/ / Language: Русский / Genre:sci_medicine

Курс клинической гомеопатии

Леон Ванье

Книга известного французского гомеопата является одним из лучших учебных пособий по гомеопатии. Основным достоинством и отличительной чертой этого руководства является то, что оно рассчитано прежде всего на врача, изучавшего ранее аллопатическую медицину и имеющего клинический опыт. Это единственное руководство по гомеопатии, построенное на сравнительном анализе методов лечения определенных групп заболеваний, принятых в аллопатической и гомеопатической медицине, и содержащее рекомендации, как в повседневной врачебной практике на благо больного объединить сильные стороны этих методов лечения. Еще одним несомненным достоинством книги д-ра Ванье является ее практическая направленность. Теоретические вопросы гомеопатической медицины освещаются очень кратко, т. к. автор считает, что есть прекрасные монографии по этим вопросам и незачем повторяться, а практические, наоборот, очень подробно и обстоятельно: клинические стадии развития болезни в их последовательности и соответствующие этим стадиям лекарственные средства, опрос и осмотр больного, анализ симптомов, изучение и выбор лекарства, определение потенции, повтор дозы, необходимость дренирования, использование антидотов и дополняющих лекарственных средств и т. д.

Леон Ванье

Курс клинической гомеопатии

ПРЕДИСЛОВИЕ

Предисловие к русскому изданию

Книга известного французского гомеопата является одним из лучших учебных пособий по гомеопатии. Основным достоинством и отличительной чертой этого руководства является то, что оно рассчитано прежде всего на врача, изучавшего ранее аллопатическую медицину и имеющего клинический опыт.

Еще одним несомненным достоинством книги д-ра Ванье является ее практическая направленность. Теоретические вопросы гомеопатической медицины освещаются очень кратко, т. к. автор считает, что они прекрасно изложены в работах основателей гомеопатии и нет необходимости повторяться. Любой врач, желающий изучить гомеопатический метод лечения, должен в первую очередь ознакомиться с работой С. Ганемана «Органон врачебного искусства» (5-е издание) и книгой Дж. Т. Кента «Лекции по философии гомеопатии». Это тот необходимый теоретический минимум, без которого нельзя приступать к изучению практики гомеопатии.

В своей книге д-р Ванье основной упор делает на рассмотрение практических аспектов деятельности врача-гомеопата, используя весь свой многолетний опьгг практикующего врача-гомеопата и опыт преподавания в течение нескольких десятков лет во Французском центре гомеопатии.

Подробно и очень обстоятельно рассматриваются стадии развитая хронического заболевания в их последовательности и соответствующие этим стадиям гомеопатические лекарственные препараты, техника опроса и осмотр больного, анализ симптомов, изучение и подбор подобного лекарства, выбор необходимой потенции, повторение дозы, необходимость дренирования, использование антидотов и дополняющих лекарственных средств и т. д.

Рекомендации автора использовать лекарственные средства в низких потенциях объясняется тем, что в те годы Французской государственной фармакопеей официально разрешалось использовать лишь препараты до 9 СН потенции включительно. К тому же методика приготовления этих препаратов отличалась от той, что была принята в остальных странах. В настоящее время рекомендуется использовать следующие потенции:

— низкие — 6-я, 12-я, 30-я сотенные;

— средние — 200-я;

— высокие — 1000-я.

С учетом этой поправки все остальные рекомендации д-ра Ванье по выбору потенции нисколько не потеряли своей значимости и точно соответствуют гомеопатической доктрине, разработанной С. Ганеманом. При использовании 200-ой и 1000-ой потенций, как правило, хватает одной дозы препарата, действующей очень долго, иногда до 3-х месяцев, и нет необходимости повторно давать дозу через 10 дней или две недели, как советует автор. Положительный результат появляется быстрее, а улучшение наблюдается значительно дольше, чем при использовании низких потенций.

Еще хочется обратить ваше внимание на то, что автор постоянно подчеркивает необходимость выбора одного-единственного подобного лекарственного средства, патогенез которого бы «покрывал» все имеющиеся у пациента симптомы.

Подобрать один подобный препарат, патогенез которого включает в себя все имеющиеся у больного симптомы, можно лишь отлично зная гомеопатическую Materia Medica и владея техникой реперторизации. Д-р Ванье не пишет об использовании реперториума в подборе лекарственного средства, т. к. в его время еще не было создано надежного и удобного в пользовании реперториума. В настоящее время подбор препарата осуществляется с помощью «Реперториума» С.М. Богера, который хотя и был издан впервые в 1905 г., но общедоступным он стал значительно позднее. Вообще, большинство врачей-гомеопатов, хорошо знающих клинику, предпочитают пользоваться именно «Реперториумом» С.М. Богера, используя при подборе препаратов разработанную К. фон Беннингхаузеном технику «синоптического ключа», которая больше известна в России под названием «крест св. Андрея». «Реперториум» Дж. Т. Кента, как правило, используется в качестве дополнительного для контроля правильности выбора препарата в сложных случаях. Такие опытные и хорошо известные гомеопаты как Д. Шерр и Р. Шанкаран советуют начинающим врачам-гомеопатам овладеть обеими техниками реперторизации, а какой реперториум он выберет в качестве основного и какой — в качестве дополнительного, врач решит сам.

Выход в свет этого фундаментального учебного пособия по гомеопатической медицине на русском языке особенно актуален в настоящее время. Интерес к гомеопатии в России огромен, наконец-то ее стали изучать и в медицинских вузах. Практические результаты, полученные при использовании гомеопатии при лечении различных заболеваний, говорят сами за себя, и любой думающий и болеющий за свое дело врач пытается овладеть этим методом лечения. Но вся ранее изданная на русском языке литература по гомеопатическому методу лечения была рассчитана на опытных врачей- гомеопатов, прошедших специальное обучение. Данная книга устраняет этот пробел, т. к. она рассчитана именно на врачей, окончивших обычный медицинский институт и стремящихся постичь гомеопатический метод лечения, чтобы использовать его на благо своих больных.

Захаренков В. М.

Предисловие к пятому изданию

Гомеопатическая врачебная практика очень трудна, так как требует не только серьезной подготовки и глубоких знаний, но и особого склада ума. Врач, желающий использовать в своей практике гомеопатический метод лечения, не должен отказываться от всего, чему его учили раньше, но должен научиться мыслить по-новому. Он должен научиться доискиваться до первопричины того или иного заболевания; должен по- настоящему познать Человека во всей его целостности; наконец, должен научиться распознавать во всех представившихся ему проявлениях точный генез патологических состояний.

Гомеопатия обогатилась семиологической терапией, значительно облегчающей практическому врачу выбор подобного болезни лекарства. Для нас имеет значение не только лекарство, но и сам больной, о предрасположенности которого к некоторым заболеваниям мы можем судить даже по его внешнему виду.

Медицинская коллегия, созданная Французским Гомеопатическим Центром, цель которого — развитие гомеопатии как науки, пять раз в году проводит недельные курсы, а тем, кто не может на них присутствовать, лекции могут быть высланы по почте.

Практикующий гомеопат поистине является аристократом среди врачей, так как в своей врачебной деятельности руководствуется нравственными критериями.

Предисловие к четвертому изданию

В момент, когда медицина, пожелавшая быть «социальной», становится «социализированной», врачи, по их собственному признанию, истерзанные и дезориентированные, стараются избежать бюрократического нажима, желая жить и работать так, как им велит их совесть. Им остается единственный способ бегства, гарантирующий сохранение достоинства и уважения окружающих, — излечение болезней.

Со времен Гиппократа медицине известны два способа лечения: первый базируется на законе противоположностей, и верхом совершенства здесь, без сомнения, является антибиотикотерапия; второй — на законе подобия, дающего в руки врача индивидуализированную терапию, которая называется гомеопатией и основывается на лечении лекарственным средством, характерные признаки которого подобны индивидуальным реакциям пациента при патологическом состоянии.

Между этими двумя методами не может быть никаких конфликтов: они вдохновляются различными принципами, применение которых принадлежит единой медицине. Два различных принципа, два различных метода, клинический и терапевтический, не могут ни игнорироваться, ни разделяться, т. к. они составляют единое целое.

Всю свою жизнь мы посвятили обучению гомеопатии и счастливы, что имеем возможность предоставить в распоряжение тех, кто решил приобщиться к этой науке, наш Французский Гомеопатический Центр, открытый для всех гомеопатов и всех интересующихся гомеопатией, живущих как во Франции, так и за ее пределами. Пусть его благотворная деятельность будет направлена на оказание необходимой помощи нашим коллегам и даст им возможность выполнить свою благородную миссию по избавлению людей от недугов.

Предисловие ко второму изданию

Прошло два года с момента выхода в свет первого издания «Курса клинической гомеопатии». Два года, в течение которых мы были свидетелями эволюции клинических медицинских доктрин. Начало положено — теперь в чести медицина, изучающая совокупность наследственных и приобретенных свойств организма, обуславливающих предрасположенность к заболеваниям: болезнь уступает место клиническому синдрому. Последний уже не носит, как прежде, имя того, кто его наблюдал и описал, он наконец стал характерной реакцией больного организма. Все должно быть строго индивидуализировано.

Шлюзы открыты и устремившиеся потоки смывают последние, казавшиеся незыблемыми, догматы; все силы медицинской науки мобилизуются для решения одной задачи — разработать новые методы лечения. Я с ужасом вижу, как благодаря их усилиям на свет нарождается еще одно чудовище — неогиппократизм, судьба которого уже предрешена заранее.

Сколько уже потеряно времени! Сколько растрачено зря энергии! Зачем опять устраивать хитроумные дискуссии по поводу больного и его наследственной предрасположенности к некоторым заболеваниям — дискуссии, тщетность которых вызывает улыбку, тогда как издревле известны два метода лечения: лечение противоположным (contraria contrariis) и лечение подобным (similia similibus). Индивидуализация симптомов неизбежно приводит к индивидуализации лекарства, т. е. к практике гомеопатии.

Зачем ждать от воспаленного воображения автора, страдающего отсутствием оригинальности, создания нового псевдогомеопатического метода лечения, отвратительной неоформации, надуманность и отсутствие основательности которой видны любому думающему врачу?

Коллеги гомеопаты! Мы представляем собой СИЛУ, потому что у нас есть УЧЕНИЕ. Не позволим посягать на наше общее достояние, но будем трудиться над научным развитием гомеопатии во Франции. Объединим наши усилия, чтобы познакомить наших коллег с замечательными клиническими и терапевтическими возможностями гомеопатической медицины, служению которой мы посвятили свою жизнь.

ВВЕДЕНИЕ

Работая над этой книгой, я постарался как можно полнее осветить все разделы гомеопатии, чтобы более обстоятельно ознакомить с гомеопатической терапией своих коллег-врачей и пациентов. Многие врачи представляют гомеопатию как метод лечения, отличающийся от обычной аллопатии только тем, что там используются ничтожно малые дозы лекарства, и полагают, что можно стать гомеопатом, назначая по правилам аллопатической медицины микродозы лекарственных средств. Другие, ознакомившись с азами гомеотерапии и испугавшись усилий, которые требуется затрачивать на подбор подобного лекарства, додумались назначать своим больным сразу несколько препаратов (иногда до 20 и более), которые бедный пациент должен принимать одновременно несколько раз в день, — такие врачи, как бы они себя ни называли, дискредитируют гомеотерапию и не могут называться гомеопатами. Еще одно широко распространенное заблуждение заключается в том, что гомеопатию считают исключительно симптоматической терапией, а врача-гомеопата — плохим клиницистом.

Как бы там ни было, но очевидно, что во Франции гомеопатия за последние годы значительно укрепила свои позиции и не в последнюю очередь за счет плодотворной деятельности нашего Французского Гомеопатического Центра. Люди нуждаются во врачах-гомеопатах, и наш долг заключается в том, чтобы подготовить хороших практиков. Гомеопатом нельзя стать случайно или быстро: чтобы стать хорошим практиком, нужно тщательно изучить все разделы гомеотерапии, а главное — понять ее суть. Гомеопатическое обследование больного не имеет ничего общего с клиническим обследованием, используемым в аллопатической медицине: настоящий гомеопат-практик разбирается не в сиюминутной симптоматике, а старается установить истинную причину имеющихся болезненных проявлений, проследить всю последовательность нарушений в организме. В своем сознании он связывает воедино имеющуюся клиническую картину, предшествующие заболевания, наследственную отягощенность и лекарственное средство. Он тщательно обдумывает свой диагноз и назначение; он наблюдает и чувствует; он подбирает similium и вылечивает.

Я написал эту книгу, стремясь помочь своим коллегам, обучающимся во Французском Гомеопатическом Центре. Я считал бы свою задачу выполненной, если бы каждый смог понять, что медицина является высшим искусством, практическая сторона которого требует полного понимания и того, как развивается болезнь, и того, как действует лекарственное средство, а также принципов, по которым оно может быть подобрано, установленных и переданных нам нашими великими предками.

КАК ПОНИМАТЬ ГОМЕОПАТИЮ

ГОМЕОПАТИЯ И СОВРЕМЕННАЯ МЕДИЦИНА

-

В наше время, когда гомеотерапия все больше распространяется во Франции и когда официальная медицина все чаще признает ее эффективность при многих заболеваниях, было бы разумно — осторожно и доказательно — попытаться научно обосновать принципы, положенные в основу гомеопатии и определить ее положение в современной медицине.

Гомеопатия — это метод лечения, базирующийся на законе подобия. Практическое применение этого метода требует от врача глубокого знания патогенеза лекарства и умения точно установить все симптомы заболевания, чтобы подобрать лекарство, патогенез которого точно бы соответствовал наблюдаемой у больного клинической картине.

Данное определение является довольно пространным, но цель его — показать основные элементы, определяющие гомеопатическую медицину, медицину синтеза, которая одновременно обращена и к больному, и к болезни.

«Три вещи, — пишет Гиппократ, — сочетаются в нашем искусстве: болезнь, больной и врач». Эти три элемента мы и должны рассмотреть, давая им беспристрастную оценку, если хотим четко уяснить наше сегодняшнее положение и заглянуть в будущее.

Болезнь

Ни в какую другую эпоху так пристально не изучалась болезнь и так яростно не преследовалась, как в наше время. Мы должны со всей искренностью отдать должное современной медицинской науке, усилиями которой мы с каждым днем узнаем все больше и больше о причинах различных болезненных состояний.

«Sublata causa, tollitur effectus» — этот схоластический принцип, казалось бы, доминирует во всей официальной медицине, принцип, применение которого дало бы замечательные результаты, если бы была установлена истинная первопричина и если бы за нее не принимались последствия ее воздействия. Трагедия современной медицины заключается в том, что она пытается втиснуть новые факты в рамки старых доктрин: она «хочет знать» и «не знает», она «хочет открыть» и «не видит», она «хочет углубить» и «останавливается» на первых шагах, она, наконец, «хочет действовать», но «признает» свое бессилие.

Как печально сознавать бесполезность всех тех усилий, которые напрасно затрачивают столько великих умов, пытаясь сделать заведомо невыполнимое!

Современная медицина не имеет фундамента. Она опирается на множество субъективных мнений, противоречивость которых никто не оспаривает. То, что вчера громогласно провозглашалось единственно верным учением, сегодня также громогласно объявляется заблуждением: нет принципов, но есть теория; нет методов, но есть техника; нет наблюдения, но есть осмотр.

Даже лаборатории в большинстве своем не выполняют своих функций: они противятся исследованиям и не хотят изучать. Их задача заключается в том, чтобы сделать изолированный анализ, а не проследить всю совокупность болезненных проявлений, так как врач хочет прежде всего «знать», забывая свое истинное предназначение — лечить.

Как может чувствовать себя студент, столкнувшись с такой непоследовательностью и нестабильностью? Как может чувствовать себя врач, озабоченный тем, как вылечить своих пациентов, и не получивший от своих Учителей ничего, кроме противоречивых рассуждений, ложность которых подчеркивается неэффективностью их применения в повседневной врачебной практике?

Подходящий ответ на этот вопрос дает в своей замечательной, хорошо обоснованной статье профессор Мориак (Mauriac), милым скептицизмом которого я постоянно восхищаюсь. Описав все хитроумные теории и выстроенные на их основе методики лечения, которые сначала объявлялись панацеей, а затем, когда врачебная практика доказывала их несостоятельность, отметались, он делает вывод, что «сегодняшние студенты находятся в том же самом положении, что и их предшественники, которые во время учебы усердно изучали различные «истинно научные подходы», а когда попробовали применить их на практике, то убедились, что им просто «пудрили мозги».

Доктор Мориак так же резко критикует современные тенденции в экспериментальной медицине: «Мы изо всех сил стараемся скопировать реакции человеческого организма с реакций животного, будь то даже морская свинка!»

Анализируя последние открытия, сделанные в области экспериментальной медицины, доктор Мориак очень доказательно показывает несостоятельность современных теорий, объясняющих причины отеков (задержка хлористых соединений), механизм развития диабета (недостаточность инсулина), анафилаксии, плюригландулярных, аллергических и иммунологических нарушений. Хотя эти теории в настоящее время пропагандируются и утверждаются достаточно авторитетными учеными.

И в заключение автор делает очень серьезный вывод, хотя и с некоторой долей иронии: «Эти неизбежные несуразности и сомнительные теории являются неоспоримым свидетельством главенства клинического наблюдения, и мы не должны стыдиться этого. Медицина теряет «твердую почву под ногами» и становится бессильной, как только она сворачивает со своего пути».

Многие врачи-гомеопаты также заслуживают этого упрека, обращенного доктором Мориаком к своим коллегам-аллопатам.

Величие нашего УЧЕНИЯ состоит в незыблемости принципов гомеопатического лечения, традиционно передаваемых из поколения в поколение со времен Гиппократа. Ценность наших терапевтических методов, окончательно сформулированных С. Ганеманом, базируется на их неизменности, которая обеспечивает постоянство результатов.

Руководствуясь только неопровержимыми фактами при изучении результатов терапевтического воздействия и анализируя их исключительно с позиции здравого смысла, стремясь установить их причину, мы, врачи-гомеопаты, создаем свою концепцию болезни, и, благодаря многочисленным клиническим и экспериментальным подтверждениям основных ее положений, можно считать, что мы находимся на правильном пути.

В качестве примера можно взять такое заболевание, как туберкулез. До 1930 года для постановки диагноза «туберкулез» необходимо было выделить из мокроты возбудителя и установить характерные патологические изменения в легких. Только с этого момента считалось, что человек стал опасен для окружающих и необходимо принимать соответствующие меры: помещение больных в специальные санатории и клиники, личная гигиена и т. д., — ничего до и все после. Но открытие фильтрующегося вируса туберкулеза в 1930 году показало полную несостоятельность всех господствующих в аллопатической медицине теорий о причинах и способах лечения туберкулеза.

Думаю, не будет напрасным напомнить, что еще в 1925 году я не без оснований писал: «Как токсин является продуктом патогенного микроорганизма, так и клинической картине туберкулеза предшествует формирование конституционального типа Tuberculinum»[1]. Таким образом я утверждал, что, наблюдая и анализируя терапевтическое действие потенцированного возбудителя туберкулеза на больных туберкулезом людей, можно прийти к выводу: клиническая картина туберкулеза появляется только у людей, уже долгое время подвергающихся воздействию какого-то патогенного фактора. Понять в то время, что это за фактор, мне мешало недостаточное знание биологии, но я был уверен, что он той же самой природы, что и возбудитель туберкулеза — палочка Коха, потому что назначения потенцированного микроорганизма оказывало поистине чудесное действие — развитие заболевания останавливалось, исчезали болезненные проявления, здоровье человека быстро восстанавливалось. К тому же в дальнейшем пациент становился менее восприимчивым к заражению, как это бывает после иммунизации.

В настоящее время все большее значение придается наследственности. Но врачи-гомеопаты уже давно в своей практике пользовались методами, позволяющими определить наследственную предрасположенность человека к туберкулезу и вылечить это заболевание на ранних стадиях, когда еще нет необратимых органических изменений, а заболевание проявляется только функциональными нарушениями[2].

Не стоит игнорировать мнение практикующих врачей-гомеопатов, которые считают, что патогенный микроорганизм — это кажущаяся, не истинная причина болезни. Я уверен, что постепенно биологи различных школ станут рассматривать микроорганизмы как симптоматические, микроскопические элементы, форма которых зависит от того органа или ткани, где они локализованы. И тогда будет описано множество фильтрующихся вирусов, существование которых все же еще окажется недостаточным для объяснения истинной причины заболеваний, и вот тогда настанет очередь таинственных эманаций со странным непредсказуемым действием, которые и являются истинной причиной всех болезней. И клиническая терапия будет оставаться ненадежной и неэффективной, пока Медицина будет считать идеи Л. Пастера о причине заболеваний единственно верными — этот путь неизбежно приведет в тупик.

И действительно, далеко не при всех заболеваниях можно выделить характерный патогенный микроорганизм. Болезни, которыми болеет человек в течение жизни, являются внешним проявлением медленной трансформации организму обусловленной передающимися по наследству факторами, названными С. Ганеманом «миазмами», или «токсинами» по современной терминологии которые нарушают нормальное функционирование его органов и систем и не дают свободно развиваться. Организм пытается всеми возможными способами освободиться от «этого болезнетворного начала или хотя бы ослабить его действие.

Причиной всех болезненных состояний, известных на сегодняшний день, всегда является интоксикация одним из основных, передаваемых по наследству миазмов, от которых страдает человечество: Tuberculin, Syphilis, Sycosis, Psora и Carcinosin.

Tuberculin и Syphilis передаются по наследству из поколения в поколение, и врачу-гомеопату вовсе не нужно делать анализ крови или ставить кожную пробу, чтобы определить их постоянное влияние на организм человека. Наследственное влияние выражается в формировании определенного конституционального типа человека, характеризующегося своими индивидуальными морфологическими и психическими особенностями.

Определив по внешнему виду тип человека, врач-гомеопат может довольно четко диагностировать имеющиеся нарушения и определить дальнейшее развитие заболевания, чего не могут сделать обычные клинические или лабораторные методы исследования. Осуществив такой ретроспективный анализ, врач-гомеопат может с помощью гомеотерапии эффективно лечить различные патологические состояния.

Так же обстоит дело и с миазмом Sycosis, описанным С. Ганеманом, который представляет собой совокупность болезненных проявлений, вызванных повторяющейся гонококковой интоксикацией приобретенной или переданной по наследству. Я подчёркиваю — «по наследству», потому что возбудитель гонореи — гонококк — может быть ни разу не обнаружен современными методами анализа и гнойные выделения из уретры, характерные для гонореи, также могут никогда не наблюдаться. Но в организме все равно находятся токсины, которые медленно, но неотвратимо заставляют его трансформироваться.

Болезненные состояния, вызываемые подобной трансформацией, хорошо известны и достаточно полно описаны. Определены и гомеопатические препараты, надежно устраняющие эти патологические состояния и успешно противостоящие дальнейшим изменениям.

Psora Ганемана, библейская лепра или средневековая чесотка, что одно и то же, является самым древним токсическим наследием, передаваемым из поколения в поколение. Этот миазм уходит корнями глубоко в наследственность и не проявляется до поры до времени, хотя у многих людей, имеющих особенно выраженную предрасположенность именно к Psora, в течение жизни он время от времени проявляется определенными болезненными состояниями, исчезающими через некоторое время так же внезапно, как и появились, независимо от того, лечились они или нет.

И, наконец, Carcinosis который известен, в основном, своей последней стадией — раковой опухолью. Злокачественное новообразование является заключительной стадией длительной борьбы организма, чувствительного к этому миазму, На более ранних этапах характерные реакции организма, варьирующие в определенных рамках для каждого индивидуума, позволяют определить предрасположенность человека к раковым заболеваниям и с помощью гомеопатических препаратов не допустить образования опухоли или, по крайней мере, надолго отодвинуть время ее появления[3].

Необходимо подчеркнуть, что у болезни нет непосредственной причины, она — результат. Острая или хроническая, явная или скрытно текущая, она всегда является следствием — ей всегда предшествуют болезненные состояния, степень выражения и проявления которых зависит от места локализации патологического процесса и индивидуальной реактивности организма.

Обычно, когда хотят пошутить, говорят, что «это врачи создают болезни», хотя с гораздо большим основанием можно сказать, что «каждый человек сам «делает» свою болезнь». Это действительно так, и какими бы ни были констатированные анатомо-физиологические нарушения, проявления этих нарушений в огромной степени зависят от индивидуальных особенностей пациента, и, следовательно, одна и та же патология у разных людей проявляется по-разному.

В наш беспорядочный век, когда целые поколения не видят смысла в своем существовании, когда различные партии борются друг с другом за власть в ущерб нации, Медицина испытывает те же потрясения — так же, как и общество пренебрегает интересами личности, так же и врач пренебрегает интересами больного, находящегося на его попечении, забывая о своем священном долге.

Больной

Больной является целостной личностью, о чем в официальной медицине умышленно «забывают»: во внимание принимаются только те симптомы, которые позволяют поставить клинический диагноз, а индивидуальные особенности реагирования организма пациента просто игнорируются. Всем знаком обычный ответ врача-аллопата человеку, стремящемуся передать свои впечатления и выразить свои ощущения: «Это все нервное и не представляет практического интереса».

Однако нельзя не признать, что в современной Медицине появилась новая тенденция ставить на первое место клинические синдромы. Но Медицина добилась бы большего прогресса, если бы вместо того, чтобы тщательно изучать их физиологический механизм исключительно с патогенетической точки зрения, попыталась бы определить их медикаментозное соответствие с терапевтической точки зрения. Тогда можно было бы быстро и точно определить соответствие той или иной совокупности симптомов, образующих клиническую картину заболевания, патогенезу определенного лекарственного средства. Это позволило бы намного шире использовать точную и эффективную гомеопатическую терапию.

Не стоит забывать и о значительных успехах, сделанных за последнее время в плане изучения индивидуальных особенностей человека и реактивности его организма.

Вне всякого сомнения, что по мере развития медицинской науки, теория возбудителя как причины болезни все больше теряет свою значимость, а на первый план выдвигается учение о совокупности наследственных и приобретенных свойств организма, определяющих предрасположенность к определенным заболеваниям, и мы можем только одобрительно аплодировать профессору Безансону (Bezangon), который на открытии XXII Конгресса медиков, проходившего в Париже 10 октября 1932 г., закончил свою речь такими словами: «Будущее терапии заключается в точном знании клиники, что является более важным, чем знание специфической этиологии, патофизиологических механизмов и общего патогенеза заболевания. Нужно разрабатывать неспецифические способы лечения определенных заболеваний у конкретного человека».

Свою, лекцию, прочитанную на кафедре терапии медицинского факультета Парижского университета в ноябре 1936 г., профессор Абрами (Abrami) закончил следующими словами: «Необходимо индивидуализировать симптомы».

Доктор Делор (Delore) в своем последнем труде[4] писал: «Болезнь является не чем иным, как реакцией организма на определенные раздражающие его факторы… Существует довольно небольшое количество болезнетворных факторов, гораздо меньше, чем считается, а все множество патологических состояний объясняется индивидуальной реакционной способностью организма, являющейся совокупностью наследственных и приобретенных свойств. Этим же объясняется и предрасположенность к отдельным заболеваниям…Несомненно, что будущее за медициной, изучающей эту совокупность, и за индивидуализированной терапией».

Кратко вышесказанное можно подытожить так: «Будущее терапии — гомеопатия».

Только гомеопатия учитывает индивидуальную реакционность организма и предлагает для лечения лекарственные средства, подобранные с учетом индивидуальных особенностей, действие и патогенез которых хорошо известен.

Только гомеопатия позволяет индивидуально назначать на различных этапах развития болезненного процесса дополнительные препараты, последовательность которых тщательно выверена и известна заранее.

Только гомеопатия позволяет осуществить индивидуальное лечение, полностью учитывающее всю совокупность наследственных и приобретенных свойств организма.

Только гомеопатия может помочь практикующему врачу определить истинную, а не кажущуюся причину болезненного состояния (Tuberculin[5], Sycosis, Psora, Syphilis, Carcinosin).

Обращение официальной медицины к идеям Гиппократа не может не радовать, так как это еще раз подтверждает истинность гомеопатической доктрины.

Испытывая состояние недомогания, которым начинается любое заболевание, человек жалуется на появившееся смутное беспокойство и другие неясные симптомы, оценить которые и принять как руководство к действию может только врач-гомеопат, так как они соответствуют его пониманию патогенеза определенных лекарственных средств и являются указанием к их применению.

Только когда раздражение становится настолько сильным, что организм буквально «кричит о своем страдании», появляются различные боли и функциональные нарушения. На этом этапе используются оба терапевтических метода, но если врач-аллопат старается снять боль с помощью анальгетиков или восполнить обнаруженный недостаток какого-нибудь элемента путем его введения в организм, то врач-гомеопат назначает больному тот препарат, патогенез которого, установленный экспериментальным путем, наиболее подобен выявленной клинической картине. Действительно, симптомы указывают не только на определенное заболевание, но одновременно позволяют определить индивидуальные особенности организма человека и подобрать нужное лекарство.

В конце концов функциональные нарушения неизбежно приводят к органическим поражениям различных структур организма. Но и в этом случае продолжает действовать закон подобия. Только на этом этапе назначаются те препараты, которые в токсических дозах вызывают патоанатомические изменения, проявляющиеся идентичными наблюдаемой клинике симптомами.

Часто на практике врач сталкивается с ситуацией, когда у больного наблюдаются все три этапа одновременно: сенсорные расстройства, функциональные нарушения и патологические изменения составляют единое целое. В этом случае искусство врача-гомеопата проявляется в способности «разложить все по полочкам», чтобы правильно поставить диагноз и точно оценить значимость симптомов для подбора необходимого лекарственного средства.

Таким образом, с каждым днем все больше и больше подтверждается незыблемость и научность гомеопатической терапии, принципы которой, сформулированные С. Ганеманом, опираются на закон подобия, известный со времен Гиппократа.

Сейчас, как и две сотни лет назад, учение С. Ганемана остается таким же непоколебимым и базируется на тех же принципах. Но, как всякая наука, гомеопатия должна развиваться, стараясь как можно лучше выполнить свою задачу.

Если С. Ганеман установил связи, объединяющие больной организм и лекарство, то мы должны уточнить не менее фундаментальные различия между больным организмом и здоровым. Больной организм не должен рассматриваться как определенная патология, которая может быть обозначена с точки зрения этиологии посредством какого-нибудь возбудителя, с клинической точки зрения — нозологическим наименованием, часто довольно спорным, а с терапевтической — посредством определенного лекарственного средства. Больной — это живой человек, индивидуальные особенности которого, без сомнения, должны изучаться, но его реагирование и возможности (физические и биологические, психические и динамические) должны быть известны заранее, чтобы врач мог не только лечить, но и предупредить болезнь; не только видеть симптомы, но и предвидеть их; не только руководить лечением, но и подсказать, какого образа жизни придерживаться, чтобы не заболеть.

«Каждый человек болеет только теми болезнями, которыми может заболеть» — утверждал Гиппократ. Человек бывает предрасположен только к определенным болезням.

Несомненно, чтобы быть счастливым, индивидуум должен занимать в жизни то место, которое ему предназначено. Человек может быть здоровым и счастливым, только полностью реализуя свои способности.

Гомеопатия, благодаря индивидуальности своей терапии, позволяет гарантировать личности восстановление душевного равновесия. Но часто бывает так, что человек никогда и не жил в согласии с самим собой.

Знать конституциональный тип своего пациента обязан каждый врач, стремящийся честно выполнять свой профессиональный долг. Определение конституционального типа производится таким же образом, что и подбор гомеопатического средства, и если иногда возникают трудности, то надо искать причину в патологических процессах, протекающих глубоко в организме и изменяющих саму личность человека.

Но так же, как при органических поражениях, исследуя образцы клеточной ткани, врач может обнаружить пораженный орган, таким же образом, анализируя имеющуюся клиническую картину, можно выделить симптомы, характерные для определенного конституционального типа, и не только установить его, но и оценить патологическое состояние[6].

Конституциональный тип, болезнь и лекарство следует всегда рассматривать взаимосвязано, так как они являются основными факторами, которыми должен руководствоваться в повседневной практике врач-гомеопат.

Врач

Медицинская наука постоянно находится в поиске чего-то нового, и очень часто новые факты заставляют пересматривать устоявшиеся общепринятые концепции. Это нормальное явление.

В эти «смутные времена» больные, многие из которых очень пристально следят за эволюцией медицины, перестают доверять официальным врачам и часто переходят в наступление. Их критический ум, обостренно воспринимающий все, что касается их болезни, направлен тогда против лечащих врачей. И если перед хирургом, решительность и знание своего ремесла которого их подавляет, они робеют, то с терапевтом такие люди спорят охотно и по малейшему поводу, так как прекрасно осознают его нерешительность и беспомощность. А как бы вы хотели иначе? Ведь уже давно наши коллеги-аллопаты не подбирают дозировку и лекарство индивидуально каждому пациенту, чем по праву гордилась старая школа фармации, а назначают их в стандартной дозировке и по показаниям, определенным чиновниками от медицины, что исключает всякую личную ответственность.

При лечении принципы фармакодинамики просто игнорируются, и если некоторые добросовестные врачи еще знают механизм действия назначаемых ими лекарств, то большинство современных врачей не знают, да и не хотят знать, как действует то или иное лекарство, считая достаточным то, что сказано в инструкции по применению, или следуя указаниям рекламы.

В современном обществе профессия врача необходима, в этом не может быть сомнений, но при подготовке его надо ориентироваться в другом направлении. Получив во время обучения громадное количество информации, врач не знает общих, фундаментальных принципов и поэтому не может применить свои знания на практике, чтобы, опираясь на базовый принцип и используя наблюдения за больным, индивидуально назначить лечение. Он превращается в ремесленника, работает механически, безо всякого воодушевления и все больше и больше разочаровывается в своей профессии, видя, как постоянно падает его престиж, и тогда врач старается с помощью интеллекта или спорной дипломатии как-то упрочить свое положение в обществе и обеспечить свое будущее.

Простота постановки диагноза с помощью лабораторных исследований является видимостью: тесты, которые используются во все увеличивающихся количествах для достижения большей точности, часто дают неточный результат или неправильно интерпретируются и, как следствие, медикаментозное лечение не дает результатов. Очень часто он как врач может предложить только методы натуропатии, и вскоре вся его практическая деятельность укладывается в принцип «Primo non nосеге».

В наше время, когда невежество и предрассудки мирно уживаются с прогрессом науки и цивилизации, когда беспорядок становится правилом, а безопасность — исключением, врач не должен разочаровываться в своей профессии. Необходимо вернуть то уважение, которое ранее окружало человека, посвятившего себя искусству врачевания.

В то время как выдающиеся ученые, чьи высказывания демонстрируют их глубокий ум и исключительную честность, отмечают идейный разброд в современной медицине и помогают понять несостоятельность искусственно построенной терапии, наш долг восстать против этой концепции Медицины с ее несостоявшимися надеждами и находящейся в плену изящного скептицизма.

Медицина — это искусство врачевании. Врач должен лечить: только тогда он выполняет свою социальную функцию и обретает уважение окружающих. Во врачебном искусстве рабочим инструментом является лекарство, а «материалом» — больной человек, который давно уже игнорируется как личность и рассматривается только как организованная материя.

Но в последнее время все больше и больше появляется работ, рассматривающих человека как целостную личность и порой стремящихся определить его истинную ценность. Γγωτι σεαντλó Гиппократа снова стало на злобу дня, и снова приобрели актуальность концепции философов средневековья.

Медицинское наблюдение, как его понимают в гомеопатии, не является только клиническим обследованием. Любые наблюдаемые у пациента симптомы, объективные или субъективные, биологические или физические должны собираться и оцениваться одновременно с трех точек зрения: типологической, клинической и терапевтической. Ни один метод исследования не должен остаться без внимания, даже самый экзотический, такой как, например, остеопатия или иридодиагностика.

И тогда используется знание гомеопатической Materia Medica, которое позволяет установить четкую связь между наблюдаемой клинической картиной и патогенезом лекарственного средства, выявленного экспериментальным путем. Это обязывает лечащего врача поставить точный терапевтический диагноз и назначить строго определенный препарат.

Непосредственно в лечебной деятельности врач-гомеопат имеет огромное преимущество перед своими коллегами-аллопатами, так как верит в свою Медицину. И это совершенно естественно, потому что он ежедневно видит эффективность своего труда, опирающегося на незыблемые принципы гомеопатической медицины — закон подобия, назначение препаратов в ничтожно малых дозах и, как абсолютный контроль, действие правильно подобранного препарата.

Он не может «схалтурить», так как это сразу же проявится: каждый случай требует от него приложить максимум знаний и умений, но врач так часто бывает вознагражден за потраченные усилия самым неожиданным образом, что каждодневный напряженный труд не становится ему в тягость.

Когда к знаниям гомеопатической доктрины добавляется солидный клинический опыт, человек уже ясно видит надуманность и оторванность от практики современных медицинских теорий, которые сменяют друг друга с удивительной быстротой. Опытный врач-гомеопат четко представляет себе эволюцию заболевания и может правильно оценить изменения, происходящие в процессе излечения. Более того, он может предвидеть и предупредить заболевание, зная конституциональный тип больного и, следовательно, к каким болезням человек предрасположен.

Больной организм рассматривается как динамическая система, вышедшая из равновесия, которое нужно восстановить.

При изучении аллопатической медицины бросается в глаза большое различие во взглядах, ненадежность и обобщенность методов лечения, хаос в классификации болезней, а в гомеопатической медицине — незыблемость принципов, индивидуальный подбор лекарства, достоверность и точность оценки результатов лечения.

Но не нужно спешить с выводами: они будут чаще всего ошибочными. Медицина едина и искусство врачевания зиждется на двух принципах, сформулированных еще задолго до наших дней: «противоположное лечится противоположным» и «подобное лечится подобным». Применение каждого из них требует своей методики, построенной на своих принципах. Противопоставлять одно другому глупо. Нельзя снова сделать ту же ошибку, которую совершил Гален, противопоставив один принцип другому в ущерб учению Гиппократа. Нельзя допустить нового непримиримого противостояния аллопатов и гомеопатов, возобновить бесполезные и смешные дискуссии. Почему же не признать положительных результатов, достигнутых при лечении амебиаза Ipecacuanha, а вторичного сифилиса — Mercurius cyanatusl? Почему не признать преимущества мышьякового бензола и висмута при лечении приобретенного сифилиса, сожалея, правда, о чрезмерно обобщенном их использовании? Зачем оставлять без внимания препараты, доказавшие на практике свою способность продлить жизнь человека, восполняя недостаточность функционирования какого-нибудь органа и нередко приводящих к стабилизации состояния в течение определенного времени? Зачем отказываться при внезапных и острых приступах от аллопатического лекарства, прошедшего соответствующее испытание и способного за несколько минут снять боль и облегчить страдания больного? Почему не признать открытие Флемминга и не использовать антибиотики, изумительное действие которых позволяет вылечить больного в случаях, считавшихся ранее безнадежными?

Первейший долг врача — лечить, и все, что способно привести к выздоровлению, должно быть использовано. И наши коллеги-аллопаты поступают совершенно правильно, используя органотерапию, гемотерапию, аутовакцины и поливалентные сыворотки.

«Удивительно, но это бесспорный факт, который может быть остался бы незамеченным, если бы не повторялся снова и снова, — пишет в своем замечательном труде о Гиппократе г-н Гастон Бэсэт (Gaston Baissette), — особенно эффективно действуют те вакцины, возбудитель которых не обнаружен; то же самое относится к оспе и бешенству. Так что методы аналитической медицины, основанной на экспериментальном методе, целиком построены на невидимых сущностях, обнаруживать которые не в состоянии, даже используя самые чувствительные приборы. В общем, чистая абстракция».

С того момента, как доктор Райт (Wright) разработал метод вакцинации, все крупнейшие исследователи в этой области медицины опираются на метод подобия, неоспоримо подтверждая тем самым правильность закона подобия, установленного Гиппократом.

Не нужно упорствовать, делая все новые и новые попытки вылечить больного и снова и снова разочаровываясь в результатах лечения! Почему не использовать ваши обширные познания по-другому? Не нужно зря тратить время и силы, противопоставляя аллопатическую (аналитическую или галенову) медицину гомеопатической (синтетической или гиппократовой) медицине: анализ — это исследование, синтез — наблюдение. Все патологические состояния нужно тщательно изучать: их причину, пути развития и вызываемые ими последствия. Но природа связала их воедино, и именно на знании этих закономерностей и должна базироваться медицина.

Учение о патогенном микроорганизме как первопричине заболевания свое отжило. Нельзя ограничиваться только поиском возбудителя! Нужно изучать, как это делается в гомеопатии, реакции организма при инфицировании!

В поисках причины заболевания нас постоянно сдерживает какой- то неизвестный механизм неопределенности, действие которого проявляется как в катаклизмах космического или национального масштаба, так при психических или соматических патологиях у человека.

Чтобы разобраться, необходимо возвратиться к самым истокам медицины. Не нужно противопоставлять Гиппократа и Галена. Нужно признать, что Самуил Ганеман — это гений, которого нельзя игнорировать. Убежденные гомеопаты, но отнюдь не сектанты от медицины, мы бесконечно восхищаемся честными и добросовестными работами наших коллег-ученых, но мы убеждены, что если они хотя бы единожды отбросили владеющие их умами иллюзии, то французская медицина вступила бы в новую эру процветания.

ВЕРА ВРАЧА-ГОМЕОПАТА

-

Часто можно слышать, что гомеопатическая медицина держится на внушении, а гомеопат — продавец современных шарлатанских лекарств, которые он с успехом продает доверчивым больным, ставшим жертвой его обмана.

Вера является основой успеха, без нее невозможно выздоровление. Часто наши критики попадают в довольно неловкое положение, убеждаясь, что и сам врач-гомеопат, кажется, находится в плену тех же самых иллюзий, что он свято верит в целительное действие назначенного лекарства и в методику, по которой он его подбирает. Более того, он уверен в истинности гомеопатической доктрины, а те неимоверные усилия, которые он затрачивает при подборе лекарства, убеждают в его вере даже самых упорных скептиков, которые однако не перестают критиковать его.

Вера врача-гомеопата зиждется на традициях и на получаемых результатах.

Традиции

-

Гомеопатия — это ужасный термин (παθοζ — страдание, ομοιοζ— подобный), которым мы обязаны пользоваться, несмотря на его нелепую этимологическую конструкцию и ошибочную орфографию, из уважения к его гениальному автору — Самуилу Ганеману.

Гомеотерапия — лечение подобным: этот термин более точно отражает суть метода.

Впервые некоторые принципы гомеопатической медицины были сформулированы Гиппократом.

Гиппократ

Гиппократ понимал здоровье как состояние полной гармонии всех сил организма, их равновесие. При нарушении этого равновесия появляются болезненные симптомы, следовательно, «болезнь — это реакция организма, старающегося восстановить утраченное равновесие. Здоровье и болезнь являются проявлением одной и той же функции организма — стремления сохранить свою целостность.

Организм восстанавливается тремя путями:

— пассивным или статическим (отдых, умеренность во всем, сон);

— активным или динамическим (физическая нагрузка, движение, увеличение количества принимаемой пищи);

— «возмущением» или появлением симптомов, которые являются указанием на серьезное нарушение нормального функционирования определенных органов или систем.

«Врач, — пишет Гиппократ, — прежде должен научиться понимать язык Природы, т. к. он прежде всего является помощником Природы. Поэтому, прежде чем назначить лечение, необходимо учесть все проявления, с помощью которых организм сигнализирует о своих «болячках»: психические и соматические, явные и скрытые».

Болезнетворные действия

При некоторых патологиях причиной заболевания является внешнее воздействие, и все наблюдаемые симптомы вызваны именно им. В этом случае при устранении этой внешней причины исчезают и болезненные проявления.

Чаще причиной заболевания являются факторы внешней среды, окружающие человека: природные, социальные и т. д. В этом случае понятие Больной доминирует над понятием Болезнь, и врач должен наблюдать за реакциями пациента, чтобы точно определить пути его исцеления.

Целительное действие

1. Известна непосредственная причина болезни.

В этом случае врач должен руководствоваться законом, сформулированным Гиппократом: «Противоположное излечивается противоположным» — жажда утоляется питьем, переизбыток — удалением и т. д. Исчезла причина — прекращается воздействие. «Sublata causa tollitus effectus». Позже эта же мысль была высказана Аристотелем.

2. Причина неизвестна.

В этом случае руководствуются принципом «Подобное излечивается подобным». Средство, вызывающее странгурию у здорового человека, может и излечить ее; слабительные могут вызвать запор и т. д. — действие препарата зависит от его дозы. «Врач должен четко знать ту границу, — пишет Гиппократ, — за которой действие лекарства становится противоположным: яд становится лекарством, слабительное вызывает запор и т. д.»

Таким образом, Гиппократ применял закон противоположностей для лечения заболеваний с известной причиной, а закон подобия — для лечения заболеваний с неустановленной этиологией.

Открытый Гиппократом и отвергаемый Галеном и его последователями закон подобия приобрел в эпоху Средневековья новое звучание в работах величайшего гения того времени Парацельса.

Парацельс

Парацельс увековечил до наших дней неистовый дух Средневековья. В эту восхитительную и таинственную эпоху, в которую любая вещь скорее «раскрыта», чем «проявлена», он обладал мощной и увлекающей силой, которая потрясала Академии, сбрасывала идолов, разжигала умы, вызывая одновременно зависть и уважение, ненависть и любовь необычайной широтой своих концепций. Его труды «кристаллизовали» в какой-то мере стремления философов и ученых той эпохи, жаждущих обладать высшим знанием Мира и Человека.

Первая заповедь, сформулированная Парацельсом, звучит так: «Так же, как болезнь рождает здоровье, так и здоровье рождает болезнь». Не наблюдаем ли мы всякий раз людей, которые никогда не были такими здоровыми, как после тяжелых болезней, таких как рожа, скарлатина или брюшной тиф? «Вот почему, — добавляет Парацельс, — нужно знать не только о происхождении болезни, но также знать, как восстановить здоровье. Однако неискусные врачи отвернулись от света природы и погасили его, так как они посчитали за основу то, чем снабдил их мозг, следуя во всем своим фантазиям». «Этот свет — большой мир, Макрокосмос, аналогичные связи которого с человеком, Микрокосмосом, должны тщательно изучаться».

Таким образом, Парацельс противостоит Галену. Больной — это не простая совокупность органов и тканей, это божественное создание, которое несет в себе одновременно свидетельство своего предназначения и своей болезни. Пока врач будет стараться с помощью хитроумных анализов или ловких исследований узнать своего больного, чтобы определить логически способ его лечения, он будет заблуждаться, так как принятое решение зависит только от него, врача, и оно не подчиняется законам природы. Почему нельзя рассматривать Человека (микрокосмос) в его взаимоотношениях со Вселенной (макрокосмосом)? Мудрый Исследователь уступает тогда место искушенному Наблюдателю, который, замечая веские доказательства, движется к реальному знанию и надлежащему лечению, так как оно тогда подходит «in numero, in ponderе, in mensura» — по времени, массе и весу человека.

