/ Language: Русский / Genre:sf_fantasy,

Путешествие мага Эдвина

Майя Зинченко

Это логическое продолжение романа "Маг Эдвин". Можно читать как отдельное произведение, но все-таки лучше начать с первой книги. Сразу оговорюсь, чего здесь НЕ будет. НЕ БУДЕТ: - обыкновенных людей из нашего мира, которые попадают в мир магии и становяться в нем супер-волшебниками, ищут и находят вселеннское Зло, которое никого не трогало и жестоко над ним глумятся. - юных недоучившихся ведьм, магов и прочих, которые на протяжении романа вдруг быстро умнеют и опять находят пресловутое Зло, которому к концу книги уже начинаешь сочувствовать. - Собственно Зла. Никаких жутких черных магов, мечтающих расщепить мир на атомы. БУДЕТ: - маг Эдвин (одна штука) - неприятности (затрудняюсь с количеством) - самобытный оригинальный мир, в котором первый и второй пункт смешаны в определенных пропорциях. Если вам это интересно, то добро пожаловать

Зинченко Майя Анатольевна.

Путешествие мага Эдвина

  Мне нравится весна.

  Нравятся изысканные цветочные ароматы, чистое голубое небо и медленно проплывающие белоснежные облака. Нравятся холодные ручьи, бегущие с веселым звоном и теплые лучи солнца, ласкающие кожу. А какая роскошная весной зелень! Листья и трава немыслимого изумрудного цвета. Этот цвет не найти в палитре художника.

  Птицы заливаются трелями, насекомые жужжат над яркими лепестками цветов - красота, да и только! Я так сильно люблю это время года, что готов наслаждаться им бесконечно долго. Но получение наслаждения - это процесс серьезный, крайне ответственный, отнимающий много сил и поэтому лучше всего он мне удается, когда я лежу в постели.

  Из окна моей спальни хорошо видны вековой лес и синие горы, острые пики которых покрыты ослепительно-белым снегом. Замечательная картина радующая сердце истинного ценителя прекрасного. Весна, одеяло, чашечка горячего отвара - вот и все, что мне нужно.

  Полагаете, я безнадежный лентяй?

  А вот и нет, я маг, мое имя Эдвин и я могу позволить себе быть немного эксцентричным. Я же не крестьянин, чтобы вставать с восходом солнца. Да-да, магам дозволено многое, недозволенное остальным людям. Это компенсация за долгие часы зубрежки, за бесславно растраченную молодость, проведенную за книгами.

  В этих местах меня хорошо знают. Торговцы, горожане, стражники, посыльные и простые крестьяне при встрече кланяются, желают доброго дня и спешат уступить дорогу. Еще бы им не знать меня - ведь я главный волшебник края! Это звучит достаточно грозно, но, к сожалению, не означает, что в моем подчинении находится сотня или две волшебников рангом пониже, которых я могу отправить разбираться с любыми неприятностями, а сам отсидеться в кабинете.

  В том, что неприятности не заставят себя ждать, можно не сомневаться. Они всегда неподалеку - выжидают удобного момента, чтобы напасть и с победным рыком вцепиться тебе в горло. Да, я главный, но единственный волшебник, поэтому решение всех, абсолютно всех проблем ложится на мои плечи.

  Вздохнув полной грудью и довольно потянувшись, я откинул одеяло. У меня было отличное настроение, мне хотелось петь, и я действительно начал напевать какую-то легкомысленную песенку. Было около двух часов дня. В самом деле, нужно бросать дурную привычку засиживаться за книгами до рассвета, а потом с первыми лучами солнца крадучись, словно какой-то воришка, пробираться в спальню. Во всем нужно знать меру, даже в получении знаний.

  Так как у меня было хорошее настроение, и я надеялся, что никто и ничто не посмеет его испортить. Сегодня я не ждал гостей. Докучливые посетители, желающие выразить свое восхищение великим магом, сокрушившим в прошлом году полчища демонов, вот уже несколько месяцев как перестали осаждать мой дом. Я был очень рад, что у них появились другие дела, вместо того, чтобы без конца топтать несчастные клумбы и аплодировать, стоило мне или Мелл появиться в окне.

  Да, Мелл, к ее вящему неудовольствию, тоже досталась львиная доля славы. Она-то думала, что женам магов сложнее всего приходится, когда они рискуют жизнью, сражаясь с чудовищами ради спасения человечества... Она жестоко ошиблась. Оказалось, что сложнее всего выносить благодарность отдельных, особенно активных представителей этого самого человечества.

  Наш милый дом, стоящий на опушке леса, временно превратился в место сбора всяких высокопоставленных бездельников. Мало того, что я был вынужден отправиться в столицу и принять участие в многочисленных банкетах в мою честь, так чуть ли не все члены магического Совета сочли своим долгом приехать ко мне дабы засвидетельствовать свое почтение. На самом деле им хотелось посмотреть, как живет Прозрачный маг Эдвин, вокруг имени которого столько шума. Посетив мою скромную обитель, они крутили носом и ворчали:

  - Ну и дыра...

  Конечно, дыра. Но мне нравится. Хотя для этих рабов комфорта любой дом, в котором не будет сотни ванных комнат, покажется дырой. Я долго искал тихое, спокойное место, подальше от столицы, где можно заниматься магией и жить в свое удовольствие. Здесь живописная природа, а ближайшие поселения находятся в трех часах ходьбы. Меня все в нем устраивает, а если вам и вашей прислуге тесно в моем доме, то извините - мы вас не приглашали.

  В общем, я не знаю, как мы пережили эти несколько месяцев. В любом случае, в следующий раз я хорошенько подумаю, прежде чем совершить что-нибудь героическое. А если и придется, то буду это делать анонимно.

  Я зевнул и открыл платяной шкаф, где висели мои мантии. После недолгих размышлений я выбрал темно-зеленую, с белыми продольными полосами на рукавах и оделся. Заправив штаны в сапоги, я одернул мантию и как водиться посмотрел в большое зеркало, стоявшее рядом.

  Неблестяще, но и не так уж плохо... Мелл говорит, что зеленый только подчеркивает мою благородную бледность. Наверное, в глубине души ей хочется, чтобы я был аристократом и имел фамильное древо корнями уходящим к Крейго Завоевателю.

  Крупных дел не планировалось, мелкие - вроде наведения порядка в кабинете, были отложены на неопределенный срок. Сейчас я умоюсь, причешусь и спущусь вниз, к моей красавице жене.

  Тут в дверь спальни деликатно постучали. Я прекрасно знал кто это. Мелл никогда не стучала, а прислугу мы не держали. Но с недавних пор под одной с нами крышей проживало существо, обладающее изысканными манерами.

  - Войдите.

  На пороге показался высокий скелет, облаченный в черную рубашку, перехваченную широким кожаным поясом и штаны такого же цвета. В глазницах умертвия светились золотистые огоньки.

  - Мой генерал! - он склонил голову. - Доброе утро.

  - Весельчак! Ну, сколько можно повторять? Маг, а не генерал! Маг! Армии давно нет, а тебе полководческие лавры все покоя не дают. Эх, - я махнул рукой, - каждый раз одно и тоже.

  - Простите, мой генерал, - в его голосе сквозило искренне раскаяние. - Я постараюсь исправиться.

  - Ты мне это каждое утро обещаешь. Ладно, что там у тебя?

  - Госпожа Мелл сказала, что вы уже наверняка проснулись, и попросила меня поторопить вас - обед остывает.

  - Уже иду. - Я сделал шаг к двери и с опасением поинтересовался. - А что на обед?

  - Запеченная курица и земляничный пирог на десерт.

  - О, земляничный пирог... - мое настроение поднялось до отметки сто с плюсом. - Не обманываешь? Никаких тушеных кабачков, баклажан, картофеля и квашеной капусты?

  - Не могу знать. Возможно, в качестве гарнира.

  - Гарнир? Это я еще вынесу.

  Мелл, занятая готовкой, не заметила, как я появился. Встав в дверном проеме, я начал наблюдать за ней. Мелл, довольно напевая, вытащила из печки горячий противень с курицей и со стуком, поставила на стол. Отойдя на шаг, она критически оглядела дело своих рук. Не знаю, по каким критериям она оценивала дымящуюся тушку несчастной птицы, но Мелл осталась довольна увиденным. Сняв передник, она бросила его на вешалку для полотенец. Теперь на ней было только простенькое, облегающее фигуру платье небесно-голубого цвета.

  В который раз я убеждался, что мне невероятно повезло с женой. Она прекрасный человек и ее внутренние качества нисколько не уступают внешним данным, а выглядит Мелл просто великолепно. Но она в два раза моложе меня и я до сих пор задаюсь вопросом, как мне вообще удалось уговорить ее выйти за меня замуж?

  Признаюсь, я не страшен, но и красотой тоже не блистаю. Каждое утро в зеркало на меня смотрит высокий сероглазый шатен, худощавый, скептически настроенный, отчего его рот вечно кривится в ухмылке. Человек, любящий уединение и имеющий дурную привычку спасать людей от демонов и хищников из Подземелья. У него, как и всех волшебников, скверный характер. Да, маг он отличный, но для спокойной семейной жизни это скорее минус, чем плюс.

  Мелл - стройная девушка, с длинными прямыми волосами цвета спелой пшеницы, с прекрасным чувством юмора, отсутствием магических способностей и внушительным списком родственников, которые проживают по всей империи. После того, как она оставила пансион, где воспитывалась до достижения совершеннолетия и приехала в столицу, ее тут же окружили многочисленные поклонники.

  Насколько мне известно, а слухи по столице расходятся с невероятной быстротой, кроме меня, руку, сердце и обеспеченную жизнь в придачу, ей предлагали советник по земельным вопросам, третий помощник казначея, капитан императорской гвардии и смотритель главной городской библиотеки. Ее могла ожидать блестящая жизнь в Регуме, полная удовольствий и веселья, хотя бы с тем красавцем капитаном, но она почему-то выбрала меня и переехала в этот тихий уголок.

  Неужели я настолько неотразим? Хочется думать, что она разглядела во мне что-то большее, чем просто еще одного ворчливого мага. Например, мою чувствительную душу и доброе сердце. Да, мы совершенно не подходим друг другу, но я всячески скрываю от Мелл этот прискорбный факт.

  Раньше я был осторожен в отношениях с женщинами. Очень осторожен. Ни одна из них не могла сказать, что может вертеть мной как хочет. Отчего же в первый момент нашей встречи я совершенно потерял голову? В молодости у меня были увлечения, но они никогда не перерастали во что-либо серьезное.

  Когда я увидел ее в окружении настырных ухажеров - они мне показались именно настырными, если не сказать хуже, то понял, что эта девушка должна быть моей. Я готов был бросить к ее ногам все вселенную или даже две, обещать достать звезды с неба, золотые горы и прочую чепуху, лишь бы увидеть на ее лице улыбку. Хорошо, что Мелл проявила благоразумие и не стала злоупотреблять своей властью надо мной. Не знаю насчет звезд, но парочку золотых гор я вполне мог наколдовать.

  И это все я - Прозрачный маг Эдвин, который еще десять лет назад с усмешкой заявлял, что он принадлежит только науке, магии и умрет холостяком, как и полагается ученому мужу. Так и было бы, не появись на моем пути Мелл.

  Она навсегда похитила мое сердце.

  Я подкрался к очаровательной похитительнице и крепко обнял. Но сюрприза не получилось. Она повернулась, и насмешливо глядя на меня, сказала:

  - Я тебя давно заметила. Все ждала, когда тебе надоест играть в прятки с тенью и ты выйдешь ко мне.

  - Доброе утро.

  - Скорее уж добрый день. Ты знаешь, что сейчас уже обед?

  - Догадываюсь. Но ведь сегодня совершенно некуда спешить. Даже странно, правда?

  В доказательство того, что у нас действительно много времени, я поцеловал ее.

  - Эдвин... - Мелл попыталась придать своему лицу строгое выражение, но у нее это плохо получилось. Трудно оставаться строгой, когда тебя целует любимый человек. - Всему свое время. А теперь садись. У нас, между прочим, великий праздник.

  - О, я и не знал. Какой?

  - У меня наконец-то получилось приготовить курицу.

  - Серьезно? - я ополоснул руки и с невинным видом посмотрел на жену.

  У Мелл множество достоинств, но готовить она не умеет, хотя очень любит. К сожалению. К тому же считает, что все полезные вещества находятся в овощах, которых я терпеть не могу. По этому поводу у нас с ней ведется давний спор с переменным успехом.

  - Сколько нерастраченной иронии в твоих словах! Можно подумать, что я ужасно готовлю... - она рассмеялась. - Подумаешь, передержала пару раз птичку в духовке.

  - Нет, не пару, а ровно двенадцать раз, - добродушно ответил я. - И не передержала, а полностью сожгла.

  - Ты считал?! - Мелл многострадально вздохнула. - Мой муж - великий зануда. Нужно учредить специальный орден по такому случаю и вручить его ему. Алмазный орден зануды первой степени. Церемония награждения не обойдется без красной ковровой дорожки, оркестра и длинных пространных выступлений твоих коллег из магического Совета.

  - О, нет... Ты слишком жестока, - пробормотал я.

  Воспоминания о торжественных приемах, на которых мне довелось побывать совсем недавно, были еще слишком сильны и до сих пор травмировали мои психику.

  - Весельчак!

  Умертвие тотчас материализовался на пороге.

  - Госпожа?

  - Ты будешь обедать? Я знаю, что ты не можешь есть, но ведь тебе будет приятно посидеть с нами.

  - Это большая честь для меня, - растроганно ответил скелет.

  Зная, что Весельчак, если дать ему волю, может еще долго рассыпаться в благодарностях, я молча указал ему на соседний стул. Конечно, мало кто станет держать в доме умертвие, кроме некромантов, конечно, да еще и обращаться с ним как с настоящим человеком. Всем известно, что это тупые бессловесные создания, одержимые ненавистью ко всему живому. Но Весельчак не был обыкновенным умертвием.

  Год назад я оказался замешан в одном непростом деле, которое принесло мне великую славу, толпу почитателей, статую из мрамора в полный рост в главном зале университета магии, и орден первой степени за заслуги перед государством. Статуя вышла ужасной, я там похож на скрюченного ревматизмом старика, и если ученики ее когда-нибудь разобьют, я буду только рад. Возможно, когда статуя станет мне особенно ненавистна, я тайно попрошу их об этой маленькой услуге.

  Дело было вот в чем: в подотчетном мне городке Рамедия убили человека. Конечно, делами подобного рода должен заниматься градоправитель или начальник стражи, но убитому не просто размозжили голову в пьяной драке или сбросили с моста. Нет, его заколи Уалом - кинжалом самого короля демонов. Кинжал попробовал крови, благодаря чему демоны смогли активировать портал в наш мир. Демоны заразили кладбище в качестве дополнительного подспорья, и мертвые, давным-давно покоящиеся в земле, поднялись из могил.

  Это была серьезная проблема, но мой старый друг Вольт помог решить ее. Он, в отличие от меня, в умертвиях души не чает, но что с некроманта возьмешь? Это у них в крови. Он давно работает с мертвыми и считается профессионалом высокого класса.

  В ту страшную ночь перед вторжением он что-то сделал с умертвиями - что конкретно не знаю, в некромантии я не силен, и они, оставив свои прежние кровожадные наклонности, стали подчиняться моим приказам. Таким образом под моим началом оказалась эта необыкновенная армия, состоящая из мертвецов. Впоследствии умертвия оказали мне большую помощь в сражении с демонами. Весельчака я сразу выделил среди остальных за высокий рост и воинское облачение, и назначил своим помощником.

  Можно долго рассказывать о поисках Уала, о спуске в Подземелье, где мы со священником Норманом неоднократно подвергались смертельной опасности, сделке с королем демонов Виргом Ужасным и его пальце, что хранится теперь в моем кабинете, в качестве залога хрупкого мира между нашими реальностями. Бесспорно, это были очень напряженные дни. Я даже умудрился полетать на драконе, чего раньше никогда не делал.

  Так или иначе, но угроза вторжения миновала, и наш мир получил еще один шанс. Но осталась другая более мелкая, но все-таки проблема - умертвия ни за что не хотели подчиняться последнему приказу. Они категорически отказывались закопаться обратно в могилки и умереть.

  Это было неслыханно. Никто из столичных некромантов ничего не смог с этим поделать. Чтобы разрушить колдовство Вольта, нужен был сам Вольт, а он был далеко. Пришлось смериться с ситуацией и ждать. Мой друг уже должен был вернуться из гор Умарта, где он вел свои исследования, но ни о нем, ни о его людях до сих пор не было слышно. Откровенно говоря, меня уже начало беспокоить это затянувшееся молчание.

  Тем временем умертвия стали вести себя все более странно: у них начала проявляться индивидуальность, они видели сны и вспоминали некоторые события из прошлой жизни. А что мы прочтем на первой же странице, если откроем учебное пособие 'Основ некромагии'? Умертвия ничего не помнят о прежней жизни. И точка.

  Но они помнили. Весельчак рассказал мне, что он принимал участие во многих сражениях, командовал целым легионом. Правда, почему столь славного воина занесло в такой жалкий городок как Рамедия, где были похоронены его останки, скелет затруднялся ответить. Возможно, он скрывался в нем от уплаты алиментов - у прославленного война всегда найдется куча отпрысков по всему свету, и погиб в обычной кабацкой драке.

  Я опустил кусочек запеченной курицы в рот, и медленно жуя, принялся разглядывать умертвие - это чудо природы. Весельчак ответил мне взглядом, полным обожания. Впрочем, как всегда. Он готов был выполнять любые мои приказы. Странно, что сила заклинаний Вольта не ослабела со временем.

  Мелл, воспользовавшись моей задумчивостью, подложила мне в тарелку тушеную морковь, надеюсь, что я не замечу и съем ее тоже. Чтобы сделать ей приятное, пришлось притвориться, что я и правда ничего не заметил.

  Хорошо, что Мелл нашла общий язык с Весельчаком. Она быстро ко всему привыкает, поэтому недолго думая, Мелл загрузила скелета различной домашней работой. Он моет посуду, когда я слишком занят, чтобы прочитать заклинание, ухаживает за садом, чинит крышу, ограду, чистит дорожки и заменяет нам привратника.

  Честное, слово, после того как Весельчак - рослый скелет с двумя желтыми огоньками, зловеще мерцающими в пустых глазницах, стал открывать двери, непрошеных гостей у нас поубавилась. А мое имя стало чаще фигурировать в страшных историях, которые рассказывают мальчишки возле костра.

  Представляю, что люди будут говорить после моей смерти. Дом превратиться в зловещий замок, над которым никогда не светит солнце, а Весельчак прибавит три метра в росте. Из победителя демонов я превращусь в их предводителя и, в конце концов, стану очередным картонным злодеем. А если уж очень не повезет, то мою соломенную куклу, наряженную в черных балахон, с радостными криками будут сжигать на ежегодной ярмарке.

  Хотя с другой стороны, я могу войти в историю как могущественный белый маг, окутанный ореолом святости, а потом, через пару тысяч лет, когда даже мое имя многократно переврут переписчики, и вовсе сравняюсь с Создателем. Я всерьез задумался над этой зловещей перспективой, не зная, что хуже.

  Мои размышления были прерваны настойчивым стуком по руке, в которой я держал вилку. Я опустил взгляд и увидел миниатюрного, сильно обросшего волосами человечка с большой головой - нашего домового, стоящего рядом с моей тарелкой. Вид у него был весьма недовольный.

  - Объедаетесь, да? Пируете... - проворчал он, теребя передник в мелкую красную клеточку. - А как же я? Конечно, обо мне все забыли. Я думал, что уж в доме волшебника, я смогу найти понимание, но нет...

  - Что случилось-то?

  - Он даже не знает! Он не знает! - домовой трагично всплеснул ручками. - Какое неуважение! Где были мои глаза, когда я поселился здесь?! Где была моя голова?!

  - Да в чем дело?!

  - Где мое молоко? - спросил он не меняя тона.

  - Мелл... - я вопросительно посмотрел на жену.

  Так как видеть и слышать домового мог только я, да и то лишь при хорошем дневном освящении, то мне пришлось пересказать ей его претензии.

  - Молоко? - Мелл покраснела. - Но я же точно помню, что вчера его наливала.

  - Оно скисло, - буркнул домовой, сверкнув глазами. - Если больше не нуждаетесь в моих услугах, так и скажите. А курица, между прочим, сегодня съедобна только благодаря мне.

  - Спасибо, - совершенно искренне поблагодарил я, понимая, что это, скорее всего, чистая правда.

  Наш мир не так прост, как может показаться. Человека с незапамятных времен окружает множество различных созданий, о существовании которых он часто даже не подозревает. Это домовые, лешие, горгульи, бентелы... Многие из них живут только в человеческих поселениях, другие предпочитают девственные леса или озера.

  Маги неоднократно принимались за создание единой классификации Невидимых Помощников, ведь они отличаются друг от друга по своим повадкам, образу жизни, интеллекту, но я еще так и не прочел ни одной хорошей работы. Всех помощников объединяет дружелюбное отношение к человеку, который зачастую даже не верит в их существование. Так уж получается, что человек верит только в то, что видит. А помощников видят только маги, да и то после посвящения.

  Наш домовой был созданием обидчивым, но полезным, поэтому ссориться с ним не хотелось. Да и к кому он пойдет? К крестьянам? Со мной он может хоть поговорить, пожаловаться на свою трудную, полную тяжелых лишений жизнь.

  - Сейчас я все исправлю. - Мелл достала с верхней полки блюдце домового.

  Налив свежего молока, она подмигнула мне и добавила в него две большие ложки сахара. Это был испытанный способ примирения с помощником.

  По стене послышался частый топот. Стоявшая на полках посуда задребезжала. Можно было подумать, что у нас поселилась невидимый, но упитанный поросенок. Топот стих, сменившись громкими глотками и звучными причмокиваниями. Так как гневных возражений со стороны домового не последовало, инцидент можно было считать исчерпанным.

  Покончив с курицей и перейдя к чаю, я почувствовал себя счастливым. У меня было все, о чем можно было только мечтать - любимая женщина, любимый дом и большой земляничный пирог в моем полном распоряжении.

  Мелл вбила себе в голову, что она потолстела - хотя это явная неправда, и теперь ограничивает себя в сладком. К счастью, мне полнота не грозит ни в коем случае. Занятия магией бесследно не проходят, поэтому толстых магов не бывает в природе. Наоборот, волшебнику нужно усиленно питаться, чтобы не стать бледной тенью и не быть унесенным ветром в ближайшую расщелину.

  Захватив про запас пару кусков пирога, я и Мелл вышли на веранду, оставив Весельчака разбираться с грязной посудой. Он с такой радостью взялся за это дело, что мне со своими примитивными заклинаниями было неудобно вмешиваться и лишать его удовольствия. Расположившись в плетеном кресле, я удовлетворенно вздохнул и устремил взгляд вдаль. Отсюда открывался отличный вид на вековой лес и Неприступные горы, исчезающие в голубой дымке. Над речкой, что текла справа, виднелась дуга каменного моста.

  - Хорошо-то как, - невольно вырвалось у меня.

  Я тут же осекся, осознав свою ошибку, но было уже поздно. Шестеренки судьбы провернулись и ловушка захлопнулась.

  Наша жизнь похожа на безумно красивую, но вместе с тем очень коварную ядовитую змею. Да, расцветка ее замечательна и радует глаз, но змея всегда наготове. Тебе кажется, что она спит, но она только притворилась спящей и выжидает удобный момент, чтобы ужалить тебя в незащищенное место. Стоит немного расслабиться и признать себя счастливым, как жизнь тут же преподносит тебе неприятный сюрприз. Видимо, кто-то там наверху не выносит, когда мы наслаждаемся жизнью и неизменно добавляет к ее сладости горечь.

  Я замер и с опаской посмотрел на небо. Меня не покидало дурное предчувствие. Но в небе никаких порталов, с прыгающими оттуда демонами не наблюдалось. Уже хорошо. На земле тоже все было в порядке - обитатели Подземелья не делали попыток выбраться на поверхность. А если и делали, то не поблизости от моего дома. Сидящая на перилах веранды миниатюрная гранитная горгулья, была совершенно спокойна, а уж она точно учуяла бы, произойди неподалеку прорыв.

  - Эдвин, что случилось? - с тревогой спросила Мелл. - Ты побледнел. Тебе нехорошо?

  - Не обращай внимания, - сказал я как можно беззаботнее, - просто мысли...

  Но рука, непроизвольно потянувшаяся к оберегам, выдала меня с головой. Я почувствовал приближение опасности, но не знал откуда. А так как по пустякам я не склонен волноваться, то это меня сильно нервировало.

  Неожиданно передо мной что-то промелькнуло. Я отстранился и прямо на мою грудь упал почтовый голубь розового цвета. Вид птицы оставлял желать лучшего: перья торчали самым нелепым образом, голова болталась из стороны в сторону.

  - Тебе сообщение, - констатировала Мелл. - А что с голубем? Какой-то он странный.

  - Это все последствия магии. Кто-то перестарался с заклинанием поиска.

  - Интересно, кто это мог быть... - задумчиво протянула Мелл, наблюдая за тем, как я осторожно достаю тоненький листок бумаги из футляра. - Кажется, я уже догадываюсь.

  Я развернул листок, исписанный неровным детским почерком, и принялся читать вслух.

  - 'Здравствуйте. У меня все замечательно. Я хорошо учусь и учителя довольны моими успехами. Я хотел поговорить с вами с помощью хрустального шара, но не смог, поэтому посылаю голубя. Надеюсь, что мое письмо придет раньше. Никому не верьте, я пытался все исправить, но ничего не получилось. Рад был написать. Эрик.

  - И что это значит? - Мелл удивленно посмотрела на меня.

  - Похоже, он опять что-то натворил. Но полагаю, очень скоро мы все узнаем, - я вздохнул. - Быть медиумом - нелегкий труд, особенно в его возрасте.

  - Бедный Норман... - она покачала головой. - Этот мальчик своими проказами сведет его в могилу раньше времени.

  - А мы ему ничего не скажем, - я заговорщицки подмигнул жене. - Пусть нашего друга не отвлекают такие мелочи. У него сейчас и так полно дел.

  - Эрик знает, что он талантлив и этим пользуется. Еще бы, он - найденыш без роду и племени, учиться в элитной магической школе, обгоняя сверстников на два класса.

  - Не знаю, какой из него, в конце концов, выйдет волшебник, но думаю, что очень безграмотный, - я протянул Мелл письмо. - Эрик пишет с жуткими ошибками. Таких даже я в свое время не делал.

  - Это потому, что ты всегда знал, что тебя ждут великие деяния и не хотел, чтобы кто-нибудь раскопал твою тетрадку с прописями и ужаснулся, - тепло улыбнулась она. - Она бы тебя скомпрометировала. Но я любила бы тебя, даже будь ты самым безграмотным человеком в империи. Ты - совершенство.

  Я знал, что Мелл преувеличивает, но мне все равно было приятно. Почему-то лесть малознакомых людей меня раздражает, а близких наоборот - окрыляет, приводя в доброе расположение духа. Если Мелл считает меня совершенством - не буду ее переубеждать.

  Голубь, выполнивший работу, улетел восвояси.

  С Эриком я познакомился в прошлом году. Мальчик бродяжничал, пока его не приютил мой друг Норман, рамедийский священник. Он сторонился посторонних и был тихим ребенком. Настолько тихим, что ни с кем не разговаривал. Во всяком случае до того момента, как некие обстоятельства вынудили меня прибыть в Рамедию. Я распознал в Эрике сильнейшего медиума и с его помощью связался с Вольтом. Оставлять мальчика без надлежавшего обучения было просто опасно, поэтому Эрика, после разбирательств с демонами, по моей просьбе приняли в школу магов.

  - А что стало твоим хрустальным шаром? - спросила Мелл. - Неужели разбился?

  - Нет, я просто спрятал его подальше. Половина преподавательского состава университета, считает своим долгом спросить у меня совета, и шар светится не переставая. Особенно активна кафедра демонологии.

  - Неудивительно. После того, что ты сделал...

  - Иногда я жалею, что не могу рассказать им правду, - проворчал я. - Пусть знают, что мне просто повезло. В демонах я разбираюсь не лучше и не хуже других, и оставят меня в покое.

  - Ты преуменьшаешь свои заслуги. И потом, женой мага-героя быть намного почетнее, чем просто женой мага. Ты не представляешь, как мне теперь завидуют родственницы. А больше всего тетя Женевия.

  - Неужели я больше не услышу от нее обычного бурчания: 'все люди как люди, а этот - маг'? - восхитился я.

  - Не услышишь. Она прониклась к тебе уважением.

  - И это пугает. Твоя тетя весьма неординарная личность, поэтому...

  Но договорить я не успел, потому что на меня спикировал еще один голубь.

  - Это, наверное, от учителей Эрика, - предположила Мелл.

  Она оказалась права. Письмо было от Фрауса - директора магической школы, в которой учился мой подопечный.

  - 'Достопочтенный маг Эдвин. Я не стал бы вас беспокоить, понимая насколько ценно ваше время, но в этот раз Эрик перешел всякие границы. Объясню вкратце: он заключил сознания двух учеников из своего класса в животных из живого уголка. К прискорбию, мы бессильны что-либо сделать. Мы не можем вернуть их обратно, а Эрик отказывается нам помогать. Необходимо ваше вмешательство. Обращаю ваше внимание, что пострадавшие мальчики происходят из влиятельных семей, и дело грозит обернуться большим скандалом'.

  - Какой кошмар, - огорчилась Мелл. - Не верю, что Эрик не пытался исправить свою ошибку. Он добрый ребенок.

  - Ох, уж эти влиятельные семьи, - нахмурился я. - Их отпрыски, как правило, испорченные богатством и властью отцов. Наверняка, они сами первые стали задевать Эрика. Уж я-то знаю, как это происходит... Когда ты без титула и денег, каждый норовит вытереть об тебя ноги.

  - Ты поэтому никогда не рассказывал о своих школьных годах? Тебя тоже задевали?

  - Пытались. У меня были способности Прозрачного мага, но, как тебе известно, не было знатных родителей. Некоторым ученикам категорически не нравилось, что с ними учиться простолюдин. Хоть считается, что магическая сфера наиболее демократичная, способности или есть или их нет, но и в ней не все так гладко. Так что я Эрика понимаю.

  - Там еще что-нибудь написано?

  - Совсем немного: 'Прошу вас взять венец Сумерек. С нетерпением ожидаю вашего прибытия. Директор Фраус'.

  - Опять венец... Неужели они хотят, чтобы ты снова надел эту проклятую вещь?

  Я пожал плечами. Перспектива использовать венец Сумерек меня тоже не воодушевляла.

  Конечно, приятно быть единственным обладателем столь ценной вещи. Тоненький серебряный обруч, лежащий в стеклянном шкафу, что стоит у меня в кабинете, на самом деле является королевским венцом, который сняли с головы повелителя призраков, а может и повелителя вампиров. Времена тогда были темные, творилась большая неразбериха, поэтому хроники дают на этот счет весьма противоречивые сведенья.

  С тех пор прошла ни одна сотня лет. Отныне венец служит магам. Волшебник, владеющий венцом, становится вхож в мир мертвых и в мир демонов. При желании, если ему наплевать на собственное здоровье и продолжительность жизни, он может перемещаться по всем трем мирам. Ему открывается междумирье - особое пространство, где наша действительность соприкасается с другими, где возможны пересечения сотен реальностей.

  Венец может многое, очень многое... Все его способности до конца еще не изучены. К сожалению, он, как и другие могущественные артефакты, обладает собственной волей и его любимое занятие - подчинение личности носящего его мага. Не знаю, преуспел ли он ранее в этом хоть раз, но мое сознание он атакует регулярно. Стоит надеть венец и сильнейшая головная боль обеспечена.

  Я посмотрел на письмо, и, сложив вдвое, бросил на стол.

  - Ты поедешь?

  - А разве у меня есть выбор? Надо выручать Эрика.

  - Когда?

  - Прямо сейчас. Только вещи соберу... Чувствую, что ситуация непростая. Не то, чтобы я боялся скандала - мне-то он никак не повредит, но вот мальчику враги совершено ни к чему. Только не в его возрасте. Вот когда он станет старше, опытнее - пусть заводит, если пожелает, но не сейчас. Попробую уладить дело. Если хочешь, то мы можем поехать вместе.

  - Снова в столицу? - Мелл ужаснулась. - В Регум? Нет, спасибо. Моя любовь к тебе безгранична, но ты требуешь от меня непосильной жертвы. Изображать из себя великосветскую даму и выслушивать бесконечные сплетни этих непроходимых дурочек? Лучше уж я сяду возле окна, и буду лить горькие слезы, дожидаясь любимого мужа.

  - Слезы - это лишнее. Я постараюсь вернуться как можно быстрее. Ты даже не успеешь соскучиться, как следует.

  - Успею, вот увидишь, - пообещала она с уверенностью. - О чем ты думаешь?

  - Не знаю, что лучше: взять Весельчака с собой или оставить его здесь в качестве надежного охранника.

  - Охранника или надзирателя? - Мелл лукаво улыбнулась. - Признайся, твоя невозмутимость - это только прикрытие, а на самом деле ты сходишь с ума от ревности, стоит кому-то посмотреть в мою сторону.

  Ну вот, она меня раскусила. Я действительно страшно ревнивый, и отрицать это бесполезно.

  - Ревность - нормальное человеческое чувство, - сказал я, избегая смотреть на Мелл. Мне было стыдно.

  - Не волнуйся, ты же знаешь, что я точно такая же... Вот и думаю, как тебя отпускать одного в блестящую столицу, где столько соблазнов. Женщины будут липнуть к тебе на каждом шагу.

  - Клянусь мантией, что не посмотрю ни на одну из них, даже если меня будут умолять и предлагать все сокровища мира.

  - Убедил. А Весельчака лучше возьми с собой. Пока тебя не будет, я думаю пригласить Гару и Мейту.

  - Подожди, кто это такие? - я мысленно перебрал всех ее многочисленных родственников.

  - Мои троюродные сестры. Не думаю, что ты их помнишь. Ты встречался с ними только на нашей свадьбе.

  - Не напоминай мне об этом кошмаре, - простонал я. - Триста человек гостей - это чересчур. Надо было увести тебя за тридевять земель и там обвенчаться.

  - Ты с честью прошел испытание гостями, доказав, что заслуживаешь быть моим мужем.

  - Спасибо. Если бы гостей было чуть больше, ты имела все шансы стать вдовой.

  - Не преувеличивай.

  Мелл поднялась, поцеловала меня в висок и взъерошила волосы.

  - Ты не против приезда моих сестер?

  - Конечно, нет. Только пусть они не заходят в кабинет, ради их же безопасности.

  - Закрой его.

  - Хорошо. А почему ты не хочешь, чтобы Весельчак составил вам компанию? Он отличный собеседник.

  - Эдвин, они очень милые добрые люди, но все жизнь прожили в деревне и поэтому не поймут, если Весельчак откроит им дверь. Как я им объясню, что умертвие - это нормально? Они и так долго привыкали к тому, что ты маг.

  - Оказываются, еще существуют глухие деревни, - проворчал я, - где тамошние жители живут по простой схеме. Для них маг - это обязательно темный колдун, колдун - это неурожай, а неурожай - это смерть. Значит, мага надо отправить на костер. На всякий случай.

  - Не будь пессимистом. Тебя никто не собирается сжигать.

  - Потому что это не так-то просто, - я довольно ухмыльнулся. - Я великий Прозрачный маг Эдвин и уже одним своим именем навожу ужас на простых смертных. Они меня бояться. Ладно, пойду собирать вещи...

  Я отправился на поиски Весельчака и нашел его в гостиной. Неутомимый скелет, покончив с кухонными делами, теперь полировал вазу, стоящую на подоконнике. Узнав, что он будет сопровождать меня в поездке, Весельчак на радостях принялся за полировку самого подоконника, стены и картин. Его рвение меня пугало.

  Поднявшись наверх, прежде всего я направился в кабинет. Проверил своих питомцев - саламандр, жуков, бабочек. Первым дал корма на три недели вперед, а остальных надежно усыпил. Затем немного подумал и усыпил и саламандр тоже. Возле простенького стеклянного шкафа я остановился и открыл дверцу. Передо мной лежали серебряный обруч и небольшая коробочка. Взяв коробочку, я проверил на месте ли палец короля демонов.

  До сих пор в голове не укладывается, как мне удалось провернуть это мероприятие. Палец самого Вирга Ужасного... Его часть - живая, теплая... Красный палец с длинным блестящим когтем. Если бы я захотел, то мог бы убить Вирга, но для меня в этом не было никакой выгоды. На место одного короля всегда приходит другой, и я сомневаюсь, что новый король для нас будет лучше прежнего. По крайней мере, с Виргом у нас заключен договор. Его демоны оставляют попытки захватить наш мир, а я обязуюсь не вредить ему.

  Положив коробочку на место, я взял венец.

  - Здравствуй, старый знакомый... Знаешь, нам с тобой опять нашли работу.

  Но венец Сумерек никак не отреагировал на мое приветствие.

  Достав со шкафа с препаратами походную сумку, покрытую слоем пыли, я бросил его туда. Серая потертая сумка, с единственным кожаным ремнем, была очень полезной вещью. Туда можно было положить что угодно и в каких угодно количествах. С тех пор как умелые руки магов стали творить с пространством настоящие чудеса, такие сумки есть у всех прошедших посвящение.

  Дополнительных справочников я брать не стал, посчитав, что если будет нужно Фраус предоставит в мое распоряжение свою библиотеку. Книги мне были не нужны, а вот обереги... Признаюсь, обереги - моя слабость. Я стал их собирать еще во время учебы в университете и на сегодняшний день в моей коллекции насчитывается две тысячи пятьсот двадцать шесть оберегов. Они разбросаны не только по всему кабинету, но и по дому.

  Иногда мне кажется, что они сами расползаются по комнатам и я здесь совершенно ни при чем. Хотя возможно, в беспорядке повинны Невидимые Помощники. Я давно намекаю нашему домовому, что неплохо было бы собрать обереги в одном месте, но делает вид, что не слышит. Лентяй несчастный. Оберегов нет только на кухне, там царит Мелл, а она не питает к ним особой любви.

  Обереги принято носить на шее. Эти маленькие вещицы бывают из дерева, кости, благородных металлов, кожи и даже камня. И всех их, абсолютно всех, я рад видеть в своей коллекции. Известно, что первоочередная задача оберега - это защита владельца. Они охраняют тело от физических повреждений и душу от ментальных атак. Конечно, стопроцентной гарантии они не дают, поэтому если где-то не достает качества, приходиться брать количеством. Например, на моей шее, каждый на своем ремешке, висят двенадцать бессменных оберегов. Пришлось наложить специальное заклинание, чтобы они не путались, иначе я рисковал когда-нибудь задохнуться во время сна.

  Пошарив по ящикам письменного стола и полкам, я выбрал два десятка самых необходимых универсалов - на все случаи жизни. Запечатав окно и дверь кабинета заклинанием, я отправился в спальню.

  Перед дорогой мне нужно было переодеться. Достав из шкафа коричневую мантию, которую я часто одеваю, когда куда-то еду, я принялся за поиски плаща-хамелеона.

  Мне вдруг показалось, что в виду моей необыкновенной популярности этот плащ сослужит мне хорошую службу. Он сливается с обстановкой и если замереть, то ты становишься невидимым без всяких дополнительных заклинаний. Это очень полезная вещь, если хочешь избежать ненужного внимания. Его подарил мне Дракум - мой старый друг, член столичной гильдии убийц. Возможно, странно иметь в друзьях такого опасного человека, но маги славятся тем, что заводят знакомства в разных слоях общества. Формально Дракум закон не нарушает. Он еще ни разу не попался.

  Плащ нашелся в кладовке. Подумать только - вещь, стоящая как десяток породистых коров или плодоносящий сад, лежала скомканная среди всякого старого хлама, словно старая тряпка. Возможно, Мелл права, и мне иногда стоит наводить порядок?

  - Вот вернусь и обязательно займусь этим, - сказал я сам себе как можно убедительнее.

  - Генерал Эдвин... - за спиной послышалось деликатное покашливание.

  - Да? - я обернулся, понимая, что с умертвием спорить бесполезно, и он все рано будет называть меня генералом.

  - Я хотел бы знать... - скелет замялся. - Мы едем в город с мирными целями?

  - С мирными, я надеюсь. Воевать я ни с кем не собираюсь. А почему ты спрашиваешь? Неужели соскучился по кровавой резне, стонам умирающих, предсмертным хрипам врагов и тому подобному?

  - Да, - в голосе скелета послышалась тоска. - Я же все-таки воин, а не горничная.

  - Я думал, что тебе у нас нравится.

  - Нравится! Это высшее счастье жить с вами и госпожой в одном доме, генерал Эдвин. Я клянусь, что мне не нужно ничего другого. Но иногда... - он замолчал.

  И хотя Весельчак просто ожививший скелет, и его голый череп не способен на выражение эмоций, я мог поклясться, что на его 'лице' сейчас было написано отчаяние.

  - Хм, а если ты наденешь свою кольчугу, возьмешь меч, это поднимет тебе настроение?

  - О, генерал! Вы позволите мне это сделать?

  - Позволю. Только поторопись, мы скоро выходим.

  - Я буду готов через минуту, - бросил Весельчак и убежал, громыхая сапогами.

  Можно было не сомневаться, что через минуту, в блестящей кольчуге и шлеме он будет ждать меня у парадного входа. Не было ни разу, чтобы он нарушил свое слово.

  Я положил плащ в сумку и вернулся обратно на веранду, чтобы попрощаться с Мелл. Но там ее не оказалась. Я вернулся в дом и столкнулся с ней в коридоре. Она как раз шла из кухни, держа в руках бумажный сверток.

  - Что это?

  - Не тушеные овощи, не волнуйся. - Мелл улыбнулась. - Я знаю, что ты скоро проголодаешься, поэтому завернула тебе несколько котлет. В твоей чудо-сумке с ними ничего не случиться?

  - Ничего, - успокоил я ее, пряча сверток. - По крайней мере, там точно никто не живет, чтобы съесть их вместо меня. Спасибо.

  - Жаль, что ты вот так вот внезапно уходишь.

  - Как всегда, - я крепко обнял ее. - Вспомни, у меня все случается внезапно.

  - Обойдись на этот раз без спасения мира. Пусть этим занимается кто-нибудь другой. Какой-нибудь холостой маг, не имеющий жены, которая не будет о нем волноваться.

  - Твое слово для меня - закон.

  - Передавай привет Эрику.

  - Непременно. Он наверняка за тобой соскучился. Пока меня не будет, вы с сестрами не очень-то буяньте. Никаких посиделок допоздна и незнакомых мужчин в доме, - грозно сказал я. - Учти, домовой мне все расскажет.

  - Неужели какому-то подозрительному домовому, в существовании которого многие сомневаются, ты поверишь, а мне нет? - прищурилась Мелл. - Ну, хорошо, мы не будем наряжаться соломенными пугалами, петь неприличные частушки и кататься на коровах.

  - Кошмар... Теперь я имею представление о том, как развлекаются деревенские жители.

  Весельчак, гремя железом, уже в нетерпении топтался на пороге. Домовой, посматривал на него с неодобрением. Он не любил, когда в доме шумели, считая, что это исключительно его прерогатива.

  Поцеловав Мелл на прощанье, я двинулся в путь. Третья ступенька крыльца издала знакомый скрип. Тропинка уводила меня все дальше и дальше от дома. Весельчак махал мечом, нещадно кося траву вокруг. Видимо он представлял, что это головы воображаемых врагов.

  - Генерал Эдвин, если по дороге мы встретим бандитов, вам не придется колдовать. Я разрублю негодяев на куски.

  - Не сомневаюсь.

  На самом деле я бы хотел посмотреть на этих безумцев, которые рискнуть напасть на взрослого опытного мага, да еще с умертвием в качестве спутника. Сомневаюсь, чтобы бандиты пошли на такой риск.

  Мы спустились по тропинке, дошли до речки, перешли по мостику, потревожив двух песчаных горгулий, и свернули налево. В лесу приятно пахло молодой листвой. После вчерашнего дождя было влажно. В низинах еще стояли лужицы.

  Мерно шагая, я обдумывал проблему, которую мне предстоит решить. В каких именно животных Эрик поместил сознание одноклассников? Кого ученики сейчас держат в живом уголке? Мышей, ящериц? Когда я учился, то мы держали розового поросенка, который всего за год превратился в огромного кабана. Его пришлось отдать, потому что при всем своем добродушии, вел он себя по-свински. А еще у нас были летучие лисицы. Два десятка летучих лисиц, живущих на чердаке и слывущих грозой окрестных садов.

  В школу постоянно приходили владельцы с жалобами на то, что наши питомцы их разоряют. Подумаешь, съели пару яблок. Им же тоже надо чем-то питаться, раз сорванные фрукты их не устраивали.

  Воспоминания о школе испортили мне настроение. Не могу сказать, что время, проведенное там, было самым счастливым в моей жизни. Вот учеба в университете, дополнительная магистратура - это другое дело. Я сочувствовал Эрику. Мальчику придется оставаться в школе хотя бы до тех пор, пока ему не исполнится четырнадцать. Даже будь он самым талантливым в мире, его не примут в университет до тех пор, пока не минет возрастной ценз. Правила - есть правила.

  Через два часа тропинка стала расширяться, в лесу чаще стали появляться просветы и мы вышли на широкую, прямую как стрела каменную дорогу. Она должна была привести нас прямо к столице.

  Нужно отдать должное нашему императору. Как только Фаусмин Третий взошел на престол, он первым делом привел в порядок запущенные его отцом и дедом дороги. Молодой император израсходовал на это немало денег, но все истраченные средства окупились сторицей. Сообщение между городами возобновилось, торговля пошла в гору, а если есть торговля, значит, есть и налоги, которые с нее можно снимать.

  Неожиданно Весельчак, шедший впереди и наверняка воображавший себя отважным разведчиком, остановился, да так неожиданно, что я налетел на его костлявую спину.

  - Мой генерал... - прошептал скелет, выставляя вперед острие меч. - Там что-то есть.

  Я выглянул из-за его спины, но ничего подозрительного не увидел. Справа от нас был лес, слева ржаное поле. Дорога была пуста - ни повозок, ни путников. Ничего необычного, если не считать маленькой рыжей белки в тридцати метрах впереди. Неужели это она напугала моего бравого воина?

  - Что ты имеешь в виду? - недоуменно спросил я.

  - Это... мне сложно объяснить, но мне не нравится, как животное на нас смотрит.

  Да, похоже, речь шла все-таки о белке. Если бы его голос не был полон неподдельной тревоги, я бы рассмеялся. Но Весельчак очень рациональное умертвие и не склонен впадать в панику.

  Я пристально посмотрел на белку. Обыкновенное, заурядное животное, спокойно сидящее на серых от пыли дорожных камнях. Помедлив немного, она развернулась и быстро побежала в нашу сторону. Мне это не понравилось. А когда мне что-то не нравиться я автоматически активирую магический щит - первое заклинание, которому учат волшебников. Тут я заметил в придорожных кустах окровавленную руку. У этой белки был совсем не беличий аппетит, раз она решила перекусить человеком.

  - Дорге рамус! - я начертил в воздухе знак антииллюзии.

  В этот момент животное прыгнуло и, ударившись о щит, отлетело назад. Мой знак настиг его в полете, и на дорогу упала уже не безобидная белка, а покрытое черной жесткой шерстью животное размером с медведя.

  - Это шагот! - вырвалось у меня.

  Зверь прыгнул снова и если бы не щит, его десятисантиметровые когти распороли мою грудную клетку. Зверь угрожающе зарычал и, пригнувшись к земле, стал готовиться к новому прыжку. Весельчак бросился вперед, закрывая меня. Он с таким энтузиазмом замахнулся мечом, что едва не снес мне голову. Я еле успел пригнуться.

  Весельчак рассек зверю бок. Шагот взвыл и подмял умертвие под себя. Раздался неприятный хруст ломающихся костей. Конечно, умертвие нельзя убить, но лучше было не рисковать. Нужно было выручать Весельчака, пока шагот не отглодал у него какую-нибудь важную часть его тела.

  Я снова начертил в воздухе знак - на этот раз холода. Белая слепящая молния вырвалась из моих рук, угодив прямо в голову зверя. Шагот превратился в ледяную статую.

  - Как мило получилось... Теперь есть чем украсить парк, - облегченно выдохнул я. - Весельчак, заклинание тебя не задело?

  - Нет, мой генерал... - скелет выбрался из-под лап шагота. - Простите, что не успел вас защитить.

  - Пустяки, - я как можно безразличнее пожал плечами. - Главное, что никто не пострадал. А что это у тебя с рукой?

