/ Language: Русский / Genre:sf_epic, / Series: Хроники Хьерварда

Земля Без Радости

Ник Перумов

Так уж повелось, что загадочный континент, называемый Хьервардом, стал пристанищем для людей, эльфов, гномов, троллей и других рас, ведущих мирную, размеренную жизнь, но вот на его зеленых холмах появляются Волшебник и его Ученик, бросившие вызов древним богам Хьерварда и разбудившие дремавшего много веков Властелина Мрака. Холодное солнце всходило из-за гор и садилось в море, озаряя безмолвный континент под названием Хьервард. Боги покинули эту землю, и время словно остановилось. Наступил тот страшный миг истории, когда судьбы мира вершат смертные. Те, кто пережил Гибель Богов, стали жестоки и беспамятны. Новая надежда уже родилась в сердцах избранных, но благодатный некогда Хьервард стали называть ЗЕМЛЯ БЕЗ РАДОСТИ. Роман завершает трилогию «Летописи Хьёрварда». Читателей ждет новая встреча с героями «Гибели Богов» и «Воина Великой Тьмы».

ru ru Black Jack FB Tools 2005-09-04 http://www.aldebaran.ru/ 3E863F1A-FCA3-48CE-8653-CBE3CE5DC37E 1.0 Перумов Н. Земля без рдости: Ромн ЭКСМО-Пресс М. 1999 5-04-002867-9

Ник Перумов.

ЗЕМЛЯ БЕЗ РАДОСТИ

(Книг Эльтры и Аргнист)

ПРОЛОГ

Весь мир сошел с ум Чум повсюду

И в ней повсюду — Буйные пиры

Адольф Гллнд

По злитой кровью трве смертного поля шли семеро. Пятеро мужчин и две женщины. Все были измучены, мужчины вдобвок изрнены. Они не знли, кто бился здесь, в этой рельности, чьи рти сошлись н поле брни и кто победил. Они окзлись здесь случйно.

— По-моему, это Белост, — нрушил тягостное молчние один, высокий и светловолосый, со стрнными, белыми глзми без зрчков. Они кзлись зполнены чистым белым плменем. Грудь у мужчины был рзворочен, и непонятно было, кк он ухитряется идти с ткими рнми кк ни в чем не бывло.

— Белост... — эхом откликнулся низкорослый, смуглокожий крепыш. — Ты прв, брт. Это он. Я узнл...

— Мир демонов, — низким, грудным голосом произнесл молодя женщин, крепкя, коренстя, широкобедря. — Я бывл тут... и дже кое-что позимствовл.

— А чья это идея — отпрвиться сюд? — вновь здл вопрос белоглзый.

— Похоже, мы все подумли в тот миг об одном и том же, — усмехнувшись, ответил смуглый.

— И стли... почти что людьми, — брезгливо проворчл женщин. Вторя спутниц — тонкя, словно рстущий побег, с копной непокорных соломенного цвет волос — по-прежнему хрнил молчние.

— Это ничего, Ятн, — смуглолицый положил руку н плечо говорившей. — Могло быть горздо хуже.

— Д и никкими людьми мы не стли, — вступил в рзговор еще один, высокий и черноволосый, с быстрыми, порывистыми, точно ветер, движениями, — рзве ты не чувствуешь, сестр?

— Д, Ямбрен, людьми мы не стли, — подхвтил огненноглзый. — И это внушет ндежду

— Крсиво говоришь, брт Ямерт, — отозвлся Ямбрен. — Тогд, помнится, ты не счел нужным обртить внимние кое н что, и вот мы все здесь, и говорим словми, и принуждены идти, не лететь, и для нс зкрыт Астрл...

Вместо ответ Ямерт остновился и пристльно взглянул н недльний холм, лысый и кменистый Склоны тотчс же охвтило бушующее плмя; еще миг — и оно опло, повинуясь слбому движению брови хозяин.

— Не думй, будто меня убедят твои фокусы, бртец, — тихо произнесл светловолося спутниц, н вид кзвшяся смой юной — Хвтит огня и крови. Я не учствовл в той войне и хочу вернуться.

Все остльные змерли, изумленно уствившись н говорившую

— Ты сошл с ум, Ялини, — медленно проговорил Ятн — Вернуться — куд и кем? И, глвное, под чью влсть? Этих выскочек узурпторов?

— Мне плевть н них! — резко бросил Ялини. — Пок вы стенли и охли, я попросил... кое-кого. И моя просьб был исполнен. Мне нзнчили испытние. Я ухожу. Ятн и вы, бртья, прощйте! И если окжетесь по-нстоящему мудры, вы не стнете мстить.

— Что он ткое несет? — взорвлся Ямбрен.

— Прощйте, — повторил Ялини. Шгнул вперед, молитвенно вскинул руки и... рстял в воздухе

А н месте, где он только что стоял, прямо из рзверзшейся бездонной пустоты нсмешливо взглянули н ошеломленную шестерку дв очень стрнных зеленовтых призрчных глз — о четырех зрчкх кждый.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ХУТОР АРГНИСТА

Моей жене Ольге

ГЛАВА I

Стыля зимняя ночь. Хрустльные огоньки звезд кжутся нцеленными в тебя злыми, несущими смерть оголовкми стрел. Вдохнуть н улице невозможно — мороз обжигет горло. Низко-низко нд змершей, точно от стрх, землей мчтся подгоняемые незримыми бичми бешеных ветров обезумевшие, дикие тучи. Из рспяленных, космтых тел опускются вниз темные воронки-хоботы смерчей, будто облк ждно сосут из земли осттки с тким трудом сбереженного тепл.

Стыля зимняя ночь. Нет спсения ни в лесу, ни в поле, и дже огонь не зщитит — нпротив, предст, подмнив к твоему ночлегу неотвртимую Смерть. Все живое, еще оствшееся в этих крях, уже двно збилось в логовищ — невжно, берлог ли это под корнями вывороченной сосны или обнесенный чстоколом хутор. Кто не успел, того к утру не стнет. Тков зкон. Тков плт. С нею все соглсны. А которые несоглсны были... попытлись когд-то, говорят, дрпть н юг, д только все н Костяных Холмх и сгинули. Собственно, с тех пор гряду и прозвли Костяной — череп д ребр до сих пор ветер по увлм ктет. Никто не ушел. Костлявя в своих влдениях никого не упустит.

Стены хором сотрясются под нпором ветр. Сотрясются, несмотря н дв слоя бревен и торфяную подушку меж ними. По углм уже рзлеглсь изморозь, хотя в обеих печх и придверном очге вовсю исходит синим огнем гномий горюч-кмень, з немлую цену и с великим риском доствленный летним водным путем с гор Ар-н-Ашпрнг. Дльние горницы и светлицы двно покинуты. Вся большя семья от мл до велик здесь, возле громдных печей. З перегородкой — скотин, ей тепло нужно не меньше. А коли пдет коров или, скжем, дойня лосих, считй, половин ребятишек до весны не дотянет.

В просторной избе тихо. Только негромко позвякивют в лд струны н стром греке в рукх стрик Фиорг. Один он умеет отогнть — пусть нендолго! — гнетущую тоску этих ночных чсов, когд снружи вовсю ярится буря; это знчит, что Орд вновь вышл н большую охоту

Фиорг нчинет песню. Он тягуч и протяжн, эт песня, голос стрик дребезжит и срывется, однко его все слушют, зтив дыхние. Он один умеет оживить грек. А люди крепко помнят былое пророчество, что з немлые деньги изрек проходивший мимо стрнствующий эльф-гдтель: «Доколе звучит грек, дотоле стоять стенм Аргнист!»

Аргнист — это хозяин хутор. См он нездешний. Был когд-то сотником королевского войск, служил н юге, в смом зеленом Глене, где, болтют, море дже в лютовье не змерзет. А сюд попл, когд двинул его величество полки н Орду, думя покончить дело одним мхом, д только и см тут остлся, и войско его почти все здесь полегло. Аргнист уцелел чудом. А нзд пробиться уже путей не было... Однко мужик окзлся не из хилых — сумел к людям выйти, потом и хозяйством обзвестись. Ну з Зщитником дело не стло.

Дверь скрипнул Створк медленно отворилсь, и из холодных, выстуженных сеней ворвлся клуб пр. Через порог медленно перебирлсь мохнтя шестиногя туш рзмером с пру смых здоровенных быков, туше поспешно уступили дорогу.

Зщитник обессиленно вытянулся возле смого огня, протянув иззябшие щупльц и лпы к огню. Клешни прятлись в меховых сумкх по бокм и оттого не столь сильно стрдли от холод. Большие лиловые глз слезились, шерсть н черном носу превртилсь в чстокол жестких сосулек. Он опрокинулся н спину, здрв вверх все шесть лп, и ббы по легкому знку Аргнист тотчс потщили ушты с горячей водой и чистые тряпки. Ежели Зщитник себе лпы поморозит или тм собьет, хутору, считй, уже не жить

Трое детишек лет десяти-одинндцти, все худые, в рнних рубцх и шрмх н лицх, бросились вычесывть густую и длинную белую шерсть. Тоже дело серьезное. Вшей тм или блох снежных — этого Зщитник не переносит. Сон теряет, покой, ппетит, это знчит — не выдержит первой же схвтки, ежели, к примеру, с откормленным человечиной хоботярой столкнется.

— Эй, эй, тм, ручек-то не жлеть! — прикрикнул н ребятишек Аргнист, но больше не по необходимости, тк, для порядк. Прнишки и без того стрлись вовсю, девочк, кк могл, пытлсь не отствть, то и дело сдувя лезущую в глз непослушную золотистую прядь. Отмення выйдет хозяйк, и продть ее уже по весне, коли доживет, можно будет дорого...

Артлег, средний сын хозяин, поднялся, подтщил к придворному очгу лопту угля. Артлег, он громдный, точно медведь-вркис, и ткой же волостый. И до бб ждный. Своя жен, Ст-трвниц, с пузом ходит, тк он теперь, что ни вечер, кого-то в сенях няривет. Холод дикий, зубы лязгют, ему ничего. Здирй, бб, юбки д нгибйся — и все тут. И нгибются. А что поделешь. Сын хозяин все-тки...

А что с лоптой см пошел, то дело понятное. Уголь, он в зимнюю пору дороже бывет и хлеб, и пушнины. Нймиту подбрсывть не поручишь: того и гляди сопрет кусок прямо из огня — в клетушке своей потом печку гонять, девку мять, богов ложных тешить.

Тихо в покое. Лишь струны грек тренькют. Игрет Фиорг недурно, д только что ж опять все без слов?

Ст, что сидел подле смой печи с еще тремя непрздными, кк и он см, молодухми, вздрогнул. Тонкими лдонями с длинными пльцми, ккими бы золотом вышивть, не вилми орудовть — тонкими лдонями прикрыл лицо, тяжело здышл...

Обмерли все. Ст, говорят, не просто трвниц, едв ли не смя нстоящя ведьм, и потому силой своей бесовской Орду звсегд чует. Ну, сейчс решится все — к нм? не к нм?

Фрфт-золотрь с женой своей тоже глз зкрыли — вроде кк молятся. Понятное дело — третий хутор з дв месяц сменили!... Неужто и теперь?... И Зщитник, ндежд всеобщя, тоже встрепенулся. У него доля совсем тяжкя: змерз не змерз, но коли уж подвлил Орд — поднимйся и выходи. Рботу твою з тебя никто не сделет.

Жуткя тишин в горнице. Слышно, кк мыши скребутся. Хотя нет, и они примолкли. Знют — если что, и им не уцелеть. Знчит, верно — Смерть совсем рядом. Ну, сейчс...

Зщитник вдруг весь обмяк кк-то, щупльц вновь к огню протянул. И все ж змерли — д неужто?! Неужто подвезло нконец-то?

И верно — пронесло, зщитили Боги Истинные, Хедин с Ркотом Милостивцем. Отвели беду. Ст вздохнул, н лвке откинулсь... Мимо Орд прошл.

Ух, зшевелились-то кк, зшебуршились! Кое-кто ж зсмеялся. А вот молодой Кпрод к Лиисе з пзуху полез н рдостях. Того и гляди звлит сейчс, прямо при всех... А что? Это он может. Д и понятно — когд Орд в сторону от твоего хутор сворчивет, еще не ткое выкинешь. А делть сейчс больше нечего. Нет, руки-то почти у всех зняты — кто древки стругет, кто оголовки нсживет, кто мечи с топорми острит, кто веревочку вьет... Ббы — те прядут или вяжут; грудничкм Ст отвр сонного сврил, детишек пострше тоже к делу приствляют. Но рботы нстоящей, мужской, нет, пок буря не кончится и дом выстужть не перестнет. Вот в ткие вечер и строгют детишек все, кому не лень, — просто от скуки д чтобы стрх зглушить...

Но ежели не к нм, то к Нивену? Орде здесь иной дороги нет. В эдкую ночь если уж ее Влстелин Черный, Безыменец проклятущий, из лежбищ повыгонял, то, теплой крови не нпившись, Орд спть не уйдет. У нее тоже ведь просто — человек не изловил, знчит, ослб. Вечером или утром гебя свои же сожрут.

— Алорт! — Голос у Аргнист зычный, сильный, привык сотней своей комндовть, тк с тех пор никк отучиться не может. Уж сколько рз из-з голос своего громкого в беду попдл — не перечесть! — Открывй зслонки. Передний хлев с конюшней обогреть, кк обычно. Эй, пузочесы! Хвтит бб щупть! Кушки подвязывй д мечи ндевй. Н всяк случй. Кто его знет, кк оно у Нивен еще повернется...

Тков он, Аргнист-сотник, неуемный, хотя уж н шестой десяток перевлил. Мужиков поднимет, хотя никто еще «крул!» и не кричит. С Ордой дрться — н то Зщитники есть. Хотя, бывет, и они не спрвляются, тогд уже мужикм хуторским з мечи д секиры с копьями брться приходится. Ну коли дел совсем плохи, з подмогой к соседям посылют. Првд, если уж ты ее, подмогу эту, вызвл, то готов будь, что сосед плту потребует: лес ему подвезти, чстокол обновить или девку пригожую змуж з прня своего выдть. Впрочем, если он, сосед твой, в свой черед о помощи попросит, ты с него то же смое сможешь стребовть...

Недовольны мужики. Но хозяину никто не перечит. Невелик труд — воинскую спрву ндеть, потом снять. Лдно, ничего. Пускй. Зто спрведлив хозяин: и долю урожя не зжимет, звонкой деньгой отдет, не то что Нивен-сквлыг. Тот, говорят, своим, было дело, бревнми долю предлгл. Берите, дескть, д продвйте — моя ккя збот? Чем долю плтить, ни в кком Своде не скзно...

Но сейчс, коли сосед в беде, кким бы он ни был, ндо выручть. Потому кк один н один с Ордой остнешься — никкие Зщитники не помогут. Вот и ндевют мужики воинскую спрву, нтягивют теплые, шерстью местных овец стегнные подкольчужницы, поверх — железные кольчтые рубхи, в большинстве своем гномми ковнные. Аргнист — хозяин не бедный и н оружие для своих денег не жлеет. Потому кк н золотой поскупишься, потом жизнями рсплтишься. Вот кк Нивен, к примеру. Доспех у подгорных мстеров одному себе зкзл, остльные кто чем довольствуются. Ну и гибнут, конечно же, гибнут, гибнут, гибнут..... И-эх, д что ж это з жизнь у нс ткя рспроклятя! Д откуд ж н нши головы Орд эт ткя-рзэткя!... Бют ведь стрики: было время, когд про эту смую Орду никто и слыхом не слыхивл...

Прогремело по горнице оружие — и вновь тишин. Дети молчт, только глзенки испугнные поблескивют. Чей бтяньк к утру бездыхнным в снег ляжет? Ббы многие губы кусют, глз — уже видно — слезми нбухли. Двинутся мужики з порог — ткой вой поднимется!... Хорошо еще, Деер, хозяйк, Аргнист, знчит, супруг зконня, им пример не подет. Известное дело — жен сотник выть н людях по мужу, н брнь уходящему, никк не должн Вот и сейчс — подошл с Аргнисту, высокя, прямя, чинно поцеловл в уст, поклон отбил и отошл. Дел немерено, некогд прощния тянуть, душу рвть, горе слезми зливть

И снов тишин. Только ветер снружи воет — ну ровно кошк, которой н хвост нступили. Ожидние, пытк лютя. Скорее бы уж! Сколько в горнице глз — все н Зщитник смотрят. Он спокоен, ему-то что — не его хутор ткуют, знчит, можно у печи греться. Аргнист своего меньшего, Армиол, нверх погнл, н дозорную вышку, знчит. Хутор Нивен хоть и з лесом, вышку соседскую все рвно видно — ну, если день н дворе, конечно. А н случй ночной тки тоже все потребное имеется — рогожми тщтельно укрытый горючий порошок. Тоже от гномов. Его и н подступющую Орду хорошо сыпть, и сигнлы соседу подть.

Горит тк ярко, что видно сквозь любую хмрь, фкелом только в рогожу ткни — и н всех окрестных хуторх тотчс узнют, что дело плохо и нужно слть подмогу.

...Армиол выскочил н узкую, рскчивющуюся под нпором ветр дозорную площдку. Зкрылся руквом — хоть и узк щель в простегнном кпюшоне, лицо ледяные порывы режут точно ножом. Рукми в толстых, медвежьего мех, врежкх вцепился в поперечную жердину перил — того и гляди вниз сдует! Щурясь, прень огляделся.

Тьм, тучи, снежные звери в воздухе рспляслись, рзгулялись в диком тнце, тк что ни зги не видно. Ближнего лес крй — и тот утонул во мрке. В ушх только свист ветр...

Морозные струйки медленно, но верно пробивли себе дорогу к телу, обходя все прегрды, точно искусное войско. Сколько ни ндевй н себя шерстяных рубх д меховых курток, холод все рвно тебя достнет. Долго н вышке не простоишь. Отец это знет, и, знчит, смен вот-вот появится...

И тут в смой середине мятущихся снежных облков внезпно вспыхнул ярко-ля звездочк. Армиол обмер. Крсный сигнл, сигнл общего сбор! Ткого он н своей пмяти еще ни рзу не видел. Белых — с преизлихом (и смому двжды ткие подвть случлось), это чтобы н помощь соседей ближних позвть Желтых — трижды, тогд дв-три хутор поднимются. Ну уж крсный огонь возжечь — это знчит дело до кря дошло. Спешите все, кто увидит, или мы погибли!

Прень кубрем поктился вниз по обледенелым Ступеням. Вихрем промчлся по пустым горницм и, Себя почти не помня, ввлился в общую.

— Отец... — слов н губх стынут, — отец! Крсный огонь у Нивен!

Все тк и обмерли. Крсный огонь! Это знчит быть битве для всех нсмерть. Тут уже не до счет жизней.

Аргнист вскочил. Лицо жесткое, взгляды — словно дв нвершия копейных. З оклдистую бороду себя дернул и взмхнул рукой. Молч. Для чего слов-то? И тк все ясно. Умирть идем, бртцы!

Ббы взвыли дружно, ну ровно сговорившись. Дже Деер и т вздрогнул и губу прикусил. Ох, зтевть по зре похороны!

Оружием звеня, двинулись. Конюшню к тому времени уже поднгрело — не зря Аргнист велел зслонки открыть, тепло, от детей отрывя, к боевым коням гнть. Сквозь ткую бурю только н коне и проберешься. Вернее, н ншем коне. Он, конечно, н всем привычную лошдь очень похож, только рз в полтор крупнее. Весь мехом покрыт, тк что стужи, почитй, и не боится. Но чуднее всего ноги. Могут и копытми обернуться, и мягкими, широкими плстовнями-лп-ми, что по любому снегу пройдут. Конь этот может сугробы и грудью трнить, и поверх пробирться. И в бою ему цены нет — все бок и грудь в роговой броне, словно у нстоящего дркон, только шерстью поросшие. Стрелы отсккивют, д и в Орде тврей, чьи зубы или когти этот пнцирь осилят, рз, дв и обчелся. Хвост гибкий, с роговым клинком н конце — одним движением кбн пополм рссекет. Рыцри из Орден Звезды, что рубеж свой н юге держт, з ткого коня несчетные деньги предлгют. Д только не нйдется никогд хуторянин, чтобы н золото их польстился. Потому кк те рыцри — они, конечно, с Ордой воюют, н юг ее не пускют. Но губ и у них не дур: новые земли к рукм своим згребущим прибрть. Дрлись с ними хуторяне не рз в прошлом — и до Орды, и при Орде уже, до тех пор, пок король великий, Грейстрд, не взял северных земледельцев под свою руку. Воистину великий король был: и рыцрей приструнил, и оружием помогл, и дже колдунов придворных слл...

Со скрипом отодвинулись тяжелые, из дубовых бревен в полный обхвт, ворот. Сугробы нмело ткие, что н петлях створки не повернуть было бы и десятку богтырей. Н всех хуторх ворот не открывлись, отодвиглись в сторону сложной системой кнтов и блоков.

Открылся черный провл. Снег крутится, мечется, ровно неупокоення душ отцеубийцы. Ну, копья н руку, щиты з спину — вперед, бртья!

Хрипя и рыч, словно голодные волки, кони рвнулись вперед. Им все едино — снег ли, ветер или вообще светопрествление. Если хорошо кормлены и перед дорогой согреты, никкой холод им не стршен. Теперь — короткой, торной дорогой к хутору Нивен. Конечно, звсегд лучше всем многолюдством нвливться, но, когд дело о стольких жизнях идет, не до высоких воинских искусств. Орду здержим — и то лдно.

Миновли поля. Кони н лпх своих идут по сугробм, словно по земле твердой. Всдники все кк один головы кпюшонми нкрыли — им н дорогу смотреть нечего, кони сми путь отыщут. Побереги глз до соседского хутор, воин. Тм кпюшоном от ветр не отгородишься.

Пошли Лесным Пределом. Тут ветер кк будто чуть приутих — вековые деревья, сосны д ели, ккя ни есть, все ж зщит. Отринь мысли темные, воин. В бой ндлежит веселым идти, кк н свдьбу, тогд и врг перед тобой отступит, коли поймет, что Костлявой ты не слишком стршишься... Ну ежели худшее случится — рнят тебя или с коня стщт, — то помни, что в подшлемнике ягод волчегон вшит. Рскусишь ее — и все. Тихо, без боли, без стрдний уйдешь.

Быстро бегут откормленные, сильные кони. Знют, что впереди битв, и оттого еще сильнее нддют ходу, сми, без понукний. До соседского хутор полчс хорошего конского ходу. А сейчс, с поспешнием, и того быстрее упрвимся...

Армиол же, см горячий, своего сккун горячит еще больше, мло что вперед отц, Аргнист, вырывясь. Смелый прень. Себя не щдит, в бою об осторожности не думет. Уж Аргнист его и словесно врзумлял, и вожжми дже поучил — все без толку. Рвется прень в смую гущу, строя не держит, спину открытой оствляет... Бртья уже двжды спсли, ему все не впрок. Вот и сейчс — Аргнист покосился неодобрительно, но скзть уже ничего не успел — рздвигются деревья, в стороны рсступются, и вот они, поля соседские, вот он, Нивен хутор!

И — Орд вокруг него.

Они успели вовремя. Н поле светло, кк днем; не жлеет Нивен горючего порошк, хоть и скуп, знет, что сейчс время все зпсы в дело пускть. Продорожишься — жизнью рсплтишься. Первый чстокол весь горит; ров дохлыми тврями Орды звлен; видно, где Зщитник проходил. А нивенские все уже внутри, со вторых стен отбивются. И, видно, дело их худо. Хоботяры н крышу пытются вскрбкться, жуки-стеноломы нижние венцы срубов ломют, многоглв-цы ядовитым дымом плюются (Зщитник-то где?! Этих-то тврей он к хутору подпускть никк не должен был!), рогчи живой примет строят, чтобы, знчит, шестилпых зубчей нверх зпустить. Клювокрылы в воздухе вьются, выжидют, когд кто-то во дворе н открытом месте покжется. Вот они-то первыми и пожлуют. Аргнист резко нтянул поводья.

— В круг! Лучники! Готовьсь! — никк от строй своей речи не отучится. Все по привычке комндует, ровно новобрнцми н плцу. Нрод и без того знет, что делть...

Зботливо сберегемые охотничьи луки рстянуты до смого ух. Стрелы боевые, оголовки гномми ковны — двно змечено, что подгорную стль Орд не любит куд больше человеческой; вот клювокрылы рсчухли нконец, что к чему, рзвернулись, псти порспхивли — клыки у них лым огнем горят, чтобы, знчит, испужть верней — и вперед.

Аргнист уронил руку, и тотчс же в вой ветр вплелось дружное и злое пенье десятков спущенных тетив. Северным охотникм никкой ветер прицел не собьет. Выстрелили хорошо, дружно, стрелы ушли кучей, и добрых три четверти воткнулись в широкую грудь клювокрыльего вожк. У него хоть тоже чешуя роговя н теле, д только тонковт он супротив добрых стрел, тонковт! Ишь, крыльями збил, нбок звлился... все, сейчс в снег сядет... и верно! Сел! Ну, теперь докончить!

— Артлег!... — Аргнист в стременх привстл, кпюшон откинул, вперед смотрит. Знет, средний сын с клювокрылом см спрвится — он и его десяток. А у Аргнист сейчс н уме другое — понять, куд этой Орде удрить, д тк, чтобы ее от вторых стен оттянуть, пок остльные отряды не подоспеют!... Скорее, скорее решй, сотник! Из бойницы хутор уже фкелом тебе н шесте мшут — дескть, ткуй скорее, мочи нет держться!...

Что ж, дело ясное. Через снесенные ворот к тому месту, где рогчи свой примет возводят. Тм опснее всего, первее ворвться негде.

Вновь Аргнист руку взбросил. Молч, без слов. И дл коню по бокм.

Артлег тем временем со своими подбитого клю-вокрыл окружили и, не рискуя попусту, мечут в спину тври обоюдоострые секиры, кждя н кожном ремне, чтобы выдернуть можно было и в руку вернуть, к зверю не приближясь. Клювокрыл — тврь живучя и хитря, но ежели в смом нчле дрки их вожк звлить, остльные кк-то теряются, трусят и в бой не ввязывются. Но вот если по вожку промзть...

Аргнист же тем временем свой клин к воротм повел. Тврей и тут хвтло, но по большей чсти мелочь — кони с ткими сми спрвляются. Змеи ккие-то многоногие, ящерицы двуглвые, черви в руку толщиной... И прочя мерзость, которую описывть — никкого пергмент не хвтит. Все ккие-то с причудинкой: ног от одного зверя, хвост от другого, туловище от третьего, голов и вовсе только в стршном сне приснится. Словно лепили ее из глины, лепили, эту голову, потом рукой мхнули, несколько рз об стену швырнули, ногой пнули д о порог шмякнули, потом уже в печь сунули...

До ворот конники Аргнист дошли, кк нож горячий сквозь мсло, — Орд не успел перестроиться. Копья вспрывли светло-серые пнцири броненосцев, топоры рзрубли череп прыгунов-кусчей, кони хвостми и грудным рогом рсчищли путь дльше. Со стен хутор пытлись помочь. Верно, Нивен бросил в дело последний зпс. Но где же, во имя Ркот Милостивц, где же Зщитник Нивен?!

А Орд уже смекнул, в чем дело. Рогчи проворно рссыпли с тким трудом нведенный помост и, нгнув рог, ринулись в контртку. Хоботяры опустили лпы-хоботы и тоже рзвернулись к дерзким пришельцм Четыре десятк всдников окзлись в полукольце Открытым оствлся лишь путь отступления к воротм. Обычный плн — ворвться и двинуться вдоль стен нвстречу Зщитнику — не срботл.

Ну, бртие, дело будет жрким! Пятимся, пятимся, копьями тычем; кто тм нзди тетивы рвет, ежели рогчу или тм хоботяре стрелы в гляделку ихнюю вогнть, считй, они уже из дел выбыли. Прет и прет сплошня стен: рог, клювы, псти, когти, морды оскленные, щупльц мохнтые — дряни-то, Хедин, сохрни и помилуй! Умно прут, строя не рзрывя. Копья их сегодня не остновят. Н мечх уходить придется.

Тут, првд, подмог приспел — Артлег со своими Верно, клювокрыл добили — и к воротм. Артлег ревет, ровно медведь при случке; топором одному рогчу голову снес, копьем броненосц проткнул — древко в туше остлось...

Всдники Аргнист отступли. Тесным, сомкнутым строем, выствив перед собой чстокол пик. Через головы передовых чсто били лучники.

Рогчи, хоботяры, ногогрызы, костоглоты, броненосцы, брюхоеды, стеноломы, глвопсти — все они нступли в строгом порядке. Другя чсть Орды продолжл штурмовть хутор, чтобы осжденные не смогли подть помощи всдникм Аргнист У чудовищ все деллось словно в хорошем войске — кждый знл свою здчу и исполнял ее свято.

Но, кк бы то ни было, одно Аргнисту уже удлось — он отвлек н себя чсть сил Орды и тем смым облегчил положение окруженных. Теперь следовло вымнить тврей подльше в поле: тм легче дть бой, когд подоспеют н подмогу соседи. Однко строго сотник неотступно мучил и еще одн згдк — где же все-тки Зщитники Нивен? Их ведь в кждом хуторе пр — службу несут, сменяясь, уж если что-то серьезное, об в дело вступют. И редко, очень редко было, чтобы хоть один из Зщитников погиб.

Хорошо обученные кони пятятся шг з шгом. Древки копейные двно в кровище — синей, черной, Бог весть в ккой; и воняет он гдостно Спин пок прикрыт — держимся, бртие! Вот только где же подмог? Смое время соседям бы приспеть... Армиол, млдший Аргнистов, глянькось, опять вперед полез. Неймется прню. Ждный до боя — спсу нет. А тк робкий, тихий, никто и не скжет, что хозяин сын. Девку ни рзу не щупл — стесняется. Зто н поле смертном мло кто его переможет. Вот и теперь рогч один чуть дльше, чем ндо, из строя высунулся, шею толстую, всю в склдкх зеленой, жиром лоснящейся шкуры открыл, копье Армиол тут кк тут. Аккурт в яремную вену, тк что кровь черным фонтном брызнул Смерть чуя, взревел рогч, вперед дуром посунулся, ну и получил тотчс. Секиры Армиол мечет, что твоя вышивльщиц узор н ткнь бросет. Тут ведь силы особой не ндо, для секиры-то; глвное — зкрутить кк следует. Лезвие у нее скруглено, тк что он не просто рубит, скорее дже режет, ну, кк сбля хорошя...

Апорт, стрший, н првом крыле тоже не отстет. Рвнулся вперед было один хоботяр, из тех, что посмелей, до человечины смый ждный, спрв у него броненосец клыки склит, слев брюхоед зенки, мрком нлитые, вылупил, между лп у него пр ного-грызов, сверху, н спине, костоглот примостился — тк честь по чести. Молодой конь одного из мужиков змешклся что-то, и тври уже рядом. Зржл конь, дико зржл — понял, что нделл, хозяин в смые лпы к Костлявой привез — и хвостом удрил. Аккурт хоботяре по глзу. Лопнул жуткя гляделк, хоботяр взвыл и хоботом своим цп коня! Хорошо, успел тот всдник сбросить... Но, кк ни крути — строй нрушился. Пришлось Апорту собой прореху зтыкть...

Алорт коня н дыбы — и копьем хоботяре во второй глз! А секирой, что н ремне, броненосцу в рыло! А конь его, Жрдн именем, тот костоглот, вперед метнувшегося, н рог грудной поймл. Хоботяр ослепший удрил лпми — древко копейное, ровно лучинк, переломилось. Броненосец зрычл, зхрипел, збулькл — рыло у него рскроенное, тм, где псть был, сплошня рн зияет, — поднтужился, подн-пружился и вторую псть выдвинул. Првд, уже меньше прежней. Но тут мужики Алортов десятк нвлились, взяли тврь н копья. Ногогрыз одного Жрдн зтоптл, второй см убег. Брюхоед, првд, остлся — прет и прет себе. У них, брюхоедов, известное дело, рссудительности меньше, чем у моли. Только и умеют, что вперед ползти д жрть все, что по пути попдется...

Ну, когд он один остлся, тут ему конец и пришел, брюхоеду этому. Дв копья в шею вогнли, д и Алорт секирой добвил. Хоботяр же с бурклми выбитыми нзд повернул — хоботяры, они сообрзительные...

Н первый взгляд покжется, бртие, что с Ордой дрться — ум большого не ндо. И зчем Зщитники, мол, коли сми тврей нкрошили немерено? Тк-то оно тк, д н деле совсем не тк. Тем и стршн Орд, что можешь ты свлить этих броненосцев и одного, и двух, и трех, из лес к твоему хутору будут все новые и новые ползти. Тк и возле нивенского хутор обернулось...

Пять десятков всдников Аргнист окзлись вытеснены в чистое поле. Кольцо вокруг них стремительно сжимлось. Из крутящихся снежных вихрей, словно чудовищный ночной кошмр, одн з другой возникли все новые и новые шеренги тврей Орды. Большинство ковыляло мимо, к горящему с одной стороны хутору Нивен. Несколько мгновений — и Аргнист велел перестроиться, зняв круговую оборону. Продержться совсем немного... Хрлг, Дромр, Эргст вот-вот подоспеть должны. И тогд...

Не получются, бртие, против той Орды лихие верховые тки. Кк бы быстро ни мчлся ты по полю, Орд тебя все рвно остновит. Он ведь потерь не считет. Ей все рвно, сколько тврей сегодня ляжет, — звтр из лесов новые выползут. Упрешься рно или поздно в осклизлый брьер копьями твоими пропоротых туш и остновишься. А Орде только того и ндо. С боков д со спины нпдть — н это ее тври известные мстер.

Первым подоспел Хрлг. У него хутор большой, восемь десятков в седло сдятся. Он, хоть королевским воином никогд и не был, Аргнистовы нствления слушл внимтельно — и удрил кк подобет. В спину тем, что лезли н кольцо всдников строго сотник.

Плотный клин конных копейщиков смял, рздвил и рзбросл в рзные стороны нктившую было волну чудовищ. Смял, оствив н своем пути лишь истоптнный, злитый дымящейся кровью и звленный изрубленными, исколотыми тушми снег. Широкоплечий бородч с оклдистой бородой мло что не до пояс приветственно мхнул рукой.

— Хо, Аргнист! Крсный огонь увидел? Я вот тоже кк зметил — срзу сюд. Что здесь деется-то, ? Зщитники где? Куд удрим?

— Зщитников не видть, — стрый сотник едв мог перекричть вой и свист непрекрщющейся бури. — Удрим к воротм. Я тм уж был — вынесли... Если Орду от стен не отбросим, Нивену кюк.

— Д неужто он обоих Зщитников потерял? — подивился Хрлг, поглживя бороду. — Отродясь ткого не припомню!

— Я тоже, однко ж, не видел их никого. Все, бртие, пошли, веди своих!

Теперь в клине шло триндцть десятков тяжеловооруженных всдников. Хрлговы зорли, требуя их вперед пустить, — мы, дескть, свежее. Удрили. Второй рз рзбросли сонмище тврей перед собой, второй рз выстлли снег черным ковром, второй рз вломились в ворот — и вовремя.

Потому что жуки-стеноломы уже прошибли железными лбми своими дв широких пробоя во внутренних стенх, стли видны вскрытые внутренности хутор. По обледенелым бревнм вверх ползли ногогрызы, костоглоты и прочя мелкот; з ними скпливлись броненосцы, поверх их широких щитов готовилсь к решительному нтиску квлерия рогчей. Хоботяры не покзывлись — верно, тковли хутор с противоположной стороны. Это у них в обыче, дже можно скзть в крови: всегд только с двух сторон бить.

Всдники по пять-шесть рзом протискивлись в ворот. Орд уже выстроил обычный оборонительный порядок; основой его, стновым хребтом стояли рогчи, нклонив лобстые головы с длинными зостренными рогми. Рог эти не простые, кждый может удлиняться и укорчивться — ну ровно человек копьем бьет. Првд, пок это у них еще чуть медленнее выходит, чем у человек, и в том спсение нше, бртие!

Внешний чстокол хутор все еще горел, из зщиты превртившись теперь в помеху — из-з него всдники не могли рзвернуться. Но делть нечего. Придется и н рог идти.

— Н хрг брть придется, — рявкнул Хрлг. — Эй, копья ть!...

В высоком и узком окне стены хутор мелькнул еле зметня во мрке фигурк — девчушк с фкелом. Простоволося, в одной меховой выворотке, высунулсь по пояс и зголосил:

— Сосе-еди! Спс-й-те! Орд уже внутри-и-и!... — Слов ее превртились в истошный визг. Фкел зштлся, н мгновение покзлось мохнтое щупльце, ухвтившее девчонку поперек туловищ, и понятно стло: рздется тм сейчс утробное урчние, треск, дикий визг и глухое ритмичное ухнье. Хоботяр дорвлся. Девчонку снсиловть для этих тврей первое удовольствие, сильнее дже, чем пожрть. И вся снсть мужскя у них для этого имеется.

Тут-то, бртие, кровь в голову и бросется. Тут-то, бртие, в глзх-то и темнеет. Тут-то, бртие, душу и скручивет тк, что уже ни рогов, ни клыков не змечешь. И, ярость твою чувствуя, кони тоже ярятся. Н рогчей идут, словно н костоглотов кких-нибудь.

— Режь!!! — взревел Хрлг, д тк, что дже ордынские тври опешили — отштнулись. Хуторяне бросились вперед, не думя больше о собственных жизнях. А ткое редко бывет. Кони и рогчи с броненосцми и брюхоедми сшиблись грудь в грудь; н утоптнном снегу внутреннего хуторского двор лпы стли не нужны, и сккуны обртили их в копыт — острые, убийственные, смертоносней лосиных. Локрн, конь Аргнист, вонзил грудной рог в горло рогчу; вонзил, выдернул, вновь вонзил... Аргнист, метнувшийся нвстречу, рог отвел щитом и копьем тври в глз, д тк, чтобы рожон острие из зтылк выствил. Под ноги Локрну пр костоглотов бросилсь — одного конь копытом рзмозжил, другого мечом зрубил см сотник, с седл перевесившись.

И сломли, смяли плотный ордынский строй хуторяне! Грудь в грудь удрили, кровью своей снег окропили, но прорвлись. И хотя взяли рогчи кое-кого — и людей, и коней, — поздно уже было. Кто впереди окзлся, тот тврям Орды в спину удрил. Погуляли рогтины д секиры по чешуйчтым спинм, посноси-ли мечи уродливых голов вслсть! И кони не отствли. Костяными жлми своими куд кк лихо пнцири броненосцев вскрывли...

Рзделившись н дв поток, всдники огибли хутор, рубя и пронзя копьями все, что могли. Зщитников по-прежнему видно не было, вот проломов и пробоин в стенх хутор обнружилось предостточно. И внутрь уже прорвлось немло тврей Орды.

Горящий чстокол с треском рушился, к небу взлетли фонтны янтрных брызг, тотчс же уносимых ветром в глухую и морозную ночь. Снег истивл, исчезя под нтиском щедро рзлитой по нему горячей крови. Дымящиеся внутренности волочились з умирющими тврями Орды, стонвшими в предсмертной гонии совершенно неотличимо от людей...

Аргнист повернул своих. Примерно три десятк воинов, спешившись, ринулись внутрь смих хуторских строений. Полы скользки от пролитой и успевшей змерзнуть крови. Мертвя туш рогч... рзрубленный молодецким удром ндвое броненосец. Три или четыре костогрыз с рзмозженными удрми молот черепми... вот и их победитель — кузнец Мргт, добрый кузнец, с нполовину выпотрошенным животом лежит, рскинув руки, рядом — пудовя кувлд... Дльше, дльше, дльше... брюхогрыз, в спине срзу три копья., женщин средних лет, лицо снесено нчисто, рядом, с секирой в черепе, глвопсть...

А вот и они — живые. Шевелящяся, визжщя, вопящя стен схвтки. Узкие коридоры, где едв рзмхнешься мечом, злитые кровью уже не только полы, но и стены, и потолки...

Нивенские еще держтся. С трудом, но ничего — мы-то уже здесь, бртие!...

И с нлету, с рзмху, от всей души, всей силой ярящей тебя ненвисти — копьем в бугристый зтылок рогч, или в уязвимое ндхвостье броненосц, или в бок брюхоеду, куд угодно, лишь бы побольше черной крови! Тври дергются и бьются, ты шгешь через них, и вновь змхивешься, и вновь бьешь, плтя тврям Влстелин Темного в ткие мгновенья з все: з убогую, унылую, безрдостную жизнь, в постоянном унизительном стрхе, з похищенных и сожрнных детишек, з оскверненных девушек, з рзоренные родовые гнезд, з смерти... з все. Ты плтишь по высшему счету.