«Природа, — добавляет Парацельс, — великий целитель, и этого целителя человек имеет в себе самом». «Если природа защищается сама, тогда она одна излечивает болезни. Она обладает определенным арсеналом, о котором не подозревает врач. И поэтому он только орудие и защитник Природы».

Итак, возродился первый принцип Гиппократа, которым руководствуется всякий уважающий себя врач: Natura medicatrix. Но врач не должен ограничиваться использованием только тех средств, какими располагает Природа, он не должен оставаться бездеятельным. «И поэтому, — пишет Парацельс, — существуют две категории врачей: те, которые обходятся единственными средствами защиты, и те, которые являются настоящими целителями, curatores, так как они используют лечебные средства».

«Однако теперь можно понять, — пишет дальше Парацельс, — что человек и предметы неживой природы имеют определенное сходство, как будто они соответствуют и дополняют друг друга. То есть врач должен знать, что, как только он постиг природу этих вещей, которые взаимно согласуются друг с другом, только тогда он будет обладать знанием внутренней сущности вещей».

Вдумайтесь в эту мысль Парацельса: «Глубокий анализ видимых проявлений, понимание имеющихся симптомов по аналогии укажет на необходимое лекарство».

«Врач, — добавляет Парацельс, — должен знать анатомию человека, болезней и растений». Будем подразумевать под словом «анатомия» форму, морфологию человека, болезней и трав. «Тогда медицина найдет связь между анатомией человека и анатомией болезни, которые схожи и соответствуют одна другой». И Парацельс делает вывод: «Подобное лечится подобным».

И во не только приведен, но и объяснен в своем применении второй принцип Парацельса: «Similia similibus».

Болезни, согласно Парацельсу, являются результатом трансмутаций. «Все то, что можно изменить, измени сам и проследи за тем, чтобы имеющиеся анатомии взаимно согласовались. Затем, если неожиданно возникла болезнь, постарайся подобрать естественную трансмутацию. И именно таким образом должны составляться рецепты, а не на манер шарлатанов с их длинными рецептами сиропов и прочего, в которых нет никакой анатомии, а только чистая фантазия».

Лекарство должно быть подобно болезни, и только реальное знание истинной природы болезни и тщательное наблюдение за пациентом позволят врачу точно определить подобное лекарственное средство, которое может принести выздоровление, лекарство, которое преобразит больного, которое его трансмутирует, если употребить выражение Парацельса, вызывающее у нас улыбку, так как мы знаем лишь о трансмутации металлов и микробов.

«Однако, — добавляет он, — признаки болезни проявляются лишь после того, как субстанция и вещество укажут на них. Поэтому правильнее будет называть болезни по названию вещества, составляющего их: такова, например, эпилепсия — viridellus morbus, так как этот вид эпилепсии был излечен Viridellus»[7].

Не здесь ли кроется наша привычка обозначать в клинике синдром или различные формы болезни по названию лекарства, которое соответствует им?

«Изучайте алхимию, которая раньше называлась Spagyrie», — пишет Парацельс, который первый употребил этот термин, хотя другие авторы утверждают, что он позаимствовал его у Базиля Валантэна (Basile Valentin).

Алхимия и Spagyrie — эти два термина нужно различать.

Алхимия — это прежде всего химия, изучающая вещества и их комбинации. Она занимается поиском философского камня (превращающего различные металлы в золото), а также поиском еще более таинственных трансмутаций. Ятрохимия — это лечение, при котором используются различные вещества, приготовленные химическим путем.

Этимологически Spagyrie восходит к οπαω — извлекать, отделять — и к αγειρω — соединять. Из составляющих этого слова можно увидеть две основные функции: анализ и синтез. Очень часто Spagyrie рассматривается как синоним алхимии. «Solve et coagula», вероятно, выражает modus operandi, идентичный как для алхимиков, так и спагиристов. В действительности же, искусство спагиристов неизмеримо выше искусства алхимиков. Во время своих анализов спагирист старается не только отделить «чистейший элемент от всего неудобоваримого и вредного в субстанции», но и усилить его мощь до бесконечно большого порядка, который не может быть определен и действие которого можно обнаружить только по результатам.

Таким образом, спагирист кроме того, что он был родоначальником открытия радиоактивности, может рассматриваться как предтеча врача-гомеопата. Радий — его символ, ничтожно малые дозы (medium corpus) — его область изучения.

Вы теперь имеете более четкое представление о трудах по терапии Парацельса, в которых он сформулировал основные принципы гомеопатии: определение лекарства путем сопоставления с имеющимися симптомами; важность индивидуальных симптомов, присущих больному; определение синдрома или болезни по названию лекарства, которое ему подходит; тщательное и в минимальных дозах приготовление лекарства.

Не забывайте, что Парацельс рекомендовал также использовать при приготовлении лекарств 1/24 часть капли, которую он обозначил словом «karena». Не находите ли вы здесь все элементы гомеопатического лечения, изложение которого было бы полным, если бы была найдена методика приготовления лекарства в исключительно малых дозах и если бы были точно определены отношения между Больным и Лекарством?[8]

50 лет спустя Гроллиус (Grollius) напишет: «Равным образом как в анатомии мужчины и женщины есть что-то общее, так есть общее и в анатомии болезней и лекарственных средств…Однако необходимо, чтобы врач знал о взаимопонимании и симпатии природы». И наконец: «Если врач хочет, чтобы лекарство излечивало болезнь, необходимо, чтобы они были подобными, так как какая бы ни была болезнь, она должна быть вылечена своим подобием».

Болезнь, больной и лекарство образуют триаду, которая никогда не должна разъединяться, и врач должен ее рассматривать как единое целое. Болезнь имеет образ, больной — лицо; лекарство одновременно имеет и образ, и лицо. Когда «анатомия» этих трех элементов определена, когда установлено отношение подобия, тогда узнаем сразу обо всем: о болезни по ее истинной глубокой причине, о больном по его индивидуальной реакции и о лекарстве по его соответствующей пригодности.

Постоянной заботой Гроллиуса (Grollius) было получение в микродозах мощного лекарственного средства, так как и он был уверен, что именно в этих формах лекарственные средства действуют с наибольшей силой[9].

Взаимоотношения больного и лекарства, исключительно малая доза — Ганеману было предназначено уточнить эти два элемента нашего терапевтического метода.

Ганеман

Труды Ганемана замечательны тем, что его проницательный и конструктивный ум — обладающий острой прозорливостью, не терпел никакого беспорядка. Развитое чувство ответственности заставляло этого человека изучать малейшие факты, которые до него доходили, а здравый практический разум вынуждал его выяснять «неясности» и приводить в порядок «хаос». Закон подобия, сформулированный Гиппократом и подвергнутый тщательному, глубокому изучению учеными средневековья, постоянным стремлением которых стал поиск аналогичных связей, объединяющих Макро- и Микрокосмос, для Ганемана стал основополагающим принципом его врачебных концепций. Он сумел найти практическое применение данного закона. Гений Учителя заключался в том, что он понял необходимость экспериментов и продемонстрировал лечебное действие малой дозы, оговаривая методику ее приготовления. Практика доказала Ганеману необходимость тщательного наблюдения за больным, направленного не на поиск загадочной причины болезненных проявлений, но на поиск лекарств, с помощью которых можно вылечить больного.

Любая животная, растительная и минеральная субстанция может стать активно действующим лекарством. Разумеется, необходимо знать ее физические, химические и биологические свойства, но не они дают указание врачу-гомеопату на ее использование.

Каждая субстанция, рассматриваемая как возможное лекарство, должна быть испытана на здоровом человеке. Эксперимент проводится «в натуре», лекарство принимается небольшими дозами перорально. Все обнаруженные симптомы, объективные или субъективные, необходимо по возможности немедленно регистрировать в хронологическом порядке их появления.

Ганеман пишет: «Каждое лекарство производит свое особое воздействие на организм человека, и никакое другое лечебное средство не может вызвать действие, в точности подобное ему»[10].

Таким образом развивается экспериментальная болезнь, симптомы которой являются характерным показанием к применению данного лекарства. Всякое средство, изученное подобным образом, имеет ряд характерных симптомов, совокупность которых названа «патогенезом». Сборник патогенезов лекарственных веществ называется гомеопатической Materia Medica.

Отныне врач-гомеопат вооружен необходимыми для практической деятельности знаниями. Разумеется, патогенез еще не совсем ясен, основные характеристики каждого лекарства еще не четко выявлены, важнейшие симптомы еще не получили свою оценку, но врач располагает, наконец, точным и уверенным путеводителем для определения хода лечения. Ему не нужно больше понимать скрытый смысл таинственных действий алхимиков или размышлять о таинственном составе эликсира жизни и способе его применения. Он знает совокупность симптомов лекарственного средства, которые он должен постараться найти у наблюдаемого им больного.

«Sunt effigietoe morbii». «Болезни представлены, описаны,» — провозглашали терапевты Средневековья. Лекарства также впервые «представлены», они, наконец, впервые приготовлены в соответствии с точной и тщательной методологией. Ганеман — гениальный изобретатель техники потенцирования, и мы должны восхищаться смелостью его учеников, которые по указанию своего Учителя использовали для лечения подавляющего числа своих пациентов ничтожно малые дозы, реальное воздействие которых невозможно было тогда объяснить с научной точки зрения. Более века потребовалось, чтобы понять действенность малых доз, результаты воздействия которых сейчас хорошо известны и повсеместно используются во всех областях: физической или химической, биологической или промышленной, профилактической или лечебной.

Результаты

«Гомеопаты излечивают, пока еще нет патологических изменений». Мы охотно принимаем этот афоризм, точность которого мы не можем не признать, но согласитесь со мной, что вклад, который мы сделали, более значительный.

Любое заболевание всегда развивается по одной и той же схеме. Человек начинает испытывать смутное беспокойство, чувство недомогания, которое обнаруживает себя «нарушением жизненного ритма». Затем появляются более серьезные проявления: нечеткие и несильные различные боли, изменения в психике и характере, а также сенсорные расстройства, которые говорят об упадке сил у пациента. Врач-аллопат не обращает внимания на эти болезненные проявления, заявляя: «Вы просто перенервничали, отдохните немного, ничего серьезного у вас нет».

Действительно, клиницист может только констатировать целостность органов пациента, тогда как гомеопат, опираясь на Закон Подобия и на свою точную методику, находит в своей Materia Medica соответствующее лекарственное средство, которое и излечивает эти болезненные проявления.

На втором этапе больной уже жалуется на очевидные функциональные нарушения, однако анализы и рентгенография ничего не показывают. Боли усиливаются, и больной все настойчивее требует врачебной помощи для их облегчения. Тогда во всем винят вегетативные нарушения или расстройство деятельности эндокринных желез — этиология, нередко, точная, но глубокая их причина, к несчастью, остается неизвестной. Назначается различное лечение, предлагается соответствующий режим, в то время как гомеопат быстро определяет лекарственное средство, характеристики которого соответствуют реакции организма пациента, показывающего таким образом, какое лекарство ему необходимо.

Наконец, на третьем этапе появляются патологические изменения, которые проявляются более или менее глубокими поражениями тканей или органов, фатальный ход заболевания которых приводит к расстройствам и деструкции. Итак, только теперь для врача-аллопата болезнь известна, диагноз установлен, и он может назначить лечение.

Сенсорные расстройства и функциональные нарушения — это удел гомеопатии. Не правда ли, он самый важный? Излечение этих нарушений не наступит, если организм не сделает передышку, часто окончательную в ходе развития болезни. Не дать развиться нарушениям, не правда ли, это преимущество и поощрение для врача? Сколько больных нам признательны за то, что мы их вылечили подобным образом, точнее выразиться, «поставили на ноги».

При хроническом заболевании выздоровление идет медленно, но более уверенным образом. Каждому регрессивному этапу соответствует новое лекарство, так как возврат к нормальному состоянию, к выздоровлению, происходит постепенно. При остром заболевании развитие болезни идет быстро. Все происходит так, как если бы обычно наблюдаемые этапы были бы внезапно сокращены, поэтому ни на мгновение не сомневайтесь в том, что под воздействием гомеопатического лекарства с острым заболеванием будет покончено, вернее, оно «ускорится», и быстрота его развития зависит от правильности определения лекарственного средства. Когда последнее будет выбрано, когда его характеристики будут известны, все пройдет, как если бы организм внезапно освободился: воспаление исчезнет, гиперемия отступит, экссудат уменьшится и быстро наступит возврат к нормальному состоянию.

Нам известны блестящие результаты при лечении коклюша Drosera или Coccus cacti, дифтерии — Mercurius cyanatus или Kali bichromicum, брюшного тифа Baptisia, Rhus toxicodendron или Hyosciamus, апоплексии — Opium, ацетонемии — Senna, пневмонии — Phosphorus, уремии — Ammonium carbonicum и т. д.

Но позволю себе остановиться на этом более подробно, так как мои примеры не совсем удачно выбраны. Ведь они касаются известных всем заболеваний, заболеваний с четко выраженными патологическими расстройствами. Не лучше ли поговорить о синдромах, с которыми вы встречаетесь в больнице на практике, о тех нетипичных синдромах, которые вы как врач-аллопат обычно рассматриваете в начале вашей практики как эпизодические проявления болезни, тогда как они в действительности выражают характерные реакции, свойственные больному. Эти синдромы, которые вы еще не умеете «связать» с их глубокой причиной и не знаете их истинное значение, мы гомеопаты, обозначаем по названию лекарства, которое их устраняет, подражая, таким образом, Гиппократу и Парацельсу и внося тем самым в лечение элемент наиболее важный — необходимое лекарство, «подобранное в соответствии с характером реакции, проявляемой больным на разных стадиях заболевания». Это отвечает желанию профессора Безансона[11], выраженному в этих собственных выражениях, и предлагает доктору Делору терапию, о которой он мечтал, — индивидуализированную иммунологию, которая подходит для персонального лечения[12].

«Обследование у врача-гомеопата, — говорят некоторые больные, — более основательное, чем у их коллег-аллопатов». Взятое в буквальном смысле, это мнение ошибочно, в действительности же оно очень точное. Откровенно говоря, мы не можем обследовать наших больных лучше, чем это делают большинство наших коллег-аллопатов, которые, как правило, великолепно знают клинику, но мы не только обследуем наших пациентов, мы их «наблюдаем», и там, где наши коллеги-аллопаты не видят ничего интересного, мы находим ряд симптомов, которые оказываются очень важными. И поскольку много врачей- аллопатов приходят к нам, чтобы изучить гомеопатический метод лечения, я позволю себе дать им три совета:

— говорите мало, но умейте «слушать»;

— не смотрите, «не видя»;

— обследуйте вашего больного, но, главным образом, «наблюдайте за вашим пациентом».

И вы получите по высказываниям вашего больного, по проявлению его страданий, по физическим или атмосферным воздействиям, которые уменьшают или увеличивают его страдания, по манере его поведения, по его внешности, жестам, коже и ногтям, по радужной оболочке глаз, по состоянию позвоночника информацию столь же важную, как лабораторное подтверждение диагноза альбуминурии или лейкоцитоза. Дополнительно к этому вы уточните то, что очень часто невозможно определить лабораторным путем, — реальную первопричину имеющихся нарушений и определите в конце концов лекарство, которое с успехом может их излечить.

Почему вы хотите, чтобы гомеопат не доверял своей методике, если он воспринимает вещи, которые его коллеги-аллопаты игнорируют, если он знает темперамент своего больного, если ему открыты причины его заболевания: Psora, Tuberculin, Sycosis или Syphilis, тогда как обычные клинические или лабораторные показания отсутствуют, если он предвидит появление туберкулеза или рака?

Вера врача-гомеопата настолько глубока потому, что он знает цену своим знаниям, которые ему были переданы его предшественниками. Он четко знает границу своих познаний, но он верит в будущее, потому что в своих новых исследованиях и в своей врачебной практике руководствуется важнейшим принципом — законом подобия, абсолютная точность которого, выдержавшая испытание временем, никогда не ставилась под сомнение.

Медицина Гиппократа была универсальной медициной со своими законами и способом мышления, объединенными анализом и синтезом. Она представляла собой подлинное искусство исцеления, базирующееся на истинном знании.

Однако если рассматривать общую эволюцию медицины, начиная с тех далеких времен, то можно увидеть как медицинская наука то застаивалась в узких рамках догматических теорий, то озарялась замечательными концепциями, становившимися вскоре бесплодными. Все это происходило оттого, что учение Гиппократа не воспринималось как единое целое, а было разрозненно.

Из принципов Гиппократа, переданных его ученикам, только один доминирует должным образом в медицинской практике: закон противоположностей, тогда как закон подобия — закон адаптации и гармонии — предан забвению.

Однако эти два принципа существуют неразрывно и постоянно, и явно просматривается их сближение в неразумном стремлении создать две Медицины, различающиеся по своей природе и способу воздействия:

Аналитический способ воздействия.

Болезнь вызвана внешним, экзогенным воздействием, чуждым организму. Это воздействие Медицина должна обнаружить, победить, разрушить.

Синтетический способ воздействия.

Болезнь тесно связана с самой жизнью человека, она вызвана внутренней, скрытой или эндогенной причиной.

Только знание больного и его реакций позволит определить нужное для него лекарство, показания к применению которого неукоснительно «соблюдаются» самим пациентом.

Во все времена мы наблюдаем противопоставление этих двух важнейших идей, тогда как их союз, осуществленный с помощью той «меры», которую провозглашал Гиппократ, позволило бы одновременно добиться:

— стабильности в медицинской науке;

— прогресса в излечении заболеваний, гарантируя практикующему врачу логическую и правильную терапию.

Почему бы не осуществить этот союз? Зачем упорствовать на этом разделении, которое тормозит столько сил, парализует столько ценностей? Зачем поддерживать между аллопатической медициной и гомеопатической эти непроницаемые перегородки, мешающие всякому объединению и прогрессу?

Ссоры политиков истощают нацию, классовая борьба истребляет народ, споры между врачами ослабляют Медицину. Почему мы не можем объединить наши знания, наши методы, наши исследования и наблюдения? Почему мы не можем собрать воедино все наши достижения, объединить все усилия и направить их на достижение единства Медицины?

Вы скажете мне — это невозможно. Но аналитическая или синтетическая, Медицина «одна». Мы верим в Медицину. Убежденные гомеопата, мы не держимся особняком, мы всегда счастливы получить новые знания, которые смогут помочь в нашем наблюдении или пополнить наши методы лечения. Излечение больного — вот цель, к которой направлены все наши стремления; вера в «подобное лекарство» — наша единственная мистика, и если глубина наших убеждений, кажется, придает гомеопатии вид настоящей религии, то это происходит только потому, что наша вера базируется на незыблемых традициях и ежедневно подтверждается неоспоримыми результатами.

ДУХ ГОМЕОПАТИИ

Гомеопатия — это наука, которая базируется на точной и истинной доктрине и которая требует неукоснительного соблюдения точной методики.

Знание доктрины приводит к формированию Духа Гомеопата, она обязывает к Наблюдению и Размышлению.

Знание Практики приводит к Методике, разнообразные и многочисленные элементы которой — типологические, клинические и терапевтические, тесно взаимосвязанные между собой, — делают возможным точное определение одного или нескольких лекарств, действие которых приводит к выздоровлению пациента. Каждый врач-гомеопат должен тщательно изучить эту методику, потому что именно она гарантирует ему успех, а больному — максимум шансов на излечение.

Но прежде чем продолжить изучение, считаю необходимым полностью или частично объяснить разницу в позиции, которую общественное мнение занимает в отношении гомеопатии. Я не буду вмешивать сюда разумную критику своих коллег, приводимые научные доводы которых могут быть «научно оспорены», но, поскольку мы должны вместе изучить Практику Гомеопатии, я хотел бы продемонстрировать противоположность мнений, высказанных общественностью, без сомнения, потрясенной изменчивостью полученных результатов.

«Гомеопатия, — утверждает один, — какое надувательство!» «Гомеопатия, — восклицает другой, — это лечение, которое творит чудеса!» «Quod, qui credit operatur per miraculum», — писал Парацельс в своей книге «De ente Dei».

Нужно ли считать, что глубокая вера в наши лекарства является необходимой для достижения результатов или над всеми нашими усилиями господствует наглое шарлатанство?

Надувательство или чудо? Один знакомый, которому я многим обязан, д-р Анри Фавр (Henri Favre), дал удачное определение слова «чудо». Чудо — это «необычное событие, которое не может быть стандартным, это необъяснимый феномен, потому что «временщик» не может из-за недостаточного знания законов природы установить тесную и точную связь между наблюдаемыми явлениями и неизвестной причиной».

«Гомеопатическое чудо» существует только потому, что люди не знают о механизме терапевтического действия, которое проявляется чрезвычайно быстро и очень наглядно. В действительности чуда не существует, так как это «серийный факт», который может быть «серийно» повторен всякий раз, когда будут найдены показания и врач-гомеопат установит в своем сознании тесную связь, объединяющую болезненные проявления с соответствующим так же точно определенным лекарством.

При тяжелом заболевании дифтерией действие Mercurius cyanatus действительно кажется чудесным, так же как при застойной пневмонии таким же «чудом» будет действие Phosphorus, потому что результат, полученный за несколько часов, будет поистине удивительным — при главном условии, о котором вы должны всегда помнить — Mercurius cyanatus и Phosphorus должны быть показаны для лечения конкретного случая вышеупомянутых заболеваний. Их показания к применению, приведенные в Materia Medica тщательно выверены.

Так же обстоит дело и с лечением хронических заболеваний, скорость прогрессирования которых, кажется, носит неизменный характер: наблюдалось резкое улучшение состояния у больных, относящихся к Sycosis, при использовании Thuja или Medorrhinum, а у больных, относящихся к Psora, — при назначении Sulphur, Lycopodium или Psorinum. Примеров более чем достаточно, и мы не должны забывать о многочисленных случаях заболевания туберкулезом или раком, счастливый исход которых произвел сильное впечатление на окружающих.

Гомеопат не творит чудес и далек от того, чтобы считать себя чудотворцем, способным вылечить любое заболевание. Он знает, что его знания далеки от совершенства и что он должен неустанным ежедневным трудом повышать свой профессиональный уровень, чтобы соответствовать требованиям тех, кто имел честь довериться его заботам. Если он иногда и гордится от сознания своей значимости «целителя», то ежедневная практика призывает его к необходимой скромности перед лицом трудностей, которые он нередко испытывает при достижении результата. Однако при малейшей неудаче его тотчас упрекают в несостоятельности гомеопатии, ценность которой тогда не только ставится под сомнение, но и абсолютно отрицается.

Рассмотрим эти неудачи и изучим их причины, которые бывают двух типов: одни — психологические, другие — научные.

Множество больных приходят к врачу-гомеопату с абсолютным убеждением, что их страдания могут быть немедленно облегчены и быстро излечены, как, например, у г-на X или г-жи Z. Доверие, которое они оказывают вам, абсолютное, и почему вы хотите, чтобы было иначе? Они хотят за несколько дней обрести здоровье, которое не смогли обрести за долгие годы. Их разум, не способный понять всю сложность ситуации с медицинской точки зрения, не находит никакой разницы между заболеванием, от которого они страдают, и болезнью соседа, которому посчастливилось так быстро вылечиться. Рак или туберкулез, неизлечимые органические поражения или функциональные нарушения, — их совершенно не волнует диагноз, потому что они надеются на гомеопата с его сильнодействующими и таинственными лекарствами.

Увы! Их надежды вскоре развеются, и, вначале удивленные и до некоторой степени возмущенные тем, что врач ничего им не обещает, они быстро упадут духом, если в течение нескольких дней не наступит выздоровление. Их терпение, значительно ослабленное в результате предыдущего лечения, не воспринимает неудач, и они предпочитают тотчас отказаться от терапии, которая, на их взгляд, оказалась несостоятельной, и не упускают случая заявить об этом.

Вторая причина наших неудач заключается в использовании неверных методик лечения, и я считаю разумным показать вам сразу же то, что не нужно делать, продемонстрировав вам «неверную практику лечения», которая поможет объяснить ряд наших просчетов. Оставив в стороне несостоятельность, причина которой кроется в недостаточном знании клиники и гомеопатической Materia Medica, я признаю, что в лице гомеопатов мы имеем серьезных, трудолюбивых, хорошо осведомленных врачей, вся воля которых с полной самоотверженностью направлена к единственной цели: излечение больного.

Здесь нужно отметить два подводных камня, которых трудно избежать, особенно, если не знать о них. Или врач, добросовестно изучая лекарственное средство, то есть его характеристики, свойства, симптомы, ограничивается поиском болезненных проявлений, аналогичных его больному, не придавая важного значения клиническим симптомам и причине наблюдаемых расстройств. Или, недостаточно уяснив суть нового метода лечения, он будет назначать гомеопатическое лекарственное средство по клиническим показаниям, как это принято в аллопатической медицине, теряя таким образом смысл приведения в действие закона подобия.

Рассмотрим пример с восемнадцатилетней молодой девушкой, обратившейся к нам со следующими симптомами: месячные нерегулярные и скудные, могут сегодня появиться, а завтра исчезнуть. Бели частые и перемежающегося характера. Всегда испытывает чувство усталости, анемичная, у нее нет ни чувства голода, ни жажды, она не любит ни мяса, ни горячей пищи и всегда забывает о питье во время еды. Процесс пищеварения нарушен: ее то крепит, то слабит, стул не всегда одинаков и варьируется по консистенции и цвету. Всегда испытывает озноб, хотя часто температура не повышается, не переносит жару, которая вызывает у нее приливы крови, и чувствует себя хорошо только на свежем воздухе. Отдых особенно вреден для ее здоровья хотя бы потому, что для этого ей пришлось бы двигаться, несмотря на то, что она понимает всю пользу движений. Чувствуя усталость по утрам, она не может заставить себя подняться и не хочет спать. При осмотре вы отмечаете недостаточность всех органов, которые, по-видимому, функционируют замедленно, но не обнаруживаете никаких нарушений. Ваше внимание привлекает, однако, более или менее выраженная бледность конечностей, и семья ее настаивает на том, что больная стала апатичной, ленивой, очень чувствительной, она может плакать из-за пустяков и переменчивость ее характера часто проявляется быстрым переходом от смеха к слезам, который без колебания можно приписать к повышенной нервозности.

Гомеопатический диагноз указывает на необходимость применения Pulsatilla. Вы даете это лекарство, и состояние больной улучшается. Вы вылечили ее? Нет, так же как вы, наверное, не поймете, почему она остается сторонницей использования Pulsatilla, и так же как вы, наверное, не определили гибельных причин прогрессирующей трансформации этой больной, натура которой, предрасположенная к заболеванию туберкулезом, позволит вам быстро добиться выздоровления, используя соответствующую терапию[13].

Рассмотрим другой случай с больной 50-ти лет, находящейся в климактерическом периоде, которая вот уже несколько лет страдает от приливов крови к лицу и гиперемических кризов в голове. Она спит плохо, так как ее часто тревожат сновидения и кошмары: она видит своих умерших родителей или их погребение. После сна она чувствует себя еще хуже и жалуется на чувство сдавливания в области шеи, груди, живота, она не терпит никаких сдавливающих одежд и испытывает постоянную нужду в свежем воздухе, страдает от сердцебиения и удушья. Вы сразу же подумаете о Lachesis и добьетесь кратковременного успеха, который, однако, долго не продержится. Тогда вы пропишете Belladonna или Glonoin, и опять получите только временный результат, хотя, кажется, эти гомеопатические средства очень показаны. Изучите более внимательно, особенно «клинически», вашу больную, и вы установите, что гипертонические кризы развиваются на специфической почве — Sulphur, Aurum или Syphilinum полностью излечат вашу больную.

Диагноз гомеопатического средства не исключает клинический диагноз. Этот последний всегда полезен и нередко необходим в той форме, в какой мы его представили для точного определения эффективной терапии.

И наоборот, представьте себе больного брюшным тифом с классическими симптомами: упадок сил, крайнее истощение, бред, сухость слизистых оболочек, губы сухие и растрескавшиеся, фулигинозный налет, дрожание голосовых связок и языка, характерный жидкий стул, вздутие живота, чечевицеобразные розовые высыпания. Серодиагностика положительная, она не вызывает никаких сомнений. Больной явно тифозный. Будучи убежденным гомеопатом, вы предписываете своему больному поочередно Baptisia, Gelsemium, Arsenicum, album, Rhus toxicodendron безо всякого результата, однако вы знаете — потому что об этом читали и слышали, — что именно они являются гомеопатическими средствами, обычно используемыми при лечении больных брюшных тифом.

Так что же, гомеопатия потерпела крах? Нет, вы просто пренебрегли гомеопатическим наблюдением вашего больного и не заметили, что он постоянно старается содрать кожу с носа. Нужно было назначить Arum triphyllum. А если язык сухой, гладкий, как бы покрытый глазурью, то Terebinthina.

Рассматривая больного с бронхиальным заболеванием, вы сразу же подумаете о Bryonia, Ipecacuanha или обоих в сочетании. Для больного, страдающего ревматическим заболеванием: Bryonia, Rhus toxicodendron или оба с чередованием друг друга. Действовать так — это значит совершать грубую ошибку, так как вы лишаетесь средства лечения, которое гомеопатия преподносит вам со своим логическим здравомыслием. Лекарство не может быть прописано по клиническим показаниям, оно должно быть определено по его патогенетическим характеристикам, которые нужно искать и находить у пациента.

Итак, мы оказались перед лицом одинаково неудовлетворительных практик: одна, утверждающая, что клиника не является необходимой для определения гомеопатического лекарства, что только один лекарственный диагноз имеет значение, что одного его достаточно для надежного и полного излечения; другая, представляющая гомеопатическое лекарство как средство, которое может быть использовано в лечении клинически определенных болезней таким же образом, как аллопатические лекарственные препараты или обычно превозносимые патентованные средства. Пусть такой врач даже будет знающим гомеопатом, но лишенным понятия о клинике, или замечательным клиницистом, до конца принимающим гомеопатию, нашим коллегой. И в одном, и в другом случае он не сможет стать хорошим практиком-гомеопатом, потому что ему всегда будет недоставать главного и необходимого элемента — понимания духа гомеопатии.

Медицинское сознание претерпевает в настоящий момент, как и сознание во всех других областях, настоящую революцию. Возьмите современного человека: он жаждет свободы и независимости, он задыхается в узких рамках, искусственно поставленных ему обществом, он желает развернуться, вырасти, он желает «действовать», и в своем бессилии понять внутренние стремления, которые его терзают, он действует наоборот. Его личность поднимает бунт, он озлобляется, ставит себя вне закона, и, чтобы утвердить свое право на действие, он демонстрирует любой ценой свою волю и как в социальном, так и в моральном плане часто становится «разрушителем».

Вы полагаете, что не может быть иначе, если он не понимает скрытую подоплеку своих действий, если он «не знает себя». В результате — разрушение личности, аналогичное разрушению наций, а возврат к естественному, нормальному порядку произойдет, когда весь мир поймет, что каждое существо, как и целая нация, должно выполнять определенную функцию (предназначение), которая может и должна развиваться в своей интеграции, никогда не выходя за ее пределы.

Современный человек не заботится, чтобы «состояться» как личность, единственное, что его волнует — это «будущее», а это разные вещи. Будущее — это функция, которая зависит от «состояться», а последнее можно реализовать только в рамках возможного, присущего каждому индивидууму. Хотя это возможное никого не волнует, каждый хочет то, что он хочет, а не то, что он «может», и мы наблюдаем в наше время губительные процессы с финансовой, моральной и социальной точек зрения.

Один факт остается очевидным: всякое человеческое существо, которое не эволюционирует, разрушается и гибнет. Каждое человеческое существо, которое не эволюционирует согласно своему предназначению, становится элементом волнений и беспорядка, посягающим на себя и на других. Этот же закон применим к обществам и нациям. Всякая нация, которая не работает, умирает. Всякая нация, которая не действует в соответствии с универсальной функцией, возложенной на нее, становится разрушающим фактором, представляющим мировую опасность.

«Миром правят силы, о которых мы даже не подозреваем», — писал Дизраэли. То же самое происходит и с человеком, который может надеяться только на себя, если хочет путем внутренних размышлений приблизиться к тому, кто его создал.

Сегодня каждый испытывает потребность разобраться во всем. В финансовом мире потерпел крах догмат знатоков; в медицинском мире современная Медицина демонстрирует свою полную несостоятельность. Ища средства защиты, одни стараются тщательно изучить результаты, игнорируя глубокие причины, чтобы гнаться за обманчивой видимостью, другие высмеивают наивность тех, кто думает решить экономические проблемы и восстановить здоровье нации административным путем. Каждый забывает, намеренно или нет, что глубокая причина, которая волнует и тревожит отдельных людей и сообщества, кроется в них самих. Знание о функциональном предназначении человека является таким же необходимым для настоящего врача, как и знание о функции нации для государственного человека.

Предназначение человека! Миф или реальность? Забавная утопия или настоящая истина? Как ее понимать, как определить?

«Функциональное предназначение человека» — это совокупность свойств, присущих отдельной личности. Слово «свойство» имеет очень точный смысл, так как оно обозначает то, что принадлежит человеку, то, чем он владеет полностью, то, что его характеризует, то, что делает его таким, а не другим. Слово «свойство» имеет и более глубокий смысл: определенные физические, биологические и психические свойства присущи каждому человеку. Этими свойствами он обладает с самого рождения. Они были одновременно ему «переданы» и «вручены». Они точно «обозначены» признаками, которые нас учит распознавать типология, признаками, которые позволяют нам точно определить конституцию и темперамент личности.

КОНСТИТУЦИЯ — это, как я уже объяснял[14], «то, что не меняется». Она дает понятие о статике человека, и ее изменения позволяют судить о влиянии наследственности, туберкулезной или сифилитической.

ТЕМПЕРАМЕНТ — это «то, что изменяется» в границах, четко обозначенных для каждого индивидуума. Он представлен совокупностью физических, биологических и психических возможностей, заключенных в каждом существе, и их развитие представляет собой реализацию «функции», возложенной на каждого субъекта.

Наблюдать за человеческой деятельностью субъекта — значит наблюдать не только за его актуальной деятельностью, но также находить в перечисленных признаках реальную деятельность этого субъекта, а именно то, для чего он был создан, то, чем он должен был стать, если он, действительно, стал тем человеком, которым должен быть, если речь шла о том, как он должен действовать, если он правильно «прожил» свою жизнь, то есть если он жил в соответствии с первоначальным планом, согласно которому он был создан, если он действовал в соответствии с Возможным, которое было ему предназначено[15].

Наблюдение за человеческой деятельностью характеризует гомеопатический дух. Именно он позволяет ему не только охарактеризовать больного и дать ему установку, но также определить лечение строго в соответствии с его заболеванием.

Человек был создан, чтобы эволюционировать при наличии внутренней гармонии. Эта гармония может быть нарушена как под влиянием внешней среды, так и в результате внутренних, более глубоких причин: возбудитель не всегда является причиной заболеваний. Появляются недомогания, боли, затем различные расстройства — все это наглядно свидетельствует о нарушении ритма субъекта, соответствующая аналогия которой, найденная в нашем лекарственном средстве, позволяет определить подобное лечебное средство для восстановления нарушенного внутреннего порядка. Полное здравого смысла пожелание больному быстрейшего выздоровления имеет достаточное основание. Мы не лечим больных, мы их «восстанавливаем»; мы опять восстанавливаем гармонию в их организме, которая не должна никогда нарушаться, та гармония, которую он очень часто никогда не знал. Сколько раз нам приходится слышать одну и ту же фразу: «Я никогда не чувствовал себя так хорошо, как после вашего лечения. Я действительно преобразился».

В случаях острых заболеваний болезнь развивается настолько стремительно, что кажется, будто она изменила направление или, если выразиться поточнее, как будто она устремилась к своей решающей стадии, предваряющей излечение. В случаях хронических заболеваний самые пессимистические прогнозы, хотя и совершенно обоснованные клиническими симптомами, не сбываются по причине возрастающего исчезновения тревожных сигналов, имеющихся в течение многих лет, и по причине неожиданного возврата к состоянию здоровья.

Перед всеми этими фактами самый смелый медицинский разум приходит в смущение и растерянность, и логика, зажатая его обычной рассудочной деятельностью, оказывается несостоятельной. Врачи- аллопаты, которые отдают должное нашим работам и наблюдают за нашими результатами, знают, что они не ошибаются, что поставленный ими диагноз точен; знают также, что мы как врачи-гомеопаты полностью согласны с их диагнозом, но они могут только признать из-за недостаточности своей терапии кажущееся таинственным действие лекарства или ряда лекарственных средств, назначенных больному в исключительно малых дозах, приводящее его через последовательное преодоление этапов постепенно к отправной точке заболевания.

Их разум старается отыскать причину эффекта этой ничтожно малой величины, и самые недавние работы, касающиеся как физических, так и биологических вопросов все больше склоняются к признанию этого воздействия и необходимости его использования. Мы видим, как в медицине возникает новая эпоха, эпоха лечения микродозами, и если речь идет о физических средствах, экстрактах желез и медикаментозных препаратах, то современный врачебный разум старается выделить у всякого вещества его полезную энергетику, устремленную на его неуловимые компоненты.

На повестке дня — использование излучений всех видов. Отмечены блестящие успехи, не слишком еще многочисленные среди ряда неудач, и нам сразу становится очевидной отличительная черта современной аллопатической терапии — непостоянство ее результатов.

Это хорошо известно современному врачу, и каждый день мы наблюдаем, как серьезные врачи становятся приверженцами наших идей и верными последователями Учения Ганемана. Почему? Потому что они находят в применении наших методов Наблюдения и Лечения «постоянство», о котором они никогда не знали, а в нашем Учении — единство принципов, каким оно им представляется — несомненным и абсолютно необходимым.

Мы не руководствуемся никакими фантазиями при выборе наших лекарств и не связаны никакими теориями при обследовании наших больных. Мы наблюдаем все «в натуре» и просто делаем выводы. Таким образом, мы выявляем у больного ряд последовательных этапов, которые привели его к настоящему состоянию, клинические проявления которых дают нам, с одной стороны, точное знание природы этих проявлений, а с другой стороны, помогают точно выбрать подобное лекарство. Мы можем одновременно определить причину, вызвавшую заболевание, и необходимое лечение, а также более глубокие причины болезненного состояния пациента и средства для его изменения; тогда мы с полным правом можем думать, что действительно дали страдающему больному все средства, необходимые для его «восстановления».

Гомеопатия не творит чудес. В действительности «фактор серийности» лежит в основе ее практической деятельности. Эта практика базируется на знании постоянных естественных связей, которые объединяют клинические симптомы болезненных состояний с патогенетическими характеристиками лекарственного средства. Именно это знание позволяет нам добиться постоянства наших результатов и подтвердить ценность нашей практики, успех которой гарантируется использованием микродоз.

ИСТИННАЯ КЛИНИКА

БОЛЕЗНИ

Морфология заболеваний

-

Заболевание — это не первопричина, это результат. Оно, как правило, проявляется в течение долгих месяцев, иногда даже лет, в продолжение которых человек страдает от каких-то неясных недомоганий, странных и неопределенных расстройств. В действительности эти болезненные явления относятся уже к клинике, и они свидетельствуют о нарушении внутреннего ритма организма пациента, болезненном состоянии, которое ощущает человек, когда организм борется с болезнью.

Сенсорные расстройства

«Нарушение ритма», «болезненное состояние» — это точные названия, которые позволяют определить характер этих расстройств. Любопытная вещь: эти термины не сугубо медицинские, так как они принадлежат наиболее синтетическому уму нашего времени: Леону Додэ (Ьёоп Daudet). Тем не менее, они точно соответствуют совокупности психических и сенсорных симптомов, появляющихся у пациента, как только он становится больным.

Человек выходит тогда из своего обычного «ритма» и своего «порядка». Он испытывает «недомогание», проявление которого варьируется у каждого отдельного пациента, так как это «недомогание» отражает индивидуальную реакционную способность организма.

Эти индивидуальные проявления в аллопатической медицине не учитываются, так же как не принимаются в расчет и «человеческая функция», «конституция» и конституциональный тип, и тем более они не используются при назначении лечения, так как врачи-аллопаты полностью игнорируют «терапевтическое соответствие» характеристикам, модальностям и симптомам лекарственного гомеопатического средства. Врач-аллопат довольствуется безучастным наблюдением за проявлением и развитием этих «сенсорных расстройств», механизм которых он не может понять, так же как не может определить природу их возникновения и достоверно оценить важность этих клинических проявлений.

Сенсорные расстройства многочисленны и разнообразны. Особенности психики каждого больного, личная восприимчивость — все это настолько многообразно, что врач-аллопат приходит в замешательство из- за рассказов больных, их умонастроения, склада характера и не может сгруппировать и проанализировать все эти проявления, предпочитая направить больного к другому специалисту. Прежняя истерия, вчерашняя неврастения, сегодняшняя психастения — вот различные ярлыки, которые хорошо выражают одну и ту же неспособность врача- аллопата классифицировать эти болезненные явления. Пусть проходит время, изменяются ярлыки, но опять с тем же постоянством появляются новые люди с теми же психическими и сенсорными нарушениями. Навязчивые идеи, странные и непрекращающиеся боли наблюдаются только у определенного типа людей, у которых в результате какого-то внешнего воздействия развивается определенная патология, проявляющаяся всегда одними и теми же нарушениями, которые могут «классифицироваться» в соответствии с конкретным конституциональным типом.

Использование типологии при лечении заболеваний является предметом углубленного изучения гомеопатии[16].

Для нас, гомеопатов, эти впечатления и эти ощущения не являются только ипохондрическими или маниакальными симптомами, требующими вмешательства психиатра или психоаналитика, впрочем, совершенно пассивного. Они представляют для нас симптомы исключительной важности, так как позволяют определить лекарство, которое восстановит нормальный ритм жизнедеятельности больного, препятствуя тем самым дальнейшему развитию болезни.

Когда мы видим женщину, преследуемую навязчивой идеей, «будто бы она беременна»[17], словно «внутри у нее кто-то шевелится», постоянно жалующуюся на чувство «давления от наружной к внутренней брюшной стенке», то мы не спешим сделать вывод о наличии истерии, мы сразу же думаем о Thuja, даем этот препарат, и эти проявления исчезают. Но это еще не все, наша работа была бы не полностью выполнена, если бы мы не спросили себя, почему этой женщине показана именно Thuja, при каком болезненном состоянии у нее развились симптомы, присущие Thuja, одним словом, «почему она стала Thuja»?

Глубокое исследование и тщательный осмотр наглядно покажут вам причину: повторяющиеся вакцинации, или застарелая гонорея, или свежий метрит с изъязвлением шейки матки, который следует лечить Helonias или Hydrastis. Истерия, сексуальная неврастения — это слова, которые ничего не значат. Thuja, Helonias, Hydrastis — эти названия лекарств являются более подходящими терминами для обозначения сенсорных, функциональных и патологических расстройств пациента.

Что посоветуете вы несчастной семье, которая привела к вам 30-летнего парня, у которого все «очень плохо» вот уже более года и он пребывает в состоянии, которое можно обозначить как глубокая меланхолия? Печальный, он часами напролет сидит где-нибудь в уголке квартиры. Ничего его не интересует, все ему безразлично: его дела, его жена, его друзья. Молчаливый и замкнутый, он ни с кем не разговаривает, ему хочется побыть одному, и часто его находят плачущим где-нибудь в уголке. Он жалуется, что испытывает ко всему отвращение и чувство пустоты в желудке даже после обеда, тошноту по утрам при пробуждении, которая исчезает после завтрака. Склонный обычно к запорам, он не переносит молока, вызывающего расстройство желудка.

Станете ли вы изолировать подобного больного в стремлении провести психотерапевтический опыт или постараетесь посредством диеты нормализовать пищеварение? Нет, мы ему просто дадим Sepia, тщательно обследуем, и благодаря нашим клиническим исследовательским методам, непосредственному наблюдению и осмотру мы найдем явные симптомы туберкулиновой интоксикации, и нам станет ясно, что, чтобы не допустить рецидива у больного и чтобы избежать появления подобных симптомов, ему в будущем следует назначить потенцированный Tuberculinum.

Я мог бы привести еще много подобных примеров. Клиника и терапия постоянно связаны духом гомеопатии, поэтому вы не должны оставлять без изучения и личного апробирования все случаи, все источники и врачебные средства, которые мы вам предлагаем.

Функциональные нарушения

Продолжим наблюдение за нашим больным. Еще длительное время у него будут наблюдаться колебания настроения и странные ощущения. «Как меняется его характер!» — скажут окружающие. «Что же такое у меня?» — будет вопрошать больной. Будут проведены консультации, даны рекомендации: восстанавливающее лечение, длительный отдых. Семья успокоится, что нет ничего серьезного, ничего страшного, просто нервное расстройство. Но после небольшой ремиссии все начинается снова, и постепенно состояние усугубляется. Появляются более выраженные симптомы, свидетельствующие о прогрессирующем расстройстве деятельности организма больного: головные боли, перемежающиеся или постоянного характера диспепсические расстройства, боли в желудке, тошнота с рвотой или без нее, кишечные расстройства, колики, запор, чередующийся с поносом, расстройства менструального цикла, геморрагии, лейкорея, упорные боли в различных областях, уменьшение мочеотделения, кожные высыпания и т. д.

На этой стадии в аллопатической медицине обычно проводится полное и добросовестное обследование: кровь, моча, кал, спинномозговая жидкость — все это исследуется по очереди, также исследуется основной обмен, изучаются кожные реакции, проводится рентгеновское обследование. Используются все средства исследования, которые современная лаборатория сможет предложить врачу. После безрезультности всех этих обследований диагнозов становится все больше: скрытый сифилис — назначается интенсивное лечение; эндокринные расстройства — органотерапия; расстройства симпатической нервной системы — лечение седативными средствами. Когда медикаментозное лечение не помогает, прибегают к хирургическому лечению: удаляют аппендикс, матку, придатки, а потом подумают и о желчном пузыре!

Не подумайте, что я преувеличиваю. Каждый серьезный врач очень хорошо знает, к каким выводам он придет, если в отчаянии от своей беспомощности наблюдает прогрессирующее развитие всех этих болезненных симптомов, причину которых он не знает, а также и лекарство, которое сможет вылечить его «гомеопатически».

Желая сделать все как положено и честно выполнить свой врачебный долг, добросовестный врач-аллопат старается понять, что же такое происходит с его больным, к какому заболеванию относится клинический синдром, который он наблюдает и который не может определить, потому что он не соответствует ничему определенному, что находится у него в голове.

