнюю неделю на моем счету уже семнадцать детишек.

— У вас когда-нибудь бывают перерывы в работе?

— Теоретически да. Но мне бы вряд ли удалось убедить своих пациенток, чтобы они рожали в строгом соответствии с графиком моих дежурств.

— Да, теперь мне ясно.

Логан чуть подвинулся на стуле вперед и серьезно посмотрел на Элисон.

— Я пришел, чтобы извиниться за вчерашнее поведение: я наговорил много лишнего.

— Я не совсем понимаю…

— Я имею в виду неуместную остроту о нежелании находиться с вами в одной комнате со скальпелем в руках. Мы были знакомы всего три минуты, и в мою задачу входил только первичный осмотр и передача всех необходимых данных Саре Уильямс. Поэтому, конечно, я не должен был так подтрунивать над вами.

— Да, но у вас были на то все основания. И простите меня за разбитую губу, — Элисон тяжело вздохнула. — Спасибо, что навестили меня сегодня, несмотря на вашу занятость и… на то, что я далеко не идеальный пациент.

— Вы имеете в виду наш спор по поводу диагноза? — живо откликнулся Логан. — Знаете, а мне ужасно любопытно узнать ваше мнение.

Элисон задумчиво взглянула на дворик за окном.

— Я постепенно исключила все варианты, кроме аднексита, — наконец проговорила она.

— Но ведь это заболевание не менее опасно, чем острый аппендицит! — воскликнул врач.

— Я знаю, — вздохнула мисс Новак.

— Очевидно, ваш медицинский справочник — просто кладезь полезной информации, раз издатели включили в перечень столь редкие заболевания. — В голосе Логана послышался юмор.

Эти веселые нотки рассердили пациентку.

— Я вовсе не ипохондрик, выискивающий для себя в справочниках редкие болезни. Просто мои симптомы в точности совпадали с описанием именно этого заболевания. Я всегда считала себя достаточно образованной женщиной…

— Которая, не зная различий между аппендицитом и аднекситом, тем не менее поставила себе диагноз. Да знаете ли вы, насколько близки были от гибели? Еще один — два дня, и…

— Вы, кажется, только что извинялись за непозволительное поведение, доктор Кавенаг! — Голос Элисон звучал возмущенно.

— Ничего. Я натравлю на вас Сару: уж она-то сумеет вам объяснить, насколько опасно пренебрегать консультациями врача! Пусть она объяснит вам, как следует заботиться о своем здоровье, у меня же просто не хватает слов! Я ухожу! До свидания!

Совершенно позабыв про свежий шов на животе, Элисон в гневе попыталась вскочить с кровати и тут же упала обратно. Глаза ее широко открылись от боли и ужаса. Она боялась пошевелиться и беззвучно хватала ртом воздух, стараясь ровным дыханием унять острую боль.

Логан выбежал из палаты, даже не прикрыв за собой дверь, поэтому Кит просто без стука вошла в широкий проем. Она стремительно подошла к кровати, поставила на пол сумку со всеми необходимыми для ночного дежурства вещами и обратилась к подруге.

— Ну, сегодня ты выглядишь намного лучше, бледность уже почти совсем прошла! — бодро начала Кит. — Знаешь, на полпути сюда я встретила Логана, но он очень спешил. Надеюсь, ты не устроила сегодня второй раунд по боксу? Смотри, он так долго не продержится.

— Я и вчера не умышленно ударила его, это получилось случайно… — начала было Элисон.

Тут ее взгляд упал на сумку возле кровати. Заметив это, Кит пояснила:

— Ты оставила свою сумку в машине Сусанны, я взяла ключи и съездила к тебе домой. Твои кошки были очень рады меня видеть. Я их покормила и налила свежей воды в блюдце, так что можешь не волноваться.

Элисон была потрясена. Со слезами в голосе она воскликнула:

— Боже мой! И как я могла забыть о своих любимых кошечках!

— Не беспокойся, дорогая, — сразу начала утешать больную подруга. — Я не только дала им еду, но и поиграла с ними, поэтому и приехала так поздно. И еще собрала все необходимое на случай, если тебя сегодня выпишут. Да! Еще я привезла твой любимый медицинский справочник! Теперь можешь перечитать его заново. Если хочешь, мы можем попросить Логана проконсультировать тебя по всем вопросам.

В глазах Элисон промелькнул страх, когда она представила себе еще один разговор с доктором Кавенагом.

— Ох, нет, не надо! Доктор Кавенаг ведет себя грубо и бестактно по отношению ко мне, и я…

— Этот мужчина — чудесный человек! — С этими словами Сара Уильямс пересекла палату, держа в руках медицинскую карту Элисон. — Как вы себя чувствуете, мисс Новак? Хорошо? Медсестры доложили мне, что вы очень быстро идете на поправку. Поэтому полагаю, что мы уже можем вас выписать. Разумеется, вам придется постоянно помнить о ряде ограничений в режиме на ближайшее время. Сестра вручит вам памятку. Вы живете одна?

Кит поспешила вмешаться в беседу:

— Я заберу ее к себе на несколько дней.

Врач одобрительно кивнула и через минуту, попрощавшись с Кит и Элисон, своей легкой стремительной походкой удалилась из палаты.

— Послушай, Кит, дорогая, я прекрасно себя чувствую, и тебе вовсе не обязательно становиться моей сиделкой, — заметила Элисон.

Кит нагнулась и подняла сумку с пола, затем осторожно поставила ее на край кровати. И только после этого обернулась к подруге.

— Знаешь, Эли, иногда мне кажется, что тебе вообще никто не нужен, — тихо сказала она.

В ее голосе прозвучала такая печаль и горечь, что на глаза Элисон мгновенно навернулись слезы. Но она сразу же осудила себя за сентиментальность и попыталась незаметно сморгнуть предательскую влагу. Взяв себя в руки, она тихо проговорила:

— Прости, Китти. Я хочу, чтобы ты знала: я очень благодарна тебе за все. Не сердись на меня, хорошо?

Слова Кит глубоко запали в душу Элисон и непрерывно звучали в ушах по дороге через весь город к тихому району возле озера, где стоял бьюик подруги. Даже несмотря на оживленную болтовню Китти в машине, эта фраза никак не шла из головы Элисон.

“Но ведь это неправда, — мысленно повторяла она. — Я очень хочу встретить человека, которого могла бы любить всю жизнь”.

* * *

Удобно откинувшись в мягком кресле, Эдисон любовалась пейзажем. Бескрайняя водная гладь, ласковое весеннее солнышко, парусные лодки — со всех сторон ее окружали чистые яркие краски. Она отдыхала после душа. Однако через несколько минут Элисон встала и, натянув мягкий шерстяной спортивный костюм, проковыляла на кухню.

Кит подняла голову от доски, на которой аккуратными квадратиками нарезала ветчину и лук.

— Доброе утро, Эли, — приветствовала она подругу. — Хочешь омлет на завтрак?

— Доброе утро, дорогая. Ты меня совсем избалуешь! — Элисон опустилась на стул возле накрытого к завтраку стола. — Тебе ведь еще столько всего надо приготовить для сегодняшнего приема.

— Я все еще сомневаюсь — не отменить ли нам его совсем? — неуверенно сказала Кит.

— Ни в коем случае. Нельзя так поступать за два часа до прихода гостей. Никто просто не поймет подобного отказа. Ведь ты назначила эту встречу много недель назад.

— Да, но главное для нас всех сейчас — твое здоровье, — твердо ответила подруга.

— Я прекрасно отдохну на террасе несколько часов, никому не мешая, и там никто не сможет помешать мне. Если же кто-нибудь пройдет туда, я быстренько уйду в свою комнату, ведь она выходит как раз на террасу.

— Ты точно не хочешь посидеть за общим столом?

— Нет, дорогая. Все будет в полном порядке, не волнуйся!

Терраса была чудесная. Она тянулась вдоль всего фасада дома Уэбстеров, и с нее открывался изумительный вид на озеро. Элисон выбрала себе удобный шезлонг в укромном уголочке и начала читать роман, найденный на книжной полке в комнате для гостей. Однако ее внимание постоянно притягивало озеро, гипнотизирующий ритм волн, катящихся куда-то к линии горизонта. Вечность. Вчера она так близко подошла к ней. Впрочем, все уже позади, и не стоит терзать себя неприятными воспоминаниями. Она должна благодарить судьбу за то, что все окончилось так удачно. Зато следует помнить о своем глупом нежелании обратиться за помощью к врачу. Хотя здесь есть свое оправдание. Она очень боялась услышать от доктора, что не сможет стать матерью… Этот страх и безудержное желание родить ребенка шли рука об руку так долго…

Стремление иметь дитя пришло вместе с осознанием того, как быстро убегает время. Обе подруги вышли замуж и занялись обустройством своих гнездышек. Обе были на седьмом небе от счастья. Кит просто светилась, вынашивая своего первенца, да и вся атмосфера “Триад”, казалось, была переполнена восторгами и радостными предвкушениями. Эти перемены заставили заработать биологические часы Эдисон. Она была на пару лет старше подруг и уже начинала ощущать дискомфорт от своего одиночества. Отсюда и возник жуткий страх — вдруг она вообще никогда не станет матерью? Теперь, когда ее здоровье в полном порядке, остается еще одна довольно серьезная проблема. Эдисон не замужем, и подходящей кандидатуры на примете нет. Да, поклонников у нее масса, но ведь это же совсем другое дело…

Элисон встала, подошла к перилам, заглянула вниз и тут же отпрянула. “Кит не сможет оставить малыша без присмотра ни на одну минуту”, — подумала Элисон, с тревогой скользнув взглядом по крутому спуску к озеру. Вот ее дом находится на равнине, значит, и такой опасности ее крошка подвергаться не будет.

Вернувшись к мечтам о детях, женщина не услышала шаги позади себя.

— Надеюсь, вы не строите план самоубийства? — раздался веселый голос Логана Кавенага.

Столь неожиданное вторжение в мир грез заставило Элисон совершенно позабыть о шве. Она быстро обернулась к собеседнику и тут же пошатнулась от резкой боли. Логан стремительно шагнул к ней и бережно поддержал ее под руку. Мучаясь от боли и досады на себя за неосмотрительное поведение, Элисон все же не смогла не отметить, что доктор Кавенаг, одетый на сей раз по случаю приема в дорогой костюм и нарядный галстук, выглядел необыкновенно элегантно и был, несомненно, очень красив.

— Вам нет нужды удерживать меня силой, я не самоубийца, — в тон ему шутливо заметила наконец Элисон.

— Вот и отлично. Сара сказала, что сделала разрез очень маленьким и аккуратным, так что вы сможете носить бикини. Жаль, если столько усилий пропадет зря.

Руки Логана по-прежнему удерживали Элисон, он стоял совсем рядом и не спешил ее отпускать. Женщина ощущала его тепло через тонкую ткань своего спортивного костюма, его легкое дыхание возле виска. “Надо сказать что-то резкое, чтобы он отпустил меня и отошел”, — лихорадочно размышляла Элисон. И вдруг ей пришло в голову, что перед ней находится человек, способный решить все ее проблемы. В следующее мгновение она неожиданно для самой себя произнесла:

— Доктор Кавенаг, вы не могли бы помочь мне родить ребенка?

ГЛАВА ВТОРАЯ

Вряд ли какая-нибудь другая фраза смогла бы отпугнуть Логана с такой силой, как это внезапное предложение. Помочь ей завести ребенка! Только выработанная годами привычка сохранять спокойствие в самых невероятных ситуациях помогла доктору Кавенагу сохранить вежливое выражение лица и не отпрянуть в ужасе от собеседницы. Но Эдисон уже поняла всю двусмысленность своего вопроса и быстро пояснила:

— Не обольщайтесь, я не прошу вас стать отцом моего малыша!

— Пожалуй, именно это предложение меня бы обрадовало, — тихо пробормотал врач, затем, громко спросил: — То есть вы хотите, чтобы я помог вам забеременеть, как это делают сейчас многие бесплодные пары?

Элисон сделала глубокий вдох и кивнула.

— В таком случае простите за глупый вопрос: что вас не устраивает в обычном способе зачатия? — Голос Логана звучал озадаченно.

— Мне не хотелось бы давать объяснения по этому поводу. Так вы мне поможете? Взгляд доктора стал задумчивым.

— Без ваших разъяснений? Нет. Я уж лучше переплыву озеро Мичиган во время шторма. — Скрестив руки на груди, он добавил: — Мое решение будет целиком зависеть от ваших доводов. Кроме того, мне ужасно любопытно их услышать.

Элисон тяжело вздохнула и облизала разом пересохшие от волнения губы. Она все еще колебалась, давать ли ей ответ на столь щекотливый вопрос.

“Не трусь!” — мысленно приказала она сама себе.

Доводы Элисон были просты и разумны, вот только изложить их сейчас Логану оказалось почему-то невероятно трудно. Доктор Кавенаг пристально разглядывал собеседницу, и этот взгляд сильно смущал ее. “Интересно, он сейчас прикидывает возможный диагноз или раздумывает, в здравом ли я уме?” — с тревогой размышляла Элисон.

Взгляд доктора был явно неравнодушным. Ничего, в конце концов, сегодняшнее положение Элисон не сравнить с ситуацией при их первой встрече. Да и выглядит она сейчас несравненно лучше. Интересно, что теперь о ней думает Логан Кавенаг?

И, словно отвечая на эти мысли, он чуть передвинулся вдоль перил террасы и сказал:

— Если вы собираетесь мне поведать, что в вашей жизни на данном этапе нет ни одного подходящего мужчины, то не трудитесь, я все равно вам не поверю! — Речь врача звучала не как комплимент, а как констатация факта.

Элисон отрицательно качнула головой.

— Нет, в моей жизни были и есть мужчины. Боюсь только, что их слишком много.

Логан нахмурился:

— Но этому следовало бы только радоваться. Что же тогда не так? Попробую угадать. Вы боитесь обидеть всех своих поклонников, если отдадите предпочтение кому-то одному?

Элисон пояснила:

— У меня масса знакомых мужчин. Но все они — лишь мои друзья. Я хотела бы, чтобы и после рождения малютки они остались моими добрыми и преданными товарищами. Если я сближусь с кем-либо из них, о дружбе придется забыть, вы меня понимаете?

— Ах, вот оно что! И ни одному из них нельзя доверить роль отца ребенка?

— Да. Иначе после он сможет предъявить свои права на дитя. Возникнут всевозможные проблемы.

— Но если вовлечь в интимные отношения не одного мужчину, а нескольких, то никто не будет знать, от кого именно родился ребенок! — весело предложил Логан.

Голос Эдисон зазвенел от возмущения:

— Мне не нужна лекция о способах зачатия, доктор Кавенаг!

— Простите. Конечно, вы правы, ведь есть ДНК-тесты для выявления отцовства. Хотел лишь посоветовать… Что ж, продолжайте, пожалуйста.

— Это мне не подходит. Материально я прекрасно обеспечена, ребенок не будет ни в чем нуждаться, позже ему перейдет мой бизнес. А я, без сомнения, смогу стать достойной матерью!..

— Матерью-одиночкой. А вдруг малыш захочет иметь папу?

— Вы думаете? Доказано, что большинству детей лучше живется с одним из родителей. Во многих семьях проблемы возникают не из-за отсутствия одного из родителей, а из-за конфликтов между отцом и матерью.

Выражение лица Логана ясно говорило, что он не согласен с подобным утверждением, но он воздержался от комментариев.

— Я просто очень хочу иметь ребенка, — еще раз терпеливо пояснила Эдисон. — Мне вовсе не нужен мужчина, который постоянно вторгался бы в мою жизнь или в судьбу моей дочери или сына. Не собираюсь ни с кем советоваться по поводу того, какую прическу сделать крошке, как не желаю и утрясать отцовские визиты по выходным! Разве мои тревоги беспочвенны? Я с огромной радостью заключила бы договор с будущим папашей, что откажусь от его материальной помощи, а он взамен не станет вспоминать о своих правах на чадо.

— Но многие мужчины, без сомнения, сочтут эту сделку выгодной, — заметил доктор Кавенаг.

— Казалось бы, это так. Но… На свое слово я, безусловно, могу положиться. Но где гарантия, что папочка не передумает или просто не обманет меня?

— Подпишите необходимые в таких случаях бумаги, — посоветовал мужчина.

— Разве это спасет от проблем? Разве суд примет во внимание какие-то отписки, если через год, два или пять лет отец захочет отобрать у меня ребенка? Даже усыновление порой может быть отменено в наши дни…

— Ваши аргументы весомы, мисс Новак, но…

— Так вы не поможете мне? — Элисон и не пыталась скрыть разочарование в голосе.

— Даже после нашей беседы мое мнение не изменилось: у вас нет медицинских показаний для решения проблемы зачатия неестественным путем. Совершенно незачем вмешиваться в самый древний процесс на земле… Вы — не моя пациентка. Я дам вам телефон нашей клиники, медсестра поможет вам найти координаты других специалистов, занимающихся данными вопросами. Возможно, кто-то из моих коллег будет сговорчивее…

Логан вынул из бумажника визитку и вложил в ладонь Элисон. Затем поцеловал ей руку и добавил:

— В любом случае спасибо вам за откровенность. Я не забуду этот разговор.

И широким шагом мужчина покинул террасу, а Эдисон осталась стоять у перил, сжимая в ладони клочок бумаги.

* * *

Прогулка от дома до офиса — внушительного здания, расположенного в фешенебельном районе Чикаго, — заняла у Эдисон чуть больше времени, чем она планировала. Все ее существо трепетало от волнения — сегодня она собиралась вернуться к обычному образу жизни.

Она толкнула парадную дверь и вошла в здание. Со дня операции прошло чуть больше недели, но ей показалось, что миновали годы. Женщина остановилась, чтобы перевести дух и заново насладиться атмосферой уюта и покоя, царящей здесь. Солнечные лучи, преломляясь через витражное стекло над дверью, рассыпались радугой по золотистому дубовому столу в холле и бежевому ковру, выстилающему ступени лестницы. Со второго этажа, из главного офиса, доносился веселый звонкий смех Кит. Из кухни по всему помещению плыл аромат свежесваренного кофе. Он смешивался с запахом проявителя. Фотографии, еще теплые после просушки, были аккуратно разложены на специальной подставке возле письменного стола секретаря.

Элисон сделала несколько шагов по направлению к кабинету Кит, и тут ее заметила секретарша. Она так стремительно рванулась навстречу, что едва не опрокинула огромную вазу с цветами.

— Доброе утро, Рита, — поздоровалась Элисон. — Надеюсь, что цветы от поклонника, а не от конкурирующей фирмы, которая решила переманить вас к себе на работу. Имейте в виду, мы вас без боя не отдадим! — шутливо обратилась к пожилой женщине Элисон. Щеки Риты зарделись.

— Этот букет — от сына, ко дню рождения, — с гордостью пояснила она. — А мы вас ждали только на следующей неделе, мисс Новак.

Элисон пожала плечами:

— Я ужасно скучала без работы. Кроме того, дома кошки постоянно прыгали ко мне на колени. Так что я решила, что для моего шва будет безопаснее побыть на рабочем месте. Я собираюсь пойти к себе и просмотреть почту. — Элисон забрала стопку писем на свое имя со стола Риты. — Я-то думала, что являюсь незаменимым сотрудником, а за неделю писем оказалось совсем немного…

— Здесь только послания, адресованные лично вам, — письма от друзей, которые не смогли дозвониться к вам домой, — улыбнулась секретарша.

Действительно, перед взором Элисон замелькали строчки с наилучшими пожеланиями скорейшего выздоровления, перемежающиеся веселыми шуточками давнего приятеля, Джейка. Рита добросовестно записала всю информацию, не пропустив ни единого слова. Роб Морроу передавал приглашение в оперу, замечая попутно, что это первый в истории случай, когда друг решился вырезать аппендицит, лишь бы не идти с ним на “Риголетто”. Элисон улыбнулась и отложила в сторону стопку писем. Чтение вызвало теплое чувство благодарности. У нее умные и отзывчивые друзья. Как хорошо, что они есть и она нужна им!

Как хорошо, что есть еще на свете мужчины, которые умеют ценить духовное общение с женщиной, не затрагивая при этом вопросы секса. И как только Логан не понимает, что нельзя попросить кого-нибудь из них помочь завести ребенка, ведь вся гармония сразу нарушится!

— Ваши партнеры отвечали все это время на деловые звонки, занимались продвижением видеоролика и организацией Клуба знакомств, — размеренно и деловито начала докладывать Элисон секретарь.

— Кто-то упоминал о моей работе? — раздался за спиной Риты низкий бархатный голос Кит. — Дорогая, что это ты здесь делаешь? Ведь тебе еще не разрешили садиться за руль! — пожурила она Элисон.

— Я и не пользовалась машиной. Доктор Уильямс порекомендовала мне начать выполнять легкие физические упражнения, поэтому я шла пешком, — пояснила Элисон.

— Да, но главное сейчас — не перетруждаться. Почему ты не попросила меня подвезти тебя?

— Ты бы не пустила меня на работу, — тут же парировала Элисон. — И вообще мне надоело сидеть дома!

Она и виду не показала, как трудно дается ей на самом деле каждое движение. Подъемы и спуски по лестницам, например. Кабинеты Кит и Сусанны располагались на верхнем этаже, Элисон же в свое время выбрала комнату внизу. И не прогадала. На ее рабочем месте всегда было тихо и тепло, суета сверху, из производственных помещений, сюда не доходила, и ничто здесь не мешало работе. А самое главное, кабинет этот был очень уютным — с массивными стенами, высокими окнами, вместительными книжными полками.

Элисон с удовольствием отметила, что за время ее отсутствия в кабинете все предметы остались на прежних местах. Ничто не тронуто. Полированная поверхность стола была блестящей и пустой, лишь блокнот для заметок, промокательная бумага, изящная ваза и подставка для ручек и карандашей. Все рабочие проекты аккуратно сложены в ящики стола. Видеоролик передан в руки редакторов, однако его нужно еще основательно доработать. До просмотра оставалась пара недель.

Клуб знакомств. Вот над чем придется потрудиться. За его организацию первое время отвечала Сусанна, однако после замужества по понятным причинам она уже не могла проводить вечера в обществе одиноких мужчин, жаждущих тесного общения. Поэтому проект перешел к Элисон. К тому же Сью за все время так и не удалось найти для него спонсоров. Подруги уже были готовы отказаться от идеи, как вдруг один из лучших ресторанов города объявил о своей заинтересованности в проекте. Этот шаг спонсора кардинально изменил ситуацию, от успеха предприятия теперь зависела репутация “Триад”.

Элисон открыла папку с материалами по Клубу и с головой ушла в чтение. У нее было одно железное правило: даже если ты не одобряешь саму идею, тем не менее обязан самым тщательным образом отработать все возможные варианты ее решения. Чем лучше разбираешься в вопросе, тем увереннее чувствуешь себя.

Эдисон точно не знала, сколько времени просидела над бумагами. Она оторвалась от работы, лишь чтобы взять в шкафчике очередную папку. Однако, попытавшись встать, она обнаружила, что не может стоять на ногах. От резкого движения заныл бок, и внезапно все поплыло перед глазами. С трудом добравшись до широкого кресла, она растянулась в нем, наслаждаясь покоем и отдыхом. Полосатая кошка, обитавшая в стенах фирмы и сейчас изгнанная с любимого места, гордо задрав хвост, удалилась. А мысли Эдисон тем временем вновь вернулись к проекту.

Работа всегда была для нее главным в жизни, затмевая все другие возможные потребности. Такие, например, как семья и дети. И лишь недавно родилось это острое желание иметь ребенка. И тут как-то сразу навалилась еще и болезнь. Столько всяких переживаний! Вот, наверное, почему она так глупо вела себя с Логаном Кавенагом там, на террасе в доме Кит… Бог даст, подруги никогда не узнают об этой странной беседе! Мысли Элисон затуманились, и она погрузилась в глубокий мирный сон.

Перед ее взором возник экран домашнего кинотеатра и замелькали черно-белые кадры немого фильма. Сначала изображение было несколько расплывчатым, но затем прояснилось, и женщина увидела себя с огромным именинным тортом в руках. Гости вокруг улыбались, глядя на кулинарный шедевр с изящной фигурной свечой в центре. Они все расступались, пропуская Элисон.

И тут она увидела наконец именинника — розовощекого большеглазого малыша с черными блестящими волосиками, точь-в-точь такими, как у нее самой. Улыбнувшись, она стремительно шагнула вперед, к нему навстречу, споткнулась, свеча погасла, и все растворилось во мраке… Элисон проснулась с тяжестью на душе. “Все по Фрейду”, — сказала она себе, пытаясь приподняться и поудобнее устроиться в кресле. Да, глупо было начинать тот разговор с Логаном Кавенагом на террасе дома Кит. У него, очевидно, вообще осталось неприятное впечатление от их первой встречи — язвительная, несговорчивая пациентка, да еще и больно ударившая его, пусть и неумышленно. Разве можно было рассчитывать на иную реакцию? Но сама идея завести малютку совершенно верна. Просто следует получше изучить проблему и возможные способы ее решения. Ведь все аргументы, приведенные Логану, были тщательно продуманы и остаются в силе. Кажется, он сказал, что она может навести справки о других гинекологах в его клинике, и даже дал телефон. Так в чем же дело? Нужно просто снять трубку и набрать номер! Интересно, кто ответит ей — сам Логан или медсестра?

Элисон как раз закончила набирать последнюю цифру, когда в дверь тихонько постучали и она увидела белокурую головку Сусанны.

— Рита сказала, что ты интересовалась… Ох, прости! Я зайду попозже, — виновато сказала подруга.

Да, более неуместного вмешательства Элисон не могла бы и придумать. Она хотела быстро положить трубку обратно на рычаг, но не успела — с другого конца провода ей ответил приятный низкий голос:

— Вы позвонили в клинику Ассоциации акушерства и гинекологии.

— Простите. Я неверно набрала номер, — пробормотала Эдисон и, не дожидаясь ответа, быстро положила трубку на место. Затем обратилась к Сусанне: — Проходи, Сью. Садись.

Подруга разложила на столе бумаги.

— Вот перечень деловых звонков в твое отсутствие и. краткий отчет о проделанной работе. Большинство клиентов сказали, что предпочитают решать все вопросы лично с тобой и готовы подождать, пока ты окончательно не поправишься.

— Спасибо, Сью. — Эдисон пробежала глазами записи, но никаких вопросов не возникло.

Сусанна вовсе не торопилась покидать кабинет подруги. Удобно расположившись в плетеном кресле, она продолжила:

— Послушай, Эли. Мне нужна твоя помощь. Помнишь тот неприятный инцидент в Деборновском музее?

Элисон нахмурилась. Она что-то смутно припомнила, но разговор состоялся в тот день, когда она особенно плохо себя чувствовала, потом была операция…

— И что же там такое? — решила уточнить она.

