/ Language: Русский / Genre:love_contemporary, / Series: Счастливая любовь

Ангелхранитель

Линда Уиздом

Решив круто изменить свою судьбу после развода, выпускница военной академии Алексис Пейдж становится телохранителем крупного бизнесмена Джареда Темплтона, постоянно получающего письма с угрозами. Оба — Алекс и Джаред — обладают сильными, независимыми характерами, их тянет друг к другу, но они сопротивляются влечению, не желая давать волю чувствам… Такая ситуация неминуемо ведет к бурной развязке!

Линда Рэндалл Уиздом

Ангел-хранитель

1

Под высоким, выложенным кафельной плиткой куполом, накрывавшим бассейн, достойный даже олимпийских состязаний, было пусто — если не считать единственного пловца. Звуки, которые издавало рассекающее воду тело, гулко отдавались в пустынном зале. Прожектора бассейна — единственное освещение просторного помещения — высвечивали в ярко-голубой воде пловца.

Это был крупный, хорошо натренированный мужчина. Пловец легко проплывал дорожку, касался бортика, ловко поворачивал и снова плыл дальше. Каждое движение было отточенным и четким. Несколько минут спустя его сильные пальцы ухватились за бортик, и мускулистые руки рывком выбросили пловца из воды.

Он взял большое белое полотенце с шезлонга и промокнул живот, а потом провел полотенцем по широкой груди с редкими завитками темных волос. Потом полотенце опустилось к длинным ногам, тоже покрытым темным пушком. Его зеленые глаза не поднялись на стук каблучков, звонко простучавших по кафельному полу. Ему не надо было поворачиваться, чтобы узнать, кто идет.

Она была высокой — сто семьдесят два сантиметра, как было написано в ее личном деле, и ее очень стройное тело было облечено в синюю юбку и жакет, под которым была надета белая крепдешиновая блузка. Темно-каштановые волосы были уложены на макушке в аккуратный узел, отчего еще заметнее стали нежная линия ее шеи и светло-зеленые глаза.

— Все собрались в конференц-зале, мистер Темплтон.

Ее глуховатый чувственный голос эхом разнесся по пустому помещению.

Джаред Темплтон медленно повернулся, небрежно набросив полотенце себе на плечи. Поза его говорила о полном спокойствии, которое с точки зрения подошедшей было несколько неуместным. Она не могла не заметить, что на нем были надеты минимальнейшие синие плавки — если они и прикрывали его мужское достоинство, то никоим образом его не скрывали!

— И нетерпеливо ждут моего появления, надо полагать, — заметил он суховато, приглаживая мокрые волосы пальцами. — Ну что ж, я их не разочарую. Скажите Крису, что я приду через двадцать минут. Прессе полезно подождать еще немного, прежде чем получить свои новости.

Женщина наклонила голову и направилась к выходу из бассейна. Ее шаги затихли в отдалении. Джаред не стал спешить за ней следом. У него не было никаких сомнений в том, что она не выполнит его указаний.

Женщина спустилась на лифте на два этажа и очутилась в шикарной приемной, расположенной перед кабинетами администрации. Коротко улыбнувшись секретарше, сидевшей за антикварным французским письменным столом, она прошла в дверь, находящуюся немного левее.

Сидевший за письменным столом мужчина во время учебы в университете считался ими образцом американского мужчины и сейчас, спустя десять лет, по-прежнему сохранил прекрасную спортивную форму. Когда женщина опустилась в кресло напротив него, он только вопросительно приподнял бровь.

— Дай-ка подумать… — Она задумчиво нахмурилась, сложив вместе кончики пальцев. — Мне заказать столик в «Ма Мезон» или, может…

— Неужели опять? — застонал он, отчаянно морщась, и откинулся на спинку кресла, закрыв лицо руками. — Ты уверена, что вы двое не сговорились меня разорить? Если так пойдет и дальше, ты станешь толстушкой, а в твоем возрасте это не годится, знаешь ли, — поддразнил он ее, озорно сверкая глазами.

Она поморщилась напоминанию о том, что для нее так называемые беззаботные годы до тридцати уже позади.

— Крис, а ты ведь садист, — добродушно упрекнула она его. — Если честно, то он сказал, что спустится через двадцать минут.

Крис взглянул на часы и встал, поправляя узел галстука.

— Ну что, миледи, пойдем на растерзание толпы?

Огромный конференц-зал, предназначенный для встреч вроде сегодняшней, был до отказа набит корреспондентами и телерепортерами. Видеокамеры всех программ новостей сражались за самый удачный ракурс показа одного из самых выдающихся деловых людей этого десятилетия. Все громко и беспорядочно переговаривались, пока боковая дверь не открылась и оттуда к возвышению с микрофонами не направились трое.

Мужчину, которого собравшиеся так рвались услышать, с двух сторон сопровождали мускулистый Крис и темноволосая женщина. Ее аристократические черты лица походили на бесстрастную скульптурную маску.

— Алекс Пейдж, — пробормотал корреспондент одного из крупных финансовых еженедельников, обращаясь к своему соседу.

— Кто из них?

— Вон та, с великолепными ногами. Ее полное имя Алексис. — Он ухмыльнулся, оценивающе разглядывая высокую стройную женщину. — Она телохранитель Темплтона.

— Что?!

Его собеседника это известие явно поразило.

— По крайней мере ходят такие слухи. — Он покачал головой, явно не веря, что красивую женщину могли взять на работу для того, чтобы охранять мужчину. — Она начала работать на него полгода назад в качестве начальника охраны — и повсюду с ним ездит. Поговаривают, что она любовница Темплтона, но газеты связывали его имя чуть ли не с каждой красавицей Америки. Он меняет любовниц с такой скоростью — ты не поверишь! Об Алекс Пейдж известно очень мало: только то, что она закончила Военно-морскую академию и служила в военно-морской разведке, пока не подала прошения об отставке. Для такой молодой женщины она немалого добилась. Ее отец — тот самый адмирал Хэйден, который сейчас устраивает весь этот шум в Пентагоне.

Его сосед теперь уже наблюдал за Алекс с нескрываемым интересом. Как такая красавица могла заниматься столь не свойственным женщине делом?

Женская часть аудитории жадно впилась в Джареда взглядами. Алекс стояла немного в стороне и с иронией наблюдала за ними. Эти женщины готовы были наброситься на него, как волки на лакомую добычу. Она мысленно попыталась представить себе реакцию кого-нибудь из них, если бы они увидели Джареда чуть раньше, когда он плавал, и решила, что зрелище доставило бы немалое удовольствие любой из присутствующих дам. Сама она предпочитала забыть, что именно скрывали от зрителей бежевый костюм-тройка, с бронзовым отливом шелковая рубашка и галстук в золотистую и коричневую полоску. Его светло-каштановые волосы были зачесаны наверх, и только ранняя седина на висках выдавала его сорокалетний возраст. Даже небольшая горбинка у него на переносице не уменьшала его мужской привлекательности.

— Дамы и господа! — У него был красивый и звучный баритон. Никаких извинений за опоздание не будет. В них нет необходимости. Чуть заметная улыбка, намекавшая на чувственную натуру, тронула углы его губ, пока он наблюдал за собравшимися, молча ожидавшими его слов. — Вы откушали наших пирожных с кофе — пришло время их отрабатывать. — Его взгляд коротко задержался на каждой из женщин, заставив ее почувствовать себя так, словно он обратился к ней лично. — Я вас пожалею и буду краток. Сегодня утром в девять часов «Фернвуд Энтерпрайзиз» подписала контракт о покупке нефтеперерабатывающего предприятия Мэннинга.

Он помолчал, дав шуму голосов стихнуть.

— Больше не будете зависеть от других, мистер Темплтон? — выкрикнул кто-то.

— Вам не хуже меня известно, Сэм, что если вы сами не беретесь за работу, ее не делает никто, — ответил Джаред. — Вы все получите распечатки с необходимой статистикой. А теперь я в течение двадцати минут готов отвечать на вопросы.

— Я не перестаю гадать, зачем он таскает нас с собой, — пробормотал Крис, обращаясь к Алекс, пока Джареда забрасывали вопросами. — Мы ведь просто сидим и бьем баклуши.

— Мы оба знаем, зачем здесь я.

Она ни разу не оторвала взгляда от представителей прессы.

— Мистер Темплтон, это правда, что вы получаете письма с угрозами? — спросил кто-то.

— У меня сложная профессия. Сомневаюсь, чтобы я был единственным, кто получает письма с разного рода угрозами. Вопрос только в том, пишут ли это психически неуравновешенные люди или кто-то еще. Я считаю разумным соблюдать все необходимые меры предосторожности — на всякий случай, — ответил он.

Все взгляды повернулись в ту сторону, где стояла Алекс.

— А это не мешает вашей личной жизни? — лукаво спросила какая-то блондинка.

Хрипловатый смех Джареда вызвал приятную дрожь у многих из присутствовавших на пресс-конференции женщин.

— Возможно, больше всего я нуждаюсь в защите от тех дам, с которыми мне приходится встречаться, — ответил он, вызвав в зале смех.

Когда время, отведенное для ответов на вопросы, истекло, Джаред в сопровождении спутников покинул конференц-зал. Женщины провожали Джареда мечтательными взглядами, а мужчины с неподдельным интересом разглядывали Алекс.

— Я бы не отказался, чтобы такая леди охраняла меня весь день напролет, — пробормотал один из фотокорреспондентов, укладывая камеру в футляр.

Поднимаясь на лифте к кабинетам руководства вместе с Алекс и Крисом, Джаред быстро отдавал своему помощнику распоряжения:

— Проверь, можно ли освободить мой завтрашний день, чтобы с утра можно было вылететь и проинспектировать, как идет строительство нового здания фирмы. Потом позвони Уорнеру и спроси, готовы ли уже документы на сделку с Дональдсоном. Если нет, то скажи ему, что они мне нужны к послезавтра.

Двери лифта бесшумно раздвинулись, и, продолжая говорить, Джаред зашагал по коридору к резным дубовым дверям. За ними был кабинет президента и председателя совета директоров фирмы «Фернвуд Энтерпрайзиз» — Джареда Д. Темплтона.

Крис прошел через одну из дверей в свой кабинет и вернулся с листочками, на которых были записаны звонки Джареду. Он просмотрит их, прежде чем передавать боссу.

Алекс вопросительно посмотрела на Джареда. Когда он кивнул, она сняла жакет. По ее плечам проходил узкий темно-коричневый ремешок, на котором у нее под правой подмышкой висела небольшая кобура.

Джаред поморщился, глядя, как она снимает свою экипировку и кладет на диван.

— После того, как я наблюдал за вашей стрельбой в тире, я точно знаю, что не хотел бы стоять у вас на пути.

Он открыл небольшую полированную шкатулку, стоящую на письменном столе, и достал оттуда сигару.

— Поэтому вы и взяли меня на работу, — усмехнулась Алекс.

Тут в дверь постучала младшая секретарша и осведомилась, не надо ли кому-нибудь кофе. Все отказались.

Щурясь на спираль сигарного дыма, Джаред откинулся на спинку кресла, наблюдая, как Алекс пересекает комнату. Он еще не встречал такой интересной женщины. Ее нельзя было бы назвать очень красивой: она была слишком худой, но двигалась при этом с грациозностью борзой. Его бабка сказала бы, что у нее линии чистокровной лошадки, только бедра слишком узкие.

— Вас не беспокоит, что многие отказываются верить, будто вы мой телохранитель? — поинтересовался Джаред.

Его ленивый голос словно повис в комнате.

Алекс его вопрос позабавил и не слишком удивил. Джареду нравилось пользоваться любым случаем, чтобы внести в разговор интимные нотки. Сейчас она просто перестала обращать на них внимание.

— Я об этом никогда и не думаю, — честно ответила она.

Джаред забарабанил пальцами по полированной поверхности письменного стола. Для него уже стало привычным развлечением проверять, до какой степени он может поддразнивать Алекс, чтобы ее самообладание дало трещину. Пока ему это не удалось ни разу.

— Вы должны признать, что трудно поверить, чтобы у столь прелестной леди была такая опасная работа.

— Она не опаснее той, что была у меня в военно-морской разведке.

Алекс пожала плечами, немного удивившись тому, что Джаред упомянул про ее внешность. Он в прошлом имел отношения с таким количеством прекрасных женщин, что никак не может считать ее прелестной. И в то же время какое-то внутреннее чувство с самого начала подсказывало ей, что Джаред испытывает к ней нечто большее, чем просто любопытство. Она сознавала, что пробудила в нем инстинкт охотника, потому что не внимала ему с жадностью, как другие женщины. Ив то же время если бы она это делала, то у него никакого интереса не возникло бы! Сейчас в жизни Алекс не было места для мужчины, а если бы и было, то его, уж конечно, не занял бы Джаред Темплтон. Бесспорно, он был очень привлекателен и всегда был чуток к женщинам, но ей вовсе не хотелось бы принимать участие в отношениях, развивающихся по одной и той же схеме. Ей не хотелось вступать с ним в разговоры на личные темы — и пока у нее это получалось.

— Если я вам больше не нужна, я спущусь в свой кабинет.

Джаред кивнул. Он уже погрузился в чтение бумаг: плейбой легко превратился в делового человека.

Крис задержал Алекс, когда она выходила из кабинета.

— Хорошо, ты выиграла пари. На этот раз шеф заставил прессу дожидаться, и я плачу в ресторане… опять. — Он шутливо вздохнул. — Почему это ты можешь предсказать его поступки лучше, чем его личный помощник? Это нечестно, Алекс! Ты уверена, что он не вступил с тобой в сговор, чтобы меня разорить?

— Не жди от меня жалости, Крис Стивенс. — Разыгранная им сценка ее не тронула. — А что до чтения чужих мыслей, то давай просто скажем, что я всегда была телепаткой. Увидимся позже.

— Как прошла пресс-конференция? — спросила у Алекс ее секретарша Дина, когда она остановилась у ее стола узнать, не было ли каких-нибудь важных звонков.

— Как обычно. — Пожав плечами, Алекс перебрала листочки с записками. — Мистер Форд не звонил с оценками стоимости новых видеокамер для гаража?

— Пока нет. Хотите, чтобы я с ним связалась?

Алекс покачала головой и посмотрела на часы.

— Нет, это подождет. По крайней мере должно подождать, потому что завтра утром мне придется лететь с мистером Темплтоном.

— Те, кто не в курсе, могли бы позавидовать вашим поездкам, — сказала ей секретарша. — Крис уже позвонил мне и сообщил все детали. За вами заедут домой в шесть утра.

Алекс поморщилась.

— Иногда мне даже непонятно, зачем мне рабочий кабинет и квартира. Я ни там, ни там почти не бываю. Почему бы тебе не пойти домой? Я задержусь, разберусь с бумагами и надиктую тебе кое-что. И завтра ты тоже можешь уйти пораньше.

— Ого, я всегда знала, что у меня есть причина радоваться, что я работаю с вами! — У Дины заблестели глаза. — Хоть вы и безжалостно меня эксплуатируете, — пошутила она.

— Вот именно. — Алекс негромко засмеялась. — Желаю хорошо провести вечер, Дина. Увидимся послезавтра.

Для Алекс ее кабинет всегда был тем местом, где она могла расслабиться. Ей было разрешено обставить его так, как она сочтет нужным, и она наполнила его антиквариатом. Особенно она любила свое лучшее приобретение — отполированный до блеска дубовый письменный стол-бюро с убирающейся внутрь крышкой. У одной стены стояли удобная темно-синяя кушетка и старомодный деревянный стол. На полу вместо обычного коврового покрытия лежал бордовый ковер. У окна красовался большой книжный шкаф со стеклянными дверцами.

Алекс выглянула в окно на узкую полоску далеко внизу — на самом деле это был оживленный центральный бульвар в Сенчери-Сити. Она устала — устала сильнее, чем хотела себе признаться. Сев в мягкое кресло, она откинула голову на спинку и на несколько блаженных секунд закрыла глаза. Только накануне она сопровождала Джареда в трехдневной поездке на Аляску и все еще не успела отдохнуть.

— Я становлюсь, слишком стара для всего этого! — тихо призналась Алекс.

Она невесело улыбнулась своим словам и снова принялась за бумаги.

Как всегда, за работой Алекс забыла о времени. Когда Джаред принимал ее, он оговорил условие, что она должна быть в любой момент готова куда-то с ним ехать. Ему нужен был телохранитель, и только. В то же время Алекс заявила, что не согласна сидеть и бездельничать, когда он в ее услугах не нуждается. Пойдя ей навстречу, ее подготовили к тому, чтобы стать начальником службы безопасности, когда ее глава, Джон Лайонс, вышел на пенсию четыре месяца тому назад. Ей посчастливилось, что он оказался человеком без предрассудков, готовым оценить мнение специалиста по вопросам безопасности. Джон поделился с нею немалым количеством собственных секретов и с удовольствием встречался с Алекс за ленчем, когда она была свободна.

В последнее время Алекс работала над тем, чтобы усилить систему охраны в гараже для автомашин служащих. Она слишком хорошо знала из газет, как часто на людей совершают нападения, когда они покидают рабочее место и спускаются в гараж, и готова была предпринять всевозможные меры, чтобы этого не случилось здесь.

Только в начале десятого Алекс наконец спустилась на лифте вниз и отметилась у дежурного охранника, коротко ему улыбнувшись.

— Желаю хорошо провести вечер, миссис Пейдж, — пожелал он, открывая дверь.

Алекс удалось поймать такси на ближайшей стоянке. Сейчас она могла думать только о том, чтобы поскорее принять горячий душ и лечь.

Чтобы иметь возможность легко добраться до центра Лос-Анджелеса, она поселилась в Марина дель Рэй, хоть бесчисленные многоэтажки и жилые комплексы этого района напоминали ей крольчатник. Однако она так мало времени проводила дома, что это особого значения не имело.

Добравшись наконец до своей квартиры, она разулась и отнесла туфли в спальню. Привычки, приобретенные во время детства в семье военного и собственной военной службы, требовали, чтобы для всего в доме было свое постоянное место.

Приняв горячий душ, Алекс не стала готовить обед, а просто заварила себе чаю.

В просторной двухкомнатной квартире почти не было личных вещей. Заметнее всего были фотографии ее близких. На всех были изображены мужчины в мундирах военно-морских сил, а на одной — Алекс в белом парадном мундире с новенькими лейтенантскими погонами на плечах. Как давно это было!

Алекс нацарапала записку женщине, которая дважды в неделю приходила к ней убирать квартиру, а потом решила, что ей лучше всего отправиться в постель, чтобы завтра утром быть готовой к отъезду. Шофер Джареда захватит ее и отвезет в аэропорт. За последние месяцы у нее было множество подобных поездок, но это ее не тревожило. И даже отсутствие личной жизни ее не огорчало. Она считала, что настолько занята работой, что не может думать, будто жизнь ее полна одиночества.

— Дьявольщина! — пробормотала она утром, обнаружив, что у нее кончился кофе. — Теперь придется ждать, пока не сяду в самолет, — проворчала Алекс, с отвращением захлопывая шкафчик и приказывая себе запомнить, что надо будет купить кофе, когда она пойдет за покупками в конце недели.

Ее пистолет в кобуре уже был вынут из запирающегося ящичка и надет поверх алой блузки. Сверху она накинула черный шерстяной жакет.

— Неудивительно, что у меня такое чувство, словно я стала гангстером! — рассмеялась она, поднимая небольшой кроваво-красный кожаный портфель, заменявший ей дамскую сумочку.

Ровно в шесть Алекс села в черный лимузин, ожидавший ее у дома.

— Очередное раннее утро, Фрэнк, — сказала она коренастому седовласому шоферу. — Скажите, мистер Темплтон хоть иногда дает вам выспаться?

Тот со смехом ответил:

— Я мог бы задать вам точно такой же вопрос, миссис Пейдж. После мистера Темплтона вы обычно приходите первой, а уходите последней.

Он уважал немногословную женщину, которая никогда не заставляла его ждать и никогда не разговаривала с ним свысока — не то что приятельницы мистера Темплтона.

— Я удивлена, что вы не взяли мистера Темплтона первым, — заметила она, откидываясь на мягком сиденье.

— Наверное, он уже в аэропорту. Сказал, что задержится допоздна и приедет сам.

Зеленые глаза Алекс засверкали затаенным смехом. Задержка допоздна означала какую-нибудь женщину, а у Джареда в них недостатка не было.

Фрэнк подъехал к той части аэропорта, где стояли частные самолеты. Оказавшись среди ангаров, лимузин направился к ожидавшему на рулежной дорожке белоснежному с золотой полосой реактивному самолету «лирджет».

Алекс быстро вошла в самолет и обнаружила, что Джаред с Крисом уже на борту. Джаред только взглянул на нее и снова уткнулся в бумаги.

— Крис, скажи Кэлу, что мы готовы лететь.

Алекс заняла свое привычное место у одного из иллюминаторов и пристегнула ремни. Выполнив приказ Джареда, Крис плюхнулся на сиденье рядом с нею.

— Я тут обнаружил в центре отличную закусочную с гамбургерами. Может, мы пойдем туда завтра на ленч? — небрежно предложил он.

Алекс покачала головой.

— Ну уж нет! Я велю Дине заказать столик в самом дорогом ресторане штата! — смеясь, пообещала она.

— Ты совершенно безжалостна! — шутливо ужаснулся Крис.

— Крис, эти цифры надо проверить, — резко прервал их разговор Джаред.

— Сейчас, босс. — Как только самолет взлетел, Крис поднялся с места. — Кофе уже готов. Раз ты сегодня утром такая недобрая, значит, ты еще не получила утренней порции кофеина, — сказал он Алекс.

— Порции? У меня не хватило кофе даже для одной чашечки! — Она тоже встала и прошла к бару, где стоял кофейник, не замечая на себе мрачного взгляда Джареда. — Хотите кофе, мистер Темплтон? — вежливо предложила она.

После его утвердительного кивка Алекс отставила в сторону собственную чашку, налила еще одну и положила туда две ложечки сахара. Ей вдруг пришла в голову странная мысль: знают ли его любовницы вкусы Джареда настолько же хорошо, как она и Крис? Но она тут же одернула себя. Естественно, они должны знать, как он предпочитает пить кофе, — и более интимные вещи, к которым они с Крисом никакого отношения не имеют.

— Как жаль, что вы не умеете печатать, Алекс! — пробормотал Джаред, принимая от нее дымящуюся чашку. — Тогда мне не понадобился бы Крис.

— Тогда, значит, мне повезло, что в военно-морской разведке не требовали знания машинописи, — парировала она, возвращаясь за собственной чашкой и усаживаясь с ней обратно на свое место. — Мне настолько лучше удается следить за всякой мразью.

И она одарила его ослепительной улыбкой.

— Она опять меня ругает, босс! — пожаловался Крис.

Озорные искорки зажглись в темно-зеленых глазах Джареда, которые он не сводил с лица Алекс.

— Нет, похоже, что на этот раз леди имела в виду меня.

Когда самолет приземлился в аэропорту Сиэтла, Крис посмотрел на потоки дождя, струившиеся по стеклу.

— Ну почему каждый раз, как мы сюда прилетаем, тут идет дождь? — проныл он, собирая папки с документами и запихивая их в свой «дипломат».

— Наверное, потому, что ты так ненавидишь сырую погоду.

С этими словами Алекс вытащила свой плащ из шкафа, где висела одежда для всех троих, рассчитанная на любые неожиданности. Ей случалось и спать в соседней с салоном спальне, когда перелеты были долгими.

У трапа их ожидал лимузин. Теодор Сандерс, руководивший работами в Сиэтле, приветствовал Джареда улыбкой и рукопожатием. Вскоре их уже привезли в один из самых престижных деловых районов города. Мистер Сандерс с любопытством поглядывал на Алекс и Криса, как и в прошлые два раза, когда они сопровождали Джареда в Сиэтл. Ему трудно было привыкнуть к мысли, что Алекс — телохранитель, а Крис — личный помощник, человек, занимающий должность чуть повыше секретарши.

— Архитектор уже был на площадке? — Джаред наблюдал, как по улице текут потоки дождевой воды. — Я хочу, чтобы анализы почвы были у меня на столе к началу следующей недели, — распорядился он в ответ на кивок мистера Сандерса.

Покончив с делами, они съели ленч в тихом ресторанчике, потом вернулись в аэропорт, а оттуда вылетели в конце концов в Лос-Анджелес.

Оказавшись в самолете, Джаред извинился и уединился, чтобы сделать несколько телефонных звонков.

— Маньячка из Майами, — вполголоса объявил Крис, когда они с Алекс остались вдвоем.

Она явно изумилась.

— Эта долго держится.

— По-моему, она уже кончается. Он приказал отправить ей обычное бриллиантовое колье.

Алекс негромко рассмеялась.

— Так что она уступит место Сирене из Сиднея.

Она имела в виду наследницу миллионера-скотовода из Австралии, которую Джаред в последнее время несколько раз сопровождал на благотворительные вечера. Эти прозвища стали забавой для Криса и Алекс почти с самого начала их совместной работы. Джаред был знаменит тем, что рядом с ним постоянно находились прекрасные женщины, которые скорее всего и спали с ним.

— А куда пропала Тайна с Таити? — поинтересовалась она, имея в виду женщину, которая неотступно преследовала Джареда уже несколько месяцев.

Крис улыбнулся.

— Она забыла упомянуть о том, что у нее есть муж.

— Да что ты!

— Угу. Ему за семьдесят. Страдает подагрой. Как только босс об этом узнал, он ей прямо сказал все, что думает о неверных женах. Она отбыла домой, как только муженек пригрозил, что больше не выдаст ей денег. — Он встал, налил две чашки кофе и одну из них вручил Алекс. — А почему это у тебя в жизни нет любовника из Лос-Анджелеса? Конечно, ты понимаешь, что сначала должна показать его мне и получить мое одобрение.

Алекс мысленно содрогнулась, вдруг вспомнив, как ее отец бесцеремонно изучал каждого молодого человека, с которым она встречалась.

— Мое расписание не оставляет места для дополнительной деятельности, — ответила она, не сдержав зевок.

— Тогда нам, видимо, следует изменить время вашей работы, чтобы предоставить вам больше свободы.

Алекс и глазом не моргнула на враждебность, прозвучавшую в голосе Джареда, который как раз вошел в салон.

— Мне не нужны особые условия, мистер Темплтон, — лениво протянула она. — Раз вам удается вести богатую личную жизнь, то и я наверняка смогла бы — если бы захотела.

И Джаред снова мысленно попытался представить себе, каким был бывший муж Алекс. Что за человек превратил ее в эту механическую копию прелестной женщины?

Алекс смотрела, как ее босс идет через пассажирский салон. Иногда ей начинало казаться, что он демонстративно подчеркивает ради нее свою мужскую привлекательность. Внешность у него была очень интересная, хотя красивым, по обычным меркам, его не назовешь. Такие люди с годами становятся только привлекательнее, и она признавалась себе, что как мужчина он ее просто завораживает. Однако дальше дело не пойдет. Такой интерес представлял бы собой опасность для ее спокойствия.

— Да, но умеет ли он готовить? — пробормотала она себе под нос, любуясь тем, как ловко темно-серые брюки Джаред а сидят на его по-мужски узких бедрах, а кремовая шелковая рубашка обтягивает широкие плечи. Он скинул пиджак, когда они сели в самолет, и жилет у него был расстегнут. Узел серо-голубого полосатого галстука был распущен для полного комфорта. На одну безумную секунду Алекс вдруг представила себе, каким бы он был любовником. У женщин, с которыми его фотографировали газеты, вид был довольный — если не больше.

Когда мощный самолет приземлился в аэропорту Лос-Анджелеса, Алекс мысленно вздохнула с облегчением. Может быть, ей даже удастся лечь пораньше и выспаться! Ей уже несколько недель не удавалось лечь раньше полуночи.

— Я отвезу миссис Пейдж домой, Фрэнк, — сообщил Джаред шоферу.

Алекс изумленно обернулась. За все то время, пока она работала у Джареда, он ни разу не предложил отвезти ее домой. Эта обязанность всегда доставалась Фрэнку. Поскольку Джаред жил далеко от ее дома, она совершенно не понимала, с чего он вдруг решил ее подвезти. При этих словах Джареда в глазах Криса тоже промелькнуло удивление.

— Крис, перенеси десятичасовую встречу на девять, — приказал Джаред, взял Алекс под локоть и провел ее на автостоянку.

У Алекс тепло разливалось по руке там, где к ней прикасался Джаред.

— Вам нет нужды делать крюк, когда Фрэнк приехал, чтобы отвезти меня! — слабо запротестовала она, остановившись рядом с Джаредом у его низкого серебристого «мазератти». Решительно протестовать было нельзя — ее шеф не терпел пререканий.

Он не ответил, пока они оба не уселись в роскошный автомобиль.

— А кто сказал, что я сделаю крюк? — шутливо поинтересовался он.

Ее суховатый ответ был дан без малейших колебаний:

— Я не представляю себе, чтобы кто-нибудь из ваших приятельниц жил в Марина дель Рэй. Я уверена, что им гораздо больше нравятся такие фешенебельные районы, как Беверли-Хиллз или Бел-Эйр.

Машина с тихим урчанием двинулась к выезду со стоянки и влилась в густой поток вечернего автомобильного движения.

— Вы с Крисом регулярно встречаетесь?

Алекс изумленно моргнула в ответ на неожиданный вопрос.

— А выигранные в спорах обеды считаются? — осведомилась она, не удержавшись.

Изумрудные глаза Джареда пронзили ее острым взглядом.

— А вы не поясните поподробнее?

— М-м? — Алекс склонила голову, стараясь ослабить напряжение в усталых мышцах. Глаза у нее были закрыты, и она не заметила, как его руки сжали руль.

— Выигранные обеды, — жестко напомнил он ей.

— Обычно выигрываю я, — пробормотала Алекс с улыбкой, вспомнив, как Крис горевал по поводу ее последнего выбора ресторана. Она все еще мстила ему за тот его последний выигрыш, когда ей пришлось оплатить чудовищно большой счет. В тот вечер Крис ее буквально разорил.

— Мне было бы безумно интересно узнать, как вы выигрываете все эти обеды. И вообще, в чем суть ваших споров?

Зажегся красный сигнал светофора, и Джаред нажал на тормоз.

— Мы спорим на ваши причуды.

Он повернулся к ней.

— Что?!

Хрипловатый смех Алекс заполнил салон машины.

— Например, когда у вас вчера была пресс-конференция, Крис спорил, что вы не заставите их ждать, а я сказала, что заставите. Вы их заставили ждать, так что он теперь должен мне обед в ресторане по моему выбору.

Слабая улыбка тронула уголки его рта.

— А еще пример?

За его мягкими, ленивыми фразами иногда таилась опасность.

Алекс поджала губы, вспоминая.

— Тот раз, когда Сара куда-то задевала ваши контракты с Мейтсоном? — Когда он кивнул, она продолжила, подождав только, когда машина тронулась на зеленый свет: — Крис был уверен, что вы напугаете ее, продемонстрировав свой печально знаменитый гнев. А я сказала, что вы напугаете ее гораздо сильнее, отреагировав спокойно. Так вы и сделали, так что ленч у нас был в «Нико» — и Крис платил.

— Похоже, вы хорошо разбираетесь в моих настроениях и привычках, — заметил он.

Алекс покачала головой.

— Не в ваших лично, — негромко поправила она его, — а в поведении человека вашего типа.

— И что же это за тип? — с любопытством спросил Джаред.

Она посмотрела на дорожный указатель у съезда с шоссе, не отвечая на его вопрос.

— Погодите-ка, вы свернули не к моему дому!

Она мгновенно насторожилась.

— Я подумал, что мы сначала пообедаем, — ответил он своим мягким тоном, ни минуты не сомневаясь в том, что она согласится.

— А вам не пришло в голову, что у меня могут быть другие планы?

— Ну-ну, не надо заводиться, — укоризненно сказал он. — Просто считайте, что я заменяю Криса. В конце концов он должен вам обед благодаря мне.

Алекс по-прежнему недоверчиво относилась к внезапной доброте Джареда, собравшегося повести ее в ресторан, ведь он никогда прежде этого не делал. У нее было тайное подозрение, что, если он того пожелает, это не будет обычный обед двух коллег.

— Ну же, Алекс, вам пора бы знать, что мне можно доверять, — иронично добавил он. — В конце концов вы ведь просто можете в любой момент применить прием дзюдо, если я вдруг позволю себе какую-нибудь вольность.

Такая шутливая перепалка была для нее внове. Их деловые отношения всегда были сугубо официальными, а теперь вдруг Джаред стремился проникнуть в ее личную жизнь, пригласил в ресторан. Хотя, конечно, свиданием это не назовешь. За шесть месяцев работы с ним у Алекс появилось чутье во всем, что касалось его, и сейчас оно посылало ей какие-то странные сигналы.

Джаред откровенно разглядывал стройное тело Алекс, и ему явно нравилось то, что он видит. Вспыхнувший в его изумрудных глазах огонь говорил ей об этом. Алекс только надеялась, что это просто минутная причуда Джареда и что ей можно ни о чем не тревожиться, а просто приятно провести вечер.

Метрдотель провел их к столику и вручил им меню, а потом ушел.

Алекс не без удивления обвела взглядом большой зал.

— Вид у вас озадаченный, — заметил Джаред, протягивая руку через стол и накрывая ее пальцы ладонью.

Алекс повернулась к нему, ощутив, как из его руки в ее тело переливается тепло, и стараясь унять взволнованное биение сердца.

— Я не сочла бы такой ресторан вашим любимым, но вы знаете старшего официанта по имени и даже имена нескольких официантов, с которыми поздоровались!

— А какой ресторан вы считали моим любимым? — С нескрываемым интересом Джаред уставился на нее.

Он вытащил сигару и закурил.

— Маленький, освещенный свечами и с очень интимной обстановкой — или ярко освещенный, граничащий с показной роскошью, где бывают люди вашего круга. Куда даму не пустят, если на ней нет положенного количества бриллиантов.

Она еще раз осмотрела хорошо освещенный обеденный зал с его уютной атмосферой и снова повернулась к Джареду, осторожно убрав свою руку из-под его ладони и взяв стакан воды со льдом. Джаред затянулся сигарой, молча взвешивая слова Алекс.

— Похоже, мне придется исправить это впечатление, — задумчиво предположил он.

— Ваша частная жизнь меня не касается, мистер Темплтон. Я только пытаюсь обеспечить вашу безопасность.

Она умело воздвигла между ними невидимую преграду.

Лицо Джареда на секунду напряглось.

— Вы сейчас не при исполнении обязанностей, Алекс. Я не могу представить себе, чтобы кто-то имел наглость напасть на меня в таком людном месте. Так что почему бы вам не расслабиться? Так мы можем лучше узнать друг друга.

— Я не считаю это необходимым для нашей дальнейшей успешной работы, — сухо ответила она, не повышая голоса.

Его ответ прервало появление официантки, принимающей заказы на коктейли. Тепло улыбнувшись Джареду, она отправилась принести им виски с содовой.

— Вы не любите рассказывать о себе, да? — заметил Джаред, когда они снова остались вдвоем.

— Не надо обижаться, мистер Темплтон. — Снисходительная улыбка Алекс относилась к его нескрываемой досаде из-за ее уклончивости. — Эта черта роднит всех бывших полицейских и агентов.

— Тогда я удивлен, что вы не остались в военно-морском флоте.

Ее глаза на секунду потемнели, но столь же быстро к ним вернулась их обычная безмятежность.

— У меня были причины просить об отставке.

— Причины, о которых никто никогда не узнает? — настойчиво продолжал расспрашивать он.

Улыбка Алекс ничего не обещала.

— Гребешки здесь хорошо готовят? — Она взяла меню. — Пожалуй, я закажу что-нибудь из морепродуктов.

Джаред покачал головой. Хоть она успешно поменяла тему разговора, он был твердо намерен позже снова вернуться к тому же вопросу.

Алекс обнаружила, что Джаред очень приятный собеседник. За кофе с бренди они обменивались воспоминаниями о студенческих годах. Для нее это была максимальная откровенность о ее личной жизни.

— А что заставило вас поступить в Военно-морскую академию? — спросил у нее Джаред.

Алекс рассеянно водила пальцами по ободку коньячной рюмки.

— Семейная традиция. Так нас растили. — Ее губы изогнулись в горькой усмешке. — Когда я поступила, мой отец был в восторге.

— А как он отреагировал на вашу отставку?

Она медленно подняла голову.

— Суд еще не вынес окончательного вердикта.

Джаред откинулся на спинку стула, рассматривая ее лицо сощуренными глазами. Его можно было бы принять за мягкотелого интеллигентного человека, чувствующего себя совершенно непринужденно только в утонченной комфортной обстановке, но Алекс относительно него не заблуждалась. Она сильно подозревала, что его инстинкты и рефлексы отточены не хуже ее собственных. Человек вроде Джареда Темплтона не достигает таких высот, не отвоевывая каждый шаг.

С каждым днем Алекс возбуждала у него все более сильное любопытство. Какова истинная причина ее ухода в отставку? Что произошло в ее браке, каков ее бывший муж? Рассматривая ее слишком худое лицо, Джаред снова пытался понять, как такая чувственная женственность может сочетаться с работой на потенциально опасной должности. Он прекрасно осознавал, что придет день, когда она вынуждена будет применить пистолет, с которым не расстается. Об этом дне ему даже думать не хотелось. Угрозы в письмах и на кассетах, адресованные ему, исходили от левацкой террористической группировки, которая сочла его деловые отношения с шейхами Ближнего Востока слишком тесными. Он изумлялся тому внешнему спокойствию, с которым Алекс изучала все новые угрозы. Она только усилила меры безопасности в здании, установила новую систему охраны у него дома и находилась рядом с ним во время всех его публичных выступлений. Казалось, шестое чувство подсказывает ей о нависшей опасности. Джаред не сомневался, что может доверить ей свою жизнь. И в то же время ему не давали покоя мысли об Алекс как о женщине. Годы, проведенные на вершинах бизнеса в общении с самыми сложными личностями, подсказывали ему, что никакие расспросы не дадут ему ответов на то, что же такое настоящая Алекс. Конечно, это не означало, что он сдастся. Просто надо набраться терпения и удвоить усилия.

2

У Алекс выдалось несколько спокойных дней, когда Джаред решил улететь на свое ранчо в долине Санта-Инес.

Ей оказалось трудно забыть проведенный в его обществе вечер, хотя он все время вел себя безупречно. Проводив ее до двери квартиры, он не стал пытаться напроситься к ней в гости, а, пожелав доброй ночи, ушел.

Вечером следующего дня Джаред объявил о своем решении улететь на несколько дней на ранчо и о том, что на это время услуг Алекс не понадобится.

— Вот ежемесячный отчет из наших филиалов в Нью-Йорке и Бостоне, — объявила Дина, входя в кабинет Алекс и кладя перед ней две объемистые папки.

— Как всегда, с опозданием на два дня, — сухо заметила она. Взяв со стола очки в темной оправе, она быстро их надела. — Интересно, какими угрозами я смогу заставить их в следующем месяце представить отчеты вовремя.

— Вы становитесь ворчуньей, когда мистера Темплтона нет!

Эти абсурдные слова заставили Алекс стремительно поднять голову.

— Извините?

Улыбка у Дины была неожиданно озорной. Холодный тон, которым разговаривала Алекс, пугал большинство коллег, но ее миниатюрная секретарша уже давно поняла, что черт определенно не так страшен, как его малюют.

— Ну же, Алекс, признавайтесь! Мы все немного влюблены в мистера Темплтона. Разве вас он ничуть не трогает?

— Не люблю находиться в толпе. — Она пролистала один из отчетов, быстро усвоив его основное содержание. — Вы уже отпечатали мою записку относительно новых мер безопасности в гараже?

Дина кивнула.

— Как только смогла расшифровать эти ужасные каракули, которые вы зовете рукописью. С вашим почерком вам бы пойти в доктора.

Алекс поморщилась, представив себе предстоящий ей разговор. Когда речь шла о системах охраны, она не признавала мелочного подсчета долларов и центов, думая только о безопасности, которая будет достигнута, но она уже давно убедилась в том, что бухгалтерия «Фернвуда» пристально вникала в денежные вопросы и, как правило, изо всех сил старалась урезать ей бюджет. Сегодня ей предстояло очередное сражение, которое она намерена была выиграть.