А объяснить происходящее можно следующим образом. Наблюдаемые расстройства чисто функциональные, они свидетельствуют о нарушении деятельности многих органов: желудка, кишечника, сердца, печени, почек, головного мозга или симпатической нервной системы, но они не говорят о патологических изменениях. Нарушена функция органа, но сам он не изменен. В этом случае даже самое тщательное обследование, прямое или косвенное, не позволяет поставить точный диагноз болезни. Современная медицина хорошо знает эти состояния, потому что она описывает параллельно нозологии обычных заболеваний увеличивающиеся с каждым днем «синдромы», делающие возможным «относительное» определение болезненных проявлений.

Если бы наши коллеги-аллопаты захотели бы принять логичное и здравое рассуждение врача-гомеопата, то они бы пришли к точному определению реальной природы отмечаемых функциональных расстройств. Они бы отнесли их к настоящей причине, не смущаясь появлением новых симптомов. Наконец, их точное наблюдение позволило бы без усилий определить лечение, необходимое для этого пациента. Действительно, функциональные нарушения и сенсорные расстройства образуют для нас самое значительное выражение болезни, которой подвержен больной, соответствие которой, найденное в нашей Materia Medica, позволяет определить необходимое лекарство, то, которое вылечит.

Представим себе студента, который не может больше продолжать учебу. Глубоко подавленный и особенно огорченный «внезапной потерей памяти», он постоянно жалуется на голову. Чувство «огромной тяжести» в области лба, как раз на верхней границе глазных впадин. Головные боли длительные, только во время обеда они прекращаются: «давящая цефалгия, улучшение при приеме пищи». Все это указывает на Anacardium orientale.

Вот другой больной, уже длительное время жалующийся на желудок и вынужденный уже неоднократно соблюдать строгую диету. «Никогда мне это не удавалось, — говорит он, — я не могу терпеть воду», и он старается убедить нас в том, что вино — лучшее питье, которым не стоит пренебрегать. «После питья воды у меня появляется отрыжка, неприятоое ощущение в эпигастральной области с давящей и жгучей болью, облегчаемой при наклоне туловища назад». У него рвота: рвота водой, иногда пищевыми массами. Bismuthum вылечит его. Добавим, что в противоположность Sepia, пациент, для которого показан Bismuthum, не любит оставаться один, а любит общество.

Другой больной, также очень общительный, которому показана Ignatia и которого вы сразу узнаете по часто меняющемуся настроению: то печальный и удрученный, то улыбающийся и возбужденный. Больная — потому что это, скорее всего, женщина — жалуется, будто бы у нее внезапно сжимается горло, как если бы комок поднимался из желудка к горлу и душил ее, она часто испытывает ощущение слабости в эпигастральной области, которое заставляет ее вздыхать, делая глубокие и большие вдохи. У нее все парадоксально. Обычно она ужасно страдает от болей в желудке, даже соблюдая диету, но хорошо переносит растительную пищу. Малейшие эмоции выводят ее из себя и вызывают расстройство желудка.

А вот пациент с заболеванием печени, особый случай: тяжесть в правом ипохондрии со значительным тимпанитом, более выраженная от 16 до 20 часов, заставляющая больного лежать на левом боку, с улучшением состояния после отхождения газов. Печень всегда увеличена и болезненна, больной жалуется на жгучую отрыжку, которая как бы поднимается по пищеводу, но останавливается в глотке и сильно печет в течение нескольких часов. Характерный симптом: особенно плохо себя чувствует после употребления устриц. Другие характерные признаки: наличие «красного песка» в моче и уменьшение концентрации мочевины в моче.

Пошлем больного на курорт? Нет, лучше дадим ему Lycopodium.

А что дать женщине, которая во время обеда или сразу же после него испытывает чувство распирания в животе так, что даже поднимается корсет, несмотря на очень незначительное количество пищи, она ужасно «раздута» и чувствует себя не в своей тарелке.

Два других характерных признака: чрезвычайная и постоянная сухость во рту без чувства жажды и «непреодолимая сонливость» (она засыпает в любом месте) указывают на Nux moschata — лекарство, которое ее вылечит.

Я привел эти несколько примеров функциональных расстройств органов пищеварения для того, чтобы вы смогли оценить всю тонкость гомеопатической диагностики и понять важность изучения патогенезов лекарственного вещества. Посмотрите вокруг себя, и вы быстро найдете аналогичные случаи, используйте подобное лекарство и получите блестящие результаты.

Патологические изменения

Наконец, на третьей и последней стадии развития болезни появляются очень серьезные нарушения, которые делают очевидным прогрессивное поражение органической ткани: язва желудка или кишечника, недостаточность желудочков сердца, асистолия, склероз сосудов, заболевания крови, цирроз печени, ацидоз, глюкозурия, азотемия и т. д. Здесь уже на первое место выходят симптомы органического поражения, сенсорные расстройства затушевываются, функциональные — ограничиваются. На первом плане появляются «ПАТОЛОГИЧЕСКИЕ ИЗМЕНЕНИЯ», объективные признаки более или менее глубокой недостаточности пораженного органа.

Всем врачам-аллопатам отлично знакомы эти поражения. Группируясь, они образуют клинические симптомы заболеваний, которые обычно и лечит аллопатическая медицина. Эти заболевания поддаются гомеопатическому лечению так же, как и другие. Разумеется, если они существуют отдельно, у нас, наверное, будут определенные сложности с определением гомеопатического средства, специально показанного для лечения подобных поражений. Однако благодаря тщательному изучению исследований в области токсикологии, благодаря многочисленным экспериментам на животных и сравнительным данным, которые может нам дать их аутоксия, мы можем, руководствуясь только законом подобия, определить нужное лекарство.

Неужели врач-гомеопат не имеет права воспользоваться опытными данными, имеющимися в распоряжении аллопатической медицины, и использовать замечательные возможности лабораторий? Ведь и в аллопатии в тяжелых случаях применяются сыворотки и вакцины: мы объединяем наши принципы, когда их используем. Закон подобия доминирует над всей терапией, сывороточной и вакцинальной, и согласитесь, что все успехи аллопатии в этой области являются следствием его применения.

Болезнь установлена, диагноз не представляет трудностей. Больной стал «случаем». Подойдя к этой стадии, мы соединимся — гомеопаты и аллопаты, и перед патологическим изменением объединим наши усилия, чтобы устранить его, если возможно, хирургически или задержать его развитие, если еще есть время для этого. По сути, две Медицины и не должны были никогда разлучаться или, чтобы быть более точным, аллопатия могла бы избрать тот же путь, что и гомеопатия, и вместо того, чтобы ждать «уточнения случая», врач-аллопат мог бы следовать вместе с пациентом по пути, который поэтапно привел его к точно определенному заболеванию.

Эти этапы хорошо известны всем врачам, но в аллопатии они не «охарактеризованы». Мы не можем упрекнуть в этом врача-аллопата, так как ему неизвестен замечательный элемент определения, который дает нам лекарственное средство, характеристики, модальности и симптомы которого всегда подобны наблюдаемому болезненному состоянию. Разумеется, мы не можем сделать больше, чем дать название болезни по одному из этих состояний, характеризующихся или сенсорными, или функциональными расстройствами, а часто и теми, и другими. Для нас это состояние характеризуется самим больным, это болезненное состояние Поля, Жака, Филиппа, основанное, главным образом, на реакциях, свойственных Полю, Жаку и Филиппу, зависящих от их индивидуального темперамента.

Однако мы можем обозначить болезненное состояние термином, неоспоримую ценность которого вы сразу же поймете, названием лекарства, которое ему подобно, например, Sulphur, Lycopodium или Sepia. Таким образом, подтверждается правильность высказывания Парацельса: названия болезней должны определяться по методу излечения.

Итак, любое заболевание развивается — если оно не лечится — в 3 этапа.

I.СЕНСОРНЫЕ РАССТРОЙСТВА — выраженное изменение темперамента пациента.

II.ФУНКЦИОНАЛЬНЫЕ НАРУШЕНИЯ — функция личности нарушена. Появляются «индивидуальные» реакции в соответствии с темпераментом пациента, сенсорика которого (психика, чувствительность) изменена. Эти реакции можно предсказать заранее, если предварительно определить конституциональный тип пациента.

III. ПАТОЛОГИЧЕСКИЕ ИЗМЕНЕНИЯ — выраженное проявление анатомического поражения органа

Орган поражен и изменен, поэтому появляются все более выраженные клинические симптомы с анатомическим изменением органа, сенсорика тормозится, функциональные реакции смягчаются.

Сенсорные растройства и функциональные нарушения не являются болезнью.

Никакое изменение анатомической целостности не может быть причиной болезни, оно просто выражает болезненные состояния, механизм которых следует искать в изменении состава крови, эндокринных или симпатических нарушениях, но настоящая, более глубокая причина которых кроется в наследственной или приобретенной интоксикации пациента.

Только патологические изменения для аллопатической медицины являются «БОЛЕЗНЯМИ», экспериментальное или клиническое изучение которых было поставлено за последние годы на очень высокий уровень, а лечение, благодаря использованию микродоз, стало намного успешней. Но эти патологические расстройства являются только результатом серии болезненных этапов, часто не принимаемых во внимание и перед которыми молодой врач, недавно получивший диплом, пребывает в полной растерянности. В больнице его учителя показывали ему случаи хорошо известных болезней, превосходно изученных, но во врачебной практике эти случаи встречаются редко, и каждый раз он оказывается перед загадкой, разгадать которую не может, так как не знает первопричин. Решение этой загадки зависит не от диагноза болезни, протекающей еще латентно, а от знания самого пациента, но он не знает, как это сделать, так как его этому не научили. Однако вспомните слова профессора Юшара (Huchard): «Нет болезней, есть только больные».

Любая болезнь — это результат. Всякому заболеванию предшествует серия болезненных состояний, которые могут быть определены только по индивидуальным реакциям, свойственным данному больному. Это они «сигнализируют» в начале болезни о нарушении жизненного ритма организма пациента, это они представляют собой «болезненное состояние», и опять же именно они позже характеризуют «крик страдания» органа, который вот-вот будет поражен, вопли страданий организма, который чувствует, что он во власти болезни, об истинной природе которой еще никто не подозревает. Это момент, когда еще больной властвует над болезнью, и эти предупреждения будут повторяться непрестанно, все более усиливаясь, до тех пор, пока поражение органа не станет необратимым. И только тогда, когда болезнь уже победит больного, она получит название, этикетку — и все эти симптомы понемногу ослабнут, уступая место нарушениям, присущим каждому развивающемуся патологическому изменению.

Теперь уже болезнь властвует над больным, личные реакции которого понемногу угасают. Организм пациента больше не кричит, он терпит, и, если это состояние продолжается, он умирает.

Зачем дожидаться этой последней стадии, почему не обратить внимание на эти ранние и повторяющиеся предупреждения, с помощью которых организм больного сигнализирует о своей болезни? Почему не принять их в расчет, не истолковать и не использовать!

Трем категориям нарушения соответствуют три вида лекарств.

СЕНСОРНЫЕ РАССТРОЙСТВА — необходимо использовать лекарства, которые останавливают развитие болезни.

ФУНКЦИОНАЛЬНЫЕ НАРУШЕНИЯ — используются лекарства, устраняющие функциональные нарушения или дренирующие.

ПАТОЛОГИЧЕСКИЕ ИЗМЕНЕНИЯ — используются лекарства, возбуждающие или поддерживающие функционирование пораженного органа.

Первые назначаются в высоких потенциях, вторые — в средних, последние требуют низких.

Таким образом, величина потенции зависит от стадии развития болезненного процесса, и ее выбор, так же как число повторений, определяется правилами, которые легко запомнить.

Возможно, настанет день, когда величину потенции можно будет рассчитать математически с тем, чтобы она полностью соответствовала биологическому резонатору, который представляет собой человеческий организм. Терапия, таким образом, может быть, будет упрощена, но необходимость наблюдения все равно останется. Наблюдение за человеком, наблюдение за больным — все это необходимо для настоящего врача, чтобы он действительно мог облегчить страдания и вылечить. Не стоит пренебрегать гомеопатией, оставаясь невеждами, всегда помните слова Гиппократа: «Лучше то, что подальше от вредного».

Генез болезней

Проследив за эволюцией Медицины, вы будете очень удивлены разнообразием идей, определявших в то или иное время научные изыскания. То принципиальная и категоричная, она авторитетно разъясняет суть всех вещей и формулирует законы, кажущаяся ясность которых придает окончательным выводам вид незыблемых догм. То колеблющаяся и осторожная, она терпеливо наблюдает, и в своем желании узнать, не стараясь найти объяснение, она с уважением изучает явления, смысл которых понимает весьма смутно.

В продолжение сменяющих друг друга эпох, которые освещал гений стольких замечательных людей, медицинская наука испытала и взлеты, и падения, поочередно переходя от ложного величия к благородной нищете. Величие, вызванное безмерной гордостью, и нищета, поддерживаемая респектабельным смирением.

Гордость всегда сопровождалась крайним скептицизмом: врач знает свое ремесло, но он не верит в свою Медицину, и поэтому существует неслыханный конфликт между размером его «знаний» и бессилием его «действий». Современная медицина зашла в тупик: ее знания огромны, а практические результаты почти равны нулю.

Почему так происходит? Да потому что ее ориентация ложная, потому что концепция, направляющая ее развитие, ошибочная, и, тем не менее, ничто не кажется более логичным, чем руководство ее научных поисков.

На первый взгляд кажется вполне естественным искать в изучении патологических нарушений причину их возникновения. Но ведь хорошо известно, что патологическая анатомия не играет никакой роли в определении специфики заболевания. Я считаю, что более естественным было бы постараться выяснить точную причину заболевания, чтобы потом ее устранить. Но к несчастью, как мы узнаем из вдохновенных трудов Шарля Николя[18], что не существует точно определенных, отдельных друг от друга заболеваний, так как это нам представляют учебники по патологии: «Нет одной кори, одной скарлатины или одной дифтерии. Под этими названиями объединены в одну клиническую группу разнообразные заболевания, вызванные возбудителем кори, скарлатины, дифтерии».

Самым естественным было бы продолжать изучение возбудителя для определения его патогенного действия и срочное изготовление сыворотки или вакцины. Но увы, один и тот же возбудитель может вызывать совершенно разные заболевания, относящиеся к различным клиническим группам.

«Обыкновенный, всем известный стрептококк может вызвать нагноение, ангину, конъюнктивит, воспаление легких, плеврит, менингит, нефрит; он чаще всего является причиной послеродовых инфекций, рожистых воспалений, и он является важной, если не единственной, причиной возникновения скарлатины. Самый банальный из всех патогенных микробов — стафилококк, вызывающий неопасный для жизни абсцесс, — является причиной появления не только карбункулов и фурункулов, но и такого известного и специфического заболевания как остеомиелит».

Факт присутствия патогенного микроорганизма в больном организме не является достаточным для подтверждения определенной этиологической связи."Нет ни одного больного скарлатиной, в горле которого не был бы обнаружен гемолитический стрептококк; не существует случая гриппа без присутствия бациллы Пфейффера в отделяемом секрете и т. д.» Однако даже наблюдая эту связь, которая, казалось бы, подтверждает, что именно эти два микроорганизма являются возбудителями этих болезней, при которых они встречаются с таким постоянством, не следует торопиться с выводами, потому что таким же неоспоримым фактом является и то обстоятельство, что инокуляция культур этих патогенных микробов не способна вызвать грипп или скарлатину. Может быть, следует признать присутствие субмикроба, ультравируса, невидимого инфрамикроба. «Скарлатиновый инфрамикроб, должно быть, представляет собой невидимую форму гемолитического стрептококка, а гриппозный инфрамикроб — это невидимая форма бациллы Пфейффера».

Микроорганизм не является неизменным элементом. Он, как и человек, — живое существо. Поэтому у него, так же как и у всякого живого существа, могут наблюдаться как медленная и прогрессирующая эволюция, так и внезапные, быстрые мутации. Патогенное действие микроорганизма, характеризующее его вирулентность, тщательно изучается, но оно представляет собой лишь одно из его свойств. Любой микроорганизм, так же как и человек, представляет собой сложный комплекс, который ни один биолог не знает во всей его полноте. Мы наблюдаем лишь действие микроба в определенный отрезок времени, а многое из того, что происходит до или после этого момента, неизвестно. Патогенный возбудитель — это «мозаика свойств», — писал проф. Шарль Николь. «Главное, что характеризует эту мозаику, — добавляет он, — будь то количество ее составных элементов или возможностей, это непостоянство ее формулы».

Все живое постоянно изменяется, нет ничего неизменного. Учение о специфичности микробов, как это понимал Луи Пастер, уже изжило себя. Инфекционные заболевания не рассматриваются больше как определенные симптомокомплексы, жесткие рамки которых устанавливают тесную зависимость вида микроорганизма и клинического синдрома. Этиология не рассматривается больше как неопровержимая догма. Патогенетические действия накладываются друг на друга и усложняются: их сложность делает необходимым создание классификаций для дифференциации групп возбудителей. Уточненное и более глубокое знание нашего микроскопического противника подтверждает существование инфрамикробов, которых мы пока не можем непосредственно наблюдать, но действие которых мы уже можем предугадать.

«Инфекционное заболевание — это биологическое явление, и оно подчиняется общим для всех законам. Оно стремится продолжаться беспрерывно, постоянно эволюционирует и стремится к равновесию. Какие бы не были внешние обстоятельства, какие бы не прилагали люди усилия, они мало что могут изменить в этом процессе.» Такое заключение делает в конце своей замечательной книги «Судьба инфекционных заболеваний» проф. Шарль Николь. Слова, которые своей искренностью делают честь этому человеку и возвышают дело Учителя.

Биология — это наука, Медицина — искусство. Биология изучает жизнь, а у врача несколько иная задача — сохранить жизнь и здоровье своим больным."Никакой биологический метод не может и не должен заключаться в одной формуле», — пишет Шарль Николь. Лечение не должно быть подчинено простой биологической концепции. При изучении естественного феномена, которым является болезнь, не следует забывать о больном, так как именно он должен направлять усилия врача, сообщая о своих симптомах, которые врачу необходимо знать, чтобы действовать правильно. Нельзя ставить во главу угла данные микроскопических или биологических исследований. Нужно смотреть более широко, а данные анализов использовать только для уточнения и подтверждения своих выводов.

«Болезнь — это не первопричина, она всегда является результатом». Будь то ребенок, подросток или старик, больного нельзя рассматривать просто как «отдельный случай». Он проявляет в определенный момент времени и в определенной точке вселенной совокупность наследственных или приобретенных болезненных состояний и предрасположенностей, которые можно заранее определить.

Любая болезнь, острая или хроническая, представляет врачу настоящий момент развития, и пытаться каждый раз отыскать какую-то непосредственную причину, вызвавшую именно это инфекционное заболевание, — значит существенно сузить понятие болезни. Причина болезненного состояния находится в отдаленном прошлом, и именно совокупностью сменяющих друг друга изменений в течение длинного ряда лет организм медленно, прогрессивно, последовательно подготавливает свою сегодняшнюю болезнь. И хотя, как правило, человек бывает неприятно удивлен внезапным появлением болезненного состояния, его появление всегда можно было предвидеть заранее. Сперва болезнь проявляется незначительными, то исчезающими, то вновь появляющимися нарушениями, которым врач-аллопат не придает значения и успокаивает больного, говоря, что ему нужно просто отдохнуть и тогда все пройдет. Но непременно наступает день, когда более серьезные симптомы скажут ему о наличии патологических изменений, возникновение которых он мог бы предотвратить.

Возбудитель, специфичность которого сегодня оспаривается, появляется только тогда, когда он может появиться, и его появление обусловлено только готовностью органического участка, на котором он может развиваться. Уже давно было сказано, что «токсин предшествует микробу»[19] Работы Фонтеса, Вальтиса и Кальмегга отдали должное этому смелому высказыванию.

«Интоксикация всегда предшествует болезни» — сегодня это уже доказанный факт. Эта интоксикация является результатом действия ядовитых веществ, вырабатываемых патогенными микроорганизмами, вирулентность которых не проявляется, или это результат ослабленной инфекции, которую Ш. Николь и Лебайл называют «скрытой инфекцией». Интоксикация может быть просто результатом прогрессивной аккумуляции в организме клеточных шлаков, удаление которых по какой- то причине замедлено или нарушено.

Не следует все время ссылаться на плохую гигиену, на неполное удаление шлаков из организма, чревоугодие и др. вредные привычки, такие как пристрастие к алкоголю, табаку и т. д. Не нужно думать, что только микроорганизмы являются причиной болезней, ведь совершенно ясно, что случайные или сопутствующие обстоятельства в большинстве случаев являются реальными причинами ухудшения состояния пациента и дальнейшего прогрессирования его болезни. Можно и нужно предположить, что больной сам «делает» свою болезнь, без всякого вмешательства патогенных микроорганизмов, которая является результатом нарушения его нервного состояния после длительных тревог и глубокого горя.

Стоит также обратить более пристальное внимание и на наследственно передающиеся заболевания, которые настолько глубоко поражают организм, что их отпечаток накладывается на следующие поколения, давая нам возможность отслеживать причину сегодняшнего патологического состояния в отдаленном прошлом.

Все это мы обязаны учитывать при лечении, и во время клинического обследования врач должен попытаться определить «коэффициент интоксикации» больного по его внешним проявлениям.

Любая болезнь, острая или хроническая, подготавливается, обуславливается, если использовать более современные выражения, всей совокупностью условий, зависящих, несомненно, и от окружающей среды, но в первую очередь, от самого больного, здоровье которого временно или постоянно нарушается. Это состояние предболезни может быть описано для любого заболевания. Его можно если и не устранить соответствующим лечением, то, без сомнения, отсрочить появление выраженных болезненных проявлений. Но для этого необходимо, чтобы врач стал мыслить по-другому: лабораторные исследования должны уступить место клинике, но основным в клинике должно стать наблюдение, а не только обследование.

Причина болезней не патогенный микроорганизм, тем более что и они не появляются сами по себе. Причина болезней лежит более глубоко, и мы должны напрячь все свои силы и использовать все свои знания, чтобы найти ее, исследовать и понять.

Хронические или острые заболевания не появляются на пустом месте, а только на «подготовленной почве», а эта подготовка зависит от двух элементов:

— возбудителей, переданных по наследству

— и от поведения самого человека.

Мы получаем от своих родителей, а скорее от предков, некую субстанцию, сущность которой мы не можем объяснить, но которая определяет нашу предрасположенность к определенным заболеваниям. Парацельс называет эту субстанцию mumie, Ганеман — миазмами, Пастер — токсинами, а Кальметт — ультравирусами.

Для защиты у организма имеются не только клеточные механизмы или поддержание нервного равновесия, если смотреть более широко и глубоко, мы заметим, что существует еще внутренняя сила, которая составляет суть (essentia) нашего существа (substantia), характеризующая темперамент человека, определяющая его как Личность. В клинических наблюдениях обязательно должны учитываться оба эти фактора — наследственный и индивидуальный, переданный и приобретенный. Любой терапевтический метод, который не учитывает один из этих факторов, обречен на неудачу или на очень кратковременный успех.

Рассмотрим аллопатическую, или, как она еще называется, классическую медицину. Дело, которое она делает, замечательно. Ни в какую другую эпоху болезни и больной организм не изучались так тщательно. Анализ малейших изменений в человеческом организме, изучение изменений в психике и тканях проводится по всем научным правилам. По всем органам ведутся самые серьезные исследования для определения причины заболеваний и предотвращения их появления: идеалом для современной медицины, кажется, было бы исчезновение всех болезней.

Однако сколько появляется новых заболеваний, сколь многочисленны новые синдромы, описание которых заполняет множество медицинских журналов. А на практике! Сколько колебаний по поводу диагнозов, несмотря на многочисленные лабораторные анализы и возросшее качество исследований.

Теоретические построения об этиологии заболеваний не выдерживают испытания практикой и рушатся, как карточные домики. Нозологический аспект заболевания теряет свое значение в глазах врачей с каждым новым днем врачебной практики под воздействием здравого смысла. Все бессилие аллопатической медицины особенно наглядно проявляется при лечении основных инфекций (мы говорим — «интоксикаций»), таких как туберкулез или сифилис, когда, казалось бы, болезнь уже излечена, но в последнюю минуту возвращается большинство синдромов. И уже скоро новый виток эволюции медицины сделает общепринятыми такие пока еще оспариваемые понятия, как Psora и Sycosis, которые до настоящего времени используются только врачами- гомеопатами.

Эти токсинные категории далеко не всегда обнаруживаются присутствием микроба или ультравируса в крови. Однако они реально существуют, и когда человек-носитель прошел соответствующий курс лечения, то у него исчезают многие внешние болезненные проявления, вызванные этой интоксикацией, а кроме того, его дети уже не получают по наследству этот миазм. Туберкулезный ультравирус сегодня уже описан, завтра выявят и опишут другие — сифилитический, гонорейный, раковый, вызывающие различные болезненные состояния, форма и проявление которых варьируются в зависимости от сочетания этих ультравирусов. Потому что болезнь, не стоит об этом забывать, всегда является результатом влияния нескольких миазмов, действие которых складывается и интерферируется.

Когда врач попытается осмыслить эти идеи и уже с их позиций станет рассматривать клинические случаи, то очень многое, ранее непонятное, станет ему понятней. И тогда заболевания, тщательно описанные старыми врачами, не покажутся ему более какими-то призрачными, искусственно созданными образами, а наоборот, подскажут, как правильно действовать при том или ином патологическом состоянии.

Однако нужно быть справедливым. Начиная с 1950 г., даты выхода 4-го издания этой книги, современная медицина получила новую методику лечения с более быстрыми результатами и без прежней запутанности. Антибиотики доказали свою состоятельность, и было бы неразумным лишать больных их чудесного действия. Приходится только сожалеть, что не разработано еще четких показаний к их назначению и что длительное их применение затрудняет выздоровление больного, вызывая тяжелую астению. Не нужно бояться назначать антибиотики вместе с правильно подобранными гомеопатическими препаратами, т. к. это помогает удалению токсинов и дает великолепные результаты.

Главное в медицине — это излечение[20]. Для этого необходимы два равноценных знания:

— знание реальной природы наблюдаемого синдрома, точное происхождение которого и настоящий генез нужно определить;

— знание реальной функции заболевшего человека, реакциям которого необходимо дать оценку.

Природа заболевания и индивидуальность реакции являются теми двумя необходимыми элементами, которые позволяют врачу не только изучить больного, но также и точно подобрать подобное гомеопатическое средство. Клинический диагноз должен не только содержать в себе название синдрома или болезни, он обязательно должен точно указывать на природу «токсинного комплекса» и на тяжесть интоксикации. Только тогда можно понять, какое назначать лечение, чтобы оно соответствовало первоначальному понятию (болезнь) и реактивным модальностям, если употреблять выражение проф. Безансона, наблюдаемых у субъекта лечения, т. е. больного.

Таковы общие положения, основанные на наблюдении и результатах лечения, характеризующие гомеопатическую терапию.

БОЛЬНОЙ

-

Больной человек — это комплекс, все элементы которого врач должен знать и учитывать при назначении лечения. Но прежде чем начать его изучать, мы должны уяснить себе, что пациент, которого мы должны лечить — это живой человек, существо действующее и мыслящее, со своими, только ему присущими индивидуальными реакциями, которые и определяют проявление любого заболевания, кажущегося или реального, хорошо известного или вовсе неизвестного. Человек «одарен» и «посвящен», т. е. каждый получил дар жизни и у каждого своя судьба.

Дар жизни человеку одновременно «дан» и «передан». То, что ему дано, это совокупность способностей, которые он должен развивать, чтобы стать личностью. То, что ему было передано, это накопленные предыдущими поколениями порочные склонности и стремления, с которыми он должен бороться и от которых должен защищаться.

Судьбу человека определяет его «призвание». Очень немногим удается реализоваться как личностям, потому что современное общество построено таким образом, что не дает развиваться личности, если она не может подчиниться сомнительным требованиям коллектива.

Государственные соображения вынуждают каждую нацию к добровольной деформации человека. Но эта искусственная деформация поверхностная, она не способна изменить основы личности, и, изменяя условия окружающей среды, любой человек всегда может реализоваться как личность. Судьба человека не фатальна. Античный Рок, столь дорогой для сердца древних, т. к. с его помощью можно было все объяснить, не существует.

Каждая судьба может быть изменена, возможность любого события предотвращена. Вспомните средневековый афоризм: «Sapiens vir imperat astris» — «Мудрый управляет звездами». Почему бы врачу не управлять болезнями?

«Здоровый человек, — как шутят некоторые, — это больной, который еще не знает о своей болезни». Удачное выражение, которое очень близко к истине.

Каждый человек представляет собой личность. Его конституция, его особый темперамент определяют его стиль жизни и род деятельности, которые очень часто не соответствуют той среде, где он развивается, и поэтому он должен терпеть свое окружение, насилуя свою сущность. Такой человек, как правило, сгибается под непрекращающимися ударами судьбы и страдает от этого.

К больному человеку нельзя относиться формально, выписывая ему рецепт на какое-нибудь патентованное лекарство. Больной человек — это такое же живое существо, как и вы. Его страдания являются результатом не только функциональных нарушений или органических поражений. Различные события, люди которые его окружают, условия, в которых он живет, горести, заботы и неудачи — все это способствует изменению его темперамента и характера.

В непрестанной борьбе, которую представляет собой жизнь, человек вынужден сопротивляться не только природным и социальным обстоятельствам, но также и окружающим его разрушительным факторам, будь они космического, человеческого или микробного происхождения.

Каждый человек с рождения несет в себе более или менее тяжкое бремя, полученное им по наследству от предыдущих поколений, природу которого необходимо хорошо изучить.

Почему в аллопатической медицине принято за правило, что только сифилис передается по наследству, квалифицируя это как физическое свойство возбудителя? Разве не имеют такое же специфическое свойство передаваться по наследству такие заболевания, как туберкулез, гонорея и рак. Не определяют ли именно эти передающиеся по наследству болезни предрасположенность к определенным заболеваниям, которые зависят также от конституции и темперамента и которые можно не только предугадывать, но и предотвращать? Не нужно видеть в больном человеке только комплекс болезней, симптоматические выражения которых должны уложиться в описанный синдром или классифицированную болезнь. Более правильным и более полезным будет рассмотрение патологического состояния как отклонения от нормы. И тогда первейшая задача врача заключается в поиске в больном человеке здорового, которым он мог бы быть, которым он должен быть и которым он станет благодаря правильному лечению.

«Высшее предназначение человека» не миф. Даже самый опытный анатом, самый подготовленный психолог далеко не все знают о человеке. Они рассматривают человека только как сложную структуру из клеток и тканей или же набор биохимических реакций. Но человек определяется своей формой так же, как гомеопатические лечебные средства определяются глубокими и объективными реакциями, вызванными их действием на организм. Внимательно изучите ваших больных, научитесь их видеть, и вы сразу же обнаружите что в основе их сегодняшних болезней, так же как и в основе их поведения и конституции и даже в привычке одеваться, лежат одни и те же глубинные причины[21].

Истинную клинику нельзя установить с помощью ряда биологических анализов и сложных обследований, как это принято в аллопатической медицине. Установление истинной клиники основано на всестороннем наблюдении за больным человеком, которое включает в себя одновременное изучение его прошлого и настоящего с тем, чтобы можно было правильно излечить сегодняшнюю болезнь и предотвратить будущие заболевания.

Аллопатическое клиническое обследование и гомеопатическое наблюдение, хотя и являются по своей сути совершенно разными вещами, но нисколько не противоречат друг другу, и более того, они должны совместно использоваться во врачебной практике, дополняя друг друга для блага больного.

В главе «Морфология заболеваний» мы уже проследили за обычным развитием болезни. Любое заболевание, если оно не лечится, проходит в своем развитии 3 стадии:

— сенсорные расстройства (изменение темперамента пациента);

— функциональные нарушения (изменяются функции органа);

— патологические изменения (происходят анатомические изменения в органах).

Вот эти три этапа последовательно проходит в своем развитии болезнь, через эти три стадии последовательно проходит больной, понемногу продвигаясь к наиболее серьезной третьей стадии, на которой и происходят патологические изменения в органах, которые в аллопатической медицине и называются болезнью. Только тогда врачи- аллопаты устанавливают свой «научно обоснованный» диагноз и приступают к лечению, бессилие и непоследовательность которого видна любому непредвзятому наблюдателю.

Зачем ожидать, пока болезнь зайдет настолько далеко, что появятся симптомы, вызванные анатомическими изменениями в органах, и появится возможность установления «диагноза»? Зачем тратить силы и время на установление этого «научно обоснованного диагноза», который ничего не дает для определения лечения и для предупреждения заболевания?

Только теперь вы можете понять всю важность задачи, стоящей перед врачом-гомеопатом, все усилия которого направлены на то, чтобы обнаружить болезнь на начальной стадии, когда еще нет необратимых анатомических изменений в организме, а есть только незначительные функциональные нарушения и болезнь проявляется в виде сенсорных расстройств. Подобные состояния предшествуют любой болезни, но врач-аллопат не принимает их во внимание, т. к. не может их как-то истолковать.

Только врач-гомеопат может выявить эти нарушения и оценить их, назначив соответствующее лечение, несмотря на их кажущуюся несвязность и неясность. Чтобы правильно оценить эти проявления, от врача-гомеопата не требуются какие-то особенные способности или особая интуиция, не нужно ему прибегать и к каким-то необычным методикам. Врач-гомеопат обладает мощным средством, которое никогда не подводит и действие которого он легко может нейтрализовать — гомеопатическое лекарство, патогенетические характеристики которого очень четко выражены самим больным. Четко установленные патогенезы лекарственного средства, глубоко изученные, позволяют врачу-гомеопату не только уверенно определить нужное и эффективное лечение, но также получить дополнительные сведения о больном, который вверяется его заботам.

В тщательно проведенных нашими предшественниками испытаниях лекарственных веществ врач-гомеопат всегда находит умелое руководство, поддержку и содействие. Наше Наблюдение, подчиняющееся строгим правилам, позволяет выявить суть болезни. Никаких бесполезных вопросов: любое обследование имеет свою цену, так же как и любой ответ, констатация любого, даже самого незначительного на первый взгляд факта, т. к. они помогают врачу-гомеопату установить в своем сознании связь между лекарственным средством и клиническими проявлениями болезни. Так же как и обычный врач-аллопат тщательно выявляет даже самые незначительные симптомы, составляющие в своей совокупности определенный синдром или болезнь, так же и врач-гомеопат тщательно выявляет все симптомы, совокупность которых и указывает ему на необходимое лекарственное средство.

На какой бы стадии не находилась болезнь — сенсорной, функциональной или патологической, — имеющиеся симптомы укажут врачу-гомеопату на необходимое лекарство. Анализируя имеющиеся проявления болезни, он мысленно устанавливает их соответствие патогенезу какого-то лекарственного средства. Врач-гомеопат не испытывает замешательства перед множеством, казалось бы, не связанных между собой симптомов и не наблюдает пассивно за развитием болезни, бессильный что-либо сделать, в отличие от его коллеги-аллопата, он видит необходимое указание на лекарство там, где врач-аллопат ничего не видит, и значимость его деятельности особенно заметна тогда, когда правильно подобранное лекарство полностью излечивает больного. Таким образом врач-гомеопат вознаграждается за свой нелегкий труд. И мы видим, что хорошо зная патогенезы лекарственных веществ, он может, отвечая на пожелание, выраженное проф. Безансоном на XXII Конгрессе врачей, «противопоставить каждой стадии заболевания надлежащее лечение».

Если внимательно проанализировать аллопатическую клинику, то в глаза сразу бросается узость ее границ и необходимость множества исследований, требующихся для постановки диагноза. Сенсорные расстройства вообще не принимаются во внимание, они — удел психиатров, хотя несколько известных психических синдромов, по их мнению, являются следствием серьезных интоксикаций[22].

Большинство функциональных нарушений имеют эндокринный или вегетативный характер, но ни одно из этих нарушений в аллопатической медицине не связывают с нарушением внутреннего равновесия у больного, которое, наоборот, тщательно изучается в гомеопатии. Однако эти сенсорные расстройства и функциональные нарушения представляют собой обширное поле для исследований, следовательно, можно утверждать, что параллельно «аллопатической клинике» необходимо описывать и преподавать «гомеопатическую клинику».

В действительности не существует двух способов исследования больного, и, если мы вынуждены объединить для пользы больного два способа наблюдения, мы никак не можем их противопоставлять. Мы обязательно должны их объединить, чтобы приблизиться к цели, которую ставит себе каждый истинный врач, — точное знание больного, обратившегося к нему за помощью. Тогда мы имеем возможность научить наших студентов методике точного и полного исследования больного, позволяющего им сразу же определять заболевание, конституциональный тип человека, предрасположенного к этому заболеванию, и необходимое для излечения лекарство.

Внимательно посмотрите на эту схему, и вы увидите место, занимаемое гомеопатической и аллопатической медициной.

Ничто не может ускользнуть от внимания опытного врача-гомеопата, каждый, даже самый незначительный на первый взгляд симптом должен укладываться в единую клиническую и терапевтическую схему. Вот тогда и становится очевидной вся полнота деятельности врача- гомеопата, объем которой, кажется, уменьшается по мере того, как у больного нарастают патологические изменения в органах, системах и внешние проявления которых кажутся более тяжелыми формами болезни, но об их истинной причине и природе врачи-аллопаты обычно и не подозревают.

Распространено мнение, что гомеопатическая клиника имеет только терапевтическое значение, т. к. она действительно может найти необходимое лекарство, полезность которого никто не оспаривает, но она ничем не может помочь в определении этиологии имеющихся нарушений.

Это глубокое заблуждение, низводящее гомеопатию до уровня лишь симптоматической терапии, существует уже более века. Группа имеющихся симптомов должна соответствовать совокупности характерных признаков лекарственного вещества, установленных опытным путем. Любой симптом должен быть в патогенезе лекарства. Согласен, но, когда мы изучаем лекарственное вещество, мы изучаем не только его патогенез, но и отношения его с другими лекарственными средствами. Эти связи могут быть как симпатического характера (дополняющие действия друг друга лекарства), так и антипатического характера (антидоты). Совершенно ясно, что родственные лекарственные средства объединяются в группы, образующие настоящие «семейства», и основным критерием для объединения являются токсинные категории — миазмы Psora, Tuberculin, Syphilis, Sycosis и Carcinosin. Гомеопат всегда видит тесную связь между выбором необходимого лекарства и миазмом, которому тот соответствует. Поэтому он одновременно подбирает подобное лекарство и определяет глубокую этиологию.

С другой стороны, не касаясь других нетрадиционных методов, которые могут быть оспорены, мы обрели в иридодиагностике метод точного наблюдения, обычно позволяющий по состоянию радужной оболочки глаза определить состояние внутренних органов. Но для успешного лечения необходимо не только установить, какие нарушения имеются у больного в настоящий момент, но и что им предшествовало, т. к. любая внутренняя болезнь не появляется неожиданно, а развивается постепенно. Поэтому мы должны проследить развитие заболевания во времени и пространстве вплоть до явной или гипотетической первопричины. И зная, как в реальности развивалось заболевание, мы можем подобрать оптимальный курс лечения, назначив в определенном порядке гомеопатические лекарства и потенцированный токсин.

Таким образом, за редким исключением для проведения эффективного лечения, направленного на полное излечение больного человека, врач-гомеопат должен обязательно установить точный клинический диагноз. Он должен не только хорошо знать патогенез лекарственных средств, используемых в гомеопатии, и уметь правильно выбрать потенцию, но он обязательно должен также обладать особым клиническим чутьем, заставляющим его искать не только внешние проявления болезни, но и ее глубоко запрятанную в прошлом истинную причину.

Здесь подразумеваются не какие-то сверхспособности врача, а глубокое, вдумчивое изучение больного, основанное на хорошем знании принципов гомеопатической медицины. Только тогда практическая деятельность врача-гомеопата дает поразительные результаты. И я настаиваю, что именно глубина диагноза является необходимым условием для достижения таких результатов.

Наблюдение больного

-

Больной человек — это комплекс, все элементы которого врач должен хорошо знать. Знания о больном врач-гомеопат получает благодаря клиническому обследованию, но главным образом, и я настаиваю на этом, благодаря наблюдению согласно методикам, принятым в гомеопатии.

Клиническое обследование — это одно. Гомеопатическое наблюдение — это совсем другое. Вы должны обязательно понимать разницу между ними. Она очень хорошо объясняется в книге проф. Кордье из Лиона «Краткий курс пропедевтики и врачебной методологии», которая, как я считаю, должна быть в библиотеке у каждого гомеопата.

Во введении мы читаем: «Обязанность врача — поставить точный диагноз, из которого вытекает прогноз, лечение и профилактика.

Чтобы поставить точный диагноз, необходимо следующее:

— знание нормального состояния организма и какими физиологическими процессами вызваны патологические симптомы;

— совершенная методика опроса и поиска симптомов;

— умение классифицировать симптомы для постановки диагноза.

Это работа умственная, но не механическая: чтобы ее осуществить, требуются знания, опыт, здравый смысл и логика, а также разумное использование данных лабораторных исследований».

Постановка точного диагноза — единственная цель аллопатической врачебной методики. Здесь знание диагноза необходимо для назначения правильного лечения.

Гомеопат также «изучает» своего пациента, но больше всего он его «наблюдает». Это наблюдение дает ему два вида знаний, чрезвычайно полезных для назначения лечения:

1. Совокупность объективных симптомов, позволяющих практически выявить не только причину имеющихся на данный момент болезненных проявлений, но и генез наблюдаемых болезненных состояний, и в конечном итоге эти данные позволяют уточнить природу хронической интоксикации.

2. Множество субъективных, функциональных и объективных симптомов, посредством которых больной организм сообщает о нарушении внутренней гармонии, о своих функциональных и патологических расстройствах. Эти симптомы, не представляющие никакой ценности для установления клинического диагноза, тем не менее позволяют врачу-гомеопату с наибольшей точностью подобрать лечение, соответствующее индивидуальным особенностям пациента.

Как мы видим, ничто не пускается на самотек или на произвол. Гомеопат подбирает лечение, основываясь на точных фактах, и его заключение контролируется лечебным средством, прежде чем оно «проверится» результатом. В гомеопатии диагноз устанавливается не только на основании имеющихся на момент назначения патологических состояний, но учитывается также генез этих нарушений и их природа. Врач-гомеопат прекрасно осознает, что, чтобы полностью восстановить здоровье своего пациента, недостаточно устранить его сегодняшние болезненные проявления, необходимо предотвратить их появление в будущем, а для этого нужно устранить причину болезни соответствующим лечением.

В предыдущей своей книге я подробно описывал, как в сознании опытного гомеопата определение природы рассматриваемого болезненного состояния — я не говорю причины — осуществляется параллельно с определением необходимого лекарственного средства.

В этой работе, чтобы избежать ненужных повторений, я расскажу только как нужно наблюдать больного.

Есть один пункт, о котором всегда следует помнить. В то время как врач-аллопат, обследуя своего больного, собирает только клинические симптомы, позволяющие ему установить клинический диагноз, врач-гомеопат «наблюдает» за своим пациентом, преследуя параллельно две цели:

— установление клинического диагноза;

— определение необходимого лечения.

Хотя не нужно забывать, что гомеопатическое лечение точно определено наблюдаемыми у пациента патологическими состояниями и что совокупность имеющихся впечатлений и ощущений, так же как и установленных объективных симптомов, подобна патогенезу назначенного для лечения лекарственного средства, и эта взаимосвязь в какой-то степени автоматически подводит нас к необходимому лекарству уже в процессе обследования.

Наблюдать больного совсем не сложно. Необходимо лишь не только смотреть на больного, но и «видеть» его, не только слушать, но и «понимать» его слова, не только спрашивать, но и систематизировать его ответы.

Чтобы у вас сложилось четкое представление о деятельности врача- гомеопата, я более подробно расскажу, как нужно проводить гомеопатическое наблюдение. Вы увидите, что врачу-гомеопату достаточно малейшего симптома, жеста, манеры поведения, размышления впечатления. Вы поймете тогда, какую огромную работу проводит наблюдатель, как он напрягает все свои умственные способности, — чтобы ничего не упустить и не забыть из того, что поможет ему установить точный диагноз, одновременно клинический и терапевтический.

Нужно видеть своего больного

Не будем погружаться в теорию, займемся практикой. Вы находитесь в своем кабинете, открывается дверь, входит пациент. Сможете ли вы с первого взгляда, — нет, не установить диагноз, это было бы смешно, — но сделать для себя хоть какие-то полезные выводы?

Разумеется, да!

Вот перед вами ребенок, который не может усидеть на месте. Едва войдя в кабинет, он сразу же взбирается на кресло, затем соскакивает и бежит к камину, снова возвращается к вашему столу и передвигает на нем то один предмет, то другой. Через минуту он уже сидит верхом на спинке вашего дивана. При этой суматошной беготне, которую не в силах прекратить даже его мать, вы сразу вспомните о Chamomilla.

А вот уже другой ребенок нерешительно входит в ваш кабинет. Очень робкий, он медленно приближается к вам, тихонько подталкиваемый своими родителями. Вы едва успеваете задать ему несколько вопросов, как он разражается слезами, но плачет он тихо, скорбно глядя на вас. Как только вы пытаетесь приблизиться к нему, он убегает от вас и прячется за мать, обхватывая ее своими маленькими ручонками. Этому ребенку нужна Silicea.

А теперь посмотрите на этого двухлетнего малыша большого и толстого, кажущегося на удивление здоровым. Едва войдя в кабинет, он начинает кричать или, скорее, даже вопить. Он будет вопить и отбиваться от вас и во время осмотра, но, как только вы закончите осмотр и отойдете к своему столу, чтобы выписать рецепт, он сразу успокоится и в ответ на выговор матери на его непозволительное поведение, он спокойно ответит, что вы очень милый доктор. Это Antimonium crudum.

Но не думайте, что мы выпишем эти препараты, основываясь только на этих простых наблюдениях. Когда врач-гомеопат проводит наблюдение, он отмечает все симптомы. Характерные симптомы примечательны тем, что ориентируют врача на определенные лекарственные средства, аналогично тому, как в аллопатической медицине существуют «сигнальные симптомы», ориентирующие врача на определенный диагноз.

Разумеется, врач-гомеопат не назначит Chamomilla, Silicea или Antimonium crudum только на основании тех симптомов, которые я только что описал, но он подумает о Chamomilla, Silicea, Antimonium crudum и, руководствуясь логикой, станет искать у этих детей другие характерные для этих препаратов симптомы, которые он должен хорошо знать, т. к. изучал гомеопатическую Materia Medica.

Возьмем теперь взрослых.

Вот в кабинет входит, громко стуча каблуками, важный господин. Не спрашивая разрешения, он кладет свою трость и шляпу на ваш стол и резким голосом, энергично жестикулируя, объясняет, какие у него проблемы. Он очень удивляется, когда вы предлагаете ему раздеться для осмотра — разве он уже не объяснил все подробно?

Во время осмотра он часто покашливает, как будто не может избавиться от застрявшей в глотке слизи, или постоянно насвистывает. Не думайте, что он плохо воспитан, но подумайте о Lусороdium.