  Левая рука скелета сиротливо лежала на дороге отдельно от туловища. Похоже, что пострадавший у нас все-таки был. Весельчак проследил мой взгляд.

  - Эта тварь ее отгрызла, - он коснулся пустого рукава кольчуги.

  - Да, я вижу. Что теперь прикажешь делать?

  - Сейчас все будет в порядке.

  Пальцы на оторванной руке зашевелились и она живо поползла к своему хозяину. Зрелище, конечно, не для слабонервных. Но я - Прозрачный маг и за свою полную приключений жизнь успел на всякое насмотреться. Через несколько секунд конечность снова была на месте. Весельчак поднял меч обеими руками и взмахнул им над головой.

  - Как новая! - радостно заявил он.

  - Если хочешь, можешь порубить на кубики это порождение кошмара.

  Умертвие не пришлось долго упрашивать. Огоньки в его пустых глазницах воинственно сверкнули. Он покрепче обхватил рукоять меча и решительно повернулся к ледяной статуе.

  Я направился к месту, где ранее заметил человеческие останки. В густых зарослях боярышника, что рос около дороги, лежало окровавленное тело, некогда принадлежавшее мужчине, а дальше еще одно - на этот раз женское. Лицо мужчины было совершенно обезображено, но женщины почти не пострадало. Я ожидал увидеть гримасу ужаса, но в широко распахнутых глазах навечно застыл покой. Видимо, шагот напал сзади. Они даже ничего не успели понять.

  Обнаружив на их запястьях одинаковые браслеты, я решил, что передо мной семейная пара. Неудачная вышла у них прогулка... Разве могли они еще утром представить, как закончиться их день? Никогда не знаешь, где найдешь свою смерть. И куда они направлялись? Вряд ли столицу. Поблизости я не нашел обычного для длительных путешествий багажа, лишь у мужчины за спиной находился небольшой заплечный мешок. Значит, они собирались в ближайший город или село.

  Положив тела рядом, я их тоже заморозил, чтобы запах свежей крови не привлек волков, и выжег растительность подле дороги - это послужит опознавательным знаком. Через пять километров будет деревня. Там я расскажу о случившемся старосте, пусть он пошлет кого-нибудь забрать этих несчастных и побеспокоится об их погребении.

  Интересно, скольких человек эта проклятая псевдо-белка успела превратить в кровавый фарш до того как вышла на меня? Человеку практически невозможно выжить в схватке с этим монстром. Он должен быть или волшебником, или профессиональным убийцей вроде Дракума, обладающим поистине молниеносной реакцией.

  Весельчак тем временем разрубил зверя на куски и с довольным видом поглядел на дело рук своих. Лед под жаркими лучами солнца уже начал таять.

  - Отлично, - похвалил его я. - Он это заслужил.

  - А что это? Я никогда прежде не видел столь странного животного. Белок видел, но это...

  - Эта тварь к белкам не имеет никакого отношения. Шаготы - порождение Подземелья. Там, - я топнул ногой, - они не редкость. Охотятся по одиночке, принимая облик безобидных существ, подбираться к жертве поближе и все... Но по сравнению с остальными обитателями они не такие уж и кровожадные. Они охотятся только когда голодны, то есть двенадцать из двадцати четырех часов.

  - Что же он здесь делал?

  - Понятия не имею. Наверное, неподалеку образовался прорыв, о котором я не знаю. Надо будет по возращению обязательно заняться этим вопросом. Там где один шагот, будет и другой.

  - А вы расскажите мне о Подземелье?

  - Можно и рассказать. До деревни еще идти целый час. Что тебя, собственно, интересует?

  - Вы не раз бывали внизу, мой генерал. Каково там находиться?

  - Страшно, - честно ответил я. - А иногда очень страшно. Туда нельзя спускаться. О Подземелье в народе ходит множество историй - одна другой ужаснее. Люди, никогда не бывавшие там, выдумывают всякие глупости, не подозревая, что правда намного страшнее выдумок. Ты конечно знаешь, что наш мир - солнца и синего неба, отделяют от Подземелья десятки, сотни метров земли. Подземелье всегда с нами, оно везде, тут, под нашими ногами. Это необыкновенный многоуровневый мир, населенный даже богаче чем наш.

  - Но если там так мало бывает людей, то откуда это стало известно? - резонно заметил Весельчак.

  - Вот спустись и узнаешь, - проворчал я. - Маги достаточно проверили времени в Подземелье, чтобы разобраться в таких тонкостях. Стоит только сделать один единственный шаг, как тебя тут же пытаются сожрать. Совершенно безумное место. Всякий раз, как туда попадаю, я сталкиваюсь с монстрами, словно сошедшими со страниц справочника 'Смертельно опасные твари от которых еще никто не уходил'.

  - Вы - великий волшебник, - с благоговением отозвался Весельчак.

  - Последнее время эти слова произносятся слишком часто... - протянул я. - Да, способности, опыт - это все очень важно, но они ничего не стоят, если в Подземелье тебе не благоволит удача. В последний раз, когда я был там с Норманом, нам везло. Как вспомню... - у меня вырвался непроизвольный вздох. - Да...

  На самом деле, в прошлый раз я сильно оплошал. Норман ведь так и не знает, что мы были на волоске от смерти, а я ему точно не скажу всей правды, можете мне поверить. Он слишком впечатлительный, и мне не хочется лишать его сна, а он у священника и так не слишком спокойный.

  Весельчак - сама доброта, проявил тактичность и не стал настаивать на продолжении беседы. Вместо этого он поправил шлем и принялся зорко смотреть по сторонам. Я был признателен ему за поддержку. Скелет оказался очень наблюдателен. Он первым заметил шагота. А я не заметил... Неужели теряю сноровку?

  В деревне, что раскинулась вдоль дороги, было очень тихо. Не было видно ни людей, ни животных - даже кур. Ставни плотно закрыты, калитки затворены. Создавалось впечатление, что по деревне или прошелся мор, убивший всех ее жителей или неподалеку отсюда была найдена золотая жила и они стремглав бросились ее разрабатывать, чтобы успеть урвать кусок пожирнее.

  - Как тихо, - сказал Весельчак.

  - Мне это не нравится. Такая тишина - частая гостья в доме смерти. Слишком пусто, даже Невидимых Помощников не видать, а уж эти любопытные создания точно бы вышли меня встретить... - я набрал побольше воздуха в легкие и крикнул. - Эй! Тут есть кто-нибудь?

  Крик возымел свое воздействие. Из-за крайнего к нам дома выглянул, а потом выбежал маленький щуплый мужчина, весьма преклонного возраста. Подпоясанный красным куском шелка, в коричневых штанах и белой рубахе он подбежал ко мне, крича и размахивая руками. Лицо старика показалось мне знакомым. Как же его звали - Филл? А может быть Тилл?

  - Маг Эдвин! Слава Господу! Всемогущий Создатель, ты услышал наши молитвы! - радостно воскликнул он, но, взглянув на умертвие, осекся. Стремительно бледнея, старик сделал шаг назад.

  - Не бойся, - я поспешил его успокоить. - Он со мной и ничего плохого тебе не сделает.

  - Ваша сила безгранична... - старик низко поклонился и сделал попытку поцеловать полы моей мантии.

  - Прекрати! Что это еще за глупости? - я почувствовал, что краснею.

  - Маг Эдвин... - старик выпрямился, отчего его спина стала ровной как доска. - Мое имя Филл, я староста Придорожной.

  Значит, я все-таки был прав и моя память еще на что-то годиться. Я заметил, что пальцы старосты мелко дрожат. Он был сильно напуган и Весельчак тут был ни при чем.

  - Что случилось? - как можно мягче спросил я. - Деревне нужна моя помощь?

  - Да-да, я расскажу все по порядку, - он часто закивал. - Простите, меня. Теперь, когда вы здесь, нам уже ничего не страшно.

  Все-таки вера в простых людей в волшебников безгранична. Они полагают, что в их силах заставить солнце взойти на западе. Такие маленькие спасительные божки для всеобщего пользования... Надеюсь, я оправдаю их доверие.

  - Вчера на нас напало странное существо. Я никогда такого не видел. Сначала оно было собакой, потом кошкой, а потом...

  - Огромным черным зверем неизвестной породы.

  - Вы знаете? - ошеломленно выдохнул старик.

  - Знаю.

  - Это был шагот, мой генерал? - спросил скелет.

  - Ах! Он еще и разговаривает! - вскрикнул Филл, хватаясь за сердце.

  - Естественно. Хотя... Но это неважно... Это животное, где оно сейчас?

  Глаза старосты забегали, и он, понизив голос, прошептал:

  - Неподалеку.

  - Есть погибшие?

  - Да, трое. Мельник, его племянник и жена. Горе-то, какое... Они ведь так и лежат. Мы боимся покидать дома.

  - Должен сказать, что похожего зверя, я убил час назад. Кстати, нужно будет, чтобы ты отправил несколько человек забрать тела двоих его жертв.

  - Бедные люди... - Филл сочувственно покачал головой.

  - Я нашел их в лесу, неподалеку от дороги и поставил метку, чтобы их было легче отыскать.

  - Сделаем все наилучшим образом. Но вот только... - он умоляюще посмотрел на меня.

  - Я проверю деревню, не волнуйся. Не могу же я оставить за своей спиной шагота.

  Я одернул завернувшиеся рукава мантии и посмотрел на Весельчака.

  - Мне организовать поисковые отряды, мой генерал? - умертвие вытянулось по струнке смирно.

  - Ценю твое рвение, но не нужно. Я бы хотел избежать новых жертв. У живых людей, в отличие от тебя, руки обратно не прирастают. Филл, как я понял, все жители деревни спрятались?

  - Да. Кто на чердаке, кто в погребе. Со вчерашнего вечера даже за водой никто не выходит.

  - Мудрое решение.

  - Я тоже на чердаке сидел, пока вас не увидел. Мы закрыли ставни, чтобы зверь не пробрался, но на чердачном окошке ставен нет.

  - Ты мне пока что не нужен, поэтому можешь вернуться к себе. Где твой дом?

  Филл с готовностью показал. Он был рад, что ему не придется участвовать в охоте. Староста еще раз низко поклонился - на всякий случай, и побежал обратно.

  В Придорожной было около двухсот дворов, а у меня не было ни времени, ни желания обходить каждый из них в поисках нашего гостя из подземного мира. Что же делать? Как говорил мой наставник: 'хороший маг - это ленивый маг'. То есть такой, который не станет тратить силы там, где можно применить заклинание. Я был полностью согласен с наставником и все жизнь считал, что беготня - это не для мага. В этот раз вместо заклинания, я решил воспользоваться венцом Сумерек.

  Открыв сумку, я опустил туда руку, пытаясь нашарить среди сотен различных вещей, болтающихся в подпространстве, необходимый мне обруч. Тот, решив показать свой вредный характер, как назло не желал попадаться. В ладонь ложились пузырьки со снадобьями, корешки книг, карандаши, веревка и другие глупости. До чего строптивыми бывают эти артефакты... Никакого сладу с ними нет. Опустив руку в сумку по самое плечо, я выругался сквозь зубы. Ругательство помогло.

  Венец Сумерек смилостивился и позволил себя поймать.

  Я с недовольством посмотрел на него. Серебро вызывающе поблескивало. Конечно, я понимаю, что он блестел как обычно, но в тот момент его блеск словно говорил мне: 'Здесь я главный. Разве ты еще не понял, глупый маг? Ты - всего лишь марионетка'.

  - Без глупостей, - предупредил я его. - Никаких головных болей и прочей ерунды. В мире наблюдается острый дефицит серебряных подсвечников, и ты вполне можешь пополнить их количество.

  Стоит венцу потерять форму, как он лишиться своей силы и индивидуальности, станет простым куском серебра. Конечно, никто в здравом уме не станет портить такую необыкновенную вещь, но ведь от людей нельзя ожидать только здравых поступков.

  - Генерал Эдвин - это точно необходимо? - Весельчак встревожено посмотрел на меня. - Если позволите, я сам осмотрю все.

  Конечно, за время проживания в моем доме, он слышал немало нелестных отзывов о венце.

  - Так мы сэкономим много времени, - пояснил я. - Но будь неподалеку. Если я вдруг начну себя необычно вести, снимешь его с головы.

  Когда холодный металл коснулся моего лба, я зажмурился, но никаких новых ощущений, кроме легкой тошноты, не прибавилось. Я открыл глаза. Вот оно - междумирье...

  Вначале была полная темнота. Потом на небе, сквозь тяжелые синие облака выглянуло красноватое солнце. Реальность заметно изменилась. Вокруг плыли причудливые разноцветные тени. Это было вестники прошлого, воспоминания людей и животных.

  Весельчак стал больше походить на человека. Вместо голого белого черепа теперь на меня смотрело вполне симпатичное лицо сорокалетнего мужчины. Но это была только иллюзия - стоило скелету двинуться с места, как она теряла отчетливость и рассеивалась в пространстве словно дым.

  Деревенские дома светились зеленоватым светом, сквозь стены я видел желтые силуэты людей. Воздух над вымощенной булыжником дорогой, дрожал, словно над раскаленной сковородой. Но дорога меня не интересовала. Мне был нужен шагот. Как выходец из мира Подземелья, зверь должен был иметь отличительные признаки, что помогут отыскать его, но я не знал какие именно. В правом виске немного кольнуло - так венец напоминал о своем присутствии. Стиснув зубы, я приказал себе не обращать на него никакого внимания. Я много спал, был в хорошей форме, поэтому у венца не было ни единого шанса.

  Пройдя десяток метров, я заметил дым. Черным столбом он поднимался кверху до самых облаков. Нужно было проверить его источник. Не торопясь я двинулся в нужную сторону. На крыше соседнего дома сидела средних размеров мраморная горгулья. Ее желтые блестящие глаза, рассеченные пополам вертикальным зрачком, неотрывно следили за мной. Я помахал ей рукой и она, расправив серые в белую крапинку крылья, взлетела в небо.

  Среди всех Невидимых Помощников, я считал горгулий самыми загадочными созданиями. Они совсем были не похожи на домовых или бентелов. Те проще, ближе человеку... Горгульи, коих насчитываются сотни видов, с незапамятных времен охраняют человеческие поселения, облюбовывая для этого, как правило, крыши церквей, башни, замки или мосты. Их привлекают величественные каменные сооружения.

  Они стремятся забраться повыше, чтобы следить оттуда за происходящим, высматривая нарушителей. В непростом мире, которым мы по недоразумению привыкли считать своим, есть и другие - враждебные человеку существа. Похожие на бесформенные клочки серого тумана, они разрушают упорядоченную реальность, надеясь вернуть мир к первоначальному хаосу. Именно на этих существ охотятся горгульи. Неизвестно, чтобы стало с миром, не будь этих бессменных стражей, но полагаю, что для человека ничем хорошим это не кончилось. Чтобы ни случилось, где бы и по какой причине ни гремел гром - люди всегда крайние.

  Черный дым привел меня к большому саду, который был огорожен невысоким забором. Открыв калитку изнутри, я, соблюдая все меры предосторожности, направился вглубь сада. Шагот или нет?

  Хрустнула ветка, и я стремительно обернулся. Но это был всего лишь скелет, наступивший на сухой сучок. Вчера после дождя было ветрено, и теперь везде на земле лежали сухие ветви. Заметив мое недовольное лицо, Весельчак замер с поднятой ногой.

  Фиолетовые тени стремительно пронеслись мимо, едва не задев меня. Это был страх.

  Я направился туда, откуда они пришли. Черный дым исходил от животного, лежащего под старой яблоней. Зверь нисколько не боялся меня. Еще бы - ведь он был хищником, а я - добычей. Садясь за стол, вы же не опасаетесь быть атакованным пучком сельдерея?

  Шагот с интересом наблюдал за моим приближением. Судя по всему, он был сыт. Тут венец Сумерек решил сделать мне пакость. Шаг за шагом, проникая внутрь животного, он показал, что именно переваривает шагот. Хорошо, что у меня крепкая выдержка. Этот зверь глотал куски, не прожевывая. Особенно отчетливо в его вместительном желудке была видна человеческая кисть.

  Содрогнувшись от омерзения, я одновременно одной рукой снял венец, а второй начертил знак холода. Шагот не успел даже дернуться. Сад пополнился ледяной скульптурой.

  - Ты знаешь, что делать, - сказал я Весельчаку и отошел в сторону.

  Умертвие не пришлось долго упрашивать. Его меч с хрустом врубался в лед, раскалывая его на куски. Я не стал ждать, пока он закончит с шаготом. Спрятав венец обратно, я пошел на поиски старосты. Филл жил в добротном двухэтажном доме. Наверное, у него была большая семья. Я постучал кулаком в дверь. Послышались шаги, и дрожащий голос поинтересовался:

  - Кто там?

  Вопрос меня позабавил. Неужели они и впрямь думали, что шагот станет стучать? Какие вежливые нынче пошли монстры...

  - Это я, Эдвин. Открывайте, не бойтесь.

  - Это точно вы?

  - Филл, я нашел вашего зверя...

  Дверь распахнулась. За спиной у старосты стояли двое рослых мужчин, судя по всему - его сыновья. В руках они сжимали дубинки.

  - Нашли?

  - Да, - я прислушался. Удары прекратились. - Нашел и убил. С ним покончено.

  - Какое счастье! - лицо Филла осветила радостная улыбка. - Какое счастье! - повторил он снова и сделал попытку поцеловать мне руки, но я вовремя спрятал их за спину.

  Что за порядки в этой деревне? Или эта близость главной дороги на них так плохо влияет? Здесь часто проезжает и останавливается знать. Удобное место, собственно, поэтому здесь и возникла эта деревня. Напыщенные богачи, не считают жителей за людей, для них крестьянин - это пустое место. Староста привык кланяться и выполнять их приказы. Но ведь я маг, а не третьесортный граф.

  - Как нам отблагодарить вас, маг Эдвин? Вы спасли нас от чудовища.

  - Не стоит благодарности. В этом и состоит моя работа - спасать от чудовищ, если таковые вдруг появляются. Но я бы не стал радоваться раньше времени. Бояться не надо, но осторожность не помешает.

  Я поманил Филла и староста послушно вышел на крыльцо и стал рядом со мной.

  - Почему? К чему вы клоните?

  - Этот зверь был редкой породы. Пришел из Подземелья. Полагаю, неподалеку образовался провал.

  - Вот как... - протянул староста, пожевав сухими губами. - Что же нам теперь делать?

  - Ничего. Это не ваша забота. Я как раз направляюсь в столицу и найду там специалиста по провалам. Они и займется этой проблемой.

  - Как здорово, что вы пришли сюда. Это сущее благословение небес.

  Сзади послышались уверенные шаги и бряцанье железа - это вернулся Весельчак. Филл бросил испуганный взгляд на умертвие, но промолчал.

  - Не знаю как насчет небес, но к вам я шел с вполне определенной целью. Мне нужен трок.

  - Конечно, конечно... - засуетился старик. - Вы же в столицу, как я сразу не подумал...

  Он спустился с крыльца и почти бегом направился к длинному, похожему на сарай сооружению. Похожему, потому что для сарая у него было слишком высокая крыша.

  - А вы, - обратился я к сыновьям старосты, - оставьте дубинки в покое. Лучше оповестите остальных людей, что опасность миновала. Только предупредите, чтобы не ходили пока в лес.

  - Да, господин, - они послушно кивнули и отправились выполнять поручение.

  Я наблюдал за тем, как они заходят во дворы и стучат в закрытые ставни. Спустя десять минут в деревне стало шумно. Появились собаки - обыкновенные вислоухие дворняжки, песочного окраса. Такие есть в любой деревне. Животные распознали во мне чужака и набросились с яростным лаем. Несомненно, природа любит равновесие. Раз от людей я получил долю почтения, то теперь должен получить долю презрения от собак.

  Я не обращал на них внимания, зато Весельчак заметно нервничал.

  - Что такое? Ты их боишься?

  Умертвие замер, глядя на заходящуюся лаем собаку, и неуверенно кивнул. Я не выдержал и расхохотался. Это, в самом деле, забавно: в прошлом году сей бесстрашный скелет был готов в одиночку покромсать армию демонов, а теперь пугается дворняжки, не достающей ему даже до колена.

  - Простите меня, мой генерал, - сказал Весельчак тихо. - Я недостоин служить под вашим началом. Эта собака... Мне стыдно. Если пожелаете, я покончу с собой.

  - Интересно, каким образом? Если знаешь верный способ, то расскажи о нем моим коллегам. А то пока нет Вольта, они давно бьются над решением этого вопроса, но пока безрезультатно.

  - Я не знаю... Но вы... Я... - скелет окончательно запутался в словах.

  Он был на целую голову выше меня, и это несмотря на то, я сам высокого роста, но сейчас, съежившийся, понуренный казался маленьким и жалким. Нет, так не годиться... Пока у Весельчака не началась депрессия необходимо поднять его самооценку. Я уже успел убедиться, что в этом скелете было больше жизни и человечности, чем во многих обычных людях из плоти и крови.

  - Если я вернусь без тебя, Мелл очень расстроиться. Да и я тоже. Поэтому не спеши себя казнить.

  - Вы не сердитесь? Вы меня прощаете?!

  - Боязнь собак - это пустяки, на которые не стоит обращать внимания. В критических ситуациях ты действовал наилучшим образом и я тобой доволен.

  - Генерал Эдвин! Эта лучшая похвала. Я не трус, я докажу вам это! - Весельчак не знал, как выразить свою радость.

  Оставалось надеяться, что он не станет падать на колени или делать что-нибудь еще в подобном духе. Но мои опасения не подтвердились. Весельчак был воином, поэтому он ограничился тем, что посмотрел на командира с обожанием.

  Из сарая, в котором скрылся Филл раздался ужасающий рев и раздраженные крики. Спустя минуту староста выбежал оттуда, прижимая ладонь к окровавленной щеке.

  - Маг Эдвин, сейчас все будет в порядке, но этот дармоед, - он перевел дух, - совсем от рук отбился. Ему бы только есть да на соломе валяться.

  Рана на лице была рваной и выглядела скверно. Прямо на белый воротник рубахи стекала струйка крови. И хоть я не лекарь и вообще целительство - это не моя специализация, я должен был помочь старику. Сомнительно, чтобы в Придорожной жил врач. Даже если он и есть, то скорее всего, это какой-нибудь недоучившийся ученик, который не в состоянии справиться даже с обычной простудой.

  - Постой... - приказал я. - Не двигайся.

  Знак Пула, усмиряющий боль, подействовал мгновенно. Прикоснувшись к коже вокруг раны указательным пальцем и прошептав несколько слов, я остановил кровь. Затем достал из кармана плоскую синюю бутылочку, наполненную прозрачной жидкостью. Смочив в ней свой платок, я протянул его старику.

  - Приложите к щеке. Когда бальзам впитается, платок выкиньте, только смотрите, чтобы его гуси не съели, а то сдохнут. Потом промойте лицо водой. Даже шрама не останется.

  - Спасибо вам большое.

  Я знал, что лекарство жжет, но Филл даже не поморщился.

  - Пойдем, Весельчак.

  Мы направились к сараю, где стоял трок - воплощение человеческой гениальности и лени. Это было высокая деревянно-металлическая конструкция на трех колесах. В передней части размещалась кабинка для водителя и пассажира, а в задней огромное колесо. Зверь, бегающий по колесу, служил движущей силой трока. Вот в него и нужно было загнать грифона, что спал в дальнем углу. Или делал вид, что спал.

  - Тот, кто считает, что грифоны - это прекрасные гордые свободолюбивые животные, тот их и не видел никогда, - сказал я, поспешно прикрывая нос рукавом мантии, потому что вонь в сарае стояла невыносимая.

  Передо мной лежал крупный зверь с львиным телом, только не желтого, а темно-пепельного окраса и птичьей головой напоминающей орлиную. У него были лапы животного и большие птичьи крылья, сложенные на спине. Но вряд ли этот грифон смог подняться в воздух. Для этого он был слишком толст.

  - Господин маг... Я сейчас позову людей и мы загоним его внутрь.

  - Не стоит. Весельчак справиться сам.

  - Только осторожно... Он не любит, когда его будят.

  - Не любит?! Разве его спрашивают, что он любит и что нет? Я, между прочим, спешу... - и маленькая, но жгучая молния впилась прямо в мясистый зад грифона.

  Тот сразу же вскочил, оглушив нас диким протестующим воем. Вы когда-нибудь видели, как воет птица? Поверьте, это занятное зрелище. Грифон угрожающе щелкал клювом и выл, пытаясь до нас добраться, но его не пускала толстая цепь, висевшая у него на шее. Безуспешно вспоров когтями воздух в каких-то пяти сантиметров от моего носа, он принялся прыгать в разные стороны, пытаясь порвать цепь.

  - Я же говорил... - оправдываясь, прошептал старик.

  - Нервный он у вас... Хотя весной они всегда такие. Ему бы пару...

  Мою голову посетила коварная мысль. Если прибегнуть к помощи иллюзии, то зверь станет послушным, и сам войдет в трок. Более того, мы побьем все рекорды скорости. Я оценивающее посмотрел на грифона, пытаясь понять его предпочтения. Это была трудная задача - нужно было думать как грифон, а я был слишком умен для этого.

  По-моему знаку Весельчак открыл дверь. Воздух внутри колеса сгустился, принимая очертания белоснежной самки грифона. Она издала низкий рокот и махнула хвостом с кисточкой. Иллюзия вышла великолепной, я и сам удивился тому, насколько все отлично получилось. Наш грифон сразу присмирел. Скелет отстегнул цепь и закрепил в троке. Гриф послушно, и я бы даже сказал с радостью, прыгнул в колесо.

  Но тут его ждала неприятная неожиданность. Его иллюзорная подруга, вместо того, чтобы спокойно сидеть на месте, стала удаляться. Грифон взвыл и побежал вперед. Колесо со скрипом закрутилось, боковые ремни натянулись. Еще немного и трок тронется с места.

  - Открывайте ворота! - бросил я старосте, запрыгивая в кабину.

  Я сел на место водителя, не решившись доверить управление троком Весельчаку. Сидение было кожаным и довольно удобным. Хотя, конечно, не такое удобное, как кресло в моем кабинете - с ним даже императорский трон не сравнится.

  Филл потянул за одну створку ворот, скелет за другую. Как раз вовремя. Обеими руками вцепившись в руль, я направил трок в нужном направлении и выехал на дорогу уже на приличной скорости. Весельчак заскочил в кабину на ходу. Колеса застучали по камням: 'трок, трок, трок'. Именно из-за этого стука транспорт и получил свое название.

  Обернувшись, я увидел Филла, трогательно машущего рукой. Увидев, что я уезжаю, к нему присоединились остальные жители. Двое белобрысых мальчишек бежали рядом с троком, выкрикивая пожелания доброго пути. На моих губах появилась невольная улыбка. Все-таки приятно иметь дело с простыми людьми. С ними всегда все ясно: ты избавляешь их от чудовища, они испытывают благодарность и не стесняются ее показать.

  Я не отрывал внимательного взгляда от дороги. Колеса стучали не сбавляя темпа. Деревенские жители остались в прошлом, впереди меня ждал Регум - столица нашей грозной империи. Там я не встречу открытых лиц и благожелательных взглядов. Зато в страхе, лицемерии, неприкрытой лести, глупости и чванстве недостатка не будет...

  Я понимал, почему Мелл не желала составить мне компанию. Сам бы не поехал, если бы не происшествие с Эриком. Все-таки трудно было проигнорировать письмо Фрауса. Интересно, а Норману, как опекуну Эрика, он тоже послал письмо? Вряд ли. Какой прок в магических делах от священника? Сомневаюсь, что директор вообще помнит, кто такой Норман.

  Тут я представил себе бледное лицо Фрауса, его холодные глаза, делающие похожим на рыбу и мои мысли потекли в ином направлении. В школе мне снова придется общаться с преподавателями к которым я не питал особой любви. Нет, несколько человек были мне симпатичны, мы даже были друзьями - это их я попросил присматривать за Эриком, но основная часть коллектива внушала опасение, что так просто они от меня не отстанут.

  Считается, с годами приходит мудрость, я же со всей уверенностью заявляю, что с годами не приходит ничего кроме маразма. Этому есть многочисленные живые подтверждения. Где эта тонкая грань переступив которую эксцентричный маг становится магом у которого не все дома? Будучи еще мальчишкой, в зеленом ученическом балахоне, я считал, что некоторым преподавателям не мешало бы отправиться на покой. Но прошло тридцать лет, а они все еще на прежних местах.

  Чему могут научить эти поросшие мхом пни? Они путают слова, теряют мысль или просто дремлют в своих креслах. А заклинания? Сколько было несчастных случаев по их вине? В лабораторию стариков больше не пускают - им оставили одну голую теорию, надеясь, что там они принесут наименьший вред.

  Интересно, что эти старички скажут, увидев меня? Вероятно, вообще не узнают.

  Было бы здорово, появиться в школе в сопровождении красавицы жены. Я представил, как мои коллеги зеленеют от зависти и почувствовал на душе приятное тепло. Да, ничто человеческое не чуждо даже Прозрачным магам...

  Кабину сильно трясло: грифон, стремясь догнать иллюзию, бежал во всю прыть. Весельчак одной рукой придерживал дверцу, а второй держался за поручень.

  - Не бойся, трок не развалиться. Он и не на такое рассчитан.

  - Наверное... - тут колесо трока подпрыгнуло на ухабе, и скелет звонко клацнул челюстью. - Наверное, - повторил он, - здесь использованы лучшие заклинания.

  - Можешь не сомневаться.

  - Едем очень быстро.

  - Да, - согласился я. - Быстрее обычного. Хорошо, что грифоны на редкость тупые создания и их легко обмануть.

  - Но ведь они не все такие, - осмелился возразить Весельчак. - Я читал, что бывают мудрые грифоны. Они больше этих, прекрасно понимают человеческую речь, некоторые из них даже могут читать.

  - Это ты имеешь в виду императорских грифонов. Это совсем другой вид. Кстати, а где это ты об этом читал?

  - В книге, мой генерал, - с невинным видом ответил скелет.

  - Это я и так понял. Что за книга? Внушающий доверие научный труд или просто собрание всяких небылиц?

  - Я не помню ее названия. Она стоит на самой верхней полке книжного шкафа в вашем кабинете. Такая большая черная книга.

  - Хм... Тебе попалось 'Собрание человеческих мифов'. Издание достойное, но сама тема... Но, как говорится, дыма без огня не бывает.

  Если верить тому же 'Собранию', то когда-то давно, еще на заре человеческой истории грифоны были очень многочисленны и имели собственное государство, состоявшее из нескольких земель. Они были весьма умны. Чтили науку и вели летописи, совсем как люди. Каждые тридцать три года грифоны выбирали себе единого для всех областей вождя, и он правил, прислушиваясь к мнению своих подданных.

  Однажды новоизбранный вождь грифонов, возжелавший могущества сверх всякой меры, решил украсть Свитки Судьбы у самого верховного бога. Он полетел в небесные чертоги и, дождавшись, пока бог уснет, вытащил свитки лежавшие под изголовьем и был таков. Но на обратном пути грифон попал в сильнейшую бурю и выронил свитки в море.

  В мире началась неразбериха. Судьба исчезла, каждый теперь мог делать что хотел. Естественно, все позабыли о трудностях завтрашнего дня, побросали работу и устроили грандиозный праздник. Шум, поднятый празднующими, разбудил верховного бога. Он обнаружил пропажу и страшно разгневался.

  Узнав, кто повинен в учиненном безобразии, он принял меры и заточил нерадивого вождя в набалдашник своей трости, а всех остальных грифонов уровнял в интеллекте с остальными животным. Что стало в последствии со свитками, и была ли им найдена замена, история умалчивает. Правдивость этого мифа вызывает большое сомнение, но от мифа это и не требуется. Его предназначение иное.

  На пути трока возник торговый караван. Я загодя свернул в сторону, чтобы не врезаться в него. Трок несся на такой скорости, что дело могло закончиться очень плохо: ранениями или даже смертельным исходом. Торговцы и охрана проводили нас удивленными взглядами. Грифон ревел в колесе как безумный. Если бы самка существовала на самом деле, ее стоило бы пожалеть. Нам же на руку было то, что в большой голове грифона мозги были величиной с грецкий орех. Другой бы уже давно догадался, что его дурачат. Иллюзия ведь была даже без запаха.

  Через час этой бешеной поездки, я почувствовал, что проголодался. Котлеты, что передала мне Мелл, пришлись весьма кстати. Весельчак с завистью смотрел, как я поглощаю холодные котлеты, но ничего не сказал. Умертвие угнетала невозможность есть как живые люди. Но тут я ничем не мог ему помочь. Для того чтобы нормально питаться, он должен был иметь для начала желудок, а его у Весельчака не было.

  Показался еще один торговый караван. Люди, издалека заслышав громыхание трока, благоразумно разбежались в разные стороны. Я был им за это очень благодарен. Троком трудно управлять. Во всяком случае на выполнение мгновенных маневров он точно не рассчитан. Хорошо, что троком могут пользоваться только люди, состоящие на императорской службе: маги вроде меня, высшие духовные лица или советники, и только когда в этом есть государственная необходимость. Иначе бы наши дороги могли бы стать самым опасным местом в нашей вселенной. После Подземелья, разумеется.

  Лес закончился, мы выехали на открытое пространство. Солнце быстро снижалось, небо темнело. На востоке уже зажглись первые холодные звезды, а в западной части редкие облака все еще краснели в лучах заходящего солнца. Весельчаку скоро надоело любоваться пейзажем и он прервал молчание.

  - Генерал Эдвин, а когда мы прибудем в столицу?

  - Если наш грифон не умрет от переутомления, то глубокой ночью.

  - А он может умереть?

  - Не думаю. Судя по тому, как он завывает, он прекрасно себя чувствует.

  Словно в подтверждение моих слов, сзади раздался яростный вой.

  - Вы устали, мой генерал? Я могу сменить вас. Ночью дорога почти пустая.

  Я с сомнением посмотрел на него. Признаться, я чертовски устал за эти несколько часов. Управлять троком тяжелее, чем кажется.

  - А ты справишься? Если мы врежемся в стену или дерево, с тобой ничего не случиться, а вот мне придется плохо.

  - Я буду очень внимателен.

  - Надеюсь... Разбудишь меня, как приедем. По Регуму все равно придется ходить пешком.

  Мы поменялись с ним местами. Весельчак крепко сжал руль. Некоторое время я наблюдал за ним, но так как в искусстве вождения он делал явные успехи, то успокоенный, я откинулся на спинку сиденья и, несмотря на жуткую встряску, задремал. Многие маги славятся тем, что способны уснуть в самых неподходящих местах.

  Снилась мне какая-то ерунда: серые тени, марширующие под звуки легкомысленных трактирных песенок. Огромные черные облака, похожие на пухлых перекормленных зайцев, холодное синее море, на волнах которых качались бумажные кораблики. Я наклонился, чтобы взять один из них, и проснулся.

  Кругом была темнота, трок стоял на месте.

  - Весельчак... - позвал я своего помощника.

  Желтые огоньки сверкнули в нескольких метрах от меня.

  - Где мы?

  - Уже приехали, - он открыл дверь кабины.

  - Так быстро?

  - Вы спали не меньше пяти часов, - заметил Весельчак. - Я сначала договорился с работниками из надзора за грифонами, а потом уже собрался будить вас.

  - Очень разумно...- я зевнул. - Ну что ж, пойдем, навестим нашего дорого директора.

  Ночь показалась мне слишком темной, поэтому я наколдовал парочку бродячих огней. Неожиданно передо мной возник человек. Он был невысокого роста, щуплый, синяя форма с белыми нашивками сидела на нем словно чужая. В одной руке он держал фонарь, а в другой пухлую папку. Неприязненно покосившись на волшебные огоньки, он поднял фонарь повыше.

  - Доброй ночи, - у него был низкий хриплый голос, плохо вязавшийся с его обликом. - Пожалуйста, задержитесь на пару минут. Я Пек, сержант внутренней охраны Регума.

  - Рад за вас. А что случилось?

  - Могу я узнать, кто вы? - представитель столичной службы охраны проигнорировал мой вопрос. Это было невежливо.

  Весельчак, пылая праведным гневом, дернулся, чтобы проучить наглеца, но я остановил его. Только драки с властями мне не хватало.

  - А могу я узнать, почему вас это интересует? - в тон ему ответил я.

  Он смерил меня проницательным взглядом и решил все-таки не выходить за рамки приличий.

  - Конечно. Я проверяю законность использования трока в качестве средства передвижения. У нас недавно были неприятные случаи...

  - Хотите сказать, что я использовал его в личных целях?

  - Ваше имя? - он снова пропустил мой вопрос мимо ушей. Пек по-деловому раскрыл папку, вытащил чистый лист и достал карандаш.

  - Эдвин, Прозрачный маг.

  Карандаш замер над листом.

  - Эдвин... - Пек внимательно посмотрел на меня, на мантию, обереги, а потом перевел взгляд на умертвие в блестящих доспехах. - А... - на его лбу выступили мелкие капельки пота. Сержант закусил верхнюю губу.

  - Да? - я благожелательно улыбнулся.

  Конечно же, Пек слышал обо мне. Вряд ли в столице найдется хоть кто-нибудь, который бы не знал о закрытии портала и моей роли в этом. И теперь сержант думает, как деликатно выйти из этой ситуации. Вдруг я окажусь злопамятным? Тогда через час он будет прыгать по направлению к ближайшему болоту.

  - Вы, случайно, не тот самый Эдвин, который остановил пришествие демонов? - спросил он вертя в руках карандаш.

  - Почему случайно? Именно я и есть.

  - Простите, не узнал. Я думал, вы выше и шире в плечах.

  - Распространенное заблуждение. Вы еще забыли добавить, что на моей голове нет огненной короны.

  - Точно! Без нее вас не узнать! - радостно воскликнул сержант и тут же смутился, понимая, насколько глупо прозвучали его слова.

  - Понимаю... Но видите ли, я не ношу ее постоянно. Иногда приходиться снимать, чтобы дать отдых голове. Если носить ее все время, то от короны появятся залысины, а это испортит любую внешность, даже вашу, - я полез в сумку и достал оттуда письмо Фрауса. - Меня срочно попросил приехать директор магической школы. Многоуважаемый Фраус... Надеюсь, вы слышали о нем?

  - Да, что-то такое припоминанию, - вне всяких сомнений, сержант был не в курсе дел волшебников.

  - Хотите прочитать?

  - Нет-нет, я вам верю, - он захлопнул папку и спрятал карандаш в нагрудный карман. - Спасибо, что уделили мне время, не смею вас больше задерживать.

  И подняв с земли фонарь, Пек поспешно ретировался. Весельчак неодобрительно хмыкнул ему вдогонку.

  - Можешь убрать пальцы с рукояти меча.

  - Да, мой генерал.

  - И вообще, что они у тебя там делали? Не собирался же ты порубить этого несчастного, только за то, что он выполнял свою работу? Или собирался?

  - Нужно быть наготове...

  - Поменьше доставай в Регуме оружие. Народ здесь очень нервный, я не хочу, чтобы были проблемы.

  Мы пошли вдоль крепостной стены. Проигнорировав центральные ворота - это был путь для простых смертных, там в любое время суток толпились люди, я воспользовался входом для магов. Для активации двери, я прикоснулся личным перстнем к черному круглому камню в центре и сказал пароль. Часть стены пропала, словно ее и не было.

  - Люблю магию, - пробормотал я, входя внутрь. - Хорошо, что пороли не сменили.

  Весельчак едва успел проскочить следом за мной, как стена вернулась на место. Раздался глухой щелчок. Пройдя по темному узкому коридору, мы оказались в городе.

  - Здравствуй, Регум, - на всякий случай поздоровался я.

  У меня давно были подозрения, что старые большие города, в которых частенько балуются магией, обретают индивидуальность. Этого нельзя увидеть, это можно только почувствовать. Или услышать. Когда ночь крадется по извилистым улочкам, стремясь потушить подслеповатые фонари, жизнь замедляет свой бег и становится слышно как дышит город, тихонько поскрипывая старыми деревянными перекрытиями.

  Когда идешь по пустым улицам не покидает ощущение, что за тобой наблюдают. Чей-то внимательный взгляд изучает тебя. И дело даже не в настоящей слежке, уж я-то как маг знаю, когда в округе нет представителей Ночного Братства. Нет, это именно город следит за каждым твоим шагом. Люди спокойно спят в своих постелях, не ведая, что они не одни.

  Вот и сейчас, мне показалось, что Регум замер, прислушиваясь к эху моих слов. Это длилось всего мгновенье. Потом до меня снова донеслись звуки обычные для ночной столицы: приглушенные голоса, крики, лай собак, пьяное пение.

  - Только бы дойти до школы без приключений, - пробормотал я.

  Весельчак согласился. Расправив изрядно помявшийся плащ-хамелеон, я набросил капюшон на голову. Бродячие огоньки, покорные моей воле, пытались осветить своим светом каждый уголок. У них, то есть у меня, были все основания не любить темные углы. Слишком уж часто они служат укрытием для подозрительных типов.

  Есть старое как мир правило. Чем крупнее город, тем он богаче, чем он богаче - тем больше в нем людей, желающих быстро разбогатеть. Такие люди составляют Ночное Братство - сообщество, возглавляемое пятью главарями, поделившими столицу на районы. Ради наживы они регулярно преступают закон и спектр их деятельности довольно широк - от краж белья, вывешенного для просушки до убийств. Но это примитивные случайные убийства, лишенные всякого мастерства и достойной оплаты. Удар ножом или дубиной по голове ради полупустого кошелька - вот стиль Братства. Поэтому утонченные члены гильдии убийц терпеть не могут когда их причисляют к последним.

  Однажды мне пришлось выслушать по этому поводу жалобы самого Маркуса - главы гильдии. Он много выпил и на протяжении трех часов слезно изливал мне душу, потому что никому из своего окружения не доверял, а я для него был просто магом - к тому же живущим в глубинке.

  В тот вечер я узнал много интересного о непростой жизни наемного убийцы. Оказывается, у него было трудное полное лишений детство. Его отца-горшечника разорили конкуренты, семья была вынуждена побираться и жить в трущобах. Они бы умерли от голода и болезней, если бы не самоотверженность Маркуса, которому от прадедушки достался набор метательных ножей. Он был вынужден пойти в гильдию и стать наемным убийцей, чтобы прокормить свою семью - престарелых родителей и троих младших сестер.

  Его рассказ сильно отличался оттого, что знал я. На самом деле Маркус был единственным ребенком в семье зажиточного купца и в гильдию пошел наперекор отцу, который заставлял его вести учетные книги. Ему хотелось неограниченной свободы, романтики ночных улиц, риска и быстрых денег. Он получил и то и другое. Правда, теперь Маркус обвешан амулетами и оберегами даже сильнее, чем я. Члены гильдии нагоняют страх, но и сами бояться не меньше.

  Я быстро шел вперед, не забывая зорко смотреть по сторонам. Конечно, только безумец нападет на мага, но разве в нашем мире мало безумцев? Мне не понравилась темнота дальнего проулка. Покачав головой, я выставил защитный щит. Выходить победителем из схваток с чудовищами и погибнуть от простого камня, брошенного в голову - это было бы глупо. Но среди моих многочисленных отрицательных качеств глупость не числилась. Да и вообще я не любил служить мишенью.

  Магическая школа находилась всего в трех кварталах, но я давно не был в городе ночью и с трудом узнавал эти места. Идти неизвестно куда, мне не хотелось. Надевать венец тоже. На первом же перекрестке я остановился и вопросительно посмотрел на Весельчака:

  - Что здесь не так... Здесь должна быть голубятня. А ее нет.

  - Я не могу помочь вам, мой генерал, - с сожалением ответил скелет. - Я не знаю расположения улиц.

  - Нужно спросить дорогу у кого-нибудь из внутренней охраны.

  - Но я никого из них не вижу.

  - Я тоже.

  Тут я обратил внимание на бурый мешок, сидящий на ступеньках. Конечно же, это был не мешок. Это был пожилой гном. Он неторопливо отрывал маленькие кусочки от большого куска коры сырного дерева, и так же не неспешно отправлял их в рот. Гномы мне всегда импонировали своей целеустремленностью. Удобно иметь дело с существом, которое точно знает, чего хочет. Гном выглядел достаточно трезвым, поэтому я обратился к нему.

  - Уважаемый, вы знаете, где находиться школа магии для мальчиков?

  - Что, тоже голубятню потеряли? - он понимающе посмотрел на меня.

  - Вы совершенно правы.

  - Много вас здесь таких ходят в последнее время... - он снова отправил в рот кусочек коры. - Я бы себе уже целое состояние сколотил, если бы за этот вопрос мне каждый раз давали по медной монете.

  - Не сомневаюсь, - покладисто согласился я и выжидающе посмотрел на гнома.

  Он погладил короткую черную бороду и прокашлялся. Я догадывался, что это может значить - этот прохиндей решил на мне немного заработать. Ну и ладно, деньги для мага моего уровня - это все равно, что речная вода. Сколько реку не черпай, всегда прибудет еще. Я пошарил в карманах, вытащил несколько монет и протянул их гному.

  - Настоящие? - с опаской спросил он.

  - Ну, если не веришь... - я сделал вид, что собираюсь положить их обратно.

  - Нет-нет! - гном вскочил со своего места и остановил мою руку. - Я проведу вас до самых ворот, не волнуйтесь. Это ваш друг, да? - он кивнул в сторону Весельчака. - Забавный. Настоящий мертвец... Чего здесь только не увидишь. А я ведь трезвый. Хотя может и зря... - он смерил взглядом скелет. - Регум - что тут поделаешь... Человеческая столица. Не то чтобы для меня это имело большое значение, но в наших городах такого никогда не бывало, чтобы умертвия разгуливали по улицам, - заметил он с важностью. - Да и города у нас не такие запутанные, везде порядок. На перекрестках стоят указатели, а дорожки, посыпаны разноцветным песком.

  - Да, просто рай на земле. То есть под землей, - поддакнул я, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

  - Точно. Эх... - гном вздохнул и спрятал недоеденные остатки коры в карман. - Пойдемте.

  Маленькие черные крысы с писком разбегались при нашем появлении. Одна из них замешкалась и упала в канаву. Раздался звучный всплеск. И куда только смотрят санитарные службы? Ведь это довольно приличный район. Я понимаю, что в бедных кварталах и можно не такое увидеть, там крысы сами набрасываются на человека и утаскивают его в свое логово, но ведь это крайности, зачем до них доводить?

  Наш провожатый был совершенно прав, считая, что в городах гномов больше порядка. Однажды, мне довелось у них побывать и открывшаяся картина меня приятно поразила. Любое поселение - от маленькой деревни до большого города по человеческим меркам было просто образцовым. Безукоризненная чистота, ровные, словно под линейку проложенные улицы, ладные крытые красной черепицей дома с маленькими окошками, на которых непременно стоят горшки с цветами. Вдобавок каждый дом напичкан механизмами, вроде самозакрывающихся дверей. На улицах - обязательные клумбы.

  Нет ни калек, ни нищих, ни крыс, ни даже сточных канав, несущих свои воды прямо на мостовую. Все стоки проложены под землей. Настоящий рай для ценителей прекрасного - живи и наслаждайся. Но гномы, в силу своего скверного характера, все равно недовольны. Время от времени они находят причину, чтобы развязать очередную войну друг с другом. В ходе военных действий города разрушают в первую очередь и многим из них приходиться искать пристанище в нашей империи. И чтобы они делали, не будь у них под боком такого благожелательного понимающего соседа?

  - А все-таки, что случилось с голубятней? Она была отличным ориентиром.

  - Рухнула в прошлом месяце. Прямо в полдень.

  - Кто-нибудь пострадал?

  - Не знаю. Наверняка есть жертвы, но они не были важными персонами, иначе бы объявили траур, - резонно заметил гном. - Говорят, что это вина Невидимых Помощников. Они что-то не поделили, устроили драку прямо среди белого дня. Кто-то из ваших, из магов, пытался помешать, но куда там... - он махнул рукой. - Два проулка до сих пор завалены обломками. Вам же нужно прямо к воротам школы?

  - Конечно.

  - Тогда придется идти в обход. Небольшой крюк сделаем. Не возражаете? - гном позвенел монетами в кармане.

  Я не возражал. У меня все равно не было выбора.

  Через час, поплутав по городскому лабиринту, мы благополучно вышли на улицу, упирающуюся прямо в центральные ворота школы магии. С чувством выполненного долга гном оставил нас и пошел пить пиво в ближайший трактир.

  - Хорошо, что хоть тут ничего не изменилось, - пробормотал я, берясь за колотушку.

  - Кто пожаловал? - бронзовая гарпия, сидящая на дверном козырьке приоткрыла один глаз. - Время для посещений прошло. Приходите утром к десяти.