— Когда я пойду сегодня на встречу, мне надо воспользоваться всеми возможными доводами. Похоже, мистер Сент-Клер никак не может усвоить, что все больше и больше нападений происходит именно в гаражах и на парковках. В прошлом месяце были совершены нападения на трех женщин на стоянке корпорации «Ковак», и преступника до сих пор не поймали.

Дина с содроганием вспомнила сообщения в газетах.

— Большинство наших сотрудниц стараются уходить с работы группами и даже ставить машины рядом. И ваши занятия по самообороне тоже очень помогают.

— Спасибо, — искренне сказала Алекс. — Вы знаете, как мне трудно было добиться разрешения использовать спортивный зал после работы: они подсчитывают даже то, сколько электроэнергии мы расходуем.

— А почему вы не скажете мистеру Темплтону, какие рогатки вам ставит мистер Сент-Клер? — поинтересовалась Дика. — Готова поспорить, что он будет целиком на вашей стороне и поддержит те перемены, какие вы хотите провести.

Алекс решительно покачала головой.

— Это мой план, и я сама должна воплотить его в жизнь. Если я побегу ему жаловаться, он решит, что я не справляюсь с моей работой, а если это так, то как он будет относиться к тому, что я защищаю его жизнь?

Ее секретарша кивнула, соглашаясь с логикой Алекс.

— Я на вашей стороне, как и большинство секретарш фирмы. Компания как следует охраняет вестибюль и этажи — она должна была бы ввести столь же строгие меры и на остальной территории.

Алекс положила очки на стол и откинулась на спинку кресла, чуть запрокинув голову.

— Ну, поживем — увидим, правильно?

Алекс не думала, что разговор с Уолтом Сент-Клером пройдет легко, но не ожидала она и того, что ее предложение будет отвергнуто без всяких разговоров.

— Нет никакого смысла устанавливать все эти сверхсовременные штучки в гараже, когда они уже есть у входа и выхода. И у ворот для посетителей стоит охранник. — Его самодовольный тон был глубоко противен Алекс. — Не могу представить себе, чтобы кому-то удалось пройти мимо охранника в воротах. Вот вы, например, можете? — вызывающе добавил он.

— Да, могу, — холодно ответила она. — Не все извращенцы разгуливают в грязных джинсах и футболках, Уолт. Они могут оказаться в костюме-тройке и с кожаным «дипломатом» в руках. Приборы следят за тем, чтобы посетители оставались только на одном этаже, соединенном с вестибюлем. Один охранник стоит у входа, а еще один — у ворот. Сейчас нападения совершаются на парковках для служащих — и за последние полгода они произошли уже в трех компаниях. Я не хочу, чтобы это случилось у нас. — Черты ее лица от гнева стали еще резче. Она язвительно добавила: — И хоть в прошлом нападения совершались на женщин, это еще не значит, что когда-то их жертвой не станет и мужчина.

— Ах, ну не надо, миссис Пейдж! — рассмеялся Гарольд Мортон, помощник Уолта. Он всегда считал Алекс привлекательной женщиной, но, с его точки зрения, она была чересчур феминистски настроена. Он совершенно не мог понять, почему мистер Темплтон доверил ей такой пост. — Вы считаете, что какая-нибудь ненормальная женщина может прорваться в гараж и излить на кого-то из нас свой гнев?

Смех его был недобрым и ясно выражал пренебрежение к предложенным ею усовершенствованиям.

Алекс окатила его ледяным презрением.

— Лично я, Гарольд, к вам и пальцем не притронулась бы, будь я даже совсем не в себе. Но, конечно, вкусы у людей бывают ужасно странные, — издевательски протянула она.

На их лицах ясно читалось, что они думают: вечно эти женщины выходят из себя, если не могут добиться своего.

Алекс встала и окинула взглядом всех пятерых мужчин, сидевших за столом. В ее зеленых глазах сверкал гнев.

— Похоже, сегодня разговор ни к чему не приведет. — Ее тело напряглось от сдерживаемой ярости. — Ради вас, джентльмены, я искренне надеюсь, что нам не придется столкнуться с той же проблемой, что и «Коваку», потому что следующая наша встреча так цивилизованно уже не пройдет. До свидания.

Она собрала свои бумаги и вышла из кабинета, гордо подняв голову.

Когда Алекс вернулась к себе, Дина подняла голову от пишущей машинки и сразу же заметила, что ее босс вне себя от гнева.

— Да, — пробормотала она, поспешно отключая машинку и проходя следом за Алекс к ней в кабинет. — Попробую угадать: разговор прошел не слишком хорошо.

— Это еще очень мягко сказано, — резко ответила Алекс, швыряя папки на стол, на минуту забыв о привычной аккуратности. — Они отказались увеличить мне бюджет на этот год, чтобы можно было купить камеры. Они считают, что меры безопасности вполне адекватны обстановке!

И она фыркнула, явно мечтая с кем-нибудь схлестнуться.

— Вы поговорите об этом с мистером Темплтоном, когда он вернется? — не без опаски спросила Дина. Она еще никогда не видела Алекс в таком настроении. Та решительно замотала головой.

— Это моя проблема, и я сама буду ее решать. И, клянусь Господом, я ее решу!

Секретарша кивнула: она и не сомневалась в том, что ее босс сможет добиться своего.

— А чем я могу вам помочь?

Алекс благодарно ей улыбнулась.

— Собрать факты. Это наверняка будет скучно, но я хочу иметь полную сводку о нападениях, которые происходили в зданиях с такими же мерами безопасности, как у нас. А если в каком-то здании их было несколько, то мне надо знать день и время, когда они происходили. В следующий раз, когда я пойду с ними разговаривать, я не допущу, чтобы от меня отмахнулись, как сегодня, — пообещала она, опускаясь на свое место. Перебирая записки о звонках в ее отсутствие, она уже знала, как будет действовать.

Спустя несколько дней со своего недолгого отдыха вернулся Джаред, и Алекс снова закрутила карусель коротких деловых поездок во всевозможные филиалы «Фернвуда». Она не стала ему ничего говорить о неудачном разговоре с бюджетным комитетом.

В четверг поздно вечером Джаред встал из-за стола и потянулся, разминая затекшие мышцы. Было уже больше девяти, и его тело напомнило ему, что напряженные дни дают себя знать. Решив, что полезнее всего было бы немного поплавать, он выключил настольную лампу и вышел из кабинета, направляясь к своему личному лифту.

Ему было не впервые вдруг решить поплавать в бассейне поздно вечером. Поскольку спортзал закрывался в восемь, Джаред был уверен в том, что никто ему не помешает.

Войдя в мужскую раздевалку, он с изумлением услышал громкий удар мяча по стене. Раздраженно нахмурившись, Джаред направился к столику, за которым обычно можно было найти управляющего спорткомплексом Макса — даже в такой поздний час.

— Макс, у кого хватило нахальства задержать вас так поздно? — возмущенно спросил он.

Лысоватый Макс, похожий на стареющего боксера, ухмыльнулся уверенности босса в том, что никто не осмелится на то, что сам он делает не задумываясь.

— Почему бы вам самому не посмотреть? — предложил он. — Третий корт.

— Посмотрю. — Мрачное лицо Джареда сулило пришельцу крупные неприятности. — Вам не следует ради кого-то задерживаться. Что до меня, то вы знаете, что я всегда за собой запираю.

— И корт три тоже, — сообщил Макс, по-прежнему отказываясь выдать имя припозднившегося теннисиста. — Просто иногда необходимо бывает избавиться от накопившейся досады.

Джаред прошел по балкону и заглянул на теннисный корт.

Он никогда не видел Алекс с такой прической — темная коса спускалась на спину, белоснежная повязка от пота пересекала лоб. Белые спортивные шорты открывали золотистые от загара ноги, розовая майка потемнела от пота. Он смотрел, как женщина с силой посылает мяч в стену, а потом оборачивается, чтобы поймать рикошет от противоположной стены. Ощутив на себе его взгляд, она подняла голову, чтобы посмотреть, кто пришел.

— Засиделись допоздна, мистер Темплтон? — спросила Алекс, утирая пот со лба.

Джаред с удовольствием смотрел на ее стройное тело: он впервые увидел женственные формы, которые днем обычно скрывались под деловыми костюмами.

— То же самое можно сказать и о вас, — парировал он. — Спортзал закрывается в восемь.

— А для меня делается исключение! — И она колко добавила: — Как и для вас. — Непочтительная улыбка принадлежала озорной девчонке, видимо, обычно спрятанной где-то в глубине ее души. — Который сейчас час?

— Десять минут десятого. Алекс поморщилась.

— Неудивительно, что я так вымоталась. Я пришла сюда около восьми.

— Почему бы вам не принять душ и не пойти со мной пообедать? — удивил себя Джаред импульсивным приглашением. — Зная вас, я не сомневаюсь, что вы целый день не ели.

Алекс была не меньше его удивлена неожиданным приглашением.

— Макс говорил, что вы иногда приходите сюда поплавать. — Она чуть наклонила голову, осматривая его фигуру в деловом костюме. — Разве вам это не было бы приятнее, чем вести в ресторан подчиненную?

Почему-то ему было неприятно считать ее одной из своих подчиненных. Но как иначе он мог бы ее назвать? Конечно, она не была ему другом. Она никого не подпускала к себе настолько близко. Если не считать Криса. С ним она определенно на дружеской ноге.

У Алекс предложение Джареда вызвало противоречивые чувства. Она не могла пожаловаться на свою работу: ей была предоставлена немалая свобода, если не считать последнего фиаско с Сент-Клером, и Алекс не собиралась ничего менять в служебных отношениях, сближаясь с шефом. Но в то же время ей хотелось есть — и ужасно противно было думать, что придется идти к себе домой и готовить что-то на ночь глядя.

— Давайте пойдем на компромисс: вы поплаваете, пока я буду принимать душ и немного расслаблюсь в джакузи, — предложила она.

Суровое лицо Джареда осветилось мимолетной улыбкой. — Мне это нравится, — согласился он. — Даю вам двадцать минут.

Алекс кивнула и направилась к двери, где в маленьком ящичке у нее хранились коробка с мячами и ключ от шкафчика в раздевалке.

Она время от времени пользовалась спортивным комплексом, и когда Макс убедился в том, что она всегда убирает за собой, гасит свет и не забывает запирать двери, он разрешил ей задерживаться по вечерам.

Большинство женщин не смогли бы за двадцать минут собраться, чтобы пойти в ресторан с интересным мужчиной. Но на Алекс это правило не распространялось. Она десять минут провела в джакузи, потом приняла душ и переоделась в чистую одежду, которую прихватила с собой: черные шерстяные брюки и шелковую блузку в черно-белую полоску. Волосы она так и оставила заплетенными в косу.

Когда Джаред вышел из раздевалки, Алекс разговаривала с Максом. Ее босс не стал надевать галстук и пиджак, нацепленный на палец, перекинул за спину.

— Больше не задерживайся, Макс, — укоризненно велел он управляющему.

— По правилам плавать в одиночку не положено, — не согласился тот. — И даже начальник охраны иногда нуждается в защите.

Он улыбнулся Алекс, а та ответила ему теплым взглядом.

— Да, вы его покорили, — заметил Джаред, когда они спускались вниз в лифте. — А все считают, что Макс настоящий женоненавистник.

— А он просто не считает меня женщиной, — ответила Алекс.

Джаред недоверчиво осмотрел ее с ног до головы.

— Трудно в это поверить.

— Почему бы нам не пройтись пешком до «Нико»? — предложила Алекс, когда они вышли в вестибюль. — Так можно будет не брать две машины.

— Мне на секунду показалось, что вы откажетесь со мной пообедать.

— Это намного приятнее, чем идти домой и что-то готовить.

Джареда немного задело то, что она согласилась пообедать с ним только потому, что не хотела возиться на кухне, а не потому, что ей хотелось побыть в его обществе. Да, Алекс умеет сбить с мужчины спесь.

Ресторан «Нико» был расположен недалеко от их здания. Днем там подавали ленч служащим, а по вечерам застилали столы скатертями и зажигали свечи. Джареда и Алекс встретили очень тепло и провели к отдаленному столику у стены.

Не заглядывая в меню, Алекс заказала салат и бокал белого вина.

— Вы нетребовательная спутница, — пошутил Джаред.

— Так поздно плотно есть ни к чему, — объяснила она, кладя на стол руки. — Нам завтра рано вставать.

Он улыбнулся ее словам.

— Если бы вас кто-нибудь сейчас услышал, то у него создалось бы превратное впечатление о наших отношениях, — вкрадчиво заметил Джаред.

Алекс кинула на него острый взгляд.

— Не создалось бы, будь моя воля.

Он вытащил из портсигара сигару и, закурив, глубоко затянулся.

— Я вам порядком не нравлюсь, да?

Алекс постаралась спрятать улыбку. Неужели Джареда настолько беспокоит то, что она не подвластна его чарам?

— Ваше понятие о том, что такое рабочий день, может быть не по силам очень многим людям, но вы — человек справедливый. Вы внимательно относитесь к вашим подчиненным. Взять хотя бы то, что вы устроили спортивный комплекс.

Три года назад Джаред распорядился, чтобы для работников фирмы был оборудован спорткомплекс, в котором были плавательный бассейн, три теннисных корта и прекрасный зал со всевозможными тренажерами. Алекс пользовалась им раз в неделю, обучая всех желающих женщин и даже нескольких мужчин искусству самозащиты.

Джареду было бы гораздо интереснее узнать, какого мнения Алекс о нем как о мужчине, но спросить прямо он не решился, опасаясь, что ее ответ ему будет неприятен. Его самолюбие было действительно немного задето тем, что со стороны Алекс он видел только официальную вежливость. Его даже удивило то, что она сегодня приняла его предложение отобедать, поскольку обычно старалась держать его на расстоянии. Помнил он и тот день, когда неожиданно вошел в кабинет Криса к увидел, что Алекс с Крисом смеются и разговаривают, как старые друзья. Он отказывался признаваться себе, что немного позавидовал непринужденным отношениям своих подчиненных.

Сидя так близко от Джареда, Алекс остро ощущала запах его мускусного одеколона, естественно сливавшегося с запахом его кожи, заставляя женщину чувствовать, что рядом с ней настоящий мужчина. Она всю жизнь находилась в окружении мужчин откровенно мужественных, но ни одному из них не удавалось смущать ее мысли так, как это делал Джаред. Ей с каждым днем становилось все труднее не давать своим мыслям воли, оставаясь с ним вдвоем — вот как сегодня.

Обед прошел непринужденно: Джаред с удивлением обнаружил, что Алекс страстная болельщица, и увлеченно обсуждал с нею перспективы ее любимой футбольной команды. Вскоре они уже горячо спорили о том, у кого больше всего шансов выиграть кубок Америки в следующем сезоне.

— В следующий вторник я встречаюсь с Рашидом Халимом, — как бы между прочим заметил Джаред, когда они пили кофе с ликером.

— Да? — Алекс мгновенно насторожилась. Она знала, что последние несколько месяцев Джаред прилагал немало усилий, чтобы устроить эти переговоры. — И когда же он дал свое согласие?

— Я говорил с ним сегодня днем. — Улыбка смягчила резкие черты его лица. — Пусть мы вместе учились в университете и даже состояли в одном и том же студенческом сообществе, но теперь, когда мы будем вести переговоры, я буду почитать себя счастливым, если мне удастся убедить его пойти хоть на одну уступку.

Его глаза загорелись предвкушением предстоящей деловой битвы.

— Очень жаль, что вам это будет так неприятно, — сухо заметила Алекс, не пропустив оживления Джареда. Было совершенно очевидно, что в этом он видит весь смысл своей жизни.

— Да, и правда, жаль! — ухмыльнулся он.

Завершив обед, они медленно вернулись к зданию корпорации. Джаред положил руку Алекс на талию, словно в этом его жесте не было ничего неестественного. Ей было все труднее игнорировать жар его прикосновения и тот огонь, который вспыхивал в его ярких глазах, когда его взгляд падал на нее. Насколько проще была бы ее работа, если бы Джаред был низенький, лысый и толстый! Еще было бы здорово, если б он к тому же имел ревнивую жену и кучу детишек… Дойдя до здания, они вошли в вестибюль, чтобы спуститься на лифте в гараж. Вскоре они уже стояли у машины Алекс.

С улыбкой посмотрев на Джареда, она непринужденно поблагодарила его за обед, а потом шутливо добавила:

— Извините, что не приглашаю вас к себе, но у меня очень строгая мать.

Джаред ответил на ее улыбку и легко включился в игру. Легко проведя пальцами по ее плечу и наслаждаясь изящной линией женского тела, он ответил:

— Да, я заметил, как она пристально меня рассматривала, когда я за вами заехал. Я уж не говорю о допросе, который мне устроил ваш отец.

Тут он с изумлением заметил, что с ее лица сбежала улыбка, а все черты вдруг резко заострились.

— Да, — напряженно проговорила она, отступая от его жаркого прикосновения. — Ну, до свидания. Увидимся утром.

Она быстро отперла машину и села за руль.

Джаред остался стоять на месте, глядя, как Алекс выводит машину из гаража, и пытаясь понять, какие его слова так круто изменили ее настроение. Если бы он знал, что какая-то неловкая фраза может это сделать, он не стал бы ее произносить. Пожав плечами и решив не думать о ее проблемах, а сосредоточиться на собственных, которых у него больше чем достаточно, он направился к своей машине, намереваясь поскорее ехать домой, чтобы там ненадолго заснуть перед началом очередного рабочего дня.

В этот вторник днем у Джареда состоялась намеченная встреча с несколькими шейхами — владельцами нефтяных месторождений, которые искали новые рынки сбыта. Алекс снова была на посту.

Темные глаза гостей смотрели на нее с восхищением, к которому примешивалось изумление, что женщине доверена охрана такой важной персоны. Один из мужчин, Рашид Халим, рассматривал Алекс с гораздо большим интересом, нежели просто с восхищенным любопытством. Она старалась не смотреть в его сторону во время переговоров.

Чего Алекс не заметила, так это реакции Джареда на взгляды Рашида: он был явно недоволен тем, что его собеседник думает о чем-то кроме предмета их встречи. Он дождался, пока его гости перейдут из комнаты переговоров в соседнюю, а потом высказал Алекс свое недовольство.

Отправив Криса с каким-то поручением, Джаред едким тоном заметил:

— От вас вечно можно ждать сюрпризов, Алекс.

— Да?

Решив, что она тоже больше не нужна, Алекс уже направилась было к двери, когда возглас Джареда заставил ее остановиться.

— Черт подери, извольте смотреть на меня, когда я с вами разговариваю!

Алекс резко развернулась и, сверкая глазами, ответила с нескрываемой яростью:

— Я готова терпеть ваши истерики, мистер Темплтон, и даже ваши старомодные идеи насчет того, что место женщины — у кухонной плиты. Но я не позволю — слышите: не позволю! — разговаривать со мной в таком тоне! — Ее голос, ставший вдруг пронзительным и резким, терзал его слух. — Я росла с четырьмя братьями, всю юность терпела мужской шовинизм и решила, что, когда окончу академию, больше не допущу подобного отношения, тем более от такого глиняного божка, как вы!

Она гордо выпрямилась и, казалось, нисколько не боялась услышать от Джареда крик, что она уволена.

Сказать, что Джаред был потрясен ее яростью, значило бы сильно преуменьшить случившееся. Алекс всегда держалась спокойно и незаметно — и быстро оценивала ситуацию. Она никогда не позволяла себе выказывать свой норов. В душе его восхитило ее бесстрашие: она не испугалась ни его гнева, ни своего увольнения. Во всем «Фернвуде» знали, как Джаред вспыльчив. Пройдя к своему столу, он небрежно присел на его край.

— Я увольнял людей и за гораздо менее серьезные вещи, — негромко проговорил он. — Вы ведь это знали, правда?

— Да.

Алекс не собиралась извиняться за свои слова, тем более что это была правда. Джаред никогда не считал нужным объяснять свои поступки, и она тоже не считала, что должна это делать.

Джаред покачал головой, чуть заметно улыбнувшись.

— Да, храбрости вам не занимать, Алекс. Меня еще никто так не осаживал, — признался он.

— А если бы люди делали это почаще, вы не были бы сейчас таким эгоистом, — неуступчиво ответила она.

Решив не реагировать на этот вызов, Джаред переменил тему разговора.

— Рашид Халим проявил к вам нечто большее, чем мимолетный интерес, так что я не удивлюсь, если он с вами свяжется, чтобы назначить встречу, — заметил он с обманчивым равнодушием. — Как по-вашему, вы сможете вытерпеть общество этого человека, не говоря уже о его свите? Рашид предпочитает набирать телохранителей десятками.

Алекс покачала головой, и темные шелковистые пряди скользнули по ее щеке.

— Не беспокойтесь обо мне, мистер Темплтон.

— Он чрезвычайно богатый и влиятельный человек, — продолжал Джаред.

— И вы тоже, но я не согласилась бы постоянно иметь с вами дело.

Джаред только моргнул, услышав столь нелестную характеристику. Он еще не сталкивался с женщинами, которые бы отказывались покоряться его обаянию. Мысль о том, что оно над Алекс не властно, его больно задела. Он медленно выпрямился и направился к неподвижно стоявшей Алекс, пока между ними не осталось расстояние всего в несколько дюймов.

— Военно-морской флот действительно воспитывает мужество, а? — Он говорил очень негромко. — Интересно, а осталось ли в вас что-то, не вполне соответствующее этому образу?

Алекс была совершенно не готова к тому, что Джаред привлечет ее к себе и приникнет к ее губам. Ее протестующий возглас был подавлен его настойчивым языком и еще более крепкими объятиями.

Мысли ее беспорядочно смешались: она никак не могла разобраться в собственном отношении к неожиданному поцелую. Ее тело предательски приникло к сильному телу Джареда, а ее руки медленно обняли его за шею. Его руки скользили вверх и вниз по ее спине в нежной, но чувственной ласке, а потом опустились ниже и, обхватив маленькие упругие ягодицы, приподняли ее и прижали к мускулистым бедрам так плотно, что она явственно ощутила, как велико его желание.

Алекс еще никогда так сильно не реагировала на поцелуй. Джаред заставил ее испытать совершенно новые для нее чувства. Прежде она всегда гордилась своим умением обращаться с чересчур вольными мужчинами, но даже во время замужества Деннис не дал ей испытать такой безумной, всепокоряющей страсти. Сейчас ей больше всего хотелось бы распустить Джареду галстук и расстегнуть рубашку, чтобы ощутить тепло его кожи. Ей хотелось обнажить свою кожу и почувствовать, как между их телами побежит мощный ток, пока они не взорвутся многоцветным фонтаном искр.

— Ах, Алекс! — воскликнул Джаред, жадно целуя ее лицо и губы. Он нежно прикусил ее нижнюю губу и втянул в свой рот. — Такая прекрасная!

Его слова стремительно вернули Алекс к реальности. Быстро опустив руки, она шагнула назад, вырвавшись из круга мощного магнетизма Джареда. Это далось ей нелегко, но она быстро выровняла дыхание и постаралась, чтобы лицо приняло свое обычное бесстрастное выражение и на нем не отразилось то смятение чувств, которое она испытывала в этот момент. И ей было это особенно трудно потому, что Джаред тоже успел взять себя в руки. По правде говоря, ей показалось, что он владеет собой даже лучше, чем она сама.

— Я не думал, что в этом хрупком теле может скрываться такое количество динамита. — Его шутливые слова были неприятны ей. — Удивляюсь, как это военно-морской флот не использовал вас в качестве секретного оружия.

На мгновение Алекс страшно захотелось заставить его проглотить эту насмешливую улыбочку, но она быстро справилась с собой. Именно этого он от нее и ожидал, и она не собиралась доставить ему такое удовольствие.

— В эту субботу мы уедем в «Прадера Альта». — Так называлось его ранчо. — Вы летите с нами.

Впервые на лице Алекс отразилась подозрительность.

— Кто именно туда летит и почему туда должна ехать я?

Это само по себе было странным, поскольку прежде она никогда не задавала вопросов по поводу распоряжений Джареда.

Джаред отвернулся и отошел к своему столу.

— Там будет Рашид. Поскольку он настаивает на том, чтобы его сопровождали телохранители, я сделаю то же. Соберитесь как на отдых: джинсы и все такое прочее. А если хотите ездить верхом, захватите сапожки. Мы не все время будем вести переговоры. Да, и когда будете уходить, пришлите мне Криса.

Если бы Алекс не так хорошо владела собой, у нее сейчас довольно глупо отвисла бы челюсть. Джаред сегодня вел себя крайне странно. Сначала была эта странная вспышка гнева, потом он повел себя как пылкий любовник, а теперь перед ней снова был холодный, бесчувственный мужчина, с которым она привыкла иметь дело. Она ничего не могла понять. Может, сейчас полнолуние и это так странно влияет на него? Она сдержанно кивнула и вышла из кабинета Джареда, направившись в свой собственный.

Оказавшись в уединении своего кабинета, Алекс снова вспомнила страстный поцелуй Джареда. Она не была удивлена его поступком. Она с самого начала чувствовала, что внушает своему боссу интерес, но это не заставило ее отказаться от работы. Наоборот, Алекс восприняла Джареда как очередное испытание своей стойкости. Испытание, которое она обязана выдержать. Единственное, что удивило ее сегодня, — это ее собственная чувственная реакция на его поцелуй. Собственная слабость очень встревожила Алекс.

Она слишком хорошо помнила недолгие годы своего замужества и его трагические последствия. Воспоминаниям об этом времени она старалась не давать воли, чтобы они не портили ту новую жизнь, которую она сумела себе создать. Как странно: она уже очень давно не думала о Деннисе. Не то чтобы она затаила злобу на бывшего мужа или, наоборот, по-прежнему его любила. Пусть в их совместной жизни не было «большого чувства», но и ничего особо плохого тоже не было. По крайней мере она не была серьезно огорчена разлукой. Алекс наклонила голову и начала растирать виски кончиками пальцев, стараясь прогнать все усиливающуюся головную боль.

— Вы опять читали без очков! — укорила ее Дина, которая без всякой просьбы принесла своей начальнице две таблетки аспирина и стакан воды.

— Простите, больше не буду! — пошутила Алекс, протягивая руку за таблетками.

— Я ведь просто спасаю собственную шкуру. Вы же становитесь совершенно невозможной, когда у вас голова болит, — заявила секретарша.

Поморщившись, Алекс проглотила таблетки.

— Мистер Темплтон решил перенести переговоры с шейхами к себе на ранчо, так что в конце недели я уеду.

— И это означает, что вы не встретитесь с вашими любимцами из бухгалтерии по вопросам бюджета, — догадалась Дина.

— Вы меня правильно поняли. Я знаю, что они будут просто безутешны, когда об этом услышат, — сухо сказала Алекс. — Можете прямо сейчас позвонить им и сообщить радостную новость. На ранчо я еще кое-что подготовлю и, когда вернусь, дам им настоящий бой. Я смогу присылать вам мои заметки с курьером мистера Темплтона. Не могу сказать, сколько меня не будет.

Дина кивнула и повернулась, собираясь уйти к себе.

— Сейчас позвоню мистеру Сент-Клеру и сообщу ему это известие.

— Ну, хоть у кого-то будет удачный день, — пробормотала Алекс, уставившись в стол. Она отказывалась признаться себе в том, что ее стычка с Джаредом очень странно на нее повлияла. Ее губы, до сих пор не забывшие его прикосновения, странно покалывало, и ей казалось, что она до сих пор ощущает вкус дыма от его сигар. Взявшись за деловую записку, Алекс решительно приказала себе забыть о нем и погрузилась в работу.

В пятницу вечером, спускаясь на лифте в гараж, Алекс чувствовала себя более усталой, чем обычно. Когда лифт остановился и двери бесшумно раздвинулись, она вышла и нахмурилась, увидев, что несколько ламп не горит, отчего все помещение стало мрачным и темным, как гробница.

Переложив портфель в левую руку, Алекс пошла по почти опустевшему гаражу. Ее шаги по цементному полу звучали очень гулко. Она сама точно не знала, почему испытывает тревогу, но мурашки, пробежавшие у нее по спине, предупреждая об опасности, еще никогда ее не обманывали.

И все равно она не успела вовремя отреагировать, когда грязная рука зажала ей рот, а холодное острие ножа уперлось в ребра. Мужской хриплый голос проворчал ей на ухо:

— Будь со мной поласковее, милашка, и я с тобой буду ласковый. — Ей в нос ударили кислые пары пива. Рука мужчины освободила ей рот, опустилась вниз и, вырвав у нее из рук портфель, бросила его на пол. Потом насильник потянулся к ее груди. — Поняла меня?

Дальше Алекс действовала совершенно инстинктивно. Один острый каблук с силой вонзился в ногу нападавшего, а стремительный удар локтем в солнечное сплетение заставил его хватать воздух широко открытым ртом. Когда у него разжались руки, она мгновенно развернулась и, схватив его руку, заломила ее ему за спину, использовав захват, с помощью которого можно было сломать кость.

— Это я тебе советую быть поласковее, «милашка», — ледяным голосом сообщила она ему. — Потому что мы отправляемся наверх. И не пытайся вырываться, потому что, если понадобится, я легко сломаю тебе руку. — Она завернула ее посильнее в качестве иллюстрации своих слов, так что мужчина вскрикнул. — Понял меня?

Сдавшись, нападавший послушно прошел с ней наверх в дежурку службы безопасности и ответил на ее вопросы, пока они ожидали прибытия полиции.

Гарри Симпсон, ответственный за работу вечерней смены охранников, был не слишком рад, видя ледяной блеск в глазах Алекс. Обычно это означало, что кого-то ждут крупные неприятности, — и на этот раз этим «кем-то» оказался он сам.

— Это было непростительно, Симпсон, — холодно бросила Алекс, когда они оказались у нее в кабинете. — В гараже почти все лампы не горели. Их надо было немедленно заменить. Почему вы об этом не позаботились?

Ее едкий тон заставил Гарри занять оборонительную позицию.

— Может, они только что и перегорели, — возразил он, злясь, что ему приходится оправдываться перед женщиной, которая к тому же на двадцать лет моложе его. — И потом, разве это не обязанности ремонтников?

Он упрямо вскинул голову.

— Нет! — Алекс ударила ладонью по столу. — Это служба безопасности обязана следить, чтобы были приняты все меры предосторожности против того, что могло бы произойти сегодня. А что, если бы этот мерзкий тип напал на одну из секретарш или других женщин из числа служащих? Могло бы произойти изнасилование или даже убийство!

— Тогда нам повезло, что у нас есть собственная женщина-коммандос!

На этот раз его ответ прозвучал уже откровенно презрительно.

— Прекратите, Симпсон!

В неожиданно раздавшемся голосе была резкость удара бича.

Алекс подняла голову, а Гарри стремительно обернулся: в ее кабинет входил Джаред. Его грозно нахмуренное лицо представляло собой картину не из приятных.

— Я не допущу, чтобы на меня сваливали то, в чем я не виноват, мистер Темплтон! — запротестовал охранник, в то же время виновато пряча глаза.

— Насколько я слышал, вы поймали грабителя, — обратился Джаред к Алекс. — Как он попал в здание?

— Украл электронную карточку к парковке, — коротко объяснила она. — Ошивался там, где встречаются после работы служащие, и поджидал, когда наступит подходящий момент. За ним уже числятся разбойные нападения и изнасилования.

Джаред стиснул зубы при мысли о том, что могло случиться в гараже. Он быстро повернулся к Гарри.

— Всех женщин, которые еще остались в здании, провожайте до их машин! — отрывисто распорядился он.

Тот мрачно кивнул.

Джаред подошел к Алекс и взял ее за руку, чтобы увести из кабинета.

— Это все, Симпсон, — надменно отправил он охранника прочь.

— Чего вы тут пытались добиться? — возмущенно спросила Алекс, вырывая руку.

— Поддерживал вас, — спокойно ответил Джаред, а потом мягко подтолкнул к лифту.

— Вы перехватили у меня инициативу! — обвинила она его, прищуривая глаза, словно кошка, готовящаяся броситься на жертву. — Я прекрасно владела ситуацией, когда вы зачем-то сочли нужным вмешаться!

— Я только подтвердил ваши слова относительно мер безопасности в гараже. — Джаред нажал кнопку этажа, против которой была надпись «Гараж». — Даю вам слово, что такое больше не повторится.

— Много вы знаете, — пробормотала Алекс себе под нос, думая о своих стычках с бухгалтерией. Когда Джаред прошел за нею в гараж, она изумленно спросила:

— Что вы делаете?

— Провожаю вас до машины в соответствии с собственным приказом, — невозмутимо отозвался он.

— А я и не знала, что вы чувствуете потребность в защите, — саркастически заметила Алекс.

Джаред остановился около ее машины и стал ждать, когда она найдет в портфеле ключи.

— По правде говоря, я думал, что больше всех в защите нуждался нападавший.

Его глаза искрились смехом.

— Он легко отделался, — отозвалась она. — Любой мужчина, пытающийся пользоваться беззащитностью женщин, заслуживает того, чтобы сесть за решетку.

Джаред наклонил голову в знак согласия.

— Шофер заедет за вами в девять утра, — сообщил он ей. — Спасибо за сопровождение, миссис Пейдж. Желаю приятно провести вечер.

Он повернулся и направился к своему «мазератти». Усевшись за руль, он не включал двигатель, пока Алекс не вывела машину с отведенного ей места.

Алекс медленно выехала из гаража и всю дорогу до главного бульвара видела за собой серебристый автомобиль Джареда.

По дороге домой Алекс мысленно перебирала все, что ей предстояло сделать вечером. Собрать вещи будет нетрудно: ей понадобятся только джинсы и рубашки, да еще свитера на случай прохладных дней. И сапожки она тоже захватит: вдруг ей действительно удастся проехаться верхом, как обещал Джаред.

Ее мысли все еще были заняты предстоящей поездкой, когда она отперла дверь. Войдя в квартиру, Алекс остановилась, снова ощутив сигнал тревоги, подаваемый ее шестым чувством. Что теперь?

— Я тебя уже заждался! Тебе давно пора быть дома!

Веселый мужской голос мгновенно рассеял ее тревогу.

Алекс широко раскрыла глаза при виде мужчины в форме военного моряка, но без кителя и в фартуке.

— Вес! — пронзительно взвизгнула она, бросаясь ему на шею.

— Эй! — засмеялся он, пытаясь высвободиться из ее крепких объятий. — Дай возможность вздохнуть, сестренка!

Алекс отстранилась и сияющими от счастья глазами всмотрелась в лицо брата.

— Когда ты приехал?

— Около четырех. К счастью, я вспомнил, что у меня есть ключ от твоей квартиры, так что можно сэкономить на гостинице. Я не сомневался, что ты разрешишь мне спать у тебя на диване.

Она только теперь сообразила, что не сможет провести с братом много времени, и настроение сразу же испортилось.

— Мне завтра надо уезжать с мистером Темплтоном, — огорченно сказала Алекс.

— Ничего страшного, — утешил ее Вес. — Меня перевели в Сан-Диего, и я уже завтра должен явиться на новое место службы.

Алекс расцвела в улыбке.

— Больше не будешь гастролировать по Европе? — поддразнила она его. — Боже, Боже, как будут горевать прелестные дамы во всех этих экзотических портах!

— Эй, уже запахло горелым. Скорее за стол! Остальные мои новости расскажу тебе за столом.

— Подожди пять минут!

Она поспешно скрылась в спальне.

Алекс сменила свою клетчатую юбку и темно-серый свитер на пару поношенных джинсов и не менее поношенную и растянувшуюся водолазку с символом Военно-морской академии на груди. Когда она вышла из спальни, Вес уже накрыл на стол, и в комнате витали ароматы запеканки из макарон с ветчиной.

— Пахнет здорово!

Она с удовольствием посмотрела на аппетитное блюдо.

— Твоей заслуги тут нет! — укорил Вес сестру. — В кухне у тебя шаром покати, сударыня, так что мне пришлось разыскивать ближайший магазин.

Он устроился напротив нее.

— Ну, рассказывай, чем занимался в последнее время, — попросила Алекс, накладывая себе на тарелку щедрую порцию вкусной запеканки.

— Из Италии я прилетел в Вашингтон. — В глазах Алекс потух смех. — Мама тебя целует.

На секунду на ее лице появилась улыбка, но сразу же исчезла.

— А адмирал? — В голосе ее звучала глубокая горечь. — Он меня тоже целует?

— Алекс! — взмолился ее брат. — Пожалуйста, не надо вспоминать прошлое. Ты только опять разбередишь себе рану.

— Опять?! — Она невесело засмеялась. — Вес, у меня эта рана ноет с десятилетнего возраста!

Вес протянул через стол руку и поймал ее пальцы.

— С тех пор ты многого добилась, Алекс. Ты окончила академию в числе лучших, была на прекрасном счету в разведке, а сейчас ты начальник службы безопасности в компании, которая известна на мировом уровне. Ты молодая, красивая, и можешь добиться всего, чего только пожелаешь. Многие женщины тебе наверняка завидуют.

— Да неужели? — Она горько скривила губы. — Вес, каждый вечер моя секретарша уходит домой к любящему мужу и двоим детям. А я возвращаюсь вот к этому. — Она рукой обвела красивую, но безликую обстановку. — Никто мне не завидует!

— Ты жалеешь, что развелась? — мягко спросил Вес.

Алекс покачала головой и печально улыбнулась.

— Нет, так было лучше для всех — пусть даже папа был в ярости из-за того, что я осмелилась развестись с военным моряком.

Он кивнул, показывая, что понимает ее чувства.

— У мамы новый кавалер, — поспешил переменить тему разговора Вес.

— Что?!

Эта новость застигла Алекс врасплох. Когда их родители развелись десять лет тому назад, Дженни Хэйден решила построить новую жизнь подальше от сурового мужа. Она осталась в столице, ходила на все приемы и вечера, которые прежде игнорировал ее муж, и общалась с высокопоставленными правительственными служащими, но в качестве спутника ни разу не выбрала офицера военно-морских сил.

— И кто же оказался счастливчиком на этот раз?

— Сенатор из штата Монтана. Он вдовец и, похоже, имеет серьезные намерения. — Вес ухмыльнулся. — Кто знает, может, она сдастся и выйдет за него замуж!

Алекс рассмеялась, забыв о недавней горечи.

— Отлично! Наша мать заслуживает счастья!

Остаток вечера они провели за воспоминаниями и обсуждением новостей из жизни остальных трех братьев Алекс. Вес достаточно быстро сник, не придя в себя после смены часовых поясов. Алекс отправилась в постель, пообещав себе встать пораньше и тогда уже собрать вещи. Ради того, чтобы поговорить с любимым братом, не жалко и не выспаться.

В ту ночь никаких предвестников беды не было, если не считать пробуждения старых и горьких воспоминаний. Она опомнилась, только когда зажегся ночник и над ней склонился расстроенный Вес.

— Они так и не прошли, да? — пробормотал он, нежно стирая у нее со щек слезы. — И как часто они повторяются?

Она встряхнула головой.

— У меня не было кошмаров почти год, — прошептала она.

Вес присел на край ее кровати и молча ее обнял.

— Спасибо, Вес! — прошептала она, утыкаясь лицом ему в грудь. Как хорошо, что он оказался рядом как раз тогда, когда он так ей нужен!

— За что? Ты не раз выручала меня из трудных ситуаций, — постарался он отвлечь ее. — Я очень рад, что был здесь. Никто не должен быть один, когда ему больно, Алли, даже ты.

— Женщине, которая в конце концов тебя поймает, очень повезет, — улыбнулась она сквозь слезы.

— Малышка, в мои тридцать шесть можно с уверенностью гарантировать, что я кончу жизнь сварливым старым холостяком. Пусть Трои, Нат и Кэл продолжают род Хэйденов. — Он поправил ей подушку. — Как ты, сможешь заснуть? — Успокоенный ее кивком, он улыбнулся. — Тогда закрой глаза и представь себе, какой великолепный завтрак я тебе приготовлю.

Оставшись одна, Алекс сделала несколько глубоких вдохов, чтобы унять дрожь, все еще сотрясавшую ее тело. Заснуть ей удалось очень нескоро.