А вот другой господин, который входит к вам весь багровый — красное лицо, красные уши, ему жарко, он жалуется на духоту в вашем кабинете. Если он завсегдатай врачебных кабинетов, то просит выключить обогреватель. Если вы долго будете осматривать такого пациента, то ему станет дурно. Этому нужен Sulphur.

Входит взволнованная и озабоченная дама. Она быстро начинает излагать свою историю, а точнее истории. Врач не в состоянии ее остановить, т. к. она просто не слушает его, перепрыгивая с одного предмета на другой, — трещит, как пулемет! У нее все перемешалось, и та беспорядочность, с которой она излагает свои жалобы, события, с ней происходящие, и решения, которые она должна принять, — все это могло бы вызвать у врача улыбку, если бы ему не нужно было на основании этих жалоб ставить клинический и терапевтический диагноз. Но это уже не составит труда, так как такое поведение характерно для Lachesis.

А вот другая пациентка, которая медленно садится в кресло, скрещивает ноги и наклоняется вперед, чтобы было удобнее вас слушать, подперев подбородок рукой и опираясь локтем о колено. Она печальна, говорит мало — врач буквально вынужден «вытягивать» из нее слова. Ей все безразлично — она пришла потому, что ее заставил прийти кто-то из членов семьи. Она ранее уже консультировалась у других врачей, которые ставили ей астению, неврастению, говорили об эндокринных расстройствах и т. д. Подумайте о Sepia, и, более подробно порасспросив ее, вы наверняка найдете другие характерные для этого препарата симптомы.

Не нужно быть великим типологом, чтобы еще до раздевания определить карбоническую конституцию по тщательному последовательному изложению своей истории болезни, по приверженности к точности и ясности при описании своих страданий, а фосфорную конституцию — по стремлению скрыть свою болезнь. Если верить этому пациенту, то он просто переутомился, много работая. Он склонен мечтать о возвышенном, а убожество его тела глубоко оскорбляет его эстетическую натуру. Вопросы, которые врач задает, расспрашивая такого человека о его моче или стуле, шокируют его и надоедают. Он не хочет выглядеть больным, еще больше он не хочет выглядеть некрасивым, опустившимся, жалким, а остальное его не волнует, и очень тяжело бывает узнать о его прошлых болезнях, о которых он старается позабыть.

Другой тип конституции — флюорический — с готовностью рассказывает врачу о своих пороках, изъянах, дурных привычках и наклонностях, с которыми он, по его словам, не может справиться. Он рассказывает врачу о своей болезни беспорядочно и сумбурно, постоянно возвращаясь назад, заостряя внимание на мелких деталях и забывая о важных фактах.

Пока пациент раздевается для осмотра, понаблюдайте за его манерой поведения, жестами.

Карбонический тип — это тип, покорившийся судьбе: нужно — значит нужно. И после вопроса «Что нужно скинуть? Рубашку, брюки или обувь?» он начинает методично раздеваться, педантично складывая свою одежду на кресло, где он до этого времени сидел. Он охотно подчиняется вашим приказам, потому что пришел к вам за помощью.

Фосфорический тип, в особенности женщины этого типа, не хотят раздеваться. С видимым сожалением она снимает с себя один предмет за другим. Не нужно смотреть на нее, ей нужна ширма. Снять с нее пояс — это трудная проблема, а если потребуется поднять рубашку — это уже настоящая драма.

Флюорический тип вовсе не стесняется. Разговаривая с вами, пациентка этого типа быстро раздевается, оставляя на вашем столе предметы своего туалета, с беззастенчивостью, которая могла бы удивить вас в начале вашей врачебной деятельности[23].

Я вкратце ознакомил вас лишь с некоторыми типами больных, характерные особенности поведения которых бросаются в глаза уже на первых минутах приема. Надменность Дианы, которая часто соответствует Platinum. Этому же препарату соответствует спесь позера- педераста, приходящего на прием со своим другом, больше похожим на девушку, чем на парня, или поведение волосатой и усатой лесбиянки, которая требует, чтобы вы осматривали ее подружку с минимумом раздевания, отвечает за нее на вопросы и всегда боится нескромности ваших вопросов.

Старая кокетка с трясущимся подбородком, показная любезность которой скрывает плохое настроение и вспыльчивый дурной характер, — при более тщательном обследовании вы найдете и другие характерные для Gelsemium симптомы.

Светская дама, изображающая потаскушку или «даму полусвета», этакую утонченную натуру, чей приход сразу же превращает ваш кабинет в курительную комнату. Она будет жаловаться вам на то, что у нее нет детей, а супружеские отношения не приносят ей никаких приятных ощущений, и вы сразу же подумаете о Caladium.

Если ваша пациентка любит крепкий портвейн и муж упрекает ее в приступах бешеной злобы, то следует подумать о Lycopodium.

А если пациентка приходит к вам в последний момент, чтобы узнать, как избежать операции по поводу удаления желчного пузыря, которую ей уже неоднократно и все более настойчиво предлагают, а при разговоре вздыхает и зевает, то это говорит о необходимости назначения Ignatia.

Если приходит на прием тип недоверчивый и подозрительный, готовый устроить врачу настоящий экзамен, постоянно спрашивая «Вы действительно так полагаете?», «Вы уверены?», и который, преследуемый своим собственным воображением, только тогда начинает вам доверять, когда вы объясните ему его сегодняшние проблемы, напомнив о гнойных выделениях из уретры в далекой юности, — здесь наверняка показана Thuja.

Я приведу вам еще несколько симптомов, которые могут показаться вам забавными, но они помогут подобрать вам нужное лекарство: пациент, который разговаривая с врачом, болтает ногами, — Zincum; постукивает постоянно рукой по подлокотнику кресла — Kali bromatum — неустанно вытирает руками стекло, покрывающее ваш стол, — Syphunum; постоянно посвистывает — Lycopodium; постоянно потирает свой нос — Ста.

За всю свою многолетнюю врачебную практику вы не встретите даже двух одинаковых больных: каждый человек имеет свои индивидуальные отличительные черты и нет одинаково протекающих заболеваний — каждое заболевание имеет свои индивидуальные симптомы, отличающие его от подобных. Но только врач-гомеопат способен выявить эти индивидуальные признаки и оценить степень их значимости одно- временно с трех позиций — типологической, клинической и терапевтической.

Нужно «слышать» своего больного

Во всех работах по гомеопатии, начиная с «Органона врачебного искусства» С. Ганемана, авторы настаивают на необходимости отображения в анамнезе всех, даже самых незначительных болезненных проявлений, появляющихся на протяжении всей жизни, а также имеющихся у родителей. В подтверждение приводится высказывание Декарта, которым освящается любой метод, систематическое использование которого является ошибкой.

Беннингхаузен в отрывке своего известного труда о Гиппократе[24], чтобы дать пример того, как врач должен опрашивать больного, описывает следующий случай, предполагая, что речь идет о зубной боли.

«Будем действовать в соответствии со старым богословским принципом versus memorialis, который звучит так: «Quis, quid, ubi, quibis, cur, quomodo, quando».

Теперь более подробно:

«Quis» — Кто вы? Имя, возраст;

«Quid» — О чем идет речь? На что вы жалуетесь?

«Ubi» — Где у вас болит?

«Quibis» — Какие еще есть симптомы?

В случае, о котором мы говорим, речь идет о молодой девушке, которая пришла на прием с зубной болью. Кроме того, она не могла переваривать жирную пищу, часто беспричинно тосковала, могла легко заплакать, дрожала, особенно в теплой комнате, и т. д.

«Cur» — Почему она находится в этом состоянии? Потому, что она простудилась.

«Quomodo» — Как она страдает? Боль начинается в дупле зуба, она усиливается при употреблении горячих напитков и, наоборот, ослабевает, когда девушка пьет холодную воду.

«Quando» — Каковы модальности, при которых ощущается боль? Ухудшение при приеме пищи и наоборот, улучшение ночью, во время отдыха».

И Беннингхаузен восхищенно констатирует: «Лекарство установлено — это Pulsatilla» и утверждает: «Если больная будет принимать этот препарат, то она выздоровеет».

Что касается меня, то я думаю, что, если бы девушка обратилась к дантисту, он также бы облегчил ее боль: у нее гнилой зуб, который нужно лечить или удалять.

«Вот путь, который надежно ведет к правильному выбору лекарства, — пишет Беннингхаузен — если только врач будет руководствоваться достаточным знанием терапии. Врач-практик, имеет ли он дело с физической болью или психическим страданием, не будет больше теряться в догадках и плутать в лабиринтах гипотез, где редкие светящиеся точки — это только обманчивые блуждающие огоньки».

Фраза изящная, но с научной точки зрения она не имеет никакого значения, т. к. клинический диагноз не установлен. И я привел вам этот пример вовсе не для того, чтобы поупражняться в критике наших великих Учителей. Для Ганемана и его последователей поиск подобного лекарства — это главное, и в своих работах они стараются выявить все возможные общие позиции, существующие между больным человеком и лекарственным средством. Они стараются путем самых тщательных исследований собрать все, даже самые незначительные симптомы, входящие в патогенез того или иного лекарственного средства, чтобы подобрать действительно simillium, который «покроет», по их выражению, все симптомы, имеющиеся у больного.

Поиск единственного подобного лекарства необходим, но понятие клиники полностью отсутствует.

Если гомеопатию изучать таким образом, вам потребуются годы, чтобы научиться на практике подбирать необходимое лекарственное средство, патогенез которого «покрывал» бы все выявленные при тщательном обследовании больного симптомы[25]. Как правило, это часто заканчивается неудачей, т. к. вы постоянно будете совершать одну и ту же ошибку: вы не будете принимать во внимание степень важности симптома.

В настоящее время в соответствующих изданиях во всех странах мира публикуется большое количество «случаев из практики», и все они заканчиваются утверждением, что получены превосходные результаты но врач-аллопат не может их оценить, т. к. отсутствует клинический диагноз. Больной вылечился благодаря назначению Pulsatilla или, скажем Sepia, потому что у него были симптомы, указывающие именно на этот препарат.

В своей работе по систематизации д-р Тесте (Teste) довольно успешно классифицирует лекарственные средства по определенным категориям, но вскоре становится ясно, что эти категории установлены искусственно, т. к. данная классификация не учитывает их терапевтическое действие при том или ином заболевании.

В сознании истинного гомеопата-практика такие понятия, как типология, клиника и терапии, составляют единое целое, которое позволяет ему одновременно поставить:

точный клинический диагноз;

точный терапевтический диагноз;

точный типологический диагноз.

А это, в свою очередь, позволяет врачу узнать не только какие болезни перенес его пациент в прошлом, но и какие болезни ожидают его в будущем, и на основании этого подобрать средство не только для излечения имеющегося в настоящий момент болезненного состояния, но также одновременно назначить превентивное и эволютивное лечение.

Но вернемся к гомеопатическому наблюдению. Больной должен быть не только выслушан, но особенно он должен быть опрошен.

Опрос должен проводиться по трем направлениям, позволяющим врачу за несколько минут добиться от больного точных показаний, таким образом, врач не будет впустую тратить время, выслушивая массу бесполезных для определения лечения сведений.

Опрос больного

-

Первый вопрос, который следует выяснить, — почему человек обратился к врачу? Что его беспокоит?

В ответ пациент либо точно ответит на ваш вопрос, что:

— у него болят печень, почки, сердце, голова, желудок, кишечник, легкие и т. д.;

— он уже ранее лечился от определенной болезни, которая опять появилась;

— ему ставят разные диагнозы, назначают различное лечение, но безрезультатно.

Либо пациент начнет беспорядочно излагать запутанную историю. Вот в этом случае врач должен прервать его и начать опрашивать, придерживаясь определенной схемы.

Прошлое личности

Следует внимательно в хронологическом порядке выяснить и записать все этапы в развитии болезни, перенесенные ранее заболевания, вакцинации, случаи появления кожных высыпаний.

Знание перенесенных в прошлом заболеваний позволяет врачу приблизительно определить тип миазма:

— корь, обморожения, узловая аденопатия с детства, частые насморки, повторяющиеся бронхиты, периоды необъяснимого повышения температуры, анемия, быстрый рост, плевриты, аменорея указывают на Tuberculin;

— скарлатина, частые ангины, приостановка или неправильный рост, задержка умственного развития и улучшение состояния в горной местности характерны для Syphilis;

— лейкорея еще в детском возрасте, потливость ног и рук, недостаточное умственное развитие, бородавки, бесплодие, повышенная чувствительность к перемене погоды и к влажности, гонорея, частые вакцинации с улучшением состояния на берегу моря указывают на Sycosis;

— дерматиты, экзема, сенная лихорадка, астма, чередование различных патологических состояний и улучшение от физической нагрузки, на свежем воздухе и от пребывания в деревне характерно для Psora.

Здесь умышленно не упоминаются явные врожденные пороки развития, предыдущие заболевания туберкулезом или сифилисом, другие тяжелые заболевания, которые серьезно лечились и лечение контролировалось с помощью лабораторных методов. Выше были приведены только простые примеры, которые позволяют врачу-гомеопату уже с первых минут опроса приблизительно сориентироваться в ситуации.

Актуальное состояние

Существуют два естественных периода, на которые делится наша жизнь — день и ночь. Оба они заслуживают детального изучения, и если терпеливо исследовать состояние пациента в течение суток, то можно выявить важные для постановки диагноза детали.

Ночь

Здоровый человек спит спокойно, его не мучают кошмары. Больной человек спит плохо, для многих из них ночь является самым ужасным периодом их жизни.

Если человек боится наступления ночи, потому что в этот период суток проявляются все его страдания, а утром он встает совершенно изнуренный как физически, так и психически, то следует подумать о Syphilinum.

Если пациент жалуется на сон, то врач обязательно должен изучить характер его бессонницы. Если ребенок или подросток не может вечером заснуть, а утром поднимается с трудом, то это указывает на Pulsatilla. А если ваш пациент засыпает как убитый, просыпается очень рано и лежит, бодрствуя, часами, засыпая буквально на несколько минут до своего обычного пробуждения, а встает совершенно измотанный, — то в этом случае необходим, скорее всего, Nux vomica.

Пробуждение в определенное время также указывает знающему врачу на определенное лекарственное средство:

— до полуночи, в 23 часа — Bryonia;

— в час ночи с жаждой, тревогой, волнением, удушьем, страхом смерти — Arsenicum album;

— в два часа ночи с чувством стеснения в груди и желанием сесть в постели, наклонив голову до колен — Kali carbonicum;

— в 4 часа утра — Thuja.

Всегда следует поинтересоваться, в каком положении больной спит, на левом или правом боку? Знание этого является очень важным, особенно если он жалуется на боли в сердце или печени. В этих случаях, как правило, показаны Sepia или Lycopodium: Sepia — тем, кто не может спать на левом боку, а облегчение наступает только в положении на правом боку; Lycopodium — тем, кто, наоборот, предпочитает спать на левом боку.

Некоторые пациенты скажут вам, что спят на животе — podophyllum, положив руки под голову — Pulsatilla, или закинув за голову — Arsenicum album, скрестив ноги — Rhododendron и т. д.

Сны и кошмары также дают врачу много ценных фактов для размышления. Врач-гомеопат не занимается «толкованием снов», они интересуют его только с терапевтической точки зрения.

Сны о движении — больной чувствует себя преследуемым, он бежит, карабкается по горам, догоняет поезд и т. д. — характерны для Rhus toxicodendron. Сны о смерти, когда человек присутствует на своих похоронах и каждую ночь видит тех, кого он потерял — Lachesis. Сны о ворах, когда пациент «видит», как незнакомые люди проникают в его дом, причем впечатление, произведенное частым появлением подобных сновидений, настолько сильное, что человек устраивает каждый вечер настоящие баррикады у своих дверей — Natrum muriaticum. Сны об убийстве, когда больной часто просыпается, думая, что его душат, — Lachesis. Сны о крови — Phosphorus. Сны о несчастных случаях — Arsenicum album, Digitalis. Снятся животные — Arnica; змеи — Argentum nitricum; вода — Ammonium muriaticum. Сексуальные сны с семяизвержением — Phosphoricum acidum; с сексуальными навязчивыми мыслями в состоянии бодрствования — Staphysagria.

Сон может быть также плохим и без настоящей бессонницы. Больному неуютно в своей постели, он волнуется, ему жарко, ноги горят, он ворочается и ищет более прохладное место — Sulphur. Всю ночь человек потеет: потеет все тело — Mercurius; потеет одна голова, отчего подушка все время мокрая, — Calcarea carbonica. Потеет, засыпая, — Chamomilla, просыпаясь — Sambucus.

Только не подумайте, что связи, установленные между нарушениями сна и лекарственными средствами, являются плодом фантазии — они действительно существуют и вполне объяснимы. Например, действие яда змеи Lachesis проявляется сокращением сердечной мышцы и удушьем, и точно такие же клинические симптомы наблюдаются при климактерических нарушениях и аортите. Больной, которому показано лечение Natrum muriaticum, всегда страдает нарушением минерального обмена, которое приводит к туберкулезу, и в этом случае становится понятна его робость и слабость.

Таким образом, ответ пациента на каждый последующий вопрос позволяет все больше сужать круг препаратов и задавать все более точные вопросы.

Утро

Утреннее ухудшение состояния чаще всего указывает на конституциональные типы, относящиеся к сикотической группе, которые соответствуют гидрогеноидной конституции, описанной Грауфоглем.

Но это общее положение всегда следует уточнять в каждом конкретном случае. Например, больной жалуется на жидкий стул по утрам.

Вопрос: до или после завтрака?

Ответ: после завтрака.

Сразу же на ум приходит Natrum sulphuricum, и врач уже продолжает опрос, целенаправленно отыскивая характерные признаки этого препарата. Он выясняет, что «больной просыпается рано, с неприятными ощущениями в животе, страдая от покалывания то в одном, то в другом месте и от скопления газов, от которых не может освободиться (урчание в животе). Сразу же после завтрака боли усиливаются в области пупка, а затем по ходу левой ободочной кишки, и очень скоро появляются позывы на дефекацию. Стул жидкий, брызжущий, шумный, водянистый, желтоватый с шумным отхождением газов».

Врач-аллопат скажет, что это классическая клиника энтероколита, но здесь приведен отрывок из патогенеза Natrum sulphuricum, показания к назначению которого будут еще более убедительными, если эти симптомы усиливаются или появляются в дождливую и сырую погоду.

Если понос всегда появляется до завтрака, то врачу необходимо рассмотреть несколько лекарств, уточнив в ходе опроса показания к их применению. Понос появляется только при вставании больного с кровати, как только он ступил на пол и сделал первый шаг, — Bryonia. Понос вынуждает человека подниматься в 5 часов утра — Sulphur. Обильный зловонный стул желтоватого цвета, выбрасываемый с брызгами, появляется рано утром и периодически повторяется в течение всего утра, — и после каждого опорожнения пациента охватывает чрезвычайная слабость с ощущением пустоты в животе — Podophyllum. Если же стул коричневого цвета и безболезненный, а при дефекации появляется кашель, то необходимо назначить Rumeх crispus.

Теперь вы более ясно представляете себе методику гомеопатического Наблюдения. Знание гомеопатической Materia Medica позволяет врачу-гомеопату сопоставлять имеющиеся у больного патологические проявления с симптомокомплексами определенных лекарственных средств.

Чтобы отыскать подобное лекарство, можно действовать двумя способами:

— или записывать в течение часа или двух все симптомы, которые есть у больного, затем терпеливо искать лекарственное средство, патогенез которого «покроет» выявленный симптомокомплекс[26];

— или сразу оценивать болезненные проявления, мысленно классифицируя их по клиническому значению (диагноз патологического состояния, синдрома или болезни) и терапевтическому (диагноз подобного средства).

Для меня является несомненным, что вторая методика позволяет подобрать подобный препарат намного быстрее, т. к. отбрасываются бесполезные для поиска лекарственного средства симптомы. Кроме того, она является более точной, благодаря постоянному контролю, и позволяет начинающему врачу-гомеопату довольно быстро научиться работать самостоятельно.

Тщательно расспросите, как пробуждается ваш пациент, изучите его физическое и психическое состояние, ведь часто он чувствует себя более усталым утром, а не вечером.

Нам известна отупляющая лень Pulsatilla, которая не может полностью проснуться; оцепенение Nux vomica, который не в состоянии сделать малейшее интеллектуальное усилие; бессилие и отвращение к жизни Lachesis, который чувствует себя намного хуже после сна; депрессия и тоска Natrum muriaticum, состояние которого начинает ухудшаться с раннего утра и достигает своего апогея к 10 часам утра. Некоторые больные просыпаются с чувством тошноты, которая исчезает после завтрака, например, Sepia. Другие при пробуждении испытывают чувство ломоты в костях, у них болят мышцы, они слишком напряжены, и только после начала движения состояние улучшается — Rhus toxicodendron.

Вам не следует пугаться всей этой лавины симптомов и лекарств, все это не так страшно. При изучении патогенеза лекарственного средства нужно стараться не заучивать наизусть симптомы, а понять суть лекарства. Невозможно выучить все симптомы, да это и не нужно, т. к. существуют великолепные справочные пособия по Materia Mediса[27] — следует понять сущность каждого препарата, и за свой труд вы будете вознаграждены неподдельным восхищением ваших пациентов в том, что «врач знает мою болезнь лучше меня самого», и особенно тем, что состояние больного будет быстро улучшаться благодаря действию подобного лекарственного средства.

День

Необходимо, чтобы больной отмечал моменты, когда его состояние ухудшается:

В 10 часов утра — Natrum muriaticum, Gelsemium.

В 11 часов — Ignatia, Sepia, Sulphur.

В 13 часов или в 1330 — Arsenicum album.

В 15 часов — Apis.

В 16 часов — Pulsatilla.

С 16 до 20 часов — Lycopodium.

Также следует выяснить, в какое время пациент отдыхает и когда он чувствует себя хуже — до или после отдыха. Например, у Anacardium всегда улучшение во время еды, Nux vomica всегда хуже сразу после полуденного отдыха, a Lycopodium значительно позже.

Модальности

После того, как вы изучите симптомы, появляющиеся ночью, днем и утром, следует подробно выяснить модальности, т. е. те факторы внешней среды, при которых больной чувствует себя лучше или хуже. Не следует пытаться выяснять условия улучшения или ухудшения каждого симптома, т. к. это занимает слишком много времени и не играет определяющей роли при выборе подобного лекарства. Но всегда необходимо выяснить, как пациент реагирует на повышенную и пониженную температуру, узнать, хуже или лучше он себя чувствует в холодную и сухую погоду, холодную и сырую, теплую и сухую, теплую и сырую.

Если больной чувствует себя хуже, например, когда идет, то это является указанием на Rhus toxicodendron; если в бурю — Rhododendron. Если состояние ухудшается, когда дует северо-восточный ветер, — Allium сера, а если северо-восточный — Aconitum. Когда любая перемена погоды вызывает ухудшение, следует подумать о Natrum sulphuricum и Ranunculus bulbosus и не следует забывать о Psorinum.

Ограничьтесь этими основными модальностями, т. к., если вы начнете расспрашивать, лучше или хуже больному от теплых компрессов, на свежем воздухе и т. д., вы никогда не остановитесь, тем более, что еще не выявлены симптомы, касающиеся органических поражений.

В любом случае вы можете дополнительно узнать, как чувствует себя ваш пациент в горах и на море.

Ухудшение состояния в горах — Arsenicum album.

Улучшение — Syphilinum.

Ухудшение на море — Natrum muriaticum, Syphilinum.

Улучшение — Medorrhinum, Bromium.

Знание этих модальностей часто значительно облегчает выбор препарата, т. к. встречаются больные, головные боли у которых, до этого постоянные, как по мановению волшебной палочки исчезают на берегу моря (Medorrhinum), или люди, жалующиеся на постоянную диарею на берегу моря, которая пропадает, как только они оказываются в горах (Syphilinum).

Термины Medorrhinum или Syphilinum заставляют любого врача подумать, может быть, об отдаленной, но тем не менее не прошедшей бесследно гонококковой или сифилитической интоксикации, приобретенной или переданной по наследству, которая и является причиной сегодняшних патологических состояний.

Боль

Один поэт писал: «Человек — это подмастерье, а боль — его хозяин.» И действительно, моральные и физические страдания являются уделом любого человека, который в определенный момент своей жизни платит дань боли. Уже на первом году жизни ребенок, который и говорить-то еще не умеет, уже испытывает страдания при прорезывании зубов, которые могут быть причиной серьезных осложнений. И каждый последующий жизненный этап — формирование, зрелость, дряхлость — отмечен многочисленными страданиями, модальности выражения которых варьируют в очень широких пределах в зависимости от индивидуальных особенностей. Так что же делать с болью? Для врачей-аллопатов ответ на этот вопрос очевиден — унять ее с помощью анальгетиков.

Возьмем, к примеру, больных с раком прямой кишки, невралгией лицевого нерва, почечной коликой. Врач видит, что страдания их ужасны и назначает какой-нибудь из анальгетиков — морфий, бром, аспирин и т. д. Это представляется вполне естественным, и мы были бы неправы, протестуя против подобной практики, т. к. в гомеопатической фармакологии нет препаратов, способных в течение нескольких минут снять столь жестокую боль.

Но значит ли это, что гомеопатия безоружна перед болью? Вовсе нет, и сейчас мы в этом убедимся. Но я хотел бы, чтобы вы смогли четко усвоить разницу между двумя методиками лечения — аллопатической и гомеопатической — и одновременно точно определить место, которое занимает в медицине каждый из этих методов.

Итак, рассмотрим, к примеру, больного с раком прямой кишки. Опухоль налицо, а так как уже имеются метастазы в малом тазу, то хирургическое вмешательство невозможно. Пациент жалуется на ужасные боли, иррадиирующие в крестец, область мочевого пузыря и в бедра. Ему назначены уколы морфия несколько раз в день. Морфий приглушает боль, уменьшая страдания больного. При таком тяжелом патологическом изменении нельзя сделать ничего иного.

Теперь рассмотрим больного с почечной коликой. Он катается по постели, принимает различные позы, но не может помочиться, кричит, стонет. Укол морфия сразу снимает болевой синдром. Когда боль проходит, врач-аллопат советует пациенту соблюдать диету и пройти курс бальнеолечения в соответствии с природой камней — фосфатов, оксалатов или уратов.

Иначе в подобных случаях поступает врач-гомеопат. Изучив характер боли и установив ее реальную причину, он ищет лекарственное средство, характеристики которого наиболее подобны страданиям больного. После того, как прошел приступ, пациент тщательно обследуется, и на основании всех выявленных индивидуальных реакций его организма подбирается одно или несколько лекарственных препаратов, которые не только предупредят появление новых приступов, но и постепенно нормализуют обменные реакции в организме, т. е. полностью излечат заболевание, и камней в почках не обнаружить даже при самом тщательном исследовании.

А что делать с невралгией тройничного нерва, мигренью, с этими таинственными болезнями, с которыми больные к нам обращаются так часто? Некоторые жалуются на странные, своеобразные боли, локализованные в необычных местах, которые врач-аллопат не может ни объяснить, ни понять и тем более не может бороться с ними. В этом случае он считает, что имеет дело с психически ненормальным человеком, и назначает ему барбитураты или бром, а также советует отдохнуть в санатории.

Именно в подобных случаях становится очевидной необходимость гомеопатического лечения. Боль — это не столько страдание, которое нужно облегчить, сколько важный симптом, указывающий на индивидуальную реакцию организма, симптом, который нужно умело наблюдать и тщательно описывать, т. к. именно он часто позволяет точно определить лекарство, способное вылечить больного. Боль для врача- гомеопата является не только клиническим симптомом, указывающим на локализацию болезненного процесса, она является и терапевтическим симптомом, который указывает на подобное лекарственное средство, необходимое дня лечения.

Врач-гомеопат должен рассматривать боль как наиболее важное выражение индивидуального способа реагирования пациента, каково бы ни было его болезненное состояние. Не следует забывать, что при выборе лекарства всегда на первое место становятся индивидуальные реакции больного, а не диагноз. Впрочем, в большинстве случаев врач-гомеопат сталкивается с неясными, неопределенными патологическими состояниями, когда невозможно установить четкий диагноз. Однако даже в этих случаях он далеко не беспомощен.

«Орган «вопит» о своем страдании еще задолго до появления органических изменений».

Боль — это спасительное предупреждение, которое нужно уметь понять и, в особенности, правильно истолковать. Страдающий организм сам указывает на необходимое лекарство. Врачу остается лишь внимательно прислушаться к этому зову.

Возьмем к примеру, невралгию тройничного нерва. При этом заболевании аллопатическая медицина практически бессильна: назначается множество обезболивающих препаратов, но безрезультатно — они лишь постепенно разрушают почки и печень, а также приводят к нарушениям в деятельности нервной системы.

Но если больного с невралгией тройничного нерва обследует врач-гомеопат, то он легко обнаружит характерные симптомы некоторых лекарственных средств, как правило, это Cedron, Arsenicum album и Baryta carbonica.

CEDRON: боли возобновляются регулярно с четко выраженной периодичностью — каждый день в один и тот же час, чаще всего около 10 часов утра. Они, как правило, левосторонние и сопровождаются слезотечением и онемением челюсти.

ARSENICUM ALBUM', боли жгущие и всегда сопровождаются очень сильным возбуждением. Я вспоминаю больного, который несколько лет страдал упорной невралгией тройничного нерва, проявляющейся жгучей болью, локализованной в области верхней губы по ходу верхнечелюстного нерва. Она всегда появлялась около двух часов дня и между 1 и 3 часами ночи. В это время больной не мог спокойно сидеть или лежать — он был вынужден вставать и ходить. Холод усиливал боль, а при согревании щеки боль, наоборот, уменьшалась. Несмотря на постоянный прием аспирина и других анальгетиков, его состояние не улучшалось. Единственная доза Arsenicum album навсегда избавила этого человека от невралгии, т. к. показания для назначения этого препарата были очень четкие — жгучие боли, усиливающиеся от холода и уменьшающиеся от тепла; возбуждение; ухудшение около 2 часов дня и с 1 до 3-х часов ночи.

Этот пример показывает важность знания гомеопатической Materia Medica и как это знание применять на практике.

BARYTA CARBONICA также считается в гомеопатии одним из основных лекарственных средств для лечения невралгии тройничного нерва. Боли острые и усиливаются по утрам: больной встает очень осторожно, боясь неловким движением вызвать боль. Как только он начинает умывать лицо, так тотчас же появляется боль. Пациент говорит о странном ощущении, появляющемся между приступами боли — как будто лицо его в паутине или что-то липкое на лице.

Разумеется, если врач не знает этого характерного для патогенеза Baryta carbonica симптома, он и не спросит о нем у больного, а сам больной, особенно если он до этого уже лечился у врача-аллопата, не посмеет рассказать о своих ощущениях, т. к. врач-аллопат сказал ему, что они не представляют для врача никакого интереса.

Рассмотрим другой пример — человек в течение многих месяцев страдает от суставного ревматизма. В какой-то период ему кажется, что начинается выздоровление, но через некоторое время снова наступает обострение — температура повышается, суставы снова опухают и т. д. Но что особенно поражает, так это блуждающий характер болей, которые перемещаются с одного сустава на другой, справа налево и наоборот, нигде не фиксируясь.

При подобной патологии показаны два лекарственных средства — Pulsatilla и Kali bichromicum. Определить, какой из этих двух препаратов необходим данному конкретному больному, мы можем только на основании имеющихся модальностей. Если больной старается раскрыться, ему лучше от холода и он ищет прохладное место, старается по возможности не находиться в теплом помещении, утверждая, что это вызывает у него лихорадку, озноб и чувство нехватки воздуха, — то это свидетельствует о нарушении кровообращения, особенно, если наблюдается цианоз конечностей, и служит указанием врачу-гомеопату на необходимость Pulsatilla.

Kali bichromicum представляет противоположные, чем у Pulsatilla, модальности — больному всегда лучше от тепла. Характер блуждающих болей у Pulsatilla и Kali bichromicum один и тот же, но у Kali bichromicum боли всегда «строго локализованы» в точке, которую можно обнаружить пальцем, у Pulsatilla боли «разлитые» и их границу очень трудно определить.

Если, к примеру, у больного почечная колика, то врач-гомеопат сразу же подумает о трех основных для этой патологии лекарственных средствах.

BERBERIS показан, в первую очередь, при левосторонней почечной колике. Больной жалуется на чувство ломоты в области почки с ощущением «ожога и кипения», причем боли всегда усиливаются при движении, езде в автомобиле или поезде. Появляется непреодолимое желание помочиться, но при мочеиспускании появляется боль не только в области уретры, но и в области бедер. Моча мутная, в ней обычно наблюдается осадок красно-кирпичного или беловатого цвета.

SARSAPARILLA показана, наоборот, при правосторонней почечной колике. Больной жалуется на сильные боли в пояснице, особенно в области правой почки. Также появляется непреодолимое желание помочиться, но в конце мочеиспускания испытывает невыносимую боль, вызывающую невольный крик. Человек не может помочиться иначе, как только стоя. Мочи немного, она липкая и содержит белый песок. Своеобразный симптом у маленьких детей: ребенок кричит до и во время мочеиспускания, а в пеленках находят песок.

PAREIRA BRAVA показана, когда больной испытывает постоянное желание мочиться каждые четверть часа, но помочиться он может с большим трудом и для этого вынужден становиться на колени, опираясь руками о пол, чтобы выжать из себя несколько капель мочи. Пациент страдает от ужасных болей в предстательной железе, а боли в бедрах иррадиируют даже в ступни, как только он начинает мочиться.

Таковы показания для назначения основных препаратов, используемых при почечной колике, но в некоторых случаях особенности течения этого заболевания потребуют назначения других лекарственных средств.

BELLADONNA показана полнокровным пациентам, у которых повышена температура и сильные боли спастического характера, резко появляющиеся и так же резко исчезающие. Живот вспучен, теплый, чувствительный, больной не переносит даже малейшего прикосновении или толчка. У него частые позывы на мочеиспускание, сопровождаемые тенезмами. Часто он ощущает колыхание в мочевом пузыре.

DIOSCOREA назначается при жестокой почечной колике, неожиданно появляющейся в виде «регулирных пароксизмов», буквально скручивающих больного. Состояние ухудшается при наклоне вперед и в положении лежа, а улучшается, когда стоит прямо или наклоняется назад. Пациент особенно жалуется на ужасную боль на уровне первого подвздошного гребня, иррадиирующую в пах и правое яичко, которая вынуждает его держать туловище прямо или ходить.

CANTHARJS особенно показан при жестоких и жгучих болях в мочевом пузыре с настоятельными и частыми позывами к мочеиспусканию. При мочеиспускании выделяется лишь несколько капель и наблюдаются невыносимые боли в мочевом пузыре и уретре до, во время и после мочеиспускания. Область почек чувствительна к малейшему прикосновению. Отмечается боль в копчике, колющая и раздражающая.

Можно привести множество подобных примеров, иллюстрирующих все разнообразие гомеопатической терапии и сферу ее действия. Но чтобы практическая деятельность врача-гомеопата была успешной, необходимо:

— хорошо знать патогенез лекарственного средства;

— уметь наблюдать своего больного.

Согласен, что боль — это страдание, которое нужно устранит? Но не следует забывать, что если боль воспринимается врачом-аллопатом лишь как элемент клинической диагностики, то для врача-гомеопата боль является симптомом терапевтического значения, который необходимо тщательно изучить, исходя из его локализации, времени появления, длительности, характера и модальностей.

Боль имеет для врача-гомеопата особое клиническое значение, о котором врач-аллопат обычно даже и не подозревает. Патогенез лекарственного средства дает врачу не только четкие указания на его назначение, но и позволяет понять смысл реакций организма пациента, правильно их оценить, установить их связь с глубокой, скрытой или неизвестной причиной болезни, знание которой позволяет правильно выбрать лечение, полностью восстанавливающее здоровье.

Боль — это всегда «сигнальный симптом», клинический и терапевтический, «видимое» проявление болезни, прогрессирующей внутри (организма и которая в один, далеко не прекрасный день, проявляется более серьезными нарушениями. Ожидая появление последних, чтобы (можно было поставить диагноз и назначить лечение, врач совершает серьезную ошибку. Врач, который не обращает внимания на боль и (ощущения своего пациента, подобен машинисту тепловоза, который игнорирует сигналы, запрещающие дальнейшее движение. Устранять боль, не связывая ее с истинной причиной, не стараясь вернуть больного человека в здоровое состояние — это также нелепо, как отключать сигнализацию, думая что если она не сообщает об опасности, то значит никакой опасности и нет.

Системы органов

В этой главе будут последовательно рассмотрены различные системы органов, чтобы показать, как во время опроса собрать данные, необходимые для постановки гомеопатического диагноза.

Органы пищеварения

Всегда следует поинтересоваться аппетитом вашего больного. У него может быть выражено чувство голода, заставляющее его много есть, но тем не менее, он постепенно худеет. Это является указанием на Abrotanum, Jodum, Natrum muriaticum и Silicea.

При хорошем аппетите, но с выраженными нарушениями деятельности желудка и почек, следует подумать о Anacardium, который назначается, если эти нарушения проявляются во время еды, и Lycopodium, когда за 2–3 часа до приступов появляется неутолимый голод (булимия).

Аппетит может меняться в течение дня. Человек ощущает чувство голода с 5 часов утра и до 11 часов вечера — Natrum carbonicum. В 11 часов он вместе с голодом ощущает чувство слабости, которое ему хорошо знакомо — Sulphur, Ignatia. В 16 часов — Calcarea phosphorica. Ночью — Psorinum, Lycopodium, Petroleum. Во время мигрени — Psorinum.

Больной испытывает особое желание некоторых продуктов — например, масла, что характерно для Ferrum, или несъедобных вещей — Calcarea carbonica, Alumina, Aceticum acidum.

Аппетит может полностью пропадать при виде или от запаха пищи — Colchicum, Sepia и Stannum. Анорексия может быть избирательной например, к теплой пище у Pulsatilla и Silicea, или к холодной пище у Arsenicum album и Chelidonium, или к жирной пище у Carbo vegetabilis, Cyclamen и Pulsatilla. Впрочем, довольно часто, когда больной нарушает диету, предписанную врачом, появляются нарушения, напоминающие вышеприведенные симптомы.

Дальше следует выяснить, испытывает ли пациент чувство жажды. Никогда не испытывает жажды — Apis, Gelsemium (который часто игнорируется), Nux vomica, Pulsatilla и Sabadilla.

Чрезмерная жажда указывает, как правило, на четыре основных препарата:

— жажда, утоляемая небольшим количеством воды за один раз, часто повторяющаяся — Arsenicum album;

— жажда, утоляемая большим количеством воды, появляющаяся через определенные промежутки времени — Natrum muriaticum;

— жажда, утоляемая большим количеством воды, появляющаяся через длительные интервалы — Bryonia;

— жажда, утоляемая большим количеством воды, но при этом больной испытывает отвращение к воде, т. к. она кажется ему горькой — China.

Некоторые больные испытывают отвращение к вину — Antimonium crudum и Zincum, но у Antimonium crudum употребление вина вызывает расстройство пищеварения, а у Zincum провоцирует мигрени и головные боли.

Человек может жаловаться на различный привкус во рту — кислый, металлический, соленый, сладкий и т. д. Наличие привкуса нужно обязательно учитывать при выборе препарата.

Желудочные нарушения по их характеру и времени появления можно условно разделить на четыре группы:

1. Появляются сразу же после приема пищи и это часто указывает на одно небольшое лекарство, которым обычно пренебрегают — Abies nigra. У больного особенное ощущение: как будто твердое яйцо находится у него в желудке на уровне кардиального отверстия и препятствует прохождению пищи.

Тошнота, появляющаяся уже во время еды является показание к назначению Kali bichromicum. А тому, кто жалуется на распирание желудка с метеоризмом и таким чувством, будто вся съеденная пища тут же превращается в газы, следует назначить Kali carbonicum.

Nux moschata показан при вздутии живота сразу же после еды и даже во время еды с непреодолимым оцепенением, сильной сонливостью и отсутствием жажды.

2. Появляются спустя час после еды, что является, в большинстве случаев, указанием на необходимость применения Carbo vegetabilis. В этом случае боли чаще локализованы во всем животе и тогда они жгучие и давящие, но могут быть локализованы и в области желудка, и тогда они имеют спастический характер и сопровождаются одышкой.

Nux vomica является еще одним средством, показанным при болях в животе, появляющихся через час после еды, когда больной испытывает чувство тяжести и вздутие в животе, ему мешает сдавливающая одежда и у него возникает желание расстегнуть брюки; облегчение наступает при отхождении газов. Для Argentum muriaticum также характерны подобные боли и газообразование, но в этом случае боль локализуется в области левых ложных ребер, а не в эпигастрии.

Для Anacardium характерна тяжесть после еды, усиливающаяся ко второму приему пищи, но улучшение наступает во время еды; больному, которому показан этот препарат, достаточно откусить несколько раз от ломтя хлеба или выпить чашку чая, чтобы боль в животе уменьшилась.

3. Появляются спустя три часа после еды, что указывает, как правило, на необходимость назначения Pulsatilla. Больной, которому показан этот препарат, не переносит жирной пищи, а при повторном приеме пищи у него появляется чувство тяжести, кислая или прогорклая отрыжка, несильная дрожь, тошнота.

4. Lycopodium неприятности с пищеварением начинаются в 16 часов и продолжаются до 20 часов. В это время наблюдается сильное вздутие живота, состояние оцепенения, отупение, его одолевает сонливость, болезненность в области почек, таза, то внизу живота, то вверху. В это же время появляются боли в животе (хотя они могут появиться и спустя полчаса после еды), которые сопровождаются тошнотой с изжогой и постоянным жжением за грудиной.

Жгучая боль в пищеводе характерна и для Bismuthum, но она обычно чередуется, иногда каждые 5 минут, со жгучей болью в области эпигастрия.

5. Появляются спустя 5 или 6 часов после обеда, или уменьшаются от теплого питья, массажа и растирания и сопровождаются тошнотой, что служит указанием к назначению Graphites.

Обязательно нужно выяснить, когда желудочная боль более интенсивная — ночью или днем. Если больной, например, жалуется на жжение в животе между часом и тремя часами ночи, то следует назначить Arsenicum album, но если больной жалуется еще и на тяжесть в животе и привкус травы во рту, то тогда показан Graphites. Если боли появляются не ночью, а утром при пробуждении, то следует подумать о Nux vomica особенно, если наблюдается срыгивание слизью.

Очень важно выяснить, в какое время обычно появляются боли, и время появления болей сразу же указывает на определенные лекарственные препараты, а также характер этих болей — они могут быть жгучими, судорожными, сжимающими, режущими, грызущими, давящими и т. д. Я здесь не привожу соответствующие лекарства, т. к. эти особенности являются дополнительными, а не основными факторами в выборе необходимого препарата.

Больной может жаловаться на различные ощущения, которые обязательно следует учитывать.

Ощущение холода в желудке характерно, главным образом, для Camphora, а также для Capsicum и China.

Ощущение пустоты в желудке указывает на Sepia, особенно если после еды желудок, кажется, опускается, а больной ощущает какой-то упадок сил. Ощущение пустоты с упадком сил характерно и для Ignatia, оно сопровождается зевотой, вызванной тремя причинами — скукой, голоданием или потребностью делать глубокие вдохи.

Некоторые больные жалуются на ощущение опускания желудка, сопровождаемое тошнотой, которая не облегчается рвотой, — это указывает на Ipecacuanha.

Теперь следует внимательно изучить отрыжку. Ухудшает она или облегчает состояние больного? Наступает ли внезапное облегчение от нее? Какого вида эта отрыжка — кислая, жгучая, гнилостная, зловонная? Следует обращать внимание на главное: например, отрыжка тухлыми яйцами указывает, как правило, на Arnica (об этом препарате обычно забывают, особенно в тех случаях, когда пациент испытывает огромное чувство усталости). Отрыжка тухлым яйцом по утрам при пробуждении есть в патогенезе только Arnica.

Горькая отрыжка соответствует China, Nux vomica, Podophyllum и Pulsatilla.

Также тщательно следует изучить и срыгивание. Если оно происходит ночью, то показаны China и Ferrum, а если после приема жирной пищи, то Phosphoricum acidum и Pulsatilla. Срыгивание сразу же после еды характерно для Ferrum, а если все содержимое желудка срыгивается маленькими порциями, то это является показанием для Phosphorus.

Чувство тошноты заслуживает особого внимания. Некоторые больные жалуются на тошноту по утрам при пробуждении, исчезающую во время еды или сразу же после завтрака — это указание на Sepia. У других тошнота появляется при виде пищи или от ее запаха — Arsenicum album, Colchicum, Sepia. Есть люди, испытывающие тошноту и головокружение в автобусе или поезде — Cocculus. У некоторых чувство тошноты появляется после полового акта — Nux vomica и т. д.

Когда пациент жалуется на рвоту, то следует выяснить временные, химические и физические характеристики этого симптома.

Ребенка рвет большими сгустками молока — Aethusa cynapium. Периодическая рвота кислым, причем настолько кислым, что «тупеют» зубы — Iris versicolor. Рвота при белом язычке, как будто ребенок только что выпил молоко — Antimonium crudum, а если язык чистый — Ipecacuanha. Рвота одновременно с поносом — Veratrum album.

Никогда не следует игнорировать клинический диагноз, например, если из лабораторных исследований ясно, что в рвотных массах присутствует ацетон, то это является указанием на назначение Senna.

Всегда следует постараться выяснить модальности, при которых появляется этот симпггом. Например, есть два средства, хорошо помогающих при морской болезни — Cocculus и Tabacum. У Cocculus тошнота, рвота, мигрень и головокружение появляются на пароходе, в автомобиле или поезде, причем лучше, когда человек сидит. У Tabacum постоянная тошнота одновременно с бледностью лица, холодным потом и ледяными конечностями, усиливающаяся при малейшем движении, а улучшение наступает на свежем воздухе, на холоде и когда обнажен живот.

Боли в брюшной полости следует четко дифференцировать. Резкие, внезапные спастические боли, заставляющие больного сгибаться пополам, указывают на Colocynthis или Magnesia phosphorica, но у Colocynthis они появляются сразу после переохлаждения или вспышки гнева и сопровождаются образованием газов, отхождение которых не приносит облегчения. А боли, характерные для Magnesia phosphorica, всегда уменьшаются от теплых компрессов и растирания, они имеют более «хронический характер» и связаны, обычно, с хроническим энтеритом, а не вызваны внешними причинами. Спастические боли в виде регулярных приступов, уменьшающиеся, когда больной сильно отклонится назад, характерны для Dioscorea, а сильные перемежающиеся судороги, внезапно появляющиеся и исчезающие после дефекации, указывают на Cuprum. Спастические боли, распространяющиеся по всем направлениям, облегчающиеся от сильного нажатия, когда при осмотре вы видите твердый и втянутый живот, а стул твердый или в виде овечьего кала, характерны для Plumbum.