  - У меня особый случай. Директор ждет меня.

  - А вы не с дурными намереньями? - проскрипела гарпия, уставившись на меня своими пустыми черными глазами.

  Зная, что гарпией на расстоянии управляет мой старый знакомый Люк - бессменный сторож школы вот уже на протяжении сорока лет, я помахал ему рукой. Гарпия встрепенулась и едва не упала с козырька. Несомненно, Люк меня узнал.

  - О, Эдвин... Здравствуй. Что ты здесь делаешь? Разве ты не должен сейчас предаваться сладострастным утехам в объятиях красавицы-жены? Я же видел твою Мелл, - в голосе послышались завистливые нотки. - Да будь я женат на такой красотке...

  - Люк, ты слишком много себе позволяешь. Я прощу тебя только потому, что не хочу разрушать нашу долгую дружбу, но если я услышу в таком тоне еще хоть одно слово...

  - Понял-понял, закрытая тема. Трепещите, простые смертные: Эдвин рассердился. Думаешь, мне тут легко в ночную смену работать... - гарпия зевнула, деликатно прикрыв рот крылом.

  - Слушай, хватит болтать. Меня ждет Фраус.

  - Никого он не ждет, - возразил Люк, ворчливо. - Дрыхнет он. Спит сном праведника, в то время как неутомимые труженики вроде меня глаз не смыкают. Ты зайдешь ко мне потом? Выпьем по бокалу вина... Хотя о чем это я? Ты же у нас теперь не пьешь, только пиво, да и то по праздникам. Ну и ладно, я налью тебе чего-нибудь некрепкого. Все равно хочется послушать, как ты живешь.

  - Не могу ничего обещать. Все будет зависеть от того, как решиться вопрос с Фраусом.

  - Это просто отговорка... Причем средненькая, на любителя, - гарпия вытащила из нагрудного кармана ключ и вставила его в замок. Дверь отворилась. - Проходи. Рад тебя видеть.

  - Спасибо.

  - И умертвие тоже рад видеть. Хотя он со мной и не поздоровался. Почему он стоит в сторонке и молчит? Я же знаю, что он из тех, кто умеет разговаривать... Может, ему нечего сказать?

  Я только головой покачал. Люк всегда был неисправимым болтуном. Если дать ему волю, он заговорит вас до смерти. Хорошо, что Весельчак не поддался на его провокацию.

  У Фрауса были отдельные апартаменты. Он занимал целый этаж в отдельно стоящем здании, в котором жили преподаватели. Как директор школы, он мог позволить себе иметь роскошный кабинет, библиотеку, и даже отдельную столовую. Люк ошибся, когда сказал, что Фраус спит. В окнах его спальни, несмотря на более чем позднее время горел свет, а это означало, что директору не до сна.

  Мы вошли в здание и поднялись наверх так никого и не встретив. Меня это не удивило. Я не ожидал торжественного приема. Обычно в холле сидел дежурный - кто-нибудь из старших учеников, но сегодня его место пустовало. Скорее всего, он просто поленился прийти или проспал.

  Свет от огоньков отразился на гладкой поверхности таблички с именем директора. Весельчак посмотрел на массивную резную дверь и застыл. Вид у него был нерешительный.

  - Мой генерал, будет лучше, если я останусь здесь.

  - Почему?

  - Я воин, и мои уши недостойны бесед ученых магов.

  - Ты не перестаешь меня поражать. И у кого ты только научился так разговаривать? Не у меня же, - я покачал головой. - Ладно, если хочешь, жди меня здесь.

  Я повернул дверную ручку и вошел в приемную. Здесь ничего не изменилось с момента моего последнего визита. Посередине стоял стол секретаря, заваленный бумагами и несколько жестких стульев у стены для посетителей. Вся обстановка: ковер, гардины, обивка стульев была в темно-зеленых тонах. Фраус давно питал пристрастие к этому цвету. Он говорил, что зеленый цвет успокаивает его нервы и нервы посетителей. Директора можно было понять, в школе постоянно что-то случалось.

  Пройдя приемную, я постучал в дверь кабинета. Постучал громко, надеясь, что он меня услышит, даже будучи в спальне. Прибегать к иным приемам оповещения - говорящим запискам, горящим в воздухе словам и прочим дешевым трюкам, я не хотел. Подобное нравится только молоденьким ученикам, а среди взрослых магов считается дурным тоном.

  Подождав немного, я постучал снова. Послышались торопливые шаги. Дверь отворилась. На меня уставился темноволосый пожилой мужчина, одетый в простую черную мантию. В его карих глубоко посаженных глазах застыла усталость. Это был Фраус.

  - Это вы, Эдвин? - он гостеприимно распахнул дверь еще шире и отошел в сторону. - Как я рад вас видеть. Входите. Я не думал, что вы так быстро приедете. Ожидал вас завтра к обеду или даже к ужину. Это в лучшем случае.

  - Но вы, похоже, все равно не ложились, - я выразительно посмотрел на его одеяние.

  - Не до сна мне сейчас, - признался директор. - Присаживайтесь.

  Он указал на одно из кресел для посетителей, а сам сел за стол. Фраус тяжело вздохнул и потер лоб рукой. Вид у него был измученный.

  - Вы сильно устали? Долгая дорога...

  - Нет, не стоит беспокоиться.

  - Я бы хотел предложить вам чашку чая, но еще слишком рано. Во сколько вы завтракаете?

  - Фраус, давайте обойдемся без формальностей. Вы же позвали меня сюда не для того, чтобы выяснить мой распорядок дня, верно? - я положил на стол его же письмо и выжидающе посмотрел на директора.

  Фраус был неплохим организатором, но посредственным магом. Впрочем, для должности директора хорошие организаторские качества гораздо важнее. Он взял лист, разгладил его, а потом щелкнул пальцами. Бумага вспыхнула и мгновенно сгорела, не оставив после себя даже пепла.

  - Вы взяли венец Сумерек?

  - Да.

  - Слава богу! - вырвалось у директора и он облегченно вздохнул. - Тогда еще остается шанс...

  - Не хотите объяснить, что произошло? Что это за история с животными, которую вы не в состоянии решить самостоятельно? И где сейчас Эрик?

  - С ним все в порядке. Он в своей комнате.

  - Он один? Или с ним кто-нибудь остался?

  - Один из преподавателей. Конечно, Эрик очень способный мальчик, одаренный, но вместе с тем крайне проблемный.

  - Так всегда бывает, - я пожал плечами.

  - Безусловно, вы знаете, о чем говорите... Вы сами - Прозрачный маг, а это нелегко. Но в этот раз Эрик перешел все границы.

  - Я это уже слышал. Но исключить из школы вы его не можете. Оставить мальчика без всякого контроля опасно.

  - Об этом и речи не идет, - отмахнулся директор. - Никто не собирается его исключать. Все гораздо серьезнее. Я на грани катастрофы. Три дня назад Эрик поссорился с двумя учениками из класса.

  Я невольно нахмурился. Директор это заметил. Деликатно кашлянув в кулак, он продолжил:

  - Не будем сейчас выяснять кто был прав, кто виноват... Важно только то, что Эрик с ними сильно поссорился... Слово за слово... Ссора переросла в драку.

  Я нахмурился еще больше. Эрику было восемь лет, но выглядел он на пять-шесть. И он был один против двоих. Исход драки было несложно предугадать.

  - Почему это допустили?

  - Все произошло слишком быстро, - Фраус пожал плечами. - И мы стараемся не вмешиваться в выяснение отношений. Все равно они найдут способ... Разве во время вашей учебы было не так?

  - Так.

  - Ну вот видите... Как бы там ни было, но в итоге, Эрик решил отомстить. Я уже говорил, что мальчик он умный и месть получилась неординарной. Он поменял местами сознание учеников и ручных крыс, что обитали в живом уголке.

  - Вот как... Где сейчас животные?

  - В том-то все и дело - они пропали. Мы не знаем, где они находятся.

  - То есть, как это пропали? - удивился я. - Разве это произошло не на территории школы?

  - В одном из классов. Однако, - директор покачал головой. - Их нет. Все эти дни мы их искали, попросили помощи у Невидимых Помощников, но проклятые крысы словно сквозь землю провалились.

  - Теперь понятно, зачем вам понадобился мой венец Сумерек, - протянул я. - А что говорит Эрик?

  - Ничего. Он утверждает, что не знает, где они.

  - Но вы ему не верите?

  - Я уже не знаю, чему верить... - проворчал Фраус. - Может тому, что двадцать магов высшей категории не в состоянии разобраться с той кашей, которую заварил один маленький мальчик? Через два дня будет праздник, в школу приезжают родители этих злосчастных учеников. Что мы им скажем? Вместо детей у нас есть два человеческих тела с крысиным сознанием. Вы бы их видели, - его передернуло от отвращения.

  - А кто родители? Почему вы так их боит... опасаетесь?

  - Отцы мальчиков - военный советник Тибальд и герцог Доркс.

  На директора было больно смотреть. Я его понимал. Оба вышеназванных господина было на редкость прескверными людьми. Герцог приходился родственником самому императору, имел обширные земельные угодья и фантастически прибыльные соляные копи. Я не встречался с ним лично, но был наслышан о его чванстве и пренебрежительном отношении ко всем нижестоящим. Военный советник представлял собой ограниченного самодура, готового кричать и брызгать слюной. По слухам, он был склонен к рукоприкладству. Во всяком случае, слуги в его доме подолгу не задерживались.

  - Эдвин, вы должны нам помочь.

  - Я сделаю все, что в моих силах, но что будет, если дети в ближайшее время так и не надуться?

  - Школе придет конец. Вот и все.

  - Не преувеличивайте. Они не посмеют ее закрыть.

  - Вы слишком хорошего о них мнения, - проворчал Фраус. - Конечно, я - уважаемый маг, но если все раскроется, то в лучшем случае я буду вызывать дождик где-нибудь в глубинке. А в худшем - сидеть в тюрьме и вызывать дождик там.

  - Мне бы этого не хотелось, - искренне сказал я. - Там и без вас сыро.

  - Мне тоже... Но как старший, я несу ответственность за все, что происходит в стенах школы. Конечно, в тюремной камере со мной окажется еще десяток преподавателей - будут скрашивать мою старость, но от этого не становится легче. А Эрик... Вы представляете, что они с ним сделают?

  Я представил и мне это не понравилось. Положение было серьезным.

  - Но теперь, когда вы с нами, решение проблемы - это дело времени, - Фраус из-за всех сил старался, чтобы его голос звучал уверенно.

  - Хм... - я никак не прокомментировал его слова. Не хотел расстраивать. - Все-таки я не понимаю, куда они могли исчезнуть... Прежде чем что-то предпринимать, мне надо будет переговорить с Эриком.

  - Конечно. Хотите сделать это прямо сейчас?

  - Нет, подожду утра. Все равно до него осталось недолго. А вы проверяли, имели ли место подобные случаи в прошлом? Может это какое-то проклятье?

  - Проверяли, естественно, но вы же сами знаете, что прошлому доверять нельзя. Есть похожие случаи, но ведь не бывает двух совершенно одинаковых историй. К тому же Эрик отказывается посвящать нас в подробности происшедшего.

  - Полагаю, вы на него слишком надавили.

  - Возможно, - нехотя согласился директор. - Но мы испугались. Нас тоже можно понять.

  Воцарилось неловкое молчание. Чувствуя свою вину, Фраус избегал смотреть в мою сторону.

  За окном стало светлеть - близился рассвет. Я вспомнил, что меня ждет Весельчак и поднялся.

  - Уходите? - удивился директор. - Куда?

  - Нет, просто я приехал не один.

  - Вы с другом? О, ну почему же он остался в коридоре? Пускай тоже заходит!

  У меня были определенные сомнения на этот счет, но Фраус уже поднялся из-за стола. Его одолел демон гостеприимства. Он звонко хлопнул в ладоши, и двери в кабинет и приемную распахнулись сами собой.

  - Проходите, пожалуйста, - сказал он в темноту.

  Тишину нарушило звяканье железа. На пороге показался Весельчак. Фраус отшатнулся, одновременно начав чертить какой-то знак. Я едва успел перехватить его руку. Он непонимающе посмотрел на меня.

  - Это же умертвие! На территории школы умертвие!

  - Фраус, успокойтесь. Он со мной, его зовут Весельчак.

  - Значит, это правда... - Он внимательно посмотрел на смущенного гостя топтавшего в дверях. - А ведь я не верил, думал, что это досужие сплетни.

  - Здравствуйте, - хрипло сказал скелет.

  - Он из партии Вольта?

  - Да. Только вы ошибаетесь, думая, что он примитивный живой мертвец. Он мыслит. И даже сны видит.

  - Ну, это еще надо доказать, - с немалой долей скептицизма сказал директор.

  - Разве моего слова недостаточно?

  Фраус промычал что-то неопределенное, не решаясь продолжать эту щекотливую тему. Вместо этого директор вернулся за стол и чтобы занять время принялся копаться в бумагах. Одни он подписывал, а другие, недовольно качая головой, откладывал в сторону. Весельчак устроился в соседнем кресле рядом со мной. Его рука снова 'случайно' оказалась на рукояти меча. Окружающая обстановка его заметно нервировала. Неудивительно - кабинет директор многим приходился не по вкусу.

  Вынув из сумки 'Свод знаков' я принялся освежать в памяти старые знания. За следующие два часа окончательно рассвело, и я успел осилить половину книги. Большие напольные часы с маятником в виде солнечного диска заиграли короткую, звонкую мелодию.

  - Шесть часов, - заметил Фраус, бросая взгляд на циферблат.

  - Пора, - я поднялся. - Где комната Эрика?

  - Я покажу,- директор с сомнением посмотрел на меня, потом на умертвие и снова на меня. В его взгляде застыл немой вопрос.

  - Он пойдет со мной. Будет отвлекать внимание от моей персоны.

  - Как хотите...

  Мы покинули его зеленые владения и оказались в коридоре. Света уже было более чем достаточно, поэтому я погасил огоньки. Фраус пошел вниз, я за ним. Увидев пустующий стул дежурного, он нахмурился. Я бы не хотел оказаться на месте этого несчастного. Директор был в скверном расположении духа.

  Выйдя на улицу, я поежился от утренней прохлады. Вспомнив о том, что темнее всего перед рассветом, я решил, что не только темнее, но и холоднее. Сейчас не мешало бы выпить чашечку чего-нибудь горячего. Чай и булочка с корицей вполне бы подошли.

  Я уже давно не вставал в такую рань. Очень хотелось спать, бороться с приступами зевоты становилось все труднее. Весельчак поскользнулся на мокрой от выпавшей росы дорожке и упал. Шлем слетел с головы и покатился по камням. Шум, поднятый умертвием, нарушил сонную тишину утра. Послышался звук открываемого окна, удивленный шепот...

  Очень скоро мой приезд станет достоянием общественности. Люк обязательно проболтается и расскажет всем желающим, кого в ночной час он впустил на территорию школы. Это означает, что пока не начались занятия, ученики и преподаватели сбегутся, чтобы посмотреть на ужасного мага Эдвина.

  Мальчики жили в соседнем здании. Комната Эрика находилась на втором этаже, в самом конце коридора. Фраус остановился возле коричневой двери под номером '19'.

  - Это здесь. Его комната.

  - Спасибо, дальше я сам.

  - Хотите поговорить с ним наедине? - он понимающе кивнул. - Конечно, с вами он будет более откровенным.

  - Весельчак, если прибегут дети и станут тебя дразнить, не поддавайся на их провокации. Просто стой и делай вид, что ты статуя.

  - Дети не смогут вывести меня из себя, мой генерал, - ответил Весельчак, из чего я заключил, что он очень плохо знает детей.

  Я по привычке постучал и, не дожидаясь ответа, вошел. Обстановка комнаты была стандартной. Кровать, шкаф с книгами, письменный стол у окна и кресло. Молодой маг, дремавший в нем, поднял голову.

  - Кто вы? - спросил он удивлено, но увидев за моей спиной Фрауса, тихонько охнул и ни говоря больше не слова, покинул комнату.

  Закрыв дверь я посмотрел на лежавшего на кровати мальчика. Он почувствовал мой взгляд и открыл глаза. Увидев меня, Эрик тут же отбросил одеяло. Шлепая по полу босыми ногами, он кинулся ко мне.

  - Эдвин!

  - Рад меня видеть?

  - Очень, - с жаром сказал мальчик. - К вам долетел голубь?

  - Да. И я прочел твое послание раньше, чем то, которое прислал директор.

  - Здорово... - он вздохнул и сел обратно на кровать, опустив глаза в пол. - Просто отлично.

  Эрик почти не вырос за эти месяцы. Он стал старше - это было особенно заметно по его серьезному взрослому взгляду, но на его внешности это не отразилось. Он по-прежнему был худ и невысок для своего возраста. Черные глаза и темные волосы резко контрастировали с бледной кожей.

  - Я полагал, ты такой худой оттого, что бедняга Норман тебя не кормит... Неужели в школе тоже неважно с питанием?

  - Это все последствие моего дара, - серьезно ответил мальчик. - Медиум не может быть толстым. Магия забирает все его силы.

  - Это я и без тебя знаю. Хм, ладно, времени у нас немного. Версию Фрауса я уже выслушал, теперь настал твой черед.

  - Вы ведь ему ничего не сказали? - спросил Эрик.

  - Кому?

  - Лучше не говорить. Он расстроится и будет сильно переживать. Он слишком впечатлительный.

  - А... ты о Нормане. Нет, он ничего не знает, - я строго посмотрел на мальчика. - И не узнает, если мне удастся вернуть обратно невинных жертв твоей безответственности.

  - Но... Но они никакие не невинные жертвы! Они сами виноваты.

  - Все так говорят! Из-за чего началась ваша ссора?

  - Не помню.

  - Не лги мне. Ты же знаешь, что это бесполезно.

  - Разве это так уж важно? - он завернулся в одеяло.

  - Все важно. Рассказывай.

  - На уроке истории магии меня посадили рядом с Тори. Когда урок закончился, он сказал, что я грязный подкидыш. И что он не желает сидеть со мной за столом, - Эрик засопел и отвернулся.

  - Дальше.

  - Но я промолчал. Честное слово, я ничего не сказал ему! Но тут подошел Шильд - его дружок, и добавил, что я канавное отродье и родился в сточной канаве. И еще он сказал, что меня приняли в школу только потому что вы этого захотели.

  - Ясно, я предполагал нечто подобное.

  - А еще, - глаза Эрика сверкнули, - эти дураки заявили, что вы никчемный маг, раз живете в глуши. Едите лягушек и спите со свиньями. И все ваши подвиги - это пустые враки, которые вы сами же и сочинили. Вот.

  Я подумал, что с мальчиками, перед тем как передать их в руки встревоженного директора, придется провести воспитательную работу. И хоть я не сторонник насилия, но основным аргументом в ней, скорее всего, будут розги.

  - И что ты ему ответил?

  - Ничего, - Эрик помрачнел. - Тогда Тори сорвал с меня оберег, который вы мне подарили.

  - Вижу, что он снова у тебя на шее.

  - Да, потому что я отобрал его обратно, - он осторожно коснулся оберега ментальной защиты, что висел у него на шее - гладкой деревянной палочки, вырезанной из ясеня. - Собственно из-за этого и началась драка. Я двинул ему в нос кулаком. А он повалил меня на землю и стал бить ногами. Шильд ему помогал.

  - Скверно. Тебе сильно досталось?

  - Целебные знаки мне здорово помогли. Но у меня были огромные синяки.

  Он сказал это с такой гордостью, что мне на ум невольно пришла избитая фраза о том, что шрамы украшают мужчину. Похоже, что Эрик был совсем не против заполучить парочку шрамов в свою коллекцию.

  - А потом появился учитель, нас разняли. У Тори из носа шла кровь. Все лицо было в крови, представляете? Он сказал, что этого так не оставит и поквитается со мной. Шильд пообещал ему в этом помочь, поэтому я решил не ждать и сам их проучить.

  - Он давно тебя задирал?

  - С первого же дня, - проворчал Эрик. - Стоило мне здесь появиться, как он вылил мне на голову жабью слизь. Его все ненавидят, но терпят из-за того, что его отец - большая шишка, герцог, родственник самого императора.

  - Почему же ты ничего не сообщил мне?

  - А что бы вы сделали? - Эрик пожал плечами. - Было бы только хуже. Они мои враги и я буду разбираться с ними сам.

  - Не какие они тебе не враги и вбрось из головы эту чушь, - строго сказал я. - Ты будешь магом, а у мага только один враг - это глупость. Разве ты не знаешь, что сам факт существования человека не по вкусу многим обитателям параллельных миров? Ты же медиум, дружишь с Невидимыми Помощниками, разве они не говорили тебе, как опасно там - за привычной гранью реальности? Вспомни хотя бы демонов. Мы были на волоске от гибели. У человечества и так слишком много врагов, чтобы волшебники позволили себе такую роскошь как вражда друг с другом.

  - Но разве у вас совсем нет врагов? - недоверчиво спросил мальчик. - Среди магов?

  - Нет, - не моргнув глазом, соврал я. - У меня есть друзья, а те, которые ими не является - просто коллеги по ремеслу.

  Не знаю, насколько я убедил его, но я хотя бы попытался. Моя совесть была чиста. Он еще слишком молод, чтобы понять некоторые вещи. Тема дружеских взаимоотношений в магическом сообществе весьма щекотлива. Как правило, мы считаем друзьями тех, кто не желает подсыпать яда в наш бокал или воткнуть кинжал в спину. И на том спасибо.

  - Не думай, что я собираюсь читать нравоучения только тебе. Этим Тори и Шильду тоже достанется, можешь мне поверить. Но для начала я должен найти их. Как тебе вообще пришла в голову эта дикая мысль с подменой сознаний?

  - Как-то раз они обозвали меня подвальной крысой, и я вспомнил о животных из нашего живого уголка.

  - Бедные животные... Пострадали совершенно безвинно, - вырвалось у меня.

  Эрик удивленно вскинул брови.

  - Вы любите крыс?

  - Ничего против них не имею. Как-то раз они оказали мне большую услугу, перегрызя веревки, которыми я был привязан к вертелу.

  - Вы не рассказывали...

  - Я многого тебе не рассказывал, мой мальчик. И история о племени каннибалов, которое пыталось меня зажарить и съесть, не значиться в списке моих любимых.

  - Съесть? - глаза Эрика расширились от ужаса.

  Я прикусил язык. Не стоило забывать, что имеешь дело с крайне впечатлительным ребенком. Все медиумы такие.

  - Но ведь им это не удалось?

  - Как видишь, - я пожал плечами. - Если бы удалось, я бы здесь не сидел. Итак, ты взял двух крыс...

  - Да, я взял их и принес в комнату Тори. Я видел, как Шильд пошел к нему, поэтому был уверен, что найду там их обоих. Тори, увидев крыс, начал смеяться и сказал, что я нашел, наконец, своих родителей.

  - Это было последней каплей?

  - Точно, - Эрик кивнул. - Вы верно подметили. Я рассердился, и, наверное, поэтому что-то пошло не так. Мне стало так обидно и... вообще... - он развел руками. - А потом моя голова стала очень легкой. Воздух вокруг изменился, сделался вязким. Даже голову было трудно повернуть. И цвета исчезли.

  - А вот тут поподробнее... - попросил я. - Что значит - исчезли цвета? Предметы были в черно-белой гамме или в однотонной серой?

  - В серой.

  - Понятно. Дальше.

  - Меня все время спрашивают, говорил ли я какие-нибудь заклинания, но я не говорил ничего такого. Честное слово. Разве это так трудно уяснить? Я взял сознание этих, - тут Эрик явно хотел сказать что-то нецензурное, но, наткнувшись на мой мрачный взгляд, передумал. - И поменял их с крысами. Сознание человека такое мягкое, красноватое, а сознание животного - тверже и зеленое. Вы же понимаете?

  Не очень уверенно, но я кивнул. Надо быть медиумом, чтобы в полной мере понять, что он имеет в виду. Но я не медиум.

  - Вот и все. Крысы запищали и стали таять прямо у меня на глазах. То есть, это произошло как только я поменял сознания местами. Но ведь я совсем не хотел этого. Думал, что попугаю Тори с Шильдом, оставлю их на несколько часов в крысиной шкуре, а потом верну обратно... - Эрик опустил голову.

  Я специально ничего не говорил, давая ему возможность закончить рассказ, а заодно почувствовать вся тяжесть совершенного им проступка.

  - Но они пропали, - мальчик снова вздохнул. - Я сразу же стал искать их, но это ни к чему не привело. Эдвин, я знаю, что так не бывает, но от них ничего не осталось, никакого следа. Поверьте мне.

  - Так не бывает, - механически повторил я.

  Пока что из его слов мне было ясно, что он переместил сознания, находясь в междумирье. И не принял перед этим даже самых элементарных мер предосторожности. Грубо вмешавшись в столь тонкие материи, он нарушил их целостность. Скорее всего, в результате его вмешательства, образовалась щель, где и застряли животные. Или, что намного хуже, Эрик обратил на себя внимание Похитителей - бездомных собирателей похожих на серые тени, скитающихся по разным мирам и забирающих себе все, что плохо лежит. В этом случае о пропавших учениках можно забыть навсегда.

  Эрик с тревогой всматривался в мое лицо. Подозреваю, что оно было не слишком радостным. 'Все кончено'? - спрашивали испуганные глаза мальчика, в то время как сам он не решался произнести эти страшные слова в слух.

  - Ну и задал же ты мне работы, Эрик.

  - Я готов понести любое наказание.

  - Понесешь, не волнуйся, - отозвался я ворчливо. - Это я тебе гарантирую. Только не спрашивай меня, смогу ли я исправить те глупости, что ты натворил. Не сейчас. В любом случае, это послужит тебе хорошим уроком. И чтобы больше никак экспериментов с перемещением.

  - Обещаю.

  - Вот и славно. А теперь одевайся. Скоро время завтрака, - я похлопал его по плечу и направился к двери.

  - Не будь слишком строг к нему, маг Эдвин, - раздался хриплый голос откуда-то сверху.

  Я поднял глаза, но никого не увидел.

  - Покажись.

  На освещенном первыми утренними лучами подоконнике появилась тень, которая сразу же потемнела и превратилась в длинноволосого синеглазого человечка в красном камзоле. Это был Бак - дух-хранитель школы. Среди учеников ходило поверье, что если заручиться поддержкой Бака, то даже самые трудные экзамены можно сдать без всяких проблем. Втайне от преподавателей он шептал правильные ответы своим любимчикам прямо на ухо.

  - Бак, ты что-нибудь знаешь о происшедшем?

  - Нет.

  - Тогда зачем встреваешь?

  - Эрик был искренен, - Бак развел руками. - Вспомни, ведь когда ты был учеником, с тобой тоже всякое случалось... А, Прозрачный маг? Кто ходил по ночам? Кто пробрался в комнату преподавателя, подменил вопросы контрольной работы и едва не застрял в стене на обратном пути?

  - Понятия не имею, - проворчал я. - Это было давно.

  - Но не настолько, чтобы ты успел забыть об этом, - фыркнул дух. - Такое не забывается.

  - Что было, то прошло. Бак, не мешай мне заниматься воспитанием подрастающего поколения. Я не просил тебя вмешиваться. Мы с Эриком давние знакомые и найдем общий язык.

  - Я хотел как лучше... - пробурчал дух и, спрыгнув с подоконника, растворился в воздухе.

  - Я его не звал, - на всякий случай сказал мальчик, натягивая ученический балахон.

  - Его появление здесь свидетельствует о том, что Бак взял тебя под свою опеку. Теперь я спокоен за твое будущее и успеваемость. Он хороший дух, с ярко выраженным чувством справедливости. Слышишь, Бак? - уже громче сказал я, отлично понимая, что он наверняка никуда не ушел и прислушивается к нашим словам. - Я признаю это. - И добавил уже тише. - Правда, иногда он слишком увлекается, а для духа-хранителя это не самое лучшее качество.

  - Всегда так... - донесся из пустоты голос Бака. - Эдвин, ты не можешь не добавить каплю яда в море меда.

  - Ты все равно не любишь сладкое, Бак... - усмехнулся я и подмигнул Эрику.

  Мальчик уже успел причесаться, одеться и выглядел вполне прилично. Я открыл дверь и вышел в коридор. Естественно, у дверей мне встретила взволнованная толпа преподавателей. Они взяли меня в кольцо.

  - Ну, что? - первым не выдержал директор.

  - Где комната Тори? - спросил я, на ходу доставая венец Сумерек.

  Кто-то из присутствующих, наверняка из младших сотрудников, заметив венец, то ли охнул, то ли ойкнул. Я не обратил внимания - это была обычная реакция людей, знающих, что за вещь находится у меня в руках.

  - Она этажом выше, - сообщил Фраус.

  - Тогда пойдемте туда.

  Прорвавшись сквозь одно кольцо, я угодил в другое, еще более плотное. На этот раз это были ученики. Всем им хотелось посмотреть на героя, то есть меня, о котором было столько сплетен.

  - А вы совсем не страшный... - разочарованно протянул мальчик лет десяти. - Как же вы нагнали страху на демонов?

  Обычные разговоры. Почему обыватели представляют меня как некого рычащего монстра в мантии, я никак не могу понять. И если обычному ребенку такие суждения еще простительны, то будущему магу - нет.

  - Все дело в способностях, - довольно сухо сказал я. - И в трудолюбии. Только в них.

  - Вот так всегда...

  Видимо у этого мальчика с трудолюбием были связаны не самые приятные воспоминания.

  - Весельчак, идем со мной. Может понадобиться твоя помощь.

  - Да, мой генерал! - скелет выглянул из-за гигантского фикуса, за которым прятался. Или сидел в засаде.

  Протиснувшись сквозь ряды оторопевших учеников, он стал рядом со мной.

  - Клерн, отведите-ка детей в столовую... - сказал Фраус.

  - Но еще не было колокола, - возразил незнакомый мне маг, руки которого были в характерных несмываемых пятнах. Наверняка, он преподавал алхимию.

  - Он прозвучит с минуты на минуту. Я не желаю, чтобы они путались у нас под ногами и мешали работе Эдвина.

  - Конечно, я понимаю, - он повернулся к ученикам и прокашлялся. - Внимание!..

  Директор потянул меня за рукав, увлекая за собой. Мы поднялись по лестнице.

  Комната Тора была обставлена богаче, чем позволялось. Мягкое кресло, оббитое бархатом, шикарные вышитые занавеси, на полу пушистый ковер, стол из орехового дерева. Во мне всколыхнулась волна негодования.

  - Ну-ну... И что это значит? С каких пор ученикам позволена такая роскошь?

  - Семья Тори пожертвовала на нужды школы большие средства. - Фраус поджал губы. - Одним из условий получения денег была хорошая комната для их сына.

  - Вас купили, - фыркнул я. - Вот и все.

  - Кроме денег он так же обещал протекцию лучшим выпускникам этого года.

  - Придворные маги... - я постарался вложить в эти слова как можно больше отвращения. - А что они за это хотели? Наверное, мальчишке и меню особое полагается?

  - Нет, питается он вместе со всеми. И слуг у него нет, - предупреждая мой вопрос, ответил директор.

  - Знаете, мне нравиться здесь все меньше и меньше... Если бы в деле не был замешен Эрик... - я не договорил, но Фраус меня и так прекрасно понял.

  Если бы в деле не был замешен мой подопечный, я бы предоставил преподавателям самим расхлебывать эту кашу. Нет, вероятнее всего, когда ситуация стала поистине безвыходной, дело придано огласке, я и помог бы им, но не сразу... Ни в коем случае не сразу. Спасти детей, если есть такова возможность, это мой долг, но ведь нигде не сказано, что я обязан щадить нервы их родителей?

  Встав посреди комнаты, я прислушался к внутреннему голосу. Иногда ему случалось сказать мне что-то умное. Одевать венец, ныряя в междумирье очертя голову, я не спешил.

  - Фраус, пока я буду работать, не позволяйте никому колдовать ни в этой комнате, ни рядом. Никаких заклинаний, даже самых безобидных вроде бродячих огней.

  - Я прослежу за этим.

  - Кстати, чуть не забыл... На пути к вам я столкнулся с небольшой проблемой в виде шагота.

  - Их было двое, - осмелился уточнить Весельчак.

  - Да, совершенно верно, два шагота у деревни Придорожной. Это как раз на главном тракте. Подозреваю, что поблизости от деревни открылся новый вход в Подземелье. Надо это проверить. Среди местного населения уже были жертвы, нельзя, чтобы их количество возросло. Я бы и сам занялся поиском входа, но не могу же я делать два дела сразу.

  - Я пошлю запрос и специальная группа отправится туда и все выяснит... Как вы сказали называется эта деревня?

  - Придорожная.

  - В деревню Придорожную уже сегодня вечером.

  Чувствовалось, что сейчас директор был согласен на все, что угодно. Обстоятельства загнали его в угол. Будь я человеком иного склада, то обязательно воспользовался бы ситуацией.

  - Весельчак, если я стану вести себя странно... Ну, в общем ты знаешь, что делать.

  Скелет с готовностью сделал шаг вперед.

  - Если вам нужна помощь... - начал было Фраус.

  Я отрицательно покачал головой.

  - У меня уже есть ассистент.

  - Как знаете, - пожал плечами директор. - Конечно, я был бы только рад посмотреть, как вы работаете. Признаю, для меня это был бы хороший опыт, но если вы против, то не смею настаивать.

  Он глянул на меня, на тонкую полосу обруча, потом на умертвие и тяжело вздохнув, вышел из комнаты.

  - А теперь поиск... - мне тоже хотелось вздохнуть, но я сдержался. - Только бы обошлось без сюрпризов.

  Как только венец оказался у меня на голове, комната изменилась. Стены задрожали и стали отдаляться от меня. Потолок исчез. Вместо него, насколько хватало глаз, раскинулось ночное небо с неизвестными мне звездами. Чужое небо.

  Я сделал несколько пробных шагов, пытаясь оценить, насколько комната Тори опасна. Ведь если появилась щель, то она могла расшириться за эти дни и затянуть меня тоже. Но я не обнаружил ничего подозрительного. Весельчак, окутанный густым туманом иллюзий, снова стал тем, кем он был давным-давно - обычным человеком. Интересно, а как выгляжу я, когда на мне венец?

  Одни свидетели уверяли, что не наблюдали во мне особых перемен - только отсутствующий взгляд не от мира сего, другие - что я становлюсь похожим на серую тень со смазанными краями и двигаюсь настолько быстро, что за моим перемещением невозможно уследить.

  Кто их них был прав? Наверное, и те и другие - когда способности Прозрачного мага взаимодействуют с древним артефактом с более чем сомнительным прошлым, можно ожидать чего угодно. Не знаю, будут ли когда-нибудь исследованы все возможности данного чуда рук человеческих.

  'А человеческих ли?' - закралась в мою голову пугающая мысль. У меня имелись большие сомнения на этот счет. Кем, с какой целью был создан венец Сумерек? Он венчал многих, возвышая своего владельца над остальными ровно настолько, чтобы им было удобно снести мечом его голову. Я надеялся, что мне удастся избежать этой участи. Ведь если не увлекаться игрой во власть, не пытаться захватить мир, вести себя как можно тише и незаметнее, то злой рок забудет о твоем существовании и пройдет стороной.

  Венец Сумерек в кои-то веки повел себя чинно и благородно. Я ожидал привычной боли, но мой лоб ощущал только приятный холод от полосы металла и ничего больше. Это было подозрительно. Наверное, артефакт копил силы для решающего удара.

  Поверхность, на которой я стоял, серьезно нагрелась, и я поспешил начать осмотр. Стоило сконцентрироваться, как вокруг меня замельтешили разноцветные тени. Они шумели, тараторили на непонятных мне языках, вскидывая кверху руки. Это были переживания недавних посетителей. Комната просто кишела ими, затрудняя работу.

  - Неужели они не могли почистить ментальное поле к моему приезду, - проворчал я недовольно. - А еще маги называться... Наследили и не убрали. Как теперь разобраться в этом эмоциональном бульоне...

  Всякий раз, когда тени проходили сквозь меня, я испытывал чужие эмоции, а так как посетителей были в дурном расположении духа в связи с происшествием, то мое собственное настроение ухудшалось с каждым мгновеньем. Это было скверно. Тени пронзительно визжали, стараясь любыми способами привлечь мое внимание.

  Я поискал свежие следы от жизненных нитей пропавших мальчиков. А вот и они - слабые, дрожащие черточки... Тянуться, становясь все тоньше и тоньше... Нити уходили в никуда. Мельтешение теней стало невыносимым. Чтобы избавиться от них, я позволил венцу глубже увлечь меня в междумирье. Пол ушел из-под ног, небо и земля поменялись местами. Мои внутренности, непривычные к таким кульбитам запротестовали. Я с трудом проглотил слюну, борясь с тошнотой.

  Звезды надо мной замигали и исчезли, скрывшись в облаках, а те опускались все ниже, затвердевая и принимая форму купола. Стало так тихо, что собственное дыханье казалось громким шумом.

  Внезапно передо мной выросли ряды огненных колонн, обвитых горящей листвой. Я инстинктивно отпрянул, чтобы не обжечься, забыв, что пока на мне венец обычное пламя не может причинить мне вреда. Взглянув вверх, я увидел разделенный на сегменты потолок. Он был расписан непонятными знаками.

  - Где это я?..

  Колоны, несмотря на языки пламени, совершенно не давали света, поэтому пространство вокруг было погружено в полумрак. Я не знал размер зала в котором очутился, но что-то подсказывало мне, что он огромен. Было очень неуютно стоять на небольшом освещенном пятачке со всех сторон окруженном темнотой.

  Мне никогда раньше не доводилось бывать в этом зале. Очень странное место... Необычные знаки на потолке. Почему они кажутся мне знакомыми? Где я мог их видеть раньше? Я заинтересовано прищурился. Жаль, что они слишком высоко, чтобы рассмотреть их как следует. Бесполезно пытаться подняться к потолку - междумирье показывает только то, что хочет показать. Человек в нем гость, а не хозяин.

  - Весельчак! - не особо надеясь на удачу, позвал я.

  Но скелет не мог меня услышать. Мой верный товарищ остался за чертой реальности. В мире огненных колонн я был совсем один.

  В метрах тридцати от того места где я стоял, находилась каменная плита, лежавшая на возвышении, служившая то ли столом, то ли жертвенником. Рассудив, что вряд ли я оказался здесь случайно, я решил проверить, что она собой представляет.

  На испещренный вмятинами и рытвинами камень падали красноватые лучи. Здесь вообще был переизбыток красного цвета, наводящий невольные мысли о мире демонов.

  Мне пришлось, хотя и не по своей воле, побывать в этом неприятном, полном бесконечных страданий и пыток мире. Я сам видел их пресловутое Дерево Боли - стержень, на котором держится мир демонов. Это проклятое Дерево правит всем.

  Пока оно живо, живы и его обитатели. Этот черный как самая темная ночь стержень, вбирает в себя свет и возвышается над землей настолько высоко, насколько хватает глаз. Вместо листьев у него воронки, ловящие малейшие эмоции. Если дереву недостаточно боли, то мир содрогается, города рушатся, погребая под обломками своих жителей и, в конце концов, ненасытное растение получает то, что хочет.

  Если бы не это дерево, все могло быть по-другому. Именно поэтому я не спешу, в отличие от некоторых, обвинять демонов в крайней злокозненности. Да, они ужасны, от их жесткости волосы на голове встают дыбом, но разве у них был выбор? Не было даже иллюзии выбора, которой пользуются люди.

  Подойдя к плите, я увидел, что она на ее поверхности вкруговую выбиты знаки. Они были настолько тесно переплетены между собой, что я с трудом мог разобрать, где начинается один знак и кончается другой. Я наклонился над камнем и прищурил глаза. Нет, все-таки они мне были знакомы... Разгадка этих странных знаков была совсем рядом, но никак не давалась мне в руки.

  И тут меня осенило. Да ведь это же язык мистиков!

  Только вот почему буквы расположены в зеркальном отображении?

  Хотя, от этого народа и не такого можно ожидать... Если где-то обнаруживали таинственные могильники, под завязку наполненные неведомыми проклятиями или неизвестный ранее, но очень могущественный артефакт, то их как правило связывали с ними. Если откровенно, то у магов вообще принято во всем таинственном обвинять мистиков. Очень удобная позиция, с учетом того, что ни одного представителя этого древнего народа больше нет в нашем мире.

  О них сохранилось мало достоверных сведений. Наверняка известно только то, что это именно мистики проложили через Подземелье необычный путь - Часовую Тропу. Его особенность заключается в том, что идущий по ней человек потратит в Подземелье всего час своего времени на перемещение из одной точки в другую, независимо от того, как далеко они расположены в надземном мире. Если нет желания провести несколько лет жизни, путешествуя с одного края мира на другой, подвергаясь бесчисленным опасностям, то Часовая Тропа - это единственный выход из положения.

  Однажды весь народ мистиков стал на Тропу и ушел по ней в другой мир, чтобы больше никогда не вернуться. Почему они это сделали, и что с ними стало потом - никто не знает.

  Я принялся читать текст. Это было нелегко. Их язык и так не самый простой, а тут еще каждый знак в уме приходилось переворачивать.

  - Прикоснись и найди тварь... Что?! Господи, только тварей здесь не хватало! - я отдернул руки от камня, чтобы ненароком до него не дотронуться. - Хм, нет... я ошибся... Здесь две линии, а не одна... Прикоснись и найди тех кто взывает к тебе, - медленно прочел я. - В этом круге все их надежды.

  И все, больше не было ни слова. Я дважды обошел вокруг плиты, пытаясь заметить что-нибудь еще, но тщетно.

  - Прикоснись и найди тех, кто взывает к тебе. В этом круге все их надежды, - прочел я нараспев, чувствуя, как мое тело наполнятся энергией, а воздух мелодичным звоном.

  Что все это значит? Эти слова, это место... Если посмотреть на плиту отрешенным взглядом кабинетного ученого, то что представляет собой камень как не передатчик? Наверняка это он и есть - передатчик мистиков, некий аналог нашего хрустального шара.

  'Никогда о таком не слышал', - недовольно проворчал мой внутренний голос.

  - В мире есть масса любопытнейших вещей о которых тебе ничего неизвестно, Эдвин, - сказал я вслух. - Поэтому лучше смирись с этим и думай, что делать дальше.

  А что, собственно, произойдет, если я сделаю то, о чем просят строки? Вдруг это ловушка и моя первая оговорка насчет тварей была знаком свыше?

  Терзаемый сомнениями я задумался. Завлекали ли мистики преднамеренно кого-нибудь в ловушку? Как будто бы нет. Об этом не упоминалось в летописях, не было никаких легенд, преданий на этот счет. Хотя с другой стороны, их ловушки могли быть настолько совершенны, что в живых никого не оставалось, чтобы поведать об их коварстве.

  Может, лучше всего вернуться обратно в обычный мир? Стоит только захотеть и я окажусь в комнате пропавшего мальчика... Ох, с этими знаками, я совсем забыл зачем сюда пришел. Междумирье с его призрачными образами и иллюзиями рассеивает внимание, мешает сосредоточиться. Я не мог вернуться с пустыми руками, просто не мог...

  - Что-то я стал слишком мнительным. Магу это не к лицу, - пробормотал я и положил ладонь в центр круга.

  Камень, был горячим и необыкновенно мягким на ощупь, словно это и не камень вовсе, а живое существо. Колонны пришли в движение. Они двигались со щелчками, вроде тех, что издают механические часы. Колоны отдалялись все дальше и дальше, постепенно уменьшаясь в размерах. Скоро зал опустел.

  - Эдвин!

  Кто-то невидимый звал меня по имени. Я крутил головой, пытаясь понять, откуда идет звук, но создавалось впечатление, что он доносится отовсюду.

  - И куда ты смотришь? Нет меня на потолке, нет. Вниз гляди!

  Я послушно опустил глаза и увидел лицо, парящее над поверхностью плиты. Я сразу узнал его. Это был мой старый друг Вольт. Прикоснувшись к камню, я вызвал его далекий образ - полупрозрачный и слабо светящийся.

  - Вольт?! Это действительно ты?

  - Все еще я. Прости, что пришлось прибегнуть к крайним мерам, но у меня не было выбора, - он рассмеялся своим обычным хриплым смехом.

  Несмотря на смех, мой друг выглядел невеселым. Высокий, сухопарый, он, в силу своего призвания, никогда не казался цветущим, но в данный момент ему больше всего подошел бы эпитет 'изможденный'.

  - О каких крайних мерах идет речь? - с подозрением спросил я.

  - Не сердись... - в голосе некроманта послышались виноватые нотки. - Но это я забрал детей.

  - Что?! Ну, знаешь ли... - я гневно покачал головой. - На этот раз ты перешел всякие границы.

  - Прежде чем записывать меня в смертельные враги выслушай для начала.

  - Хорошо, - я взял себя в руки. - Я заочно верю в то, что у тебя были веские причины для того чтобы прибегнуть к похищению. Во всяком случае, я очень на это надеюсь. Говори.

  - Мне нужно было связаться с тобой. Это был единственный способ.

  - Я тебя не понимаю. Почему единственный?

  - С некоторых пор я ограничен в выборе средств. Мне было необходимо, чтобы ты в определенной точке пространства воспользовался венцом Сумерек, дабы в междумирье привести тебя к Голосу мистиков.

  - Этот передатчик и есть Голос?

  - Да, - Вольт кивнул, - в междумирье их разбросано немало. Даже странно, что мы не узнали о них раньше... Я случайно вышел на один из них около года тому назад. Я не мог привести тебя к Голосу из любого места. Мне нужно было заранее знать, где ты появишься в междумирье. Как ты понимаешь, это практически невыполнимая задача. Но не имея выбора, я пытался выследить тебя на протяжении нескольких месяцев... И занимался бы этим до сих пор, если бы мне не пришел на помощь твой медиум.

  - Эрик в этом замешен? Он мне ничего не сказал.

  - А он и не знает. Я бы ему объяснил, но в моем нынешнем состоянии он меня попросту не слышит, - вздохнул некромант. - Поняв, что за проказу собирается сделать Эрик, я не мог не воспользоваться представившимся шансом. Поэтому я дождался нужного момента, забрал его нерадивых дружков в крысином обличье и стал считать минуты до твоего приезда.

  - А с чего ты взял, что я приеду?

  - Как же иначе? Эрик ведь под твоей опекой. Если мне не изменяет память, именно по твоей рекомендации его приняли в школу. К тому же, - в голосе Вольта послышалась хорошо знакомая мне усмешка, - ты единственный владелец венца Сумерек. Пропажа учеников - дело нешуточное, директор, не помню его имени, не станет рисковать своей шкурой. Он заручится поддержкой лучшего специалиста.

  - То есть меня.

  - Да. И раз ты здесь, я все рассчитал верно.

  - Мальчики в порядке? Ты же вернешь их?

  - Забирай... Они больше не нужны.

  Воздух над плитой сгустился и на нее шлепнулись две упитанные черно-белые крысы. Животные жались друг к другу. Я протянул к ним руку, но крысы, встопорщив шерсть на загривке, испуганно отпрянули. Похоже, им пришлось несладко. Ну и ладно... Потом возьму.

  - Одной проблемой меньше, - сказал я. - Кстати, что с тобой случилось? Ты же собирался в столицу, но пропал...

  - Да, пропал... - Вольт снова рассмеялся.

  От его обреченного смеха у меня мурашки пошли по коже.

  - Приехать к вам мне помешала одна досадная неприятность. Видишь ли, я в некотором роде мертв.

  - Как мертв?.. - я отказывался верить своим ушам. - И что значит - в некотором роде?

  Не может быть, что бы Вольт - этот первоклассный некромант бывший со смертью на короткой ноге позволил ей так просто забрать себя.

  - Это неправда! Я же с тобой разговариваю.

  - Это оттого, что я даже умереть не могу по-человечески ... Это конец, Эдвин... - с тоской отозвался мой друг. Его самообладание дало трещину. - Ты меня не раз предупреждал, но я не слушал... Надо было заняться разведением куропаток или плетением корзин - и никакой магии. Будь она проклята... Да, ты был прав, я играл в запрещенные игры и доигрался... Конечно, этого следовало ожидать. Одержимый жаждой исследования я разрушил себя, предал друзей и подставил весь мир под угрозу... И почему меня мама в детстве не придушила? Оказала бы человечеству большую услугу.

  - Потому что твоя мать умерла при родах, - автоматически ответил я. - Подожди корить себя. Расскажи лучше все по порядку. Мы ведь не ограничены во времени?

  - Нисколько, - Вольт отрицательно покачал головой. - Это особенно место. Мистики постаралась на славу.

  И словно насмехаясь над моими планами, венец Сумерек пронзил оба виска резкой болью. Застонав, я обхватил голову руками и вынужденно опустился на пол.