3

Аромат поджаренного бекона был лучше любого будильника. Вес выполнил обещание: приготовил на завтрак оладьи и жареный бекон, а потом выставил Алекс с кухни, решительно напомнив ей, что в девять ей уезжать, а она еще не собрала вещи.

Военная служба дала ей много полезных привычек, например, быстро укладываться. Очень скоро она уже заполнила чемодан и сумку самыми необходимыми вещами, надела светло-серую юбку-брюки, винно-красную шелковую рубашку и черные сапожки. Волосы она с двух сторон зачесала кверху и заколола заколками.

— У тебя кончилась жидкость для мытья посуды, — объявил Вес, когда Алекс вынесла вещи в гостиную.

— А ты, значит, высыпал в посудомоечный аппарат всю коробку? — поддразнила она, вспомнив, как брат горячо доказывал всем, что чем больше чистящего средства используешь, тем лучше результат.

Вес, все еще одетый в одни пижамные брюки, вышел из кухни и уселся на подлокотник ближайшего кресла.

— И сколько ты думаешь быть на ранчо у босса?

Алекс пожала плечами.

— Кто знает? Эти переговоры могут закончиться уже через пару дней, а могут продлиться и пару недель. Обе стороны обладают немалым упорством и не желают уступать, так что могу себе представить и тупиковый вариант — если такое для них возможно.

— Когда ты освободишься, возьми несколько дней отпуска и приезжай в Сан-Диего. Я уже успею узнать город и смогу тебя как следует развлечь, — пообещал ей брат.

— Я уверена, что ты найдешь себе новую подружку, еще не узнав города, — с ласковой улыбкой произнесла Алекс. Тут раздался звонок в дверь, и она встала.

— А у Темплтона шофер, случайно, не женщина? — спросил Вес. — Мне не хотелось бы предстать перед дамой в таком виде…

— Нет, слава Богу. Думаю, он такого шока не пережил бы.

Алекс еще смеялась, отпирая дверь, но ее смех смолк, когда за дверью она обнаружила Джареда, одетого в джинсы и свитер.

Его приветственные слова замерли у него на губах при виде встающего со своего кресла Веса, который лениво потянулся, подняв руки над головой. Снова обратившийся к Алекс взгляд Джареда заледенел.

— Извините, если помешал вам, — сказал он откровенно неискренне.

— Не помешали. — Алекс была удивлена ледяной холодностью Джареда. Она отступила на шаг, пропуская его в комнату. — Мистер Темплтон, это капитан третьего ранга Весли Хэйден.

У нее давно сложилась привычка называть брата полным званием, чтобы получить преимущество, но на этот раз ее прием не сработал.

— Очень приятно.

С этими словами Джаред протянул руку, но голос его звучал крайне недружелюбно.

Алекс уже начала сердиться на то, насколько Джаред недружелюбен с Весом, хоть и заметила, что ее брата поведение Джареда только позабавило.

— Извините за небрежность в наряде. — Вес чувствовал себя совершенно непринужденно. — Я уже неделю не могу привыкнуть к новому времени после отъезда из Италии, где я служил. Решил заехать к Алекс перед тем, как явиться на новое место службы в Сан-Диего.

— Да? — Джаред посмотрел на Алекс, подняв брови.

Она стояла, озадаченная странным тоном разговора, с трудом сдерживая желание хорошенько шлепнуть брата за то, что он получает такое удовольствие от необычной ситуации. Она была удивлена, обнаружив у себя на пороге Джареда, и не могла понять, почему за ней заехал он сам, а не Фрэнк. Джаред повернулся к ней и отрывисто спросил, готова ли она. В ответ она молча указала на свой чемодан.

— Спасибо за все, Ал. — Вес звучно ее поцеловал. — Дай мне знать, когда вернешься в Лос-Анджелес: устроим бурный уик-энд.

— Конечно, — рассеянно пробормотала она, все еще изумленная холодным отношением Джареда к брату.

— Мы идем? — Ледяной голос Джареда вывел ее из задумчивости.

Теперь Алекс уже рассердилась. То, что Джаред не с той ноги встал с постели своей нынешней любовницы, еще не значит, что он может вымещать свое недовольство на ней. Она подошла к Весу, поцеловала его в щеку, а потом взялась за дорожную сумку, предоставив Джареду нести чемодан.

— Не беспокойся, я перед отъездом все запру, — пообещал ей Вес, широко ухмыляясь. Вид у него был такой, словно он наслаждается какой-то шуткой, понятной только ему одному.

Досадливо вздернув голову, Алекс прошла к лифту. Рядом с ней шагал угрюмый Джаред.

— Эй, Ал! — жизнерадостно окликнул ее Вес.

Обернувшись, она увидела, что брат поднял, зацепив указательным пальцем, ее пистолет.

— Ты забыла одну важную вещичку, лапочка, — проговорил он, довольно удачно подражая своему любимому актеру Богарту.

Гневно глядя на него, Алекс вернулась к двери и, выхватив у него пистолет, запихнула себе в сумочку.

— Право, я очень рада, что хоть кого-то все это развлекло! — прошипела она.

— М-м? — Он сощурился, глядя на Джареда, потом перевел взгляд на сестру. — Я уверен, что ты очень скоро узнаешь причину резкого похолодания.

— Недостаточно скоро.

Алекс не спеша вернулась к ожидавшей ее кабине лифта. Спускались вниз и шли к машине они в полном молчании. Джаред с едва сдерживаемой злостью швырнул ее чемодан в багажник.

— Вы уверены, что взяли достаточно одежды? — отрывисто спросил он, когда они уселись в «мазератти».

— Я уверена, что ваш дом оборудован стиральной машиной и сушилкой, — холодно ответила она, подражая его тону, — И не тревожьтесь, я вполне способна стирать собственные вещи, — едко добавила она.

— Ах, какие мы сегодня злые! — Ирония Джареда только еще сильнее ее разозлила. — Явно от недосыпа.

— Явно, — зло огрызнулась она, вспомнив, как плохо спала — и почему.

«Мазератти» стремительно несся по улице по направлению к шоссе. Джаред оставался все таким же неприветливым.

— Надеюсь, ваше недосыпание не помешает вам выполнять ваши обязанности.

Алекс молча сосчитала до десяти — и снова принялась считать с начала.

— Можете не тревожиться, мистер Темплтон. Если какой-нибудь псих выберет вашу персону мишенью, я успею закрыть вас своим телом, — решительно пообещала она, глядя прямо перед собой и не заметив, что его руки сжали руль с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

— Я советую вам в следующий раз, когда вас навестит любовник, постараться лечь в постель — вернее, заснуть — пораньше, чтобы утром быть в более приятном настроении, — презрительно посоветовал ей Джаред.

— Мой лю…

Алекс повернулась на сиденье: теперь все ее внимание было обращено на мужчину, сидевшего рядом с нею. Сначала ей захотелось отругать его так, как его еще никогда и никто не ругал. Нелепо, что Джаред решил, будто у нее полно любовников! Но тут проснулось ее чувство юмора. Неудивительно, что Вес казался таким довольным собой! Он прекрасно понял, почему Джаред вел себя так странно, хоть Алекс все равно не могла понять причину такой реакции. Сначала уголки ее губ чуть приподнялись в улыбке, потом у нее вырвался отрывистый смешок — и наконец она не выдержала и захохотала.

— Я рад, что вам так весело, — ехидно поддел ее Джаред.

— Очень! — еле выговорила она, утирая навернувшиеся на глаза слезы. — Я давно так не смеялась.

— Тогда, может быть, вы объясните мне, в чем тут шутка? — Он вопросительно вскинул брови.

— Похоже, вы решили, что капитан третьего ранга Весли Хэйден — это мой любовник… — Она просто задыхалась от смеха. — У вас стала сдавать память, мистер Темплтон, иначе вы вспомнили бы, что в моем личном деле записана моя девичья фамилия — Хэйден.

Джаред кинул на нее пристальный взгляд и быстро остановил машину у тротуара.

— Так это был ваш брат?

— Один из четырех.

Хорошо, что Алекс не ждала извинений: их не последовало. Вместо этого Джаред проворчал нечто вроде:

— Надеюсь, вам было приятно выставить меня дураком перед своим родственником.

— Ах, нет, — мягко поправила она его, — вы это сделали без всякой помощи с моей стороны.

Джаред смотрел на нее так, словно с удовольствием бы ее придушил. Снова включив скорость, он поехал дальше. Весь остаток пути до аэропорта в машине стояла тишина.

Они подъехали к ангару на несколько минут раньше, чем Рашид и его спутники. Вещи Джареда и Алекс как раз заносили в самолет, когда к ним медленно подъехал длинный черный лимузин.

— Мадам Пейдж! — Приветствуя ее, Рашид поднес к губам ее руку. — Ах, что у вас за опасная профессия для такой прекрасной женщины!

Алекс с трудом сдержала смех. Уж прекрасной она себя никак не назвала бы. У нее были слишком острые черты лица.

— Мистер Халим, — пробормотала она в ответ, мысленно забавляясь тем, как мрачно на них посмотрел Джаред.

— Пройдем в самолет? — излишне резко предложил Джаред.

— Чем ты заслужила личное внимание босса? — негромко спросил Крис в самолете, плюхаясь рядом с Алекс на сиденье.

— Кто знает? — Она пожала плечами и пристегнула ремни. — Просто не повезло, наверное.

— Гм-м, значит, настроение у него не лучше, чем вчера вечером, — заметил он.

— То есть? — покосилась она на него.

— Вчера к вечеру в офис явилась Гурия из Гарварда и каким-то образом сумела пройти через приемную, — тихо объяснил Крис, чтобы их разговора никто не услышал.

— О! — только и сказала Алекс.

— Вот именно. Мисс Мерилин Таннер ворвалась в кабинет босса и устроила ту еще сцену.

Одно воспоминание об этом происшествии заставило его содрогнуться.

Алекс прекрасно помнила эту даму. Прозванная Гурией из Гарварда за свою соблазнительную фигуру, Мерилин целых четыре месяца занимала внимание Джареда. Женщины редко оставались с ним рядом больше этого срока. Работа всегда была для него на первом месте.

— И как наш бесстрашный вождь обращался с этой леди? — вполголоса спросила она.

— Как с бомбой с часовым механизмом, — ответил Крис. — Он стал весь такой любезный и согласился вечером пообедать с ней вместе.

Алекс недоверчиво приподняла брови. Она никогда не подумала бы, что Джаред будет терпеть от кого-то сцены. Обычно после такого нежелательного визита женщину быстро выставляли из помещения. Что заставило его изменить своей политике? Теперь стало понятно, почему Джаред спустился с нею в гараж. Он спешил на свидание!

— Обычно она знала, как погладить его по шерстке! — ухмыльнулся Крис.

Алекс гневно посмотрела на него: ей никогда не нравились чересчур вольные шутки.

После взлета Криса призвали в ту часть салона, что служила им в полетах кабинетом, где Джаред дал ему длинный список поручений, а потом прошел к месту, на котором только что сидел его секретарь. Упершись одной рукой в подлокотник, а другой — в спинку сиденья, Джаред попросил Алекс пройти следом за ним в заднюю часть салона. Кивнув, она отстегнула ремни. Теперь наступила ее очередь выслушивать его распоряжения относительно хода переговоров.

Джаред закрыл за ними дверь спальни и прислонился к ней спиной, глядя на Алекс прищуренными глазами.

— В вас что-то есть, Алекс, — лениво протянул он. — Сначала вас добивается Крис, теперь Рашид. Кто следующий в вашем списке — я?

Она стремительно обернулась: ей не понравились эти слова, но еще сильнее ей не понравился блеск его глаз.

— Не тревожьтесь, мои чары вам не угрожают, — с ледяной улыбкой успокоила она его.

Джаред схватил Алекс за плечо, подвел к кровати и легким толчком усадил на край.

— А может, я хотел бы, чтобы они мне угрожали, — спокойно парировал он, усаживаясь рядом с нею. — И ты тоже этого хочешь, Алекс.

— То есть? — подозрительно посмотрела она на него.

Джаред подался вперед и легкими поцелуями провел дорожку от одного уголка ее губ к другому.

— Очень сладко, — пробормотал он, чуть прикусывая ее нижнюю губу.

Секунду Алекс боролась с желанием приникнуть к Джареду, а потом быстро отстранилась, чтобы ее чувства снова не поддались соблазну.

— Я сегодня не в настроении играть в «платочек», мистер Темплтон, — сообщила она ему своим самым холодным тоном.

— Я всегда предпочитал эту игру «бутылочке». — Пальцы Джареда нежно ласкали ее шею, спускаясь все ниже и ниже, к самому вырезу блузки. — Там слишком сильна вероятность, что горлышко укажет не на того, кого хочешь.

— Это не игра! — огрызнулась Алекс, отталкивая его настойчивые руки, но Джаред не собирался сдаваться.

Его медленная улыбка вызвала в ней сладкую дрожь.

— Ты не любишь игры, Алекс? — удивился он, расстегивая верхнюю пуговицу ее блузки.

— Разлюбила еще в академии, — ответила она, застегивая пуговицу.

Но Джаред тем временем уже расстегнул следующую.

Другая его рука выдернула ее блузку из-под пояса юбки и скользнула по ее обнаженному телу вверх, пока не дошла до лифчика.

— Где эта дурацкая застежка? — пробормотал он, сосредоточенно сдвигая брови. Пальцы его провели обжигающую кожу дорожку вдоль кружевного края.

Будь Алекс в соответствующем настроении, она, наверное, рассмеялась бы озадаченному выражению лица Джареда, пальцы которого никак не могли найти застежку на ее лифчике.

— У него застежка сзади — и на замке, — сурово сообщила она ему, гадая, бывает ли он так настойчив с другими своими женщинами. Она уже убедилась в том, что он привык иметь дело с лифчиками, застегивавшимися впереди, если женщины вообще ими пользовались. Алекс быстро отодвинулась от Джареда и поспешно заправила блузку обратно в юбку. — Меня так не лапали со школьных времен! — одернула она его, пока он игриво пытался ей «помочь». — Прекратите, слышите! Право, вы ведете себя не как взрослый мужчина, а как подросток!

Джаред только странно улыбнулся в ответ на ее слова. Его рука протянулась, чтобы убрать прядь волос, упавшую на ее губы, — и вместо этого задержалась там. Алекс смущенно наблюдала за ним, гадая, что будет дальше. Ей приходилось прилагать неимоверные усилия, чтобы тоже не прикоснуться к манящим очертаниям его губ. Если она сейчас же что-то не предпримет, то сдастся и уступит этой сладострастной атаке.

— Если вы не уберете руки, мистер Темплтон, я сломаю вам предплечье, — негромко, но решительно проговорила она, дав ему понять, что выполнит свое обещание не задумываясь.

— Вы женщина суровая, миссис Пейдж. — Он медленно убрал руку, явно не испугавшись ее угрозы. — Могу только надеяться, что горный воздух поможет вам проветрить голову и яснее понять что к чему.

Он нежно провел кончиками пальцев по ее щеке, а потом вышел из спальни, закрыв за собой дверь.

Алекс несколько раз глубоко вздохнула, стараясь побороть гнев, разлившийся по ее телу. Она не помнила, чтобы хоть когда-то так сильно злилась. Джаред привел ее сюда не для того, чтобы говорить о делах, — ему просто захотелось развлечься! Ну, он очень скоро поймет, что из нее игрушки не выйдет. Надо только надеяться, что он сумеет не давать волю рукам в оставшееся время переговоров, иначе она не удержится и осуществит свою угрозу.

Несколько мгновений спустя успокоившаяся Алекс вернулась в переднюю часть салона. Обернувшись назад, Крис приветливо ей улыбнулся.

— Босс расписал тебе все, что можно и нельзя делать?

— В некотором смысле, — суховато ответила она.

— Мадам Пейдж, пожалуйста, присоединяйтесь к нам!

Рашид помахал ей от стола, за которым сидел с Джаредом.

Алекс заметила, что свободное место осталось только рядом с Джаредом, что тот прекрасно заметил, если судить по тому, как вызывающе у него блестят глаза. Изобразив неискренне приветливую улыбку, она уселась за стол и демонстративно повернула стул спинкой к нему, завязав оживленную беседу с Рашидом. Самое неприятное было то, что Джаред легко разгадал ее тактику.

— Да, я согласен с Алекс, — подтвердил он, не давая ей так легко выкинуть его из игры. Подавшись вперед, он положил руку ей на колено и погладил кожу.

Ну, в такую игру могут играть и двое! Она возмутилась такой публичной демонстрацией его права собственности. Продолжая разговаривать с Рашидом и, даже не взглянув на Джареда, Алекс поставила тонкий каблук сапога на носок его тонких дорогих кожаных мокасин в то место, где заканчивались пальцы ног. Надо отдать ему должное. Коротко взглянув в его сторону, она убедилась, что выражение его лица не изменилось, несмотря на сильное давление каблука, и рука осталась твердо лежать у нее на колене под подолом юбки. Алекс просто чуть подалась вперед и перенесла весь свой вес на каблук. Спустя секунду Джаред медленно убрал руку с ее колена, и она сразу же отодвинула ногу.

— Что-то случилось, мистер Темплтон? — спросила Алекс, взглянув на него с притворной озабоченностью.

— Ровным счетом ничего, миссис Пейдж.

Его явно восхитила ее скрытая месть.

Для дальнейших игр времени не было: пилот объявил, что самолет идет на посадку.

Алекс первая вышла из самолета в крошечном аэропорту.

— У меня такой вид, словно я глава гангстерской шайки, — пробормотала она себе под нос, увидев, как к самолету приближаются несколько мужчин.

— Привет, Тим! — поздоровался Джаред с одним из мужчин. Тот выглядел так, словно сошел с экрана вестерна: пыльные сапоги и джинсы, выгоревшая ковбойка, в руке — ковбойская шляпа.

— Мистер Темплтон! — радостно приветствовал его старый ковбой.

Его морщинистое, обветренное лицо расплылось в широкой улыбке. Он с любопытством посмотрел на спутников Джареда, особенно на Алекс.

Джаред познакомил его со всеми, с особым удовольствием объяснив, какие функции выполняет Алекс.

— О дьявол, мистер Темплтон! — почесал Тим свой седой затылок. — А кто же будет защищать саму леди?

— Вы можете обо мне не беспокоиться, — улыбнулась Алекс. Она привыкла к тому, что большинство людей смущались, узнав о ее профессии.

— Есть какая-то причина, по которой мы заехали в эту глушь, друг мой? — спросил Рашид у Джареда.

— На мое ранчо можно проехать только на джипе. Тим и остальные приехали, чтобы нас отвезти. — Джаред принялся распоряжаться, кто в какой джип сядет. Алекс с облегчением увидела, что оказалась в одном джипе с Крисом и каким-то телохранителем Рашида. Второй телохранитель сел в джип с Рашидом и Джаредом, а секретарь Рашида ехал в последнем джипе с багажом. Очень скоро машины уже двинулись вперед, подскакивая на ухабистой дороге.

— Неудивительно, что я городской житель, — проворчал Крис, глядя в окно на пустынную местность. — Похоже, что здесь можно только сидеть и слушать, как трава растет. Если она растет.

Алекс с досадой взглянула на него.

— Немного тишины и спокойствия не повредит никому из нас после водоворота событий в городе, — сухо проинформировала его она.

— Водоворот событий, как же! — простонал он.

Алекс поплотнее запахнулась в шерстяной жакет. Она уже забыла, какие сильные сквозняки бывают даже в крытых джипах. Повернувшись, она попыталась расспросить водителя о местоположении ранчо, но ничего вразумительного от него не добилась.

— Ну, что я тебе сказал? — промямлил Крис. — Мы очутились в забытом Богом месте посреди пустыни!

Вскоре джипы уже свернули на ответвление дороги, где над воротами красовалась надпись «Прадера Альта». Шофер объяснил, что по-испански это означает «высокогорный луг».

— Бабушка мистера Темплтона была родом из старинной испанской семьи, — добавил он. — Сейчас она живет в Санта-Барбаре. Ну, она такая дама!

Он рассмеялся, не найдя подходящих слов.

Алекс откинулась на спинку сиденья, рассматривая деревья, стоявшие без листьев. Даже в этой неприветливой земле была суровая красота, согревшая ей душу. И тут совершенно неожиданно к ней пришло воспоминание о прикосновении Джареда к ее обнаженной коже. В ней мгновенно пробудилось болезненное томление по той ласке, которую услужливо подсказала ей память. Она поспешно повернулась к окну, стараясь отвлечься на что-нибудь, чтобы легче было бороться с непослушными чувствами. Что с ней происходит? Еще ни одному мужчине не удавалось спутать ее мысли, и она не допустит, чтобы Джаред стал первым, у кого это получится!

Двадцать минут спустя джипы подъехали к обширному одноэтажному зданию из необожженного кирпича. Алекс поспешно вылезла из джипа. Следом за ней выбрался не перестававший ворчать Крис.

— Я не меньше недели не смогу нормально сидеть! — ныл он.

— Заткнись, — добродушно велела ему она, с интересом осматриваясь. В эту минуту открылась парадная дверь, и на веранду вышла крошечная седовласая женщина.

— Ты опоздал! — резко заявила она Джареду, воинственно подбоченясь.

— Привет, Мэвис.

Он поздоровался с ней с нескрываемой теплотой, крепко обняв ее.

— Нечего, нечего! — укорила она его, отступая, но веселые огоньки в ее глазах говорили о том, что она не сердится. Ее темные глаза обвели всех приехавших, лишь на секунду дольше задержавшись на Алекс.

— Все комнаты для моих гостей готовы? — спросил Джаред.

— Естественно! — возмущенно всплеснула она руками, но в глазах ее продолжала светиться улыбка. Было совершенно ясно, что здесь нет речи об отношениях нанимателя и прислуги: Мэвис обращалась с Джаредом, как с сыном.

— Моя домоправительница Мэвис, — представил он ее остальным. — Она покажет вам ваши комнаты.

Они вошли в дом как раз тогда, когда начал идти мелкий моросящий дождь, окутавший всю округу серым туманом. Сначала они оказались в гостиной, полной прекрасного антиквариата, восхитившего Алекс.

— Мистер Хейлим, — Мэвис не совсем правильно произнесла незнакомое имя, — пройдемте, пожалуйста.

— Не хотите кофе?

Алекс резко обернулась, с досадой увидев, что не заметила, как к ней сзади подошел Джаред.

— И почему я все-таки здесь? — спросила она без всяких предисловий. — В таком удаленном отовсюду, уединенном месте телохранители не нужны.

— Рашид привез своих, — возразил Джаред.

— Я уверена, что если бы вы попросили его как следует, он с вами бы поделился, — ехидно ответила Алекс.

Она говорила негромко, не желая, чтобы их услышали другие.

— Может быть, но я предпочитаю иметь собственного, — пробормотал он, не отрывая взгляда от ее соблазнительно вздымавшейся груди. И вдруг без всякого перехода Джаред заговорил серьезно и официально: — Мы не случайно перенесли переговоры сюда.

— Тогда я должна была бы первой узнать о причинах такого решения.

— Услышите после ленча, — с таинственным видом пообещал он. — Так хотите кофе?

Алекс отрицательно покачала головой.

— Я мечтаю только о душе. — Ее зеленые глаза сощурились. — Я чувствую себя запачканной.

Джаред так сжал губы, что они побелели. Ее удар попал в цель.

— Да, — хрипло согласился он, — такое чувство мне знакомо.

Такая неожиданная атака заставила Алекс побледнеть. Ну что ж, ей жаловаться не приходится, так, кажется? Джаред просто защищает свою гордость, как умеет. Ей приходилось наблюдать, как он парой удачно найденных слов превращал уверенного в себе человека в раздавленное существо с перебитым хребтом. Ее отец умел делать точно так же. Алекс не знала, что глаза ее вдруг потухли и губы плотно сжались. Джареда одновременно и озадачила, и встревожила ее странная реакция.

— Алекс?

Ее глаза медленно прояснились и напряженные мышцы расслабились. Она запрокинула голову и адресовала ему улыбку — неприветливую и горькую.

— У вас это великолепно отработано, мистер Темплтон, — тихо проговорила она. — Вы зарыли свой талант в землю. Вам бы следовало пойти на флот. Вы сделали бы там блестящую карьеру.

Она быстро повернулась и отошла к Крису.

Джаред непонимающе смотрел ей вслед. Похоже, что Крис ничего не заметил, но сам Джаред сразу же обратил внимание на то, что голос ее звучит резче обычного и жесты стали неестественно суетливыми. Ему снова пришлось подавить желание подойти к ней и выбить из нее правду, потребовать, чтобы она объяснила ему причину своей неожиданной отстраненности. А еще его мучила постоянная ревность из-за того, что с Крисом Алекс могла вести себя так непринужденно и беззаботно, а с ним оставалась напряженной и резкой. Если не считать… Его губы изогнулись в улыбке при воспоминании о том, как приникло к нему ее стройное тело. А каково было бы ощущать ее тепло рядом с собой всю ночь? Он отвернулся, ругая себя за то, что допускает такие неподходящие мысли, которые только усиливают в нем неутоленное желание.

Когда Алекс пригласили пройти в ее комнату, она с изумлением обнаружила, что ее направили не в то крыло здания, где разместились остальные.

— А разве все устроились не в другом крыле? — спросила она у Мэвис.

Домоправительница кивнула и раздвинула занавески, за которыми открылся потрясающий вид на горы.

— Мистер Темплтон решил, что здесь вам будет удобнее.

Скорее захотел поместить ее подальше от мужчин, решила про себя Алекс, ставя дорожную сумку на кровать. Ее чемодан уже доставили в комнату: он стоял на ковре у кровати.

— Ленч в час, — сообщила ей Мэвис. — В ванной полотенец предостаточно. Если вам что-то надо, говорите.

Алекс покачала головой.

— Спасибо, ничего не нужно. Спасибо вам.

После ухода Мэвис Алекс принялась распаковывать вещи. Осмотрев комнату, она обратила внимание на испанский стиль, ощущавшийся и в кровати из темного дерева с пологом на четырех столбиках, и в тяжелом трюмо с зеркалом в причудливой резной раме. На стене над кроватью висела картина с изображением испанского замка. Противоположная стена была украшена одеялом с индейским узором. Терракотовое покрывало на кровати было из плотного хлопка, но очень мягкое на ощупь. Ванная комната оказалась весьма современной. Рядом с ванной была отдельная душевая кабинка.

Алекс удивилась простой обстановке дома. Она слышала, что дом Джареда в Брентвуде обставлен очень шикарно и не идет ни в какое сравнение с ранчо. Тут была домашняя атмосфера — неожиданная сторона характера этого мужчины, которую она прежде не видела. У Алекс было сильное подозрение, что пребывание здесь окажется весьма поучительным — и очень опасным для ее спокойствия.

У Алекс вдруг подкосились ноги, и она тяжело опустилась на край постели. Уж не испытывает ли она к Джареду физическое влечение? Только этого ей и не хватало!

— Господи, помоги! — прошептала она, глядя на сжатые на коленях кулаки. Она прекрасно умеет защищать других, но сможет ли она выполнить ту же обязанность по отношению к себе: не только к своему телу, но и к чувствам?

4

Примерно без пяти час Алекс вернулась в гостиную, где обнаружила, что все уже собрались. Увидев, что Джаред стоит немного в стороне от остальных, негромко разговаривая с Рашидом, она сразу же успокоилась и присоединилась к Крису, который отважно пытался вести разговор с двумя телохранителями и секретарем Рашида.

— Их второй язык — французский, — вполголоса сообщил он Алекс. — Единственный предмет, по которому я всегда отставал. Секретарь по-английски понимает, но говорит очень плохо. Я искренне надеюсь, что мы скоро сядем за стол.

Словно услышав пожелание Криса, Джаред обернулся к остальным и предложил пройти в столовую.

Ленч был простым, но сытным. Мэвис подала им цыпленка и клецки с петрушкой, а на десерт — яблочный коблер. Джаред вел себя как радушный хозяин и попросил Алекс взять на себя роль хозяйки дома и занять место на противоположном конце стола.

За едой она несколько раз ловила на себе внимательный взгляд темных глаз Рашида. Она не без юмора пыталась представить себе, как бы он отреагировал, скажи она ему, что догадалась, о чем бы он хотел узнать: не хочется ли ей жить в гареме.

— Прошу извинить нас, джентльмены, мне надо обсудить с Алекс кое-какие вопросы. Это не займет много времени.

— Очевидно, он не сказал всего в самолете, — негромко прокомментировал эти слова Крис.

— Очевидно, — пробормотала Алекс, направляясь за Джаредом в его кабинет.

— Садитесь, Алекс.

Джаред указал ей на мягкое кожаное кресло, а сам устроился на краю письменного стола.

— Надеюсь, теперь я узнаю необходимые детали, — с иронией проговорила она. — Похоже, что по дороге мы до дела не дошли.

Не потрудившись ответить на ее укол, Джаред повернулся и взял со стола кипу бумаг.

— Это объяснит, почему переговоры перенесены сюда.

С этими словами он передал бумаги ей.

Алекс внимательно прочитала каждую небрежно нацарапанную записку. Их содержание заставило ее внутренне похолодеть. Ей уже приходилось видеть немалое количество подобных писем, так что они не должны были бы ее беспокоить, но все равно беспокоили.

— Это та же группа, которая писала вам письма и присылала кассеты с угрозами последние несколько месяцев, — заметила она, стараясь сохранить объективность. — Почему вы не попросили меня связаться с полицией в связи с этой новой волной? — спросила она, поднимая голову и глядя на него. — Эти люди настроены серьезно. Это не просто безобидные чудаки. И последние письма лишний раз это подтверждают.

Джаред покачал головой.

— Я не могу позволить себе без нужды разглашать содержание переговоров.

— Боитесь, что цены поднимутся слишком высоко — даже для вас? — поддела его она.

Ее слова заставили его помрачнеть.

— Уж вы-то должны были бы понять, в чем дело. Или вы читали эти письма не слишком внимательно?

Алекс прочла их внимательно. Описание того, что авторы хотят проделать с Джаредом и Рашидом, было вполне недвусмысленным, и от одной только мысли о подобном ее затошнило.

— Следовательно, поэтому переговоры были перенесены сюда, — пробормотала она, поняв наконец, почему Джаред решился пригласить на свое заветное ранчо посторонних. Прежде здесь никогда не проводились переговоры.

— Здесь было мое убежище от суеты и дел, Алекс, — негромко признался Джаред, подавшись вперед. — А теперь ранчо стало настоящим укрытием.

Алекс пристально смотрела ему в лицо, наблюдая, как на нем сменяются эмоции. Ему страшно не хотелось везти их сюда! Ей вдруг захотелось протянуть руку и разгладить морщины, которые пролегли на его лбу, но теперь было не время для утешений.

— А вы не боитесь, что они узнают, где теперь идут переговоры?

Она старалась говорить спокойно. Он только пожал плечами.

— Могу только надеяться, что нет. Моей компании нужна нефть из их скважин, и Рашид готов торговаться. — Он встал и, обойдя стол, уселся в рабочее кресло. Голос его звучал хладнокровно. — Мы будем начинать утром в девять, делать двухчасовой перерыв на ленч, а потом снова встречаться. Хоть атмосфера здесь более непринужденная, переговоры будут вестись по всем правилам. Вы и телохранители Рашида по очереди будете с нами или неподалеку.

— Я бы хотела ознакомиться с местностью, — негромко проговорила она, тоже сохраняя хладнокровие. — Мне могут предоставить лошадь?

— Конечно. Я дам знать Тиму.

Теперь наступило неловкое молчание.

Алекс пыталась сообразить, что сказать. Такое было для нее в новинку — раньше она никогда не терялась в обществе Джареда. Разговор с ним прежде никогда не представлял проблем.

— Отвратительно, правда?

Она подняла глаза и обнаружила, что Джаред со странным выражением смотрит на нее.

— Теперь у нас не получается непринужденно беседовать друг с другом, — добавил он, закуривая сигару.

— Это все вы виноваты! — выпалила она и мгновенно пожалела о своих ребяческих словах.

— Ну, не знаю, — протянул он. — Советую вам изредка смотреться в зеркало. Тогда вы поймете, что видите там удивительно привлекательную женщину.

Тут Алекс вдруг успокоилась и совершенно искренне рассмеялась.

— Вам бы следовало обратиться к окулисту, мистер Темплтон. Мой отец всегда говорил, что я не кажусь полной дурнушкой только благодаря моим скулам.

Джаред посмотрел на миндалевидные светло-зеленые глаза, точеный нос вроде тех, что многим другим женщинам достаются после пластической операции, красиво очерченный рот с чуть полноватой нижней губкой, который так легко раздвигался в ошеломляюще милой улыбке… Для своего роста она была чересчур худа, но он знал, что это результат нерегулярного питания и интенсивной физической нагрузки.

— Твой отец совсем не разбирается в женщинах, — мягко сказал он.

Алекс с трудом сдержалась, чтобы не заерзать в кресле под его пристальным взглядом.

— Если это все, мистер Темплтон, то я хотела бы осмотреть местность вокруг дома.

Она постаралась вернуть разговор в официальное русло.

— Я дам Тиму знать, что ты в ближайший час зайдешь на конюшню.

Джаред взял со стола ручку, показывая, что разговор закончен.

Как и было обещано, когда Алекс разыскала конюшню, расположенную неподалеку от дома, ее уже ждала оседланная гнедая кобыла. Тим встретил ее добродушной улыбкой и охотно рассказал, куда ехать, чтобы осмотреть ближайшие окрестности вокруг дома.

Алекс очень быстро приспособилась к ритмичному шагу лошади. Легкий дождик прекратился, оставив серебряные капли на по-зимнему голых ветвях деревьев и кустов. Вскоре она уже позабыла цель своей поездки и отдалась наслаждению от созерцания пустынной, но прекрасной местности. Она могла легко понять, почему Джаред предпочитает этот дом роскошным апартаментам в Брентвуде, если ему хочется отдохнуть в одиночестве. Здесь он может общаться с природой. Но, даже отдаваясь суровой красоте окружающей местности, Алекс продолжала зорко осматривать каждый холм, оценивая его расстояние от дома и возможность незаметно подобраться к ранчо.

Поймав себя на этом, она негромко рассмеялась. Если бы кто-нибудь прочел ее мысли, то подумал бы, что эта земля принадлежит ей: она уже воспринимает все остальное как внешний мир!

Алекс так наслаждалась своей верховой прогулкой, что вернулась на ранчо, когда уже стемнело.

— Босс весь распалился: желал узнать, куда вы делись, — такими словами встретил ее Тим.

— Ну, в этом нет ничего нового.

Она спешилась и отдала Тиму поводья.

— Мэвис сказала, что обед будет в шесть тридцать, — крикнул он ей вслед.

Входя в дом, Алекс с наслаждением потянулась, предвкушая, как ляжет в горячую ванну, чтобы тело покинула ноющая боль. Она уже забыла, как давно не ездила верхом.

Скинув одежду, она налила полную ванну, добавив к горячей воде ароматического экстракта. Заколов волосы на макушке, она погрузилась в воду со вздохом удовольствия.

Принимая ванну, Алекс пыталась понять, почему Джаред вдруг так резко переменился. И непонятно было еще одно: если ей не нравятся его прикосновения, то почему она не подала ему заявления об увольнении? Невольно она гадала, насколько далеко Джаред попытается зайти с нею. Она не сомневалась только в одном: если он заявит ей, что она должна выбирать: или спать с ним, или потерять работу, она с удовольствием скажет ему, куда он может идти со своей работой… Скажет ли? Вспомнив, что скоро обед, Алекс вылезла из ванны и завернулась в полотенце, промокая влажные плечи.

— Черт! — пробормотала она, сообразив, что все нижнее белье осталось в спальне.

Она вошла в комнату и замерла, обнаружив, что на ее кровати развалился Джаред. При виде ее почти обнаженного тела его глаза вспыхнули опасным огнем.

— Вы заблудились? — осведомилась она, быстро оправившись от изумления.

— Нисколько. — На его пальце висел крошечный кусочек бирюзового кружева. — Да, миссис Пейдж, а я и не подозревал, что вы носите такое соблазнительное белье. Удивительное прозрение насчет вашей личности.

В его голосе звучал смех.

— Отдайте! — прошипела Алекс, выхватывая у него из рук свои трусики.

— Наверное, вот это вам тоже понадобится. — В его руке как по волшебству появился лифчик из того же комплекта. — Но на самом деле вам нет нужды их носить, Алекс.

— Вы просто отвратительны! — возмутилась она, протягивая руку за прозрачным лифчиком, но Джаред приподнял его так, что она не могла дотянуться. — Отдай, Джаред!

В пылу гнева она незаметно для себя обратилась к нему на «ты».

Его губы раздвинулись в медленной улыбке, а голос стал медово-вкрадчивым.

— Очень хотел бы, — пробормотал он, придав своим словам чувственный смысл.

Эта интимность заставила Алекс вспыхнуть, и она замахнулась, собираясь сбить с его лица улыбочку. Но ее ладонь не соприкоснулась с его щекой: он успел крепко сжать ее запястье и дернул ее за руку так, что она неловко упала на постель. Гневно блеснув глазами, Джаред наклонился над ней.

— Продолжай вырываться, Алекс, — насмешливо посоветовал он. — Узел на твоем полотенце уже почти развязался.

— Отпусти меня! — возмущенно потребовала она, пытаясь ударить его другой рукой. Джаред легко уклонялся от ее ударов.

— Ну и телохранитель из тебя! — насмешливо упрекнул он ее. — Тебе надо бы попрактиковаться, милочка. Реакция плоховата.

Выйдя из себя, Алекс начала обзывать Джареда самыми гадкими словами, которые приходили ей на ум, но только его позабавила.

— Так вот чему тебя научили в Военно-морской академии! — с иронией протянул он.

Он держал оба ее запястья одной рукой, а другой медленно провел вверх по ее ноге до колена, а потом по полотенцу до узла, который распустился, пока она пыталась вырваться.

Алекс затаила дыхание, ожидая, что будет дальше.

Джаред высвободил край полотенца и раскрыл его, обнажив ее все еще влажное тело. Взглянув на него, он с шумом выдохнул сквозь зубы.

— У тебя чудесное тело, Алекс, — негромко сказал он. — Его надо лелеять, ласкать — и как можно чаще.

— Я не знала, что это составляет одно из условий нашего служебного договора, мистер Темплтон.

Лицо Алекс напряженно застыло.

— Мне больше нравится, когда ты зовешь меня «Джаред».

Его губы нашли чувствительное местечко у нее за ухом, а пальцы тем временем с нежной уверенностью обследовали каждый сантиметр ее груди.

Алекс с трудом сглотнула, уже ощущая, как от его нежных прикосновений по ее телу разливается приятное тепло. Она мысленно проклинала его за то, что он разбудил в ней эти чувства.

— Ты слишком много думаешь, — мягко упрекнул он ее, легонько прослеживая языком изящную линию ее шеи. И даже по этой короткой фразе стало заметно, что его голос становится все глуше и резче, отражая пульсирующее в его теле желание. Его рука двинулась вниз по ее талии и бедру, задержавшись между ног.

Алекс понадобилась вся ее выдержка, чтобы не ахнуть от этого настойчивого интимного прикосновения.

— Прикоснись ко мне, Алекс! — неожиданно потребовал он, отпуская ее руку и кладя ее ладонь себе на грудь. — Покажи мне, что ты нормальная живая женщина и тоже способна на страсть. Его голова опустилась, и он приник к ее губам в проникающем, казалось, в самую ее душу поцелуе. Когда его голова опустилась еще ниже и он нежно провел зубами по ее набухшему соску, она не смогла сдержать стон.

Поспешно расстегнув его рубашку, Алекс вытянула ее из-под пояса джинсов. Она извивалась и выгибалась навстречу ему, требуя, чтобы он разделил ее желание.

— Давай не пойдем к обеду, — с трудом выговорил Джаред, осыпая ее лицо горячими поцелуями. Его пальцы продолжали дразнить влажное тепло ее лона.

— Нельзя. — Ей уже трудно было говорить. Пока она произносила слова, в которые ей самой не хотелось верить, пальцы ее неловко возились с пряжкой на поясе его джинсов. В эту секунду она была полна неутоленного желания. — Нас хватятся.