Вмиг искрошив со спины тех тврей, что нпирли н нивенских домочдцев, воины Хрлг и Аргнист бросились искть смого хозяин. Потому что Зщитников нет... и кким бы невероятным это ни предствлялось, похоже, об они погибли... это знчит, что Нивену теперь решть, дрться ли его хутору дльше ( без Зщитников он не продержится и одной ночи, соседей кждый рз крсным огнем звть не стнешь) или же скзть: «Все. Уходим».

А тем временем н улице продолжлся бой. Орд не признет поржений. Ее невозможно победить — только отбросить н ккое-то время. Он все рвно вернется. Не сегодня, тк звтр, не звтр, тк послезвтр, но вернется.

Комндовл Алорт, стрший сын Аргнист. Ему повиновлись и воины-родовичи, и приведенные Хрлгом бойцы. Едв ли Нивен рискнет остться в этих рзвлинх, это знчит — нужно рсчистить дорогу отход, когд повезут н снях уцелевшее добро, детей, бб, стриков...

Дромр и Эргст подоспели вовремя. У них отряды всего по три десятк, но в тком бою кждое копье н вес золот, кк у гномов говривется. Опытные воины, новоприбывшие, срзу смекнули, в чем дело, удрив по Орде с тыл и рсчищя смый естественный и короткий путь отход — дорогу н хутор Аргнист.

Аргнисту повезло. Он добрлся до Нивен быстрее, чем трое шустрых ногогрызов в компнии с броненосцем и глвопстью. Глвопсть, смую опсную из всех, рубнул секирой (копье двно сломлось в схвтке), броненосцу вогнл меч под склдку пнциря, ногогрызов же одного з другим прикончил см Нивен.

— Уф, сосед, ну здл же ты нм рботенки. — Аргнист снял шлем, утиря мокрый лоб. — Зщитники-то где?

— Нету их больше, Аргнист, — Нивен хлюпл носом, слов вырывлись сдвленные и нерзборчивые. — Нету, понимешь? Обоих. Полегли вмиг. — Он плкл, не стыдясь.

Лицо у Нивен крсное, обветренное, морщинистое, вот бороденкой он не вышел — реденькя он у него, словно у песчного гном. Глз глубоко посженные, хитрые, и шрмов н лице куд меньше, чем у Аргнист.

— Полегли вмиг? — поржется Аргнист, вновь ндевя железный колпк. — Д кк же ткое может быть?...

— Может, сосед, может, — Нивен усмехется криво, мертво, — новя нпсть подвлил. Сперв решили — рогчи; н нет! Руки у них человечьи и силы необычйной. Зщитники все рвно с ними покончили, но и сми не выжили!...

— Плохо дело, — медленно произнес стрый сотник.

Дело Нивен и впрямь обстояло хуже не придумешь. Бросй теперь нсиженное место, уводи нрод, проси соседей ближних д дльних приютить, не дть сгинуть несчстным... И см себе теплый угол ищи, чтобы не под елью сдохнуть... Хотя многие именно это и предпочитли, не снеся позор.

Потому что мест у чужих очгов тк просто не достются. Твоих хуторян рзбросет по всей округе — туд две семьи, туд три, — больше уже не соберешь. Войдут в новые клны, им присягнут н верность. И зймутся смой грязной и черной рботой, ккя только есть н хуторх, сменив своих предшественников... Тк что золотрю Фрфту недолго отхожие мест чистить. Другие желющие нйдутся. Потому кк зимой в Лесном Пределе ты или н хуторе кроешься, или, извини, воронов собой кормишь, если, конечно, волки рньше не доберутся.

Знет все это Нивен, и потому, хоть бой и выигрн, хоть Орд и отброшен — Артлег подоспел с донесением, — плчет он, слез не утиря. Нищим сидельцем быть ему теперь, и кто знет, остнется ли с тобой хоть кто-то, окромя жены...

Аргнист молчит. Говорить сейчс нельзя. Ткое горе словми не лечится.

— Созывй своих, — говорит нконец стрый сотник. — Всем по домм пор. Не ровен чс, см знешь...

— Погоди, Аргнист... — Глз у Нивен сейчс совершенно бешеные, ровно у того, кому н смертном поле сейчс в погибельную тку идти. — Погоди, сосед! Об одном тебя молю — дй мне до звтр время. Подумть, покумекть, с молодцми моими потолковть. А звтр, ежели что...

— Ты что же, звтр снов крсный огонь зжжешь? — нхмурился Аргнист. — Снов соседей собирть будешь? Смотри, сосед, рсплтиться не сможешь! А без моих д Хрлговых прней кк ты через лес пройдешь?!

— Сосед... — Глз у Нивен кровью нлиты, чувствуется — н все человек сейчс пойдет. — Сосед, Богми Новыми, нс хрнящими, Хедином Всесвящен-ным д Ркотом Милостивцем, тебя зклиню — дй мне до звтр срок и обещй, что, если позову, н помощь придешь! Невмочь мне в приживлы идти! Лучше уж смому н рогч с голыми рукми выйти! Повремени! Дй отсрочку! Быть может, придумем мы, кк без Зщитников держться! Бьем же ведь Орду мы в поле, верхми! См ты и бьешь! Тк неужто не в силх мы крепкое место одни отстоять?!.

Видть, человек от горя в уме повредился — ткое несет. Аргнист только головой покчл.

— О ббх д о детишкх подумй, Нивен, — жестко говорит стрый сотник. — Не о себе сейчс помысли — о других! Гордость свою смири! Не рсплчивйся з нее чужими жизнями! Ребятишек бы пожлел!

— Откзывешься — шипит Нивен, сжимя кулчищи, они у него что твои кувлды. — Ну, двй, двй, Аргнист, сын Гортор! То я тебе еще попомню. Попомню, слышишь ?!

Стрый сотник только плюнул с досды.

— Видть, сосед, ты и впрямь ум последнего лишился. Делй кк знешь. А я пошел. Сожрут тебя з. звтршний день — н себя смого пеняй.

Аргнист повернулся — и прочь. Артлег — з ним.

— Отче, дозволь спросить?

— Двй спршивй, — ворчит Аргнист, немилосердно куся вислый ус.

— Отче, зчем ты Нивен отговривл? Пусть бы рискнул. Что, трудно было б нм лишний рз до его хутор сгонять? Вон сегодня потерь нет, только Кпроду шею порнило. А тк, глядишь, Нивен попробовл бы, мы потом у него, коли что получится, тк переняли бы. А прикончили бы его тври — что ж, знчит, н то Хедин высокя воля...

— Д ты что, ягоды волчьей объелся, что ли? — в ярости поворчивется к сыну Аргнист. — В уме ли ты, сыне?! Хутор нрод полон! Бб пять десятков! Млолетки, груднички... всех их Орде н прокорм?!

Артлег ж попятился — не ожидл от отц ткого. И чего это строму в голову удрило? Ккое ему, Артлегу, дело до нивенских? Д пусть они все в рспыл пойдут, сытью ордынской сделются! Лишь бы свой хутор жил. И это глвное. Артлег плечми повел, однко же отцу перечить не решился. Голову склонил, рукми рзвел — виновт, мол, по нерзумию ляпнул...

Отец и сын вышли из нполовину сожженного, нполовину рзметнного хутор н двор. Все были при деле. И Аргнистовы, и Хрлговы, и Дромровы с Эргстовыми потрошили туши чудовищ. От нее, Орды рспроклятой, тоже порой прибыток случется. Печень рогч — отличное целебное средство: и от живот помогет, и при рнх гниющих. Клыки хоботяры, ежели их истереть и с медом липовым пить, при лихордке первое дело. Ногогрыз пнцирь, измельченный, с мелко рубленным легким броненосц вренный, очень хорош, когд с юг черное поветрие приходит. З ткое сндобье в лихие годы, когд болезнь эт по Северному Хьёрврду гулял, громдные деньги плтились. У Аргнист еще с тех времен увесистый мешок королевских грифонов остлся...

Что тм з шум?... А, ну тк и есть — Аргнистовы с Дромровыми двух ногогрызов и броненосц не поделили. Аргнистовы шумят — мы, мол, тут рньше всех были, пок вы тм еще бб своих по лвкм мяли, Дромровы докзывют, мол, нш нконечник в туше зстрял... Ну, с Дромром-то мы упрвимся. Пусть доволен будет, что вообще к дележке допустили...

Аргнист подошел, пру рз рявкнул, и Дромровы, хвосты поджв, восвояси подлись. А нивенских кк не было, тк и нет; ужели ж Нивен и впрямь решил здесь оствться?!.

Вот и рзделку зкончили, вот и трофеи в седельные сумы упрятли, трогться пор, стрый сотник все медлил. Не по-людски это — добрых полторы сотни нрод н верную смерть бросить. Сейчс, сейчс полезут воющие ббы с ребятней, мужики пожитки н, волокуши грузить нчнут, и тронется хутор.

Подошли Хрлг, Дромр и Эргст.

— Чего они мешкют-то? — прогудел Хрлг. — Мне еще обртно путь неблизкий. Дромр, ты скольких возьмешь?

— Д десятк полтор, больше не смогу, — покчл головой тот.

— Эй, соседушки мои милые, слушйте!

Нивен стоял н остткх нполовину рзнесенного рогчми крыльц. Ни по виду, ни по оснке нельзя было скзть, что человек этот собрлся умирть. Держлся он прямо, говорил гордо — ровно Нивен прежний, первый богч в округе.

— Спсибо вм з помощь, соседи. Что с нс положено, зплтим. Хотите золотом, льбо рботой — кк скжете. Но по хуторм иным мы рзбегться не стнем! Тут остнемся. Попробуем без Зщитников сдюжить. А коли не сдюжим, все лучше, чем чужое дерьмо грести.

— От те н, — пробормотл Хрлг, сдвигя шлем и всей пятерней яростно скребя зтылок. — Д не хлопнуло ли тебя по головушке чем, Нивен?

— Спсибо, Хрлг, сосед дорогой, что о здоровье моем тк зботишься, — нет, не хлопнуло. И не один я — все мои тк думют. Ну, двйте говорите, кому что от нс ндобно!...

Хозяев хуторов переглянулись. Видно, плохо дело. Порченым Нивен сделлся. Тут уже никто, кроме колдун хорошего, не поможет, д и где его, колдун этого, сыскть-то? Трвницы в кждом хуторе есть, д только здесь они не помогут.

Хрлг первым опомнился. Вздохнул, плечми пожл...

— Я грифонми возьму.

— И я, и я тоже, — Эргст с Дромром вторят.

Понятно почему. Звтр нкроет Орд нивенский хутор, без Зщитников оствшийся, — с кого тогд рботу положенную требовть? Рзве что с рогчей... Золото — оно ндежней.

Плюнул Аргнист, рукой мхнул и тоже взял свою долю тяжелыми кругляшми. Нивен, конечно, все понял, усмехнулся, но ничего не скзл.

Все, дел зкончили, рзговоры рзводить не стли. В седл — д по домм. Ветер нчл понемногу утихть, тучи рзошлись. Нд черной иззубренной стеной недльнего лес поднялсь лун, стло чуть лучше дорогу видно. Аргнист сел в седло, устло мхнул рукой, и совсем не поредевший отряд тронулся в путь. Н сердце у строго сотник было черным-черно: нрод последнего ум лишился... помирть все вздумли... ну, не стнет звтр нивенского хутор — кому от этого лучше?...

И вроде бы бой удчно кончился, убитых нет, один Кпрод рненый. Редко ткое удется, чтобы ни одной ббе по возврщении отряд выть по покойнику не пришлось, рдовться бы строму сотнику, ему впору к болотным ворожеям идти, душу зклдывть, чтобы от лютой печли-тоски избвили. Черня ночь н сердце, ровно кмень неподъемный. И ничем уже этому не поможешь — терпи, сотник!

З помыслми невеселыми и не зметил, кк отряд до родного хутор довел. З ворот въехл, поводья мльчишке кинул — все! Пропди оно все пропдом! Теперь первое дело — в бню. А потом к Деере н подушку. Или... кого из молодых ббенок сперв позвть?

Деер, он по женской болести теперь только постель греть и может, но что мужику без ббы никк — это он понимет. Д ей и говорить ничего не ндо, см кого ни есть приведет... С этими мыслями Аргнист и ступил н крыльцо

Нивен сдержл слово. Весь его нрод остлся н хуторе — полусгоревшем, с пробитыми во многих местх стенми, но все-тки решившем жить нперекор всему. У них больше не было Зщитников. И некому молиться, чтобы прислли новых: Ркот с Хедином двли кждому хутору только один шнс. Не смог, не сумел — уступи место другим, которые выживут. Род человеческий в Хьёрврде должен рссчитывть только н себя, но не н вечное зступничество Блгих Богов.

Нивен остлся. День з днем его домочдцы, точно трудолюбивые мурвьи, влили деревья, н прирученных лосях перевозя их к хутору, лдя новый чстокол и зделывя бреши в стенх. Аргнист не утерпел-тки, послл к соседу Армиол.

— Трудятся, отче, — доложил сын, вернувшись. — Меня тм не больно-то привечли, больше со стороны смотрел.

— Что, дже обогреться не позвли? — возмутилсь Деер.

— Позвли, ммо, позвли, кк же не позвть, но смотрели при этом... ну, ровно я см из этой Орды буду...

— И Фоот? — проництельно спросил мть. Сын потупил взгляд, промолчв.

— Понятно, — кшлянув, Аргнист поспешил зговорить о другом. — А с Ордой у них кк? Следов много?

— Следов-то много, но все больше крем лес, вблизи от хутор ни одного не видел, — ответил Арми-ол. — Кого ни спрошу, «все спокойно» отвечют. Но, отче... похоже, они тм все решили к Хедину вместе отпрвиться. В горницх по углм я горпес видел. Похоже, они решили пл пустить, ежели Орд ворвется. Чтоб и себя... и ее, знчит...

— Ркот Милостивец, стрх-то ккой! — Деер прижл лдонь к щеке

Однко тем эт знимл умы Аргнист и его домочдцев не слишком долго. Орд словно с цепи сорвлсь. После неудчи у нивенского хутор он последовтельно тковл сперв Хрлг, потом и смого Аргнист.

Вьюжной и студеной ночью, точь-в-точь ткой же, кк и т, когд Нивен зжег крсный огонь, тври пожловли в гости к строму сотнику.

И вновь большя горниц, куд сбились все, от мл до велик, спсясь от проклятого одиночеств д мыслей черных. Вновь дикий вой ветр з окнми, по ночному времени нглухо зкрытыми толстыми ствнями (н юге ткя ствня зпросто бы з тюремную прочную дверь сошл бы), вновь летят подхвченные ургном снежные хлопья, к утру, глядишь, тк знесет, что от хутор одн только крыш видн и будет.

И все же внутри тихо было, тепло и мирно. Ткие ночи здесь — обычное дело. Ст, Артлегов блговерня, сидит пригорюнившись — муженек в сенях толстуху Мииту зжл, дже здесь слышно, кк они тм стонут и возятся. Нрод безмолвствует — привыкли. Н хуторе и не ткого нсмотришься.

Зщитник у смой печи пристроился, лпми своими, щупльцми д тушей почти все свободное место знял. Глз прикрыл. Но тревожен. Кисточки н ушх подргивют, знчит, Орд близко кружит. Брт его, что в свою очередь хутор дозором обходит, буде что случится, вмиг сигнл подст.

И подл. Встрепенулся Зщитник рзом, и вот уже не томно рзвлившяся туш возле печи, ровно кот сытый, клубок мускулов, готовый к бою.

Дверь поспешно рстворили, Аргнист вскочил н ноги

— Оружйсь !

Зщитник, конечно, Зщитником, но ему и помочь не мешет.

Хвтя фкелы, мужики бросились вон из горницы.

Дети не вопят — рз и нвсегд приучены. Ббы мешки с герпесом из подполья потщили — если до стен Орд дорвется.

Алорт выскочил н обжигющий ночной холод Когд Орд нпдл н хутор, коней не выводили — из-з стен отбивться проще. Зщитники вокруг внешнего чстокол обходят, ты следи, чтобы никто внутрь не перемхнул Огонь пли, смолу кипящую лей, стрелы пускй, врукопшную не лезь. Это Зщитниково дело. Пок не припрет, из-з тын не высовывйся. Пончлу, говорят, Орд Зщитников чстенько из хуторов в поле вымнивл ложными отступлениями. Теперь глупцы-то перевелись. Всех тврей все рвно не истребить; их сколько ни руби, меньше не стновится. Тк что отбились, от жилья отогнли — и лдно. Большего никому не добиться.

А возле чстокол от тврей уже и снег не видно! И идут-то кк плотно, к голове голов, к боку бок; впереди, кк водится, стеноломы с хоботярми, з ними — броненосцы с брюхоедми, глвопсти отдельно, в тылу мелочь зубстя — ногогрызы с костоглотми. Рогчей что-то не видно, похоже, в резерве остлись (во всем хуторе, кроме Аргнист и его сыновей, никто и слов-то ткого мудреного — «резерв» — не знет).

— Стновись, стновись, стрелы доствй, шевелись, ноздряки недоношенные ! — подгонял Алорт нерсторопных.

Ему, кк стршему, смое трудное место достлось — возле глвных ворот. Артлег спрв комндует, Армиол — слев. Отец же — с боевым зпсом. Его дело смое вжное — определить, когд и кому помощь подть. Тут ведь кк: слишком поспешишь — к решительному моменту штурм без свежих воинов остнешься, промедлишь — помощь твоя ничего уже не сделет.

А вдоль внешней стороны чстокол неспешно шел Зщитник. Шел, оствляя позди груды рстерзнных, рзорвнных н куски трупов. Тврей Орды душили длинные щупльц, кромсли стршные клешни (Apгнист кк-то проверил — двойную кольчугу Зщитник этими клешнями рскусил игрючи), топтли мощные лпы, рвли выпущенные когти и шпоры, перекусывл ндвое усеяння зубми псть. Зщитники были нмного сильнее любого из чудовищ Орды; верно, Черному Влстелину не под силу окзлось создть нечто подобное. Првд, возле нивенского хутор ккие-то новые тври появились, те, что сумели с Зщитникми спрвиться, но здесь Алорт в рядх ткующих чудовищ ничего нового пок не увидел.

Обычный штурм, рядовое дело... Руки действуют сми, почти без вмештельств рзум. Вот сплотившяся вокруг одного из хоботяр плотня кучк тврей обошл с тыл Зщитник и ринулсь к чстоколу. Тк... Хоботяр, броненосцы — трое, брюхоеды — пять, глвопстей десяток... И целый шлейф мелкоты вроде костоглотов в темноте теряется.

— Ну, бртие, дружно! Хоботяру — стрелми! В глз метьте! В горло! Эх, мех у него, гд, толстый, не всякя стрел глубоко в шкуру вопьется. Броненосцев подступивших — копьями! Тк, стеноломы з дело взялись — смолу лейте! Д шевелись же, если нутро зрю увидеть хочешь!

Алорт ловко метнул вниз секиру и тотчс же вздернул ее з ремень обртно — уже окроввленную. Смый шустрый из брюхоедов, решивший поучствовть в обрушении чстокол, лишился головы з подобную глупость. Н десяток жуков-стеноломов, уже было построивших свой живой трн, сверху опрокинули целый котел кипящей смолы. Хоботяр, весь стрелми утыкнный, ровно еж, зкинул было нверх морду, щупльцем своим потянуться — взяли в топоры. Хобот у этой тври считй что в кольчужном доспехе, человеческой руке его не перерубить, но порнить можно. Отбросили тврь. Фкелми подплили, смолой обожгли — отдернулся. А тут кк рз и Зщитник подоспел...

Хоботяры — иных соперников у Зщитник в Орде нет. Только эти тври и могут с ним потягться один н один. Пру броненосцев шестиног прикончил мимоходом, дже не взглянув; брюхоеды кинулись было врссыпную — он их щупльцми достл. Хоботяр же зшипел, что твой кот рссерженный, но девться уже некуд — Зщитник его к чстоколу прижл.

Взвыл мелкя ордынскя шушер, собой жертвуя, под ноги Зщитнику бросилсь; хоботяр хоботом своим прямо в глз Зщитнику выстрелил -быстро, точно из лук. Тот уклонился, но чуть медленнее, чем нужно было, сине-розовое щупльце все же мзнуло его по верхней губе, и тм тотчс же зкровянилсь рвня рн. Ответный выпд Зщитник — клешня рвнул плоть чудовищ у смого основния хобот. Черня кровь брызнул фонтном — перебит был одн из глвных жил. Отменный удр. Второго не потребуется — тврь см истечет кровью. Прыжок, удр всеми шестью лпми хоботяре в грудь — и чудовище влится н снег, булькя, хрипя и зхлебывясь. Уцелевшие броненосцы и брюхоецы рссыплись кто куд. Стеноломов еще рз смолой октили — и все. Больше у чстокол никого. А з Зщитником — полос трупов, еще дергются конечности, щелкют жвлы, скребут когти, но из стршных рн фонтнми хлещет кровь, вместе с нею тел стршилищ стремительно покидет и жизнь.

Бой возле ворот стих.

Армиолу же пришлось тяжелее: н его учстке в тку пошли рогчи, вместе с пятком хоботяр втянули в дрку Зщитник, тври помельче и еще с полдюжины хоботяр бросились к чстоколу. Схвтк звязлсь нешуточня; вскоре отвртительный хобот згреб одного из воинов и, сдвив, тотчс же рзорвл тело пополм.

В дело пришлось вступить Аргнисту. Хоботяр отогнли, мелочь перебили, тут и Зщитник подоспел.

К утру Орд уползл обртно в лес, кк всегд, не признв себя побежденной. Туши рзделывли при первых рссветных лучх низкого и слбого зимнего солнышк. Торопись, бртие, студеные дни коротки, в лес недльний можете выходить только до темноты. Пок солнце не сядет, смые крупные и опсные тври не покзывются, уж от мелких сумей см отбиться.

Тк нчлся новый день, и от предшествоввших он отличлся только тем, что после полудня хоронили Вртг, молодого прня, рзорвнного сегодня ночью хоботярой. Ббы повыли, попричитли по погибшему, но не слишком долго. Время дневное дорого.

ГЛАВА II

Кк бы ни был трудн и стршн гибельня зим, рно или поздно он тоже кончется. Солнце поднимется все выше и выше нд Черным Лесом, все длиннее день, и Орд утрчивет зимнюю свою оголтелость. Летом же он и вовсе почти никк себя не проявляет, зто вовсю принимется лютовть пересидевшя холод по берлогм Нежить с Нелюдью. Это врги стрые, куд более древние, чем Орд. Когд-то вся эт земля приндлежл именно Нелюди д Нежити, и Рыцрский Рубеж проходил тогд много южнее. Но людей в блгодтном Глене стновилось все больше и больше, земли же, рзумеется, не прибвлялось И мло-помлу смый отчянный, дерзкий и лихой нрод потихонечку, полегонечку, семья з семьей, род з родом двинулся н север. Тм, з нехожеными холмми и не кчвшими человеческие лодьи рекми, лежли пустые, свободные земли, где ни тебе королей, ни лчных бронов, ни собирющих десятину хрмов, ни злобных колдунов, только и думющих о том, кк бы нвредить роду человеческому. Только Нежить и Нелюдь. Гоблины, тролли, грриды, хеды, рры, мормты, гурры — всех и не перечислить. Это Нелюдь. Првд, в ее число входят и более приятные создния, гномы нпример. Горные — всем известные мстер и умельцы, несрвненные кузнецы; лесные — ростом куд меньше, шловливые, непоседливые, все толкующие о том, что неплохо было бы избрть нконец короля и перестть прозябть в нрхии, н посмешище все прочим увжющим себя нродм, но тк и не перешедшие от слов к делу. Есть еще гномы песчные — совсем крошки, по колено взрослому человеку. Все они, и лесные, и песчные, и горные, — человеку если и не добрые друзья, то, по крйней мере, не лютые врги. А еще есть феи — и тоже очень рзные. Есть крошечные, обитющие в венчикх цветков, их влдычиц — Цриц Мб. См он обитет в Зпдном Хьёрврде, но чстенько облетет все свои влдения н стремительном корблике, скользящем по серебристой лунной дорожке. См он из легкого кленового листк, снстями служт тонкие нити легчйшей путины... В прошлом, скзывют, Боги Ушедшие превртили ее в человек, в стршную лесную колдунью, но после того кк воцрились Боги Новые, Хедин и Ркот, Цриц Мб вновь стл см собой...

Кроме фей и гномов, не врждебны людям и кобольды Првд, о них известно совсем мло. Сумрчня рс подземных строителей, внешне они совсем не похожи н гномов. Это высокорослые, мощные создния, двендцти футов росту, шести футов шириной. Ног у них нет, рук три (третья торчит из середины груди), перемещются они, опирясь н кулки боковых рук, которые свисют до смой земли.

А еще где-то в северной земле до сих пор бродят стрнствующие эльфы с львми, своими вечными спутникми. Но увидеть их куд кк нелегко смертному. Однко случется еще тк, что осенью или весной у твоего порог постучится высокий тонкий стрнник с золотистыми волосми, облченный в изумрудный и трвяной цвет, серебряным луком з плечми и длинным, тонким мечом у пояс, с изукршенным рунми рогом. Не оттолкни ткого. Проведи в дом, усди в крсный угол, угости всем, чем богт; если зхочешь узнть будущее, зплти щедро, не скупясь, и оно тебе откроется Эльфы никогд не ошибются И если остлся доволен твоим гостеприимством стрнник, долго еще дом твой не рсстнется с удчей, беды стнут трусливо обходить его стороной... Но ни о чем не рсспршивй гостя! Он не ответит, лишь оскорбится. Это древний зкон. Бессмертные говорят со Смертными только о Смертных.

Есть и древесные великны, видом схожие с ожившими, получившими возможность шгть деревьями. Эти бывют и добрые, и злые — кк повезет, с кким встретишься.

Это что кстельно Нелюди.

Но полно в северных землях еще и отвртной Нежити. Добрых среди них нет. И помощи у них чистому сердцем искть нпрсно. Одни мрчные колдуны бродят по стрым кургнм д зброшенным клдбищм, где зстыли, воздев руки к небу, древние извяния стрнных богов. Нежить — это и упыри-кровососы, и призрки, и духи, отродье Лишенных Тел, и ведьмы, в свое время убитые поселянми, но непрвильно или не до конц (ведьмы, кк всем известно, живучее крыс), лесные стрхи-оборотни, из коих людям больше всего известны волколки... Когд-то все эти тври влдели Северным Хьёрврдом. Строили тут свои твердыни и черные колдуны, коим чстенько удвлось зклясть немло Нежити и тем смым поствить ее себе н службу.

Кк только Орд с приходом весны уползет н полуночь, в свои тйные укрывищ, что неведомы дже чродеям, ей н смену приходят злобные силы Нежити, д и Нелюдь не отстет. В последнее время, сообрзив, что лучшей зщиты, чем Орд, не придумешь, потянулись в северные лес бежвшие было из них служщие Злу чродеи. Их Орд почему-то не трогл. Тк что и летом зтишье бывет весьм кртким. Не успеешь тушу рогч зрыть — из оврг гоблин лезет, с ветки гурр из лук целится, нд мбром призрк-кровопийц вечерми виться нчинет.

И все же двжды в год выпдет примерно по месяцу, когд людям действительно живется поспокойней. Это ростепель весной и злтолист осенью. Весной, в ростепель, Орд уже нчинет откочевывть н север, Нежить с Нелюдью еще не продрли кк следует глз после зимней спячки (кстти, попдись Орде тот же орк или хед — рзорвут в клочья); в злтолист же ноборот — Орд еще не явилсь в полной силе, летние людские супротивники уже о зимовке думть нчинют. В злтолист игрются свдьбы, хуторяне ездят друг к другу в гости — не поодиночке, конечно, тк, по трое-четверо. Весной же человек опытный и бывлый может збрести глубоко в лес дже будучи один.

Подточенный тлыми водми, снег рухнул в один день. Осев лишь н смую млость, еще вчер повсюду горделиво высились голубовтые сугробы, теперь, куд ни глянь, шкуру привольно рзлегшегося Зимнего Зверя испятнли черные проглины, д и см шкур истончилсь едв ли не нполовину. Полуденные склоны взлобков, обрщенные н юг речные берег и вовсе очистились, ждно впитв в себя прозрчную кровь снегов. Открылсь земля, вся в буром плще полусгнивших прошлогодних листьев. Лес еще не пробудился, не лопнул ни одн почк, не рспустился ни один цветок, но лсковое солнце влстно рстолкло жирные лежебоки тучи и пригревло вовсю, в глубине дремлющих стволов уже нчинли всегдшний свой бег весенние соки.

Поросший невысоким молодым сосняком холм, кзлось, жмурился от удовольствия, точно сытый кот. Его склоны спусклись к неширокой, только-только вскрывшейся речке (хуторские нзывли ее Рыбиной). Обегя взлобок, русло плвно изгиблось; вокруг збежвших по колено в поток молодых сосенок плесклись мутные волны половодья.

Чуть выше по склону, нд рекой, н строй побелевшей коряге сидел немолодой уже человек в грубой серо-зеленой куртке плотного сукн. Прикрывя глз лдонью, он смотрел вниз, н вспухшую от тлых вод Рыбину, в првой руке сидевший держл кривую, видвшую виды можжевеловую трубочку Вокруг волнми рсходился приятный зпх крепкого, духовитого смосд.

Человек отдыхл, явно никуд не торопясь. С одной стороны к коряге были прислонены мощный охотничий лук и добротный кожный колчн, полный стрел, поперек колен лежло испытнное зверовое копье с потемневшей от крови переклдиной под рожном

Охотник этот был уже длеко не молод, ему явно шел шестой десяток. Волосы пробило сединой, вокруг глз стянулись глубокие морщины, выдублення солнцем и ветром кож покоричневел, лоб и чуть округлившиеся со временем щеки рссекло несколько зстрелых шрмов, прямых и тонких, явно оствленных острой боевой стлью, отнюдь не лесными сучьями. Бывшего воин в сидевшем выдвли и мышцы — мощные, четко обрисовнные, не зплывшие жирком, что чстенько случлось у не знвших легионной муштры деревенских силчей. Во внимтельных серых глзх охотник читлись и хитрость, и ум, и отвг.

Аргнист, супруг Дееры, влдетель хутор, мог позволить себе немного безмятежного отдых. Сюд, н Светлую Горку, под смый бок к Строй Сосне, Нечисть збредть не дерзл. От Орды, конечно, тут было все рвно не спстись, но Древнее Зло здесь псовло В этом месте чувствовлось некое стринное волшебство, глубокое, сильное, спокойное и в то же время чистое, словно подземный родник. Хуторские ббы болтли, будто подле Строй Сосны спрвляли свои прзднеств эльфы в те двно минувшие времен, пок Перворожденных еше довольно чсто можно было встретить среди Смертных. Аргнист не слишком верил этим бйкм, но было известно твердо — ни гоблины, ни гурры, ни дже отвжные тролли не осмеливлись совть сюд нос, не говоря уж о хедх, грридх или мелочи вроде призрков. Приречный холм все они обходили стороной.

Иных спокойных местечек, подобных этому, в окрестностях хутор не было. И потому дже млышей, едв нучившихся ходить и смостоятельно выбирться з огрду, зствляли низусть учить дорогу к Светлой Горке. Стря Сосн хорошо стерегл свои влдения.

Аргнист курил, выпускя изо рт ккуртные голубые колечки ромтного дым. Н глухриный ток он сходил удчно — отвел душу. Зплечный мешок оттягивл тяжесть трех крупных крснобровых птиц. Собственно, Аргнисту двно пор было домой: он отсутствовл весь вечер, всю ночь и все утро, и не следовло лишний рз мучить неизвестностью близких.

Аргнист сидел и курил. Кзлось, человек беспечно отдыхет, н смом деле он был готов к любым неожиднностям.

Вот и еще одну зиму прожили... Нечего Хедин с Ркотом гневить, не из худших зим выдлсь. Всего пятеро взрослых погибли; првд, по весне н детишек мор ккой-то нпл, пок Ст сндобья не подобрл, семеро умерли. Скот почти не пл, отел был хорош, золотоволосую Шоору сговорились продть н дльний богтый хутор з хорошие деньги

И все же неспокойно у тебя н душе, Аргнист! Н излете зимы Орд нпирл тк, что бывли моменты, думл — все, кюк. Четверо з неделю легли. Если следующя осень тк же нчнется...

А Нивен выдержл. Выдержл, хотя и потерял три десятк своих. Но удивительное дело — его Орд почти и не тковл, словно потерял интерес к почти беззщитному хутору

Аргнист сидел и курил. Посидеть тк в нстоящей лесной тишине — счстье подлинное. Дурк был рньше, не понимл... Все выслужиться хотел. Что ж, можно скзть, и выслужился...

Аргнист появился н свет пятьдесят дв год нзд, н блгодтном южном побережье. Деревня приписн был к большому хрму Хедин; когд не по годм крепкому прнишке стукнуло четырндцть, он поступил в хрмовую стржу — хотелось выучиться и стть воином. Но в хрме тк и не прижился. Спины гнуть не умел, службы пропускл — мял н деревне девок д в кбке игрл в рсшиблочку. Првд, учился при-лежно и вскоре мечом и копьем влдел всем н удивление, поэтому только и продержлся тк долго. А потом повезло — проезжл тем крем молодой король Глен

Светлопенного, его величество Грмпедиус, звернул во хрм переночевть и помолиться зодно и случйно увидел, кк Аргнист тупым деревянным мечом от трех двдцтилетних громил отмхивется, и недолго думя — нстоятеля к себе: мол, подрите, святой отец, сего отрок! Святой отец, смо собой, рд-рдешенек королю услужить и от смутьян по-хорошему избвиться. Тк попл Аргнист в королевское войско.

Что тут говорить, по первому времени лих пришлось хлебнуть. Половину зубов потерял, честь свою зщищя. Отстли...

И двух лет не прошло, кк очередной поход н бронов Фейн случился. Аргнист к тому времени в седле сидел кк влитой, н турнирх призы брл, ристокрточки зсмтривлись...

Ямерт тебя спли! Уж сколько рз себе клялся — вспоминть не буду! Куд тм... Никуд это лицо из пмяти не изгнть. Шестндцть лет ей было...

Лдно, это пропустим. В первом походе Аргнист отличился: когд под Аксорой броны его величество Грмпедиус к бстионм прижли и потрепли изрядно, десяток Аргнист окзлся против острия их, бронов то есть, глвного удр. Десятник, дядьку Мнем, рблетной стрелой свлило, остльных бронскя конниц н копья вздел. Аргнист один уцелел. И не просто уцелел — еще и вогнл стрелу н всю длину в смотровую щель шлем сиятельного Джемберг, предводителя мятежных бронов; тот нстолько глуп окзлся, что попер срзу з первой линией собственных копейщиков. Ну и получил свое. Доспехов не сменил из гордости... Аргнист его свлил н открытом месте, тк что крылья войск все видели, и бронские полки отступили. Кждый ведь после Джемберг глвным хотел окзться...

Тк в восемндцть лет стл безродный прень десятником избрнного королевского воинств. А еще через пять и до сотник дослужился. Это когд пирты из Южного Хьёрврд нгрянули.

Тяжеля был войн, ничего не скжешь. Половин бронов тут же к южнм переметнулсь, треть выждть решил, оствшиеся хоть помощь и обещли, д тк снрядить и не успели. Глен пришлось оствить.

И если бы пирты просто погрбить хотели, то, нверное, этим бы все и кончилось. Но они, дурки, решили здесь всерьез обосновться, и тут уже пошл войн по всем првилм Дв год тянулсь. Нконец выпихнули южн в море, несмотря н всю дурость короля, его величеств Грмпедиус, знчит. Глупость его испрвляя, половин сотни, в которой десяток Аргнист был, полегл под Гленом, но вторя половин тки испрвил...

Глуп король был нстолько, что тех, кто о нем првду знл и его огрехи испрвлял, не лишл головы немедленно, кк любой нормльный влдык поступил бы, нгрждл и возвеличивл. Аргнист, после того кк сотник в том деле убили, остткми пяти десятков комндовл — ну и получй после нстоящую сотню под нчло

И пяти месяцев после победы король н троне не усидел Брт его двоюродный, Игнрон, который, собственно, войну и выигрл (полководец был первосттейный!), бртц легкомысленного н длительное покяние в длекий монстырь отпрвил, см его корону себе взял...

Нчлись непрерывные походы, ибо Игнрон иных знятий, окромя войны, н дух не переносил. Бронов вскоре усмирили, соседние королевств себя всслми Глен признли... И тут бед стряслсь — воевть не с кем стло. З Погибельный Лес не переберешься, з Тйные Горы не зглянешь. Вот тогд-то король себе н погибель об Орде и вспомнил.

Тирнил он северные земли уже двно. Но землепшцы держлись крепко и не только Орду сдерживли, но и ухитрялись свои товры н юг слть Сми, првд, отчего-то не уходили. Влдения Орды нчинлись от смого Рыцрского Рубеж, что в те годы проходил от водопдов Эгер через лес до форт Гэср н смой грнице гномских влдений — рубеже их королевств

Ар-н-Ашпрнг. И хотя тври лютовли н своих землях уже почти три сотни лет, люди продолжли жить и тм.

Племя крепких, кряжистых и отвжных, кто знл, с ккого конц ндлежит брться з меч. Под топорми поселенцев влились вековые сосны, среди озер и болот рсчищлись поля, н рекх воздвиглись мельничные плотины; по трвянистым проглинм по-прежнему позвякивли ботлми коровы. Посреди круг очищенных огнем полей ствился собственно хутор; дом строились глухими стенми нружу, окн выходили в прямоугольный внутренний двор. Единственные ворот рубились из смых толстых дубовых бревен; не жлея денег, у гномов покупли зсовы и петли. Н отшибе ствилсь одн только кузниц — из опсения пожр.

Хуторяне жили сми по себе, не нуждясь ни в королях, ни в првителях. Ревнители Истинной Веры сильно подозревли северян в безбожии и ересях, но поселенцы кзлись куд лучшим щитом для прибрежных городов, чем все рыцрские орден и королевские рмии, потому влстители юг не взимли нлоги со свободных хуторов — д и кким клчом туд сборщик подтей змнишь?!

Орд всегд ждно стремилсь прорвться н юг, где вдоволь добычи, где тк много мягких, восхитительных н вкус человеческих тел, рз з рзом, зиму з зимой ткуя Рыцрский Рубеж. Првд, ниболее проництельные люди Глен — ими, кк првило, почему-то неизменно окзывлись лорд-кзнчей и Хрнитель Королевской Печти — сильно подозревли, что комндоры Орден Звезды несколько преувеличивют свои зслуги в сдерживнии Орды. Подозрения эти преврщлись в уверенный стиль коронных доклдов, когд с Рыцрского Рубеж приходило очередное требовние помочь деньгми, провинтом или оружием...

Короче говоря, король Игнрон решил Орду извести. Кликнул клич, собрл войско. Двинулись Рыцрей Звезды, всегд похвлявшихся, кк они ловко ордынских тврей бьют, тоже с собой прихвтили — кк нствников.

Д только недлеко ушли. Вся рмия в лесх полегл, и король тм тоже остлся. Рыцри Звезды, кк более опытные, в большинстве своем сбежть успели...

Лих нтерпелся Аргнист — не передть. Однко же не согнулся. И нстл его черед вбивть свои столбы, землю под хутор знимя.

Аргнист поствил их н стром, очень сильно рсплывшемся холме: лоз покзл здесь неглубокий водоносный слой. В полутор милях н зкт лежло обширное, богтое рыбой озеро; лес чередовлись с изобилующими ягодой моховыми болотми. Словом, все бы хорошо, кбы не Орд. Нечисть-то лдно. С нею упрвиться можно. И не обязтельно мечом. Порой удвлось и миром дело решить. Ловкий Нивен, эво, ухитрялся дже троллей ннимть стд стеречь, гоблинов и гурров остронюхих нряжл грибы отыскивть и коренья.

Вообще говоря, Нечисть сильнее всего ненвидел дже не земледельцев. Глвные ее врги гнездились н юге. Рыцри Орден Звезды — вот с кем никких рзговоров никогд ни гоблины, ни хеды не рзводили. Гордые уж больно эти рыцри — мы-де весь юг зщищем! Тк, если ты ткой хороший, зщищй себе и молчи — люди сми тебе в пояс поклонятся и хлебом-солью встретят. А коли будешь об этом н кждом углу кричть...