Таким образом, во время опроса уточняются одновременно клинические симптомы и терапевтические показания. Наблюдение становится еще более тщательным и точным, т. к. врач старается не только установить клинический диагноз, но и уточнить тип индивидуальных реакций больного, знание которых абсолютно необходимо для определения подобного лекарства.

Запор и диарею также нельзя оставлять без внимания. Чтобы вы лучше поняли, что собой представляет гомеопатическое наблюдение, мы подробно рассмотрим показания для того или иного лекарственного средства при этом патологическом состоянии.

Запор

На практике можно разделить все запоры на три группы:

— у одних людей нет позывов и у них никогда не бывает нормального стула;

— у других есть позывы, но они недостаточные и эти люди испытывают затруднение при дефекации;

— третьи испытывают позывы, но не могут совершить акт дефекации.

Запор без позывов

Основные препараты при этом состоянии — Bryonia, Hydrastis, Opium, Alumina, Graphites. Зная их патогенез, вы не будете испытывать затруднений при опросе.

BRYONIA показана, когда кал очень твердый, крупный, сухой, черный, как будто обожженный. Больной жалуется на тошноту при пробуждении и головокружение, усиливающееся при малейшем движении. Его рот, губы и язык сухие, он испытывает потребность пить в большом количестве холодную воду, а как только начинает есть, в желудке у него появляется чувство тяжести, как будто у него в желудке камень.

HYDRASTIS назначается при стуле скудном, твердом, кусочками, скрепленными густой слизью, желтоватого цвета. Пациент жалуется на тошноту около 11 часов утра и ощущение пустоты в эпигастральной области с чувством слабости. У него отвращение к хлебу и овощам, которые его желудок не переваривает, кожа желтушная, печень увеличена.

OPIUM показан при выраженной атонии кишечника. Кал в небольшом количестве, твердый, в виде черных шариков, напоминающих овечий помет. Сонливость, частые головокружении, замедленные реакции, совершенно отсутствует аппетит. Длительное время страдает от запоров; это очень хорошее лекарство от хронических запоров у стариков.

ALUMINA представляет доминирующую характеристику — сухость слизистых оболочек. Кал то твердый как овечий помет, то мягкий, глинистый и очень липкий. Человек вынужден прилагать большие усилия, чтобы опорожнить кишечник, даже если кал мягкий. Полная атония кишечника. Не способен переварить картофель.

GRAPHITES. Стула не бывает несколько дней. Кал твердый, покрыт слизью, пациент при дефекации испытывает сильную боль (т. к. на анусе есть трещинки и он очень чувствителен) с чувством зуда. Пациент этого конституционального типа толстый, зябкий, апатичный и страдает запорами.

Запор с недостаточными позывами

Основные препараты — Nux vomica, Natrum muriaticum, Plumbum, Platina, Sulphur.

NUX VOMICA является наиболее часто назначаемым при этом патологическом состоянии средством, особенно пациентам, ранее злоупотреблявших слабительными препаратами. Позывы постоянные, но неэффективные. Больной не испытывает затруднений при дефекации, у него может быть стул несколько раз в день, но этот стул недостаточный, так как каловые массы выделяются в небольшом количестве, не вызывая облегчения, а наоборот, появляется ощущение, что кишечник не освобожден. Живот вздутый, болезненный, пациент вынужден расстегиваться. Сонливость сразу после еды, геморрой, раздражительность.

NATRUM MURIATICUM также показан при безрезультатных позывах, но когда они сопровождаются дергающей, колющей болью в прямой кишке, а стул сухой, твердый как овечий помет и крошится на маленькие куски, выходя из ануса (симптом, характерный для всех хлористых солей, например, Magnesia muriatica, Ammonium muriaticum и т. д.). Больной жалуется на чувство сжатия ануса, появляющееся сразу же после дефекации и длящееся в течение часа или двух, с трещиной, или без трещины. Выраженная жажда, постоянно подсаливает пищу, много ест, но худеет.

PLUMBUM испытывает непреодолимые позывы в виде спастических болей, сопровождающихся ретракцией брюшной стенки, которая твердая и напряженная, кал выходит с большим трудом, он похож на овечий помет, сухой и твердый. Часто больной жалуется на боль в прямой кишке, он страдает от спазма ануса.

РLATIN А испытывает настойчивые позывы, частые и неудержимые, но кал не может выйти. Ощущение, что он прилип к анусу, как мокрая глина. Больной жалуется на чувство тяжести в прямой кишке из-за накопившихся каловых масс в ампуле прямой кишки, которые не могут выйти. Этот вид запора особенно часто наблюдается во время путешествий у туристов и эмигрантов.

SULPHUR показан, когда больной не может полностью опорожнить кишечник, несмотря на многочисленные попытки, вызываемые частыми позывами. Кал твердый, черный, сухой, удаляется с большим трудом, особенно трудно первое усилие. Характерными являются боль и жжение в прямой кишке, сопровождающиеся явлениями гиперемии. Часто наблюдается чередование поноса и запора.

Стул не удаляется естественным образом

Основные препараты — Anacardium, Lycopodium, Causticum, Silicea, Sepia.

ANACARDIUM обладает выраженным действием на кишечник. Именно его, как правило, назначают при атонии прямой кишки, когда позывы есть, но они неэффективны, а больной жалуется на чувство распирания в прямой кишке, как будто там шар. Чтобы каловые массы вышли, нужно очень сильно тужиться, даже при мягком стуле. У пациента сжимающие боли в области ануса, которые как и все боли, характерные для этого препарата, уменьшаются при виде еды.

LYCOPODIUM показан при сильных позывах, когда человек не может освободиться от каловых масс из-за спастического сжатия анального отверстия, очень болезненного, появляющегося при малейшем усилии. Кал твердый, мелкий, выходит небольшими порциями, причем первая порция обычно твердая, а вторая и последующие — мягкие. Человек, которому показан этот препарат, страдает от заболевания печени, у него отмечаются внезапные приступы голода с предшествующими печеночными симптомами. Он быстро насыщается; после того, как что-нибудь съест, он чувствует себя раздувшимся. У него бывает изжога с чувством жжения в области глотки, продолжающаяся часами.

CAUSTICUM имеет очень интересную особенность — опорожнение кишечника требует больших усилий и это происходит легче, когда человек стоит. Кал глянцевый, жирный, сплющенный, выходит с трудом. Постоянно беспокоят геморроидальные узлы, очень болезненные, с ощущением изъязвления, ухудшение при ходьбе.

SILICEA — позывы постоянные и безрезультатные. Кал твердый. Дефекация затруднена, как будто прямая кишка парализована. Стул выходит порциями, приходится сильно тужиться — кал то появляется, то снова втягивается в прямую кишку (Sanicula, Thuja). Кажется, будто анус полностью закрыт, больной страдает от болезненного сжатия сфинктера, вызванного нередко наличием трещин.

SEPIA — отхождение стула не улучшает состояния. Дефекация требует больших усилий; кал твердый, крупный, покрытый слизью. Всегда, даже после полного опорожнения, остается чувство тяжести в прямой кишке, как будто там находится что-то тяжелое. Из ануса постоянно выделается зловонная жидкость. Выпадающие геморроидальные узлы затрудняют дефекацию и мешают ходьбе. У человека типа Sepia, отмечается тоска, стремление к одиночеству, раздражительность. Небольшой характерный симптом: как только больной ложится в постель, у него начинается диарея.

Только не подумайте что я здесь даю рекомендации по лечению запоров. Врачи, называющие себя гомеопатами, которые назначают препарат только на основании одного симптома и в результате выписывают одновременно несколько гомеопатических препаратов, каждый из которых, по их мнению, должен вылечить какой-то один из имеющихся симптомов, только дискредитируют гомеопатический метод лечения, и ничего, кроме вреда такое лечение принести не может. Здесь я только хотел показать важность изучения основных характеристик и симптомов гомеопатических лекарственных средств. Знание их патогенезов позволит врачу дифференцировать лекарства, выбирая необходимое именно для данного конкретного больного, индивидуальные реакции которого указывают не только на «клиническую форму», но и имеют огромное терапевтическое значение. Тем, кто считает, что гомеопаты излишне усложняют врачебное наблюдение, я посоветовал бы повнимательнее понаблюдать за членами своей собственной семьи, и они тотчас же поймут всю полезность гомеопатического наблюдения, методика которого позволяет найти правильное лечение.

Мы могли бы таким же образом разобрать диарею, геморрой, различные пищевые расстройства и т. д., но тогда мы удалимся от основной идеи — наблюдение больного во всей его целостности.

Органы дыхания

Основные заболевания органов дыхания проявляются:

— охриплостью;

— кашлем;

— выделением мокроты;

— удушьем.

Охриплость

Если — охриплость появляется по утрам, то следует назначить Causticum или Calcarea carbonica, если вечером — Carbo vegetabilis или Sulphur.

Когда больной хрипит с утра до вечера весь день, но усиливается охриплость утром и вечером, то следует подумать о Phosphorus.

Охриплость может быть безболезненной — Calcarea carbonica и Carbo vegetabilis. Охриплость, являющаяся следствием длительных разговоров, требует назначения Arum triphyllum, Capsicum или Rhus toxicodendron, а охриплость у певцов требует, как правило, назначения Агдentum nitricum. При охриплости, сопровождающейся сильной болезненностью в гортани, чаще всего показаны Arum triphyllum, Argentum metallicum, Iodum или Phosphorus.

Кашель

Я не ставлю своей задачей дать вам полный клинический или терапевтический обзор такого симптома, как кашель, я остановлюсь лишь на некоторых моментах, которые помогут вам при опросе. В первую очередь всегда следует поинтересоваться временем его появления, затем его характером и сопровождающими его симптомами.

Время. Когда появляется кашель, днем или ночью? Утром или вечером? В котором часу? Один из первых вопросов, которые следует задать: вы кашляете только днем? И если больной отвечает: «Да, кашель у меня только днем и никогда не бывает ночью», — это четкое указание на необходимость назначения Euphrasia и дальнейший опрос выявит четкую клинику острого ринита со следующими симптомами: обильный, не раздражающий насморк с сильным раздражающим слезотечением. Если же больной отвечает вам, что кашляет всегда в определенный час дня, например в полдень, и, чтобы успокоить кашель, он вынужден ложиться, то это служит указанием на Manganum aceticum.

Если кашель появляется ночью, то в первую очередь врач должен выяснить, кашляет ли больной во время сна? Ответить на этот вопрос врачу, как правило, помогают близкие больного. Если больной, особенно ребенок, кашляет всю ночь не просыпаясь, то показана Chamomilla, Если же наоборот кашель мешает спать, то следует назначить Lycopodium, Pulsatilla или Sepia. Кашель, характерный для Pulsatilla, непрерывный, он вынуждает больного сидеть и мешает ему снова заснуть. При кашле, будящем больного, показаны Hyosciamus, Sepia или Sulphur.

Кашель может внезапно появляться в определенное время ночи, например, до полуночи — Aconitum, после полуночи — Hepar sulphur, в полночь — Sulphur или Spongia.

Установив во время опроса подобные сведения, указывающие на определенный препарат, следует искать другие характерные для этого препарата симптомы со стороны других органов и систем.

Кашель, появляющийся между 1–2 часами ночи, указывает на Arsenicum album; между 2–3 часами ночи — на Kali carbonicum; утром после пробуждения — на Rumex или Silicea — внезапный, сразу как только больной встал — на Cina, Ferrum или Phosphorus.

Кашель во время еды — Kali bichromicum, после еды — Nux vomica или Bryonia. Кашель, который появляется после рвоты — Mezereum, после питья — Arsenicum album, Phosphorus. И, наоборот, кашель, улучшающийся от питья — Coccus cacti и Spongia, особенно от питья очень холодной воды — Cocculus и Cuprum.

У некоторых больных кашель появляется на холоде — Allium сера, Arsenicum album, Causticum, Phosphorus и Rumex. Очень интересный симптом, касающийся улучшения от холода, есть в патогенезе Coccus cacti — как только больной переходит из теплого помещения в холодное, кашель сразу же прекращается.

Некоторые больные начинают кашлять, когда немного раскрываются, например, высовывают руку из-под одеяла — Rhus toxicodendron и Hepar sulphur. Симптом, позволяющий отличить Rhus toxicodendron, — это несильная дрожь, сопровождающая приступ кашля.

У одних больных кашель усиливается в тепле — Bryonia, Drosera, Natrum sulphuricum, а у других, наоборот, уменьшается — Rumex, Senega.

Интерес для врача-гомеопата представляют и позы больного при кашле. У одних людей кашель усиливается, когда они лежат на правом боку, — Mercurius, Stannum и Cimicifuga, а у других, когда они лежат на левом боку — Phosphorus и Thuja. Больной, которому показана Thuja, говорит: «Лишь только я лягу на правый бок, так кашель сразу же прекращается, а только повернусь на левый, — возобновляется». Усиление кашля, когда человек лежит на левом боку, — это симптом, указывающий и на Phosphorus, особенно когда человек испытывает чувство тоски, подавленности и внезапное, непреодолимое желание сходить в туалет.

Когда врачу удается «связать» подобным образом различные симптомы, имеющиеся у больного с патогенезом определенного лекарственного средства, то он моментально устанавливает точный гомеопатический диагноз.

Кашель, появляющийся или усиливающийся при малейшем движении, указывает на Bryonia, Phosphorus, Silicea, Nux vomica и Stannum и, наоборот, уменьшающийся при движении — на Rhus toxicodendron. Кашель, появляющийся или усиливающийся при раздевании, — Kali bichromicum, от табачного дыма — Ignatia. Не следует забывать и об обратных модальностях, т. к. существует, например, лекарство, в патогенезе которого имеется симптом «кашель уменьшается от табачного дыма» — Manganum.

Нужно тщательно изучить характеристики кашля. Сухой кашель

Argentum metallicum, Causticum; глухой — Veratrum album', шумный — Antimonium tartaricum; дыхание слышно на расстоянии, кашель судорожный — Belladonna, Drosera, Rumex, Cina; удушающий — Ipecacuanha, Drosera. Но удушье при кашле может быть вызвано стеснением в сердце

Naja, Spongia. Влажный кашель — Calcarea carbonica, Hepar sulphur, Stannum и Kali bichromicum, отхаркивающие свойства которого хорошо известны. Кашель может быть влажным днем и сухим ночью, например как в патогенезе Pulsatilla, когда человек может отхаркнуть мокроту только когда он стоит, а ночью ему не дает спать сухой, судорожный, непрекращающийся кашель.

Симптомы, сопровождающие кашель также могут указать на необходимое лекарство. Например, приступообразный кашель — Cuprum, Drosera, lodum, Ipecacuanha, Arnica', кашель с рвотой — Coccus cacti, Drosera, Ipecacuanha; кашель с мочеиспусканием — Aletris farinosa, особенно когда отсутствуют месячные, Causticum, Pulsatilla и Squilla (для последнего препарата характерны соленая мокрота и чихание).

При кашле сразу же краснеет лицо — Belladonna, Coccus cacti, Cor- rallium. Кашель сопровождается потением во время сна — Chamomilla, при пробуждении — Sambucus. Кашель сопровождается симптомами со стороны сердца — Laurocerasus (больной, кашляя, подносит руку к сердцу? малейшее движение причиняет ему боль, которая уменьшается, когда он лежит).

А у Naja кашель сопровождается чувством слабости и нарушением сердечного ритма с ощущением непрекращающегося стеснения в груди и тоской, вплоть до внезапного позыва к самоубийству, настолько он страдает.

Мокрота. Цвет отхаркиваемой мокроты может быть беловатым, что является характерным для Lycopodium и Sepia, реже — для Phosphorus и Sulphur. Сероватого цвета мокрота наблюдается, как правило, у больных эмфиземой легких и указывает на Lycopodium и Calcarea carbonica. Желтая мокрота — Pulsatilla, Calcarea carbonica, Lycopodium, Sepia, Stannum, Silicea; пенистая — Arsenicum album, Senega; зеленоватая — Kali iodatum, Pulsatilla, Lycopodium, Natrum sulphuricum и Stannum.

Запах застарелого насморка у мокроты указывает на Pulsatilla, Sulphur; зловонный — на Stannum и Sanguinaria.

Горький привкус у мокроты — Chamomilla, Pulsatilla и Lycopodium; жирный — Causticum, Pulsatilla и Silicea; гнилостный — Carbo vegetabilis и Stannum; соленый — Sepia, Kali iodatum, Lycopodium, Magnesia carbonica и Arsenicum album; сладковатый — Stannum и иногда 8 Phosphorus.

Часто мокроту бывает трудно отхаркнуть. Она бывает пенистая — Arsenicum album, если необильная — Antimonium tartaricum', липкая и клейкая — Caccus cacti, Kali bichromicum и Hydrastis.

Часто мокрота отхаркивается с первого раза (Kali carbonicum), хотя больной говорит: «Я не могу отхаркнуть», и неожиданно, во время приступа кашля, выплевывает прямо на постель сероватый сгусток мокроты. Иногда больной не может отхаркнуть, т. к. испытывает что-то вроде пареза и в этом случае показан Causticum, особенно когда кашель сухой, сопровождается недержанием мочи и болью в правом бедре и всегда успокаивается после выпивания небольшого количества воды.

Одышка может быть продолжительной или чередующейся. Она может появляться при подъеме по лестнице — Arsenicum album, Calcarea carbonica, уменьшаться при наклоне назад — Sulphur, появляться при изменении температуры — Natrum sulphuricum; при переходе из тепла в холод — Arsenicum album', от холода к теплу — Bryonia, Одышка усиливается, когда человек лежит, низко опустив голову — Spongia.

Одышка может появляться в момент засыпания — Digitalis, Lachesis. Иногда больной не может заснуть, так как тут же начинает задыхаться, облегчение наступает при отхаркивании клейкой мокроты — Grindelia.

Состояние улучшается на свежем воздухе, пациент требует держать окна открытыми — Lachesis. А если человек просит, чтобы его обмахивали веером, то это указание на Carbo vegetabilis. Также удушье и одышка при засыпании есть и в патогенезе Opium, но в этом случае больной испытывает непреодолимую сонливость в течение всего дня.

Часто у детей встречаются приступы удушья, появляющиеся внезапно среди ночи, ближе к полуночи, когда ребенок внезапно просыпается, т. к. не может дышать. Такое состояние является указанием к назначению Sambucus.

И наконец, если ваш больной астматик, то необходимо проследить все этапы развития болезни за все предыдущие годы. Предшествовал ли астме острый ринит? Не появлялся ли зуд? Имело ли место локальное подавление потоотделения, например на ногах, или руках, или подмышками? Была ли экзема? Не связано ли как-либо течение астмы с кожными высыпаниями? Если на эти вопросы вы получите утвердительный ответ, то это является показанием к назначению Arsenicum album, Bryonia, Pulsatilla, Psorinum или Sulphur.

Время появления астматического приступа довольно точно указывает на необходимое лекарство. Приступ начинается в 21 час — Bryonia, в 23 часа — Chelidonium и Pulsatilla; ночью — Antimonium tartaricum и Arsenicum album; после полуночи — Arsenicum album, Kali carbonicum, Sambulus; с 1 до 3 часов ночи — Arsenicum album; в 2 часа ночи — Kali carbonicum; с 4 до 5 часов — Natrum sulphuricum.

Когда состояние улучшается при движении, то это является показанием для назначения Ferrum, особенно если приступы астмы сопровождаются диспептическими явлениями — рвота и понос ночью, улучшение наступает при медленной ходьбе.

Приступы астмы, вызываемые обычно припадками гнева, требуют назначения Chamomilla, а появляющиеся периодически, например в период полнолуния — Spongia.

Система кровообращения

Изучая гомеопатическую Materia Medica, мы отмечаем очень интересные моменты. Каждый человек болеет по-своему, и если врач-гомеопат умеет выделить эти индивидуальные проявления из общей клинической картины и найти препарат с подобными характерными симптомами, то окружающие и прежде всего сам больной человек станут свидетелями поистине чудесного исцеления.

Приведем некоторые характерные симптомы, появляющиеся при поражениях сердечно-сосудистой системы и соответствующие им гомеопатические лекарственные средства.

Когда пациенты жалуются на ощущение холода в сердце, то это обычно является указанием на один из трех препаратов — Carbo animalis, Heloderma или Natrum muriaticum. Heloderma показана при сердечном кризе и общем заражении крови, Natrum muriaticum — при деминерализации, a Carbo animalis — при заболеваниях вен. Причем очень характерным симптомом, указывающим на необходимость назначения именно Carbo animalis, являются варикозно расширенные вены как на крыльях носа, так и на его спинке.

При ощущении распирания в сердце показан Aesculus, когда есть нарушения венозного кровообращения; для больных с повышенным артериальным давлением — Glonoin или Sulphur, с кардиопатией — Spigelia.

Ощущение, что сердце вот-вот остановится, указывает на Psorinum; ощущение, как будто сердце сжали железной рукой — на Cactus и Lilium tigrinum. При ощущении остановки сердца показан Gelsemium (когда больной должен пошевелиться, чтобы сердце снова заработало), или Digitalis, когда больной, наоборот, должен сохранять полную неподвижность. При ощущении, что сердце вот-вот остановится, но оно внезапно начинает снова нормально работать, необходим Aurum, особенно когда сильное сердцебиение, как правило, появляется ночью и сопровождается особым психическим состоянием — у больного появляются мысли о самоубийстве.

Еще один странный симптом есть в патогенезе Cannabis sativa — ощущение капель холодной воды, падающих на сердце.

Есть еще один важный момент, который ни в коем случае нельзя упускать — время появления сердцебиения и факторы, его вызывающие. Может ли больной, не чувствуя усталости, подняться по лестнице или вверх по склону? В какое время обычно начинается сердечный приступ: днем, ночью, во время отдыха, физической нагрузки или когда болит голова? Имеется ли болезненная иррадиация в левую или правую руку?

Например, больной, которому показана Phytolacca, испытывает острую боль в области сердца, иррадиирующую в правую руку. А больной, которому необходим Lilium tigrinum, испытывает ощущение сжатия сердца с болью и онемением в правой руке, а состояние всегда улучшается, если он лежит на левом боку. Показанием для Cactus является чувство сжимания в области сердца с болезненной иррадиацией в левую руку, которая немеет и отекает, а состояние улучшается, когда больной полулежит, полусидит в кровати.

Мочевыделительная система

Изучение деятельности органов мочевыделительной системы всегда начинают с вопросов: сколько мочи выделяет больной за сутки? Часто ли он мочится днем? А ночью?

Если частое мочеиспускание ночью вызвано гипертрофией простаты, то чаще всего это является указанием на Sabal serrulata. А частое дневное безболезненное мочеиспускание, имеющее нервное, эмоциональное происхождение, требует назначения Ignatia. При учащенном мочеиспускании у молодоженов показана Staphisagria.

Нужно обязательно выяснить, как больной мочится, испытывает ли он при этом какие-нибудь неприятности, какую предпочитает позу при мочеиспускании. Некоторые больные вынуждены при мочеиспускании раздвинуть ноги и наклониться вперед — Chimaphila; другие вынуждены отклониться назад или могут мочиться только сидя — Zincum. При некоторых заболеваниях мочевого пузыря или уретры больной человек вынужден стать чуть ли не на колени и наклониться вперед, опираясь на руки, чтобы выдавить из себя несколько капель мочи — Pareira brava.

Также необходимо узнать, когда — до, во время или после мочеиспускания — больной испытывает страдания. Если только в конце мочеиспускания, то это характерно для Thuja; в промежутке между мочеиспусканиями — Staphysagria; до, во время или после — Cantharis.

Некоторые больные испытывают при мочеиспускании дрожь, сотрясающую все тело — Lycopodium.

При жалобах на боли в области почек нужно выяснить с какой стороны, справа или слева? Если слева, то это является указанием на Бег- beris; если справа, то скорее всего, это Lycopodium, Terebinthina или Sarsaparilla. Двусторонние боли указывают на Solidago virga, и если боль все же сильнее слева, то на Berberis.

Дальше следует выяснить, когда эти боли усиливаются — утром, днем, ночью, во время мочеиспускания, до или после? Вы, наверное, уже встречали в своей практике детей, которые кричат перед мочеиспусканием, и на пеленках у них обнаруживается красный песок. Это служит указанием на Lycopodium.

Если больному лучше, когда он лежит на больной стороне, ему нужно назначить Bryonia, а если наоборот — Arsenicum album. Всегда следует уточнить: лучше ему, когда он лежит на больной стороне или хуже.

Потом следует выяснить характер мочи, светлая она или мутная? Какой у нее запах? Когда моча имеет зловонный запах, она очень мутная и содержит много гноя, а реакция щелочная, всегда назначают Benzoicum acidum. Formica rufa показана при мутной моче с колибактериозом. Следует также запомнить, что если моча имеет запах конской мочи, следует назначать Nitricum acidum.

Если моча содержит кровь, то следует выяснить ее происхождение, используя классический, известный каждому врачу, трехстаканный метод.

Особенный интерес для врача-гомеопата представляет форма сгустков — шаровидные они или нитевидные. При интенсивных сгустках почечного или мочеточникового происхождения показаны Crocus sativa или Kali bichromicum. Шаровидные сгустки, свидетельствующие о поражении мочевого пузыря, требуют назначения Hamamelis. Когда в моче наблюдаются маленькие сгустки с прожилками, похожие на изрубленную солому, следует назначить Lachesis.

Исследование мочи и лабораторные анализы помогают подобрать необходимое лекарство, но иногда бывает очень трудно взять мочу на анализ, т. к. больной не может помочиться, если на него смотрят, что уже само по себе является указанием на Natrum muriaticum. Наличие ацетона в отделяемой моче указывает на Senna; уменьшение количества мочи — Lycopodium; глюкозурия — Uranium nitricum и Syzygium; оксалурия — Oxalis acidum и Berberis — альбуминурия — Serum, Arsenicum album, Cantharis и Terebinthina и т. д.

Половые органы

При невоздержанности в сексе показаны Phosphorus acidum, Nux vomica и Murex. При воздержании — Conium.

Мужские половые органы

Когда потеря спермы сопровождается психической апатией, следует назначить Phosphorus acidum, а если физической слабостью — China или Kali carbonicum.

Некоторые больные чувствуют сильную усталость после коитуса. Тот, кому показан Conium, становится унылым, и у него в течение нескольких дней наблюдается нарушение зрения. Психическая слабость после коитуса требует назначения Kali phosphoricum. Боли в спине, появляющиеся на следующий день после коитуса или спустя несколько дней, являются указанием на Kali carbonicum и Cannabis indica.

В патогенезе Moschus есть очень интересный симптом, который правда, чаще встречается у женщин, чем у мужчин — тошнота после коитуса. Многие женщины стараются избегать половых контактов с мужчинами именно из-за этого и если вы как врач внушаете своей пациентке доверие, она вам расскажет, что через полчаса после полового сношения у нее появляется сильная тошнота.

При импотенции показаны различные препараты, но, в основном, применяются два главных — Lycopodium и Psorinum.

Следует обязательно выяснить, есть ли боль в яичках, распространяется ли она вдоль семенного канатика к бедрам или в поясничную область.

При заболеваниях предстательной железы, если больной жалуется на ощущение мяча в области простаты, когда он сидит, то следует назначить Chimaphila, которая устранит застой в простате и нормализует деятельность мочеполовой системы.

Женские половые органы

В первую очередь следует внимательно изучить месячные. Когда первый раз появились менструации? Были ли какие-либо нарушения в это время? Регулярные месячные или нет? Преждевременные они или, наоборот, задерживаются? Какова длительность менструального цикла?

Особенно внимательно нужно изучить болевые ощущения. Следует уточнить, появляются ли они до, во время или после месячных и установить их характер: тянущие, жгучие, острые, колющие, давящие, тупые и т. д.

Некоторые ощущения очень характерные, они сразу указывают на необходимое лекарственное средство. Например, ощущение давления вниз в нижней части живота, словно все органы малого таза готовы вывалиться через половую щель наружу. Если оно постоянное, назначается Sepia, периодическое — Lilium tigrinum, появляется только по утрам — Natrum muriaticum.

Если боли уменьшаются при ходьбе, это является указанием на Magnesia carbonica; усиливаются — на Lilium tigrinum, Sabina, Secale cornutum и Trillium.

Важно выявить и локализацию болей. В области левого яичника — Argentum nitricum, Asterias, Colocynthis, Lachesis, Lilium tigrium, Naja, Thuja, Ustilago и Zincum. В правом яичнике — Belladonna, Bryonia, Lycopodium, Palladium и Podophyllum. Palladium относится к малым лекарствам, но оно превосходно снимает боли в правом яичнике, появляющиеся до и во время месячных. Все эти препараты довольно легко можно дифференцировать не только по характеру болей и сопутствующим этим болям симптомам, но также и по общим симптомам, характерным для того или иного препарата.

Боли, иррадиирующие в спину, — Actaea racemosa, Chamomilla, Kali carbonicum и Sepia.

Боли, распространяющиеся от крестца к лобку — Sabina.

Боли в бедрах, особенно когда у женщин появляется желание стянуть бедра ремнем, указывают на Trillium pendulum.

Боли в бедрах — Podophyllum, Gelsemium, Sepia и Viburnum.

Иногда больная может чувствовать свою матку и это в большинстве случаев является указанием на Helonias, также как и ощущение собственного сердца требует назначения Psorinum. Но этот же симптом есть в патогенезе и двух других лекарственных средств. У Aesculus — матка гиперемирована, хуже всегда ночью, имеются характерные пульсирующие крестцово-лобковые боли, усиливающиеся при подъеме по лестнице, как и у Muгех (чувствует всю матку только при ходьбе).

Некоторые больные жалуются на ощущение чего-то живого в животе — Crocus sativa (менструальная кровь черная, со сгустками в виде волосистых смоляных канатиков) и Thuja (при наваждениях).

Обязательно нужно выяснить длительность месячных. Они могут прекратиться на второй день — Cyclamen, или в любой день, но чаще на третий или четвертый — Pulsatilla. При перемежающихся месячных, когда они вызывают раздражение и сопровождаются зудом и саднящими болями, показан Kreosotum.

Следует выяснить и время суток, когда появляются месячные. Если только днем, то это является указанием на Causticum, Lilium tigrinum и Pulsatilla, а если только ночью — Ammonium carbonicum, Ammonium muriaticum, Bovista, Magnesia carbonica, muriaticum и phosphorica.

У менструальных выделений может быть различный цвет — красный или черный, они могут быть со сгустками или без, иметь различный запах — гнилостный, гнилой и т. д., или не иметь запаха. Месячные могут сопровождаться раздражением, тогда пациентка жалуется на жгучие и разъедающие боли, сыпь и жестокий зуд.

Всегда следует обратить внимание на сопровождающие менструации расстройства, которые позволяют точно подобрать лекарство. Например, во время менструаций больные ощущают чувство холода во всем теле — Silicea; чувство дрожи — Pulsatilla. Когда месячные сопровождаются кровотечением из носа и появляются раньше срока, это является указанием на Lachesis, особенно, если кровотечения появляются к концу месячных; во время менструации — Sepia, Sulphur и Natrium sulphuricum. А когда носовые кровотечения заменяют месячные, это указывает на Bryonia, Pulsatilla или Lachesis.

Когда больная жалуется на обострение геморроя во время месячных, следует назначить ей Aloe или Graphites, а если после месячных — Cocculus, особенно если обострения появляются сразу же, как только прекращаются выделения.

Когда месячные сопровождаются генерализованной сыпью, это является указанием на Sulphur; тошнотой и рвотой — на Cocculus, Tabacum, Veratrum album; запором — на Apis, Graphites, ри carbonicum, Natrum muriaticum, Platina, Sepia.

При поносе, появляющемся во время менструации, назначаются Bovista или Veratrum album. Понос, характерный для Bovista, появляется за день до начала менструации и день спустя после ее окончания.

Учащенное сердцебиение до менструации указывает на необходимость назначения Spongia; головокружения во время — на Pulsatilla; прилив крови к лицу — на Lachesis; нарушение со стороны мочевого пузыря — на Staphysagria.

Невралгии и зубная боль во время менструации характерны для патогенезов Magnesia phosphorica и carbonica, а также Coffea и Pulsatilla.

Врач — гомеопат должен обязательно выяснить три вопроса:

1. Каково состояние молочных желез во время месячных? Изменяются ли они как-нибудь? Если они увеличиваются, то следует назначить Bryonia, особенно если они становятся твердыми и болезненными, или Belladonna, если они горячие и напряженные, а боль усиливается при малейшем сотрясении. Conium показан при появлении в молочных железах небольших локальных затвердений. Когда уплотнения, появляющиеся во время менструаций и исчезающие после, локализованы только в левой молочной железе — это является указанием на Thuja.

2. Каково психическое состояние во время менструации? Изменяется ли характер до, во время или после менструации? Если женщина испытывает тоску, безразличие, то это является указанием на Sepia, а неустойчивое, постоянно меняющееся настроение — на Ignatia. Сильнейшая депрессия после менструации характерна для China, особенно если выделения были очень обильны, а плаксивость после менструации указывает на Pulsatilla.

3. Лучше ли чувствует себя женщина после менструации? Если лучше, то это указывает на Lachesis и Zincum. Если хуже во время менструации — показана Actaea racemosa, хуже после — Graphites, Kali carbonicum, Nux vomica, Cocculus (сильнейшая усталость) и Sepia.

Бели прекращаются в момент появления менструальных выделений — Lachesis и Zincum; или наоборот, бели усиливаются — Actae racemosa. Сильная слабость до и во время менструации — Cocculus; после — China.

При кровотечении из половых органов чаще всего используются: Ambra, Bovista, Calcarea carbonica и Sabina — когда кровотечения появляются при малейшем движении и наблюдается геморрагия; Hamamelis — при кровотечении черной кровью и варикозным расширением вен на половых органах; Ustilago — при кровотечении после малейшего напряжения с болями в левой молочной железе и общей усталостью.

Теперь следует выяснить характер белей. Постоянные они или появляются периодически? Бели бели появляются только ночью, то показан Mercurius; утром — Sepia; днем — Alumina, особенно когда женщина внезапно чувствует, что она мокрая. Характерным симптомом, указывающим на Cocculus, является появление белей, только когда женщина сидит, но только она начинает ходить — выделения прекращаются.

При обильных раздражающих белях — Kreosotum, Nitricum acidum, Nux vomica или Sepia. При белях, имеющих запах старого сыра показан Hepar sulphur, а с запахом рыбного рассола или зловонных — Sanicula или Medorrhinum.

При белях вязких и клейких — Hydrastis, Kali bichromicum или Sabina.

При аменорее следует выяснить, сами по себе прекратились месячные или была какая-то причина — рентгеновское облучение, гистерэктомия, нервное потрясение, тревога и т. д.

Необходимо обязательно осведомиться о вторичном интермиттирующем появлении месячных через 6–8 месяцев или через год. Нужно выявить последовательность болезненных проявлений в период между прекращением месячных и их возобновлением: исчезли или наоборот появились в этот период носовые кровотечения, высыпания на коже и головные боли? Дальше следует выявить, появляются ли какие-нибудь болезненные проявления после внезапного прекращения месячных? Следует выявить все нарушения, сопутствующие менопаузе: приливы, нарушение сердечной деятельности, изменения настроения и т. д. Например, когда с наступлением менопаузы появляется обильное слюноотделение и расстройство психики, вплоть до мании, то это является указанием на Lachesis.

На этом врачебный опрос заканчивается. Врач выявил необходимые факты из личной жизни пациента. Он знает историю болезни и хронологический порядок появления болезненных состояний. Он изучил суточный режим своего больного. Он выяснил модальности его страданий и время их появления. Вопросы врача, касающиеся различных органов и систем, составляющих человеческий организм, дали ему четкое представление о функциональных нарушениях.

Теперь вы видите, что в отличие от врача-аллопата при опросе врач-гомеопат руководствуется не схематичным искусственно построенным планом, но стремлением получить наиболее точное и полное представление о индивидуальной реакции на болезнь конкретного больного. Эти реакции обычно не принимаются во внимание врачами-аллопатами, т. к. не представляют для них никакого интереса, но именно они указывают на единственное необходимое для излечения лекарство и поэтому должны быть собраны и изучены с особой тщательностью и вниманием.

В процессе осмотра врач-гомеопат не только старается установить факт, но и проанализировать его, поэтому его ум постоянно работает и каждый ответ влечет за собой новый вопрос, который для непосвященного вроде бы никак не связан с предыдущим ответом.

Например, к врачу-гомеопату на прием приходит больной, который говорит: «Я пришел к Вам потому, что ужасно устал и не могу больше работать — малейшее умственное усилие требует от меня колоссального напряжения. Я подавлен и я не понимаю, что со мной происходит, ведь я сильный человек и никогда не болел».

Дальнейший диалог будет протекать приблизительно так:

В. — В какое время вы устаете?

П. — Особенно по утрам, в 11 часов.

В. — Вы беспокойно провели ночь, горели ли у вас ноги и не старались ли вы найти для них местечко попрохладней?

П. — Да.

В. — Вам трудно стоять и вы предпочитаете ходить?

П. — Да.

В. — Вас беспокоят приливы крови к лицу, стеснение в груди и вы постоянно хотите вдохнуть свежего воздуха? У вас никогда не было экземы, зуда?

П. — Да, но откуда вы все это знаете?

Ответ на этот вопрос очень прост. Усталость в 11 часов утра есть в патогенезе нескольких лекарств: Ignatia, Sepia, Sulphur. Характерный симптом, указывающий на необходимость Sulphur — беспокойство по ночам с сильным жжением в стопах, вынуждающем больного искать прохладное место. Отсюда вытекает следующий вопрос и если ответ на него утвердительный, то в этом случае следует искать другое характерные для Sulphur симптомы. Ваши вопросы могут показаться бессмысленными непосвященному коллеге, но они логичны, т. к. полученные симптомы врач-гомеопат должен оценить не только с клинической точки зрения, но и с терапевтической.

Больные же в таких случаях никогда не задумываются об «очевидной беспорядочности» вопросов. Напротив, они чаще всего заявляют: «Наконец-то я встретил врача, которому все понятно и который прекрасно знает мою болезнь».

Совершенно очевидно, что лучше, хорошо зная патогенезы лекарственных средств, четко и недвусмысленно ставить вопросы, чем терпеливо, часами, подробно записывать рассказ больного. Но чтобы работать таким образом, необходимо отлично знать гомеопатическую Materia Medica[28].

Осмотр больного

Закончив опрос, следует перейти к осмотру больного. При осмотре больного методики, принятые в аллопатии и в гомеопатии, практически ничем не отличаются. Врач использует ту методику осмотра, которой владеет наиболее полно.

Лабораторными исследованиями также не следует пренебрегать, т. к. из их результатов врач может многое узнать. В частности, на основании имеющихся лабораторных данных можно быстро определить глубину имеющихся нарушений и классифицировать их по группам: сенсорные, функциональные или патологические. Но не следует спешить с заключением, что больной здоров, если результаты всех исследований отрицательны. Следует сказать себе: «Лабораторные исследования не дают мне никаких данных» — и более тщательно обследовать больного.

В современной клинике господствует тенденция судить о болезни по ее видимым проявлениям. Поэтому обследование, проводимое врачом-аллопатом, часто поверхностное, не проникающее в глубину больного организма, не выявляющее глубокое значение внешних болезненных проявлений, полностью игнорирующее истинную причину наблюдаемого патологического состояния. Лабораторные же исследования, о чем не следует забывать, дают результаты, касающиеся определенного момента жизни человека, момента очень краткого по сравнению со временем его существования. Эти результаты, разумеется, точные, но в действительности неправильные, т. к. человеческий организм постоянно меняется и было бы большой ошибкой считать, что можно цифрой зафиксировать нарушение жизненного ритма или функциональное расстройство.

Заканчивая врачебное наблюдение, перед тем, как поставить окончательный клинический и терапевтический диагноз, следует обязательно расспросить больного о его предках и близких родственниках. Часто бывает так, что то, что ваш пациент о них скажет, вы уже знаете из анализа его болезни. Я считаю правильным, когда о болезнях родственников расспрашивают в самом конце, т. к. это знание может сделать ваш опрос пристрастным, а сейчас вы просто подтвердили свои выводы, сделанные во время опроса. Вам становится ясна причина болезни и вы можете уточнить основные моменты переданных по наследству интоксикаций, обусловивших развитие болезни вашего пациента.

Понимание больного

Больного нужно изучать, за ним нужно наблюдать, но, в первую очередь, его нужно «понять». Врач должен понять больного (cum prehendere), т. е. выяснить не только глубину и объем поражений, но и способы индивидуальной ответной реакции организма на болезнь, сохранность его функций. Правильная ориентация мысли врача-гомеопата позволяет ему не только определить эффективное лечение, но и выявил» глубинную причину болезни, что является необходимым для восстановления нормальной деятельности организма.

Острые заболевания

Рассмотрим острое заболевание или, чтобы была понятнее наша мысль, опасное для жизни патологическое состояние, проявившееся внезапно, например, гемиплегия сифилитической этиологии или острая недостаточность миокарда. Огромной ошибкой для врача было бы не вмешаться немедленно и не устранить эти угрожающие жизни состояния способами интенсивной терапии, скажем, внутривенной инъекцией сильнодействующего препарата или даже с помощью кровопускания.

Но это неотложная терапия. А что делать, когда непосредственная опасность для жизни устранена? Мы прекрасно знаем, что устранив угрожающее жизни состояние с помощью сильнодействующих аллопатических лекарственных препаратов, врач усугубляет общее состояние. Значит ли это, что гомеопатическая медицина бессильна в подобных случаях? Вовсе нет. Просто вместо того, чтобы ждать повторения подобных осложнений, купирование которых с помощью аллопатических сильнодействующих препаратов хотя и дает прекрасный результат, но отягощает общее состояние, врач должен постараться не только установить равновесие в больном организме, нестабильность которого и проявляется подобными болезненными состояниями, но и попытаться восстановить его функции до здорового состояния.

Для нашего больного с сифилитическим поражением мозга, подходящего под определенную токсинную категорию, имеется несколько лекарственных средств, относящихся к этой токсинной категории, целительное действие которых, прекрасно известное врачам-гомеопатам, проявляется с неукоснительной регулярностью, но только при условии того, что это лекарство подобно имеющемуся болезненному состоянию, т. е. имеется полное соответствие между патогенетическими характеристиками лекарства и установленными симптомами болезни.

Рассмотрим теперь больного с нарушениями деятельности сердца. Разве врач не должен вмешаться, чтобы «поставить на ноги» такого больного? Разумеется, должен, и выражение «поставить на ноги» довольно точно отражает суть проблемы, но подразумевается ли под этим, что организм нужно «укрепить» или «простимулировать»? Врач должен заставить больной организм вернуться в здоровое состояние, заставить его «подняться по лестнице, с которой он скатился», последовательно пройдя, но уже в обратном направлении, все клинические стадии развития заболевания, о которых организм в свое время сигнализировал различными патологическими состояниями, но эти симптомы не были поняты и правильно истолкованы.

Именно здесь проявляется все величие Гомеопатии, вся красота техники лечения, завещанная нам Гиппократом, истинность которой опирается на уже позабытые сегодня принципы, сформулированные Гиппократом: каждому синдрому (понимайте значение этого термина в более широком смысле, т. е. определенной совокупности симптомов без явной клинической связи) соответствует определенное лекарство, что «значимо выражено» в аналогии, существующей между группой болезненных проявлений неизвестной природы и группой симптомов точно определенной природы, т. к. они соответствуют лекарству, изученному экспериментальным путем.

То, что у каждого человека одна и та же, казалась бы, болезнь протекает со своими особенностями и нет двух одинаковых болезней, т. к. нет и двух одинаковых больных, является неоспоримым фактом. Но в то же время, каждый человек действует и реагирует в соответствии с определенными, общими для всех, законами природы, влияние которых обнаруживается во всех, даже в самых незначительных проявлениях, будь они физическими или психологическими, биологическими или патологическими.

Что каждый организм индивидуален — это ясно, но он, быть может, подвергся в прошлом какому-то разрушающему воздействию, последствия которого не устранены и до настоящего момента, и, чтобы наиболее верно определить необходимое лечение, вы должны уметь эти последствия выявить и правильно истолковать.

Вы уверены в том, что у вашего пациенту только одна патология со стороны сердца? Разумеется дает перебои именно сердце, но уверены ли вы, что у этого нарушения есть лишь одна причина — органические поражения миокарда? Не стоит ли поискать более глубокую причину этого нарушения в другом месте организма? Болезненное напряжение привлечет внимание думающего врача к печени, переменчивость кровяного давления укажет на роль нервной системы, исследование крови может выявить присутствующие в ней токсины и т. д.

Все эти клинические проявления в сознании врача связываются с соответствующими функциональными нарушениями, которые в аллопатической медицине игнорируются, но для гомеопатов они представляют очень большую ценность, т. к. являются указанием на необходимое для излечения лекарственное средство.

Как клиницист-аллопат, вы установите «факт» перебоев в работе сердца, предпишите соблюдать строгий режим и назначите лекарство, снимающее острый приступ, т. е. тем самым как бы заключите перемирие с болезнью. В действительности врачебное вмешательство эффективно лишь тогда, когда направлено на истинную, глубинную причину заболевания. Ее можно выявить, лишь изучив болезнь на всем ее протяжении.

Я намеренно привел в качестве примера случаи, когда необходимость срочного вмешательства оправдывает применение аллопатической медикаментозной терапии. Не следует забывать, что врачебное искусство со времен Гиппократа базируется на двух принципах, лишь при объединении которых медицина способна гарантировать настоящую «меру» и истинную «действенность». Однако не следует думать, что гомеопатия бессильна при лечении тяжелых, угрожающих жизни, острых заболеваний. Многочисленные примеры успешного излечения тяжелых случаев дифтерии, брюшного тифа, острых нефритов, бронхопневмоний и т. п. острых состояний говорят сами за себя.

Хронические заболевания

Хронические заболевания! Болезненные состояния, случаи деритмий, недомоганий симпатических и сенсорных, функциональных и гландулярных нарушений; патологические состояния, сложность которых часто мешает разглядеть истинную их причину и этиология которых порождает самые разнообразные гипотезы, рациональные или абсурдные; состояния, при которых воображение или меркантильные интересы часто заставляют врача действовать в ущерб больным. Выдумываются термины, ничего не значащие: коллоидо-классический шок, симпатикотонические нарушения, эндокринные нарушения и т. д. — бесполезная болтовня, ошибочные диагнозы, видимость, выдаваемая за действительность.

За всем этим стоит совершенно другое, и вы это знаете. И это другое нельзя почувствовать с помощью человеческих органов чувств. Вы не сможете этого понять, пока хотя бы раз не оставите свою манию все знать и все понимать: постарайтесь не только изучать механизм действия явлений, которые вы наблюдаете как врач, но постарайтесь также глубоко постичь вашего пациента, чтобы понять его и определить не только проблематичную этиологию, но и истинный генез его болезненного состояния.