— Автор испорченного полотна приезжает в город, чтобы оценить ущерб. Там будет много журналистов, искусствоведов, да и простых зевак. Я тоже обязана там быть. Может, ты согласишься пойти со мной? Если у тебя не будет срочных дел, разумеется, — жалобно закончила Сусанна.

— Но зачем? Я ведь никогда не состояла в музейном комитете, — удивилась Элисон.

— Для моральной поддержки, — твердо заявила подруга. — Ведь идея заменить книгу отзывов на чистый холст, на котором посетители писали бы отзывы маркерами, была моей. Поэтому, когда музейный комитет станет искать козла отпущения, это буду я.

— Но это же смешно! — возмутилась Элисон.

— И тем не менее поклонники таланта пострадавшего живописца будут довольны. Пожалуйста, проводи меня в музей в следующую субботу!

— Хорошо. — Элисон сделала пометку в своем настольном календаре. — В тот же день мне надо быть на первом заседании Клуба знакомств в ресторане “Ког А Вин”, так что график встреч очень напряженный. Правда, в музее я заодно постараюсь переговорить с директором, не сможет ли он устроить у себя какую-нибудь интересную встречу для членов Клуба.

— Скажи, ты уже распространяешь клубные карточки? — поинтересовалась успокоенная Сусанна.

— Я пока не думала ни о чем таком.

— Зря. Если надумаешь, я возьму одну для нашего друга-художника, чей “шедевр” пострадал.

— Полагаю, он примет ее как своеобразную компенсацию за “правку” на его холсте! — рассмеялась Элисон.

— Ты, как всегда, права. — Сусанна зевнула. — Кстати, Кит сказала, что Логан был на ее вечеринке и вы почти час провели вместе на веранде. — Взгляд подруги был лукавым. — Вы подружились?

— Нет, и не собираемся!

— Ах так! Если он не привлекает тебя как друг, значит, дело серьезное!

Элисон отложила папку с бумагами и сердито воззрилась на подругу:

— Сью, ты ведь знаешь, что моя жизнь была куда проще, пока вы с Кит не повлюблялись и не повыходили замуж!

— Дорогая, но одиночество иногда становится просто невыносимым. Итак, когда ваше следующее свидание? — настаивала Сусанна.

— Никогда! — гневно отрезала Элисон.

— Тогда зачем ты ему звонила? Я ведь слышала ответ секретарши! Кстати, по-моему, им следует поменять название фирмы, ты не находишь?

Элисон застыла в шоке, не зная, что ответить.

— И зачем ты сразу повесила трубку, не переговорив с секретарем? Для того, чтобы я не слышала твой разговор с Логаном! И после этого ты настаиваешь, что он тебе совсем не интересен? — И торжествующая Сусанна с улыбкой всепонимающего ангела удалилась, так и не дождавшись ответа подруги.

* * *

На столе Риты лежала тоненькая стопка бумажек с перечнем звонков клиентов мисс Новак, однако объем был обманчив. На самом деле все, кто сотрудничал с Элисон и отложил свои визиты до ее выздоровления, вдруг решили посетить фирму или дозвониться именно на этой неделе. Даже те, кто не появлялся уже год. Элисон хотела было купить надувной матрас, чтобы иметь возможность отдыхать, не выходя из офиса, но не смогла выкроить время, чтобы пройтись по спортивным магазинам.

Тяжело вздохнув, она отправилась из своего кабинета наверх, чтобы отдать секретарше образец письма клиентам. После ярко освещенного кабинета верхние помещения показались ей особенно темными. Элисон зажгла свет и направилась к Ритиному столу. Возле входной двери ей послышался шорох. Она замерла. Почудилось или это грабитель? И тут возле витража в двери появилась знакомая фигура — Логан Кавенаг. Все внутри Элисон сжалось. Она подошла ближе.

— Я увидел свет в окне и подумал, что, скорее всего, это вы задержались на работе, — вместо приветствия пояснил мужчина. — Ваш рабочий день так же долог, как и мой.

— Заходите, пожалуйста. — Элисон заметила, что вид у Логана крайне усталый. — Хотите кофе?

— Да, если это вас не затруднит. Могу выпить остывший — я не привередлив.

— Я сварю свежий. Тот, что остался, пить невозможно.

Она прошла в кухню, где занялась приготовлением напитка.

— Давайте угадаю, зачем вы зашли, — сказала она. — Решили навестить пациентку?

— Просто хотел узнать, что вы решили по поводу ребенка. Вы ведь так и не позвонили в клинику.

Чудесный аромат наполнил пространство кухни. Элисон поставила перед доктором чашку горячего напитка, от сахара он отказался. Достав из шкафа печенье, Элисон села напротив со своей кружкой.

— Как мило, что при таком обилии пациентов вы уделяете мне столько внимания, — ехидно заметила она.

— Вообще-то должен признаться, что пришел вовсе не за этим. — В глазах врача появились веселые искорки. — Вот. Пришло по почте.

Он вынул из внутреннего кармана пиджака конверт и протянул Элисон.

Она не поверила своим глазам: в конверте лежал красиво отпечатанный членский билет Клуба знакомств. “Сусанна! Это ее рук дело! Она занималась рассылкой приглашений!” — промелькнуло в голове растерявшейся Элисон.

— Довольно дорогой подарочек! И вы подумали, что это сделала я? Но у меня нет таких денег! — защищалась она.

— У вас нет денег или желания? — уточнил Логан. — Ведь рассылкой явно занимались вы, Элисон. Здесь стоит ваша подпись.

— Разумеется. Ведь сначала я подписываю все бланки, и только после этого Рита впечатывает текст. По регистрационному номеру мы сможем узнать истинного отправителя. И того, кто оплатил чек.

— Полно, Элисон. Мне так хотелось верить, что это сделали вы, что я даже принес вам ответный подарок.

С этими словами Логан Кавенаг извлек из внутреннего кармана пиджака плоскую белую коробочку и аккуратно положил ее на стол перед окончательно сбитой с толку собеседницей.

— Благодарю вас, — сухо сказала Элисон. — Но я все же не могу понять, почему вы считаете, что именно мне принадлежит идея организации клуба?

— Да потому, что это идеальное решение вашей проблемы. Именно в такой организации будет легче всего подыскать подходящую кандидатуру на роль отца ребенка, — отозвался доктор Кавенаг.

— Вы это серьезно? Собирать холостяков и выбирать из них… Но в любом случае при чем здесь вы?

— Я готов включиться в “конкурс отцов”, чтобы исключить риск медицинского вмешательства, — спокойно пояснил мужчина.

— Или чтобы предупредить других членов клуба об опасности, которой они подвергаются? — съязвила Элисон. Взгляд ее вновь упал на приглашение. — Завтра я отдам его Рите и попрошу вернуть вам членский взнос.

Логан аккуратно разжал пальцы Элисон, взял билет и положил его обратно в нагрудный карман.

— А вдруг мне там понравится? А потом, если я не приду, то кто же будет предупреждать холостяков об опасности, которая их подстерегает?

Элисон улыбнулась. Логан поблагодарил ее за кофе; она встала и убрала со стола. И только когда за доктором Кавенагом закрылась дверь, женщина осознала, что коробочка-подарок так и осталась лежать на столе.

“Если футляр запечатан, я не стану открывать его”, — рассуждала Эдисон. Но коробочка оказалась незапечатанной, а желание посмотреть на подарок Логана с каждой секундой становилось все сильнее.

“Логан никогда не узнает, что я заглядывала внутрь; я делаю все очень аккуратно”, — подбадривала себя Элисон, открывая футляр.

На белом бархате лежала изящная серебряная булавка в виде чудесно исполненной фигурки флейтиста, поднесшего инструмент к губам. Ювелирная работа была просто великолепна, лучшая из всего когда-либо виденного Элисон. И откуда Логан узнал, что она всю жизнь мечтала научиться играть на флейте?

От волнения пальцы Элисон задрожали, сердце наполнилось чувством восторга и счастья. Испугавшись этого всплеска эмоций, женщина быстро убрала согретую ее прикосновениями серебряную фигурку обратно в футляр, захлопнула крышку и сунула подарок в ящик стола с твердым намерением утром отослать его обратно.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Элисон еще раз мысленно проверила, все ли захватила на первое собрание Клуба знакомств — брошюрки, анкеты, формы для уплаты взносов, набросок ее вступительной речи. Да, все на месте. Все упаковано в портфель из дорогой мягкой кожи. В коридоре послышался звонкий стук каблучков — кто-то спускался вниз, по направлению к кабинету Элисон.

— Чудесное черное платье, очень тебе идет, — вместо приветствия с порога сказала Сусанна.

— Спасибо. Вечерний наряд, наверное, не вполне подходит для собраний музейного комитета, но у меня не будет времени переодеться для встречи с членами Клуба.

— Я так рада, что ты больше не считаешь дурацкой эту идею клуба одиноких людей. Думаю, ты еще сильно полюбишь свое детище, — удовлетворенно заметила Сусанна.

“Понятно, дорогая. Ты имеешь в виду приглашение для Логана Кавенага!” — прокомментировала про себя мисс Новак.

Слова Сусанны окончательно убеждали, что именно она решила организовать встречу Элисон с Логаном в Клубе. И хотя тон Сусанны был абсолютно невинным, сомнений в том, что это дело ее рук, у Элисон не оставалось.

— Я пришла сказать, что ты чересчур заработалась, Эли. Нам уже пора выезжать, — продолжила подруга.

— Мне нужно еще кое-что сделать. Мы можем встретиться прямо в музее. Тебе незачем ждать меня.

— Ну уж нет! Моральная поддержка мне будет нужна уже в машине, — усмехнулась Сью.

Элисон аккуратно сложила все бумаги на столе, убрала все лишнее и наконец вынула из ящика белый футляр, собираясь вернуть Логану его подарок на вечернем собрании. Конечно, она не рассчитывала, что он появится, но вдруг удача ей улыбнется? Надо быть готовой! Пусть музыкант на всякий случай полежит пока в боковом кармане кожаного портфеля.

Стараясь как можно бережнее уложить футляр, Элисон сделала одно неловкое движение, и булавка выскользнула из незапечатанной упаковки на поверхность ее письменного стола. Сусанна обернулась на звук падающего предмета.

— Господи! Какая прелесть! Эта булавка просто создана для твоего черного платья! — восторженно ворковала Сусанна.

— Как ты считаешь, я не буду выглядеть слишком вызывающе? Прилично появиться в музее в таком виде? — смущенно пробормотала Элисон.

Подруга удивленно приподняла брови:

— Ты действительно давно не была в музеях. Сейчас нет строгих ограничений в одежде, а уж эта прелесть будет весьма кстати, — с еще большим восторгом ответила Сусанна. — Давай я помогу тебе ее приколоть.

“Если я сейчас начну все объяснять Сусанне, то этим только все усложню и запутаю. За несколько часов с подарком ничего не случится. А Логан никогда не узнает о том, что я надевала булавку, — утешала себя Элисон. — Я даже не скажу, что открывала футляр!”

Музей Деборна был переполнен, все гости ожидали приезда художника, чей шедевр был так безжалостно испорчен. Слово автора должно было стать решающим при оценке нанесенного ущерба. Картина все еще висела на прежнем месте в главной галерее.

Некоторых из присутствующих Элисон хорошо знала — это были уважаемые критики и искусствоведы. Когда подруги вошли в круг приглашенных, разговоры стали смолкать, а взгляды невольно обращались в сторону вновь прибывших. Элисон старалась убедить себя, что внимание привлек приезд Сусанны, однако ей все сильнее казалось, что взгляды всех гостей прикованы к маленькому серебряному флейтисту на ее плече. “Это из-за чувства вины перед Логаном”, — уверяла она себя.

— Мы как раз вовремя, — прошептала Сусанна, указывая на массивные двери галереи, которые распахнулись, пропуская стремительно шагавших мужчин — молодого человека богемного вида и директора музея. Представитель богемы, он же автор поруганного шедевра, схватился за пиджак в области сердца, узрев свое творение.

— Ах, Боже мой, Боже мой, это чудовищно! — пролепетал он, и волна сочувствия прошелестела по толпе присутствующих.

Элисон перевела взгляд с молодого художника на “искалеченное” полотно и подумала, что лишнее ярко-зеленое пятно вряд ли могло нанести серьезный ущерб беспорядочной разноцветной мазне на холсте. “Это худшее произведение современного искусства”, — решила про себя она.

Люди обступили художника, выражая сочувствие и пытаясь хоть как-то его утешить. Сусанна включилась в общую беседу с членами музейного комитета. Элисон бдительно следила за ходом разговора, в любую минуту готовая прийти на выручку подруге и защитить ее от возможных нападок. Однако вскоре она поняла, что никто и не пытается ни в чем обвинить Сусанну, и ее внимание переключилось на окружающих гостей.

Она отметила про себя, что в то время, как художник оживленно беседует с поклонниками и находится в центре внимания, директор музея стоит один в стороне. Она сочла ситуацию весьма подходящей, чтобы побеседовать с директором о возможном мероприятии для Клуба знакомств, и решительно направилась к нему.

— Простите, Перси, не могли бы вы уделить мне пару минут? — вкрадчиво начала Элисон.

Мужчина обернулся на ее голос. Он выглядел немного расстроенным, однако одет был, как всегда, элегантно.

— О! Элисон, добрый день! Что-нибудь случилось? — Его белокурые волосы были аккуратно зачесаны назад, костюм сидел идеально.

— Я сейчас занимаюсь организацией Клуба знакомств для одиноких людей, и мне хотелось бы, чтобы помимо кулинарных шедевров мы имели возможность обсуждать и произведения искусства… — Элисон запнулась, заметив, что все внимание Перси сосредоточено на ее наряде.

Директор музея всегда был безукоризненно вежлив, и Элисон недоумевала, что могло заставить его забыть о приличиях на сей раз. Заметив ее замешательство, собеседник усилием воли поднял глаза и заставил себя переключиться на разговор.

— Ох, простите, я никак не могу оторвать взгляд от вашего украшения, — извинился он.

Элисон автоматически притронулась рукой к флейтисту на плече.

— Так вот, я хотела попросить вас организовать какую-нибудь интересную экскурсию для моих подопечных, — растерянно продолжила она, затем все же не удержалась и спросила: — Булавка какая-то необычная?

— О да! Полагаю, мало кто может похвастаться чем-либо подобным! Этот ювелирный шедевр выполнен из высококачественного серебра, если не ошибаюсь? Должен заметить, что вещь такого уровня — настоящее произведение искусства. И большая редкость, — охотно добавил Перси.

— Ах, вот оно что… — Элисон не закончила фразу, так как вдруг ощутила, что все разговоры вокруг них смолкли и взгляды всех присутствующих вновь привлек к себе изящный флейтист на ее плече.

Перси же, не заметив пристального внимания гостей к своим словам, продолжал расхваливать украшение. Его последняя фраза прозвучала громко и восторженно под сводами галереи, словно заключительные аккорды прекрасной музыки:

— Дорогая, разве вы сами не осознаете, какой уникальной вещью обладаете?

* * *

Элисон была решительно настроена убить Логана Кавенага. Произведение искусства! Она ему покажет! Да, но если она набросится на дарителя подобно разъяренной тигрице, он просто посмеется над скандальной особой. Уж лучше потихоньку вручить ему флейтиста и сделать вид, что ничего не произошло. Такое отношение отобьет у Логана всякую охоту делать ей подарки в будущем. И он прекратит приставать к ней с нежностями! И потом, что значит в будущем. Разве у ее отношений с доктором Кавенагом есть будущее?

Раздумья Элисон прервались у входа в ресторан “Ког А Вин” — один из самых шикарных и респектабельных в Чикаго. Выскользнув из такси, женщина быстрым шагом направилась к ярко освещенному входу. “Они переделали парадный вход, да и само заведение, пожалуй, стало еще более роскошным, рассчитанным на солидных посетителей с тугими кошельками”, — отметила про себя Элисон. Все эти перемены были результатом политики нового владельца, сделавшего ставку на обслуживание клиентов самого высокого ранга. Именно это и привело к союзу “Триад” и “Ког А Вин”. Молодые, богатые, добившиеся впечатляющих успехов в жизни, но чувствующие недостаток общения, члены нового Клуба знакомств как нельзя более кстати пришлись ко двору в новых залах заведения. Собрания такого контингента, пусть и всего два раза в месяц, создадут солидную репутацию обновленному “Ког А Вин”.

Элисон прибыла на полчаса раньше назначенного срока, чтобы лично убедиться в том, что все готово. Войдя в здание, она назвала себя, и ей сообщили, что директор ресторана через несколько минут спустится и покажет ей все лично. Элисон занервничала, опасаясь, что ожидание займет слишком много времени и она не успеет все как следует проверить.

— На вашем месте я бы не стал так сильно волноваться, — проворковал вкрадчивый голос позади нее.

Логан Кавенаг в элегантном вечернем костюме приветливо улыбался своей бывшей пациентке. Зелень его глаз в ярком освещении ресторана казалась еще прекраснее. Мягкий свет выгодно подчеркивал линию его скул, густоту и длину ресниц, а также скрадывал маленькую полоску шрама на верхней губе.

“Он наверняка пользуется бешеным успехом у женщин”, — невольно отметила про себя Элисон.

— Вот уж не ожидала, что вы придете, — вслух пробормотала она. — Как это вы решились оставить своих пациентов без присмотра? — В ее голосе прозвучали ехидные нотки.

Логан с улыбкой указал на маленький пейджер на поясе.

— Не могу гарантировать, что пробуду здесь долго, — согласился он. — Но почему вас удивляет мой приход? Вы же сами прислали мне приглашение. Кстати, у вас чудесное платье, Элисон. Оно очень вам идет.

Рука женщины невольно скользнула в кармашек сумочки и нащупала коробочку-футляр. Отдать сейчас? Нет, пожалуй, лучше потом.

— Мисс Новак? — Высокий мужчина в смокинге почтительно приветствовал Элисон и предложил ей руку. — Добро пожаловать в “Ког А Вин”. Я — новый владелец этого заведения, Джейсон Ли. Все готово в соответствии с вашим заказом. Я провожу вас и все покажу.

Логан ни на шаг не отставал от Элисон, пока она в сопровождении владельца ресторана продвигалась к месту собрания, и женщине порой казалось, что она ощущает твердый металл позолоченных пуговиц пиджака доктора сквозь тонкую ткань своего вечернего платья. Она уже собиралась отпустить какое-нибудь язвительное замечание по этому поводу, но не успела — мистер Ли как раз распахнул двери зала, забронированного для встречи членов Клуба, и Элисон уже не могла думать ни о чем другом, кроме предстоящей встречи.

По всему периметру помещения были расставлены красиво сервированные столы, каждый на шесть персон. Их расположили на небольшом расстоянии друг от друга с тем расчетом, чтобы создать уют и вместе с тем чтобы члены Клуба, сидящие за одним столом, не мешали беседе своих соседей. Центр зала был специально оставлен пустым, чтобы дать возможность гостям свободно продвигаться, переходить от столика к столику и, конечно, танцевать. Элисон осталась очень довольна всем увиденным — организаторы смогли создать удивительную атмосферу уюта и праздника.

— Благодарю вас, мистер Ли. Все просто идеально.

Хозяин ресторана удовлетворенно кивнул головой.

Логан тоже окинул взглядом помещение и предложил Элисон:

— Мы можем потанцевать, пока не все гости собрались.

— Благодарю, но у меня еще есть дела, — сухо отозвалась женщина.

— Тогда разрешите мне помочь вам, — с готовностью предложил Логан.

— Хорошо. Встаньте у входа, встречайте членов Клуба и показывайте им дорогу в зал, — проинструктировала Элисон. — И… — Она быстро достала белый футляр из сумочки. — Вы забыли эту вещицу в моем кабинете в прошлый раз.

— Пусть до конца вечера она побудет у вас.

Элисон испытала разочарование: никаких протестов, мольбы оставить подарок себе. Просто удивление, любопытство, да и то, скорее, искорка, отблеск этих эмоций. Она ожидала более

бурной реакции.

— Должен же я произвести впечатление на одиноких дам, а с оттопыренным карманом я вряд ли смогу претендовать на внимание прекрасного пола, — шутливо продолжил Логан.

— Клуб знакомств создается не для того, чтобы переженить как можно больше его членов, а чтобы увеличить круг их делового и дружеского общения, — сухо отозвалась Элисон, а про себя заметила: “Да, у такого мужчины не будет недостатка в одиноких молодых поклонницах!” — Многие просто хотят насладиться хорошей компанией за вкусным ужином, не строя никаких далеко идущих брачных планов! — с жаром продолжила она.

— Да бросьте! Глупости! Людей, желающих остаться одинокими по доброй воле, просто не существует, — спокойно возразил врач.

— В Клубе, — стараясь игнорировать реплику Логана, развивала свою мысль Элисон, — вы сможете узнать, где лучше починить машину и какой врач надежнее…

— Просто клуб для домохозяек какой-то! — возмутился доктор.

— Я не совсем то хотела сказать, — спохватилась Элисон и постаралась побыстрее переменить тему: — Кстати, от Кит я узнала название вашей клиники, и мне кажется, вам следовало бы прибегнуть к услугам фирмы наподобие нашей, чтобы сделать его более благозвучным, запоминающимся.

— Может быть, вы согласитесь дать нам бесплатную консультацию?

— Разве вы делаете что-либо без гонорара?

— Вы же еще не получили счет за наши услуги, — напомнил врач и тут же пошутил: — И это только потому, что я не хочу напоминать вам о досадном инциденте во время нашего знакомства!

Эдисон рассердилась не на шутку и уже собралась высказать все свое недовольство Логану, но в этот момент ее внимание привлекли две дамы, в нерешительности застывшие на пороге ресторана.

Для искателя приключений доктор Кавенаг в этот вечер вел себя странно. Не обращая внимания на окружающих молодых дам, он неотступно следовал за Элисон. Она пару раз случайно наступила ему на ногу, после чего совершенно вышла из себя и сделала своему “пажу” выговор, после чего Логан нехотя переключил внимание на других членов Клуба, но лишь до окончания вечера. Как только последние гости разошлись, Элисон вновь обнаружила своего неизменного спутника. Все это время он терпеливо ждал ее у выхода.

— Что скажете о сегодняшнем вечере? — осведомилась женщина.

— И вы еще настаивали на деловом характере мероприятия! Я получил не меньше дюжины интимных приглашений, — устало заметил доктор Кавенаг.

— Вам повезло. Почему же вы не хотите продолжить знакомство?

Мужчина что-то пробормотал, но Элисон не расслышала, а переспрашивать не решилась. Застегнув молнию на сумке, она направилась к выходу. Логан не отставал ни на шаг.

— Я отвезу вас, — твердо сказал он.

— Не стоит, — возразила Элисон.

— Вы приехали на такси, К тому же ваше присутствие спасет меня от назойливого внимания дам у входа, — терпеливо пояснил мужчина.

— Бедняжка, — ехидно парировала спутница, — придется вам остаться здесь, чтобы не вносить разногласия в женскую половину Клуба!

Логан взглянул на собеседницу, с улыбкой взял ее под руку и повел к выходу.

— Вам удалось выяснить, кто прислал мне приглашение? — по дороге спросил доктор.

— Нет, документы пришли по почте, чек оплачен наличными. Рита просто проверила правильность оформления и заполнила членскую карточку.

— Жаль, что мне некого лично поблагодарить за приятный вечер, — вздохнул Логан.

* * *

Элисон торопливо шагала вниз по Стейт-стрит, тщетно пытаясь удержать над головой промокший зонт. Дождь лил нещадно, и каждый шаг сопровождался фонтаном ледяных брызг, долетающих до самых колен.

“Осенние дожди ужасны, — размышляла Элисон, безуспешно сражаясь со стихией. — Весенние тоже часто бывают неприятными, однако, попадая под них, всегда вспоминаешь о грядущем тепле, а в сентябре остается лишь надеяться, что неизбежные холода наступят не слишком рано”.

Пытаясь поймать очередное такси, проезжавшее мимо, Элисон ступила на край тротуара и оказалась в опасной близости от водопада грязных брызг, поднятого еще одной спешащей мимо машиной. Отпрянуть достаточно быстро не удалось, и весь каскад грязи с проезжей части плавно опустился на ее юбку, чулки и туфли. Кроме того, резкий прыжок нанес непоправимый урон пакету с изумительными персиками: душистые желто-красные плоды помялись и дали сок. Элисон заглянула в пакет, убедилась, что фрукты приобрели нетоварный вид, и решила выбросить их по дороге. Но в этот момент проезжавшее рядом такси наконец-то затормозило. Благоухая персиками, мисс Новак опустилась на заднее сиденье; водитель сочувственно окинул взглядом ее одежду. Заглянув еще раз в пакет, Элисон убедилась, что часть фруктов не пострадала, и решила предложить их шоферу.

— Ах, вот что так прекрасно пахнет! — сказал тот таким тоном, что Элисон отказалась от дальнейших попыток вручить ему злополучные персики.

Расплатившись, она забрала зонт и сумку и вышла из такси возле самого крыльца “Триад”.

Сусанна сидела на краю стола секретаря.

— А я уже начала беспокоиться, куда ты запропастилась, — приветствовала она подругу.

— Таксисты в Чикаго предсказывают погоду лучше метеоцентра, — раздраженно ответила мисс Новак. — За полчаса до дождя их словно ветром сдувает с улиц. А где Рита?

— Я отправила ее домой, она умудрилась где-то простудиться. А тут еще обогреватель вышел из строя, скоро должны прийти мастера. — Сусанна принюхалась. — Послушай, что это у тебя в пакете?

— Всего полчаса назад это были великолепные персики. — Элисон скинула мокрые туфли.

— Кстати, у меня для тебя отличная новость. — Когда голос подруги становился таким медовым, Элисон всегда настораживалась. — Руководство клиники доктора Кавенага обратилось к нам за профессиональной помощью.

— Да? И при чем здесь я?

Сусанна пожала плечами:

— Кроме тебя, поехать некому. Кит — их пациентка, я должна дождаться мастера, поскольку только мне известны все подробности последних минут жизни радиатора. А наш сотрудник должен выехать на место немедленно. Так что придется ехать тебе, дорогая. Я уже сообщила им, что ты приедешь в половине шестого.

Элисон взглянула на изящные наручные часики.

— Придется решать проблему очень быстро, иначе я рискую опоздать на свидание, — сделав глубокий вздох, заметила она.

Глаза Сью сверкнули веселым огоньком.

— Да? И кто же этот счастливчик? — как бы между делом осведомилась она.

— Роб достал билеты на “Риголетто”.

— А! Один из твоих постоянных кавалеров. Желаю хорошо провести время после посещения клиники. Кстати, надеюсь, ты не собираешься оставить свои персики здесь?!

— Это стало бы достойной расплатой за шутку с клубным билетом для Логана Кавенага, — не удержавшись, съехидничала Элисон.

— О чем это ты? — Глаза Сусанны расширились от удивления.

— Не изображай невинность, Сью. Идея членских билетов принадлежала тебе.