Рубеж Рыцрский возник во времен и вовсе незпмятные. Еще до появления Орды рыцри издвн держли оборону против ночных тврей н мощной зсечной черте, протянувшейся от водопдов Эгер н зпде до форт Гэср н востоке. Еще дльше н полудень, вдоль Погибельного Лес и Покинутого Берег, тянулись двно обжитые и обустроенные орденские земли. Жизнь тм, конечно, и тих, и бестревожн — только уж больно тих и уж больно бестревожн. У рыцрей испокон веку свято чтился их кодекс, «Словом Звезды» именуемый. По Аргнисту, выходило, что ежели этому кодексу во всем следовть, то и жить невозможно стнет. Хмельного не пей, женщин не ксйся, окромя одной лишь жены своей, и то лишь чтобы дитя зчть, богм всевозможным молись, посты соблюдй, ближнему, знчит, все отдвй, богтств д слвы не ищи, нищим покровительствуй... Слов-то все, конечно, хорошие, тот, кто их сочинил, нверняк святым человеком см был, коли не луквил. Но исполнять их — жизнь ведь остновится!

И сми рыцри, особенно их высшя кст, полные бртья, кодекс свой блюли лишь н словх И девок трхли, и питием злоупотребляли, и чревоугодничли... Првд, Рубеж их до сих пор ндежен был — ни тврь Орды, ни кто-то из Нечисти н ту сторону Рубеж пок перемхнуть не сумели.

Зто уж н подднных своих рыцри отыгрывлись с лихвой. Попробовл бы тм кто девку в пивной прижть... Мигом в кндлы — и в кменоломни... И молись, и посты соблюдй, и перед рыцрем шпку з десять шгов снимй, з пять — н колени опускйся, и пятину орденскую плти, и всю торговлю веди только с Орденом... Отцы-экономы хорошие кпитлы себе к стрости соствляли. И глядь — решение бртьев: ткого-то и ткого-то з долгую беспорочную службу... отпустить по стрости и болести для жительств н юг...

Видел Аргнист, ккие особняки себе эти отствники строили.

А Нечисть рыцри не щдили. Ежели кого в плен брли, приговор один: н решетке железной рстянуть д нд медленным огнем поджрить. И, нверное, поэтому Нечисть почти всегд предпочитл смерть в бою...

Солнце тем временем поднимлось все выше и выше. Аргнист хлопнул по коленям, собирясь подняться. Дом уже зждлись, д и Деер его долгой отлучкой недовольн будет.

«Видно ли?! — ворчл порой супруг Аргнист. — См хозяин с луком по токовищу скчет, ровно мльчишк-переросток! Других нет птицу подстрелить, что ли?»

Другие, конечно, были. Трое сыновей, семь десятков рботников, прибившихся к Аргнисту з двдцть пять лет его жизни в лесх. И трое внуков — дети Алорт, стршего; но они еще совсем млы. Арфолу три, Феете только-только стукнуло дв, Арготору и месяц еще не будет. При мысли о ребятишкх Аргнист невольно ухмыльнулся. Ткие слвные крпузы! И скоро внуков стнет еще больше. Год, кк сыгрли свдьбу его второго сын, Артлег, с Стой, девушкой из клн Кргр, влдельц соседнего хутор, снох уже двно непрздн ходит и вот-вот родит... Хорошя девушк, почтительня. Првд, хрктер у его средненького не мед... Но жен д убоится муж!

Нстло время трогться. И хотя тк не хотелось уходить с теплой коряги, н которой столь приятно посидеть, греясь н солнышке, — особенно после пяти месяцев лютой зимы, с ткими холодми, что трещли деревья и пдли н лету птицы, — Аргнисту приходилось поторпливться.

Он уже двинулся вверх по склону, туд, где нчинлсь троп к хутору, когд з спиной внезпно рздлся глухой, отвртительный и неестественный скрип.

Бывлый ртник гденского короля рзвернулся с звидной для своих лет быстротой; знть, не нпрсно весь день с собой тяжеленное копье тскл. Н глухрином току оно без ндобности. Не инче Орд рядом.

Н противоположном берегу Рыбины зтрещли кусты. Кто-то или что-то нпролом неслось сквозь зросли сплетшегося ивняк; рздлись нерзборчивые проклятия.

— Родгр, опять вод! — с отчянием возопил бегущий, со всего рзгон бросясь в реку. Взметнулся фонтн брызг, словно от пущенного из ктпульты ядр. Фыркя и отплевывясь, стрнный пришелец быстро поплыл вперед рзмшистыми сженкми.

И тут отвртительный скрип повторился, вновь — мерзостный, гнусный, словно друг о друг терлись полуистлевшие, крошщиеся кости. Ивы внезпно зтряслись, точно охвченные ужсом живые существ. Н открывшийся низкий и топкий берег неспешно выктился темно-лиловый шр — высотой в рост человек, весь шишковтый и бугристый. Выпуклости н его неровной поверхности отливли метллом; остновившись возле смой кромки воды, шр вновь издл уже знкомый Аргнисту скрип и... рсплся н чсти.

Стеноломы, обычные стеноломы... но чтобы они тк ктлись?! Больше всего эти тври, кждя рзмером с крупного пс, нпоминли смых обыкновенных мйских жуков, если не считть выдввшихся длеко вперед острых и крепких челюстей.

Жуки дружно бросились в реку и — удивительное дело! — легко зскользили по поверхности, живо нпоминя неких чудовищных водомерок. Словно хорошо обученные воины, они быстро окружли нездчливого пловц; тот обернулся, всхрпнул, точно нпугння лошдь, и еще быстрее зрботл рукми.

Аргнист поспешно бросил копье. Руки сми вскинули лук, глз привычно взял прицел; свистнул выпущення в упор стрел, битый в глз жук перевернулся н спину и кмнем пошел н дно, бессмысленно и бесполезно дрыгя всеми ногми срзу.

Второй выстрел окзлся не тк удчен — острие скользнуло по твердому пнцирю, зто третья стрел угодил еще одному жуку прямо в глз, соствленный кк будто из множеств мелких стекляшек, словно фонрь нд трктиром. Из рны брызнул темно-буря жидкость, тотчс рстворившяся в речных струях, и тврь отпрвилсь прямиком в глубины омут.

Тковы они, эти стеноломы, — стрелой их взять можно, только если в глз попдешь. Когд они чстоколы ломют, глз специльными плстинми пнциря зкрывются. Тогд их одной только смолой и остновишь.

Для остльных тврей это стло чем-то вроде сигнл: не обрщя более никкого внимния н свою прежнюю жертву, жуки дружно ринулись к Аргнисту. Блгодря этому пловец сумел блгополучно выбрться н берег, но одн из бестий походя вцепилсь-тки жвлми ему в ногу. Рздлся жуткий рев, однко отнюдь не боли, гневной и неподдельной досды:

— Родгр, мои ботфорты!

Мелькнул толстення мускулистя рук, вся поросшя рыжими курчвыми волосми, кулк рзмером с добрый кухонный горшок врезлся прямо в выпученную гляделку рввшей спог тври, отбросив стенолом чуть ли не н середину реки. Глз превртился в источющее бурую слизь бесформенное месиво, жук кк ни в чем не бывло зрботл ногми, брво ринувшись обртно в бой.

«Живуч, зрз!»

Остльные стеноломы тем временем выбрлись н берег. Стрелы Аргнист уложили еще троих, однко, когд тври подступили вплотную, строму сотнику пришлось отбросить лук и взяться з копье.

— Спин к спине со мной вствй, сожрут инче, олух! — крикнул Аргнист, облмывя жвлы смому шустрому жучре. Ткой выпд и теперь бы воину честь сделл н любом королевском смотру. Выдернув нконечник, сотник тупым концом древк сднул по передним лпм еще одного стенолом.

Невольный товрищ Аргнист уже бежл вверх по склону. Мощное тело облеплял мокря темно-бордовя куртк, слишком легкя для этого времени год. Низкорослый, с очень широкой грудью, он кзлся почти квдртным. Руки и плечи были перевиты чудовищными жгутми бугрящихся силой мускулов. Еще Аргнист успел зметить рыжую, слипшуюся от воды бороду д выпирющие, подобно яблокм, румяные щеки. Перед стрым сотником, несомненно, окзлся подгорный гном, невесть кк очутившийся в лесх Хуторского Предел.

— Эге-гей, вот я вс!... — во всю мощь легких зорл гном. — И-й-эх!

Издв сей оглушительный боевой клич, он с неожиднной легкостью прыгнул. Подковнный добрым подземным железом спог врезлся в морду стенолом, обртив ее в источющее коричневую слизь месиво. Об глз лопнули, жвл были сломны.

— Ар-тррг! — дико зрычл гном, словно тридцть три подземных всилиск срзу, норовя при этом пнуть еще одного жучру.

— У меня секир з поясом! — не поворчивясь, крикнул гному Аргнист.

— Р-родгр! — Тот ж подпрыгнул. — Рньше не мог скзть, человече?!

Гномы всегд слвились сврливым хрктером.

Хуторянин почувствовл, кк сильные, цепкие пльцы выдернули оружие у него из-з пояс, и тотчс же горько пожлел, что вообще вспомнил об этом. Гном бросился вперед очертя голову.

К тому моменту сотник прикончил еще двух тврей, их остлось не больше полудюжины, и они стли зметно осторожнее. Окружив со всех сторон человек и гном, стеноломы хищно щелкли жвлми, деля вид, будто вот-вот бросятся, однко же медлили, выжидя удобного момент. Копье Аргнист нучило их осторожности.

— Ар-ш-тррг!

Секир гном с шипением рссекл воздух. Сил удр окзлсь нстолько велик, что пнцирь подвернувшегося ему под руку жук лопнул, обильно измрв землю вокруг бурой дрянью; еще одного врг пронзило копье строго сотник, и тут четверо уцелевших стеноломов решили, что с них довольно. Дружно рзвернувшись, они бросились нутек к реке. Гном с ревом ринулся в погоню, и уже у смой воды ему удлось прикончить еще одного врг.

— Ушли, гды! — Гном сплюнул, глядя н поспешно улепетывющих жуков.

— Стеноломы, известное дело, — пожл плечми Аргнист. — Првд, не видл я рньше, чтобы они вот тк клубком бы ктлись... См-то ты цел, почтенный?

— Цел, цел, кк же инче, — зверил его гном, протягивя широченную лдонь. — Знкомы будем, что ли? Двлин я. Путешествую.

— Аргнист, влдетель хутор. — Сотник пожл руку Двлин. — Кк это тебя угорздило? Кто ж по ншим лесм в одиночестве бродит, пусть дже и в эту пору?

— Рз ндо, то и зимой один потщишься, — буркнул гном, явно не желя зтргивть этой темы. — А кк угорздило? Д Родгр его знет! Сидел под кустом — зкусывл, знчит, — кк вдруг, откуд ни возьмись... Эдкий шр выктывется — и ко мне! А секир в зплечнике! Ну, бывет ли ткое?! — рзгорячился гном — И доспех весь тм остлся, и шлем... Голые руки, дже дубины нет! Поверишь ли, почтенный, — бежть пришлось!

Аргнист поднял брови. Бродить по лесу без кольчуги, спрятв топор в зплечный мешок, только рспоследний дурк стнет. Тьфу, пропсть! И зчем этого гном сюд понесло? Сожрут его и не поморщтся, ему, Аргнисту, лишний кмень н душу. Хорошо хоть не дрться голыми рукми ум у этого Двлин хвтило...

Гномы, они вообще-то здрвомыслием отличются, то всем известно; првд, бывет, что среди Подгорного племени попдются и смые что ни н есть отчянные сорвиголовы. Если гном видит, что врг перед ним слишком силен, он не стнет дрться рди одной только дрки, не погнушвшись дже позорного, н взгляд людей, бегств. Иное дело, если речь идет о золоте или, к примеру, здет честь, — гномы будут сржться до последнего издыхния и либо оствят смертное поле победителями, либо остнутся н этом поле сми.

— Двух этих тврей я голыми рукми поклечил, пок они меня к реке гнли, — продолжл тем временем гном. — Спрв вся тм остлсь — дже зспожник... Возврщться придется, дык, что ж тут придумешь...

Двлин отлично влдел гленским языком, не слышлось дже и млейшего горлового кцент, кким обычно отличлись его сородичи. Говорил он легко и охотно, опровергя рсхожее мнение, будто горные гномы все поголовно молчуны и что кждое слово из них нужно тянуть кузнечными клещми.

— Возврщться? — удивился Аргнист. — Куд ж сейчс возврщться? Вон уж скоро темнеть нчнет. Пойдем со мной! Н хуторе зночуешь — утро, оно ведь вечер мудренее.

— Спсибо тебе, почтенный, — гном покчл головой. Лицо его приняло серьезное и дже чуть торжественное выржение. — Мне без спрвы моей никк... Ничего, в лесу переночую, дело-то, дык, оно привычное.

— Ну ты положительно спятил! — Аргнист нчинл злиться. — Сожрут тебя к утру, понял? Сожрут и потрохов не оствят. Орд, знешь, он шутить не умеет.

— Ну и пусть сожрут, тебе-то что з печль? — огрызнулся гном. — Иди двй своей дорогой, без тебя упрвлюсь.

— Тьфу, отродясь тких глупых гномов не видывл! — Аргнист сплюнул в сердцх. — Помирть собрлся, что ли? Тк двй я тебе веревку одолжу и жиром нтру. Все не тк больно будет.

Вот уж воистину верно присловье: «Кк не сдвинешь гору, тк не переупрямишь гном». Но и не брость же его здесь! Только погибнет зря. Вон мокрый весь до нитки, вод ручьями льет...

— Лдно, коли ты и впрямь умирть собрлся, я тебе не товрищ, — решительно скзл Аргнист. — Двй решй, гном. Мне, знешь, тоже недосуг.

— Что ж тут решть? — Двлин дже головы не повернул. — Ступй своей дорогой, почтенный. Спсибо тебе з помощь. З мной зчтется. Встретимся еще — рссчитемся.

Аргнист только з голову схвтился. Нет, будь что будет, но безумц этого он не бросит.

— Тогд пошли вместе, — решительно бросил стрый сотник. Лдно. Дом подождут. Пусть и время уже не полуденное, и вечер близится, и Орд где-то рядом бродит — ничего, пересилим. Деер, првд, плкть будет... — Но, может, сперв обсушишься?

— Вместе? — обрдовлся гном, словно и не было только что никкой рзмолвки. — Дык, здорово! Пошли! А н тот берег кк? Вплвь?... А сушиться потом будем. Когд секиру нйдем.

— Ну зчем же? Обойдем. У меня тут недлеко под берегом плот спрятн.

У Аргнист — хозяин рчительного — было в рзных местх по реке припрятно десятк три плотиков, чтобы, ног не змочив, н другой берег перебирться.

Пройдя немного н зкт, человек и гном спустили н воду небольшой плот; оттолкнувшись шестми, поплыли. Физиономия гном вытянулсь от отврщения (его нрод отличется стойкой нелюбовью к воде), Двлин шептл себе под нос ккие-то ругтельств.

Н другом берегу Аргнист и Двлин быстро отыскли следы гном.

— Голыми рукми двил, — не без гордости сообщил Двлин.

Они миновли место, где снег был основтельно истоптн, возле корней одной из сосен влялись жлкие остнки неудчливого стенолом. Синевтые жесткие ндкрылья, от которых отсккивли стрелы Аргнист с отлично зкленными нконечникми, были изломны и искрошены.

«Спрву» гном они обнружили тм, где Двлин ее и оствил, — н небольшой уютной полянке, со всех сторон окруженной густым молодым сосняком. Спутник Аргнист бросился к высеребренной секире, точно к двно утрченной возлюбленной, — глдил лезвие, что-то шептл, дже несколько рз поцеловл.

— Р-родгр! Дык, теперь-то мы с вми совсем по-иному толковть стнем!

Вокруг мешков Двлин влялось двое убитых им жуков. Гном тотчс же згорелся поотрубть им жвлы, чтобы потом сделть себе из них ожерелье.

— Медвежтники ж тк делют, — объяснил он Аргнисту. — И охотники з дрксми тоже...

Дрксми гномы Северного Хьёрврд прозывли не шибко крупных крылтых дркончиков рзмером со свинью, обитвших в Отпорном Хребте и горх Ар-н-Ашпрнг. Огнем они плевться не умели, зто клыкми и когтями орудовли н згляденье. Чешуя их — из-з целебных свойств — ценилсь втрое дороже золот; колдуны и знхри, не скупясь, плтили з языки этих создний. Промысел этот считлся почти погибельным — коли дркс увидишь, монетку брось. Гербом — тебе жить, портретом его величеств если, то дрксу — глсило поверье охотников и ознчло, что половин схвток зкнчивлсь гибелью человек. Мло кто выдерживл больше год: коли с дрксми упрвишься, тк тебя гномы местные достнут. Они чужков не любят. Дрксы, мол, нш дичь, и все тут.

Согнувшись нд одним из жуков, Двлин уже змхнулся секирой, когд Аргнист внезпно бросился гному н спину, сбив с ног и повлив в снег. Нд их головми что-то негромко прошелестело.

Двлин голову поднял — отплевывется; глз бешеные, рот перекошен, сейчс в дрку кинется, д только весь зпл его дром в землю ушел. Всего в десяти шгх, н дльнем конце поляны, глянь-кось, ткой же стеноломов шр, весь синевто-стльной, пнцирями бугрящийся. А н сосне, кк рз в том месте, где Дв-лин голов торчл, по коре пятно гри рсползется и кислым воняет. Кто-то из жучр ядом плюнулся, верно, хотя рньше они н ткое способны не были...

Если бы не войсковой опыт Аргнист, не жить гному. Чуть-чуть, едв зметно шелохнулись сосновые ветки н крю полянки, но строму сотнику хвтило. Когд походми в Фейн ходили, тмошние броны лесных стрелков вдоль всех троп рсствляли. Тк что увидел, кк в зрослях что шевельнулось, — пдй н землю срзу, потом рзберемся. Промедлишь — стрел в горле обеспечен.

Гном опомнился первым.

— Р-родгр! Дык, позбвимся! — взревел. Аргнист и глзом моргнуть не успел, Двлин уже н голову островерхий шлем нхлобучил, одним движением поверх мокрой куртки кольчугу нтянул — кольчугу не простую, всю дивно мерцющую, мягко струящуюся, словно и не из метлл вовсе, из тонкого шелк соткн. Одн ткя вещиц целого состояния стоил, королю лишь по крмну, д и то не всякому... Подгорный нрод ткие доспехи куд кк неохотно продвл. Презрев опсность, Двлин бросился вперед, прямо н зловещий шр, нимло не зботясь, последует з ним Аргнист или нет. Сотник с плеч лук сорвл: прежде чем дело до рукопшной дойдет, слово свое должны стрелы скзть.

Первя из них свистнул нд смой головой гном, удрив точно в середину жучиного шр, и с легким звоном отскочил от пнциря ндкрылий. Шр дрогнул, поктился вперед, и тут н него вихрем нлетел Двлин. Секир гном ослепительно сверкнул, с хряском врезвшись в неподтливую плоть стеноломов. Шр мгновенно рсплся. Жуков-то, жуков — Хедин Отец Нш! — штук сорок, не меньше. Д и кк деловито и сноровисто окружют!...

Эх, гном, гном, слишком рно вперед ты полез. Глядишь, я еще пру-тройку жучр подстрелил бы... теперь только н копье вся и ндежд. Никогд рньше не ктлись стеноломы шрми, никогд не нпдли н людей в тком числе...

Аргнист едв успел н помощь Двлину. Копье строго бойц проткнуло смого шустрого из жуков, остльные рсступились, словно опешив, и человек плечом к плечу с гномом приняли нервный бой.

Дрк окзлсь жркой. Аргнисту пришлось бросить копье — стеноломы подобрлись почти вплотную — и отбивться топором. Стль со звоном отлетл от синевтых ндкрылий.

Снежные лоскутья побурели от щедро льющейся коричневой крови, жвлы их крошились о железо доспехов Двлин, рукв и полы куртки Аргнист мгновенно превртились в лохмотья...

Жуки нпдли умело, стремительно, со всех сторон. Число их уменьшилось почти нполовину, но и силы Аргнист тоже иссякли. Тври брослись то спрв, то слев, и с кждым рзом уворчивться стновилось все труднее.

Дело было дрянь. В сердце змеей проскользнул холод смертной тоски. Нежто вот тк, по-глупому, весной, из-з мльчишеского желния н ток глухриный сходить?... Двлнн тоже примолк — смекнул, видно, что тут все всерьез и дыхние ндо беречь. Теперь лишь злордно рычл, когд секирой очередного стенолом ндвое рзвливл.

Аргнист рзмозжил морду еще одной тври и вытскивл ушедший в землю топор, когд у Двлин, похоже, терпение лопнуло, и он сделлся если не нстоящим берсеркером, то очень н него похожим. Гном взревел, кк три тысячи пещерных всилисков срзу. Збыв обо всем, он ринулся вперед, предостерегющий крик Аргнист пропл дром. А стеноломы, конечно, этому подрку негднному очень дже обрдовлись. И всем скопом нвлились н Двлин со спины.

Кк ни кряжист и коренст был гном, однко и он не удержлся — рухнул, погребенный под грудой синевто-стльных тел. Аргнист бросился было н выручку — другие стеноломы остновили. Грмотно, по всем првилм взяли в «клещи», тк что пришлось топором отмхивться, н месте без толку стоя...

И, нверное, стл бы этот бой последним и для не в меру отвжного гном, и для строго сотник, но в смый последний миг, когд вроде бы и ндежды не остлось, свистнул откуд-то из сплетения сосновых ветвей неждння белооперення стрел. З ней вторя, третья, четвертя...

Они летели одн з другой, неведомый лучник выпускл их тк ловко и быстро, что никто и глзом моргнуть бы не успел, з первой белой молнией уже и следующя спешил. Стрелы эти с легкостью пронзли почитемые непробивемыми крыльевые пнцири; не прошло и нескольких мгновений, кк стршный ком рсплся, рссыплся синей оклиной мертвых тврей.

Двлин остлся лежть ничком, неподвижный и окроввленный.

Все уцелевшие жуки с похвльной поспешностью бросились нутек. Крткое время спустя н поляне, кроме Аргнист и гном, остлись только мертвые стеноломы.

Хуторянин тк и не смог уловить момент, когд их спситель появился н крю поляны, — еще мгновение нзд тм зстыли в недвижности сосновые ветки, теперь, глянь-к, у крйнего ствол стоит высокя стройня фигур в темно-зеленом плще с прорезями для рук, длинный и тонкий лук стрнного белого дерев взят н изготовку.

— Эй, целы вы тм? — голос полон тревоги, но чувствуется и еще некя внутренняя мягкость, столь несвойствення грубым и жестким местным охотникм. Незнкомец кошчьей поступью двинулся через поляну, склонился нд Двлином, и лицо его тотчс вытянулось. — Проклятье! — Худо дело... Яд в рны попл... Торопиться ндо!

Артисту и смому видно — плох гном, куд кк плох, крше в домовину клдут. Шея, руки, ноги — все, что железом кольчуги прикрыто не было, стло сплошной рной, д еще и н глзх чернеющей. Хорошо, пльцы рук целы... Между колец доспех с пугющей быстротой скользили лые струйки; стрелок отложил белый лук и склонился нд Двлином.

Только теперь стрый сотник смог кк следует рзглядеть незнкомц. Лицо првильное, чуть вытянутое, с высокими, хорошо очерченными скулми; от ух до ух ккуртня бородк курчвится, недлиння, темно-руся — девки ткие любят. Брови срослись н переносице, под ними холодновто поблескивют непривычно удлиненные глз — серые, спокойные. Удивительно спокойные, словно и не было только что здесь кроввого боя, словно не хрипит у тебя н рукх гном, кровью истекя... И где это ты только тк стрелять выучился, прень?! И откуд это у тебя ткие стрелы, что пнцирь стенолом пробивют, словно гнилую рогожу?... И лук у тебя стрнный, хотя в Глене ккого только зморского товр не встретишь.

Гном истекл кровью, глз его зктились. В три руки стщили с Двлин сперв кольчугу, зтем злитую кровью лую куртку из кожи горной змеи. Незнкомец только присвистнул при виде жутких рн и споро взялся з дело.

Сперв добыл из сумки ккие-то порошки и сндобья, но потом веко впвшему в збытье гному приподнял, губы сжл и все добро свое — в сторону. Лдони н окроввленную грудь гном положил — пльцы длинные, тонкие, кк только меч ткими держит? — и по лицу гримс боли прошл. Рз рукми нд рнми прошелся, другой, третий... Аргнист смотрел и чувствовл, кк у него ум з рзум зходит.

— Д ты никк колдун, прень? — с невольным увжением прохрипел Аргнист.

Глянь — кровь уже остновилсь, стршные рны н глзх зтягивлись, пугющий черный цвет исчезл. Видывл когд-то и Аргнист подобное — в Глене. Глвный придворный чродей его величеств Игнрон проделывл...

— Ничего особенного, — незнкомец проговорил устло. Пот со лб вытер. — Теперь твою руку двй глянем...

Целитель ловко вспорол лохмотья, оствшиеся от рукв куртки Аргнист. Рн вроде бы и небольшя, успел и згноиться, и почернеть. В гврдии-то лечить стли бы просто — мечом чуть пониже плеч рубнули бы, д и весь скз.

А тут... Диво дивное, д и только. Лдонь колдун, не ксясь, нд смой кожей прошл — и чудовищный нрыв тотчс прорвлся, гной вскипел, словно вод в котелке, открылсь здоровя розовя кож...

— Вот и все. — Волшебник обессиленно сел прямо в снег.

— Позволь теперь мне помочь тебе, мстер. — Аргнист зхлопотл вокруг своего спсителя. Зклятия творить — то дело не шутейное, всякий знет.

— Блгодрю, мне уже лучше, — тот открыл глз. — Но гном в тепло нужно скорее... Инче он, боюсь, не встнет больше.

— Вот устроил себе! Тьфу, пропсть! Хрбрый, дурк. Лдно, дотщу уж его кк-нибудь. Но тебя-то кк зовут, мстер?

— Зови меня Эльстном. — Волшебник с некоторым трудом поднялся. — А теперь — з рботу!

Аргнист несколькими удрми топор снес пру молодых сосенок. Н скорую руку смстерили некое подобие носилок, взвлили н них гном и, сгибясь под тяжестью ноши, побрели к хутору.

Домой добрлись, когд уже совсем стемнело. По дороге почти не рзговривли: Аргнист знл, что волшебникм лишних вопросов здвть не стоит, Эльстн тоже молчл.

— Вообще-то, у меня к тебе очень серьезный рзговор, почтенный Аргнист, — возле ворот хутор волшебник нрушил молчние. — Мы поведем речь об Орде.

— Тк что ж ты рньше молчл, досточтимый мстер? — удивился стрый сотник. — Столько шли — вот и поговорили бы!

— Я следил з ее тврями, — последовл ответ. — С этими жукми — стеноломми, првильно? — мы бы спрвились, но, кроме них, тм кружило немло бестий и похуже. Мне нельзя было отвлекться.

— Ну, рз пришел говорить об Орде, отчего ж не потолковть, — кивнул Аргнист.

— См я с юг, — чуть быстрее, чем приличествовло увжющему себя могучему волшебнику, скзл Эльстн — С Рыцрского Рубеж. Был в бртьях. Ушел. Теперь стрнствую один. — Он выплил все это одним духом. Простой хуторянин никогд бы ничего не зподозрил, но Аргнист недром служил в гврдии двух королей. Молодой чродей, мягко говоря, слегк хитрил. Но хитрил отчего-то совсем по-человечески.

Ворот хутор, несмотря н почти ночное время, были широко рспхнуты. Во дворе горели многочисленные фкелы, из конюшен выводили лошдей, слышлся резкий и повелительный голос Алорт, стршего сын Аргнист.

— Ну, что рсшумелись? — сердито бросил оторопевшим домочдцм Аргнист, внезпно появляясь из-з угл со своей стрнной ношей. — Чего суетитесь? Я уж и здержться в лесу не могу — ровно дите нерзумное! Лучше пошлите женщин дв гостевых лож приготовить д Сту позовите! Он у нс трвниц, — обернулся он к Эльстну.

— Это будет нелишне, — соглсился тот.

— Отец! Но ты же в крови! — вдруг воскликнул Армиол. — Что случилось? Неужто Орд?...

— Пустяки, полдюжины стеноломов, и потому хвтит квохтть! — строго прикрикнул н юношу отец. — Чй, не бб. Не видишь — н ногх стою.

Армиол осекся. Стршие бртья, Алорт и Артлег, покосились н млдшего с неодобрением — в смом деле, чего нюни рзводит?... Отец умирть будет — и то все сделет, чтобы никто не зметил...

— Лучше помогите вот его внутрь внести, — рспорядился Аргнист, и сыновья тотчс подхвтили тяжелые носилки.

— Гном подобрли, — пояснил Аргнист собрвшимся у ворот людям. — Орд его потрепл. А это Эльстн, целитель искусный и стрелок отменный.

Молодой волшебник приложил руки к груди и поклонился.

— Пропустите, д рздйтесь же! — вдруг послышлся высокий женский голос, зметно дрожщий от сдерживемых слез. — Д отойдите же, не зстите!

Рботники, служнки и дже сыновья сотник поспешно рсступились. Супругу Аргнист, почтенную Дееру, дочь Лииты, боялись все без исключения, и дже ее собственный муж. Когд хозяйк гневлсь, от нее лучше было держться подльше.

Он вынырнул из-з людских спин, высокя, сттня, прямя, с едв зметной сединой в густых кштновых волосх. Большие темные глз смотрели с укором и горькой обидой, пльцы теребили крй передник.

— Д что ж это ткое! — нпустилсь он н Аргнист, чего никогд не делл н людях. — Не инче, н тот свет собрлся, муженек! Мыслимое ли это дело — по лесу тк долго шстть! Пусть дже и весной! Вот, пожлуйст, добродился! — Взгляд Дееры упл н окроввленный рукв. — Ну, что я тебе говорил?!

— Лдно, хозяюшк, не серчй. Видишь, ккое дело приключилось... Гном в беду попл — что ж мне, брость его было, что ли?

Против подобного ргумент Деер ничего возрзить не могл.

— Д и гости у нс. — Аргнист шгнул в сторону, и Эльстн вновь поклонился — н сей рз одной Деере. Кое-кто из девушек демонстртивно и томно вздохнул — гость был крсив, очень крсив...

— Тк что ж ты его у ворот держишь? — тотчс возмутилсь Деер. — А вы что встли? — повернулсь он к сыновьям, тк и зстывшим с носилкми н плечх. — Несите нверх, в пустую светелку! З Стой послли?

— Послли, мтушк, — тотчс отозвлся Алорт.

— Вм не нпомнишь — в отхожем месте штны спустить збудете, — мхнул рукой Деер.

Мло-помлу сует улеглсь. Гном уложили н зботливо приготовленное ложе; он оствлся в полузбытьи, но Ст, быстро отыскв ккое-то сндобье, влил-тки его в рот Двлину, и гном моментльно уснул.

— Првильно, почтення, — негромко скзл молодой женщине Эльстн.

Ст поднял глз н гостя... и тут же опустил их, густо покрснев. В смой глубине глз Эльстн чуть зметно мерцл теплый огонек, и любя женщин безошибочно угдл бы, что он ознчет...

Положение спс см хозяин, позввший Эльстн отужинть.

Увжя гостя, з едой его никто ни о чем не спросил. Однко, едв только ужин окончился, Эльстн тесно обступили со всех сторон. Аргнист нзвл молодого волшебник «целителем и стрелком», отнюдь не чродеем; произнеси хозяин хутор слово «колдун», никто бы не подошел к Эльстну ближе чем н полет стрелы.

Все згомонили рзом, требуя скорее подробностей. Ст скромно держлсь в сторонке, хотя именно он-то и могл скзть кое-что о стрнном госте. Ее, трвницу, обмнуть было не тк легко: рны н шее и рукх Двлин говорили сми з себя. Однко он молчл...

— Погодите, погодите! — рссмеялся Эльстн, в шутливом ужсе вскидывя руки. — Сперв мне ндо поговорить с почтенным Аргнистом. А потом я весь вш, друзья мои! Споем и стнцуем, , кк вы?

— Стнцуем! Стнцуем! — восторженно зпищли девчонки. Прни вырзили свое одобрение дружным «Аг!». Круг рзомкнулся, пропускя Эльстн.

Стрый сотник привел гостя в дльнюю полутемную горницу, смолично зжег лучины в ковных светцх, выствил рсписной кувшин с горячим сбитнем и несколько чшек.

— Я ведь тк рзумею, — нчл Аргнист, — ты об Орде подробности сбирешь. Пор, пор, двно пор чродеям з эту нпсть взяться! Тк что, почтенный, я кое-кого из своих тоже позову. Что я зпмятую, они рсскжут. Хотя что ты еще хочешь об Орде узнть, коли с Рыцрского Рубеж пришел?

Вопрос был с подвохом.

— Тм умеют только отгонять тврей от стен, — чуть усмехнулся Эльстн. — Больше о чудовищх ничего не известно. А ведь они должны откуд-то появляться, где-то плодиться — рзве не тк? И одно из тких мест я уже зню.

В горницу осторожно, бочком вдвинулись сыновья Аргнист, з ними Деер. Жен Аргнист вел з руку смущенную Сту, крсную, кк мков цвет. Свекровь был весьм высокого мнения о своей млдшей невестке; поговривли, будто Ст умеет ворожить и чуть ли не колдовть. Деер всему этому верил свято и, тщ з собой слбо упирющуюся молодку, рспоряжлсь прямо н ходу:

— Ты в корень, в корень зри, девоньк! Н тебя вся моя ндежд. Мло ли что пришлый этот нплетет! Кто их, стрнников-то нынешних, рзберет, только не зря бют, что добрые люди нонче по дорогм не шстют. Кто поумнее, тот н юге сидит, з Рыцрским Рубежом, кто поглупее — вот кк мы, скжем, — те здесь... Орду отгоняют, чтоб южне эти здницы потолще недли... Тк что ты смотри внимтельно! — Деер дже погрозил невестке пльцем.

— Мтушк... тк ведь Артлег-то... супруг мой... что скжет-то? Увидит, что я н гостя смотрю... Сми ведь сын своего знете, мтушк!

Деер нхмурилсь. Ее средний и впрямь хрктером не здлся — и упрям, и зол бывет, д и Сту, случется, кк следует приложит... И отец ему уже не укз! А Ст ж ведь с дитем! Нет, еще рз пльцем девочку тронет... пусть в кузне живет. Д! Тк Аргнисту и скжу, то больно мягок он с ним... См сотник з всю жизнь не тронул жену и пльцем. Они и в смом деле жили «в любви и соглсии», кк пелось в песнях...

— Артлег не бойся, — нсупив брови, решительно произнесл хозяйк хутор. — См ему сейчс скжу.

Пок сыновья Аргнист чинно рссживлись з столом (Ст — прямо нпротив Эльстн), Деер дернул з рукв Артлег.

— Иди-к сюд, голубь. — Губы мтери были поджты. Нчло рзговор не предвещло ничего хорошего, прень угрюмо поплелся следом. — Ты у меня смотри! — яростно прошипел Деер в лицо сыну. — Опять жену угостил?! Молчи! И в кого ты только ткой изверг! В млолетстве котят все мучил, я думл — по глупости, ты и взрослый ткой же орясиной остлся!... Ну лдно, об этом позже, сейчс слушй — Сте я велел н Эльстн этого смотреть. Понял?! Я велел! Тк что нишкни. А вообще, узню, что ты ее опять... — он н мгновение умолкл, собирясь с духом, — прокляну! Тк и знй — прокляну!

— Мть, ты что? — опускя голову и сдвигя брови, пробурчл Артлег. — Стьке ж я з дело... Нерсторопн, неуслужлив! Из лесу приду — спог не снимет!...

— Я тебе покжу! — вспыхнул Деер. — Споги с него стскивть жен должн!... Изверг, кк есть изверг! Ну, я с тобой еще потолкую...

— А я ей все рвно всыплю, — с мрчной угрозой пробормотл Артлег. — Нечего ей жловться!... Вместо ответ мть больно дернул его з вихор.

— Поговори у меня!... А теперь пошли. Ты понял?

Артлег угрюмо дернул плечом. Нбычсь и волком глядя по сторонм, он вошел в светелку вслед з мтерью. Сильный, широкоплечий прень, длиннорукий, мускулистый, но глз ккие-то мутные, словно с гнильцой, вечно прищуренные, рот всегд брезгливо скривлен. Он понимл, что Ст вышл з него только по воле родителей — семьи Аргнист и Кргр договорились об этом брке восемь лет нзд, — и от этого терзлся все сильнее и сильнее с кждым днем...

— Прощения просим, гость дорогой, — извинилсь Деер, усживясь рядом с мужем. — Здержлись мы чуток, д, впрочем, нм же торопиться некуд? Ночь-то, он длиння...

— Спрведливо, почтення хозяйк, — Эльстн в знк соглсия склонил голову. — Вы позволите мне нчть?...

«Южнин, точно, — подумл Аргнист. — Здесь хоть всю округу чстым бреднем прочеши, второго, чтобы тк изъяснялся, не сыщешь».

— Я искл этот хутор, почтенный Аргнист. Я зню, что ты служил в королевском войске и остлся в лесх после того несчстного поход. Все, что мог, об Орде я здесь вызнл. И хочу предложить тебе — и твоим сынм — одно трудное и опсное дело. Одно из логовищ Орды мне известно. В этой округе тври выходят из-под земли через рзвороченную вершину Холм Демонов.

ГЛАВА III

— Ты знешь, откуд Орд идет к нм? — Аргнист ровно по голове чем-то тяжелым удрили. Он свыкся с Ордой. Знл, что он всегд был, есть и будет, что победить ее невозможно, что в человеческих силх лишь нендолго оттеснить ее от своего порог.

— Зню, — Эльстн кивнул.

Ишь, сидит, прямой, строгий, губы сжты, в глзх — темное плмя. Сильный чродей. Очень сильный. Уж колдунов-то, проходимцев всяких Аргнист в молодости н юге нсмотрелся. Силу чувствовть нучился. Этот стрнновтый прень — из нстоящих. Уж тут-то он, Аргнист, что угодно прозклдывть может.

И точно — Эльстн кк будто его мысли прочитл. З пзуху полез и, глянь-к, достет жезл волшебник!

Те, кто умеет зклятья брость, тоже меж собой не рвны. Смые низшие — это целители всякие, ворожеи, трвники. Они если и колдуют, то смую млость. Првд, люди они большей чстью достойные и полезные, хотя, конечно, в семье не без урод. Ступенью выше — колдуны. Эти кое-чему учились, могут молнию с небес свести, дождь вызвть, вещь пропвшую нйти и тк длее. Еще выше — волшебники. Эти имеют жезлы, из белой кости резнные, с прозрчным кмнем н торце. Ну высшя кст — мги. Эти с посохми ходят. Болтют, будто в посохе-то глвня сил мг и кроется, хотя см Аргнист подобному не верит. Что же ты з мг, если, без игрушки своей оствшись, в беспомощного стрикшку преврщешься?...

Сыновья Аргнист переглянулись. Это было что-то новое, и от этого нового в сердцх нчинл медленно рзгорться жркий огонь. Логово Орды! До него ни рзу не добирлся ни один человек. Они должны стть первыми!

А у Дееры сердце тотчс упло. Все, муженек теперь н месте не усидит. Д чтоб ему, Эльстну этому, н обед хоботяре попсться!

— И еще я хотел предупредить тебя — тебя и всех остльных хуторян. Орд тоже меняется. Появляются новые тври, куд более смертоносные. Вм они пок еще не попдлись. Совет мгов Глен думет, кк вывести людей с север з Рыцрский Рубеж.

— Что? — ошеломленно переспросил Аргнист. — Н юг? В орденское ярмо?

— Кто знет, быть может, это окжется единственным выходом, — вздохнул Эльстн. — Но речь сейчс не только об этом. Я — рзведчик. У меня дв дел. И рзузнть о новых тврях я могу лишь около того мест, где они выходят н поверхность. Я пришел спросить тебя, не соствишь ли мне компнию, — зкончил пришелец недолгую свою речь.

Не соствишь ли компнию! Легко скзть, д трудно сделть. Жезл, конечно, у тебя, прень, крсивый, спору нет... и стрелы, ручюсь, зговоренные... но что ты возле Холм Демонов нйти хочешь?

Последнюю мысль Аргнист произнес вслух.

— Кк что? — Эльстн ж удивился. — Ответ н простой вопрос: кто нслл н эти земли Орду? Зчем и почему? И кк от нее избвиться?

— А мы-то тебе зчем? Сюд шли, ты толковл, что см нс об Орде рсспршивть хочешь...

— Хочу и буду! — горячо подлся вперед пришелец. — Но глвное все же возле ее, Орды, логов. Большому войску тм делть нечего. А небольшой отряд, глядишь, проскользнет.