Его смешок щекотал ей нервы.

— Скорее нам позавидуют.

Самоуверенные слова Джареда подействовали на Алекс, как ушат холодной воды. Остатки здравого смысла заставили ее резко выпрямиться, она оттолкнула его и поспешно завернулась в полотенце.

— Если вы собирались продемонстрировать мне, что между нами есть физическое влечение, то можете больше не трудиться, считайте, что вы это доказали, холодно сказала она.

— Секунду тому назад ты, как мне кажется, собиралась принять участие в этом, с позволения сказать, «доказательстве», — напомнил он ей.

— У меня есть предложение, мистер Темплтон. — Она говорила угрожающе тихо. — Вы сейчас отсюда уйдете и больше не будете ко мне приближаться, и тогда я не стану ничего говорить о том, что только что произошло. А если вы еще раз ко мне придете, вы об этом пожалеете.

Джаред неспешно встал и заправил рубашку в джинсы, не потрудившись ее застегнуть.

— В конце концов, злючка, это ты придешь ко мне. — Он хищно ухмыльнулся. — Тебя явно давно никто не любил, а пока я предложил тебе только закуску. Очень скоро ты захочешь горячее и десерт…

— Убирайся!

Джаред прошел к двери, но по пути остановился и, снова повернувшись к ней, спросил:

— Удовлетвори мое любопытство. Какой он был, твой муж? Настолько самоуверенный солдафон, что ты сочла необходимым с ним развестись?

Он изумился, услышав ее печальный ответ:

— Деннис был добрейшим, милейшим человеком на свете. Он был хороший — слишком хороший для меня. Вот я и оказала ему услугу — дала ему свободу. — Она медленно подняла голову. — Ну, теперь вы удовлетворены?

Джаред не отрываясь смотрел на ее заострившиеся от боли черты. Не сказав ни слова, он повернулся, открыл дверь и ушел.

Посидев нескольких секунд неподвижно, Алекс медленно натянула полотенце, чтобы получше закрыть замерзшее тело. За очень короткое время Джареду прекрасно удалось пробить заметную брешь в столь прочной, на ее взгляд, линии самозащиты. Если она не будет осторожна, то окажется в пропасти — такой глубокой, что из нее ей никогда не удастся выбраться. Медленно и неуверенно она встала с постели и начала одеваться. Свой бирюзовый комплект белья она запихнула подальше в ящик. Скорее всего она больше не сможет его надеть, не вспомнив, что эти вещи побывали в руках Джареда.

Алекс рассчитала время так, чтобы прийти в гостиную всего за несколько минут до того, как всех позовут к столу.

Когда она в нерешительности застыла под аркой, ведущей в гостиную, ее взгляд остановился на полузакрытых веками глазах Джареда. Он поднял свою рюмку в молчаливом насмешливом приветствии и сделал большой глоток.

— Мадам Пейдж! — Подойдя к ней, Рашид поднес ее руку к губам. — Вы, как всегда, выглядите очаровательно.

Его темные глаза выразили восхищение винно-красной бархатной юбкой до пола и белой блузкой с рюшами. Уложенные на макушке в узел волосы выгодно подчеркивали изящную линию шеи и тонкие черты ее лица.

— Держите. — Подойдя к ней, Джаред протянул ей рюмку. — Я уверен, что это как раз то, что вам нужно.

Глаза Алекс возмущенно вспыхнули, но она молча взяла рюмку, не заметив, что Рашид с насмешливым интересом наблюдает за их молчаливым поединком.

— Не так давно, друг мой, я не задумываясь предложил бы купить вашу женщину, — сказал Рашид, повернувшись к Джареду.

— Цена была бы очень высокой, — ответил тот шутливо, игнорируя возмущенный возглас Алекс. — У нее очень горячий нрав.

— Я не принадлежу никакому мужчине! — процедила она сквозь зубы.

Джаред продолжал ухмыляться:

— И к тому же она невероятно упрямая.

Не желая дальше участвовать в этом нелепом разговоре, Алекс стремительно повернулась и прошествовала к Крису, который опять разговаривал с секретарем Рашида и двумя его телохранителями. Он кинул на нее удивленный взгляд, но не успел спросить, в чем дело, — вошла Мэвис, объявившая, что обед уже на столе.

Когда они вошли в просторную столовую, Джаред провел Алекс к тому же месту, которое она занимала за ленчем.

— Вы можете опять пройти на место хозяйки, — объяснил он.

— А вы уже знаете, куда можете идти вы, — ехидно пробормотала она, садясь на выдвинутый им стул.

Алекс решила, что если ей придется долго есть то, что готовит Мэвис, то ей будет грозить опасность превратиться в толстуху. И тем не менее невозможно было устоять перед чудесной жареной свининой и тонко приправленными ломтиками картофеля, зажаренными в сухарях. А потом был подан пирог с голубикой…

Разговор за едой шел самый непринужденный: можно было подумать, что главные лица уже договорились не обсуждать дела во время перерывов. Алекс улыбалась и отвечала, когда к ней обращались, но не была уверена, что не отвечает невпопад. После обеда Джаред и Рашид, извинившись, отправились к Джареду в кабинет сыграть партию в шахматы.

— Как ты думаешь, мы не заманим этих лохов сыграть в «очко»? — вполголоса спросил Крис у Алекс.

— С нашим везением они окажутся шулерами. — Сейчас ей больше всего хотелось бы заползти под одеяло и, если повезет, выспаться после вчерашней ночи с кошмарами. — Пойди спроси. Только не пытайся подавать мне какие-нибудь идиотские знаки. Я не сомневаюсь в том, что у Джамиля всегда при себе какой-нибудь восточный кинжал.

Крис выслушал ее наставление, глубокомысленно хмурясь. На одной щеке у Джамиля, высокого мужчины лет под тридцать, уже красовался внушительный шрам. Алекс обратила внимание на то, что он пристально наблюдал за ней во время ленча, но какая-то резкая фраза Рашида заставила его держаться на почтительном расстоянии.

Крису не пришлось принимать решения: Джамиль, говоря на своем медленном и неправильном английском, объяснил, что он собирается прогуляться, а потом ляжет. Юсеф, второй телохранитель, и Мустафа, секретарь Рашида, тоже извинились и ушли.

— Сыграем в триктрак? — повернулся Крис к Алекс.

— Почему бы и нет?

Алекс смогла на некоторое время забыть о всех своих неприятностях и тревогах: ее внимание было поглощено игрой и нелепыми комментариями Криса.

— А я считал, что старые морские волки играют только в покер! — возмутился он, когда Алекс снова выиграла.

— В покер я научилась играть, когда мне было пять лет. А в триктрак играю совсем недавно, — скромно ответила она.

— Ну, тогда я рад, что ты не предложила играть в покер на раздевание.

Алекс расхохоталась преувеличенному вздоху облегчения, который издал Крис, но ее смех смолк, когда она заметила в дверях Джареда и Рашида. У Джареда вид был крайне раздраженный, а Рашид иронично улыбался.

— С ним вам беспокоиться не о чем, Джаред, — пробормотал Рашид.

— Я не понимаю, о чем вы. — Джаред заставил себя разжать кулаки.

Рашид негромко засмеялся.

— Остается только надеяться, что во время наших переговоров мне будет так же легко читать ваши мысли, тогда я могу быть уверен, что заключу выгодную сделку. А сейчас я пожелаю вам спокойной ночи.

Он повернулся и ушел в свою комнату.

— Надо полагать, вам не удалось уговорить мистера Халима на вашу цену за шахматной доской? — спросил Крис у своего босса.

— Нет, это было бы слишком большим везением. — Джаред сделал большой глоток виски из стакана, который держал в руке. Его зеленые глаза поймали взгляд Алекс, упорно пытавшейся смотреть не на него, а куда-нибудь мимо. В эту минуту ему хотелось схватить ее и силой заставить заметить его как мужчину — мужчину, который хочет узнать все ее тайны, к которым он только прикоснулся в начале этого вечера. Голос его зазвучал резче: — Надеюсь, вам двоим не будет тут слишком скучно.

Не сказав больше ни слова, он повернулся и ушел из гостиной.

Крис проводил Джареда изумленным взглядом, а потом повернулся обратно к Алекс.

— Алекс, вы с боссом, кажется, поругались? — с любопытством спросил он. — Он ужасно странно смотрел на тебя за обедом, не говоря уже о том, что произошло только что.

С усилием ей удалось изобразить равнодушие.

— Правда? По-моему, он просто обеспокоен тем, как пойдут переговоры. — Увидев, что Крис намерен продолжить свои расспросы, она встала со стула. — Наверное, мне лучше пойти спать. День был тяжелый.

Крис тоже встал и, наклонившись к ней, поцеловал ее в лоб.

— Не забывай обо мне, если тебе понадобится друг, — мягко сказал он.

— Спасибо, друг. — Она на мгновение прижала ладонь к его щеке. — Спокойной ночи.

Даже несмотря на усталость, Алекс долго не удавалось заснуть. Она перекатилась на живот и поудобнее взбила подушку. Проблема заключалась в том, что ее тело жаждало вовсе не удобства в этой одинокой холодной постели.

Поскольку переговоры должны были начаться только в понедельник, воскресенье прошло спокойно.

Джаред, Рашид и один из телохранителей Рашида поехали в Санта-Барбару немного познакомиться с городом. Алекс провела день в кабинете Джареда за его калькулятором, еще раз проверяя цифры годового бюджета подчиненной ей службы безопасности. Но каждый раз итог получался другой, и она все сильнее и сильнее выходила из себя.

— Будь проклят этот Сент-Клер! — яростно пробормотала она, сгребая листки бумаги и швыряя их в мусорную корзину. Мысленно она пообещала себе, что утром позвонит Дине и даст ей новые инструкции.

Устало вздохнув, она сняла очки и положила их на стол. Откинувшись на спинку кресла, Алекс принялась растирать виски, надеясь избавиться от головной боли, пока та не переросла в настоящую мигрень. Хорошо хоть рядом не было Джареда, иначе мигрень была бы ей обеспечена.

Было решено, что один из телохранителей будет присутствовать в кабинете Джареда вместе с участниками переговоров и их секретарями, а двое остальных будут охранять дом, периодически совершая обход территории.

Сначала Алекс позвонила Дине, коротко велев ей отпечатать запросы на приобретение видеокамер, прислать их ей на подпись, а потом запустить в бухгалтерию. Она хотела, чтобы камеры были установлены в ближайшие десять дней. Дине было разрешено использовать ее имя и нажимать на кого угодно, чтобы добиться результата.

— Приятно знать, что в случае провала в очередь за пособием по безработице вы встанете вместе со мной, — невесело пошутила Дина.

— Провала не будет, — уверила ее Алекс.

После телефонного разговора она зашла на кухню за чашкой кофе, а потом вышла на крыльцо.

Строгие деловые костюмы остались в Лос-Анджелесе. Сегодня на ней были джинсы, заправленные в черные кожаные сапожки, и синяя рубаха из плотной ткани мужского покроя, поверх которой был надет пуховый жилет. Кобура с пистолетом была спрятана под жилет, так что ее не было видно. Устроившись в кресле-качалке, она положила ноги на перила крыльца.

— И теперь нам не хватает только, чтобы мимо медленно проехал одинокий ковбой, — пробормотала она, отпивая горячий кофе и глядя на окрестные холмы. Рядом с ней на полу стоял бинокль на тот случай, если ее внимание привлечет какое-то подозрительное движение вдали.

Алекс давно научилась искусству терпеливо ждать. Она просто отключила все мысли, и время до ленча прошло без каких-либо эксцессов. После ленча она устроилась в кабинете рядом с Крисом.

— Какой счет? — чуть слышно спросила она у Криса, стараясь не смотреть на сильную фигуру Джареда, облаченную в джинсы и шерстяную рубашку.

— Ничейный, — негромко ответил он. — Оба не уступают ни дюйма.

— Великолепно! — Она протяжно выдохнула. — С такой скоростью мы здесь и Рождество встретим.

Крис насмешливо поднял бровь.

— Ты мало веришь в нашего вождя, — укорил он ее, — Это же только первый день. Они разогреются только к концу недели.

Всю вторую половину дня Алекс сидела в мягком кожаном кресле и вполуха слушала разговор двух бизнесменов. Больше всего она замечала густой голос Джареда: бархатистый и в то же время полный непреклонной воли. Ощущалось, что бархатная мягкость может быть отброшена в любую минуту. Он мог быть насмешливо-снисходительным — и в следующую секунду разорвать собеседника на куски. Алекс не могла не восхищаться его быстрым умом и великолепным владением ситуацией. Без этих свойств он никогда не добился бы такого успеха.

Впервые Алекс решила по-настоящему послушать, о чем же говорят эти двое, силы которых настолько равны. Крис оказался прав. Переговоры могут оказаться чрезвычайно длительными.

Несколько раз в течение этого времени взгляд Джареда скрещивался со взглядом Алекс, но никто из них не выдавал своих мыслей. Оба прекрасно владели умением скрывать свои истинные чувства под маской, но оба начинали догадываться, что прячется за нею. Пройдет еще какое-то время — и все притворство будет отброшено, так что останется только реальный человек, прятавшийся под обманчивой личиной.

Неделю спустя в переговорах Рашида с Джаредом по-прежнему не было прогресса. Во время одного из раундов Алекс вдруг вызвали к телефону. Звонила Дина.

— Ох, Алекс, тут началась настоящая буря! — пожаловалась она, прежде чем Алекс успела даже с ней поздороваться.

— Сент-Клер узнал о заявках на новую аппаратуру?

— Узнал? Да его чуть не хватил удар! Он пригрозил, что сообщит мистеру Темплтону, насколько мы с вами нарушили все правила. К концу недели мы останемся без работы!

Мысль у Алекс лихорадочно работала. Наступило время решающей схватки. Она готова была проклинать Джареда за то, что здесь, а не в «Фернвуде» и не может выложить перед главным бухгалтером все свои убедительные аргументы.

— Вы уже составили доклад?

— Да, вы получите его утром. — Дина глубоко вздохнула. — Алекс, боюсь, что вы зря затеяли все это! Мистер Сент-Клер имеет тут большой вес

Алекс мрачно улыбнулась.

— Не тревожьтесь, Дина. Что бы ни случилось, я вас в обиду не дам. Вы мне доверяете?

— Больше, чем самой себе.

— Тогда пошлите Сент-Клера к черту и отправляйтесь домой, — посоветовала она. — Он хочет боя — и он его получит.

В ее голосе зазвучал металл: если бы она к себе прислушалась, то узнала бы жесткие интонации отца. Алекс с детства научилась не отступать перед противником. И сейчас эти уроки ей очень пригодятся.

Доклад привез курьер Джареда. К нему был подколот запрос на покупку видеокамер, поперек которого была нацарапана резолюция «Не разрешаю», подписанная инициалами У. С. К.

Алекс коротко, но выразительно высказалась относительно характера и происхождения Уолта и швырнула бумаги в мусорную корзину.

Она не удивилась, когда Джаред после обеда пригласил ее к себе в кабинет. Суровая складка у его губ заранее подсказала ей, о чем пойдет речь.

— Я был определенно прав, говоря, что вы женщина смелая, Алекс, — без предисловий сказал Джаред, как только за ними закрылась дверь. — Сегодня днем у меня был очень интересный телефонный разговор с Уолтом Сент-Клером.

— Да?

Она уселась в кресло.

Джаред кинул на нее мрачный взгляд. Было видно, что он с трудом сдерживается.

— Начнем с того, что, по его словам, вы использовали нашу с вами якобы связь для того, чтобы проталкивать все свои дорогостоящие прожекты, — язвительно сообщил он.

Внешне могло бы показаться, что Алекс совершенно спокойна, ко на самом деле она уже была пантерой, приготовившейся к прыжку.

— Я бы высказала все, что думаю об этом человеке, но боюсь осквернить ваш слух, — подчеркнуто равнодушно проговорила она.

— Сомневаюсь, что у вас найдется нечто более крепкое, чем те характеристики, что вы так недавно давали мне. — Холодная ярость, отражавшаяся на лице Джареда, испугала бы более робкого противника. — Мне не нравится, когда люди делают такого рода предположения, особенно сопровождая их гаденькими смешками.

— Тогда скажите ему, чтобы он от меня отцепился, — прямо потребовала она.

— Волну гоните вы, Алекс, а не Уолт! — рявкнул Джаред.

— А вот и нет! — крикнула она в ответ, вскочив на ноги. — Он считает, что женщины не способны принимать ответственные решения, и при каждой возможности мне мешает. Я не позволю ему противостоять мне в таком важном вопросе, как эти меры безопасности. У нас в фирме уже была совершена попытка нападения. А что произойдет в следующий раз, если мы не примем должных мер предосторожности?!

— Мы в этом году уже потратили немало средств на новое оборудование по охране здания, так что система безопасности должна быть на уровне, разве не так? — не согласился с ней Джаред.

— Разве так?

Ее глаза опасно блеснули. Она повернулась и пошла к двери.

— У меня не все, — гневно напомнил он ей.

Алекс обернулась и бросила на него презрительный взгляд.

— А у меня — все, — отрезала она и вышла, хлопнув дверью.

Этой ночью дурной сон пришел, как всегда, без всяких предупреждений.

Ее тело напряглось под одеялом, из горла начали вырываться протяжные стоны. Ее пальцы цеплялись за простыни в отчаянной попытке прогнать леденящий ужас.

— Алекс, Алекс!

Какой-то голос настойчиво звал ее, но черные тени в этот раз были на редкость сильны и отказывались отпускать свою жертву.

— Нет! — Она вдруг резко села на постели и отчаянно вцепилась в человека, сидевшего на краю ее кровати. — Не отдавай меня им! — взмолилась она, и эта испуганная, дрожащая женщина ничуть не напоминала ту хладнокровную и уверенную в себе особу, которую видели окружающие.

Джаред обнял ее и тихо шептал на ухо какие-то бессвязные утешения, пока ее рыдания не перешли в прерывистые вздохи.

Он крепко спал в своей спальне в конце коридора, но крики и стоны Алекс его разбудили. Входя в ее комнату, он никоим образом не ожидал увидеть, что решительная и смелая Алекс мечется во власти ночного кошмара. Зрелище ее мучений его потрясло.

— Это всего лишь дурной сон, Алекс, — мягко прошептал он. — Только и всего.

— Нет, — покачала она головой. — Вы не понимаете.

— Тогда расскажи мне, в чем дело, — попросил Джаред, говоря все так же мягко. — Что случилось? — Чуть подавшись назад, он с изумлением увидел, что по ее щекам струятся слезы. Он нахмурился, поняв, что Алекс сказала правду. Для нее это было гораздо большим, чем просто дурной сон. — Алекс, в чем дело?

Хоть Алекс и нашла успокоение в объятиях Джареда, она не доверяла ему настолько, чтобы высказать свои тайные страхи.

— Как вы и сказали, это был просто дурной сон, — ответила она отчужденно. — Извините, что я вас разбудила.

Услышав этот чопорный ответ, Джаред с силой сжал зубы.

— Это был не просто кошмар. Тебя что-то пугает, — догадался он.

— А вас ничто и никогда не пугает? — вызывающе бросила она.

— Да. Ты, — ответил он мгновенно. — Ты меня пугаешь. Нет, даже не просто пугаешь — ты приводишь меня в ужас. Наверное, я как-нибудь утром проснусь и обнаружу, что ты была всего лишь плодом моего воображения.

Этот страстный и совершенно откровенный ответ заставил Алекс замолчать. Обстановка в комнате была чересчур интимной: на ней была только тонкая ночная рубашка, на Джареде наспех натянутые джинсы. Его загорелая грудь была покрыта шелковистыми завитками волос, узкой стрелкой уходившими под пояс брюк. Алекс старалась не думать о том, как терпкий аромат его кожи наполнял ее легкие, как завитки волос на его груди щекотали ей лицо, когда он прижимал ее к себе. Она понимала, что успокаивающих объятий теперь уже не будет.

— Вы лжете, — с трудом удалось прошептать ей в ответ.

Его пальцы теребили лямку ее ночной рубашки.

— Вот как? — добродушно откликнулся он. — А мне кажется, что утром я обнаружу, что на самом деле мой телохранитель — это Макс.

Она невольно улыбнулась, сама не понимая, откуда может взяться эта улыбка, когда его кончики пальцев ласкают ее обнаженное плечо, постепенно спускаясь вдоль ворота рубашки.

— Я хотела бы снова заснуть, — напомнила она ему.

Он криво улыбнулся.

— Прекрасная мысль.

Сейчас Алекс уже окончательно проснулась и пришла в себя, поэтому могла контролировать свои чувства, не поддаваясь действию его нежных прикосновений. Она подняла руку и схватила его за запястье.

— Джаред, лучше уходите, — промурлыкала она и тут же ловко вывернула ему руку так, что его пальцы оказались в захвате, с помощью которого их можно было сломать.

Он поморщился и с иронией ответил:

— Хорошо, ты меня убедила. Право, не знаю, как я буду утром объяснять, откуда у меня синяки.

— Спокойной ночи, Джаред.

Он кивнул и встал.

— И все-таки сделан шаг в нужном направлении. По крайней мере ты теперь зовешь меня по имени.

Когда он ушел, Алекс свернулась под одеялом, впервые усомнившись, правильно ли она поступила, уйдя из флота.

На следующее утро Джаред задержал Алекс в дверях, когда все, завершив завтрак, уходили из столовой.

— Ты заснула, когда я ушел? — тихо спросил он.

— Естественно.

На секунду глаза Джареда потемнели: Алекс так и не смогла определить, какое именно чувство в них отразилось.

— Если тебе надо все кому-то рассказать, я готов в любое время тебя выслушать.

Эта его нежность вскоре ее погубит. Ни Деннису, ни другим людям не удавалось прогнать ее страшные сны, сколько они ни пытались. Но Алекс чувствовала, что у Джареда это могло бы получиться. В глубине души она в этом не сомневалась, но она не хотела давать ему над собой такую власть. Сейчас на ее лице не осталось и следов того страха, который отражался на нем в ночные часы.

— Рассказывать, собственно говоря, нечего. А теперь прошу меня извинить: мне надо заняться делами, пока вы не начали переговоры.

С этими словами они ушла, оставив озадаченного Джареда в дверях столовой.

5

К пятнице третьей недели безграничное, казалось, терпение Алекс начало иссякать. Ее ежедневные телефонные разговоры с Диной тоже не способствовали ее успокоению. Она нутром чувствовала, что вскоре должно произойти что-то дурное.

Три дня спустя мрачный Крис вышел на крыльцо, где Алекс сидела в кресле-качалке.

— Алекс, звонит Дина. Говорит, что дело очень срочное.

Алекс стремительно вскочила и вбежала в дом. Телефонный аппарат был в коридоре, и она поспешно схватила трубку.

— Дина, что случилось? — нетерпеливо спросила она.

— Вы были правы. — У секретарши от волнения прерывался голос. — Вчера поздно вечером в гараже изнасиловали нашу сотрудницу… Это был тот же человек, которого вы поймали в прошлый раз. К счастью, один из охранников спустился в гараж и помешал насильнику расправиться с несчастной…

Слезы помешали Дине продолжить. Алекс грязно выругалась.

— Кто пострадал? — напряженно спросила она.

— Карин Уоррен.

Алекс закрыла глаза и вспомнила миниатюрную блондиночку. По иронии судьбы она была секретаршей Уолта Сент-Клера.

— Сент-Клер сказал что-нибудь о службе безопасности, когда услышал о происшедшем?

— Заметил, как хорошо, что охранник пришел туда в нужный момент. Преступник пойман.

Алекс старалась глубоко дышать и не дать волю ярости, но это ей мало помогало.

— Постарайтесь переслать мне копию полицейского рапорта. Теперь эта мразь так легко не отделается — я об этом позабочусь. А еще найдите мне изображение Сент-Клера и побольше булавок. Я займусь колдовством: он у меня долго не придет в себя, — жестко пообещала она.

Спустя еще несколько секунд она швырнула трубку и, вскинув руки, запустила пальцы в густые волосы.

— Ты его прикончила?

Алекс стремительно обернулась. Она рвалась в бой — и Джаред был самой подходящей жертвой.

— Вчера вечером в гараже было еще одно нападение, — возмущенно начала она.

— Кто? — сразу же спросил он.

— Карин Уоррен. — Она резко рассмеялась. — Ирония судьбы, правда? Ну, с меня хватит. Хватит, слышите! Я больше не предлагаю — я требую усилить меры безопасности. Камеры должны быть установлены сегодня же!

— Хорошо, — тихо согласился он не колеблясь.

Но сейчас ее гнев уже не знал границ. Алекс дрожала от ярости. Глаза ее саднило от слез, которые никак не могли пролиться.

— Проклятье, Джаред! Неужели для того, чтобы ты опомнился, должно было случиться это? — вскрикнула она, не обращая внимание на то, что рядом бесшумно возник Рашид, прислушивавшийся к каждому их слову. — Этого могло бы не быть, если бы ты не слушал этого напыщенного олуха Сент-Клера!

Она повернулась и пошла к распахнутой настежь выходной двери.

— Куда ты?

Голос Джареда был резким, как удар бича в умелых руках.

— Сегодня можешь обойтись охранниками Рашида. Сейчас я не смогла бы предоставить тебе защиту, за которую ты платишь мне деньги.

И дверь за ней захлопнулась.

— Она ошибается, вы понимаете это? Негромкий голос Рашида нарушил напряженную тишину.

— В чем? — спросил Джаред, которому в эту минуту больше всего хотелось бы ее придушить.

— Она инстинктивно защитила бы вас. Она из тех людей, кто отдаст за вас жизнь — и не потому, что за это ей хорошо платят. — Рашид положил руку Джареду на плечо. — Мы можем на сегодня прервать переговоры. Я уверен, что у вас есть другие важные дела. Можно попросить кого-нибудь из ваших людей отвезти меня в Санта-Барбару?

— Конечно.

Было совершенно очевидно, что Джаред думает о чем-то другом.

Алекс чувствовала острую потребность вырваться из дома, чтобы окончательно прийти в себя. Прибежав в конюшню, она оседлала себе лошадь. Тим, заметивший, как она расстроена, пытался ее удержать, но она только отмахнулась от его советов.

Дав лошади свободу, Алекс забыла о времени. Ей было совершенно все равно, куда ехать. Ей просто надо было побыть одной.

Отыскав узкий ручей, она остановила лошадь и спешилась. Устроившись на обрывистом берегу, она устремила взгляд на далекие горы.

— Наконец-то нашлась!

Медленно повернув голову, Алекс обнаружила, что на нее смотрит разгневанный Джаред. Он слез с лошади и подошел к ней.

— Ты хоть знаешь, сколько сейчас времени? — прорычал он.

Она осмотрелась и наконец заметила, насколько удлинились тени: близки были сумерки.

— Нет, но вы наверняка мне это сообщите, — равнодушно ответила Алекс.

Когда Джаред швырнул что-то ей на колени, она вздрогнула.

— Мэвис боялась, что ты голодная, — объяснил он. — Что до меня…

— Что до вас, то я могу хоть умереть с голоду? — язвительно договорила она. В бумажном пакете оказался толстый сандвич с жареным мясом и маленький термос с кофе.

Джаред присел на корточки, глядя, как она жадно поглощает сандвич.

— Видеокамеры будут установлены завтра же, — негромко сказал он. — Я имел с Диной долгий разговор.

— Да?

— Она рассказала мне о твоих переговорах с Сент-Клером относительно бюджета твоей службы.

— Да неужели?

Ее короткие ответы заставили Джареда сжать зубы.

— Почему ты не говорила мне о том, как он тебе мешает?

Алекс доела сандвич и холодно посмотрела на него.

— Это была моя проблема, и я хотела справиться с ней своими силами, — упрямо ответила она.

— И поскольку не стала мне рассказывать, то проиграла.

— Я не проиграла бы, не случись это несчастье, — не согласилась она.

Джаред схватил ее за запястье, снова изумившись тому, сколько силы таится в этом хрупком с виду теле.

— Ты меня просто бесишь! — прорычал он.

— Не тебя одного!

Алекс отдернула руку, словно его прикосновение ее обожгло, и поспешно встала. Спустя секунду она уже сидела на лошади и подгоняла ее к дому.

Она все время ощущала у себя за спиной присутствие Джареда. Ее воображение даже заставляло ее чувствовать у себя на шее его теплое дыхание, а не прикосновение холодного ветра.

У конюшни Алекс задержалась, чтобы расседлать лошадь.

Стальная рука тисками сжала ей плечо и заставила повернуться.

— Надо признать, что ты нашла прекрасный способ сломать себе шею! — Его глаза пылали гневом, но при виде ее напряженного лица это выражение тут же исчезло. — Будь ты проклята! — простонал он, приникая к ее губам.

Другая рука Джареда обхватила ее шею, запрокидывая ей голову. Его тело придвинулось к ней вплотную, прижав к перегородке стойла.

Руки Алекс скользнули по его талии, и ладони легли на его обтянутые джинсами ягодицы.

— Джаред!

Ее глухой возглас был подавлен его властным языком. Алекс почувствовала его наливающуюся желанием мужскую плоть.

В ответ он соблазнительно потерся об узкие бедра Алекс своими бедрами. Его пальцы расстегнули пуговицы на ее рубашке и, не тратя времени на поиски, разорвали тонкий кружевной лифчик, открыв его губам пульсирующие страстью коралловые бутоны ее сосков. Алекс чуть слышно вскрикнула, ощутив его поцелуй в самой глубине своего существа. Ее пальцы уже деловито пробивались под грубоватую ткань его джинсов, хотя голос рассудка еще пытался ее остановить.

— Сюда могут войти! — ахнула она, когда Джаред нежно прикусил ее сосок, а потом снова втянул в рот ставшую немыслимо чувствительной частицу ее тела.

— Я больше не могу ждать, Алекс, — тяжело дыша, ответил он. — Ни минуты.

Алекс была как в тумане. Взяв ее за руку, Джаред увел ее в глубь конюшни, где была лестница на сеновал, и подтолкнул ее вверх. Добравшись до вороха душистого сена, она споткнулась, но его руки поддержали ее и, повернув, притянули к себе.

— Это просто безумие!

Она попыталась дышать глубже, чтобы успокоиться, но только вдохнула пьянящий аромат его кожи, смешавшийся с такими земными запахами лошади и пота.

— Еще безумнее было пытаться сейчас уйти друг от друга, — возразил он ей охрипшим голосом.

Джаред быстро расстегнул свою рубашку и бросил ее на сено. Скоро рядом уже упала рубашка Алекс. Он чуть отстранился, чтобы насладиться зрелищем ее бурно вздымающейся груди. Сверкающие в полумраке конюшни огни его зеленых глаз неимоверно усилили ее томление. Соски ее налились страстью, молча моля о его прикосновениях.

— Я хочу видеть тебя всю, Алекс. Голос Джареда совсем сел от страсти. Сейчас было не время думать — можно было только действовать. Без всякой ложной робости и кокетства она опустила руки к поясу брюк. Спустя несколько секунд ее джинсы и сапожки валялись рядом с основной одеждой. Оставшись только в тонких кружевных трусиках-бикини, Алекс выпрямилась перед ним.

— Твоя очередь, — тихо подсказала она. Медленная улыбка Джареда сама по себе была верхом чувственного обольщения.

— Я всегда мечтал раздеться на глазах у женщины, — пробормотал он, начиная расстегивать пряжку на брюках.

Он неспешно расстегивал пуговку и «молнию», словно знал, что ожидание само по себе приятно. Ему понадобилось несколько секунд на то, чтобы стянуть сапоги и носки, а потом он снова выпрямился и, сняв брюки, отбросил их в сторону ногой. Захватив пальцами резинку плавок, он так же медленно сдвинул их вниз по мускулистым бедрам и сильным ногам. Алекс не могла оторвать взгляда от полной жизни мужественной фигуры, стоявшей перед нею. Если Джаред всегда мечтал о том, чтобы раздеться на глазах у женщины, то ее тайной фантазией было смотреть, как перед ней раздевается мужчина. Стриптиз для нее одной! И какое шоу! Она и раньше знала, что он в великолепной физической форме, поскольку несколько раз заставала его в бассейне. Его широкая грудь была покрыта ровным бронзовым загаром, а негустые завитки волос обрамляли плоские соски и стрелой спускались вниз, к мощному свидетельству его желания. Ее тело было женственным дополнением к его мужественным контурам. Только слияние их тел в единое целое могло стать гармоничным завершением этой сцены. При мысли о его ласках по ее телу прокатилась волна жара. Ее соски затвердели не от холода, а в ожидании его прикосновений. Пульсирующая пустота в низу живота безмолвно призывала его заполнить ее собой. Это была не фантазия — это была реальность, достойная того, чтобы удержать ее навсегда.

Когда Джаред снова обнял Алекс, произошел настоящий взрыв. Не было времени для нежных ласк, для медленного узнавания друг друга. Сексуальный магнетизм, все нараставший между ними уже полгода, взлетел до вершин экстаза. Джаред упал на колени, увлекая ее с собой, а потом лег на спину, притянув ее к себе, так что она приникла к нему, ощутив все контуры мужского тела. Ее пальцы жадно скользили по его груди, ее губы проводили страстную дорожку следом за ними. Закрыв глаза, Джаред запрокинул голову и застонал, когда она начала нежно покусывать его маленькие соски, так что они загрубели, как и ее собственные. Он был больше не в силах медлить и, прижимая Алекс к себе, перекатился наверх, взяв ее в плен и заполнив своим властным жаром.

Они были захвачены жаркой страстью, они ощущали себя единым существом. Друг без друга они, казалось, не могли бы даже дышать. Они попали в сверкающий мир, дорога в который открыта далеко не каждому смертному. Когда Алекс показалось, что она вот-вот умрет, она выкрикнула имя Джареда и впилась зубами в его плечо. Последнее, что она смогла заметить, — это что он выдохнул ее имя, когда все его тело напряглось, достигнув вместе с нею вершин восторга.

Постепенно Алекс ощутила прохладный воздух, прикасавшийся к коже в тех местах, которые не согревало прикосновение Джареда. По ее телу все еще пробегали слабые волны дрожи, потому что его рука лениво поглаживала ее обнаженное бедро и плоский живот.

— У меня остались только силы сказать «Ого!», — пробормотал Джаред, тепло глядя на лежащую рядом с ним женщину.

Она прижалась губами к чуть заметным следам, которые оставили у него на плече ее зубы.

— Неужели это я тебя так вымотала? — поддразнила она.

— Да уж, я не ожидал, что в этом сексапильном теле прячется настоящий вулкан.

Его губы легко прикасались к ее лбу, ощущая чуть солоноватый привкус ее влажной кожи. В голове Джареда стучала неотвязная мысль: сколько других мужчин ощутили обжигающую страсть, которую только что подарила ему Алекс? Он не смог бы отрицать, что в его жизни было немало других женщин, но какой-то необъяснимый эгоизм заставлял его хотеть, чтобы эта ее страсть принадлежала ему одному.

— Да уж, не ожидала я, что меня будут любить на колком сене в конюшне. Примитивная любовь, так сказать! — негромко хихикнула она, сама получив удовольствие от удачной игры слов.

— Примитивная?! — Джаред притворился обиженным. — Позвольте вам сообщить, что все было тщательно продумано, леди, Да знаешь ли ты, как трудно заказать места в этом популярном заведении?

Она повернулась к нему лицом, по-прежнему прижимаясь к его телу.

— А, теперь понятно, почему тут такие жесткие матрасы. — Пальцем она рисовала какие-то узоры у него на груди: обводила кругами соски, прочерчивала спираль вниз, к пупку. Внезапно выгнувшись, она крепко поцеловала его, так что Джаред резко втянул в себя воздух. — Поймала тебя, а? — снова поддразнила она его, глядя ему в лицо.

Джаред обхватил ее и снова уложил на себя.

— Ты меня поймала, и не только в этом, — отозвался он, притягивая к себе ее голову и прижимаясь к ее губам в поцелуе, который быстро стал страстным. Он еще не знал женщины, вкус губ и аромат кожи которой были бы сравнимы с ее. Алекс отвечала ему с не меньшей страстью, что затягивало Джареда все глубже в водоворот страсти. И он наказал себя, спросив:

— Когда ты в последний раз испытывала с мужчиной такое, Алекс? Когда ты в последний раз отправляла его одновременно в рай и в ад?

Момент безоблачного счастья миновал. Глаза Алекс мгновенно потухли: она не заметила, как трудно дался Джареду этот вопрос. Сев, она начала шарить вокруг в поисках своей одежды.

— Будь ты проклят за то, что все испортил! — огрызнулась она, хватая рубашку и начиная ее надевать, и только тут заметила, что это рубашка Джареда. Отшвырнув ее, она отыскала собственную.

— Ну нет. — Он тоже сел и поймал ее руки. — Несколько минут назад ты мурлыкала, как кошечка, так что можешь больше не притворяться тигрицей, Алекс. Я уже все понял.

— Что ты понял? — вскинулась она. Улыбка у него получилась по-мальчишечьи милой.

— Что под маской холодности ты прячешь необузданную страсть, — шепотом объяснил он.

Алекс не хотела улыбаться его словам, но ничего не могла с собой поделать.

— Ты неисправим!

— Просто помешался на почве секса. — Его глаза потемнели от воспоминаний о недавней страсти. — Я снова тебя хочу, Алекс, — с грубоватой искренностью сказал он.

Ей не хотелось признаваться, насколько сильно она его хочет.

— Разве любовь на сеновале — это не для деревенских подростков? — Схватив его рубашку, она шутливо кинула ее ему в лицо.

Джаред встал и поморщился: его мускулы протестовали против жесткого пола сеновала.

— Похоже, сена на добротный матрас немного не хватило. — Он начал разыскивать носки, но сумел найти только один. — Ты права: я слишком стар для такого испытания.

Алекс пыталась пальцами вычесать из волос сухие травинки.

— Если Мэвис увидит нас в таком виде, она будет точно знать, где мы были и чем мы тут занимались.

— Тогда нам стоит продолжить вести себя по-ребячески и проскользнуть в дом незаметно, через черный ход, — предложил Джаред, натягивая джинсы.

— И что ты собираешься сделать: подсадить меня к окну моей спальни? — поинтересовалась Алекс, когда они подошли к торцу крыла.

Он покачал головой.

— Я могу предложить нечто получше. Подведя ее к сдвигающейся в сторону стеклянной двери, он вставил ключ в замок и отпер ее.

Войдя в помещение, Джаред протянул руку и нажал на выключатель, залив комнату светом. Алекс заморгала, привыкая к яркому освещению, и с интересом огляделась.

Большую часть стены занимал сложенный из грубых камней камин, у другой стены на возвышении стояла огромная кровать, застланная терракотовым с золотом стеганым одеялом. Рядом с кроватью был книжный шкаф, заставленный самыми разнообразными книгами.

— Это твоя комната? — поинтересовалась Алекс.

— Ты владеешь методами дедукции, как сам великий Шерлок Холмс!

Губы его изогнулись в насмешливой улыбке.

Алекс тряхнула головой: наконец ей стало понятно очень многое.

— Неудивительно, что той ночью ты услышал, как я кричала, — вслух догадалась она. — Это ведь всего через пару комнат от моей спальни, так?

— Так.

Алекс покачала головой в молчаливом изумлении. Она позволила Джареду любить ее и сейчас, оставаясь в его комнате, давала свое молчаливое согласие на продолжение их отношений. Сейчас она совершенно не знала, что следует сказать. Действительно, что говорить мужчине, который не только твой начальник, но и только что любил тебя?

— Надо полагать, я теперь легко найду свою комнату, — небрежно проговорила она, поворачиваясь к двери.

Джаред быстро подошел к ней и обнял за талию.

— Кровать достаточно большая, чтобы в ней поместились двое, — нежно проговорил он, просовывая большую теплую ладонь ей под рубашку.

Огонь, который всего секунду назад таился под пеплом утоленной страсти, вспыхнул с новой силой. Алекс не могла понять, как это может происходить настолько быстро. Что стало с отчужденными отношениями босса и подчиненной, которые так недавно между ними были?

Она облизала вдруг пересохшие губы.

— Ты играешь не по правилам, Джаред, — глуховатым голосом упрекнула его она, пытаясь справиться с волнами страсти, которые прокатывались по ее телу от прикосновений влажного кончика его языка.