Любая болезнь — это результат. Результат скрытых действий таинственных сил, о которых современная наука еще не имеет никаких представлений. В организме человека проходят последовательные превращения, изменяя его в пространстве и во времени: постепенно изменяются характер, деятельность желез, ткани и т. д. и все это, в конце концов, заканчивается смертью. Причем скорость этих изменений зависит от степени сопротивляемости организма действию окружающих его факторов внешней среды. Мы понемногу умираем каждый день и сами подготавливаем свои болезни. Проявляясь остро, они свидетельствуют о взрыве возмущения организма, который сам уже не в состоянии справиться с поражающими факторами и которому врач должен помочь. Хронические болезни представляют собой постоянно развивающееся и увеличивающееся нарушение внутреннего равновесия в организме, которое в конце концов заканчивается необратимыми патологическими изменениями органов и тканей, приводящими к смерти, разумеется, если врач вовремя не вмешается в ход развития болезни, остановив ее или скомпенсировав последствия посредством соответствующего лечения.

Болезненное состояние, изменяющее человеческий организм, или, правильнее сказать, трансмутация человека, происходит из-за различных факторов, наследственных и приобретенных. До недавнего времени основным таким фактором считался патогенный микроорганизм, но на сегодняшний день, по мере накопления новых знаний, его роль значительно уменьшилась. Трансмутация возбудителей сейчас хорошо изучена и Шарль Николь в своей замечательной книге показал с ослепительной ясностью судьбу инфекционного заболевания: наступит день, когда обнаружение возбудителя будет иметь только клиническое значение. Человек же страдает уже сегодня, и степень выносливости его организма все больше зависит от многочисленных видов лечения, которым его подвергают.

Недавно в одном из докладов на конгрессе терапевтов я услышал новый термин — «бактериологическое излечение». Исчезновение микроорганизма было для этого ограниченного терапевта верхом лечебного действия! Для больного же в этих рассуждениях места не оставалось. Все сводилось к лабораторным анализам мочи и крови. Как всегда обсуждалась видимость, а реальность игнорировались, о больном же попросту забывали.

Не будем самообольщаться — наша работа тяжела, наше Искусство подвластно не всем. Но мы не должны покорно стоять в стороне, когда нас зовет современная медицина. Никогда не поздно начать все сначала, чтобы пойти правильным путем, путем, по которому шли великие умы, который на протяжении веков освещает традиция.

Токсинные категории

Должны ли мы перечеркнуть все то, чему научились ранее? Конечно нет! Но мы должны видеть и понимать реальный смысл явлений, которые мы наблюдаем.

Основные хронические болезни:

— Psora (аутоинтоксикация, полученная по наследству);

— Sycosis (урогенитальная инфекция, приобретенная или переданная по наследству);

— Tuberculin;

— Syphulis;

— Carcinosin.

Каждый симптом хронической болезни входит в одну из этих групп. Большинство острых заболеваний — это только результат защитных реакций организма против этих серьезных интоксикаций, являющихся подлинной причиной наблюдаемых пароксизмальных состояний, непосредственная причина которых не только должна быть установлена, но и понята, чтобы оградить больного от подобных осложнений.

Под воздействием этих различных токсинных категорий, названных С. Ганеманом миазмами, единичных или объединенных, организм человека постоянно изменяется, подвергаясь постепенной трансмутации, которую нужно понять и от которой его необходимо защитить, «заговорить», как говорили раньше.

Как восхитительно это средневековое выражение, нетленность которого очевидна. Это настоящее заклинание, которое нужно сделать, чтобы помешать этому неотвратимому и неизбежному развитию заболевания, которое подготавливается исподволь и значение которого не может стать очевидным для врача-практика, если только его ум, освещаемый принципами Гиппократа и знакомый с гомеопатической медициной, не сможет распознать среди хаоса имеющихся симптомов очевидное выражение необходимого подобного лекарства.

«То, что изменяется, измени сам». Истинность этого выражения Парацельса не нуждается в доказательствах. Специфичных микроорганизмов не существует, искусственная и надуманная классификация болезней доказала на практике свою беспомощность. Все станет ясным и понятным в тот день, когда наблюдатель не будет больше сочинять в своей голове какие-то новые законы, а удовольствуется тем, что будет читать знаки, поданные ему природой, станет уважать ее творение и наконец поймет необходимое значение токсинных категорий и лекарственных серий.

ГОМЕОПАТИЧЕСКОЕ ЛЕКАРСТВО

ИЗУЧЕНИЕ ЛЕКАРСТВЕННОГО СРЕДСТВА

-

Наибольшие трудности для начинающего гомеопата заключаются в обязанности изучения гомеопатической Materia Medica. Однако, это абсолютно необходимо, т. к. совершенное знание патогенезов лекарственных средств является необходимым условием для успешной врачебной практики.

Как же следует правильно изучать гомеопатическую Materia Medical Если вы начнете это делать с «Materia Medica pura» С. Ганемана, то очень скоро, разочаровавшись, закроете эту книгу, т. к. увидите только обилие экспериментально выявленных симптомов с многочисленными, часто ненужными, подробностями, разумеется, симптомов точных, но расположенных не в очень удачном порядке и к тому же не разделенных по степени важности: важнейшие симптомы не выделены, модальности не выявлены.

Первыми стали располагать симптомы в определенном порядке по степени их значимости Геринг[29] и Аллен[30], но только Кент[31] первым постарался описать патогенезы лекарств в «живой» форме, точно указывая «ментальность» лекарственного средства, т. е. совокупность психических симптомов, характерных для этого препарата. Следует отдать должное и д-ру Нэшу (Nash), который первым провел простое изучение лекарства, выявив важнейшие симптомы и дав им соответствующую оценку. Также я хочу отметить замечательные исследования д-ра Форниаса (Fomias) и моего друга д-ра Шида (Sheed).

Не следует рассматривать гомеопатическую Materia Medica как энциклопедический справочник, все разделы которого врач-гомеопат обязан знать наизусть. Не загружайте свою память, не тратьте время и силы на пустую работу по запоминанию всех симптомов, но на каждой странице развивайте свои аналитические способности.

Всегда начинайте изучение патогенеза любого лекарства с самого простого. — Не старайтесь с первого раза запомнить весь патогенез, т. к. вы попросту заблудитесь среди множества различных симптомов, упустите из внимания основные симптомы и загрузите свою память второстепенными, а в конечном итоге так и не сможете понять всю глубину и индивидуальность действия того или иного лекарственного средства.

Аналитическое изучение

Все симптомы каждого лекарства должны быть оценены по степени их важности.

Характерные симптомы

Среди всех симптомов, выявленных при испытании лекарственного средства, особое место занимают характерные симптомы, которые четко проявляются при всех испытаниях этого средства у всех, без исключения, испытателей. Они четко и недвусмысленно указывают на определенное лекарство, и если даже один и тот же симптом является характерным для нескольких лекарств, то по имеющимся модальностям врач-гомеопат сможет легко их дифференцировать.

Например, жгучие боли являются характерным симптомом для Apis и Arsenicum album, но у Apis боли жгучие и колющие, а у Arsenicum album боли жгущие, как огнем.

Ожоги с облегчением от применения холодных компрессов требуют назначения Apis, а ожоги с облегчением от теплых компрессов — Arsenicum album.

Мы можем и дальше параллельно изучать эти два лекарственных средства: Arsenicum album всегда испытывает жажду, а у Apis никогда нет чувства жажды, даже когда у него повышена температура и т. д.

Вы, кажется, шокированы тем, что мы персонифицируем наши лекарства. Но для гомеопата лекарство со своей совокупностью симптомов представляет личность — носителя этих симптомов, индивидуума, который, я согласен, возник в нашем сознании, но которого мы столь часто наблюдаем в нашей врачебной практике, что не можем это игнорировать. Пациент, которому показан Arsenicum album, имеет характерную только для этого препарата совокупность симптомов, и поэтому врач-гомеопат называет его Arsenicum album, понимая под этим названием совокупность представленных реакций больного организма в момент, когда он его наблюдает. Под термином Arsenicum album врач-гомеопат подразумевает не вещество мышьяк, а совокупность симптомов, характерную для патогенеза этого препарата, установленную опытным путем. Arsenicum album, как впрочем и любой другой препарат, имеет в своем патогенезе особые характерные симптомы, присущие только ему и определяющие его особое место в гомеопатической Materia Medica. И именно эти симптомы в сознании врача-гомеопата складываются в образ вымышленного человека, которому необходим для излечения препарат Arsenicum album.

Поняв это, вы больше не будете удивляться той быстроте, с которой опытный врач-гомеопат практически безошибочно и одинаково лег- ко определяет нужное лекарственное средство при совершенно разных с точки зрения аллопатической медицины, заболеваниях. Ведь для гомеопата любое заболевание является лишь клинической формой индивидуальной реакции организма на патогенное воздействие, которое характеризуется строго определенной совокупностью симптомов.

Главные симптомы

Часть симптомов относится к категории «главных симптомов». Они добавляются к характерным симптомам и помогают более четко дифференцировать лекарство.

Например, Cocculus и Tabacum имеют один и тот же характерный симптом «тошнота и головокружение, усиливающиеси при движении в автомобиле, поезде, пароходе».

Два главных симптома добавляются к этому характерному симптому:

— сильное вздутие живота, который становится очень болезненным у Cocculus;

— ощущение тяжести в животе с желанием обнажить живот, что облегчает тошноту и рвоту у Tabacum.

Зная эти главные симптомы, врач может легко дифференцировать эти препараты.

Другой пример: Cactus.

Характерный симптом: ощущение сжатия сердца, как в тисках.

Главные симптомы:

— ощущение сжатия в различных частях тела;

— болезненная иррадиация в левую руку;

— онемение левой руки;

— отечность левой руки;

— кровотечения черной кровью.

Не находите ли вы, что это типичная клиника стенокардии?

Второстепенные симптомы

Второстепенные симптомы — это самая многочисленная группа симптомов. Являясь общими для многих лекарственных средств, они не могут точно указать на какое-то одно определенное лекарство, однако их полезно знать, т. к. они часто позволяют установить интересные взаимоотношения между различными лекарственными средствами, в патогенезе которых прослеживается очевидная аналогия.

Рассмотрим, к примеру, следующий симптом, а точнее сказать, синдром: «менструации появляются раньше срока, кровь черная, как деготь; месячные прекращаются, как только женщина ложится; месячным предшествует сильное сердцебиение, сопровождаемое ощущением сжатия в области сердца или матки».

Этот симптом находится в патогенезах многих лекарств, в том числе и у Cactus и Lilium tigrinum. И дифференцировать эти препараты можно именно по второстепенным симптомам.

Cactus показан при болях, иррадиирующих в левую руку, и когда боль сопровождается онемением левой руки и ее отечностью.

Lilium tigrinum, наоборот, назначается в тех случаях, когда боль иррадиирует в правую руку и успокаивается в положении лежа на левом боку и при растирании болезненных участков тела. Кроме того, у Lilium tigrinum есть еще один важный симптом: ощущение тяжести в малом тазу, настолько сильное, что вынуждает женщину сжимать половые органы рукой или перевязывать их.

В руководствах по Materia Medica, как правило, характерные симптомы выделены жирным шрифтом, а главные — курсивом, что позволяет начинающему врачу-гомеопату рационально подходить к изучению патогенезов лекарств, запоминая сперва самые важные характерные и главные симптомы, которые помогут ему правильно подобрать лекарство.

Модальности

И вот, наконец, один из важнейших элементов — модальность.

Рассмотрите любую боль: она может уменьшится, благодаря движению или покою, теплу или холоду, она может быть более интенсивной днем, чем ночью, в определенные часы, при определенных атмосферных условиях, т. е. зависит от факторов, которым не придают большого значения в аллопатической клинике, но они представляют интерес для гомеопата, т. к. «модальности» патологического состояния имеют свое место в Materia Medica.

Знание этих модальностей очень важно и для дифференциации лекарств, и для группировки нескольких лекарств, модальности которых схожи.

Ясно, что врач не сможет запомнить все модальности — условия ухудшения и улучшения, описанные в Materia Medica. Но он должен знать наиболее интересные. Например, у такого широко используемого в гомеопатии лекарственного средства, как Bryonia нет характерных симптомов. Боли, при которых показан этот препарат, не имеют никаких особых отличий, но они имеют очень интересную модальность: боли уменьшаются от сильного давления и усиливаются при малейшем движении. Боли, вынуждающие больного соблюдать абсолютный покой.

Наоборот, Rhus toxicodendron представляет тянущую боль, сопровождающуюся ригидностью суставов и мышц, которая усиливается в начале движения, но уменьшается при продолжении движения, что заставляет больного постоянно двигаться.

Возьмем другие примеры.

У ребенка потеет ночью голова перед сном — Chamomilla, утром — Sambucus. Некоторые люди, страдающие запором, могут испражняться только стоя — Causticum; другие — хватаясь за сиденье руками и очень сильно напрягаясь — Alumina.

Врач просит больного помочиться в своем кабинете, чтобы исследовать мочу, но пациент не может выдавить в присутствии врача ни капли, тогда как он обильно помочится через несколько минут, будучи один в туалете. Если человек не может помочиться в чьем-то присутствии, то этот симптом указывает на Natrum muriaticum.

Боли в животе уменьшаются во время еды: желудочные боли — Anacardium; печеночные боли — Chelidonium.

Приступ астмы улучшается при наклоне вперед — Kali carbonicum.

Колики уменьшаются, когда человек сгибается пополам — Colocynthis.

Эти несколько примеров позволят вам понять важность знания некоторых модальностей, а также их относительную ценность, зависящую от наблюдаемого клинического синдрома.

Синтетическое изучение

-

Гомеопатическая Materia Medica не является чем-то мертвым. Она оживает, как только сознание врача-гомеопата вступает в контакт с симптоматикой болезненных состояний. Чтобы сделать ее изучение привлекательным, ее нужно сделать «живой». Нужно, чтобы студент, изучающий патогенез какого-нибудь лекарства, представлял себе человека, имеющего все симптомы лекарства, которое он изучает. Оживите его, заставьте болезнь развиваться в направлении симптомов, которые вы постараетесь выучить и запомнить. Дайте ему жизнь и болезнь ту же, что у лекарства, которое ему подходит. Но только никогда не старайтесь механически вызубрить наизусть вереницу симптомов; объедините их, «оживите» их, чтобы лучше понять (cum prehendere) лекарство, изучаемое вами синтетически.

Каким бы ни казался парадоксальным этот педагогический метод, мы давно уже используем его при обучении и он всегда дает блестящие результаты. Вначале студент бывает немного удивлен, но у него вскоре проявится интерес к созданию таких вымышленных личностей, представляющих гомеопатические лекарства, принимающих в его сознании «образ», который он не может не познать.

Позднее, когда такой врач начинает практиковать гомеопатию, он бывает приятно удивлен, «узнавая» в приходящих к нему на консультацию больных своих старых знакомых: лекарства, изученные подобным способом.

Но чтобы подобное изучение смогло принести свои плоды, нужна абсолютная точность, иначе студент сохранит о каждом лекарстве только туманные понятия, а не четкое знание, набросок с зыбкими контурами, а не образ, четко обозначенные черты которого запечатляются в его сознании и останутся там зафиксированными навсегда.

Лекарства, входящие в гомеопатическую Materia Medica, многочисленны: одни очень важные, другие — для обычного пользования и очень полезные, большая же часть представляет для врача второстепенный интерес и их использование ограничено. Мы должны различать их и знать их истинную ценность, мы должны уметь оценивать их.

Оценка лекарства

-

Рассмотрим любое лекарство. По правде говоря, оно имеет только несколько важных симптомов, которые нужно запомнить. Эти симптомы характеризуют данное лекарство, их знание необходимо врачу-гомеопату. Одни из этих симптомов относятся к характерным и главным, другие — к второстепенным, но все они представляют бесспорную пользу, потому что именно они позволяют врачу легко дифференцировать лекарства между собой.

Чтобы определить нужное лекарство, врач вынужден установить точный дифференцированный диагноз, аналогичный тому, который он привык устанавливать при обследовании больного. Определение лекарства и диагноза болезни — две аналогичные операции. Клинический и терапевтический диагноз не могут разделяться в практике врача- гомеопата, сознание которого ищет одновременно глубокую причину наблюдаемых расстройств и лекарство, которое бы идеально подходило больному.

Поэтому необходимо уметь оценивать лекарство, иметь точные критерии, чтобы было возможным легко найти показания к его применению, опросив пришедшего на консультацию пациента.

Для ясности изучим два вида симптомов: одни — субъективные, другие — объективные.

Субъективные симптомы

Действие вещества часто вызывает сенсорные расстройства (sensorium), проявляющиеся не только в дезорганизации мышления, зрительных, слуховых, тактильных галлюцинациях и т. д., но также в более или менее глубоком изменении характера, мышления, поведения. Отсюда интерес к познанию психических состояний больных, приходящих к практикующему врачу-гомеопату на консультацию. Мы можем их скорректировать, т. к. располагаем необходимыми лекарствами.

У пациента ACTAEA RACEMOSA впечатление, что его голова окружена плотным и тяжелым облаком. Он плохо видит и слышит. Все смешалось в его сознании и вокруг него. Это состояние волнует его, он боится сойти с ума. Любопытно, что когда появляются боли в каких-то частях организма — лицевые или маточные невралгии, межреберные или суставные боли, — психически ему становится лучше: когда больной испытывает физические страдания, психика у него улучшается. Чередование сенсорных и чувствительных нарушений: чередование болей с психическими нарушениями.

Возьмем другой пример: BOVISTA. У больного, которому показан этот препарат, странное ощущение: он внезапно чувствует, как увеличивается его объем, он чувствует себя раздувшимся. Это впечатление основано на реальном действии, т. к. отмечается генерализованный отек ног, пальцев, лица, что-то вроде легкой отечности, которая становится слишком явной, когда больной берет какой-то предмет: ножницы, авторучку, нож и они оставляют отпечаток на коже. Эта отечность делает его неуклюжим, он часто роняет предметы из рук. Но важнейшая характеристика Bovista заключается в том, что пациент воображает, что его голова значительно увеличилась в размерах. Эта мысль не основана ни на чем реальном, и, однако, она угнетает больного, который, несмотря на все увещевания и ободрения врача, упорствует в своем заблуждении. Все симптомы исчезают, как только больной примет Bovista: отечность и навязчивая идея, функциональные нарушения и психические расстройства.

Посмотрите на больного IODIUM. Худой, нервный, раздраженный, он постоянно возбужден. Он не может усидеть на месте. Это нервное возбуждение встречается в патогенезе других лекарств и, в частности, у Chamomilla. Но пациент Iodium, если он возбужден, быстро «истощается» и представляет два симптома, которых никогда не нужно рассматривать отдельно от этого изнуряющего возбуждения: ужасное беспокойство охватывает его, когда он голоден, раздражительность и злость, тревога и гнев исчезают, как только он начинает есть, и внезапное чувство жара в лице, заставляющее его искать прохладу. Добавьте к этим характеристикам небольшой объективный симптом: пациент Iodium имеет легкую экзофтальмию, у него обычно выпученные глаза и расширенные зрачки.

Больной LACHESIS страдает чрезмерной болтливостью. Он постоянно хочет говорить, это непреодолимое желание, которое он должен обязательно удовлетворить, и он до поздней ночи не ложится спать, если есть возможность поболтать, он легко перескакивает с одной темы на другую, он говорит на темы, никак не связанные между собой. Часто это маньяк: то он ревнует безо всякого повода и заставляет страдать окружающих, то боится за будущее спасение своей души (религиозная мания). Прибавьте к этому, что он часто видит во сне смерть и погребение и что ему всегда плохо после сна. По утрам у такого больного всегда депрессии, он сразу вспоминает все свои заботы и жизнь кажется ему отвратительной.

Пациент LYCOPODIUM просыпается также с трудом, но у него настроение еще хуже. Плохое настроение при пробуждении — это психическая характеристика этого лекарства. Больной находится в угнетенном состоянии, т. к. потерял всякую уверенность в себе. Он не может себя больше контролировать. Чрезвычайно раздражительный, он впадает в гнев из-за пустяков, говорит всегда на повышенных тонах и часто употребляет грубые и сильные выражения. Разумеется, у него затронута печень, т. к. имеются (объективный симптом) желтоватые пятна в области висков.

Рассмотрим другую форму депрессии, характерную дня NATRUM MURIATICUM. Больной грустит, он избегает общества. Он не раздражителен, но очень чувствителен. У него постоянно плаксивое настроение и если его хотят утешить, он плачет еще больше. Natrum muriaticum имеет и другие, менее значительные симптомы, могущие характеризовать его психическое состояние. Больной видит во сне воров, он их боится и с вечера баррикадирует свою дверь шкафом, столом, комодом и никогда не ляжет спать, не заглянув под кровать. Он всегда «надутый», его задевает малейшее противоречие. Это подозрительная чувствительность. Добавьте, что депрессии Natrum muriaticum особенно усиливается в определенное время, а именно в 10 часов утра.

OXALICUM ACIDUM имеет любопытную модальность: у пациента всегда ухудшается состояние, когда он думает о своей болезни. Когда он думает о своих болях, они резко усиливаются. Эти боли тоже особенные — они линейные, локализуются всегда по ходу нерва или сухожилия и всегда усиливаются, когда больной не отвлекается ничем и только и думает, что о своих страданиях. Вы часто найдете этот симптом у больных с оксалурией.

Посмотрите на деритмию пациента PSORINUM. Ему вечно холодно. Он боится холода даже летом. Даже в страшную жару он кутается, да еще как! Он носит две или три рубашки, четыре или шесть шерстяных жилетов, двое или трое подштанников. Ему холодно, вернее он постоянно думает о холоде. Вы найдете эту навязчивую идею у наиболее умных больных. Это больные, которые уже давно страдают какими-то неясными расстройствами, от которых их усиленно лечили врачи-аллопаты, но, увы, безрезультатно. Отчаявшись, они считают свою болезнь неизлечимой. Впрочем, они представляют характеристику, которая нам хорошо известна: отсутствие реакции на любое лечение. Наиболее показанные лекарства не действуют. Им поможет только psorinum, после использования которого сразу же появляются заметные изменения в лучшую сторону.

PULSATILLA. Это робкий тип, эмоциональный, который может заплакать из-за пустяков, но также легко засмеяться. Кажется, что у ребенка горе, он в отчаянии, но вы отвлеките его внимание каким-нибудь смешным жестом, забавной шуткой, внезапным шумом и он тотчас начнет смеяться. Чередование смеха и слез характерно для пациента Pulsatilla, у которого в одно мгновение самая глубокая тоска может смениться неподдельной радостью. Впрочем, все изменчиво в этом лекарстве: боли, постоянно меняющие локализацию, стул то твердый, то жидкий, то желтый, то бурый и т. д.

SEPIA. Здесь ничего изменчивого, наоборот, все постоянно. Пациент Sepia грустный и подавленный, апатичный и безразличный. Ничто его не забавляет и не развлекает, он не интересуется своими делами и своей семьей. Он избегает общества и ищет уединения, в котором находит удовольствие, сидя целыми часами в своем уголке, злясь на всех и на самого себя.

SILICEA находится в депрессивном состоянии и такой же худой, как Natrum muriaticum, но его депрессия еще сильнее, у него полностью отсутствует жизненная энергия, нет ни моральных, ни интеллектуальных сил; вы констатируете настоящее умственное истощение, соответствующее прогрессирующему исхуданию. Больной Silicea зябок, как и Psorinum: ему холодно, его пронизывает холод до самых костей, но он не очень старается кутаться, считая, что это бесполезно, что он, все равно не сможет согреться. Заметьте навязчивую идею, присущую Silicea — боязнь булавок и всех колющих предметов.

THUJA. Стремление к навязчивым идеям — вот симптом пациента, который всю жизнь является одержимым. То его навязчивое состояние фиксируется на небольшой неприятности, досадном обстоятельстве, воспоминание о котором постоянно присутствует у него в сознании и исчезает, чтобы уступить место другому, подобному, то «идее фикс», выражающейся в ощущении, будто рядом находится кто-то незнакомый. Ощущение своего тела, будто бы сделанного из стекла, или будто у него такие хрупкие ноги, что могут сломаться. Отметьте также знаменитый симптом: ощущение «будто в животе находится что-то живое», оно шевелится и давит моментами на брюшную стенку. Навязчивая идея беременности (беременность на нервной почве) и т. д.

Я думаю, этих примеров вполне

достаточно, чтобы понять, что; зная «психические состояния», врач может точно различать каждое из этих лекарств. Вы легко найдете у ваших больных показания к назначению этих препаратов.

Теперь вы умеете оценивать каждое из этих лекарств, психический способ изображения которых точен и прост. Чисто воображаемое построение? Нет, эти симптомы были вызваны в ходе эксперимента и проверены на практике посредством тщательного наблюдения. Посмотрите вокруг себя, послушайте ваших пациентов, понаблюдайте за вашими больными и вы, несомненно, найдете пациентов LACHESIS или LYCOPODIUM, PULSATILLA или SEPIA. Дайте им показанное лекарство и вы их исцелите, восстановив в организме порядок.

Объективные симптомы

Страдая, больной организм буквально «выкрикивает» свое лекарство, предоставляя в распоряжение врача всю необходимую информацию терапевтического характера, чтобы он смог подобрать лекарство точно в соответствии с реакциями организма. Но часто лекарство выражается еще более значимым путем, оно, так сказать, «написано» на лице или на коже больного. Что касается этих объективных симптомов, они хорошо известны врачам-аллопатам и имеют для всех врачей определенное клиническое значение, но имеются другие значительные симптомы, которые в аллопатической медицине, как правило, игнорируются, но для гомеопатов они представляют огромную клиническую и терапевтическую ценность, потому что четко указывают на определенное лекарство.

Рассмотрим несколько объективных симптомов лекарственных средств, которые проявляются на лице, коже, со стороны глотки, изменениями в составе мочи. Приведем только несколько примеров, чтобы вы получили представление, о чем идет речь.

Взглянем на глаза — отечность век может заставить врача-гомеопата подумать о следующих препаратах:

Arsenicum album — отечность верхних век и особенно нижних, которые напоминают мешочки, наполненные водой.

Kali carbonicum — отек во внутреннем углу верхнего века. Посмотрим на губы. Опытный врач-гомеопат довольно часто и без особого труда различит характерные объективные показания к назначению некоторых лекарственных средств:

Berberis — синюшность внутренней поверхности нижней губы с наличием голубоватых пятен в уголках губ.

Belladonna — припухлость образовалась внезапно за несколько часов с покраснением и болью, особенно чувствительна при прикосновении.

Natrum muriaticum — отечность появляется периодически и довольно часто, всегда с трещиной посередине нижней губы.

Hepar sulphur — верхняя губа постоянно припухшая или увеличенная. Верхняя губа кажется деформированной, оттопыренной вперед («морда тапира»).

Посмотрев на нос, мы заметим варикозно расширенные сосуды или по всей поверхности носа — Carbo animalis, или в нижней части крыльев носа — Thuja.

Исследуем цвет лица. Что можно сказать?

Быстрые чередования покраснения и побледнения — Ferrum.

Одна щека красная, другая бледная — Chamomilla.

Желтые, коричневатые пятна на уровне висков — Lycopodium.

Желтоватое пятно на спинке носа — Sepia.

Многочисленные небольшие черные точки по всему лицу — Sulphur, более заметные на уровне лба — Sulphur iodatum.

Ксантелазма — Chelidonium, связь которого с печенью очевидна и который дает блестящие результаты при лечении холестеринемии.

Осмотрим повнимательней язык.

Кончик языка красный — Sulphur.

Красный треугольник на кончике — Rhus toxicodendron.

Язык в виде географической карты — Natrum muriaticum, Arsenicum album или Taraxacum (характерные симптомы каждого из препаратов позволяют их легко дифференцировать).

Язык белый, особенно по утрам, как будто больной только что выпил молоко — Antimorium crudum.

Язык широкий и расплющенный, хранящий отпечаток от зубов, без налета — Ignatia; с желтоватым налетом — Mercurius.

Рассмотрим глотку.

Характерное покраснение на уровне передних небных дужек, как будто сделанное кистью — Phytolacca.

Припухлость небного язычка, который висит как мешочек, наполненный водой — Apis и Kali bichromicum. Но пациент Apis не может переносить теплого питья, ему всегда плохо на жаре. Пациент Kali bichromicum, наоборот, любит теплое питье, впрочем, небный язычок Kali bichromicum имеет маленькие язвочки с правой стороны, покрытые желтоватой, липкой слизью.

Наличие плотной и сероватой пленки заставляет врача подумать о Mercurius cyanatus, который хорошо себя зарекомендовал при лечении дифтерии.

Внимательно исследуем кожу.

Наличие красных новообразований потребует лечения Thuja — показание, которое подтверждается, если пот больного имеет специфический запах супа из груш.

Желтоватые пятна в области грудины — Carduus marianus, в области правого ипохондрия — Sepia.

Экхимозы, появляющиеся при малейшей травме — Arnica; то же, только появляющиеся спонтанно — Lachesis.

Если травмированный участок остается бледным и онемевшим спустя долгое время после исчезновения экхимоза, явно показан Ledum.

Кольцевидный герпес — Sepia.

Подсыхающая в центре сыпь, оставляющая круглый пигментированный участок после выздоровления — Berberis.

Венозный застой в руках, цианотичные конечности — Pulsatilla.

Руки влажные и холодные — Thuja.

Исследуем мочу.

Специфический запах: зловонный, отталкивающий — Benzoicum acidum; запах конской мочи — Nitricum acidum; запах бациллы коли — Formica rufa.

Результаты химического исследования также указывают на определенное лекарство:

— повышенное содержание хлористых соединений — Natrum muriaticum;

— уменьшение мочевины — Lycopodium;

— увеличение мочевой кислоты — Berberis;

— альбуминов — Serum anguillar;

— сахара — Syzygium и Uranium nitricum;

— ацетона — Senna.

Совершенно очевидно, что одного, даже характерного «симптоматичного элемента» не достаточно для определения лекарства, но знание этих отношений делает возможной быструю терапевтическую ориентацию, точность которой подтверждается другими выявленными характерными симптомами.

Значимость лекарства

-

Гомеопатическое лекарственное средство имеет не только «объективную ценность», зависящую от нужд настоящего момента, которую врач-гомеопат должен выявить в ходе гомеопатического обследования больного, чтобы свести к минимуму свои ошибки.

Гомеопатическое лекарство также имеет «относительную ценность». В монументальной Materia Medica не все лекарства одинаковы по своей ценности. Как и всюду, там существует определенная иерархия ценностей, которую нужно уметь отыскать.

Лекарственным средствам должна быть дана оценка. Мы должны их оценить как с точки зрения их терапевтического действия, глубина которого варьируется, так и с точки зрения широты их клинического использования.

Клиническая значимость

Гомеопатия — это не исключительно симптоматическая терапия. Несомненно, что любое наблюдаемое болезненное проявление является для врача-гомеопата ценным симптомом, т. к. он пробуждает в его сознании мысль об аналогичном соответствии терапевтического порядка.

В аллопатической медицине масса симптомов, констатируемых каждый день, — не принимается во внимание, т. к. для врача-аллопата они не представляют никакого интереса. Он их не «видит», потому что не может объяснить; они кажутся для него бесполезными. В действительности же, они передают основные индивидуальные реакции больного организма, симптоматически указывая на необходимое для излечения лекарство. Для гомеопата они являются очень ценными показаниями, т. к. предоставляют возможность реальной ориентации на точную и правильную терапию.

Однако не подумайте, что подбор гомеопатического лекарства обязательно основан на симптоматическом соответствии. Изучение и знание Materia Medica не исключает изучения и знания клиники. Чтобы стать хорошим гомеопатом, нужно, прежде всего, стать хорошим клиницистом.

Рассмотрим больного с сердечными нарушениями: у него сильное сердцебиение, он страдает от чувства стеснения в груди при малейшем движении. В этом случае назначаются Strophantus или Spigelia.

Основным показанием для назначения Strophantus является нестабильность кровообращения, выражающаяся чередованием гиперемии головы с переполнением кровью сердца; зрачки то суженные, то расширенные; пульс то медленный, то быстрый.

Spigelia назначается, главным образом при сильнейшем сердцебиении, заметном даже через одежду, особенно ощущаемом больным, когда он лежит. И у Strophantus и у Spigelia состояние ухудшается при малейшем движении, что проявляется в одышке, появляющейся при ходьбе и при подъеме по лестнице, а больной Spigelia чувствует стеснение в груди, даже сидя или наклоняясь вперед. Ему всегда лучше лежа на правом боку с высоко поднятой головой, он очень страдает от болей в левом соске, иррадиирующих в левую лопатку и левую руку, которые всегда усиливаются во время глубокого вдоха или выдоха.

Очевидно, что патогенезы этих двух лекарств делает возможным их дифференциацию, но не проще ли в этом случае прибегнуть к клиническому осмотру?

С помощью Strophantus лечат: сердечную недостаточность, глухие шумы, нерегулярные и быстрые удары сердца; сердечную недостаточность со склонностью к отекам. Типичная некомпенсированная недостаточность митрального клапана. Strophantus особенно показан алкоголикам или больным с никотиновой интоксикацией.

С помощью Spigelia лечат: усиление шумов, интермиттирующую нерегулярность, проявляющуюся больше в интенсивности шумов, чем в их ритме. Типичное хроническое заболевание сердечных клапанов, миокардит.

Spigelia соответствует также функциональным нарушениям деятельности сердца рефлекторного происхождения при глистной инвазии. У больного все нормально с сердцем, но внутри у него паразиты. Даже название лекарства хорошо объясняет спектр его действия: Spigelia authelminthica.

Рассмотрим больного, страдающего внезапными приливами крови к лицу и застоем крови в голове с учащенным сердцебиением. При этой патологии врач-гомеопат сразу подумает о трех лекарствах: Glonoine, Lachesis и Aurum. Основные клинические показания для этих препаратов следующие: постоянное высокое артериальное давление — Glonoine; нарушения в период менопаузы — Lachesis; приобретенный или наследственный сифилис — Aurum.

Естественно, что гомеопат не выпишет ни одно из этих лекарств только по одному симптому, он отыщет у больного другие характерные симптомы каждого из этих препаратов: Glonoine — сильная и видимая пульсация артерий на голове и шее, пульсация в ушах, пульсация по всему телу; Lachesis — ощущение сжатия головного мозга и торакальной области, мешающие больному переносить даже не очень тугую одежду, ощущение удушья и странгуляции, которое заставляют его внезапно выскакивать из постели, чтобы вдохнуть свежего воздуха у окна, неожиданные кровоподтеки, особенно после сна; Aurum — сильное сердцебиение, вынуждающее больного сидеть, наклонившись вперед; ощущение, будто сердце остановилось на несколько секунд, затем следует резкий скачок сердца с последующим сильным сердцебиением; постоянное ухудшение ночью и стремление к самоубийству.

Как мы видим, клинический и терапевтический диагнозы тесно связаны между собой, поэтому есть смысл разработать новый метод изучения гомеопатических лекарственных средств, основывающийся на клинике и создать клиническую Materia Medica. Поставленная цель заключается в извлечении из патогенеза лекарства соответствующих клинических синдромов, характеризующихся совокупностью нарушений в соответствии с функциональным или органическим поражением органа. Таким образом более тесно связываются полученные и проверенные нами клинические данные с точно определенным терапевтическим действием.

Рассмотрим в качестве примера первое лекарство, представленное в гомеопатической Materia Medica — Abrotanum.

Патогенез Abrotanum соответствует трем клиническим синдромам:

1. Атрепсия.

Старческий вид, сморщенное лицо, сморщенная кожа.

Сильная слабость с очевидным крайним исхуданием.

Худеет, даже когда много ест.

Значительное похудение, особенно ног.

Не может прямо держать голову и твердо стоять на ногах.

2. Перитонит.

Живот вспучен с твердыми участками.

Генерализованная аденопатия.

Чередование запора и поноса.

Быстрое похудение.

3. Хронический ревматизм туберкулезной этиологии.

Острые боли в ригидных и опухших суставах.

Болезненные сокращения конечностей.

Затрудненная мобилизация.

Ревматизм, чередующийся с поносом.

Сердечные нарушения с внезапным исчезновением ревматических проявлений.

Возьмем другой пример: Rhododendron.

Три области воздействия: нервная система, суставы, яички. Три группы нарушений: сенсорные, функциональные и органические.

1. Сенсорные расстройства.

Психический элемент доминирует в патогенезе Rhododendron. Больной боится грозы и грома. Все имеющиеся симптомы обостряются во время грозы. Боли, от которых он страдает, усиливаются всегда при изменении погоды и в грозовую погоду, когда разражается гроза с молниями и громом.

Боли четко невралгического характера локализуются по ходу тройничного нерва в верхних конечностях и ногах. Правая сторона всегда поражена больше. Боли острые, тянущие и всегда уменьшаются в тепле.

2. Функциональные нарушения.

Припухлость суставов с резкой болезненностью. Суставной ревматизм, появляющийся или усиливающийся при изменении погоды, особенно перед грозой. Суставные боли имеют две характерных особенности: они блуждающие и обостряются ночами. Интересный факт: во время болей у больного обильное мочеиспускание, но как только боль исчезает, оно уменьшается.

3. Патологические изменения. Правое яичко увеличенное, уплотненное и болезненное. Боли ощущаются на уровне двух яичек, они иррадиируют вдоль семенного канатика в брюшную полость. Они имеют блуждающий характер и наиболее выражены справа.

Чему может соответствовать эта совокупность симптомов с клинической точки зрения? Больной с показаниями Rhododendron страдает, несомненно, нервным артритом неизвестного происхождения (колибактериального, гонорейного или неоплазмического) с особой чувствительностью к грозе, и ревматические боли которого локализуются в яичках.

Рассмотрим Solidago virga.

Это лекарство назначается довольно часто. Оно действует на печень, почки, легкие.

1. Печень.

Часто горечь во рту. Живот вздут. Боли по обе стороны пупка, усиливающиеся от сильного давления. Склонность к запорам, но также бывает и понос с обесцвеченным стулом. Анализ мочи дает следующие важные симптомы: уменьшение мочевины, наличие желчных пигментов и, иногда, уробилина.

2. Почки.

Затрудненное мочеиспускание. Количество отделяемой мочи незначительное. Боли в области почек. Четкая боль при надавливании на уровне реберно-поясничного угла.

3. Легкие.

Хронический кашель со слизистым отделяемым. Периодический спазматический насморк. Астма с нарушениями со стороны мочевого пузыря.

С точки зрения клиники, мы хорошо понимаем «болезнь» Solidago: легкая печеночная- недостаточность с наклонностью к азотемии у больных со склонностью к туберкулезу.

Любое значительное лекарство может быть изучено подобным способом и «клинически оценено». Результатом этого для врача-практика будет большая надежность в выборе лекарства, основание для назначения которого находит новое объяснение. Наоборот, установление совокупности симптомов лекарства заставляет думать соответственно о клинических симптомах, наличие которых можно было предполагать или смутно догадываться о них, но «неясно представлять».

Терапевтическая значимость

Не все лекарства одинаковы по ценности и с терапевтической точки зрения, предлагаемой нам врачебной наукой: одни находятся вверху шкалы, другие занимают только нижние ступени.

Действие одних препаратов глубокое и длительное — это основные лекарства.

У других действие поверхностное и недолговечное — это лекарства для острых состояний.

Первые необходимы для полного преобразования организма, для восстановления больного. Вторые показаны для лечения острых болезненных состояний или нарушений, связанных с травмами, а также пароксизмальных состояний, которые могут появляться в ходе развития хронических заболеваний. Их связывают тесные отношения, которые врач-гомеопат должен знать.

Лекарство для острых состояний должно всегда дополняться соответствующим основным лекарством, соответствующим ему, чтобы избежать повторения болезненного состояния. В этом случае говорят, что два лекарства «дополняют друг друга». Некоторые лекарства для пароксизмальных состояний определенным образом группируются вокруг основных лекарств. Их показания к назначению обычно дополняют друг друга: образованная таким образом группа препаратов составляет «семейство», род которого определяется основным лекарством, а индивидуумы — менее важными лекарствами.

Одним словом, если следовать нашему клинико-терапевтическому рассуждению, мы можем установить постоянную связь между каждым образованным таким образом семейством лекарств и одной из пяти хронических интоксикаций, которые мы обычно находим, отдельно или в определенном сочетании, в основе каждой болезни или, лучше сказать, болезненного состояния (токсинные категории).

Таким образом, мы можем рассматривать совокупность гомеопатических лекарств как настоящую «терапевтическую серию», в которой могут быть описаны: род — токсинные категории; вид — семейства лекарств; индивидуумы — лекарства.

Вы найдете то же расположение не только в природной классификации животных или растений, но также и в классификации людей. Эта классификация представляет полную аналогию с нашей терапевтической классификацией.

Дополняющие лекарства, семейства лекарств, токсинные категории образуют в действительности настоящую терапевтическую серию, элементы которой точно соответствуют реакционным модальностям каждого больного и различным этапам каждого заболевания.

Гомеопатические антидоты

-

Гомеопатический антидот — это не то же самое, что антидот в аллопатической фармакопее.

С точки зрения аллопатической фармакологии, антидот вещества — это агент, борющийся с интоксикацией, вызванной этим веществом, посредством химической нейтрализации. Другими словами, антидот — это противоядие. Интоксикация медью нейтрализуется сульфатом железа, т. к. в этом случае образуется нерастворимое соединение, которое организм не может больше поглотить. Интоксикация фосфором нейтрализуется сульфитом меди и скипидаром, интоксикация мышьяком — солями магнезии и известью и т. д.

Гомеопатический антидот — это лекарство, нейтрализующее патогенное действие вещества. Это лекарство, которое противодействует другому лекарству. Оно определяется согласно закону подобия, а не закону противоположности. Речь идет не о том, чтобы нейтрализовать вредное или токсическое действие вещества, речь идет только о том, чтобы помешать и остановить действие лекарства, прописанного в слишком высокой потенции или принимаемого слишком долго. Гомеопатический антидот определяется, как и любое гомеопатическое лекарство, в соответствии с симптомами, имеющимися у пациента.

Рассмотрим основное различие между антидотами аллопатическими и гомеопатическими. При видимом результате или даже продолжая предписанное лечение, врач-аллопат будет увеличивать дозу лекарства в надежде добиться более быстрого результата. Даже если больной жалуется на новые нарушения, которые не связываются в сознании врача-аллопата с клинической причиной болезни, он обычно посоветует больному продолжать лечение. «Раз оно успешно, продолжайте!»

Рассуждение врача-гомеопата при подобных обстоятельствах совершенно противоположно. Опытного гомеопата всегда настораживает слишком сильное, продолжительное и слишком глубокое действие лекарства, которое он прописывает.

Действие гомеопатического лекарства не должно вызывать появление никаких новых нарушений, т. к. если оно и не становится вредным в обычном смысле, т. к. бесконечно малая доза никогда не может быть токсичной, оно не может больше быть и полезным, его благотворное терапевтическое воздействие исчерпало себя. Никогда нельзя позволить гомеопатическому лекарству работать сверх необходимого терапевтического действия.

На практике могут наблюдаться два следствия действия гомеопатического лекарства:

— если вы добиваетесь результата, прекратите давать лекарство или уменьшите его концентрацию, увеличивая временной интервал между дозами или переходя к более высокой потенции;

— если появляются новые недомогания, не связанные с клиническим развитием заболевания, прекратите лечение и снова обследуйте больного, чтобы подобрать подобный препарат.

Показания к назначению

-

Антидот должен назначаться при любом медикаментозном ухудшении, являющимся следствием приема лекарств.

Что понимается под медикаментозным ухудшением?

Медикаментозное ухудшение — это появление новых нарушений, проявляющихся внезапно или постепенно во время курса гомеопатического лечения. В зависимости от быстроты появления болезненных проявлений различают два случая.

Внезапное ухудшение

Внезапное ухудшение может наблюдаться у больных, которым были назначены препараты в высоких потенциях, например Sulphur 9С, Natrum murianicum 9С, Ignatia 9С.

Рассмотрим следующий случай. Врач-гомеопат назначает пациенту, страдающему гипертонической болезнью, показанный по имеющимся симптомам Sulphur 9С, рекомендуя принять дозу вечером перед сном. На другой день ему звонит жена больного и говорит: «Мой муж как отупевший, у него страшные головные боли, он почти не мочится и не в состоянии встать с постели».

Это является указанием на то, что врач совершил грубую ошибку. Разумеется, он прописал нужное лекарство, в самый раз подходящее больному, но он прописал Sulphur в потенции 9С, не расспросив больного о состоянии его почек и печени. Под влиянием высокой потенции токсины высвободились, но они не могут быть удалены из-за недостаточного функционирования естественных выводных путей: врач «заблокировал» организм больного, вместо того, чтобы разгрузить его. Ничего этого не произошло бы, если бы врач предварительно сделал анализ крови или мочи. С помощью соответствующего лечения он смог бы активизировать функции печени и почек, проведя таким образом предварительный дренаж, позволяющий вывести токсины.

Рассмотрим другой случай. Речь идет о старом солдате колониальных войск, у которого, с тех пор как он возвратился в Европу, наблюдается раз в месяц или раз в шесть недель приступ лихорадки. В интервале между приступами он жалуется на частые головные боли. В этом случае врач сразу же подумал о том хинине, который поглотил больной за многие годы, перенасытив им свой организм, и выписал дозу Natrum muriaticum 9С. На следующий день больной слег в постель с ужасной цефалгией, какую он еще никогда не испытывал, он с трудом мочится и жалуется на сильное чувство голода.

Разумеется, в последующие дни все приходит в норму и в дальнейшем приступы лихорадки наблюдаются все реже и все слабее и уже не повторяются головные боли, но врач смог бы избежать подобной тягостной для больного реакции, не начиная лечения с высоких потенций, действие которых он не мог не знать.

Другой случай. Вы часто встречаете больных, у которых обнаруживаются характерные симптомы Ignatia. Никогда никакое лекарство вам не казалось столь показанным. Но будьте осторожны и не забудьте спросить: «Принимали ли вы стрихнин?» В основном, ответ отрицательный. Продолжайте выяснять, какие другие патентованные фармацевтические средства мог еще принимать больной. Таким образом, вы быстро узнаете, злоупотреблял ли больной стрихнином, который ему назначали, чтобы «поднять на ноги».

Никогда не давайте Ignatia 9С подобному больному. Сразу же появится целый ряд нарушений, драматичный вид которых испугает родственников больного, навсегда отвратив их от гомеопатии.

Я вспоминаю об одной больной, которая спустя несколько часов после приема Ignatia 9С, находилась в чрезвычайно возбужденном состоянии, совершая спазматические движения головой и конечностями, с ригидностью затылка, контрактурами мышц конечностей, с тремором и судорогами. Потом произошла настоящая нервная разрядка, после чего она почувствовала себя лучше, как будто бы одним махом освободилась от всего стрихнина, который поглощала в течение ряда лет.