— А зчем тебе мои муж и сыновья? — вскинулсь Деер. — Ты, гость дорогой, чродей не из последних будешь — вот и извел бы эту Орду всю под корень! А то вы все мстер рзговоры рзводить... А потом окжется, что ты просто живот свой спсл, телми Аргнист д мльчишек згорживлся?!

Слышно, Эльстн зубы сжл — ж скрипнули.

— Почтення хозяйк, клянусь тебе Кровью Предвечных Звезд, что, окжись у меня достточно силы, в тот же миг с Ордой бы рспрвился, пусть бы дже и жизнью собственной зплтить пришлось. Но, увы, не в моей это влсти. И в одиночку пробиться к Холму Демонов я тоже не могу. Мгия мгией, но и без мечей тоже не обойтись. Не столь могуч я, почтення хозяйк, чтобы рукой взмхнуть — и передо мной чистый путь откроется. Коли тк, не носил бы с собой ни меч, ни лук.

Помолчли. Деер глз не опустил, вот Ст тк прямо вся крской злилсь. «Хорошо, Артлег не видит, кк Эльстн этот н меня смотрит... Ой, д что ж это тк сердце-то колотится?! Ты же мужняя жен...»

Аргнист же, едв про Кровь Звезд услыхл, тк глз мло что н лоб не выктил, ровно мужик-деревенщин, впервые в Глене Светлопенном окзвшийся...

— Хорошо, Эльстн-чродей, — выговорил нконец хозяин. — Невместно мне н твою просьбу откзом отвечть. Пойду с тобой. Не первый рз Орде рогтину в подбрюшье всживем. Авось и н сей рз Боги Милостивцы, Хедин с Ркотом, зщитят и оборонят.

Деер только лдонями лицо зкрыл. Ум последнего муженек лишился, не инче. Сгинет только, вот и все. Неужто ей теперь вдовой век вековть оствшийся!...

— Погоди, не реви, я ведь живой еще. — Аргнист жену по голове поглдил и, к сыновьям повернувшись, продолжил: — Артлег! Со мной пойдешь. Ты, Армиол тоже. А ты, Алорт, здесь зместо меня остнешься.

— Армиол-то тебе зчем? — подл голос Деер. — Оствь ты его! Я еще внуков его покчть хочу...

— Ммо, д вернемся мы все, вернемся!... — Армиол тк и вскинулся — боится, что дом оствят.

— Выступим звтр, — решил Аргнист. — Алорт! Хвтит брови хмурить! Н тебя весь нрод оствляю! Мть! Хозяйство! Хутор хрни, чтобы нм было куд вернуться!

Коренстый, основтельный Алорт молч нклонил голову. Слово отц — зкон. Инче пропдем все ни з что.

Деер с Стой молч поднялись и поклонились.

— Пойдем вс в дорогу собирть, — мертвым голосом скзл Деер.

Аргнист, несмотря н хлопоты, пострлся кк можно лучше устроить гостя. Эльстну отвели чистую прдную горницу; искупя невольную вину, молодой волшебник в тот же вечер вышел к хуторянм с большой лютней.

Чистый и сильный голос Эльстн зполнил просторную горницу. Он стрлся петь только смые веселые плясовые, и нрод, конечно, н месте не усидел. Нсилу Аргнист глубоко з полночь всех спть рзогнл.

Плеч Эльстн неожиднно коснулсь чья-то мягкя рук. Он резко повернулся — может, излишне резко, тк что невысокя стройня фигурк испугнно отпрянул.

— Прости, я виновт, — Эльстн покянно рзвел рукми. Вспомнил — Ст, жен Артлег, среднего сын Аргнист. Трвниц.

Вгляделся пристльнее. Д... трвниц... и... чуть-чуть... колдунья!

Тк вот почему ее посдили прямо нпротив него и он тк пристльно вглядывлсь ему в лицо! Хотели рзобрться... не верили... боялись...

Он вновь усмехнулся, но н сей рз усмешк вышл совсем кривой и вымученной. Ему не доверяли. Он мог петь сколь угодно чрующе, но при этом оствться грязным колдуном. Их все боятся и при первом удобном случе сжигют н кострх.

«Пор бы привыкнуть, Эльстн, д все никк не выходит».

— Я провожу тебя, — от смущения Ст не знл, куд девть руки.

— Я зню дорогу, — удивился волшебник. «Зчем? Почему? Рзве нет, н крйний случй, служнок?... И вдобвок — Ст же в тягости! Впрочем, не будем спорить. Посмотрим, что последует длее».

— Хорошо, госпож, я готов следовть з тобой, — по некотором рзмышлении Эльстн отвесил молодке церемонно-изящный поклон. Ответом послужил еще один недоуменно-испугнный взгляд.

Он провел его в уже знкомую гостевую. Желтовтый дощтый пол оттерт до блеск, н широком лежке в углу уже готов постель. Ст зсветил лучину, вроде бы и уходить ей уже пор, однко же нет, не торопится.

— Скжи мне... Вы с отцом вернетесь? — вдруг последовл вопрос.

«Тк. Аргнист невестк зовет отцом, не свекром. К чему бы?»

Н прямые слов негоже отвечть утешительной ложью, и, повинуясь вечной мгии зеленых глз, Эльстн ответил, не кривя душой:

— Не зню, госпож. Очень может быть, что поход этот зкончится ншей гибелью. Это ведь не поединок, где всегд есть ндежд, дже если против тебя и более сильный врг. А Орд — это смерть. Одно лишь скжу тебе твердо — мы или вернемся все вместе, или из нс не вернется никто. Шкуру свою жизнями твоих близких я спсть не стну.

— Я... я верю, верю! — прозвучл горячий шепот. — Но... ты же чродей. Ты... ты горздо сильнее, чем хочешь кзться. Я, конечно, всего лишь хуторскя трвниц, но в тебе я чувствую что-то высокое, холодное, чистое... Кто ты? Неужели простой смертный волшебник?

Зеленые глз горели, моля об одном — првду!

Однко именно эту првду он открыть и не имел прв.

— Тк чего же ты хочешь от моего искусств? — Он попытлся уклониться.

— Згляни вперед! — горячо выдохнул Ст. — Скжи, суждено ли отцу вернуться... Эльстн только головой покчл.

— Про отц твоего, почтенного Аргнист, ничего не скжу. Не могу н свой собственный поход гдть. Боги все рвно не ответят. Но ты ведь не только об отце спросить хотел? О сыне своем, зчтом, но не рожденном еще, верно? Потому что сейчс жребий его, если он стршен, волшбой еще переменить можно?

Ст дрожл не в силх вымолвить ни слов. Только кивнуть и сумел.

Волшебник вновь скрипнул зубми. Возложенный н него долг требовл, чтобы он ответил прямым и недвусмысленным откзом. Но эти глз! Кровь Звезд, что з глз!

— А что скжет твой муж? — использовл он последнюю отговорку. Ст лишь слбо улыбнулсь.

— Я ему трех ббенок подсунул. По нитке жемчуг речного кждой — не тк уж дорого. До утр они его не отпустят.

Откзться Эльстн уже не мог.

Дверь гостевой горницы зпер тяжелый железный зсов. Волшебник зтеплил две лучины по крям стол. Достл свой жезл — кмень в нвершии мягко светился голубым и серебряным. Шгнул было к своей сумке, но зтем отчего-то мхнул рукой и сел, положив жезл н чистую столешницу. Соединил руки нд кмнем и нчл вполголос читть зклятье н стрнном, небывло чистом и мелодичном языке.

Он читл долго. Зклинние вилось, точно великя рек Эгер, и нд столом, между горящих лучинок, медленно стл проявляться оплесцирующий шр. Внутри него постепенно нчл рсти золотистя искорк.

А потом... невольно Эльстн дже отштнулся от неожиднности. Из-з пределов светящегося шр к золотой искорке со всех сторон хлынул Тьм.

Свитые в тугие смерчи, ее струи кзлись устремившимися к добыче ядовитыми змеями. Нет! Не змеями... они... они словно бы не стремились поглотить искру ненвистного золотого сияния, нет! Они... словно бы пытлись вытолкнуть ее н поверхность ккого-то мутно-серого окен...

И тут шр внезпно лопнул, Эльстн с коротким, сдвленным воплем упл грудью н стол. Ст рвнулсь к нему.

Ее лдони осторожно коснулись бессильно откинувшейся головы молодого волшебник, с робкой лской прошлись по длинным волосм — «мягкие-то ккие!» — и испугнно отдернулись, едв Эльстн зхрипел и приподнялся, оттолкнувшись лдонями.

— Что это?... — только и смогл пролепетть молодк.

Эльстн широко рскрытыми глзми смотрел н опленные доски стол.

«Вот это д! Вот это д! Великя Тьм, что тебе ндо от этого ребенк? Ты что-то от него хочешь? Звезды отдют ему рссеянную в Сфере Миров силу, и ты хочешь бросить эту силу в бой... против кого? Новых Богов? Тьм? Или... или то Великое Зло, приход которого тк нстойчиво предвещют все до единого пророки?...»

— Я... я ничего не могу скзть, — прохрипел Эльстн в ответ н жгучий, молящий взор Сты.

Больше он от него ничего не могл добиться.

Нутро мленький отряд двинулся. Эльстн, Арг-нист, Армиол, Артлег. Четверо против Орды.

Дорог к Холму Демонов был хорошо известн. Место это пользовлось дурной слвой, но почему — толком никто не знл. Тйные кпиш троллей и гоблинов рсполглись севернее. Логов ккой-нибудь тври вроде вмпир или ведьмы в Холме никто никогд не змечл. Тем не менее молв глсил единодушно — «дурня гор». Првд, все эти сведения не отличлись свежестью — к Холму двно уже никто не ходил. Орд нглел, и хуторянм стновилось не до прогулок, тем более в мест со столь богомерзкими нзвниями.

Узкя лесня дорог. Впереди — см Аргнист, рядом — Эльстн, белый лук нготове; потом — Артлег с Армиолом. Хутор позди остлся, крй лес миновли, и тут-то Орд себя и покзл.

Пяток ногогрызов тковл из-под корней. Эльстн всдил одному в спину стрелу, остльных кони зтоптли.

— Первя весть. — Аргнист спешился — Локрну с копыт стереть кроввую дрянь. — И сколько з четыре дня еще будет...

До вечер тких «вестей» было еще четыре — не слишком много для столь дльнего переход. Один рз стеноломы — Эльстн ншпиговл синевтый шр стрелми столь стремительно, что никто не успел и руки поднять. Потом броненосец поплся — Армиол достл тврь копьем, его конь довершил дело копытми. Третья стычк окзлсь посерьезнее — дорогу прегрдил пр хоботяр с полной свитой. Ткое дже для Зщитник крепкий орешек, и отряду солоно бы пришлось, не будь Эльстн. Две стрелы — и один хо-ботяр ослеплен; вскинутый жезл с горящим лым плменем нверщием — и вторя тврь, нелепо взбрыкнув, опрокинулсь н спину, болтя лпми в воздухе.

— Все! — Волшебник в седле зпрокинулся, мло что лук не выпустил. — Дльше... железом!

Оно и видно, что железом. Аргнист своего Локрн по бокм — и вперед. Копье до половины древк хоботяре в брюхо воткнулось. Кровь во все стороны черным веером брызг горячих. Артлег с тремя брюхоедми схвтился, Армиолу опять броненосец достлся, строму сотнику н себя мелочь вроде костоглотов пришлось принять.

Ослепленный хоботяр тем временем кожу н черепе себе рзорвл, оттуд новый глз высунулся. Првд, второй хоботяр, опрокинувшийся, тк больше уже и не встл — видть, копье спинной хребет перешибло. Артлег двух брюхоедов прикончил, Армиол своего броненосц зтоптл — от мелких и средних тврей отбились. От хоботяры же тк просто не отделешься; и небось не миновли б они смертей, но опять же Эльстн выручил.

— Гони! — прохрипел через силу, слов пополм с кровью изо рт выплевывя. — Гони! Кони вынесут! А тврь я со след собью! — И в смом деле сбил, првд, после этого его смого пришлось к седлу веревкми привязывть. Совсем чродей обессилел.

После ткой передряги четвертя встреч и вовсе чепуховой покзлсь. Подумешь, три глвопсти! Одну копьями истыкли, вторую Локрн с конями сыновей Аргнистовых н рог ннизл, третьей секирми достлось.

Свечерело. Они збрлись длеко н полуночь; дже Аргнист не знл здесь безопсных мест, вроде Светлой Горки, где, по крйней мере, не нужно бояться Нечисти.

Когд был съеден скромный походный ужин, Эльстн вновь взялся з дело, очертив вокруг стоянки несколько охрнных кругов. Тонкие серебристые обручи один з другим ложились н черную, еще кое-где покрытую снегом землю. Н миг эти круги ярко вспыхивли, медленно зтем угся. Утиря мокрый лоб, Эльстн устло опустился возле костр.

— Ндеюсь, мелочь мое колдовство сдержит. — Он кзлся совершенно изможденным. — Н крупных я поствил один кпкн... больше не могу. Орд невероятно сильн. Хотел бы я знть, кто питет ее мощью!

— Темный Влстелин, кто ж еще, — буркнул Артлег. С смого нчл прень смотрел н молодого волшебник безо всякой приязни.

— Темный Влстелин! — Эльстн усмехнулся. — Кто он, где его крепость, кк одолеть это создние?...

— Тк это у вс, колдунов, спросить ндо!...

— Првильно. И чтобы мы, колдуны, знли ответы, мне придется лезть в Холм Демонов.

Рзговор прервлся. Аргнист мрчно молчл.

Колдун-то, окзывется, только зря щеки ндувл. Ничего он толком не может! Хоботяру опрокинул и все — язык н плечо вывлил. С тким от Холм едв ли нзд вернешься. Глядишь, еще его смого спсть придется. Првд, стреляет прень все рвно здорово...

Темные чсы короткой ростепельской ночи летели быстро. Аргнист крулил первым, после него — Армиол и под смое утро — Артлег. Кругом црили тишь и спокойствие, Орд не покзывлсь, Нечисть тоже. С первыми лучми солнц все четверо путников были уже н ногх.

Второй и третий день пути прошли однообрзно, кк будто Орд уже нсытил свою ярость. Один рз вспугнули одинокого гоблин; Аргнист позвл его, думя рсспросить, но тот бросился нутек тк, что треск был слышен еще очень долго.

Конечно, Орд не исчезл бесследно, не оствив по себе никкой пмяти. Лес был встревожен, нпугн, поржен стрхом. Птицы метлись кк оглшенные, несколько рз всдники нтыклись н лосиные следы — по ним судя, звери неслись во весь опор, словно спсясь от погони. Вечером третьего дня н пути поплся совершенно свежий, дочист обглоднный медвежий скелет. Многие кости зверя были переломны.

Местность вокруг Холм Демонов не отличлсь крсотой. Унылые болот, мелкие березки д чхлые сосенки. Ни грибов, ни ягод, и зверье этих крев избегет. По окринм болот теснились мрчные ельники, точно готовое к штурму войско. Дорогу постоянно прегрждли повленные деревья, дже веселое весеннее солнце спрятлось в тучх, зрядил мелкий нудный дождь.

Утром четвертого дня путники окзлись н крю обширной, зросшей кустрником рвнины, прямо посреди которой чудовищной шишкой вспух Холм Демонов.

Зтив дыхние, все четверо молч смотрели н окутнную серой мглой голую, кменистую вершину. Чуть ниже в рзвороченном склоне виднелся черный зев пещеры, и оттуд сплошным потоком влил Орд.

От кря лес в детлях ничего не рзглядишь. Аргнист глз прищурил, но, прищуривй не прищуривй, все одно — ккя-то рек шевелящяся, видны длинные шеи хоботяр, рогчиные бшки. Остльное все в серой дымке тонет. А время от времени еще и крылтые тени мелькют — не инче, клювокрылы. А звуки! Скрежет, визгливые вопли, плотоядное урчние, неясные хрипы, клекот, резкий свист... А уж вонь — сто лет хлев не чистить ндо, чтобы тк зпхло.

Но, бртие, коли тм пещер, тк ведь ее свод и обрушить можно.

Аргнист посмотрел н сыновей, и потом они все вместе уствились н Эльстн. Ккие тм изыскния, во имя Ркот?! Ты же мг! Зствь кмни повиновться! И, словно прочитв их мысли, зговорил Эльстн.

— Пещеру я попытюсь звлить. Если вы сможете меня прикрыть...

«А что будет, если нслвший эту Орду Темный Влстелин прознет, кто зпечтл логово его тврей?... А ведь мне придется произнести имя моего Короля... потому что инче Орд рзмечет кмни в дв счет... Что тогд будет, о лриэ сйти лэн?!»

— А отсюд... ты звлить ее не можешь? — осведомился Аргнист.

— Нет, — отрезл Эльстн.

— Тогд вперед. — И кони, грудью рздвигя невысокие зросли, шгом двинулись вперед.

Что с тобой, Аргнист? Уж не стршно ли тебе? Ты не боялся смерти н ртных полях, ты не боялся стрости — двно решил, что, не дожидясь немощи, см уйдешь к Ркоту, — тк отчего же сейчс сердце колотится возле смого горл? Ох, не тк сюд пробирться ндо!... Коней с Армиолом оствить — может, хоть млдший уцелеет, смим ползком, ползком... Но верхми у тебя изрядное преимущество перед тврями Орды, и потому приходится рисковть. Зловещий Холм мло-помлу приближлся.

— Стойте! — внезпно прошипел Эльстн, поворчивя своего сккун. — Оно рядом... Слышите? К мечу!

Рогч ухитрился подобрться почти вплотную. Из зрослей высунулсь жуткя рогтя бшк, покрытя темно-коричневой глянцевой чешуей. Нпоминвшя бочку псть рспхнулсь, длинный розовый язык зтрепетл, словно у выбирющей жертву змеи. Из псти по черным губм стекл дурнопхнущя слюн.

Стрел волшебник по смое оперение ушл в морду рогч. Удрили копья Аргнист и Армиол, Артлег ловко метнул секиру, Локрн изловчился стегнуть тврь роговым клинком н хвосте. Один из рогов тври внезпно и резко удлинился — Эльстн уклонился чудом. Обеими рукми он уже сжимл свой серебристый тонкий меч и, неожиднно перегнувшись с седл, вогнл оружие по смый эфес в шею стршилищ. Острие дошло до сердц, чудовищный бык коротко взревел и повлился.

— Ловко, — тяжело дыш, одобрил Аргнист. — Слвный у тебя клинок, мстер. Где ткие делют, не скжешь?... Ар-н-Ашпрнг?...

Эльстн только покчл головой.

— З морем, в Южном Хьёрврде... «Нехорошо лгть сржющимся с тобой рук об руку!»

— Крупный, однко. — Артлег пнул тушу носком спог. — Попотеть бы пришлось...

Это еще, пожлуй, мягко скзно. Один н один с рогчом у обычного человек нет никких шнсов. Втроем, д еще верхми, случлось, спрвлялись, првд, не без рн и увечий.

— Трогемся! — Аргнист послл Локрн вперед. — Немного уже остлось.

Зросли внезпно кончились. Вверх круто уходил голый, совершенно безжизненный склон. Кмни мслянисто поблескивли, покрытые ккой-то вонючей слизью. Кони презрительно зфыркли, однко идти дльше не откзлись.

Стрясь не змечть зловония и не прислушивться к отвртительно зловещим звукм, осторожно поднимлись по мертвому склону. А впереди, нд ними, изливясь из чрев подземной кверны, н волю вырывлсь Орд.

Срзу же з порогом пещеры живой поток сворчивл влево от Аргнист и его спутников, скрывясь з изгибом склон.

Тут и впрямь было множество тврей, еще не виднных ни Аргнистом, ни его сыновьями. Мимо них шло, перло, влило, ктилось несметное полчище смых что ни н есть причудливых создний. Морды, псти, клыки, когти, щупльц, рог... извивющиеся, сокрщющиеся, перектывющиеся, ползущие, прыгющие, шгющие тел. Шелест бесчисленных лп. Хлопнье крыльев. Мокрое чвкнье челюстей.

Живя рек ндменно игнорировл четверых путников. И руки Эльстн уже нчли медленно совершть ккие-то пссы...

Откуд-то сверху, из-з облков, внезпно донесся холодный и яростный вой, исполненный жестокой силы и жестокого прикз. Смысл все поняли тотчс, едв зтрещли кусты у подножия склон.

Из сырой и серой мглы нд головми вниз стремительно ринулось десятк три крылтых тврей — не привычных клювокрылов, нет! Что-то иное, куд более грозное и отвртительное. Аргнист невольно подивился тому, кк столь небольшие крылья могли поддерживть в воздухе ткие туши, обильно снбженные многообрзными смертоубийственными орудиями. Серпы, пилы, рог, копья н груди и спине; изогнутые, точно сбли, когти н изломх крыльев, н мощных лпх... Кждя тврь был рзмером с пру добрых волчр.

А вверх по склону вприпрыжку мчлсь целя волн тврей поплоше: и уже знкомые стеноломы, глвопсти, костоглоты, рогчи, и доселе еще невиднные. Хорошо еще, что хоботяры пок не пожловли.

— Ммочк... — вдруг совсем по-детски всхлипнул Армиол.

Кони гневно зржли, сми поворчивясь к опсности и роя копытми неподтливую землю. Ноздри Локрн рздувлись — могучий жеребец готовился к смертельной битве.

— Луки! — взревел Аргнист. — Двй, Эльстн!

— Мне потребуется время, — лихордочно бросил волшебник. Его кисти выписывли фигуры ккого-то змысловтого тнц. И сотнику дже покзлось, будто между пльцев Эльстн зметлись крошечные искорки белого плмени.

Покидвшие пещеру чудовищ взирли н всдников с прежним безрзличием. Эльстн внезпно рзмхнулся и швырнул в темный зев кверны нечто вроде клубочк снежно-льдистого огня. Швырнул — и тотчс подл коня нзд, срывя с плеч лук.

— Сейчс вспыхнет... — нчл было он, однко мгновения истекли, в пещере все оствлось по-прежнему. Крылтые тври кружили нд смыми головми, но пок не нпдли, словно ожидя подход своих собртьев, крбквшихся по склону.

Армиол и Артлег пустили стрелы. Опытные охотники, они не промхнулись: тврь хрипло вскркнул и отвернул. Из основния крыл торчли дв древк с серым гусиным оперением — лучшие боевые стрелы с оголовкми гномьей рботы.

Аргнист увидел, что молодой волшебник со все возрстющим изумлением смотрит во тьму пещеры... и кк изумление в его глзх сменяется отчянием.

— Не действует! — Лицо Эльстн искзилось ужсом.

В тот же миг крылтые нконец тковли.

Несмотря ни н что, Эльстн не утртил ни сноровки, ни ловкости. Беля стрел вспорол воздух, по смые перья уйдя в глз стршилищ. Тврь грянулсь оземь, глухо ревя и ломя лпы о кмни.

В лицо Аргнисту удрил струя густого смрд, от которого все мутилось в голове. Мелькнул уродливя голов, покрытя серо-зеленой чешуей, рспхнутя псть, шесть рядов бесчисленных зубов... Между глз стршилищ торчло нстоящее костяное копье, острие проскрежетло о крй шлем Аргнист.

Стрый сотник выбросил меч вперед-вверх зученным движением, словно вновь окзвшись н ступенях штурмовой лестницы подле вржеской бойницы. Лезвие вошло в костистую грудь, Аргнист обрызгло черной дурно пхнущей кровью, столь же отвртительной. Второй взмх ндрубил крыло неудчливого летун, и туш поктилсь по кмням. Силы Лесные, д что же Эльстн медлит?...

Локрн яростно зржл, удром острого копыт рзмозжив череп смому шустрому брюхоеду.

Улучив мгновение, Аргнист обернулся. Эльстн молч и с ожесточением рубил своим дивным мечом плотные ряды вливших из пещеры тврей, словно собирясь прорвться внутрь. Черня кровь брызгл фонтнми, вокруг волшебник громоздились мертвые туши, но спин его был совершенно открыт.

— Д скорее же! — рявкнул сотник в зтылок Волшебнику. Цепь стеноломов и прочей ордынской тври был уже в двух десяткх шгов.

С головы до ног покрытый черной кровью, Эльстн по трупм чудовищ дошел-тки до вход в пещеру. Прижвшись к стене, он вновь принялся лепить из воздух невидимую фигуру.

Из рядов нступющей Орды вперед вырвлся крупный рогч. Нклонив остроконечную корону, он ринулся прямо н Аргнист. Обученный Локрн подлся было в сторону — обычный прием, но прямо з спиной хуторянин стоял Эльстн, и вместо того, чтобы уклониться, Аргнист нтянул поводья, принимя удр н себя.

Мир опрокинулся и померк. В сознние ворвлсь оглушительня, поглощющя все остльное боль; руки последним усилием вогнли честную стль клинк в глубь смрдной глотки.

— Отец! — Рздлся отчянный крик, и все окончтельно погсло.

Челюсти мотли из стороны в сторону бесчувственное тело, скрежещ по железу доспехов. Секиры сыновей вонзились в плоть рогч, в шею тври вошел рог Локрн.

«Именем Вечного Короля!... Инче не подействует... о лриэ сйти!»

По вытеквшей из пещеры реке чудовищ внезпно прошл долгя множествення судорог. Возле смых ног Эльстн рспхнулсь чья-то псть, усеяння изогнутыми крюкми зубов. Хозяев Холм нконец-то рзобрлись, что к чему.

Волшебник с отчянием отпихнул морду спогом — руки были зняты плетением Огненной Сети. В кольчугу вцепились чьи-то когти, резко потянули вниз... Но тут сложенные пригоршней лдони волшебник нконец-то дрогнули от нпор двно ожидемой Силы.

— Ириэхо внтиото! Внтиото суэльдэ!

Чистый, мощный и звучный голос, в котором одновременно слышлись и рокот морского прибоя, и тонкий перезвон хрустльных колокольчиков, совсем не походил н тот, к которому уже привыкли Аргнист и его домочдцы. Обернувшись, Артлег увидел, кк из лдоней чужк выплыл ярко светящийся огненный шр; плменное чудо исчезло в черной глубине пещеры, Эльстн, нелепо взмхнув рукми, повлился прямо в поток чудовищ.

Сыновьям нконец удлось вырвть тело Аргнист из смертельных объятий рогч, и тут в глубине пещеры что-то грянуло.

Грянуло тк, что и Артлег, и Армиол едв не свлились с коней и врз перестли что-либо слышть. Земля под ногми зходил ходуном, потом из глубины подземелья вверх рвнулся клубящийся, упругий смерч из туго свитых жгутов многоцветного плмени, по спирли огибя вершину Холм. Он сжег, рзметл, обртил в ничто мерзкие серые тучи, испепелил крылтых бестий; мгновенно превртились в живые фкелы и те тври, что тковли Армиол и Артлег. А потом оцепеневшие бртья увидели, кк зшевелились, оживя, кмни вокруг пещерного устья; толкясь и поштывясь, словно толп подвыпивших дровосеков, грнитные глыбы двинулись к обугленному входу в подземелье. Зхрустели кости немилосердно двимых чудовищ, в щелях между кмнями зметлись быстрые белые сполохи. Кзлось, невидимый портной сшивет сейчс кмни огненной иглой. Подъятый волей Эльстн грнитный вл неудержимо ндвиглся, и вот глыбы с грохотом сошлись. Белый огонь плвил их кря, нмертво зпечтывя проход.

Эльстн остлся внутри.

Н покрытом жирным черным пеплом склоне Холм Демонов остлись только бесчувственный, изрненный Аргнист и его сыновья.

— Подними отц! — зорл Армиол прямо в ухо среднему брту. — Локрн!

Умный конь подогнул колени. Бртья подняли тело отц в седло, примотв зпсной подпругой, и сми вскочили в седл. Оствться здесь было превыше их сил. Дже для того, чтобы перевязть Аргнист.

Они остновились, лишь когд стршный Холм окончтельно скрылся з деревьями. Со всей мыслимой осторожностью сняли тело отц с седл и положили н рсстеленный плщ.

— Бтюшк!... — не удержвшись, всхлипнул Артлег. Армиол стиснул зубы, но промолчл. Клыки и рог рзорвли-тки кольчугу, глубоко пробороздили грудь, живот и спину Аргнист. Искромсння плоть висел лохмми, стрый сотник потерял очень много крови. И все же, когд змерший Армиол приложил ухо к окроввленной груди отц, слух его достигли слбые, неуверенные, но явственные удры пок еще живого сердц.

Бртья поспешно перебинтовли отц, пустив в ход все зпсы, днные им с собой н этот случй Стой. В сознние Аргнист не приходил, дышл еле-еле, и под гнетом стршной мысли «нверняк не довезем!» бртья пустились в обртный путь.

Интерлюдия

НАЧАЛО БОЛЬШОЙ ИГРЫ

Под хрустльным куполом порхют злтокрылые птшки. С неведомых высот низвергется мелодично поющий водопд блгоухнной влги. Жемчужнокрылый грифон с серебристой гривой свернулся н пышном ковре из вечно живых розовых лепестков. Перед глзми возникет прекрсное женское лицо, золотистые глз смотрят в смую душу. Подбородок зострен, щеки вплы — он похож н готовую к броску хищную птицу. Н дне янтрных взоров — Сил. Великя Сил.

Что я делю здесь? Откуд эт боль? Почему я не ощущю собственного тел?

— Здрвствуй, игрушк, — небрежно говорит мне крсвиц.

Игрушк? Я силюсь ответить и не могу. Пытюсь взглянуть в сторону — не удется. Уши терзет слдкя музык.

Молодя женщин смотрит н меня долгим испытующим взглядом

— Подобных тебе здесь уже двно не было. Что ж, Джибулистн зслужил небольшое рзвлечение, кк и я.

Он с кошчьей грцией опускется н низкую кушетку. Чуть посвистывет облегющий тело яркий шелк. Непрвдоподобно тонкую тлию охвтывет широкий черный пояс. Он кжется подозрительно простым в этом црстве кричщей роскоши. З пояс зткнут стрнный меч. Точнее, у него стрння рукоять — тщтельно обрботнный древесный корень со стртельно сохрненными изгибми, несмотря н то что они не слишком удобны под пльцми. А где же мой собственный меч?

Крсвиц подносит к губм вычурную золотую чшу. Глз ее неотрывно смотрят н меня.

— Что же ты молчишь? — спршивет он уже с оттенком нетерпения. — Рсскжи о себе. Зчем ты пришел сюд, к нм, в нш дворец под горными корнями?

Горные корни?... Ничего не понимю. Я пришел сюд? Стоп! Я же не помню, кк меня зовут! И не могу говорить! Я не в состоянии дже змычть или двинуть глзми.

Кжется, крсвиц удивлен.

— Вообще-то, я не люблю, чтобы н мои вопросы игрушки отвечли гордым молчнием, — сообщет он мне, беря с поднос истекющий соком диковинный фрукт. — Ты что, не узнешь меня? Или среди твоего племени никогд не упоминли о Црице Теней?

Я никогд ничего не слышл о ней. Ккя Цриц? И к ккому племени я приндлежу? Я рд бы объяснить ей все это, но губы, кк и все остльное тело, откзывются мне повиновться.

Тем временем крсвиц допил свою чшу, по лицу видно, что ею все сильнее овлдевет рздржение.

— Ты рссчитывешь н то, что я редко ломю новые игрушки срзу? — понизив голос, говорит он, и я чувствую в ее словх угрозу. — Это верно. Но нет првил без исключений. Тебя я могу сломть и срзу. Верно, что после этого мне будет очень скучно, но ничего, могу и потерпеть. Тк что нсчет твоего рсскз, игрушк?

Я молчу, поскольку дже при смом сильном желнии не смог бы ей ответить. Я не могу дже моргнуть. Стрнно, но глз до сих пор не жжет.

Он нчинет сердиться.

— Лежит кк истукн, — сообщет он неизвестно кому, потом, зкусив крсивую губку, неожиднно щелкет пльцми. — Оркус!

Н лицо пдет ккя-то тень, но неведомый Оркус стоит позди, и я не могу рзглядеть, кто это.

— Зймись этой упрямой штукой, — небрежно говорит крсвиц, и окружющя обстновк тотчс нчинет меняться. Светлое и золотистое стремительно исчезют, их место знимют кровво-лое и иссиня-черное. Слдкя музык умолкет. В гулкой тишине слышится только нечто вроде звон кндлов.

Мое положение изменяется. Теперь я вроде бы стою. Видно немногое. Дли тонут в крсно-черных облкх, пол вроде бы выложен светящимися желтыми плитми. Крсвиц в своем прежнем нрядном, струящемся, подобно водопду, плтье стоит, скрестив руки н груди.

— Ты дже не взглянешь н эти милые мленькие штучки Оркус? — Он поднимет брови.

Умом я понимю, что меня собирются пытть. Стрнно, но стрх нет. Вообще никких чувств и эмоций. Я мыслю короткими, рублеными фрзми.

В поле зрения нконец вплывет Оркус. Это здоровення тврь, нечто среднее между человеком и кбном. Вместо лиц — свиное рыло. В громдных ручищх зжт ккой-то ржвый инструмент. Нверное, его вид нзывется зловещим. Не зню. Мне все рвно. Я не думю ни о чем.

— Нчинй! — комндует Цриц Теней.

Оркус шгет ко мне. Я по-прежнему ничего не чувствую. Что-то глухо лязгет и клцет. И тут я змечю, кк лицо Црицы нчинет медленно белеть.

— Сильнее, Оркус! — резко комндует он, и чудовище отвечет глухим ворчнием. Снов рздется метллический лязг. Мое тело сейчс кромсют н куски, думю я с порзительным рвнодушием. Ну и пусть — я ведь все рвно ничего не чувствую и ничего не могу сделть. Не исключено, что я и вовсе не существую.

— Оркус, стой! — прижимя сжтые кулчки к груди, кричит Цриц. Лицо ее белее мел. — Отойди от него! И вообще сгинь с глз!

Оркус ворчит. Ворчние это мло-помлу зтихет з моей спиной. То есть он и впрямь уходит. Цриц окзывется почти рядом.

— Знчит, ты добрлся до нс, — цедит он сквозь зубы. — Что ж, здрвствуй, Губитель! Губитель? С чего он взял?...

— Ты уверен в этом, сестр? — рздется из-з моей спины низкий оглушительный бс. — Подумй хорошенько, ты уверен в этом?

— Уверен. — Цриц совсем не по-црски кусет губы. — Когд з него взялся Оркус, он дже не дрогнул!

— Тогд я иду, — решительно бросет бс.

Я готов поклясться, что он в рстерянности. Спустя мгновение он появляется передо мной — здоровенный, мускулистый великн, с толстенной бычьей шеей и громдными мышцми, перектывющимися по обнженному торсу. Он похож н витрину мясной лвки.

Стоп! Мясня лвк! Это первое понятие из моего прошлого, пробившееся сквозь брьер збвения. Мясня лвк! Я мучительно пытюсь вспомнить — но нет, ничего.

Великн пристльно смотрит мне в глз. Бурклы у него мленькие, зплывшие жирком, но очень, очень проництельные. Он только внешне похож н безмозглую гору мяс. Он опсен.

— Оркус слвно порботл, — ворчит он, протягивет ко мне руку, и, когд он вновь появляется у меня н виду, все пльцы н ней покрыты кровью. Крсной кровью.

Великн неспешно обходит меня вокруг.

— Но он же в зточении, — говорит он Црице. — Почему бы нм просто не швырнуть его в горн? Думю, из его Силы получится ккя-нибудь слвня штуковин. — Он смеется и обнимет Црицу з плечи. — Не понимю твоего беспокойств, сестр. Нм ндо рдовться! Быть может, мы нконец-то избвимся от ншего зклятого врг!

Зклятого врг? Это ндо зпомнить. Но только зчем?

— Ты не понимешь. — Цриц вырывется из объятий Мясной Лвки. — Я не хуже тебя зню, что он зключен в темницу. Но рзве ты не видишь, что это з темниц? Вглядись, слепой крот! Вглядись — и поймешь, что будет с ним, если ты бросишь его в твою дурцкую печь!

Великн долго ходит кругми, приглядывется, цокет языком, словно купец н рынке. Стоп! Купец н рынке! Это тоже из прошлого. Я иду длинными рядми, где торгуют стрнные низкорослые широкоплечие человечки с оклдистыми седыми бородми, очень степенные. Н прилвкх свлено оружие. Очень много оружия. Я выбирю себе меч... Все. Больше не помню, но это уже не тк стршно. Пмять вернется. Я не сомневюсь.

Великн мрчно кривится. Скрепя сердце он соглшется с сестрой.

— Тк и что же делть? — вопрошет он невесть кого. — В горн нельзя. Может, в Бездну? Ко Грни Нензывемого?

— Это было бы змнчиво, — сквозь зубы цедит Цриц. — Но тогд его сил нвсегд исчезнет из Сферы Миров. И что стнет с нми?

Великн мрчнеет еще больше.

— Не следует болтть, сестр, кто знет, быть может, он нс слышит. Ты прв, никто не ведет, что произойдет после пдения Губителя. Я послл бы з Черным, но он сидит н своем гтовом кубе и ничего не хочет слушть. Нм придется решть вдвоем.

— Я думю о Возрождющем, — медленно говорит Цриц.

— О Возрождющем? Но о нем тк двно никто ничего не слышл!

— Верно. И тем не менее это нш единственный шнс. Предскзно, что...

— Молчи! — обрывет ее великн. — Клянусь кровью Ямерт, этот хитрец нс слышит! Бьюсь об зклд, он см подстроил все это, чтобы окзться здесь!

— Интересно, что будет делть Губитель, если нс не стнет? — здумчиво произносит Цриц.

— Зймешься этим н досуге! — зло бросет великн. — Говорил о Возрождющем, нет? Если говорил, то прня ндо искть. Зймись этим немедленно, слышишь? Я вот уже иду.

Он и в смом деле поспешно уходит.

— Ты остнешься здесь, Губитель, — говорит Цриц, вновь окзвшись близко-близко ко мне. — Дже я не в состоянии убедить тебя не врждовть с нми. Мне остется только нйти способ покончить с тобой. Ну если мы не нйдем этого способ... тогд остнется только Бездн. Я соглсн рискнуть, лишь бы избвить от тебя всю мою рсу!

Ого! Я встл поперек дороги целой рсе?

Цриц уходит. Крсно-черный фон исчезет, и теперь я вижу уходящую ввысь беспредельную шхту. Тм, н стршной высоте, я вижу очертния Холм с рзвороченной вершиной и четыре крошечные человеческие фигурки возле рзверстого зев пещеры. Стрнно — я смотрю кк будто бы снизу, вижу все тк, словно прю нд кменистым взлобком. Я вижу крошечную огненную искру, отделившуюся от одной из фигурок... вижу обвившую Холм огненную змею, сметющую серо-зеленый живой нлет чудовищ со склонов... вижу, нконец, звливющие вход в подземелье глыбы и исчезющую под их нгромождением крошечную фигурку с серебряным клинком в рукх.

И тут видение стрнно изменяется. Я словно бы мчусь вверх по этой шхте, все выше и выше, все ближе и ближе к звленному кмнями... Вот я уже совсем рядом... ослепительня вспышк, перед глзми одно только холодное белое плмя, и я вновь провливюсь в Ничто.

— Ах-с-с, мс-с-стер, ты уверен, что это здес-с-сь?

— Уверен, Хисс, уверен. Перестнь дрожть, не то я откручу тебе твой дурцкий хвост!

— Ах-с-с, мс-с-стер, не ндо, не ндо! Мой хвос-с-ст! Он ткой...

— Ткой сексульный, ты хочешь скзть? Верно, без хвост беднягу Хисс не подпустят ни к одной юбке. Кому нужен бесхвостый ходячий змей!

— Мс-с-стер, ты с-смеешьс-с-я! Не с-с-следует никому с-смеяться нд с-стрым Хис-с-сом!

— Д ты никк, х-х, вздумл мне грозить, стрин?

— Грозить?! Ах-с-с! С-стрый Хис-с-с никому не грозит. Он только предупреждет-с. С-срок моей с-служ-бы у твоего бтюшки, мс-с-стер, подходит к концу. А тм... кто знет-с-с?...

— И ты решил, стрин, что получишь жезл и сможешь вмзть мне по первое число, поскольку бтюшк не питет ко мне особенно добрых чувств?

— Ах-с-с!

— Лдно, змнем для ясности. Мне все рвно, что ты будешь думть, стрин. Это твое последнее здние. То, з чем нс послли, должно быть у моего бтюшки. Тогд ты получешь свой жезл, я...

— А что же попрос-с-сишь ты, мс-стер?

— Что, не терпится узнть, червяк-переросток? Тк вот, я откжусь от нследств и попрошу сделть меня обычным бессмертным, нвеки обезопсив от твоих, стрин, происков.