— Честное слово, я здесь ни при чем, — обиделась Сусанна. — К тому же мне почему-то кажется, что ты прекрасно провела вечер в обществе доктора Кавенага!

* * *

Когда Элисон вышла из офиса, дождь уже прекратился, и она сразу же заметила на соседнем крылечке миссис Голкомб. “Чудесная картинка! Ведьма и ее помело”, — усмехнулась про себя Элисон, заметив, что женщина подметает свою веранду.

— Миссис Голкомб! — решительно начала мисс Новак. — Я хочу отдать вам эти персики, если вы не против. — И она торопливо вручила женщине пакет. — Они очень свежие и сочные.

“Ведьма” стояла не двигаясь; Элисон даже показалось, что она ее не слышит. Но спустя несколько секунд та ожила:

— Персики? — Она недоверчиво указала на пакет, словно очнувшись от оцепенения.

— Да, боюсь, правда, несколько перезрелые. Если они вам не нужны…

Миссис Голкомб торопливо выхватила пакет из рук Элисон.

— Я возьму. — Пожилая женщина заглянула внутрь пакета. — О! Спасибо вам огромное!

— Надеюсь, они вам понравятся. — Элисон вдруг стало стыдно за свой поступок — ее шутка вызвала искреннюю благодарность соседки; Элисон лишь хотела избавиться от ненужных продуктов, а миссис Голкомб приняла этот шаг за знак искреннего внимания и неподдельной доброты.

“Ничего, персики действительно очень свежие, и миссис Голкомб хотя бы сегодня поест витаминов”, — утешала себя по дороге Элисон. Все сотрудницы “Триад” часто задавались вопросом: что ест их странная соседка, если они ни разу не видели ее в продуктовом магазине?

* * *

Сусанна не только подробно записала для Элисон адрес клиники, но и указала, как лучше туда добраться.

Ассоциация акушерства и гинекологии располагалась в огромном здании, целиком занятом медицинскими учреждениями, и занимала целый этаж. С первого взгляда посетитель отмечал, что дела фирмы идут прекрасно. Современная дорогая мебель в комнате ожидания, изумительные по красоте и колориту картины на стенах, слава Богу, не имеющие ничего общего с “шедеврами” современного искусства. Элисон особенно пришлось по душе полотно, на котором художник изобразил мать и младенца, при этом ему удалось передать всю силу материнской заботы и любви. Элисон попыталась сосредоточиться и подготовить себя к предстоящему разговору, однако в этот момент секретарша положила телефонную трубку и обратилась к ней:

— Простите, что заставила вас ждать. Вы хотели бы видеть…

— Доктора Кавенага. Меня зовут мисс Новак.

— Одну минуту. — Секретарша нажала кнопку внутренней связи и через несколько секунд вновь обратилась к Эдисон: — Пройдите, пожалуйста. Кабинет доктора Кавенага в самом конце главного коридора.

Комнаты по обеим сторонам длинного коридора в основном были уже пусты. Лишь в некоторых кабинетах прием, очевидно, еще продолжался. Элисон уже почти заблудилась во всех этих помещениях и переходах, как вдруг услышала где-то совсем рядом голоса.

— Мужчина в подобном положении всегда является объектом повышенного внимания, — говорил голос, явно привыкший всегда отдавать распоряжения, резкий и командный.

— Но я — не Темплтон! — стараясь сохранять спокойствие, возразил голос Логана.

— И все же повторяю: вы представляете для всей нашей практики потенциальную угрозу! — продолжал греметь командный бас.

Элисон попыталась незаметно ретироваться, чтобы избежать участия в столь неприятной беседе. Но стук ее каблучков гулко раздавался в тишине и она подошла уже чересчур близко, чтобы остаться незамеченной. В следующую секунду “бас” обернулся и увидел ее. Белые одежды подчеркивали громоздкость и неуклюжесть его фигуры; позади него стоял Логан, засунув руки в карманы такого же белого халата, который делал его только стройнее и выше.

— Простите, я не хотела вмешиваться в ваш разговор, — неуверенно начала Элисон. — Я здесь для того…

Прежде чем она успела договорить фразу, Кавенаг подошел, нежно обнял ее за плечи, притянул к себе и произнес:

— Дорогая, я хотел познакомить тебя со старшим партнером нашей фирмы, доктором Бертом Синклером.

— Очень приятно. — Мистер Синклер мельком взглянул на женщину и вновь обратился и Кавенагу: — Мы не можем допустить подобные промахи в будущем. Зайдите ко мне завтра, и мы продолжим этот разговор!

— Одну минуту, Берт. Я готов представить вам гарантию, что никогда не встану на путь Темплтона. Вы ведь опасаетесь холостяков, не правда ли? Так вот: недавно я обручился. Перед вами моя невеста.

Колени Элисон подкосились от этих слов, и, если бы Логан не обнимал ее, она точно бы рухнула на пол. В ответ на ее растерянный взгляд “жених” ответил ласковой, понимающей улыбкой и добавил:

— Мы так долго скрывали от всех нашу помолвку, но я больше не могу молчать! Пусть доктор Синклер тоже порадуется нашему счастью!

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Эдисон чувствовала, что от пережитого шока с ее зрением начало твориться нечто странное: сначала перед ней возник второй Логан, а затем двойника приобрел и доктор Синклер. Коридор же вытянулся в бесконечный туннель…

“Я пришла обсудить изменение названия клиники, а вместо этого выслушиваю какой-то бред. Да, я плохо подготовилась к беседе с этим клиентом”, — с иронией подумала Эдисон.

Впрочем, совершенно очевидно было и другое: доктор Кавенаг сошел с ума. Элисон попыталась выпрямиться и удержаться на ногах без посторонней помощи. Однако высвободиться из железных объятий “жениха” так и не смогла — слишком крепко тот прижимал ее к себе.

— Пожалуйста, — умоляюще прошептал он, чувствуя попытки женщины вырваться из его рук.

— Отпустите, Логан! — прошипела Элисон. В ответ он повысил голос, чтобы разом закончить препирательства, а заодно объяснить столь необычную реакцию “невесты” доктору Синклеру.

— Прости, дорогая, — бодро начал Логан. — Я знаю, мы договорились держать наше решение в тайне, но я больше не могу молчать. Ужасно хочется сообщить всему миру о нашей помолвке, ведь я так счастлив!

Зелень глаз доктора Кавенага, казалось, стала еще ярче, а сам взгляд — острее и требовательнее. Выражение лица Логана удержало Элисон от новой попытки прояснить ситуацию до конца. Она постепенно приходила в себя, понимая, что все происходящее с ней не сон. Что ж, очевидно, Логан имеет веские причины для подобного поведения, к тому же ему сейчас явно необходима ее помощь. Наверное, он все объяснит ей позже. А вот простит ли она его за подобное поведение — время покажет.

— Ничего, дорогой, — нежно произнесла она и улыбнулась суровому начальнику Логана. — Полагаю, доктор Синклер не станет разглашать нашу тайну, а просто примет ее к сведению и порадуется за нас.

Ее слова явно успокаивающе подействовали на Логана. Элисон ощутила, как расслабляются напряженные мышцы его тела.

— Кстати, милая, ты очень вовремя зашла за мной. Я уже закончил осмотр своих пациентов и могу на время отлучиться из клиники. Так что давай поспешим, иначе наш столик в “Цицероне” могут отдать другим, более расторопным клиентам. — С этими словами “жених” увлек свою “суженую” к запасному выходу из здания.

Лишь оказавшись на свежем воздухе, Элисон решила потребовать объяснений. Она замедлила шаг.

— Что случилось? — нетерпеливо спросил Логан. — Моя машина стоит здесь, совсем рядом, у выхода.

— Да, но мой зонтик остался в приемной, — пояснила Элисон.

— Я куплю вам новый. Идемте скорее, — торопил он. — Берт может выйти этим же путем в любую минуту, и нам придется продолжить этот малоприятный разговор.

— Сначала объясните, в чем дело, — уперлась Элисон. Она не обращала внимания на настоятельные попытки Логана поскорее двинуться в направлении машины.

— Сначала вы объясните, что делали в нашей клинике, — сдался Логан.

От удивления Элисон совсем забыла, что стоит на вентиляционной решетке, и сделала неловкий шаг назад. Нога скользнула между прутьями, и, если бы не молниеносная реакция Логана, она неминуемо вывихнула бы ее. Рассматривая пострадавшую туфлю, Элисон испытала искреннюю благодарность к доктору Кавенагу. Край каблука был срезан с такой силой и легкостью, что не оставалось сомнений, что то же случилось бы и со ступней, не приди Логан на помощь так своевременно.

— Хорошо, я поеду, только не забудьте вернуть мне зонт, — с иронией заметила женщина. — А вот счет за испорченные туфли я вам вышлю непременно! И вообще, что значит “что делал в нашей клинике”? Вы же сами вызвали специалиста “Триад”, по всей видимости для того, чтобы подобрать для нее более благозвучное название!

— Ах, вот в чем дело. — Они подошли к машине, Логан распахнул перед Элисон дверцу и помог забраться внутрь. — Теперь припоминаю. Я действительно предложил Берту сменить название, но не мог представить, что он так серьезно возьмется за это дело.

Логан завел мотор.

— И из огромного перечня фирм, предоставляющих подобные услуги, доктор Синклер почему-то остановился именно на “Триадах”! — ехидно вставила Элисон.

Кавенаг невозмутимо продолжал:

— Возможно, я упоминал это название при нем. Я точно не помню.

— А как насчет того спектакля, что вы устроили в клинике?

— Послушайте, я обязательно вам все расскажу. Если не хотите ехать в “Цицерон”…

— А у вас там правда заказан столик?

— Нет, но еще довольно рано, и вряд ли там много посетителей.

— Надеюсь, вы в курсе, что в этом ресторане всегда ужасно шумно? — предупредила Элисон.

— По-моему, это и есть его главное достоинство. В этом заведении каждый говорит так громко, что слышит лишь самого себя и не различает в гуле голосов ответа собеседника, — весело пояснил Логан.

— Хорошо, если нас ждет объяснение на повышенных тонах, я согласна. Тем более “Цицерон” совсем .рядом.

Логан уверенно направил машину в общий поток, держа курс на центр города. И несколько минут спустя собеседники уже рассматривали парадный вход заведения и вдыхали пряные ароматы итальянской кухни. Хотя час наплыва посетителей еще не наступил, гостеприимный ресторан уже бурлил вовсю.

Невысокий солидный мужчина в белом фартуке радостно приветствовал Логана и его спутницу:

— А! Док! Вам нужен столик на двоих? Сюда, пожалуйста! Давненько вы у нас не появлялись! Все внимание отдаете детишкам и их мамочкам, не так ли? — не умолкал ни на минуту мужчина.

Под этот жизнерадостный говор все трое прошли мимо отгороженных кабинок в глубь зала и добрались наконец до самого уединенного уголка. Маленький круглый столик и никаких стульев — только бордовый кожаный диван полукругом. Идеальное место для влюбленной парочки.

— Это ваше обычное место, Логан? — сухо поинтересовалась Элисон.

Логан растерянно улыбнулся, а распорядитель ресторана поспешил ему на выручку:

— Нет, нет, что вы, мадам! Док никогда еще не приводил с собой спутницу. И вот теперь, когда он посетил нас в обществе леди, я счел уместным предложить гостям нашего заведения этот самый уютный уголок. — Приветливо улыбаясь, мужчина в фартуке протянул посетителям меню и поспешил удалиться.

— “Ни разу не был здесь с дамой”! Ха! И вы думаете, я поверю? И сразу такой роскошный столик?! За какие такие заслуги?

— Я принимал его последних двойняшек, — улыбнулся Логан. — Закажем бутылку вина?

— Пожалуй, да. Мне необходимо снять стресс. Несмотря на шутливый тон, сказанное было истинной правдой. Пальцы Элисон заметно подрагивали, когда она раскладывала перед собой салфетку.

“Всерьез ли полчаса назад Логан говорил о нашей помолвке? При этом я ничего не отрицала, — в ужасе думала она. — Может, все это мне померещилось?”

Официант принес бутылку выдержанного сухого вина и два больших изящных бокала. Логан отпил глоток и удовлетворенно кивнул. Официант с поклоном удалился.

— За нас, — подняв высоко бокал, провозгласил тост “жених”.

— Ну уж нет, — запротестовала Элисон. — Сперва объяснения, причем убедительные, а уж после я решу, за что мне пить.

— Разумно. И полагаю, мы сможем решить не только мою, но и вашу проблему.

— О чем это вы, доктор? О ребенке? — удивилась женщина.

“Может быть, он просто предлагает себя в качестве отца для моего малыша? Пусть даже не думает об этом!” — сердито подумала Элисон.

— Начну свой рассказ с самого начала, чтобы все стало понятно. Нас было шестеро — шесть практикующих врачей-партнеров в клинике. Около месяца назад один из нас — Дейв Темплтон — вынужден был уйти с работы, и не по собственной воле, а из-за жалобы клиентки. — Логан помрачнел.

— Недовольные пациенты найдутся в любой клинике. — Элисон нахмурилась.

— Да, но подобного заявления достаточно для увольнения. Причиной жалобы стали интимные отношения врача с пациенткой, — сухо продолжил мужчина.

— О! — Элисон сразу же представила несчастную женщину, которая искала у доктора помощи, а тот непорядочно воспользовался ситуацией. — Бедняжка!

— Напрасно вы ей так симпатизируете.

— О чем это вы? Он же профессионал! Его долг — держать эмоции под контролем.

— Я не защищаю и не оправдываю его поведение в этой ситуации. Лично я вообще лишил бы его лицензии, — строго заметил Логан.

— Тогда не пойму… — начала Эдисон.

— Просто “жертва” тоже не была столь невинной, как вы себе представили. И пожаловаться решила вовсе не потому, что ее соблазнили, а потому, что доктор решил завершить их романтические отношения, а ей бы, наоборот, хотелось их продолжить.

— И после ее заявления ему пришлось уйти? — уточнила собеседница.

Интересно, кто в процессе разговора первым придвинулся поближе? Она или доктор Кавенаг? Во всяком случае, теперь Элисон остро ощущала тепло его тела.

— Хорошо. Но все это вопросы медицинской этики. При чем же здесь ваша сегодняшняя выходка? — поинтересовалась Элисон, стараясь больше не сдвинуться с места.

— Все дело в Берте Синклере. После этого инцидента он стал вести себя очень странно. Заставил Темплтона написать заявление об уходе по состоянию здоровья, чтобы тень скандала не пала на клинику в целом. А все оставшиеся сотрудники попали под особое бдительное наблюдение нашего старшего партнера.

— Даже те, кто никогда ничего подобного не совершал?

— Дурная овца бросает тень на все стадо. Слухи распространяются мгновенно. Мы рискуем потерять доверие клиентов. Берт тем временем решил, что знает правильные ответы на все вопросы. Поэтому его гипотеза кажется ему единственно верной.

— Что же он придумал?

— Как устранить саму возможность возникновения подобных ситуаций в будущем. Темплтон был холост. Так же, как и я. Доктор Синклер счел именно этот фактор главной причиной случившегося несчастья. Я тоже не женат, следовательно, по его логике, могу стать неприятностью номер два.

“Вот почему Логан в разговоре с Синклером сказал, что он не Темплтон, — вспомнила Элисон подслушанный в коридоре разговор. — Теперь многое из того диалога становится ясным”.

— Вряд ли наличие жены удержало бы Темплтона от подобного поступка, — с иронией заметила Элисон.

— Это понимаете вы. И я. Но не Берт. Он твердо уверен в обратном, — с горечью ответил Логан.

— И теперь ваша карьера зависит от того, как вы сумеете выйти из этого абсурдного положения? — с сочувствием в голосе заметила она, такая несправедливость возмущала и огорчала ее.

— Да. Целиком и полностью. — Он поставил свой стакан на стол и оглянулся в поисках официанта. — Давайте закажем еще что-нибудь. Я хотел бы поесть, прежде чем вернусь на рабочее место.

— Одну минуту, Логан. Вы много рассказали, но ведь это еще не конец истории, не так ли? — Эдисон в упор посмотрела на собеседника.

— Давайте есть и разговаривать одновременно, — предложил тот. — Между прочим, могу поклясться, что уже давно ощущаю приятный аромат персиков. Вы не знаете… — игриво начал он.

— Забудьте о фруктах, — приказала она, не позволяя переменить тему. — Мне нужны честные ответы на мои вопросы. Например, когда это вам пришел в голову столь остроумный выход из положения и почему вы не предупредили меня заранее?

— Это был чистой воды экспромт. Наш разговор с Бергом начался незадолго до вашего прихода, и я не знал, о чем он собирается мне сообщить. Лишь после его “предупреждения” я в полной мере осознал, в какой опасности нахожусь.

— И придумали женитьбу как выход из конфронтации с руководством? Да вы просто струсили и не захотели бороться! — негодующе заявила Элисон.

— Я знал, вы расцените это именно так… — Логан не завершил фразу, обернувшись на шаги официанта. — Итак, что вы закажете, Элисон?

— Все равно. В вопросах еды я не щепетильна, — рассеянно заметила та.

— В корне неверный подход, особенно в таком изумительном ресторане. Луиджи будет оскорблен до глубины души. — И Логан одно за другим начал диктовать официанту названия блюд из меню. Закончив заказ, он вновь обратился к собеседнице: — Итак, на чем мы остановились?

— На том, как глупо думать, что объявление о помолвке решит все ваши проблемы. Неужели вы правда считаете, что кто-то поверит, будто мы… мы двое… — Она замялась, споткнувшись на последних словах.

Взгляд Логана загорелся живым интересом, он напряженно ждал, что она скажет дальше. Элисон откашлялась:

— И почему вы остановились на мне? Зачем было вообще называть конкретное имя?

— А по-вашему, я должен был сказать Берту, что позабыл имя собственной невесты? Да если бы я ее быстренько не отыскал…

— Вам следовало дождаться следующего заседания Клуба знакомств и не спеша выбрать себе подходящую кандидатуру. Насколько я помню, в прошлый раз аж двенадцать претенденток проявили горячую заинтересованность в продолжении контактов. Думаю, любая бы из них сочла за честь стать вашей избранницей.

— Что касается дам такого рода, то я расцениваю их как сущее наказание для мужчины. Кроме того, когда Берт сегодня начал этот неприятный разговор, я стал тут же ломать голову, как выйти из столь неприятного положения, и вдруг… явились вы, словно Бог в ответ на мою мольбу послал мне на помощь ангела.

— Ой, простите. Знай я заранее о своей миссии на сегодня, получше бы почистила перышки на крылышках и как следует отполировала нимб, — притворно-сладким голоском вставила Элисон.

Логан продолжил речь, будто и не слышал ее язвительного замечания.

— А с другой стороны, вы явились мне словно ночной кошмар, — серьезно закончил он.

— И ангел, и кошмар одновременно? Я и не подозревала, что настолько талантлива, — с иронией отозвалась женщина.

— Да, я был просто потрясен, увидев вас. Сначала подумал, что вы пришли по поводу ребенка, и ужаснулась от мысли, что вы прямо сейчас начнете обсуждать все детали. Момент был настолько неподходящим для такого дела, что я замер от страха. А потом подумал: а если ваше появление вовсе не случайность, а ловушка, подстроенная Бергом Синклером? Что ему стоило договориться с какой-нибудь женщиной, чтобы та обратилась ко мне с просьбой помочь завести малютку, а Берт тем временем спокойно наблюдал бы за моей реакцией и дальнейшими действиями. Ведь это дало бы ему возможность…

— Просто блестяще. Вы это серьезно? — Элисон не могла прийти в себя от негодования. — А аппендицит? Я его тоже “устроила” в качестве ловушки? — Голос ее становился все громче, она почти кричала. — Да как вы могли подумать, что я стану участвовать в таком грязном деле?!

— Успокойтесь, Элисон. И простите. Я был слишком взволнован, чтобы трезво оценить ситуацию. А сейчас просто рассказываю вам о своих переживаниях в тот момент. У меня было такое чувство, словно я загнан в угол, вы понимаете?

Вернулся официант. На его подносе аппетитно благоухали салаты и горячие блюда, хлеб с хрустящей корочкой, оливки и всевозможные соусы. Элисон рассеянно отломила кусочек хлеба и в задумчивости посмотрела на собеседника.

— Да, теперь я понимаю, что решение вступить в брак будет лучшим выходом в данной ситуации, — наконец произнесла она. — К тому же у вас не было времени на то, чтобы все обдумать. Но ваш ход чреват последствиями. Вы не сможете долго обманывать всех этим мнимым браком. И к тому же… — Она замялась.

Логан не смотрел на собеседницу. Все его внимание было приковано к огромной оливке на кончике вилки для салата.

— А я никого и не обманывал. Я действительно хочу жениться.

— Что?

— Хочу вступить в законный брак.

— Что ж, поздравляю. В таком случае было бы разумнее сразу назвать имя невесты, а не мое…

Логан поднял прекрасные зеленые глаза и пристально посмотрел на Элисон. Та смутилась.

— Так вы говорили серьезно? Я-то полагала, это всего лишь вынужденное притворство. Но я не собираюсь вступать в брак. В моих планах на ближайшее будущее нет этого пункта… — испуганно залепетала она.

— Прекрасно. Все идет, как я задумал, — наконец прервал эту бессвязную речь Логан. — Давайте обсудим детали.

— Вы разве не слышите меня? — Элисон просто взорвалась от негодования. — Я ясно сказала, что не собираюсь замуж!

— Мое предложение вряд ли можно назвать полноценным замужеством.

— Тогда что вы еще придумали? Вместо того чтобы притворяться женихом и невестой, нам придется разыгрывать из себя женатую пару?

Доктор Кавенаг отодвинул тарелку из-под салата и положил оба локтя на стол. Тон его стал сухим и деловитым.

— Думаю, брак должен быть законным. Хотя при данных обстоятельствах полноценную семью мы вряд ли сумеем создать. Но самое главное — вместе мы будем совсем недолго. И если вы согласитесь на эту маленькую уступку…

— Ничего себе маленькая уступка, Логан!

— …то в завершение всех перипетий получите столь желанного ребенка.

— Поясните, пожалуйста. — Голова Элисон пошла кругом.

— Вы забеременеете от меня.

— То есть вы вновь настаиваете на ранее предложенном вами традиционном способе зачатия?

— Согласитесь, что это наиболее легкий путь.

— Значит, у нас с вами будет кратковременная связь, да еще узаконенная документом о браке. Возможно, с вашей точки зрения все прекрасно. Ребенок станет лишним доказательством вашего женатого положения, плюс ко всему вы получите некоторое количество приятных эмоций. Я верно излагаю?

— Ну, возможно, не совсем точно…

— Так вот. Мне это не подходит.

— Господи, неужели в вас вообще нет нормальных инстинктов? Почему вы так настойчиво избегаете мужчин? Ну хорошо, хорошо! Пусть крошка будет иметь безымянного отца-донора. Хотите, я сам выращу его в пробирке, чтобы вы избежали всех неприятностей, связанных с беременностью и родами, — утренней тошноты, родовых мук и всего остального? Все, что от вас требуется, — это пройти через ничего не значащую церемонию бракосочетания.

Когда Элисон заговорила, она сама не узнала своего голоса:

— Вы серьезно?

Логан откинулся на мягкую спинку кожаного дивана.

— Серьезнее не бывает.

— Вам настолько дорога ваша работа?

— Разве вы не дорожите своей?

— Простите, я не то имела в виду. Вы держитесь за место именно в клинике доктора Синклера? Ведь есть масса других мест, куда может устроиться такой талантливый врач, как вы.

— Благодарю за прекрасный отзыв о моей персоне. Не могли бы вы изложить все это в письменной форме?

— Бросьте, Логан. Вы ведь действительно можете устроиться куда захотите. Зачем тогда держаться за Берта Синклера? Какой смысл ублажать его?

— Вы неверно истолковываете мои действия. Я вовсе не держусь за свое место в этой клинике. Но, будучи хорошим специалистом, как вы сейчас сказали, я не могу не дорожить репутацией.

Прежние слова Кавенага о Темплтоне и связанном с ним скандале разом всплыли в памяти Элисон, и она осознала все опасения Логана.

— То есть вы хотите сказать, что врач, внезапно оставляющий солидную практику не ради другой, более выгодной работы, сразу же начинает вызывать подозрения коллег?

— Вот именно. А уж если просочатся слухи о неприятном инциденте в нашей клинике…

— Все решат, что и вы замешаны в чем-то некрасивом. И поэтому уходите вслед за ним. Да? — выстроила логическую цепочку Элисон.

— Совершенно верно. Я попаду в черный список, и потребуется много времени, чтобы люди докопались до правды и я смог занять достойную должность в хорошем месте, — горько закончил собеседник.

— Но неужели после всего вы сможете работать бок о бок с Бергом Синклером? — возмутилась женщина.

— До нашего последнего разговора у меня не было серьезных мотивов уходить из больницы. Но после нескольких минут нашей беседы мои карьерные планы резко изменились. Я принял твердое решение искать новое место, —но мне нужно еще очень хорошо обдумать, чего именно я хочу. В любом случае мне не хотелось бы действовать сгоряча. Кроме того, на мне лежат определенные финансовые обязательства — ведь я еще не до конца оплатил свое обучение в медицинском университете. Необдуманное поведение в столь сложной ситуации крайне опасно.

Мисс Новак задумчиво произнесла:

— Однажды вы найдете подходящую работу…

— И тут же попрощаюсь с Бергом Синклером!

— А что будет с нашим браком?

— Мне он больше не будет нужен. А поскольку вы тоже не стремитесь сохранить наши отношения, то, полагаю, мы с вами разойдемся по-дружески.

Элисон помолчала, обдумывая ситуацию:

— Как долго вы планируете искать работу?

— Максимум шесть месяцев. Но возможно, подходящее место попадется намного раньше.

“Шесть месяцев — это все, о чем он просит меня. Согласившись на его предложение, я получу то, о чем мечтаю больше всего на свете!” — размышляла она.

— И вы даете честное слово… — голос Элисон упал до шепота, — насчет ребенка?

Логан взглянул ей прямо в глаза и твердо сказал:

— Клянусь!

Какое-то время оба неотрывно смотрели друг на друга. Элисон не выдержала первой, отвела взгляд и дрожащими руками закрыла лицо. Вся ситуация казалась ей невероятной, смешной, глупой — прямо-таки идиотской. Но начать все сначала, вновь повторять самые сокровенные слова другому доктору — нет, это было выше ее сил! Логан застыл, ожидая решения, от которого зависело будущее их обоих.

Элисон отвела руки от лица, постаралась унять дрожь в пальцах. Затем взяла бокал. Повернувшись к собеседнику, она неровным голосом произнесла:

— Я согласна и предлагаю тост. За нас! Пусть каждый получит то, о чем мечтает!

Мгновение Логан смотрел на Элисон так, словно не мог поверить услышанному. Затем осторожно взял свой бокал и поднес к бокалу невесты. Нежный перезвон хрусталя скрепил устный договор будущих супругов. — За тебя, дорогая! За нас!