Можно привести еще множество подобных примеров. Важно, чтобы врачи знали возможность появления подобных ухудшений, которых они могут избежать. Достаточно дать Nux vomica 5С и Berberis 5С больному с симптомами Sulphur, чтобы у него не было никакого первичного ухудшения. У нашего малярийного больного не было бы никаких неприятностей, если бы он принял заранее Helianthus annus 7С или если за дозой Natrum muriaticum тотчас бы следовала доза Silicea 5С Что касается больной Ignatia, то Pulsatilla 5С, принятая вовремя, смогла бы почти сразу же устранить появившиеся нарушения и вывод стрихнина осуществился бы безо всяких осложнений.

По правде говоря, все эти случаи не являются результатом медикаментозного ухудшения. Описанные расстройства соответствуют только реакциям больного, вызванным препаратом в высокой потенции. Это является проявлением «криза выведения», резко спровоцированного лекарством в высокой потенции (7С или 9С). Лекарства, выписываемые вами для уменьшения этого действия, такие, как Nux vomica, Berberis, Silicea, Helianthus, Pulsatilla, не являются настоящими антидотами. Они не нейтрализуют действие данной один раз микродозы, они, наоборот, помогают ей, облегчая выведение высвобожденных токсических веществ, действуя как дренажные средства.

Поэтому, если в начале гомеопатического лечения врач наблюдает (после приема лекарства в высокой потенции) бурную реакцию, не рассматривайте эти проявления как ухудшение, но как полезное, благотворное действие, драматизма которого можно было избежать, если бы вы заранее провели дренирование вашего больного назначением соответствующих препаратов. Интенсивность реакций показывает, что врач-гомеопат попал в точку, что он не ошибся в предписании лекарства. Постарайтесь всегда предупредить ваших больных, особенно новичков, которые никогда не прибегали к гомеопатическому лечению, о возможных первичных ухудшениях состояния.

Часто пациенты бывают, и не без основания, так напуганы этим первичным ухудшением, что тотчас прекращают лечение. Они испытывают больше страданий, когда им не помогают лекарства, призванные помочь выведению освобожденных токсинов в результате действия основного лекарства, прописанного в высокой потенции. На практике резкого медикаментозного ухудшения почти всегда можно избежать. Оно является результатом погрешности врачебной техники: отсутствие предварительного дренажа организма с сильной интоксикацией. Nux vomica, назначенный после Sulphur, Hydrastis после Thuja и т. д. играют роль дренажных факторов, обеспечивая таким образом выход токсинов, освободившихся в результате действия основного гомеопатического лекарства.

Прогрессирующее ухудшение

Истинное медикаментозное ухудшение будет всегда прогрессирующим. Оно появляется после длительного назначения гомеопатического лекарства в следующих случаях:

— слишком частое повторение лекарства в высокой потенции;

— слишком длительное применение лекарства в низкой потенции.

Частое повторение лекарства в высокой потенции

Высокие потенции (7С, 9С) действуют как аутовакцины. При введении человеку аутовакцины вначале отмечают фазу ухудшения, затем фаза улучшения, длящуюся какое-то время, затем снова появляется незначительное ухудшение, и именно в этот момент, когда действие аутовакцины кажется законченным, нужно произвести новую инъекцию. В этом случае фаза ухудшения будет короче, фаза улучшения продолжительней и, именно благодаря постепенным этапам, добиваются желаемого иммунитета.

Действие препарата в высокой потенции протекает примерно таким же образом. Отрицательная фаза соответствует псевдоухудшению, описанному нами ранее, затем появляется положительная фаза, проявляясь состоянием благополучия, эйфории, длящейся довольно продолжительное время в зависимости от лекарства, как правило, 10–12 дней, после чего больной, кажется, возвращается к своему предыдущему состоянию.

Тогда дается вторая доза препарата в высокой потенции, и после более короткой фазы ухудшения, о которой больной часто не имеет никакого представления, наступает более продолжительная фаза улучшения, длящаяся от 15 до 20 дней.

Именно таким образом, повторяющимися дозами одного и того же лекарственного средства, прописываемого все с более и более длительными интервалами, вы сможете постепенно «восстановить» своего больного.

Такова обычная практика гомеопатического лечения, от которой врач-гомеопат не должен отходить. Вы легко поймете, что, если вы будете повторять дозу Sulphur 9С каждый пятый день, не ожидая окончания действия каждой дозы, вы нанесете вред здоровью вашего больного.

Отрицательная фаза от действия первой дозы лекарства в высокой потенции еще не закончена, но уже дается вторая доза, действие которой препятствует появлению фазы улучшения и таким образом нейтрализует положительное действие первой дозы[32]. Очевидно, что, если врач заставит своего больного принять — как это, к несчастью, делают некоторые врачи, называющие себя гомеопатами, — высокие потенции Sulphur, Lycopodium, Thuja, Lachesis, чередуя их все каждые 4–6 дней, он поступит необдуманно. Все это похоже на то, как если бы врач наносил своему бедному больному множество ударов кулаком то с одной стороны, то с другой. В этом случае появляется множество дополнительных болезненных состояний, требующих прерывания лечения и назначения нового лекарства, способного приостановить пагубное действие этих неуместных назначений.

На практике вы иногда встретите больных, которые приходят к вам «в последний раз», как говорят они, «потому что гомеопатическое лечение не принесло результатов», но вызвало серию странных, испугавших их явлений. Расспрашивая их, вы узнаете, что они принимали дозы Sulphur 9С пять или шесть раз за 15 дней или аналогичные, так же часто повторяющиеся дозы Lachesis 9С или Lycopodium 9С.

В качестве иллюстрации вышесказанного рассмотрим следующий пример.

Пусть это будет больной с показаниями к назначению Lachesis, которому врач и дает каждые 3 или 4 дня дозу Lachesis 7С. Неопытный врач думает, что при более частых повторениях будет более быстрый результат, но опытный наблюдатель сразу же станет констатировать усиление симптомов, на основании которых был назначен, — и совершенно правильно — Lachesis.

Больной становится слишком предрасположенным к приливам крови — у него уже были приливы крови — его лицо всегда багровое, заметно биение сонной артерии. Ощущение странгуляции Lachesis, проявляющееся только в жарком помещении или утром, становится постоянным и превращается мало-помалу в ощущение сжатия, такое выраженное, что пациент не может даже глотать. Все происходит, в общем, так, как если бы вы присутствовали при резком обострении обычных симптомов Lachesis, становящихся более острыми, сильными, более «объективными». Показания Lachesis уступает место показаниям Belladonna. Belladonna — это, действительно, гомеопатический антидот Lachesis.

Таким образом, Sulphur может быть антидотом Pulsatilla, Lycopodium — антидотом China и т. д., когда в усилении болезненных симптомов, вызванных повторными приемами высоких потенций, врач узнает симптомы Pulsatilla или Lachesis.

Я вспоминаю, как 20 лет назад меня позвали на консультацию к больному, которому давали повторяющиеся дозы Lycopodium 7С. Спустя несколько часов после 3-ей дозы у него появился такой метеоризм, что его живот утроился в объеме и он не мог вынести малейшего прикосновения — обруч ограждал его живот от простыней; его обычная раздражительность так усилилась, что теперь он не мог переносить ни малейшего шума, малейшего толчка: внезапно закрывающаяся дверь заставляла его вскакивать с постели. Клинически у него были все симптомы кишечной непроходимости. Состояние быстро нормализовалось, благодаря приему China и Lycopodium. Вы знаете отношения, объединяющие China и Lycopodium. Оба оказывают разрушающее действие на печень, но в патогенезе China более резко выражены обычные симптомы Lycopodium. China — это гомеопатический антидот Lycopodium.

Этот простой пример показывает, как можно изучить прогрессирующее обострение болезни во время лечения, при котором слишком часто повторялись высокие разведения гомеопатических полихрестов.

Длительный прием лекарств в низкой потенции

Любой врач-аллопат знает, что может вызвать «медикаментозное обострение», если ежедневно в течение длительного времени будет давать больному 20 или 30 капель основной настойки какого-нибудь лекарственного средства. Врач-гомеопат получит аналогичный результат, если будет слишком долго применять гомеопатическое лекарство в потенции 7С или 6С. Вы не обнаружите явлений интоксикации, нет, но будете констатировать усиление симптомов, на основании которых вы прописали лекарство.

Bryonia, снявшая в начале боль у вашего больного, кажется, больше не действует; Drosera, которая вроде бы уменьшила кашель у больного коклюшем ребенка, не дает больше результата. Почему? Потому, что вы не соблюдали главного правила, доминирующего над всем гомеопатическим предписанием: необходимо сделать интервал в приеме лекарства сразу же, как появился результат.

Однако не следует думать, что нужно применять гомеопатические лекарства только в тех потенциях, которые приведены в этой книге.

Указывая величину потенции, я лишь указываю, какие — высокие, средние или низкие — потенции следует использовать в том или ином случае.

Старые гомеопаты имели привычку говорить: гомеопатия действует «omni dosi» т. е. независимо от величины дозы. И они были правы при условии, однако, что лекарство подобрано правильно, что характерные симптомы лекарства подобны конкретным симптомам болезни. Вы можете найти в сочинениях Кента (Kent) и его учеников прекрасные примеры случаев выздоровления благодаря высокому, один раз данному, разведению. Купер (Cooper) описывает блестящие результаты, достигнутые единственной каплей основной тинктуры Scrophularia nodosa или Condurango, принимаемой каждые 15 дней. Но у всех авторов вы найдете мудрый совет не злоупотреблять гомеопатическими средствами, какой бы потенцией вы не пользовались, не назначать более одного препарата за раз и избегать частого повторения доз.

Если повторение высоких потенций вызывает серию «несвоевременных шоков», способствующих усилению деритмии пациента и разладу его внутреннего состояния, повторение низких разведений и, тем более, основных тинктур, сразу же «добавляет» к действию болезни действие выписанного без разбора лекарства в материальных дозах или пролонгированного действия[33].

Как понимать гомеопатические антидоты?

-

Гомеопатический антидот определяется клиническим синдромом, появляющимся во время массивной и длительной абсорбции гомеопатического лекарства.

Этот синдром добавляется к совокупности патогенетических расстройств, вызванных болезнью пациента — острой или хронической. Одной-единственной дозы лекарства-антидота бывает достаточно, чтобы явления, появляющиеся в результате чрезмерного действия препарата, применяемого в течение слишком долгого времени.

Лекарство-антидот — это обычно лекарство, патогенез которого содержит симптомы, подобные симптомам, обычно вызываемым упомянутым средством, и которые определяют его гомеопатическое использование при этом пароксизмальном состоянии.

Несколько примеров позволят вам быстро понять смысл определения гомеопатического антидота.

Alumina

Представьте себе больного, которому врач давал какое-то время Alumina из-за запоров с сухим, твердым, с трудом выходящим стулом. Почему испражнения пациента Alumina сухие? Из-за сухости слизистых оболочек, таких же сухих, как и кожа. Но если испражнения бывают иногда твердыми, они также могут быть мягкими. Если от них трудно освободиться, то это потому, что у них глинистая консистенция, они выходят и возвращаются обратно в прямую кишку, так что больной часто вынужден помогать себе пальцем. К сухости слизистых оболочек и кожи добавляется еще сухость глотки.

Alumina не относится к быстродействующим лекарствам, она действует длительно. Но предположим, что после улучшения, продолжающегося определенное время, больному стало хуже: запор появился снова и с теми же симптомами, что и раньше — испражнения сухие и твердые, но к этому добавились еще другие симптомы. Например, сильная жажда, тогда как раньше он такой жажды не испытывал; кожа стала жирной, желтушного цвета. Больной боится даже пошевелиться, так как боли усиливаются от движения.

Основным лекарством, нейтрализующим действие Alumina, является Bryonia. Вы увидите впоследствии, что ее патогенез соответствует пароксизмальному хроническому состоянию, представленному пациентом Alumina.

Antimonium crudum

Возьмем другое лекарство: Antimonium crudum. Вы знаете характерный симптом этого лекарства: боли в животе после переедания (идет ли речь о ребенке или о взрослом), которые характеризуются следующими объективными симптомами: на языке плотный, белый, как молоко, налет; появляются позывы к рвоте, часто с рвотой; в уголках рта трещинки; обильное слюнотечение и особенный понос — полужидкий полутвердый. Печень увеличенная и твердая. Вот краткая картина желудочного расстройства, соответствующего Antimonium crudum.

Предположим, что врач дает больному это лекарство в разведении от 3С до 6С уже длительное время, тогда как хватило бы одной или двух доз для выздоровления; вначале будет наблюдаться улучшение, затем последует ухудшение здоровья, проявляющееся другими симптомами того же порядка, что и симптомы Antimonium crudum, но более выраженными. Усилится слюнотечение, появится металлический и немного солоноватый привкус; язык, вместо белого налета, будет покрыт желтым, более плотным налетом и на нем будут оставаться отпечатки зубов. Если вы осмотрите рот, то заметите небольшие афты, что указывает на глубокое изменение состояния пищеварительного аппарата; слизистая оболочка затронута, вы заметите маленькие язвочки неодинаковой формы. У больного отмечается рвота и боли в области печени. Что касается кишечника, испражнения не будут состоять из двух частей — жидкой и твердой, но стул весь будет жидкий и зеленоватого цвета. Когда больной идет в уборную, у него впечатление, что он никогда не сможет до конца совершить акт дефекации, он испытывает тенезмы и будет тужиться, как будто в прямой кишке у него что-то осталось.

Это характерные показания для назначения Mercurius — антидота Antimonium crudum.

Antimonium tartaricum

Рассмотрим другое лекарство — Antimonium tartaricum. Теоретически можно сказать, что у Antimonium tartaricum симптомы развиваются над диафрагмой, тогда как симптомы Antimonium crudum развиваются под диафрагмой. Это прием мнемотехники, позволяющей лучше запомнить различия патогенезов двух лекарств.

Симптомы Antimonium tartaricum следующие: у больного кашель, ему тяжело дышать, дыхание шумное. При осмотре отмечаются диссеминированные хрипы повсюду, больной отхаркивает, но немного, он задыхается от мокроты, которую с трудом может сплюнуть. Кашель проявляется сильнее ночью, особенно около трех часов, и вынуждает его сидеть в постели, но не наклоняясь вперед, как это делает пациент Kali carbonicum.

Другой небольшой объективный симптом Antimonium tartaricum: ноздри трепещут, широко открыты, движения их синхронны с дыхательными движениями. Я вам подскажу еще другой симптом: ужасная сонливость.

Какое лекарство давать при обострении симптомов Antimonium tartaricuml Состояние уже и так довольно тяжелое, т. к. пациент задыхается и имеется неярко выраженный цианоз. В Materia Medica есть лекарство, патогенез которого соответствует отеку легкого с клинической точки зрения. У больного непрерывный кашель, удушающий, длящийся всю ночь. При аускультации слышны частые, очень диссеминированные хрипы без всякого отхаркивания. Если отхаркивание возможно, то мокрота часто с кровью. Однако если врач будет длительное время прописывать Antimonium tartaricum, то появятся кровянистые прожилки в мокроте и другие симптомы Ipecacuanha, и не нужно вспоминать о тошноте и геморрое, вызываемых ею, нужно вспомнить о чрезвычайно быстрой блокаде легкого.

Когда врач входит в комнату такого больного, его поражает тяжелое дыхание и кашель, напоминающий кашель Phosphorus; но у пациента Phosphorus кашель сотрясает все тело больного, у него температура и ограниченные гиперемированные участки, а у Ipecacuanha нет частых хрипов по всему легкому и, если мокрота отходит плохо, то тошнота постоянная с обморочным состоянием и холодным потом.

Ipecacuanha — антидот Antimonium tartaricum.

Но не нужно думать, что существует единственный антидот для данного лекарства. Так, мы можем взять Antimonium tartaricum и противопоставить его другому лекарству.

Одной из характеристик Antimonium tartaricum является сонливость. Если врач будет давать часто и долго Antimonium tartaricum в низких разведениях при ухудшении бронхопневмонии или пневмонии, то вы получите симптомы, на основании которых было прописано это лекарство.

Пациент настолько слабый, что постоянно находится в сонном состоянии, из которого его трудно вывести, дыхание шумное, как у пациента Antimonium, но более глубокое потому, что оно хрипящее. Он будет багровым, сонным, обессиленным, почти в коме, и, тогда как при Antimonium tartaricum пульс учащенный, теперь он слабый и еле прощупывается. Это показания для назначения Opium.

Antimonium tartaricum может иметь два антидота, в зависимости от эффектов, получаемых от его применения.

Arsenicum album

Продолжим наше исследование и возьмем хорошо известное лекарство — Arsenicum album. Какие лекарства можно использовать в качестве антидотов при ухудшении состояния вследствие приема Arsenicum album?

Arsenicum album, например, показан при приступах астмы, чувстве стеснения в груди, появляющихся при малейшем физическом напряжении: подъеме по лестнице, совершении какого-нибудь жеста и т. д. Небольшой симптом Arsenicum album — утром, как только больной повернется в своей постели, его сердце начинает быстрее биться; пульс утром более частый, чем вечером. Приступ астмы появляется обычно между полуночью и 3 часами ночи, и, вместо того, чтобы сесть в постели, как это делает пациент Antimonium tartaricum, больной поднимается и идет к открытому окну, чтобы подышать свежим воздухом. Кашель сухой, раздирающий; мокрота пенистая и в то же время больной страдает от жгучей боли в верхней трети правого легкого, которую можно успокоить только теплыми компрессами. Пациент пьет холодную воду небольшими порциями, но часто, и через некоторое время у него появляются позывы на рвоту. Он постоянно находится в возбужденном состоянии со страхом смерти.

Представим теперь, что одышка этого больного после временного улучшения возобновляется, легкое полностью блокировано, пациент не может больше ни дышать, ни отхаркивать, у него повсюду диссеминированные хрипы и постоянное удушье, кашель затяжной, особенно по ночам — какое же лекарство нейтрализует в этом случае действие Arsenicum album? Это будет Ipecacuanha. Так же, как она была антидотом Antimonium tartaricum, также она будет антидотом Arsenicum album.

Это следует хорошо знать, чтобы избегать чередования двух лекарств, противоположных друг другу. Если в один день врач прописывает Ipecacuanha и Arsenicum album в чередовании, не нужно удивляться, что он не получает никакого результата. Показанным может быть только одно из этих лекарств: или Ipecacuanha или Arsenicum album, или Antimonium tartaricum. Только тогда, когда врач будет назначать каждое из этих лекарств по отдельности, руководствуясь точными показаниями, он избежит риска быть вынужденным искать средство для нейтрализации своего собственного лечения, и, как только станет заметно улучшение, то вместо того, чтобы повторить или увеличить дозу, следует перейти от 6 к 12 делению или от 12 к 30 с достаточными интервалами.

Таким образом врач избежит возможного ухудшения и не возникнет больше вопроса, стоит или не стоит использовать гомеопатические антидоты.

Представим теперь больного, которого уже лечат уколами какодилата натрия, и вследствие этого лечения у него поражена печень, пожелтело лицо и т. д., в общем, налицо незначительные симптомы отравления мышьяком. В этом случае ему не поможет Ipecacuanha, т. к. у него нет симптомов, характерных для этого препарата, но из-за жгучих болей, возбужденного состояния по ночам, из-за его желания найти местечко попрохладнее, из-за его угнетенного состояния и усталости врач даст ему единственное лекарство, показанное при этом состоянии — Sulphur, который обезвредит пагубные последствия интоксикации мышьяком.

Теперь подумайте о Sulphur 5С или 7С для вашего больного, отравленного инъекциями какодилата натрия. Подождите несколько дней, прежде чем заново, путем тщательного обследования подобрать ему необходимое для излечения лекарство.

Chamomilla

Существует растение, которое часто используют и как целебный настой, и как лекарство: Chamomilla. Ромашка сыграет в конце концов скверную шутку с тем, кто ею злоупотребляет. Некоторые люди с плохим пищеварением, выпивая чашечку отвара после приема пищи или в интервале между приемами, находятся в состоянии нервного возбуждения, у них изменяется характер болей, а возбудимость усиливается до такой степени, что иногда бывает трудно различить в наблюдаемой клинической картине симптомы, вызванные действием поглощаемого ежедневно отвара ромашки, и симптомы, принадлежащие собственно заболеванию пациента.

У больных усиливаются, главным образом, боли в животе, они страдают от колик с отхождением газов, что, однако, не облегчает состояния, а боли заставляют сгибаться вдвое. Появляется понос зеленого цвета с характерным запахом тухлых яиц. Больной раздражен, обидчив, жалуется на все. Вскоре его состояние изменяется. Если это ребенок, требовавший ранее, чтобы его постоянно носили на руках, или взрослый, хотевший ездить на машине, то теперь он не хочет даже двигаться, он не может переносить ни автомобиль, ни поезд. Если он двигается, особенно если едет в машине, то у него возникает тошнота, боли в животе, как если бы острые камни бились внутри друг о друга. Боли сопровождаются поносом: испражнения больше не зеленоватые, а желтоватые, и стул бывает или утром, или когда он начинает ходить; в то же время он испытывает ощущение все увеличивающейся слабости. Это четкие показания для назначения Cocculus. И действительно, Cocculus — превосходный антидот ромашки, принимаемой в виде настоя в течение длительного времени.

Предположим, что речь идет о больном, страдающим непереносимостью боли и бессонницей; в этом случае антидотом Chamomilla будет Coffea.

Предположим, что речь идет о женщине или беспокойном ребенке, которому вы прописали Chamomilla и получили хорошие результаты. Если вы будете продолжать рекомендовать это лекарство, то ваш беспокойный пациент станет очень неприятным и чувствительным, плачущим из-за пустяков; сейчас он хочет игрушку, через минуту она ему уже не нужна — это характер Chamomilla (в то время как окружающим кажется, что какая-то вещь ребенку вредна, ребенок просит ее и она ему нравится, и, что парадоксально, приносит ему пользу). Все это явления нервной неустойчивости, требующей назначения Ignatia.

Cocculus, Coffea и Ignatia — вот три основных антидота Chamomilla[34].

Ferrum

Это обычно используемое в аллопатической медицине лекарство очень часто смущает наших пациентов: «Как же так, Вы выписали мне железо?» При анемии обычно назначают протоксалат железа или железосодержащее драже. И такие пациенты приходят потом на прием не с симптомами какого-то заболевания, а с симптомами лекарственной интоксикации. Это симптомы полезно знать, т. к. они позволяют врачу-гомеопату быстро подобрать соответствующий антидот.

Основные показания, по которым обычно назначают препараты железа в аллопатической медицине, и, особенно, в гомеопатической — резкие чередования покраснения и бледности лица, бледность слизистых оболочек. Тщательно осматривая больного Ferrum, вы заметите легкое улучшение от холодных вещей, например, если у него болят зубы, ложка холодной воды облегчит боль; впрочем, такой человек испытывает постоянное желание поесть хлеба с маслом.

Заметьте эти два незначительных симптома: зубная боль, уменьшающаяся от холодной воды и постоянное желание хлеба с маслом. Первый симптом характерен для Pulsatilla, но зато Pulsatilla не может терпеть жирные продукты, особенно масло. Хотя ребенок Ferrum не будет завтракать, но съест четверть фунта масла с хлебом в 4 часа дня, он будет постоянно хотеть только масла и хлеба. Поэтому у него появятся нарушения пищеварения, причина которых единственная: чрезвычайное употребление жирных продуктов.

С другой стороны, больной Ferrum испытывает чередование ненасытного голода с полной анорексией и эта изменчивость снова заставит подумать о Pulsatilla, у которой «все изменчиво». Другим интересным симптомом Ferrum является ночное обострение. После полуночи у больного начинается рвота пищей, которую он съел в полдень — это запоздавшая рвота; у него также бывают поносы, главным образом, непереваренной пищей.

Что же происходит с пациентом Pulsatilla? Здесь рвота наблюдается как ночью, так и днем и, что характерно, у больного полностью отсутствует жажда. Рвота содержит пищу, съеденную уже очень давно, — симптом, принадлежащий и Ferrum. Наконец, у Pulsatilla понос бывает тоже ночью, что, однако, не мешает больному иметь жидкий стул и днем, но, тем не менее, он не имеет никогда ни той консистенции, ни того вида, ни даже того цвета.

Я мог бы еще долго продолжать противопоставление патогенезов Ferrum и Pulsatilla. Если у Ferrum все изменчиво только со стороны органов кровообращения, то у Pulsatilla все изменчиво со стороны всех органов: нервной системы, дыхательной, циркуляторной и т. д. Больной Ferrum чувствительный, он краснеет при любой эмоции, больной же Pulsatilla плачет по пустякам. Существуют совершенно одинаковые симптомы в патогенезах обоих лекарств, например, люмбаго. У Ferrum это отражается болью в почках ночью, больной должен встать и медленно ходить, т. к. он испытывает облегчение при медленной ходьбе; больной Pulsatilla предпочитает быть на свежем воздухе и совершать длительные прогулки. Между этими двумя модальностями нужно провести параллель.

Ferrum: облегчение от легкого движения и небольшой прогулки медленным шагом.

Pulsatilla: улучшение от длительных прогулок по свежему воздуху.

Боль в почках у Pulsatilla облегчится, если лечь на бок и усилится при лежании на спине; боль Ferrum облегчается в положении стоя.

Вы видите, какие отношения существуют между этими двумя лекарствами. Pulsatilla, демонстрирующая преувеличение всех симптомов Ferrum, которые проявляются в основном со стороны органов кровообращения, тогда как Pulsatilla представляет более обширное воздействие, но которое всегда характеризуется переменчивостью.

Mercurius

У Mercurius очень много антидотов, интересных для изучения. Изучая их, вы поймете, как можно свести к минимуму во время лечения первичные ухудшения от действия гомеопатических лекарств, необходимых для лечения больного.

Психический симптом, который преобладает у больного, принимающего препараты ртути, — это замедленность его мышления, и вы это заметите сразу, как только он переступит порог вашего кабинета. Напрасно вы будете его торопить, изводить вопросами, он все равно будет отвечать вам медленно. Вы его спрашиваете: «Сколько вам лет?» Поколебавшись, он ответит: «Сорок два». — «Какими болезнями вы болели?» Через несколько минут: «Ветрянкой». Затем, еще через несколько минут: «Скарлатиной» и т. д.

Эта медлительность очень характерна для сифилитиков, которых лечили ртутью в аллопатических дозах. У таких больных вы всегда найдете этот лекарственный симптом: полусонное сознание, больному лень отвечать на поставленные вопросы. Существует другой характерный симптом: они не могут выносить яркого света, хотя Mercurius является очень ценным лекарством для кинематографистов, которые вынуждены работать при ярком освещении. Mercurius corrosivus особенно хорошо излечивает конъюнктивиты у артистов кино.

У больных Mercurius отмечается зловонный запах изо рта и при осмотре вы заметите отпечатки зубов на языке, который покрыт желтоватым налетом. С другой стороны, вы заметите симптомы стоматита: десны опухшие и болезненные при пальпации, афты и маленькие язвочки могут наблюдаться или на внутренней стороне щек, или на деснах. Вы можете отметить также острую ангину со склонностью к нагноению.

Представьте себе, что состояние обостряется. Связано ли это с ртутной интоксикацией, или с тем, что болезнь развивалась, минуя стадию Mercurius, но вы теперь видите перед собой больного с чрезвычайной чувствительностью к надавливанию (пациент Mercurius не был особенно чувствительным), со склонностью к нагноению десен (гной пополам с кровью), с более выраженной болью в горле, как будто в гландах заноза или острый предмет. То есть появляются показания для назначения Hepar sulphur.

Неважно, из-за какой из перечисленных выше причин ухудшается состояние, в любом случае вы отмечаете глубокие язвочки с характерными болями, с ощущением чего-то колющего или занозы при малейшем ощупывании. Они более красные в центре, чем на периферии, что является противопоказанием к назначению Mercurius: у них вид бифштекса с кровью; общее состояние очень тяжелое. Это ясное показание pjui Nitricum acidum.

Hepar sulphur и Nitricum acidum — это не только антидоты при интоксикации ртутью на различных стадиях, они также лекарства, которые «дополняют» Mercurius, когда его действие истощается или когда последний не смог подействовать, так как его слишком поздно прописали.

Вы видите, что, изучая гомеопатические антидоты, мы также изучаем тесные связи, которые существуют между различными лекарствами. Эти связи полезно знать, т. к. они помогают врачу в выборе лекарства. Во время войны, в госпитале, которым я руководил, я лечил солдат, подвергнувшихся газовой атаке: состояние одних, пораженных слезоточивым газом (при котором назначение Sabadilla оказывает превосходное действие), облегчалось с помощью Pulsatilla, а состояние пораженных ипритом быстро улучшилось, благодаря применению Hepar sulphur — гомеопатического антидота веществ, входящих в состав иприта.

Гомеопатические антидоты

Фактически, гомеопатический антидот — это «лекарство, быстро нейтрализующее действие предыдущего лекарства», действие, перешагнувшее порог полезности, перешагнувшее границы терапевтического воздействия и вызвавшее совокупность физических или субъективных, функциональных или сенсорных нарушений, которые иногда имеют драматические последствия, когда они вызывают тяжелые состояния или органические поражения, ставящие жизнь пациента в опасность.

В случае, который известен как «ухудшение вследствие медикаментозного лечения», вы должны, с помощью ваших собственных методов обследования, найти в Materia Medica необходимое лекарство-антидот. Точное знание Materia Medica дает практикующему врачу-гомеопату полную уверенность в правильности своих действий, т. к. он всегда может эффективно нейтрализовать нежелательные последствия действия гомеопатического лекарства, независимо от причины.

Несовместимость гомеопатических лекарств

-

В любом общественном коллективе и даже в сообществе животных одних людей тянет к другим; некоторые, наоборот, не могут ужиться друг с другом или понять друг друга и при малейшем контакте возникают споры и конфликты. Так же дело обстоит и с гомеопатическими лекарствами. Некоторые не могут вместе уживаться или, вернее сказать, не могут «сочетаться».

Говорят, что существует «несовместимость», когда взаимные действия двух лекарств диаметрально противоположны. Эти лекарства, находящиеся в «состоянии вражды», никогда не должны назначаться вместе или в чередовании. Из-за того, что они действуют по-разному, наступает расстройство жизненной силы, проявляющееся в различных болезненных состояниях, которые заставляют страдать больного, компрометируют гомеопатическую медицину и подрывают репутацию лечащего врача-гомеопата.

Знание несовместимых между собой гомеопатических лекарственных средств необходимо практикующему врачу-гомеопату. Оно избавит его от многих неприятностей в его практике и объяснит точную причину неудач, которые он не смог объяснить.

Общие несовместимости

Всегда нужно учитывать, что некоторые вещества вредны для гомеопатического лечения, что их употребление ослабляет или полностью нейтрализует действие гомеопатических лекарств.

Основные из них:

— кофе;

— уксус;

— мята;

— ромашка;

— камфора.

В большинстве случаев, они не полностью нейтрализуют действие лекарства, а лишь ослабляют или уменьшают объем действия. В некоторых особых случаях, они радикально вредят терапевтическому воздействию: вещество как бы действительно оказывается антидотом назначенного лекарства.

Asterias rubens, Caulophyllum — кофе;

Ignatia, Nux vomica — кофе;

Tabacum — уксус;

Causticum — ромашка;

Benzoicum acidum, Zincum — вино;

Bromium — соль;

Arum triphyllum — сыворотка и кислоты.

Эти взаимозависимости легко запомнить. Скажем, Asterias rubens, Caulophyllum, Ignatia и Nux vomica не будут действовать, если больной будет продолжать пить кофе. Не забывайте следить за диетой ребенка, который принимает Arum triphyllum, т. к. лимонад или молочная сыворотка помешают действию прописанного лекарства и вы не добьетесь результата.

Особая несовместимость

-

Большой интерес представляют «враждебные» отношения, существующие между некоторыми лекарствами, которые делают невозможным их совместное назначение из-за изменений, происходящих вследствие их взаимных терапевтических воздействий и нарушений, которые они могут вызвать в организме.

Вот список этих несовместимых друг с другом гомеопатических лекарственных средств.

Ammonium carbonicum и Lachesis

Ammonium carbonicum, карбонат аммония, является химическим веществом, тогда как Lachesis — змеиный яд. Изучим их действие и тогда мы ясно увидим, почему они несовместимы[35].

У пациента Ammonium carbonicum ухудшение состояния происходит обычно в сырую погоду, ночью, около 3 часов ночи, а улучшение наступает от тепла.

У пациента Lachesis, наоборот, ухудшение утром, при изменении погоды и из-за жары. Это последнее ухудшение и ухудшение вследствие действия прямых солнечных лучей характерны для данного лекарства. Пациенту лучше на свежем воздухе и после истечений. Это не является соответствующей модальностью, противоположной Ammonium carbonicum, который совершенно отличается относительно могущих произойти истечений.

Основной характеристикой Ammonium carbonicum со стороны психики и нервной системы является склонность к обморокам: пациент вынужден носить с собой флакончик с нюхательной солью, т. к. каждую минуту он может потерять сознание.

Пациент Lachesis совершенно не думает, что ему может стать плохо, но у него особое нервное состояние, что-то вроде маниакальной одержимости: религиозная мания, мания преследования. Обморочное состояние у него бывает очень редко, только во время острой сердечной недостаточности или при кровотечении.

Пациент Ammonium carbonicum все время сонный; Lachesis, наоборот, всегда находится в состоянии сильного возбуждения, что проявляется в чрезмерной болтливости.

Вы уже видите огромный контраст, существующий между этими двумя лекарствами. При детальном изучении вы заметите у пациента Ammonium carbonicum чувство боли в голове, распирания, как будто она сейчас лопнет, и это ощущение бывает особенно сильным по утрам.

У пациента Lachesis вы заметите не только ощущение переполнения, но и прилив крови к голове и нарушения со стороны кровообращения с покраснением лица. Эти нарушения наблюдаются как утром, так и вечером, но особенно после пребывания на солнце. Особенно отмечают приливы крови к лицу в период менопаузы или при отсутствии менструации.

Симптом, общий для двух препаратов: кровотечения. Кровотечения Ammonium carbonicum черной кровью со сгустками, оно может появиться в любой момент и из любого естественного отверстия. Кровотечения Lachesis тоже из естественных отверстий, черной со сгустками кровью, но сгустки разложившиеся и имеющие особый вид: рубленой соломы. Кровь очень неприятно пахнет. Характерное кровотечение Ammonium carbonicum — это носовое кровотечение во время умывания лица, особенно по утрам. Носовое кровотечение Lachesis не представляет ничего особенного, но у пациента Lachesis часто наблюдаются кровоподтеки, синяки, внезапные кровотечения, пурпуры, петехии, т. е. то, чего вы не найдете у Ammonium.

В патогенезе обоих препаратов имеется геморрой: геморрой, обостряющийся во время месячных — Ammonium carbonicum; улучшающийся во время месячных — Lachesis. Заметьте, как только у больной Lachesis начинаются месячные, ей тотчас становится лучше. Какова особенность геморроидальных шишек у Lachesis с объективной точки зрения? Они пурпурные, синеватые, иногда черноватые.

Итак, налицо различие между двумя лекарствами, как с патогенетической, так и с клинической точки зрения.

Возьмем другой общий для обоих препаратов симптом: сердечную недостаточность. Сердечная недостаточность Ammonium carbonicum сопровождается обмороками, но причина обмороков скорее нервного характера, нежели циркуляторного. Я напомню вам, что больной всегда находится в сонливом состоянии и имеет склонность к обморокам, тогда как сердечная недостаточность Lachesis является следствием геморрагии и наблюдается во время тяжелой болезни, например, септицемии. Этот обморок сопровождается ощущением сжатия, которое характерно, впрочем, для действия всех ядов.

Сжатие у Lachesis наблюдается в области грудной клетки. Поэтому больной не может переносить, когда что-то сжимает ему горло или талию. У него обнаруживается и другое нарушение кровообращения — прилив крови к лицу.

Существует еще один симптом, общий для Ammonium carbonicum и Lachesis — это чувство стеснения в груди. Постоянное стеснение у Ammonium carbonicum, усиливающееся при малейшем движении, даже если больной поднимает руку, когда он находится в кровати или немного походит, но особенно это стеснение усугубляется в жаркой комнате.

У Lachesis это скорее всего ухудшение, появляющееся внезапно. Когда пациент засыпает, то чувствует, что сейчас задохнется, он отбрасывает одеяло, спрыгивает с постели и открывает форточку, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Подобная форма удушья наблюдается при некоторых видах аортита. Пациент Lachesis нуждается в свежем воздухе, он хочет быть обдуваемым на расстоянии и не спеша, это расходится с желанием Carbo vegetabilis, который хочет, чтобы его быстро обмахивали и воздух шел прямо на него, т. к. он не может вдыхать воздух из-за состояния асфиксии; это больной, которому постоянно нужен баллон с кислородом.

Вы заметите гангренозные изъязвления как у Ammonium carbonicum, который является химическим веществом, так и у Lachesis — который является ядом. Но особенностью гангренозных язвочек Lachesis является то, что они совершенно черные, синюшные, тогда как у Ammonium carbonicum они имеют зловонный, гнилостный запах и сопровождаются выраженной аденопатией.

Если вы хотите теперь подчеркнуть общую модальность, разделяющую Ammonium carbonicum и Lachesis, вы заметите, что пациенту Ammonium carbonicum хуже всего, когда у него кровотечение, тогда как у пациента Lachesis, наоборот, состояние облегчается, когда у него гуморрагия или месячные.

Рассматривая и сравнивая этих двух пациентов с клинической точки зрения, заметим, что у обоих налицо нарушения токсического порядка, но нарушения у Ammonium carbonicum вызваны сильной интоксикацией крови, тогда как нарушения Lachesis являются следствием эндокринных нарушений: критический возраст или микробная инфекция крови (септицемия).

У пациента Ammonium carbonicum постоянно понижено давление тогда как у Lachesis, как правило, повышено.

Итак, вы видите, с одной стороны, гипотонию из-за воздействия химического вещества и, с другой — гипертонию из-за действия яда. Вы не можете назначать эти два лекарства одновременно или в чередовании т. к. клинически они связаны с различными синдромами, а также потому, что они представляют совершенно различные патогенетические симптомы.

Теперь, надеюсь, вам понятны причины полной несовместимости между Ammonium carbonicum и Lachesis.

Apis и Rhus toxicodendron

Чтобы понять, почему два лекарственных средства несовместимы между собой, всегда следует рассматривать их патогенезы параллельно.

Укус пчелы, Apis, вызывает отек; Rhus toxicodendron, растертый на коже, вызывает образование волдырей. Вот уже два различия: с одной стороны — локализованный или общий отек; с другой стороны — опухоль с волдырями. Изучая отек Apis внимательнее, вы заметите, что он — розовый, в то время как опухоль Rhus toxicodendron никогда не бывает розовой, наоборот, она имеет бросающийся в глаза темно-красный цвет. Это еще одно большое различие.

Отек Apis — это скорее полупрозрачная припухлость, которая часто локализована на веках или, в частности, на язычке мягкого неба, который свисает как полупрозрачный язык колокола. Вот точная характеристика отека этого лекарства, которая, кстати, характерна и для патогенеза Kali bichromicum, но в этом случае отек сопровождается вязкими выделениями, зеленоватыми и липкими, которых нет у Apis.

Отек Rhus toxicodendron представляет собой красную опухоль со жжением и зудом, которая, как правило, локализована на коже.

И у Apis, и у Rhus toxicodendron наблюдается гиперчувствительность — невозможно дотрагиваться ни до отека одного, ни до волдырей другого. Но у Rhus toxicodendron свежий воздух и особенно холодный воздух усиливает боль, т. е. отмечается чувствительность кожи к холодному воздуху. У Apis, наоборот, улучшение от холодного воздуха. Вы, кстати, знаете характерные боли этого лекарства: колющие и жгущие, как раскаленными на огне иголками, с улучшением от холода и ухудшением от жары.

Следует хорошо помнить основное отличие: у Rhus toxicodendron — ухудшение от холода, у Apis — улучшение от холодных компрессов.

Маленьким симптомом, общим для двух лекарств является желание холодного молока; но если вам будет трудно заставить Apis выпить жидкость, потому что для него характерно полное отсутствие жажды, то больной Rhus toxicodendron всегда испытывает непреодолимую жажду.

Наконец, у Apis не увеличиваются лимфоузлы, а у Rhus toxicodendron они почти всегда увеличены при любом заболевании. Если, например, вы сталкиваетесь с рожистым воспалением, то у Apis будет поражена больше поверхность тела, а лимфоузлы не будут прощупываться; у Rhus toxicodendron воспаление будет локализированным, лимфоузлы увеличены.

Если вы откроете рот субъекта Rhus toxicodendron, вы увидите характерный только для этого лекарства симптом — красный треугольник на кончике языка. Во рту субъекта Apis вы увидите отек и сухость слизистой оболочки, которая блестящая и красная, что характерно для воспаления слизистой Apis.

С психической точки зрения оба этих больных немного отчаявшиеся, особенно больной Apis, который из-за выраженности воспаления и остроты симптомов сильно страдает и у него потребность кричать, стонать. Он двигается в постели, ворочает голову с одной стороны на другую, испускает нечленораздельные пронзительные крики (энцефалитические), конвульсивно подергивает головой и конечностями, и, растянувшись, вскоре впадает в кому.

Субъект Rhus toxicodendron постоянно находится в движении. Он двигает не только головой, но и руками и ногами. Он останавливается, только когда чрезмерно устал от ломоты в костях, но все равно и в этом состоянии он испытывает потребность в движении. В лихорадочном состоянии он не кричит, у него бред с бормотанием, он распростерт, но никогда не впадает в кому.

Рассмотрим ревматическое состояние с опуханием суставов. У больного Apis суставы розовые, до них невозможно дотронутся, не вызвав острую боль, улучшение наступает от холодных компрессов, что кажется любопытным, т. к. обычно тепло — седативное средство, применяемое в этих случаях. Напротив, субъект Rhus toxicodendron будет чувствителен, когда вы его выявите, он не переносит холод и не может держать сустав неподвижным. При осмотре вы констатируете, что затронут не сам сустав, а околосуставные ткани и сумка.

Антагонизм между действиями Apis и Rhus toxicodendron также хорошо заметен и в избирательной локализации: при Apis обычно поражаются слизистые и серозные оболочки; при Rhus toxicodendron — кожа и фиброзная ткань. Эта существенная разница и делает их несовместимыми.

Arsenicum album и Pulsatilla

Это полностью несовместимые между собой препараты, что заметно уже с первого взгляда. Почему? С одной стороны, вы имеете субъекта с постоянной тревогой, страхом смерти и находящегося в возбужденном состоянии — Arsenicum album. С другой стороны — робкого, плаксивого, меланхоличного и смиренного — Pulsatilla. Пациент Pulsatilla находится в подавленном состоянии и не двигается; Arsenicum album подавлен, но моментами он очень подвижен, тревожен, беспокоится о своем состоянии; возбуждение более выражено ночью между часом и тремя часами. Маленький объективный симптом: больной Arsenicum album всегда засыпает, держа руки над головой, в то время как субъект Pulsatilla всегда засыпает, держа руки за головой.

У Arsenicum album боли жгучие, успокаивающиеся от теплых компрессов; у Pulsatilla они дергающие, блуждающие, внезапно появляются и исчезают постепенно, сопровождаются ознобом и жаром, а боли Arsenicum album могут существовать сами по себе без жара и озноба.

Arsenicum album испытывает жажду, которую утоляет маленькими дозами, но часто повторяемыми. У Pulsatilla никогда нет жажды (полное отсутствие жажды: Apis, Gelsemium, Pulsatilla).

Воспаление органов дыхательной системы Arsenicum album раздражающее: насморк жгучий, вызывающий экскориацию слизистой; трахеит со жгучими болями; легочная гиперемия со зловонной или кровяной мокротой; астма, которая пробуждает в полночь и заставляет покинуть кровать; спазматический кашель с пенной мокротой. Ничего раздражающего нет у Pulsatilla: воспаление слизистых характеризуется появлением желтоватых выделений без запаха. Кашель влажный днем, сухой — ночью; непрекращающийся, он мешает спать, т. к. больной должен оставаться в положении сидя.

Рассмотрите состояние кожи. У Pulsatilla не имеется зуда, в то время как кожа Arsenicum album сухая, часто наблюдается экзема с чешуйчатым шелушением, жжением и уменьшением зуда от теплых компрессов. У Pulsatilla нарушено венозное кровообращение (цианоз конечностей) с тенденцией к варикозному расширению, ухудшение при воздействии холода. Наконец, прострация, которая выражена у Arsenicum album, не наблюдается у Pulsatilla, вы скорее отмечаете покорность. Если у Arsenicum album наблюдается чередование возбуждения и депрессии в один и тот же день, что является особенностью лекарства (больной чувствует себя хорошо, потом, внезапно, он думает, что произойдет что-то серьезное, т. к. внезапно он чувствует себя угнетенным); то у Pulsatilla отмечается изменчивость настроения, симптомов, но вы никогда не заметите похожего чередования прострации и возбуждения.

В целом, если у Arsenicum album наблюдается некоторая периодичность, то у Pulsatilla этого не отмечается. Все меняется легко, но в глубине, это то же состояние, которое выражается различными симптомами. Периодичность Arsenicum album проявляется через день, каждые три дня, или каждую неделю. Значит, вы не можете давать вместе Arsenicum album и Pulsatilla, даже чередуя их, т. к. между ними — полная несовместимость.

Baryta carbonica и Calcarea carbonica

Оба препарата являются химическими субстанциями и можно подумать, что их можно назначать одновременно. Но следует помнить, что Calcarea carbonica или, скорее, «ostrearum» — белая, покрытая налетом часть створки раковины устрицы.

Calcarea carbonica и Baryta carbonica имеют общие симптомы: они чувствительны к холоду и к влажности. У больного, нуждающегося в одном из этих лекарств, всегда увеличены миндалины с тенденцией к возникновению абсцессов и острых тонзиллитов. Он страдает ревматическими болями в суставах, усиливающимися или появляющимися во влажную погоду.

На первый взгляд можно подумать о совместном назначении Baryta и Carcarea carbonica, но если углубится в детали, то вы поймете невозможность этого.

У человека Baryta carbonica застывшее выражение лица. Такая своеобразная маска бывает у людей с врожденным сифилисом.

У взрослого Calcarea carbonica средняя часть тела очень расширена и выпячена вперед, у него большой желудок, как перевернутая соусница.

Женщины Baryta carbonica маскулинизированы. Женщина Calcarea carbonica — это толстая блондинка с бледной как мел кожей, часто потеющая. Пот имеет несколько кисловатый залах. Менструации наступают раньше срока, очень обильные и сопровождаются такой сильной усталостью, что женщина ожидает их с ужасом. Она почти всегда в крови, каждые двадцать дней с периодом от 10 до 15 дней; она вялая, утомленная, апатичная.