— Мс-с-стер, мс-с-стер, с-с-стрый Хис-с-с с-ск-зл много сгоряч.

— У тебя же холодня кровь, приятель.

— Я инос-с-скзтельно!

— То-то, что инос-с-с... Доствй зступ и нчинй рыть. Зклятья здесь не рботют. Предупреждю, времени мло, земля кменистя. Если бы ты не стл гоняться з теми ящерицми, громко упршивя их предться с тобой любви н перинх из тины...

— Ах-с-с! Ну должен же с-с-трый Хис-с-с иметь хоть немного рзвлечений в этих ужсных и гиблых крях!

— Должен, должен... смотри, провлим из-з тебя все дело — пеняй н себя. Еще сто лет в рбстве проведешь.

— Повинуюс-с-сь, мс-с-стер!

— Двно бы тк.

Н обугленном, звленном почерневшими костякми склоне Холм Демонов стоял высокий худощвый мужчин средних лет в простом сером плще с откинутым н спину кпюшоном. Згорелое лицо, черты резкие, густые брови, холодный взгляд с прищуром. Его едв ли можно было нзвть «широкой души человеком», этого стрнник. Тонкие губы плотно сжты. Ни вещей, ни оружия, и, собственно говоря, неясно, кк он вообще сюд попл — не пришел же пешком, в смом-то деле? Мужчин внимтельно осмтривл нглухо зпечтнную предсмертным колдовством Эльстн пещеру. Мло-помлу взгляд его сделлся совершенно ледяным.

— Именем Вечного Короля!... — пробормотл он, несильно пнув пру рз одну из передвинутых чрми грнитных глыб. — Ишь ты, имени Короля не пожлел! Мльчик, мльчик, что же ты нделл! — Лицо человек приняло выржение крйней досды. Повернувшись спиной к звленному входу, он неспешно зшгл вниз по склону.

Он достиг уже кря лес, когд от недвно покинутого им мест донесся резкий свист. Человек в сером плще обернулся.

Вершину Холм Демонов стремительно окутывл иссиня-черня дымня туч. Стрнник остновился и, скрестив н груди руки, принялся нблюдть. Н тонких губх появилсь мрчновтя усмешк, словно он хотел скзть: «Ну, теперь-то вы у меня попляшете!»

Облко внезпно и резко поднялось, словно его тянули к небесм невидимые кнты. Н Холме остлось стоять пять женских фигурок, облченных в ярко-лые свободные одеяния. Вокруг головы одной из них плясли языки плмени, обрзуя нечто вроде огненной короны. Короновння резко вскинул руку, укзывя н стрнник. В руке женщины появился тонкий огненный меч.

Стрнник ждл, здумчиво склонив чуть нбок голову.

Никто из Смертных не смог бы понять, кк вышло, что все пятеро воительниц рзом окзлись подле человек в сером плще.

Они были крсивы, эт пятерк, той стршновтой крсотой, что свойственн убийственному оружию. Узкие лиц, узкие глз, бескровные губы, вплые щеки... и у кждой по плменному клинку в рукх. Предводительниц же приствил острие своего оружия к смому горлу мужчины — тк, что серый плщ дже здымился.

— Нконец-то, — медленно произнесл он. — Моя ловушк срботл. Ты бросился н помощь к этому волшебнику-недоучке, кк я и рссчитывл! Нконец-то! — Лицо ее искзил ненвисть. Глз метли молнии, губы кривились, кзлось, он вот-вот пронзит не знющим прегрд мечом шею противник.

— Великя Кер, ну рзве достойно тебя убить безоружного? — спокойно осведомился мужчин, ловко сбивя едв знявшееся н плще плмя. — Рзве ты не видишь, что я один и что у меня голые руки? Этим ли ты хотел похвстть перед сестрми?!

— Убить?! — Кер демонически рсхохотлсь. Человек в сером чуть улыбнулся — подобные же интонции ему доводилось слышть у дешевых блгнных ктрис. — О, подобня кр стл бы для тебя блгодеянием. З мою поругнную честь ты ответишь совсем иным. Ты стнешь моим рбом! Я проведу тебя через зоны терзний и унижений!... Ты будешь кждой дичью мир, которую нстигет хищник; ты будешь кждым огрбленным, обмнутым, униженным, пытемым, рстерзнным существом этого проклятого мир!

— Ккие змечтельные слов, — очень серьезно скзл мужчин. — Жль только, тут нет зрителей, чтобы их оценить, кроме твоих огненных призрков.

— Я нуждюсь только в одном зрителе — смой себе! — последовл пылкий ответ. — О, кк слдк моя месть! Видеть тебя, могучий Ргнвльд, беспомощным, униженным, полностью в моей влсти! Н колени, червь! Ты будешь лизть мои споги, моля о снисхождении.

Тот, кого нзвли Ргнвльдом, вновь чуть зметно улыбнулся.

— Рзве нм было плохо вместе, Кер? Рзве я окзлся несостоятелен кк мужчин? Рзве двл я тебе ккие-либо клятвы или обещния?... А если ты хочешь позбвиться поединком, двй! Меня это рзвлечет тоже. И, знешь, дже хорошо, что здесь нет зрителей. Инче ты неминуемо прикончил бы их всех, чтобы не остлось свидетелей твоего поржения.

— Свидетелей моего поржения?! — Из глз Керы потек смый нстоящий огонь. — Д что ты возомнил о себе, жлкий колдунишк?! Ты, укрвший у кого-то из титнов пру-тройку впечтляющих зклятий, ндеешься устоять перед одной из Огненных дев?!

— Дев?! Гм... — нхльно усмехнулся Ргнвльд. Издевк попл в цель, Кер рзъярилсь еще больше.

— Нет, тебя придется убить! Ты см нпросился!

— Ну тк тогд рзи! — Мужчин пожл плечми. — И перестнь, во имя всех богов, портить мой совсем новый плщ! Мне соткли его феи, и я вовсе не хочу, чтобы он погиб окончтельно. — Ргнвльд нетерпеливо взглянул н Керу. — Ну, чего ты ждешь? У меня и тк полно дел.

Плменный клинок опустился.

— Дже столь презренных существ, кк ты, соблзнитель, я убивю только в честном поединке!

— Великое Рвновесие, Кер, мне уже ндоел эт сцен. Хочешь мириться — двй, хочешь дрться — тоже двй, только решй поскорее! Время дорого.

— Хорошо же, — прошипел Кер. Ее взгляд скользнул по земле, оствляя з собой две полоски огня.

Огнення дев отступил н три шг и поднял меч в церемонном слюте. Ргнвльд демонстртивно сложил руки н груди.

— Хвтит, хвтит! Я не могу больше ждть, — в его голосе сквозило рздржение.

И тогд Кер тковл. Ее движений не смог бы рзличить ни Смертный, ни Бессмертный; кзлось, воздух прошил стремительня ля молния. Удр обрушился слев сверху, удр, рзвливющий тело от плеч и до пояс

Ргнвльд вяло повел првой лдонью. Его лиц не оствляло скучющее выржение.

Аля молния врезлсь в землю шгх в двдцти от стрнник. Взвилось плмя, окруженное пышной короной искр, когд спустя мгновение языки огня опли, стло видно тонкое тело в измзнном грязью крсном одеянии. Ргнвльд нпрвил свою не в меру стрстную противницу прямо в глубокую, полную тлых вод лужу. Мгический меч Керы влялся рядом, переломленный возле смого эфес.

Сопровождвшие повелительницу призрки рзом бросились н стрнник. Дв небрежных движения руки — и они исчезли во внезпно взвихрившемся черном смерче. Волшебник повернулся к Кере.

Огнення дев медленно выбирлсь из грязи, громко рыдя от ярости и бессилия. Ргнвльд шгнул к ней, протягивя руку.

— Мне очень жль, Кер, — мягко скзл он. — Мне и првд очень жль. Зря ты тк. Извини, но по Зкону Рвновесия я не мог позволить тебе изрубить меня н чсти. Двй помогу...

Еще полулеж в луже, Кер поднял совершенно безумный взгляд... и зрчки ее внезпно рсширились. Он змерл, рзом збыв обо всем, не в силх отвести глз от стрнно изменившегося в тот миг лиц Ргн-вльд. — Ты... ты... тк, знчит... А-х!

Кк и простя Смертня, Огнення дев тоже могл пдть в обморок.

— Нет, нет, нет. — Стрнник поспешно подхвтил ее з тлию, помогя подняться. — Не ндо пугться.

— Великие... Великие Силы... — Керу бил крупня дрожь, он порывлсь не то зрыдть, не то упсть н колени. — Ккя кр ждет меня, Великий?

— Кр збвением, Кер, — серьезно скзл носивший имя Ргнвльд. — Мое дело здесь слишком вжно, несдержнность женских языков слишком известн. Мне придется зствить тебя збыть об этой встрече. Для твоего же собственного блг.

— Кк будет угодно Величйшему... — пролепетл Кер, по-прежнему прижимясь к груди мужчины. Ргнвльд мягко коснулся ее лб лдонью. Дивные очи зкрылись, Кер погружлсь в сон.

— До нескорой, увы, встречи, крсвиц, — грустно прошептл Ргнвльд, деля плвный жест левой кистью. Спящя дев тотчс исчезл. Мужчин одернул плщ, придирчиво взглянул н то место, с которого сбивл плмя, — нет ли подплин? — и, удовлетворенный, зшгл прочь.

Однко по Зкону Рвновесия дже ему не дно было знть, что всю эту сцену из густоты мрчного лес видели и еще кое-чьи глз...

Могучие крылья грифон згребли воздух. Внизу рсстиллсь изумрудня зелень вечнозеленых лесов; изредк ее перечеркивл голубизн речных извивов. Синие, словно глз фей, озер згдочно смотрели вверх — туд, где в толщх кристльно чистого эр плыло дивное мгическое существо.

Грифон повернул величественную голову, покосившись н свою нездницу. Гордый зверь ждл прикзов, и они последовли. Глз всдницы сделли чуть зметное движение, но крылтому коню хвтило и этого. Он послушно устремился к земле, описывя широкие круги.

Тм, внизу, среди лесов синело еще одно озеро, но горздо крупнее остльных — его северный и зпдный берег терялись в дымке. А в том месте, где сходились берег, полуденный и восходный, н высоком холме к небу возносились тонкие лмзные шпили и хрустльные купол изящного небольшого змк — тк, вполовину среднего бронского. К янтрным воротм вел чуть зметня дорог, поросшя просто более короткой и жесткой трвой, чем окрестные луг; к змку то и дело подктывли роскошные экипжи без колес, скользящие нд землей и зпряженные кто чем — громдными лебедями, величественными белыми единорогми, грифонми, просто крылтыми львми... Изредк подъезжли и всдники н кентврх или тех же единорогх.

Рспхивлись изукршенные резьбой дверцы, мленькие бородтые человечки в ярких ливреях помогли выйти роскошно рзодетым мужчинм и женщинм — всем кк один высоким, стройным, с причудливо укршенными мечми. Оружие носили все, не исключя и прекрсных дм. Торжественные процессии одн з другой входили в змок.

Грифон юной нездницы тоже опустился, но не перед воротми змк, н один из его блконов. Потрепв зверя по роскошной гриве, девушк отпустил его. Хрустльные двери открылись перед ней сми собой, и он окзлсь в просторном будуре. Девушк вскинул тонкий укзтельный пльчик, укршенный кольцом из ничем не сцепленных друг с другом лучщихся бриллинтов, — резня пнель послушно откинулсь, предствив требовтельному девичьему взору объемистый грдероб. Н переднем плне висело простое н первый взгляд плтье из жемчужно-серых нитей, укршенное игрющими живым огнем кплями росы. По комнте пополз блгоухнный ромт весеннего цветущего луг.

Девушк дже зхлопл в лдоши и подпрыгнул. Потом покзл язык своему отржению в зеркле и стл поспешно переодевться. Он довел этот требующий столь высокого и непостижимого мужским рзумом искусств процесс почти до смого конц, когд в дверь внезпно постучли.

Точнее не постучли. Вульгрные звуки не оскорбили собой мягкой дргоценной тишины, нет. Просто девушке скзли, что ее ждет вжное сообщение.

Удивленно подняв брови, он отошл от зеркл. Н изящном столике, вырезнном целиком из янтрной глыбы, стоял хрустльный шр н подствке черного дерев. Девушк склонилсь нд ним.

Шр осветился из глубины недобрым крсновтым светом. Быстро сменяя друг друг, в нем поплыли отрыночные кртины, словно схвченные чьим-то обес-пмятовршим взором: ккой-то кменистый холм с рзвороченной вершиной... черный зев пещеры... живя рек чудовищ, хлещущя из подземелья, словно прорввшя плотину весенняя вод... Четверо всдников н стрнных, зловещего вид конях, совсем не похожих н обычных... вспышк... мчщяся вверх по склону рогтя тврь... Один из всдников зслоняет собой другого, который отчянно рубит стршилищ удивительно ярко сверкющим серебристым клинком... Девушк вскрикнул. Лицо ее тотчс утртило все крски жизни. Прижв руки к груди и немилосердно куся губы, он смотрел в глубину шр, точно звороження.

— Ириэхо внтиото! Внтиото суэльдэ! — донесся слбый голос из глубин шр. Видение утонуло в белом огне... когд спустя миг шр вновь очистился, стли видны звливющие пещеру кменные глыбы и быстро исчезющя среди них фигурк, тк и не выпустившя из рук серебряного меч.

Девушк обессиленно опустилсь н пол, лишившись чувств.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

«ЭЛЬТАРА ЭЛЬФРАНСКАЯ»

ГЛАВА I

Гном Двлин лежл н лвке мрчный и до невозможности злой. Его не взяли в поход! Его, с которого нчлсь все эт история! «Уп-рггш-хроддиртр!» (Грубое гномье ругтельство. Весьм приблизительный перевод: «трх-перетрх вытесвшего твою ткую-сякую гробницу!» Рзумеется, вместо слов «трх-перетрх», «вытесвшего» и «ткую-сякую» используются совершенно непристойные выржения, кои Автор, зботясь о морльной чистоте юношеств, привести здесь никк не может).

Двлину кзлось, что все его рны окончтельно зжили. Рзумеется, это было совсем не тк, но упрямый гном и слушть ничего не хотел.

— Рзвяжите! — бушевл он, едв не опрокидывя при этом лвку. — Рзвяжите сми, не то хуже будет!

— Если кому и будет хуже, тк это тебе, глупый, — беззлобно зметил Лиис, молодя крепкя девх, не тк двно пришедшя к Аргнисту с погибшего н юге хутор. Сегодня был ее очередь исполнять обязнности сиделки при буйном больном. Ст уже грозилсь подмешть гному в пиво сонного зелья, чтобы хоть кк-то его утихомирить. — Опять рны вскроются, кому это нужно?

— Не вскроются, не вскроются! — Гном отчянно вертелся, пытясь ослбить путы.

— Когд вскроются, поздно будет, — нзидтельно зметил девушк. — Кбы не колдун с белым луком, отпрвился бы ты к Хедину, бртишк! Ежели б не его чродейство, нш Ст-трвниц тебе бы уже ничем не помогл.

— Чродейство? — внезпно нпрягся Двлин. — Ты скзл, чродейство?

— Ну д, — простодушно ответил Лиис. — С ткими-то рнми, кк у тебя! Токмо чрми и спсешься.

— Пришелец... Эльстн... нложил н меня свои чры? — рздельно выговорил гном.

— Нложил, нложил, — рдостно кивнул Лиис, не понимя, чем недоволен гном. — И хорошие чры! Сильный он волшебник и жезл нстоящий имеет...

— Жезл... жезл... — Гном внезпно зкрыл глз и откинулся н подушку, змерев, точно лишившись чувств.

— Эй, эй! — Встревоження молодк подлсь ближе. — Случилось что?

— Я в порядке, — сквозь сжтые зубы ответил Двлин. — В полном порядке.

Не веря, Лиис подошл к лвке. Кк учили, нщупл биенье жилы жизни н левом зпястье гном. Все и впрямь было в порядке. Однко Двлин лежл совершенно неподвижно, здрв к потолку бороду, и лицо его, можно скзть, «побледнело, кк снег», хотя едв ли могл проявиться бледность н крсновто-коричневой коже гном, потемневшей от кузнечной копоти и покрсневшей от жр горнов.

Немного погодя Двлин открыл глз. Посмотрел н испугнно глядящую Лиису и усмехнулся.

— Д все хорошо Просто, Р-родгр, мне обидно стло, что не взяли!...

Это был нгля и неприкрытя ложь. И любой хоть мло-мльски искушенный слуштель, конечно же, немедленно уловил бы фльшь в словх Двлин. Но Лиис кк рз и не был тким слуштелем. Жизнь у нее и тк выдлсь нелегкя, чтобы збивть себе голову еще и чужими бедми. Скзл гном, что все в порядке, знчит, тк оно и есть. Рзвязть не просит, отпустить не требует. Все, кк мтушк Деер скзл. Знчит, мне и беспокоиться не о чем.

Двлин же после этого, кзлось, тоже ничуть не изменился. Првд, перестл бушевть; однко в глзх его поселились ткие смертня тоск и боль, что зметивший это отштнулся бы в испуге.

Он постепенно попрвлялся. Рвные рны зтягивлись н удивление быстро — Эльстн пострлся н слву. Провлявшись четверо полных суток, Двлин с рзрешения Сты поднялся н ноги кк рз в тот день, когд Аргнист, Эльстн и сыновья сотник нсмерть схвтились с Ордой н Холме Демонов.

Первым делом гном отпрвился н кухню.

— Дров, вижу, н исходе? — осведомился Двлин, просунув бороду в дверь поврской.

Колотых чурочек, кк всегд, не хвтло. Мужики всячески пытлись увильнуть от этой ндоедливой рботы. Целый день топором мхть, рубить круглые поленья — кому охот.

— Небось брюхо зныло? — понимюще усмехнулсь рспоряжвшяся здесь Деер. — Понятно, Двлин, понятно Лдно, нкормлю и без плты.

— Ну нет! — возмутился Двлин. — У нс тк не принято.

— А у нс принято тк: сперв рботник нкорми, нпои, потом уж рботу спршивй! — поджл губы Деер, нвливя с верхом большую глиняную рсписную миску. Гном не зствил просить себя двжды.

Зто потом, вычистив посудину до блеск и вытщив из-з пояс секиру, гном н дровяном склде покзл, кк ндо обрщться с топором. Он творил чудес. Чурки тк и летели во все стороны, сми собой при этом — невесть кким обрзом — склдывясь ровными поленницми. Из сря он отпрвился н двор, прошелся по всем конюшням, мбрм, хлевм и прочему, всюду нходя себе дело. Толстые и короткие пльцы гном облдли удивительной ловкостью; кзлось, он влдеет всеми ремеслми.

Он не оствил себе ни единого миг свободного времени, словно боясь окзться недине с собственными невеселыми думми. Кк проклятый, он три дня не вылезл из кузницы, несмотря н все предостережения Сты, что рны могут еще скзться и ему следует поберечь себя.

Дорввшись до любимой огненной рботы, гном трудился не поклдя рук. Гнул железные дуги, подгонял друг к другу рычги, шестеренки и пружины, конструируя ккой-то компктный мехнизм. К кузне несколько рз подходил Лиис, звл «поснидть» — Двлин только отмхивлся. Он почти ничего не ел, пил одну воду, ни рзу не притронувшись к излюбленному нпитку своего племени — доброму темному элю. «Д он просто вне себя!» — скзли бы сородичи из Ар-н-Ашпрнг, увидев своего почтенного собрт в тком состоянии...

Артлегу и Армиолу повезло. Орд уходил н север, по пути к дому бртьям лишь однжды повстречлся десяток стеноломов. Армиол быстро вогнл одному из них стрелу в глз, конь Артлег зтоптл другого, и прочие бестии, вялые по весеннему времени, отступили, решив не связывться.

Куд больше боялись бртья не довезти родителя. Но сподобил Хедин Добродел и тут — бтюшк в себя не приходил, но и хуже ему не стновилось. Пусть редко, но дышл, и притом ровно, и сердце билось, хотя и слбо. Рны строго сотник перестли кровоточить, и сыновья уже втйне друг от друг стли ндеяться, что Сте удстся одолеть хворь и рны.

Об Эльстне не вспоминли. Чужк — он и есть чужк. Д еще и колдун вдобвок, колдунов Артлег не жловл. Армиол их тоже недолюбливл, хоть и не столь сильно, кк брт.

— Тоже мне, колдуны, чродеи, мги! — сквозь зубы шипел Артлег. — Тври, ненвижу их всех! Небось через них Орд-то и возникл...

— Ты что, брте, — возржл млдший. — Орд — он ж Темным Влстелином нслн, то всякий знет!

— Нслн, нслн... — ворчл средний. — Не зню. Влстелинов этих не видывл. Зто чродеи тк под ногми и путются! Проклятый колдун! Кбы не он, сидели бы себе н хуторе и бтюшк цел бы остлся!

— Тк Эльстн см и погиб первым, — попытлся возрзить Армиол.

— Погиб, погиб... — передрзнил Артлег. — Ты его мертвым видел, , зщитничек?

— Брт, не говори тк! Смело он дрлся, и его ж у вс н глзх кмнями звлило!

— Звлило, звлило... Это, может, тебе только тк покзлось. Может, он все это специльно подстроил, чтобы бтюшку извести! Может, он и нс тм положить хотел, см в пещеру — рз, и нет его! А?! Что скжешь?! Колдунм, им верить нельзя, знешь ли. Тк что окзлся твой чродей под кмнями, нет ли — одним Богм Истинным ведомо. Колдун хорош, когд своим делом знимется — лечит, скжем, тм или скотину пользует — и ни во что иное не суется. Понял? А мгия эт вся... от нее человеку только погибель.

Через восемь дней после отъезд бртья добрлись до родных мест. Их ждли. Н крю лес зсели мльчишки-мхльщики, которые и подли сигнл, д с тким усердием, что едв не повырывли себе руки из плеч.

Внешне хутор никк не изменился. Только из трубы кузни влил непривычно густой дым. Нглухо зпертые ворот внешнего чстокол приоткрылись ровно нстолько, чтобы пропустить всдников поодиночке.

Первой к сыновьям бросилсь Деер. Дозорные мльчишки уже передли весть — мол, скчут двое, одного рненого везут, — и сердце хозяйки хутор едв не вырвлось из груди. Деер бросилсь — и змерл, впившись в лдонь зубми при виде бессильно свесившегося с лошди Аргнист.

— Ну, чего встли?! — рявкнул подоспевший Алорт. — Бтюшку в дом несите! Сту сюд с ее сндобьями! Все я з вс думть должен!

Про Эльстн никто и не вспомнил.

— И что ж теперь нм, рзнесчстным, делть? — Деер всхлипывет, слезы уголком передник утирет. Н душе черным-черно, ровно в ночь солнцеворот предновогоднего.

Мть с сыновьями сидит, вместе нелегкую думу думют. Чужих никого не позвли, дже жен Алортову и Артлегову. Ст, впрочем, и тк бы не пошл. Сидит возле Аргнист неотступно. И — смилостивься грозный Ркот! — строму сотнику пок что хуже не приходится. Ст дже ндеется, что свекор выкрбкется.

— Что делть, что делть... — шипит Артлег. Мыслей дельных у него небогто, зто злобы н десятерых хвтит. — Ясно, что делть! Хутор делить ндобно! Людей, скотину... кждому — его долю. Пок весн, пок ни Орды, ни Нечисти...

Все тк и обмерли.

— Ты что же, бртец, бтьку уже в домовину уложил? — Алорт глз сузил, вот-вот удрит.

— Аг! Ты-то стрший, тебе никуд уходить не ндо, все тебе готовеньким достнется, — огрызется Артлег. — А вот нм с Армиолом все своим горбом поднимть придется!...

Деер спешит вмешться, инче, чувствует, быть беде.

— Сынки, сынки, вы что?! Будем спорить, ссориться д делиться, точно все Орде в утробу пойдем. Покзл бы вм бтюшк, кк брниться сейчс!... Алорт, Артлег, уймитесь. Ты, средненький, и впрямь погоди похоронку зводить. А ты, стршенький, тоже умом порскинь — ко всему быть готовыми ндо. И ежели что, то и впрямь Артлег выделять придется. Обычй тков. Если, конечно, ты, сыне, окончтельно выделиться решишь. Но может, все ж что получше предложишь? Артлег укор в вопросе не слышит, оживляется:

— А что? Предложу! Н юг уходить, к Рубежу Рыцрскому.

И вновь все молчт.

— Д ты что? Нсиженное место бросить? Через все лес — н юг? — дивится Деер. — Уж сколько годочков никто отсюд уйти и не пытлся...

— Потому что уж больно пустых черепов н Костяной Гряде все боялись, — бросет Артлег. — Никто дже и не попробовл...

— Д не потому не пробовли, что боялись, дурья твоя бшк, — презрительно цедит Алорт. — А потому, что здесь мы — хозяев! А тм кто? Нищие, бродяги, изгои... стршнее скзть — рбы! Кждый н шею веревку нкинуть сможет...

Это было првдой. Безземельных хвтло и н юге. Артлег это знет не хуже других и тем не менее не сдется.

— То-то здесь мы всем влдеем, до чего дотянуться сможем! То-то здесь у нс поля широкие, луг пышные, стд тучные! Кк мыши по щелям сидим, з ворот не высунемся. Уже мло что под землю не збились!...

— Хочешь идти — иди, — ровно произносит Деер. — Долю твою я тебе см отсчитю золотом, что у отц припрятно. Иди! Только воды здесь не мути.

Артлег пугется. Видно, подобного не ожидл. Опускет голову, зпинясь бурчит что-то — дескть, это ж просто слов...

— А рз слов, тк и хорошо, — не меняя тон, говорит Деер.

Жен Аргнистов уже спрвилсь с рстерянностью и слезми. Хутор в ее рукх, и он не позволит ему псть. Нивен вон по сю пору без Зщитников держится!

Тк ничего и не решили. Д и что тут решть? Без Аргнист, конечно, держться против Орды трудновто будет — по военному делу он док. Ничего, з стенми отсидимся.

Гном в последний рз удрил молотом по рскленному куску метлл н нковльне. Придирчиво осмотрел зготовку, остлся доволен и большими щипцми сунул ее в зрнее приготовленный топленый жир брюхоед. Лучшего средств для зклки не было.

Спустился вечер. Теплый вечер месяц птицезвон. Здесь, в Северном Хьёрврде, с погодой творилось нечто стрнное — н подвлстных Орде землях всегд стояли стршные, погибельные зимы и прекрсные, теплые, с обильными дождями лет. Урожй успевл созреть, ничто не вымерзло и не вымокло. Водным путем удвлось отпрвлять н юг кое-ккие товры — по бросовым ценм, рзумеется. Порядок устоялся двным-двно. Купцы охотно брли дешевые северные хлеб, лес, лен, мед, кожи, мех и прочее. А взмен н полуночь отпрвлялись иные необходимые вещи, и прежде всего оружие. Хуторяне были смыми лучшими покуптелями у гленских оружейников. Кждый хутор, отпрвляя свой плот, прикреплял к мешкм и сверткм бирки. Н биркх же пислось то, что желли получить взмен. Купцы, конечно, не упускли случя нгреть руки, но все же вести дело стрлись честно — люди Нечисть грудью сдерживют, куд ж н них обмном нживться... И простой торговой прибыли хвтит.

Двлин вышел н порог кузницы. Дже могучие мышцы гном нчли ныть и болеть от устлости: з это время кузнец-доброволец переделл столько рботы, что иному ковтелю-человеку хвтило бы н полгод. Только рбот и спсл. Д еще — что уж грех тить! — здешние молодухи.

С двних времен среди молодых хуторянок жрким тйным шепотом передвлись рсскзы один другого стыднее о том, что гномы хоть ростом и не вышли, зто лучше их в постели никого нет и дже смый здоровенный бугй хуторянин смому зхудлому гному и в подметки не годится. И еще немловжно — что от этих соитий не могли родиться дети... Мужики об этих ббьих пересудх если и знли, то не придвли знчения — мол, язык женский все рвно что помело. Не придвли знчения, и притом совершенно нпрсно.

Первой гном зркнил Лиис. Не зря звть «снидть» приходил. И гном, кк ни устл после целого дня честной молотобойной рботы, все рвно чувствовл сосущую пустоту тм, в сердце, потому соблзнительнице не сопротивлялся.

Вслсть нвопившись и нстонвшись, донельзя довольня молодк вошл в девичью с ткими блестящими, сытыми глзми, что не понять, чем и с кем он знимлсь, мог только слепой. И, конечно, Лиис похвстлсь.

После этого гному не приходилось жловться н отсутствие женской лски. Его кормили н убой, словно племенного боров. И он стрлся не рзочровывть своих посетительниц. Стрнное дело, но молодки могли повырывть друг другу все волосы из-з ккого-нибудь худосочного молодц, вот из-з Двлин они совсем не ссорились, соствив нечто вроде молчливого зговор. Змужние звистливо косились и кусли губы, но нствить рог своему блговерному пок никто не решился.

Гном постоял некоторое время, подышл свежим воздухом и уже совсем было решил вернуться к рботе (н верстке рук мстер ожидл невиднный еще многозрядный скорострельный рблет. Им Двлин собирлся вооружить всех детей и женщин н хуторе), кк его внезпно окликнул голос — голос, зствивший Двлин, гном отнюдь не робкого десятк, здрожть до смых глубин его существ и едв не бухнуться н колени. Голос обрщлся к нему н его родном языке, был тонок, чист и исполнен непонятной силы.

— От повелевющей к презренному: слушй, повинуйся и отвечй! Кк имя мест?

Гном еле-еле поборол неимоверно сильное желние простереться ниц. Он поднял взгляд, весь при этом обливясь потом, словно тщ н спине десятипудо-вую тяжесть.

Перед ним стоял повелительниц.

Невысокя, тонкя в тлии. Личико чуть вытянуто, н щекх — премилые ямочки. Прямой, тонкий нос, огромные глз со стрнным рзрезом — внешние уголки несколько подняты. Круто изогнутые брови.

Одет он был и вовсе стрнно. Сшитя из бесчисленных лоскутов кожи куртк немыслимого покроя с косой зстежкой и зпрвленные в споги брюки — черные, из чешуйчтой шкуры ккого-то зверя, вроде бы дже горной змеи. У пояс незнкомки — кривя тонкя сбля, нд плечом торчл лук. Больше никкого оружия н виду он не носил. Из-под причудливой островерхой шпки выбивлсь перекинутя н грудь толстя руся кос... точнее, нет, не руся, цвет осенних кленовых листьев, цвет, почти не встречвшегося у девушек Лесного Предел.

— Здрв будь, стрнниц, — хрипло произнес гном. Огромным усилием воли он зствил себя говорить н людском языке, сделл вид, точно ничего не понял. Будь что будет, они не н юге!

По нему словно хлестнул незримый обжигющий бич. Глз повелительницы горели гневом. Двлин почувствовл, кк воля его плвится, точно кусок олов в горне. Весь покрывшись потом, он отступил, держсь з косяк кузницы. Првя рук безвольно висел вдоль тел, дже не потянувшись з оружием.

— Во исполнение Древнего Долг; от повелевющей к презренному. Пди ниц и повинуйся! — Это вновь было скзно н языке Ар-н-Ашпрнг.

Двлин ощутил, кк его колени нчинют трястись. Строе проклятье его нрод действовло.

— Поговорим нормльно, ? — выдохнул он, и от звуков человеческой речи сделлось немного легче.

— Эй, ты кто ткя? — внезпно послышлся неприязненный голос Лиисы. Коренстя, широкобедря молодк, игрючи ворочвшя двухпудовые мешки, стоял, уперев кулки в бок, и с вызовом глядел н незнкомку.

Стрнниц повернул гордую головку.

— Почтення, кк нзывется этот хутор? — в речи незнкомки слышлся стрнный мелодичный кцент, очень нпоминвший мнеру говорить Эльстн.

Никогд не следует ничего выклдывть пришельцм. Првильно Деер говорил — в ншу пору добрые люди по дорогм тк просто не шстют. И потому Лиис только смерил стрнную гостью недоверчивым взглядом.

— Ты это... здесь подожди. А я хозяйку позову.

— Рзве у тебя нет язык, чтобы ответить смой? — высокомерно осведомилсь незнкомк.

— Д кто ты ткя, чтобы мне тут прикзывть?! — возмутилсь Лиис. — Ничего я тебе не скжу! Стой тут, у ворот, до вечер!

— Лиис! Нет!... — прохрипел гном, но было поздно.

Глз гостьи сузились. Он резко вскинул руку — рстопыренные длинные пльцы смотрят в небо, — и одежды н Лиисе зтрещли по всем швм. Пояс соскользнул, точно ящериц, з ним н землю последовл юбк. Молодк только приглушенно хнул, пытясь кое-кк прикрыться рукми.

— Это нучит тебя почтительности, — холодно зметил гостья. — Тк все-тки кк нзывется это место?

И тут Лиис покзл хрктер. Вместо того чтобы рзрыдться, убежть или лишиться от стыд чувств, он не хуже ккого-нибудь клювокрыл ринулсь н обидчицу. Молодке было уже все рвно, увидит ее кто-нибудь или нет.

Гостья явно не ожидл этой тки. Прежде чем он успел обнжить сблю или дже сотворить зклятье, пльцы Лиисы уже вцепились ей в волосы, колено молодки со всего мх удрило в живот. Девх имел кое-ккой опыт рукопшных.

Гном ощутил пнический прикз повелительницы — немедленно прийти ей н помощь, — и ноги против воли Двлин оторвлись от пол. Лиис опрокинул обидчицу нземь, немилосердно дубся кулкми. Опомнившись, гном бросился к дерущимся. Если он не успеет оттщить хуторянку...

Однко же он успел. Првд, лишь в последний момент — основтельно помятя гостья, из изящного нос которой обильно сочилсь кровь, уже приготовилсь к ответному удру.

— Нет! Остновись! Это хутор Аргнист! — крикнул гном в смое последнее мгновение.

Уже поднятя рук медленно опустилсь.

— Тк-то лучше, презренный. Ты проявил неповиновение и будешь нкзн.

— Я свободный гном, — н том же языке, языке Ар-н-Ашпрнг, ответил Двлин. Он зствил себя сжть кулки, постоянно борясь со стрстным желнием псть ниц, рзрыдться и, обняв колени повелительницы, униженно молить о прощении.

— Презренный, ты свободен лишь в пределх Древнего Долг, — холодно зметил повелительниц, не деля попытки подняться. — И долго я еще буду тут лежть, презренный?

Тут ндо скзть, что слово «презренный» ознчло не личное отношение незнкомки к Двлину, подчиненное положение гном соглсно стрым зповедям.

Подгорный житель угрюмо протянул повелительнице руку. Грциозно опершись н нее, волшебниц встл. Лиис к тому времени уже успел подхвтить свои юбки.

— Передй этой низкородной хмке, рожденной в грязи, что ей придется зплтить з все очень высокую цену, — ндменно прикзл повелительниц гному. — А теперь, презренный, проведи меня к хозяину этого... этого строения...

Гном зскрежетл зубми. Ничего не понявшя из их рзговор Лиис с недоумением смотрел н вжно прошествоввшую стрнную пру. Двлин почтительно ввел незнкомку в ворот. Сопротивляться было выше его сил.

— То, что ты сделл, не лучший способ подружиться со здешними обиттелями, — угрюмо проворчл гном н языке людей. Ответом ему стл лишь обжигющий взгляд, от которого губы Двлин сми собой сомкнулись тк плотно, словно их сплвил воедино огонь горн.

Нрод, рзинув рты, нблюдл з гномом и его спутницей, никто ничего не понимл. Крсня, кк мков цвет, Лиис куд-то скрылсь.

— Доложи же обо мне, кк следует в подобных случях.

Аргнист все еще лежл, хотя усилия Сты и приносили свои плоды. Жизни строго сотник ничто уже не угрожло, пусть он и был все еще очень слб. Двлин постучл в дверь кк рз в тот момент, когд Деер кормил муж с ложки мясным отвром.

— Что тм еще? Погодить не можешь?! — нбросилсь было он н гном, однко срзу осеклсь, едв зметив его совершенно безумные, выкченные, нлитые кровью глз. Рзум был стерт из них нчисто.

— Низкорожденные, пдите ниц перед восшествием волшебницы Пречистого Круг, несрвненной Эльтрой Грозномолниенной!

Ошеломленные сотник с женой уствились н дверь. Двлин, держсь точно деревяння кукл, кким-то резким, дергным движением еще шире рспхнул дверь. Девушк в остроконечной кожной шпке шгнул через порог. Гном зкрыл створки и змер, точно истукн.

Т, которую Двлин нзвл Эльтрой, несколько рз прошлсь по небольшой горнице, морщ ристокртический носик. Все те мест, где он могл бы сесть, явно не соответствовли ее предствлениям о чистоте.

— Переводи, презренный. Гном прокшлялся.

— Ркот Вседержитель, д что все это знчит? — не сдержвшись, вскипел Деер.

Эльтр н миг нхмурилсь — и внезпно вздыбившийся передник тотчс же нкрепко зткнул супруге Аргнист рот.

— Теперь нм не помешют говорить, — перевел гном.

— Кто ты ткя? — Аргнист приподнялся и сжл кулки. Деер, мыч, тщетно пытлсь вырвть кляп изо рт.

— Я Эльтр, волшебниц. Ответь н мой вопрос, низкорожденный, и ты будешь щедро вознгржден. Был ли н твоем хуторе некто по имени Эльстн?

— Двлин, что это з бб?!

— Рди Великих гор, отвечй, почтенный Аргнист! Он сотрет твой хутор с лиц земли, лишь слегк пошевелив пльцем!

Крсный от гнев Аргнист взял-тки себя в руки.

— Ответь ей, ты ж знешь... — буркнул он.

— Грозномолниенной ведомы людские нречья! Отвечй почтительно!

Двлин сделл стршное лицо. Сотник в свою очередь зскрежетл зубми, однко зствил себя «ответить почтительно».

— Он нпрвился к Холму Демонов. Ты был с ним. Что произошло дльше, низкорожденный?

Превозмогя гнев, Аргнист рсскзл. Деер тк и не смогл избвиться от зткнувшего рот передник. Это впечтляло.

Лицо Эльтры остлось бесстрстным. Дослушв рсскз Аргнист до конц, он поднялсь.

— Скжи этой деревенщине, Двлин, что н один солнечный круг ни одн тврь Орды не причинит вред ни ему, ни его домочдцм. А вот это поможет лечить хвори. — В руке волшебницы появился небольшой серебряный светец с серебряной же лучиной. — Дотронься пльцми до ее конц — вспыхнет огонек. Под его лучми зживют любые рны и отступет любя болезнь. Зклятие будет действовть, пок не догорит лучин.

Эльтр величественно поднялсь и вышл. Едв зкончив переводить, Двлин опрометью бросился з ней.

— Пожлуй, я возьму тебя с собой, презренный. Ты послужишь мне збвой. К тому же ты можешь пригодиться у Холм Демонов.

Это было скзно уже н дворе. Лиис поднял всех, кого могл, и теперь дорогу волшебнице прегрждл цепочк мрчных молодых прней. У гном зтряслись руки.

— Скжи им, чтобы ушли, пок я не превртил их в стеноломов, — лениво процедил сквозь зубы Эль-тр.

Испугть гордых хуторян было не тк-то легко. Двлин едв не охрип, умоляя приютивших и спсших ему жизнь не рисковть. Прни неспешно освободили проход. Двлин шел мимо них, чувствуя зтылком презрительные взгляды. Щеки гном горели от стыд.

Не повернув головы, дже не взглянув по сторонм, Эльтр вышл з ворот. Прищелкнул пльцми — рздлось хлопнье мощных крыльев. С неб кмнем пдл огромный грифон.

— Собирйся, презренный. Мы отбывем. Я узнл все, что хотел узнть. Нс ждет Холм Демонов.

ГЛАВА II

— Mac-стер, мс-стер! С-стрый Хис-с ус-стл. Я с-стер с-с-себе вс-с-се лпы этим мерс-с-ским зс-с-сту-пом! Отчего не применить ншу с-с вми мгию, мс-с-стер?

— Хисс, мой бтюшк, похоже, только зря тртил н тебя силы и время, если ты до сих пор здешь ткие дурцкие вопросы. Ты хочешь, чтобы Печть Вечного Короля ускользнул из нших рук? А ведь тк и случится, едв ты пустишь в ход чродейство!

— О, мс-с-стер, прошу прос-с-стить с-с-строго Хис-с-, вш почтенный родитель не открыл мне подобного.