ГЛАВА ПЯТАЯ

Когда машина Логана затормозила у крыльца дома Элисон, стрелки часов уже показывали начало десятого. Отстегивая ремень безопасности, женщина терзалась сомнениями: следует ли ей пригласить “жениха” зайти в дом. Разумеется, он откажется, так как ему надо еще заехать в клинику. А если он и согласится заглянуть ненадолго — что ему тогда предложить? Только не кофе — он уже и так выпил четыре чашки в “Цицероне” и вряд ли сможет сегодня заснуть.

Логан заглушил мотор, вылез из машины и распахнул дверцу перед Элисон.

— Я провожу тебя до дверей, дорогая, и подожду, пока не загорится свет в прихожей, — заботливо сказал он, разрушив тем самым все сомнения Элисон.

— Спасибо, но я вполне способна сама позаботиться о себе. Тем более что я у себя дома! — выпалила она.

— Не сомневаюсь, — мягко ответил Логан, беря ее под руку. Элисон перестала сопротивляться. К тому же вокруг было так темно, что присутствие мужчины было как нельзя более кстати.

Обычно Элисон всегда оставляла включенной лампочку на крыльце перед входной дверью, особенно если знала, что вернется домой поздно.

Но вот сегодня по странной случайности она почему-то позабыла включить свет…

В этот момент возле тротуара с визгом затормозила машина, из нее быстро вышел человек и стремительной походкой направился в сторону дома Элисон. “Скорее всего, кто-то из соседей спешит домой”, — подумала она, как вдруг шаги раздались прямо у нее за спиной. Вечер, мрак, за ней гонится какой-то тип! Как хорошо, что она не одна!

Элисон обернулась, стараясь в неярком свете луны получше разглядеть незнакомца. Ниже Логана, блондин…

— Роб! — с облегчением и вместе с тем с удивлением воскликнула она, узнав своего старого доброго друга. — Что ты здесь делаешь?

Роб Морроу после такого приветствия застыл на месте, широко расставив ноги и безвольно опустив руки.

— Я? — только и смог выдавить он. — Лучше скажи, где ты была, Эли.

Мисс Новак сразу же пришла в себя и не на шутку рассердилась.

— С каких это пор ты получил право вмешиваться в мою личную жизнь? Почему я должна отчитываться перед тобой? — ледяным тоном ответила она.

— Но ты же сама назначила мне свидание и не пришла. Я волновался, — ошарашено оправдывался Роб.

Элисон задумчиво потерла лоб. Господи, ну конечно! Роб… Билеты на “Риголетто”… Опера просто была вытеснена из ее памяти лавиной событии, столь внезапно обрушившихся на нее. Но как все тактично объяснить Робу?

— Простите, боюсь, в случившемся целиком моя вина, — вежливо вмешался Логан.

— Кто вы? — Роб сделал шаг вперед, и Элисон уловила в его голосе угрожающие нотки.

Первым ее порывом было встать между мужчинами, чтобы не допустить их столкновения, однако Логан не позволил ей прикрыть себя. Он сделал шаг вперед и мягко пояснил:

— Сегодня вечером я сделал предложение Элисон, и она дала согласие стать моей женой. Вот почему она несколько забывчива сегодня. Это все из-за меня. — С этими словами он нежно погладил темный блестящий локон на плече невесты.

Второй раз за этот долгий день Элисон выслушивала сообщение о собственной помолвке и никак не могла привыкнуть к мысли, что речь идет именно о ней. Интересно, как отреагирует на новость Роб?

— Ты помолвлена? Выходишь замуж? Но я даже незнаком с твоим женихом! — растерянно бормотал Морроу.

Элисон тут же представила мужчин друг другу, и они обменялись крепким рукопожатием.

— Дорогая, ты устала. Иди в дом, а я провожу мистера Морроу до машины. Спасибо, что ты так самоотверженно защищала меня, — игриво добавил Логан, обнял невесту и притянул к себе для поцелуя.

“Да, все правильно. Поцелуи, объятия — тоже часть нашего спектакля”, — размышляла Элисон, без тени сомнения отдавая себя во власть Логана. А тот очень уверенно обращался с ней, и со стороны никто бы не догадался, что это их первые объятие и поцелуй. На какое-то мгновение Логан отстранился и сразу опять приник к Элисон, но теперь поцелуй стал страстным, требовательным, нетерпеливым, жаждущим ответа. Кровь сильнее застучала в висках Элисон, все ее существо встрепенулось, потянулось навстречу Логану, а ее руки сами собой крепко обняли его за плечи.

— Как трогательно, — пробормотал Роб, наблюдая за влюбленной парочкой.

От звука его голоса Элисон вздрогнула и попыталась высвободиться, но Логан ей не позволил.

— Ох, Морроу, простите, мы совсем забыли, что вы здесь, — виновато проговорил он.

“Да-да, слушай его больше, Роб. Он тебе еще и не такое скажет”, — с усмешкой подумала Элисон.

Логан улыбнулся невесте.

— Спокойной ночи, дорогая. Я бы с удовольствием остался на ночь, но ты ведь знаешь, что я не могу уезжать из клиники надолго… — с сожалением произнес он.

“Как умно и тонко он дал понять Робу, что является моим частым гостем. Да и кто сможет усомниться в этом, став свидетелем наших горячих поцелуев?” — отметила про себя Элисон.

Логан вновь наклонился к ее ушку и прошептал:

— Дорогая, ты прирожденная актриса.

Он чмокнул невесту еще разок на прощание и, жестом пригласив Роба следовать за собой, уверенно направился к машине.

Элисон с трудом отперла входную дверь. Еле переступая предательски дрожащими ногами, она добралась до столика с мраморной крышкой и оперлась на него, чтобы не упасть.

“Эта бурная реакция моего тела на его поцелуи — от их неожиданности, — вновь и вновь убеждала она себя. — А вовсе не оттого, что мне понравилось с ним целоваться. В следующий раз я постараюсь контролировать свои эмоции. Вот только смогу ли?” — вяло подумала Элисон.

* * *

Элисон проснулась от яркого солнышка, бьющего в окно. Голубое небо было усеяно золотистыми тучками — печальным напоминанием о вчерашней непогоде.

Женщина села в постели, потревожив сон черного пушистого клубочка — кота Бархата, который сладко спал возле нее на подушке. Тут же с другого конца кровати поднялась сонная мордочка — пушистая серая красавица Дымка. Кошечка попыталась выяснить причину беспокойства своего друга Бархата. Поняв, что тому ничего не угрожает и нигде поблизости никто опасный не прячется, Дымка сладко зевнула и вновь свернулась клубочком, на этот раз прикрыв глаза лапкой.

— Дымочка, придется купить тебе маску для сна, — нежно проворковала Элисон серой соне, зная ее нелюбовь к яркому свету.

Элисон откинула одеяло, встала и направилась в кухню, чтобы сварить кофе. Она чувствовала себя совершенно разбитой, и вовсе не от выпитого в ресторане вина, а от событий вчерашнего вечера. Эмоциональное потрясение было настолько сильным, что всю ночь ее преследовали тревожные сны. Подробности она забыла, просто осталось чувство, что это было нечто очень неприятное. Помнится, был день рождения ребенка, темноволосой девочки с “конским хвостиком” на макушке. Ей исполнялось два годика. Элисон с улыбкой несла огромный торт со свечками, пробираясь к нетерпеливой имениннице. Но вот поставить угощение на стол перед ребенком Элисон никак не удавалось. Она заторопилась, и сон оборвался, оставив в душе горечь несбывшейся мечты…

Кофеварка забулькала, возвещая о готовности ароматного напитка. Наполнив до краев большую чашку, Элисон побрела по комнатам, не в силах сесть где-нибудь и спокойно попить кофе. Ее все еще мучили впечатления от увиденного во сне.

Впрочем, в такое прекрасное солнечное утро стоило побродить по дому, полюбоваться, как солнышко своими лучами касается высокого потолка двухэтажного помещения, наполняя светом и теплом огромную гостиную и перекрашивая белые обои в нежно-розовые. Солнечные зайчики играли на отполированном дереве, загораясь на латуни перил лестницы, ведущей на второй этаж в спальню. Элисон свернула в заднюю часть дома, где располагались кухня и комната для гостей, которые казались совсем миниатюрными после внушительных пространств парадной части ее жилища. Возле комнаты для гостей она чуть замедлила шаги. Вот здесь будет детская.

Очень скоро. Мысленно Эдисон уже переставила всю мебель и заменила обои. Обстановка должна радовать ее будущего малыша. Мысли о ребенке плавно переросли в размышления о Логане. Правильно ли она поступает, ожидая помощи именно от него? Не лучше ли позвонить и все отменить, как будто ничего и не было? Она допила кофе и приняла окончательное решение. Пусть все остается как есть, ведь наградой за все неудобства станет долгожданная крошка, о появлении которой она мечтала уже столько лет. А все сомнения — просто следы ночного кошмара, и они сами развеются при свете дня.

Как раз когда Эдисон кормила кошек, раздался звонок в дверь. Кто мог прийти так рано? Неужели Роб Морроу? Наверно, решил выяснить все подробности предстоящей свадьбы. А что, если он уже успел поднять на ноги остальных ее друзей? Нахмурившись, она пошла открывать дверь. На пороге стоял Логан. “Что это? Нетерпение? Хочет сам отказаться от нашего плана? — лихорадочно соображала Эдисон, поворачивая ключ. — Спокойно. Не делай поспешных выводов и не волнуйся”. И все же в душе она испытала разочарование при мысли, что все ее замыслы могут рухнуть.

— Твой ранний визит и нетерпеливые трели в мою дверь вызваны, вероятно, бессонницей от слишком большого количества выпитого вчера кофе? — вместо приветствия язвительно осведомилась она, впуская жениха.

— Доброе утро, дорогая. — Логан шагнул в прихожую. — Кстати, о кофе. У тебя не найдется и для меня чашечки?

— А ты не боишься за свое здоровье?

И все же, заперев дверь, она провела его на кухню. Кошки мельком взглянули на гостя и решили не прерывать трапезу. Эдисон наполнила чашку для Логана и долила свою. Гость встал возле барной стойки, отделявшей кухню от гостиной, и с нескрываемым интересом стал рассматривать внутреннее убранство дома.

— Что скажешь? — чуть раздраженно осведомилась хозяйка.

— Свет, пространство, суперсовременный дизайн — все это плохо вяжется в моем представлении с тобой.

— Да? Просто ты меня мало знаешь.

— А снаружи дом выглядит древним. Или это просто ночное впечатление?

— Нет, он действительно очень старый. Прежний владелец сделал всю внутреннюю перепланировку, совместив старинную архитектуру с современными удобствами. — Элисон помедлила. — Так что все-таки привело тебя ко мне в столь ранний час? — В голосе ее звучала тревога.

— Прости за раннее вторжение, но весь день я буду очень занят на работе, а нам еще предстоит обсудить многое.

“Начало не похоже на отказ от нашего плана”, — с облегчением подумала Элисон.

— Что именно? — Она жестом пригласила его сесть. — Если тебе нужны дополнительные гарантии…

— Нет. Просто я хочу уточнить кое-что. Во-первых, о нашем соглашении знать должны лишь мы одни. Больше никто. Ни Кит, ни другая твоя подруга… Сусанна, кажется?

— Ну, уж им-то я меньше всего хочу обо всем рассказывать, — успокоила его Эдисон.

— Вторая проблема — кольцо. Извини, но до сегодняшнего дня я не подумал об этом.

— Полагаю, никто не удивится, ведь ты человек занятой. А меня эта формальность волнует меньше всего. Когда будешь у ювелира в следующий раз…

— В следующий раз? — Взгляд Логана выражал удивление.

Элисон поняла, что проговорилась. Она же сказала Логану, что не открывала его подарок, когда они вместе ехали в машине с собрания Клуба знакомств. И он молча взял коробочку обратно, не требуя никаких объяснений.

— Прости, оговорилась, — так и не придумав лучшего оправдания, пробормотала Элисон.

— У тебя все же должно быть кольцо, иначе Берт Синклер заподозрит подвох, — приняв ее извинения, продолжил Логан.

— Но мы же предупредили его, что скрывали до поры до времени наши отношения. Если бы я всюду носила бриллиантовое кольцо, то вряд ли смогла бы сохранить в секрете наши намерения, — возразила Элисон.

— Вот поэтому ты носила его на цепочке на шее, чтобы оно всегда было возле твоего сердца, — весело предположил жених.

— Чтобы мне казалось, что ты рядом, всякий раз, как цепочка перекручивается и оправа украшения больно врезается мне в кожу, — ехидно заметила женщина.

— Ничего, эти муки будут существовать лишь в нашем рассказе. Зато как романтично. Но теперь, когда о помолвке объявлено официально, ты можешь снять свое кольцо с цепочки и носить его.

Логан так убедительно говорил, что Элисон невольно поднесла руку к груди, будто собиралась снять украшение с цепочки.

— Знаешь, милый, ты так талантливо рассказываешь, что я просто начала ощущать кольцо возле сердца. Ну что ж. Я могу, конечно, и сама купить обручальное кольцо, скажи лишь, на какую сумму мне рассчитывать, поскольку такая роскошь мне в этом месяце вряд ли по карману.

— Возможно, тебе вообще не придется ничего покупать. Что ты думаешь об этом? — И с этими словами он вытащил из кармана миниатюрную коробочку.

От неожиданности Элисон едва не выронила чашку с кофе. Немного успокоившись, она осторожно поставила ее на стол и бережно взяла в руки подарок. Кольцо было великолепно. Крупный бриллиант был окружен мелкими, вкрапленными в золотую ленту. Огранка их была необычная и явно старинная, но дизайн казался совершенно современным.

— Эта вещица принадлежала моей прабабушке.

Элисон надела кольцо на палец и ощутила его тяжесть. И вдруг луч солнца упал на большой бриллиант и зажег его миллионом сверкающих искорок. Элисон позабыла о тяжести кольца, не в силах отвести взгляд от драгоценности. До нее едва долетели слова Логана:

— И последний вопрос. Нужно назначить день свадьбы. Что, если это будет следующая пятница?

Она очнулась.

— Уже через неделю? Ты шутишь?

— Прости, пожалуй, ты права. В пятницу меня могут в любой момент вызвать в клинику. Суббота. Разумеется, лучше суббота.

Эдисон хотелось крикнуть: “Нет!”, но она остановила себя, сделала глубокий вдох и уже спокойно заметила:

— А не сочтет ли доктор Синклер этот шаг несколько поспешным и неожиданным? Еще неделю назад помолвка была тайной, и вот уже свадьба?

— Напротив. Он поймет, что я рассказал ему о помолвке потому, что мы больше не хотели ждать своего счастья. Он поймет, что, обсудив ситуацию вдвоем с тобой прошлым вечером, мы пришли к выводу, что хотим создать семью как можно скорее. Поэтому готовы предпочесть скромную свадьбу через неделю пышному торжеству через год.

Голос Логана был подобен теплому меду. “Как он умеет убеждать, — отметила про себя Элисон. — Очевидно, женщины находят доктора Кавенага просто неотразимым”.

— Что ж, я согласна, — выдавила наконец она из себя. Какая, в конце концов, разница, когда они законно оформят свою сделку? Разум взял верх над чувствами, и она осознала, что чем скорее все произойдет, тем лучше.

Логан радостно улыбнулся.

— Я верил, что мне удастся уговорить тебя, дорогая!

— Мы поженимся, и ты сможешь вплотную заняться поисками новой работы, а это в свою очередь приблизит осуществление и моей мечты.

— Я рассуждал точно так же, — уже серьезно ответил Логан.

Допив остывший кофе, он спросил:

— Хочешь, я помою посуду?

— Не надо, я все сделаю сама.

Элисон проводила гостя до дверей. На пороге Логан помедлил. Склонив голову, он нежно коснулся ладонью ее щеки. Элисон увидела маленький шрам на верхней губе — след, оставленный ею при первой встрече. Инстинктивно Элисон отпрянула назад, полагая, что сейчас последует поцелуй. В глазах Логана появился вопрос, и она туг же выпалила:

— Нам незачем целоваться, ведь сейчас нас никто не видит и нам не перед кем разыгрывать спектакль.

— А ты думала, что я хочу поцеловать тебя? — В его взгляде заплясали веселые искорки.

“Какая же ты глупая! — отчитала она себя. — Опять твои чувства опередили разум. Он вовсе не собирался целовать тебя!”

— Я так обеспокоил тебя своими поцелуями прошлым вечером? — Пальцы Логана вновь нежно скользнули по губам и щеке Элисон; его ласка была подобна касанию крыла бабочки. Губы Элисон начали дрожать вопреки ее воле. — Пожалуй, я заблуждался на твой счет. Какие-то нормальные инстинкты в тебе еще живы, — ласково и задумчиво произнес на прощанье Логан.

* * *

Эдисон очень не хотелось наткнуться сейчас на кого-нибудь в офисе, и удача сопутствовала ей. Кит не было почти весь день, а Сусанна была целиком поглощена подготовкой к предстоящей презентации и даже не спустилась на ланч из производственной комнаты на втором этаже.

Столкнулись со Сью они лишь вечером возле кухни. Эдисон вышла из своего убежища взять в кладовке коробку канцелярских скрепок, а Сусанна оказалась там же в поисках фотопленки.

— Случайно не знаешь, где Рита хранит пленку? — обратилась она к Элисон.

— Случайно знаю. Вот здесь на полке. — С этими словами она протянула руку и сняла на стол коробку с фотопленками. Сусанна, конечно, сразу же заметила новое украшение.

— Чудесное колечко, — тут же прокомментировала она. — У тебя вообще в последнее время появилась страсть к ювелирным изделиям. Сначала флейтист, теперь вот это. Постой! Бриллиантовое кольцо на левой руке… — Глаза Сусанны расширились от удивления.

Элисон почувствовала, как краска заливает лицо. Господи, ну как она могла забыть об осторожности! Теперь придется все объяснять.

А Сусанна громовым голосом уже на весь офис просила вернувшуюся Китти, чтобы та немедленно спустилась вниз.

— Что случилось? Почему ты так взволнована, Сью? — прокричала Кит из своего кабинета на втором этаже.

— У Эли появилось потрясающее бриллиантовое кольцо, ты его уже видела? — вопросом на вопрос ответила Сусанна.

Кит немедленно спустилась к подругам. Она выглядела озадаченной.

— Расскажешь обо всем сама, или будем гадать, кто именно сделал тебе предложение? — требовательно обратилась она к Элисон.

— Да при таком количестве знакомых мужчин, как у нее, гадать мы будем до вечера. Но, похоже, я знаю ответ и так, — с ехидцей произнесла Сусанна.

На этот раз Элисон побледнела. Кит задумчиво разглядывала кольцо.

— Да, и кто же это, Сью?

— Все очень просто. Вчера вечером Эли встречалась с Робом Морроу, а сегодня у нее на руке появилось обручальное кольцо, следовательно…

Элисон не дала подруге продолжить мысль в этом направлении:

— Это не Роб.

Сусанна нахмурилась:

— Уж не хочешь ли ты сказать, что подарок от кого-то из клиентов?

— Разумеется, нет!

Кит, продолжая разглядывать кольцо, заметила:

— Но ведь ты помолвлена, Эли, не так ли? Наверняка. Я не могу представить, чтобы ты просто купила такую вещь для себя.

Элисон молчала.

— Ну хорошо, Эли, — терпеливо сказала Сусанна. — Давай разбираться по порядку. Вчера вечером ты должна была отправиться в оперу с Робом Морроу, правда?

— Я вспомнила об этом свидании практически сегодня ночью.

Кит тут же отреагировала:

— Ну, если Элисон Новак позабыла о назначенной встрече, то должно было произойти действительно нечто очень серьезное.

Элисон сделала глубокий вдох, собрала все свое мужество и на одном дыхании выпалила:

— Я выхожу замуж за Логана Кавенага. Последовавшая за этим заявлением тишина ощущалась физически. Через несколько секунд Кит с шумом плюхнулась на стул, а Сусанна, первой отважившаяся нарушить затянувшееся молчание, с видимым усилием произнесла:

— А ты уверена, что знаешь его достаточно хорошо?

Эта фраза вывела из оцепенения Кит. Ее реакция была более бурной:

— Да что все это значит, черт побери, Эли?

Сусанна пояснила:

— Сначала Эли со всего маха ударила его головой и рассекла ему губу. Он оказался мазохистом и после этого влюбился в нее…

У Кит еще больше округлились глаза, Элисон начала нервно смеяться, а Сусанна меж тем развивала свою мысль дальше:

— Возможно, он потому и выбрал профессию врача, что ему нравится вид крови…

Входная дверь хлопнула.

— Наверное, это Рита, — сказала Кит. — Пойду посмотрю.

— Лучше я, — быстро ответила Элисон.

— Нет. Я все равно ухожу. Мне нужно прийти в себя перед встречей с клиентами, — сурово заметила подруга.

— Пойдемте все вместе, — предложила Сусанна. — Но учти, Эли, разговор не окончен. Главное “но” — это то, что ты его совсем не знаешь!

— Действительно, Эли, вам рано жениться. Почему бы вам не продолжить просто встречаться, чтобы познакомиться поближе, — встала на защиту подруги Кит.

Элисон вмешалась в пререкания:

— Прекратите, пожалуйста, спорить! Вы, как всегда, начали обсуждать меня так, будто меня здесь нет.

И тут ее взгляд упал на вошедшего. Она оборвала реплику на полуслове и застыла на месте. В холле стоял Логан Кавенаг, держа в руках большое стеклянное блюдо. Разговор разом смолк.

— Привет, Логан! Я думала, ты не сможешь освободиться раньше восьми. А что это у тебя в руках? — наконец очнулась Элисон.

Он пояснил:

— Я уже открывал дверь к вам, когда ко мне подошла маленькая пожилая женщина, сунула в руки эту огромную тарелку, что-то невнятно пробормотала и исчезла. — Логан понюхал блюдо. — Пахнет персиками.

— Дорогой, тебя просто преследует этот запах, — нежно проворковала Элисон, ласково и понимающе взглянув на жениха. — Потом ее осенила догадка: — А, наверное, это миссис Голкомб! Я отдала ей персики, а она испекла пирог и решила угостить им нас. Как мило с ее стороны!

Сусанна тем временем подошла к Логану и ледяным тоном поинтересовалась:

— Доктор Кавенаг, а почему, собственно, вы хотите жениться на нашей подруге?

Логан не растерялся, что сильно порадовало Элисон.

— Полагаю, я уже дал ответ на этот вопрос моей невесте, и она сочла его исчерпывающим.

— Иными словами, — пробормотала Кит, — не лезь не в свое дело, Сью. — Но ведь поженитесь вы не скоро. Я права, Логан?

— Да, нам придется ждать ужасно долго, — ответил тот не колеблясь. Затем обратился к невесте: — Дорогая, поставь, пожалуйста, куда-нибудь это блюдо, иначе оно грозит навеки приклеиться ко мне. Хочешь, я помогу тебе его убрать?

— Так когда все-таки ваша свадьба? — не сдавалась Сусанна. В голосе ее звучало подозрение.

Логан стал высчитывать по пальцам и наконец изрек:

— Лучше бы под рукой был календарь. Полагаю, через девять дней. Я прав, любимая? — “Теперь твой выход на сцену”, — говорил его взгляд.

Элисон выдавила улыбку:

— Восемь дней, милый. Не будем считать день венчания. Не станем его приплюсовывать, ведь это лишних двадцать четыре часа ожидания!

Логан с неподдельным восхищением воззрился на свою невесту. Кит обеими руками схватилась за голову.

— Эли, Эли, ведь ты не сделаешь этого! — простонала она.

— А мы-то, Китти, — усмехнулась Сусанна, — всегда считали нашу подругу самой практичной из нас троих!

ГЛАВА ШЕСТАЯ

В наступившей тишине Элисон развернулась на каблуках и с гордо поднятой головой проследовала на кухню, неся перед собой блюдо с пирогом.

Логан не отставал ни на шаг. В кухне он сразу принялся оттирать с рук липкий персиковый сок.

— Итак, это мы сделали, — констатировал он.

— Ты имеешь в виду, оповестили Кит и Сусанну? — Элисон с сомнением покачала головой. — О нет. Это лишь начало. — Она подставила ладони под струю воды из-под крана.

— А что подразумевала Сью, говоря о твоей практичности? — как бы между делом поинтересовался Логан.

— Стратегию нашего бизнеса. Мы такая сильная команда, потому что каждый имеет своих собственных клиентов, но постоянно ощущает себя частью целого коллектива. Сусанна — творческое начало; она способна выдвигать бесконечное множество интересных и полезных идей. Кит переводит ее замыслы в наиболее приемлемую для восприятия клиентов-заказчиков форму. Я же слежу за бюджетом компании, оплатой счетов и за тем, чтобы не возникало экстренных денежных ситуаций — одним словом, чтобы мы все всегда ели и спали спокойно. Вот об этом и шел разговор.

— Итак, практичность, — задумчиво произнес Логан. — Что ж, мне импонирует эта твоя черта, дорогая.

Его голос звучал спокойно и рассудительно, однако в глазах плясали веселые искорки. Элисон задумалась на секунду и продолжила:

— Иногда мы формулируем все это несколько по-иному: Сусанна — это наше чувство юмора, Кит — доброе сердце, а я — расчетливый ум.

Она вытащила из стола прозрачную пленку для продуктов, аккуратно завернула и убрала в холодильник пирог. Потом вновь обернулась к Логану.

— Ты полагаешь, я чересчур расчетливо подхожу к вопросу о ребенке?

— Ты действительно хочешь услышать мою точку зрения? Мне казалось, ты запретила мне ее высказывать.

— Твои слова все равно ничего не изменят, так что можешь говорить, что хочешь. В любом случае мы обо всем договорились, и я не дам никому ничего испортить. Кстати, а зачем ты пришел?

— Может быть, обсудим это не здесь?

— Да, ты прав. Тут нам вряд ли удастся побеседовать спокойно. Подожди, я только уберу все с рабочего стола, и мы сможем пойти куда-нибудь выпить кофе.

Она провела его в свой кабинет. Логан удобно устроился в плетеном кресле, а Элисон начала убирать папки с документами в ящики стола. Наконец порядок был наведен.

— Я готова. Куда мы идем? — убрав последний скоросшиватель, спросила она.

— Давай выпьем кофе прямо здесь, — вдруг предложил он.

— Но ты только что сам мечтал об уединении!

— Полагаю, здесь нам никто не помешает. В кафе будет менее уютно. — Логан положил рядом с собой на широкое кресло декоративную подушку с соседнего дивана. — Да, посидим прямо здесь. К тому же мне надо подумать.

Элисон осторожно присела возле жениха.

— Когда я вижу у тебя на лице этот задумчивый взгляд, мне каждый раз становится не по себе. О чем ты сейчас думаешь? — осторожно осведомилась она.

— О том, нужно ли мне брать напрокат смокинг для свадьбы! Может, лучше сшить на заказ?