— Ты права, — машинально ответил он.

Казалось, Джаред весь поглощен нежными ласками ее изящного маленького уха.

Алекс попыталась сглотнуть ком, откуда-то появившийся в горле, и обнаружила, что это дается ей с трудом. Ее пальцы легли на его руки, но не попытались разжать его объятия. Она ощущала, как жар в ее крови все усиливается. На один безумный миг ей захотелось повернуться и сорвать с него одежду, чтобы он снова заставил ее забыть обо всем, как только что это произошло в конюшне.

— Твою головку посетила прекрасная идея, — шепнул Джаред.

Похоже, он читал ее мысли.

— Ты старый развратник, мистер Темплтон.

Ее осипший голос выражал целую бурю чувств.

— Это потому, что у тебя такое тело, о котором мечтают старые развратники миссис Пейдж, — засмеялся он, поворачивая ее к себе лицом.

Когда его губы приникли к ее губам, места для связных мыслей уже не осталось. Как и прежде, они безмолвно говорили друг с другом прикосновениями губ, зубов, языков и рук.

Одежда Алекс исчезла как по волшебству — и сильные руки опустили ее на прохладные простыни. Она выгнулась навстречу Джареду, рука которого смело ласкала ее между ног. И снова близость между ними походила на взрыв. Настойчивое тело Джареда, казалось, было создано точно для ее пульсирующего страстью лона. Она цеплялась за него, словно боялась, что если разожмет руки, то упадет в какую-то бездну. Теперь Алекс знала, как чувствуешь себя во время мощного взрыва. Взрыва, который Джаред испытал одновременно с нею, достигнув одновременно пика экстаза.

Потом Алекс лежала, ослабев, в объятиях Джареда и размеренно дышала, стараясь успокоить бешеный ритм пульса. Ее сердце так сильно колотилось, что казалось, вот-вот выскочит из груди. Единственное, что ее утешало, так это то, что у Джареда сердце билось ничуть не медленнее,

— Неторопливые ласки — это не для нас, Алекс. — Глуховатый голос Джареда согревал ей щеку. — Только такая пара, как мы, могла создать то, что было между нами сегодня… Необычайное и прекрасное.

Алекс вдруг испугалась, что этот человек овладеет всеми ее мыслями. У нее сильная воля и самостоятельное мышление, но он намного сильнее, чем она. Сможет ли она устоять?

Она прижалась щекой к его влажной от пота груди.

— И опасное.

Джаред с трудом расслышал ее тихие слова.

Его руки лениво скользили по ее гладкой коже.

— Боишься, как бы у меня не случился инфаркт в разгаре страсти?

Похоже, такая мысль его позабавила.

— Это у тебя-то?! — Она покачала головой. — Могу предсказать, что ты и к восьмидесяти годам не угомонишься.

События этого дня и бурного вечера начали давать себя знать: у нее отчаянно слипались глаза.

Рука Джареда уже лежала у нее на плечах, разглаживая последние остатки напряжения, стягивавшего ей мышцы.

— М-м, приятно, — пробормотала Алекс, сворачиваясь калачиком.

Джаред бодрствовал еще долгое время после того, как она глубоко и безмятежно заснула.

— Да, очень приятно, — тихо произнес он, прежде чем погрузиться в сон.

Алекс сонно улыбнулась, наслаждаясь уютным теплом своего электрического одеяла. Она попыталась заползти под него еще дальше — и напряженно застыла. Приятное тепло, которое ей так понравилось, исходило вовсе не от ее электрического одеяла: у него был совершенно другой источник.

— Доброе утро.

Не открывая глаз, она тихо застонала.

— Скажи, что это только дурной сон! — попросила она.

— Не сон.

— Тогда, может быть, похмелье? — с надеждой спросила она и ахнула: теплая рука легла ей под грудь и медленно заскользила вниз, по животу, к ногам…

— Опять ошиблась. — Джаред перекатился на нее и положил свою ногу поверх обеих ее ног. — Но если ты себя чувствуешь как с похмелья, давай займемся лечением?

Алекс старалась погасить предательское пламя, разгоравшееся в ее теле от интимной ласки его настойчивых пальцев.

— Ну пожалуйста!

Ее тихая мольба отразилась и в ее взгляде, но о чем она умоляла?

Его губы проложили дорожку горячих поцелуев по ее скуле.

— Я сочту за честь, — согласно пробормотал он.

Ее руки робко поднялись, ладони прижались к его груди.

— Джаред, мне надо пойти принять душ перед завтраком! — запротестовала Алекс, стараясь не обращать внимания на то, что все ее тело настойчиво жаждет его обладания.

— Прекрасная идея. Ты потрешь мне спину, а я — тебе.

Его глаза озорно искрились.

— Нет, спасибо.

Не без усилия она оттолкнула его и вскочила с постели. Потянувшись за своей одеждой, Алекс поспешно начала ее натягивать.

Джаред, закинув руки за голову, откинулся на подушки, наслаждаясь зрелищем. Он с явным удовольствием смотрел на Алекс.

— А почему бы тебе не перенести свои вещи сюда? В шкафу для них найдется место…

Пальцы Алекс, застегивавшие пуговицы рубашки, на мгновение замерли. Смысл его слов был слишком понятен. Медленно повернувшись к нему, она покачала головой.

— Нет, Джаред, — мягко проговорила она. — Когда я отсюда выйду, я по-прежнему останусь Алекс, а ты по-прежнему будешь мистером Темплтоном. Как оно и должно быть.

Алекс заправила рубашку в джинсы и вернулась к постели. На секунду прижавшись к его губам в легком поцелуе, она поспешно отстранилась, не дав Джареду возможности начать новые ласки.

— Ты это серьезно? — В его голосе слышалось недоверие. Женщины обычно добивались возможности делить с Джаредом Темплтоном ложе. Никто хладнокровно не уходил от него так, как это сейчас делала Алекс. В нем заговорили гнев и ущемленное мужское самолюбие. — Так что, я гожусь только для того, чтобы со мной переспать одну ночь? — язвительно осведомился он. — Примитивная любовь, выражаясь твоими словами.

Алекс постаралась не показать, как больно ранили ее эти слова.

— Не тревожься, Джаред. — Ее тихий голос звучал чуть насмешливо. — Ты это переживешь. — Оказавшись у двери, она бросила через плечо, словно они были супружеской парой, прожившей вместе уже много лет: — Увидимся за завтраком.

Оставшись один, Джаред нахмурился, раздраженный тем, что Алекс смогла так легко от него уйти. Это было для него в новинку. Обычно это он поспешно уходил, тогда как женщине хотелось бы еще понежиться рядом с ним или, что еще хуже, поговорить о своих чувствах. Как странно: прежде у него никогда не было желания остаться в постели рядом с женщиной, с которой он провел бурную ночь, как захотелось сегодня утром с Алекс. Пусть она считается его телохранительницей, но рядом с ней в нем просыпается инстинкт защитника, не говоря уже о других инстинктах! Впервые в жизни Джаред обнаружил, что мечтал просто нежно обнимать женщину, а не заняться любовью. Ему хотелось посидеть с ней за завтраком, поговорить… Просто побыть рядом с нею.

Глубоко вздохнув, он сел в кровати, отбросив в сторону одеяло. После того, что было между ними прошлым вечером, трудно предположить, что Алекс больше не вернется к нему в постель. Они слишком подходят друг другу, чтобы расставаться надолго.

Оказавшись у себя в комнате, Алекс смогла только устало опуститься на кровать. Она не помнила случая, когда бы чувствовала себя настолько опустошенной. Самые страстные ночи с Деннисом меркли по сравнению с теми часами, которые она провела в объятиях Джареда. Можно было подумать, что он берет у нее силы и потом отдает обратно только для того, чтобы снова их забрать. Эти мысли заставили ее тело напрячься. Отказываясь уступать своим чувствам, Алекс решительно встала с кровати и направилась в ванную, чтобы поскорее встать под тугие горячие струи воды.

Когда Алекс вышла к завтраку, Крис бросил на нее озадаченный взгляд. Джаред снова превратился в радушного хозяина дома и вел себя с Алекс, как всегда, любезно, без всяких намеков на то, что произошло между ними этой ночью. Рашид вежливо с нею поздоровался, а потом повернулся к Джареду и начал о чем-то его расспрашивать. Можно было подумать, что ее вчерашней вспышки чувств просто не было.

Алекс была рада провести утро на улице, а не в кабинете Джареда. Ей было бы очень трудно перенести несколько часов деловых разговоров: наверняка к ней возвращались бы воспоминания о вчерашней ночи. Она не сомневалась в том, что Джаред каким-либо образом сумел бы этого добиться.

Мэвис вынесла ей поднос с кофейником и тарелкой свежеиспеченного сладкого печенья. Алекс поблагодарила домоправительницу и с наслаждением принялась за хрустящее печенье. Никогда еще исполнение служебных обязанностей не казалось ей настолько легким.

Шли дни Джаред по прежнему держался с ней уважительно и не добивался

новой близости, что совершенно сбило Алекс с толку. В бессонные ночи она вспоминала те эпизоды на сеновале и в спальне Джареда. Поначалу ее охватила странная паника, настойчиво внушавшая ей мысль, что это она виновата в том, что он больше к ней не приближается. В то же время она постоянно напоминала себе, что именно этого ей и хотелось. Так что Алекс нечего на него сетовать, Джаред выполняет ее пожелание. Только вот ночи почему-то стали нескончаемыми.

Джаред сдержал слово. Система безопасности с видеокамерами была установлена там, где этого требовала Алекс. Новый бюджет службы безопасности будет беспристрастно рассмотрен Уолтом Сент-Клером, как только она вернется в Лос-Анджелес. Все это было передано Алекс через Криса.

— По-моему, ты легко отделалась, — признался он ей как-то утром.

— Да?

— Любой, кто посмел бы так наорать на босса, как ты, улетел бы аж до Монголии. А вместо этого вдруг он в кои-то веки выполняет чужие приказы. Вот почему я говорю, что тебе страшно повезло.

Алекс невесело улыбнулась этим словам. Неужели ей действительно везет? Она начала сильно в этом сомневаться. Может быть, она заплатила за осуществление своего проекта тем, что провела ночь в постели Джареда? Она всегда старалась, чтобы вся ее жизнь была разложена по аккуратным ящичкам. И за несколько коротких часов все содержимое этих ящичков вдруг оказалось в одной куче. Она с нетерпением ждала дня, когда вернется в Лос-Анджелес к все снова пойдет по-прежнему.

Как бы ни сложились отношения с Джаредом Темплтоном, она ни на секунду не допускала мысли, чтобы уйти с работы. Нет, Алекс один раз уже пробовала бегство, когда вышла в отставку. На этот раз она не будет прибегать к этому способу. Она останется и докажет Джареду, что та ночь была всего лить утолением физических потребностей. Она будет повторять себе это, пока и сама не поверит собственной лжи.

Как-то днем, в понедельник, Алекс сидела в кабинете, не заметив, что Джаред рассматривает ее профиль, четко вырисовывавшийся в неярком зимнем свете. Она была настолько погружена в свои мысли,

что не сразу обратила внимание на улыбающегося Джареда, пожимающего руку довольному Рашиду. Да и потом ей понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что Джаред с Рашидом наконец договорились относительно цены нефтяных скважин — предмета их переговоров.

— Сегодня мы должны это отметить! — объявил Рашид, радостно улыбаясь Алекс. — Угощает, конечно, Джаред, ведь я позволил ему заплатить за мои скважины такую смешную сумму.

— Смешную? — удивленно поднял брови Джаред. — Эта «смешная» сумма очень не понравится бухгалтерии моей фирмы!

Продолжая улыбаться, Рашид подошел к Алекс и поднес ее руки к губам.

— Вы так преуспели, друг мой, только потому, что я никак не мог сосредоточиться на деле, когда имел возможность любоваться этой прекрасной леди, — сообщил он Джареду, продолжая пристально смотреть на Алекс.

Она рассмеялась такому замысловатому комплименту, но тут же замолчала, увидев, что лицо Джареда темнеет, словно от гнева. Что могло ему так не понравиться?

— И я знаю место, где можно будет отпраздновать это событие, — повернулся Рашид к Джареду. — Прелестный ресторан у берега, на верфи Стирнс. Я уверен, что мадам Пейдж там понравится.

— Возможно, но мне нет необходимости сопровождать вас, мистер Халим, поскольку переговоры окончились, — негромко ответила она.

— Нет, есть! — отрывисто произнес Джаред. — Будьте готовы к шести.

Резко повернувшись, он вышел из кабинета.

С задумчивой улыбкой на смуглом благообразном лице Рашид смотрел Джареду вслед.

— Выражаясь по-вашему, мистер Темплтон несколько не в себе, — заметил он.

— Нет, — мягко возразила Алекс. — Мистер Темплтон никогда не теряет связи с реальностью.

Она предпочитала забыть о той ночи, когда он, казалось, вообще потерял способность связно мыслить.

Поскольку Алекс взяла с собой очень мало нарядных вещей, выбирать ей было не из чего.

Понежившись в ванне с душистой пеной, она натерла кожу ароматным лосьоном и уложила тщательно промытые волосы гладким узлом на макушке.

Алекс надела темно-фиолетовые шелковые брюки и жакет, скроенный как кимоно, а под него — бледно-лиловый топ. Нарядно и в то же время по-калифорнийски непринужденный костюм.

Джаред тоже был в дорогой, но не формальной одежде: темно-серые брюки и светло-серая рубашка с расстегнутым воротом. В ресторане их провели в отдельный уютный зал, где обслуживали более утонченную публику. Четвертым в их компании был Крис, так что Алекс оказалась рядом с ним, а Джаред сидел напротив нее. Рашид уселся по правую руку от Джареда. После того как они заказали официанту предобеденные напитки, Джаред попросил Криса разъяснить Рашиду какие-то технические детали подписанного ими соглашения.

Алекс слушала их разговор невнимательно и смотрела в окно на темную воду, освещенную огнями яхт, стоявших в гавани, и фонарями верфи. Словно под воздействием неведомой силы, она медленно повернула голову — и встретила обжигающий взгляд Джареда.

Когда она поняла, куда он смотрит, у нее перехватило дыхание. Его взгляд сосредоточился на округлом контуре ее грудей, которые немедленно отреагировали на его пристальное внимание. Его взгляд почти физически ощутимо ласкал ее стройную шею, а потом перешел на губы — и там замер. Алекс с трудом справилась с желанием облизать губы: она поняла, что под его многозначительным взглядом это движение станет манящим. Его молчаливое восхищение действовало на нее сильнее всяких слов.

Когда официант принес напитки, Алекс с облегчением взяла виски с содовой. Пока она подносила стакан к губам, Джаред продолжал внимательно наблюдать за ее действиями. Такое пристальное изучение каждого ее движения продолжалось в течение всего обеда.

Его глаза провожали каждый кусочек омара к ее рту, каждый глоток из хрустального стакана. Под взглядом этого молчаливого наблюдателя Алекс не могла сосредоточиться на еде. Выражение его глаз оставалось непонятным, почти таинственным, но ей казалось, будто он без слов говорит ей, что их движения идеально согласуются друг с другом, так же, как согласовывались движения их тел в древнем

танце страсти. Своим взглядом, своими движениями, своими мыслями Джаред обольщал Алекс. Даже его прикосновение не могло бы подействовать на нее сильнее. Когда обед наконец закончился, она испытала глубокое облегчение.

По дороге на ранчо Алекс сидела на заднем сиденье рядом с Крисом и вела с ним негромкий разговор. И ей постоянно мешало то, что, поднимая глаза, она всякий раз ловила на себе взгляд Джареда в зеркале заднего вида. Ей ужасно хотелось спросить, зачем он это делает, только она не была уверена в том, что ей понравится его ответ.

Позже, когда они оказались в доме, Алекс негромко пожелала всем спокойной ночи и направилась к себе в комнату.

Она уже взялась за дверную ручку, когда услышала негромкий оклик. Обернувшись, она не удивилась, увидев рядом с собой Джареда. Криво улыбаясь, он уперся обеими руками в дверь по обе стороны от Алекс, закрыв ей путь к отступлению.

— Ты прекрасно знала, что сегодня надеть, да? — Его теплое дыхание с запахом бренди и сигар, которые он всегда курил, коснулось ее лица. — Такое, что будет сводить меня с ума.

— Правда? — спросила она без всякого кокетства.

— Конечно, правда. — Его губы оказались в опасной близости от ее рта. — Ты знала, как эти брюки будут выигрышно подчеркивать твой зад, а эта крошечная полоска ткани, — тут он указал на топ, — почти не закроет грудь, давая всем возможность убедиться, что лифчика ты не надела. — Его рука опустилась ей на бедро, смяв скользкую ткань. — Гм-м, и трусики-бикини! Пьянящее сочетание.

Кончик его языка дразняще прикоснулся к ее виску.

Алекс закрыла глаза, ощущая, как его влажный язык медленно движется по ее коже. Дыхание у нее участилось, и она почувствовала, как под его прикосновением начинает гореть ее лицо.

— Ты это тоже чувствуешь, правда, Алекс? — прошептал Джаред со странной настойчивостью в голосе.

— Я ничего не чувствую, — соврала она.

Он взял ее руку и приложил к своей груди, раздвинув ворот рубашки. Неровное биение его сердца почти не отличалось от бешеного ритма ее пульса. И Джаред придвинулся еще ближе, так что нижняя часть его тела плотно прижалась к ней. Ощутив его желание, Алекс страстно задрожала, не сомневаясь, что пробудила его она.

— Это чисто физическое, — только и смогла произнести она.

В темноте блеснули белые зубы Джареда. Его рука передвинулась с ее бедра на грудь, найдя набухший сосок.

— Как и это?

Он наклонил голову и провел по обтянутому шелком соску языком. Алекс закрыла глаза, с трудом подавив стон, зародившийся в глубине ее горла, но Джаред расслышал этот тихий звук и убедился, что его ласки не оставляют ее равнодушной. Он перенес свое внимание на второй сосок. Ахнув, Алекс запустила пальцы в его волосы и притянула его голову к своей. Ее чуть приоткрытые губы, между которыми трепетал кончик языка, послужили ему безмолвным приглашением.

Его руки скользнули по ее спине и привлекли к нему. В его поцелуе ощущалась настойчивая страсть, словно он давно уже жаждал ее. Он языком теребил ее язык, приглашая к любовной игре. Он хотел впитать все: ее вкус, ее запах, ощущение ее прикосновений. Алекс охотно приняла его приглашение, чувственно покачивая бедрами. Внезапно Джаред прервал поцелуй и на краткий миг прижался лбом к ее лбу. Несколько секунд можно было слышать только их неровное дыхание.

— Спокойной ночи, Алекс, — проговорил он наконец. Выпрямившись, он отпустил ее и отвернулся.

Этот неожиданный поворот событий заставил ее ошеломленно застыть на месте.

— Мы вылетаем отсюда в десять, — бросил он через плечо уже спокойным голосом. — Надеюсь, ты будешь готова.

Горькая усмешка тронула ее губы, хоть внутри у нее все ныло от неутоленной страсти.

— Не беспокойтесь, мистер Темплтон. — Голос ее не дрогнул. — Я готова отсюда уехать хоть сейчас.

Стремительно повернувшись, она прошла в ванную и решительно закрыла за собой дверь.

Даже холодный душ не прогнал боль, терзавшую ее тело. Когда Алекс наконец легла, прошло немало времени, прежде, чем она забылась беспокойным сном. А на рассвете она уже проснулась, чувствуя, что у нее мучительно болит голова. После этого она долго лежала в каком-то странном забытье, ощущая, как в ее тело вливается новая боль.

Позже Алекс проснулась, чувствуя себя так, словно попала под асфальтовый каток. Короткий визит в ванную и еще более короткий взгляд в зеркало отправили ее обратно в постель. Аппетита у нее не было, совершенно.

Она все еще лежала, когда в дверь коротко постучали, а потом, не дожидаясь ее ответа, дверь распахнулась.

— Неужели ты проспала? — воскликнул вместо приветствия Джаред, подходя к ее постели.

— Убирайся! — простонала Алекс, у которой не было сил даже на то, чтобы повернуть голову и посмотреть на него.

Мрачно нахмурившись, Джаред нагнулся над ней. Нежно обхватив ее лицо ладонями, он повернул его к себе. Жар, исходивший от ее кожи, ни с чем нельзя было спутать.

— Ты больна! — воскликнул он.

— Да неужели? — просипела она, слабо отталкивая его руки. — Не беспокойся, я скоро встану и никого не задержу. Просто завтракать я не хочу.

— Никуда ты не едешь. — Его руки приятно холодили ей щеки и лоб. Выпрямившись, он прошел в ванную, и оттуда послышался звук льющейся воды. Спустя секунду Алекс почувствовала прикосновение прохладной мокрой ткани ко лбу. — Так лучше? — мягко спросил он.

— Да, — прошептала она.

— Что-нибудь болит?

— Только все кости, — устало призналась Алекс. — Мне тридцать два — и я уже разваливаюсь на кусочки. Наверное, у меня вышел срок годности. Пожалуйста, не говори ничего Крису. Он уже чуть ли не год предсказывал мой конец.

На лице Джареда промелькнула слабая улыбка.

— Раз ты не потеряла чувства юмора, значит, все в порядке. Я могу гарантировать, что ты не развалишься.

— Пожалуйста, уходи и не мешай мне спокойно умереть! — взмолилась она.

— Только не вздумай вставать с постели! — строго приказал он, направляясь двери. — Я пришлю Мэвис с соком. Лежи, пока я не разрешу тебе встать.

Алекс нетрудно было подчиниться распоряжениям Джареда. В этот момент она сомневалась, что у нее хватит сил даже на то, чтобы пошевелить хоть одним пальцем на ноге. Она дремала, когда вошла встревоженная Мэвис с подносом.

— Гм, вид у вас никудышный, — заметила домоправительница, ставя поднос на столик и помогая Алекс приподняться на подушках. — Я принесла вам сок и яйцо всмятку.

— Мне надо одеваться! — слабо запротестовала Алекс. — Мы сегодня утром уезжаем. А я еще даже не сложила вещи.

— Никуда вы не поедете, — твердо заявила Мэвис, расправляя сбившееся одеяло. — Джаред сказал, что вы будете лежать, пока не поправитесь, и именно так вы и сделаете. И можете не тревожиться, все уже уехали. Так что у вас будет тишина и покой.

— Уехали? — отчаянно ахнула Алекс. — Все?

— Полчаса назад. Джаред передал, что сообщит вашей секретарше, что вы больны, и велел вам ни о чем не беспокоиться. Я скоро к вам зайду — и извольте к этому времени все съесть!

С этими словами домоправительница удалилась.

Алекс откинулась на подушки, отдаваясь во власть тяжелого оцепенения. Джаред даже не зашел попрощаться! Она надеялась, что у него хватит решимости сделать хотя бы это. Она явно ошиблась. Аппетита у нее совершенно не было, но ради Мэвис она поела.

К тому времени, как домоправительница вернулась за подносом, Алекс снова задремала, чувствуя себя ужасно одинокой и никому не нужной.

Почти весь день напролет она спала или просто смотрела в потолок. В час ленча Мэвис принесла ей кружку бульона, но она смогла выпить только половину. Ей хотелось думать, что в отсутствии интереса к еде виновата болезнь, а не то, что Джаред уехал, даже не сказав ей «до свидания».

Когда стемнело, Мэвис пришла, чтобы зажечь свет и узнать, не нужно ли Алекс чего-нибудь. Она весь день заботливо следила, чтобы у больной было вдоволь сока, и подкладывала в кувшин с водой лед. Когда она в последний раз зашла, чтобы это сделать, Алекс уже крепко спала, так что Мэвис притушила свет, оставив гореть один только ночник.

Алекс не знала, что именно разбудило ее, но только она почувствовала, что в комнате кто-то есть. Пошевелившись, она повернула голову и увидела, что у окна спиной к ней стоит высокий мужчина.

— Джаред? — тихо окликнула она, не веря своим глазам.

Он повернулся и подошел к кровати.

— Как ты себя чувствуешь? — Наклонившись, он уперся рукой в изголовье.

— Но ты же утром уехал в Лос-Анджелес!

Ей все еще казалось, что она видит его во сне.

— Только чтобы проверить, как дела на фирме, подписать все что надо и дать знать совету директоров, что я еще жив! — пошутил он.

Улыбка Алекс была похожа на слабую гримасу.

— Ты хочешь сказать, что слетал туда, чтобы только пощелкать бичом?

— Надо же было всем напомнить, что я по-прежнему их босс. — Джаред легко провел пальцами по ее щеке и скуле. — Мэвис строго приказала мне, чтобы я тебя не переутомлял, но мне хотелось посмотреть, как ты.

Алекс чуть подвинулась, давая ему место, и он присел на край кровати.

Она сама не знала, от чего ее вдруг бросило в жар: от прикосновения Джареда или от высокой температуры.

— Разве тебе не надо заниматься делами в офисе?

Она знала, что Джаред редко отдыхает, а сейчас он уже рекордно долго отсутствовал на работе из-за затянувшихся переговоров с Рашидом.

— Уже пытаешься от меня избавиться? Он насмешливо приподнял бровь, но рука его все так же нежно скользила вдоль выреза ночной рубашки по мягкой выпуклости ее груди. И под его легким, дразнящим прикосновением у нее мгновенно набухли соски.

Алекс помотала головой.

— Просто ты обычно такого не делаешь, — прошептала она, досадуя на то, что дыхание у нее непроизвольно участилось от его чувственных прикосновений.

Джаред нежно отвел с ее лба пряди волос и ладонями обхватил зарумянившиеся щеки.

— Я очень много чего обычно не делаю, — непонятно сказал он, пристально глядя на Алекс.

Она всматривалась в его глаза, не сознавая, что болезненная бледность только подчеркнула изящные черты её лица. Не удержавшись, она спросила, неуверенно расстегивая верхнюю пуговицу на его рубашке:

— Почему ты вернулся?

Улыбка его была совершенно загадочной.

— Потому что мне нравится быть с тобой, когда ты такая послушная, — пробормотал он, нежно прижимаясь к ее губам в поцелуе, от которого в беспорядке разлетелись все ее мысли.

Алекс тихо застонала и обхватила его руками за шею, но, когда она приподняла голову навстречу его поцелую, неожиданный приступ головокружения напомнил ей о болезни. Она слабо вскрикнула и упала на подушку. Джаред виновато улыбнулся.

— Я совсем забыл, что ты больна, — извинился он, гладя ее щеку. Встав, он направился к двери. — Мэвис сказала, что сейчас принесет тебе бульону и что ты обязана выпить его до последней капли.

Я зайду к тебе с утра пораньше-. Если тебе что-нибудь понадобится ночью, крикни. Я не стану закрывать свою дверь.

Когда Джаред ушел, Алекс осталась лежать неподвижно, все еще не веря тому, что он прилетел обратно ради нее, И она снова попыталась понять, почему он это сделал. Но почему-то она не сомневалась в том, что очень скоро это узнает.

6

Алекс поправлялась не так быстро, как рассчитывала. Многие месяцы нерегулярного питания и бессонных ночей подорвали сопротивляемость ее организма, и вирус атаковал его с немалым успехом.

Когда на второй день температура у Алекс стала опасно высокой, Джаред настолько встревожился, что настоял на том, чтобы вызвать ей врача. И был очень недоволен, когда врач объяснил, что причина болезни в том, что она так небрежно относилась к своему организму.

Небольшое улучшение Алекс почувствовала только через неделю и сразу же, с трудом встав с постели, доползла до ванной. Увидев свое отражение в зеркале, она с отвращением застонала. Ее кожа, обычно такая нежная и бархатистая, стала болезненно-бледной и сухой. Прежде ясные и блестящие глаза словно затянуло матовой пленкой, а всегда шелковистые волосы висели безжизненными прядями, не знавшими шампуня уже восемь дней.

— Неужели не можешь узнать себя?

Медленно повернув голову, Алекс увидела Джареда, непринужденно прислонившегося к двери.

— Да, спасибо, мне гораздо лучше, — иронически отозвалась она все еще хриплым голосом. — Хотя вид у меня такой, словно мне место в каком-нибудь стихотворении Эдгара Аллана По, это еще не значит, что я не могу обижаться.

Она оперлась на прохладную фарфоровую раковину, чувствуя, что силы быстро ее покидают.

Джаред мгновенно это заметил и, быстро шагнув вперед, подхватил ее на руки.

— Не можешь не притворяться крепким парнем, да? — грубовато спросил он, поражаясь ее упрямству.

— Угадал, — пробормотала Алекс, кладя голову ему на плечо. — Никогда не сдаваться — вот мое кредо.

Он отнес ее в постель и бережно укрыл одеялом. Особенно долго он расправлял одеяло у нее на груди.

— Прекрати, слышишь! — Она раздраженно оттолкнула его руки, норовящие дотянуться туда, куда неположено. — Имей жалость к умирающей.

— Как же, ты умрешь! — Улыбнувшись, он присел на край кровати. Но в глазах его явно читалась тревога по поводу ее болезненного вида. — Хорошенько подкормишься у Мэвис, подышишь свежим сельским воздухом — и к тебе снова вернется прежний цинизм.

— Я планирую уже послезавтра быть у себя в кабинете, — возразила Алекс.

— Ни в коем случае.

— Мне надо подготовить новый бюджет!

— Не-а.

— Тебе на следующей неделе лететь в Лондон, и я должна тащиться с тобой.

— Поездка отменена.

Алекс, прищурившись, посмотрела на Джареда, Было совершенно ясно, что он не примет никаких ее возражений.

— Я ненавижу валяться в кровати, — мрачно заявила она,

— Вот и хорошо, пациентка из тебя никудышная. — Наклонившись, он легко поцеловал ее в лоб. — Судя по твоему виду, тебе пора вздремнуть.

— Да я только что проснулась! — раздраженно напомнила ему она.

— Тебе надо набираться сил, — негромко проговорил Джаред, вставая. — Пользуйся случаем, пока тебя балуют, Алекс, Сдается мне, что ты к этому не привыкла.

Спорить Алекс не могла: глаза у нее слипались. Ей ненавистно было ощущение, что она не владеет не только ситуацией, но и собственным телом.

— Вот подожди только, когда я поправлюсь! — пригрозила она невнятно.

Джаред снова улыбнулся, но Алекс уже не увидела его нежной улыбки.

— Крошка, я именно этого и жду.

Прошло еще три дня, прежде чем Алекс смогла вставать с постели на более или менее продолжительное время. Да и то ей разрешалось только доходить до гостиной и сидеть там на диване, закутавшись в одеяла и обложившись журналами и книгами.

Ее удивляло то, как надолго Джаред бросил работу. Хоть по утрам он подолгу говорил с Крисом по телефону из своего кабинета, почти все дни и вечера он проводил с нею.

И в один из таких дней Алекс наконец решилась задать ему этот вопрос.

— Джаред, ты уверен, что можешь так надолго оставлять фирму? — как бы между прочим спросила она. — В конце концов у тебя ведь должно быть очень много дел в связи со сделкой с Рашидом и переговорами с лондонскими банкирами.

Ее не удивило, что он ответил ей не сразу. Встав, он прошел к бару и налил себе виски, словно тянул с ответом.

— Может, я проверяю, насколько хорошо мои подчиненные могут работать без меня, — насмешливо сказал он.

Алекс покачала головой.

— Это не в твоем стиле. Ты привык владеть ситуацией. Ты всегда хочешь знать все, что происходит, во всем участвовать самому.

Джаред подошел к ее дивану и присел на подлокотник.

— И что мне это дало? — спросил он со странной грустью. — Я стою одним из первых в списке пятисот крупнейших корпораций, но лично у меня почти ничего нет. Конечно, меня считают бизнесменом-плейбоем, но у меня нет времени даже для того, чтобы как следует поухаживать за женщиной, если бы нашел такую, что мне бы подошла. Какая женщина смирилась бы с моей постоянной занятостью и одержимостью работой? Я не стал бы обижаться на женщину, которая обвинила бы меня в том, что моя любовница — это моя карьера. Поверь, мне приходилось не раз выслушивать подобные жалобы, когда случалось отменять какие-то развлечения из-за срочных дел. Из-за нашего напряженного расписания Крис уже нажил себе язву. И ты из-за этого же заболела. — Он невесело улыбнулся. — Знаешь, как нас прозвали газеты? «Динамическое Трио» — три человека, которые не могут остановиться. Невольно задумаешься, для чего все это нужно. Чего мы добьемся, если не считать того, что сделаем «Фернвуд» еще более крупной и могущественной корпорацией? И кому мы все это оставим? — безрадостно спросил он.

Алекс протянула руку и положила на его стиснутые, в кулак пальцы. То, что она сейчас услышала от Джареда, поразило ее. Ока вдруг разглядела в нем очень одинокого человека. Человека, который, несмотря на богатство и общество прекрасных женщин, очень много времени проводил один. Повинуясь древнему, как мир, инстинкту, она прижалась щекой к его рукам.

— Зачем ты это делаешь? — прошептала она, стараясь унять нежность, разлившуюся по всему ее телу. — Готова поклясться, что ты просто хочешь меня разжалобить, чтобы я не потребовала прибавки к жалованью.

Сильные длинные пальцы погладили ей щеку, а потом за ними тем же маршрутом проследовали теплые губы.

— Сказать тебе, что ты со мной делаешь? — тоже шепотом спросил он. — Или, может быть, показать? — Но не успела Алекс ответить, как он прижал пальцы к ее губам. — Не надо протестовать, Алекс. Наше время скоро наступит.

Позже, уже ночью, она лежала без сна, пытаясь осмыслить его слова. Ее чувствам хотелось бы повторения той бурной ночи с Джаредом, но ее разум подсказывал ей, что это было бы непоправимой ошибкой. Она понимала, что не сможет одновременно быть его любовницей и защитницей. Тим был прав: кто защитит ее саму?

На следующий день у Алекс уже хватило сил одеться и выйти к завтраку. Удивленный взгляд Джареда и его улыбка, которые встретили ее, когда она вошла в столовую, оказались для нее самым лучшим приветствием.

— Похоже, ты похудела на целый размер, — критически заметил он, задержав взгляд на ее джинсах.

— Не надо лукавить, Джаред, — огрызнулась она, — можешь прямо говорить мне все, что думаешь.

— Ей определенно стало лучше, — объявила Мэвис, вошедшая в столовую с полной тарелкой еды для Джареда.

— Значит ли это, что мне дадут что-то еще кроме яйца всмятку и овсянки? — осведомилась Алекс, морща нос при воспоминании о таком неаппетитном завтраке.

— Ну, может, пару ломтиков бекона, — уступила домоправительница, поспешно удаляясь на кухню.

— Она о тебе высокого мнения, — сказал Джаред Алекс, когда они остались одни.

— Мне она тоже нравится, — улыбнулась Алекс. — Надо признать, иногда приятно, когда вокруг тебя хлопочут.

— Если хочешь, после завтрака можнонемного проехаться. Сегодня на улице не так холодно, — предложил Джаред.

Алекс просияла: такая перспектива ей очень понравилась. Надо признать, что в последнее время постоянное пребывание в четырех стенах стало ей надоедать.

Как Джаред и обещал, он ненадолго выехал с Алекс верхом. Они направили лошадей к холмам. Радостно блестя глазами, она наслаждалась простором и свежим воздухом.

— Тут просто здорово, правда, Джаред? — спросила она, поворачиваясь в седле, чтобы посмотреть на него. Алекс махнула рукой в сторону горного кряжа. — Ну разве ты не отдал бы все на свете, чтобы иметь возможность навсегда здесь остаться?

— Соблазнительно, — согласился Джаред, пристально наблюдая за нею. Он был намерен повернуть к дому, как. только заметит в ней первые признаки усталости.

В течение следующих нескольких дней они продолжали выезжать верхом. Вечера проходили спокойно — за разговорами. А пару раз Джаред заводил пластинки, и они танцевали перед камином в гостиной.

Эти вечера нравились Алекс больше всего. Она наслаждалась теми минутами, когда Джаред обнимал ее, пусть это было ненадолго, пока играла музыка.

Как и следовало ожидать, Алекс рвалась поговорить с Диной и узнать, что происходит на работе, но Джаред категорически запретил ей это делать. Деловые разговоры были отложены до того времени, как он даст на них свое разрешение. Единственный раз, когда ей удалось тайком позвонить Дине, та сказала ей точно то же самое: Алекс должна отдыхать и набираться сил.

— Вы очень долго жили на одной нервной энергии, Алекс, — заявила ей Дина. — Я только рада, что болезнь не оказалась еще серьезнее. Извольте ни о чем не тревожиться. Пользуйтесь представившимся случаем и набирайтесь сил, отдыхайте. — Она рассмеялась. — Ловите удачный момент, Алекс. Вы оказались в глуши, вдвоем с одним из самых притягательных мужчин Америки. Я уверена, что мне можно не подсказывать вам, что делать.

И, продолжая смеяться, она повесила трубку.

— Ну как же! — проворчала Алекс, выходя из кабинета.

— Вот я тебя и поймал! — Сильные руки обхватили ее за талию.

Алекс рефлекторно ударила по ним сверху вниз, чтобы освободиться от захвата.

— Эй! — Джаред вскрикнул, схватившись за покрасневшую руку.

— Извини, — смущенно попросила она прощения, поворачиваясь. — Видно, тренировки не проходят даром.

— Напомни мне, чтобы я не пытался тебя будить, когда ты крепко спишь, — пробормотал он. — Так вот что бывает, когда тебя приглашают провести вместе вечер?

Она быстро подняла голову.

— Что?

— Забудь. Пожалуй, мне не хочется приглашать в ресторан женщину, которая может меня приемом свалить на пол, если я позволю себе какую-нибудь вольность, — проговорил Джаред, отворачиваясь и делая вид, что хочет уйти.

— Джаред! — Алекс быстро поймала его за руку. Когда он повернулся к ней, она вдруг мучительно смутилась. — Ты… ты приглашаешь меня в ресторан?

— Была такая мысль, — небрежно ответил он. — Ничего особенного: обед и кино, если ты чувствуешь себя нормально.

Алекс просияла.

— Я чувствую себя нормально.

— Прекрасно, тогда мы выезжаем в шесть. И оденься потеплее, — строго приказал он.

Алекс поймала себя на том, что с нетерпением ожидает предстоящего вечера. Готовясь к нему, она решила, что в черных вельветовых брюках и толстом кремовом свитере, поддетом под жакет, она не замерзнет. Джаред тоже оделся неофициально: коричневые вельветовые джинсы и рубашка золотистого цвета.

Они пообедали в Санта-Барбаре в популярном ресторане, оформленном в стиле двадцатых годов. Потом они очень серьезно выбирали, какой фильм посмотреть.

Усаживаясь в темном зале, Алекс не ожидала, что увидит романтическую историю, которая тронет ее до глубины души. Рассказ о двух влюбленных, разлученных трагическими событиями и встретившихся только через много лет, вызвал у нее слезы. Теплая рука крепко сжала ее пальцы, и в это же время в другой ее руке как по волшебству оказался носовой платок.

— Это не запрещается, знаешь ли, — прошептал ей на ухо Джаред.

— Это же просто выдумка, — всхлипнула Алекс. — Этого на самом деле не было.

— Да, но могло быть, — пробормотал он, поднося ее пальцы к губам.

До окончания фильма он продолжал держать Алекс за руку: их переплетенные пальцы то лежали у него на коленях, то снова оказывались у его губ. Алекс беспокойно ерзала в кресле, безрезультатно пытаясь прогнать жар, растекавшийся по ее телу от его прикосновений.

Когда фильм закончился, они медленно вышли из кинотеатра, еще не освободившись от его очарования. Джаред обнял Алекс за плечи, и они направились по улице к гаражу, где остался их джип. Заметив темный переулок, Джаред вдруг резко свернул, утащив Алекс за собой.

— Что?..

Но ее вопрос остался недосказанным: Джаред настойчиво приник к ее губам.

— Я мечтал об этом весь вечер, — сказал он, проводя языком по ее полуоткрытым губам. — Черт, неправда: я мечтал об этом с той самой нашей первой и единственной ночи!

Он прижал ее к себе, так что их тела плотно соприкасались.

— Я тоже, — прошептала Алекс, проводя ладонями по напряженным мускулам его спины.