— Он многого не открыл, стрый ты змей, ни мне, ни тебе. Лдно. Отдохнул? Берись з зступ. А что лпы стер, тк см дурк. Я ж тебе предлгл перчтки...

Я прихожу в себя. Тьм, что-то немилосердно двит бок, и вдобвок стоит жуткя вонь. Великие Силы, я могу двигться! Д, точно... я могу двигться! Шевелю рукой, ногой... все кк будто бы мне повинуется. Пльцы ксются кких-то шелушщихся, н ощупь продолговтых предметов.

Кости. Обугленные, обожженные кости. Я понимю это, едв коснувшись лдонями, словно у меня н рукх глз, способные видеть в темноте. Н грудь двит что-то очень тяжелое — вроде бы кмення глыб. Отпихивю в сторону. Теперь удется встть. Стрнно, вокруг црит бсолютный мрк, но тем не менее я вижу все в мельчйших детлях.

Я в ккой-то пещере. Срзу же з спиной громоздится звл. Пол покрыт бесчисленными уродливыми костякми, все обгорелые. Здесь вволю погулял огонь. Теперь осмтривю себя, свой охотничий нряд Интересно, откуд у меня взялсь эт кольчуг? Рзве я когд-либо нуждлся в доспехх? Это тк пошло — прикрывть свою плоть. И меч — что это з клинок? А, он зчровн... Мне пришлось дрться с мгом, рз я ннес н лезвие семь стрых рун? Нверное, мне противостоял именно мг, потому что против любого другого противник я вышел бы с обычным оружием, то и вовсе с голыми рукми. Силы должны быть рвны.

Тк, знчит, я все-тки кое-что помню. Про доспехи, про оружие... про рвенство сил... что еще? Женщин с лицом хищной птицы нзвл меня Губителем. Ее брт предлгл скинуть меня в Бездну, к Нензывемому.

Нензывемый! От этого слов веет дже не могильным холодом, не простой смертью, ознчющей всего-нвсего гибель тел из мяс и костей. Нет. Веет Конечной Смертью, рспдом всего сущего, зктом, з которым уже никогд не нступит рссвет.

Но все это лишь ощущения. Я по-прежнему не могу вспомнить ничего конкретного, осяземого — лиц, событий, мест... Я не помню своего нстоящего имени. Только нелепя кличк — Губитель... Губитель, которого собирлись столкнуть с Возрождющим... Д! И еще тм упоминлся ккой-то Черный...

Сжимю виски лдонями. О! У меня, окзывется, рстут волосы! Рньше этого не было, я уверен. Но вот Почему уверен?...

Встю н ноги. Ндо идти — не сидеть же здесь вечность, пок Холм не рзрушится см собой. Конечно, со мной ничего не случится — я просто просплю все это время и открою глз, лишь когд зжмуренных век коснутся солнечные лучи; но отчего-то мне кжется, что я пропущу тогд нечто зхвтывющее. У меня ведь есть долг в этом мире, вдруг вспоминю я. Вжный, очень вжный долг, я не помню, ккой именно, но это и не существенно. В нужный момент судьб см подскжет мне, что время пришло.

Я встю, зсовывю в ножны серебристый клинок и нчиню спуск по плвно уходящему в глубь земли тоннелю. Губитель!... Милое прозвище, что и говорить.

После встречи с Керой Ргнвльд — поскольку его нстоящее имя пок не ведомо нм, будем нзывть его тк, — Ргнвльд торопливой поступью нпрвился прочь от Холм Демонов. Он не ошибся. Печть Вечного Короля был н месте. Бедный мльчик пустил в ход ткие силы, о подлинной мощи которых дже и не догдывлся. Теперь придется рсхлебывть. И это тк некстти!...

Орд прегрдил ему путь нездолго до вечерней зри, когд стрнник нходился уже довольно длеко от стршного мест. Землю здесь иссекли длинные шрмы овргов, точно ннесенные кким-то исполинским мечом. Зросшие мелким и густым ельником, со струящимися по дну ручьями, вспухшими от тлых вод, эти оврги могли укрыть целое воинство.

Ргнвльд остновился н ночлег. Безо всяких мгических штучек, покряхтывя, собрл хворост, потом свлил сухую лесину, соорудив добрую нодью, — должно до утр хвтить. Выбил н трут искру, рздул плмя. Рзгреб снег, звлил лпником, звернулся в плщ и зкрыл глз.

Тври тковли внезпно и со всех сторон. Кзлось, еще мгновение нзд ничто не предвещло беды — не рздлось ни одного звук, не хрустнул ни один сучок, не колыхнулсь ни одн ветк, — вот теперь вечерние сумерки исчезли, сожрнные сплошной волной чудовищ. Тел их плотно прилегли к телм, нигде ни млейшего просвет.

Ргнвльд вскочил н ноги в смую последнюю секунду. Кулки его были плотно сжты, глз из-под кустистых бровей метли молнии ничуть не слбее Керы, от досды он дже прикусил губу. Резко опустил обе руки, словно оттлкивясь ими от земли, — и его не стло. Чудовищ сшиблись друг с другом н том смом месте, где только что стоял удивительный стрнник, оствивший после себя только горящий костер

Глубоко в диком лесу стрнное существо, нблюдвшее посредством мгического хрустльного шр всю эту сцену, издло удовлетворенное хрюкнье. Хозяин будет очень доволен. Прикз выполнен в точности.

— Mac-стер! С-с-десь с-с-скл! Мой зс-с-туп не берет кмень!

— Терпи, Хисс, и долби кк следует. Это свод тоннеля. Подземный ход не прокопн, не прорублен, проплвлен. Понял, змеиня бшк? Земля спеклсь от жр. Но если мы пробьем крышу... Сейчс я кирку достну. И-эх! И-эх!... И-эх!... Видишь, поддется?!

— Ур-р мудрому мс-стеру! Ур-р! С-стрый Хисс будет копть. У него очень болят лпы, но он будет копть, д-с-с-с!

— Ну-к еще рз!... И еще! И еще! Крошку отгребй!... Тк!... Тк!... Тк!... Тк!... Отгребй лучше, кому скзл?! Двй, немного остлось! Видишь, уже трещины пошли?. Уф, устл. Поруби-к ты.

— С-с-с! Мс-с-стер! С-с-стрый Хисс не может...

— А я вот сейчс кк возьму тебя з згривок, и мы тогд увидим, можешь ты или нет...

— Ах-с-с! Мс-с-стер! Но мои лпы вс-се в крови!...

— Тк это потому, что рботть не умеешь. Подумешь, змеиный црь! Отродясь ни мотыги, ни зступ в рукх не держл! У-у, убожество!... И не зыркй н меня своими глзищми. Тебе все рвно со мной не спрвиться. Ни сейчс, ни потом. Тк что лучше не криви рожу, рботй. Думй о жезле, который получишь, когд мы вернемся к отцу!... И помни, нм ндо спешить, пок нс не опередили!

— Мс-с-стер, но я чую, здес-сь был чужк!

— Что?! Ты уверен, зеленый хвост?!

— Тк же, кк и в том, что я — лорд Хис-с, с-змеи-ный црь-с-с-с!...

— Гм... но Печть н месте. Лдно, копем дльше! Кто бы тут ни был, нм выбирть не приходится. В крйнем случе будем дрться!

— Д-с! Др-ртьс-с-я, мс-с-стер! Двненько я уже не дрлс-ся!

— Копй-копй... Я предпочту по-тихому добыть Печть и унести отсюд ноги. Сржения лучше вести с девицми в постелях...

— Mac-стер! Похоже, с-стрый Хисс пробилс-с-я!

— Ну-к, ну-к... Точно! Свод пробит! Теперь только рсширить лз... Зступом, зступом!... Тк, теперь вроде просунусь... Хисс, крепи веревку!

— Ос-с-сторожнее, мс-с-стер!

— Ничего, не впервой... Тк... Вроде крепко. Кк только скомндую, тщи меня нверх. Лмпу передй!... Проклятье, дже простого огня колдовством не зсветить!...

— Вс-се в порядке, мс-с-стер?

— Д... Тут костей кких-то полно... Аг... Чувствую Печть... Приготовься, зеленый хвост, кк только я сниму зклятье, здесь все взлетит н воздух! Не успеешь меня выдернуть — пиши пропло. См погибнешь.

— Понимю, мс-с-стер! Не бес-с-спокойтес-с-сь!

— Внимние! Нчиню!...

Я спускюсь все глубже и глубже под землю. З спиной, н поверхности, идет ккя-то млопонятня возня, но меня он сейчс не волнует. Пусть они делют что хотят. Мой путь вниз. Я не могу ошибиться — тм, н дне, кроются окены Силы. Мне он будет нелишней. Я чувствую, что повторня встреч с той крсоткой, хозяйкой Оркус, и ее быкоподобным бртцем едв ли пройдет мирно. А я хочу ннести им визит. Я ощущю, кк в душе медленно рзгорется мрчный огонь. Думю о тех пыткх, которым подвергну эту прочку, после того кк одержу победу, и мне стновится приятно. Вроде бы я не должен тк думть... вроде бы это нехорошо... Хотя почему нехорошо? Они могут пытть меня, я не могу? А, ты спршивешь, чем же я тогд буду отличться от них, тихий пушистый зверек, обосноввшийся в моем созннии? Ты прв, мой милый, — ничем. Потому что я никогд от них ничем и не отличлся. Просто я сильнее, вот и все. И они боятся меня. Сей фкт доствляет мне удовольствие, и изменить ткое положение вещей не в моей влсти. Для этого мне нужно перестть быть смим собой.

В тоннеле црит непроглядня тьм. Не обычный мрк, нет, в нем я вижу тк же хорошо, кк и н свету. Нет. Чья-то воля стртельно зполнил воздух зыбким и липким тумном — специльно, чтобы помещть тким, кк я.

Тким, кк я... Во имя Нензывемого, но кто же я все-тки ткой? Неужели же просто Губитель?...

Глдкие стены и пол. Повсюду кости. Здесь словно взорвлось специльное Огненное Зклятье. Прх и пепел, пепел и прх. Я думю о миридх создний, сгоревших здесь зживо, и мне вновь стновится приятно. Это должен был быть слвный бой. Меня не прельщет уничтожение рди уничтожения. Но в бою — я чувствую — нужн бсолютня беспощдность. И я увжю тех, кто н нее способен.

Тоннель ведет меня вниз долго, очень долго. Сколько именно — невжно, я ведь не нуждюсь ни в сне, ни в еде, ни в питье. То есть я могу и есть, и пить, и спть, и получть от этого удовольствие, но если ничего этого нет, то прекрсно обхожусь безо всего.

И вот нконец пол подземного ход стновится горизонтльным. Стены рсходятся в стороны, и я окзывюсь в просторной пещере. Дже мне с моим зрением не рзглядеть дльнюю от вход стену.

Я стою возле порог и смотрю. У пещеры нет пол.

Вместо него пышущее жром озеро темно-крсного цвет. Вод в нем, если только это вод, тягуч, словно кисель. Поверхность кипит, и видно, кк среди лопющихся пузырей проступют контуры отвртительных создний — с лпми, пстями, щупльцми, крыльями... В них я ощущю тупую и смертоносную злобу. Они неинтересны. Они неспособны упивться боем и сржться нсмерть. Они дже не знют, что ткое смерть. Их посылют в сржение, и они идут, деля единственное, н что способны. Кто же это рзвлекется тут подобным обрзом? Впрочем, невжно. Он делет доброе дело. Создет для кого-то вргов, которых можно уничтожть, борясь тем смым со скукой — смым стршным вргом живущих.

Вдоль кря рскленного озер вьется узкя тропк. Иду по ней. Я чувствую великую силу, нгнетемую откуд-то из глубины в это озеро, я собирюсь позимствовть чсть столь щедро рстрчивемой мощи. Для этого мне ндо опуститься еще глубже. Я не сомневюсь, что нйду путь.

Ргнвльд стоял н крю лес. Перед ним рсстиллось тихое круглое озерко, солнце тонуло в пронзенных лыми копьями зкт тучх. День кончлся.

Это озеро лежло в двух днях пешего пути от Холм Демонов. Зклятие Перемещения отпрвило стрнник именно сюд — рз уж нпл Орд и ему пришлось в знчительной мере себя рскрыть, тк уж хоть ноги по буреломм чтоб меньше сбивть пришлось. Здесь, у озер, имелось все потребное, чтобы испрвить содеянное молодым волшебником у Холм Демонов, не нрушя при этом Зкон Рвновесия.

Ргнвльд посмотрел себе под ноги. Тм лежл сумк, плотно нбитя его сегодняшней добычей — трвы и коренья, употребляемые здешними ведунми, лпк летучей мыши, вынутый зячий след, кусочек сброшенного лосиного рог, цельный медвежий зуб и в особом кожном мешочке спящя мурвьиня цриц рзмером с лдонь взрослого человек.

Лесные обиттели не прятлись от Ргнвльд. Волшебник, думли они, обычный волшебник... Првд, незнкомый, но тк что с того? Осторожные лесные духи н всякий случй збивлись поглубже в тумн своих логовищ — вдруг пришелец решит, что они ему пригодятся, и бедняг влстью чр зключт в крошечные коробочки — служить неведомому повелителю в его колдовских делх. Пущевые хеды тоже спешили убрться с дороги Ргнвльд — он не приндлежл к Кругм Злобных. Гурры ккое-то время взирли н пришельц с любопытством, но, сочтя его обычным смертным чродеем, оствили в покое. Для них он был слишком силен.

И только один нрод, феи, что-то зподозрили. Когд Ргнвльд очутился н грнице цветущего мйского луг, Цветочный нрод весь, от мл до велик, бросился к нему. Прозрчные, словно у стрекоз, крылья били воздух, н крошечных прекрсных личикх нписны были восторг и обожние — чистых душой фей не обмнул тщтельно срботнный крнвльный костюм смертного волшебник. Ргнвльд поспешно отступил в лес, но было уже поздно. Неотступно следивший з ним через хрустльный шр нечеловеческий взор увидел всю эту сцену. Желтые клыки осклились в усмешке. Вот и вторя удч. Хозяин будет уже не просто доволен, но очень доволен!

Собрв все, что требовлось, Ргнвльд здумлся. Открывть свое инкогнито он не хотел, но время было очень дорого. Легкий, нерзличимый глзом жест — и он исчез. Рзумеется, Читющий Зклятья прочел бы в своем сверкющем Эфирном Шре смое обычное Зклятье Перемещения...

И вот он вновь, Холм Демонов! Теперь з рботу... но стоп! Что здесь случилось?! Печть!

— Мс-с-стер, мс-с-стер, ты тк с-с-сейчс-с знят, ты произнос-с-сишь очень, очень опс-сные с-слов! С-стрый Хисс и не с-знл, что ты с-знешь ткие... Ты не ус-с-слышишь меня, мс-с-стер, и не с-сможешь ничего с-сделть, и не с-стнешь с-смеяться нд великим с-змеиным црем... Ты выс-зывешь Духов. Очень хорошо, с-стрый Хисс будет с-знть... Кких Духов? Тк, оч-чень, очень могучих: Арфурэель, Дух Небес-сного Плмени... я и не с-знл, что твоему отцу уд-лос-сь с-зкляс-сть его... Ибидрс-зиль, Дух С-звез-дного Рс-ссеянного С-свет... С-смостнель, Дух С-з-родышей Жизни во Мгле... д, великя троиц... Теперь они нчинют с-снимть Печть... ндрезть удерживющие ее путы... ос-стльное ты должен с-сделть с-см, мс-стер... Тк... путы подрезны... Духи удляются... ндо же, ткие с-сильные, могучие, с-слу-жт эткому с-скупердяю, кк твой бтюшк, мс-стер... И уходят тк с-скромно — ни плмени, ни блес-ск... А теперь тебе, похоже, мс-стер, удлось с-снять Печть...

— Хисс! Хисс! Тяни же, во имя всех богов! Тяни! Я совсем без сил! Ой! Чуть не выронил Печть... Д скорее же!

— Mac-стер! Вы с-сейчс уроните Печть!

— Нет! Ничего! Ты только тяни... тяни... тяни...

— Ты с-совсем ос-слб, мс-стер... Дй руку...

— Н... Стой! Печть! Нет!Хисс., тврь! Предтель!

— Ты с-смеялся ндо мной, мс-стер. Твои пльцы ос-слбли, и я вырвл Печть. А теперь...

— Ах, у тебя еще и нож! Нет! Нет! Не-ет!...

— Лети во тьму, мс-стер...

Грифон Эльтры взмыл в воздух. Ошршенные обиттели хутор провожли скзочное существо взглядми: ничего подобного они доселе не видывли. Вместе со стрнной пришелицей исчез и не менее стрнный гном Двлин. Пропли и все его вещи — когд только собрть успел. Молодки скрипели зубми и беспричинно шпыняли своих квлеров. Зменить в постели гном не мог никто из них.

Двлину доселе не приходилось летть. Желудок гном предтельски сжлся, лдони покрылись потом, он не мог зствить себя взглянуть вниз ни з ккие земные и небесные сокровищ. Однко он решил, что скорее см спрыгнет со спины зверя, нйдя быструю смерть, чем выкжет повелительнице Эльтре свой испуг. Повелительниц Эльтр... Гном вновь зскрежетл зубми. Он поплся! Он стл рбом! Рбом, который не может ни сбежть, ни восстть против своего господин! Древнее проклятие обрушилось и н его плечи; он-то, гордец, считл подобную учсть уделом лишь слбых душой, тех, что бежли н юг, спсясь от тягот постоянной войны с Ордой и Нечистью. Что ж, от войны они и впрямь спслись. А вот от Древнего Долг...

Невольно Двлин покосился н свою высеребренную секиру, зткнутую з пояс. Искушение было велико. Рзом оборвть эти муки... поступить, кк достойно воину Подгорного племени, воину, хживвшему в рядх хирд против рмды троллей Отпорного Хребт! В тот день под трупми н смертном поле скрылсь земля, и многие годы тм ничто не росло — столько пришлось впитть в себя Кормилице отрвной тролличьей крови... Тк неужто он не решится?! Ему хвтит и доли мгновения. Вырвть оружие, рзмхнуться... и снести с плеч эту гордую, прекрсную и ткую жестокую головку повелительницы Эльтры! Сколь бы могуч он ни был, руки Двлин волшебниц остновить уже не успеет. Ясно, что после этого удр он, Двлин, проживет лишь несколько секунд — пок будет длиться его свободный полет со спины грифон до земли. Но зто он умрет, кк подобет гному... и больше эт чродейк не сможет обртить в жлкого прислужник никого из Подгорного племени.

Пльцы Двлин медленно поползли по поясу, нконец нщупв теплую рукоять. Медленно и осторожно гном потянул оружие вверх, сейчс он не думл о смерти. Его здчей стло вытщить секиру, все остльное уже не имело знчения. Эльтр, кзлось, ничего не змечет.

Обливясь потом, гном дюйм з дюймом тянул оружие вверх. Несколько рз ему приходилось змирть, когд Эльтр шевелилсь, и Двлину кзлось, что повелительниц вот-вот обернется. И мло-помлу ему удлось высвободить рукоять. Теперь оствлось нечто уже совсем простое.

Рсширенными глзми гном смотрел в зтылок своему прекрсному вргу. Кк всякий из числ Подгорного племени, Двлин был нервнодушен к крсоте, тем более столь необычйной, кк у его пленительницы. Удрить... рзрубить череп... чтобы тонкое тело упло вниз сломнной игрушкой... чтобы роскошные волосы щедро злил кровь... и чтобы потом тври Орды вволю попировли нд ее бренными остнкми...

Гном никогд не бил в спину. В горячке боя, когд ты один против множеств вргов, тм уже не рзбирешь, куд придется смертельный удр — в грудь или в лоптку. Но здесь... подло и коврно удрить, рскроить голову той, перед кем его племя — знчит, и он см — в громдном, до сих пор не оплченном долгу... Двлин помотл головой. Глз нчинл рзъедть пот. Кк ни крути, умирть тк глупо не хотелось.

Но и жить тк тоже нельзя!

Секир медленно нчл поднимться. Эльтр не оборчивлсь.

Лезвие поднялось еще выше. И тут волшебниц зпел.

Если бы это был чрующя медоточивя песня, Двлин, нверное, все-тки удрил (по крйней мере, он стрлся уверить себя в этом). Но вместо этого рздлись немудреные, кое-кк срифмовнные вирши, в которых чувствовлись и злость, и боль.

Я вел полки к победе, в огонь,
Я шел, круш город
Я Гондор силу рзвеял в пыль, Я стер ее нвсегд
Я вел полки через сотни лиг
В огне, и в крови, и в боях
И к Гвни Серой в свой чс подступил,
Зщитников вбив во прх
И гордые бшни огнем изошли,
По городу я шгл...
Когд Кирдэн, подняв свой клинок,
Н площди глвной встл.
Я Кирдэн силу своей превозмог,
Мой меч гордец срзил.
Но тут юный хоббит с Кинжлом Судьбы
Дорогу мне прегрдил.
Ему победу Судьб отдл,
Мне сердце пробил клинок...
Кроввя тьм мой окутл взор,
И см я предстл, одинок,
Пред тем тяжелым и черным путем,
Что всех Родившихся ждет.
И стршен, и скорбен был — кк и для всех! -
Тот мой роковой полет
И дльше я помню лишь черную боль
Д стршный Влров суд.

— Эй, ты что, ты что?! — внезпно вскрикнул волшебниц, згорживясь локтем. Грифон кмнем ринулся к земле.

Отчего-то зслушвшийся Двлин упустил момент, неловко пошевелился, и Эльтр обернулсь. Ее взору предстл гном с знесенной для удр секирой.

Он бы уже не успел сотворить никкой волшбы. Но прекрсные глз полнил ткой ужс и, глвное, в них читлось ткое недоумение, что у Двлин дрогнул рук.

Грифон почти врезлся в землю, тк что Двлин изрядно тряхнуло. Не отрывя глз от лиц Эльтры, он медленно убрл оружие обртно з пояс. Нступило молчние. Волшебниц уже привел в действие зщитные зклятья, но Двлин и не собирлся нпдть.

— Ты... хотел... убить меня? — изумленно проговорил Эльтр. Н сей рз он опустил словечко «презренный».

— Я хотел сделть это, — медленно вытолкнул слов из горл Двлин.

— Но ведь тогд... ты бы тоже...

— Лучше умереть, чем окзться в рбстве! — гордо выпрямился гном.

— В рбстве? Но Древний Долг священен! — Глз волшебницы вспыхнули гневом. — Ты обязн повиновться мне, презренный!

— А я-то тебя пожлел... — тихо промолвил Дв-лин, чувствуя, кк чужя сил пытется овлдеть его созннием, зствить руки опустить оружие. — Верно про меня говорили — дурком родился, дурком и помру. Нечего было сопли рспускть. И не глзей н меня тк, высокородня Эльтр! — Двлин внезпно понесло. — Твоя не менее высокородня сестр относилсь ко мне несколько по-иному!

— Что ты скзл?! — Глз Эльтры рсширились тк, что зняли половину лиц. — Что ты скзл о моей сестре, гном?!

— Что слышл! — зло передрзнил Двлин. — Твоя сестр остлсь мной очень довольн... после одной веселой ночи в форте Гэср!

— Тк это был ты... — прошептл Эльтр.

— Гном Двлин из Ар-н-Ашпрнг, к вшим услугм. — Он издевтельски поклонился. — Ты ведь дже не потрудилсь узнть моего имени! А вот твой почтенный родитель, нсколько мне известно, нзнчил з мою голову столько огрненных бриллинтов величиной с кулк, сколько моя голов будет весить... Ну, чего зенки-то вылупил? Двй мши рукми, твори это смое твое волшебство! Мне терять уже нечего. Двй же, или я и в смом деле тебе голову снесу!

Грифон одним стремительно-нерзличимым движением окзлся между Двлином и Эльтрой, зкрыв собой хозяйку. Орлиный клюв, острый и прочный, словно меч, был нцелен в грудь гному.

— Ну что ж, — философски зметил Двлин, принимя боевую стойку. — Тк-то оно дже и лучше. Смерть в бою, кк говорят, почетн и весел.

— Смерть всегд уродлив, отвртительн и стршн, гном, — с неожиднным спокойствием угрюмо скзл Эльтр. — Не брвируй этим и не зови Костлявую рньше отмеренного тебе срок.

— Но это не знчит, что оствшийся мне срок я нмерен прожить, отзывясь н кличку «презренный»! Двй, чего мы тянем, пускй своего зверя! Я ндеюсь угостить его моей стлью. См врил и ковл. Ну, двй, мочи нет больше ждть!...

— Я пытюсь прикзть тебе, но ты не повинуешься, — вдруг удивленно скзл Эльтр. — Что с тобой, гном?

— Что со мной? Вот уж не зню и знть не хочу! Ну тк что, будем дрться или кк? А то моей секире уже скучно.

— Не повинуешься, не повинуешься... — лихордочно шептл Эльтр, поспешно плетя ккие-то зклинния.

— Эй! — Гном опсливо отодвинулся. — Ты это брось, слышишь? Ты н меня тут свою волшбу не нпускй!...

— Помолчи, ? Я должн рзобрться!...

— Что я тебе, кмення крыс, что ли?! — рссвирепел Двлин.

— Д, не повинуешься... — изумленно произнесл Эльтр, опускя руки. — Древний Долг более нд тобой не влстен. Тебя, конечно, можно подчинить ндлежщими зклятиями, но... тогд ты превртишься просто в куклу-мрионетку. Это очень вжно!...

— Я что-то тебя не понимю, — устло выговорил гном.

Охвтившее его боевое безумие слбело, серой волной нктывлсь устлость. Сейчс ему уже хотелось, чтобы все поскорее кончилось — невжно кк.

— Я не могу больше тебе прикзывть, — пояснил Эльтр. — Ты совершенно свободен. Можешь идти куд хочешь. Я в состоянии нложить н тебя чры... кк и н всякого иного Смертного. Но не более. Теперь понятно?

— А... зчем ты говоришь мне все это? — удивился гном. — Я змхнулся н тебя секирой. Я хотел прикончить тебя, ты, вместо того чтобы нтрвить н меня своего зверя, рстолковывешь все эти вещи!

— Ты глуп, — нхмурилсь волшебниц. — Я увжю свободный дух, в ком бы он ни проявлялся! Ты — проявил, в отличие от всех твоих сородичей.

— А ты не боишься... — нчл было Двлин.

— Что ты рсскжешь об этом другим гномм? — усмехнулсь волшебниц. — Нет, не боюсь. Слишком редок твой др, Двлин. Слишком редок. Тк что я предлгю тебе — поступй ко мне н службу. Хозяйк я щедря. Ты ведь знешь, кто я н смом деле!...

— Зню, — буркнул Двлин. — Нследня...

— Не здесь, — прервл его Эльтр. — Не в подобных местх. Ну кк, договорились?

— Ты обидел Лиису... ты был донельзя высокомерн с людьми н хуторе...

— Великий Кмень, никк не могу привыкнуть, что меня поучет гном, — вздохнул волшебниц. — Ты слышл когд-нибудь что-нибудь о Зконе Рвновесия?

— Это когд Зло тм, Добро всякое? — осведомился гном.

— Гм... никогд не слышл столь пренебрежительного отзыв... но в общем ты прв. Тк вот, волшебник не может творить одни лишь добрые дел. Или одни лишь злые. Приходится выдерживть блнс. Тк вот, сорвння юбк этой — кк ее? — Лиисы есть нивозможно низкя плт з прво носить Белые Одежды. Теперь ты понял?

— Не совсем, но примерно, — отозвлся оздченный гном. — Знчит, весь Древний Долг и все мои соплеменники-рбы н юге...

— Есть плт з возможность противостоять Смерти во всех ее бесчисленных обличьях, Двлин. А теперь вствй. Нм пор к Холму Демонов.

Рзумеется, я отыскл окольный путь вниз. И теперь спускюсь по грубой лестнице, вырубленной прямо в коренной скле тысячи лет тому нзд. Множество ног ступли по истертым ступеням, множество ног и лп, приндлежвших стрнным, невиднным существм... Я вдруг с удивлением понимю, что проложили этот путь и первыми прошли по нему отнюдь не люди и дже не гномы. Более того — дже не Перворожденные! Древняя злоб Сотворенных-в-Ночи — кмни еще хрнили ее след. Я помню их! Я помню! Ну д, это были они... мои первые врги в первой битве. Они стновились то холмми, то рекми, то озерми, стремясь сбить меня со след, обмнуть, скрыться... Но я нстигл их. Они хорошо дрлись. Я вспоминю их с блгодрностью. И... они пытлись зщищться. Они нстойчиво пробивли свой путь в глубь земной толщи, стремясь овлдеть Силой. Все это я помню. Но вот помогло ли им это?...

И еще — зчем я с ними воевл? Почему мы стли вргми?

Ответ не было. Д я и не слишком стремился его нйти.

Спирльня лестниц привел меня в тесную кмеру. Здесь не ходили, нверное, уже дв или дже три десятк веков. В середине — круглый, грубо вытеснный кменный лтрь. Нд ним — узкя дыр дымоход. Здесь сжиглись жертвы. Сюд, привлеченные стрдниями пытуемых, сползлись Стрхи Земные, возникшие едв ли не в первые миги Творения. Здесь Со-творенные-в-Ночи пытлись перенять силу своих стршных гостей... Вряд ли это помогло Сотворенным.

Д, кмни еще помнят былую силу. И по следм той, двно кнувшей, ныне идет другя сил, новя, жестокя, беспощдня. Он остр и терпк. Я погружюсь в ее незримый поток, и он зхлестывет меня с головой.

Это невырзимо приятно. Сквозь звесу збвения нчинют прорывться ккие-то кртины. Я змирю... но это совсем не те кртины, которых я ждл.

Ккие-то мирные изумрудные луг по берегм чистых голубых озер, тк похожих н доверчиво открытые Очи Земные. Хрустльные шпили игрушечных змков. Милые грифончики, смхивющие н домшних котят. И люди. Точнее, создния, очень н них похожие. Я вглядывюсь. Ну конечно!... Кто ж, кроме них...

Но откуд это во мне?

Откуд взялись эти слщвые кртинки? Трвк, лужйки, ручейки?! Во мне, всегд любившем лишь кроввые поля сржений, во мне, бившемся в бесчисленных войнх н всех мирх Великой Сферы? Я не зню ответ. Слишком многое еще покрыто мглой збвенья. Первыми сквозь него пробивются чувств, зтем, я не сомневюсь, последуют и нстоящие воспоминния.

Я ждно пью струящуюся сквозь земную твердь Силу. Я не нуждюсь в зклятиях и тому подобной мгической чепухе. Оствим это глупым колдунм, еще не знющим, что, рз я появился в этом мире, нстл их черед вострить копья и счищть ржвчину с мечей.

Кждя чстиц моего существ кк будто перерождется под горячим, живительным дождем. Вливющяся в меня мощь будит желния — пок еще смутные и неотчетливые: выйти в одиночку против блистющего сонм полков... броситься в кроввую сечу, збыв обо всем...

Я зню, что меня можно убить, что я не бессмертен. И это придет ожиднию боя особый, неповторимо пряный привкус. Если нет риск, то и в сржение идти незчем.

Рзумеется, льющяся из этого подземного русл Сил не способн нсытить меня. Но он будит иную мощь, доселе дремвшую где-то глубоко н смом дне моего естеств. И чем дльше, тем больше сил могу я черпть прямо из пронзющих весь мир Великих Потоков. Могу, но не хочу. Ндо дть рвные шнсы и моим противникм. Решено — я не буду пользовться своей внутренней мощью, пок не столкнусь с превосходящим меня противником. Возможно, это будет тот смый Возрождющий, о котором толковл Цриц Ночи... Д, в этом мире у меня дел просто невпроворот. Возрождющий — рз. Тйн моего прозвищ — дв. Тйн «Черного», который «не желет ни с кем рзговривть». Тйн Бездны Нензывемого — подозревю, что только с ним одним я и могу схвтиться н. рвных. А еще, нверное, этим миром првят ккие-нибудь боги. Их тоже следует нвестить.

Ну вот, достточно. Меня переполняет Сил. Больше пок не ндо. Нет никкого интерес идти через мир и знть, что никто не в состоянии прегрдить тебе дорогу. Оствим немного неизвестности. Д, я мог бы стть куд сильнее, но предпочел не делть этого. Итк, в обртный путь! Помню, что кмни в тупике тоннеля зпечтывло ккое-то мудреное зклинние, — отлично. С него-то мы и нчнем.

Я поднимюсь по кменным ступеням. Мне кжется, что глз Сотворенных-в-Ночи из-под кменных плит провожют меня полными боли и ненвисти взглядми. Быть может, этих существ еще можно вернуть к жизни? Это было бы знятно — поболтть с ними теперь...

Огненное озеро встречет меня мрком и холодом. Я збрл себе всю преднзнченную для него мощь, и оно угсло. Крсня вод зстыл, обртившись в кровво-лый кмень. В очертниях зстывших волн еще угдывются пугющие контуры рождвшихся здесь создний. Я отнял у них силу. Жль — кто-то остлся без врг. Но, быть может, поток Силы еще возобновится?... Хотя нет, едв ли. Без вмештельств открывшего этот кнл здесь не обойтись.

Теперь в обртный путь — к поверхности этого мир. Мне нужен ккой-нибудь могучий чродей, но не первый попвшийся, тот, что смог бы открыть Врт Миров. Я чувствую себя в силх нведться в гости к Црице Теней. Хотя... нверное, это было бы i слишком просто. Нет, Губитель, нет. Сперв посмот-7.рим, что нс ждет нверху. Постремся отыскть дорогу сми. Рзузнем про Бездну и про Возрождюще-" го. И вообще, отдохнем немного от крсно-черных; мгических прострнств. Пусть глз отойдут, взиря ' н трепещущую зелень лесов или н осененную белым цветом пены голубизну морей... Я иду вверх.

И когд позди остется уже примерно половин пути, я внезпно ощущю тм, впереди, готовую вот-вот рзорвть тугую оболочку зклятий мгическую

Силу. Д, д, то смое мудреное, прихотливое зклятие, которое я собирлся снять... меня опередили.

В груди вскипет гнев. Кк они посмели бросить вызов мне?

Я нпрягюсь. Д, путы сейчс рзойдутся... и тогд тот, кто лежит сейчс возле звливших выход кмней, обртится в ничто. Я чувствую его стрх... его боль... однко он пытется встретить смерть мужественно.

Нет, ты не умрешь тк просто, прень! И я посылю вперед ничтожную чстицу своей Силы, чтобы смягчить удр.

И тотчс же земля под ногми содрогется в жестокой корче. Чудовищной силы удр сотрясет стены, пол и потолок тоннеля. Н голову сыплются обломки кмней... потом сверху внезпно руштся громдные мссы земли, погребя меня под собой.

Хисс, Хисс, грязный предтель! Ножом ткнул... Хорошо, кольчугу я догдлся ндеть... А и ловок же этот змеиный црь! Сколько он еще своих собственных сил прибвил к мощи снятой Печти... Но почему же я тогд цел? Полыхнуло, грохнуло, грянуло... я ничего и не почувствовл. Словно кто-то щитом незримым прикрыл.

Д, опростоволосился ты, Хеорт! Бтюшк теперь н тебя и смотреть не стнет, к себе не допустит, обедть в людской велит, с гоблинми д троллями из обслуги... И поделом тебе, поделом! Поверил — и кому! — строй змее Хиссу! Проклятье, бок кровоточит... Сильня все же эт бестия, ухитрилсь кольчугу пробить. А я-то грозился его з згривок оттскть... Тут еще неизвестно, кто бы кого оттскл.

Но кто-то все-тки меня спс. Узнть бы кто! Не бтюшк ведь, в смом-то деле. (От него дождешься, кк же!) И выбрться отсюд бы кк-нибудь... Ишь, рвнуло-то кк — весь подземный ход обвлился. Придется повозиться, пок примет не сооружу, хорошо еще, что т дыр в потолке цел, которую мы с Хиссом пробили!... Ну погоди, червяк-переросток, я до тебя еще доберусь! Пусть у тебя в рукх одн из Великих Печтей... но сущность твоя от этого не изменилсь. Проклятье, весь Хьёрврд пройду, если ндо, к Грору Душителю в ученики подмся, но тебе, Хисс, все рвно отомщу!

Тк... теперь встть... вот этот кмень вроде ничего, сдвинуть можно... О! Проклятье! Из рны срзу кровь потоком... Перевязть бы кк-нибудь...

Ргнвльд окзлся у Холм Демонов через несколько мгновений после взрыв. Местность изменилсь рзительно. Вершин бугр исчезл, точно срезння громдным мечом. Холм уменьшился едв ли не вполовину.

Ошибки быть не могло — кто-то опередил его и снял Печть. Снял, нрушив все мыслимые мгические зконы, и теперь Ргнвльд, побледнев, молч смотрел н полурзрушенный Холм. Перед его мысленным взором вствли кртины новых бедствий, что теперь обруштся н эту и без того несчстную землю, Он опоздл. Проклятый Зкон Рвновесия срботл.

З спиной Ргнвльд шевельнулись ветки, и волшебник резко повернулся.

— Привет, — н не ведомом ни людям, ни гномм, ни дже Перворожденным эльфм языке скзло существо. Н крю лес стоял пук с человеческим лицом — ндо скзть, приятным и мужественным мужским лицом. Волевой подбородок, виски чуть тронуты сединой...

Ргнвльд нхмурился.

— Я тк и знл, что это твоих рук дело, — н том же языке ответил он. — Но не слишком ли ты много н себя берешь? И ты придумл все это безобрзие см или только выполнял волю хозяин?

— Ну, Судья, зчем же тк много вопросов? — делнно удивился пук. — Я ведь очень двно хотел повидться с тобой — кк же, столько рзговоров!

— Твой Темный Влстелин совсем потерял стрх и совесть, — осуждюще зметил Ргнвльд.

— Хоть ты и Судья, до него тебе не дотянуться, — злордно зметил пук. — Лучше двй померяемся силми.

— А твой повелитель не боится потерять ткого полезного и преднного слугу? — осведомился Ргн-вльд, выствляя вперед левую ногу и сжимя кулки, словно собрвшийся дрться деревенский мльчишк.

— Х-х! У моего повелителя тысячи тысяч тких, кк я! Лучше бы тебе, Судья, перестть ломться и принять двно предложенный пост. Н смой верхней ступеньке трон Повелителя Зл! Подумй, Судья!

— Ох, с тобой говорить, только время терять. Ты хотел дуэли? Тогд нчинй... У меня уйм дел.

— Смотри, пожлеешь — поздно будет, — прошипел пук.

Внезпно он привстл н здних лпх, тк что передние поднялись в воздух. З его спиной до смых небес встл стен ревущего плмени. Вокруг передних лп зметлись огненные языки, стремительно склдывясь в кривой широкий меч-ятгн. Клинок взмыл вверх и рухнул, словно рсклывющя горы темня молния.

Ргнвльд-Судья сделл шг нзд и вскинул нд головой согнутую в локте руку. Н миг он окутлсь серебристым сиянием; столкнувшись с ним, огненный меч пук рзлетелся облком быстро угсших искр. См волшебник поштнулся, но устоял.

— Гр-р-х-м-м... — вырвлось у пук. По его лицу прошл гримс боли. — Что-то ты больно ловок, Судья!

— А ты ждл, что я тотчс пду перед тобой ниц и взмолюсь о пощде? — сркстически осведомился Ргнвльд, в свою очередь переходя в нступление.

Волшебник и в смом деле дрлся голыми рукми, не нуждясь ни в мечх, ни в доспехх. Одним прыжком он окзлся совсем близко к пуку.

Облченный в серебристое сияние, точно в лтную перчтку, кулк Ргнвльд грянул прямо между глз монстр. Пук отшвырнуло, человеческое его лицо мгновенно покрылось кровью, однко н ноги он вскочил удивительно легко. Зрычв, он ринулся н волшебник, но тот встретил его хорошо рссчитнным удром — ногой в суств левой передней лпы пук. Хруст, треск, конечность подломилсь, и монстр вновь грянулся оземь.

— Тебе хвтит или продолжим? — сдержнно поинтересовлся Ргнвльд.

Пук не ответил. Изо рт монстр вырывлось хриплое рычние. Конечности судорожно скребли землю, брюхо дерглось. Внезпно шкур чудовищ нчл с треском лопться, словно рссечення невидимым мечом; в рзрывх зкипел беля жидкость. Целые плсты черного пнциря нчли отвливться, спустя несколько мгновений н месте пук остлся бесформенный ком нподобие обычного сугроб. Миг — и его рспорол изнутри ля молния. Кокон из белой зтвердевшей пены рсплся ндвое, и перед Ргнвльдом появился новый противник — существо, нпоминвшее гигнтского скорпион, уже безо всякого сходств с человеком.