Ребенок Baryta carbonica обычно дебил или умственно отсталый. Ребенок Calcarea carbonica имеет большую голову и большой живот, и вы знаете его характеристики: увеличенные лимфатические узлы, экзема за ушами, кислотность пищеварительного тракта, медлительность и апатия. В целом, эта медлительность доминирует в патогенезе Calcarea carbonica. Вы найдете ее и у Baryta carbonica, но это будет замедленность развития: ребенок Baryta carbonica начинает ходить очень поздно он медленно растет, медленно учится говорить, отстает в умственном развитии. Ребенок Calcarea carbonica медлителен в движениях, но если он апатичен, то он быстро растет, у него наблюдаются ростовые боли, он умен и если он сильно устает при интеллектуальной работе, это проходит после приема лекарства.

С клинической точки зрения, субъект Baryta carbonica — «остановившийся», «фиксированный» больной. Хотя лимфатические узлы поражены, но они затвердевшие и неизменные, хотя волокнистая ткань затронута, но деформации развиваются медленно (ретракция ладонного апоневроза), частые атеромы. Baryta carbonica — одно из главных лекарственных средств при повышенном давлении. В анамнезе такого больного часто можно найти давний врожденный сифилис. У больного Calcarea carbonica болезненное состояние постоянно эволюционирует. Его защитная аденопатия, особенно против туберкулинной интоксикации, деформации, потения головы, кислотность пищеварительного тракта — все заставляет думать о рахите. Практически никогда Calcarea carbonica не назначается пожилым людям, это лекарство растущего и развивающегося организма, устанавливающее равновесие тканевых и эндокринных функций.

Causticum и Phosphorus

Патогенезы этих двух химических субстанций такие разные, что вы не сможете обмануться. У Causticum доминирует правая локализация болезненных состояний, у Phosphorus — левая.

У них есть общий симптом — жжение. Жжение, как от негашеной извести у Causticum в застарелых хронических язвах или язве желудка; жжение у Phosphorus повсюду — на ногах, на спине, в желудке, в кишечнике. Это индивид, все тело которого «горит», точно фосфор со своими горючими свойствами; кажется, что он освобождается от жара.

Causticum очень угнетенный, обессиленный, уставший; Phosphorus, наоборот, чрезвычайно подвижен и тревожен. Он также боится смерти, но он очень подвижен, в то время как субъект, нуждающийся в Causticum, скорее страдает парезом; кстати, одна из основных характеристик этого субъекта — паралич.

У Causticum никогда не наблюдается геморрагий, в то время как phosphorus — лекарство геморрагии. У Causticum никогда не бывает жара; это — не лекарство фебрильного или острого состояния. Phosphorus наоборот, часто используется при фебрильных и острых состояниях. Но не нужно думать, что Phosphorus — это лекарство, показанное только при острых состояниях, потому что в лечении повышенного артериального давления, холецистита или гепатита он используется с успехом.

Naja и Lachesis

Naja и Lachesis имеют одинаковые симптомы со стороны нервной и сердечной систем: у обоих ощущение сжатия сердца, ощущение, которое мы находим, кстати, у всех ядов. Оно более выражено на уровне сердца у Naja, но у Lashesis это ощущение проявляется на шее, в груди и на поясе.

У Naja ощущение сокращения сердца сопровождается функциональными расстройствами: сердечный кашель (расширение аорты), боль на уровне левого виска, в левой затылочной области, надорбитальная боль слева, которая сопровождается сердечными расстройствами и наконец, отмечается особая тенденция к самоубийству.

Тяга к самоубийству у Naja не такая, как у Lachesis, где это чувство постоянное и становится настоящей навязчивой идеей. У Naja оно появляется внезапно, особенно вечером или ночью, когда он лежит в кровати: сначала появляется что-то вроде хандры, а затем внезапное желание самоубийства[36].

Lachesis не думает о смерти, но во сне видит смерть, он видит тех, кого потерял или присутствует на собственных похоронах.

Другой симптом Naja: это чрезвычайная слабость со стороны сердца; пульс быстрый, но очень слабый и в то же время у больной боль в левом яичнике, которая всегда сопровождается иррадиацией со стороны сердца.

У Lachesis также наблюдается боль в левом яичнике, но без иррадиации. Больной Lachesis испытывает ощущение сокращения сердца, он не может выносить тесную одежду, у него внезапное чувство жара и ощущение, что он задыхается, как только начинает засыпать.

Digitalis и China

Назначать эти препараты вместе было бы большой ошибкой, т. к. между ними абсолютная несовместимость. Однако у них есть и общие симптомы: слабость, нарушения деятельности печени с тенденцией к желтухе. Но у Digitalis имеется предрасположенность к сердечным нарушениям, а у China — к печеночным. У Digitalis поражается сердце, у China — печень.

Характерный симптом Digitalis — ощущение, словно сердце сейчас перестанет биться; больной вынужден застыть неподвижно, чтобы сердце начало нормально биться. Этот симптом противоположен Gelsemium, который чувствует, что сердце останавливается, но он должен двигаться или сделать какой-то жест, чтобы снова завести «мотор».

У China наблюдается увеличение печени, вздутие живота, тимпанит, метеоризм с ухудшением состояния после еды, часто диарея. Испражнения желчные, желтоватые с непереваренной пищей и последующим состоянием депрессии и полной усталости.

Но существуют два симптома, которые полностью разделяют Digitalis и China: у первого вы заметите отеки, у второго — кровотечения. Отеки Digitalis — локализованные или общие, зависят от функционального состояния сердца; сердце бьется неравномерно, есть аритмия, в то время как у China сердце бьется ритмично, но быстро, с крайне слабым пульсом, поэтому характерны обильные потери физиологических жидкостей: бели, диареи, кровотечения.

С клинической точки зрения патогенез Digitalis соответствует асистолии и сердечной недостаточности: пульс редкий, больной думает, что сердце остановится в любую минуту. Патогенез China соответствует клинике анемий, вызванных кровотечением, которые сопровождаются печеночными расстройствами.

Итак, имеется абсолютный антагонизм между действиями этих лекарств, и мы констатируем это как с клинической точки зрения, так и с терапевтической.

Dulcamara и Belladonna

В начале рассмотрим общие для обоих препаратов симптомы: увеличение лимфоузлов при остром заболевании. Но у Belladonna наблюдается чрезмерная выраженность симптомов, которые сопровождаются расстройством кровообращения. Каждый раз воспаление сопровождают четыре симптома: опухоль, боль, чувствительность и жар, особый жар, потому что он излучает тепло. Больной Belladonna излучает свою температуру; если вы дотронетесь до опухоли или абсцесса, нуждающегося в этом лекарстве, вы констатируете интенсивный жар, даже приближая руку, вы ощутите излучающийся жар.

У Dulcamara ночью, особенно во влажную погоду, также увеличиваются лимфоузлы. При резком изменении погоды у ребенка увеличиваются шейные лимфоузлы, но они нечувствительные, ни красные, ни желтые. Увеличение лимфоузлов у Dulcamara наблюдается преимущественно осенью, а у Belladonna появляется в любой момент, как летом, так и зимой.

Могут быть поражены суставы. Боли Dulcamara сильнее всего при влажной погоде с улучшением при движении. Боли Belladonna, наоборот, требуют абсолютного покоя: больной не должен шевелиться, легкий толчок кровати пробуждает боль в пораженном суставе.

Наконец, со стороны слизистых отмечается сильная секреция у Dulcamara — обильный насморк или бели; в то время как у Belladonna наблюдается сильная сухость слизистых с ощущением стягивания глотки: слизистая такая сухая, что больной хочет сглотнуть, но не может сделать этого, потому что появляется спазм при каждом глотке.

Glonoin и Aconitum

Glonoin действует только на сосудистую систему, Aconitum действует на артериальную и нервную системы. Они несовместимы: назначив Aconitum субъекту с патогенезом Glonoin, вы ухудшите состояние больного.

Со стороны головы симптомы Glonoin следующие: горячая голова с приливами жара; прилив крови и гиперемия с пульсацией; пульсация сонной артерии на уровне шеи; больной пытается оставаться совершенно неподвижным, сидит, замерев и зажав голову между руками, чтобы полностью обездвижить ее. Он часто чувствует сильную пульсацию в голове и врач также может видеть сильные толчки, синхронные с пульсацией сердца.

У больного Aconitum нет этих симптомов: у него тяжелая голова, ощущение жара, но он не пытается оставаться спокойным, он, наоборот, подвижен. Он подвижен также и с психической точки зрения: больной тревожен, боится умереть и считает неизбежным свой близкий конец.

Больной Glonoin полностью отупевший, он не думает ни о чем, потому что имеется сильная гиперемия мозга; он ближе к полной коме тогда как субъект Aconitum, наоборот, подвижен, просит помощи и постоянно думает о приближающейся смерти, которую он считает неминуемой. Он красный, но его лицо менее багровое, менее гиперемированное, менее синюшное, чем лицо Glonoin. Однако его краснота представляет типичную модальность: как только больной усаживается в кровати, он бледнеет и ему становится плохо. Этого состояния не существует у Glonoin: сидит ли больной или лежит, его лицо всегда красное и с видимой пульсацией сонной артерии на шее.

Ignatia и Nux vomica

У Ignatia все парадоксально и ничто не основывается на реальности. У Nux vomica существуют реальные функциональные нарушения, выраженные точными симптомами, как, например, бессонница, когда больной не может заснуть вечером, просыпается в 3 часа ночи и потом не спит, или он засыпает, чтобы проснуться утром измученным. Имеются расстройства со стороны печени и желудка, геморроидальные узлы, неэффективные позывы к дефекации, короче, все симптомы постоянные, в отличие от симптомов Ignatia, которые соответствуют болезненному состоянию с парадоксальными проявлениями и представляют чрезмерную вариативность. У Nux vomica повышенная возбудимость нервной системы, но наблюдается определенное постоянство в имеющихся симптомах.

Для Ignatia антидотами являются кофе и табак, между ними — несовместимость. Когда вы назначаете этот препарат человеку, который много курит или пьет много кофе, первое, что вы должны сделать — это убрать этот напиток и значительно уменьшить количество выкуриваемых сигарет, иначе Ignatia не принесет результата.

Kreosotum и Carbo vegetabilis

Kreosotum и Carbo vegetabilis имеют общий симптом: кровотечение разложившейся кровью. Но кровь Kreosotum сильно раздражает слизистые и кожу; Carbo vegetabilis соответствует заключительной фазе болезни и если из-за слабости или деструкции органических тканей происходит это кровотечение, вы констатируете всегда один и тот же результат: разложившаяся кровь.

Кровотечение Kreosotum из слизистых вызвано деструкцией тканей; кровотечение Carbo vegetabilis — из естественных отверстий тела; кровотечение Kreosotum — очень обильное, у Carbo vegetabilis — частое и повторяющееся, но не обильное, скорее несильное.

У Kreosotum есть небольшой характерный симптом: малейшая рана сильно кровоточит, как у Phosphorus, и малейшего столкновения или травмы достаточно, чтобы вызвать кровотечение; например, после коитуса у женщины идет кровь из шейки матки. У Carbo vegetabilis вы не встретите кровотечения травматического происхождения, но зато отметите множественные спонтанные экхимозы, петехии с чередованием обильных кровотечений, соответствующих конечному периоду серьезной болезни.

Основное различие между Kreosotum и Carbo vegetabilis заключается в том, что действие Kreosotum вызывает разъедание слизистых оболочек и костей, например, особый кариес, который появляется на едва прорезавшихся зубах: зубы у детей 7, 8, 9 лет поражены кариесом и распадаются на куски, как только появляются.

Выделения и экскориация тоже различные: у Kreosotum они особенно разъедающие, раздражающие; бели настолько едкие, что прожигают белье, у них отвратительный запах. Кожа раздражена, больная страдает от зуда наружных половых органов или промежности, а также от болей, особенно, жгучих.

У Carbo vegetabilis также отмечаются жгучие боли, особенно в желудке, которые сопровождаются газами и тимпанитом. У больного асфиксия, у него потребность в свежем воздухе, необходимо быстро обмахивать его веером и с близкого расстояния, т. к. он не может вдохнуть достаточно кислорода, необходимого легким, у него воздух в животе и его нет в легких. К тому же он весь холодный: ноги, руки, губы, нос, даже дыхание холодное. У Kreosotum, наоборот, сильный жар, как у Sulphur.

Lachesis и Aceticum acidum

Почти всегда существует несовместимость между ядами и кислотами. Однако Lachesis и Aceticum acidum имеют общую характеристику: это — кровотечения. Но эти кровотечения различны: у Lachesis они из естественных отверстий тела разложившейся кровью и сопровождаются очень серьезными нарушениями со стороны сосудистой системы. Кровотечения Aceticum acidum появляются после работы и при раковых опухолях: желудочные, кишечные, маточные.

Основное различие, позволяющее дифференцировать эти два лекарства, заключается в том, что у Lachesis приливы жара и нарушения кровообращения сопровождаются гиперемией и краснотой лица, а у Aceticum acidum — сильной бледностью. Он бледный, похудевший, с опухшим лицом и отеком конечностей, особенно ног.

Таковы объективные различия больных Lachesis и Aceticum acidum. Но если изучать параллельно два патогенеза, то можно заметить, что есть и другие довольно характерные различия.

У Lachesis вы отметите ощущение сжимания шеи и живота; больной представляет щипчики, которые сжимают его в правой ипохондриальной области. У него также гиперчувствительность кожи стенки живота: он не может переносить давления рубашки или простыни.

У Aceticum acidum нет ощущения сжатия, но у него ощущение жжения в желудке и в груди, сопровождаемое холодным потом на лбу. Больной Aceticum acidum очень напоминает больного Veratrum album, для которого тоже характерен холодный пот на лбу, появляющийся после кишечных нарушений и после диареи. У Aceticum acidum диарея характеризуется водянистыми испражнениями, которые появляются особенно утром и всегда сопровождаются тимпанитом. Живот вздутый, напряженный; часто кровь примешана к этой водянистой диарее, что говорит о кишечном кровотечении. Часто скапливается жидкость в животе, т. е. наблюдается водянка брюшной полости.

Характерный симптом Aceticum acidum — отек из-за скопления жидкости под кожей или в брюшине. Характерный симптом Lachesis — расстройство кровообращения с тенденцией к гиперемии.

Lilium tigrinum и Helonias

Оба действуют на матку, вызывая рефлекторные расстройства, распространяющиеся из матки; для обоих характерна несильная психическая депрессия. Но депрессия Lilium tigrinum сопровождается отчаянием, потому что больная думает, что умрет, так как очень больна; ее душа в опасности, она тревожится за свое благополучие. Имеется особое психическое расстройство. Больная представляет, что она неизлечимо больна; постоянно двигается, стонет, ворочается, каждую минуту меняет положение, ее моральные страдания удваиваются физической подвижностью.

Больная Helonias, наоборот, угнетена, у нее полный упадок сил, она удручена, остается неподвижной, спокойной, и если она раздражена, то не в физическом смысле, а в психическом, потому что не способна выдержать ни малейшего противоречия, ни малейшего умственного напряжения. Ей лучше, когда она рассеяна.

Существует и другое значительное различие: у больной Lilium tigrinum отмечается выраженное сексуальное возбуждение, которого нет у Helonias, наоборот, у нее часто сниженное половое желание. Сексуальное возбуждение Lilium tigrinum объясняется тем, что она постоянно испытывает ощущение давления внизу живота, словно ее внутренние половые органы вываливаются наружу и она вынуждена поддерживать их рукой или носить бандаж в виде буквы «Т», чтобы бороться с этим ощущением. У нее происходит постоянное физическое раздражение гениталий, ее мысли направлены в эту сторону и иногда эти мысли превращаются в непристойные, напоминающие мысли Staphysagria. Эти болезненные идеи глубоко затрагивают ее и часто наблюдается что-то вроде религиозной мании, в которой она считает себя проклятой и преследуемой.

Больная Helonias часто жалуется на боли со стороны молочных желез, опухших и болезненных, особенно в период менструации. Lilium tigrinum жалуется на боли под левой грудью и в то же время на ощущение сжатия сердца; сердечные расстройства интересны тем, что они сопровождаются болезненной иррадиацией в правую руку, а не в левую. Клинически представлены все признаки стенокардии, характеризующиеся ощущением сжатия сердца, невозможностью ходить, иррадиацией в правую руку.

С клинической точки зрения также отмечается значительная разница между этими двумя лекарствами. Если Lilium tigrinum соответствует выпадению матки, перемещению органа (ретроверсия или антеверсия), то Helonias соответствует метритам, изъязвлению шейки матки и рефлекторным функциональным расстройствам. Таким образом, Helonias показан больным, которые страдают от желудочных нарушений и у них улучшение при лейкорее. При гинекологическом осмотре констатируется изъязвление шейки матки.

Moschus и Ambra

Moschus и Ambra — два несовместимых лекарства, однако они кажутся близкими по вызываемым ими нарушениям и клиническим проявлениям этих нарушений.

Оба вызывают нервозность с сексуальным возбуждением, но у Ambra проявляется значительная нервная гиперчувствительность, а у Moschus — спазматическое состояние. Можно было бы подумать, что эти два лекарства могут вместе использоваться в лечении больного. Но нет они несовместимы и во всех справочниках по Materia Medica особо отмечают эту несовместимость. Посмотрим почему.

У Moschus сексуальное возбуждение психического порядка, а у Ambra возбуждение чисто физического порядка.

Больного Moschus осаждают идеи, у него страстные сексуальные желания. Если это мужчина, то у него страстные желания со сперматореей. Если это женщина, у нее тоже страстные желания, но сразу появляется тошнота после коитуса, иногда даже рвота, которая заставляет думать, что она беременна, хотя это не так. Это нервная гипервозбудимость сопровождается потребностью плакать, стонать, жаловаться; через минуту появляется сумасшедший смех, который длится 4–5 минут и эти чередования означают глубокое нервное нарушение равновесия.

С другой стороны больной Moschus, который много жалуется и беспрерывно стонет, неспособен точно описать свою боль, дать ее характеристику, особенно уточнить место, где она локализована. Если врач настаивает, он разгневается, т. к. очень раздражителен. Наконец, его легко испугать.

Moschus — несдержанный человек, он легко «вскипает», но иногда у него возникают душевные кризисы с чувствительностью к некоторым запахам. У него тенденция терять сознание из-за пустяка и желание стимулирующих веществ. Ammonicum carbonicum хочет вдохнуть что-то возбуждающее через слизистую носовых полостей, a Moschus пытается набраться сил, выпивая алкогольные коктейли или портвейн. Ему это, может быть, удается, но так как он еще больше возбуждает нервную систему, появляются спазматические конвульсии с истерической формой кризов, иногда вплоть до потери сознания, что заставляет думать о сердечных нарушениях, в то время как никаких других сердечных симптомов нет. Основная характеристика Moschus — чрезвычайная бледность лица, которая появляется резко с ощущением упадка сил и сильного холода.

Если вы посмотрите на больную Ambra, то увидите, что это немного другое. Она гипервозбудима до такой степени, что звуки музыки вызывают слезы, как и у Natrum muriaticum. С другой стороны, она настолько раздражительна, что не переносит никого рядом с собой, любит оставаться одна, т. е. она необщительна, тогда как больная Moschus охотно общается и предпочитает общество.

Больная Ambra представляет, с другой стороны, что-то вроде преждевременной старости: она усталая, у нее чувство слабости с нежеланием думать, ходить, выполнять повседневные обязанности, читать и т д., она больше не останавливает свое внимание на чем-либо, кажется, что она преждевременно постарела. У нее, как и у Moschus, учащенное сердцебиение, но, в то время как сердцебиение Moschus — сумасшедшее из-за испуга или неприятности, то сердцебиение Ambra сопровождается ощущением тяжести в груди. Если вы ее осмотрите, то выявите также онемения и зуд, и у Ambra всегда есть физическое раздражение, которого нет у Moschus.

У Moschus речь идет скорее о психических симптомах; у Ambra — о раздражительности и о физических симптомах.

Nitricum acidum и Lachesis

В этом случае имеется обычный антагонизм между ядом и кислотой.

Чрезвычайно важно установить параллель между этими двумя лекарствами; часто дают Lachesis, когда показан Nitricum acidum и наоборот. Ни в коем случае нельзя давать их вместе, они имеют различные модальности, хотя у них есть и общие симптомы.

У обоих левосторонняя локализация поражений и кровотечения. Но в то время как у Nitricum acidum кровь ярко-красная, кровь Lachesis красно-черная, коричневая, разложившаяся, со сгустками, которые напоминают порезанную солому, что характерно для кишечного кровотечения.

Кровотечения Nitricum acidum из раны или изъязвления; кровотечения Lachesis — это кровоточивость всех органов из-за того, что нарушен состав крови. У Nitricum acidum нет изменения крови; у Lachesis кровотечения часто септического порядка.

Что касается психики этих двух больных, то они оба — гиперчувствительны, но Nitricum acidum очень раздражителен и не выносит даже малейшего противоречия, потому что он болен очень давно и именно болезнь является причиной плохого настроения, раздражительности, сварливости. У него навязчивые идеи, он в отчаянии: «Я посетил много врачей и никто не смог мне помочь, я никогда не выздоровею». Он беспокойный, озабоченный и встревоженный. Но этот невыносимый больной Nitricum acidum становится совершенно очаровательным, если он проедет сотню километров в автомобиле. Достаточно посадить его в автомобиль и ему уже лучше. Характерная модальность Nitricum acidum, которая доминирует над всем патогенезом, — улучшение при езде в автомобиле. У Cocculus или Tabacum, наоборот, ухудшение при езде на пароходе или в машине.

У Lachesis наблюдается нервная гиперчувствительность, но это не раздражение Nitricum acidum, это — другое: чрезвычайная словоохотливость, особенно вечером, человек не может спать, у него потребность говорить, т. к. пациент знает, что ему станет хуже после сна, особенно утром. Он представляет особенные психические расстройства, религиозную манию, ревность без мотива, что у Nitricum acidum отсутствует. У Lachesis есть еще особенный симптом — это меланхолия после сна: больному отвратительна жизнь при пробуждении, потому что у него ухудшение после сна, а также потому, что он давно болен и имеются глубокие изменения в составе крови. Существует любопытный феномен — улучшение состояния Lachesis при выделениях. Как только появляется кровотечение, насморк или бели, ему тотчас же становится лучше. У больного Nitricum acidum состояние улучшается при езде в машине. Вот две довольно странных модальности, которые помогут выбрать одно из этих лекарств.

Боли Nitricum acidum колющие, как от заостренного предмета. Боль Lachesis сжимающая; как и у всех ядов — ощущение сжатия шеи, сердца, живота.

Боль Nitricum acidum всегда ухудшается ночью и при перемене погоды. Боль Lachesis ухудшается после сна, при пробуждении и от жары: больной Lachesis не может выносить жару и особенно прямые солнечные лучи.

Рассмотрим боли более детально, например, головную боль. У Nitricum acidum особая головная боль, словно голова сильно сжата в тисках, и эта головная боль уменьшается, как только больной окажется в машине. Напротив, у Lachesis ощущение сжатия шеи, живота, но не головы. Две основные характеристики головной боли Lachesis — это прилив крови, часто с приливами жара и любопытным ощущением «словно глаза тянут назад», которое есть и в патогенезе Paris quadrifolia.

При внимательном обследовании можно заметить, что на языке Nitricum acidum имеются маленькие везикулы, чрезвычайно болезненные, с колющими болями, как от заостренного предмета, т. е. это характерные боли Nitricum acidum. Язык очень болезненный, часто на внутренней стороне щек имеются маленькие язвочки. Они неровные, дно — кровоточаще красное, как сырое мясо, и они чрезвычайно болезненны при прикосновении, легко кровоточат.

У Nitricum acidum доминирует кровотечение из раны или из язвы: когда дотрагиваешься до язвы Nitricum acidum, тотчас же появляется кровь.

Язык у Lachesis блестящий, как отлакированный, но он дрожит и когда больной высовывает язык, то цепляется за нижнюю зубную дугу. Губы Lachesis словно отлакированные, голубоватые, блестящие, в то время как на губах Nitricum acidum имеются с каждой стороны на уровне спаек губ маленькие язвочки, как правило, гладкие и болезненные.

Вы видите основное различие между Nitricum acidum и Lachesis; язва, с одной стороны, гиперемия — с другой.

Продолжим дальше сравнительное изучение патогенезов этих двух препаратов.

Запор Nitricum acidum сопровождается болями перед, во время и после дефекации. Присутствуют боли и во время испражнений, когда существует трещина или язва прямой кишки; эта боль остается после дефекации как ощущение занозы в прямой кишке. В патогенезе Ignatia есть сходный симптом: ощущение иголок в прямой кишке, оно сопровождается парадоксальной модальностью: чем тверже кал, тем меньше страдает больной. У Lachesis также наблюдается запор с ощущением давления в прямой кишке. Чем сильнее больной хочет в туалет, тем больше увеличивается чувство давления; у него часто появляется ощущение закрытого ануса. Такой же симптом есть и у Lycopodium: ребенок тужится, чтобы сходить в туалет, но не может освободиться от кала и плачет; все происходит, словно анус закупорен.

Геморроидальные узлы Nitricum acidum наполнены кровью, кровоточащие красной кровью и с колющими болями. Основная характеристика — больной не может дотрагиваться до них, он вынужден пользоваться ватой, потому что малейшее прикосновение туалетной бумаги причиняет ему сильную боль — это характерное показание для этого лекарства при поражениях ануса или прямой кишки. Геморроидальные узлы Lachesis — голубоватые, черноватые, но они не болезненные, как у Nitricum acidum. Заметьте, что при малейшем кровотечении больному сразу же становится легче; улучшение при выделении — характерная модальность Lachesis.

Маленький симптом Nitricum acidum — красный кончик носа, а у Lachesis — все лицо опухшее, багровое, у больного гиперемия.

У Lachesis отмечается разъедающее ощущение в мочевом пузыре; а у Nitricum acidum — покалывание в уретре и мочевом пузыре. Моча имеет особую окраску, как осадок сидра и, с другой стороны, специфический запах лошадиной мочи. Этот запах, свидетельствующий о повышенном содержании гиппуровой кислоты в моче, требует назначения Nitricum acidum. Отметьте также характерный признак Nitricum acidum — ощущение холода в уретре при мочеиспускании. На половых органах имеются кондиломы и вегетации.

Если вы исследуете кожу этих двух больных, антагонизм станет еще более ясным.

У Nitricum acidum на коже имеются очень болезненные кровоточащие язвы с неровными краями. На коже Lachesis находим спонтанные экхимозы, пурпуру и петехии, иногда варикозные язвы с голубоватыми, мертвенно-бледными, почти черными краями.

Нельзя давать вместе эти два лекарства — Nitricum acidum и Lachesis. Вы никогда не найдете характерные симптомы этих двух лекарств одновременно, т. к. с точки зрения патогенеза, также как и с клинической точки зрения, эти два препарата являются антагонистами: кислота со своими язвами и кровотечениями, яд — с изменениями крови и нарушением кровообращения.

Paris quadrifolia и Ferrum phosphoricum

В патогенезах этих двух препаратов находим только одно общее показание: невралгия, но в то время как невралгии Paris quadrifolia — настоящие невралгии, невралгии Ferrum phosphoricum всегда сопровождаются симптомами гиперемии. Значит, они различаются с клинической точки зрения.

Если углубиться в детали, то можно увидеть с помощью нескольких симптомов различия, которые реально существует между Paris quadrifolia и Ferrum phosphoricum.

Головная боль Paris quadrifolia охватывает всю голову, у больного впечатление, что голова внезапно увеличилась в размерах. Это впечатление увеличения объема головы характерно и для Bovista, но у Paris quadrifolia оно сопровождается ощущением тяжести во лбу и на орбитах. Существуют два характерных ощущения со стороны глаз: с одной стороны — ощущение давления в глазах, точно они выпучиваются; с другой — ощущение, словно глазные яблоки тянут друг к другу нитью, привязанной к корню носа, что имеется также в патогенезе Lachesis.

Головная боль Ferrum phosphoricum другая, у нее нет особенных приступов. Голова очень горячая, головная боль с гиперемией, приливами жара, иногда температурой, т. к. вы знаете, что Ferrum phosphoricum — лекарство для фебрильных состояний. Всякий раз, когда больной шевелится или оступается, когда он кашляет, все ему отдается в голову, как у Belladonna. Боли сильные, уменьшающиеся только от холодных компрессов. Глаза не выступают вперед, как у Paris quadrifolia, но они налиты кровью, красные, в них жжение, больной часто трет веки, словно в глаз попала песчинка.

Основное отличие состоит в том, что у Paris quadrifolia поражается левая сторона тела, а у Ferrum phosphoricum — правая. Paris quadrifolia соответствует левосторонней невралгии лица; Ferrum phosphoricum — надорбитальным невралгиям правой стороны. Если у Paris quadrifolia наблюдаются невралгии в чистом виде, то невралгии Ferrum phosphoricum всегда сопровождаются гиперемией.

И у Paris quadrifolia, и у Ferrum phosphoricum есть в патогенезе невралгия скуловой кости. Но у Ferrum phosphoricum — это правосторонняя невралгия с воспаленным красным ухом, покраснением глаза и щеки, а у Paris phosphoricum — это левосторонняя невралгия без симптомов гиперемии.

Межреберные невралгии Paris quadrifolia сопровождаются спазматическими симптомами со стороны пальцев одной руки, особенно левой, и иррадиацией в шею, в голову или в руку с этой же стороны.

У Ferrum phosphoricum межреберные невралгии всегда правосторонние, нередко с плевролегочной локализацией. Все затронуто: плевра, легкое, кожа и состояние сравнимо с тем, что описывали раньше под названием «активной гиперемии груди».

Paris quadrifolia соответствует боль на уровне шестого шейного позвонка. У Ferrum phosphoricum нет особой локализации боли, только правосторонняя иррадиация в правую руку, в сочетании с симптомами лихорадки при поражении плевры и легкого.

Симптомы Paris quadrifolia — невралгического порядка, симптомы Ferrum phosphoricum — воспалительной природы.

Phytolacca и Mercurius

Необходимо запомнить, что эти два лекарства несовместимы, т. к. легко можно назначить их вместе больному застарелым сифилисом или врожденным сифилисом: оба эти лекарства действуют на железы, слизистые оболочки и кости, с ухудшением во влажную погоду, но при детальном изучении отмечаются существенные различия между патогенезами Phytolacca и Mercurius.

Больной Phytolacca полностью изнурен и испытывает ощущение слабости в мышцах, ломоту в теле, немного напоминая этим Arnica. Он чрезвычайно уставший, дрожь появляется при малейшем движении. У больного Mercurius также наблюдается слабость с дрожью, которая усиливается при малейшем напряжении. Как только больной Mercurius совершает физическое усилие, появляется сильное дрожание, которое ярче выражено утром.

Phytolacca имеет очень любопытную характеристику — потребность сильно сжимать зубы. Это больные, которые просыпаются ночью, сильно сжимая челюсти. Тот же симптом наблюдается у детей или взрослых, страдающих зубами. А у Mercurius другой характерный симптом — ощущение удлинения зубов: больной не пытается соединить зубные дуги, т. к. это вызывает ужасную боль. С другой стороны, у Mercurius находим объективные симптомы, которых не существует у Phytolacca — симптомы гингивита или стоматита, в т. ч. и зловонный запах изо рта, характерный для Mercurius. У Phytolacca язык обычно красный, словно он ободран, с маленькими везикулами по бокам и очень болезненный. Язык Mercurius не болезненный, но он очень широкий, распластавшийся, покрыт очень густым желтоватым налетом и сохраняет отпечатки зубов. У Mercurius повышенное слюноотделение, слюна неприятно пахнет, она гнойно-кровянистая и вязкая. У Phytolacca есть характерная особенность: давление на язык вызывает боль в корне языка.

У Phytolacca имеется на небных дужках покраснение в виде двух красных мазков. Вся глотка Mercurius красная, этих двух мазков нет, но миндалины — большие и очень болезненные; часто у врача создается впечатление, что образуется абсцесс или флегмона. Больной хочет пить, но рот очень влажный, т. к. есть гиперсаливация. У обоих затруднено глотание, которое вызывает острые боли. У Phytolacca они иррадиируют в уши.

У Mercurius наблюдаем зеленоватую диарею, которая всегда сопровождается сильными тенезмами. Больной считает, что он никогда не опустошит кишечник. У Phytolacca не бывает ни диареи, ни кишечных расстройств, но он представляет особый симптом: внезапно больной просыпается ночью с ощущением кинжальной боли в анусе. Это ужасное ощущение, которое длится иногда минуту. При наружном осмотре находят только небольшую местную гиперемию, иногда проктит. Phytolacca — единственное лекарство, в патогенезе которого есть беспричинная боль в анусе, появляющаяся ночью и внезапно будящая больного.

В патогенезе обоих лекарств есть поражения гланд. У Mercurius доминирует тенденция к нагноению, гланды рыхлые, есть аденит и периаденит. Важный характерный симптом Phytolacca — это плотные, длинные гланды.

Боли Phytolacca невралгические и распространяются по ходу нервных путей. Они неожиданно появляются и также исчезают, как удары электрического тока. Эти боли усиливаются ночью и во влажную погоду, В этом они похожи на боли Mercurius, которые также ухудшаются ночью и во влажную погоду, но эти боли подергивающие, глубокие, локализованы в костях, в отличие от болей Phytolacca, которые более невралгические, более невритические. Костные боли облегчаются при назначении Phytolacca, когда они заставляют больного двигаться.

У Phytolacca кожа очень сухая; у Mercurius, наоборот, она влажная и липкая. Итак, имеется большое различие между двумя лекарствами. Наконец, вы можете отметить маленький клинический симптом: перкуссия большеберцовой кости болезненна у Phytolacca, такой она является и у Mercurius.

Вы наблюдаете, например, больного с фтористой конституцией, и вы, естественно, думаете об особой совокупности наследственных и приобретенных свойств организма, характеризующихся предрасположенностью к некоторым заболеваниям. Если при перкуссии большеберцовой кости появляется боль, вы можете сразу думать о Phytolacca и искать другие характерные симптомы.

Selenium и China

Selenium и China — два очень интересных для изучения лекарства. Часто их пытаются давать вместе, потому что основным характерным показанием и у Selenium и у China является усталость, сильнейшая слабость.

Но если слабость у Selenium появляется после нервной усталости, то у China она возникает после потери физиологических жидкостей при лейкорее, диарее, кровотечениях.

Нервная слабость Selenium появляется после злоупотребления сексом, интеллектуальной перегрузки или изнуряющей болезни, глубоко затронувшей нервную систему (например, при брюшном тифе наблюдается потеря сознания или бред в течение 5 или 6 дней). В этих случаях показан Selenium, но это — лекарство для взрослого, а не для ребенка, т. к. оно имеет в своем патогенезе особенные симптомы.

Всегда в основе заболеваний у Selenium лежат сексуальные излишества или занятия этого же порядка. У China вы также можете отметить сперматорею, усталость, некоторое бессилие, но никогда — постоянное сексуальное желание, как у Selenium.

Selenium постоянно хочет спать, но он хочет спать потому, что устал. China хочет спать, но не может: малейшая мелочь, малейший шум волнует его и мешает заснуть. Итак, имеется существенная разница между двумя лекарствами: с одной стороны — постоянное желание быть в постели, желание спать, больной постоянно дремлет — это Selenium; с другой стороны — пациент хотел бы спать, но не может (малейшей помехи достаточно, чтобы он не спал) — полная бессонница у China.

Больной Selenium также иногда дремлет и не может заснуть, но потому, что чувствует пульсацию артерии живота, симптом, который часто присутствует у больных Nux moschata. К тому же он часто жалуется на невралгии, особенно левосторонние, например, надорбитальную невралгию (особенно у любителей чая). Невралгии у China всегда сопровождаются ощущением, словно голова вот-вот разорвется. Эти невралгии иногда сопровождаются пульсацией, часто они появляются периодически.

Оба лекарства с клинической точки зрения действуют на один и тот же орган: печень. Но существует большое различие между действием на печень Selenium и China. Оба они показаны при увеличенной болезненной и чувствительной печени, но есть и дополнительные симптомы, которые позволяют их дифференцировать.

У больного Selenium часто можно заметить характерную сыпь в области печени с болью в правом ипохондрии, которая усиливается при движении и дыхании; тогда пациент сильнее страдает от боли справа. Вы можете подумать о Bryonia, потому что у него боли также усиливаются при движении, но у Selenium нет улучшения при нажатии, наоборот, как только вы дотрагиваетесь до печени Selenium, боль усиливается. У больного Selenium характерный запор: он часто вынужден помогать себе пальцем, чтобы кал, который высовывается и прячется обратно в прямую кишку, мог выйти.

У больного China печень увеличенная, болезненная, чувствительная, но живот сильнее вздут в своей верхней части, как у Nux vomica, и в нижней части, как у Lycopodium. Живот очень чувствителен, China не может выносить ни малейшего давления, как и Lachesis, который не может выносить даже давление простыни или рубашки. Вместо запора, как у Selenium, у China диарея, безболезненная, но желчная, с желтоватыми испражнениями, содержащими непереваренную пищу. Эта диарея наблюдается после первого завтрака или второго плотного завтрака; это диарея, появляющаяся после приема пищи. Наконец, у него обычно жар.

Если вы наблюдаете у больного China желтоватую окраску конъюнктивы и кожи, то у Selenium землистый оттенок лица. Но объективная характеристика, свойственная Selenium — это трещина посередине верхней губы, в то время как трещина посередине нижней губы указывает на Natrum muriaticum.

Наконец, со стороны органов мочеиспускательной системы вы не найдете ничего особенного у China. Больной Selenium имеет важные симптомы: красная моча с красным песком и постоянное ощущение, что еще одна капелька мочи должна выйти; больной думает, что никогда не опустошит мочевой пузырь.

Selenium ближе к Thuja, это объясняется тем, что есть осложнения со стороны половых органов; China эволюционирует ближе к Natrum muriaticum или Carbo vegetabilis (соответственно — при улучшении или ухудшении). China словно опустошена своими кровотечениями, а у Selenium изнурена половая система.

Sepia и Pulsatilla

В этом случае несовместимость очевидна. Правда, часто при лечении Sepia может быть назначена вслед за Pulsatilla, но никогда нельзя назначать эти два лекарства одновременно.

Больной Pulsatilla робкий и эмоциональный, меланхоличный и послушный, плачет из-за пустяков, но слезы быстро высыхают и сменяются улыбкой. Sepia всегда грустный и удрученный, апатичный и безразличный, он ищет одиночества. Это — одиночка, раздраженный на других и самого себя. Все изменчиво у Pulsatilla, все фиксировано у Sepia. Боли Pulsatilla блуждающие, появляются и исчезают неожиданно, боли Sepia продолжительные и локализованы главным образом в нижней части малого таза, где больной испытывает сильное чувство тяжести. Pulsatilla замерзает, дрожит, но боится жары, которая ведет к гиперемии. Sepia страдает от холода, локализованного на голове, между плечами и особенно в ногах, которые не может согреть. Менструации Pulsatilla — скудные, прерывистые, более интенсивные днем, чем ночью. Менструации Sepia начинаются с опозданием, очень короткие и появляются утром, им предшествуют молочные бели, кислые, раздражающие и экскориирующие кожу. Бели Pulsatilla — тоже молочные, но появляются, как правило, когда больная лежит; они безболезненные и не раздражающие. Если у Pulsatilla часто бывает кратковременная крапивница, особенно после употребления мясного, то Sepia страдает от хронических кожных поражений: экземы в складках локтя, кольцевой экземы или герпеса. У Pulsatilla всегда имеется более или менее выраженный цианоз и видимое варикозное расширение вен, а у Sepia кожа всегда желтоватая, с характерным желтоватым пятном на спинке носа.

Клинически Pulsatilla соответствует туберкулиновой интоксикации на стадии расстройства кровообращения; Sepia соответствует более поздней стадии, когда венозная гиперемия постоянная и существует портальная гиперемия органов малого таза с поражением яичников.

Sepia и Lachesis

Для Sepia характерны волны холода; для Lachesis — волны жара с приливами крови. У Sepia постоянные бели, особенно перед менструациями, у Lachesis — частые маточные кровотечения, связанные с хрупкостью сосудов и глубоким изменением состава крови. Генитальные и печеночные расстройства у Sepia, эндокринные нарушения у Lachesis. Половая неврастения и рефлекторные расстройства у Sepia; максимальное возбуждение в период менопаузы у Lachesis.

Различия между этими двумя препаратами глубоки и очевидны.

Staphysagria и Ranunculus bulbosus

Оба лекарства характеризуются высыпаниями. У Staphysagria экзема, покрытая толстыми корочками с раздражающим отделяемым, при контакте которого с кожей образуются зудящие везикулы. У Ranunculus bulbosus герпетические высыпания с везикулами темно-синего цвета, прозрачными и сливающими, сильно зудящие, часто этот зуд сопровождается острыми жгучими болями. Ranunculus bulbosus — прекрасное средство от опоясывающего лишая. У Staphysagria нет боли, но есть только сильный зуд из-за раздражения кожи. Но доминирующая характеристика Staphysagria — блуждающий зуд. Сильный зуд, успокаивающийся от чесания в одном месте, тотчас же появляется в другом.

Основные причины, которые провоцируют появление нарушений, требующих назначения Staphysagria, — пищеварительного характера (несварение или пищевая интоксикация из-за злоупотребления мясом) или нервного (гнев или обида). Ranunculus bulbosus всегда обеспокоен атмосферными изменениями или грозой. Больной Staphysagria — обычно сексуальный фанатик.

Zincum и Nux vomica

Zincum не выносит даже глотка вина. Nux vomica пьет вино, он его любит. Он вообще любит возбуждающие средства, у него потребность в них, т. к. он находится в состоянии постоянной усталости. Он гиперчувствителен к шуму, свету, запахам, малейшему возражению. Он постоянно думает, что о нем плохо говорят: это чрезвычайно раздражительный, возбудимый субъект, особенно когда выпьет вина. Он ведет сидячий образ жизни и его организм не выводит полностью токсины, поступившие извне или образованные в процессе жизнедеятельности.

Для Zincum характерно спазматическое нервное состояние, такое, что малейшее употребление вина делает его больным. Он возбужден внутренне и внешне. Доминирующая характеристика — постоянное движение ног, которое сохраняется даже во сне. Наблюдаются также конвульсивные движения, которые сопровождаются нервной слабостью, в то время как Nux vomica — гиперчувствителен и страдает расстройством пищеварения.

У обоих появляется боль, когда пьют вино. Больной Zincum не может выносить ни капли вина, он это знает и воздерживается от него, в то время как Nux vomica, не замечая, что вино ему вредит, постоянно его пьет. Nux vomica чувствует сначала тяжесть и вздутие живота, вынуждающие расстегнуть пуговицу на поясе брюк. У него внезапно в 3 часа появляется непреодолимая сонливость, где бы он ни находился в это время. Наблюдается запор со срочными и неэффективными позывами, геморроидальные узлы, постоянная портальная гиперемия. Печень — болезненная, чувствительная, имеются маленькие поверхностные варикозные расширения в правой ипохондриальной области.

Zincum представляет противоположные симптомы: немедленное жжение в желудке, как только выпьет вина. Если он не пьет вино, то не страдает от жжения в желудке. Около 11 часов появляется голод, напоминающий голод Ignatia или Sulphur, спазматические боли после завтрака; запор с твердыми, как свинцовые шарики, испражнениями, выходящими с трудом. Значительное различие с Nux vomica.

У обоих препаратов в патогенезе есть диарея, но в то время как диарея Zincum — спазматическая и появляется после нервного шока, диарея Nux vomica — результат несварения пищи, съеденной накануне в излишнем количестве. Утром после сна — обильная диарея и сильная головная боль. Клинически вы наблюдаете два различных субъекта. Zincum — больной с истощенной нервной системой; Nux vomica — больной с интоксикацией пищеварительного происхождения.

Zincum и Chamomilla

Между Zincum и Chamomilla также существует определенная несовместимость, но она менее выражена, чем между Zincum и Nux vomica.

У обоих лекарств есть подвижность. У одного — это возбуждение психического происхождения, Chamomilla никогда не чувствует себя хорошо там, где находится. Вы даете ей то, что она просит, она отталкивает это, гневается, не может оставаться на месте. Больной Zincum сидит, но он постоянно двигает ногами, даже в кровати. Наблюдается физическое возбуждение с психическим изнурением. Индивид Chamomilla страдает от возбуждения одновременно психического и физического.

Подвижность Chamomilla, что интересно, прекращается, когда он находится в машине, если это — ребенок; подвижность Zincum исчезает вскоре после того, как появляются выделения. Здесь наблюдается та же модальность, что и у Lachesis — улучшение во время менструаций. Как только у женщины Zincum начинаются менструации, ее нервные расстройства, возбудимость и спазмы уменьшаются. Но любопытный симптом, она тотчас же начинает кашлять, хотя нет никаких объективных нарушений со стороны дыхательных органов. Когда менструации заканчиваются, кашель исчезает, и снова появляется нервное возбуждение.

Теперь вы понимаете всю важность знания несовместимости гомеопатических лекарственных средств. Существуют несовместимости очевидные (между такими препаратами, как Paris quadrifolia и Ferrum phosphoricum, Pulsatilla и Sepia), но есть и такие, которые необходимо объяснить. Начинающий врач-гомеопат может решить, что я излишне много времени уделяю этому вопросу, но знание несовместимостей позволяет оценить распространенность действия гомеопатических лекарств, которые адаптированы не только к известным клиническим синдромам, но также и к больным, реакции которых охарактеризованы. В этом случае вы лучше понимаете, как и почему гомеопатические лекарства должны быть «индивидуализированы», и как важно для практикующего врача-гомеопата знание этих особенностей препаратов, разделяющих их и делающих невозможным чередование и последовательное назначение в процессе гомеопатического лечения.

ПОНИМАНИЕ ГОМЕОПАТИЧЕСКОГО СРЕДСТВА

-

Гомеопатическое средство должно быть не только изучено, оно должно быть понято. Врач-гомеопат должен знать (cum prehendere) не только показания к его применению, которые дают его характеристики, но и понимать границы его действия, которые показывают его связи.

Рассмотрите простую острую болезнь: бронхит или корь. Она обычно развивается через несколько болезненных этапов или клинических стадий, чью последовательность хорошо знает любой врач. Этим клиническим стадиям, которые проявляются определенными симптомами, соответствуют гомеопатические средства, подобные имеющимся симптомокомплексам.

Болезненным этапам соответствуют терапевтические этапы.

Клиническим стадиям соответствуют различные лекарства.

Но так же, как клиническая стадия является частью последовательного развития одного болезненного процесса, определяя синдром или болезнь, так же имеется терапевтическая последовательность, состоящая из серии лекарств, «связанных» общими пунктами, которые образуют «семейное родство», и опытный врач