  - Что такое? - заволновался Вольт. - На тебя напали?

  - Можно и так сказать, - проворчал я, закусывая губу.

  Голова немилосердно кружилась. В мозгу вспыхивали огненные звезды. Хотелось забиться в темный угол и затаиться там, пока боги не станут ко мне более милостивы. Боги... Они вообще знают о моем существовании? Если не знают, то лучше им о себе не напоминать. Помощи от них не дождешься, а вот чинить препятствия они любят. Боги любят поразвлечься за счет простых смертных.

  Для борьбы с коварным артефактом я решил прибегнуть к испытанному средству. Перед моим мысленным взором пронеслись длинные ряды серебряных ложек. Ну что, мерзкий обруч? Нравится? Из тебя получится отличное столовое серебро. Слышишь? Я буду лично чистить тебя перед приходом гостей. Да и Мелл хотела иметь нечто подобное...

  Устрашенный количеством ложек венец кольнул меня напоследок и оставил в покое. Я вытер выступивший на лбу пот и поднялся.

  - Прости Вольт. Нас прервали.

  - Я понимаю... Это даже к лучшему. Я уже успел успокоиться. Больше никаких истерик.

  - Как ты умер?

  - Меня убили. Меня и всех моих товарищей. Десять человек... Они были хорошими некромантами. Были, - повторил он с дрожью в голосе.

  - В голове не укладывается, - невольно вырвалось у меня. - Кто мог сделать такое? И как? Вас застали врасплох?

  - Ты помнишь зачем я отправился в горы Умарта?

  - Да. Ты хотел найти племена скелетов. Ходили слухи...

  - Они подтвердились. Я действительно нашел эти племена. Эти скелеты - не просто ожившие трупы, которые может поднять из могилы некромант, а нечто большее. Они очень древние. Кое в чем примитивные, но что есть, то есть... Фактически в них не больше магии чем в любом обычном человеке.

  - Неужели даже природной связи с землей нет? - я удивленно посмотрел на него. - Как же они двигаются?

  - О, тут есть над чем поразмыслить. Они поддерживают свою форму благодаря специальной воде. Для этого скелеты периодически принимают ванны. Источник, наполняющий ванны бьет откуда-то из глубины гор. Думаю, именно из-за этого источника скелеты не спустились в долины. Они не могут оставить его.

  - Понятно.

  - Скелеты общаются между собой жестами, но и речью обладают, я сам слышал. Живут в городах в толще гор.

  - Города вроде гномьих?

  Перед моим внутренним зрением пронеслась картина: величественные башни, разноцветные стены, перекидные мостики...

  - Не совсем. Попроще. У гномов разветвленные комплексы, у этих просто поселки. Сначала я решил, что скелеты выходцы из Подземелья, вроде морессов, но это не так. Похоже, что они всегда жили там. Вдобавок, за прошедшие месяцы я исследовал огромную территорию, и уверен, что в горах не бывали ни люди, ни гномы.

  - Постой, - я замотал головой, - но тогда чьи же это скелеты? Я имею в виду, что до превращения они же должны были кому-то принадлежать?

  - Их телосложение близко к человеческому, но это не люди. Они выше, стройнее...

  - Эльфы? - мой голос выражал недоверие.

  - Не могу знать. Ранее мне не приходилось изучать останки эльфов. Они ведь, в отличие от нас, сжигают своих покойников. В одной из пещер, в обмелевшем подземном озере, я нашел любопытные золотые пластины. Полагаю, когда-то это была целая книга, но у меня не хватало страниц, чтобы собрать ее.

  - Вольт, неужели... - я уже начал догадываться к чему ведет мой друг. - Неужели там были некие заклинания, касающиеся оживления мертвых?

  Что еще могло заинтересовать моего друга? Все маги постоянно ведут охоту за знаниями, это их единственная страсть - ну, кроме денег и власти, разумеется, а некромантов еще не всякие знания удовлетворят. Им мало подчинить вещи и стихии, они хотят владычествовать над жизнью и смертью.

  - Верно, там были заклинания, - он вздохнул.

  - Они отличались по своим характеристикам от тех, которые учат в университете?

  - Безусловно, - еще один вздох.

  - И когда я просил тебя разобраться в Рамедии с умертвиями, ты им воспользовался?

  - Частично, - Вольт виновато опустил глаза.

  - Но ты не имел права так поступать! - рассердившись, я стукнул кулаком по ладони. - Они наверняка опасны.

  - Ничего дурного не случилось. Все были счастливы.

  - Не ожидал от тебя такого легкомыслия...

  Тут у меня перед глазами возник образ Мелл с укором качающей головой.

  Вольт ей никогда не нравился. И не только потому, что он восхищался смертью и держал у себя в услужении парочку не очень свежих зомби, а потому что от него, как мне объясняла сам Мелл, исходил запах скорых неприятностей. Я пытался выяснить, на что похож этот запах, но Мелл затруднялась дать точный ответ:

  - Честное слово, не знаю. Трудно объяснить. Пахнет как маринованная селедка и красный перец одновременно. Мне не нравится. Того гляди, у этого подозрительного запаха появятся основания, - Мелл нахмурилась и ее лоб прорезала тонкая морщинка. - Я, конечно, понимаю, что он твой старый друг, верный товарищ и так далее, но давай не будем его больше приглашать на обед.

  - Почему? Что он еще натворил?

  - Я знаю его совсем недавно, но он уже успел показать себя с дурной стороны. Это ненормально, когда тебя приглашают на обед, а ты приносишь с собой заспиртованную руку в банке, и уверяешь, что ее зовут Джим.

  - Это наша старая шутка... - мне было неловко. - Еще с университетских времен.

  - Знать ничего не желаю! - категорически заявила Мелл. - Пощадите мои нервы и шутите тогда, когда меня нет рядом. Он показал на конечность, принадлежащую ранее какому-то бедняге и сказал, что если на суп не хватит мяса, то он может мне с этим помочь.

  В тот момент я сделал скорбное лицо - все-таки Мелл была права и имела все основания сердиться, но в душе улыбнулся. Да, юмор у Вольта всегда был специфический - все о покойниках, да о покойниках... В общем, он далеко не душа общества...

  - Эдвин, о чем ты думаешь... - спросил Вольт, зависший над камнем словно сгусток тумана.

  - Прости, междумирье все время отвлекает меня.

  - Да, я понимаю, что во вселенной найдутся вещи важнее моих проблем, - некромант кисло скривился.

  - Ты обиделся? - удивленно спросил я. - Глупости... Раньше я за тобой такого не замечал.

  - Раньше у меня было тело, - отрезал Вольт. - И я не висел между небом и землей.

  - Ты успел разобраться с теми заклинаниями?

  - С теми частями, что я нашел - да. Но ведь у меня была не вся книга.

  - Теперь понятно, почему столичные некроманты никак не могут отправить на кладбище умертвий Рамедии. Ты знаешь, что умертвия даже сны видят и частично вспоминают прошлое?

  - Правда? Это очень интересно! - в глазах Вольта зажегся знакомый огонек, но тут же погас. - Что я говорю?.. Нас сейчас совсем не это должно интересовать.

  Меня насторожило это подозрительное 'нас'. Я нутром чуял, что здесь идет речь не только о помощи Вольту. За этим словом скрывалось нечто более значимое.

  - Как ты прочел заклинания?

  - Они частично на языке мистиков. То что я не понял, то додумал самостоятельно.

  - Опять мистики... - едва слышно проворчал я.

  - Но твой, смею надеяться все еще друг - достаточно опытный некромант, чтобы там, где ему не хватает конкретных знаний, он мог положиться на интуицию. Сначала я приписал авторство книги найденному мною народу скелетов - слишком уж все ладно сходилось. Но потом понял, что у них бы не хватило мозгов написать подобную вещь.

  - И кто же... - я не договорил, выжидающе смотря на него.

  - Не знаю. Но они были весьма могущественны. Вероятно, скелеты были у них в подчинении. Где теперь эти таинственные хранители знаний - неизвестно.

  - Господа ушли, а слуг оставили?

  - Выходит что так.

  - Но ведь это еще не все. Допустим, ты нашел эту 'книгу', изучил заклинания, стал собираться обратно в столицу... Что вынудило скелетов напасть на вас?

  - Они все время нападали.

  - Вот именно. Все время нападали и всякий раз безуспешно.

  - Каким-то образом им стало известно, что я стал новым обладателем золотых пластин. Они начали за мной охоту. Мы упаковали вещи, и отошли от места прежней стоянки на два дневных перехода. Разбили лагерь у подножья и стали мирно заниматься своими делами. Нападение произошло ночью. Ни я, ни мои люди не были готовы к нему. Некромантам тоже надо спать. Дневной переход утомил нас. Скелеты вылезли прямо из-под земли и оказались за силовым полем, которое мы обычно ставим для защиты. Пятеро погибли сразу, скелеты просто проломили им голову. Остальные пытались обороняться, но противников было слишком много. Да и они ведь не обычные умертвия...

  - Что дальше?

  - Меня они убили не сразу, если ты об этом. Когда в лагере наступила тишина, я был окружен тремя кольцами врагов и весь во власти гнетущего чувства... Так бывает, когда понимаешь, что твоя история подходит к концу и ты не можешь ничего с этим поделать. Я понял, что остался один. Ты меня слушаешь, или опять задумался?

  - Слушаю.

  - Они перерыли наши вещи. Найдя пластины, скелеты о чем-то долго совещались, а потом потащили меня обратно в горы. Нужно сказать, что похитители подошли к делу со всей тщательностью. Меня связали по всем правилам, рот заткнули кляпом, чтобы я не мог прочесть даже самое ничтожное заклинание. Они двигались без передышки - скелеты не знают усталости. Наше путешествие закончилось в одной из пещер с ванными, - голос Вольта становился все тише и тише...

  Я догадался, что он подходит к самой неприятной части повествования - собственной смерти и попытался сделать сочувственное лицо. Да, только попытался, но не потому, что мне было наплевать на друга, а потому что в моих мыслях беспрестанно крутилось пресловутое 'нас'. Теперь оно звучало особенно зловеще.

  - К моему поясу привязали грузы и бросили меня в одну из ванн, где я благополучно захлебнулся, - Вольт вздохнул.

  - Мне очень жаль, что так случилось.

  - Мне тоже, не сомневайся. Когда я окончательно потерял сознание, то очнулся уже в междумирье. Один, без всякой защиты... Сгусток мыслей и эмоций. Меня едва не разорвали на части Похитители.

  - Почему твой дух... - я замялся, не зная как деликатнее это выразить, - остался неуспокоенным?

  - Эти скелеты что-то такое сделали с телом. Провели целый ритуал... Но не думаю, что они добивались моего посмертного существования. Их интересовало только мое тело.

  - Все это очень странно... - я задумался. - Зачем ты им понадобился? Почему они просто не проломили тебе голову как остальным?

  Лицо Вольта приняло невинное, прямо-таки младенческое выражение. О, я хорошо знал, что оно значит! Мой друг располагал сведениями которые он предпочел скрыть от меня. Его не изменила даже собственная смерть.

  - Вольт, сейчас не подходящее время иметь тайны.

  Некромант колебался.

  - Тебе нужна помощь, ведь так? - я задумался, перебирая в уме возможные варианты. - Эти подозрительные ванны... Ты говорил, что они их используют для поддержания собственной формы. Неужели скелеты хотят, чтобы ты стал одним из них?

  - Да, Эдвин, - он сдался, - именно этого они и добиваются.

  Я замолчал, борясь с желанием крикнуть: 'Какой ужас!' или еще что-нибудь в этом роде. Вряд ли это подбодрило бы моего друга.

  - И снова вопрос: почему?

  Вольт только вздохнул. Уж он-то знал ответ.

  - Им нужен некромант вроде меня. Некто, при жизни обладающий магическими способностями. Полагаю, что по завершению обряда, я потеряю всякую память. То есть мое тело станет послушной игрушкой в их руках.

  - Так как ты некромант, то сможешь поддерживать в них жизнь вдали от источника.

  - Да, я считаю, что они собрались покинуть горы.

  - Какова их численность?

  - Думаю около двух тысяч. Вряд ли больше.

  - Две тысячи враждебно настроенных не разрушаемых скелетов. Тут есть над чем поразмыслить.

  - Эдвин, я думаю, что как только мое тело удовлетворит их соображениям, они двинуться в путь.

  - Они очень кровожадные?

  - Не сказал бы. Скорее расчетливые. Прирожденные убийцы.

  - Куда они пойдут?

  - Не знаю.

  - Вольт!!!

  - Клянусь тебе! Я всего лишь дух, болтающийся здесь уже несколько месяцев, в то время как мое тело потихоньку разъедает жидкость. Думаю, до завершения ритуала осталось совсем немного. Скоро скелеты получат желаемого некроманта обратно.

  - Вероятность того, что они спустятся в долины, чтобы стать безобидными землепашцами - ничтожна. Скорее всего они отправятся в город. Сначала в один, затем в другой... Начнется кровавое месиво, - нахмурившись, я оперся руками о плиту. От напряжения у меня затекли шея и плечи. - Они прямо как демоны - их нельзя подкупить и с ними нельзя договорится.

  - С демонами мы уже имели дело, а с умертвиями - нет. К тому же с демонами ты как раз договорился.

  - Это я и сам знаю. Неизвестность - отвратительное слово, никогда его не любил. Чего же ты хочешь от меня? Я должен доложить о случившемся Совету магов?

  - Доложить-то ты, конечно, можешь, но только что ты им скажешь?

  - Правду.

  Вольт посмотрел на меня как на сумасшедшего.

  - Пока скелеты не станут штурмовать Регум, тебе никто не поверит. Посуди сам, история от начала и до конца малоправдоподобная...

  - Да, они вполне могут решить, что я тронулся умом на почве длительного использования венца Сумерек. И дело не только во мне. В магических кругах у тебя репутация сомнительного типа.

  - Согласен. Поэтому если они и поверят, то предпринимать ничего не станут. Начнутся разговоры, бесконечные заседания, голосования. А времени осталось очень мало. Нужно, - тут Вольт тяжело вздохнул, - уничтожить мое тело, пока оно не стало марионеткой скелетов.

  - Сколько времени?

  - Несколько дней.

  - Что?! И ты хочешь, чтобы я отправился в горы и отыскал тело? Как же я успею? Горы Умарта так далеко.

  - Другого выхода все равно нет. Ты должен найти меня.

  - Намекаешь на Часовую Тропу? Ладно, посмотрим, что можно будет сделать... Но как я найду тебя в горах?

  - Место нашей стоянки отыскать легко: она была у подножья Одинокого Пика. Если стать возле большего белого валуна и посмотреть вверх, то в двухстах метрах можно разглядеть пещеру. Она уходит вглубь горы.

  - Я говорю не про стоянку, а про пещеру с ваннами. Ты знаешь, где она находятся?

  - Нет. Когда меня тащили, я был без сознания.

  - Отлично... - мрачным голосом сказал я. - Прикажешь мне исследовать хребет Умарта вдоль и поперек? А на всякие мелочи, вроде обозленных скелетов и чудовищ, которыми наверняка кишат эти горы, прикажешь не обращать внимание?

  - Эдвин, ты слишком суров ко мне.

  - Это оттого, что я нервничаю. Прости.

  - Я не хотел, чтобы так получилось.

  - Конечно, не хотел... Когда я уничтожу твое тело, то это будет означать, что ты умер окончательно? Я больше никогда не увижу тебя?

  - Наверное, Эдвин. - Вольт избегал смотреть мне в глаза. - Глупый конец двадцатилетней дружбы, но ничего не попишешь.

  - А что мне делать, если я не успею разыскать тебя? Предположим, ты станешь во главе армии скелетов, и они начнут крушить все направо и налево. Мои действия?

  - Найди золотые пластины. Скелеты отнеслись к ним как к величайшей драгоценности. Возможно, если их уничтожить, то колдовство рассеется.

  - Или останется навсегда, - возразил я. - Одно из правил мага - никогда ничего не уничтожай. Оно тебе еще не раз пригодиться.

  - В любом случае, я разрешаю тебе не щадить мои бренные останки. Поливай их небесным огнем, сколько тебе будет угодно.

  - Я не хочу, чтобы ты умирал, - вырвалось у меня. В голосе появилась подозрительная хрипота. - Это несправедливо. Некроманты не умирают, а живут вечно. Ты сам неоднократно этим хвастался.

  - Что-то мне не нравится твой тон. Кто кого должен утешать? - проворчал Вольт. - Мое нынешнее состояние прямое следствие моих же действий. Никто не заставлял меня идти в эти проклятые горы.

  - Мне пора, - сказал я, избегая смотреть ему в глаза. - Начинает кружиться голова и шуметь в ушах. Это первый признак переутомления. У тебя есть еще, что сказать мне?

  - Ты всегда сможешь связаться со мной, через Голос мистиков. Если вдруг увидишь подобный передатчик, то не проходи мимо.

  - Конечно, - я утвердительно кивнул. - Кстати, а насколько умертвия Рамедии похожи на этих горных жителей?

  - Практически ничем не отличаются. Разве что цветом огней. У моих мертвецов вместо глаз горят желтые огоньки, а у тех зеленые.

  - Важная деталь. Ты знаешь, что рамедийские умертвия до сих пор считают меня своим командиром?

  - Я хорошо поколдовал в тот вечер, - губы Вольта разошлись в легкой ухмылке. - Хочешь собрать армию?

  - Нет, на это нет времени, - я покачал головой. - Это была случайная мысль.

  В правом виске кольнуло. Венец вновь собирался атаковать меня. Я невольно поднял руку к голове. Некромант понимающе кивнул.

  - Прощай, Эдвин. Уверен, что ты меня не подведешь.

  Его лицо растаяло, оставив после себя белое облачко пара. Несколько секунд я тупо смотрел на то место, где был мой старый друг, а потом крепко выругался. На горизонте вновь замаячили большие проблемы, и мне снова предстояло с ними разбираться. Но как это сделать я не имел ни малейшего понятия.

  Забрав крыс, несмотря на их протестующий писк, я сделал последнее усилие и пожелал вернуться обратно в комнату Тори. Меня вышвырнуло в реальность так быстро, что я, потеряв равновесие, упал на пол, едва не задавив собой животных. Это выглядело так, словно кто-то дал мне хорошего пинка, чтобы я не задерживался в междумирье больше положенного.

  - Мой генерал? - донесся сверху знакомый голос. - Что с вами? Вы заставили меня волноваться.

  - Почему? - спросил я, снимая венец.

  - Вы исчезли.

  - И долго меня не было?

  - Секунд тридцать.

  - Понятно... - я внимательно посмотрел на Весельчака, желая убедиться, что он по-прежнему является обладателем желтых огней, а не зеленых.

  Так и есть, Весельчак не изменился. Обозвав свою мнительную натуру нехорошими словами, я поднялся с пола.

  - Вот возьми... - я протянул крыс скелету. - Отдай их Фраусу. Пусть порадуется.

  Первоначально я хотел устроить эти заносчивым юнцам в звериной шкуре хорошую трепку, но сейчас мне было не до того. К тому же, они и так были напуганы. Даже не пытались укусить меня, когда я передал их в костлявые руки Весельчака.

  Скелет скрылся за дверью. Я в изнеможении сполз на кровать, опустив голову на руки. Все-таки венец не хуже энергетических вампиров пьет ментальную энергию. Я так устал, что не находил себе сил выйти из комнаты. Сейчас самым разумным было бы завалиться на кровать и проспать двое суток, но это было невозможно.

  За дверью послышался радостные возгласы и топот. В комнату ворвался директор. Он сиял как древняя золотая монета, начищенная заботливыми руками коллекционера.

  - Эдвин! У меня нет слов! - он всплеснул руками.

  - Вы правы, лучше ничего не говорите.

  Но, похоже, он меня не расслышал.

  - Эдвин! - директор схватил мою кисть и принялся ее трясти как безумный. - Вы сделали это! Я всегда знал, что на вас можно положиться.

  Я осторожно освободил руку, пока в радостном порыве он не оторвал ее вовсе.

  - Рад за вас и школу.

  - Вы же спасли нас! Если вам что-то нужно, прошу вас - не стесняйтесь. В любом случае, я не заботу об услуге, что вы нам оказали. Вы прекрасный, нет, самый прекрасный специалист...

  - Мне это и без вас известно, - я прервал его восторженные излияния и потер лоб.

  Резкий голос Фрауса звучал на редкость неприятно. Директор светился от радости, не переставая говорил, а у меня перед глазами был Вольт - высокий, тощий, в черной узкой мантии, еще больше подчеркивающей его худобу. Именно таким я видел его в последний раз. Встречу ли я еще моего друга или даже для некромантов смерть выносит окончательный приговор? Но ведь Вольт жив в каком-то роде. Если не придираться к мелочам, вроде отсутствия физического тела.

  А народ скелетов, которых он изучал - это ведь настоящая загадка природы. И мне нужно прибыть в горы Умарта, чтобы уничтожить эту загадку, пока она не принялась за уничтожение более простых существ - людей, к примеру. И как всегда у меня нет на это времени...

  По моему отсутствующему взгляду Фраус понял, что я его не слушаю, и наконец-то замолчал.

  - Мне нужно идти, - сказал я, поднимаясь.

  - Так скоро? - опешил директор. - А как же банкет? Мы думали устроить вечером маленький прием для сотрудников.

  Я невольно содрогнулся и не смог скрыть недовольную гримасу. Благодаря обилию торжественных приемов в прошлом году это простое слово до сих пор вызывает у меня ужас.

  - Нет, спасибо. Я буду занят. Как вы намерены поступить дальше? Замять дело?

  - Попытаемся. Конечно, если мальчики будут молчать.

  - А как насчет слухов? Ведь вся школа...

  - Кто обращает на них внимание? - отмахнулся Фраус. - В стенах школы чего только не бывает.

  - Я разговаривал с Эриком, он свою вину осознал, поэтому дополнительные наказания излишни. Надеюсь, эта парочка тоже будет вести себя пристойно.

  - Да-да... - глаза Фрауса забегали.

  - Вы же понимаете, что я не потерплю оскорблений в свой адрес.

  - О чем вы? - удивился директор.

  - Инцидент между Эриком и Тори произошел из-за моей персоны. Мальчик хотел защитить мое имя и репутацию.

  - Хм... - Фраус задумался на какое-то мгновенье. - Будьте уверены, что подобного больше не повторится. Я со всей ответственностью подойду к этому вопросу. Приму меры.

  Мне очень хотелось ему верить, потому что если письмо Эрика утверждающего обратное нагонит меня в пути, я все равно не смогу вернуться в столицу. И вообще я не школьный инспектор, чтобы этим заниматься.

  - Если я узнаю, что с Эриком обращаются как с бродягой в худшем смысле этого слова, то сам приму меры, - тихо сказал я.

  Вид у меня был достаточно грозный и Фраус понял, что я не шучу.

  - А теперь мне нужно идти, - снова повторил я. - Но прежде я бы хотел послать письмо.

  - Мои личные голуби в вашем распоряжении.

  - Еще мне нужен хрустальный шар.

  - И то и другое в моем кабинете, - сказал директор, открывая дверь и пропуская меня вперед.

  - Что, даже голуби?

  - Они в клетке на балконе.

  Выйдя в коридор, я был приятно удивлен не обнаружив толпы. Учеников увели в столовую дежурные наставники, остальные учителя разошлись по кабинетам, крыс в срочном порядке доставили к телам мальчиков. Эрик, я полагаю, был с ними и как раз в этот момент снова менял сознания местами. Возле стены, словно иллюстрация к книге о беспокойных духах гробниц стоял Весельчак. Увидев меня, он бросил подбирать стену и молча встал рядом. Вот что мне в нем нравится, так это его понимание, когда стоит лезть с вопросами, а когда лучше от них воздержаться.

  В кабинете Фраус гостеприимно попросил меня сесть в его кресло. Подвинув стопку бумаги и поставив клетку с сонными голубями, он тактично удалился.

  Первое письмо предназначалось Мелл. Да, разговор при помощи хрустального шара был бы намного удобнее, но я все равно не смогу с ней через него связаться. Я взял ручку со стола Фрауса, отмети про себя, что директор недурно устроился - у ручки было золотое перо, и склонился над белым листом.

  Написать это письмо было трудным делом. Как бы помягче рассказать ей о том, что обстоятельства снова нашли ее мужа? Мне не хотелось, чтобы она волновалась, но и врать я тоже не хотел. А как она могла не волноваться, узнав в каком положении я очутился?

  Я несколько раз начинал писать, но всякий раз черкал строчку одну за другой и комкал бумагу. Как же это непросто...

  - Весельчак, нужна твоя помощь.

  - Да, мой генерал!

  - Если бы ты был мной, то какими бы словами ты сообщил Мелл, что ты уезжаешь в далекие края спасать человечество от очередной напасти?

  Скелет задумался. На какой-то миг мне показалось, что я слышу тоненький скрип мыслей из-под его черепной коробки. Но нет, это всего лишь скрипели разболтавшиеся колечки кольчуги.

  - Прежде всего, я сказал бы ей, чтобы она не волновалась из-за моего долго отсутствия.

  - Логично. Дальше.

  - И добавил, что есть несколько дел, требующих моего внимания, но не вдавался в подробности.

  - И все?

  - Да.

  - Эх, Мелл сразу догадается, что это за 'дела', - проворчал я. - У меня других 'дел' просто не бывает.

  Я написал несколько строк и запечатал письмо личным перстнем. Затем выбрал самого крупного и бойкого на вид голубя. За моей спиной находилась маленькая дверь, ведущая на балкон. Произнеся над птицей целую серию заклинаний: ускорения, защиты, двойной удачи и поиска адресата, я подкинул его вверх. Он сразу взял нужное направление. Вскоре голубь превратился в маленькую розовую точку.

  Теперь мне нужно было написать еще одно письмо, вернее записку, и на этот раз в роли посыльного выступит Весельчак. С этим я справился быстро. Расписавшись и поставив внизу печать, я свернул записку и отдал ее умертвию.

  - Весельчак, тебе придется поработать. Погоди, не спеши радоваться... Твоя цель - обойти как можно больше столичных строек на которых трудятся хорошо знакомые тебе умертвия и забрать их оттуда. Думаю, что начальники строек будут против, но ты никого не слушай. Чтобы с ними не было проблем, покажешь им эту записку. Думаю, мое имя убедить их с тобой не спорить.

  - Да, мой генерал.

  - Ты же чувствуешь, где находятся остальные скелеты?

  - Я чувствую всех воинов.

  - Отлично. Как соберешь их, то иди вместе с ними к горам Умарта.

  - Хорошо, мой генерал, - согласился Весельчак. И добавил. - А где это?

  - В двух словах не объяснишь... - Я покопался в сумке и вытащил мешочек с золотыми монетами. У меня всегда было с собой энное количество таких мешочков. В мире людей они решают почти все проблемы. - Возьми. Здесь сто золотых. Наймешь проводника. Только не мешкай, это очень важно.

  - Конечно. Мы будем идти день и ночь. Ваша армия, мой генерал, не знает усталости, - с гордостью сообщил скелет.

  Весельчак взял деньги и повесил мешочек за шнурок внутрь пустой грудной клетки. Это была разумно. С пояса золото могли срезать воришки, а внутрь умертвия они заглядывать поостерегутся.

  - Если планы не изменяться, то я тоже буду там.

  - Как только я подойду поближе, то почувствую ваше присутствие.

  - Очень хорошо, значит, ты сможешь отыскать меня. Кстати, постарайтесь вооружиться. Но обычные в таких случаях мечи и стрелы бесполезны. Даже не знаю, что посоветовать, - я задумался. - Ага, есть идея! Купи как можно больше тригаров.

  - Да, мой генерал.

  Весельчак наслаждался ситуацией. Он чувствовал, что скоро опять окунется в гущу сражения, во всяком случае, питал надежду на это. Его эмоциональный подъем был настолько силен, что если бы я приказал ему прыгнуть в жерло вулкана, он сделал бы это с радостным криком.

  - Ты хоть знаешь, что представляет собой тригар? - с подозрением спросил я.

  - Нет.

  - Это магическая сеть. Она невесомая и похожа на зеленоватую паутину. Обычно их хранят в маленьких деревянных шкатулочках. Разрезать подобную сеть можно только специальным ножом - гаром. Его можно приобрести вместе с сетью. Но тригары так просто не продаются - это запрещенный товар.

  - Тогда мы заберем их силой. Раз вы желаете, чтобы они у нас были... - увидев мой выразительный взгляд, он умолк.

  - Если бы я был более примитивен и мечтал захватить власть в империи, трон и так далее, вам бы цены не было. Верные телохранители, не знающие усталости... - я вздохнул, представив себя на троне. Картина вышла нелепая. - Такие таланты пропадают... Но ближе к делу. Тригары можно приобрести у одного моего знакомого. Его зовут Мик, он жрец Смерти.

  - Жрец Смерти? Я не знал, что такие бывают.

  - Звучит красиво, но это всего лишь означает, что он следует за войском и грабит погибших в бою. По правилам жрец должен перед этим беседовать с павшими воинами и забирать имущество только у согласных на это, взамен обещая передать близким последние слова покойного, но в действительности они часто забывают это делать. Но на ценности, вроде золота, драгоценностей или дорого оружия, их забывчивость не распространяется.

  - А они действительно говорят с мертвыми? - в голосе Весельчака послышалось недоверие. - Я думал, что на это способны только такие гениальные маги как вы.

  Лесть была столь неприкрытая, что я закашлялся. И хуже всего, что мой костлявый друг говорил искренне.

  - Да, действительно, говорят. Иногда. Иначе бы жрецов Смерти давно судили наравне с мародерами и отослали в каменоломни. Ты найдешь Мика на площади Цветов. Он живет в большом сером доме с узкими окошками, напоминающие бойницы. - Я достал еще один мешочек с золотом. - Скажешь, что пришел от меня, иначе он не станет с тобой разговаривать. Купишь у него все тригары какие будут. И сразу в горы. Ясно?

  - Да.

  - Надеюсь на твою природную сообразительность.

  Весельчака прямо-таки распирало от желания сказать что-нибудь достойное случаю. Он щелкал челюстью, пытаясь подобрать нужные слова. В итоге умертвие не придумал ничего лучше, чем преклонить правое колено, и бережно взяв мою руку, коснуться ею своего лба. Это был старый как мир жест служения. Слуга и господин...

  И надо же было такому случиться, что бы именно в этот момент в кабинет вошел Фраус! Директор не стучал. Не думаю, что он сделал это умышленно, надеясь застать меня за чем-нибудь нелицеприятным, все-таки это был его кабинет.

  Я представил, какие сплетни пойдут по столице. Как снежный ком с каждым разом они будут обрастать все новыми подробностями. Конечный вариант, который услышит император Фаусмин Третий, будет примерно такой: маг Эдвин в огненной короне, со звериным оскалом и сверкающими глазами, справляя черную мессу, приносил в жертву тьме новорожденных младенцев, и сотни демонов составляли его свиту.

  Фраус застыл в дверном проходе, ошеломленно глядя на нас.

  - Весельчак, можешь идти.

  - Да, мой генерал.

  Скелет поднялся и, не глядя на Фрауса, покинул кабинет. Директор посторонился и проводил его непонимающим взглядом. Он, таращил глаза, открывал и закрывал рот, из которого не доносилось ни звука, напоминая рыбу, выброшенную на берег.

  - Вы что-то хотели? - спросил я, пытаясь предать своему голосу нейтральное звучание.

  - Э... Да. Я забыл сказать, что на моем хрустальном шаре установлена защита и пришел снять ее.

  - Спасибо, вы очень любезны. Я как раз закончил с письмами и собирался им воспользоваться.

  - Эдвин... - Фраус собрался с духом. - Вы же не собираетесь устроить переворот?

  - Нет, конечно. Если бы собирался, то давно бы это сделал.

  - Это хорошо... - он кашлянул. - Понимаете, я обязан был спросить.

  - Я понимаю. Ваш вопрос вполне обоснован. Каждые двести лет очередной свихнувшийся маг пытается захватить власть в империи. Некоторым из них это даже удается. Начинается гражданская война, новый повелитель топит страну в крови и так далее. Это уже становиться дурной традиций. Последние двести лет таких попыток, насколько мне известно, со стороны магов не предпринималось, - я развел руками. - И тут вы видите меня - Прозрачного мага победившего демонов, владельца венца Сумерек, которому умертвие в доспехах присягает на верность... Я бы тоже засомневался.

  - Эх... - директор вздохнул. - Вы смеетесь надо мной.

  - Самую малость, - я приподнял левую бровь. - Мне бы не хотелось, чтобы эта история достигла ушей Драконьих Голов. Они могут принять ее на свой счет.

  Тайной Охраной или Драконьими Головами называли личную охрану нашего подозрительного императора. Это было секретное ведомство, о котором не было известно простым смертным. Маги к последним, естественно, не относились. Именно Драконьи Головы занимались разоблачением заговоров и предотвращением покушений. Фаусмин Третий не был параноиком. Если бы не охрана, нашего императора уже давно закололи бы или отравили любящие родственники.

  - О, я все понимаю, - директор кивнул. - Я буду молчать.

  Фраус заботливо протер замшей хрусталь и заученным движением активировал шар. Внутри него загорелась синяя звездочка.

  - Когда я шел сюда, секретарь сообщил мне, что обмен сознаниями прошел успешно.

  - Замечательно, - я действительно был рад.

  - Да, Эрик провел обмен наилучшим образом. Вынужден признать, что он очень способный. Полагаю, он станет одним из лучших учеников школы. - Фраус посмотрел на меня. - Как вы в свое время.

  - Хорошо, что он медиум, а не Прозрачный маг и мы будем работать в разных плоскостях... - рассмеялся я. - Не выношу конкуренции.

  - Конечно, - директор вымученно улыбнулся. - У меня сейчас урок. Я преподаю в старших классах классификацию вымышленных существ. Мне бы не хотелось, чтобы ученики надолго оставались без присмотра.

  Мы пожали друг друга руки и чинно раскланялись. Как только комната опустела я сел в кресло. Мне нужно было выполнить вторую часть задуманного.

  Передо мной лежал хрустальный шар Фрауса. Он был размером крупное яблоко и покоился на подставке из красного мрамора. В самом низу подставки золотом была выгравирована надпись: 'Уважаемому магу и доброму другу Фраусу от коллег'. Значит, это был подарок.

  - Подхалимы, - беззлобно сказал я, сосредотачиваясь на вызове.

  Прищурив глаза, я смотрел вглубь шара, прямо на мерцающую звездочку.

  - Ну же.... Ответьте! Ну, хоть кто-нибудь...

  Я разослал вызовы пятерым магам, которых считал друзьями и которым мог довериться. Пускаться в путешествие к горам Умарта в одиночку - это сумасшествие. Мне позарез был необходим напарник, который прикроет мою спину магическим щитом и вытащит из переделки, если мне доведется в ней оказаться.

  Первым на связь со мной вышел Мальвин. Шар засветился голубоватым светом, внутри него замельтешили черточки, которые быстро потемнели, приняв очертания человеческого лица. Я уже успел обрадоваться, как вместо моего друга узнал его племянника Мейдина.

  - Мейдин? - разочаровано вырвалось у меня. - А где твой дядя?

  - Вместе с Хельгой. Она только что родила мальчика, и он не отходит от нее ни на шаг. У вас что-то важное? Я могу передать дяде.

  - М... Передай им обоим мои поздравления, - сказал я, пытаясь показать насколько я рад этому.

  Признаться я совсем забыл, что Мальвин ожидает прибавления в семействе.

  Этот человек вообще был редким оригиналом. Он словно задался целью разрушить все стереотипы, касающиеся магов, и весьма в этом преуспел.

  Всем известно, что маги редко обзаводятся семьями. Это происходит по двум причинам: во-первых, маги считают себя вполне самодостаточными, волшебство заменяет им не только общение с противоположным полом, но и общение вообще. Зачастую маг ставят работу на первое место, полагая, что только в ней заключен смысл его жизни. Во-вторых, найдется очень немного женщин, которые захотят связать свою жизнь с эгоистом, подверженным частым перепадам настроения и безумным идеям.

  Мелл - исключение, она настоящий ангел.

  Кроме того что среди магов редко можно встретить семейных, еще реже они заводят детей. Странное дело: вершить судьбы мира они в состоянии, а принять на себя ответственность за ребенка боятся. А вот Мальвин не боялся - он женился. И не только женился, но и стал отцом троих детей.

  К сожалению, когда они ездили в горы, его супруга погибла во время неожиданного сходы лавины. Мальвин два года носил по ней траур, а потом, рассудив, что его детям в любом случае нужна полноценная семья, женился снова. Его избранницей оказалась двадцатипятилетняя дочь зеленщика. Через год Мальвин снова стал отцом - на этот раз близнецов.

  Когда я гостил у них в последний раз, все его многочисленное шумное семейство выглядело очень счастливым. Они живут в большом старом доме, с множеством комнат, где не закрываются ни одни двери. В гостиной постоянно горит камин. Они держат большую пятнистую собаку, любящую подремать на коврике перед камином и задерганную служанку, которая по секрету призналась мне, что ей стыдно перед уважаемым гостем, то есть предо мной, за творящееся вокруг безобразие.

  Выходит, что Мальвин решил не останавливаться на достигнутом и завести еще одного ребенка.

  Я покачал головой. Шестеро детей - это многовато. А зная Мальвина, можно было с уверенностью сказать, что там где шесть - там может быть и семь.

  Внезапно, где-то глубоко в душе я почувствовал угрызения совести. Мальвин верный товарищ, который всегда придет на помощь друзьям. А я собирался втянуть его в рискованное предприятие, которое могло закончиться весьма плачевно. А что, если бы он погиб? Его шумное семейство, в качестве расплаты за смерть отца, переехало бы ко мне?

  Мне пришлось бы распрощаться с отдельным кабинетом и отдать его под детскую. И не только с кабинетом, но и со спальней тоже. Мы с Мелл поселились бы в кладовке, потому что это было бы единственное свободное место. И каждое утро на кухонном столе я бы находил засохшие пятна манной каши, постоянно натыкался на игрушки... Я содрогнулся. Глупости, конечно, но может это и к лучшему, что Мальвина не оказалось дома.

  Дерк и Кристиан - еще двое моих друзей, упорно не отвечали. Я посмотрел на часы. Изящные черные стрелки почти незаметно для человеческого глаза двигались по кругу. Маленькая приближалась к десяти, а большая к двенадцати. Конечно, оба они наверняка только что вышли из дома по делам. Дерк был бессменным членом магического Совета, а Кристиан оказывал услуги советникам императора. Он не состоял в штате придворных магов, и может быть как раз поэтому к его мнению прислушивались чаще других.

  Хрустальный шар мерно мигал, а я нервно барабаня по крышке стола, ждал, уповая на свое весьма сомнительное везение. Должен признать, что когда ждешь, секунды текут чертовски медленно. Мне начало казаться, что время издевается надо мной и уже прошла целая вечность. Но тут шар вспыхнул, показывая, что мой вызов принят.

  Передо мной возник сияющий лик неотразимого, по мнению многих женщин, блондина, который разменял пятый десяток, но упорно отказывался стареть. Он был моим давним приятелем еще с университетской скамьи. Чего мы с ним только не вытворяли... Сейчас и не скажешь, что два солидных мага были способны на такое. Но бурная молодость, к сожалению или к счастью, теперь в прошлом.

  После окончания университета мы продолжали общаться, периодически наведываясь друг другу в гости. Во время ежегодного съезда волшебников, длящегося неделю, а то и две, мы сидели с ним рядом и жили в соседних комнатах.

  Увидев меня, лицо Роко расплылось в довольной улыбке.

  - Здравствуй, Эдвин! Если ты в столице, то почему не зашел?

  - А с чего ты взял, что я в Регуме?

  - Ну, как же? - удивился Роко. - Вызов ведь пришел с шара Фрауса - директора столичной магической школы. Не думаю, что этот хрустальный шар, предназначенный для нужд учебного заведения, он отдал тебя в качестве подарка.

  - Ты как всегда прав. Я совершенно упустил это из виду.

  - Что ты делаешь в школе? - спросил Роко с любопытством. - Решил провести воспитательную работу с подрастающим поколением?

  - Я тебе все объясню, - вздохнул я. - По порядку.

  Во время моего рассказа Роко то и дело пытался прервать меня, но увидев мой предостерегающий жест замолкал. Пересказ последних нескольких часов занял минут десять. Только когда я закончил рассказ, то понял, как сильно мне нужно было выговориться. Я как будто сбросил огромный камень, давящий на меня и мешающий нормально дышать.

  - Вот так новости... - удрученно протянул Роко. - Я догадывался, что с Вольтом что-то случилось, но не предполагал, что все настолько серьезно.

  Роко и Вольт не были особо дружны, некромант не упускал случая подшутить над магом, чем выводил последнего из себя. Иногда мне кажется, что только я в состоянии сносить несносный характер моего друга.

  - Что ты собираешься делать? - Роко не на шутку встревожился.

  - Есть одна идея.

  - Члены Совета...

  Я скептически отмахнулся.

  - Какой с них толк? Ты помнишь, чтобы они хоть раз действовали быстро?

  - Но им все равно необходимо сообщить. Ты согласен?

  - Да, - я кивнул и добавил ворчливо. - Чтобы они знали, в каком краю света искать наши с Вольтом останки.

  - Эдвин, ты всерьез решил отправиться на поиски Вольта один?

  - Да, решил. Но не один. Я надеялся, что ты составишь мне компанию.

  Роко прикрыл глаза, раздумывая. Это длилось какое-то мгновенье. Затем он кивнул:

  - Хорошо, я согласен. Ведь дело идет не только о Вольте. Проблема намного серьезнее.

  - Если Вольт прав и скелеты получат возможность идти туда, куда им вздумается, то что станет со столицей, если они решат осадить ее? Что им противопоставить? Меч, магию? Бесполезно. Они полностью чуждые нам существа, вызванные к жизни неизвестным колдовством, - я развел руками.

  Меня распирало от желания показать Роко во всей красе кошмар сложившегося положения, но слов не хватало.

  - Да-да, я понимаю. Давай согласуем план действий. Что нам может понадобиться?

  - Бери все, что влезет в твою походную сумку. Ничем не брезгуй. После разговора с тобой я собираюсь зайти в лавку и пополнить старые запасы.

  - Понял. В принципе, я бы тоже не отказался пополнить запасы. Как мы доберемся до гор? Для поездки вполне подойдет трок, но как быть там, где нет дорог? Между нами и горным хребтом тянется многокилометровая полоса пустоши. Но если мы свернем к излучине реки, то можем попросить у Джона-мельника его ручного дракона Висса. Если он еще не сдох, конечно... Я имею в виду дракона, а не мельника.

  - Роко, если делать так, как предлагаешь ты, то наше путешествие затянется на целый месяц.

  - А как же иначе? Что ты задумал?

  - Пойдем по Часовой Тропе.

  - Что?! Спускаться в Подземелье? - Роко аж перекосило.

  - Я уже пользовался Тропой. Ничего страшного в ней нет, - тут я безбожно врал, но моему другу не стоило это знать. - Мы спустимся вниз через дежурный вход в университете. А дальше пойдем в направлении гор Умарта. Долго блуждать по Подземелью не придется. На поиск Тропы у меня уйдет от одного до трех дней, - как можно убедительнее сказал я, хотя не был в этом уверен.

  - Но Подземелье, Эдвин! Я... - Роко закусил губу и побледнел.

  Хрустальный шар искажал некоторые цвета, поэтому его бледность отливала синевой.

  - А что с ним не так? Подземелье как Подземелье... - сказал я. - Вот в прошлом году мне снова пришлось туда спуститься. И я не только сам спустился, но и жителей целого города разместил в пещерах. И все прошло благополучно.

  - Я знаю подробности этой истории. Она закончилась благополучно только потому, что ты очень везучий человек и первоклассный маг, - ответил Роко. - Не подумай, что я трус, я способен на отчаянные поступки, ты же знаешь. Но...

  - Договаривай, - сказал я мрачнея. У меня появилось плохое предчувствие. - Это случайно не связанно с гадальными табличками?

  - Связано, - вздохнул Роко. - Ты меня раскусил.

  - Ну вот, а ты говоришь, что я везучий человек...

  На роду моего друга лежит старинное не снимаемое проклятье. Пятьсот лет тому назад один из его предков по мужской линии обратился за помощью к отшельнику, который слыл предсказателем. Хуго, так звали его предка, затеял тяжбу с соседом из-за границы земель и желал знать, выиграет он это дело или нет. Старик сообщил, что в суде его ждет неудача. Хуго такой ответ пришелся не по нраву. Он рассвирепел и нанес отшельнику смертельную рану. Старик оказался мстительным типом. Нет, чтобы тихо испустить дух и отправиться к праотцам как все порядочные люди. Нет, перед смертью он проклял род Хуго до невесть какого колена. До какого конкретно - история хранит молчание.

  С тех пор в доме его потомков раз в несколько лет появляется простая деревянная шкатулка, на которой лежит табличка с очередным предсказанием. Она возникает из ниоткуда, и после прочтения текста сразу же исчезает. Как эта шкатулка оказывается в доме - неизвестно.

  Знатоки утверждают, что это один из ста шестидесяти трех предметов Закрытой Комнаты, которая дрейфует между мирами. И когда комната приближается к нашему миру, шкатулка получает возможность проскользнуть в дом. Где связь между Закрытой Комнатой и стариком, останки которого давным-давно покоятся в земле, знатоки объяснить не потрудились. Так же непонятно, как шкатулка покидает Комнату, если та по определению всегда закрыта. Но это мелочи... Наша жизнь не была бы так интересна, если бы мы знали ответы на все вопросы.

  Предсказания всегда пророчат крупные неприятности и те всегда сбываются, если не принимать меры. Таблички пробовали игнорировать, не читать, но в этом случае один из близких скоропостижно умирал. Шкатулку неоднократно пытались уничтожить самыми различными способами, но тщетно.

  Это явление даже вошло в шестой том магического справочника под названием 'Проклятье гадальной метлы'. Почему метлы? Да потому что составитель справочника был человек рассеянный, далекий от магии, проклятий и всего подобного. Именно поэтому я с опаской отношусь к книгам о волшебстве написанными не магами.

  - Роко, ты опять видел шкатулку?

  - Да.

  - Хм... Сочувствую.

  - Ее не было три года. И вот - она снова явилась на прошлой неделе. Прямо на моем письменном столе в кабинете. У меня даже не было шанса... Представляешь, я как раз сидел за столом и читал книгу. А когда закрыл ее, то мой взгляд упал прямо на гадальную табличку, лежащую на шкатулке. Я машинально прочел текст и шкатулка исчезла.

  - Хитрая стала, зараза, - процедил я сквозь зубы.

  - Она с каждым разом совершенствуется, - в голосе Роко сквозило уныние.

  - Что было на табличке? Или это слишком личное? - спохватился я.

  - Нет... От тебя у меня нет тайн. Там было всего лишь одно предложение: 'В Подземелье тебе найдет смерть'.

  - Очень категорично.

  - И не оставляет повода для разночтений. Теперь ты понимаешь мои опасения? Какой тебе будет с меня толк, если я умру в Подземелье?

  Я кивнул, соглашаясь. Конечно, Роко мог струсить и выдумать историю со шкатулкой всего минуту назад, но, во-первых, он не такой человек, а во-вторых, шутки с родовым проклятьем имеют горький привкус.

  - Что ж... В таком случае, пожелай мне удачи.

  - Эдвин, это не означает, что я отказываюсь участвовать в деле. Это мой долг, как друга, как мага и как гражданина империи...

  И так далее и тому подобное. Роко был великолепен. Честное слово, я пожалел, что рядом с ним не стоит какая-нибудь привлекательная дамочка, которая по достоинству оценила бы пыл, с которым он произнес свою тираду. Наконец, он выдохся и вопросительно посмотрел на меня:

  - Ты не против того, что я пойду как нормальный человек по земле, а не под ней?

  - Не против. Найди в столице наших - собери под своим началом самых толковых, объясни им ситуацию и отправляйся в известную тебе сторону.

  - Так и сделаю, - Роко заметно приободрился.

  Получив от меня задание, он почувствовал себя увереннее. Теперь он не выглядел трусом. Попрощавшись с ним, я снова уставился в хрустальный шар. Мое настроение опустилось до нулевой отметки. Я ведь уже решил, что Роко составит мне компанию. Эта дурацкая шкатулка спутала мне все карты! Не могла она немного подождать со своими зловещими предзнаменованиями?

  Последняя надежда оставалась на Карела.

  - Да, Эдвин, - дружелюбно улыбнулся Карел, сразу узнав меня.