Коричневые жвл источли яд. Тм, где кпли пдли н трву, тотчс вспыхивло плмя. Гибкий хвост со смертоносным жлом изогнулся, нцеливясь в грудь волшебнику. Клешни угрожюще щелкнули.

Ргнвльд прищурился, кк-то искос взглянул н грозное чудовище перед собой и двинулся в новую тку. Обмнув тврь ложным боковым змхом, волшебник изо всех сил удрил по првой клешне. Рздлся хруст, рзмозження конечность бессильно повисл, но тут скорпион удрил хвостом. Волшебник уже не успел уклониться, и черное жло, источющее ядовитую слизь, вошло ему в грудь. Окроввленный нконечник жл высунулся из спины.

Тело беззвучно рухнуло в трву. Скорпион несколько мгновений удивленно смотрел н труп, потом внезпно воздел уцелевшую клешню, и окрестности сотряс мощный голос:

— Я убил его! Повелитель, я нконец убил его — Судью! Я победил! Я смый великий в Воинстве Зл! Я убил Судью!

Вопли эти отнюдь не свидетельствовли об умственной силе сего существ. Тело Ргнвльд лежло неподвижно, только веки слегк здрожли, словно от еле-еле сдерживемого смех.

Послышлось хлопнье мощных крыльев. С неб по крутой спирли стремительно спусклся среброкры-лый грифон. Скорпион змер, глядя н нового врг.

— Смотри, чудовище! — вскрикнул Эльтр, укзывя вниз. Тм Ргнвльд кк рз пошел в свою погибельную тку. — И человек! Бьется с ним! Ндо помочь!

— Кк бы нм смим себе помочь... — проворчл здрвомыслящий гном, но было уже поздно. Лпы грифон коснулись земли, см Эльтр, гордо подняв голову, пошл прямо н чудовищного скорпион. Рядом с хозяйкой двинулся грифон, о Двлине в сумтохе все позбыли.

— Р-родгр, вот тврь-то ккя... — побелевшими губми прошептл гном, поудобнее перехвтил секиру и нчл подкрдывться к зверю со спины.

Скорпион прижлся к земле, словно готовясь к прыжку. Опустошенное жло еще не нкопило новой порции яд; зня это, Эльтр не собирлсь мешкть.

Лдони волшебницы зчерпнули из воздух пригоршню чего-то невидимого и с рзмху выплеснули — в воздухе зискрилсь снежно-беля сеть; скорпион отмхнулся уцелевшей клешней. Нити впились было в твердый пнцирь тври, нпряглись — и лопнули, не выдержв. Эльтр слбо вскрикнул и поштнулсь.

Зщищя хозяйку, грифон яростно зклекотл и зслонил ее собой. Удр передней лпы отбросил потянувшуюся было клешню, но дже грифон не смог устоять перед нтиском чудовищ. Скорпион сшибся с крылтым зверем грудь в грудь, и, хотя когти и клюв грифон оствили глубокие рвные рны н боку и плоском брюхе чудовищ, оно не остновилось. Подмяв под себя грифон, тврь потянулсь ядовитыми жвлми к змершей Эльтре. Соткнный волшебницей жемчужно-призрчный щит рзлетелся вдребезги под нтиском тупой черной морды.

— И-эх! — збытый всеми гном с рзмх всдил секиру в основние скорпионьего хвост.

Чудовище взвыло и звертелось. Гном знл, куд бить. Хвост со смертоносным жлом бессильно волочился по земле, и, когд голов тври окзлсь рядом с Двлином, тот недолго думя удрил секирой, точно сблей — по-нд землей, сильно потягивя н себя. Лезвие рссекло об глз стршилищ.

Резко и зло зхлопли крылья. Тело скорпион рухнуло в корчх н землю, в небо взвилось стрнное создние, походившее н крупную летучую мышь. Издв яростный крик, крик стыд и боли, тврь скрылсь з вершинми елей.

— Вот тк-тк! Сбежл, дык, супостт нш, знчит! — пробормотл Двлин, поднимясь н ноги и вытиря обильный пот, проступивший, когд чудовищня морд с ядовитыми крюкми челюстей окзлсь н рсстоянии вытянутой руки от смого гном.

Он тер и тер секиру о трву, хотя н ней уже и тк не остлось ни млейших следов черной крови — просто никк не мог прийти в себя. Эльтре пришлось окликнуть его трижды, прежде чем гном нконец поднял голову.

— Ты спс мне жизнь, — серьезно и просто скзл волшебниц. — Почему, гном? Ты, который еще совсем недвно готов был убить и меня, и себя, лишь бы не подчиняться мне?

— Грм... — гном прочистил горло. — А с чего это ты взял, что я тебя спсю? Себя я спсл, себя, ясно! Кк и положено корыстолюбивому и злопмятному гному.

Эльтр улыбнулсь. От подобной улыбки смертный мужчин восприл бы к небесм, однко гном лишь опустил голову, пробурчв что-то вроде: «пошли-что-ли-чего-здесь-сидеть-ждть-без-толку...»

— Д, пойдем, — кивнул волшебниц. — Но сперв похороним этого беднягу. — Он укзл н тело Ргнвльд.

Они выкопли неглубокую могилу. Волшебниц тихо зговорил н певучем мелодичном языке — читл отходное нпутствие своего нрод...

С высокой ветви з этой сценой нблюдл коричневокрылый сокол. Когд последняя горсть земли упл н могильный холмик, он сорвлся с мест, сделл круг нд головми Эльтры, гном и грифон и стрелой умчлся куд-то н восток.

— Хотел бы я знть, откуд тут соколы, — пробормотл Двлин, провожя взглядом могучую птицу.

Обойдя скорпион кругом, он деловито рзмхнулся и с трех удров отрубил стршное жло.

— Пригодится, — пояснил он удивленной Эльтре. Жло тщтельно звернули в кожу, потом в холстину и упрятли н смое дно гномьего зплечного мешк.

— Куд теперь? — осведомился Двлин.

— В Холм Демонов, — Эльтр решительно вскинул голову.

— Что, прямо внутрь?

Волшебниц не удостоил Двлин ответом.

— Однко... — зметил гном, когд они втроем — он, грифон и Эльтр — взобрлись н см Холм. — А где вершин?

Его вопрос остлся без ответ. Руки Эльтры тк и мелькли, окруженные целым хороводом серебристых и голубовтых искорок. Безндежно мхнув рукой, гном подобрлся к отверстию в земле и сунул туд голову.

— Эгей, почтення! Тут есть кто-то живой! Эльтр бросилсь к дыре, едв не сбив с ног коренстого гном.

— Вниоро, линоэ! Вниоро!

В ответ из черноты донесся слбый стон.

— Он тм! — Эльтр едв не ринулсь в пролом. Гном едв успел подхвтить ее.

— Погоди, я хоть веревку спущу...

Минуту спустя в темноте подземелья вспыхнул голубой мгический огонь. Полузсыпнный землей, возле стены тоннеля лицом вниз лежл человек. Эльтр схвтил его з плечо, поворчивя к себе, — и с трудом удержл стон рзочровния. Это был не Эльстн!

В глзх молодой волшебницы все потемнело. Зклятие свет едв не рухнуло. Рненый вновь слбо зстонл.

Губы Эльтры сжлись. Эльстн нет, тоннель звлен... быть может, этот смертный был здесь вместе с ее избрнником?!

— Двлин! Тщи!

Могучий гном игрючи вытянул нверх бесчувственное тело.

Эльтр и Двлин увидели темноволосого юношу, едв ли перешгнувшего рубеж семндцти лет. Вытянутое лицо едв ли можно было нзвть особо крсивым — длинный нос, узкие глз, высокие скулы. Он едв дышл.

— Потерял много крови, — резюмировл волшебниц, осмотрев рненого. — Это пустяки. Спрвимся.

И он спрвилсь. Вскоре рненый пришел в себя. Н бледном, землистого цвет лице проступил румянец. Ресницы дрогнули. Юнош открыл глз.

Земля тяжко двит н грудь. Человек двно был бы мертв, но не я. Пределы моих сил тоже небезгрничны. Вверх мне не пробиться. Вниз — тоже. Остется только одно — уйти из этой рельности. Я зню, что способен н ткое. Но пмять, увы, пуст. Я нпрсно шрю по пыльным зкоулкм воспоминний. Ничего. Дже опсность не может отомкнуть сковвший мое прошлое змок.

Д, я не умер, но пленен. Неужто и впрямь придется ждть те смые тысячи и тысячи лет, пок дожди и ветер не рзвеют мой роскошный могильный холм? Неужели мне предстоит н деле погрузить себя во многовековой сон? Нет! Я не зтем пришел в этот мир, чтобы вляться под землей, точно гниющий труп. Я выберусь. Я не могу не выбрться! Прозвище Губитель тк просто не дется.

Дже сквозь толщу земли, звлившей проход, я слышу голос. Тм живые. Но будь они дже сверхсильными волшебникми, пробиться ко мне они бы не смогли. Я должен сделть это см, подобно дождевому червю вбуривясь в землю...

Собрв все силы, я медленно вытягивю вперед руки. Они погружются в сухую землю, я вгоняю их все глубже и глубже, словно это плоть злейшего врг. Вгоняю. Подтягивюсь. Вгоняю. Подтягивюсь. И тк без конц...

— Звть меня Хеорт, сын я Горджелин — слыхли о тком? Снежный Мг его прозвище... Шесть дней нзд он позвл меня, знчит, и говорит: «Ступй к Холму Демонов. Тм оствлен одн из Печтей Вечного Короля. Он мне нужн. Принеси любой ценой». Я говорю: «Хорошо». И тут он мне еще в спутники Хисс дл... Хисс кто ткой? Црь змеиный, вообще-то больше всего похож н ящерицу, что н здних лпх ходит. Он у отц в ученикх был. Меня сопровождть отец ему кк последнюю службу велел. После того кк мы бы вернулись, Хисс получил бы свой жезл... ну д, отец имеет прво жезлы вручть... ему конклв рзрешение двно уже дл. Ну и отпрвились мы... Про дорогу-то что рсскзывть? От Орды хоронились. Трех троллей д пяток гурров по пути прикончили. До Холм блгополучно добрлись. Откуд отец про Печть узнл?... Ну, тут у него ндо спршивть. Он мне не слишком-то доверял, бтюшк мой... А потом... Пробили крышу... Я вниз спустился... Печть снял — теми зклятиями, что отец мне н один рз пожловл. А потом... Потом Печть у меня Хисс вырвл, ножом в бок пырнул д и вниз скинул, гд... Потом помню — вспышк стршня, грохот... тут-то тоннель и звлился. Меня чудом не зсыпло. Пытлся выбрться, д ослбел от рны, не смог. Потом ничего не помню. В себя пришел, когд вы меня вытщили...

— А кк же ты жив-то остлся, если тут все взорвлось? — куся губы, спросил Эльтр.

— См не зню, прекрснейшя... Меня словно сил ккя-то сохрнил...

— Лдно, лежи пок, — волшебниц поднялсь. — Присмотри з ним, Двлин, пожлуйст!...

"Прочь отошл. Не инче, ревет. Ну точно, ревет. Все они, эльфрнки, только с виду крепче кмня д холоднее льд. А чуть глубже копни — ткие же ббы, что и н Аргнистовом хуторе. Д, миля, не повезло тебе. Пошел любовничек к Холму Демонов д тк тут и остлся. Если сперв и уцелел, тк потом звлило. Не откопешь, дже если сюд весь Ар-н-Ашпрнг согнть. И кк только прень этот, Хеорт, жив остлся? Ум не приложу. Бтяньк, нверно, все же прикрыл в последний момент... О! Эльтр нзд идет...

— Двлин, будь добр, рзбей, пожлуйст, лгерь. Я должн вплотную зняться этим Холмом. Мы не уйдем отсюд, пок я не уверую в то, что... что...

«Ой, голосок-то у тебя кк дрожит!...»

— А потом этим Хиссом зймемся. Печть должн вернуться к своему влдельцу.

— Прекрснейшя! Ты... ты... неужто ты из... из смого Эльфрн?!

— Не твое дело, прень. Но ни тебе, ни твоему отцу он не достнется. Это я тебе говорю точно. — В голосе волшебницы звенел метлл.

— Но... что же мне делть, прекрснейшя?! Отец меня с лиц земли сотрет!

— Ну, думю, не сотрет, — зметил Эльтр.

— Рзве что выпорет кк следует, — добвил гном. Хеорт повесил голову.

— Без Печти мне нзд нет пути... Добро бы просто не добыли... то добыл и упустил... и кому достлось — Хиссу-змеюке!

— Извини, твои зботы, прень, — жестко уронил волшебниц. — Что ж ты, ученик чродея — д еще ткого известного! — от простенькой рны згибться решил? Что, см зтянуть не мог?...

Прень мучительно покрснел.

— Не мог... Отец мне Силы только н зклятья для снятия Печти отпустил.

— Это еще почему? — удивился гном.

— Не зню... не доверял, нверное. Не хотел, чтобы я с Печтью сбежл.

— А в итоге он этому змею достлсь! — взорвлсь Эльтр. — Придется теперь искть его. Печть отбирть...

— Прекрснейшя! — Прень сделл попытку упсть н колени. — Возьми меня с собой, если Хисс искть отпрвишься! Все рвно мне тк жизни не будет!

— Взять тебя с собой... — с сомнением проговорил Эльтр. — А делть ты что-нибудь умеешь, герой?

— Згляни в меня, прекрснейшя, ведь ты могучя чродейк и все поймешь см. — Хеорт опустил глз.

— И згляну. — Эльтр вздернул подбородок.

— Тк... мечом недурно влдеешь... колдовть кое-кк выучился... не тк, чтобы очень плохо... зклятье только вот н тебе — бтюшк твой, Горджелин Снежный Мг, пострлся... Долго рспутывть придется... А тк-то ты, прень, вроде ничего... — Он усмехнулсь. — Лдно, идем с нми. Только мой грифон троих уже не свезет.

— У нс лошди были, д Хисс, гденыш, нверняк свел. А если не Хисс, то Орд или Нечисть пострлись...

— Хорошо! Двлин, берись з лгерь. Хеорт пусть полежит.

— Нет! Прекрснейшя, позволь мне помочь почтенному гному!

— Кому скзно — лежи! Я н тебя исцеляющие зклятья нклдывл. Мне и решть, когд и что тебе делть!

«А он все же молодец. Держится. Видно, что глз н мокром месте, — это у нее-то, у Перворожденной! — все рвно держится. Прикзывет. Рспоряжется. Очень н сестру похож, очень. Только т помягче, куд кк помягче норовом-то был. Ну, что делть-то стнет? А, тк и есть. Пошл по Холму бродить. Не инче кк следы Эльстн своего волшбой отыскивет...»

Гном Двлин был совершенно прв. Эльтр чувствовл, что рухнет и рзрыдется, если только хоть н миг ослбит свою волю. Устремив все немлые свои силы н поиск, он шгл и шгл по изуродовнным взрывом склонм Холм Демонов, пытясь отыскть хотя бы слбые следы любимого. Изощренные зклятия зствляли отвечть н ее вопросы песок и трву, кмни и деревья возле дльнего лес. Видение в хрустльном шре стремительно обрстло плотью подробностей. Вскоре волшебниц уже знл вплоть до смых мелких мелочей, что произошло здесь, н поверхности земли. Оствлось выяснить, что произошло в ее глубинх.

Вообще, здесь было жутковтое место. Под этим Холмом крылось одно из гнездовий отвртительной и богомерзкой Орды. Молодя волшебниц ощутил проложенные кем-то пути злой и ядовитой силы, питвшей бесконечно возрождвшиеся легионы чудовищ. Весь Холм являл собой зпутнную систему зклятий, противозклятий и нговоров. Внутреннему оку волшебницы предстл извилистый звленный ход, похожий н пищевод ккого-то древнего дркон. И... по этому ходу... упорно ползло вверх... ккое-то стршилище!

Эльтр зтрепетл, словно поймння удвом птичк. Эт тврь, что ползл сейчс к поверхности, предствилсь ей ужснее всего, с чем он стлкивлсь доселе, оствляя длеко позди дже знменитых бестий древности. В ней чувствовлсь ткя мощь, что, нверное, могл бы рссыпть в прх горы, гсить звезды и збвы рди врить супы из китов, хорошенько вскипятив для этого целые моря и окены.

Молодя волшебниц прижл пльцы к вискм. В голове влми гулял боль. Великие Силы, что же это з новя нпсть? И неужели отец был прв... если Печть окжется сорвн грубой силой, в мир вырвется ткя бед, что по срвнению с ней всякие тм Орды покжутся детскими збвми?

И следы Эльстн теряются кк рз тм, внизу... н пересечении его пути с этой тврью... Эльтру бил крупня дрожь. Вообржение тотчс нрисовло жуткую кртину — громдные гнилые зубы трупоед вгрызются в уже похолодевшую плоть Эльстн... хрустят кости, рздется удовлетворенное утробное урчние... И теперь это существо лезет вверх!

Нет, он не отступит. Он примет этот бой, кк подобет дочери и нследнице Вечного Короля. Это невжно, что он — Вечный. Ее, Эльтры, королевство будет смо по себе, когд придет срок. Хотя... быть может, он не придет уже никогд. Едв ли ей удстся остновить эту тврь. Но и без боя он тоже не отступит!

Эльтр остновилсь, успокоил дыхние. Зкрыл глз. Зствил уняться бешено скчущие мысли. И неспешно нчл плести смое смертоносное и убийственное из всех ведомых ей Великих Зклятий.

ГЛАВА III

Короче, бртие, когд скрылсь эт оглшення Эльтр, н хуторе жизнь вроде бы вновь поспокойней стл. Жль только, что эт волшебниц — что б ей ни дн ни покрышки! — Двлин с собой увел. Мстер был первосттейный. Д и ккой хутор мог похвстться, что у него нстоящий подгорный гном в кузне молотом мшет?!

Весн тем временем прошл. Птицезвон кончился, трвопутень в прв вступил, сенокос близился. От сгинувшего гном ни слуху ни духу. Молодицы хуторские погрустили-покручинились, д делть нечего — пустили к себе под теплые бок прежних дружков, что из-з доблести мужской гном в опле пребывли.

В первые дни трвопутня н хутор нлетел ккя-то от своих отствшя Орд — десяток хоботяр, полсотни броненосцев, брюхоедов столько же, стеноломов примерно тысяч, прочей мелкоты и счесть не успели. Зщитники, от тепл рзомлевшие, поздновто спохвтились — тври уже к смому чстоколу подступили. Делть нечего, з секиры и копья взялись — отогнли супосттов. Хоботяры все полегли, из прочей тври едв ли треть обртно ушл.

К тому времени нрод у Нивен, зиму без Зщитников переживший, тоже кк-то приободрился. И хотя людей почти четыре десятк у них в землю легло, сдвться они не собирлись. Вместо нполовину снесенного хутор возвели нстоящую крепость, по весне Нивен вновь тряхнул мошной и, кк только открылись дороги, стл к себе мстеров созывть-смнивть. Дело он здумл небывлое — кменные стены склсть. Тогд, мол, мы следующую зиму лучше вс всех проживем и н Зщитников тртиться не ндо. Аргнист только головой покчл, о тком безумстве услышв. Деер уговривл-упршивл женку нивенскую, т см в три ручья рыдет, говорит, что девться некуд. Все ровно обезумели. Мы, мол, другим путь откроем, всех жить нучим и через то будет нм и людей блгорсположение, и богтств немлые. Првд, несколько молодок, в охпку детей схвтив, с нивенского росчистья все же деру-то дли. Две ткие бедолги к Аргнистову хозяйству прибились.

Мло-помлу о гноме и Эльтре стли збывть. Историю о схвтке Двлин и Аргнист со стеноломми по-прежнему рсскзывли вечерми детишкм у печи, но постепенно и он стл переходить в рзряд скзок. Хвтло иных збот. Свлили покос, стли готовить товры к летней отпрвке водным путем, тм уже и озимые нчинют поспевть — лето, кк всегд, выдлось н слву.

Шл жизнь по годми нктнной колее, и кзлось, ничто ее уже изменить не в силх. Дже ткое небывлое дело, кк гибель нивенских Зщитников и решение хозяин хутор без них дльше жить. Судчили-судили об этом н звлинкх, но дльше рзговоров дело не шло, и никто из хуторских хозяев не спешил зтевть кменное строительство.

Однко где-то к середине месяц солнцегрея по хуторм поползли слухи, что Орд нрушил свой всегдшний обычй. Не откочевл н лето к северу, , нпротив, двинулсь н юг и теперь всей силой своей штурмует Рыцрский Рубеж...

Об этом рсскзывли купеческие подручные, с немлым риском прорввшиеся через кишщие чудовищми лес. Гномы Ар-н-Ашпрнг, тоже с Ордой врждоввшие, помогли — пропустили крвны с товрми н полуночь своими тйными горными дорогми, инче хутор остлись бы без зкзнной воинской спрвы и всего прочего, без чего воевть куд кк несподручно.

Однко н этом тревоги не кончились.

Во второй день третьей седмицы солнцегрея к хутору Аргнист пробился небольшой вьючный крвн. Трое дюжих прикзчиков доствили зкзнное еще прошлым летом добро.

— Здрв буди, хозяин. — Они вежливо, но без подобострстия поклонились Аргнисту. — Принимй товр свой по описи. Все доствили в целости, хотя стрху нтерпелись, — покрутил головой стршой. — Ну, этим пусть другие пок зймутся, я тебе вот что вручить должен. Королевскя грмот! И кпитулт Орден Звезды тм тоже печть приложил.

— Хедин Ртоборец, вот неслыхнное дело! — подивился Аргнист. Н сердце у строго сотник кк-то срзу стло холодно. Никогд еще в подобных королевских грмотх не содержлось ничего веселого.

— Вменено мне в обязнность зчитывть это н всех хуторх, где я только проеду, — договорил стрший прикзчик и рзвернул внушительного вид свиток, укршенный многочисленными рзноцветными печтями.

— Прости, своими глзми привык укзы его величеств читть. — Аргнист взял свиток.

Кк он и ожидл, ничего хорошего в ордоннсе не содержлось. А призывл его величество возлюбленных чд своих, н полуночных хуторх жительство имеющих, спешно оборужиться и выступить всем многолюдством н юг, где из последних сил рыцри Звезды сдерживют ордынский нтиск. См король, его величество, тоже собирлся вборзе быть с войском н Рыцрском Рубеже и ждл теперь только подход бронских ополчений из Фейн.

«Дождешься их, кк же», — хмыкнул Аргнист.

— Ну, прочел, хозяин? Двй теперь нзд. Мне это еще н других хуторх читть.

Стрый сотник вернул свиток. В тот же вечер нрод собрлся в большой горнице. Аргнист громко, чтобы слышли все, рсскзл о королевском рескрипте. Ответом ему явилсь гробовя тишин. Воевть никому не хотелось. Одно дело — свой хутор зщищть, бб д ребятишек, и совсем другое — тщиться куд-то з тридевять земель к Рыцрскому Рубежу (мло мы этих рыцрей-мироедов бивли?!) через полные чудовищ лес, бросив хутор невесть н кого... Зщитники, конечно, хороши, но без людей они тоже не спрвятся. Д и вообще, что нм этот юг? Три сотни лет с Ордой бьемся и ничего, тут ндвили н них один рз, тк южне уже и штны от стрх нмочили!

Аргнист прекрсно знл, что именно тк сейчс думют почти все, кто внимл его речи. Стрый сотник понимл, что ему не нйти достточно убедительных слов, чтобы люди пошли з ним туд, куд его, принесшего присягу Гленской Короне, влек неизбывный долг.

Хотя н хуторе и хвтло молодых прней, ждных до дрки, н юг идти не зхотел никто. Один только Артлег, д и тот кк-то не слишком рьяно.

Королевский укз остлся невыполненным. Пять десятков годных к бою воинов Аргнист остлись н хуторе.

Конечно, стрый сотник мог бы и прикзть своим. И, нверное, тогд бы ему удлось выствить если не пять, то уж хотя бы три десятк. Но вести в бой людей, которые только о том и думют, кк бы где-нибудь в сторонке отсидеться, чтобы домой, к жене д детишкм целым и невредимым вернуться, — тких в бой вести комндиру хуже смерти. Бывлые вояки-гврдейцы, Аргнистовы былые товрищи, те пошли бы не здумывясь, и никкие семьи бы их не остновили. Но гврдия н то и гврдия. Туд те идут, кому без риск жизнь не мил, кому все рвно с кем дрться и кому голову с плеч сносить. А здесь, н хуторе, — мужики, конечно, нрод не робкого десятк и в бою никому спуску не ддут, но если только этот бой н пороге их жилищ случится. Длеко не пойдут, хоть режь их н чсти.

— Эй, муженек, куд это ты собрлся?! — Деер вихрем влетел в горницу. Аргнист, отперев сундук, спокойно склдывл в зплечный мешок все потребное для поход.

— Королевский укз выполнять, куд же еще, — буркнул сотник.

— Один?!

— Один, Деер. Больше со мной, я зню, никто не пойдет. Хутор оствлю н Алорт. Ежели что — добрый хозяин будет. Артлег выдели, не обидь. Хотя... Сту он тирнит, тк лучше уж ему здесь оствться, под твоим приглядом.

— Д ты что, ты что, Аргнист, о себе ровно кк о покойнике уже говоришь! — ужснулсь Деер. — И думть не моги...

— Оствь, жен. Я королю присягл. Я хлеб его ел. И когд он зовет меня — кк мне к нему спиной повернуться?

— А... я кк же? Хутор? Хозяйство?... — зплкл.

— Одн ты меня и держишь, — хмуро проговорил Аргниет. — Но и...

— Д что ж ты, бросить нс всех решил?! Н юг этот проклятущий подться? Д чтоб его Орд из конц в конец избороздил!...

Однко не помогли ни слезы, ни мольбы. Поутру стрый сотник ушел — только его и видели. Присоединился к прикзчикм — они обртно через Ар-н-Аш-прнг возврщлись...

Связк хозяйских ключей перекочевл н пояс к Деере. Алорт ее принимть нотрез откзлся. Кк можно, при живом-то бтюшке эдкое непотребство! Вот похороним по-честному, тризну спрвим, попечлуемся положенное время — тогд и ключи принимть можно.

И все-тки было лето. А летом жизнь всегд легче. О зиме никто стрлся не думть.

Эльтр змерл, нпряження, точно тетив рстянутого лук. Лдони ее кк будто держли тяжелую невидимую чшу, нступил мертвя тишин. Двлин, Хеорт и грифон н всякий случй злегли з кмнями.

— Сейчс к-к грохнет! — прошептл себе под нос гном.

Где же ты, свирепя тврь, полня губительной для всего живого и неживого силы? Я вижу тебя, я чувствую тебя, ползущую, точно гнусный могильный червь; ты рстлкивешь перед собой землю — это ккя же ндобн силищ! — ты поднимешься все выше и выше... Но ты не знешь, что н твоем пути уже стою я — Эльтр Эльфрнскя! Проклятый Холм поглотил Эльстн, породил, выпустил н волю жуткую тврь из неведомых глубин, но теперь посмотрим, удстся ли тебе спрвиться со мной!

Тонкие пльцы слегк нклонили незримую чшу. Сейчс... сейчс... ты уже в сплетении моих ловчих сетей, тврь, они не ддут моему огню дром рстечься по земле, они нпрвят всю его ярость и мощь н тебя... И ты стнешь пеплом, горячим жирным пеплом, твоя высвободившяся Сил возведет нд могилой моего Эльстн поистине црское ндгробие...

Сети стягивются. Конечно, ты, нверное, сможешь их рзорвть... и поэтому я должн тковть в тот крткий миг нибольшего стяжения нитей, пок ты еще не успел преодолеть их Силы...

Схоронившийся з кмнями Двлин увидел, кк Эльтр внезпно привстл н цыпочки и — опрокинул невидимый сосуд.

— Ириэхо внтиото! Внтиото суэльдэ!

Вниз, к земле, рвнулся поток снежно-белого призрчного плмени. Ярким рыжим огнем полыхнул земля, но см поток шел сквозь нее, туд, в глубины, где сходились незримые берег его русл.

Усилием воли Эльтр гнл и гнл вперед смертоносное плмя, и вот — он ощутил — ее оружие достигло цели.

Меня охвтывет непонятное жжение. Я словно врезюсь лицом в упругую прегрду, состоящую из сотен и тысяч тончйших нитей. Что это? Откуд? Неужто от тех, кого я чувствую н поверхности? И... и они не огрничивются сетью!

Сверху близится бушующя сил неистового огня. Ого! Н меня рзвернут нешуточня охот! Что ж, это отличный повод. Кроме того, мне этот огонь поможет освободиться. Теперь все должно сделть очень четко, инче — я зню — этот поток может окзться гибельным. Уже двно против меня не выступл столь опсный и сильный противник...

О возможной гибели я думю спокойно. Это спокойствие двно стло чстью меня, я сроднился с ним, тк же кк и с зртом: кто возьмет верх? Я или неведомый врг? Ствк в этой игре — моя жизнь. Более мелких ствок я не призню. Ну, иди сюд, огонь, я готов!

Стрнно, но мои чувств — они слишком хорошо описывются словми. Они слишком просты, в них нет оттенков и нет глубины. А ведь — я помню — рньше все это у меня было.

Жр вокруг усиливется. Время змедляет свой бег. Я тянусь мысленным взором вверх, пытясь увидеть нпвшего н меня...

Силы и Боги, я помню эту девушку! Но... откуд? Кто он?... Проклятя пмять, невесть почему обртившяся в чистый лист! Нверное, все же следовло нведться к Црице Теней и либо силой, либо хитростью вырвть у нее првдивые сведения о том, кто я ткой...

Девушк тм, нверху, ненвидит меня. Очень, очень сильно. Что ж, неудивительно. Он потртил всю свою силу в ндежде уничтожить меня. Мне хочется сделть ей приятное. Не будем ее рзочровывть. Я зпомню ее и прослежу ее путь и, быть может, потом, при более блгоприятных обстоятельствх...

Огонь нконец добирется до меня. Ну, пор, Губитель, пор!

Холм Демонов встл н дыбы, опрвдывя свое нзвние. Дневной свет померк; немилосердно терзя уши, грянул стршный грохот. Земля содрогнулсь и зстонл; н месте Холм к небесм взвился тугой, упругий черный смерч из земли и кмней. Эльтр кзлсь крохотной белой искоркой, стоящей в смом сердце невиднного шторм. Вызвнный ею смерч стремительно пожирл Холм Демонов, рзмлывя в пыль и мягкую землю дже см неподтливый кмень склы. Вот среди черных извивов смерч мелькнули ккие-то крсные нити — они вспыхивли и горели н лету.

Хеорт трясся, лязгя зубми. Нет, прень не был трусом — просто в первый рз увидел подобную пляску Сил. Двлин лежл, сжвшись з влуном и поглубже ндвинув шлем, — с неб шел нстоящий дождь из булыжников. И в ккой-то миг зоркому гному почудилось, будто в тугих струях вихря мелькнул ккя-то призрчня фигур, мелькнул и тут же исчезл...

— Тьфу, привидится же ткое! — Гном сплюнул.

Мло-помлу смерч стл утихть. Рев слбел, небо стло помленьку очищться. Бледня, измучення Эльтр кое-кк добрел до лгеря и, нверное, свлилсь бы без чувств, не подхвти ее Двлин в смый последний момент.

— С тврью... что ползл из глубин... покончено... — только и смогл вымолвить волшебниц.

Потом, когд Двлин отпоил ее горячим вином, пожертвовв н святое дело всю тщтельно сберегемую фляжку, волшебниц смогл более или менее связно рсскзть о происшедшем. Хеорт глядел н нее рзинув рот, с нивным детским обожнием; Двлин снял шлем и почесл зтылок.

— И никких следов Эльстн, знчит? — спросил он.

— Они пересекются со следми тври из глубин. Я не сомневюсь, что... что Эльстн... — не удержвшись, волшебниц всхлипнул. Нступило молчние. Все потупились.

— Зклятия не могут обмнуть... Его уже нет в живых. Он стрнствует теперь по серым землям Астрл...

— Д будет легок его путь! — мрчно и торжественно изрек Двлин. — Обычй велит нм выпить поминльную.

В тишине допили вино. Сдерживя рыдния, волшебниц зговорил вновь:

— Но я отомстил его убийце... Пусть я не смогу колдовть целую неделю, но сожрвшя Эльстн тврь обртилсь в пепел!

— Туд ей и дорог, — подхвтил Двлин.

— Больше у меня нет дел н севере, — зключил Эльтр. — Я узнл все, что... что никк не хотел бы узнть. И теперь мне нужно взяться з что-то новое, — он не зкончил, не скзл, что ее душ стл пуст и холодн и что ей необходимо знять себя хоть чем-то, чтобы боль утрты не свел с ум... Обиттели Эльфрн переживют потери горздо тяжелее нс, людей, или хотя бы тех же гномов.

— Тк что ты говорил тм об этом Хиссе, Хеорт? Куд он мог нпрвиться?

— Кк — куд? В Змеиное црство свое, н юг. Он ведь издлек, этот червяк-переросток. Аж из смого Южного Хьёрврд!

— Путь неблизкий... А кк он сюд-то попл?

— Змеиный нрод издвн с Гленом торгует. Они рбми все больше промышляют. У них и корбли свои есть.

— Времени прошло не тк много... Едв ли Хисс успел добрться до гленской гвни. Если только... Хеорт! Твой змей не влдеет, чсом, искусством Перемещения? Он не знет этих зклятий?

— Пок состоял в ученикх у моего бтюшки, нет, не знл. Должен был получить влсть нд ними вместе с жезлом.

— А не мог он явиться в Снежный Змок, имея при себе Печть и нплести, что ты, дескть, погиб?

— Ну не ткой же он дурк! Бтюшк во всякий момент знет, жив я или нет, — н то мулеты специльные есть.

— А отомстить з тебя... твой отец не нмерен? Хеорт тяжело вздохнул.

— Не будет он з меня мстить. Хиссу, з то, что обмнул его, — тут д, стнет. Д и то... Змеиный нрод отцу рбов доствляет.

— Зчем волшебнику рбы? — встрял в рзговор Двлин. — Н кой они ему, если он может с вещми все, что угодно, сотворить?

— Ну, ты не прв... Живые слуги и удобнее, и дешевле...

"То-то прнишк помрчнел д съежился. Ляпнул про рбов не подумвши, теперь трясется. Что-то тут дело нечисто, — подумл Двлин, больше Эльтры слышвший про нрвы и порядки Снежного Змк.

— Знчит, Хисс к Горджелину не пойдет?

— Нет. Ему теперь одн дорог — в Глен, н юг. Его нрод только в этом порту швртуется.

— Что ж, тогд — в Глен! Собирй свои пожитки. Придется поколдовть еще немного, чтобы грифон нс троих поднял...

«А и переменилсь же ты, волшебниц! Презренным теперь никого не нзывешь, говоришь нормльно... Еще немного, и у нс с тобой до того же дел дойдет, что и с сестренкой твоей... И пусть этот вш Вечный Король ярится!»

Они свернули немудреный лгерь. Эльтр что-то долго шептл своему грифону, тот недовольно поклекотл, но в конце концов успокоился и пустил к себе н спину троих. Могучие крылья уперлись в воздух, и волшебный зверь понесся нд лесом.

Я смотрел, кк они уходили. Девушк из рсы волшебников, гном и человек. Девушку я когд-то знл. Но откуд? При кких обстоятельствх мы познкомились? Почему он остлсь жив, если путь ее пересекся с моим? У меня ведь не было друзей. Только врги или временные союзники, что впоследствии тоже, кк првило, стновились вргми. А он кзлсь слишком слбой, чтобы стть союзником. Д, извергнутый ею поток плмени был опсен. Но в поединке — в нстоящем поединке — он не выстоял бы против меня и нескольких секунд. С ткими я не связывлся.

Пмять услужливо подсовывет твердую, кк кмень, уверенность — я никогд бы не поступил тк-то и тк-то... никогд бы не стл говорить с тем-то и тем-то... Или вот кк сейчс — эт девушк никогд не стл бы моей союзницей. Но почему? Почему я должен поступть именно тк, не инче? Ответов, кк и прежде, нет.

Сбрсывю плщ невидимости. Он больше не нужен. Выхожу из чщи н открытое место. Что дльше, Губитель? Прозвище словно смо прирстет к губм, стновясь уже нстоящим именем.

Итк, что будет первым? Тйн Возрождющего? Или тйн моего имени? Или Бездны Нензывемого? Или же нерзговорчивого Черного? Или смой Црицы Ночи? Я ощущю пряный вкус тйны. Смкую его не торопясь. Что ж, пусть первыми стнут Возрождющий и боги этого мир. Зклятия Познния когд-то были мне подвлстны, но теперь, увы, в пмяти лишь один зияющий провл. И если боевые зклятья получются кк бы сми собой, то со всем прочим дело обстоит куд хуже. Тк что придется применить метод простых смертных — ходить, искть и рсспршивть.

Что ж, вперед. Ни воды, ни пищи мне не нужно. Идем н полдень. Что-то подскзывет мне — в северных пущх я вряд ли нйду ответы н свои вопросы.

Мерно взмхивя мощными крыльями, грифон летел н юг. Внизу рсстиллся зеленый ковер летних лесов; месяц солнцегрей был смом рзгре. Эльтр словно здлсь целью убедить спутников, будто печль нд ней уже не влстн. Он подробно рсспршивл Хеорт о Хиссе. Что у него з привычки, ккую он изберет дорогу, кк может ндеяться отбиться от тврей Орды...

Собственно говоря, путей у похитителя Печти оствлось только дв — или срзу же н восток, к неблизкому берегу Льдистого моря, в обход влдений гномов Ар-н-Ашпрнг и Ар-тло-Фергимиш. В горх змея ожидл только быстря смерть, и ему бы не помогл дже Печть. Он ведь не зколдовнный меч, влящий вргов сотнями. (Н смом деле тких мечей не существовло, но нерзумные колдуны из род людей потртили уйму времени и усилий, пытясь отыскть необходимое сочетние рун.) С Печтью ндлежит проделть очень много тонких мгических мнипуляций, прежде чем зключення в ней мощь перейдет к ее новому влдельцу.

Итк, первый путь — н восток. Мимо Гномьих гор, потом мимо Снежного Змк, потом через влдения бронов Фейн — тм Хисс тоже едв ли ожидл рдушный прием. Поэтому восточный путь исключлся. Оствлся только южный.

Через земли Лесного Предел, через Рыцрский Рубеж, вниз по Эгеру, великой реке — к Светлопенному Глену. Здесь у Хисс был лишь одн прегрд — Рыцрский Рубеж. Но змеиному црю не знимть ни хитрости, ни отвги — проскользнет. И скорее всего по Эгеру. Плвет он кк рыб, если не лучше. Плотик соорудит ккой-нибудь — и ни рукой ни ногой не пошевелив, до смого Глен и доберется. Погони-то он не ждет. Пок еще Снежный Мг рзберется, что к чему!

— Думю, лучше всего перехвтить его именно в Глене, — подумв, зключил Эльтр. — В Эгер он может войти в любом месте.

— А отыскть Печть? Твоим колдовством, прекрснейшя? — осмелился подть голос Хеорт.

— Я совсем без сил, — нехотя признлсь Эльтр. — Т подземня тврь... я истртил н нее все, что было. Теперь нужно передохнуть. Тк что летим в Глен!

— Ты собирешься опуститься н этом звере прямо перед королевским дворцом? — осведомился гном.

— Ты, похоже, считешь меня совсем глупой, Двлин, — холодно обронил волшебниц. — Никто в Глене не должен знть, кто я ткя и откуд. Но моему грифону ничего объяснять не ндо. Он отлично умеет прятться.

— А деньги у тебя есть? — не отствл нстырный гном. — Жизнь в Глене, он ведь того... дороговт будет.

— Не волнуйся, тебя в рсход не введу, — отрезл Эльтр.

Грифон поднимлся все выше и выше, чтобы не увидели с земли.

А чуть впереди него, только много ниже, летел ширококрылый сокол.

Аргнист вышел в путь. Поутру он вывел Локрн из конюшни и, не оглядывясь, поехл через поля к лесу. Тм его уже ждли. Купеческие прикзчики, рспродв свой товр, возврщлись восвояси. Орд штурмовл Рыцрский Рубеж, и из-з этого приходилось сильно уклоняться н восток, чтобы смый последний учсток пути преодолеть через влдения гномов. Их кменные бстионы Орд пок н зуб не пробовл.

Первое время дорог окзлсь очень спокойн. Просто н удивление. Тври Орды не покзывлись вовсе, сгинул куд-то и Нечисть.

— Прям кк в скзочные времен, — зметил Аргнисту один из попутчиков. — Не попусти Хедин, хозяин про это спокойствие узнет — врз плту втрое снизит.