— И эту проблему нельзя обговорить за чашкой кофе? Полагаю, смокинг нам ни к чему. Ведь свадьба не будет торжественной. И потом, там будем только мы и двое свидетелей, — неуверенно закончила Элисон.

— Но не слишком ли мрачно все будет выглядеть? — засомневался Логан.

— Какая разница? Однако, если ты считаешь, что нужно что-то сделать по-другому, я не против.

На лестнице послышались шаги.

— Это, наверное, Сусанна, — шепотом предупредила Элисон.

— Подслушивает? — так же тихо спросил Логан. Рука его скользнула на талию невесты, и он так крепко обнял ее, что она ощутила ровное и сильное биение сердца своего жениха. Его щека нежно прижалась к волосам Эдисон. — Еще я хотел извиниться, — негромко продолжил разговор Логан. — За то, что назначил день свадьбы, не подумав о твоих родных. Если они не успеют приехать…

Эдисон перебила:

— Не волнуйся о моих родственниках. — Тон ее стал сухим и жестким.

— А вот мои мама и папа…

— Ты шутишь? Неужели ты заставишь их думать, будто наш брак настоящий? — Эдисон пришла в ужас.

— Но ты же сама хотела, чтобы именно так все и думали.

— Да, но родители — это совсем другое дело.

— Вот ты им все и разъясни насчет нас. — Логан вновь бережно притянул к себе отстранившуюся было Элисон.

— Ох, нет, — только и простонала та.

— Не забудь коснуться пункта договора о будущем малыше. Мне бы не хотелось видеть выражение лица моей мамы в этот момент…

— Но…

— Со временем они простят меня, сочтя, что я по глупости попал в ловушку расчетливой, бессердечной особы.

— А почему не наоборот?

— Да потому, что это мои мама и папа, и они, без сомнения, встанут на мою сторону.

— Хорошо, в любом случае эта сделка касается лишь нас двоих.

— Да, но моя мама пребывает в полном неведении. Она женит своего сына и очень надеется понянчить внуков. Поэтому, если появится ребенок, хоть как-то связанный со мной…

— В этом случае мне придется во всем ей признаться, — сухо констатировала Элисон.

— Рад, что ты это понимаешь. Вот список двадцати моих гостей. А ты уже кого-нибудь пригласила?

— Нет. Честно говоря, я думала, что на нашей свадьбе будем только мы и двое свидетелей. Ну что ж, хорошо. Тогда, очевидно, нам придется организовать и небольшой банкет?

— Дорогая, я вовсе не настаиваю на том, что церемония должна быть пышной. И, разумеется, я во всем помогу тебе. Да! Забыл сказать. Я убедил Берта Синклера отказаться от услуг вашей фирмы, так что теперь у нас будет больше времени на подготовку к свадьбе.

— И меньше денег, поскольку ты избавил меня от выгодного заказа.

— При данном стечении обстоятельств консультировать доктора Синклера было бы неудобно. — Логан зарылся лицом в рассыпанные по плечам локоны Элисон. Та испуганно отпрянула, затем пристально посмотрела на него. — Я опять слышу шаги, — как ни в чем не бывало пробормотал он.

— А я нет.

— И к тому же твои волосы на ощупь напоминают шелк.

— Послушай, дорогой, не слишком ли уютно ты тут устроился?

Логан отпустил ее и встал. Высокий, стройный, с сильной мускулатурой, которую не скрывала тонкая ткань рубашки.

— Пожалуй, для своих визитов я куплю собственный мягкий диванчик, уж с него-то ты меня точно не прогонишь. — Он улыбнулся, затем зевнул. Только сейчас Эдисон заметила, каким усталым он выглядит.

— Иди-ка домой и хорошенько отоспись, — посоветовала она; голос ее почему-то звучал хрипло.

— Не могу. Меня ждут четыре новоиспеченные мамочки. Нужно проверить, как они себя чувствуют. Продолжим наш разговор завтра, хорошо?

— Сгораю от нетерпения. Логан лукаво улыбнулся.

— Дорогая, мы можем поставить ряд научных экспериментов и выяснить, что еще может заставить тебя сгорать от нетерпения, — игриво предложил он.

— И не надейся!

Логан поднял одну бровь и с угрожающим видом приблизился к Элисон. Она покраснела, и ей ничего не оставалось, как позволить ему заключить себя в объятия.

* * *

Помогая Элисон надевать подвенечное платье, Кит и Сусанна вели себя очень загадочно. Кит старалась не раскрывать рта, что было странно, учитывая ее обычную словоохотливость; Сусанна, напротив, болтала без умолку, что также противоречило ее молчаливой натуре. Элисон знала: их состояние — затишье перед бурей, и очень скоро на нее посыплется град неизбежных вопросов. И так уже подруги тактично не обсуждали ее дела слишком долго.

Элисон села возле туалетного столика и принялась подкрашивать губы, краешком глаза наблюдая за компаньонками и пытаясь угадать, которая из них не выдержит первой. Сусанна хмурилась и отводила взгляд. Кит машинально двигалась по комнате, плотно сжав губы. Партнерши по бизнесу и лучшие подруги, они во всем привыкли доверять друг дружке. Элисон поневоле нарушила эту гармонию. Но, с другой стороны, если рассказать обо всем честно, станет еще хуже. И если теперь ее поступок все расценивают как легкомысленный и романтичный, то, узнай всю правду, они не поймут и даже, пожалуй, осудят. Зато через год, когда Логан навсегда уйдет из ее жизни, а она останется с долгожданной крошкой, подруги поймут, что все было сделано абсолютно верно, и порадуются за нее. И тогда гармония их взаимоотношений восстановится.

Элисон еще раз взглянула на Кит и Сусанну, и теплая волна благодарности разлилась у нее в душе. Как все-таки ей повезло с подругами! Они переживают за нее, не одобряют ее легкомыслия и вместе с тем настолько тактичны, что удерживаются от обсуждения неприятной для невесты темы.

— Все будет хорошо, мои дорогие, — с любовью обратилась к подругам Элисон.

— Ох, Эли, надеюсь на это. — Сусанна решительно положила расческу на туалетный столик. — Не могу больше стоять здесь и делать вид, что одобряю все происходящее!

— Тебе не нравится, что мы решили отказаться от медового месяца? — невинно осведомилась Элисон.

— Конечно, нет. Логан ведь все равно переезжает к тебе. Это, кстати, тоже не очень хорошо, учитывая, что…

— Почему? У меня есть свой дом, а он снимает квартиру. Поэтому мы решили жить вместе, а его жилье сдавать в аренду.

— Меня волнует вовсе не вопрос жилплощади, а поспешность твоего брака. Рита выронила стопку из четырехсот писем, когда мы рассказали ей о твоем замужестве. Она считает, что, возможно, это мы виноваты во всем. Мы обе устроили свое счастье, поэтому ты решила поспешить, чтобы не остаться в одиночестве.

— Сью! — укоризненно вмешалась Кит.

— Почему бы тебе не подождать хотя бы немного, Эли? И убедиться, что твой выбор верен? — Сусанна уже не могла остановиться, пока не выскажет всего.

Элисон достала тени для век и принялась их накладывать.

— Разве я была против твоего брака с Марком, Сью? — наконец отозвалась она.

— Но ведь к моменту свадьбы я знала его уже добрый десяток лет! А ты Логана сколько? Минут двадцать? Ведь только вчера вечером он представил тебя своим родителям!

— Я выхожу замуж за Логана, а не за его маму и папу. К тому же они и приехали вчера, поэтому познакомиться с ними раньше я бы все равно не смогла.

Кит попыталась вмешаться и отвлечь Сусанну:

— Сью, не могла бы ты передать мне жакет Эли?

Но та не поддалась на уловку и продолжила допрос с пристрастием:

— Интересно узнать, как он сделал тебе предложение?

— Это произошло во время обеда в “Цицероне”. Все было очень красиво. Подробностей нашего разговора не расскажу ни за что, даже не проси.

Элисон закончила красить ресницы и припудрилась. Сусанна тяжело вздохнула:

— Согласна на любого мужа для тебя, даже если вы познакомитесь по объявлению, лишь бы он был хорошим человеком и смог сделать тебя счастливой!

“Боюсь, в моем случае ты недалека от истины, подружка”, — усмехнулась про себя Элисон.

Кит подала невесте жакет от нежно-розового свадебного платья.

— Сью, пожалуйста, принеси из гостиной букет Эли, — попросила она Сусанну.

Та, пробормотав что-то невнятное, отправилась выполнять поручение.

— Знаешь, Кит, я пригласила миссис Голкомб, когда относила ей тарелку из-под пирога. Интересно, решится ли она прийти, ведь она такая затворница, — весело обратилась невеста к подруге.

— Не уходи от темы, Эли, — строго сказала Кит. — Сью права. Ведь ты совсем не знаешь своего будущего супруга.

— Достаточно, чтобы вверить ему мою судьбу.

— Эли! Да ты к клиентам присматриваешься дольше и тщательнее!

— Я полагала, что вы с Логаном — друзья, Кит, — с укором заметила Элисон.

— Да. Но и ты — моя подруга. Вы оба — замечательные люди, именно поэтому я и хочу, чтобы вы были счастливы. Отложи свадьбу, Эли!

— Не могу.

— Ну хотя бы ненадолго.

— Нет. Я знаю, что делаю.

— Надеюсь. — Кит тяжело вздохнула. — Не сочти меня бестактной, дорогая, но если ты выходишь замуж, только чтобы не отстать от нас со Сью, то это большая ошибка! Не делай этого!

“Вот ведь интересно. Их счастливые браки никак не повлияли на мое решение о замужестве. Скорее наоборот, укрепили меня в мысли, что мой брак не должен быть похож на их”, — размышляла Элисон.

Не встретив возражений на свои слова со стороны подруги, Кит оживленно продолжила:

— Ты обязательно встретишь своего суженого, дорогая, не волнуйся об этом. — Голос Кит звучал мягко и проникновенно.

“Вот кого мне точно не нужно, так это суженого”, — опять прокомментировала про себя Элисон. Вслух же сказала:

— Логан — мой идеал мужчины, и я хочу, чтобы вы об этом знали.

— Хорошо. Только не пожалей потом о своем поспешном решении, — предупредила Кит.

— Не пожалею, дорогая. И вообще, Китти, ну порадуйся за меня, пожалуйста! — Элисон взяла обе руки подруги в свои ладони и нежно легонько сжала их. Та в ответ только вздохнула:

— Прости. Не стану больше портить твой праздник нравоучениями. Надеюсь, мне не придется потом говорить: “Ведь я же предупреждала…”

— То же самое относится и ко мне, — с порога вставила Сусанна. — Вот твой букет, Эли. И машина уже ждет.

* * *

Свадебный кортеж направился к очаровательной маленькой церквушке, где совсем недавно венчались Кит и Сью. Компаньонки посчитали этот выбор доброй традицией и решили, что сравнивать свои свадьбы они будут не по пышности и помпезности, а по теплоте чувств новобрачных.

Логан уже ждал их возле дверей. Обычно невесту ведет к алтарю кто-то из родных — отец, брат или дядя, и Элисон опасалась расспросов Логана, почему они нарушают эту традицию. Но он ничего не сказал, и теплая волна благодарности переполнила сердце женщины. Ей даже захотелось дружески обнять его в знак признательности.

Логан в роли жениха выглядел просто великолепно: в темно-сером костюме, галстуке, с малиновым платочком в нагрудном кармашке, который идеально сочетался по цвету с нежно-розовым жакетом свадебного платья невесты и лентой в ее букете. Это единение цветов как будто еще больше сближало пару, вступающую в брак.

Логан нежно взял невесту под руку и ласково спросил:

— Все в порядке, дорогая?

Элисон заглянула в его серьезные добрые глаза и пошутила:

— Чувствую себя игроком на футбольном поле.

Его взгляд загорелся веселыми огоньками:

— Эх, в Чикаго как раз приехала знаменитая футбольная команда. Подсуетись мы чуть раньше, пригласили бы их и устроили грандиозный матч!

“Уж лучше эти шуточки, чем серьезный заботливый тон”, — решила про себя Элисон.

Заиграл орган. От волнения Элисон с трудом различала лица гостей. Первые минуты венчания прошли для нее как будто в тумане. Очнулась она, лишь осознав, что стоит перед алтарем, держит Логана за руку и, глядя ему в глаза, дает перед всем залом обет верности и любви. Колени ее предательски дрожали, выдавая смятение. “Успокойся! Ведь это же всего лишь сделка, и к тому же максимум через год мы разойдемся”, — убеждала себя Элисон.

Потом были поздравления, пожелания, счастливые улыбки. Берт Синклер подвел свою супругу, чтобы представить ее новобрачным.

— Вы играете в бридж, Элисон? — осведомилась миссис Синклер, светского вида блондинка с холодными бледно-голубыми глазами.

— Да, но очень плохо.

— Может, это и к лучшему. Жены врачей два раза в неделю собираются вместе, чтобы поиграть в бридж. — Голос жены начальника Логана был так же невыразителен, как и ее внешность. — Вы были бы пятой, и поскольку пары у вас нет, играть вы все равно бы не смогли. Так что все к лучшему.

И прежде, чем Элисон успела что-либо ответить, матрона с высоко поднятой головой двинулась прочь от новобрачных. Берт Синклер, напротив, задержался.

— Что-то вы очень поторопились со свадьбой, — неодобрительно и с явным намеком проворчал он.

Логан одной рукой обнял Элисон за плечи, а другой поднес к губам руку жены с обручальным кольцом и нежно поцеловал.

— Нам не терпится начать семейную жизнь, я уже говорил вам, — проворковал он.

Элисон подняла глаза на мужа и заставила себя улыбнуться. Ее поразил жадный, страстный взгляд Логана, который наверняка заметили окружающие и истолковали как нетерпение мужа поскорее остаться наедине с женой после свадьбы. Этот горящий взор потряс Элисон, хотя она и ожидала нечто подобное в их спектакле. Погруженная в свои размышления, она едва слышала, что еще говорил Берт Синклер, и лишь краешком глаза заметила, что в конце концов он решил удалиться. Сделав глубокий вдох, она постаралась прийти в себя.

— Сколько ты уже работаешь с Синклером? — спросила Элисон мужа.

— Около трех лет.

— А как долго знаком с его супругой?

— Полагаю, столько же. А что?

— И никогда не замечал, что он груб, а она язвительна и высокомерна? Как можно такое не заметить, Логан?

Он смущенно пожал плечами:

— Меня это все мало занимало до того решающего разговора. Милая, осторожно! — шепнул Логан.

К ним с улыбкой направлялась Камилла Кавенаг.

“Что, если она слышала бестактные намеки Синклера на то, что именно из-за моей беременности мы так поспешили со свадьбой? А ведь Логан не раз повторял, что она мечтает поскорее стать бабушкой!” — с ужасом размышляла Элисон.

— Я думал, вы с папой поглощены беседой с гостями, — видя замешательство жены, первым начал разговор Логан. — Может быть, хотите прокатиться на лимузине? — весело предложил он.

Познакомившись накануне с родителями будущего мужа, Элисон поняла, что в его семье царит атмосфера любви и взаимопонимания: родители безгранично обожают сына, а он — их.

— Ох нет, спасибо, — откликнулась Камилла. — Полагаю, вы не нуждаетесь в спутниках. Я просто подошла убедиться, что у вас все в порядке.

Еще раз ласково улыбнувшись супругам, она их покинула.

В машине Элисон с удовольствием и облегчением растянулась на мягком кожаном сиденье.

— Логан, а ты уверен, что мы поступаем правильно, сбегая с приема домой? — неуверенно спросила она мужа.

Домой. Это слово вырвалось совершенно неожиданно. Да, с сегодняшнего вечера и до неопределенного момента в будущем ее привычное одиночество будет нарушено. Элисон покосилась на мужчину, который теперь именовался ее законным мужем, и вся кровь вдруг стала нестерпимо горячей и бешено запульсировала.

К тому моменту, когда свадебный лимузин подъехал к дому, страх и сомнения Элисон достигли своего апогея. Ее также терзало и чувство вины. Ей все вспоминались нежные слова прощания, сказанные Камиллой Кавенаг, и ее ласковое обращение к ней: “Моя дорогая доченька…” Как же трудно будет разрушить это доверие, как тяжело!

Едва они отперли входную дверь, как им навстречу, обиженно мяукая, выбежала пушистая серая кошка, явно требуя свой запоздалый обед. Элисон взяла Дымку на руки и начала нежно гладить шелковистую шерстку. В это время на верхнюю ступеньку лестницы вышел второй голодный обитатель дома.

Логан запер дверь и протянул жене ключ.

— Нет-нет, это теперь твой. — Голос и пальцы Элисон слегка подрагивали от скрытого волнения.

Логан медленно сжал руку. Казалось, слова жены означали для него нечто символическое и этот жест был гораздо большим, чем простая передача ключей от жилья.

Элисон пристально взглянула на мужа, и прихожая, в которой они стояли, вдруг стала сразу слишком тесной для них обоих. Она поспешила в гостиную, с кошкой на руках, стараясь по дороге успокоиться и взять себя в руки.

Черный кот не отставал ни на шаг, кружился вокруг ног и жалобно мяукал.

— Тоже хочешь кушать, да. Бархат? — Голос Элисон опять предательски задрожал.

— Ты выглядишь совершенно измученной, дорогая, — решил прийти на помощь Логан. — Позволь мне самому покормить твоих кошек.

Элисон рассказала, где найти консервы и сколько еды положить. Передавая Дымку на руки мужу, она вновь нечаянно прикоснулась к нему, что вызвало новую бурю эмоций в ее душе. Логан же сделал вид, будто ничего не заметил. Когда он в сопровождении кошек вышел из гостиной, Элисон ничего не видящим взглядом уставилась в пространство прямо перед собой. Прикосновения, взгляды, чего она так опасается? Все прежние жесты и знаки внимания были для публики. Теперь же они одни, так что повода для беспокойства нет. Элисон с облегчением сбросила туфли на высоких каблуках и погрузилась в мягкую негу дивана. Часы в углу гостиной, некогда принадлежавшие ее дедушке, пробили семь раз. Неужели так поздно? Как сложится у них этот первый и самый трудный совместный вечер?

Элисон со вздохом поднялась с дивана и направилась в кухню к Логану. Тот сидел спиной к ней и с интересом наблюдал, как животные с аппетитом поглощают свои порции.

“Наверное, он, как и я, чувствует себя неловко”, — подумала Элисон.

— Если ты голоден… — начала она.

— Нет, что ты! После всех этих изысков на банкете! А ты хочешь есть? Извини, я как-то не подумал об этом, а то можно было бы заказать еду на дом. — Тон его был виноватым.

— Не страшно. В холодильнике полно продуктов, — успокоила мужа Элисон.

— И “Цицерон” здесь неподалеку, — весело закончил он.

“Он не хочет оставаться этой ночью дома, — подумала она. — Что ж, может, это и к лучшему”.

— Мы всегда можем пойти и в “Кок А Вин”, — продолжил Логан. — Ведь ты теперь знакома с его владельцем. Может, у него есть для нас свободный столик.

— Я консультируюсь у него только по вопросам, связанным с организацией встреч Клуба знакомств по субботам… — Элисон резко оборвала фразу и застыла на месте; во взгляде ее читался ужас.

— Элисон, что случилось? — не на шутку забеспокоился Логан, заметив, как сильно она побледнела.

Она схватилась руками за голову.

— Господи, скажи мне, что я ошибаюсь и мы открыли Клуб не две недели назад, — простонала новобрачная.

— Хотел бы, да не могу этого отрицать. — Логан все понял и развеселился. — Ты хочешь сказать, что сегодня очередное собрание?

Элисон уже начала судорожно хватать вещи и собираться.

— Ты можешь туда не ходить, ведь ты больше не являешься членом Клуба, — на ходу обратилась она к мужу.

— Так же, как и ты, дорогая, — улыбнулся он.

— Я — другое дело. Я отвечаю за организацию работы Клуба, во всяком случае, до тех пор, пока все не наладится.

— Ну а уж я точно не смогу оставить в день свадьбы свою дорогую супругу в одиночестве, да еще и с массой проблем. Так что, как бы ты ни сопротивлялась, одной я тебе идти все равно не позволю.

Элисон открыла входную дверь и выглянула на улицу. Внезапно поднявшийся ветер гнал листья по тротуару, явно предвещая непогоду. Она вернулась за зонтом и гневно заметила:

— Что значит “не позволю”? Я прекрасно со всем справлюсь и без тебя!

— Конечно, ты права, дорогая, — сразу же мягко согласился Логан. — Но я все же пойду. Мне ужасно любопытно будет послушать, как ты станешь выкручиваться и объяснять, почему так сильно опоздала, — со смехом пояснил он жене, забирая у нее из рук кожаный портфель.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Яркий луч солнца заглянул в окно и разбудил Элисон. Она подставила лицо теплому лучу и позволила себе еще какое-то время понежиться в постели. А затем вдруг вспомнила события прошлого вечера, резко села в кровати и прислушалась к звукам внизу. Все было тихо. Неудивительно. Комната для гостей располагалась как раз под ее спальней, но шторы там были очень плотные, так что если Логан их вчера задернул, то раннее утреннее солнце не проникло сквозь них, не побеспокоило его. Наверное, он еще спит. Перед Элисон стоял выбор: либо последовать его примеру, утонуть в мягких подушках и вновь погрузиться в сон, либо почитать книгу, которую она всегда держала возле постели на тумбочке.

Однако вместо этого Элисон погрузилась в воспоминания о событиях вчерашнего дня. Когда они с Логаном наконец-то прибыли на заседание Клуба знакомств, то застали лишь половину приглашенных. Часть из них уже покинула стены ресторана, другие решили все-таки дождаться виновницу неудавшегося вечера и высказать ей все свои претензии. Мало того, что организатор мероприятия сама намного опоздала, так по прибытии она оказалась не в состоянии взять инициативу по наведению порядка в свои руки, поскольку, в довершение всех бед, чувствовала себя совершенно разбитой после треволнений свадебного дня. Если бы не пережитые в этот день события, Элисон, разумеется, что-нибудь бы быстро придумала на ходу, пока они добирались до места встречи. Ей не раз приходилось выкручиваться подобным образом: по роду своей профессии она всегда принимала решения молниеносно. Но вчера она даже не нашлась, что ответить возмущенным гостям. Лишь пожала плечами и подумала, что они сами вольны решать: приходить им на следующее заседание или нет. А сейчас, в это раннее утро, Элисон вдруг поняла, что ей в скором времени придется закрыть Клуб знакомств. Времени на него и раньше не хватало, а теперь, когда она вышла замуж и надеется стать матерью, — тем более. Мысли о ребенке невольно натолкнули ее на размышления о муже.

Вернувшись накануне вечером домой сильно расстроенной, Элисон решила сразу же отправиться к себе и, указав Логану на комнату для гостей, бросила на ходу: “Если тебе не нужна компания, то закрой поплотнее дверь”. Поднявшись к себе в спальню, она осознала всю двусмысленность этой фразы. Логан едва ли догадается, что речь шла о кошках. Но ей было не до этих тонкостей. Она просто рухнула от усталости в постель и мгновенно погрузилась в глубокий сон.

Сегодня утром все вчерашние потрясения уже не выглядели столь ужасно. Да, она оговорилась. Ну и что? По окончании церемонии бракосочетания они с Логаном обменялись долгим страстным поцелуем, предназначенным исключительно для публики. А теперь, когда представление окончено, они с доктором Кавенагом останутся просто друзьями, которым в силу обстоятельств нужно какое-то время пожить под одной крышей. На месте Логана мог оказаться любой человек. Что ж, в таком случае надо встать и сварить крепкий кофе, вытащить из холодильника булочку с корицей и взять со ступенек крыльца свежие газеты… Впрочем, ещё слишком рано… Эдисон вновь погрузилась в теплые мягкие подушки и крепко заснула.

Во сне она снова несла именинный торт, на этот раз с тремя мерцающими огоньками свечей. Гостей стало так много, что Элисон не могла протиснуться среди них и даже не видела ребенка, к которому хотела подойти. Она в отчаянии смотрела, как догорают свечи на торте, расплываясь маленькими восковыми лужицами на снежно-белой глазированной поверхности…

Она проснулась в слезах. На душе было очень тяжело, но почему? Ведь теперь осуществление мечты всей ее жизни очень близко. И вдруг она поняла, что так сильно пугает ее, и ужаснулась этой мысли. Ведь ее брак автоматически закрепил за Логаном все права отцовства. А его мать, Камилла? Ведь Логан не упускал ни одного случая повторить, с каким страстным нетерпением та ожидает появления будущих внуков. Элисон невольно вспомнила, с какой нежностью и заботой относится к ней свекровь, просто в силу того, что она — избранница ее сына. А что, если Камилла поняла намек Берта Синклера по поводу поспешности этого брака… Ведь даже откажись Логан от своих прав на ребенка, это ничуть не уменьшит любви его матери к внуку или внучке. Да и сам развод сына, без сомнения, разобьет ей сердце. И как Логан не подумал об этом раньше! Элисон вовсе не хотелось причинять боль этой чудесной женщине. Но ничего не изменишь. Она сделала свой выбор, и жизнь не закончится с их разводом.

Элисон так погрузилась в свои размышления, что не услышала осторожного стука в дверь. Не дождавшись ответа, Логан аккуратно приоткрыл ее и просунул голову внутрь.

— Доброе утро. Не хотел стучать громче — боялся разбудить. Я принес горячий кофе — такой, как ты любишь, дорогая.

От удивления Элисон страшно растерялась.

Логан склонился над ней и бережно передал дымящуюся чашку ароматного напитка. Этим утром Логан был одет по-домашнему: светло-голубые, выцветшие от времени джинсы и светло-зеленая фланелевая рубашка, подчеркивающая глубокую зелень его глаз. Логана сопровождала Дымка, которая тут же скользнула в постель к Элисон.

Она осторожно взяла кружку обеими руками и с удовольствием вдохнула горьковатый аромат.

— Спасибо. Я не привыкла к такой заботе.

— Рад, что я первый, кто догадался ввести этот обычай в твоем доме, — Логан улыбнулся. — Можно я присяду на минутку?

Элисон не нашлась, что ответить. Она боялась, что он предпримет попытку соблазнить ее, но, будь это действительно у него на уме, он вряд ли бы стал ждать до утра.

— Что ж, садись, — нерешительно отозвалась она.

Он прилег на край кровати и, опершись на локоть, принялся ласкать Дымку; та с благодарным мурлыканьем принимала эти знаки внимания.

Элисон повыше натянула на себя одеяло.

— Ты всегда ложишься, когда тебя приглашают сесть? — ехидно поинтересовалась она.

— Просто у тебя такая огромная кровать, что так и тянет разлечься поудобнее, — спокойно разглядывая жену, ответил Логан.

— Я люблю большие кровати, потому что на них удобно спать, — начала оправдываться Элисон, попутно сердясь на него за то, что ей приходится давать разъяснения.