  Он не стал интересоваться, почему я вызываю его с чужого шара. Он был занят более важным делом - что-то жевал. Карел всегда любил покушать. Он и сам был отличным кулинаром, знал толк в приготовлении разных блюд. Я услышал знакомый звук отставляемой тарелки и звяканье ложки. Похоже, он ел прямо в кабинете, не удосуживаясь спуститься в столовую.

  Карел был невысок ростом, средней полноты и рыжеволос словно бентел. Ходили слухи, что его прапрабабка-колдунья согрешила с бентелом, но это конечно неправда. Невидимые Помощники и люди не могут иметь детей. И, слава богу, что не могут, а то бы в мире такое началось - подумать страшно. На свет появились бы жуткие гибриды, сочетающие пороки обоих видов.

  - Эдвин, почему ты молчишь? - Карел многозначительно кашлянул. - Я безумно рад тебя видеть, то у тебя, наверное, ко мне какое-то дело?

  - Тебе-то хоть шкатулка ничего не предсказывала? - буркнул я не подумав, и сразу же спохватился. - Забудь о том, что я сказал.

  - Хорошо, - покладисто согласился Карел.

  Мне пришлось повторить ему все ранее сказанное Роко. Карел кивал, опустив вниз глаза, и на его круглом румяном лице не отражалось никаких эмоций. Казалось, что он полностью погрузился в свои мысли и не слушает меня, но это было не так. Только я собирался преступить к финальной, самой важной части моего рассказа, а именно к просьбе составить мне компанию в Подземелье, как Карел прервал меня.

  - О чем речь, я пойду с тобой. Вольта надо спасать.

  - Мы пойдем по Часовой Тропе, - предостерегающе сказал я.

  - Неважно, - отмахнулся Карел. - Если бы я хотел прожить жизнь тихо и в полной безопасности, я бы не стал магом. Мне понадобиться немного времени, чтобы собраться.

  - Ты не представляешь, как меня радуют твои слова, - совершенно искренне сказал я, поднимаясь с кресла. - В таком случае, жду тебя через час в лавке Морфея.

  Хрустальный шар потух и я вздохнул с облегчением. Мою душу грела мысль, что в этом опасном путешествии я буду не один. В том, что оно будет опасным, можно было не сомневаться, без этого ни одно мое путешествие еще не обходилось.

  Я вышел из кабинета. Секретарь - пожилой, незнакомый мне маг, мастеривший из деловых бумаг кораблик, удивленно посмотрел на меня. Наверное, он думал, что в кабинете никого нет. Кораблик был третьим по счету в его маленькой бумажной флотилии. Не похоже, чтобы Фраус чрезмерно загружал своего секретаря работой. Подавив усмешку, я сделал вид, что ничего не заметил.

  Лавка, предлагающая разнообразнейшие товары для волшебников, располагалась на улице Звонких монет, которая проходила неподалеку от университета. Улица не зря носила такое название: здесь было множество торговых точек - от больших лавок до маленьких выносных лотков.

  Лавка Морфея была одной из многих предлагавших волшебникам качественный или не очень товар. Я не один год знал ее владельца, поэтому эликсиры, ритуальные кинжалы, одежду и прочее покупал только там.

  И хотя сам Морфей не был магом, он все жизнь вращался в около магических кругах. Волшебниками был его дядя по отцовской линии, племянник по материнской, бабушка была уважаемой деревенской колдуньей, а троюродный брат возглавлял кафедру Смежных миров в университете магии. Если бы у Морфея были способности, он бы и сам окончил университет, но судьба рассудила иначе.

  Постоянно сталкиваясь с магами в силу своей деятельности, Морфей со многими из них завязал дружеские отношения. Его любимым занятием, после удачной сделки, разумеется, был сбор столичных сплетен. Он творчески перерабатывал каждую из них, проявляя недюжинный талант, в результате чего даже самая грязная история походила на поучительную притчу.

  Морфей был ниже среднего роста. У него была аккуратная уже начавшая седеть борода, с вплетенными в нее синими лентами. На голове он носил широкополую шляпу с белым пером, которую на моей памяти еще ни разу не снимал. Злые языки утверждали, что ею он прикрывает лысину.

  Для учеников и студентов товары Морфея были не по карману, поэтому я удивился, когда увидел пятерых молодых парней в зеленых мантиях, с восхищенным видом рассматривающих витрины. Я решил, что передо мной последний класс магической школы или первый курс университета - не старше.

  Над головой, возвещая о моем появлении, зазвонил серебреный колокольчик. Морфей, занимающийся студентами только из вежливости, тотчас оставил их и направился ко мне. Он узнал меня, и радостно улыбаясь вышел из-за прилавка.

  - Прозрачный маг Эдвин собственной персоной! Какая честь для меня!

  Я делал ему отчаянные знаки, чтобы он говорил потише, но было уже поздно. Студенты оставили витрины в покое. Теперь у них было кое-что поинтереснее витрин.

  - Маг Карел заходил сюда? - поинтересовался я с кислой миной, следя краем глаза за парнями, изучающими меня словно редкое насекомое.

  - Нет. Я все время был в лавке и не мог пропустить этого достойного мага.

  - У нас здесь встреча... Я его подожду, если вы непротив.

  - О чем речь? Конечно не против! - Морфей прямо-таки сиял от возможности оказать мне услугу. - Как насчет чашечки горячего отвара, чтобы скрасить ожидание?

  Мой желудок возмущенно заурчал, и я понял, что мне необходимо, что-нибудь посущественней отвара. На самом деле я уже давно хотел есть. Путешествие по междумирью пробуждает зверский аппетит.

  Морфей внимательно посмотрел на меня и все понял без слов. Он подозвал своего рассыльного и послал его в трактир. Мальчишка со всех ног кинулся выполнять поручение, а Морфей лично занялся отваром. В углу лавки стояла жаровня, на которой располагалась маленькая плитка для лабораторных опытов. Он вскипятил воды и влил кипяток в фарфоровый заварник. Воздух наполнился приятным ароматом липового цвета.

  Морфей как раз закончил разливать отвар, как вернулся рассыльный с коробкой.

  - Садитесь, - он указал на высокий табурет. - Прошу вас, угощайтесь, - лавочник открыл коробку.

  В ней оказался мясной пирог. Румяный, пышущий жаром, с хрустящей корочкой. Неудобно было отказываться... Вид этого пирога пробуждал во мне лучшие человеческие чувства.

  - Спасибо, - от души поблагодарил я, кусая пирог и принимая из его рук чашку. - Не успел позавтракать.

  - Много дел? - Морфей сочувственно покачал головой.

  Я кивнул с набитым ртом. Ближайшие пять минут я отказывался думать о делах. Может статься, что это последний пирог, который я ем в своей жизни, и мне бы хотелось насладиться им сполна.

  Сзади послышался легкий кашель, сопровождаемый перешептыванием. Лавочник вспомнил, что мы не одни и грозно посмотрел на юношей.

  - Вы выбрали, что хотели?

  - Э... Да, - ответил самый старший из них. Он уже начал бриться, и это добавляло ему смелости. - Дайте, пожалуйста, красное перо.

  - Одно перо на пятерых?

  - Мы будем писать им по очереди.

  - Ладно, - Морфей равнодушно пожал плечами. - Две медных монеты.

  Деньги легли на прилавок, а я потянулся за следующим куском. Ребята исподтишка поглядывали в мою сторону. Ну, как же, знаменитый маг, о котором они столько наслышаны, чья статуя стоит в главном зале университета, теперь сидит в метре от них и с безразличным видом поглощает мясной пирог, как простой смертный. Да и выглядит он как простой смертный - в его облике нет ничего примечательного. Даже мантия на нем старая, без изысков. Надеюсь, что хотя бы чистая.

  - Господин маг...

  - Вы что-то хотели? - я с вздохом отставил в сторону чашку.

  - Мы слышали... - студент бросил быстрый взгляд в сторону товарищей ища у них поддержки. - Вы и в самом деле тот самый...

  - Не знаю, кого вы имеете в виду, но мое имя Эдвин.

  - О! - парень восторженно посмотрел на меня.

  Я чувствовал, что стремительно краснею. В этом, наверное, был виноват отвар. Слишком уж он горячий. Я мечтал о скорейшем приходе Карела. Тогда я смогу с чистой совестью не обращать на них внимания и заняться своими делами.

  - Ребята, а не пора ли вам на занятия? - Морфей пришел мне на помощь.

  - Да-да... - они заторопились и двинулись к выходу.

  Уже у самых дверей юноша, с которым я разговаривал, собрался с духом и вернулся. Он стал напротив меня и выпалил:

  - Вы нас не знаете, но мы являемся вашими почитателями... С прошлого года собираем о вас все сведенья и давно мечтали встретиться лично. Я и мои друзья восхищены вашими подвигами. Даже орден собираемся организовать и назвать его в вашу честь.

  Это было уж слишком и я поперхнулся. Теперь за меня точно возьмутся Драконьи Головы. Если уже не взялись.

  - По-моему вы слишком торопитесь... - осторожно сказал я. - Орден - это лишнее. Истории, которые вы могли обо мне слышать, полны преувеличений. Как видите, я обыкновенный маг... К тому же - живой маг. Неэтично организовывать подобный орден при живом волшебнике.

  - Ничего страшного. В таком случае мы подождем, - беззаботно махнул рукой студент.

  Добрый юноша. Если все будут такие как он, то наше будущее будет несомненно светлым.

  - Неужели я настолько плохо выгляжу? - спросил я его.

  Он понял, что сказал глупость и испуганно прикрыл рот ладонью.

  - Есть хотите? - спросил я и, не дожидаясь ответа, показал на коробку. - Возьмите по куску пирога, подкрепитесь и двигайтесь к университету. Это подарок от всемогущего Прозрачного мага Эдвина, - добавил я с усмешкой.

  Юноши с радостью выполнили мою просьбу.

  - Да, только не говорите никому, что встретили меня здесь... - крикнул я им вдогонку. - Только толпы любопытных мне не хватало. Хотя, - я обернулся к Морфею, - ваши дела пошли бы в гору.

  - Мне и так не на что жаловаться, - ухмыльнулся лавочник. - А вы не боитесь, что они законсервируют пирог и станут на него молиться? От молодежи всего можно ожидать. В университетских стенах появятся новые талисманы, приносящие удачу.

  - Не дай бог, - я содрогнулся. - Не говорите таких страшных вещей. Кстати, о талисманах... У вас есть новые обереги?

  - Хотите пополнить коллекцию? - понимающе кивнул Морфей. - Сейчас проверю новые поступления.

  Он достал из-под прилавка толстую расчетную книгу, страницы которой были разделены на равные колонки и исписаны мелким почерком. Морфей любил порядок. Уверен, что он ежедневно вытирает пыль с полок, перед тем как открыться.

  Лавочник сдвинул шляпу на затылок и принялся водить пальцем по строчкам.

  - Вам нужно что-то конкретное?

  - Мне все равно. Я же коллекционер.

  - Тогда могу предложить набор из трех оберегов доставленный мне месяц назад из-за моря.

  - Спецзаказ? Интересно.

  - Да, но заказчик от него отказался, - неохотно добавил Морфей.

  - А можно узнать причину отказа? - я насторожился.

  - Не знаю, - лавочник развел руками. - Утром он получил обереги, а вечером вернулся его слуга, швырнув их мне на прилавок. Сказал, что они не работают.

  - Тогда какой мне с них толк?

  - Я уверен, что дело было не в оберегах, - Морфей нахмурился. - Вам известно, что я слежу за качеством товара. Доверие клиентов для меня важнее всего. Лучше потерять несколько золотых, чем потерять их доверие.

  - Полагаешь, маг, сделавший заказ, был недостаточно компетентен?

  - Какая тут компетентность, - махнул рукой Морфей. - Вообще-то, я не должен называть его имени, но вам назову. Это маг Клавдий.

  Это имя многое объясняло. Я с этим человеком не был знаком лично, но слышал о нем много. И больше плохого, чем хорошего. В магических кругах Клавдий имел репутацию самодура. Он с трудом закончил обучение, и то, только благодаря деньгам своего папочки, и всю жизнь стремился доказать окружающим, что он самый великий маг всех времен и народов.

  Это было бы смешно, если бы не было так грустно. Он унаследовал от отца обширные угодья, несколько мастерских и медные рудники. Фактически все доки на побережье принадлежали его семье. Пожалуй, Клавдий был одним из самых богатых людей империи. И свое баснословное состояние этот недалекий человек транжирил на всякие сомнительные авантюры.

  Чего только стоит его выходка с глазами детенышей драконов-бабочек! Он нанял охотников по всему свету, чтобы те принесли ему сотню глаз этих драконов. Клавдий собирался использовать их в качестве основного компонента для приготовления эликсира бессмертия. Рецепт приготовления эликсира он взял из одной сомнительной книги. (Позже выяснилось, что эта книга, как и ожидалось, была подделкой, проданная легковерному богачу за баснословные деньги).

  Разразился страшный скандал. Драконы-бабочки - безобидные создания, не больше медведя размером. За спиной у них необыкновенные радужные крылья, которым они обязаны своим названием. Эти драконы дружелюбны, очень привязчивы и совершенно бесполезны. Они питаются растениями и раньше можно было нередко увидеть, как десяток таких драконов мирно пасется на лугу.

  К сожалению, их беззлобность привела к тому, что на них стали охотиться более крупные и кровожадные представители драконьего племени. Популяция драконов-бабочек стала резко сокращаться. Комитет по охране редких существ взял их под свою опеку. Когда жители столицы узнали о планах Клавдия, то пригрозили ему карой. В кои-то веки ему пришлось считаться с мнением общественности. Особенно, после того как Клавдия убедили, что его драгоценная книга заклинаний стоит ровно столько, сколько стоит пергамент на котором она написана.

  - Ну что? Показывать обереги или нет? - спросил Морфей.

  - Давай, - я махнул рукой. - Все равно Карел что-то задерживается.

  Морфей скрылся за ширмой отделявшей торговую часть лавки от склада. Возвратился лавочник через минуту, держа в руках маленькую шкатулочку, отливающую перламутром.

  - Вот, здесь вся троица, - сказал он, открывая шкатулку.

  На красном бархате лежали три черных блестящих камешка причудливой формы.

  - Что скажите? - Морфей выжидающе посмотрел на меня. Видимо ему самому не терпелось узнать, что же он мне предлагает.

  Я взял камешки в правую руку и сжал в кулаке, прислушиваясь к своим ощущениям. Обереги были теплыми.

  - Хм, для чего они понадобились Клавдию?

  - Если бы я знал, - покачал головой Морфей. - Мне поступил заказ, и я его выполнил. Но что это за обереги...

  - Но сказать, откуда они у вас, можете? - в моем голосе послышалась ирония. Я уважал профессиональные тайны, но не до такой же степени.

  - Со дна моря, - он пожевал губами, раздумывая. - Бывает, что не все корабли возвращаются в порт. Штормы - это частое явление, верно? Корабли гибнут, их груз тоже.

  - Кто же способен достать их со дна?

  - Иногда они сами всплывают на поверхность, - он многозначительно посмотрел на меня.

  - Вы же не намекаете на... - тут я замолчал, не решаясь озвучить свою догадку.

  Морфей кивнул.

  - Нет, это чушь! Никто не знает, где находится Кладбище погибших кораблей!

  - Маг Эдвин, клянусь, что эти обереги с одного из его суден. Камни достал для меня человек, который состоит в ордене Рыб.

  - Это запрещенный орден, - мягко сказал я.

  - А мне какое дело? - удивился он. - Я же простой торговец и закон не нарушаю. А у кого я покупаю товар - это не имеет значения.

  Мне было немного известно об этом ордене. Кроме его плохой репутации, разумеется. Я не любил море, и поэтому мало интересовался всем, что с ним связано. Орден Рыб - закрытая организация, которая снискала себе дурную славу, занимаясь похищениями маленьких детей. Они воспитывали их особым образом и по достижению совершеннолетия принимали в орден. Считалось, что члены ордена могут дышать под водой без всяких заклинаний, для этого у них дополнительно вырастали жабры.

  Я подбросил обереги на ладони. Чувствовалось, что это не просто кусочки камня. Они были 'живыми' и мне захотелось их получить. Жажда коллекционирования подняла свою безобразную голову и категорично заявила, что будет меня изводить, пока эти таинственные обереги не станут моей собственностью.

  - Сколько ты за них хочешь? Только честно.

  - За все вместе плюс шкатулка - двадц...- взглянув на мое лицо, Морфей закашлялся. - Десять золотых. Поверьте, это хорошая цена. Мне они тоже обошлись недешево.

  - Уговорил, - я положил обереги обратно в шкатулку, и спрятал покупку в сумку. Торговаться дальше, означало бы уронить свое достоинство. - Позже я их хорошенько исследую и выясню область применения.

  В этот момент зазвенел колокольчик и в лавку вошел Карел. Он случайно бросил взгляд наверх и с криком отшатнулся. Я его понимал. Моего друга напугало премерзкое чучело совы, которое Морфей зачем-то повесил рядом с дверью. Неужели для того, чтобы отпугивать покупателей? У чучела были опалена верхняя часть туловища, что наводило на мысль о том, что Карел не первый маг, отреагировавший подобным образом. Какой-то более нервный волшебник запустил в чучело огненным шаром.

  - О, ты уже здесь... - Карел перевел дух и посмотрел на пустую коробку из-под пирога. Его взгляд стал полон грусти. - Я задержался, потому что составлял список.

  - А что это у тебя за спиной? Неужели мешок?

  - Не всем же ходить с походной сумкой, Эдвин, - он пожал плечами. - Со своей задачей он справляется.

  - Тогда к делу. Покажи список Морфею.

  Карел послушно протянул лист бумаги. Я допил отвар и попросил:

  - Продублируй его, пожалуйста. Уверен, что мне тоже пригодится.

  Пока лавочник собирал заказ, я прошелся вдоль прилавка. Возле витрины с готовой одеждой я остановился. Мое внимание привлекла серая мантия из водоотталкивающего материала. Для прогулок по сырому Подземелью лучшего наряда не найти.

  Недолго думая, я переоделся, а старую мантию запихал в сумку. Волшебник никогда не выбрасывает свою одежду. Для него она становиться чем-то вроде второй кожи. Во всяком случае, я сохранил все свои мантии, начиная с первой - зеленой ученической. Мелл всякий раз грустно вздыхает, натыкаясь во время уборки на скомканный, заляпанный кислотой кусок материи неопределенного цвета, в котором я всегда могу признать очередную мантию.

  Морфей действовал расторопно. Через полчаса мы приобрели все необходимое для дальнего путешествия. Расплатившись с лавочником - готов поклясться, что он наварил на нас тройной навар, мы вышли на улицу.

  Регум жил своей бурной жизнью. Стояла отличная погода. Каждый, кто был в состоянии выйти на улицу, поспешил это сделать и теперь наслаждался всеми прелестями весны. Какой-то нищий разложил грязную циновку прямо на мостовой и теперь принимал солнечные ванны. Он был совсем голый, если не считать куска набедренной повязки. Кроме неприглядного тела, он обладал коллекцией убийственных запахов, которые исходили от циновки, лохмотьев и его самого. Женский пол, проходящий мимо, бледнел и пытался упасть в обморок, а мужской только скрипел зубами отважно ускоряя шаг. Связываться с нищим не хотелось никому. И куда только внутренняя охрана смотрит?

  Было жарко, но я упрямо стиснув зубы, накинул на голову капюшон. У меня была слабая надежда на то, что в таком виде в университете меня никто не узнает.

  - Эдвин, а Совет магов в курсе того, что случилось? - Карел поправил завернувшуюся лямку походного мешка.

  - Он узнает в кратчайшие сроки, - уверил я его. - Роко обещал позаботиться об этом.

  Карел всегда был поборником законности. Я даже удивился, что он не стал настаивать на выписке пропуска для спуска в Подземелье.

  Мы вышли на площадь Знаний. Перед нами возвышалось белое здание университета магии. Кто-то решит, что раз это площадь Знаний, то многочисленные толпы люди на ней - это маги, но это было не так. Волшебников здесь встретишь не так уж часто. У них нет времени, чтобы праздно шататься по городу.

  Основная масса народу - это приезжие, прибывшие поглазеть на то место, где выпускают дипломированных специалистов магических искусств. Пробираться сквозь все эту толпу, когда на тебе мантия, действующая на провинциалов как красная тряпка на быка - сомнительное удовольствие. В нас сразу же стали тыкать пальцем. Какая-то толстая мамаша в кричаще-ярком платье в окружении трех детей не старше семи лет, пыталась преградить Карелу путь. Он ловко увернулся - сказывался опыт жизни в столице.

  - Господа маги! - крикнула она нам в след. - Постойте! Покажите чудо моим сыночкам! Ну что вам стоит! Куда же вы?! - не унималась она. - Эх, ничем вы не лучше нашего деревенского шарлатана... Такие же пустомели!

  В моей голове мелькнула злобная мысль, что превратить ее в крысу - это тоже в своем роде чудо. Ах, как жаль, что я не имею права это сделать. Если бы не все эти многочисленные свидетели...

  Здание университета располагалось полукругом. Массивные колоны из белого мрамора были похожи на окаменевших стражей. Ступени тоже были мраморными, но черными. Это был подарок от властителя южной страны с каким-то труднопроизносимым названием. Невидимые Помощники сидящие на ступеньках приветливо помахали нам руками. Главный вход был открыт, створки позолоченных ворот распахнуты настежь.

  Как только мы вошли, в лицо сразу же подул легкий ветер, принесший с собой знакомый запах старых пыльных книг. Говорят, и я этому верю, университет не забывает ни одного своего выпускника. Всякий раз, когда я оказываюсь в его стенах, меня встречает этот ласковый ветерок. Кажется, подобным образом университет здоровается со мной.

  Главный зал университета поражал своими размерами. Над головой возвышался купол украшенный старинными фресками. В потоке солнечных лучей светового колодца, плавно плыли раскрытые книги, похожие на морских скатов. Тисненные серебром и золотом книжные корешки блестели на солнце. Было сравнительно тихо и зрелище величественно парящих в воздухе книг завораживало.

  Вокруг, шурша мантиями всех цветов и размеров, спешили волшебники и те, кто только собирался ими стать. Многие из них прижимали к груди пухлый книжный том. Университет имел общие помещения со столичной библиотекой.

  - А вон и ты, Эдвин, - Карел с усмешкой показал на ненавистную мне статую.

  - Бездумный перевод мрамора, - ворчливо отозвался я. К моему сожалению, чудовищная скульптура до сих пор была в целости и сохранности.

  - И красок, - добавил друг, переводя взгляд на стену.

  Мне пришлось согласиться. На стене висела большая картина как раз подстать солидным размерам главного зала. На полотне был изображен я, оседлавший огромного черного дракона и одетый в блестящую развевающуюся мантию. На голове у меня красовалась огненная корона, а в руке я держал жезл непонятного назначения. Дракон злобно скалился и изрыгал пламя. Но это в верхней части. В нижней же, армия умертвий победоносно громила жалкие остатки демонов, коих на картине было ничтожно мало.

  - Знаешь, а ведь я не знал о ее существовании... Мне преподнесли ее в качестве сюрприза.

  - Хороший сюрприз, - чувствовалось, что Карел из последних сил сдерживался, чтобы не рассмеяться. - Как именуется этот шедевр? 'Нашествие демонов'?

  - Верно, - вздохнул я. - По-моему стиль, в котором нарисована картина называется чудовищный реализм. Говорящее название, правда?

  - Не переживай. Возможно, ты совершишь в своей жизни что-нибудь более великое и тогда они повесят рядом с ней новую картину. Еще хуже первой.

  - Может тогда стоить открыть галерею? К чему захламлять главный зал?

  - Но-но... Не принимай так близко к сердцу. Когда ты умрешь, их все равно уберут, - сказал Карел, но я ему не поверил. Мне не могло так повезти.

  Мы пересекли зал, затем свернули налево, прошли по коридору и оказались в маленькой комнате. Тут не было ничего примечательного кроме винтовой лестницы, которой мы воспользовались. Монотонный спуск показался мне очень длинным. Нижний уровень был погружен в полумрак. Кроме того, здесь было прохладно.

  В вентиляционном отверстии над головой послышался заунывный вой. Это домовой, которому не хватало внимания, различил звук шагов и завел свою тоскливую песнь, рассчитывал напугать первокурсников. Я строго погрозил Невидимому Помощнику пальцем и вой тут же прекратился.

  Рядом с лестницей находилась дверь, покрытая черным лаком. За ней скрывалась маленькая комнатушка где был письменный стол и, как это ни странно, колодец.

  За столом сидел незнакомый мне маг. Так, во всяком случае, мне показалось вначале. Он оторвался от книги, которую читал и поднял голову. Его лицо было обезображено шрамами, которые были не в силах скрыть даже длинные черные волосы, хотя маг нарочно их не причесывал, и они падали, куда им вздумается. Бросив на нас изучающий взгляд, и уделив должное внимание экипировке, он сквозь зубы произнес:

  - Подземелье будет открыто для посещений только завтра.

  - Пето, не говори глупостей и не делай вид, что ты нас не узнал.

  Этот человек давно занес меня в списки своих личных врагов. Он считал, что именно я повинен в его увечье несмотря на то, что я предупреждал его об опасности таящемся в том роковом заклинании. Ну что ж... Таково свойство человеческой натуры - обвинять в бедах кого угодно, но только не самого себя.

  Интересно, каково было Пето следить за моими успехами на протяжении всех этих лет? Так и представляю себе его лицо перекошенное от ненависти и сжатые кулаки. К сожалению, Пето был действительно способным, и если бы он больше уделял времени магической практике, а не недовольству жизнью и мелким пакостям, то из него мог получиться отличный маг. А так его посадили здесь - караулить вход в Подземелье от студентов. Полезная работа, но совершено бесперспективная.

  - Вы настаиваете на том, чтобы спуститься вниз? - губы Пето разъехались в ехидной усмешке.

  Это был его звездный час! Сейчас этот выскочка Эдвин получит все, что ему причитается. Он ответит за унижения, за погубленную красоту и насмешки. Он в его власти!

  - А разрешение у вас есть? - голос Пето просто сочился ехидством.

  - А оно мне надо? - огрызнулся я.

  Чтобы оформить пропуск по всем правилам, нужна была подпись начальника канцелярии Тореса, а его было трудно застать на месте. Пропуск, скорее всего, был бы готов не раньше завтрашнего дня.

  - Я не имею права пропустить вас без разрешения, - сказал Пето и снова уткнулся в книгу. - Уходите.

  - Но...

  - Я же сказал - проваливайте. Правила одни для всех.

  - Пойми, у нас важное дело, - подал голос Карел. - Нам нужно пройти.

  Пето страдал довольно распространенной разновидностью глухоты, когда человек слышит только то, что нужно ему, а остальное игнорирует. Я почувствовал, что начинаю терять терпение. В диком неизведанном краю за многие километры отсюда дух моего друга Вольта томиться без тела, а я вынужден тратить драгоценное время на препирательства с этим мстительным болваном! Другой маг нас бы уже давно пропустил.

  Карел с тревогой наблюдал за моим лицом.

  - Эдвин, - прошептал он громким шепотом. - Только не делай глупостей. Если ты его убьешь, у нас будут неприятности.

  Пето с насмешкой наблюдал за мной. Он был на службе и чувствовал себя защищенным от моего гнева. А зря...

  Не говоря больше ни слова я в один миг развоплотился, тем самым подтвердив, что не даром нашу прозвище Прозрачного мага. Исчезло не только мое тело, но и одежда, что была на мне, обереги и даже сумка.

  Пето испугался и выставил перед собой магический щит, но его волшебство было не в силах остановить меня. Ведь я не просто использовал заклятие невидимости, как это делали другие маги, я действительно стал бестелесным духом. Приблизившись к Пето я почувствовал непреодолимое желание плюнуть ему в глаза, но с вздохом отказался от этой идеи. Во-первых, это было бы ребячеством недостойным взрослого мужчины, а во-вторых, я не мог этого сделать, пока не вернусь в тело обратно.

  - Я буду жаловаться! Совет не оставит этого без внимания! - заверещал Пето. - Если он что-то мне сделает...

  - Ты ему не нужен, - ответил Карел. - Думаю, он уже попал куда хотел, - и мой находчивый друг выразительно посмотрел в сторону колодца.

  - Как? Он же закрыт... - рука Пето произвольно потянулась к одному из карманов.

  В этот момент я оказался за его спиной и благополучно воплотился. Я решил обойтись без заклинаний, и попросту оглушил его, ударив по затылку. Мужчина свалился как мешок с мукой. Быть может, это было грубо, но зато действенно.

  Над моей головой раздались нестройные аплодисменты. Конечно, Невидимые Помощники наблюдали за нашей перепалкой. И что не может не радовать - они были на моей стороне.

  Пока я разбирался с ключами, отмыкающими кодовый замок на люке колодца, Карел с сомнением смотрел на недвижимого мага.

  - Как ни крути, - изрек он, наконец, - а мы ничего не нарушили. В стенах университета запрещено применять заклинания против другого мага, но нигде не сказано, что нельзя применять грубую силу.

  - Да, это серьезное упущение, - согласился я.

  - Когда он очнется? Надеюсь, не слишком быстро?

  - Минут через пятнадцать-двадцать. А к тому времени мы уже будем далеко.

  - Ты непредсказуемый человек. Не хотел бы я быть твоим врагом, - пробормотал Карел.

  - Тебе это не грозит, ведь ты же не идиот.

  В моей руке был заветный ключ. Замок в центре люка выполненный в форме цветка тихонько щелкнул, лепестки раскрылись, и крышка сама отъехала в сторону. Внутри колодца была лестница, по которой мы спустились вниз, предусмотрительно захлопнув люк за собой.

  Потом была еще одна лестница и еще одна. Бродячие огоньки летали вокруг нас, разгоняя темноту. Мои ноги коснулись пола. Я пошел вперед. Мне не доводилось бывать здесь целую вечность: со студенческих времен, но я не нашел в пещерах особенных перемен.

  Эта часть Подземелья специально была оставлена для изучения, чтобы будущие маги поняли, с чем им придется столкнуться в дальнейшем. Участок был изолирован от остального подземного мира, поэтому особо страшных монстров здесь не было. Только мелочь всякая...

  Здесь было прохладно - под землей температура никогда не поднимается выше восьми градусов, но из-за отсутствия ветра этого не замечаешь. Без смены дня и ночи время здесь течет незаметно. Если внутри вас от рождения не встроен счетный механизм, то минуты можно перепутать с часами.

  В воздухе витал знакомый, можно сказать, родной запах плесени и мха. Этот специфический запах, который нельзя спутать ни с чем является визитной карточкой Подземелья. В Регуме последние два года стало высшим шиком иметь при себе духи с подобным запахом. Считалось, что он делает мужчин более мужественными, повышает их потенцию и способствует развитию красноречия. У меня были все шансы основательно пропитаться им к концу путешествия. Надеюсь, Мелл останется довольна.

  Мы прошли вдоль каменистой насыпи, держась подальше от ядовитых щупальцев тиста - гибрида животного с растением, напоминающего морскую актинию. Из стен и потолка торчали синие кристаллы, вспыхивая при нашем приближении. Цепочка из таких кристаллов уходила вниз, на нижний ярус, где было озеро, в котором обитала всякая живность - рыбы, раки, водяные улитки.

  - Карел, ты когда-нибудь ходил по Часовой Тропе?

  - Ни разу, - мой друг покраснел, словно я спросил его о чем-то постыдном. - Сразу после получения диплома я пытался отыскать ее - ради интереса, но потерпел неудачу. Меня едва не разорвала стая двухголовых собак и я решил больше не испытывать судьбу.

  - Правильно сделал... - проворчал я. - Хороший маг, это тот маг, который знает, когда нужно остановиться.

  - А сколько раз ты ходил по ней?

  - Пять. И всякий раз не по своей воле. Меня вынуждали к этому обстоятельства.

  - Значит, у меня будет опытный проводник, - улыбнулся Карел.

  Я в ответ только покачал головой. Опыт здесь бесполезен.

  - Эдвин, наша главная цель состоит в том, чтобы отыскать тело Вольта и уничтожить его. Я прав?

  - Если ничего не измениться, то да.

  - В таком случае, почему бы нам не сойти с Тропы как раз в том месте, где находится тело? Зачем идти к подножью горного хребта?

  - Потому что я сомневаюсь, что когда над нами будут горы, мы найдем выход на поверхность. На равнине это сделать намного проще. Но идея хорошая... - я в сомнении посмотрел на Карела. - Если бы могли пометить это место...

  - Чем?

  - Вот и я думаю - чем?

  - А может использовать твою способность Прозрачного мага? - Карел сделал ударение на слове 'прозрачного'.

  - Слишком рискованно, - я покачал головой. - Если рядом проходят залежи антимага, то я застряну в толще породы и погибну. В прошлом году я уже наткнулся на него, когда мы с Норманом блуждали по туннелям в поисках выхода на поверхность. Я наколдовал один несчастный бродячий огонек и это едва не убило меня. Хорошо, что ситуация была не критическая и мы не нуждались в заклинаниях.

  - Зимний Винсент как раз работает над прибором, определяющим полярность пространства. Когда он закончит, мы сможем видеть вспышки магического излучения и соответственно те места, где они полностью поглощаются антимагом.

  - И многим Винсент успел рассказать об этом приборе?

  - Сложно сказать, - Карел пожал плечами.

  - На его месте я бы поостерегся говорить о нем кому не следует. Если он доведет работу до конца, то за ним и его изобретением начнется охота. Кое-кому захочется использовать этот прибор только для поиска антимага...

  - А он дороже алмазов, - закончил за меня друг.

  - Да. Но в любом случае, это случится еще не скоро. Верно?

  - Ты прав.

  Перед нами лежала глубокая расщелина. Мы перешли по узкому каменному мостику на другую сторону и остановились на небольшой площадке. Перед нами была массивная бронзовая дверь овальной формы, утопленная в красный гранит. Присмотревшись, я удивлено вскинул брови.

  - Карел, я не знал, что они поменяли замок. Раньше было достаточно одного оттиска.

  Он внимательно посмотрел на дверь.

  - Это и для меня новость. Но, по крайней мере, от меня уже будет польза.

  - Хорош бы я был, если бы пришел сюда один... - проворчал я недовольно.

  Мы подышали на наши перстни, потерли об рукав мантии и вставили в углубления. На гладком камне, отливающем синим, загорелся знак земли с двумя точками. Дверь выбрала для нас в качестве пароля заклинание земляного голема. На мой неискушенный взгляд весьма непростое. Я вопросительно посмотрел на Карела, но тот утвердительно кивнул.

  Начав читать, мы сбились на второй строчке. Хотя если быть честным, то сбился я. Без дополнительных тренировок выговорить все эти шипящие и рычащие звуки было просто невозможно. Заклинания, принадлежащие классу земли, никогда не были мелодичными. Больше всего они напоминали катящиеся с гор валуны.

  - Ничего, у нас еще одна попытка, - ободрил меня Карел.

  Дверь подумала и выдала новый знак. Теперь это было заклятье защиты от проклятья третьей степени. С ним мы справились без всяких проблем. Бронза стала таять на глазах, открывая проход.

  Переглянувшись с Карелом, я стиснул зубы, приказал себе ничего не бояться и шагнул в черную неизвестность. Очень скоро Подземелье проверит кто мы: охотники, добыча или просто прохожие, серыми тенями скользящие по камням.

  Сапог из прочной пропитанный водоотталкивающим составом кожи когда-то по праву мог служить украшением любой сапожной лавки, но теперь он выглядел жалко. Сапог был поцарапан и порван в нескольких местах. Половина подошвы оторвана.

  Карел перегнулся через камень и с ненавистью посмотрел вниз.

  - Я вам это припомню! - он гневно потряс многострадальной обувью.

  Ответом ему было щелканье многочисленных клювов. Час назад, не смотря на все меры предосторожности, мы потревожили выводок ящериц с птичьими головами. Они доходили нам до пояса и бегали очень быстро. И, конечно же, были плотоядными. У этих животных оказалась толстая бурого цвета шкура, нечувствительная к огню и все наши усилия отогнать их огненными заклинаниями оказались тщетны. От магического щита тоже было мало толку. Да, он не давал им приблизится к нам и разорвать на куски, но он был не в силах отогнать их от нас.

  Пресмыкающиеся поднимали столько шума, что вскоре нами заинтересовались другие обитатели Подземелья. А они, напомню, никогда не упустят утолить свой извечно мучающий голод. Сотни всевозможных существ устремились к источнику шума.

  Вокруг нас началось настоящее побоище. Я и Карел стояли, прижавшись спинами друг к другу и удерживали полный щит. Ящерицы оказались наиболее агрессивными и многочисленными. Они сожрали других, а нас загнали на этот каменный выступ, широким козырьком нависающий над входом в следующий туннель. Здесь мы могли отдохнуть и подумать, как отделаться от настырных преследователей.

  - Хорошо, что твоя нога не пострадала, - заметил я.

  - Цапнули в самый последний момент.

  - А что они сделали со вторым? - я перегнулся и посмотрел на ящериц.

  Одна из них с остервенением мотала из стороны в сторону нечто, что раньше исправно служило Карелу обувью.

  - Можешь о нем забыть, - посоветовал я. - Поищем тебе что-нибудь другое.

  - Ты отдашь мне свои? - без особой надежды спросил Карел.

  Я отрицательно мотнул головой. Конечно, у меня в сумке были сапоги из кожи снятой с брюха водяного дракона. Но они были уникальной вещью, их основное предназначение - защита владельца от любого вида магии. Использовать их как обычные сапоги просто кощунство. Где-то в недрах моей незаменимой сумки покоился целый комплект - перчатки, шлем и кольчуга из чешуи, снятой с драконьего хвоста.

  Когда мы карабкались на уступ, мой друг в самый последний момент сорвался и едва не угодил им в клювы. Две ящерицы схватили его за ноги. Я сумел втащить его к себе, целого и невредимого, но обувью пришлось пожертвовать.

  - Настырные создания! Кругом столько пищи, которая сама идет в руки... То есть в клювы, а они привязались именно к нам.

  - Это все из-за твоих рыжих волос, Карел, - сказал я. - Рыжий цвет их раздражает.

  - Серьезно? - он удивленно посмотрел на меня. - Но не могу же я его изменить. Хотя, пожалуй, надену капюшон.

  - Я пошутил. Не думаю, что они вообще различают цвета. Зачем им цветовое зрение в Подземелье?

  - Кто его знает... Не хочу рисковать.

  - Как знаешь, но капюшон ухудшает слышимость. Посмотрим сначала, чем заменить тебе сапоги, а потом зададим жару этим тварям.

  - Жар их не берет, уже проверяли... - проворчал Карел, роясь в мешке. - Эдвин, я себя неважно чувствую. В теле ощущается слабость. Все приходиться делать через силу.

  - Голова кружиться?

  - Немного.

  - Это действие антимага. Я тоже чувствую дискомфорт. Где-то рядом с нами есть залежи, мешающие нам колдовать.

  - Слава богу, - облегченно выдохнул друг. - А-то я уже подумал, что ящерицы отравили меня. Симптомы очень схожи.

  Он что-то нащупал и с довольным видом извлек из мешка. Эта были пара атласных церемониальных туфель, расшитых бисером. Такие выдают у входа во внутренний круг дворца.

  - Откуда это у тебя?

  - Взял на последнем приеме и забыл вернуть.

  - Ты считаешь, что они тебе подойдут?

  - Размер мой.

  - А подошва? Она слишком мягкая. Здесь же не мрамор и не паркет.

  - Укреплю. Волшебник я или не волшебник? - Карел с вызовом посмотрел на меня.

  Я не стал спорить. Если ему охота чувствовать каждую песчинку у себя под ногами - это его право. К тому же, я не мог предложить ему достойную альтернативу.

  Через полчаса он был готов отправиться дальше. Я тоже был готов. Мешало только одно - свора ящериц карауливших нас внизу.

  - Стыд и позор... Два дипломированных мага вынуждены считаться со столь примитивными созданиями. Огонь их не берет. Они отбегают и снова возвращаются. Что их может напугать? Вода?

  - Я тоже думал над этим. Попробую...

  Карел перешел от слов к действию. Он развел руки в стороны и пропел заклинание. На пресмыкающихся обрушились водные потоки. Пока он колдовал, кончики пальцев у него светились. Заклинания простых стихий ему удавались лучше, чем мне.

  Вода, которую он вылил на головы рептилий, была горячей и воздух пещеры наполнился паром. Гигантские улитки, мирно ползущие по потолку стали отлипать и падать прямо на нас. Услышав чавкающие звуки, я посмотрел вверх и незамедлительно получил улиткой по лбу.

  - Ай!.. - я выругался и потер ударенное место. - Карел - это бесполезно. Ты их помыл. Теперь они чистые, посвежевшие...

  - Как воняет, - поморщился друг. - Задохнуться можно.

  Он приготовился читать новое заклинание.

  - Что ты делаешь?

  - Собираюсь закидать этих тварей камнями. Попросту обрушу на них потолок.

  - Нет-нет, постой! Нам тоже достанется! - я схватил его за руку. - Если уж так тебе не терпится кинуть в них чем-то тяжелым, давай отодвинем их щитом вон в тот туннель - я показал куда именно, - и завалим вход в него камнями.

  - А они не вернуться сюда по другому пути?

  - Даже если и так, мы уже будем далеко.

  Карел пожал плечами. Ему было все равно. Он хотел только одного - слезть, наконец, с этого выступа, где он чувствовал себя как скворец на жердочке.

  И я Карел создали два щита и стали теснить ящериц к туннелю. Пресмыкающиеся натыкались на невидимые стены и раздраженно щелкали клювами. После десяти минутных стараний загнать всех ящериц в ловушку, влияние антимага стало ощутимым. По моему лбу побежали капельки пота, дыхание сбилось. Я кинул быстрый взгляд на Карела - он выглядел не лучше. С колдовством необходимо было закончить. Конечно, если в наших ближайших планах не значился сердечный приступ.

  Мы загнали животных в туннель. Карел расколол камни над входом, они с грохотом посыпались вниз надежно запечатав его.

  - Сколько шума... Теперь все в Подземелье знают, что мы здесь. Считай, что мы пригласили их к обеду.

  - На первое и второе - человечина? - спросил Карел, устало вытирая пот.

  - И на третье.

  - Из меня выйдет плохой десерт.

  Мы спустились вниз и продолжили путешествие. Со стороны могло казаться, что наше блуждание по Подземелью лишено всякого смысла. Направо, налево, по кругу, снова направо... Я шел первым, сворачивая впервые попавшиеся туннели. Мне было безразлично куда идти, потому что я искал Часовую Тропу. В моем сознании постоянно была она - широкая белая лента уходящая в туманную даль.

  Шел уже третий день, как мы спустились сюда, а тропа все ускользала от меня. Когда на нас напали ящерицы, я как раз советовался с Карелом на этот счет. Он предложил мне сменить тактику или призывать тропу более усердно. Так как в Подземелье опасно брать с собой продукты, то все это время мы питались жареными улитками и лягушками, что не могло не сказаться на настроении гурмана Карела. Он стойко переносил лишения, но я по глазам видел - еще одна порция жареных лягушек и он начнет крушить все вокруг.

  Конечно, нам попадались и ягоды и грибы, которые вполне могли разнообразить наш рацион, но я предпочел не рисковать. Отравление грибами - страшная вещь.

  Залежи антимага остались позади. Я с облегчением расправил плечи на которые перестала давить невидимая тяжесть.

  - Эдвин, может Тропу нужно чем-нибудь задобрить?

  - Намекаешь на жертвоприношение? А какой смысл? Это не подействует, слишком примитивно.

  - Я уже готов побыть примитивным, если это поможет.

  - Как твои ноги?

  Карел посмотрел на почерневшие от пыли церемониальные туфли и вздохнул. Их подошва держалась только благодаря заклинаниям, подтверждая, что владелец туфель могущественный маг, а не студент-недоучка.

  Внезапно на меня нахлынуло чувство, которого я давно ждал. Беспокойство поселилось в груди, отзываясь в сердце, как тоскливый волчий вой в полнолуние. От Карела не укрылось изменение выражения моего лица. Он умолк, и встревожено оглянулся.

  - Она здесь, Карел. Она здесь, - я схватился за сердце.

  - Эдвин, ты уверен?!

  Но я уже бежал вперед. Сейчас самое главное было не утратить зов Тропы. Карел бросился следом, боясь потерять меня из виду.

  Каменный коридор внезапно закончился и я оказался в огромной пещере. К сожалению, она, как и многое в нашем мире, не пустовала. Природа не терпит пустоты и любит ее заполнять - на сей раз подземными медведями. (Хотя лично я бы предпочел симпатичных девушек, но у природы свое представление о прекрасном).

  У животных была острая морда с глубоко посаженными глазками и синяя светящаяся шерсть, свалявшаяся комками. Обычно от этой шерсти толку немного, но медведей было больше трех десятков и из-за этого пещера наполнилась синим сиянием. Желтые бродячие огоньки, летящие впереди меня, переполошили медведей.

  - Стой, Эдвин! - не выдержал Карел. - Они же сожрут тебя!

  Но сейчас меня могла остановить только собственная смерть. Даже если бы зверям вздумалось откусывать от моих ног по кусочку, я бы все равно бежал вперед: на коленях. А потом полз в направлении манящей белоснежной ленты.

  Я действительно бежал. Хуже того - одурманенный зовом Тропы я не разбирал дороги и бежал прямо по медвежьим тушам. Звери рычали, получая ощутимый пинок в бок, и клацали зубами. Я был ужасно бесцеремонен, а они не привыкли к подобному обращению. Надеюсь, что мои непочтительные выходки не слишком сильно травмировали их психику.

  Карелу пришлось несладко, даже хуже чем мне. Не желая от меня отставать, он был вынужден повторить умопомрачающий кросс по разъяренным медведям. Боковым зрением я увидел огненную вспышку. Так мой друг пытался отогнать хищников.

  Тропа была все ближе, я уже чувствовал ее холод. Белая лента маячила перед глазами. Я протянул руку и схватился за ее конец. Зов стал невыносим. Настал ответственный момент: или я безропотно последую за Тропой или буду разорван на части. Нельзя было терять ни минуты.

  - Карел!!! - я обернулся и увидел его в трех шагах от меня.

  Он прыгнул и повалился мне на спину. В ту же секунду я позволил Тропе забрать нас.

  Мир Подземелья исчез.

  Мы оказались на длинном без конца и края балконе, на полу которого лежала белая лента, которую я все еще сжимал в руке. Было светло как днем. Слева была ровная, без какого-либо следа дверей стена, а справа - балконное окно, разделенное на части резными колонами. Если встать, прижавшись спиной к стене, то возникало впечатление, что перед тобой висит картина, оправленная в мраморную раму.

  - Добрались-таки... - выдохнул Карел, поднимаясь на ноги. - Это было очень захватывающе.

  - Согласен.

  - Я уже успел распрощаться с жизнью. Твое безрассудство в пещере...

  - Не было выбора. В погоне за Тропой не до осторожности.

  - Уже неважно, - он махнул рукой и огляделся. - Эдвин! Я... Ты будешь смеяться, но я об этом мечтал все свою жизнь. Красота-то какая...

  Карел был прав. Зрелище, открывающееся с балкона, поражало. В кристально чистом небе парили города, возведенные из розового камня. Они были похожи на отливающие перламутром жемчужины, рассыпанные по синему шелку.

  - Невероятно! Как они держаться там? Где земля?

  - В том мире нет земли Карел. Только небо и летающие города. Если не веришь, подойди к перилам и удостоверься сам. Это неопасно, - добавил я.

  Карел осторожно подошел к перилам. Он наклонил голову, ища земную твердь, но внизу не было ничего кроме неба.

  - Невероятно, - повторил мой друг.

  По его пораженному голосу чувствовалось, что он еще не скоро забудет увиденное. Или не забудет никогда.

  Со всем рядом раздался заливистый смех. Карел отпрянул. Откуда-то сверху величаво летел, переливаясь всеми цветами радуги, мыльный пузырь, в котором сидел зеленокожий мальчик лет восьми. Он приветственно помахал нам рукой, в которой держал вертушку, и полетел дальше. Мальчик был в небе не один. По воздуху летали сотни таких пузырей и в каждом из которых находился человек. Одни выстраивались в цепочки, составляя единый узор, другие летали самостоятельно.

  - Пойдем вперед. Мы должны пройти этот час, а не стоять на одном месте. Чудеса чудесами, но мы не должны забывать о деле.

  - Конечно, - Карел кивнул и с усилием оторвался от зрелища. - Эдвин, а ты заметил, какой здесь чистый воздух?

  - Да, дышится легко. Доброе место.

  Сделав десяток шагов, мы перешли к следующему окну. Здесь нам открылась совсем другая картина: ровное плато под красновато-фиолетовым небом, расчерченное на концентрические круги. Кругом, насколько хватало глаз, был только голый камень и черные смерчи.