— Неужели! — простонал он, врываясь языком ей в рот, дразня ее, обольщая ее своими умелыми ласками. Его руки нырнули ей под свитер, найдя теплую кожу талии, а потом скользнули выше. Резко выдохнув, Джаред отстранился. — Здесь не место для этого! — грубовато бросил он. — Дьявол! До ранчо ехать больше часа. Не знаю, смогу ли я ждать так долго.

Алекс не могла отвечать: она все еще находилась во власти чар, которыми околдовал ее Джаред. В тот момент ей было бы совершенно безразлично, где именно он будет ее любить — лишь бы он утолил желание, от которого томительно болело все тело.

— Надо идти, пока тут не собрались зрители, — пробормотала она, одергивая свитер.

Джаред рассмеялся.

— Подожди еще пару минут. — Он нежно поцеловал ее в нос. — Ни к чему демонстрировать всему свету, какие чувства ты во мне возбудила.

Он выразительно приподнял бровь и криво улыбнулся.

Алекс невольно ответила на его улыбку.

— Тебе нравится меня шокировать, да? — шутливо упрекнула она его.

— Проблема в том, что старых морских волков шокировать трудно, — печально отозвался Джаред, обнимая ее за талию. — Пошли домой. Я намерен продолжить там с того места, на котором мы остановились, — многозначительно добавил он.

От чувственных слов Джареда у Алекс по телу пробежала дрожь. Она знала, что, когда они вернутся на ранчо, отступать будет нельзя; знала и то, что отступать не захочет.

Они шли по тротуару, и теперь уже шаги их стали быстрыми, поскольку оба стремились к одной и той же цели.

— Привет, Алекс!

Она обернулась к мужчине ненамного выше ее самой, который шел под руку с беременной женщиной.

— Деннис! Вот это неожиданность! — спокойно приветствовала она бывшего мужа. — Привет, Лаура, как себя чувствуете?

— С нетерпением жду дня, когда перестану походить на слона из цирка.

Счастливое сияние ее глаз больно задело Алекс.

Настойчивое давление пальцев на ее талию напомнило ей о вежливости.

— Деннис, Лаура — Джаред Темплтон. Мистер Темплтон — Деннис Пейдж и его жена Лаура.

Ее взгляд без слов досказал Джареду всю историю.

— Очень рад с вами познакомиться, сэр. — Деннис протянул Джареду руку. — Я все время вижу ваше имя в деловых колонках газеты.

— Ты по-прежнему служишь в Сан-Франциско? — спросила Алекс, которой больше всего хотелось бы поскорее закончить этот разговор и проститься.

Деннис кивнул, глядя на жену.

— Мы решили приехать сюда на уикэнд. Наверное, это наш последний спокойный выходной.

Слова его, обращенные к жене, звучали тепло и нежно.

— Деннис! — укоризненно поморщилась Лаура, словно стыдясь, что он сказал лишнее.

— Наверное, нам пора возвращаться в гостиницу. Лаура не хочет признаваться, что быстро устает. Было очень приятно с вами встретиться, мистер Темплтон. — Деннис повернулся к Алекс. — Хорошо, что мы снова увиделись, Алекс.

Ее ответная улыбка получилась довольно напряженной.

Обе пары расстались, но Алекс успела увидеть, как Деннис заботливо обнял Лауру за плечи.

Помрачневший Джаред больно сжал Алекс руку и чуть ли не силой потащил по улице.

— Отпусти меня! — прошипела она сквозь зубы. А потом повторила приказ уже громче: — Отпусти меня!

Вполголоса чертыхаясь, Джаред затолкнул ее в узкий проход между двумя домами.

— И куда, интересно, делась моя хладнокровная Алекс? — спросил он, прижимая ее к себе с такой силой, что она чуть не задохнулась.

— Что это должно означать? Она гневно сощурила глаза.

— Господи, да пока ты с ними разговаривала, у тебя просто слюнки текли! Ты завидуешь жене своего бывшего мужа! — обвиняюще бросил он ей.

— Нет! — Она уперлась руками в его грудь, стараясь высвободиться, но он отказался сдвинуться с места.

Джаред довольно резко потянул ее за волосы, заставив запрокинуть голову.

— Может, он и не увидел твоего жадного взгляда, Алекс, но я его заметил, — насмешливо сказал он. — Тебе завидно, что Лаура вынашивает ребенка, которого могла бы иметь ты. Тебе так хочется подарить жизнь новому человеку? — Вторая его рука бесцеремонно скользнула по ее плоскому животу, а потом вверх под свитер и тонкий шелк белья. — Тебя это задевает как женщину? Больше того, ты считаешь себя ущербной потому, что не родила ему ребенка, так ведь?

— Будь ты проклят! — прорыдала она, поднимая руку, чтобы дать ему пощечину.

Джаред стремительно вытащил руку из-под ее свитера и поймал ее ладонь, прежде чем Алекс успела его ударить. Сжав ее запястье, он завел ей руку за спину, заставив прижаться к нему всем телом.

— Ты потеряла над собой власть, Алекс, — вызывающе проговорил он почти у самых ее губ. — Только в такие минуты я и могу поверить, что ты — живая женщина, а не бесчувственная статуя.

— Откуда тебе знать, что такое живая женщина! — бросила она ему, сверкая зелеными глазами. — Тебе попадались только пустышки, такие же подделки, как и ты сам.

— Так я подделка? — прорычал он. — Уж ты-то должна бы знать, что это не так!

Рука, державшая ее за волосы, закрутила их еще сильнее, так что Алекс показалось, что шея у нее вот-вот сломается. Но потом ее внимание привлекло нечто иное. Губы Джареда безжалостно впились в ее губы. Он намерен был продемонстировать ей, кто владеет ситуацией. Она была бессильна противостоять обжигающему жару его поцелуя или интимному соприкосновению их тел. Его язык требовательно ворвался в ее рот, а его рука отпустила ее волосы и проскользнула под свитер. Он разорвал ее лифчик спереди, чтобы не мешкая прикоснуться к ее уже налившимся грудям.

Глухой стон вырвался из горла Алекс, хоть они оба не могли бы сказать, вызван ли этот стон болью от его жестокой ласки или наслаждением от пульсировавшего в ее теле желания.

— Отпусти мою руку, — прошептала она, не отстраняя губ.

Джаред отпустил ее, понимая, что теперь она уже не оттолкнет его. Освободившаяся рука его легко скользнула по ее талии и бедрам, а потом легла ей на ягодицы, заставив прижаться к нему еще теснее. Пальцы Алекс лихорадочно расстегивали пуговицы его рубашки: ей необходимо было прикоснуться к его коже. Он еще теснее прижал к ней бедра, демонстрируя ей свое желание.

— Мне надо было бы овладеть тобой прямо здесь и сейчас! — резко проговорил он. Прищурившись, Джаред удовлетворенно увидел, как у нее припухли губы. Ее прерывистое дыхание было таким же лихорадочным, как его собственное. В это мгновение ему больше всего хотелось бы навсегда привязать ее к себе. Он не возражал бы, чтобы весь мир знал, что Алекс принадлежит ему.

— Я бы тебе не позволила! — соврала она, все еще прерывисто дыша.

Жестокая улыбка Джареда пронзила ее сердце болью. Он двумя пальцами провел вокруг ее соска, заставив ее затрепетать.

— Просто удивительно, сколько страсти прячется под твоей внешней холодностью, Алекс! Ты много чего скрываешь под маской, но я намерен узнать, что находится под ней.

— Не будь таким самоуверенным.

Она гордо подняла голову, не собираясь сдаваться.

Джаред, резко выдохнув, только теперь заметил, что место, где они стоят, оказалось не настолько укромным, как ему хотелось бы.

— Я никогда не проигрываю, Алекс. Советую тебе об этом не забывать, — спокойно заявил он, одергивая ее свитер и снова хватая за руку.

Всю дорогу до ранчо они оба напряженно молчали. После встречи с Деннисом и его женой оба забыли, почему поначалу так спешили вернуться домой. Алекс смотрела в окно, погрузившись в мысли о прошлом, мысли, которые могли только снова принести ей боль.

Когда они подъехали к дому, она поспешила войти, как только Джаред отпер дверь.

— Не терпится, а? — тихо поддел ее он. Алекс посмотрела на него, по-кошачьи сузив глаза.

— Ваш план обольщения с треском провалился, мистер Темплтон, — холодно сообщила она ему. — Спокойного вам сна.

Направившись к себе в комнату, она решительно закрыла за собой дверь.

Раздеваясь и натягивая ночную рубашку в оборках, Алекс чувствовала себя смертельно уставшей. Она знала, что виновата в этом вовсе не неожиданная встреча с Деннисом. Она никогда не любила его так, как сейчас любит… Такой неожиданный поворот мыслей заставил ее замереть на месте.

— Нет! Только не это! — простонала она, падая на кровать. Не может быть, чтобы она полюбила Джареда! Слова «любовь» в ее словаре просто нет! Ее расстроило воспоминание, которое ей так долго удавалось держать в подсознании. Выключив свет и свернувшись под одеялом, она не смогла сдержать слез: они заструились у нее по щекам, принося временное облегчение.

Алекс была настолько погружена в свое горе, что не заметила, как противоположная сторона кровати прогнулась. Ее обняли сильные руки.

— Ш-ш! — тихо прошептал ей на ухо Джаред, поворачивая ее к себе и прижимая ее мокрое от слез лицо к своей обнаженной груди. — Не стесняйся, плачь. Тебе надо выплакаться.

— К-как ты тут оказался? — спросила она, хлюпая носом.

Джаред опустил подбородок ей на макушку.

— Сегодня тебе не следует быть одной, — негромко сказал он. — Самое лучшее лекарство для тебя — человек рядом, чтобы разделить твою боль. — Он говорил медленно, словно эти слова давались ему с трудом. — Я могу понять, что тебе тяжело было снова встретиться с твоим бывшим мужем и увидеть, что он счастлив, но ведь и ты сама неплохо живешь. Не позволяй любви к нему истерзать тебя, Алекс, Тебе надо забыть о нем и жить дальше.

Она покачала головой и сквозь рыдания сказала:

— Ты не понимаешь! Я больше не люблю Денниса. А может, и никогда не любила!

— Тогда, наверное, все дело в том, что его жена ждет ребенка. — Он рассеянно погладил ее по плечу и устроил поудобнее.

Алекс обняла его и уткнулась мокрым лицом ему в шею.

— Не из-за того, как ты подумал, — призналась она, все еще не перестав плакать. — Понимаешь, Лаура родит Деннису ребенка, а я когда-то его потеряла.

Ее негромкие слова заставила Джареда напряженно застыть.

— Какого ребенка, Алекс? — сдавленным голосом спросил он.

Она вдохнула успокаивающий аромат чистого мужского тела, терпкого мыла и сигар, которые он всегда курил. Как это ни странно, но его присутствие приносило ей утешение.

— Я познакомилась с Деннисом вскоре после выпуска из академии в Анаполисе, — неуверенно начала она свою исповедь. — Он дружил с двумя из моих братьев, был всецело поглощен карьерой. В представлении моего отца он не был для меня подходящим мужем. Отец заявил, что Деннис слишком мягкий, а мне он представился прямой противоположностью отца, так что я сразу же вышла за него замуж. Я не любила Денниса так, как женщина должна любить мужчину, но, по-моему, он тоже по-настоящему меня не любил. Это был союз двух семейств со славными флотскими традициями, и только. Мне все-таки казалось, что наш брак мог быть удачным, но вскоре я поняла, что Деннис не намерен утверждать себя как мужчина.

— Ты как-то сказала, что он хороший человек, что он был слишком хорош для тебя, — негромко вставил Джаред.

Алекс кивнула.

— Деннис никогда не повышал голоса и не затевал ссор, а я выросла в семье, где считалось, что надо кричать, чтобы тебя услышали. Ссоры для нас казались такими же естественными, как дыхание. Иногда в припадке злости я обвиняла его в том, что он не настоящий мужчина. — Она глубоко вздохнула. — Как это ни странно, когда наша семейная жизнь показалось мне отвратительной, я обнаружила, что жду ребенка. — Руки Джареда обхватили ее еще крепче. — Мне это представилось вторым шансом на счастье, знаком свыше, что у нас все может пойти на лад. — В голосе Алекс снова послышались слезы, и Джаред погладил ее по спине, чтобы она почувствовала, что он рядом. — Я решила, что скажу об этом Деннису в тот же вечер, но я не успела: у него тоже была для меня новость. Оказалось, что несколько месяцев назад он встретил женщину, с которой нашел то, чего не находил со мной, — любовь. Деннис считал, что мне эта новость не доставит боли, потому что наш брак распался уже давно. Он любил Лауру и хотел на ней жениться. Алекс снова вздохнула. — А ребенок? — тихо подсказал Джаред.

— Я… э-э… — Она замолчала, пытаясь пересилить подступившие рыдания. — Я просто не смогла ему ничего сказать. Деннис был прав: я его не любила. Но мне надо было подумать и о ребенке. Я долго ездила по городу на машине, обдумывая, что мне делать, и решила, что после рождения отдам ребенка Деннису, ведь малышу нужны двое любящих родителей. И в этот момент в мою машину врезался пьяный водитель. В результате этой аварии я потеряла ребенка. — Алекс говорила едва слышно. — Я сказала Деннису, чтобы он подавал на развод. А когда немного оправилась после этого несчастья, вышла в отставку. Я устала встречать сочувственные взгляды знакомых и слышать у себя за спиной пересуды. Бедного Денниса винили в том, что он бросил меня ради другой женщины, а меня — в том, что я сама толкнула его в объятия соперницы. Для сплетников невиновных не было. И выговор отца по поводу того, что я посмела развестись с офицером военного флота, тоже был не из приятных, — суховато закончила она.

— А потом ты попала в лапы еще одному тирану, — с невеселой иронией заметил Джаред.

Алекс покачала головой, продолжая прижиматься к нему всем телом.

— Ты зря клевещешь на себя, — сказала она.

— Я польщен. — Он передвинулся так, чтобы Алекс оказалась рядом с ним на подушках. — Ты еще никогда мне столько о себе не рассказывала.

— Ты бы этого и не услышал, если бы мы сегодня не наткнулись на Денниса с Лаурой, — призналась она, проводя закутанной в шелк ногой по его ноге.

Губы Джареда скользнули по ее виску.

— Я был прав, Алекс. Ты действительно сильная женщина. — В его голосе слышалось подлинное восхищение. — Ты смогла создать для себя совершенно новую жизнь, не озлобилась и не стала ненавидеть весь мир!

Алекс не могла припомнить, когда еще ей было настолько уютно. Она накручивала на пальцы завитки волос на груди Джареда. Она настолько успокоилась, что даже не замечала того, насколько сильно действуют на него ее движения.

— Эй! Это нечестно, — севшим вдруг голосом запротестовал он.

Его рука сжала ее пальцы, прервав эти чувственные движения.

Уголки губ Алекс медленно раздвинулись в улыбке.

— Что нечестно? — глуховато спросила она, кончиком языка касаясь его кожи.

— Сама знаешь, что, — пробормотал он, осторожно отстраняя ее.

В темноте он плохо видел лицо Алекс, различая только блеск ее глаз,

— Этим вечером были минуты, когда ты не стал бы возражать.

Ладони Джареда почти болезненно сжали ее лицо.

— Не надо меня дразнить, Алекс, — резковато сказал он. — Пока мне удавалось неплохо собой владеть, но долго такую пытку я не выдержу.

Она повернула лицо и легко прикусила его ладонь.

— А может, я и не хочу, чтобы ты собой владел, — соблазнительно проворковала она.

Этих слов было достаточно. Он со стоном притянул ее к себе и прижался в жадном поцелуе. Приподняв Алекс, он положил ее сверху, и ее волосы теплым шелковистым покрывалом закрыли его лицо.

— Боже, Алекс, что ты творишь со мной такое? — проговорил Джаред, прижимаясь губами к нежной коже ее шеи.

— Молчи, — выдохнула она, призывно покачивая бедрами. — Ну, пожалуйста, Джаред, раз в жизни помолчи!

Очень скоро ночная рубашка Алекс и плавки Джареда валялись на ковре возле кровати, а их обнаженные тела наконец переплелись.

Кончики ее пальцев дразняще дотрагивались до напряженных мышц на его животе, потом робко коснулись волос в паху. Алекс узнавала, что ему нравится, слушая его стоны. А тем временем руки Джареда тоже находили на ее теле самые чувствительные местечки.

— Алекс! — Дыхание Джареда обожгло ее полуоткрытые губы. — Ты делаешь со мной что хочешь.

Его язык вступил в страстный поединок с ее языком, готовясь к ритуалу, который скоро повторят их тела. А потом его губы скользнули вниз, вдоль чувствительной жилки на ее шее, по шелковистой коже груди, к гладкой долине живота. Кончик его языка нежно дразнил ее пупок, то погружаясь в него, то снова выныривая.

Алекс громко ахнула: губы Джареда продолжили свое чувственное путешествие. Страсть сжигала ее. Когда он снова поднял голову, готовясь войти в нее, она радостно подалась ему навстречу, жаждая ощутить все его тело. Она забыла обо всем, кроме тех блистательных высот блаженства, к которым он ее увлекал. Медленный подъем, стремительное падение, а потом новый, почти болезненный взлет к еще более высоким вершинам… И потом волшебное чувство невесомости. Она слышала тяжелое дыхание Джареда, почувствовала, как напряглось его тело и как отдало ей свою силу. И Алекс благодарно приняла его дар и сполна вернула его. А потом они почувствовали такую усталость, что смогли только накрыть свои разгоряченные от страсти тела одеялом и, обняв друг друга, заснуть.

На следующее утро, совсем рано, Алекс разбудили ласковые поцелуи в шею. Джаред притянул ее к себе и крепко сжал ее в своих объятиях,

— М-м… доброе утро, — сонно пробормотала она.

— Спасибо тебе.

В его голосе она услышала смирение — нечто совершенно для него новое.

Алекс повернула голову и удивленно взглянула на Джареда.

— За что?

Глаза Джареда казались бездонными зелеными озерами. Ей показалось, будто он пытается сказать ей нечто очень важное, но она не смогла уловить смысла.

— За вчерашнюю ночь, — просто сказал он, и его руки снова начали свои волшебные ласки. — За то, что ты доверилась мне и рассказала о том, что мучило тебя. Всегда доверяй мне, Алекс. Никогда не скрывай от меня ничего.

И его нетерпение мгновенно передалось Алекс. Она повернулась ему навстречу и с тихим стоном отдалась мощным чувствам, которые он в ней будил.

Всю следующую неделю Джаред почти не расставался с Алекс. Днем они ездили по окрестностям на джипе или верхом, вечерами они танцевали под тихую музыку или уютно устраивались на кровати Джареда, глядя, как в камине пляшут языки пламени, и разговаривая — ни о чем и обо всем. За это время они узнали друг о друге больше, чем за прошлые полгода совместной работы. Они были любовниками, но прежде всего они были друзьями.

В воскресенье вечером Джаред пригласил Алекс к себе в комнату и продемонстрировал бутылку вина, которую предложил выпить у огня. На нем были только джинсы — он даже остался босиком. А Алекс после душа надела вместо халата одну из его рубашек. Они устроились на ковре перед камином, и разговор зашел о прежних мечтах.

— Пока я был мальчишкой, мне всегда хотелось стать доктором, — пробормотал Джаред, улыбаясь и озорно поблескивая глазами.

— А ты уверен, что тебе не хотелось играть в доктора?

Алекс улыбнулась, почувствовав скрытый за его словами двойной смысл.

— Никакой разницы, — нарочито равнодушно согласился он, наклоняясь к ней. Ладонью он спустил рубашку с ее плеча. — Я даже запомнил латинские названия всех частей тела.

Джаред наклонился еще сильнее и нежно уложил ее на ковер.

Она обхватила его руками за шею и пробормотала:

— Как интересно! Ну-ка, продемонстрируй свои знания…

Губы Джареда проложили влажную дорожку по ее шее, а руки продолжили интимное путешествие, пока он называл на незнакомом языке части тела, до которых они дотрагивались. Для каждого пульсирующего желанием местечка, которое он выбирал, Джаред шепотом называл соответствующее название полатыни, отчего его «обследование» возбуждало ее еще сильнее.

Все тело у Алекс напряглось, когда ладони Джареда легли на вершины ее грудей и скользнули ниже: сначала обхватили их снизу, а потом легли ей на живот. Когда же его пальцы прикоснулись к ее бедрам, она не смогла сдержать страстного стона. Она не понимала как следует, что испытывает сейчас — муки или наслаждение. Алекс потянулась к поясу его джинсов, расстегнула его и раскрыла «молнию», но Джаред отстранился, поддразнивая ее. Глаза Алекс сверкнули в свете пламени. Умело используя свое тело и магические прикосновения пальцев, она быстро заставила его потерять самообладание. Их пылкое слияние благословили оранжевые языки пламени. Но тут было нечто большее, чем вскрики и стоны восторга: сами души их слились воедино, когда Джаред увлек Алекс туда, где она не бывала еще никогда. Она цеплялась за его плечи, не сдерживая страсти, не боясь упасть с вершины, потому что знала, что он будет с нею.

Позднее, после того как они вместе вымылись в душе и забрались под одеяло, Джаред устроился на подушке и привлек Алекс к себе на грудь. Он закурил сигару и глубоко затянулся.

— В девять мы уезжаем в Лос-Анджелес, — негромко объявил он.

Алекс внутренне напряглась, хотя внешне ничем себя не выдала. Внутри все у нее кричало, протестуя против возвращения к цивилизации. Она не хотела снова стать Алекс Пейдж, телохранителем Джареда Темплтона. Но жизнь идет своим чередом, и она обязана это сделать. Вернуться на ту крошечную площадку, которая составляет ее жизнь.

Джаред тихо окликнул ее по имени, но Алекс закрыла глаза и притворилась, будто заснула. На самом деле ей очень нескоро удалось успокоиться и задремать.

7

Алекс смотрела из окна своего кабинета, испытывая все то же беспокойство, которое не давало ей покоя всю последнюю неделю.

Не было ни кратковременных посещений филиалов фирмы, ни пресс-конференций, на которых она должна была присутствовать. Вместо этого она оставалась в офисе, занимаясь бумагами и подготавливая новый бюджет своей службы, пока Джаред находился у Рашида на родине. Алекс не получила приглашения сопровождать его. В день отъезда Джареда ее пригласили к нему в кабинет и сообщили, что он улетает к Рашиду для того, чтобы подписать необходимые бумаги по контракту.

— Сколько мы там пробудем? — спросила она, сбитая с толку тем, как он избегает ее взгляда.

— Ты не летишь, Алекс, — резко сказал ей Джаред.

— Понимаю.

Она ничего не понимала — или, возможно, понимала все слишком хорошо. Теперь он все-таки посмотрел на нее.

— Я лечу в страну Востока, где к женщинам относятся совсем не так, как здесь. У тебя могут возникнуть проблемы, которых не уладить даже Рашиду. Он обещал мне полную охрану на все время моего пребывания у него.

Алекс нечего было возразить.

— У меня появится время, чтобы привести в порядок все бумаги.

Она повернулась, чтобы уйти, ощущая страшную опустошенность.

— Алекс! — Его окрик остановил ее у двери. Джаред озабоченно хмурился — или, может быть, досадливо — из-за того, что она не слишком расстроена их разлукой? — Твоя свобода была бы там резко ограничена, — объяснил он ей. — Это было бы несправедливо по отношению к тебе.

— Ты прав. У меня там возникли бы проблемы. Желаю хорошего полета. Передай от меня привет Рашиду.

Больше ничего не добавив, она вышла из кабинета. Час спустя Джаред улетел.

Всю прошедшую неделю у Алекс от Джареда вестей не было. В душе она мечтала хоть о словечке, только бы знать, что он ее еще не забыл. Единственные новости о нем она узнавала от Криса, через секретаршу Джареда Сару. Они должны были вернуться сегодня, но Джаред не дождется, что она отправится встречать его в аэропорт!

Алекс изумилась, когда накануне днем к ней в кабинет зашел Уолт Сент-Клер, чтобы извиниться за свои бестактные замечания во время их последнего разговора. Он признал, что не хотел слушать ее рекомендаций, в результате чего они пережили трагедию, которая могла бы оказаться еще более серьезной. Алекс любезно приняла его извинения, хоть и сильно подозревала, что за визитом Уолта стоит Джаред. Такой человек, как Уолт, предубежденно относившийся ко всем работающим женщинам, не стал бы добровольно извиняться.

— Вы перестанете дергаться?

Алекс резко развернула стул и негромко извинилась перед Диной, но взгляд ее плохо вязался с ее словами.

— Куда делась моя властная и решительная начальница, которая улетела отсюда полтора месяца тому назад? — удивилась Дина, кладя Алекс на стол какие-то бумаги. — Работать с ней было гораздо проще.

Алекс пожала плечами, притворяясь равнодушной, хоть внутри у нее все бурлило. Почему она настолько напряжена?

— Обыкновенный шок после длительного пребывания за пределами цивилизованного мира, — уклончиво пробормотала она.

Ее секретарша ответила скептическим взглядом.

— Если бы это сказал Крис, я, может быть, и поверила бы. — Она несколько секунд всматривалась в лицо Алекс, открыла было рот, собираясь что-то сказать, но потом снова его закрыла. И только спусти почти полминуты она наконец заметила: — Мистер Темплтон работает не переставая, даже после возвращения с Востока.

Алекс не ответила. Мистер Темплтон работал не переставая с той минуты, как сел в самолет компании утром в понедельник, почти две недели тому назад. Алекс и сейчас помнила, каким молчаливым был их завтрак — почти напряженным.

Когда они вошли в самолет, Джаред усадил Алекс к иллюминатору, принес ей кофе и вежливо спросил, не надо ли ей чего-нибудь еще. Когда она отказалась, он оставил ее одну и занялся кипами писем и телефонными звонками. Джаред-любовник исчез — вернулся мистер Темплтон, глава «Фернвуд Энтерпрайзиз». Он не обращал на Алекс внимания, словно тех дней близости на «Прадера Альта» и не было.

Когда они приземлились в аэропорту Лос-Анджелеса, молчаливый Джаред отвез Алекс домой и помог отнести наверх ее вещи. Прощаясь, он на секунду положил руки ей на плечи.

— Не бросайся сразу же на работу. — Его негромкие слова страшно разочаровали Алекс. — Ты еще не до конца поправилась. Работа никуда не убежит.

— Не так уж много я отдыхала, — парировала она, не удержавшись.

У Джареда дернулась щека. Негромко попросив ее «быть умницей», он ушел.

Остаток дня Алекс распаковывала вещи, стараясь не вспоминать, что в этих джинсах и свитере она совершала верховую прогулку, в этом халате сидела у камина, этот кружевной лифчик порвал он тогда, после кино, в порыве страсти…

Алекс заставила себя прервать болезненные воспоминания. Уже спустя несколько дней она вернулась к своей прежней жизни, если не считать нескольких перемен.

Алекс записалась в оздоровительный клуб в своем доме и теперь пользовалась его спорткомплексом, а не тем, что был на работе. Она никогда не задерживалась у себя в кабинете, а вместо этого брала работу с собой и занималась ею дома, не отвечая на телефонные звонки и не открывая дверь, если в нее звонили. А еще она сбросила те несколько фунтов, которые набрала на ранчо, и еще несколько вдобавок к ним.

На лице Дины была написана тревога.

— Алекс, у вас точно все в порядке? — Она спрашивала не из пустого любопытства, а потому, что испытывала к своей начальнице глубокую симпатию. — Ничего не случилось?

Алекс постаралась ей улыбнуться, но глаза у нее остались невеселыми.

— У меня все в порядке, Дина. Просто никак не могу снова втянуться в обычный рабочий распорядок. Только и всего.

Дина явно не поверила такому ответу, но не сочла нужным противоречить. Вздохнув, она вышла из кабинета, заслышав в приемной телефонный звонок.

Когда Алекс уходила с работы этим вечером, она не удивилась, не увидев серебряного «мазератти» Джареда на его обычной стоянке. Он в последнее время тоже допоздна не засиживался, По крайней мере на работе. Алекс больно было призваться себе, что при мысли о том, что он встречается с какой-нибудь другой женщиной, в ней закипал гнев.

Алекс изумилась, увидев, что под дворники ее машины вставлен конверт. А потом поняла. Ей не пришлось вскрывать письмо, чтобы узнать, кто его написал. Дрожащими пальцами она вытащила конверт и извлекла оттуда сложенный листок бумаги. «Завтра в 3.1.30 у «Нико» — было написано знакомым размашистым почерком. Подписи не было, но ока была ни к чему.

— Нет, спасибо! — сквозь зубы проговорила Алекс, сминая листок в кулаке. К чему это — после двухнедельного молчания?

Следующим утром Алекс вошла в свой кабинет подтянутая и решительная, какой не была уже давно. Дина с первого взгляда поняла, что ее босс планирует чью-то казнь, и в глубине души не сомневалась, чью именно.

Алекс с той же решительностью провела переговоры о бюджете с начальством бухгалтерии, а в четверть двенадцатого вернулась в свой кабинет.

— Бери сумочку, — энергично приказала она. — Пойдешь со мной.

— Что? — Дина недоуменно посмотрела сначала на Алекс, потом на небольшие часы, стоявшие у нее на письменном столе. — Что случилось?

— Ничего. — Улыбающаяся Алекс напоминала очень хищную разгневанную кошку. — У меня полон бумажник кредитных карточек, которые я намерена использовать, и мне очень хотелось бы сделать это не одной. Сегодня у нас большой перерыв на ленч.

— Слушаюсь! — Дина вытянулась по стойке «смирно». — Кто я такая, чтобы спорить с начальством?

Алекс сознавала, что нарочно игнорирует приглашение Джареда на ленч, и сама бы не сумела объяснить, почему. Ей хотелось дать ему ясно понять, что она не намерена прыгать, как дрессированная собачка, стоит ему только щелкнуть пальцами. В штате найдется немало женщин, готовых плясать под его дудку, но она не из их числа — и собиралась это ему продемонстрировать.

В течение следующих трех часов Алекс с Диной обошли множество магазинов одежды, и бесчисленные пакеты с покупками были тому свидетельством. Алекс мрачно думала о множестве счетов у себя в бумажнике и о том, какие колоссальные суммы ей предстоит уплатить в следующем месяце. Она только надеялась, что ее приобретения не перестанут ей нравиться, когда она развернет их у себя дома. Импульсивные покупки были ей никогда не свойственны. Хорошо бы это не стало началом дурной привычки.

— Уф! — устало вздохнула Дина, когда они поднимались на лифте. — По-моему, вы купили столько одежды, что вам должно хватить на ближайшие пять лет.

— И хорошо, потому что мне именно столько времени и придется расплачиваться за них, — пошутила Алекс.

Когда они вернулись на рабочие места, Дина связалась с телефонной службой, а тем временем Алекс у себя в кабинете скинула с усталых ног лодочки на высоких каблуках. Они были достаточно удобные, но на такое долгое хождение по магазинам все-таки не были рассчитаны. Тут в дверях появилась Дина, и Алекс обернулась к ней.

— Секретарша мистера Темплтона звонила каждые полчаса начиная с полудня, — объявила Дина. — Я только что говорила с Крисом: он попросил напомнить вам о назначенной на три встрече с мистером Темплтоном. Вы забыли предупредить меня об этой встрече, и я не занесла ее вам в ежедневник, — укоризненно добавила она.

Алекс ничего не забыла ей сказать, потому что никакой встречи на это время не было запланировано. По крайней мере до того, как Джаред бесцеремонно ее назначил, и Алекс прекрасно понимала, почему.

— А еще Крис велел вам передать, что мистер Темплтон просто в отвратительном настроении, — предостерегла Дина. — Он уже откусил голову Крису, так что будьте осторожны.

Алекс мысленно извинилась перед Крисом за то, что ему пришлось вынести раздражение Джареда, которое вызвала она.

— Думаю, со мной ничего страшного не случится. — Устало вздохнув, она снова надела туфли. — Полагаю, идти в одних чулках нельзя.

Сара встретила Алекс невеселой улыбкой.

— Там довольно опасно, — предупредила она.

— Мне уже сообщили.

Из своего кабинета выглянул Крис и в притворном ужасе скорчил гримасу.

— Ты смелее, чем я, — сконфуженно сказал он Алекс.

— Посмотрим, — пробормотала она, а потом громко проговорила: — Не трудись объявлять о моем приходе. Я не хочу, чтобы тебе лишний раз попало.

Она подошла к двери в кабинет Джареда, повернула бронзовую ручку и вошла без стука.

Джаред стоял спиной к двери и смотрел в окно.

— Давно пора, — сухо сказал он.

— Разве не следует проверить, кто вошел, прежде чем бросаться на него? — безмятежно спросила Алекс. Внутренний голос подсказывал ей, что Джаред дошел до кипения, но решила, что ей бояться нечего.

— Я знал, что это ты. — Он резко повернулся. — Где ты шлялась? — возмущенно спросил он.

Алекс потрясли новые морщины, которые пролегли у Джареда по лицу. Не знай она его так хорошо, она могла бы подумать, что он пережил сильные мучения. Мысленно приказав себе хранить спокойствие, она ответила:

— Мне надо было кое-что купить.

Резкими движениями Джаред достал сигару, закурил, глубоко затянулся и выпустил струю дыма.

— Я ждал тебя в «Нико», — проговорил он наконец, а потом саркастически добавил: — Твои покупки были такими неотложными, что ты не могла совершить их в другое время? Или хотя бы меня предупредить, что ты не придешь?

— В твоей записке ничего не говорилось насчет того, что ты ждешь ответа.

Алекс говорила с ним ледяным тоном.

Джаред сделал несколько глубоких вдохов, но это ничуть не помогло ему успокоиться. Было мучительно неприятно стоять и обмениваться с Алекс колкостями, тогда как ему больше всего хотелось снова ее обнять. Он хочет услышать ее глухие стоны, когда ласкает ее атласную кожу. Он хочет поцеловать ее и проверить, правильно ли он запомнил вкус ее губ и запах волос. Черт подери, он хочет ее — и точка!

— Между нами все должно быть не так, Алекс.

Его низкий, хрипловатый голос напоминал о тех ночах, которые они провели вместе.

Ответом ему был лишь холодный взгляд.

— Что должно быть не так, мистер Темплтон? — Она нарочито игнорировала его многозначительный намек. Она не намерена была ему уступать. — Вы вызвали меня к себе с какой целью? Если у вас нет ко мне ничего, что относилось бы к «Фернвуду», то я пойду, у меня масса работы.

В глазах Джареда вспыхнул странный огонь, а губы его изогнулись в хищной улыбке.

— Ты настолько меня остерегаешься, Алекс? — мягко спросил он.

— Да. — Она не видела причины лгать. Если Джаред хочет что-то знать, то он достаточно легко это выяснит. Она слишком хорошо знала его методы. — Но только не спеши себя поздравлять, Джаред. Поскольку я остерегаюсь, то и вести себя буду более осторожно. Спасибо за двухнедельную передышку. — Алекс помолчала, чтобы этот последний выпад не остался незамеченным. — И спасибо за лишнюю неделю отдыха на ранчо. Она очень многому меня научила.

С этими словами она резко повернулась и вышла, успев заметить, что Джаред сжал губы так сильно, что они побелели. Ее слова попали точно в цель.

Весь остаток дня Алекс с опаской ждала, что Джаред ворвется к ней в кабинет и во всеуслышание объявит о ее увольнении. Когда часы показали одну минуту шестого, она схватила свой портфель и впервые за две недели решила не брать работу домой.

Алекс не сразу пошла к себе. Она была слишком возбуждена. Сначала она отправилась в спорткомплекс и долго занималась там на тренажерах, надеясь избавиться от чувства неудовлетворенности. Но ее внутреннее беспокойство только усиливалось.

Остаток вечера она развешивала в шкафу свои новые покупки, так и не решив, удачный ли выбор сделала.

Сама не понимая, почему, она решила в эту ночь надеть новую ночную рубашку. Улыбнувшись про себя, она вспомнила, как Дина восприняла эту рубашку из ярко-красного шелка, обильно украшенную кружевом, которое спускалось до пола, облегая тело. Такая ночная рубашка была рассчитана на то, чтобы вызвать восхищение мужчины.

Беспокойные мысли не оставили Алекс и в постели — она долго вертелась, не находя удобного положения. А когда ей наконец удалось чутко задремать, ее тут же грубо разбудил звонок в дверь.

Со стоном велев непрошеному гостю убираться, она накрыла голову подушкой. Пять минут спустя, когда резкая трель звонка по-прежнему продолжала проникать в ее укрытие, она решила, что лучше будет выяснить личность своего посетителя. Выбравшись из постели, Алекс надела коротенькое стеганое кимоно, купленное к рубашке.

— Хорошо, хорошо, — бормотала она, подходя к двери. В глазок она увидела того, кого меньше всего ожидала увидеть: Джареда. Алекс, ни секунды не колеблясь, открыла дверь.

— Джаред! Что-то случилось?

Она тревожно всмотрелась в его лицо. Не говоря ни слова, он стремительно привлек ее к себе.

— Уже нет, — пробормотал Джаред, подхватывая ее на руки и прижимая к груди. — Теперь уже нет.

Он вошел в полутемную спальню и поставил Алекс на ноги. Его руки осторожно сняли с нее кимоно, а потом легли под узкие бретельки шелковой ночной рубашки. Рубашка соскользнула на пол и окружила алым кольцом ноги обнаженной Алекс. Джаред резко втянул воздух, когда узкие лучи лунного света, пробравшиеся через неплотно задвинутые занавески, посеребрили ее кожу.

Не сводя с нее взгляда, Джаред поспешно скинул с себя одежду и потянул ее к постели.

Алекс молчала, потому что совершенно не знала, что говорить. Она настолько изумилась приходу Джареда, что даже сейчас, в спальне, еще не пришла в себя. Она могла только безмолвно смотреть в его лицо и надеяться, что он ей не приснился. Когда он лег рядом с ней, она неуверенно протянула руку и дотронулась до него кончиками пальцев.

— Джаред, Почему ты здесь? — прошептала она наконец, проведя рукой по его чуть колкой щеке.

Он провел ладонями по ее грудям, а потом вдруг подсунул руки ей под спину и привлек ее к себе.

— Я не мог без тебя заснуть.

Губы его утонули в ее душистых волосах, и слова прозвучали глухо.

Алекс хотелось услышать от Джареда совсем не такое признание. Она уперлась ладонями ему в грудь и оттолкнула.

— Как трогательно! — холодно процедила она. — Скажите мне кое-что, мистер Темплтон: как вы обходились без меня все эти две недели? Вы совсем не спали, или находились партнерши, заменяющие вам снотворное?

Лицо у Джареда сначала побледнело, а потом покраснело от гнева. Не успела Алекс опомниться, как он уже схватил ее за запястья одной рукой и закинул ей руки за голову, а нижнюю часть тела прижал к кровати мускулистым бедром.

— Тебе просто необходимо меня уколоть, да, Алекс? — процедил он. — Если кто и пострадал от твоих словесных выпадов, так это я, и могу продемонстрировать шрамы. Хватит, леди, больше я терпеть не намерен!

И все это время его рука двигалась по ее телу с умелой чувственностью. Он обольщал ее своими прикосновениями — и уже очень скоро смог увидеть ее реакцию: участившееся дыхание, заблестевшие от страсти глаза, расширившиеся зрачки, набухшие коралловые бутоны сосков, мелкую дрожь, пробегающую по ее телу под его бурными ласками. Не смогла она сдержать и бессознательных движений бедер, которые начали приподниматься навстречу его сокрушительному желанию. Алекс не в силах была отрицать своей страсти, как не мог этого сделать и он.

— В конце концов мы не выдержим этого! — вскрикнула Алекс, все еще стараясь справиться с властной силой, пытающейся овладеть ее телом.

— Разве? — Его сильная рука легла ей на затылок, растирая сведенные напряжением мышцы. — Мы не можем друг без друга, Алекс. Неужели ты этого не понимаешь? — Язык Джареда провел пылающую дорожку вверх по ее горлу и скуле. Легонько прикусив зубами мочку ее уха, он нежно за нее потянул. — Вместе мы непобедимы.