— Эта любовь, судя по всему, распространяется и на фасоны пижам, — продолжал подтрунивать Логан.

Элисон в душе порадовалась, что сейчас на ней не обольстительный кружевной наряд, а строгого покроя широкая пижама.

Она поспешила переменить тему:

— Ты хорошо спал?

— Не особенно. Все дожидался компании, о которой ты мне намекала.

Щеки Элисон запылали, ей стало трудно дышать.

— Если ты до сих пор не понял — я говорила о кошках. Дымка без особого труда пролезает в любую щелочку, а Бархат умеет поворачивать дверные ручки. Я своими глазами видела. — Она говорила сбивчиво и чересчур торопливо.

— Так вот кого ты имела в виду! — в глазах Логана зажглись веселые искорки.

Элисон еще выше подтянула одеяло и вновь переменила тему:

— Кажется, ты о чем-то собирался со мной поговорить?

— О нас.

— Ты хочешь внести коррективы в наш договор?

— Не совсем. Я подумал, что будет неудобно, если ты придешь ко мне на прием как рядовой пациент…

— То есть, став твоей женой, я не могу у тебя лечиться?

— Можешь. Но запись о проведенном курсе терапии будет храниться в карточке, и ее сможет прочесть любой врач клиники. Хочешь ли ты этого? Какое-то время я, конечно, смогу прятать твою карту, но не долго. И не делать никаких пометок о лечении я тоже не смогу — потеряю лицензию.

“Он заботится о себе, а не обо мне”, — мелькнуло в голове Эдисон.

— То есть мне следует подождать развода? — наконец выдавила из себя она.

— Да. И клянусь, что сразу же после него я выполню свои обязательства. Ты не сердишься? — виновато закончил Логан.

— Что толку? — Кофе остыл, и, сделав глоток, Эдисон поморщилась. — Ну, мне пора вставать.

Логан не спеша вышел из комнаты — такой же стройный и красивый в поношенных джинсах, как и в форме врача.

Эдисон подошла к шкафу с одеждой, по пути размышляя, что с точки зрения биологической наследственности мужчина, оказавшийся волею случая ее мужем, был бы идеальным отцом для ребенка. Он красив, интеллигентен, обладает чувством юмора. Когда все будет позади, она расскажет об этих мыслях Логану, и они оба весело посмеются над ними как над забавной историей…

* * *

Элисон перемерила три блузки, выбрала самую красивую, оделась и подкрасилась — быть может, чуть больше, чем обычно по воскресеньям.

Логан просматривал спортивную колонку в утренней газете, когда Элисон появилась в дверях спальни. Заслышав шаги, он поднял голову и не отрываясь следил, как жена спускалась вниз по лестнице. От этого пристального взгляда Элисон почувствовала волнение и слабость, словно она была фотомоделью, впервые появившейся на подиуме перед миллионами зрителей. А Логан все смотрел и смотрел на нее…

“Жаль, что ему не надо сегодня идти на дежурство в клинику. Еще подумает, что я так нарядилась ради него!” — внезапно запаниковала она.

— В холодильнике осталось несколько пирожных, — на ходу произнесла Элисон. — Это, конечно, вряд ли утолит твой голод, но все же…

Логан аккуратно сложил газету и поднял глаза:

— Для завтрака уже поздновато.

— Сегодня воскресенье, можно поспать и подольше, — сухо возразила она.

— Прости, я не хотел тебя обидеть. К моему глубокому сожалению, я неверно выразил свою мысль. Давай лучше не будем сидеть дома, а сходим в зоопарк и по дороге съедим по хот-догу. Идет?

Элисон в изумлении глядела на мужа.

— В зоопарк?

— Ну да. Это отличное место для прогулок.

— И ты хочешь туда пойти?

— Конечно. Ведь должен же кто-то развеселить запертых в клетках шимпанзе, жирафов и фламинго. Если никто не придет, они заскучают.

— И сегодня твоя очередь их развлекать?

— Я часто служу добровольцем — то здесь, то там.

“Работа может подождать, — подумала Элисон, бросив взгляд на портфель с бумагами, которые нужно было просмотреть за выходные. — Не стоит в такой день сидеть дома”.

— Ну хорошо, пойдем. Только возьму свитер. Прогулка удалась на славу. Они шли радом, наслаждаясь листопадом, золотистыми лучами солнца и легким морозным воздухом.

К удивлению Эдисон, народу в зоопарке было немного — в основном молодые пары с маленькими детьми. Она с улыбкой проводила глазами двойняшек в коляске и долго наблюдала за беременной женщиной, которая, судя по всему, очень скоро должна была родить. Элисон казалось, что Логан не замечает ее интереса к малышам и их мамам, как вдруг он извиняющимся тоном произнес:

— Прости, наверное, я зря привел тебя сюда.

— Нет-нет, мне здесь очень нравится, — быстро ответила Элисон. — Я не эгоистка и умею радоваться за тех, кто счастлив.

— Ну тогда… Я голоден. А ты?

И они съели по хот-догу, причем Элисон ухитрилась перемазаться кетчупом, как маленький ребенок. Логан, достав из кармана белоснежный носовой платок, умело вытер ее подбородок и щеки.

— Могу поспорить, что так всегда поступали твои мама и папа. Кстати, а они у тебя есть? — как бы ненароком поинтересовался он.

— Разумеется, — сухо ответила Элисон, не желая развивать эту тему.

— Полагаю, многие гости на церемонии задавали себе этот вопрос, поскольку к алтарю тебя вел не отец, — пояснил Логан.

— Пусть. На мой взгляд, эта часть брачной церемонии уже безнадежно устарела…

— Не согласен. А кроме того, мне действительно очень хочется познакомиться с твоими родителями.

Элисон в поисках новой темы для беседы огляделась вокруг. Беременная женщина все еще сидела на прежнем месте. Возле нее появилась маленькая девочка с красным воздушным шариком. Она стала что-то весело и оживленно рассказывать матери. Однако та, казалось, совсем ее не слушала. Через несколько секунд она вообще как-то неестественно откинула голову на спинку скамьи и закрыла глаза. “Прямо как я, когда у меня был приступ аппендицита”, — с тревогой подумала Элисон.

— …в конце концов, у тебя есть и мои родители… — долетел до нее обрывок фразы мужа. Элисон прервала его:

— Логан, вон та женщина…

Он повернул голову и посмотрел в ту сторону, куда она указывала. Женщина в этот момент попыталась подняться со скамьи. Быстро оценив ситуацию, Логан торопливо подошел к ней, что-то спросил и бережно помог вновь опуститься на прежнее место. Неладное заметили и проходившие мимо мужчина с женщиной, они остановились и стали наблюдать за развитием событий.

— Пожалуйста, найдите охранника, служащего, кого угодно, только бы у него был сотовый телефон, — обратилась Элисон к парочке, махнув рукой в сторону административного здания зоопарка. — Чем я могу помочь? — спросила она, подойдя к Логану.

— Срочно нужна “скорая”, — пробормотал он.

Эдисон знаком попросила пару поторопиться, поскольку те по дороге постоянно оглядывались.

Лицо беременной женщины было искажено гримасой боли, дыхание стало прерывистым.

— Я думала, мне еще не скоро, — она с трудом выговаривала слова. — И Криси так хотелось пойти к подружке на день рождения…

— Когда ваш срок?

— Не раньше будущей недели. И у меня не было никаких болей, пока мы не пришли сюда. Я думала, посижу тихонько до конца детского праздника, и пойдем с дочкой домой. Может, мне и правда скоро станет легче…

Логан наклонился и что-то прошептал женщине на ухо. Элисон не расслышала слов, но увидела, как та отрицательно покачала головой.

Подбежала совсем молоденькая сотрудница зоопарка. В ее глазах читался испуг.

— Что случилось? Мы уже вызвали “скорую”.

— Отлично, — сухо ответила Элисон и пояснила: — С минуты на минуту может родиться ребенок.

— Ребенок? — Глаза сотрудницы раскрылись еще шире. — Но я никогда… — Она потянулась за рацией, прикрепленной к поясу. — Не знаю, на месте ли сегодня наш ветеринар. Самое большее, что я смогу сделать в этой ситуации…

Логан попросил ее:

— Вы очень поможете мне, если принесете чистой воды и побольше бумажных полотенец и что-нибудь, во что можно будет завернуть ребенка.

Не дожидаясь ответа, он вновь заботливо наклонился над роженицей.

Элисон развязала рукава своего свитера на груди, сняла его и положила возле мужа.

— Это, конечно, не детское одеяльце, но все же лучше, чем ничего.

Он что-то ответил, но она уже не слушала его, так как в поле se зрения вдруг попал ярко-красный шарик, выгладывающий из-за скамейки.

“Господи! Только не это! — подумала Элисон. — В суматохе мы все позабыли о маленькой Криси — так, кажется, назвала девочку ее мама”.

Спинка скамейки была очень высокой, и такую кроху никто бы не заметил, даже встань она в полный рост. Не привлеки внимание Элисон яркий шарик, никому бы и в голову не пришло искать там малышку. Криси тихонько сидела на травке, задумчиво положив палец в рот и нежно прижимая к груди шарик, словно спасательный круг.

Элисон осторожно обошла скамейку и подошла к ребенку. “Без сомнения, девочку научили не разговаривать с посторонними людьми, так что наладить с ней контакт будет нелегко, а уж увести подальше от матери — задача еще более сложная”, — пронеслось в голове Элисон.

— Криси, дорогая, — ласково начала она разговор. — Видишь, доктор очень хорошо заботится о твоей мамочке. Давай сядем на соседнюю скамеечку, и оттуда ты все время будешь наблюдать за тем, что происходит.

“И не заметишь процесса родов”, — про себя закончила мысль женщина.

Секунд тридцать Криси изучала незнакомую тетю, затем вынула палец изо рта и взяла ее за руку. Элисон вздохнула с облегчением.

— Меня зовут Эли, — представилась она.

— Прямо как название улицы! — восхитилась девочка. — Эли-аллея!

Элисон рассмеялась:

— Да, только пишется немного по-другому.

Непринужденно болтая с Криси, она попыталась загородить собой Логана и роженицу, оставив лишь небольшой просвет, чтобы ребенок ни о чем не догадался, но в то же время постоянно видел маму.

— А чей день рождения вы праздновали с ребятами? — поинтересовалась она.

Между ними завязалась неторопливая беседа. Криси совсем перестала бояться добрую тетю, забралась к ней на колени и в знак доверия показала найденную на дорожке зоопарка новенькую монетку. В довершение всего она продемонстрировала Элисон тугой узел, удерживающий на руке шарик, а также болячку на коленке, полученную в результате серьезной ссоры с неким Томми.

Элисон слушала рассказы Криси вполуха, постоянно прислушиваясь к звукам за спиной. Почему до сих пор не плачет новорожденный? Неужели возникли какие-то осложнения? Справится ли со всеми трудностями Логан — один, без должного оборудования и ассистента?

Ребенок появился на свет за минуту до приезда машины “скорой” и встретил спешащих по дорожке врачей первым в своей жизни отчаянным криком-плачем. Для Элисон этот вопль прозвучал будто самая прекрасная музыка. Она представляла, как счастлива должна быть сейчас мать младенца.

Криси зажала уши и прокричала:

— Это ребенок? Ух, какой он громкий!

— Через пару минут ты сможешь пойти посмотреть на него, — радостно отозвалась Элисон.

— Мама говорила, что он будет очень много спать, но ничего не сказала о том, что он будет вот так вот вопить! — недоумевала девочка.

Женщина улыбнулась:

— Он действительно будет много отдыхать. Это только сейчас…

— А как вы угадали, что это мальчик? — раздался совсем рядом веселый голос Логана. — Криси, сейчас вы с мамой и братиком поедете в больницу, а там вас уже будет ждать папа.

— А мама сказала, что поедет в больницу за ребеночком. Так если он уже родился, то зачем же туда ехать? — недовольно нахмурилась девочка.

Элисон еле удержалась от смеха, заглянув в искрящиеся юмором глаза мужа. Криси убедили покататься на машине и вручили заботам медиков. Прощаясь со счастливой мамой, Элисон заметила на ее глазах слезы благодарности и почувствовала, что сама вот-вот расплачется.

— А парнишке очень даже идет твой красный свитер, — усмехнулся Логан, когда “скорая” скрылась из вида.

Они вновь уселись на скамейку, где еще недавно завтракали хот-догами. Элисон аккуратно собрала и выбросила остатки еды, вытерла руки платком Логана и положила его в карман.

* * *

Логан откинулся на спинку скамейки, вытянул ноги и закрыл глаза.

— Спасибо, Элисон, — тихо сказал он.

— За что? — удивилась та.

— За то, что отвлекла ребенка.

— Это мог сделать кто угодно. А вот заменить тебя действительно не смог бы никто.

Муж пожал плечами и зевнул.

— Обычное дело. Хотя… эти роды я запомню надолго, поскольку они случились в первый выходной после нашей свадьбы.

Когда они шли домой, погода резко изменилась: солнышко спряталось за тучи и подул холодный ветер. Элисон сразу же вспомнила о своем любимом свитере. Она зябко поежилась, и, словно прочитав ее мысли, Логан тотчас обнял жену за плечи. Этот дружеский жест сразу согрел ее — впрочем, так же, как и тепло его тела.

— Мы беседовали о наших семьях до того, как переключились на роды, — напомнил Логан.

Элисон вздрогнула. “Господи, ему обязательно все начинать сначала?” — пронеслось у нее в голове.

— Разве? — вслух спросила она.

— Ты сказала, что у тебя есть семья, но…

— Да?

— Еще ты сказала моей маме за обедом, что не хочешь приглашать никого из своих родных на нашу свадьбу… — не унимался Логан.

— Ты еще не понял, что есть вещи, которые я не хочу и не буду обсуждать?

— Но не кажется ли тебе, что для меня следует сделать исключение? Представь: прихожу я однажды домой, а там сидит моя теща, о существовании которой я и не подозревал…

— И не надейся. Твоя теща никогда не приедет, — отрезала Элисон.

Она ускорила шаг, и Логан больше не обнимал ее за плечи. Еще квартал они прошли бок о бок в полном молчании.

— Ну хорошо. Раз ты так упорно не желаешь об этом говорить, пусть это останется твоей тайной. Но могу я хотя бы узнать, почему ребенок так важен для тебя? — наконец решился нарушить паузу Логан.

— Что странного в желании женщины иметь детей?

— Только то, что ты хочешь ребенка, а не полноценную семью.

— Я не хочу это обсуждать. К тому же это не твое дело. И потом, я ужасно устала.

Вдали показался их дом. Все, о чем Элисон могла сейчас думать, — это о чашке горячего шоколада и удобном мягком кресле.

— Хочешь сделаю массаж ног? Он очень быстро снимает переутомление. Я его прекрасно делаю, — тут же предложил Логан.

Элисон почувствовала, как теплая волна благодарности и еще какого-то ранее неведомого ей чувства поднимается в ее душе. Она вспомнила сильные, нежные и теплые руки мужа… Конечно, ее отношения с родителями его ни в коей мере не касаются, так же как и ее не должны волновать, например, его отношения с другими женщинами. Кстати, он и им делал массаж? Эта мысль мгновенно спустила Элисон с небес на землю. Не удержавшись, она довольно сухо заметила:

— У тебя и без меня выдался трудный день.

Логан не стал настаивать на своих услугах, молча достал ключ и отпер входную дверь.

Гостиная уже не купалась в солнечных лучах, как это было утром, в ней царил полумрак. Единственным ярким пятном был огонек автоответчика. Наверное, кто-то из друзей позвонил, чтобы поздравить со свадьбой.

Первым сообщением оказался приказ (именно приказ, но никак не приглашение) явиться на обед к миссис Синклер. Эдисон даже не стала уточнять у Логана, когда он состоится, а тот в свою очередь тоже промолчал.

Голос со второго сообщения Эдисон не слышала уже несколько месяцев:

— Элисон? Знаешь, могла бы вспомнить о матери и позвонить!..

Она быстро нажала кнопку “стереть”. “Ну почему она позвонила именно сегодня?” — опустив голову, с отчаянием думала Элисон.

— Это была твоя мать? — Логан заглянул ей через плечо.

— Уверена, она еще успеет нам надоесть, — с напряжением в голосе ответила Элисон.

— И ты стерла ее сообщение, даже не прослушав?

Элисон выпрямилась и подняла голову.

— По-моему, мы договорились, что это касается только меня.

Огонек в глубине глаз Логана погас, осталась лишь темная зелень.

— Мне казалось, что ты неспособна на такое. Но, очевидно, я ошибся.

“Да что ты знаешь обо мне и моих родителях?” — хотелось в отчаянии крикнуть Элисон.

Но подобный ответ повлечет новые вопросы, неизбежные споры и объяснения. Нет. Не сейчас.

Логан пристально смотрел на нее несколько минут, затем повернулся и вышел. Его шаги гулко прозвучали в прихожей, он хлопнул дверцей шкафа — очевидно, взял свою куртку, — отпер входную дверь и ушел.

И лишь после этого Элисон позволила рыданиям, так долго душившим ее, вырваться наружу. Все тело ее затрепетало, как хрупкая березка на ветру, и слезы полились из глаз, словно тоскливый осенний дождь.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Логан исчез, и Элисон сильно сомневалась, что он вернется в ближайшее время. В связи с этим она не могла решить: запирать ей входную дверь на цепочку или нет. Если муж не придет, то лучше закрыться на все имеющиеся замки. Но если он все же захочет ночевать дома, то ей придется вставать среди ночи, чтобы открыть ему дверь. Что же делать?

Она никак не могла уснуть и все гадала, как лучше поступить, когда услышала стук входной двери. Не зная почему, Элисон испытала огромное облегчение и даже сама удивилась своим чувствам. Что это с ней? Конечно, их последняя размолвка не внесла никаких изменений в прежний договор. Они оба слишком многого ждали от этой сделки, и слишком многое было поставлено на карту. Если бы только их отношения не были такими официальными…

Наутро ее разбудил шум льющейся в душе воды. Пора вставать. Не могут же они избегать друг друга вечно.

Они столкнулись на кухне. Она наливала себе кофе, когда Логан появился в дверях.

— Я собирался отнести тебе завтрак наверх, но боялся, что ты еще спишь, — тихо сказал он.

— По понедельникам Кит, Сусанна и я завтракаем вместе и распределяем дела на неделю. Кроме того, я вообще люблю вставать рано. — С этими словами Элисон протянула ему кружку ароматного горячего кофе.

— Только не по воскресеньям, — вставил Логан. — Кстати, о вчерашнем телефонном звонке…

— Да? — Элисон старательно избегала его взгляда.

— Боюсь, нам придется принять приглашение Синклеров, хотя я, конечно, попытаюсь оттянуть это мероприятие на некоторое время. А там, Бог даст, и придет пора переходить на новое место.

“Ах, вот он о чем. А я-то думала, он хочет извиниться за излишнее любопытство по поводу моей семьи, — пронеслось в голове Элисон. — Возможно, он вообще решил больше не вмешиваться в мои дела”.

— Уже есть какие-то конкретные предложения по работе? — уточнила она.

— Пока ничего определенного, да у меня и не было времени, чтобы вплотную заняться поисками на прошлой неделе. Но я уже начал прощупывать почву.

— Держи меня в курсе, ладно?

— Конечно, дорогая. Кстати, я уже позвонил и поблагодарил миссис Синклер за приглашение, заметив, однако, что весь этот и следующий месяц мы очень заняты по выходным. Ведь я не ошибся?

— Разумеется, нет. Полагаю, она долго ломала голову над тем, почему позвонил ей именно ты, столь занятой доктор, а не твоя молодая жена. — Элисон собрала грязные тарелки со стола. — Ну, мне пора.

Она прекрасно помнила шуточки, которые сотрудники фирмы отпускали в адрес Кит и Сусанны, когда те опаздывали на работу в первую неделю после медового месяца. И не хотела, чтобы то же повторилось и с ней.

— До вечера, дорогая, — отозвался Логан и предупредил: — К сожалению, не могу сказать точно, во сколько освобожусь.

— Если это вежливый отказ от ужина, могу тебя успокоить: я все равно не собиралась его готовить, — съязвила Элисон.

— Я рад, что мы так хорошо понимаем друг друга, — спокойно улыбнулся в ответ Логан и отодвинул свой стул, пропуская жену из кухни в гостиную. — И еще. О вчерашнем звонке твоей матери…

Элисон застыла в смятении. Неужели ее ждет еще одно выяснение отношений?

— Я хотел извиниться, — продолжил Логан. — Это действительно не мое дело. — Голос его звучал мягко и ласково.

Эдисон вздохнула с облегчением.

* * *

На очередное утреннее заседание “Триад” Эдисон, как ни спешила, все же явилась последней. Кит и Сусанна уже уютно расположились на диванчике возле столика в одном из ресторанов неподалеку от офиса. Кит задумчиво глядела на аппетитный поджаренный тост, изредка бросая неодобрительные взгляды на вегетарианский омлет Сусанны.

— Плати, Сью, — весело приказала Кит, когда запыхавшаяся Элисон плюхнулась на мягкий диванчик рядом с подругами.

Сусанна молча отложила вилку и полезла в сумочку за кошельком.

— О чем спорили? — Элисон потянулась налить себе кофе.

— Сусанна — неисправимый романтик! Она была убеждена, что ты сегодня утром вообще не явишься на нашу встречу, — пояснила Кит.

— На что бы мне еще поспорить, чтобы вернуть свои десять баксов? — задумчиво произнесла Сусанна. — Так… Интересно, принес ли тебе Логан сегодня кофе в постель?

— Нет, так как я встала раньше его, чтобы успеть сюда.

— Ага! — Выражение лица проигравшей Сью стало лукавым. — Китти, давай поспорим, что сегодня утром он не принес ей в постель и свежие газеты!

— Не делай из меня дурочку, дорогая, — фыркнула Кит. — Конечно, не принес! Я даже скажу больше: она их еще и не видела.

— Хочу напомнить, что у нас масса неотложных дел, а вы, милые мои, все болтаете о пустяках, — попыталась переменить тему разговора Элисон.

Но подруги не поддались на ее уловки.

— Потому что, если бы она успела прочесть колонку главных новостей, то уж точно не сидела бы тут так спокойно! — Сусанна вытащила утреннюю газету и вручила ее вконец растерявшейся Элисон.

Подошла официантка и поставила перед нею оладьи с черникой, но она, даже не удостоив взглядом аппетитное блюдо, полностью погрузилась в чтение.

Элисон полагала, что в заметке речь пойдет о вчерашнем происшествии в зоопарке, но ошиблась. Корреспондент сухо сообщил, что в субботу организатор Клуба знакомств опоздала на второе его заседание, так как днем состоялась ее свадьба с одним из членов этой вновь созданной организации. Весь текст занимал один маленький абзац в колонке новостей. Имя мисс Новак было выделено жирным шрифтом, о Логане упоминалось лишь вскользь. Возможно, эта заметка даже послужит хорошей рекламой Клубу. Вечно Сью все преувеличивает!

Элисон сложила газету и вернула ее подруге.

— Я ожидала худшего, — заметила героиня статьи.

— Да. И телевизор ты, разумеется, сегодня еще тоже не включала? — продолжила Кит.

— Нет.

— Репортаж называется “Ребенок из зоопарка”, — добавила Сью.

— О нет! — вырвалось у Эдисон.

— Да. Какой-то корреспондент и видеооператор случайно оказались поблизости — снимали сюжет о зоопарке — и стали свидетелями такого захватывающего происшествия. Прекрасный материал, много впечатляющих кадров. И великолепный текст о новорожденном малыше, его маме и их спасителях.

— О Господи! — ужаснулась Эдисон.

— Это все, что ты можешь сказать? — поинтересовалась Сью.

— Все снято очень профессионально. Логан там везде крупным планом, а вот тебя распознать несколько сложнее.

— Я тоже попала в кадр?

— Разумеется. Ты там сидишь и развлекаешь сестру новорожденного. Эпизод идет полных три минуты, и по всем местным каналам его повторяют каждый час.

“Господи! Три минуты — да это целая вечность для телесюжета! И еще повтор каждый час! Даже президент страны так часто не выступает перед зрителями. Теперь члены Клуба знакомств узнают не только о свадьбе, но и о подвиге, который самым непредвиденным образом пришелся как раз на наш медовый месяц, — лихорадочно размышляла Элисон. Потом ее мысли стали совсем мрачными: — Первый день медового месяца молодожены провели в зоопарке — вот уж повеселится миссис Синклер и люди ее круга. Впрочем, лучше пусть смеются над нами, чем считают ненормальными и подозрительными. При таком отношении карьера Логана висит на волоске, и появление ребенка затягивается на неопределенный срок”.

Элисон сама не заметила, как вскочила на ноги.

— Если ты собираешься в офис, захвати эту видеокассету. Я записала на нее репортаж, чтобы тебе не пришлось ждать повтора. — С этими словами Сью протянула ей видеозапись.

— И я записала. — Кит тоже передала Элисон кассету. — Если понадобится, на студии можно достать профессиональную запись.

Элисон поспешила на работу. Подходя к зданию, она еще издали заметила миссис Голкомб, которая мирно сидела на своем крылечке и совсем не собиралась, как обычно, убегать и прятаться. Элисон замедлила шаг.

— Я видела вас по телевизору, — улыбнулась старушка. — Так ваш муж — врач?

Впервые соседка произнесла такую длинную речь, и Элисон боялась неуместным замечанием прервать ее.

— Да, вы правы, — только и отважилась вставить Элисон.

— Заботьтесь о нем получше, — посоветовала миссис Голкомб. Затем взгляд ее упал на детишек, спешащих в школу и по дороге о чем-то громко разговаривающих. Через минуту она поднялась и исчезла за дверью своего домика.

Элисон направилась к себе в офис. Уже на входе ее окутал чудесный аромат свежесваренного кофе, им была заполнена вся прихожая. Рита колдовала возле ксерокса.

— Вас только что показывали по телевизору, — вместо приветствия сообщила она. — Я сделала запись репортажа, можете посмотреть в конференц-зале.

— Удивляюсь, как это миссис Голкомб не догадалась тоже вручить мне кассету, — пошутила Элисон и отправилась просматривать видеоматериал.

— Одну минуту, Элисон, — остановила ее секретарша. — Вы сменили фамилию? Репортеры постоянно называют вас миссис Кавенаг. Нужно ли их поправлять?

“Я сделала карьеру как Элисон Новак, и, будь мое замужество настоящим, вряд ли сменила бы девичью фамилию. Но сейчас… А вдруг моя приверженность прежнему имени вызовет нездоровый интерес к поспешной свадьбе?” — тщательно взвешивала про себя все “за” и “против” Элисон.

— Оставьте все как есть. Пусть будет “миссис Кавенаг”, — решила она и быстрым шагом направилась в конференц-зал. Закрыв за собой массивные дубовые двери, она подошла к видеомагнитофону и вставила кассету.