  - Другой мир?

  Я утвердительно кивнул.

  - Часовая Тропа - это мостик, соединяющий миры...

  - Цитируешь учебник?

  - Да. Признаю, что мистики были невероятным народом. Придумать такое, - я постучал ногой по ленте, - могли только очень мудрые существа.

  - Хотел бы я знать, куда ушли мистики и почему, - пробормотал мой друг.

  - Ушли в один из этих миров, а почему... На этот вопрос знают ответ только они.

  - А в прошлый раз, когда ты был здесь, то видел эти же миры или другие?

  - Другие. Тропе ни конца, ни края не видно. Меня всякий раз выбрасывает на новое место.

  Карел достал карманные часы - роскошные золотые, доставшиеся ему от прадеда, и показал мне. Стрелки не двигались. Металл потускнел. Часы выглядели так, словно из них вынули душу.

  - Как же мы узнаем, что прошел час?

  - За этим следит сама Тропа. В одном из окон будет родной пейзаж Подземелья.

  - Я бы назвал его родным с большой натяжкой. Более враждебного человеку места придумать трудно, - поморщился Карел. - Если здесь бесчисленное множество миров, то почему Тропа проходит через Подземелье, но никогда через наш надземный мир?

  - Слишком сложный вопрос. Карел, никто точно не знает, как она работает. Мы ее только пользуемся.

  - Это напоминает мне историю о том, что хрустальный шар - это незаменимое средство общения, но когда его дали обезьянам, они стали бросать его в стену, наблюдая, как он забавно скачет.

  - Хочешь сказать, что мы используем Тропу не по назначению?

  - Скорее уж не используем и сотой доли того, что она может нам дать. Ты не пробовал надеть здесь венец Сумерек?

  - Нет, - отрезал я, зная, что за этим последует. - И не стану.

  - Зря! Попробуй хоть раз! - у Карела загорелись глаза.

  - Это глупое предложение, - я ускорил шаг, но если моему другу что-то пришло в голову так просто он от этого не откажется.

  Все мы такие. У магов это в крови. Лежский осел, славящийся своим упрямством, по сравнению с нами - кроткая безропотная зверюшка, беспрекословно выполняющая любую прихоть хозяина.

  - Но почему глупое?! Во мне говорит ученый и я уверен, что...

  - А во мне говорит здравый смысл. Если я и прислушиваюсь к чьему-либо голосу, то он принадлежит моему инстинкту самосохранения.

  - Если не хочешь ты, то я могу надеть. Всего на секундочку, чтобы проверить, как он будет себя вести.

  - Поверить не могу, что слышу от тебя такое! Карел, а если ты пропадешь? Раз - и все! Что тогда мне прикажешь делать? Один мой друг уже готовит для себя апартаменты на том свете, и я не хочу, чтобы ты тоже этим занялся.

  Карел вздохнул и отвернулся, признавая тем самым мою правоту. Не отбирать же венец Сумерек силой. Мы пошли дальше, разглядывая невиданные миры за перилами балкона.

  Они все были такими разными: одни густонаселенные, полные ярких цветов, солнца, а другие безжизненные, серые, лишенные даже скудной растительности.

  - Все-таки я много не понимаю... - покачал головой Карел.

  - Чего именно?

  - Если я перемахну через перила, то попаду в другой мир, верно?

  - Теоретически.

  - За время открытия Часовой Тропы по ней прошли сотни магов. Но я никогда не слышал, чтобы они исследовали иные миры.

  - Это легко объяснить.

  - Правда?

  - Да. На этот счет у меня есть две версии - зловещая и научная. Одна исключает другую. С какой начать?

  - Со зловещей, естественно.

  - То, что ты не слышал об этом, еще не означает, что исследований не было. Маги, лишившиеся защиты Тропы могли быть разорваны чудовищами, угодить в рабство, заблудиться, стать скитальцами и так далее.

  - Я и сам предполагал нечто подобное, - хмыкнул Карел. - Дальше.

  - Тропа могла не пустить их обратно. Они могли лишиться своих способностей и были не в состоянии снова встать на Тропу. Могли все-таки вернуться на Тропу, но не найти наш мир - ты же видишь сколько их здесь.

  - Это ужасно...

  - Я предупреждал. Вторая версия мне больше по душе. Тропа пускает сюда только тех, кому не нужны другие миры. Одержимые исследованием на нее не станут, это удовольствие выпадает только тем, кто хочет сократить время перехода и попасть из одной точки в другую.

  - Хочешь сказать, что я не нашел ее только потому, что меня грыз червячок познания, и мои способности здесь не при чем?

  - Уверен, что с ними все в полном порядке, - я ободряюще похлопал его по плечу. - Сам посуди - ты отличный маг и доказал это неоднократно. Случай с Тропой ничего не значит.

  - У меня прямо камень с души упал. Спасибо.

  И почему у действительно талантливых и умных людей, есть сомнения по поводу своих способностей, а у тупых бездарностей нет? Они свято верят в собственную уникальность.

  Перед моими глазами проплыла вереница лиц, которые вполне подходили под это нелестное определение. За прожитые годы мне часто приходилось с ними сталкиваться и должен заметить, что в руководящих кругах - при императорском дворе, например, их процент был значительно выше. Чем никчемнее человек, тем он больше мнит о себе.

  Скромнее надо быть, скромнее... Я вот очень скромный человек, и ничто - ни награды, ни восхищенные взгляды Весельчака, ни даже прижизненная статуя не смогли меня изменить. Я всегда был таким. Не желая могущества и почитания, получил и то и другое. И теперь у меня самый удобный дом во всем краю, самая красивая жена, самые...

  - Эдвин, отчего у тебя такой странный вид? - встревожено поинтересовался Карел, выведя меня своим вопросом из состояния задумчивости. - Что с тобой?

  - Какой еще вид?

  - Высокомерный. Как у императора, стоящего на вершине горы и смотрящего на бесконечный поток пленных, которых обратят в рабство по твоему приказу.

  Такого красочного ответа я не ожидал. Пришлось смущенно закашляться. Когда кашель прошел, я сказал:

  - Бросай магию и становись летописцем... Такой летописец пропадает.

  - В следующей жизни, - он ухмыльнулся.

  - Если тебе интересно, то я просто задумался.

  - Тебе не кажется, что следующее окно наше?

  Я взглянул. Открывшийся вид в самом деле напоминал типичную пещеру Подземелья. Коридоры, погруженные в полумрак, были насыщены опасностью. Ею дышал каждый камень, каждая песчинка. Напряжение, разлитое в воздухе наводило на мысль о звере замершего перед прыжком.

  - Гляди, там за черными камнями притаились несколько сердец, - прошептал Карел.

  - Сердца? Не думаю, что в другом мире есть подобные существа. Породить их было способно только Подземелье. Выходит, положенный час уже истек и мы дома. Пошли.

  - Ты уверен? - Карел не сводил глаз с сочащихся кровью землистого цвета сердец.

  - Тропа дает только один шанс.

  - Но эти хищники...

  - Они уже пустили корни и не представляют опасности.

  - И как это ты разглядел их корни с такого расстояния? - проворчал мой друг, перебрасывая ногу через перила.

  К счастью до земли было не больше двух метров. Мы спрыгнули вниз. Легкость, к которой я уже успел привыкнуть, улетучилась. Родной воздух показался мне тяжелым, как будто рядом находились гнилые болота. Карел оглянулся, но балкон успел исчезнуть. Над нами был только холодный с белыми прожилками камень.

  Со стороны лежбища сердец доносились мерные всхлипы. Я счел благоразумным обойти его. Благодаря отросткам, сердца совершали головокружительные прыжки и могли развить приличную скорость. Бегство от них по незнакомым туннелям не входило в мои планы.

  - Давай выбираться на поверхность, - предложил Карел. - Я мечтаю увидеть солнце.

  - Я тоже.

  Но в какой стороне искать выход? Перед нами были четыре одинаковых туннеля. По очереди подойдя к каждому из них, я прислушался, но не различил ничего кроме редкого стука капель.

  - Озеро? - спросил Карел.

  - Или река. А может просто большая влажность, вызванная испарениями озера на нижнем уровне.

  - Мне больше нравиться вон тот туннель, - он кивнул в сторону широкого прохода, стены которого были покрыты красноватым мхом.

  - Хороший выбор. Пойдем. Заодно пообедаем.

  - И чем же? - его голос был полон скрытых подозрений.

  Не говоря больше ни слова, я вошел в туннель и распугав пестрых маленьких, не больше мизинца, ящериц. Сорвал желтую ягоду, которыми был усыпан мох, я демонстративно положил ее себе в рот. У нее был приятный хоть и кисловатый привкус.

  - Два десятка ягод утолят голод. Их нет в нашем справочнике подземных растений, но эти ягоды известны у меня на родине.

  - Мм... Неплохо, - Карел бесстрашно съел парочку. - А почему только двадцать, а не больше?

  - Будут галлюцинации. Ты думаешь, для чего их используют наверху? - я криво улыбнулся. - Настойка из этих ягод - отличное обезболивающе и наркотик одновременно.

  - Хм... Учту на будущее. Злоупотреблять не стану.

  Мы на ходу подкрепились и пошли дальше. От меня не укрылось, что запасливый Карел набил ягодами карманы мантии. Не думаю, что они ему понадобились в качестве пищи. Скорее уж, возвратившись домой, он собирался подвергнуть ягоды тщательному анализу. Туннель стал сужаться, повернул и неожиданно круто ушел вверх.

  Прямо в камне были вырублены ступеньки. Я увидел их и сразу остановился. Разумная жизнь в Подземелье намного опаснее самых страшных чудовищ.

  - Эдвин, что такое? - Карел выглянул из-за моего плеча. - Вот так сюрприз... Пойдем обратно?

  Я стоял, не зная, что предпринять. Ступеньки - это плохо. Но они ввели наверх - это хорошо. И почему Карел постоянно спрашивает у меня совета? Создается впечатление, что он примеряет ко мне маску мудрого всезнающего учителя. Но мы же с ним почти ровесники! Проклятый авторитет...

  - Нет, пойдем вперед, - вздохнул я. - Двойной щит нам поможет. Он нас всегда выручал.

  Если лестницей и пользовались, то нечасто. Ступени были ровные, без гладких округлостей, которые можно увидеть у ступеней храмов, истертых тысячами ног паломников. Бывают, что они совершенно сглаживаются и тогда подъем или еще хуже - спуск, становиться опасным занятием. На них легко оступиться и свернуть шею, а богам, насколько мне известно, нет дела до подобных мелочей.

  Прошло пять минут непрерывного подъема. Светящийся гирлянды мха, висящие на потолке, попадались все реже, и я был вынужден прибегнуть к помощи бродячих огней. Я наколдовал их машинально. Огоньки с легким треском закружились над моей головой и полетели вперед - маленькие отважные разведчики, готовые на все ради своего хозяина. Лестница все так же круто шла верх и вдобавок принялась заворачивать влево.

  Стало душно. Я остановился перевести дух и посмотрел на Карела. Друг прислонился к стене. Вытерев со лба крупные капли пота, он заметил:

  - Мы движемся по спирали, против часовой стрелки. Знаешь, на что это похоже?

  Я пожал плечами. Затяжные подъемы не были моим тайным хобби, и теперь мне приходилось прикладывать определенные усилия, чтобы не дышать как загнанная лошадь.

  - Это башня, Эдвин. Ставлю пять золотых, что это башня.

  - Не буду спорить, башня так башня. Есть идеи, что она здесь делает и куда приведет нас?

  - Ни малейших.

  - Я начинаю опасаться, что мы промахнулись мимо хребта.

  - Разве такое возможно? Тропа исполняет желания идущего.

  - Идущих, - поправил я его. - Что было в твоей голове, пока мы шли на ней?

  - Ничего. Я предоставил тебе право выбирать маршрут.

  - Тогда мы должны быть неподалеку от подножья. Но Вольт не упоминал ни о какой башне.

  - Он мог забыть, не обратить внимания... Ты же знаешь каков он. Вольт и луну любил сильнее солнца только потому, что она на череп была больше похожа.

  - Если на нас сейчас нападут, то мы окажемся в ловушке, зажатые с двух сторон, - сказал я. - Ни назад, ни вперед.

  - Эдвин, прекрати меня пугать. Мне и так все время слышится чей-то шепот.

  - Мне тоже, потому и сказал.

  Мы переглянулись и замолчали, прислушиваясь. Это не было похоже на шепот в обычном понимании слова. Какое-то чудное мычание, печальные стоны, вздохи... И все это на грани слышимости. Если бы не заговоренный аметист, висевший у меня на груди, чья расцветка помогала определить наличие духов, я бы решил, что мы имеем дело с призраком. Но темно-фиолетовый камень и не думал светлеть, а значит, призраки были ни при чем.

  Мы поднялись еще метров на двадцать. Воздух стал свежее, и это вселяло надежду. Я заторопился, ожидая увидеть выход. Всхлипы невидимки усилились, а когда цвет ступеней приобрел зеленый оттенок, перешли в самые настоящие рыдания. Так обречено плачут маленькие дети оставленные одни в темной комнате.

  - Такое впечатление, что с каждым новым шагом мы делаем камням больно, - пробормотал Карел. - Жутко становится.

  - Не думай об этом... Чтобы это ни было, оно не может причинить нам зла, иначе давно бы перешло от звуков к прямому действию.

  - Не может причинить зла? А как же мои нервы? - заметил Карел и замер с открытым ртом. Это означало, что ему в голову пришла неожиданная мысль. - А вдруг слышимые нами звуки - иллюзия? Так сказать, последствие съеденных ягод? Ты же сам предупреждал о галлюцинациях.

  - Несколько штук не могут быть их причиной.

  - И все-таки... Твои амулеты молчат?

  - Как видишь, - я пожал плечами.

  Если Карел прав насчет галлюцинаций, то скоро мы услышим не только плач и стоны, но и выступление придворных императорских музыкантов в полном составе.

  Ворча и чертыхаясь, мы продолжили подъем. Мне казалось, что я уже целую вечность двигаюсь вверх. Плач невидимки стал тише - это внушало надежду. Камень Подземелья сменила кирпичная кладка. Каждый кирпич был размером с лошадиную голову. В центре красовалось клеймо мастера: треугольник образованный тремя пересекающимися линиями с точкой в центре.

  - Ты где-нибудь видел такой знак? - спросил я у Карела.

  - Да, и неоднократно. Его использовали в разное время. В алхимии, в астрологии... Я думал, он тебе тоже известен.

  Я укоризненно посмотрел на друга. Он всерьез считает, что в моей голове хранится вся университетская библиотека или издевается? К тому же, ему хорошо известно, что ни с преподавателем алхимии, ни астрологии у меня в свое время не сложились отношения. В ту пору я, по молодости и по глупости, был увлечен одной красоткой, и бессовестно прогуливал занятия, особенно их теоретическую часть. В итоге с той девушкой так ничего и не вышло, а пробелы в образовании остались.

  - Этот знак означает завершение дела. В алхимии - завершение реакции, конечный продукт, а в астрологии последнюю секунду года. Такой же треугольник, но уже без точки - начало.

  - Конец пути... Очень оптимистично.

  - Мне это не нравиться, - негромко сказал Карел, - Но отступать я не намерен.

  Лестница привела нас в маленькую комнатку, где едва могли развернуться несколько человек. Из комнатки был выход на балкон, которым мы не преминули воспользоваться.

  - Ты был прав, Карел - это действительно башня.

  Мы стояли на полукруглом балконе, который находился на самой верхушке тридцатиметровой башни. С балкона открывался вид на восхитительный пейзаж - горы Умарта во всем их великолепии. Высокие пики пронзали темное фиолетовое небо. Заходящее солнце окрасило снег в красный цвет.

  С гор, где никогда не таял лед, подул ветер, заставивший нас съежиться, нахмурившись. Мантия имеет много достоиснтв, но от холода она не спасает.

  - Ну и холодина... Вернемся? - Карел вопросительно посмотрел на меня.

  Кончик его носа покраснел. Маг втянул голову в плечи и спрятал руки в карманы.

  - Обратно в Подземелье?

  - Нет, конечно. В комнату.

  - Сейчас. Смотри, вон та скала, расположенная в стороне от других - это Одинокий Пик, - я показал. - А вон и белый валун.

  - То маленькое пятнышко?

  - Да. Вольт говорил, что если стать возле большего белого валуна и посмотреть вверх, то в двухстах метрах от него можно увидеть пещеру. Она ведет вглубь горы. Оттуда мы будем начинать свои поиски.

  - Значит, мы не слишком промахнулись. Отлично, - Карел повеселел. - Я боялся, что Часовая Тропа увела нас в неизвестном направлении.

  - Теперь нам нужно будет спуститься вниз. Это можно сделать тремя способами.

  - Я внимательно слушаю.

  - Первый: вернуться обратно в Подземелье и поискать другой выход, второй: подождать пока у меня отрастет борода и привязать ее к перилам, и третий: найти веревку и проделать с ней тоже, что и с бородой.

  - Иногда ты напоминаешь мне Вольта, - Карел покачал головой. - Такой же несерьезный.

  - Именно поэтому мы с ним так крепко сдружились, - уверено сказал я.

  Веревка нашлась у меня в сумке. Правда она непонятным образом сумела запутаться и вместо аккуратно сложенных колец, я вытащил гигантский узел. И я и Карел по очереди попробовали развязать его с помощью заклинаний, но это был один из немногих случаев, когда магия была вынуждена признать свое поражение и с позором отступить. Распутывать узел пришлось по старинке - руками.

  - Эта самая страшная загадка мирозданья.... - ворчал я. - Почему любая веревка оставленная без присмотра хоть на одну минуту, неминуемо превращается в нечто демоническое?

  - Почему же демоническое? - флегматично поинтересовался Карел. Подобные упражнения наводили на него сон. - Она тебя что - укусила?

  - Ты меня прекрасно понял, - я нашел нужный конец и отошел назад, чтобы разложить уже распутанную часть на полу.

  Я не смотрел под ноги и оступился. Только чудом не сломав щиколотку, я потерял равновесие и очутился на полу. Моя левая нога провалилась в камень.

  - Неужели сломал? - ахнул Карел, бросаясь ко мне на помощь.

  - Если ты о плите, то - да. Но нога цела, - я закусил губу, чтобы не смущать его стоном, недостойным взрослого мужчины. Ступня пострадала от каменных зубьев и ощутимо болела.

  Карел помог мне вытащить конечность из каменных тисков. Двойной знак Пула усмиряющий боль, существенно облегчил мои страдания.

  Плита, на которую я наступил, была непохожа на другие. Она была тонкой - почему собственно и сломалась, и закрывала собой пустоту в камне.

  - Можешь меня поздравить. Я только что обнаружил тайник.

  - Откуда здесь взяться тайнику?

  - Не знаю.

  Я надел перчатку и осторожно запустил руку в отверстие. Оно было неглубоким.

  - Пусто, да? - Карел следил за выражением моего лица.

  Но тайник не пустовал. Моя рука наткнулась на что-то твердое, похожее на камень. Я взял находку, вытащил наружу и раскрыл ладонь. Бродячий огонь, словно любопытный светлячок, завис возле самых пальцев, освещая камень. Но это был не просто камень, а усохшее в несколько раз каменное сердце.

  - Бог мой... - Карел побледнел.

  Раньше я не замечал за ним особой религиозности, но он обратился к Господу так проникновенно, что можно было не сомневаться - Создатель его услышал.

  - Подожди, подожди, - он крепко зажмурился, приложив ладони к вискам. - Я знаю, что это такое. Сердце, стоны, башня... Все сходится! Эдвин, ты понял, на что мы наткнулись?

  Я еще не понял, но попытался. В моей голове мелькнули картины из прошлого. Там были длинные слова, выведенные красивым почерком, заглавные буквы которых украшены завитушками. Желтые листы пергамента, крошащиеся от первого прикосновения... Книга, в которой нет половины страниц, потому что они уничтожены пожаром. А в книге рисунок... Черный силуэт одинокой башни на фоне огромной луны и убитый голубь. И как все это связать воедино?

  - Эту историю мы прочли в книге 'Легенды Западного края', - нетерпеливо подсказал Карел. - Сама книга сильно пострадала: какой-то идиот бросил ее в камин, но история о двух братьях...

  - Там была картинка с полной луной и башней на ее фоне? - мой друг утвердительно кивнул. - Тогда помню. Там рассказывалось о двух братьях-волшебниках. Они полюбили одну и ту же девушку и стали соперниками, - я задумчиво потер подбородок. - Девушка предпочла старшего брата. Об этом узнал младший и замыслил подлость. Он решил, что если она не будет его, то и брату тоже не достанется. Девушка, собираясь на свидание, оборачивалась голубкой и летела к башне старшего брата. Младший подстерег ее и напал в облике коршуна. Раненная, она упала на камни и разбилась. В общем, грустная история...

  - Но ты же не сказал самого главного! - возмутился Карел. - Старший брат обо всем узнал и проклял его. Он вырвал ему сердце и предсказал, что если оно у него из камня, то башня для него будет самым подходящим местом. И пока на земле будут рождаться такие черствые люди, его дух будет заключен в башне.

  - Мне кажется невероятным, чтобы мы нашли ее. Хотя с нашей удачей все возможно. Вечно к нам липнут всякие беспокойные духи... Значит, это младший брат там так душераздирающе стонал?

  - Уверен, что он.

  - И плакал? Мне казалось, что я слышу плач ребенка. Если это его сердце, то почему оно спрятано так... Примитивно? Почему не замуровано внутри башни? Если бы я был на месте старшего брата, я бы так и поступил. Кстати, а что с ним стало?

  - Если мне не изменяет память, то он сбросился вниз прямо с балкона.

  - Я понимаю, почему 'легенды Западного края' полетели в камин. Наверное, их читал впечатлительный человек, предпочитающий видеть сладкие сны, а не кошмары про братоубийц и несчастную любовь.

  - Легенда гласит... Хотя уместнее говорить - история, а не легенда, в ее правдивости я уже ничуть не сомневаюсь, что старший брат спрятал не только сердце, но и саму башню. Она путешествует по земле, появляясь только в определенных точках, где открыты каналы энергии.

  - Но ведь практически все каналы заняты осевыми столбами или храмами! - возразил я.

  - В том-то и дело... - кивнул Карел. - Не думаю, что здесь есть кому поставить осевой столб, место достаточно безлюдное. Вот башня сюда и прибилась.

  - Когда Вольт пришел сюда, ее могло тут не быть, - я покачал головой. - Этот маг был очень хитер... Амулеты не нашли призрака, потому что тут все призрачное. Это означает, что если башня решит сейчас исчезнуть, то мы рухнем с очень большей высоты.

  - Маг хотел наказать только брата, а случайных людей, - не очень уверенно проговорил Карел.

  - Будем надеяться на лучшее. Давай, продолжай разматывать веревку, а я пойду.

  - Куда?

  - Пообщаюсь с пленником, - ответил я, доставая из сумки серебряный обруч. - Может быть, мы в состоянии как-то облегчить его участь.

  Карел критически взглянул на венец Сумерек. Он знал о его скверном характере и поэтому считал, что к нему не стоит прибегать слишком часто. Предлагая на Часовой Тропе надеть венец, дабы проверить возможности последнего, он совершал подвиг ради всей магической науки.

  Спуск отнял у меня времени намного меньше чем подъем. Ступеньки так и мелькали под ногами. Когда послышались знакомые стоны, я замедлил шаг. В месте где, как мне показалось, рыдания достигли своего апогея, я остановился. Аметист по-прежнему ни на что не реагировал, считая, что призраками здесь и не пахнет.

  Прежде чем надеть венец я с презрением посмотрел на него, представляя какой отличный канделябр может из него получиться. Или ложки. Последние даже предпочтительнее. Маленькие серебряные ложечки... Много-много... И в каждом из них будет серебряная капелька венца Сумерек.

  Оставалось только уповать на то, что венец целиком и полностью проникся моими идеями и это принудит его вести себя пристойно. Вздохнув, я надел его.

  - Ого! - невольно вырвалось у меня. - Карел был прав.

  Стены башни быстро темнели. По черному как уголь камню растекалась темно-красная жидкость, очень похожая на кровь. Похожая, потому что я не стал проверять кровь это или нет. В глубине души, я все еще лелеял надежду, что это просто краска.

  В двух шагах от меня стоял молодой мужчина в старомодной одежде. Я привык видеть волшебников исключительно в мантиях, но на этом были широкие штаны с заплатами, куртка странного покроя - ее полы доходили до колен, а кончики воротника были длинными и тонкими, с пришитыми бубенцами. О его принадлежности к магам свидетельствовал только амулет в форме змеиного глаза, висящий на шее.

  Мужчина был гладко выбрит. Темные непослушные волосы, доходившие до плеч, он перетягивал тесьмой. На его груди зияла рваная рана, одежда вкруг которой была обильно пропитана кровью.

  Призрак стоял подле меня и, размазывая по щекам слезы, тяжко вздыхал, скользя по мне отсутствующим взглядом.

  - Слишком много красного... - пробормотал я. - Сколько лет он прожил в этой башне среди всего этого сомнительного великолепия? Господин беспокойный дух, вы меня слышите?

  Я помахал рукой перед лицом мужчины. Он сначала никак не отреагировал, а затем, широко распахнув глаза, стал следить за моей рукой. Он так удивился, что даже вздыхать перестал.

  - Что? - у него был приятный низкий голос. - Это вы мне?

  - Да, вам.

  - Вы меня видите?!! И слышите! - он сжал кулаки.

  - Да, слышу. Только успокойтесь...

  Интересно, призраки могут сходить с ума? Я бы точно сошел, доведись мне нести на себе подобное проклятье.

  - Как это возможно? - слезы покатились по лицу мужчины с удвоенной силой. - Сотни лет я был здесь один, случайные прохожие, забредшие сюда, не отзывались на мои мольбы. Никто не желал мне помочь... Я потерял всякую надежду, я отчаялся.

  - Ближе к делу. У меня не так много времени.

  - Нет! Не уходите! - он попробовал схватить меня, но его руки прошли сквозь мое тело, не причинив никакого вреда. Я почувствовал только неприятный холодок в районе солнечного сплетения и все.

  - Бесполезно. Если я захочу уйти, то уйду.

  - Вы снова оставите меня одного?.. - его губы затряслись, а глаза потемнели от страха. - Сжальтесь! Не будьте так жестоки! Вы хоть представляете, сколько лет я провел в этом каменном мешке?

  - Нет, не представляю, - отрезал я.

  - Сжальтесь! - взвыл он, падая на колени.

  - Вообще-то, я специально вернулся сюда, чтобы помочь. Как ваше имя?

  - Торель.

  - А мое Эдвин. Я Прозрачный маг. Поднимайтесь и ведите себя как мужчина.

  - Значит, вы с моим братом коллеги, - мужчина кивнул. - Он тоже Прозрачный маг. И я маг... Был им, когда-то... - Он нервным движением схватился за амулет и принялся теребить его.

  - А что стало с вашим братом?

  - Не знаю, - он прикрыл глаза.

  - Как это не знаете?

  - Наверное, он умер. Много времени прошло, - с неохотой ответил Торель.

  - Если хотите, чтобы я вам помог, то будьте со мной откровенны. Мне уже многое о вас известно.

  Он промолчал.

  - Ладно, - я как можно равнодушнее пожал плечами и сделал вид, что собираюсь уходить. Это оказала на него большее воздействие, чем любые увещевания.

  - Я расскажу все, что хотите, я буду сама честность... - Торель снова упал к моим ногам. - Умоляю, не уходите. Если в вас есть хоть капля жалости... Не уходите. Вы же добрый человек, я точно знаю это.

  Я? Добрый?! Во мне поднялась волна возмущения. Нет, не волна, а настоящее цунами. А как же десятки монстров принявшие смерть от моей руки? Они имели право на существование, но злой, непреклонный маг Эдвин не дал им ни единого шанса. А демоны? А умертвия? Нет, последние, пожалуй, не в счет, они уже были мертвы.

  В конце концов, за свою жизнь я съел не меньше стада коров в виде телячьих отбивных и жаркого. Лучше поинтересоваться у тех бедных животных, считают ли они меня добрым. Как подумаю о беззащитных телятах, прямо слезы наворачиваются... (Но отбивные из них великолепны).

  Весь скотный двор, если ему объяснить, что я предпочитаю на обед, будет уверен в том, что я исчадие ада и в сравнении со мной даже король демонов - герой детских страхов.

  Я никогда не считал себя добрым. Правда, злым тоже не считал. Скорее нейтральным, полагая, что маг должен выступать хранителем равновесия между добром и злом. А тут меня обвиняют в таком... Кстати, по мнению тех же самых демонов, доброта - это побочный эффект глупости и слабости. Я не разделял их мнения полностью, но был вынужден признать, что в нем есть рациональное зерно.

  Все эти мысли вихрем пронеслись в моей голове, но я был не намерен озвучивать их перед Торелем. Я довольствовался тем, что сухо спросил:

  - Что дает вам право так думать? Если это простая, хм, лесть, то не надейтесь меня ею подкупить.

  - Нет-нет! Я бы не стал предполагать подобное, если бы не был уверен. - Торель мотнул головой. - Я знаю, о чем говорю. Свидетелями моих слов являются вот эти ступени, - он показал вниз.

  Я посмотрел на них - ничего особенного. Может, призрак все-таки немного тронулся?

  - Надо рассказать историю с самого начла, - он вздохнул. - Тогда вам станет понятно. Я не знаю, откуда вы, но если вы здесь, значит так надо. Присядем?

  И он опустился на камень. Из вежливости я сел рядом с ним, надеясь, что на мантии не останется кровавых пятен.

  - Все беды от наших чувств... Когда они лишают нас рассудка, мы делаем то, о чем потом жалеем вечно.

  - У меня мало времени, - предупредил я.

  - Да, я понял, - Торель кивнул. - Моя жизнь была пустой, пока я не встретился с Келлой. Я был магом, жил вместе с братом в родовом замке. Эта злосчастная башня когда-то была его частью. Келла приехала учиться музыке у мастера Караса. Она была совершенством, лучшей из девушек, что я когда-либо встречал. А я знаю о чем говорю, у меня их было немало. В молодости я вел себя легкомысленно, растрачивая свою долю состояния на женщин и вино. После смерти отца я получил наследство. Меньшую долю, чем мой брат, ведь я был младше его. Наверное, уже тогда, ненависть пустила во мне свои черные побеги. Я не слишком витиевато выражаюсь? - он вопросительно посмотрел на меня. - За все эти годы, проведенные вдали от людей, я утратил навыки общения.

  - Ваш брат тоже полюбил Келлу?

  - Да, мы стали соперниками. Когда я узнал об этом, то решил, что Келла сама должна решить с кем ей остаться. И она выбрала Люция, а не меня. Конечно, ведь он был высокий и красивый, Прозрачный маг к тому же, - в его голосе послышались обиженные нотки, он совсем по-детски шмыгнул носом. - Как я мог с ним тягаться? У меня не было ни единого шанса.

  - Продолжайте.

  - А дальше я предстаю совсем в плохом свете. Отъявленный негодяй - ни больше, ни меньше.

  - Обойдемся без самобичевания.

  - Как скажите. Но помните, я не одобряю прошлых поступков. Но ближе к сути. Я решил отомстить Люцию. Отомстить им обоим. Я был испорченный человек... Когда Келла, спеша на свиданье, выпила зелье, что дал ей Люций, и обернулась голубкой, - его голос предательски задрожал, - я испортил зелье. Я добавил в него гремучего порошка втайне от брата. Он, сами знаете, очень нестабилен... Келла обернулась человеком раньше времени, упала и разбилась. Она умерла не сразу... Об этом никто не знает, почти никто, - добавил он тихо. - Вы первый, кому я рассказываю такие подробности. Я подошел к ней, к моей любимой и с улыбкой смотрел, как она умирает. Чудовище! - Торель запустил в волосы пальцы и сжал кулаки.

  Я был с ним, в общем-то, согласен.

  - Брат решил, что это он ошибся, положив лишний компонент в зелье и повинен в смерти любимой. Люций много дней провел у ее могилы, а я только злорадствовал, глядя на его горе.

  - Хм...- многозначительно сказал я.

  Его вариант истории несколько отличался от той, что была мне известна. В ней не было драматической битвы в воздухе. Хотя манипуляции с зельем более практичны.

  - Прошел целый год, после того случая. Люций стал сам на себя не похож... Он забросил обычные дела и пытался вызвать дух Келлы, чтобы поговорить с ней.

  - Ему удалось это?

  - Да, именно от Келлы он узнал, что я был рядом с ней, когда она умерла. Люций, мой старший брат... Он все понял.

  - Подожди, а как ты-то узнал обо всем этом? Ты присутствовал при вызове девушки? - во мне заговорил профессиональный интерес.

  - Нет, мне сообщил домовой. В самом начале брат просил меня ему помочь, но я отказался, опасаясь, что невольно выдам себя. Мне хотелось, чтобы он оставил прошлое в покое... Говорил, что дух нужно отпустить, смириться с потерей и так далее... Но Люций был непреклонен. В итоге он все равно узнал о моем поступке.

  Торель замолчал, собираясь с мыслями.

  - Я бежал в лес, не спал трое суток. Люций послал за мной своих слуг - големов. С ними было невозможно договориться или разжалобить. Это просто глина, которую нельзя подкупить, - здесь в его голосе сквозило заметное сожаление. Видимо, он все-таки пытался это сделать.

  - Пф... - мои брови взлетели вверх и я пробормотал. - Только големов здесь не хватало, - но Торель меня не слышал.

  - Сначала Люций хотел убить меня сразу, но потом решил, что обычная смерть - это слишком простое наказание для такого мерзавца как я. Он проклял меня и связал проклятие со своей собственной смертью.

  - Кровавое проклятье... Сильная вещь. Как именно умер Люций?

  - Спрыгнул с балкона башни. Ему показалось хорошей идеей разделить один и тот же способ смерти, что и Келла. Сказал, что если он не может быть с ней в жизни, то будет с ней в смерти.

  - А в чем именно заключалось проклятье?

  - Вот! - Торель поднял указательный палец. - Тут мы и подходим к ступеням.

  Он уже успокоился и теперь выглядел вполне нормально. Если, конечно, не принимать во внимание дыру у него в груди. Заинтересованный рассказом призрака я старался не пропустить ни единого его слова. Торель говорил, говорил... А я внезапно осознал, что венец Сумерек ни разу не напомнил о себе. Это могло означать только одно - окаянный артефакт слушал наш разговор и тоже находил его интересным!

  - Вы, наверное, заметили, некоторую особенность в моем облике. Эх....Перед тем как спрыгнуть с башни, Люций вырезал ложкой мое сердце.

  - А почему ложкой, а не ножом? Это принципиально? Я не знаю такого ритуала.

  - Потому что так больнее, - насупился призрак. - Нож - это проявление милосердия. И не прерывайте меня, пожалуйста.

  Я знаком показал, что обязуюсь молчать. Торель прикрыл пустоту в груди ладонью.

  - Он забрал мое сердце и спрятал где-то наверху башни. А сам я, по замыслу проклятья, должен был находиться внизу, на самой нижней ступени. Но не вечно, конечно... Всякое проклятье по закону равновесия может быть снято. Когда в мире появится человек полный чистейших помыслов, чья душа не отягощена ненавистью и жаждой наживы, и он поднимется на самый верх башни, то я тоже смогу подняться за ним и отыскать там свое сердце. Когда я верну сердце себе, то получу возможность выйти на балкон.

  - Зачем? При чем здесь балкон?

  - Чтобы увидеть звезды. Это обязательное условие. Только так я стану свободным, - он выразительно посмотрел на меня. - Вы первый, за кем я смог подняться столь высоко. Понимаете?

  - Да, - ответил я, а сам подумал о внушительном количестве ступеней, что отделяло меня от верхушки башни и соответственно от совершенства.

  Торель вытянул ноги и с задумчивым видом принялся рассматривать потрескавшиеся носки сапог. Его пальцы беспрестанно дергали пояс куртки, словно желая оторвать его.

  - Вы должны простить меня... Я отвык говорить помногу. Эта башня... Не самое лучшее место для бесед. Здесь так одиноко...

  - Вы действительно раскаялись в содеянном? Целиком и полностью.

  - Да. Нет... Не знаю, - он покачал головой. - Я бы хотел сказать да, но мое нынешнее состояние не дает мне возможности лгать... На моей совести смерть безвинной девушки и косвенно моего брата. Безусловно, сейчас бы я так не поступил. Но, кажется, месть Люция была несравнимо более жестокой... Он мог убить меня, но ему было этого мало. Он захотел, чтобы мои муки были бесконечны. Разве это справедливо?

  - Вероятно, он желал, чтобы вы осознали свою ошибку. Для этого нужно время.

  - Время? У меня его сколько угодно! Целая вечность! - Торель вздохнул и поднял на меня глаза. - Вы говорите в точности как мой брат. Даже интонация та же. Все Прозрачные маги одинаковы.

  - Я бы не стал нас обобщать.

  - Не знаю, простил бы меня сейчас Люций. И Келла, - он покачал головой.

  Я встал и он тут же вскочил следом.

  - Вы уходите? - его голос задрожал. - Я не могу заставить вас остаться, но я могу попросить вас побыть со мной еще немного. Еще час.

  - Мне незачем оставаться с вами.

  - О!.. Конечно, я понимаю. В ваших глазах я кажусь чудовищем...

  - Нет, не поэтому, - я опустил руку в карман и вытащил оттуда сердце Тореля, - я не остаюсь, потому что вы тоже уходите.

  И я протянул ему его сердце.

  Правильно ли я поступаю, вмешиваясь в это дело? Кто знает? Тот, кто знает, все равно не скажет, ему хватает молчания. В нашем мире говорят лишь те, кто вынужден заполнять словами внутреннюю пустоту.

  Мне показалось, что я не случайно оказался в этой башне. Да и тот факт, что Люций был Прозрачным магом - что большая редкость, показался мне знаком свыше. Хватит Торелю расплачиваться за свое прошлое, он уже получил по заслугам.

  Торель смотрел на сердце лежавшее на моей ладони и не верил своим глазам.

  - Вы все-таки нашли его? - прошептал призрак. - И вы отдаете его мне? Действительно отдаете? По доброй воле? Несмотря на то, что услышали?

  - Слишком много вопросов. Не хотите брать... - я сделал вид, что убираю руку.

  Его вопль потряс башню до самого основания. Вот уж не знал, что призраки могут так громко и пронзительно кричать - словно самец грифона в период спаривания.

  Торель схватил сердце и крепко сжал в руках. Пару мгновений он стоял с безумным видом - надо полагать прислушивался к ощущениям, затем поместил сердце в рану. Я с интересом наблюдал за тем, как оно оживает. Сердце наливалось кровью, быстро увеличиваясь в размерах. Рана затянулась на моих глазах.

  - Получилось! - Торель провел рукой по груди и рассмеялся резким дребезжащим смехом. - А теперь наверх, наверх...

  Призрак растаял, оставив меня одного.

  - Вот тебе и благодарность, - проворчал я, снимая венец.

  - Спасибо... - тут же прошелестело возле моего уха. - Поспешите, башня скоро рухнет.

  Сверху раздались шаги. Это был Карел.

  - Эдвин, - он выглядел обеспокоенным, - что произошло? Я слышал крик...

  - Потом объясню. Ты распутал веревку?

  - Да. И даже к перилам привязал.

  - Длинны хватает?

  - Примерно метра не достает.

  - Это пустяки.

  Мы поспешили наверх. На балконе Карел проверил узлы и нерешительно посмотрел на меня. Перспектива болтаться между небом и землей, под яростными порывами леденящего ветра его определенно не прельщала.

  - Мне идти первым? - спросил я, заранее зная ответ.

  Карел кивнул и раскрыл свой коварный план, попросив придержать ему веревку, когда он будет спускаться.

  Спуск отнял у меня не больше десяти минут. Я раскачивался из стороны в сторону, запрещая себе смотреть вниз. Балкон сильно выдавался вперед и я не имел никакой опоры под ногами.

  - Проклятье! Надо было надеть перчатки! - запоздало прошипел я, обдирая кожу на руках.

  Карел в этом отношении оказался предусмотрительнее. Когда он спрыгнул на землю рядом со мной, его руки были в полном порядке.

  - Что будем делать с веревкой? Жалко ее оставлять там. Она еще может нам пригодиться.

  - Нет, забудь о ней. Пошли быстрее.

  В порывах ветра, от которого мой плащ развевался точно стяг над полем боя, мне послышались какие-то крики. Словно сотни людей вздумали спеть песню, но не договорились заранее, что именно будут исполнять. Какофония нарастала. Я зажмурился и закрыл уши руками, но это все равно не помогло. Крики не утихали, вынудив меня упасть на землю, спрятав голову, в тщетной надежде избавиться от них.

  - Эдвин? - мой друг схватил и потряс меня за плечи.

  - Разве ты ничего не слышишь? - простонал я, пытаясь говорить членораздельно.

  - Что именно? - он старательно прислушался. - Здесь только ветер гудит.

  Стиснув зубы, я посмотрел вверх. На небе россыпью высыпали крупные блестящие звезды. Те самые, которые так жаждал увидеть Торель.

  Больше никогда не стану общаться с призраками. От них одни неприятности.

  - Эдвин, скорей посмотри назад! С башней что-то происходит!!

  Я обернулся. Каменное сооружение старело прямо у нас на глазах. Впрочем, старело - не самое подходящее слово. Башня ветшала, камень крошился, от фундамента до самой верхушке пошла широкая кривая трещина. В этот момент я услышал радостный смех у себя над головой. Это смеялся Торель.

  - Проклятие снято, - пробормотал я.

  Мгновенье спустя башня рухнула, подняв в воздух облако серой пыли. Злокозненный ветер сразу же поменял направление и понес пыль в нашу сторону. Я закашлялся. Прикрывая лицо рукавом мантии, мы поспешно отвернулись.

  - Можно считать, что мы окончательно прибыли на место, - я кивнул в сторону скалы о которой говорил Вольт. - Скоро станет чертовски холодно. Все-таки рядом горы, и этот ветер...

  - Уже холодно, - ответил Карел, пытаясь дыханьем согреть замерзающие пальцы. - Ты не хочешь мне ничего рассказать, а? Почему, как только мы ушли, башня разрушилась?

  - Давай я расскажу тебе все у костра. Ладно?

  Карел не имел ничего против костра.

  Следующие часы были не самыми приятными в моей жизни. Приходилось идти по бездорожью, то и дело проваливаясь в норки сусликов, борясь с ветром бившим прямо в лицо. Его непрекращающийся вой стократно отдавался у меня в ушах и действовал на нервы. Настала ночь. Луны не было, мы шли практически в полной темноте, потому что бродячие огоньки, стоило им появиться, тут же сдувало ветром. Мы наколдовали их два десятка, но все они улетели прочь, растянувшись за нами следом словно праздничная гирлянда.

  Кустарник на нашем пути попадался только колючий, словно мы шли по пустыне. Его ветки цеплялись за одежду, оставляя в ней свои шипы. Через час мантия и плащ имели такой вид, будто бы они побывали в когтях сотен диких кошек. Карел наколдовал против ветра щит, но не смог сдвинуть его с места.

  - Скоро я разочаруюсь в магии, - сказал он, облизывая обветрившиеся губы. - Это из-за нее мы терпим лишения, вместо того чтобы сидеть дома у горячего камина.

  Я молча кивнул, соглашаясь. Хотя, если рассуждать здраво, магия как таковая здесь ни при чем. Если бы я был темным магом, не имеющим друзей и обязательств перед ними, то тоже сидел бы сейчас у огня и ужинал. Дело не в магии, а в нас самих. Сколько магов становятся темными только из-за того, что не хотят слышать вечно ноющий голос собственной совести?

  Когда мы пришли к валуну, было уже заполночь. Белая точка, которую мы видели с верхушки башни, оказалась на самом деле двумя огромными глыбами, наклоненными друг другу таким образом, что между ними образовалось небольшое укрытие. Лучшего места для отдыха ни я, ни Карел не могли себе придумать.

  Пока я занимался костром, он колдовал над ногами и остатками туфель. Бездорожье оказалось сильнее магии и они развалились. Последние метры Карел прошел босиком, витиевато ругаясь.

  - Эдвин, - взмолился он, - посмотри, у тебя точно нет запасных сапог?

  Я бросил подкладывать в костер ветки и, не особо надеясь на успех, принялся копаться в сумке. Карел пристроился поближе к огню, со скорбным видом рассматривая свежие порезы. Эти-то он залечит, но если не обзаведется достойной обувью, то завтра на тех же местах появятся новые раны. Я перебирал всякую всячину, хранившуюся у меня в сумке с незапамятных времен, и бурчал под нос, что ничего не найду. Ведь я точно помнил, что в сумке походных сапог не было. Но я ошибался.

  Моя рука вытащила красный полусапожек. Карел вначале обрадовался, но, разглядев мою находку как следует, помрачнел.

  - Он же женский, Эдвин. И минимум на два размера меньше. Это ужасно.

  - Обувь как обувь, - я пожал плечами и достал второй. - Знать бы еще как они там оказались.

  - А разве они... - он сделал паузу, - не Мелл принадлежат?

  - Нет, она такие не носит, - я закусил нижнюю губу. - Хорошо, что Мелл не обнаружила их первой, а то был бы скандал.

  - Именно поэтому я не женился, - доверительно сообщил Карел. - Ревность ужасна. Конечно, она распаляет потухшие чувства с новой силой, но когда ее слишком много, ревность превращает жизнь в пекло. Может, эти полусапожки Невидимые Помощники подложили? Мучаясь от безделья и скуки, они иногда провоцируют семейные ссоры, чтобы повеселиться за наш счет.

  - Откуда ты знаешь?

  - Читал. Твой домовой способен на подобные пакости?

  - Не замечал за ним такого, но я обязательно спрошу у него, когда вернусь. Ну, так что? Берешь?

  - Давай, - проворчал он. - Обрежу носки, обмотаю тканью и как-нибудь в них влезу. Хорошо, что у меня ступня узкая. Поразительно, я взял все что угодно, но не догадался купить в лавке Морфея десять пар сапог. Почему, Господи?

  И хоть вопрос был адресован не мне, а Господу, коим я не являюсь, я все же ответил:

  - Тогда бы они тебе не пригодились.

  - Ты прав. Пока я буду изображать из себя сапожника, ты можешь начать рассказывать, что случилось с духом башни.

  Я отдал Карелу свой нож из драконьего зуба и поведал о встрече с призраком. Рассказ получился коротким и сухим - только факты. Когда он закончил терзать обувь, я уже закончил.

  - Занятная история, - прокомментировал друг. - Нам везет на древние легенды... Хорошо, что ты вернул ему сердце.

  - Ты одобряешь мой поступок?

  - Полностью. Этот призрак наш с тобой коллега. Чтобы он не натворил при жизни, он за это уже расплатился. Но мне становиться неприятно при мысли о том, что один из нас подвергается такому страшному наказанию.

  - Вечность, проведенная в пустой башне с дыркой в груди, - пробормотал я и поежился. Мне тоже неприятно.

  - Знаешь, соглашаясь пойти с тобой, я был уверен, что наше путешествие будет насыщено приключениями, но не знал, что они начнутся у самого порога.

  - Откуда в тебе такая уверенность?

  - Просто я хорошо тебя знаю. С тобой всегда что-либо случалось. Ты притягиваешь к себе...

  - Неприятности, - мрачным тоном отозвался я.

  - Нет, - Карел поморщился. То ли потому, что ему не понравились мои слова, то ли потому, что он недооценил размер своих ступней. - События. Вокруг тебя всегда бурлит жизнь, в то время как вокруг других жизнь замирает. Настоящее болото.

  - Эх, Карел... Знал бы ты как я люблю болото, - вздохнул я. - Я специально уехал в глухую провинцию. Потом женился, стал практиковать потихоньку... Все-таки главный волшебник края тоже имеет свои заботы, вроде засухи или нашествия грызунов. Но нет, события, как ты говоришь, находят меня даже там. Прошлое вторжение демонов тому прямое подтверждение.

  - Да, шанс того, что именно в Рамедии осядет кинжал Вирга Ужасного был ничтожно мал.

  - Но именно так и случилось, - я демонстративно развел руками.

  - Это расплата за могущество, - усмехнулся Карел.

  - О чем речь? Если я такой могущественный, то почему сижу здесь на голом холодном камне, мечтая об утке с яблоками? Взял бы и наколдовал бы.

  - Вот так?! - Карел щелкнул пальцами и перед моим носом оказался поднос с уткой.

  Надо признать, что иллюзия была превосходной. Корочка утки была хорошо подрумянена и сочилась жиром. Мне даже показалось, что я слышу дивный аромат жареного мяса со специями. Я с укоризной взглянул на друга:

  - Иллюзиями сыт не будешь.