«Неправда», — подумала Алекс, зажмурив глаза. Она пыталась заставить себя не замечать расплавленной лавы, которая текла у нее по жилам. Нет, против них говорит слишком многое. Она не высказала свои мысли вслух: зная Джареда, она не сомневалась, что он отмахнется от ее страхов. Страх! Какое непривычное слово она употребила! Алекс ни разу в жизни не испытывала страха, не считая… Нет, об этом думать нельзя! Но тут губы Джареда спустились к ее груди, и она невольно ахнула.

— Мы с тобой пара отменная, Алекс, — негромко сказал он. — Холодные внешне, но в нас таится взрывная сила, которая может разнести весь этот чертов штат.

Его рука скользнула по ее ровному животу, а потом ниже… к пылающему ее лону. И Алекс приподнялась навстречу прикосновениям его пальцев, которые могли увлечь ее к тем вершинам восторга, куда она поднималась только с Джаредом.

Больше спорить она не могла. С тихим стоном она обхватила его руками за шею и запустила пальцы в его шевелюру. С каждой секундой напряжение в ее теле все росло, и к тому моменту, когда Джаред спустился к ней, чтобы слиться наконец с нею воедино, она уже готова была кричать от неутоленного желания. Его сильные движения вскоре подарили ей такое блаженство, какого она не испытывала еще никогда, так что она могла только прижиматься к нему, чтобы не оказаться одной в этом сверкающем неземном мире. Джаред негромко вскрикнул, когда Алекс впилась зубами ему в плечо, но ни на секунду не остановил ритмичного танца, который вел их к экстазу. И когда они достигли вершины, Алекс только выкрикнула его имя и изо всей силы вцепилась ему в плечи. Спустя мгновение он содрогнулся и замер обессиленный.

Алекс не знала, сколько времени прошло, прежде чем к ней вернулось ощущение реальности. Влажное тело Джареда тесно прижималось к ней, он сильно и ровно дышал.

Алекс мысленно вернулась к тем мгновениям, когда она не способна была думать ни о чем, кроме своего желания слиться с Джаредом. Большего между ними и не может быть — только физическая страсть. С самого начала она подавляла в себе все движения души, зная, что из этого ничего не получится. А сейчас? Будет ли у них нечто большее, чем просто минуты страсти в постели? Может ли между ними возникнуть духовная близость? Потому что Алекс наконец вынуждена была признаться себе в том, что совершила непростительное преступление: влюбилась в собственного босса.

«Нет! — мысленно приказала она себе. — Не допускай этого!»

Сонный Джаред ощутил ее внезапное напряжение.

— Алекс, в чем дело? — спросил он, успокаивающе проводя рукой по ее спине.

— Ни в чем, — солгала она, радуясь, что темнота скрыла от него в это мгновение ее лицо. Теперь Алекс даже стало казаться, что она с самого начала боролась с чувством к Джареду.

Джаред крепко заснул, продолжая властно обнимать ее за талию, а она еще очень долго не могла погрузиться в тревожный сон.

Спустя несколько коротких часов Алекс смутно ощутила, как приятное тепло ушло из ее постели. Она медленно приоткрыла один глаз и увидела, что уже одетый Джаред заправляет рубашку в джинсы. Повернувшись, он заметил ее взгляд и, присев у кровати на корточки, быстро и крепко поцеловал ее в губы. Алекс ощутила мятный вкус зубной пасты.

— Извини, что я тебя разбудил, — прошептал он, отводя прядь, упавшую ей на лицо.

— Сколько времени?

Спросонья Алекс никак не могла понять, что происходит.

— Четыре с небольшим. — В ответ на жалобный стон Алекс Джаред улыбнулся. — Мне надо вернуться домой и переодеться перед тем, как идти на работу. Сделай одолжение, приходи сегодня на ленч!

— Не думай, что я соглашусь с тобой позавтракать только ради того, чтобы заказать побольше, — пообещала она, широко зевая.

Он нежно обхватил пальцами ее шею.

— Несколько лишних фунтов веса тебе не повредят. Засыпай, милая. Я зайду за тобой в половине двенадцатого.

Последнее, что Алекс смутно запомнила, — это что Джаред заботливо укрыл ей плечи одеялом, чтобы она не замерзла. А потом он оставил ее одну спать и видеть прекрасные сны.

После этой ночи отношения Алекс и Джареда снова изменились. Хотя теперь она знала, что любит его, и понимала, что он тоже испытывает к ней некую привязанность, она по-прежнему вела себя на работе очень корректно.

Хотя Джаред проводил в ее квартире по крайней мере три-четыре ночи в неделю и они встречались за ленчем, Алекс отказывалась признаваться, что многие на фирме уже догадывались об их отношениях.

Когда Джареду пришлось лететь в Чикаго, Алекс, может быть, и был отведен отдельный номер в гостинице, но спала она не одна. На улице бушевала вьюга, но в объятиях Джареда ей было тепло и уютно. Когда они летели обратно в Лос-Анджелес, Крис с любопытством на них поглядывал, но свои мысли держал при себе.

Поведение Алекс стало более мягким, и даже ее одежда отражала ее новое состояние. Те костюмы, которые она купила с Диной, выглядели не такими строгими, хотя жакеты по-прежнему были свободно скроены, чтобы под них можно было надеть кобуру с пистолетом.

Шли дни. Алекс решила выжидать и смотреть, какие изменения время принесет в ее отношения с Джаредом. Ее пугал тот день, когда он остынет к ней, но она не станет сидеть и ждать, когда произойдет худшее. Она будет наслаждаться сегодняшним днем и не станет тревожиться о завтрашнем.

8

Как-то вечером в пятницу Джаред заехал за Алекс, чтобы пойти с ней в ресторан.

— Какое необыкновенное заведение вы наметили, мистер Темплтон? — весело спросила она, сознавая, что ее аквамариновое платье из тонкой шерсти годится для любого случая жизни.

— Скоро узнаешь, — только и ответил он таинственно.

Не отдавая себе отчета в том, что делает, Алекс прошла к своему небольшому письменному столу в гостиной, отперла верхний ящик и потянулась за пистолетом. Увидев, что она намерена взять, Джаред быстро пересек комнату и помешал ей, положив руку на плечо.

— Ты сегодня вечером не при исполнении обязанностей, Алекс, — тихо проговорил он. — Это остается дома.

Алекс посмотрела на него, удивившись тому, как напряженно звучит его голос. Ей носить пистолет нравилось не больше, чем ему видеть ее при оружии, но у нее из головы не выходили письма с угрозой расправы с Джаредом.

— Пусть у меня нет черного пояса по карате, но я сделаю все, чтобы тебя защитить, — проговорил он, и в голосе его прозвучала легкая насмешка над собой. Вынув ее руку из ящика, он закрыл его и запер.

— Я в этом никогда не сомневалась, Джаред, — искренне сказала она.

Он иронично улыбнулся.

— А я в себе сомневаюсь. Не забывай: я видел, как ты расправилась с тем насильником.

Обедали они в маленьком рыбном ресторанчике на Беверли-Хиллз, попасть куда было нелегко и где посетители могли не бояться, что их кто-нибудь потревожит. Алекс с Джаредом уже несколько раз там обедали, зная, что смогут посидеть спокойно, без приставаний каких-нибудь особо честолюбивых репортеров. С тех пор, как стало известно о сделке Джареда с Рашидом, ему редко удавалось провести вечер без того, чтобы ему не надоедали с вопросами. Пообедав, они поехали в расположенный неподалеку клуб, чтобы потанцевать.

Алекс неприятно было признаваться, что, появляясь на людях с Джаредом, она чувствовала себя неловко, хоть причин для этого вроде не существовало. В течение своей жизни она немало общалась с молодыми людьми с не менее высоким, чем у Джареда, положением в обществе. Дети высших флотских чинов и дипломатов были в схожем положении: им приходилось быстро взрослеть, чтобы выносить сложности жизни в Вашингтоне. Но с Джаредом все было по-другому. В том, что касалось их социального статуса, Алекс могла считать себя равной ему, но все-таки она постоянно помнила, что работает на него, пусть в достаточно необычном качестве.

Ничто ее не смущало, когда они были вдвоем у нее в квартире или встречались за ленчем, но с ее точки зрения совместный обед был делом более интимным. Она боялась того дня, когда Джаред поймет, что совершает серьезную ошибку, сближаясь с подчиненной, и порвет с ней отношения. Ей не хотелось бы назвать то, что соединяло ее с Джаредом, любовной связью, но какое еще слово подходило для их отношений? Невозможно было отрицать, что разрыв с ним причинит ей страшную боль. Но она уже не раз была свидетельницей того, как Джаред расставался со своими любовницами, так почему она должна стать исключением?

Когда Джаред обнимал ее, пока они танцевали, Алекс успокаивалась. В последнее время она все время чувствовала себя утомленной. Вот и сегодня противная слабость охватила ее.

— Ты уже устала от моего общества? — добродушно пошутил Джаред, поймав ее на том, что она пытается подавить зевоту.

— Извини, — виновато проговорила Алекс. — Не могу понять, в чем дело. Мы вчера рано легли.

Она покраснела, заметив, как двусмысленно звучат ее слова.

Джаред негромко засмеялся, наслаждаясь ее смущением.

— Я ли этого не заметил! Ты только успела меня поцеловать — и мгновенно вырубилась. Я почувствовал себя отвергнутым, — поддразнил он ее.

Алекс тихо засмеялась, глядя на его огорченное лицо.

— Бедняжка! — ласково пожалела она его. — Похоже, придется мне заглаживать свою вину, а?

Запустив пальцы в мягкие волосы у его шеи, она начала нежно поглаживать его кожу. Реакция не замедлила себя ждать. Чтобы соблазн стал еще более сильным, Алекс повторяла движения Джареда, стараясь лишний раз прикоснуться к нему своим телом. Лицом она уткнулась ему в шею и украдкой провела кончиком языка по коже.

Джаред очень быстро понял намек. Уведя ее от танцующих пар к столику, он забрал ее сумочку и жакет.

— Пойдем.

Нельзя было ошибиться в том, какой смысл он вложил в это настойчиво прозвучавшее приглашение.

Выведя машину со стоянки, Джаред повернул в сторону, противоположную той, где находился дом Алекс.

— Вы меня похищаете, сэр? — вызывающе осведомилась Алекс, прижимаясь к нему и дразняще кладя руку ему на бедро.

— Еще как.

— Гм-м. И будет требование о выкупе? Она игриво продолжала двигать руку по его бедру.

— Нет. — Джаред заметно напрягся. — Дьявольщина, Алекс! Если ты не прекратишь это, то я не смогу вести машину!

Она весело засмеялась.

— Ну, всегда можно остановиться в мотеле! — предложила она, лениво рисуя пальцем круги на его ноге. — Если так пойдет и дальше, то это будет весьма разумно, и время сэкономим.

— Для того, что я задумал, это не подойдет, — с трудом выговорил он. — А теперь постарайся потерпеть немного и не давать волю рукам.

— Пять минут?

— Двадцать.

— Пятнадцать, — уступила она.

— Двадцать, — повторил он. — И то с превышением допустимой скорости.

Алекс рассмеялась. Она выпила за обедом немного вина, а в клубе — бренди, и вся ее сдержанность куда-то улетучилась.

— Могу себе представить! — И она с виноватой миной произнесла: — «Но, офицер, я ничего не мог поделать: эта ненормальная положила руку мне на колени!» — Она продолжала смеяться. — Гм, это плохо будет смотреться в твоем деле — хоть, кажется, нарушения законов тут нет.

— Это рассматривается как нарушение общественного порядка, — сообщил ей Джаред.

— Твои пять минут истекли! — объявила Алекс, глядя на часы,

— Прекрасно, значит, осталось подождать всего пятнадцать.

Теперь Алекс уже просто сгорала от любопытства: что же за таинственное место назначения выбрал Джаред, который упорно не желал даже намекнуть ей, куда они едут.

Машина ехала по тихим улицам Брентвуда, пока не затормозила перед внушительными коваными воротами. Джаред нажал кнопку под приборным щитком, и ворота медленно распахнулись.

Когда машина поехала по извилистой подъездной аллее, Алекс поняла, где они оказались. У нее сжалось сердце.

— Это твой дом! — проговорила она зачем-то.

— Даме полагается приз за смекалку. — Джаред остановил машину и выключил двигатель. Полуобернувшись к Алекс, он негромко спросил: — Устроить тебе экскурсию?

Алекс кивнула. В темноте она едва могла различить внешний вид двухэтажного здания в стиле поздней английской готики. Она сразу же ощутила, что здесь отсутствуют тепло и комфорт, которыми так отличалось ранчо Джареда.

— Как, неужели ты обходишься без дворецкого? — насмешливо изумилась она, когда Джаред отпер входную дверь.

— У прислуги выходной, — объяснил он.

— Естественно, — пробормотала Алекс, входя в дом.

Комнаты оказались просторными и были красиво обставлены. Во всем явно чувствовалась умелая рука декоратора, но тепла дому все равно не хватало. Джаред провел Алекс в небольшую гостиную и налил две рюмки бренди.

— Красивый дом, — заметила Алекс, ощущая необходимость что-то сказать.

Джаред иронически улыбнулся.

— Но немного подавляет?

— Очень подавляет.

Наступило недолгое уютное молчание: оба неспешно пили бренди,

— Хочешь увидеть весь дом? — предложил он неестественно небрежно.

На губах у Алекс появилась чуть заметная улыбка.

— А я уж боялась, что ты никогда этого не скажешь!

Джаред протянул руку, взял у нее рюмку, поставил ее на столик. Обхватив руками тонкие запястья Алекс, он помог ей подняться на ноги.

— Теперь, когда ты видела первый этаж… С этими словами он увлек ее следом за собой в прихожую, откуда вверх поднималась изящная лестница.

— Я видела только прихожую и гостиную, — напомнила она ему, оглядываясь на несколько закрытых дверей.

— А больше ничего интересного внизу и нет. Самая важная комната наверху.

От интонации его низкого голоса у Алекс по коже побежали мурашки.

— Да? И что же это за комната такая? — спросила Алекс, обхватывая его руками за шею.

Джаред подхватил ее на руки.

— Главная спальня, — ответил он, прикусывая ей мочку уха. — Какая же еще?

Она рассмеялась, утыкаясь лицом ему в шею.

— Гм, такой способ передвижения мне нравится, — прошептала она. — Очень романтичный.

У Джареда оказалось несколько своеобразное представление о том, что значит «показать» ей спальню: он опустил ее на большую кровать и сразу начал стягивать с нее одежду. Алекс спорить не собиралась. Она только протянула руки и начала помогать Джареду освобождаться от его одежды. Она почти ничего не увидела в этой комнате: только то, что кровать просторная, матрас упругий и что ее окружает тепло Джареда. Больше ее ничего не интересовало, а потом она крепко уснула, ощущая у себя на талии тяжелую руку любимого.

Посредине ночи Джареда внезапно разбудили ее стоны. Приподнявшись на локте, он всмотрелся в искаженное мукой лицо Алекс. Ее жалобные крики раздирали ему сердце. Он наклонился, чтобы обнять ее, но тут полные боли слова заставили его замереть.

— Пожалуйста, не надо! — молила она детским голоском. — Сейчас темно, и там прячутся всякие чудища. Нет, папочка, пожалуйста, не заставляй меня там оставаться! — отчаянно вскрикнула она.

Джаред привлек ее к себе и ласково разбудил.

— Алекс, малышка, все в порядке, — нежно повторял он. — Это только дурной сон. Ш-ш!.. Я здесь. Никто тебя не обидит, я обещаю. — Он ласково отвел влажные пряди спутавшихся волос у нее со лба. — Все хорошо, малышка.

Алекс широко раскрыла глаза, но смотрела на него, не узнавая. Только спустя несколько секунд она хрипло произнесла его имя и тесно прижалась к нему.

— Джаред? Пожалуйста, не разрешай ему там меня оставлять! Ну пожалуйста!

Она прильнула к нему и начала чувственно о него тереться. Пустив в ход губы и руки, она заставила его дойти до полного исступления и лихорадочно любила его. Алекс и прежде случалось брать инициативу в свои руки, но она еще никогда не пребывала в таком напряженном возбуждении, как в эту ночь: казалось, их союз должен был прогнать все ужасы ее сна.

Потом потрясенный Джаред лежал без сна, держа в объятиях мирно уснувшую Алекс. Когда он в прошлый раз разбудил ее во время кошмара, который подозрительно походил на сегодняшний, Алекс отказалась от его помощи. Сегодня она отчаянно любила его, словно это помогало ей прогнать все тени. Сжав зубы, он вспоминал слова, которые вырвались у нее перед тем, как он ее разбудил. Утром он намерен был потребовать, чтобы Алекс сказала ему правду, и заставить ее рассказать все — захочет она того или нет.

На следующее утро, когда Алекс проснулась, она обнаружила, что Джаред стоит над ней с большим подносом в руках.

— Завтрак, миледи, — чопорно доложил он, вручая ей вместо халата одну из своих рубашек.

— Гм, к такому можно легко привыкнуть.

Она с улыбкой приняла от него рубашку и накинула ее на плечи.

Джаред присел на край постели и взял себе вторую чашку кофе.

— Этой ночью тебе снова снился дурной сон, — заметил он обманчиво небрежным тоном.

Алекс покраснела и опустила голову.

— Извини, что я тебя разбудила, — пробормотала она, отказываясь смотреть на него.

Он нежно взял ее за подбородок и приподнял ей голову.

— Алекс, что за ужасную вещь сделал твой отец, что воспоминание об этом преследует тебя все эти годы? — ласково спросил он.

Лицо ее застыло, словно камень.

— Я не понимаю, о чем это ты, — соврала она.

— Нет, понимаешь. Этой ночью, после того как я тебя разбудил, ты любила меня так, словно боялась, как бы это не стало последним разом. Самое удивительное, что в твоих ласках был даже элемент насилия, как будто ты пыталась всем мужчинам отомстить за то, что произошло много лет тому назад. — И он сухо добавил: — Теперь мне понятно, что такое применение секса в определенных целях и злоупотребление им.

У Алекс на глазах показались слезы. Она оттолкнула поднос, не желая, чтобы между ними оставалась хоть какая-то преграда. Обхватив Джареда за шею, она уткнулась лицом ему в грудь.

— Ох, Джаред, я никогда и ничего в жизни не боялась, кроме моего кошмара, — прошептала она.

— Расскажи мне все, — мягко уговаривал он, поглаживая ее волосы. — Не надо ничего скрывать. И тогда я обещаю, что кошмар уйдет.

Алекс очень не хотелось извлекать на свет Божий старые воспоминания, но она понимала, что Джаред прав. Кошмар постоянно возвращался именно потому, что наяву она отказывалась признавать старые страхи, оставляя для них место только в снах.

Медленно, запинаясь, она рассказала ему, как трудно ей было расти, имея четырех братьев и отца, который был твердо уверен, что она ни в чем от них не отстанет, а может, и превзойдет их. Ее флотская карьера должна была стать такой же блестящей, как и у всех Хэйденов.

Это включало в себя и проверку на зрелость в возрасте десяти лет. Ее устраивали в загородном доме в Луизиане, где надо было провести ночь в соседнем лесу. С каждым словом Алекс Джаред сжимал ее плечи все сильнее, приходя в ярость от бесчувственности ее отца, который вынудил дочь пойти на это испытание вопреки ее желанию. Ребенка, который не мог спорить со взрослым и отказаться участвовать в проверке! Ее отец утверждал, что если ее братья были на это способны, то она тоже может.

Алекс рассказала ему, как страшно ей было уйти из леса посреди ночи и не менее страшно оставаться. Воображение десятилетнего ребенка не знает границ, и в ту ночь маленькую Алекс, казалось, посетили все звери — реальные и вымышленные. После этого начались кошмары, которые преследовали ее всю жизнь.

— Больше их не будет, — мрачно пообещал Джаред. — Я позабочусь о том, чтобы они больше никогда не возвращались.

Он никогда еще не подходил так близко к определенным обещаниям в своих отношениях с ней.

Руки Алекс перестали судорожно сжимать ему шею, а ее язык уже чертил по его груди какие-то узоры.

— Так что у тебя было чувство, что я использую секс в своих целях и злоупотребляю им? — пробормотала она.

— Еще бы. — Он решил немного ее поддразнить. — Нам надо уехать отсюда не позже чем через двадцать минут, чтобы успеть заехать к тебе домой: ты должна переодеться, чтобы поехать на ленч в Сан-Диего.

— Двадцать минут! — Она выразительно фыркнула. — Если ты надеялся трахнуть меня по-быстренькому, мистер, то ты сильно ошибся!

Тем временем ее руки уже расстегивали пряжку на его брюках.

Он улыбнулся, на секунду приостановив ее деловитые пальцы. — Но при условии, что на ужин мы туда все-таки выберемся.

— Заметано.

У Алекс снова был плохой день: у нее болела не только голова, но и все тело ныло. Напряжена она была до предела — вот-вот взорвется.

Казалось, она чуть ли не полдня искала папку, которая все это время стояла на своем обычном месте, куда Алекс посмотреть почему-то не подумала.

— Почему ты мне не сказала?! — визгливо прикрикнула она на изумленную Дину, которая еще никогда не видела, чтобы ее начальница выходила из себя по таким пустякам. Обычно она просто смеялась и говорила, насколько она рада иметь секретаршу, которая держит все дела в порядке, пусть даже ее начальница настолько тупа, что не может этот порядок запомнить. Увидев на лице Дины искреннюю тревогу, Алекс бессильно упала в кресло и разрыдалась. Уткнувшись лицом в ладони, она горько плакала, как маленькая девочка.

— Алекс… Алекс! — Дина стремительно бросилась к ней. — Что случилось?

— А откуда я знаю! — Она хлюпнула носом и взяла протянутый секретаршей бумажный носовой платок. — В последнее время это со мной часто происходит.

— Ну, ничего страшного. — Дина рассмеялась. — Я вечно ревела, когда носила Родди. Почему-то слезы и беременность неразлучны. Кажется, все дело в гормональной перестройке.

Услышав беззаботную фразу секретарши, Алекс замерла. Отняв ладони от побелевшего как бумага лица, она схватила настольный календарь и принялась перелистывать прошедшие страницы. Ее мысленные подсчеты оказались весьма неутешительными.

— Алекс?!

Судя по голосу, Дина встревожилась не на шутку.

— Позвоните, пожалуйста, доктору Гаррисону и спросите, нельзя ли мне попасть к нему на прием прямо сегодня, — чуть слышно попросила Алекс.

Вспомнив, что это фамилия гинеколога Алекс, Дина сразу поняла, в чем дело.

— Конечно — пробормотала она.

Алекс было назначено прийти в два часа, и она решила устроить себе длинный перерыв на ленч. То, что Джаред не пытался связаться с ней после уик-энда, не давало ей покоя, и она решила немного побыть наедине с собой, а потом пойти на прием к врачу.

Когда Алекс вернулась, Дина раскладывала у нее на столе документы.

— Как принято выражаться в таких случаях? — с невеселой иронией спросила Алекс. — Что-то вроде «залетела»?

— Это мистер Темплтон, да?

Алекс кивнула, зная, что Дина не станет сплетничать. Она чувствовала себя страшно усталой, и на лице ее отразилось напряжение, не отпускавшее ее. Скинув туфли, она тяжело опустилась в кресло.

— Вы ему скажете? — спросила Дина. Алекс решительно покачала головой:

она не колебалась ни секунды.

— Нет!

— Не обижайтесь на мой вопрос: но разве вы не принимали противозачаточное?

Алекс грустно улыбнулась.

— О да, принимала, конечно, только оно не помогло. Когда у меня во время болезни началась сыпь, врач прописал мне преднизолон и предупредил, что он может ослабить действие противозачаточного. Естественно, не думаешь, что такое произойдет с тобой, пока уже не становится поздно. Джаред не предохранялся, зная, что это делаю я.

— Я все время пыталась угадать, когда же между вами произойдет взрыв, — заметила Дина задумчиво.

Алекс изумленно посмотрела на нее.

— Что?! Секретарша рассмеялась.

— Между вами с самого начала ощущалось нечто — какой-то электрический ток! Но, кажется, кроме меня этого никто не заметил. По крайней мере я ни разу не слышала сплетен по этому поводу. Но я все время это чувствовала. И решила, что рано или поздно будет взрыв.

Тут Дина вдруг забеспокоилась:

— Вы ведь не думаете делать аборт?

— Нет! — Сама мысль об этом привела Алекс в ужас. — Нет, я расскажу Джареду. Только не сейчас. — Она устало вздохнула. — Сделайте одолжение: не зовите меня какое-то время к телефону.

Дина кивнула и, понимая, что Алекс хочет побыть одна, ушла к себе.

Алекс откинулась на спинку кресла. Ей трудно было представить себе, что в ее теле уже зреет новая жизнь — жизнь, которую создали они с Джаредом. При мысли об этом на лице ее появилась улыбка. У ребенка наверняка будут зеленые глаза!

Судя по подсчетам, ребенок был зачат в ту ночь, когда она рассказала Джареду о своем браке. В ту ночь, когда он был с ней так нежен. Ей казалось справедливым, что в результате такой ночи у нее будет ребенок.

Алекс плохо представляла себе, что будет делать. Единственное, что она могла сказать определенно, — это что с сегодняшнего дня будет вести себя гораздо благоразумнее. По крайней мере теперь она понимает, в чем причина постоянного подташнивания и слабости. Она испытывала это уже несколько недель и объясняла тем, что пьет слишком много кофе.

Алекс не удивилась, когда Джаред явился этим вечером к ней домой, хоть не звонил ей в течение дня.

— Так. Выкладывай мне все, — прорычал он еще с порога.

— Что «все»? — спросила она удивленно и немного испуганно: глаза его озорно блестели.

— В разговоре с Сарой Крис назвал Веронику Сэйрс «той самой Бомбой из Бостона». Это еще одно ваше секретное развлечение? — спросил он, снова почувствовав прилив ревности из-за того, что она в таких доверительных отношениях с его помощником. Подойдя к Алекс сзади, он обхватил ее за талию и притянул к себе. — Признавайтесь, леди!

Алекс облегченно засмеялась.

— А я все гадала, когда ты наконец об этом услышишь? Признайся, это прозвище ей страшно подходит! — добавила она едко.

— Не спорю, — с готовностью согласился он. — И можно узнать, что это за игра?

— Вроде той, когда мы с Крисом спорили на твои привычки, — объяснила Алекс. — Мы всегда подбирали очередной твоей любовнице подходящее прозвище.

Алекс показалось, что слово «любовница» заставило Джареда поморщиться, и невольно подумала, не считается ли она сама таковой.

— Мерилин Таннер?

— Гурия из Гарварда.

Джаред ухмыльнулся, легко уловив правила игры.

— Джина Валенти?

— Вампир из Венеции.

— Марина Дельгадо?

— Мрак из Мадрида.

— Лорен Уэлсли?

— Цыганка из Цинциннати. Мгновенные ответы Алекс заставляли

Джареда покатываться от хохота.

— Да, дорогая, находчивости у тебя не отнимешь. — Он снова ухмыльнулся. — Ну, поехали пообедаем.

Алекс удивлялась, почему во время еды у нее вдруг начали слипаться глаза, но потом вспомнила слова доктора о том, что у нее теперь может совершенно неожиданно начинаться приступ сонливости.

— Извини, — невнятно промямлила она, когда они вернулись к ней домой и Джаред принялся раздевать ее, чтобы уложить спать. Укрыв ее одеялом, он быстро разделся и лег рядом с ней.

— За что? — Он притянул Алекс к себе. — Мы всего пару дней назад вернулись из Сиэтла, а до этого летали в Сент-Луис. Конечно, ты устала.

— Да, но мы же не… то есть я хочу сказать… ты…

Алекс от растерянности не находила слов.

— Алекс, — негромко рассмеялся он, — разве ты не знаешь, что я остаюсь здесь не только для того, чтобы поиметь твое роскошное тело? Если бы это было так, я бы просто уложил тебя в постель и ушел. Я здесь потому, что мне нравится просто быть с тобой.

— Ох, Джаред! — Она повернулась и уткнулась лицом ему в грудь. — Иногда ты такой хороший, что самому себе вредишь, ты это знаешь?

И тут она широко зевнула.

— Засыпай, дорогая, — успокоил он ее, ритмично поглаживая ей спину.

Алекс заснула под негромкий усыпляющий говор Джареда.

На следующее утро ей повезло гораздо меньше: у нее случился первый настоящий приступ утренней тошноты. Ей казалось, что ее всю выворачивает наизнанку. Присутствие Джареда казалось ей совершенно необязательным при этом весьма неприглядном моменте. А он, сильно встревожившись, отправился за нею в ванную, а потом умыл ей лицо и отнес на руках обратно в спальню.

— Не понимаю, в чем дело, — соврала она, пытаясь ему улыбнуться. — Может, аллергия на что-то, съеденное вчера.

— А может, новая волна болезни, — отозвался он, тщательно укутывая ее одеялом. — Я пойду и заварю тебе чаю.

Алекс улыбнулась, не представляя себе Джареда, хлопочущего на кухне.

— А у тебя получится?

Казалось, он обижен тем, что она усомнилась в его способности справиться с такой легкой задачей.

— Думаю, что сумею.

— А ты не принесешь мне немного крекера? Он в шкафчике у холодильника.

Джаред улыбнулся.

— Все что пожелаешь. Сейчас вернусь.

Напоив Алекс чаем, он ушел, приказав ей оставаться в постели весь день. Она дождалась, пока ее врач начнет прием, позвонила ему и получила рецепт лекарства, снимающего тошноту. Поскольку ее все еще продолжало подташнивать, Алекс провела остаток дня дома, дав Дине по телефону все нужные указания.

— Теперь начнутся все симптомы, — предостерегла ее секретарша, негромко смеясь. — Утренняя тошнота, боль в спине, аппетит на самые странные блюда посредине ночи… Я все это прекрасно помню.

— Великолепно! — Алекс застонала и сердито добавила: — Глубоко вам благодарна за сочувствие, Дина. Я так это ценю!

Голос секретарши зазвучал серьезнее:

— Насколько я понимаю, вы пока ему не сказали.

— Пока нет, — уклончиво ответила она.

Обычно Алекс не нравилось оказываться в роли больной и беспомощной. Так было и во время ее болезни на ранчо. А теперь она вдруг обнаружила, насколько приятно бывает, когда вокруг тебя хлопочут. Ее тронуло то, что Джаред весь день ей названивал, осведомляясь о ее самочувствии и проверяя, не встала ли она без его разрешения.

Вечером он приготовил ей легкий обед и развлекал забавными рассказами о том, что происходило с ним в течение дня. Алекс печально подумала, что этот вечер ничем не отличается от времяпрепровождения настоящих супругов. А еще она думала о том, как Джаред отнесется к известию о ребенке. Несколько раз она собиралась было начать такой разговор, но каждый раз в последний момент трусила. Если он до сорока лет не женился, чтобы иметь наследника, то скорее всего детей он не любит.

Алекс было приятно, что Джаред обсуждает с ней свои рабочие проблемы, и в то же время беспокоило то, что об их отношениях начинают догадываться на работе.

— Джаред, ты, конечно, босс, но, пожалуйста, войди в мое положение! — попросила она. — Я не хочу, чтобы меня обвиняли в том, будто я продвигаюсь по работе через спальню!

Лицо у него стало тверже гранита, и взгляд пообещал крупные неприятности тому, кто осмелится сказать о ней подобное.

— Тебе что-то такое говорили? — возмущенно спросил он.

Алекс покачала головой. Ее губы изогнулись в слабой улыбке.

— А ты решился бы обхаживать женщину, которой ничего не стоит сломать тебе руку?

Джаред ухмыльнулся.

— Ни за что! Конечно, как ты только что заметила, я — босс. Мои методы могут несколько отличаться от твоих.

— Похоже, наверху жизнь нелегка, — поддразнила его Алекс.

Он многозначительно ухмыльнулся.

— А это зависит от того, наверху чего… или кого я нахожусь!

На следующий день, когда у Джареда во время ленча была деловая встреча, Алекс позвонила Крису.

— У меня есть желание съесть толстую с острыми приправами пиццу! — объявила она. — Я даже уговорила Дину принести ее сюда. Хочешь разделить со мной пиршество?

— Безусловно. — Он рассмеялся. — Или даже давай вот как: приноси ее сюда, и мы устроимся в конференц-зале.

Пока они ели пиццу с острой начинкой и толстым слоем расплавившегося сыра, Крис пристально рассматривал Алекс.

— Кажется, мы теперь стали гораздо реже встречаться за ленчем, — заметил он как бы между прочим.

Внешне Алекс никак не отреагировала на его слова, хоть и прекрасно поняла, что хочет сказать Крис.

— Возможно, потому, что ты перестал заключать со мной пари! — шутливо парировала она.

— Или потому, что Джаред нашел себе Леди из Лос-Анджелеса, — возразил он неожиданно резко.

Алекс отпила глоток вина и медленно поставила стакан на стол. Подняв глаза, она внимательно посмотрела на Криса и негромко проговорила:

— Я всегда считала тебя своим другом, Крис. Если ты хочешь что-то мне сказать — говори, и не надо никаких экивоков.

Он ответил прямым взглядом.

— Я не хочу, чтобы тебе было больно, Алекс. Ты чудесная женщина, веселая и умная. Ты это знаешь. Мне кажется, не в твоем характере стать одной из экс-возлюбленных Джареда Темплтона.

— Да, — пробормотала Алекс, чувствуя, как пицца камнем легла у нее в желудке. — Ты бьешь наотмашь, так?

— Ты человек взрослый и, надо надеяться, знаешь, что делаешь. Но я не мог промолчать, — объяснил Крис.

Алекс подалась вперед и прижала ладонь к его щеке.

— Я понимаю, — мягко отозвалась она. — Спасибо, друг.

— Надеюсь, я вам не помешал? Холодный голос Джареда подействовал на них, словно ледяной душ.

Крис стремительно отодвинулся, хоть ничего дурного между ними и не происходило. Алекс медленно повернулась к Джареду. Ею овладела холодная решимость: она ни за что не позволит ему заставить ее чувствовать себя виноватой!

— Мистер Темплтон! — Она улыбнулась совершенно непринужденно. Руки ее легко легли на подлокотники кресла. — Ваше свидание прошло удачно?

Взгляд Джареда был острым, как бритва.

— Хоть вы и трудоголик, но прекрасно умеете пользоваться минутами отдыха! — с издевкой бросил он, а потом накинулся на Криса: — У тебя на столе куча данных, которые немедленно нужно внести в сводку. Мне нужно, чтобы она к концу дня была готова.

— Да, сэр.

Крис поспешно вскочил и вышел из конференц-зала. Он ощущал приближение бури и не хотел присутствовать в момент, когда она разразится.

Алекс продолжала сидеть, глядя на Джареда сощуренными глазами.

— А какой приказ на этот день получу я?

В ее негромком голосе зазвучали стальные нотки.

Джаред окинул взглядом коробку из-под пиццы и стаканы с вином. Подойдя к столу, он взял стакан Алекс и допил его содержимое.

— Очень уютно! — процедил он.

— Если бы ты не был занят с банкирами из Лондона, то я пригласила бы и тебя.

— Извини, не люблю быть третьим лишним, — презрительно отрезал он.

— А что ты любишь?

Алекс понимала, что напрашивается на неприятности, подначивая Джареда, когда он в таком скверном настроении.

Он со стуком поставил стакан на стол.

— А что ты с ним делишь, кроме ленча?

— Осторожнее, Темплтон! — Ее тон дал ясно понять ему, что он пересекает опасную черту. — Не говори такого, о чем потом пожалеешь, потому что тогда я скажу нечто такое, о чем могу и не пожалеть.

— Дьявольщина, Алекс, он же в тебя влюблен! — выдавил из себя Джаред.

Губы у него побелели от гнева.

Она вскочила.

— Знаю. А еще я знаю, что он хороший Друг.

— А кто я?

Такого вопроса Алекс услышать не ожидала. Она на секунду закрыла глаза, а потом посмотрела прямо ему в лицо. Кто он ей? Ей бы очень хотелось дать ему честный ответ. Она сделала глубокий вдох, собираясь с духом.

— Не знаю. Но в такие вот моменты я жалею, что мы вообще встретились. — Стремительно пройдя мимо Джареда, она взялась за ручку двери, но потом снова обернулась к нему. — Думаю, ничего не случится, если я сейчас уйду домой. В конце концов как любовница босса я имею право на кое-какие преимущества, не так ли?

И, не обратив внимания на резкий приказ Джареда вернуться обратно, она поспешно ушла и спустилась на свой этаж.

У себя в кабинете Алекс подхватила портфель, сообщила изумленной Дине, что идет домой, и ушла. Она понимала, что очередная стычка с Джаредом ей сейчас совершенно ни к чему. Ее и так уже начало подташнивать.

Когда она вошла в квартиру, там неумолчно звонил телефон. Алекс подождала, пока он затих, сняла трубку и положила ее рядом с аппаратом.

Она удивилась, что вечером Джаред к ней не зашел.

Весь остаток недели он избегал ее, так что она не имела о нем никаких известий, пока Крис не позвонил ей с сообщением о том, что в следующий понедельник они летят в Денвер.

Утром в понедельник впервые за много недель за Алекс приехал Фрэнк, а не сам Джаред. У нее было такое чувство, словно целая эпоха ее жизни завершается — и она не может этому помешать.

Алекс откинулась на спинку кресла, пытаясь силой воли прогнать поднимающуюся тошноту. Как это она сегодня забыла захватить лекарство?

— Вот твой чай. — Наклонившись, Крис вручил ей дымящуюся чашку. Его добродушная улыбка сменилась озабоченностью. — Ты уверена, что здорова, Алекс? Ты очень бледна.

— Я в порядке, — успокоила она его, пытаясь улыбнуться. — Наверное, просто легкая простуда.

После того, как Крис отошел от нее, она закрыла глаза. Скоро ей придется во всем признаться Джареду. У нее уже начинал округляться живот, и юбки едва сходились на талии.

Спустя несколько секунд какое-то шестое чувство подсказало ей, что за ней наблюдают. Открыв глаза, она обнаружила, что с другого конца салона на нее пристально смотрит Джаред.

Несмотря на то что их разделяло заметное расстояние, Алекс ощутила, как между ними возникла какая-то телепатическая связь. Говорить не надо было. Взгляд Джареда жарко ласкал контуры ее лица, потом прикоснулся к губам, обжег нежную кожу ее шеи… Откровенная страстность его взгляда заставила Алекс напрячься. Его молчаливое сообщение нельзя было не понять: Джаред вспоминал их совместные ночи и давал понять, что жаждет их повторения.

Алекс хотелось заплакать от того, что между ними пролегло непонимание. Ей нужно было не только его тело — она нуждалась в нем самом, в его любви.

Она задремала и проснулась только тогда, когда самолет уже заходил на посадку.

— Представители прессы ждут, — сообщил Крис Джареду, когда они готовились выйти из самолета.

Джареда эта перспектива явно не обрадовала.

— Интересно, кто сообщил им, когда мы возвращаемся, — рявкнул он.

— Кто-то, кому хочется, чтобы вы нажили язву, — отозвалась Алекс, надевая жакет. Она испытывала страшную усталость и с нетерпением ждала минуты, когда приедет домой и сможет лечь в постель. Она только надеялась, что Джаред не захочет устроить примирение сегодня же. Она боялась, что от его зорких глаз не укроются изменения в ее фигуре и что он начнет обо всем ее расспрашивать. Сейчас ей совершенно не хотелось бы обсуждать с ним вопрос о ребенке.

Спускаясь по трапу, Алекс позабыла о плохом самочувствии и стоящих перед ней проблемах. Она ощутила неприятный холодок, пробежавший по позвоночнику предвещавший опасность. Это ощущение ей не понравилось. Она пристально всмотрелась в толпу ожидающих, особенно в тех, кто стоял по краям. Что-то было не так. Пусть с виду все казалось совершенно нормальным, но ее чувства подсказывали ей обратное. Выйдя из самолета, она пошла рядом с Джаредом, но на полшага впереди него. Рисковать она не собиралась.

— Мы ждем сенсацию, мистер Темплтон! — недружелюбно крикнул кто-то. — Что стоит за вашей покупкой нефтяных скважин шейха Халима? К чему такая секретность?