Кит была права: сюжет отснят очень профессионально, вряд ли кого-нибудь оставил равнодушным красивый главный герой, так благородно спасший мать и младенца. Финал был также очень эффектный: новоиспеченная мама с новорожденным и старшей дочуркой уезжают в машине “скорой помощи” на фоне чудесного заката.

“Не удивлюсь, если эту программу вскоре покажут в межнациональных новостях”, — прокомментировала про себя Элисон.

В дверь постучала Рита.

— Элисон, вам звонит доктор Кавенаг. Пришлось нарушить уединение и подойти к телефону.

Голос Логана был просто чарующим:

— Угадай, дорогая, что принес мне сегодня первый же пациент?

— Дай-ка подумать, милый. Неужели видеокассету?

— Так ты уже знаешь?

— Да. За все время работы в средствах массовой информации ни разу не видела такого удачного репортажа с места события.

— Однако я звоню по другому поводу. Миссис Синклер запланировала обед на следующую субботу.

— Что ж, мне даже не нужно выдумывать предлог для отказа. Он у меня есть, и притом очень серьезный. На этот день назначен премьерный показ рекламного фильма, над которым я работала целый год.

— А я-то наивно полагал, что наша видеопремьера состоялась уже сегодня, — пошутил Логан.

— Я имела в виду не происшествие в зоопарке. Весь прошлый год я работала над рекламным роликом на тему “Чикаго — чудесное место для жизни и работы”.

— Не знал, что ты снимаешься в кино.

— А я и не снимаюсь. В этом ролике я была режиссером.

— Так презентация в следующую субботу? Я как раз свободен, — обрадовался Логан.

— Тебе вовсе не обязательно присутствовать. Там будет скучный банкет с невкусной закуской и нудными речами, — попыталась охладить восторги мужа Эдисон.

— Дорогая, как же я могу пропустить режиссерский дебют моей жены! Да какой же я муж после этого? — В голосе Логана звучало неподдельное волнение.

Наконец они распрощались, и она повесила трубку. Затем отнесла все копии репортажа в свой кабинет и аккуратно сложила на краю письменного стола. Итак, теперь предстоит самое трудное и неприятное — звонок миссис Синклер и отказ от приглашения на обед.

— Алло, это Элисон Кавенаг. — Она была потрясена, услышав из собственных уст свое новое имя.

— Как мило, что вы нашли время и сами мне позвонили, — съязвила жена начальника Логана. И тут же перешла к главному: — Эта женщина в зоопарке — просто дурочка, и ваш муж, доктор Кавенаг, ей под стать. Ни один уважающий себя врач никогда не бросится сломя голову помогать незнакомому пациенту. А если бы возникли осложнения? Он же ничего не знал об этой беременной! — Последняя фраза прозвучала с явным отвращением.

— Неприятности и осложнения наверняка возникли бы, не вмешайся мой муж вовремя и не окажи своевременную помощь… — успела вставить Элисон.

Но миссис Синклер ее не слушала. Она продолжила свою гневную речь, изредка останавливаясь, чтобы перевести дыхание:

— А видеозапись будет несомненным доказательством его вины. Пора намекнуть моему мужу, что самое время пересмотреть партнерские отношения в их совместном бизнесе, — возмущенно и ядовито закончила она отчитывать Элисон. — Но я звонила совсем не поэтому. В субботу в восемь вечера я и доктор Синклер ждем вас к себе на обед, чтобы получше познакомиться. — Приглашение в устах женщины звучало как приказ.

— Боюсь, я весь день буду занята на работе, — вежливо, но очень твердо возразила Элисон.

— Дорогая, какая у вас может быть работа? — тут же парировала миссис Синклер. — Теперь ваша главная забота — карьера мужа!

— Пожалуйста, назначьте другой день, и мы постараемся прийти, — продолжила свою мысль миссис Кавенаг, не обращая внимания на замечания миссис Синклер, которая, судя по всему, уже кипела от ярости. — Еще раз спасибо за приглашение, — твердо закончила она.

Миссис Синклер не стала называть другой даты, и Элисон не знала, радоваться тому или огорчаться. Ей удалось поставить грубую и высокомерную особу на место, но как это отразится на работе Логана?

На раздумья, однако, времени не было — через несколько минут на нее градом обрушились звонки от представителей прессы и телевидения, жаждущих попасть на презентацию ее видеоролика.

— Полагаю, надо организовать пресс-конференцию для журналистов, чтобы за неделю — другую до презентации они оставили меня в покое, — в конце концов пожаловалась она Рите.

Между деловыми звонками ей, однако, удалось выкроить минутку и позвонить матери.

— Кто это, черт побери? — пробурчал грубый голос на другом конце провода.

— Это я, мама, Эдисон, — сухо ответила дочь.

— А зачем ты звонишь среди ночи? — опять рассердилась миссис Новак.

Элисон перевела взгляд на часы на запястье.

— Уже половина десятого утра у тебя во Флориде, мама. Я прослушала твое сообщение. Ты все еще расстроена из-за отца…

В следующую секунду Элисон уже пожалела, что заикнулась об этом. Отодвинув трубку максимально далеко от уха, Элисон выслушала все жаргонные эпитеты, которые, по мнению ее матери, адекватно описывали отца и его отношение к ней.

— Но, мама, к моменту, когда он умер, вы были в разводе уже двадцать лет, — наконец удалось вставить Элисон. — И ты все еще надеялась, что он завещает тебе часть наследства?

— Он просто обязан был это делать. Ведь это он ушел от меня, а не я бросила его, — все больше распалялась миссис Новак.

“Не стоит напоминать, что заставило его сбежать от нее”, — с тоской решила про себя Элисон.

— Да еще и женился на этой… — не унималась миссис Новак, сопровождая каждую реплику смачными ругательствами.

“А вот тут ты абсолютно права, мамочка”. — Элисон стиснула зубы при одном воспоминании о второй жене отца.

— И эта дрянь получила все наследство. Это по меньшей мере несправедливо.

— Возможно, но мы с тобой бессильны что-либо изменить, — печально отозвалась Элисон.

— Ты можешь оспорить завещание, — сразу же оживилась миссис Новак. — Тебе тоже полагается часть наследства, — настаивала она.

“Чтобы ты потом потребовала ее у меня на том основании, что являешься моей матерью”, — закончила про себя Элисон.

— Мы уже обсуждали этот вопрос, мама, — мягко напомнила она. — Я не стану этого делать.

Терпеливо выслушав от матери поток возражений и инструкций к действию, Элисон повесила трубку. Руки ее дрожали.

Глубоко вздохнув, она выдвинула ящик стола, где лежали папки с документами, и углубилась в чтение. Работа всегда спасала Элисон в минуты отчаяния и делала терпимой самую острую душевную боль.

* * *

Элисон предупредила Логана, что не станет вечером готовить ужин, и это не было пустым кокетством. Даже будь их брак настоящим, она вряд ли смогла бы превратиться в домохозяйку в отутюженном фартуке и с мужниными тапочками в руках, с нетерпением ожидающую прихода своего властелина в любое время дня и ночи.

Тем не менее закупить продукты все же требовалось, и по дороге с работы Элисон зашла в магазин. Внимание ее сразу же привлекли чудесные свежие помидоры, которые были выращены в экологически чистом районе, как сообщалось в рекламе-приложении. Она сразу же представила, какой густой и ароматный соус можно приготовить из них. И чем дольше она думала об этом блюде, тем больше загоралась желанием немедленно по возвращении домой приготовить его.

Когда Элисон наконец добралась до плиты и начала колдовать над соусом, зазвонил телефон.

— Элисон? Это Камилла Кавенаг. Бога ради, извини за беспокойство… — нерешительно начала мама Логана.

— Добрый день, Камилла. Ох, извините… — Элисон замялась. Сказать миссис Кавенаг, чем она занята? Но та подумает, что жена ее сына — образцовая хозяйка, а это не так. Ничего не объяснять — тоже невежливо. Элисон колебалась. На помощь пришла сама Камилла:

— Дорогая, не оправдывайся и не объясняй ничего. Я прекрасно знаю, что вы с Логаном — очень занятые люди и любой мой звонок неизбежно оторвет вас от какого-нибудь дела. — В голосе свекрови не было и тени иронии.

— Спасибо за понимание. — Элисон почему-то ощутила чувство вины.

— Я не задержу тебя надолго, доченька, — продолжала Камилла. — Просто хотела сообщить, что в следующую субботу я и папа Логана приедем в Чикаго. Нам бы очень хотелось пообедать с вами, мои дорогие.

“Если бы не премьера видеоролика! Как жаль обижать Камиллу отказом”, — виновато подумала Элисон.

— Простите, но боюсь… — робко начала она.

— У вас дела, — сразу и безо всякой обиды в голосе отозвалась миссис Кавенаг. — Разумеется, мы с мужем все понимаем.

— Я занята, но у Логана в этот день как раз выходной, так что он сможет повидаться с вами. Ему совсем не обязательно присутствовать на скучной презентации. — “Вот и убью сразу двух зайцев”, — размышляла Элисон.

— Это очень великодушный жест с твоей стороны, доченька, но нам очень хотелось бы видеть вас обоих.

— Тогда, может быть, в воскресенье… А где вы остановитесь?

— Как обычно, в отеле “Дрейк”.

Элисон сама удивилась, когда услышала свои слова:

— Только не на этот раз, Камилла. Я настаиваю, чтобы вы погостили у нас.

“В нормальных семьях по-другому и не бывает”, — пронеслось у нее в голове.

Женщины поболтали еще пару минут, а потом распрощались. “И как я скажу об этом Логану? — вяло подумала Элисон, положив трубку. — Ладно, надеюсь, он не будет против. Я все равно не могла поступить иначе”.

В дверь позвонили, и Элисон вспомнила, что заперла ее на цепочку. Должно быть, это Логан не справился с замком и взывал о помощи.

Но это оказался не он. В прихожую с восторженными приветствиями ворвалось человек двадцать гостей. Заправлял всей компанией Джейк — самый большой весельчак и заводила в их коллективе.

— Ты забыла устроить нам вечеринку по поводу помолвки, — нарочито обиженным тоном обратился он к Элисон. — Поэтому твои друзья решили взять инициативу в свои руки. Накупили еды, вина, узнали, что ты дома, и… нагрянули! Надеюсь, — подмигнув, добавил остряк, — мы не оторвали тебя от чего-нибудь… хм-хм… интересненького? Ты ведь нас не выгонишь?

— Ну и болтунишка же ты, Джек, — радостно рассмеялась Элисон, затем обратилась ко всем: — Заходите, заходите, я так рада вас всех видеть! Как же я могу вас выгнать — да я и не справлюсь одна с такой оравой!

— Расслабься и получи удовольствие, — шутливо посоветовал Джейк. — Стаканы в кухне на прежнем месте?

— А где же еще? И, пожалуйста, выключи плиту — соус, наверное, уже готов.

Праздник начался, веселье с каждой минутой нарастало. На вечеринке не было лишь одного человека — Логана, а ведь торжество было посвящено и ему. Из-за шума и кутерьмы никто не заметил, когда и как он вошел. Элисон кружилась в танце в объятиях Джейка посреди гостиной, как вдруг почувствовала, что голоса смолкли и все лица обратились к входной двери. Джейк и Элисон тоже остановились, однако Джейк не разжал объятий. И тут сердце Элисон оборвалось. Логан стоял на пороге гостиной и смотрел прямо на них с Джейком. Что он подумает? Вдруг решит, что подобные бесшабашные вечеринки в объятиях других мужчин — для нее нормальное завершение тяжелого рабочего дня? Она почувствовала, что Джейк тоже внутренне напрягся.

Логан пересек гостиную и подошел к ним. Он не отрываясь глядел на жену, а та боялась встретиться с ним взглядом.

— Уф, — голос Джейка слегка подрагивал, — надеюсь, вы не сердитесь?

— Сержусь? — откликнулся Логан. — Да что вы! Напротив, очень рад, что у моей жены столько хороших друзей. Но раз уж здесь у вас вечеринка с танцами, то мне тоже хотелось бы потанцевать со своей супругой. Вы ведь не обидитесь, если я украду у вас партнершу? — мягко спросил он Джейка.

Краем глаза Элисон заметила, что ее партнер вздохнул с явным облегчением и тут же уступил свое место Логану. Кто-то из гостей вновь включил музыку, и Элисон заскользила по комнате в объятиях Логана. Она закрыла глаза и вдохнула аромат его одеколона, смешанный с запахом лекарств, ощутила тепло его тела, силу рук. И вдруг поняла, почему так остро реагирует на его близость, так дорожит его мнением о ней, почему его уход из дома вчера ночью так огорчил ее. Объяснение всему этому есть лишь одно, и оно очень простое: она любит Логана.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Мысль о любви к Логану казалась безумной, но от этого она не становилась менее верной. И Элисон, с детства усвоив, что всегда лучше сразу признать очевидное, покорилась этой правде.

“Как же это случилось и когда? И что теперь делать? Ведь мы уже обо всем договорились, — размышляла Эдисон. — А если бы я могла изменить условия договора, разве захотела бы я на всю жизнь связать себя крепкими узами с мужчиной, пусть даже и любимым? Нет, я еще не настолько потеряла голову”.

Остаток вечеринки Элисон провела в каком-то полусне.

— Ребятки, а вы заметили, что наша Элисон перестала замечать нас, да и вообще все вокруг, как только явился ее красавец муженек? — прощаясь, весело заметила одна гостья.

Друзья попытались не оставить после себя “явных следов погрома”, но Элисон все же пришлось немного прибраться после них.

Лишь только шумное собрание удалилось, в гостиной появились киски, радуясь наступившему покою.

На кухне из остатков еды Логан делал себе бутерброд.

— Настоящая вечеринка, — заметил он, жуя. — И часто вы так веселитесь?

— Если тебя задевает, что ты не был приглашен, то сообщаю, что меня в известность заранее тоже никто не поставил, — Элисон убрала кастрюлю с соусом в холодильник.

— Хочешь половинку моего сандвича? — дружески предложил Логан.

— Нет, спасибо, я и так весь вечер ела.

Логан добавил соуса в свой бутерброд.

— Ты говорила с миссис Синклер?

— Да, предупредила, что буду занята в субботу. Она упрекала тебя за то, что ты бросился помогать той роженице в зоопарке, ничего не зная о ней. Она считает, что впоследствии могли возникнуть всевозможные осложнения.

— Да ну? Могу поспорить, что эта тема была главной на обеде в их доме.

— Почему?

— Потому что Синклер считает, что я поступил правильно. Он уверен, что это ты организовала съемку в зоопарке, и надеется, что все это очень благотворно отразится на репутации нашей фирмы. Он теперь всем и каждому напоминает, что это была его идея — пригласить представителя средств массовой информации к нам в клинику. Так что можешь послать ему счет за свои услуги.

— А миссис Синклер, похоже, искренне верит, что нам не следовало помогать этой женщине. Просто не верится. Какое счастье, что ты никогда не смог бы так поступить! — невольно вырвалось у Элисон.

Логан посмотрел на жену с улыбкой, и казалось, его взгляд проник ей в самое сердце, потому что каждая ее клеточка затрепетала от этого взгляда.

* * *

Целиком отдавшись работе, Элисон на время забыла обо всех неприятностях. Видеоролик, над которым она без устали трудилась весь этот год, конечно, не был решающим для ее карьеры или репутации “Триад”. И тем не менее его успех очень благотворно сказался бы на всей будущей деятельности их фирмы. Элисон очень волновалась перед премьерой. На презентацию должны были собраться самые известные и влиятельные люди в Чикаго. Понравится ли им увиденное? Может быть, еще не поздно что-то изменить? Ее личного вмешательства постоянно требовали и различные организационные вопросы. Все ли заинтересованные в ролике лица приглашены на презентацию? Все ли придут? Следует ли некоторых из них обзвонить еще раз, или они могут принять эти дополнительные напоминания за излишнюю назойливость?

Другой проблемой, мучившей Эдисон в эти дни перед презентацией, были ее отношения с Логаном. Ей с трудом удавалось оставаться естественной при общении с ним; любое нечаянное прикосновение или взгляд вызывали в ее теле и душе целую бурю эмоций, а они постоянно задевали друг друга, словно дом вдруг стал слишком мал для них двоих. А когда Логан уходил раньше жены на работу, ее внезапно охватывало острое чувство одиночества, пустоты, ненужности и тоски. Она рассказала ему о приезде его родителей в Чикаго на выходные, однако лишь в пятницу уточнила, что пригласила их остановиться у них в доме. Логан от этой новости пролил воду из кофейника себе на рубашку. Затем, справившись с удивлением, он мягко и ласково спросил:

— Что заставило тебя так поступить?

“Я сделала это потому, что на своем опыте знаю, к чему могут привести непонимание и обиды в семье”, — подумала Эдисон, но вслух произнесла:

— Если твои родители поселятся в гостинице, это вызовет всевозможные подозрения. — Голос ее звучал чуть выше обычного, а речь была сбивчивой. — И кроме того, это же всего на одну ночь. Тебе, конечно, придется перейти в мою спальню из комнаты для гостей и перенести все свои вещи.

— Заманчивое приглашение. Правда, не слишком настойчивое. Меня обычно звали к себе в постель с несравнимо большим энтузиазмом, — шутливо заметил Логан.

Лицо Элисон вспыхнуло.

— Ты можешь спать в ванной. Я не приглашаю тебя для… для…

— Не можешь выговорить? Ладно, не бойся, я пошутил. Я понял, что ты имела в виду. Но спать в ванной я не намерен. Только на кровати. И в твоей спальне. — Логан поставил кофейник на стол и вышел на крыльцо за утренними газетами.

Элисон же так и осталась стоять посреди кухни, не в силах двинуться с места или произнести что-либо в ответ.

* * *

Камилле Кавенаг очень понравился дом Элисон и Логана. И как невестка его обставила. И соседи. И как лучи солнца зажигают яркое пламя в кроне клена на улице возле дома. И овощной суп, приготовленный Элисон на ланч в субботу.

Элисон была потрясена — в похвалах Камиллы не было ни капли наигранное или фальши. Мать Логана искренне радовалась за Элисон и полностью одобряла ее. Это настолько вывело хозяйку дома из равновесия, что, одеваясь вечером для банкета, она все еще ощущала в душе утреннее смятение. Застегивая бриллиантовую сережку — комплект был одолжен ею у Кит, — Элисон услышала стук в дверь. На пороге стоял Логан. От неожиданности она выронила из рук одну серьгу, и та тут же закатилась под кровать. Логан нагнулся и поднял сверкающую драгоценную каплю. Передавая украшение жене, он нежно коснулся ее ладони.

— Ты удивляешься моему приходу? — мягко спросил Логан. — Мама велела помочь тебе одеться. Застегнуть молнию на платье, например.

— Что ж, чтобы не вызывать подозрений… — Элисон пожала плечами, застегнула серьги и полюбовалась игрой света в них. — Однако со всеми молниями я уже справилась.

— Да, я вижу. А ты идешь не слишком рано?

— Банкет начнется в восемь. Но я хочу быть там до приезда гостей и еще раз все проверить.

— Полагаю, ты уйдешь раньше, чем я успею одеться.

Элисон очень живо представила, как Логан одевается в их спальне, куда только сегодня утром перенес все свои вещи из комнаты для гостей. И спальня сразу показалась ей очень тесной, целиком заполненной его запонками, галстуками и прочими мелочами.

“Он собирается на обед с родителями, а не на мою презентацию”, — с сожалением подумала Элисон.

А Логан стоял рядом и внимательно изучал отражение жены в большом зеркале. В элегантных туфлях на шпильках, с красиво уложенными локонами и в облегающем вечернем платье, Элисон казалась очень миниатюрной на фоне Логана в его объемном свитере. Она взяла в руки ожерелье из комплекта Кит и поднесла к шее.

— Дорогая, позволь мне хотя бы в этом тебе помочь. — Пальцы мужа ласково скользнули по запястьям Элисон, и, прежде чем она успела что-либо возразить, он взял украшение в руки.

— Пожалуй, ожерелье уже будет лишним, — поспешно сказала Элисон, быстро забрала его обратно и бережно уложила в футляр. Все это она проделала с какой-то лихорадочной поспешностью и даже испугом. — Спасибо за заботу, — добавила Элисон.

— Я бы тоже хотел присутствовать на презентации, — просто сказал Логан.

— А твои родители? Ты же не сможешь оставить их одних. — Она повернулась к мужу лицом. — Очень мило с твоей стороны проявлять ко мне такой интерес, но мы ведь уже все решили. Кстати, а куда ты поведешь маму и папу? В “Цицерон”?

— Думаешь, им там понравится?

— Уверена, что рядом с тобой твоей маме будет хорошо абсолютно везде. Она ведь романтик?

— Вовсе нет. Скорее реалист.

— Прости. По работе я мало сталкивалась с такими людьми.

— И в жизни тоже?

— О чем ты? — насторожилась она, полагая, что Логан вновь собирается заговорить о ее семье.

— А ты не догадываешься? — он чуть ближе придвинулся к жене.

— Совсем забыла спросить: как продвигаются поиски работы? — быстро сменила тему Элисон.

— Сегодня утром я переговорил еще с парой знакомых врачей. — Мягкие ласковые нотки тут же исчезли из голоса Логана. — Думаю, они смогут подыскать для меня что-либо подходящее.

— Отлично. Возможно, это даже произойдет быстрее, чем ты думаешь. — Элисон перевела дух.

— И ты начнешь украшать детскую.

— Да.

Не глядя на Логана, Элисон открыла шкаф и достала черную вельветовую накидку.

— Мне пора. Желаю тебе хорошо провести время с родителями.

— Спасибо. Постараюсь.

Они спустились из спальни в гостиную, где родители Логана, уютно расположившись на диване, смотрели телевизор. Элисон хватило одного взгляда на экран, чтобы понять, что вызвало такие бурные восторги ее новых родственников. Шли последние кадры сюжета “Ребенок из зоопарка” — счастливая мать и дитя в больничной палате, все опасности и неприятности позади.

— Это Логан заставил вас еще раз просмотреть запись? — шутливым тоном поинтересовалась Элисон.

— Ну что ты, дорогая! — засмеялась в ответ Камилла. — Я столько слышала об этом репортаже от соседей, что горела желанием все увидеть своими глазами, но вот никак не могла достать видеокассету. Оказывается, ты такая же любительница зоопарков, как и мой сынуля! Это просто замечательно! Я всегда говорила, что вы идеально подходите друг другу!

Элисон попрощалась со всеми, пожелав приятно провести вечер в “Цицероне”, и уже взялась за ручку двери, когда Логан остановил ее.

— Если я буду аккуратен, то твоя помада не пострадает… — Он притянул Элисон к себе и нежно поцеловал в губы.

Со стороны все выглядело как привычное прощание любящих супругов, но Элисон почувствовала, как первое же прикосновение побудило мужа еще крепче прижать ее к себе, и поцелуй его с каждой секундой становился все более горячим и требовательным. Ее тело всеми своими клеточками отозвалось на страстный призыв мужчины, голова закружилась, предметы вокруг утратили четкие очертания, и ей почудилось, что все в доме поплыло вместе с ними в водовороте чувств. Когда Логан наконец отпустил ее, она долго еще не могла прийти в себя. Первое, что Элисон увидела, открыв глаза, был счастливый взгляд Камиллы. В нем ясно читалась радость за удачный брак сына и за то, что в молодой семье царят такие чудесные отношения. Как ни странно, в эту минуту Элисон и сама готова была поверить в то, что ее брак удался.

* * *

Банкетный зал Английского отеля был старейшим и самым роскошным местом проведения всех важнейших мероприятий в Чикаго. Отстроенный после печально известного пожара, который уничтожил старое здание до самого фундамента, отель поражал гостей своими размерами и великолепием. Во всем городе вряд ли нашлось бы еще одно здание, которое могло бы похвастать подобными вложениями капитала. Особые восторги посетителей всегда вызывал банкетный зал. Приглашенные восхищались позолоченной лепниной, внушительными размерами и красотой хрустальных люстр и мастерски выполненной росписью сводов потолка.

Сегодня центральная часть зала была заставлена столами для банкета; проворные официанты вежливо встречали гостей и провожали на свободные места. Три огромных экрана были размещены с тем расчетом, чтобы все зрители могли без помех наслаждаться просмотром. Для главных действующих лиц презентации и особо важных гостей были выделены специальные места.

Перед началом банкета Эдисон еще раз тщательно проверила готовность техники и персонала, но придраться было абсолютно не к чему. В комнатке рядом с залом на столе лежали три тысячи копий ее фильма, которые она собиралась вручить всем гостям после показа. Оставалось лишь ждать окончания банкета, когда все присутствующие утолят голод и жажду, а представители городских властей произнесут торжественные речи, подготавливая публику к просмотру заказанного и профинансированного ими видеоролика. Именно тогда и наступит звездный час миссис Новак-Кавенаг.

Гости оживленно беседовали, а у Элисон от волнения пересохло во рту. Она заказала себе содовой и выпила залпом весь стакан. В этот момент к ней сквозь толпу пробралась Кит.

— Я уверена, что все пройдет отлично. Просто ты всегда до последней минуты беспокоишься и обдумываешь, что еще можно было улучшить. Затихни. Все будет хорошо. Сью уже здесь. Мой муженек уехал в Атланту по делам. Марк прийти не сможет, так что мы со Сью остались на сегодняшний вечер без кавалеров.

Их беседу прервал один из давних поклонников Элисон. Он подошел уговорить героиню сегодняшнего вечера сесть за столик для особо важных гостей, так как это вполне соответствовало бы ее заслугам. Речь мужчины была восторженной, его слова выдавали неподдельное восхищение, которое он испытывал к Элисон.

— Благодарю вас, но мне не хочется быть все время на виду, — отшутилась Элисон.

— А ваш знаменитый муж здесь? — продолжал расспросы бывший поклонник. — Мне не терпится познакомиться с этим героем, спасшим жизнь матери и ребенка.

“Рейтинг сюжета “Ребенок из зоопарка” явно побил все рекорды, — подумала Элисон. — По-моему, все население Чикаго уже просмотрело его не по одному разу”.

— Вы правы, Логан — настоящий герой, — с гордостью за мужа ответила она. — Но он очень занят на работе и вряд ли сумеет вырваться…

— Слава Богу, успел как раз вовремя, — нежно проворковал за ее спиной запыхавшийся доктор Кавенаг. Рука его ловко подхватила бокал, который уже начал падать из рук жены.

“В смокинге он еще красивее”, — с удовольствием отметила про себя Элисон.

— Что ты… И где твои родители? Нельзя же… — сбивчиво забормотала она.

— Мама и папа в баре, дорогая.

— А билеты? Откуда они у тебя? Ведь их так трудно достать! — Элисон наконец-то обрела дар речи.

— Один одолжил у Сью, другой — у Кит, — невозмутимо пояснил Логан.

— Ax вот почему они без мужей сегодня!

— Не знаю, милая. Но я сделал все, что мог, чтобы мои родители попали сюда. А мой билет ты никому не отдала?