  Он смутился и утка исчезла. Покопавшись в кармане, он вынул оттуда пригоршню ягод, и протянул мне.

  - Эти настоящие.

  Передавленные ягоды выглядели неважно, но выбирать не приходилось. Мы перекусили.

  - Давай ложится спать, - предложил Карел, когда со скудным ужином было покончено. - Завтра у нас будет очень трудный день.

  - Рад, что ты это понимаешь. Но я ни за что не усну на таком холоде, - проворчал я, кутаясь в захваченное одеяло. - Такое впечатление, что это не простой ветер, а порождение ледяного демона.

  - Это целая семейка демонов... - ответил Карел зевая.

  Поворочавшись на камнях, пытаясь не угодить в костер и в то же время не слишком отдаляться от него, я уснул.

  Подъем дался нам нелегко. Вольт забыл упомянуть, что искомая пещера находится в таком месте, куда под силу добраться только горным козлам, да и то, только после долгих и упорных тренировок. Нам пришлось ползти по практически вертикальной скале, хватаясь за любые выпуклости. К тому же порывы ветра отнюдь не облегчали подъем.

  На середине пути Карел обреченным голосом сказал, чтобы я развоплотился и в бестелесном состоянии добрался до пещеры самостоятельно, а он меня тут подождет. Я рассердился и сказал, чтобы он не говорил глупостей, но потом признал, что в его идее есть рациональное зерно.

  В конечном итоге я так и поступил. Не могу сказать, что становиться духом самому, да еще тащить за собой кучу вещей так уж приятно. Но тут Карел едва не сорвался вниз и это разрешило мои сомнения.

  Перед входом в пещеру была площадка не больше метра в поперечнике. Я достал запасную веревку, благо я их набрал с собой предостаточно, знал ведь что иду в горы, привязал к поясу, перекинул через камень и бросил Карелу. Он поймал ее и мне пришлось тащить его наверх. Я снова забыл о перчатках и стер ладони до крови.

  Когда Карел, тяжело отдуваясь, сел рядом со мной его глаза были преисполнены благодарности. Ему было неловко.

  - И как только Вольт с командой добирались сюда? По воздуху что ли?

  - Либо мы ошиблись и это не та пещера, что мало вероятно, либо Вольт нашел способ превращать людей в птиц.

  - А может, здесь была лестница, но ее уничтожили скелеты? - предположил Карел.

  - Я не видел никаких следов лестницы. Даже если она была, они не могли уничтожить ее бесследно. Должны были остаться крепления. Или хотя бы места креплений.

  - Ух, - он пытался дышать ровно, но у него никак не получалось. - Когда вернемся, обязательно начну вести здоровый образ жизни. Поменьше сидячей работы и побольше прогулок. Дашь мне десять минут?

  - Хорошо.

  Я хотел добавить, что и кулинарные излишества тоже нужно ограничить, уволить одного из двух поваров и перестать есть пирожные на ночь, но не стал. У каждого из нас есть маленькие слабости. Зачем огорчать человека?

  - Ты больше не пробовал связаться с Вольтом?

  - Пробовал, но безрезультатно. Только головную боль заработал. Я так и не нашел передатчика.

  - Тогда у тебя, наверное, есть план по поводу наших дальнейших действий? - Карел не отрываясь, всматривался в темноту пещеры.

  - Ищем тело Вольта, пытаясь вести себя по возможности тихо.

  - А что делать, если нас окружат скелеты?

  - Молиться.

  - Я серьезно.

  - Я тоже. С ними не смогли справиться даже некроманты. Куда уж нам? Скелеты неуязвимы, тем более здесь, поблизости от своих восстанавливающих ванн. Все наше преимущество заключено во внезапности. Умертвия не ожидают нашего прихода, поэтому вряд ли будут охранять Вольта.

  - Эдвин, ты твердо намерен уничтожить его тело? - губы Карела сложились в тонкую линию.

  - Да. Ты не согласен?

  - Я считаю, что мы должны соединить тело с душей.

  - Воскрешение? Это невозможно. Это противоречит законам природы.

  - И это мне говорит человек, который...

  - Не надо, я понял.

  - Все дорогу сюда я размышлял над этим, - Карел заметно нервничал. Его круглое лицо покраснело от напряжения. - Мы должны дать Вольту шанс.

  - Я не против дать ему шанс. Если бы дело заключалось только в моем желании, Вольт бы уже сидел рядом снами и рассказывал байки про Черную Руку. Но как ты себе это представляешь?

  - С помощью золотых пластин. Надо только обязательно найти недостающие части и собрать их воедино в книгу. Мы выкрадем тело Вольта, а потом с помощью заклинаний из этой книги...

  - Прости, что перебиваю, но ты несешь чушь, - я нахмурился. - Во всяком случае, так кажется на первый взгляд. Но ты мой друг, я тебя давно знаю, поэтому уверен, что ты не стал бы зря сотрясать воздух. Получается, что я просто чего-то не понимаю. Признавайся, все дело в этой книге, да? Ты всегда любил читать старинные предания. Вероятно, вспомнил что-то интересное?

  - Я подозреваю кое-что, - осторожно сказал Карел. - Но чтобы утвердиться в своих подозрениях, мне нужно увидеть те самые пластины.

  - Ты должен понимать, что уничтожить тело намного проще, чем выкрасть его и похитить эту загадочную книгу, которую охраняют скелеты. Она для них представляет ценность, разве ты забыл?

  - Не забыл. Но я надеялся, что твой дар к развоплощению избавит нас от некоторых проблем...

  Я поднял левую бровь. Мне только кажется или мои способности действительно нещадно эксплуатируют все кому не лень?

  - Не смотри на меня так, - взмолился Карел. - Я буду помогать тебе по мере сил.

  - Прежде всего, расскажи, что тебе известно.

  - Ты веришь в то, что Вольт пришел сюда только ради скелетов?

  - Он так сказал, и у меня не было причин сомневаться в его словах. Хотя, если честно, у меня даже не было времени, чтобы как следует подумать об этом.

  - Я уверен, что ему нужны были совсем не скелеты. Чем больше думаю об этом, тем больше убеждаюсь, что они были просто ниточкой, которая должна была привести его к золотым пластинам. Он искал именно их.

  Карел ожидал новых вопросов, но я молчал, с грустью понимая, что он скорее всего прав. Если подходить к делу с этой точки зрения, то все ставало на свои места.

  Вольт действительно искал пластины, вернее целую книгу. Вероятно, он врал насчет того, что он наткнулся на нее случайно. Она с самого начала принадлежала народу скелетов, а Вольт похитил ее у них, но побоялся мне в этом признаться, зная, что я не одобрил бы такой поступок.

  Быть может, до того как похить книгу, он нашел отдельные пластины, и лишь утвердился в том, что он на верном пути. Написанного на пластинах хватило, чтобы сделать неуязвимыми умертвия Рамедии. Потом Вольту удалось похитить книгу, и он собирался с нею скрыться, но не успел. Скелеты рассвирепели и погнались за ним и его командой. А исход погони известен.

  - Эдвин, почему ты молчишь?

  - На свете существует только одна книга, ради которой Вольт пошел на подобное безрассудство, - медленно сказал я. - Это 'Некрос'. Но 'Некрос' - это миф! Его безрезультатно искали много лет.

  - Ты убеждаешь меня или себя? - поинтересовался Карел ничуть не удивленный моим возмущением.

  - Себя, - признался я. - Мне не хочется признавать тот факт, что мой друг - жалкий обманщик. Если Вольт не рассказал мне правду, то это означает, что он мне не доверяет. Как он может обращаться ко мне за помощью и не доверять?

  - Это ты обсудишь с ним сам.

  - О, да... И мне есть, что ему сказать, - я убрал со лба непослушные пряди волос. Мне давно было пора подстричься. - Карел, ты согласен с тем, что Вольт искал именно 'Некрос'?

  - Да. Поэтому я считаю, что мы должны воспользоваться им, и вернуть Вольта.

  - Но мы не некроманты.

  - Но мы маги. Это уже половина дела.

  - Если это действительно 'Некрос', то мы ходим по очень тонкой грани. Сборник заклинаний, способных повернуть время и материю вспять, оживить умерших представляет собой опасность, если он попадет не в те руки. Ты знаешь, что другие маги тоже заняты поисками 'Некроса'?

  - Знаю и уже давно, - отмахнулся Карел. - Это не новость. Они его постоянно ищут, как крестьяне горшок с золотом на другом конце радуги.

  - Как ты догадался, что речь идет именно о нем? Ведь никто не видел эту книгу. Ходили только слухи, один другого туманнее...

  - Сопоставил факты, только и всего. Неуязвимость твоих умертвий - да-да, Эдвин, не хмурься, раз уж они считают тебя своим генералом, то именно твоих, подсказала мне, что дело не в таланте Вольта. А потом ты сообщил мне о золотых пластинах и я больше не сомневался. Золото используют вместо бумаги, только если хотят написать нечто очень важное. То, что не должно разрушаться со временем. Известно совсем немного золотых книг. Как правило, это тексты сакрального характера...

  - Ты забыл добавить, что если золото используют вместо бумаги, то у его владельца может быть много денег и мало мозгов.

  - Тоже верно, - согласился Карел. - Но учитывая народ скелетов и прочие странности, это не тот случай.

  - Сейчас вспомнил забавную вещь. Немного не к месту, но... - я негромко рассмеялся.

  - О чем ты?

  - Умертвия не такие уж и неуязвимые. Им нужно опасаться божественного огня. Того самого который насылают крипсы - колдуны демонов. Он сжигает тела дотла, от них ничего не остается, только маленькая кучка пепла.

  - Но ведь ты не станешь просить короля демонов оказать тебе маленькую услугу?

  Карел один из немногих, кто был в курсе моих настоящих взаимоотношений с Виргом Ужасным.

  - Не стану. У нас с ним четкий договор. Крипсы могут вызвать огонь, только явившись в наш мир, а это чревато последствиями. Слишком уж большой для демонов соблазн нарушить сложившийся порядок.

  - Точно.

  - Что это проклятая книга делает в горах Умарта? И зачем она скелетам? Они просто хранители древнего знания или жертвы неудачного эксперимента? - спросил я, обращаясь к потолку, потому что Карел, конечно же, не знал ответа.

  Сейчас в моей голове теснилось столько вопросов, что мне нужно было озвучить хотя бы часть из них, иначе я рисковал заработать умственное переутомление.

  - Я бы не отказался поговорить по душам с одним из скелетов, - многозначительно сказал Карел.

  - Скоро тебе представиться такая возможность, - ответил я поднимаясь. - Пошли.

  Он встал и посмотрел в темноту прохода. На серьезном лице моего друга была написана решимость. Я не позавидую тем монстрам, которые попадутся на его пути.

  Мы пересекли пещеру и оказались в длинном узком туннеле. Из-за темноты он казался бесконечным. Пол туннеля был неровный и покрыт трещинами. В одной из таких трещин я заметил кусок кожаного ремешка, которым обычно перетягивают сумки. Кожа еще не успела задеревенеть от старости. Вероятнее всего ремешок принадлежал кому-то из команды Вольта.

  Сквозняк уносил бродячие огни вперед. Причудливые тени прыгали по стенам туннеля.

  Карел спохватился и достал из кармана два металлических браслета с белыми непрозрачными камнями. Камни оказались съемными, он вынул их оттуда и заменил такими же, только красными. В одном из карманов мантии у него оказалась целая пригоршня этих камней. Карел нацепил браслеты и щелкнул замками. Металл намертво обхватил запястья.

  - Что это? - признаться, я не видел таких браслетов раньше.

  - Накопители магической энергии. Новое изобретение нашей университетской лаборатории. Я не рискнул надеть их в Подземелье, но здесь мы у себя дома...

  - А ты их уже проверял? Они работают? - спросил я с недоверием.

  - Проверял. Смотри, - он сделал едва уловимое движение кистью и по противоположной стене побежали ледяные разводы. - Глубокая заморозка.

  - Ловко, - признал я.

  - Больше всего мне нравиться в них то, что не надо тратить собственные силы. Хотя главное их достоинство, как считают ученые - это сокращение времени на чтение заклинаний.

  - Почему я ничего не знаю об этом изобретении?

  - Это секретный проект. То есть он был самым обыкновенным, на его основе даже защитили магистратуру, но потом о нем не узнали борцы за старину.

  - Опять эти недоумки из общества 'Древностей', - проворчал я. - До каких пор они будут вмешиваться в наши дела?

  - Они имеют большое влияние на императора, ты сам знаешь, - вздохнул Карел. - Фаусмин Третий не сторонник прогресса, потому что для него это означает новые ловушки, новые яды и так далее. Хорошо, что вокруг Фаусмина достаточно разумных людей удерживающих его от принятия поспешных решений. Если бы не они, нам бы пришлось распрощаться со многими достижениями цивилизации. Жили бы в пещерах и питались сырой рыбой.

  - А ведь Фаусмин, несмотря на все его странности, умный человек, - я покачал головой. - Страшно представить, что будет, когда у нас смениться император. Однако общество 'Древностей' не знает никакой меры. Раньше оно не позволяло себе вмешиваться в дела университета.

  - Времена меняются, - пожал плечами Карел. - Такие браслеты, до того как изобретение засекретили, разослали десятку магов в качестве подарка. Думаю, тебе бы тоже прислали, живи ты в столице. Но потом браслеты изъяли.

  - Ты, как человек предусмотрительный, свои заблаговременно спрятал.

  - Да, решил, что они мне еще пригодиться. Когда пришел Мирон - этот противный толстяк, доверенное лицо 'Древностей', я сказал, что потерял их. Он имел наглость возмущаться... - доброе лицо моего друга посуровело. - И это в моем же доме!

  - Он еще жив? - вежливо поинтересовался я.

  - К сожалению. Я просто выставил его за дверь, хотя у меня аж руки чесались, до того хотелось подпалить ему зад. Насколько мне известно, Роко свои браслеты тоже не отдал, но наш скрытный друг никогда в этом не признается.

  - Их надолго хватает?

  - У меня еще не было возможности проверить, - признался Карел. - Но я взял запасные накопители. - Он постучал по одному из камней.

  - А что это за камни?

  - Обыкновенный кварцит. Удивительно, правда? Кусочки белого кварцита кладут в специальный чан, который вмонтирован в осевой столб, а вынимают уже красные, полные магической энергии. В сами браслеты заложены два десятка заклинаний. В основном заклятья стихий, хотя есть и заклинание иллюзорного двойника.

  - Иллюзии - это тоже стихия воздуха, - заметил я. - Если у тебя есть такие замечательные браслеты, будет лучше, если ты пойдешь первым. Я работаю по старинке и не могу колдовать мгновенно. Кроме того, когда на нас нападут, ты задержишь врагов, чтобы я мог скрыться. В бестелесном состоянии я принесу больше пользы.

  Карел кивнул, но без особого энтузиазма. Видимо ему не понравился тот факт, что я собираюсь оставить его одного, даже на время. Мне же стало досадно, что у меня нет таких браслетов. Может, попробовать достать их через Морфия? Его связи с черным рынком могут оказать мне хорошую услугу.

  Туннель привел нас в маленькую пещеру, стены которой были покрыты плесенью. Тут же в изобилии росли белые грибы на тонких ножках, напоминающих поганки. Карел принюхался и сказал, что грибы наверняка ядовиты. Я не стал спорить.

  Из пещеры вели два выхода. Так как нам неизвестно было куда идти, а внутренний голос упорно молчал, мы свернули в левый коридор.

  Следующие два дня мы блуждали по лабиринту туннелей, делая у каждой развилки специальные пометки копотью на потолке. Мы успели спуститься к подгорному озеру, поймать в нем, к радости Карела, который воротил нос от съедобного мха, огромную серебристую рыбину, и вернуться обратно, потому что туннель мы выбрали неверный - он заканчивался тупиком.

  Время бежало неумолимо, и я, оценивши протяженность горных коридоров уже начал нервничать. Мы могли блуждать в горах вечно, но и так и не столкнуться со скелетами и соответственно не отыскать пещеру с ваннами. Я пробовал снова связаться с Вольтом, чтобы получить от него хоть какие-нибудь ориентиры, но в междумирье его не было. Поспешные поиски Голоса мистиков тоже ни к чему не привели.

  Что самое интересное, я знал, что скелеты где-то неподалеку. Мы натыкались на разный мусор, оставленный некромантами, но кроме обглоданных костей, исписанных листов и следов костра находили треугольные каменные столбики, вкопанные в пол. Я высказал предположение, что это указатели и Карел со мной согласился. На столбиках были выбиты значки, но они нам ничего не говорили.

  Когда мы переходили в брод ледяную реку, на нас напал гигантский протеус. Он внезапно вынырнул из воды и бросился на Карела. Наши ученые до сих пор теряются в догадках, не ведая, чем питаются эти маленькие безволосые существа не больше тридцати сантиметров длиной. Не знаю, как насчет маленьких, но большие протеусы явно не против попробовать человеческого мяса. Мы оглушили его и, оставив отдыхать на берегу, поспешно удалились.

  После этого наш путь был довольно однообразен, ничего из ряда вон выходящего не случалось. Я даже позволил себе немного расслабиться, да и Карел вместо трех магических щитов поддерживал только один. Он опустил руки и уже не замораживал неопрятные пучки серого мха, стоило им шевельнуться от гулявшего по туннелям сквозняка. Можно сказать, что мы освоились в горах Умарта. Его пещеры еще не были нашим родным домом, но и страшным местом тоже не казались. Поэтому, когда я наткнулся на логово пещерных пауков, липкой паутиной перегородивших проход, то был неприятно удивлен.

  - Сверху, Эдвин! - предупредил Карел, поднимая руку и готовясь ударить в паука молнией.

  Черный паук, сидевший на потолке и походивший на перекормленную лохматую собаку, прыгнул мне на голову, в полете выпустив струю ядовитой жидкости. Я уклонился, но несколько капель яда все равно попали на щеку. Жидкость обожгла кожу. Будь я храбрым воином, посвятившим свою жизнь уничтожению чудовищ, я бы выхватил славный клинок, доставшийся мне от деда, и изрубил проклятого паука на куски.

  Но я всего лишь Прозрачный маг, поэтому ограничился тем, что начертил огненный знак и в паука полетел огненный шар. В этот же момент Карел со своей стороны начертил знак холода. Оба знака угодили в паука одновременно и с грохотом разорвали его на части. Взрывной волной Карела отбросило прямо на паутину, где он прилип к ней. Карел дернулся, но смог порвать только несколько нитей. Я упал на спину как раз, чтобы удостовериться, что наш паук был неединственным. Заслышав шум, остальные его собратья принялись выползать из нор. Их черные глаза разного размера блестели голодным блеском.

  - Эдвин! Их тут десятки! Обернись!

  - Я и сам вижу... - проворчал я, выставляя щит и медленно отходя к Карелу.

  Пауки пока не спешили вонзить в нас свои жала. Печальная участь товарища советовала им как можно больше узнать о добыче, дабы не разделить его участь. Вид двух десятков мохнатых пауков выше колена, черным ковром покрывшим стену и потолок, вызывал отвращение.

  - Чего они ждут? - шепотом спросил Карел, устрашенный зрелищем. - Почему не нападают?

  - Наверное, хотят нас обоих в паутину загнать, чтобы расправиться без проблем, - меня уже начало мутить от яда.

  - Поторопись, пожалуйста... - он выразительно посмотрел на мой нож, висящий на поясе. - Очень неприятно здесь висеть.

  - Как ты так умудрился влипнуть... - проворчал я, борясь с тошнотой. - И волосы, и кисти... Резать?

  - Волосы - да, а кисти мне еще пригодятся. Можешь частично оставить паутину, потом с ней разберусь. Главное, чтобы я снова мог колдовать.

  Нож не оправдал наших надежд. Он справился только с головой и плечом Карела. Дальше его лезвие затупилось и увязло в паутине.

  За моей спиной послышалось зловещее шуршание. Пауки потихоньку приближались.

  - Эдвин, мне не нравиться, как они на меня смотрят. У меня плохое предчувствие.

  - Я делаю все, что могу. Проклятая паутина! - я нечаянно коснулся нитей локтем и тоже прилип.

  С чваканьем на щит вылилась внушительная порция яда. Ударившись о преграду, она растеклась по ней, обрызгав самих пауков. Но у них против яда был иммунитет.

  - У тебя щека воспалилась, - заметил Карел.

  - Я чувствую.

  - Слушай, брось меня и займись лучше пауками. Она уже начали наглеть. Прыгают на нас.

  Я слышал глухие удары, раздававшиеся за моей спиной, но не оборачивался. Магический щит и не такое способен выдержать. Запахло паленым. Мой друг втянул носом воздух и спросил с подозрением:

  - Что ты там делаешь?

  - Прожигаю паутину. Она отменно горит.

  На кончике моего указательного пальца заплясал красный огонек. Соприкасаясь с пламенем, нити с треском рвались. Как только я закончил с левой рукой Карела он нетерпеливо вытянул вперед ладонь и попросил меня убрать на мгновенье щит. Ему не терпелось разделаться с обидчиками. Вид у пауков был такой, словно они собирались скоро позавтракать, поэтому я не стал ему препятствовать.

  Карелу понадобилась всего минута, чтобы превратить пещеру в музей ледяных скульптур. Несколько пауков сумели убежать, но только потому, что браслет на его руке тихонько щелкнул, сообщая о том, что кварцит опустел и его нужно сменить. Это позволило паукам выиграть несколько секунд и они ими воспользовались.

  - Представляешь, а вдруг это был редкостный вид, последний в своем роде, а ты так жестоко с ним обошелся, - я закончил с паутиной и криво, насколько позволяла опухшая щека, ухмыльнулся. - Популяция может не восстановиться.

  - Я буду только рад этому! Они едва не сожрали нас.

  Занятый заменой камня Карел не смотрел на меня, но когда поднял глаза, его лицо посуровело.

  - Немедленно займись собой! У тебя есть противоядие? - он потянулся к мешку. - Общее, от пчелиного, змеиного яда...

  - Есть, я брал.

  Вынув из сумки пузырек, полный светло-голубой жидкости, я откупорил его и, стараясь не дышать, сделал маленький глоток. Противоядие было совершенно безвкусным. Если бы у него еще не было запаха, а пахло оно как тухлая рыба, засунутая в сапог престарелого волонтера и политая китовым жиром, ему бы цены не было.

  Почему нельзя изобрести лекарство приятное во всех смыслах? Тогда было бы не лечение, а одно удовольствие. Но нет, чем питье противнее, чем больше рвотных позывов оно вызывает, тем оно полезнее.

  Особенно отличились в этом снадобья дома Гросса. Их целебные свойства известны всему миру. Целители этого дома в глубоком секрете хранят рецепты приготовления снадобий. И правильно делают. В лучших традициях врачебного искусства туда обязательно входят такие компоненты, которые по здравому размышлению должны вызывать болезнь, а не победить ее. Например, помет летучих мышей... Или потовые железы бородавочника.

  Иногда перед человеком стоит выбор: смерть или принятие лекарства. Уверен, что многие больные, сделали бы выбор в пользу смерти, ознакомься они с подробным составом снадобья.

  Приведя себя в порядок, мы стали осматриваться, не зная, куда пойти дальше. Из одного туннеля мы прибыли, в другой удрали пауки и ни я, ни Карел не горели желанием узнать, как далеко они убежали. Меня заинтересовала пещера, которая прежде была запечатана паутиной.

  Пройдя вглубь нее, я увидел ровные ряды белых коконов, подвешенных к потолку.

  - Это их кладовая, - мрачно сказал Карел. - Теперь мне понятно, почему в округе так мало живности. Она вся здесь. Сожжем их для верности?

  - А они точно мертвые? - я заглянул в крайний кокон, но торчавшая оттуда ссохшаяся лапа не вызывала сомнений в смерти ее владельца. - В таком случае, не вижу причин... Стой, Карел! Здесь люди!

  В дальнем конце пещеры висели три гигантских кокона, очертаниями напоминающее человеческое тело.

  - Неужели это кто-то из некромантов? Нет, что я говорю... Их же убили скелеты. - Карел непонимающе посмотрел на меня. - Но не умертвия же там!

  - Можно стоять тут и гадать сколько угодно, а можно выяснить одним махом.

  Я приблизился к крайнему свертку и коснулся его. Кокон вздрогнул и принялся раскачиваться. Нервы после недавней схватки у нас были взвинчены, поэтому я отпрыгнул, а Карел выругался.

  - Невероятно, он живой! Быстрее, может его еще можно спасти.

  - Проверь остальные.

  Но с двумя другими нам не повезло. Мой друг заглянул в прожженные отверстия и печально покачал головой. Освободив кокон от удерживающих нитей, мы уложили его на землю. Он снова стал дергаться, но уже слабее.

  - Не пугайтесь, мы не пауки, - сказал Карел, надеясь, что его слова успокоят несчастную жертву.

  Он прижал кокон к земле, позволяя мне заняться нитями. Не полагаясь на нож, я воспользовался огнем. Помощь Карела была очень кстати, я ведь не хотел нанести ожоги спасенному незнакомцу. Кокон поддавался, неохотно, но я отступать был не намерен. Последние обрывки полетели в сторону.

  - Эдвин! Это же... девушка, - Карел смущенно посмотрел на меня.

  Смущенно - потому что на девушке был минимум одежды, заставивший моего высоконравственного друга отвести глаза в сторону. Широкий кожаный пояс, порванные в нескольких местах штаны до колен, нагрудник с нашитыми защитными пластинами, тоже разорванный, вот и весь наряд.

  - Что она здесь делает? - прошептал он.

  - Не думаю, что она местная.

  Наверное, до того как угодить к паукам, девушка была симпатичной. У нее были правильные черты лица, длинные темные волосы, заплетенные в косу и отличная фигура.

  Но после того как она провела неизвестно сколько дней в этом коконе, накаченная ядом, то... Сами понимаете. Зеленый цвет лица и мешки под глазами никого не красят.

  Девушка посмотрела на нас, глубоко вздохнула и со странным звуком перевернулась на бок. Ее вырвало. Я заметил на ее руках и ногах многочисленные воспалившиеся укусы и нахмурился. Надеюсь, мы еще сумеем ей помочь.

  - Это последствия яда. Карел, давай лекарство!

  Он протянул мне уже откупоренный пузырек.

  - Ты меня слышишь? - обратился я к девушке. - Выпей это.

  Я протянул ей пузырек, но его неземной аромат заставил ее согнуться еще сильнее. Слабой рукой она оттолкнула лекарство.

  - Не надо, - донесся до нас хриплый шепот. - Лучше смерть.

  - При всем желании мы не можем упаковать тебя обратно. Да и пауков мы уже разогнали.

  При упоминании о пауках она сжалась, перестав дышать. Посовещавшись, мы решили устроить небольшой привал и заняться бывшей пленницей. В паучьей кладовой было слишком гнетущая атмосфера, поэтому мы вернулись обратно.

  - Подумать только, ведь и ты и я могли не пойти в пещеру. Тогда бы она осталась там, - натужно кряхтя сказал Карел, неся девушку на руках.

  Для человека, не привыкшего поднимать ничего тяжелее справочника, ноша была значительной. Мы развели костер, закутали спасенную в одеяло и все-таки уговорили ее принять лекарство. Потом мы с Карелом попеременно показывали, какие мы отличные целители, избавляя ее с помощью лечебных знаков от синяков и порезов. У нее было вывихнуто запястье, но я вправил его на место.

  Через два часа девушка выглядела уже намного лучше. Посчитав, что настало подходящее время для откровенности, я не стал ходить кругами и спросил прямо.

  - Теперь, когда твоей жизни больше не угрожает опасность, расскажи как ты оказалась в горах?

  - А если я откажусь говорить, вы оставите меня в покое? - резковато спросила она.

  - Нет.

  - Так я и думала. Упрямые люди, сразу видно. Меня зовут Дайна. А как ваши имена?

  Мы с Карелом переглянулись, но, решив, что скрывать нам нечего, назвали себя.

  - Не буду спрашивать, чем вы зарабатываете на жизнь, это и так видно, - девушка фыркнула. - Мантии, амулеты...

  - Ты хочешь нас обидеть? Не очень-то вежливо, особенно после того, что мы для тебя сделали.

  - Против вас лично я ничего не имею. Просто магов не люблю, - проворчала она.

  - Спасибо за прямоту, - в моем голосе послышался сарказм. - Теперь нам бы хотелось узнать, чем ты занимаешься.

  Дайна сделала вид, что заинтересовалась кончиками своих сапог. Она не собиралась отвечать. Я окинул девушку изучающим взглядом, надеясь, что ее облик поможет мне выяснить кто она такая. Высокая, крепкая, подобным телосложением обычно обладают северяне, но вдобавок темноволосая, с тонкими чертами лица и светло-карими глазами, как у выходцев с юга. Вероятно, предки Дайны любили попутешествовать.

  Интересно, умеет ли она обращаться с оружием? Я внимательно посмотрел на ее руки, ища характерные мозоли, а затем неожиданно бросил в лицо девушки камешек. Дайна, не теряя ни секунды, ловко уклонилась от него, отведя левое плечо в сторону. Я неоднократно видел подобное движение на турнирах. Так воины уклоняются от летящих в них стрел. Должен сказать, что проделать подобное не каждому под силу.

  - Вот и все, - сказал я. - Ты себя выдала.

  - Ничего подобного.

  - Эдвин? - мой друг вопросительно поднял брови. Он был занят костром и не видел, что я прибегнул к маленькой хитрости.

  - Наша гостья - наемница.

  - Ваша гостья? - хмыкнула Дайна. Но отрицать свою принадлежность к любителям помахать мечами не стала.

  - Ну, ты же сидишь возле нашего костра. Значит, гостья. Зачем ты здесь? Что случилось с твоим отрядом?

  - Откуда вы знаете, что был отряд?

  - Представители вашей профессии редко ходят в одиночку. К тому же мы видели в пещере еще два кокона.

  - Так чего же вы молчали! - она собиралась вскочить, но подвернула ногу и рухнула обратно. - Им надо помочь!

  - Слишком поздно.

  Дайна все поняла. Она нахмурилась и отвернулась.

  - Вас было трое?

  - Да, - нехотя ответила она.

  До меня донесся аппетитный запах жареного мяса. Я обернулся и увидел, что Карел разморозил одного из пауков и теперь деловито обжаривает его на костре. Заметив, с каким выражением лица я смотрю на него, он сказал:

  - Голод заставляет людей пересмотреть свои взгляды, Эдвин. Тебя никто не заставляет их есть. Дайна, ты будешь?

  - Конечно. Лучше я их, чем они меня. К тому же, так я отомщу за товарищей, - ее губы растянулись в улыбке. - А вы неплохо поработали, - она кивнула в сторону устроенного нами побоища. - Мастерски. Что делаете в горах?

  - Прогуливаемся. А, кроме того, ищем умертвия. Не видела таких?

  - Э... - она внимательно посмотрела на меня и покачала головой. - Нет, не встречала.

  Ясное дело, солгала. Но не пытать же мне ее... Хотя в этом случае она отвечала бы мне так быстро, что я не успевал задавать вопросы. Узнал бы массу подробностей, деталей...

  Я представил, как прижигаю ей пятки лучиной или вешаю над костром, и покачал головой. Нет, это не мой метод. Да и Карел на такое не пойдет. Он слишком правильный.

  Пока они с аппетитом обедали, я исследовал оставшиеся два туннеля. Они показались мне одинаково опасными, поэтому, возвратившись, я спросил:

  - Как ты сюда попала? Я имею в виду в эту пещеру. Из какого туннеля?

  - Не помню. Мы остановились на ночлег. Омар стал на страже. Я и Кесси легли. Я уснула, а проснулась оттого, что что-то тяжелое давило мне на грудь. Это был паук, - Девушка с остервенением преломила паучью ногу, которую держала в руках. - Я убила его, но их было слишком много. От яда я потеряла сознание. Уверена, что если бы я стояла на страже, подобного бы не случилось.

  - И что бы ты сделала? - поинтересовался Карел. - Убила бы их всех до единого?

  - Тот, кто как книжный червь зарылся в книги, вдыхая их пыль, никогда не поймет того, кто привык вдыхать пыль дорог. Я предпочитаю умереть с оружием в руках. В крайнем случае, убить себя, но не служить пищей для каких-то мерзких пауков-переростков.

  - Намек понятен, но мы не очень-то похожи на книжных червей, - заметил я, не скрывая недовольства. - Откуда эта глупая привычка дерзить? Ты выбрала странный способ благодарить за спасение жизни.

  - Ха! Если я не скажу вам правду, то кто же вам ее скажет? Сидите, небось, у себя в столице, все вам кланяются, а вы и думаете, что это по-настоящему.

  - Карел, туши костер. Мы уходим.

  Я поднялся и поправил сбившийся капюшон. Погасить огонь было делом одной минуты.

  - Я с вами, - Дайна вскочила, отбросив одеяло.

  - Это исключено.

  Девушка выругалась, употребив такие словечки, какие можно услышать только в самых бедных кварталах. Карел поморщился. Он считал, что женщинам, даже наемницам не следует выражаться подобным образом. В предках у Карела затесались аристократы и временами это давало о себе знать.

  - Каждый сам за себя, - сказал я.

  - Не льстите себя надеждой, что мне так уж нравиться ваше общество, но у меня нет снаряжения. Мое оружие неизвестно где... Я сама неизвестно где. Зачем вы меня спасали, если хотите бросить на верную смерть?

  - Карел, в следующий раз, когда со мной случиться приступ человеколюбия, напомни мне об этом чуде и все пройдет. Дайна, мы не можем идти с человеком, которому не доверяем. Ты же отказываешься...

  - Я вам тоже не доверяю, - перебила она.

  - Это разные вещи.

  - А вот и нет! Мне труднее, чем вам. Предо мной двое мужчин, двое магов, - последнее слово она произнесла с таким видом, что мне захотелось придушить ее на месте, - у которых неизвестно что на уме. Вдруг вы захотите воспользоваться моей беззащитностью?

  - Интересно, как ты себе это представляешь? - буркнул я, решив не поддаваться на провокацию.

  Ее мускулы если и уступали моим, то ненамного. А уж мечом или кинжалом она точно лучше владела. Меч я вообще последний раз держал в руках, когда был мальчишкой. Магу он совершенно ни к чему.

  - Что ты от нас хочешь?

  - Чтобы вы... - тут она запнулась, задумавшись. - Взяли меня с собой.

  - Нет. У нас тут дела, и нет смысла тебя в них вмешивать.

  - Как насчет оружия?

  - Подходящего оружия у нас нет. Можем выделить тебя один нож из своих запасов.

  - А факелы?

  - Мы ими не пользуемся, - бродячие огоньки принялись водить хоровод вокруг ее головы.

  - Но я же не вижу в темноте.

  Мне оставалось только пожать плечами. Подмигнув Карелу, я двинулся к выходу из пещеры. Дайна в полной растерянности смотрела, как мы уходим. Когда последний огонек устремился вслед за нами, оставив ее в полной темноте, до нас донесся крик.

  - Ладно, я расскажу, только вернитесь!

  Карел с сомнением посмотрел на меня.

  - Вернемся? Потеряем еще час.

  - Думаешь, это плохая идея?

  - Если бы я мог в двух словах рассказать ей, как отсюда выбраться, я бы так и сделал. Но она не разберется в наших пометках и заблудится. Скверно. Я буду чувствовать себя причастным к ее гибели. Как ты думаешь, что она здесь делает?

  - У меня есть некоторые предположения, - уклончиво ответил я. - Но подтвердить или опровергнуть их, можно только выяснив, кто ей заплатил, чтобы она пришла сюда. Это должен быть очень богатый человек. Или группа.

  - Да, я, кажется, понимаю о чем ты, - кивнул Карел. - Только странно, что их было всего трое. Раньше я считал, что наемники ходят большими отрядами.

  - Не захотели делиться. К тому же, трое не делают столько шума, сколько двадцать. И прокормиться проще.

  - Все равно - это большой риск.

  - Нас вообще двое.

  - Но мы же маги, а они простые люди, - Карел усмехнулся.

  - Твои слова вселяют в меня надежду.

  Когда мы вернулись, Дайна взяла себя в руки и усиленно демонстрировала, что ей знакомы хорошие манеры. Нужно признать, что когда она не ругалась, как портовый грузчик, то была довольно милой. Жаренная паучятина пошла ей на пользу. На щеках появился румянец, глаза заблестели.

  - Я расскажу вам, почему здесь оказалась, если вы поклянетесь, что пришли сюда по собственной воле, - решительно сказала девушка.

  - Зачем нам клясться?

  - Отказываетесь? Значит вы тоже наемники? А я-то думала, что вы не станете пачкать руки подобной работой. Вы же любители библиотек, зачем вам деньги? Моя история не для ваших ушей.

  Карел глубоко вздохнул, борясь раздражением.

  - Мне это надоело, - сказал он тихо, но Дайна услышала. - Это просто невыносимо! У меня руки чешутся, до чего хочется превратить ее в рыбу. Знаешь, Эдвин, это такие молчаливые создания от которых дурного слова не услышишь.

  - Давай сделаем, как она хочет, - миролюбиво предложил я. - И не станем прибегать к крайним мерам. Девушка думает, что мы хоть и маги, но мелкие жулики и из-за нас она может потерять свой заработок. Я прав?

  - Не строй из себя умника! - Дайна помрачнела.

  Мне не терпелось узнать кто ее послал, поэтому мы торжественно поклялись, что в горах Умарта мы оказались по собственной инициативе. Несколько успокоенная, Дайна завернулась в одеяло и милостиво разрешила задавать ей вопросы.

  - Будет проще, если ты сама расскажешь нам все как есть.

  - Хорошо. Не знаю, правда, с чего лучше начать... В любом случае, рассказ будет коротким. Я не так уж много зим прожила, чтобы он получился длиннее этого ножа. Меня зовут Дайна, но настоящее мое имя Даирауканаста, хотя я не люблю, когда меня так называют.

  - Мы не станем, - честно сказал Карел. - Просто не выговорим.

  Она пропустила его реплику мимо ушей.

  - Мои родители переселенцы с севера.

  - Непохоже.

  - Может я и не похожа на северянку, но это потому, что темные волосы достались мне в наследство от прабабушки, которая была рабыней. Ее привез с юга один влиятельный господин, потом его убили, она сбежала с деревенским кузнецом... Но это неинтересно.

  - Да, нас больше интересуешь ты, а не твои уважаемые родственники, - заметил я. - Так что ближе к делу.

  - Из вас двоих - ты главный? - она пристально посмотрела на меня.

  - Да.

  - А Карел? Он твой слуга?

  - Нет, друг.

  - Хм. Ладно. Я жила в деревушке Вертукс, но там были постоянные неурожаи, падеж скота... В общем, я сбежала оттуда, будучи еще девочкой. Ушла на поиски счастья в большой город.

  - В Регум?

  - Нет, я же сказал в большой, а не огромный. Там я связалась с бандой Серых повязок, но они мне быстро наскучили, и я прибилась к Желтым воротникам. А потом в одном трактире я познакомилась с молодым воином. Хороший был парень. Мы вместе отправились путешествовать, много где побывали. У меня появились полезные знакомые. Кроме того, я усердно упражнялась в стрельбе из лука, фехтовании... И так далее. Мне понравилась вольная жизнь, денег было в достатке.

  Я не стал уточнять, как именно она добывала эти деньги. Зарабатывала, охраняя торговые караваны, или сама участвовала в нападении на торговцев. Жизнь наемника полна приключений.

  - Прошла пара лет. Мое имя стало кое-что значить, доля с награбл... То есть доходы возросли. Я уже подумывала, о том, чтобы лет через двадцать осесть где-нибудь, купить домик...

  Всех наемников рано или поздно посещают подобные мысли. Им хочется тишины, покоя. Двухэтажный дом с большим камином, удобное красное кресло, лохматую собаку у ног. Семью, детей и внуков, которые будут выслушивать их рассказы о славных подвигах. Но я еще не встречал тех, кто сумел осуществить задуманное. Обычно они не знают, когда остановиться и умирают от клинка или кувшина с выпивкой. Большинство наемников становятся отъявленными пьяницами, но, судя по внешнему виду Дайне это не грозило. Пока, во всяком случае.

  - Мне подвернулось заманчивое дельце. Несложное, как мне вначале показалось, но на нем можно было хорошенько заработать. Надо было всего лишь найти какую-то редкую книгу в здешних горах.

  Карел напрягся, но я не подал виду. Внешне я был сама невозмутимость.

  - Книга из чистого золота, поэтому, чтобы мы не умыкнули находку себе, награду за нее назначили втрое больше, чем следовало бы. Вообще-то, первым за это дело взялся Омар, а потом уже меня с Кесси позвал. Один он не решился пойти.

  - А кто заплатит за книгу?

  - Орден Тумана. Больше ничего сказать не могу. Имен я не знаю, с ними Омар договаривался, - Дайна посмотрела на меня честными глазами.

  Конечно же, ей нельзя было верить. Она никому не доверяла, в том числе своему товарищу Омару, и обязательно выяснила имя заказчика. Иначе и быть не могло.

  Получается, что орден Тумана охотился за тем же, что и мы. Им нужен был мифический 'Некрос'. Орден сопоставил появление умертвий, легенды, исчезновение Вольта и сделал правильный вывод. Интересно, сколько еще отрядов от других обществ - вроде Ночного Братства, всевозможных орденов и гильдий рыщут в этих горах? Здесь становиться тесновато.

  - Ты знаешь, что это за книга, которую ты ищешь?

  - Нет, - Дайна пожала плечами. - Мне незачем. Полагаю, это очередной могущественный артефакт способный многим отравить жизнь. Но мне какое до этого дело?

  - Вы плохо подготовились для такого ответственного задания, - заметил Карел.

  - Мы уже две недели в этих проклятых пещерах! - возмутилась девушка. - У нас была карта, но она вместе с вещами пропала во время переправы. Потом мы наткнулись на огромного змея, и он здорово потрепал нас. А когда мы собрались немного поспать, пришли эти пауки.

  В ее рассказе было что-то такое заставившее меня неудовлетворенно поморщиться. Я чувствовал, что она где-то солгала, но не мог понять, где именно. Карел оказался сообразительнее. Порой, у него случаются приступы обострения интуиции.

  - Орден Тумана не давал вам этого задания. Ты и твои товарищи - просто мошенники. Вы каким-то образом узнали о сделке и решили опередить настоящих посланников, думая найти книгу и сорвать на этом деле приличный куш.

  Дайна с видом оскорбленной невинности отвернулась от него.

  - Думаю, честнее будет сказать, что мы тоже ищем некую книгу.

  - Я так и думала, - кивнула девушка. - Иначе, что вам делать в этой глуши?

  - Ты понимаешь, что когда мы найдем ее, то заберем себе? Не вздумай попытаться воткнуть нам нож в спину или что-нибудь в этом роде. Предупреждаю первый и последний раз, - я нахмурился. - Кроме того, веди себя достойно, и не пытайся всякий раз продемонстрировать свои противоречивые чувства к волшебникам.

  - Уговорил, - Дайна мне подмигнула.

  Карел фыркнул, покачав головой. Разговор был окончен.

  Наверное, это появление Дайны принесло нам удачу. Уже на следующий день, мы вышли к поселку скелетов. Мы привыкли считать день следующим после каждого ночлега. В пещерах, куда не проникает солнечный свет это очень удобно.

  Мы наблюдали за поселком с высоты десяти метров, прячась за серым валуном, который словно специально был положен здесь для того, чтобы мы могли следить за скелетами, сами оставаясь незамеченными. Скелеты во всем походили на умертвий Рамедии, и если бы не зеленые огоньки вместо желтых, я бы решил, что это они и есть.

  При первом же беглом осмотре строений в поселке я понял, что они мне напоминали. Они походили на гнезда синего каменного дрозда. Такая же безыскусная постройка из подручных средств: мха, камней и стеблей растений. В полумраке пещер, освещаемым лишь зеленоватым светом гниющих грибов и бледно-желтых кристаллов, растущих из потолка, они выглядели жутковато.

  Слева от домов протекал ручей, впадавший в озерцо, по дну которого неторопливо ползали улитки. Через ручей был переброшен простенький мостик сбитый из бревен и перетянутый гибкой корой плакучего дерева.

  - Что это за твари? - взволнованным шепотом спросила Дайна. - Откуда здесь им взяться? Это работа некромантов? Я не знала, что здесь их логово. Эти дома...И как они только умудрились столько костей с кладбища натаскать... Вы знаете, как?

  - Слишком много вопросов, - тихо сказал Карел. Он повернулся ко мне. - Ты заметил, что они не выставляют часовых?

  - Не ждут нападения. Знают, что им нечего бояться, - проворчал я. - Здесь нет ничего такого, чем они бы дорожили.

  - Ни следа ванн. Вероятно, они будут дальше. Думаю, если пойти вперед, то мы встретим еще немало поселков.

  - Не думаю, что нанести визит в каждый из них - это хорошая идея. Скелеты нас заметят. Я не вижу у них оружия, но оно им и не нужно. Навалившись все вместе они разорвут нас голыми руками.

  - Предлагаю поймать одного из них и устроить допрос с пристрастием.

  - Рискованно. Ты уверен в том, что они не общаются между собой телепатически? Весельчак мог общаться с другими умертвиями на расстоянии. Будет лучше, если я спущусь вниз и разведаю немного. Похожу между домов, послушаю, о чем они говорят.

  Дайна посмотрела на меня как на отважного, но глупого человека. С точки зрения наемницы идти в поселок было верхом безрассудства. Словно самому лезть в пасть дракона, надеясь немного погреться. Но в этот раз Дайна предпочла не высказывать свое мнение, за что я был ей благодарен.

  Уйдя в тень и постояв с закрытыми глазами несколько секунд, я расслабил мышцы, в то время как мой разум был предельно сосредоточен.

  - Нам ждать тебя здесь? - спросил Карел.

  - Нет, лучше уйдите вглубь туннеля.

  - Только не увлекайся. В твоем состоянии это вредно.

  - Сам знаю, - проворчал я. - Вернусь быстро.

  Развоплощение прошло как обычно. Только что я был человеком из плоти из крови, и вот мое бренное тело по частям тает в воздухе. В этом несовершенном мире остался только мой разум, моя личность. Я стал невидимым, неуязвимым духом, способным проникнуть куда угодно. Если бы развоплощение не отнимало массу жизненных сил, я бы пользовался им чаще. Но в природе не зря существует закон равновесия. За все нужно платить.

  Мой дух поднялся над камнем, где мы скрывались. Вдогонку мне послышалось потрясенное: 'Ничего себе!' И тихий шепот Карела, объяснявшего, что я Прозрачный маг...

  Какое восхитительное чувство легкости испытываешь, когда избавляешься от громоздкого тела! Ты становишься по-настоящему свободен. Ничто больше не отвлекает тебя от поставленных задач.

  Если человеческая раса когда-нибудь достигнет совершенства, в чем я лично очень сомневаюсь, ибо тогда она уже перестанет быть человеческой расой, а станет чем-то другим, то она распрощается со своей оболочкой. Останется только дух, полный мудрости и вселенского спокойствия. Можно ли в таком случае сказать, что Прозрачные маги - это переходная ступень эволюции?

  Подлетев к скелетам поближе, я смог рассмотреть их хорошенько. Они были именно такими, какими их описывал Вольт: высокие, стройные, с узкой грудной клеткой. Но все они были какие-то одинаковые, точно копии одного и того же скелета. Среди умертвий Рамедии попадались совершенно разные экземпляры, каждый из них обладал собственным лицом, если можно так выразится. Весельчака я бы узнал где угодно. У него были особые жесты, манера вести себя. А эти ходили, говорили, кивали точно механические куклы. Наверное, в бою они ведут себя так же однообразно.

  Зеленые огоньки смотрели прямо на меня, но их владелец не выказывал беспокойства. Он не ощущал моего присутствия. Умертвие сидело на плоском камне и сортировало маленькие черные камешки по размеру. Он не глядел на камень, предпочитая заниматься этим на ощупь. Рядом сидел его товарищ и занимался сортировкой таких же, только серых камешков. Временами они перебрасывались ничего не значащими фразами. Понаблюдав за ними пару минут, я понял, что они занимаются не сортировкой, а игрой, но в чем была ее суть, для меня так и осталось загадкой.

  Их спокойствие было нарушено пронзительным звуком. Скелеты прервали игру и выбежали из лачуги, служившей им домом. Они устремились к черному обелиску, возвышавшему на краю поселка. У его подножья стоял причудливый музыкальный инструмент, похожий на орган. Все дерево в нем было заменено на кости разных животных. Два скелета работали мехами у задней стенки инструмента, нагнетая воздух в трубы, а за клавиатурой, состоящей всего из десяти клавиш, сидел 'органист'. С упорством, достойным применения в другом месте, он нажимал на крайнюю клавишу. Звук был крайне неприятным и резал слух.