Джаред негромко выругался.

— Ну же, мистер Темплтон, выкладывайте! Вы финансируете планы шейха Халима по подготовке переворота и захвату страны? — раздался еще чей-то враждебный вопрос.

— Мистер Темплтон, каково быть казначеем у диктатора?

Вопросы летели в Джареда, словно отточенные ножи. Появились охранники аэропорта, чтобы навести порядок.

Алекс не могла не восхищаться спокойными ответами Джареда. Она понимала, каких невероятных усилий стоит ему это хладнокровие в столь недружелюбной обстановке. По-прежнему испытывая сильное беспокойство, она неотрывно наблюдала за толпой. В душе Алекс ощущала присутствие опасности и могла только надеяться, что инстинкты ее подводят и она беспокоится зря.

— С каких это пор вы финансируете войны, мистер Темплтон? — крикнул кто-то еще.

Алекс и сама толком не знала, почему повернула голову именно в это мгновение, но ее внимание привлек металлический блеск.

— Стой!

Ее голос прозвучал громко, заставив всех присутствующих замереть на месте. Одним стремительным движением она вытащила пистолет из кобуры и встала перед Джаредом, оттолкнув его в сторону. Инстинкт подсказал ей, куда надо целиться, и ее выстрел прозвучал одновременно с выстрелом противника. Когда в тело ударил огонь, она на секунду напряглась, а потом медленно начала падать на землю. Джаред едва успел подхватить ее.

9

— Алекс! — простонал Джаред, держа на руках ее безжизненное тело. Лицо его исказилось от боли. — Дьявол, пусть кто-нибудь немедленно вызовет «скорую»! — Он смотрел в ее восковое лицо, снова и снова умоляюще повторяя: — Алекс, любимая, взгляни на меня! Ты будешь здорова. Я обещаю, что все будет в порядке.

Она медленно открыла глаза и посмотрела на него затуманившимися от боли глазами. Все тело у нее горело от огня, в который, казалось, превратилась ее кровь.

Мысленно она кричала: «Ребенок! Джаред, не допусти, чтобы с ребенком что-то случилось!» Но ее пересохшие губы не могли выговорить ни слова. Она умоляюще смотрела на него, только он не мог понять, о чем она его просит. Вспышки фотоаппаратов ослепили ее, и она закрыла глаза, услышав, как Джаред закричал на репортеров:

— Убирайтесь отсюда, подонки!

Когда приехала «скорая», Джаред не хотел расставаться со снова потерявшей сознание Алекс и настоял на том, чтобы поехать с нею. Всю мучительную дорогу он уверял ее, что все будет в порядке. Он ни на секунду не допускал мысли, что ее ранение может оказаться опасным для жизни.

Персонал приемного покоя не удивило появление каталки, на которой лежала истекающая кровью женщина, получившая огнестрельное ранение в плечо. Не особенно удивил их и мужчина в залитом кровью костюме, бежавший следом за каталкой.

Быстро появившийся доктор осмотрел раненую и выкрикнул какой-то номер. Мельком взглянув на Джареда, он последовал за каталкой в кабинет для осмотра. Пять минут спустя, выйдя оттуда, он подошел к Джареду.

— Вы ее муж? — спросил он. Джаред покачал головой и быстро спросил:

— С ней все будет хорошо?

Доктор поморщился.

— Ей нужна немедленная операция. Можно ли срочно связаться с кем-то из ее родственников, чтобы они подписали бумагу о согласии на операцию?

— Я имею нотариальную доверенность на то, чтобы подписывать за миссис Пейдж любые бумаги, — ответил Джаред хрипло. — Я хочу, чтобы вы сделали все что возможно. Я готов заплатить все, что требуется, но только она должна получить лучших специалистов!

В кои-то веки состоятельность Джареда не произвела обычного впечатления.

— Мистер Темплтон, даже ваши деньги не могут купить того, что ей сейчас нужно. Подойдите вон к той медсестре — она даст вам заполнить все необходимые бланки.

Джаред стоял за конторкой, заполняя бумаги, когда в приемный покой ворвался Крис.

— Как она? — спросил он у своего босса.

— Они ничего конкретного не говорят, — мрачно ответил тот. — Сейчас ее будут оперировать. — Взглянув на бумаги, он яростно выругался. — Помнишь тот день, когда Алекс начала у нас работать? Она настояла на том, чтобы оформить на меня доверенность подписывать медицинские бумаги — как раз на такой вот случай. Я тогда засмеялся и уверил ее, что подобного никогда не случится. Никогда не случится! — У него дрогнул голос. — Черт, я даже не знаю даты ее рождения!

— Тринадцатое июля, — негромко подсказал Крис, а потом спросил: — Вы ее любите?

Джаред плотно зажмурил глаза, пытаясь отогнать стоявшую перед ними картину: Алекс падает на землю, и по ее голубому костюму расплывается алое пятно. Он боялся, что это видение будет преследовать его всю оставшуюся жизнь.

— Люблю? — хрипло переспросил он. — Она моя жизнь. Если с ней что-то случится, я…

Договорить он не смог.

— Алекс поправится, — попытался успокоить его помощник. — Пойдемте, найдем тут где-нибудь кофе.

Следующие несколько часов Джаред мучился от неизвестности в приемном покое госпиталя. Крис сидел с ним, молчаливо поддерживая и успокаивая своим присутствием.

Медсестры восхищенно поглядывали на интересного мужчину, застывшее лицо которого напоминало маску боли, а глаза не отрывались от застекленных дверей операционной.

Когда оттуда вышел мужчина в мокром от пота зеленом костюме хирурга, Крис увидел его первым и указал на него Джаре-ду. Тот стремительно вскочил.

— Мистер Темплтон? — Седовласый мужчина устало ему улыбнулся. — Я доктор Мэтьюс.

— Как она? — тихо спросил Джаред.

Тот осмотрел его усталую фигуру с головы до ног, отметил пятна крови на светлом костюме.

— Насколько я понял, она перехватила пулю, предназначавшуюся вам. Судя по тому, куда она попала в теле пострадавшей, у вас она оказалась бы в сердце.

Джаред вздрогнул — не при мысли о том, что сам мог быть ранен, а от того, какую боль пришлось из-за него перенести Алекс.

— За ней надо будет очень пристально наблюдать, по крайней мере в течение этой ночи. — Доктор успокаивающе улыбнулся Джареду, в глазах которого по-прежнему застыла тревога. — И не только из-за ранения. Я вызываю ей гинеколога. Уверен, что с ребенком ничего плохого не случилось, но все-таки я хочу выслушать мнение специалиста. Если все будет в порядке, то нет причин, по которым она не смогла бы нормально родить. Я просто хочу принять дополнительные меры предосторожности, пока мы не будем точно знать, что с ребенком все в порядке. Лицо Джареда посерело.

— С ребенком? — Его онемевшие губы едва смогли произнести эти слова.

Доктор Мэтьюс кивнул: от его пристального взгляда не укрылась реакция его собеседника.

— У миссис Пейдж беременность сроком примерно в три месяца. То, что у нее крепкий организм, оказалось очень кстати. — Он положил руку Джареду на плечо. — Вы совсем измучились, мистер Темплтон. Можете зайти к ней. Но предупреждаю, что она еще находится под действием наркоза и вас не узнает.

— Идите, — сказал Крис мягко. — Я подожду вас здесь.

Несколько секунд спустя Джаред уже входил в палату интенсивной терапии. Медсестра провела его к постели Алекс. Он чуть не застонал, увидев ее бледное как мел лицо, датчики, прикрепленные к ее телу, и многочисленные катетеры и трубки.

— Алекс! — задохнулся он, дрожащими пальцами прикасаясь к ее прохладной коже. — Любимая, почему ты мне не сказала?

Десять минут спустя медсестра его выдворила из палаты,

Крис смотрел, как к нему приближается Джаред, больше напоминающий собственную тень. А заметив блестевшие на его щеках слезы, он ужаснулся.

— Джаред?!

В эту минуту их обоих сблизила тревога за любимую ими женщину.

— Она ждет моего ребенка, Крис, — прошептал он и вдруг показался своему помощнику намного старше своих сорока лет. — Она ничего мне не сказала. Наверное, я был слишком поглощен собой, чтобы заметить эти симптомы: бледность, усталость… — Он судорожно вздохнул. — Она беременна — и тем не менее не задумываясь рискнула ради меня своей жизнью!

Крис с сочувствием посмотрел на него.

— Я бы не назвал это выполнением служебных обязанностей. Я бы сказал, что это — любовь. — Он дотронулся до плеча Джареда. — Пойдемте, я вызову такси. Вам надо поскорее отправиться домой и как следует отдохнуть.

— Отмени все деловые встречи до моего дальнейшего распоряжения, — приказал Джаред. — Я останусь здесь, пока ее жизнь не будет вне опасности. И еще тебе следует уведомить ее близких.

— Это уже сделано. Я решил, что им не следует узнавать о случившемся из вечернего выпуска новостей. Отец Алекс в Европе, но ему передадут. Ее матери тоже не было дома. Один из ее братьев попробует с ней связаться.

Джаред вернулся в больницу вечером и благодаря своему обаянию добился разрешения сидеть у постели Алекс. Под влиянием лекарств она крепко спала, не зная о его присутствии.

Рано утром следующего дня, перед самым рассветом, Алекс наконец пошевелилась. Ощущая странную тяжесть в голове, она медленно открыла глаза и попыталась сфокусировать взгляд на расплывчатой фигуре, сгорбившейся на стуле рядом с ней. Она облизала сухие губы, пытаясь заговорить.

— Джаред? — Ее голос прозвучал еле слышно, но он все равно его услышал.

— Алекс! — В следующую секунду Джаред оказался рядом с постелью. — Слава Богу!

И дрожащие пальцы легли ей на щеки.

Приподняв руку, она с любопытством прикоснулась к его щеке.

— Ты плачешь, — растерянно проговорила Алекс.

Лицо Джареда осунулось от тяжелых переживаний этой ночи, но теперь на нем появилась улыбка облегчения.

— Это слезы счастья, любимая, — уверил он ее дрогнувшим голосом. — Как ты себя чувствуешь?

— Хочу пить, — прошептала Алекс, все еще не опомнившись от того, что видела слезы на глазах Джареда. Почему он плакал?

Протянув руку, он придвинул к ее кровати стул и тяжело на него опустился. Наклонившись к ней, он обхватил ее лицо ладонями.

— Ты меня перепугала до смерти. Мне даже не хочется думать, сколько седых волос у меня прибавилось после всего этого!

Алекс осторожно приподняла руку и легонько прикоснулась к его тронутым сединой вискам.

— Можешь не тревожиться, благодаря им внешность у тебя стала только более интересной. — Она чуть-чуть улыбнулась, а потом спросила: — Я в него попала?

Джаред глубоко вздохнул, жалея, что не может забыть о событиях прошедшего дня.

— У него сквозное ранение мышц бедра.

Алекс недовольно поморщилась.

— Теряю форму. Я целилась выше, — огорченно заметила она. — Он принадлежал к той группе террористов, которые тебе угрожали?

Джаред кивнул.

— Я говорил с Крисом этим утром, как раз после того, как он связался с полицией. Это какие-то изгои из страны Рашида, которым не хочется, чтобы американцы покупали их нефть. Они хотят, чтобы ее придерживали и тем самым подняли цены. Им представлялось, что, если они прикончат меня, сделка не состоится, другим это послужит уроком и никто не захочет иметь с Рашидом дела. Они планировали продемонстрировать свою позицию, убив меня и сделав заявление для прессы. — Джаред ободряюще улыбнулся Алекс, заметив, как ее испугала мысль о его гибели. — Ох, малышка!

Ему хотелось задать ей кучу вопросов об их ребенке и о том, почему она решила заслонить его собой, рискнув своей жизнью для того, чтобы спасти его. Ему хотелось сказать ей, как сильно он ее любит, но сейчас слова не были для него так важны, главное — он мог дотронуться до нее, убедиться в том, что она на самом деле здесь. Джаред ласково гладил спутанные волосы Алекс, все время падавшие ей на лоб и щеки. Осторожными движениями Джаред стер слезы, выступившие у нее на глазах. Улыбнувшись ей своей особой улыбкой, он наклонился еще ниже и прикоснулся к ее губам нежным поцелуем, который оказался более волнующим, чем их самые страстные поцелуи.

— Так вы проснулись! — Молоденькая медсестра, на кармашке халата которой была приколота табличка с ее именем — Шери, приветствовала Алекс жизнерадостной улыбкой. Держалась она очень деловито: встряхнув градусник, она вложила его Алекс в рот и проверила ей пульс и давление. Повернувшись к Джареду, она строго сказала: — Кажется, мы разрешили вам остаться с ней, только когда вы пообещали, что сообщите нам, как только она проснется!

Однако ее выговор ничуть не смутил Джареда.

— Мне можно пить? — спросила Алекс, когда термометр был наконец извлечен, а медсестра занесла в ее карту все результаты.

— Конечно. — Шери налила воды в пластиковый стакан и приподняла Алекс голову, чтобы удобнее было пить. Повернувшись к Джареду, она все так же дружелюбно, но очень решительно добавила: — А вас я попрошу уйти, мистер Темплтон.

Алекс посмотрела в сторону Джареда. Она не помнила, чтобы когда-нибудь видела в чьих-то глазах такую нежность и такую страсть. На самом деле ее первой мыслью было спросить о ребенке, но ей не хотелось делать этого при Джареде. Может быть, он ничего не узнал об этом.

— Я бы хотел побыть еще немного.

Он говорил тихо, без тени своей обычной самоуверенности.

Медсестра покачала головой.

— Мы и так уже нарушили слишком много правил. Покиньте палату.

Джаред снова вернулся к кровати, наклонился и легко поцеловал Алекс в губы.

— Увидимся попозже, — пробормотал он.

— В часы приема посетителей! — напомнила ему Шери.

Алекс слабо улыбнулась медсестре.

— Это нечто новое! — заметила она. — Обычно мистер Темплтон не принимает распоряжений так покорно.

— Ну, нас ему слушаться придется, если он хочет, чтобы его к вам пускали. И должна сказать вам, что вы счастливица! — продолжала болтать Шери. — Я бы не отказалась, чтобы возле моей кровати всю ночь дежурил такой мужчина!

— Я не приходила в себя со вчерашнего дня? — Алекс помнила только, как заслонила Джареда и как в ее тело ударил огненный поток. А потом — темнота. — А мой ребенок?

Шери успокаивающе улыбнулась.

— В полном порядке. Мы позвоним доктору Мэтьюсу и скажем, что вы проснулись, и он быстро придет. Конечно, внешность у него не такая интересная, как у мистера Темплтона, но он очень добрый.

— Джаред пробыл здесь всю ночь?

Алекс трудно было в это поверить. Шери кивнула.

— Его отсюда нельзя было выгнать никакой силой! А теперь отдыхайте — я вернусь через пару минут.

Алекс лежала в постели, погрузившись в размышления. Джаред провел рядом с ней столько времени! И воспоминание о том, что она прочла в его взгляде при расставании, оставалось с нею, пока она не заснула.

Разбудило ее прикосновение прохладной руки к ее щеке. Странно: прежде руки Джареда никогда не казались ей холодными — их прикосновение всегда обжигало ее кожу, вызывая прилив страсти и желания. Она пошевелилась, пытаясь дотронуться до его горячего тела, но это движение вызвало острую боль у нее в груди.

Алекс невольно застонала.

— Осторожнее, иначе испортите мое шитье!

Голос принадлежал явно не Джареду.

Алекс удивленно раскрыла глаза. Теперь она все поняла. На нее с улыбкой смотрел седовласый мужчина.

— Я доктор Мэтьюс, миссис Пейдж. — Его негромкий голос действовал успокаивающе. — Как вы себя чувствуете?

— Вам виднее, — слабо проговорила она. — Вы ведь врач.

Он рассмеялся.

— Мистер Темплтон предупредил меня, что если вы начнете шутить — значит, ваше самочувствие улучшается. Кажется, он был прав.

— Доктор Мэтьюс, вы…

Алекс замялась, не решаясь вслух высказать свои опасения. В конце концов, не было уверенности, что медсестра в курсе всего.

Он благодушно похлопал ее по руке, мгновенно разгадав ее мысли.

— Милочка, ваш ребенок в полном порядке, — успокоил он ее. — У вас есть все шансы родить его благополучно и в срок.

Алекс перевела взгляд на трубки, прикрепленные к ее руке.

— А когда я избавлюсь от всего этого?

— Если все пойдет хорошо, то уже завтра. — Взяв ее за запястье, он посчитал ей пульс. — Гораздо лучше, чем вчерашний, когда вас сюда только доставили, и сильнее, чем даже всего несколько часов тому назад. А теперь посмотрим на мою работу. — Откинув простыню и сдвинув с плеча Алекс рубашку, врач осмотрел шов.

— Гм, подживает неплохо.

Открылась дверь, и в палату заглянул Джаред.

— Мне можно войти? — спросил он.

Алекс молча кинула на врача умоляющий взгляд.

— Входите, мистер Темплтон, — с добродушной улыбкой пригласил его доктор Мэтьюс. — У миссис Пейдж дела идут хорошо.

— Я в этом не сомневался.

Джаред вошел в палату с вазой, наполненной желтыми розами и кружевным папоротником.

— Ах, Джаред! — выдохнула Алекс, глядя, как он ставит вазу на столик у ее кровати. — Какие красивые!

— Не красивее тебя.

Не обращая внимания на то, что они не одни, он нежно поцеловал ее в губы.

— По-моему, у леди из-за вас подскочило давление. — Доктор Мэтьюс сделал в карте Алекс какую-то пометку. — Я к вам еще зайду попозже, миссис Пейдж.

— Зовите меня Алекс, пожалуйста.

— Хорошо, Алекс, я зайду ближе к вечеру. И не стесняйтесь, звоните сестре, если почувствуете боль.

Кивнув в сторону Джареда, врач ушел.

Джаред опустился на стул, где сидел всю ночь, и наклонился к Алекс, нежно обхватив ладонями ее лицо.

Она улыбнулась ему.

— Рада видеть, что ты съездил домой и немного отдохнул, — мягко сказала она, ласково проводя пальцами по его гладко выбритой щеке.

Его руки непроизвольно сжались.

— Алекс, ты хоть понимаешь, что могла погибнуть?! — с болью спросил он. — И ты, и наш ребенок могли погибнуть! Господи, что бы я без тебя делал?

Эти его слова сказали Алекс, кто для него важнее всего на свете. На ее глаза навернулись слезы.

— Я не могла допустить, чтобы он тебя убил, Джаред, — прошептала она. — И не потому, что это моя работа.

— Ох, Алекс! — простонал он, прижимаясь лбом к ее лбу. — Почему ты не сказала мне про ребенка? Ты ведь узнала эту новость довольно давно?

Теперь он уже смотрел на нее с глубокой укоризной.

Алекс кивнула и призналась:

— Я не знала, как тебе рассказать.

Он чуть отодвинулся и посмотрел на нее так, словно не мог поверить своим ушам,

— Например, просто объявить: «Джаред, у нас будет ребенок». Видишь, как это просто?

— Это у меня будет ребенок, — возразила она с прежней своей неуступчивостью.

Он улыбнулся, ничуть не обидевшись на ее слова.

— Я к этому тоже имел отношение, знаешь ли, — сообщил он ей.

— Это моя дочь! — упрямилась Алекс.

Джаред таинственно улыбнулся, кладя руку на ее живот.

— Давай не будем спорить, кто у нас родится — сын или дочь.

Алекс стала бы спорить и дальше, но неловкое движение вызвало приступ мучительной боли.

У Джареда исказилось лицо, словно и он испытывал эту боль вместе с нею.

— Позвать медсестру?

Она покачала головой и хрипло ответила:

— Нет. Я в последнее время отнимаю у тебя массу времени. И большое спасибо за цветы. Не считай только, что ты обязан сюда приходить. Я ведь знаю, сколько у тебя дел.

— Жаль, что ты так слаба и беспомощна, а то я бы с удовольствием применил против тебя несколько приемов дзюдо, — мрачно сказал он. — Усвой вот что, Алекс Пейдж: я нахожусь здесь потому, что хочу здесь находиться, а не потому, что считаю это своим долгом. Разве ты не знаешь, как много для меня значишь?

Он бы добавил еще что-то, но его прервал какой-то шум за дверью.

— Мне наплевать, кто вы такая, девица. Я пришел увидеть дочь и сделаю это! — проревел раскатистый голос.

— О черт! — застонала Алекс, закрывая глаза. — А вот теперь мне уже по-настоящему тошно.

Высокий, поджарый, темноволосый мужчина в мундире адмирала военно-морского флота решительно вошел в палату. Зеленые глаза, цветом удивительно похожие на глаза Алекс, безжалостно прошлись по Джареду взглядом, а потом обратились на больную.

— Довольно глупо было дать вот так себя подстрелить, — сурово проговорил он, подходя к кровати. — Вид у тебя отвратительный.

— Джаред, это мой отец, адмирал Теодор Хэйден, — сухо сказала она. — Папа — Джаред Темплтон.

— Так это вы, тот, из-за кого ее подстрелили!

Даже нормальный тон адмирала больше напоминал крик.

— Нет, я тот, кто заслонил бы ее собой, если бы знал, что случится, — ровным голосом ответил Джаред. Тем, кто его знал, такое нарочитое спокойствие говорило о том, что он начинает выходить из себя.

Алекс поудобнее устроилась на подушках. У нее создалось впечатление, что начинается спектакль, который доставит ей немалое удовольствие.

Отец повернулся к ней.

— Из-за тебя твоя мать находится на грани нервного срыва. Я сказал ей, чтобы она сидела в Вашингтоне и принимала свои транквилизаторы — все лучше, чем являться сюда и устраивать истерики. Я находился в Швейцарии на важной конференции, и позволь тебе сказать, что известие о твоем ранении вынудило меня все бросить и приехать сюда!

— Я уверен, что, встав на ноги, Алекс постарается загладить свой необдуманный поступок.

Голос Джареда буквально сочился ядом.

— Взрыв может произойти в любую секунду, — прокомментировала Алекс вполголоса.

— На флоте Алекс было спокойнее! — взревел адмирал. — По крайней мере там в нее не стреляли!

— Если не считать того раза в Пирл-Харбор, когда я помогала брать торговцев наркотиками, — сказала она уже громче. — Там свинца хватало.

Почему-то Алекс вдруг почувствовала себя значительно лучше.

— Помалкивай! — приказал ей отец.

— Адмирал Хэйден, советую вам не забывать, что вы находитесь в больнице, а не на палубе корабля среди курсантов мореходки, — ледяным тоном заметил Джаред. — Если вы не можете обращаться с моей невестой со всем должным уважением, тогда лучше уходите.

Адмирал Хэйден выпучил глаза, и лицо у него побагровело. У Алекс вид был совершенно ошеломленный.

— Алекс не из тех женщин, которых можно считать идеальными женами и матерями! — надменно проговорил адмирал.

Алекс быстро посмотрела на Джареда, взглядом умоляя его ничего не говорить отцу о ребенке. Ее уже тошнило от одного вида поединка воли, который шел между двумя мужчинами. Видимо, в результате потери сил после ранения она из-за беременности совсем ослабела.

— Если бы вы удосужились поближе узнать свою дочь, адмирал, то вы увидели бы, что с годами Алекс сильно изменилась, — хладнокровно сообщил ему Джаред. — И эти ваши крики отнюдь не способствуют ее скорому выздоровлению. Я уверен, что вы устали после длительного полета, так что я предоставляю в ваше распоряжение моего шофера.

С этими словами Джаред ловко выпроводил все еще хорохорящегося адмирала из палаты.

Алекс могла только бессильно лежать на подушках, стараясь не расхохотаться. Она и не мечтала когда-нибудь увидеть, как ее отца переиграют. Когда Джаред вернулся, она все еще посмеивалась.

— Бедняга Фрэнк! — При мысли о шофере Джареда, которому предстояло везти ее отца, она снова засмеялась.

— Ты уверена, что его не используют в качестве оружия морских десантников?

Джаред опустился на стул рядом с кроватью.

Алекс мгновенно посерьезнела.

— Джаред, я понимаю, что моего отца приветливым не назовешь, но зачем тебе было ему лгать?

Он недоуменно наморщил лоб.

— Лгать? О чем?

— О том, что мы якобы помолвлены.

— Но это так и есть, милая, — совершенно спокойно отозвался Джаред, а потом посмотрел на часы. — Дьявольщина! Мне через час надо встретиться с этими лондонскими банкирами! — Он встал, подошел к ее кровати и, нагнувшись, крепко поцеловал Алекс в губы. — Я приду к вечеру, любимая, — пообещал он тихо, лаская ее взглядом. — Будь умницей, слушайся врача — и быстренько отсюда выпишешься.

— Нам надо об этом поговорить! — отчаянно сказала она.

— Потом.

Он заглушил ее протесты новым поцелуем и ушел.

Днем у Алекс не было недостатка в посетителях: время от времени к ней ненадолго заходили Крис и Дина. Вернулся и ее отец, но теперь вел себя намного тише.

— Ты думаешь, что на этот раз у тебя брак сложится удачнее? — поинтересовался он.

— Элемент риска присутствует в жизни всегда, — уклончиво ответила она.

На ее счастье, тут в палату вошла Дина, и дальнейших расспросов не последовало.

До окончания приемных часов Джаред так и не появился, и Алекс поймала себя на том, что уже соскучилась по нему. Ей вдруг настоятельно захотелось увидеть его внушительную фигуру, убедиться, что она ему не безразлична. Пусть даже это не любовь — сейчас она готова была принять то, что есть. Невозможно было скрывать от себя, насколько Джаред ей нужен.

На следующее утро у нее сняли капельницу и разрешили съесть легкий завтрак.

— Малыша надо кормить как следует, — жизнерадостно проговорила Шери, ставя перед Алекс поднос с едой.

Алекс с подозрением осмотрела завтрак.

— Я ненавижу вареные яйца.

— Желудку надо начинать с диетических продуктов, — заявила медсестра и ушла, оставив ее наедине с завтраком.

— Беременным женщинам нужна сытная еда, а не жидкие кашки, — пробормотала Алекс себе под нос.

— Я полностью с этим согласен.

Алекс подняла голову на звук знакомого голоса.

— Джаред!

Она была настолько рада его видеть, что протянула навстречу здоровую руку. Когда он бережно обнял ее, Алекс взмолилась:

— Пожалуйста, скажи им, что этого мало. Я тут умру с голода!

— Думаю, что здесь тебе голодать не дадут. — Плечи у него тряслись от сдерживаемого смеха, пока он осматривал поднос с яйцом и жидкой овсянкой. — Выглядит это ужасно!

— Можешь мне не рассказывать, — наморщила нос Алекс.

Джаред присел на край кровати и нежно взял ее руки в свои.

— Вижу, что тебя выпустили на свободу.

Он имел в виду капельницу.

— А ты не можешь тайком принести мне шоколадку? Или «Сникерс»? Что-нибудь сладкое и сытное! — взмолилась Алекс.

— Нет, — прошептал он, наклоняясь, чтобы поцеловать ее в кончик носа, а потом в губы. Но, боясь дать волю чувствам, Джаред отстранился. — Я тебе кое-что принес. Боюсь только разочаровать тебя, потому что это несъедобное, — с напускной небрежностью сообщил он, запуская руку в карман пиджака и доставая оттуда небольшую коробочку — явно из ювелирного магазина.

Алекс застыла, не отрывая взгляда от коробочки. Открыв ее, Джаред достал оттуда кольцо с изумрудом в овальной оправе «маркиза», по обеим сторонам которого сверкали бриллианты.

— Я всегда считал, что бриллиант — слишком холодный камень, чтобы дарить его в знак помолвки, — тихо проговорил Джаред. — Размер я узнал по твоему кольцу с опалом.

Он потянулся за ее левой рукой, чтобы надеть ей на безымянный палец свое кольцо как знак помолвки, но Алекс поспешно отдернула руку. Джаред посмотрел ей в глаза, явно расстроенный такой реакцией, и стал ждать объяснения.

— Нет, — хрипло проговорила она, вся дрожа. — Я не позволю тебе это сделать!

— У тебя тут никакого нет выбора, Алекс, — сообщил он ей со сталью в голосе. — Свадьба состоится сразу же, как врач даст свое «добро».

— Нет!

На ее глазах блестели слезы. Она не вступит во второй раз в брак, где не будет любви с обеих сторон.

— Да! — зарычал Джаред, вскакивая с кровати и начиная расхаживать по палате. — Перестань упрямиться, Алекс. Ты и так слишком долго испытывала мое терпение.

— Никакого терпения у тебя и не было! — не согласилась она.

— В отношении тебя — не было!

— Я не допущу, чтобы ты женился на мне из-за ребенка! — На последнем слове голос у нее сорвался. — Можешь не тревожиться, я не лишу тебя права видеться с твоим ребенком, но только из жалости или чувства долга на мне жениться не надо!

Джаред стремительно повернулся к ней.

— Ты действительно так думаешь? Будто я женюсь на тебе из-за ребенка?

— А с чего еще тебе на мне жениться? — устало спросила Алекс. В последнее время ей стало очень трудно спорить с Джаредом.

— Наверное, с того, что я тебя люблю!

Он выкрикнул эти слова, а не прошептал, нежно глядя ей в глаза, но в их искренности сомневаться не приходилось.

Алекс уставилась на него, страстно надеясь, что не ослышалась.

— Ты меня любишь?

Он снова вернулся к ее кровати и присел на край. Алекс тут же оказалась в его объятиях и уткнулась лицом ему в шею, жадно вдыхая терпкий аромат его тела. Он нежно провел руками по ее спине и поцеловал волосы.

— Ох, Алекс! — вздохнул он. — Ты упрямица и злючка, и если бы чувствовала себя немного лучше, то могла бы швырнуть меня через всю комнату, но для человека, работавшего в разведке, ты иногда бываешь на редкость тупа! Ты мне нравилась с самого начала, а влюбился я в тебя еще в ту ночь, когда ты поймала насильника.

Ее губы сложились в печальную улыбку.

— Ты влюбился в мои бойцовские качества? — поддразнила его она.

Качая головой, он взял ее руку и надел ей на палец кольцо, а потом поднес ее руку к губам. Многозначительно улыбаясь, он легонько прикусил ей кончики пальцев.

— Не отрицаю, что я знал немало женщин, но внезапно я осознал, насколько пуста моя жизнь. Я захотел иметь жену и детей, я захотел стать нормальным семьянином… — Он иронично улыбнулся. — О, я готов признать, что меньше всего ожидал влюбиться в тебя, но положение оказалось безнадежным. Я очень быстро понял, что ты — единственная женщина, с которой я могу связать свою жизнь. — Его губы скользнули по каждому пальцу Алекс, вызвав во всем ее теле знакомый жар. — В тот вечер ты была вне себя от злости из-за того, что я поставил Симпсона на место, и я тут же решил, что ты нужна мне — пусть даже ты будешь орать на меня все следующие пятьдесят лет. — Джаред покачал головой. — Что-то мне подсказывает, что наш брак не будет тихим и спокойным.

— Прежде ты ни разу не говорил мне, что меня любишь, — тихо сказала она, гладя свободной рукой его гладкую щеку. — А я-то решила, что страдаю от неразделенной любви!

У Джареда загорелись глаза.

— Ты уверена? — хрипло спросил он.

— Так же точно, как и в том, что я беременна, — ухмыльнулась она.

Его взгляд потемнел от боли, которую причинили ему воспоминания о недавнем происшествии.

— Клянусь, если ты снова выкинешь подобный фокус, я тебя излуплю, — сурово пообещал он, снова притягивая ее к себе. — Я прошел через настоящий ад, Алекс. Врачи не могли гарантировать твоего полного выздоровления. Я даже сказал твоему хирургу, чтобы он сделал все, лишь бы ты осталась жива…

— Извини, что я тебе не сказала, — прошептала она, ласкаясь к нему.

— Мне следовало бы догадаться обо всем. Как я мог быть столь невнимательным! — обвинил он себя. — Знай я о твоей беременности, ты бы со мной не летела. — От волнения у него задрожал голос. — Я боялся от тебя отойти, Алекс. Я ужасно боялся, что, если я отсюда уйду, ты не очнешься.

— Ох, Джаред! — выдохнула она, не скрывая слез.

Он снова обнял ее, сдерживая свою страсть и боясь причинить ей боль своими прикосновениями.

— В средствах массовой информации меня называют одним из самых влиятельных людей страны, но ни один цент моих денег и никакое мое так называемое «влияние» не могли уменьшить твоих страданий! Я еще никогда не чувствовал себя на столько беспомощным! — с трудом проговорил он.

Теперь Алекс наконец смотрела на Джареда по-новому, наконец перед ней открылась его душа.

— Надо полагать, ты больше не разрешишь мне выступать в роли твоей телохранительницы? — задумчиво спросила она.

Джаред резко выпрямился.

— Не разрешу, черт возьми!

— Тогда я требую права самой выбрать себе замену. Предпочтительно это будет кто-нибудь похожий на Кинг Конга.

Алекс скрестила руки на груди.

— У меня есть идея получше, — таинственно ответил Джаред, и как Алекс его ни улещивала, ей так и не удалось выведать у него, что же он имеет в виду.

— Мистер Темплтон!

Они оба посмотрели в сторону двери, где появилась возмущенная Шери.

— И что это вы пытаетесь сделать? — воскликнула она.

— Имейте хоть немного жалости, — улыбнулся он. — Леди только что согласилась вернуть мне утраченную честь. Мне все-таки не придется стать отцом-одиночкой!

— Джаред! — Алекс невольно рассмеялась. Она решила, что ей очень нравится это его новое легкомысленное поведение.

Он снова повернулся к ней и прижал ее руку к своей щеке.

— Ты об этом никогда не пожалеешь, Алекс, — тихо поклялся он.

Она повернула голову и прижалась губами к его ладони.

— Знаю.

Месяц спустя Алекс стояла в главной спальне ранчо «Прадера Альта» и смотрела в окно на густой сумрак, который не проникал в освещенную пламенем камина комнату.

Ее ночная рубашка из винно-красного кружева и шелка изящными складками спускалась к полу, но уже не могла скрыть округлившегося живота. Кроме кольца с изумрудом, у нее на пальце было и золотое обручальное.

Свадебная церемония, которая прошла днем, была скромной — только для самых близких людей. Джаред сказал ей, что чем меньше гостей у них будет, тем лучше. А еще он признался, что боится, как бы пышная церемония ее не спугнула!

Из Вашингтона на свадьбу Алекс прилетела ее мать вместе с ее братьями и их семействами.

— Не знай я, как обстоят дела на самом деле, я бы мог обвинить тебя в том, что ты окрутила меня против моего желания, иначе зачем тебе присутствие этих дюжих молодцев? — дразнил ее Джаред.

— Это я-то? Да они только и твердят мне, что ты за чудесный человек! — не осталась она в долгу. — Они от меня отрекутся, если я вдруг решу пойти на попятную.

После приема, который прошел в доме Джареда в Брентвуде, они улетели на ранчо, чтобы провести там медовый месяц.

Алекс обернулась на звук открывающейся двери. В спальню вошел Джаред, такой элегантный в зеленом бархатном халате, неся бутылку шампанского и два бокала. Закрыв за собой дверь, он прислонился к ней спиной.

— Привет, жена, — проговорил он с удовольствием, обращаясь так к Алекс.

— Я что-то разнервничалась, — призналась она, вытягивая перед собой дрожащую руку. — Посмотри: никак не могу справиться с дрожью!

Джаред рассмеялся и поставил бутылку и бокалы на столик.

— Ты? Это мне надо нервничать! Для меня брак — дело новое.

— Да, я знаю, но я еще никогда не была замужем за тобой, — мягко сказала Алекс, поднимая к нему полный любви взгляд.

Джаред открыл шампанское, наполнил один бокал доверху, а второй — едва ли наполовину. Неполный он протянул Алекс.

— И это все, что я получу? — разочарованно протянула она.

Он кивнул.

— И считай еще, что тебе повезло. Ты его получила только потому, что сегодня особый день.

Они чокнулись и выпили искристого вина. Алекс поставила свой бокал, а потом протянула руку за бокалом Джареда, чтобы поставить его рядом со своим. Прижавшись к нему всем телом, она обвила руками его шею.

— А ты знаешь, что во время беременности женщины становятся более страстными? — спросила она его с чарующей улыбкой.

Губы Джареда прикоснулись к ее губам.

— Нет, но я готов тщательно проверить эту теорию. — Его рука опустилась к ее набухшей груди, скользнула под кружево…

Алекс тихо вскрикнула от наслаждения.

— Тогда что же мы тут стоим и тратим время на пустые разговоры? — Ее кончики пальцев играли завитками волос на его груди, а потом потянулись к поясу его халата. Увидев доказательство того, насколько сильно она действует на Джареда, Алекс торжествующе улыбнулась. — Этот эксперимент в горизонтальном положении проводить гораздо удобнее, — негромко сообщила она ему.

— Наверное, ты права. — Джаред спустил бретельки ночной рубашки с ее плеч и помог шелку соскользнуть на пол, а Алекс тем временем деловито развязывала его халат. Чуть нагнувшись, он подхватил ее на руки, проворчав: — Ого, ты, кажется, немного прибавила в весе…

Заботливо уложив ее в постель, он улегся рядом.

— Прошло так много времени, Алекс. — Его губы скользнули по ее шее к округлому контуру ее груди. — Слишком много.

Ее руки утонули в его волосах и нетерпеливо и настойчиво стали пригибать его голову к потемневшему и набухшему соску.

— Это не я придумала, — напомнила она ему.

Джаред поднял голову и смущенно улыбнулся.

— Я хотел дождаться свадьбы. — Его неугомонные пальцы уже легли на ее округлившийся живот. — Ты уверена, что это безопасно? — тревожно спросил он: его беспокойство на секунду заслонило страсть. — Это ведь необязательно, знаешь ли?

Алекс негромко рассмеялась и, толкнув Джареда в грудь, заставила его лечь на спину.

— Тебе, может быть, и необязательно, а вот мне — нет, — глуховато сказала она.

Он схватил ее за плечи и притянул к себе, так что их тела наконец слились. Удерживая Алекс за бедра, он вовлек ее в чувственный ритм, которого жаждали их тела.

Потом они лежали, переплетя руки и ноги. Джаред медленно поглаживал Алекс спину, время от времени прерываясь, чтобы найти какое-нибудь особенно чувствительное к ласкам местечко.

— Гм-м, две недели в тишине и покое! — вздохнула она. — Я уже в восторге.

— А что, если нам перевести это на постоянную основу на ближайшие лет пятьдесят? — спокойно осведомился Джаред.

Алекс резко подняла голову.

— Что?!!

Он нежно поцеловал ее в губы.

— Я имею в виду вот что: я подумываю, не передать ли управление «Фернвудом» совету директоров, чтобы самому остаться там только консультантом? У меня есть опцион на покупку племенной фермы арабских лошадей, которая расположена поблизости. Как ты на это смотришь? Большую часть времени мы будем жить в Лос-Анджелесе, но у нас определенно станет больше времени, чтобы бывать тут. Это я тебе обещаю.

— Да, — ответила она, ни секунды не колеблясь, а потом крепко обняла его. — Ох, Джаред! — В ее голосе звучала искренняя радость. — Я не хотела тебе признаваться, а теперь могу: я терпеть не могу твой дом в Брентвуде!

— Любишь меня, полюби и мой дом, — находчиво ответил он.

— Нет, я буду любить только тебя.

Джаред рассеянно гладил ее живот.

— Как ты думаешь, ему здесь понравится не меньше, чем нам?

— Ей, — ласково поправила его Алекс.

Джаред улыбнулся.

— Ты, наверное, назло мне начнешь рожать одних девчонок!

— Если я еще не забыла уроков биологии, то пол ребенка зависит от отца, — напомнила она ему.

— Зная тебя, не сомневаюсь, что ты сумеешь справиться с какой-то там биологией.

Руки Алекс настойчиво гладили его грудь, медленно опускаясь все ниже.

— Как это я сумею справиться? — лукаво спросила она.

Нежные пальцы Джареда ответили на ее ласку.

— Кажется, тебе это уже удалось.