— Конечно, нет.

Ласковая улыбка тронула губы Логана, и сердце Эдисон забилось с новой силой.

— Иначе тебе пришлось бы сидеть у меня на коленях, а обед бы нам дали один на двоих, — пошутил он.

Подошли родители Логана с бокалами шампанского в руках. Выглядели они просто потрясающе: отец — в элегантном смокинге, а Камилла — в чудесном длинном розовом платье, которое очень шло к ее серебристым волосам. Та тщательность, с которой были выбраны туалеты, .явно свидетельствовала о том, что решение прийти на банкет было принято задолго до сегодняшнего вечера.

— Дорогая, пожалуйста, не сердись, что мы тут, — мягко обратилась и Эдисон Камилла. — Логан говорил, что ты не хотела, чтобы мы здесь скучали. Но, доченька, разве может для нас быть неинтересной твоя первая режиссерская работа?

— Да, только мой ролик вряд ли можно назвать голливудским шедевром, Камилла, — оправдывалась Эдисон. — Очень не хочется, чтобы вы во мне разочаровались.

— Господи! Разочаровались? В тебе? — В голосе Камиллы звучал неподдельный ужас.

В этот момент в душе Элисон что-то оборвалось. Кусочек льда с острыми краями, пролежавший там многие годы, внезапно начал таять.

“Вот такой, очевидно, и должна быть настоящая семья”, — с благодарностью подумала Элисон.

Поддержка и одобрение Камиллы согревали ее весь вечер. А когда погас свет и ожили телеэкраны, Логан бережно взял ее руку и зажал в своих ладонях.

Перед зрителями замелькали виды Чикаго: город в снегу, каскады разноцветных осенних листьев, ожидание чуда весны и первые распустившиеся почки на деревьях. Элисон удалось главное: передать свою любовь к городу и заразить зрителей теми же чувствами. На экране мелькали не только пейзажи: сюжет не оставлял сомнений в промышленной мощи и интеллектуальном потенциале Чикаго, удобстве и отлаженности работы транспорта и в еще более многообещающем будущем. Когда экраны погасли, все приглашенные были убеждены, что живут в самом прекрасном городе мира. Мгновение в зале царила тишина, а затем все три тысячи гостей вскочили на ноги и бурно зааплодировали.

Для Элисон же имели значение лишь теплая улыбка Камиллы и ласковые слова Логана. “Совсем неплохо, дорогая”, — нежно прошептал ей на ухо муж.

Поддержка Логана и Камиллы убедила ее в том, что главную и самую важную награду она сегодня уже получила.

* * *

Этой ночью она вновь несла во сне торт, но теперь уже с четырьмя свечками. На этот раз ей удалось донести его до именинницы — девочки с красивыми черными локонами и большими зелеными глазами, в которых звездочками отражались огоньки свечей.

Зеленые глаза… Раньше сны Элисон были черно-белыми, словно старое кино, теперь же видение было цветным и очень ярким.

Ребенок завороженно смотрел на торт.

— Улыбнись папочке, солнышко, — услышала Элисон позади себя.

Девочка радостно улыбнулась, а Элисон обернулась, чтобы увидеть отца ребенка.

В этот момент она проснулась с твердым убеждением, что фотоаппарат держал Логан. Из глаз ее хлынули слезы, заливая подушку и разметавшиеся во сне локоны.

“Иногда мне кажется, что тебе никто не нужен”, — внезапно всплыли в памяти слова Кит.

“Нет, это неправда. Я очень хочу любить и быть любимой”, — возразила бы сейчас подруге Элисон.

Сначала ей казалось, что она хочет только ребенка. Но со временем она поняла, что глубоко заблуждалась. Разумеется, Элисон обязательно станет матерью. Но этого недостаточно для счастья. Ей нужен Логан.

— Проснулась? — Голос мужа прозвучал неожиданно совсем рядом.

Элисон замерла. Боже, она совсем позабыла, что сегодня они ночуют в одной спальне. Когда она укладывалась спать, муж был еще внизу, разговаривал по телефону с одной из пациенток. Возможно, он даже потом ездил в клинику. Так что засыпала она одна.

— Мне снился кошмар, — пробормотала Элисон.

— Дорогая, ты металась во сне и что-то кричала. — Он приподнялся на локте.

В полумраке спальни Элисон разглядела взъерошенные волосы, сонные глаза и сильные мускулы. Ладонь мужа ласково утерла ее слезы.

— Ты звала какого-то ребенка, — уточнил Логан. — Давно эти сны?

— Да.

Элисон привстала и задела его плечо. Через секунду ее словно невидимым покрывалом обволок нежный аромат его одеколона. Он придвинулся ближе, но не дотронулся до нее. Они оба физически ощущали возникшее между ними многовольтовое напряжение.

— Ты предлагаешь попробовать завести ребенка традиционным способом? — тихо спросила Элисон.

— А разве ты этого не хочешь? — Голос Логана был хриплым, его прикосновение обожгло Элисон.

“Приглашая в дом его родителей, ты знала, что все именно так и случится”, — строго сказала сама себе Элисон.

Но что-то удерживало ее от решающего шага, не давало всецело отдаться любви. Что-то глубоко скрытое в сознании.

— Нет, — после долгой паузы наконец сказала она. — И я уже объясняла, почему. — Голос ее сорвался, в нем не чувствовалось прежней уверенности.

— Тебе нужен мой письменный отказ от прав на ребенка под подушкой, чтобы спокойно предаться наслаждению? — весело спросил Логан.

— Ты знаешь, что суд все равно будет на твоей стороне и никакая бумага мне не поможет, — сухо ответила Элисон, хотя в глубине души ее терзал совсем другой вопрос: “Что ему от меня нужно: сиюминутное удовольствие или нечто большее?”

— Хорошо. Ты сделала свой выбор, и я ему подчиняюсь, — сдержанно, но очень твердо проговорил Логан и отвернулся.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Элисон могла поклясться, что не сомкнула глаз после разговора с Логаном. Ближе к утру зазвонил телефон, и его назойливая трель вывела ее из состояния полусна-полузабытья. Она услышала хриплый голос мужа.

— Да, сейчас приеду, — сказал он и начал диктовать по-латыни названия каких-то медицинских препаратов.

Элисон приоткрыла глаза и увидела, что за окном светает. Она села в кровати, подложив под спину подушку, и наблюдала, как одевается Логан. Она залюбовалась его широкими плечами, развитой мускулатурой, узкими бедрами и стройной талией. А муж, казалось, не замечал ее взгляда, целиком поглощенный натягиванием брюк и рубашки. Он так ни разу и не взглянул на жену.

Элисон взяла книгу и, раскрыв ее, положила себе на колени. Каждый нерв ее был напряжен, ей хотелось спрятаться с головой под одеяло. Но проявить такую слабость при Логане она себе позволить не могла.

— Интересная книга? — наконец обратился к жене доктор Кавенаг, подходя к кровати.

— Да, — только и промолвила Элисон.

— Не многие изучают экономические теории в постели по ночам. Иным эта наука не дается и в академических стенах.

Элисон подняла глаза и встретила спокойный холодный взгляд мужа. Ее охватила печаль. Да, после этой ночи их явно ожидает трудный период жизни…

— Я еду по вызову в клинику. Когда вернусь — не знаю. — Логан поправил воротник рубашки.

Ей очень хотелось узнать, что случилось и почему Логана срочно вызвали в клинику. По его встревоженному голосу при разговоре по телефону Элисон поняла, что у одной из пациенток возникли какие-то серьезные осложнения. Но спрашивать она ни о чем не стала: вдруг Логан сочтет ее интерес назойливым или решит, что она во что бы то ни стало хочет удержать его возле себя?

— Не волнуйся, я все объясню твоим родителям, — только и ответила она. Логан пожал плечами.

— Уж они-то точно все поймут. Такие ночные вызовы для врачей — обычное дело. Непривычной им скорее показалась вчерашняя тишина.

Он открыл дверь спальни и начал спускаться по лестнице. А Элисон вслушивалась в каждый шорох, ловя тихие звуки его удаляющихся шагов.

Вчера ночью она сделала правильный выбор. Если бы они не отвернулись друг от друга, то, возможно, последующие дни сложились бы куда хуже, чем теперь. Элисон пришлось бы разыгрывать перед мужем спектакль, притворяться, что никаких глубоких чувств она к нему не испытывает. И это в то время, когда на самом деле она сгорает от настоящей любви к нему! А может быть, их страсть и наслаждение этой ночью стали бы лучшим воспоминанием жизни, а результатом безумного поступка — столь долгожданный ребенок? Но случилось то, что случилось, и надо смириться с неизбежным. Тогда откуда эта боль и подступившие к горлу рыдания? Нет, ей нужно взять себя в руки! На такие глупости у нее просто нет времени. Надо встать, одеться, сойти вниз и провести какое-то время с родителями Логана, чтобы они не чувствовали себя забытыми, а затем проводить их. домой. Итак, за дело!

* * *

В одном Элисон оказалась совершенно права: последующие две недели стали для нее сущим адом. Нервы были на пределе. В конце каждого дня она просто не знала, от чего рыдать — от радости, что еще одни мучительные двадцать четыре часа истекают, или от горя, что их разлука с Логаном приблизилась еще на одни сутки.

Но эти трудности ни в коей мере не были спровоцированы самим Логаном. Он был неизменно вежлив, добросовестно выполнял свою часть работы по дому. Однако больше ни разу не принес ей кофе в постель, не пригласил на обед или в зоопарк. Несколько раз он не ночевал дома, и Элисон, лежа без сна в постели, пыталась убедить себя, что ее не касается, где находится сейчас ее муж, а главное — с кем. Он мог быть с Сарой Уильямс, например. Элисон даже как-то разговаривала с ней по телефону, когда та позвонила Логану, а его не оказалось дома. Сара тогда еще пошутила, что завидует жене доктора Кавенага и сама мечтает о таком же прекрасном супруге. А на ком, интересно, Логан отрабатывал свой замечательный массаж ступней до встречи с Элисон?

Сара… Элисон стиснула зубы. В тот день, когда мисс Уильямс осматривала ее в клинике, она говорила о свидании. С кем? Логан еще заметил тогда: “Не очень-то носись с этим парнем, Сара!” Что он хотел этим сказать?

Когда Логан уходил, Элисон ловила каждый звук — вдруг он вернется? Если он был дома, она всеми силами старалась не смотреть на него, чтобы не думать о том, какое наслаждение они могли бы подарить друг другу той памятной ночью.

На эту безвыходную ситуацию не смогла повлиять даже Камилла Кавенаг. Ее редкие телефонные звонки были приятны и ненавязчивы; она интересовалась делами Элисон, неизменно восхищалась ее начинаниями и всецело одобряла их. После разговоров с матерью Логана Элисон чувствовала еще большие угрызения совести: ведь для Камиллы предстоящий развод горячо любимого сына, несомненно, станет страшным ударом. Элисон терзалась мыслями о том, что с уходом Кавенага из ее жизни она потеряет не только любимого человека, но и свою первую настоящую семью. В тот момент, когда Камилла поймет, насколько сильно ошибалась в “доченьке”, она тут же отвернется от Элисон и лишит ее дружеской поддержки и понимания. Нет, нужно постараться скрыть от нее неприятную правду об их с Логаном отношениях.

* * *

Файл с перечнем неотложных дел, казалось, исчез без следа. Эдисон перевернула вверх дном весь офис, проверила все шкафы и ящики, вывернула на стол содержимое всех папок, но безрезультатно. Нужного ей файла нигде не было.

В приоткрытую дверь просунулась голова Сусанны.

— Найдется минутка? Боже, неужели ты затеяла грандиозную уборку? — изумленно поинтересовалась она, увидев хаос во всегда безупречно чистом кабинете подруги.

— Я потеряла очень важные документы, — в ужасе простонала та.

— Амнезия медового месяца, — удовлетворенно диагностировала Сусанна. — Со мной было то же самое. Продлится еще месяц или два.

С этими словами она опустилась в широкое плетеное кресло.

— Эли, я наконец выяснила, кто послал Логану членский билет Клуба знакомств, — таинственно произнесла она.

— Вообще-то я не сомневалась, что это твоих рук дело, — рассеянно ответила Элисон, в который раз просматривая папки с документами.

— А вот и нет, — весело отозвалась Сусанна. — Вчера Марк во всем мне признался. Это они с мужем Кит оплатили приглашение и членский билет для Логана. Надо отдать должное благоверному Кит — инициатива была полностью его.

— Но зачем им это было нужно?

— По словам Марка, они хотели открыть Логану все радости брака. — Сусанна сделала неопределенный жест рукой. — Кроме того, они загорелись идеей выдать тебя замуж за кого-нибудь из своих друзей, чтобы мы все продолжали дружить уже семьями.

В этот момент за дверью раздался какой-то шорох.

— Логан, это ты? Входи скорее! — весело позвала Сусанна.

— Привет, Сусанна! Если вы с Элисон заняты, я подожду в кухне. — Логан был, как всегда, безупречно вежлив.

Сердце Элисон учащенно забилось. Муж не заходил к ней на работу уже очень давно. Интересно, что его привело?

— Ну уж нет! Не собираюсь быть третьим лишним. — Сусанна грациозно поднялась с кресла. — Могу повесить на дверь табличку “Не беспокоить”, если хотите.

Лукаво улыбнувшись, она выпорхнула из комнаты.

Логан плотно прикрыл дверь и подошел к столу Элисон.

— У меня хорошие новости, — взволнованно проговорил он.

Она собрала все свои силы, чтобы следующую фразу произнести спокойно:

— Ты нашел новую работу?

— Да. Коллектив молодых специалистов. Прогрессивные взгляды и методы лечения. Ничего общего с Бергом Синклером.

— Прекрасно. Рада за тебя. — Элисон механически начала перекладывать папки на столе.

— Я уже сообщил Синклеру, что проработаю у него еще три недели, чтобы завершить все дела и передать своих пациентов другим врачам.

— Выходит, теперь совсем неважно, что он думает о нас, — Эдисон изо всех сил старалась говорить спокойно, хотя давалось ей это очень и очень нелегко.

— Полагаю, да.

— Ты говоришь как-то неуверенно.

“Вдруг его мнение насчет нашего брака тоже изменилось, как и мое”, — с надежной подумала Элисон. От волнения во рту у нее пересохло. Но слова Логана разом спустили ее с небес на землю.

— Берт станет абсолютно безвреден, только когда я совсем уйду из клиники. Тогда все его нелестные отзывы будут восприниматься окружающими как брюзжание, и не более.

— Я все понимаю. — Голос Элисон стал тусклым и безжизненным. Но она уже ничего не могла с этим поделать.

— Как только я перейду…

— Да-да, конечно. Еще три недели… — пролепетала она, не слушая, что говорит муж.

Тот замолчал и пристально посмотрел на нее.

— Я говорил о ребенке, — вновь начал он. — На новом месте я сразу же смогу этим заняться, не опасаясь, что кто-то прочтет мои записи.

Господи! Ребенок! Ей было так больно от мысли, что Логан скоро навсегда уйдет из ее жизни, что она на время забыла о своей самой заветной мечте.

— А, ты об этом…

— Да, черт побери, об этом.

— Можешь не волноваться, — она отложила папку в сторону. — У меня сейчас слишком много работы. Так что пока не время заводить ребенка. Возможно, позже я подумаю об усыновлении. — Ком в горле помешал Элисон продолжить свою мысль.

Молчание, воцарившееся в комнате после этих слов, казалось ощущалось физически. Наконец Логан тихо произнес:

— Не смею больше отрывать тебя от дел.

И вышел. Элисон дождалась хлопка парадной двери и лишь после этого рухнула словно подкошенная в кресло, опустила голову на руки и разрыдалась.

Она не слышала, как отворилась дверь и в комнату тихонько вошла Сусанна.

— О, дорогая. — Подруга опустилась на колени и ласково обняла ее.

— Ты с самого начала была права. Все кончено, Сью…

Сусанна ни в чем не упрекала подругу — она просто была рядом до тех пор, пока ее горькие рыдания не иссякли.

Через несколько минут на пороге появилась Кит.

— Эли, Рита просила предупредить… — Она застыла в недоумении, не успев закончить фразу. — Полагаю, ты плачешь не из-за репортеров, которые собрались внизу и умоляют позволить им заснять твой первый визит к мамаше и ребенку из зоопарка. Рите до сих пор удавалось сдерживать их натиск, а значит, это не они тебя так расстроили.

Элисон впервые улыбнулась:

— Они все равно опоздали. Я навестила счастливую семью неделю назад.

— Думаю, их бы это не смутило.

— Репортеры и телекамеры — это последнее, что нужно сейчас Эли, — заметила Сусанна.

— Эли, ты выгладишь ужасно. Что, в конце концов, случилось? — потребовала объяснений Кит, разом оставив шутливый тон.

— Во всем виноват Логан. До его прихода с Эли было все в порядке, — констатировала Сусанна, нежно погладив подругу по плечу. — Эли, я думаю, тебе сейчас лучше отправиться домой и лечь в постель. За репортеров не волнуйся — мы с Китти все уладим.

Элисон подняла на подруг глаза, полные благодарности.

— Какое счастье, что у меня есть вы, мои дорогие. Спасибо. Мне действительно сейчас хочется одного: поехать домой и лечь в постель.

— Кит, проводи, пожалуйста, корреспондентов в конференц-зал, а Эли тем временем выскользнет через парадную дверь, — скомандовала Сью.

— Хорошо. Надеюсь, они не разорвут меня на части, когда поймут, что заветного репортажа им не видать как своих ушей, — усмехнулась Кит и двинулась наверх.

Элисон начала собирать бумаги в портфель. Остаток дня она проведет в поисках потерянного файла; быть может, вечером у нее даже будет время просмотреть кое-какие старые записи. Через пару минут зазвонил телефон внутренней связи, и Рита сообщила, что путь к отступлению свободен.

— Ты точно не хочешь, чтобы тебя кого-нибудь проводил до дома? — еще раз уточнила Сусанна.

— Нет, я хочу побыть одна. Просто выпью аспирин и лягу в постель, — мягко заверила подругу Элисон.

— Обязательно позвони мне утром, — потребовала Сью. — Ну пошли.

С помощью Сусанны Элисон смогла покинуть здание никем не замеченной. Выпорхнув на улицу, она помахала подруге рукой на прощанье.

День был солнечный, но морозный и ветреный. Какое-то время Элисон удавалось не думать о своих проблемах, но потом грустные мысли вновь одолели ее с новой силой. Три недели. Можно сделать их самыми несчастными или, наоборот, лучшими, запоминающимися мгновениями жизни. Все зависит лишь от нее самой. Ей вспомнились слова Логана: “Это должен быть твой выбор”. Что ж, она для себя все решила.

Элисон вошла в дом и, несмотря на царившую в нем тишину, сразу же ощутила присутствие мужа. Он удобно устроился в мягком кресле, держа на коленях обеих кошек. Услышав ее шаги, Логан открыл глаза. Взгляд его был острым и холодным.

— Логан, прости, что я так резко разговаривала с тобой в офисе, — начала Элисон. Он молчал. Она набрала в легкие побольше воздуха и продолжила: — Разумеется, я хочу ребенка. Но мне больше не нужен безымянный донор. Я решила выбрать традиционный путь.

— Не знаю, чем вызвана перемена, но…

— Я хочу ребенка от тебя.

— Но почему? Потому что я настолько занят работой, что не стану вмешиваться в твою жизнь? — Он нервно откинул голову на спинку кресла, затем поднялся и стал ходить широкими шагами по комнате. — Следует ли мне заранее выдать тебе заверенный нотариусом отказ от прав на ребенка?

От этих резких слов Элисон пошатнулась, но Логан, словно не замечая ее состояния, продолжил:

— А я, оказывается, счастливчик! Обошел всех в конкурсе отцов. А моих родителей ты принимала у себя в доме, чтобы узнать, какая у ребенка будет наследственность?

— Не обязательно быть со мной таким грубым, — простонала Элисон. — Просто скажи: “да” или “нет”.

— Нет. Окончательно и бесповоротно нет, — твердо сказал Логан.

Сердце Элисон упало куда-то вниз.

— Но ты же хотел однажды… — Она и не думала вспоминать об этом, но слова вырвались сами.

— Да. Тогда я еще верил, что ты живой человек, а не вычислительная машина.

— Я только надеялась…

“Зачем продолжать этот разговор?” — вяло подумала Элисон и умолкла, так и не закончив фразу.

Она устало сгорбилась, руки ее дрожали. Последнее, что еще их связывало… Элисон сняла с руки обручальное и свадебное кольца и вручила их Логану. Затем попросила тихим голосом:

— Пожалуйста, уходи. Никто об этом не узнает. А я больше так не могу… — Голос ее сорвался, она отвернулась и побрела к себе наверх.

— Элисон, подожди, — крикнул ей вслед Логан. — Почему ты хочешь иметь ребенка именно от меня?

Она отрицательно покачала головой, не желая продолжать разговор. Логан молча подошел к ней, зарылся лицом в ее волосы и поцеловал в шею.

— Поэтому? — мягко спросил он, продолжая ласкать жену.

Логан бережно повернул Элисон к себе лицом, его ладони скользнули по ее плечам, спине, прижимая все ближе к теплому телу. Прикосновения мужа, нежный аромат одеколона, ласковые поцелуи — все это было похоже на сладкий сон. “Пусть это будут прощальные ласки и поцелуи. Я буду хранить в памяти эти минуты всю жизнь!” — вихрем пронеслось в голове Элисон.

Она не знала, как долго длились их объятия. Порой им не хватало воздуха, и они прерывались, но в следующее мгновение вновь прижимались друг к другу в безудержном порыве страсти. Огонь желания снова загорелся в глазах Логана.

— Так почему все-таки это должен быть мой ребенок, Элисон?

— Я подумала, что это единственное, что у меня останется от тебя. Ты хочешь получить удовольствие, но не собираешься брать на себя никаких обязательств. Что ж, мне это вполне подходит…

Он слегка отстранил ее от себя и встряхнул за плечи, чтобы остановить этот бессмысленный поток обвинений.

— Откуда у тебя такие мысли обо мне? — удивился он.

— Ты же сам сказал, что так поступают большинство мужчин. И предложил той ночью…

— Тогда мне показалось, что ты уже поняла, насколько убог твой идеал одинокой жизни. — Логан заглянул ей в глаза, затем продолжил: — Если бы у меня был ребенок, то никто и никогда бы не смог разлучить меня с ним. И, уж конечно, я не собираюсь подвергать свое дитя такому серьезному испытанию, как развод родителей.

Господи, он словно читает ее мысли! Кусочек льда в душе Элисон, края которого сгладились от тепла и доброты семьи Кавенаг, все же не растаял окончательно и время от времени давал о себе знать. Логан хочет от нее ребенка, будет любить его, но любит ли он ее, Элисон?

А тот меж тем говорил:

— Я видел, как ты возилась с маленькой девочкой в зоопарке, как ты относишься к моим родителям. И понял, насколько велика в тебе потребность любить и быть любимой. Что касается твоих отношений с матерью, то полагаю, здесь я тоже сумел разобраться, что к чему…

Элисон нахмурилась.

— Мы договорились, что это тебя не касается…

— Верно. Но согласись, что именно этот эпизод твоей жизни объясняет, почему ты так боишься привязаться к кому-нибудь и всегда стараешься создать вокруг себя некое подобие вакуума, куда никто не может проникнуть без особого разрешения. На мой взгляд, именно это вызвало твою любовь к огромным кроватям и безразмерным, хотя и очень соблазнительным ночным рубашкам, — игриво закончил свою речь Логан.

Элисон невольно покраснела. А она-то искренне верила, что он не замечал ее ночных туалетов, и уж тем более не могла ожидать, что они ему понравятся.

— Я влюбился в тебя почти сразу после нашей стычки с Бергом Синклером, — нежно признался Логан. — Мне ужасно понравилось обнимать тебя, целовать, приносить кофе в постель и глядеть на тебя — такую, ласковую, сонную. Но каждый раз, когда я начинал мечтать о тебе, ты возвращала меня на грешную землю и лишала всякой надежды. А уж как хотела, чтобы я поскорее нашел работу и покинул твой дом! Ты с самого начала ясно дала понять, что не хочешь моего ребенка, а значит, и меня самого. Более чем убедительное доказательство твоего отношения ко мне.

Элисон пояснила:

— Наверное, мне хотелось доказать, что я могу стать куда лучшей матерью, чем моя собственная. Думаю, именно поэтому я так жаждала иметь ребенка.

— Об этом ты можешь не беспокоиться, — нежно заверил ее Логан. — А теперь давай расставим все по местам. Наш брак можно считать настоящим. Я люблю тебя, Элисон. И хочу прожить с тобой всю жизнь.

— И я люблю тебя, Логан, — отозвалась она, однако вдруг голос ее неожиданно сорвался. — Подожди, да ведь мои родители тоже любили друг друга, но эта любовь принесла им только горе и разочарование, — растерянно проговорила она.

— Твои родители вообще были неспособны кого-либо любить — ни друг друга, ни тебя. То, что они сделали с невинным ребенком… Неудивительно, что ты боишься полюбить мужчину, привязаться к нему. Эдисон, ты ведь веришь, что я совсем не похож на них?

Она заглянула в глаза мужа и прочла в них безграничную любовь и нежность, ласку и заботу и почувствовала, как постепенно исчезают все сомнения, уходит так долго мучившая ее душевная боль. Элисон встала на цыпочки и поцеловала Логана в губы.

— Возьмешь назад флейтиста? — весело спросил тот.

— Конечно.

В эту минуту зазвонил телефон.

— Это Кит или Сусанна, — пояснила Элисон и предупредила: — Если я не возьму трубку, то через пять минут они обе будут здесь.

Логан ухмыльнулся:

— Такая перспектива меня нисколько не радует, так что тебе придется ответить.

Элисон сняла трубку и услышала голос Сусанны.

— Как ты, Элисон?

— Все в порядке, Сью. Я…

В этот момент губы Логана коснулись затылка Элисон, он начал покрывать легкими поцелуями ее шею, спускаясь при этом все ниже и ниже.

— Я уже чувствую себя намного лучше, — задыхаясь и дрожа от возбуждения, пролепетала Элисон.

— По-моему, у тебя озноб, — забеспокоилась Сусанна. — Тебе обязательно нужно выпить горячего чая и постараться согреться.

Элисон хихикнула.

— Я знаю способ получше. Прости, Сью, я перезвоню тебе позже. Хорошо? — И не дожидаясь ответа, она быстро повесила трубку.

Логан был совсем рядом, он повернул ее лицом к себе, погрузив пальцы в черный блестящий каскад ее волос.

— Помнится, ты как-то просила меня помочь тебе завести ребенка. Я нахожу это предложение восхитительным, — пробормотал он. — И предлагаю приступить к делу прямо сейчас.

Последние кусочки льда в душе Элисон в этот момент растаяли и превратились в счастливый весенний ручеек.