  За обелиском находился ход, который я не заметил сначала. Он был завешен серой тканью, сливавшейся со стеной. Умертвия один за другим исчезали в нем. Поселок быстро пустел. Не долго думая, я последовал за ними. В туннеле было тесно, умертвия замешкались, но я просто пролетел сквозь них. Мне не терпелось узнать зачем 'органист' терзал свой инструмент.

  Следующий зал, в котором я очутился, был огромным. После стольких часов проведенных в тесных туннелях было непривычно оказаться в подобном месте. В центре зала я, наконец, увидел то, что давно искал. Это были ванны. Два десятка углублений в камне, наполненные светящейся водой, которая била прямо из скал. В каждой такой ванне лежал скелет, полностью погруженный в воду.

  Умертвия заполнили собой все свободное пространство. Один из них, крепко сжимающий в правой руке жезл, вырезанный из неизвестного мне материала, направился к источнику. На поясе у него висел кожаный мешочек, который он придерживал при ходьбе. Я приблизился к нему как можно ближе, стараясь ничего не упустить. Вероятно, этот скелет был важной фигурой, жрецом или вождем. Полный недобрых предчувствий, я наблюдал за тем, как он вытаскивает из мешочка щепотку порошка и сыпет его в источник. При попадании в воду крупинки вспыхивали золотым и таяли.

  Жрец завязал мешочек и стал методично, одна за другой, обходить ванны, погружая в них конец жезла. Скелеты подняли восторженный рев по этому поводу. Еще не стихли их радостные крики, как один из обитателей ванны пришел в движение. Он покрутил головой и вышел из нее, расплескивая воду. А жрец тем временем шел дальше. Он обошел все ванны и в пятерых вода помутнела.

  Скелеты подняли неимоверный шум. Они кричали, стучали по камням, били друг друга по спинам, выражая свою радость. Пятый скелет, который вышел из воды последним, отличался от остальных. Он был немного ниже, его руки были не такими длинными, и он сутулился. Предчувствия стали реальностью. Я понял, что опоздал. Жестокая судьба, любящая посмеяться над смертными, продемонстрировала мне с ехидной улыбкой, как близка была моя цель. Судьба любит дешевые театральные эффекты.

  Это был Вольт. Когда жрец с почтением взял его за руку, сомнений больше не оставалось.

  Хриплым голосом жрец завел заунывную песнь, ему вторили сотни умертвий, а я вглядывался в друга, надеясь отыскать хоть что-то от прежнего Вольта. Но его глазницы были пусты. Он был просто грудой костей.

  Ужасное пение жреца навело меня на мысль, что ритуал еще не закончен. Тогда у меня еще была возможность помешать ему и выполнить просьбу моего друга.

  Колдовать, пребывая в бестелесном состоянии, я не мог, поэтому мне пришлось воплотиться. Я сделал это быстро. Пожалуй, слишком быстро. Жжение во рту напоминало на пожар, голова кружилась, тело свели судороги. Я едва устоял на ногах.

  Мое неожиданное появление сбило скелетов с толку. Жрец прекратил петь и удивленно уставился на меня. У меня было всего несколько секунд, пока он не пришел себя и не отдал приказ. Вначале я хотел сжечь Вольта, и уже поднял руку, чтобы начертить знак огненного шторма, но передумал. Сжечь останки полностью не получится, скелеты снова положат его в ванну, где он восстановиться. Это означает, что придется все начинать сначала, только в этот раз они будут охранять его. Что же делать?

  Поскользнувшись на крае ванны, я нечаянно ступил в воду. Жидкость оказалась едкой и с шипением принялась разъедать сапоги. С воплем я выпрыгнул оттуда. Скелеты подняли шум. Наверняка, я сейчас совершил святотатство. Жрец выкрикнул что-то угрожающее и направил в мою сторону жезл. По нему пробежала молния, и я решил не дожидаться продолжения. Мой многолетний опыт показывает, что чужое колдовство лучше не испытывать на своей шкуре.

  Выбора у меня не было, поэтому я подбежал к Вольту обхватил его обеими руками, и развоплотился. Это было очень непросто. Я взял больше, чем был в состоянии унести, и моих сил хватило едва-едва. Так как останки моего друга были совершенно чисты в плане разума, то мы стали одним целым. В бестелесном образе он мешал мне не больше, чем одежда, но мои силы таяли как дым.

  Жрец впал в оцепенение. Он не мог поверить, что я утащил его подопечного прямо из-под носа. Я не стал дожидаться, пока он придет в себя, и бросился вон. Мои силы были на исходе, поэтому чем быстрее я избавлюсь от своей нелегкой ноши, тем лучше.

  Карел и Дайна были неподалеку от того места, где я их оставил. Они ушли вглубь туннеля, как я и советовал. Один маленький огонек озарял их лица желтоватым светом. Мой друг был задумчив, а девушка нервно поигрывая ножом, смотрела по сторонам. Когда я внезапно появился перед ними, она вздрогнула, а Карел, надо отдать ему должное, даже не моргнул.

  Я рухнул на пол и, стиснув зубы, тихонько застонал. Рядом упали кости Вольта. Не будь здесь Дайны, я позволил бы себе стонать громче, но мне не хотелось показывать перед ней свою слабость. Она наверняка не упустила бы случая дурно пошутить надо мной, а я сейчас был не в том состоянии, чтобы выслушивать ее колкости.

  Мне было больно не потому, что я ударился об пол. На мне отыгрался мой собственный дар, который мстил за переоценку собственных сил. Прозрачным магом быть нелегко. У меня болели руки, ноги, поясница, голова разрывалась на части, в ушах гудело. Я попытался приподняться, но руки задрожали и я обессилено рухнул обратно. Мне показалось, что вокруг меня пляшут зеленые светлячки, и я закрыл глаза.

  Карел бросился ко мне.

  - Эдвин! Зачем же доводить себя до такого? - я чувствовал, как он сжал мое запястье, чтобы пощупать пульс. - Ты ужасно выглядишь.

  - Здесь нет поблизости осевого столба? - усталым голосом спросил я, не раскрывая глаз.

  - Нет, но я могу попробовать передать тебе немного своей силы.

  - Попробуй, - прошептал я.

  Каждое слово, каждый вздох давался мне с трудом, казалось, что на грудь мне положили целую гору, поэтому я не стал отказываться, хотя и не люблю участвовать в подобном. Передача жизненных сил от одного мага к другому или как его еще называли передача Барля - по имени первого, кто ее осуществил, была доступна не каждому волшебнику. Карел мог мне помочь, а я ему нет. У меня совершенно отсутствовал дар к передаче. Но зато я мог забрать силы, что придавало мне сходство с вампиром, а мне это не нравилось.

  - Что с ним? Он ранен? - спросила Дайна с любопытством, которое она неуклюже пыталась выдать за сочувствие.

  Карел не ответил. Он пошептал в свои ладони и приложил их к моим вискам. Сознание сразу прояснилось, гора, давившая на грудь, превратилась в холмик.

  - Достаточно! - я отстранил его руку.

  - Ты уверен? - с сомнением спросил Карел.

  В доказательство того, что я снова Прозрачный маг Эдвин, а не стонущая развалина, я наколдовал три бродячих огонька. Карел промычал что-то невразумительное. Огоньки его не впечатлили, тем более что я не сумел воплотиться полностью - в этом мире появилось лишь семьдесят процентов моего тела, но он все же оставил меня в покое.

  - Кого ты с собой притащил? - он кивнул на кучку костей, которые вяло шевелились, пытаясь собраться в обратно скелет. - Мы будем его допрашивать?

  - Боюсь, что в этом нет никакого смысла. Это Вольт.

  - Бог мой... - Карел посмотрел на кости и отвернулся. - Ты уверен?

  Я вкратце пересказал увиденное. Тем временем Вольт уже почти собрал себя. Он методично обшаривал пол вокруг, пытаясь отыскать череп, который от него укатился.

  - Мы должны уничтожить его прямо сейчас?

  - Нам сейчас не до этого. Уверен, что скелеты уже начали рыскать по окрестностям в поисках дерзкого похитителя. Мне бы не хотелось, чтобы они нас нашли. Вольта мы возьмем с собой.

  - Он выдаст наше местоположение, - сказал Карел.

  - Вряд ли.

  - Но разве он не связан с ними?

  - Еще нет, - я покачал головой и, прихрамывая, потому что у меня не доставало коленной чашечки, приблизился к черепу Вольта и поднял его с земли. - Если я хоть чуть-чуть разбираюсь в некромагии, то я прав. Смотри, его глазницы пусты. В них нет огня, ни зеленого, ни желтого, - я бросил череп скелету. Тот поймал его на лету и водрузил на положенное место.

  - Бедняга Вольт... Никогда бы не думал, что мне доведется увидеть его в таком виде, - пробормотал Карел. - Мне кажется, что это расплата. Вольт слишком любил умертвия и, в конце концов, стал одним из них.

  - И это ваш друг? - в голосе Дайны послышались недоверие и испуг. - Ужас какой! И зачем я только с вами связалась? Лучше бы меня пауки сожрали.

  - Это можно устроить, - сказал я.

  Дайна не ответила, но от Вольта отстранилась.

  Мы пошли обратно. Скелет послушно следовал за нами. Карел, понимая, что маг из меня сейчас неважный, сосредоточился на нашей безопасности. Я шел рядом с Вольтом и слышал, как хрустит песок под его ступнями. Позади нас послышались частый ритмичный стук - умертвия пустились погоню. Мы едва не столкнулись с одним из отрядов, но Карел вовремя их заметил. Вжавшись в неопрятные клочья вонючего фиолетового мха, мы проводили взглядом их спины.

   Через два часа мы ушли довольно далеко от поселка. Мне нужен был отдых, поэтому наш маленький отряд решил остановиться в пещере, в которой росли причудливые грибы ростом с человека. Из отверстия в потолке пробивался луч света, отчего пещера казалась довольно милой. Удостоверившись, что в углах не притаились голодные монстры, я опустился на пол и с удовольствием стал смотреть на солнечный луч. Отсутствие дневного света действовало на меня угнетающе. Два-три дня еще можно потерпеть, но постоянная жизнь в окружении мрака становится настоящей мукой.

  Карел срезал несколько грибных шляпок и занялся готовкой. Его познаний хватило на то, чтобы признать эти грибы не опасными для наших жизней. Вольт стоял рядом с ним, нисколько не интересуясь происходящим. Он был самым отрешенным умертвием, что мне доводилось видеть. Дайна занялась исследованием. Демонстрируя чудеса ловкости, она забралась по стене на самый верх. Оттуда ей было лучше видно отверстие, сквозь которое проникал свет. Она изучила его и раздосадовано покачала головой.

  - Эх, нельзя расширить...

  - Ты хочешь нас покинуть?

  - О, я мечтаю об этом.

  - А как же твое дело?

  - Жизнь дороже. А если я останусь с вами, то легко с ней распрощаюсь. Мне приходилось бывать в сомнительных компаниях, но вы - что-то из ряда вон выходящее, - девушка села рядом со мной и вздохнула. - Хочу обратно в город. Там проще.

  - Не сомневаюсь. Я могу расширить проем, если хочешь. Тогда ты выберешься на поверхность.

  - Так давай, что же ты лежишь?! - она тут же вскочила.

  - После обеда, - я потянул носом воздух. До меня донесся запах жареных грибов. - До него осталось совсем немного.

  Дайна вернулась на свое место и без всякого стеснения принялась меня разглядывать.

  - Что-то не так? - не выдержал я.

  Невозможно расслабиться, когда кто-то буравит тебя взглядом.

  - Должна признать, что ты симпатичный, - заявила наемница. - Высокий, но мышцы, конечно, не такие крепкие как мои... Хотя что-то такое в тебе есть... Не будь ты магом, я бы дала тебе шанс.

  - Спасибо, но я уже женат.

  - Какая чушь! Одно другому не мешает, - она махнула рукой. - Это то же самое, что отказываться от горячей походной похлебки, когда ты голоден, объясняя это тем, что дома тебя ждет черствый кусок хлеба.

  - Я не голоден и насчет черствого куска ты тоже ошибаешься.

  - А может дело не в этом? - она ехидно усмехнулась. - Вдруг это все пустые оговорки? Я слышала, что маги от того девушек сторонятся, что им нечего предложить. Слабы по мужской части...

  - Дайна, тебе больше нечем заняться?! Ты специально выводишь меня из себя?

  - А что такого? - она удивленно развела руками. - Это не я говорю, а другие люди. Мне-то откуда знать?

  - Тот, кто повторяет глупости за другими и сам небольшого ума. Лучше помоги Карелу с готовкой. Готовить - это исконно женское занятие.

  - Фу! - ее передернуло. - Лучше я в одиночку сражусь с троллем, чем буду вести себя как примерная мать семейства. Готовка, варка, жарка... Как бы не так. Можно приготовить поесть, но только чтобы восстановить свои силы, а твой Карел грибы приправой посыпает, как будто повар какой. Это для меня чересчур.

  - Но ведь есть ты их все равно будешь.

  - Конечно. Спать и есть необходимо всегда, когда есть такая возможность, - поучительным тоном сказала она. - Следующий шанс может представиться очень нескоро. Это второе правило наемника.

  - А какое первое?

  - За дело без аванса не браться, - она довольно рассмеялась, обнажив белоснежные зубы. - Не пойду помогать Карелу, потому что рядом с ним стоит ваш скелет. К нему я не хочу приближаться. Странных вы выбираете себе друзей.

  - Вольт не всегда был таким. На самом деле, он был человеком, отличным некромантом, но его поймали те умертвия, на чей поселок мы наткнулись. Это они повинны в его... смерти.

  - Ты хочешь сказать, - девушка в волнении закусила губу, - что если они мы попадем в их руки, то нас ждет то же самое?

  - Не знаю. Все возможно.

  - Займись-ка ты лучше потолком, очень тебя прошу, - она беспокойно заерзала. - В этих пещерах я чувствую себя как в тюрьме. Везде камень, камень...

  - После обеда, - повторил я твердо. - Магия отнимает много сил.

  Дайна не стала спорить. Обед не занял у нас много времени. Грибы были превосходны и мы расправились с ними в мгновенье ока. Карел был доволен, что его старания оценили по достоинству. После еды я почувствовал себя значительно лучше. Пища всегда настраивала меня на нужный лад.

  Посовещавшись, мы с Карелом решили объединить свои усилия. Прочитав пару заклинаний, мы расширили отверстие в потолке, попросту разбив камень вокруг него. Когда оно оказалось достаточно широким, чтобы в него могла пролезть девушка, Карел выразительно посмотрел на Дайну.

  - Но как я до него достану? - возмутилась она. - У меня же нет крыльев! Нужна веревка и крюк. Или перекладина.

  - Веревка есть, но можно обойтись и без нее, - он оценивающее посмотрел на Дайну. - Если тебя подсадить, ты вполне достанешь до верха.

  - И кто же мне окажет эту услугу?

  - Он, - Карел указал на скелет. - Вольт, подойди сюда. У тебя достаточный рост и силы хватает.

  Умертвие послушно стало рядом с ним. Наемница помрачнела.

  - Не бойся, он совершенно безобидный, - добрым голосом сказал Карел, желая поскорее избавиться от ее общества.

  - А я и не боюсь, - Дайна гордо вскинула голову. - Если бы боялась, то в горы не пошла. Нож, порцию жареных шляпок и одеяло я оставляю себе, - она вызывающе посмотрела на меня, но я не собирался возражать. Этого добра у нас хватало.

  - Забирай.

  По моему знаку скелет подхватил девушку и поставил ее себе на плечи. Она закинула в просвет сверток с одеялом, подтянулась на руках и протиснулась внутрь. Карел обрадовано вздохнул.

  - Все в порядке, - ее голова показалась в проеме. - Не думаю, что вас слишком беспокоит моя судьба, но отсюда вроде бы можно спуститься вниз.

  - А где мы находимся?

  Она опять исчезла, но тут же появилась снова.

  - Не имею ни малейшего понятия. Горы как горы. Они везде одинаковы.

  - Так не бывает... - проворчал Карел. - Ладно, сейчас это не так уж важно.

  - Счастливо оставаться, - крикнула Дайна на прощание.

  В ее словах мне послышалась плохо скрываемая ирония. Это меня насторожило.

  - Карел, проверь карманы.

  - Зачем?

  - Девушка могла захватить что-нибудь на память.

  Так и оказалось. В качестве воспоминания о двух магах, случайно повстречавшихся на ее пути, Дайна взяла кошелек с золотыми монетами Карела и мой оберег с алмазом. К счастью, не самый редкий.

  - Неблагодарное создание, - с укоризной сказал Карел. - А ведь мы ей жизнь спасли. Ты заметил, когда она это сделал?

  - Если бы я заметил, то отреагировал должным образом.

  - Значит, нас обоих облапошили, - вздохнул Карел. - Мастерица.

  - Вернемся в столицу, я поспрашиваю о ней моих знакомых из Ночного Братства. Быть может, они ее знают.

  - Думаешь, она назвалась настоящим именем?

  Я пожал плечами. Если мне удастся ее найти, наша встреча будет забавной.

  - Что будем делать с Вольтом? - Карел не сводил с него глаз.

  - Очень хочется сжечь останки, но рука не поднимается, - признался я. - Все-таки он мой друг.

  - И мой тоже. Непростая ситуация. Эдвин, я знаю, что ты не в самой лучшей форме, но может быть, ты попробуешь с ним связаться? Он просил уничтожить его тело, но сейчас ситуация несколько изменилась. Заодно о 'Некросе' спросишь.

  - Нам нельзя долго находится на одном месте. Скелеты перевернут горы верх дном в его поисках.

  - Поговори с ним и пойдем дальше.

  - Куда?

  - Это будет зависеть от вашего разговора.

  - Эх, Вольт... - моя рука уже шарила в поисках венца. - В твоих же интересах, чтобы я с тобой связался.

  В этот раз мне повезло. Не прошло и десяти минут, как я обнаружил Голос мистиков. Передатчик ничем не отличался от плиты, увиденной мной накануне. На ней были те же самые строчки.

  - Прикоснись и найди тех, кто взывает к тебе... - прочел я и без страха коснулся плиты, тем самым, вызвав дух моего друга - полупрозрачный и слабо светящийся.

  - Здравствуй, Эдвин, - приветливо поздоровался Вольт. - Как я рад, что ты меня позвал! - Увидев с каким видом я смотрю на него, его лицо приняло печально-сосредоточенное выражение. - У тебя, наверное, накопилось много вопросов?

  - Больше, чем ты можешь себе представить. Меня очень беспокоит твой интерес к некой книге! Это правда, что ты все это время искал 'Некрос'?

  - Да, - Вольт стыдливо опустил глаза.

  - Почему ты сразу не сказал мне об этом?

  - Ты бы не одобрил мой поступок.

  - Конечно! - воскликнул я полный негодования.

  Венец Сумерек понял, что во мне слишком много сил и здоровья и решил исправить это досадное упущение. Зловредный артефакт пронзил мой левый висок молнией. У меня даже зубы заныли.

  - Ну, зачем тебе эта книга? - сказал я хриплым шепотом. - Чтобы ты с ней делал?

  - О, - глаза Вольта загорелись. - 'Некрос' предоставляет безграничные возможности. Воскрешать мертвых...

  - Никто не имеет права вмешиваться в естественный ход вещей. Это закон. Неспроста эта книга оказалась похоронена в горах. Тысячи лет никто не видел ее, и она превратилась в легенду.

  - Это не легенда. Я сам держал ее в руках.

  - Сколько еще людей знают о том, что 'Некрос' здесь?

  - О чем ты? - непонимающе спросил Вольт.

  - Мы встретили девушку. Наемницу по имени Дайна. Она утверждала, что орден Тумана будет весьма щедр к тому, кто принесет им редкую книгу из чистого золота.

  - Орден Тумана? - Вольт нахмурился. - Скверно. Там где один орден, там может быть и другой. А то и целый десяток. Я не знаю, откуда они узнали о ней.

  - Эта их прямая обязанность - собирать и хранить тайные, секретные сведения. Я удивляюсь, что тебе удалось их опередить.

  - Я давно мечтал найти 'Некрос'. Уверен, об этом мечтает любой некромант. Наткнувшись в 'Глашатае' на заметку о таинственных скелетах, якобы обитающих в горах, я заинтересовался.

  - Я бы не стал верить 'Глашатаю'. Там собирают всевозможные сплетни.

  - Именно поэтому я решил сам докопаться до правды. Подтвердить слухи или опровергнуть. Как говорит мой слуга Донут: 'разнюхать истину'. История, как ты понимаешь, подтвердилась.

  - Полагаю, орден Тумана начал действовать только после того, как стало известно об умертвиях Рамедии, но никак не раньше.

  - Уверен, что так оно и было.

  - Скажи честно, скелеты напали на тебя, потому что ты украл у них книгу?

  - Уф, - Вольт поморщился. - 'Украл' - это слишком грубо. Позаимствовал во благо науки.

  - Суть не меняется, - сказал я сухо.

  - Не хочется признавать, но именно поэтому они на меня и напали, - некромант вздохнул. - Эдвин, ты можешь считать меня чудовищем, ругать, презирать, но... Но на мне и так лежит смерть моих товарищей. Если бы я мог избежать этого...

  - Ты собрал книгу полностью?

  - Почти. Я, как говорил ранее, действительно нашел золотые пластины. Четыре штуки. Они были пронумерованы, и я вставил их в нужное место в книге. Но для полного счастья мне не хватало трех кусочков. Это были совсем маленькие куски - просто сколы и я не стал искать их.

  - Откуда у этих существ 'Некрос'?

  - Не знаю. Но они его всегда хорошо охраняли, держали в центральном поселке.

  - Книге покланялись?

  - Нет, просто охраняли. Она для них важна, но не более того. У них не было культа книги или чего-нибудь подобного. Насколько я сумел в этом разобраться.

  - Они ее не создавали, но связаны с ней неразрывно, - пробормотал я. - Кстати, Вольт, я нашел твое тело.

  - Почему же ты молчал?! - возмутился некромант. - Я же волнуюсь!

  - Тебе это полезно, - отрезал я. - В следующий раз будешь говорить мне правду.

  - Не знал, что такой мстительный, - проворчал Вольт.

  - В моем понимании это чувство именуется справедливостью.

  - Так что с моим телом? Или уже все?.. - обречено спросил он.

  - На нем совсем не осталось плоти. Я его выкрал, как раз во время проведения ритуала. Жрец еще не успел подчинить его.

  - Какой еще жрец?

  - Скелет с жезлом.

  - А... Я понял. Он у них главный. Если, конечно, они не пользуются жезлом по очереди. Их тяжело отличить друг от друга.

  - Я это заметил. Теперь твой скелет у меня и я не знаю, что с ним делать.

  - Как тебе удалось его выкрасть?

  Я рассказал ему все. Вольт умолк на минутку, обдумывая услышанное.

  - Ты великий маг, Эдвин, - сказал он уважительно. - Это не лесть, а констатация факта. Раньше я считал, что подобное невозможно, но ты прямо создан для того, чтобы разрушать стереотипы. Ты говоришь, что его еще не подчинили... Ты уверен?

  - Не на сто, но процентов на восемьдесят. У него не горят глаза. Ни желтым, ни зеленым. И вместе с тем он подчиняется командам, послушен.

  - Если бы я смог с ним соединиться, - тяжело вздохнул Вольт. - Пускай я стану умертвием... Меня это не пугает, - сказал он с грустной улыбкой. - Обретя тело, я смогу жить и работать как раньше. Эдвин, моя судьба в твоих руках.

  - Как я это не люблю! - поморщившись, заявил я. - Давай обойдемся без патетики и сантиментов. Я и так делаю все, что могу.

  Атакуя мою многострадальную голову, венец не давал мне передышки ни секунды. Головная боль отравляла жизнь. Неудивительно, что у меня было ужасное настроение.

  - Карел высказал предложение, что нужно найти 'Некрос', прочитать формулу воскрешения и соединить твой дух и тело, вернее то, от него осталось, воедино.

  - Я всегда знал, что у Карела доброе сердце, - с чувством сказал Вольт.

  - У меня тоже доброе. Временами, - проворчал я. - Поэтому я не сжег кости, хотя имел полное право это сделать. В данный момент горы напоминают растревоженный улей. После того как я похитил твои бренные останки, скелеты пришли в ярость и пустились в погоню. Они хотят вернуть тебя.

  - Настроены серьезно?

  - Очень. Поэтому, если у тебя есть хоть малейшие предположения, где может быть 'Некрос', поделись ими со мной.

  - Раньше он был в центральном поселке. Есть смысл поискать там.

  - Что значит 'центральный поселок'? Я наткнулся всего на одно поселение в огромной пещере. В соседней, соединенной с ней длинным туннелем, находился источник и каменные ванны. Больше я ничего не видел.

  - Оно должно быть за залом с ваннами. Ты узнаешь его по бледно-розовым сталактитам. 'Некрос' держали в доме... Нет, он больше напоминал сарай. В сарае, выложенном черным камнем. Кроме того, вокруг него валялось множество магнитной руды. Подошвы моих сапог были оббиты пластинами, и периодически прилипали.

  - А для чего им руда?

  - Понятия не имею, зачем скелеты натаскали ее туда.

  - Как тебе удалось забрать книгу, если ее охраняли?

  - Я отвлек охранников. Сначала устроил взрыв, а потом, когда их внимание было привлечено шумом, сотворил иллюзию черного дракона. Вернее дракон - это уже заслуга моих помощников. Они постарались на славу, ящер получился очень реалистичный. Он изрыгал огонь, крушил ударами лап камни и оглушительно ревел. В сарае была всего одна комната, где дежурила еще пара скелетов, но я отвел им глаза и без труда забрал книгу.

  - Она лежала открыто? Не была спрятана?

  - Лежала в чане с водой из источника. Кстати, тебе понадобятся перчатки. Я знаю, что ты не большой любитель их носить, но жидкость в источнике едкая.

  - После того как я нечаянно оступился, она чуть было не разъела мне ноги, - мрачно заметил я, невольно взглянув на сапоги. - Допустим, скелеты напрочь лишены фантазии и опять держат 'Некрос' в том же сарае. Что мне делать, после того как он окажется в моих руках? Как соединить твое 'Я' с костями, оставленными на попечении Карела?

  - Тебе это не удастся, - Вольт покачал головой. - Книга будет работать только в руках некроманта. Ты разберешь некоторые заклинания и все. Это не твой профиль.

  - Ближайший некромант находиться в столице и я не рискну отправиться по Часовой Тропе с 'Некросом' под мышкой. Мне придется возвращаться своим ходом.

  - Да, я понимаю - это будет долгое опасное путешествие.

  - Мной заинтересуется не только народ скелетов. Ордена, подпольные братства, одиночки, ищущие легкой наживы, религиозные фанатики... Все они выстроятся в очередь за тем, чтобы получить мою голову на серебреном блюде. Естественно, что я не стану безропотно ждать, пока они ее получат. Ситуация только усложнится. Когда я прибуду в Регум, то моя жизнь окажется в смертельной опасности - фанатиков там превеликое множество.

  - Эдвин, если тебе удастся вернуть меня в мир живых, я стану твоим вечным должником. И если у тебя будут дети, то и их тоже.

  - Уж детей-то избавь от этого сомнительного удовольствия! - испуганно сказал я. - А то мне их уже жаль. Потомки не должны расплачиваться за наши ошибки. Я надеюсь, что мне удастся вернуть тебе тело, избавиться от книги и отправиться домой к красавице жене, свиным отбивным и теплому одеялу. Знаю, я примитивен, но ничего не поделаешь. 'Некрос', как и вся эта история, лежит вне сферы моих интересов, - я перевел дух. - Кому из некромантов можно довериться? Понадобится хороший специалист.

  - Те, кому я доверял, отправились со мной в горы, - тяжело вздохнул Вольт. - Но думаю, что Черному Нику можно доверять. Он был моим научным руководителем.

  - Но он же уже десять лет как не практикует.

  - Но глупее от этого не стал, поверь мне. К тому же, он мне обязан. Я спас ему жизнь во время одного совместного эксперимента.

  - Хорошо, возьму его на заметку, - я кивнул. - Мне пора уходить.

  Конечно, Вольт предпочел бы, чтобы я задержался и поговорил с ним еще. Так бы и было, если бы венец Сумерек твердо не решил свести меня с ума. Мы попрощались.

  И в туже минуту я ослеп. Меня окружила тьма. Глубокая, бесконечная, тяжелая... Она были изначальна, ее недра никогда не знали света. Она сковывала мои мысли, пожирала душу, разрушая человечески покров и обнажая звериную натуру под ней, что объята вечным страхом.

  Вспышка синего света рассеяла темноту. Я был прикован по рукам и ногам ледяными цепями. Стоило мне повернуться, как они принимались издавать мелодичный звон, от которого страх еще сильнее овладевал мною. Сейчас меня пугало все: синеватый могильный свет, прозрачные цепи, блестящая поверхность зеркала, которое выплыло из тьмы как призрак. Оно остановилось напротив меня. Это было большое зеркало в тяжелой бронзовой оправе высотой в человеческий рост.

  Мой двойник пристально посмотрел на меня и неприятно усмехнулся. На его руках не было оков. Он без труда прошел сквозь зеркало и с довольным видом кивнул.

  - Теперь ты от меня не уйдешь, Эдвин. Глупый человечишка... - сказал он, наклонившись к моему уху.

  Я хотел придумать достойный ответ, но не смог раскрыть рот. Оказывается, у меня на лице была плотная повязка. И как я только не заметил ее раньше?

  - Не дергайся. Я уже забрал твой голос и заберу все остальное, - двойник наклонил голову, заглядывая в мои глаза.

   Мне уже доводилось встречаться с этим мерзким типом. Это было самое страшное существо междумирья, с помощью которого венец Сумерек рассчитывал получить власть надо мной. Он уже пытался отдать меня в его ледяные руки, но всякий раз мне удавалось спастись. С нескрываемым презрением на меня смотрела моя темная половина, черный маг Эдвин, который, если дать ему волю, не остановиться ни перед чем.

  - Ты боишься... - его голос был похож на шипение рассерженной змеи. - Жалкий слизняк.

  Пальцы двойника почти коснулись моего лба, как меня подбросило и, скрутив, швырнуло на что-то острое. Первое мгновение я ничего не мог понять. Перед глазами прыгали расплывчатые разноцветные пятна.

  - Эдвин, ты меня слышишь? Проклятье!

  Слава великим магистрам! Это был голос Карела. Значит, мне удалось покинуть междумирье. Я прищурился, и цветное пятно задрожав превратилось в моего друга.

  - Ты еще там или уже здесь? - спросил он.

  - Здесь, - невнятно пробормотал я.

  Мне было трудно говорить. Мышцы лица болели, как будто я неделю не расставался с кленовой жвачкой. Через силу зевнув так что аж хрустнула челюсть, я поднес руку к голове. Мои пальцы наткнулись на что-то липкое.

  - Не трогай, - Карел убрал руку.

  - Что это?

  - Кровь. Ты разбил голову.

  - Я?! Когда?

  - Разбежался и со всего маху врезался в стену. Мне пришлось отобрать у тебя венец.

  - Спасибо... Там, в междумирье, я потерял контроль над происходящим.

  - Это я заметил, - проворчал Карел. - Насколько я знаю, ты несклонен к самоубийству, да еще в такой странной форме. А теперь лежи спокойно. Расслабься, я должен заняться твоей раной.

  Я закрыл глаза и приказал своему телу расслабиться, несмотря на острые грани камней, врезавшихся мне в спину.

  - Это же надо так себя изувечить... - пробормотал Карел. - А если бы попал в глаз? Еще пара у даров, и твоей Мелл пришлось бы искать себе нового мужа.

  - Но ведь все обошлось. К тому же я встретился с Вольтом.

  - Тебе удалось, - в его голосе послышались довольные нотки. - Отлично. И что?

  - Поговорили по душам.

  Пока Карел приводил меня в порядок, я вкратце изложил содержание нашей с Вольтом беседы. Мне было трудно сосредоточиться, мысли путались, поэтому рассказ получился сбивчивым.

  - Это значит, что мы возвращаемся обратно? - Карел начертил последний знак и закончил лечение.

  - Нет, возвращаюсь только я. А ты сторожишь умертвие. Мы найдем для вас подходящее укрытие, которое окажется скелетам не по зубам. Что-нибудь вроде пещеры с одним входом, который будет несложно замаскировать с помощью иллюзии.

  - Не знаю, стоит ли тебе напоминать о том, насколько это опасно. Туннели полны скелетов и у тебя не хватит сил, чтобы проделать весь путь в качестве духа.

  - Это мои проблемы, - раскрыв сумку я протянул ее другу. - Положи, пожалуйста, венец. Я не хочу касаться этой мерзости. Кстати, тебе не нужна серебряная решетка для водостока в туалете?

  - А разве такие бывают? - удивился он. - Я думал, их делают из меди.

  - У меня будет серебряная. Обязательно будет.

  - Ты же не хочешь пустить на нее венец Сумерек? - с недоверием спросил он.

  - Хочу! Этот паршивый артефакт, гореть ему в плавильной печи гномов, заставил меня разбить голову! Такого еще не было.

  Я возмущенно потряс кулаком и тут же ощутил, как на мои плечи легли чьи-то руки и заботливо погладили по голове. Я никогда не был трусом, но в тот момент почувствовал себя очень неуютно. Волосы на затылке поднялись дыбом.

  - Как странно... - удивленно пробормотал Карел.

  Я медленно повернулся, ожидая увидеть кого угодно. Да хоть призрак своего прадедушки. Но передо мной стоял скелет Вольта. Вид у него был сочувствующий. Скелет совсем по-человечески вздохнул и ободряюще похлопал меня по плечу.

  - Его поведение вызывает у меня тревогу, - заметил Карел, поджав губы. - Такое впечатление, что он становиться личностью.

  - Но его глазницы по-прежнему пусты.

  Я присмотрелся. В черноте его черепа не было огней, но кто мог быть уверен, что они там не появятся? Достаточно вспомнить Весельчака, который вел себя и мыслил как человек.

  - Мне лучше поторопиться. Если он станет личностью, то у настоящего Вольта будут проблемы с вселением в тело.

  Я отошел от умертвия подальше. Скелет не двигался, им снова овладело безразличие.

  - Пойдем, подыщем вам убежище.

  - Нет, Эдвин, я хочу остаться здесь. Тут есть пища и, - Карел вздохнул, - солнечный свет. Если придется туго, я всегда смогу выбраться наружу и забрать умертвие с собой.

  - Но вход в эту пещеру слишком широкий.

  - Найду чем закрыть, - отмахнулся Карел. - В крайнем случае, рассыплю споры грибов и полью их ускорителем роста. Неплохое заграждение получится. Врасплох меня не застанут.

  - Тебе виднее. Не спускай глаз с умертвия.

  - Может, возьмешь мои браслеты? Я дам тебе запасные камни.

  - Нет, - сказал я, чуть помедлив с ответом. - Я ими не пользовался и не хочу рисковать. Мое оружие скрытность, а не грубая сила.

  - Как хочешь, - пожал плечами Карел. - Главное, не забудь расположение пещеры. Обязательно делай отметки по дороге. И возьми пару жареных шляпок, - он сунул сверток мне в руки. - Неизвестно, попадется ли тебе что-нибудь съестное.

  - Перестань вести себя как моя мать, - возмутился я.

  Карел обиделся. Тряхнув рыжими вихрами, он хмуро пожелал мне доброго пути и отвернулся. Вероятно, я должен был чувствовать себя неблагодарной свиньей, но я был слишком толстокож для этого. Я вышел из пещеры и направился в сторону поселка. Мои мысли занимали только один вопрос: как туда проникнуть незамеченным?

  Я перебирал в уме множество вариантов, но ни один из них мне не нравился. У всех были слабые стороны, а придумать что-нибудь совершенное со всех точек зрения, никак не получалось. Фантазия отказывалась служить мне. Вместо того, что бы решить этот вопрос, я вспомнил об одной неприятной вещи.

  - Есть ли вероятность того, что между 'Некросом' и народом скелетов существует ментальная связь? Если скелеты возникли только благодаря этой книге, то в состоянии ли они чувствовать ее на расстоянии? - глубокомысленно спросил я сам себя. И сам ответил. - В состоянии. Иначе, как им удалось найти Вольта? Умертвия не просто гнались по пятам, они появились из-под земли, точно зная, где находится их лагерь.

  Толстая красная гусеница упала мне на плечо. Я машинально снял ее и положил на заросший лишайником камень. Камень вздрогнул, выпустил по бокам тонкие ножки и убежал. Это был краб.

  - Беги-беги... Знатный ужин.

  Я проводил его взглядом. Краб скрылся в расщелине. Она была настолько узкой, что непонятно как он там вообще уместился.

  Активировав все обереги, надев плащ-хамелеон и прочитав три заклинания Скрытного Луиса я пошел на крайние меры и помолился богу Трику - покровителю авантюристов.

  Трик был крайне любопытным богом. Однажды мне довелось побывать в посвященном ему храме, и там, в лучших традициях этого бога меня несколько раз пытались обокрасть.

  Храм представлял собой высокое здание с толстыми колоннами. Над роскошным алтарем возвышалась трехметровая мраморная статуя Трика. Его обычно изображали как молодого еще не начавшего бриться человека с ехидной ухмылкой на лице. В одной руке он держал кувшин с пивом, как утверждают знатоки, а другая была сжата в кулак. Никто не знал, что именно он сжимает в кулаке - монеты, камень или засушенную ящерицу, в качестве закуски к пиву. Этот вопрос неоднократно рассматривался теологами, но они так и не пришли к единому мнению.

  Внутри статуя была полой. На торсе имелась специальная дверца, и каждый день жрец в шесть утра и в шесть вечера открывал ее и показывал молящимся содержимое их бога. Внутри Трика хранились миниатюрные копии двух десятков других божеств. Это должно было напоминать простым людям об изменчивости Трика, который мог являться в любом обличье, и чье расположение духа было так же переменчиво как погода ранней весной.

  Священники служащие Единому богу негативно отзывались о Трике, считая, что он способствует воровству и мошенничеству. Мой друг Норман целый вечер потратил на обличение негативных сторон поклонения этому божеству. Возможно он был прав, но, собираясь заняться сомнительным делом, в благополучном исходе которого я совсем не был уверен, я счел, что будет не лишним обратиться к нему с просьбой о помощи. Я не религиозен, среди магов вообще мало по настоящему верующих, но а вдруг? К тому же Трик был в хороших отношениях со своей старшей сестрой Камой, а в ее веденье лежит удача, которой мне так не хватало.

  Бледно-розовые сталактиты, свисающие с потолка, были очень стары. Об их почтенном возрасте можно судить по их колоссальному размеру. Во многих местах они доходили до самого пола и соединялись с ним, образуя толстые колонны. Глядя на этих древних гигантов, невольно задумываешься о ничтожности человеческой жизни. Что значит несколько тысячелетий человеческой истории, по сравнению с миллионами лет существования этих камней? О человеке, полном напыщенности от сознания собственной уникальности, еще никто не слышал, а сталактиты уже были и не слишком изменились с того момента.

  Главное поселение умертвий я нашел, потратив на поиски целые сутки. Скелеты, сновавшие по туннелям, значительно усложняли мою задачу. Они передвигались тихо и появлялись неожиданно. Стоило моему дозорному полю тихонько загудеть, предупреждая об опасности, как они тут же возникали за спиной, заставляя меня вжиматься в камень. Плащ-хамелеон работал исправно, я ни разу не был обнаружен.

  Но в самом поселке я уже не мог полагаться на защиту плаща. Скелетов было слишком много и кто-нибудь из них обязательно обратит внимание на тень крадущуюся между домами. Попасть в селение можно было только пройдя сквозь арку, образованную двумя сталактитами. Возле арки стояли двое стражей. В руках они держали дубины из черного дерева, покрытые орнаментом. Слева от арки я заметил удивительную вещь - питьевой фонтанчик. Зачем он здесь, ведь скелеты не испытывают потребности питье? Фонтанчик заинтересовал меня.

  Делая маленькие шажки, часто останавливаясь, я подобрался к нему поближе. Колено и чаша фонтанчика были вырезаны из цельного песчаника. Когда-то чаше была предана форма лилии, но теперь ее лепестки были сломаны, а золотая сердцевина погнута. Я поискал клеймо мастера, но не нашел никаких знаков. Как только я приблизился к фонтанчику, то ощутил небывалую легкость. Дышать стало легко, в голове прояснилось. Охваченный смутным подозрением, я зачерпнул воду ладонью. По поверхности воды побежали серебряные искорки. Это означало, что источник проходил неподалеку от открытого канала энергии и впитал в себя значительную его часть.

  Наверное, своенравное божество авантюристов и плутов все-таки услышал мою молитву. Это была большая удача. Мне давно нужно было восстановить силы, а осевого столба здесь было не отыскать. На самом деле многие родники, берущие свое начало в горах насыщены этой энергией. Достаточно вспомнить те из них, которые славятся местными жителями как панацея от всех болезней. Но их чудодейственные свойства недолговечны, уже в долинах они их теряют.

  Я поднес ладони к лицу и принюхался. Запаха не было. Что ж, оставалось надеяться, что вода не отравлена. Сделав маленький глоток, я замер, прислушавшись к реакции своего организма. Организм милостиво принял подношение и я приник к источнику. Чтобы восстановить силы мне нужно было много воды. В итоге я выпил не меньше трех литров. Последний литр дался мне с большим трудом, я уже ощущал себя наполненным под завязку бурдюком, и мне казалось, что хлюпанье в моем желудке обязательно услышат стражи возле арки.

  Но если не обращать внимания на тошноту, и малоприятные позывы организма выплеснуть содержимое желудка обратно, я почувствовал себя значительно лучше. В моих руках появилась сила. Теперь я был настоящим магом, а не его бледным отражением.

  Пришло время развоплотится. Распрощавшись с телом, я пролетел под аркой и направился к центру поселка, ища дом, подходящий под описание Вольта. Мой друг не понимал, зачем умертвия собрали вокруг 'сарая', как он его называл, магнитную руду, я же заметил, что скелеты вообще склонны ко всякому рода собирательству.

  Возле домов лежало множество вещей: кухонная утварь, остатки мебели, конская упряжь, разбитые колбы, пустые книжные переплеты, жестяная садовая лейка. Их объединяло одно - все вещи были очень старые. Металл был изъеден ржавчиной, дерево больше походило на труху. Только стекло тускло сверкало, среди всего этого хлама. Для чего они собрали здесь этот мусор? Неужели умертвиям доставляет эстетическое удовольствие окружать себя этими обломками прошлого?

  Низенький одноэтажный дом без окон действительно имел отдаленное сходство с сараем. Но только отдаленное, потому что мне еще никогда не доводилось видеть сараи отделанные черным мрамором. Это очень дорогой, редкий в наших краях камень. Вольт никогда не интересовался подобными вещами, поэтому неудивительно, что мрамор его не впечатлил, и он принял его за обыкновенный гранит.

  Дверь дома была заперта, но в облике духа есть масса преимуществ - я прошел сквозь стену. В единственной комнате было темно. Посреди комнаты стоял бронзовый чан, наполненный светящейся водой, но ее света едва-едва хватало, чтобы осветить обод чана и его содержимое. Я приблизился. В воде лежала маленькая книга размером с ладонь сделанная из желтого металла. На обложке не было никаких надписей, только оттиск оскаленного черепа.

  Итак, передо мной была легенда, миф собственной персоной. Знаменитый 'Некрос', книга о власти над смертью, обладать которой - сокровенная мечта любого мага. Да и не только мага... Любой человек, чей жизненный путь рано или поздно подойдет к концу, желал заполучить ее, чтобы подарить себе бессмертие. Я смотрел на книгу и не ощущал никакого восторга. Какое-то чувство все же было, но оно больше походило на раздражение. Эта книга доставила мне столько неприятностей!

  Как странно получается: я никогда не желал обладать 'Некросом', никогда не искал его, и вот он лежит передо мной и мне достаточно протянуть руку, чтобы взять книгу. А другой волшебник растратит всю свою жизнь на поиски 'Некроса', но так и не обретет желаемого. И почему мы всегда получаем то, что нам не нужно?

  Все-таки хорошо, что скелеты оказались лишены фантазии и вернули книгу на то же самое место. Или это место выбрано не случайно? Зачем-то же они хранят ее именно в этом полном разъедающей жидкости чане? И этот мрамор, магнитная руда...

  Все это окажется лишенным смысла, если только не является составляющими сложной схемы, о котором я не имею ни малейшего понятия. Не хотелось бы узнать, что здесь замешано смертельное проклятие, настигающего каждого, кто посмеет коснуться 'Некроса'. За всеми могущественными артефактами волочиться хвост проклятий, и чем артефакты старше, тем хвост этот длиннее.

  Вольт взял книгу и теперь болтается между небом и землей. Он может остаться там навсегда. Что может быть хуже того, чем стать призраком несуществующего мира? А сами скелеты? Возможно, они тоже заложники проклятья? Слуги, хранители, охранники - но они не выглядят счастливыми. Это скорее похоже на каторгу, чем на добровольное служение.

  Подобные размышления только укрепили меня в решении о том, что красть 'Некрос' - это плохая идея. И почему только я не могу все бросить и вернуться обратно к Мелл, к устоявшемуся распорядку дня, мягкому креслу и проблемам не страшнее нашествия бабочек-капустниц? Окаянное чувство долга не дает жить спокойно.

  И хотя в глубине души я знал, что угоди я в такую ситуацию, Вольт не раздумывая, пришел бы мне на помощь, но в то же время меня не покидала уверенность, что уж я-то никогда в подобной ситуации бы не оказался. Мне всегда приходилось выручать людей из беды, но можно по пальцам пересчитать те случаи, когда я нуждался в чьей-либо помощи. Даже обидно становится.

  Пожаловавшись, таким образом, самому себе на жестокую судьбу, я склонился над книгой. Но чтобы вытащить ее из чана, нужны были руки, поэтому я вновь обрел тело. Это был болезненный процесс. Особенно неприятны первые несколько секунд после воплощения. Создается впечатление, будто бы тебя подменили, и ты по недоразумению вселился в неповоротливое косолапое существо, перекормленное и к тому же страдающее отдышкой.

  Я надел перчатки и протянул руки к книге. Только я коснулся ее, как вспыхнули десятки огней, осветив комнату. Увиденное меня неприятно поразило. Возле каждой стены стояли умертвия. Несомненно, они ждали меня. Скелеты даже натянули на головы специальные повязки, чтобы скрыть огни глаз. Теперь они сорвали их и взялись за тяжелые двуручные мечи.

  - Вор! - закричали мертвецы, одновременно поднимая мечи над головой.

  Времени у меня хватило только на то, чтобы соорудить магический щит. Клинки ударились об него и отлетели назад, вывернув владельцам руки. Помедли я хоть мгновенье, эти клинки проломили бы мою голову. Я схватил 'Некрос', сунул его в сумку и был таков. Умертвия кинулись ко мне, но было уже поздно. Им никогда не схватить Прозрачного мага. Поняв, что я от них ускользнул, скелеты пришли в ярость.

  - Что ты такое?! - закричал один из них, сверкая глазами. - Зачем она тебе?! Отдай книгу!!! Она наша! Ты еще здесь, я слышу тебя! Отдай книгу!

  Я почувствовал жалость к этим существам. По сути, они никому не делали ничего плохого. Жили в горах, хранили свою тайну... Но потом пришел Вольт со своей неуемной жаждой знаний и их покою наступил конец. Была бы моя воля, я бы с удовольствием возвратил все на свои места.

  - Мы найдем тебя! Ты поплатишься, вор! Ты будешь медленно умирать в наших руках! - кричал скелет, мечась по комнате.

  Угрозы я не любил, поэтому моя жалость к ним тут же улетучилась. Нужно было уходить. Я направился к стене, но уперся в невидимую преграду. Она походила на силовое поле, прогибалась под моим напором, но я не мог преодолеть ее, как ни старался.

  Этот дом был ловушкой. Теперь мне стало понятно, почему здесь не было окон. Пока со мной был 'Некрос' я не мог выбраться наружу, пройдя сквозь стену. Я мог покинуть здание только через дверь, нарушавшую целостность поля, но она была заперта. Чтобы ее открыть, мне нужно было прибегнуть к заклинаниям, то есть снова вернуться в хрупкое тело, а это, в виду близкого соседства скелетов, было нежелательно. Мечи они держали крепко, и, судя по виду, им не терпелось пустить их в ход.

  У меня испортилось настроение. Умертвия могут караулить меня годами, не нуждаясь ни в воде, ни в пище. Я же постепенно потеряю связь со своим телом и уже через несколько дней сойду с ума. Мрачная перспектива. Необходимо перехитр