— А вы-то сми... к Рыцрскому Рубежу... кк? — осторожно осведомился Аргнист. Прикзчики переглянулись.

— Мы? Воевть? Д нет, куд нм, мы люди мирные. От шльной тври отбиться можем, во всяких тм войскх — не... Пусть кто хочет, тот и воюет. Рыцри вон пятину стребовть никогд не збывли — тк пусть теперь мечми помшут, жирок порстрясут...

Стрый сотник опустил голову. Ничего иного он и не ожидл. Плевли эти брвые прни и н короля, и н присягу, и н родину свою, куд Орд вот-вот ворвется, тоже плевли... Пусть другие нсмерть стоят. А мы стоять будем, когд нс з кошелек ухвтят.

Шли ходко. Стычек нет, путь чист — отчего бы и не идти? Прикзчики с звистью косились н Локрн: тких коней невозможно было ни з ккие деньги купить ни н одном хуторе. Три дня пути вместо прежних шести — и нд лесом змячили горы. Еще день — вершины зкрыли полнеб. Н пятые сутки отряд миновл гномскую погрничную зству.

Вслсть попетляв между предгорных холмов, дорог упирлсь в высокую черную стену, возведенную от одного кря ущелья до другого. Обиттелям Ар-н-Ашпрнг пришлось зтртить уйму труд, прежде чем они сделли горные склоны вокруг совершенно неприступными. В стене были устроены ворот — под стть прочим здешним укреплениям. Глухие, из вороненой стли, безо всяких укршений, они совсем не походили н то, что обычно делли мстер Подгорного нрод.

По обе стороны ворот выдвлись полукружья бшен. В смих же железных створкх был открыт узкя клитк, нд ней нвисл поднятя решетк, готовя в любой момент нмертво перекрыть проход. Возле клитки стоял стрж — десять широкоплечих подземных воителей в полном вооружении. Збрл глухих шлемов были опущены.

— Сейчс все новости узнем. — Стрший прикзчик нпрвил коня к молчливым копейщикм.

Переговоры о пропуске не зняли много времени. Путники уплтили пошлину (по нынешнему военному времени совершенно пустяковую, взимемую больше для порядк, чем рди обогщения), из-под плщей купеческих подручных появилсь фляг с добрым крсным вином из Зпдного Хьёрврд, и языки у гномов тотчс рзвязлись.

Новости окзлись неутешительными. Королевскя рмия все еще топтлсь возле Глен и никк не могл выступить — бронские дружины подтягивлись медленно и неохотно. Рыцри же Звезды окзлись выбиты со всех передовых позиций и отступили н глвную черту. Ее Орд пок прорвть не сумел. Королевские гонцы прибыли и в Ар-н-Ашпрнг, прося помощи, но гномы вполне здрво рссудили, что клсть свои жизни куд кк несподручно, тем более что королевское войско, словно овц н привязи, все еще торчит в окрестностях столицы. Послм был дн вежливый ответ — мол, когд его величество, Глен Светлопенного повелитель грозный, с непобедимым войском своим к Рыцрскому Рубежу подойти соизволит, тогд и мы, гномы, в стороне не остнемся.

Гномы рсскзывли об этом, не слишком печлясь. Орды они не боялись — никким чудовищм кменные стены не рзнести и под них не подкопться. Больше неприятностей могло доствить рзрушение торговли, и потому гномы мло-помлу, но все-тки собирли войско.

Путь через Гномьи горы был безопсен и скучен. Никких крсот и чудес увидеть тм было нельзя — все строительство гномы вели под землей, и в те злы чужки не допусклись.

Вдоль торгового тркт, что вел глубоким ущельем вдоль быстрой речки Грдрг, одного из притоков Эгер, рчительные гномы возвели постоялые дворы и трктиры. Тм жили люди, и им свирепо звидовли все южне, потому что нлоги у гномов были смыми низкими в Северном Хьёрврде. См же Подгорный нрод никогд не унижлся до того, чтобы прислуживть проезжющим.

Если бы не Древний Долг, гномы бы вообще никому и никогд не прислуживли.

Аргнист рсстлся со своими спутникми н погрничном рубеже Ар-н-Ашпрнг. Прикзчики отнюдь не торопились возврщться в Глен, где их ждл новя рбот. Они нмеревлись ехть не спеш, здвшись весьм вжной целью — кк следует срвнить достоинств пив в рзличных придорожных трктирх с тем, чтобы определить, нконец, для себя лучшее. Н быстроту в этом случе рссчитывть не приходилось, и Аргнист погнл Локрн вперед.

Путь через влдения гномов стрый сотник покрыл з три полных дня.

Древний торговый путь вел из держвы подгорных жителей к форту Гэср, смой восточной точке Рыцрского Рубеж. Тм Аргнист и рссчитывл присоединиться к зщитникм оборонительной линии.

Форт Гэср был возведен н южном берегу быстрого Грдрг, отведення от его бстионов стен упирлсь в погрничные укрепления гномов. Аргнист сидел в седле, из-под руки глядя н озренную зктным зревом крепость, и чувствовл, что сердце вот-вот птицей выпорхнет из груди. Он не был здесь почти три десятк лет...

Првд, з эти годы форт ничуть не изменился. Те же не слишком высокие стены крсного кирпич (кмень ломть поленились, нобжигли глиняных лепешек), те же бшни без щтров, ворот, открывющиеся н мост через Грдрг... Мост был не подъемным, ворот — деревянными; после сверхмощных гномьих сооружений Гэср кзлся жлкой продией, и чс не способный сдержть грозный нтиск бесчисленной Орды. Зщитников-то здесь не было...

Дощтый нстил мост испятнли черные подплины — очевидно, отбивя тки, осжденные пытлись сжечь мост. С южной же стороны Гэср зщищл и вовсе бревенчтя стен, немногим выше хуторских чстоколов. Аргнист только сжл зубы.

Впрочем, не смые высокие стены и не смые прочные ворот знчт еще не тк много, если крепость обороняют крепкие духом воины, твердо знющие, что отступления нет и что они должны стоять н этом рубеже до последнего.

Аргнист тронул поводья. Возле южных ворот крепости он увидел фигуру всдник; отлично: можно все рзузнть.

Когд стрый сотник подъехл к воротм, всдник уже скрылся. Аргнист приготовился к окрику «стой, кто идет!», однко его никто не остнвливл. Створки были приоткрыты. Сотник спешился; ведя з собой Локрн, вошел н крепостной двор.

Пусто, тихо и никого не видно. Форт словно вымер. Аргнист прошелся туд-сюд, нконец отыскл открытую дверь. З ней окзлись ведущие вниз ступени. Пхнуло крепким тбком и дешевым пивом.

— Кого тм еще несет? — рздлся недовольный низкий голос.

Стрый сотник толкнул створку и вошел. Это окзлось нечто вроде кордегрдии. Н длинном столе в беспорядке влялись глиняные чшки и плошки, бутылки, ножи, топоры, стрелы и рблеты. В воздухе плвл сизый тбчный дым. В глубине помещения н широких лвкх вповлку лежло десятк три молодых прней — кто спл, кто сидел, в отчянии обхвтив голову рукми. Двое плкли.

Возле двери сидел немолодой уже. грузновтый и вислоусый воин с серьгой в ухе. Левый глз зкрывл черня повязк, губу нелепо поддергивл вверх косой шрм. Одного взгляд было достточно — этот из нстоящих

— Тебе чего? — Воин с серьгой воззрился н Арг-нист тк, словно перед ним прецстл выходец с того свет.

— Пришел вступить в войско, — отчекнил Аргнист. — По прикзу моего короля.

Длинноусый воин вскочил и обошел Аргнист вокруг, словно боялся, что стрнный гость вот-вот исчезнет.

— А ты меч-то знешь з ккой конец берут, стрик?

— Хрепень пузливый, вот ты кто, — спокойно скзл в ответ Аргнист н жргоне гврдейских кзрм.

— Что?... — длинноусый выпучил глз. — Ты... Постой — неужели гврдия?!

Вместо ответ Аргнист одним мягким движением выхвтил меч. В следующие несколько минут все присутствоввшие могли нблюдть идельно выполненную череду приемов с мечми; от ткого зрелищ рстяло бы сердце любого строго служки, безуспешно пытющегося вбить оную премудрость новобрнцм.

— Прости, брт, — длинноусый протянул Аргнисту руку. — Ккой полк?

— «Зеленые вертихвостки», — улыбнулся в ответ стрый сотник.

Прдные нзвния полков мог выучить любой. Но вот их прозвищ, известные только узкому кругу нстоящих ветернов...

— А я был в «Слдких девочкх». — Воин с серьгой хлопнул Аргнист по плечу. — Фрбр, десятник.

— Аргнист. Сотник.

Фрбр выпрямился и встл кк положено дже прежде, чем успел рссудком осознть услышнное. Многолетняя привычк окзлсь быстрее.

— Постой, тог смый Аргнист?

— Хрмовник, — кивнул хуторянин.

— Угу, болтли — ты погиб двным-двно...

— Нет, кк видишь. В Лесном Пределе остлся после того поход... Но, Фрбр, воспоминниям преддимся позже! Что с Рубежом? Где орденские силы? Где бртья? Где ополчение пригрничных земель? Почему в крепости никого нет? Где чсовые, спли меня Ямерт?!

— Нету чсовых, сотник, — Фрбр выруглся. — Никого нету. Один я остлся. Д эти мльчишки из ополченцев. Прислли, понимешь-екть, они и меч в рукх держть не умеют!

— Погоди, бртья-рыцри где же? — опешил Аргнист.

— Где-где... в крепостях сидят. Отцы-кпитулярии весь рсенл вывезли, з припсы принялись...

— А кто же штурмы отбивет? — тихо спросил стрый сотник.

— Спервончлу-то здесь нрод бывлый стоял, — ответил Фрбр. — А потом пришел прикз — всех н восток, к глвным змкм. Вместо «Крсных петухов» вот этих мльчишек пригнли. Теперь сидим и ждем, когд Орд нвлится. Все они уже поминльные службы по себе зкзли, — кивнув н мльчишек, добвил он, понижя голос.

(«Крсными петухми» нзывлись отборные отряды тяжелой пехоты Орден Звезды, нбирвшиеся из немников. Их рыцри чстенько ствили вместо себя н смые опсные учстки; првд, и плтили з службу в «Петухх» немло.)

— Ясно, — Аргнист скрипнул зубми. — Ну что ж, Фрбр-десятник, будем стоять тут с тобой вместе!

— Слвно, слвно. — Н некрсивом лице воин появилсь кривя полуулыбк. — Теперь, знчит, тут н всю крепость дв зщитник — ты д я.

— А что же ты н этих прней смотришь? Взял бы в рботу. Пок Орд не подступил, из них нстоящих «Петухов» сделть можно было!

— Э, сотник, не учи ученого! У прней штны не просыхют, все уже себя н том свете числят. Я их и тк и эдк... Говорю, мол, глотку перережу — режь, говорят. Все лучше, чем смерти от неведомых чудовищ ждть. Еще, мол, быстрее д и не тк больно.

Аргнист стиснул эфес. Чего-то подобного он ожидл... но не до ткой же степени?

— Пошли-к нверх, — помнил он Фрбр. — Тм и потолкуем по-нстоящему...

— Нс сюд н убой прислли... — с плксивым ндрывом протянул кто-то из новобрнцев. — Зчем мы здесь... Отпусти ты нс по домм, почтенный сотник... А уж мы не обидим — последнее отддим.

— Что?! — зорл Фрбр, всккивя и бгровея от ярости. — Взятку суешь, щенок? Шкуру свою спсешь?! Меч тебе дли — знчит, теперь ты воин! Воин, не бб, понял?! Ежели не понял, я тебе всю бшку рскрою, ублюдок недоношенный!

— Оствь его, брт, — остновил не в меру горячего вояку Аргнист. — Бог с ними, с соплякми этими. С ткой ртью и впрямь много не нвоюешь. Но, может, они хоть землю копть сгодятся? Мост вон рзнести по бревнышку ндо, пок Орд сюд и впрямь не нгрянул. Шнцевый-то инструмент отец-эконом оствил?

— Он еще довольно-тки много чего оствил, — угрюмо кивнул десятник. — Но грозился вот-вот подъехть, остльное вывезти...

— Тк я ему и позволю, — усмехнулся Аргнист. — Лдно, поднимй своих орлов! Пусть берут ломы и мост влят. Небрежение это твое, десятник! Двно уже следовло сделть — почему мешкл?

— Их, пожлуй, выведешь... Тк и косятся, кк бы улизнуть д в бег уйти. Одному мне не уследить было, сотник!

— Лдно, збудем. Теперь нс двое; кк ни есть, д спрвимся.

— Кк скжешь, сотник Аргнист... Эй, вы, дерьмоеды! Слышли, что сотник скзл? Быстро в клдовую з инструментом! И пошевеливться! Последний от меня кк следует огребет!

Двжды повторять не пришлось.

Аргнист смолично зпер южные ворот.

Створки же северных были широко рспхнуты. Подгоняемя проклятиями и подзтыльникми Фрбр редкя колонн пугливо озирющихся новобрнцев с ломми, топорми и киркми вышл н мост. Аргнист быстро рсствил всех по местм — кому нстил рстскивть, кому подкосины рубить, кому иное. Прни опсливо косились н зросли, покрыввшие северный берег — верно, ожидли, что оттуд вот-вот повлит стршня Орд.

Некоторое время Аргнист молч нблюдл. Плохо мльчишки рботют, куд им до его хуторских молодцов! Те бы от этого мостик вмиг ничего не оствили. Но... ничего не поделешь, сотник (вновь сотник! Не «бывший», не «стрый»), — воюй с теми, кто у тебя под рукой окзлся. Лучших не ншлось.

З спиной хуторянин послышлся громкий стук. Аргнист обернулся. Кто-то со всей силы дубсил в створки южных ворот чем-то вроде дубины.

— Отвори! Фрбр, отвори, именем Орден! — вопил кто-то визгливым голосом.

Аргнист подошел к смотровому окошечку. З южными воротми Гэср выстроился небольшой обоз; низкорослыми космтыми лошдкми првили ккие-то зчухнные мужички весьм испугнного вид; возле же смых ворот прохживлся толстый монх в основтельно пропыленной серой рясе.

— Отвори, это же я, Иеронимус, отец-эконом! — ндрывлся толстяк. — Пивом ты тм упился, что ли, обрзин?! Открывй немедленно, мне провинт вывозить ндобно!

Аргнист отодвинул зсов небольшой клитки, что был проделн в првой створке ворот, и вышел нружу.

Моншек выпучил глз при виде незнкомого высокого воин в полном вооружении.

— Ты, Иеронимус, ничего и никуд отсюд не повезешь, — спокойно зявил хуторянин. — Воинм что-то есть нужно,

— Ты кто ткой будешь? — просипел Иеронимус.

— Аргнист, сотник гврдии. Принял комндовние фортом Гэср.

— По ккому ткому прву?! — зшипел, точно змея, жирный моншек. — Ккой ткой сотник Аргнист?! Это крепость рыцрского Орден Светлой Звезды!

— Плевть я н это хотел. Нд нми Орд висит, в крепости одни мльчишки. Что будет, если тври здесь з Рыцрский Рубеж прорвутся, , толстяк?... Молчишь... Короче, двй рзворчивйся и провливй. И отцм-кпитуляриям тк и доложи — мол, в Гэсре комндует Аргнист и отсюд он не уйдет, пок жив. Орд перейдет реку, только если я буду мертв.

Моншек побелел, покрснел, позеленел; зтуркнные мужички-обозники со стрхом нблюдли з происходящими с физиономией птрон метморфозми Иеронимус не мог не понимть — против бывлого, иссеченного шрмми сотник он — ничто. Фрбр подчинялся орденской субординции, но его, кк нзло, видно не было. Тем не менее толстяк решил пустить в ход последнее оружие.

— Фрбру скжи, что звтр и дух его в Ордене не будет! — прошипел Иеронимус прямо в лицо Арг-нисту. — Вышибут его и ндел лишт! Семья его побирться пойдет!

— Ну, брт Иеронимус, — усмехнулся Аргнист, — тогд, боюсь, сделю я из твоей головы чучело для огород — ворон отпугивть...

— Руки коротки! — яростно подпрыгнув, прошипел монх прямо в лицо сотнику. — Руки коротки, деревенщин! Не тебе тявкть н отц-эконом Орден Звезды!

— Ну, это мы сейчс посмотрим...

Монх держл в рукх здоровенную дубину, но Аргнист н нее дже и не покосился. Одним неуловимым движением он сбил толстяк с ног и втщил в ворот.

— Эй, вы, тм, с возми! — гркнул он. — Двйте зезжйте! Мне что, двжды повторять придется?!

Дрожщие от стрху мужики поспешили выполнить прикзние.

«Совсем у южн стыд не остлось, — покчл головой хуторянин. — Для них кто с мечом, тот и прв. Ну ничего, вы у меня еще н стенх постоите...»

— Коней рспрягйте! В стойл ведите! Сми в крулку — тм еще что пожрть остлось. А потом — мечи в руки и к делу!

Обозники все кк один рзом повлились Аргнисту в ноги.

— Не губи, милостивец! — згнусвили они н рзные лды. — Куды ж нм с мечми?! Мы ж тк... при телегх... Дом жены, детишки. Нм еще и з отц Ие-ронимус попдет... того и гляди ндел лишимся...

— Эх, вы! — Аргнист зло плюнул в пыль. — Люди вы или кто?! Д прорвись здесь Орд, от лчуг вших и от бб с ребятишкми одно воспоминние и остнется! Дрться ндо, бородтые, дрться, не н рыцрей уповть!

Иеронимус слбо попискивл в мощных рукх строго сотник.

— А тебя я пок в кмору посжу — охолони, подумй, — бросил монху Аргнист, тщ его з шкирку в дльний угол крепостного двор. Сотник исходил только из собственных предствлений о том, где может нходиться в форте ткя кмер, и не ошибся. Шесть ступеней вниз, железня дверь (похоже, единствення в крепости) и крошечня кморк шесть н шесть футов.

— Вот тут и посиди, голубь. — Аргнист впихнул монх внутрь и зпер дверь — ключ, по счстью, торчл снружи в змочной сквжине.

Не обрщя внимния н глухо доносящиеся из-з двери негодующие вопли Иеронимус, Аргнист отпрвился обртно — приспосбливть к делу нежднное подкрепление в виде дюжины обозных.

Он не думл о том, последует ли нпдение Орды и сколь сильным оно окжется. Стрый сотник окзлся вновь в своей стихии и готовился к отржению штурм тк, словно против него собрлись все до единого рти Большого Хъёрврд.

— Вот он, Эгер, рек великя! — Гном повернулся к Хеорту, ежесекундно рискуя свлиться с грифоньей спины.

Шел третий день их пути н юг, позди остлись Лесной Предел, зсечня черт Рыцрского Рубеж, и теперь крылтый зверь Эльтры неспешно летел нд широкой темно-серой лентой. Эгер тек почти точно с север н юг, в устье реки, н многочисленных островх ее дельты, рскинулся Светлопенный Глен.

— Ишь ты! — Юнош открыл рот. — Сколько рз отец мне ее в кристлле мгическом покзывл, все рвно своими глзми увидеть — совсем другое дело

Эльтр едв зметно усмехнулсь.

— Это ж рзве чудо? Просто широкя рек... бывет и много шире. В Южном Хьёрврде, нпример.

— Прекрснейшя бывл и тм? — почтительно осведомился Хеорт.

— А ткже в Зпдном и Восточном, — кивнул волшебниц

— Здорово... А вот мой бтюшк никогд никуд не отпрвлялся. Всю жизнь в Снежном Змке тк и просидел. А я бы хотел взглянуть, кк тм, з морями...

— Д почти все то же смое, — рвнодушно пожл плечми Эльтр. — Люди, они, знешь ли, везде одинковы. Цвет кожи-то рзный, внутри — никкой рзницы.

Волшебниц был явно не в духе, и Хеорт поспешил сменить тему:

— Прекрснейшя, не позволено ли будет мне попытться рзыскть Хисс? Если он плывет сейчс по реке... я зню кое-ккие зклятья...

— Ох, ну ты и шутник, прень! — Эльтр строго взглянул ему прямо в глз. — «Поищу!» Д если у этой тври Печть, он твои чры тотчс почувствует Нет уж, сиди, пожлуйст, и не рыпйся Когд скжу — колдуй, тогд свои зклятья в ход и пускй А сейчс помолчите — вы об! — я должн подумть.

Гном вновь обернулся и зговорщицки подмигнул Хеорту З несколько дней дороги прень и гном сдружились Хеорт окзлся длеко не глуп, нчитн, знл несколько языков, из Снежного Змк он пристльно следил з продвижением Орды н юг; тут у них с Двлином ншлось о чем поговорить. Эльтр к их беседм не прислушивлсь, когд по случю тк получлось, он только морщил нос и демонстртивно отходил в сторону, всем видом покзывя, что ей открыто куд больше, но рзводить рзговоры с подобными неучми для нее, волшебницы Эльтры, не более чем пустой перевод дргоценного времени.

К вечеру грифон пошел н снижение. Они опустились н окрине лес, рзительно отличвшегося от привычных гному и Хеорту чщоб Лесного Предел. Здесь сосн соседствовл с березой, ольхой, ивой, липой Нроду н юге обитло куд больше, чем у истоков Эгер, и лес здесь знимли нмного меньше мест. Повсюду поля, пжити, покосы, изгороди — обжитый, мирный крй. Домен его величеств короля Гленского. Полным-полно монстырей, хрмов, усдеб, больших поместий... Здесь и слыхом не слыхли об Орде; дже тревоги н Рыцрском Рубеже были тревогми длекого север, никк не ксвшимися здешних обывтелей.

Солнце опусклось з Тйные Горы, у их подножий взметнул к темнеющему небу голые черные ветви Погибельный Лес. Через него не могло пробиться ни одно живое существо: ни человек, ни гоблин, ни тролль, ни дже великн или мормт. Д что тм великны и мормты! Дже смые могущественные волшебники Глен не могли прорвться к Тйным Горм. Погибельный Лес был силой см по себе. Он не подчинялся мгическим зклятьям, любого вступившего под его безлистные кроны ждл быстря и неминучя смерть. Весь берег был звлен костякми — их упорно не зносило песком и не поглощло землей. Добел отмытые дождями череп тупо склились, кк вечное предостережение тем, у кого возникнет желние отпрвиться в Погибельный Лес н прогулку.

— Нм туд. — Эльтр укзл рукой н юго-восток. — Тм гленский тркт. Еще зсветло доберемся.

— А его? — Гном мотнул головой в сторону грифон.

— Отпущу. — Волшебниц пожл плечми. — Когд пондобится, вызовем. Двйте-к, груз н плечи — и вперед

Двлин только скрипнул зубми, взвлив н плечи увесистый мешок. Эльтр привыкл путешествовть с комфортом, и потому глвную тяжесть соствляли ее нряды и прочие мелкие женские штучки, без которых не обойтись дже молодой и крсивой волшебнице. Хеорт впрягся в лямки без единого звук, в то время кк Двлин ворчл, вздыхл, жловлся, плевлся и вообще всячески проявлял недовольство, н кковое Эльтр не обрщл ровным счетом никкого внимния.

Кк и обещл волшебниц, бшни и шпили Светлопенного город появились еще до нступления сумерек. Глен уже много лет не знл вржеских ншествий — последним нпдением кк рз и был тот лихой рейд морских рзбойников, в результте которого его многомудрое величество король Грмпедиус лишился трон. С тех пор стло поспокойнее; однко у королей Глен вечно не хвтло денег, и городские бстионы не ремонтировлись уже добрый десяток лет — дело при воинственном брте Грмпедиус совершенно невозможное. Увы, его нследники плохо рспорядились нжитым добром. Мятежные броны Фейн — врг привычный и не слишком опсный — никк не могли договориться между собой и выствить нконец единое, по-нстоящему сильное войско, достточно многочисленное, чтобы штурмовть столицу своего беспокойного сюзерен. Их не боялись, рзбитые пирты — хотелось верить — нвсегд збыли дорогу к Светлопенному. Стены бстионов пообветшли, ров зплыл, мост теперь уже никогд не поднимлся н ночь. В Глене строились дворцы и особняки, не укрепления. И немлую толику в укршение прдной чсти столицы внесли отствные отцы-кпитулярии Орден Звезды...

Где-то возле город нходилось королевское войско, проводя время в непрестнных воинских учениях, поджидя долженствующие вот-вот прибыть ополчения окринных провинций и верных слову бронов Фейн. Тк должно было обстоять в иделе, соглсно коронным укзм и рескриптм. Н деле же...

Примерно в полумиле от городских ворот рскинулся пестрый плточный лгерь. Высокие штры лордов и дворян, укршенные гербовыми штндртми, окруженные плткми простого серого полотн, где ютилсь челядь; большие тенты, под которыми стояли вбитые в землю столы и лвки. Тут же рядом — пестрые кибитки мркитнтов, мркитнток и скупщиков добычи, ткже прочего сброд, что всегд, словно воронье, следовло з нступющим войском. Хотя в походе против Орды взятия богтых городов не нмечлось, войско рссчитывло поживиться в орденских влдениях. Ничего, что свои же люди тм, — воину тоже жить ндо, тмошние обиттели под рыцрской зщитой немлые мошны, чй, нкопили.

Большинство гленской знти тоже обзвелось плткми — отличное место для кутежей. Воины основное время проводили в городе; полки из дльних земель подтягивлись медленно и плохо, броны отделывлись уклончивыми отговоркми, и поэтому нчло поход все отклдывлось и отклдывлось, несмотря н отчянные мольбы мгистрт рыцрейи, что куд более существенно, кпитулт — сообществ, влдевшего немлой собственностью в смом королевстве...

Все это Эльтр рсскзл по пути своим спутникм, когд мленький отряд уже подходил к воротм Глен. Првд, и тут не обошлось без приключений — естественно, по вине волшебницы.

Широкий и незженный торговый тркт шел нпрямик через буйную зелень фруктовых сдов к высоким ндвртным бшням. В этот вечерний чс нроду н тркте было уже немного — с нступлением темноты все стрлись держться от буйного воинского лгеря подльше. И кошелек, случлось, отберут, и с ббенки ззеввшейся юбки спустят. Одно слово — войско бездельничет.

До городских ворот оствлось не больше трех-четырех сотен шгов, кк нвстречу Эльтре и ее спутникм откуд ни возьмись вывернулся небольшой отряд изрядно повеселившихся бронских дружинников — из нстоящих, змковых, потомственных. Эти и н гулянке не рсствлись с мечми, кое н ком были ндеты дже кольчуги. Двлин змедлил шг и коротко присвистнул сквозь зубы, словно хотел скзть нечто вроде: «Влоплись!»

Одинндцть здоровенных, высоченных воинов с шуткми и прибуткми прегрдили путь Эльтре и ее спутникм. Двлин зметил, кк Хеорт, словно случйно, потянулся к голенищу спог, где носил спрятнный нож.

— Хо-хо! Крсотк! Поздновто гуляешь! Д еще и в ткой компнии! Коротышк д мльчишк! Хо-хо!

Много с них не поимеешь! Пойдем лучше с нми! Мы доствим тебе удовольствие!

Не поворчивя головы, волшебниц вознмерилсь было гордо пройти мимо, но бронские ребят были не из той породы. Одно, другое, третье движение — Эльтр и ее спутники окзлись в плотном кольце. Рзгоряченные дешевым вином лиц, руки уже лежт н эфесх. Двлин презрительно скривился и — плечо вперед, голов нгнут — полез вперед. Хеорт, зло прищурив глз, нпрягся, словно готовясь прыгнуть.

— Спокойно! — Эльтр вцепилсь в плечо гном. — Я рзберусь см.

Прежде чем здоровенные лпы дружинников вцепились в ее тонкие плечи, молодя волшебниц н миг прижл лдони к глзм. Двлину почудились проблески белого плмени между ее пльцми; мгновение — и н месте изящной, стройной Эльтры появился черный невиднный зверь, нподобие громдной кошки. Аля псть рспхнулсь, блеснули чуть изогнутые клыки.

С охльников, похоже, рзом слетел весь хмель. Кто-то вскрикнул, пдя окрчь, другие, посмелее, схвтились з мечи.

Черное тело зверя рстянулось в прыжке. Громдные лпы удрили в грудь не успевшего увернуться дружинник, человек опрокинулся нвзничь. Прежде чем кто-то из бронских воинов успел дже рзмхнуться, зверь сбил с ног еще двоих.

— Колдунья! — словно поняв это только сейчс, истошно звопил кто-то из дружинников; добря их половин пустилсь нутек, зто оствшиеся, похоже, решили дрться всерьез. Длеко не все из бронских молодцов были трусми.

— Эге-гей, Родгр, нконец-то мы позбвимся! — Двлин рвнул из-з пояс секиру. Хеорт вытщил из-з голенищ клинок.

Прегрждя им дорогу, с мечми нголо стояли пятеро дружинников. А перед ними — спрв Двлин, слев Хеорт, в середине черный зверь — Эльтр. Стло ясно, что боя не избежть, и все же здрвомыслие зствило гном предпринять ткую попытку.

— Эй, бртв, вм что, жить ндоело? — Когд припирло, гном был способен говорить н смом что ни н есть подлинном жргоне городского дн. — Д вм против нс ни в жисть не выстоять! Двйте-к рзойдемся по-хорошему — нм мертвяки н шее ни к чему.

Ответом стло мрчное молчние. Дружинники двинулись вперед, выствив клинки. Глвным противником они считли Эльтру; гном же и Хеорт, видно, попросту сбросили со счетов. И совершенно зря!

Сын Снежного Мг тотчс покзл, что его бтюшк не зря вдлбливл своему чду зы чродейских нук. Зклятье он нложил мстерски — нож, словно живой, вырвлся у него из руки и, прежде чем ошеломленные дружинники успели хотя бы пошевелиться, ловко полоснул одного из них по ноге. Воин зстонл, схвтившись з рну; нож мгновенно вернулся в лдонь Хеорт. Првд, пренек весь покрылся потом, но глвное было сделно. Бронские ухри попятились.

— Мы еще встретимся! — прошипел тот, кого рнил оживший клинок Хеорт. — В Глене ныне колдунов не жлуют!

Дружинники поспешно ретировлись, рненый опирлся н плечи товрищей. Двлин опустил секиру. Черный зверь мгновенно вновь стл Эльтрой.

— Уфх! — выдохнул гном. — А я уж испуглся, что этих болвнов и впрямь сейчс придется убивть... А и ловок же ты, прень! — Он хлопнул Хеорт по спине.

— Нм нельзя терять времени, — глухо проговорил Эльтр. Он вся дрожл, словно от холод. — Пойдемте в город, пок тут не собрлись все ополчения бронов Фейн! И еще мне не нрвятся эти слов нсчет колдунов... Лдно, идемте же скорее! Мне ндо согреться. Эти преврщения отнимют все...

Стоявшя в воротх стрж проводил троицу лживо-рвнодушными взглядми. Колдуны! З ткой донос можно оторвть пру-тройку весомых желтых кругляков в хрме Хедин Хрнителя... или Ркот Миротворц...

ГЛАВА IV

Аргнист знл, что будет плохо. Очень плохо. Но что нстолько — он и предствить себе не мог. Весь грнизон форт нсчитывл четыре десятк молодых ополченцев — простых крестьянских прней, у которых не хвтило серебр, чтобы откупиться от службы, д дюжину мужиков-обозников, отродясь не то что не держвших в рукх меч, но дже его никогд и не видевших. Кроме этой компнии, он см, Аргнист, д еще стрый десятник Фрбр. Пятьдесят пятым в Гэсре был отец-эконом Орден Звезды Иеронимус, но его едв ли можно было причислить к зщитникм — монх сидел под змком, не перествя виртуозно ругться. Фрбр пру рз подходил к железной двери, приклдывл ухо к метллу, и по лицу его рсплывлось почти что рйское блженство.

— Эк, кк збирет, шельм! Ткого дже я не слыхивл... Сильны ж брниться в кпитулте!

Однко, несмотря ни н что, дело все-тки деллось. Мост рзметли, выходившие н него северные ворот укрепили изнутри мешкми с землей и бревнми. В форте хвтло строго оружия — все новое, испрвное, рчительный Иеронимус уже вывез. Аргнист сильно подозревл, что немля чсть этого добр был продн н сторону — гленским рзбойникм, к примеру, или бронм, — те всегд скупли любую воинскую снсть. Впрочем, теперь это уже не вжно...

Ноя, рыдя и рзмзывя сопли по щекм, новобрнцы долго счищли ржвчину с древних мечей. Блнс никкого, но все же лучше, чем голые руки. Луков ншлось с избытком, но добрых — только дв десятк. С смострелми дело обстояло получше — почти две сотни, но все стрые, неподъемные, зряжть ткие — сущее мучение. Еще ншлись кольчуги, шлемы (большей чстью слишком большие) и щиты. Кое-кк, с грехом пополм вооружив свой отряд, Аргнист принялся его немилосердно муштровть. Фрбр спустя некоторое время сорвл себе голос и мог только хрипеть.

Аргнист учил прней всему, что знл см. Ккие есть тври в Орде и кк с ними спрвляться; где уязвимые мест у хоботяр, броненосцев, брюхоедов и прочих; кк нужно брть чудовищ в одиночку, вдвоем, втроем и вчетвером, когд один отвлекет внимние зверя, другой подрубет лпы, третий отсекет щупльц, четвертый нносит последний удр. Крепко спяння, слженно действующя четверк (см Аргнист с сыновьями, нпример) брл одиночного хоботяру в считнные секунды. Другое дело, что хоботяры уже двно не нпдют по одному.

По мере сил сотник стрлся углубить рвы, подсыпть влы, но н подобное у его людей уже не хвтло сил. Один из мужичков-обозников пытлся сбежть, но Фрбр окзлся нчеку и поймл беглец, когд тот с небольшой котомкой, где окзлось кое-ккое крепостное добро поменьше д подороже, уже спусклся по веревке со стены.

По всем писным и неписным воинским зконм з подобное полглсь смерть, но Аргнист только рукой мхнул. Что возьмешь с ткого человечишки? По уху дть рзок д послть н неделю нечистоты выгребть.

В трудх прошло десять дней. Кзлось, что о форте Гэср все збыли, и дже отцы-кпитулярии не слли нрочных выяснить судьбу доверенного эконом Иеронимус, который тк и сидел в своей кмере, — првд, брниться перестл и теперь лишь горько жловлся н судьбу.

И все же нельзя было скзть, что стрый сотник зря терял время. Мло-помлу из сопливых, вечно хнычущих новобрнцев выделялись те, кто готов был сржться. Тких окзлось мло, рз-дв и обчелся, но глвное — они появились. И Аргнист сумел сколотить себе избрнный десяток, н остльных он просто мхнул рукой. Придет время — смим придется покзывть, ккие они есть воины. А не сумеют — знчит, их судьб ткя. Одним жить, другим умирть; человек см свою судьбу выбирет. Первый воинский зкон — не связывйся с тем, кто н тот свет к Хедину Милостивцу рньше срок собрлся. И его не спсешь, и см погибнешь. Жестоко? А то нет! Д только в войске, в нстоящем войске, инче нельзя. Не получется. Не выходит. Потому кк тут нужно или зубми врг рвть, или смому подыхть. А почему с тобой при этом еще и другие должны гибнуть?!

Кждое утро Аргнист выводил своих н крепостной двор. И — дождь ли, солнце ли — гонял до седьмого пот. Он был уверен, что Орд не обойдет Гэср стороной. Чутье строго солдт, безошибочно знющего, когд и где грянет глвня бтлия, еще никогд не подводило сотник. И теперь он велел устроить н лесистом берегу речки, н той стороне, откуд ожидл появления вргов, постоянный нблюдтельный пост. Тм дежурили смые верные и стойкие — из отборного десятк строго сотник.

До зщитников форт не доходило никких вестей о том, что творится н других учсткх Рыцрского Рубеж. В окрестных деревнях нрод тоже ничего не знл. Бои шли где-то зпднее, вблизи основных крепостей Орден.

Аргнист лишь очень большим усилием воли зствлял себя не вспоминть хутор, Дееру и сыновей. Они все рвно приходили к нему кждую ночь во снх, нд которыми стрый сотник не имел влсти. Домшние молч выстривлись возле постели Аргнист, глядя н комндир форт Гэср с немым укором — мол, н кого ж ты нс покинул. Днем сотник спслся от черных мыслей рботой — не щдя себя, гонял новобрнцев, и мло-помлу это все же нчинло двть результты. Пусть боевой дух проснулся лишь в десяти из всех, остльные при случе тоже смогли бы з себя постоять, не просто умерли бы, словно скот н бойне. Аргнист ндеялся, что Орд поломет зубы о бстионы его форт...

Был ночь, тепля, тихя и безмятежня. В ткую пору лучше всего гулять в обнимку с девчонкой, если ты молод, или покуривть трубочку н свежем воздухе, предвясь неспешным рздумьям, если жизнь твоя уже идет под уклон и последний порог приближется; все, что угодно, хорошо делть в подобную ночь, но только не воевть. Однко приходится.

Аргнист поднял с постели зполошный крик ворввшегося к нему чсового — преньк из тех, что тк и не нучились дрться без оглядки. Тких сотник ствил только н внутреннюю охрну форт — впереди, в дозорных секретх, сидели те, что покрепче духом.

— Отец-комндир! Бед! Идут... сюд идут! — Молодой воин весь трясся от стрх.

— Отвечй толком! — прикрикнул н него Аргнист, отбрсывя одеяло. — Кто идет? Откуд идет? И, смое глвное, — куд? Орденский кпитулт в полном состве пожловл, что ли?

— Орд... — выдохнул юнош, без сил опускясь н лвку, он нстолько перетрусил, что ему было уже не до нрушения субординции. В иное время он тотчс схлопотл бы от сотник добрый подзтыльник, но сейчс Аргнист и внимния н это не обртил.

— Откуд? — отрывисто бросил стрый воин, поспешно нтягивя подкольчужницу. — Кто весть принес?

— Килин... Он с передового пост прибежл, Мром тм остлся... следить, знчит... А весть ткя — идет Орд, и ее тм видимо-невидимо!... Все, кк вы описывли... И хоботяры, и брюхоеды, и броненосцы, и иные, неведомые... Не перечесть! Идут вдоль строй тропы к мосту... то есть туд, где мост был.

— Бей тревогу, — рспорядился Аргнист, облчясь в доспехи. — Фрбр буди! Людей — н стены! Понял ли?

Юнош судорожно кивнул. Аргнист сильно подозревл, что штны у этого горе-воителя уже двно мокрые.

Сотник вышел н крепостной двор. Гэср еще спл, ловя последние слдкие мгновения, потому что вот-вот должен был удрить стрый колокол, вырывя зщитников из объятий дремы. Для многих это утро окжется последним.

Подбежл зпыхвшийся Килин, срзу з ним — Мром. Крепкие прни, из лучших, кто не зжмуривлся и не кричл «ммочк!», когд ндо было сжть зубы и дрться.

— Влом влят, отец-комндир, — выдохнул Мром, не збыв, однко, при этом вытянуться, кк предписывл строгий уств. — И кких тм только нет!...

— А вот это ты мне сейчс и должен скзть — кких тм нет, — неодобрительно сдвинул брови сотник — службу спршивй с того только, кто ее толком исполнить может.

Мром нморщил лоб от усердия.

— Кких же не было... Хоботяры были... Броненосцы... Брюхоеды тож... Глвопсти... От стеноломов земли не видно. Нет, отец-комндир, все, ккие только есть, — все пожловли.

— Знчит, всерьез з дело взялись, — зметил сотник. — Что ж, нечего столбми стоять! По местм!

Аргнист см прозвонил тревогу.

Стрый сотник со смешнным чувством горечи и боли следил з тем, кк меняются выржения лиц его новобрнцев, когд им, еще полусонным, выдернутым из слдких ночных грез, внезпно объявили, что н форт идет Орд. Кое-кто рзрыдлся прямо в строю, соседей не стесняясь, кое-кто схвтился з голову, кое-кто и просто «ммочк!» зорл. Угрюмое молчние хрнил лишь избрнный десяток Аргнист. Мужики-обозники держлись не лучше новобрнцев. Кзлось, все усилия Фрбр и Аргнист пошли псу под хвост, но стрый сотник не спешил с выводми. Не зови никого трусом, пок от стрел бегть не нчнет.

— Вот что, ребят, — нчл Аргнист свою короткую речь. — Н нс прет Орд. И судя по тому, сколько ее здесь, — дрке быть жестокой. Помощи нм ждть неоткуд. А только знйте — з нми весь гленский крй. Потому лучше нм всем здесь остться, д не видеть, что Орд н юге учинит, коли прорвется. А знчит, стоять крепко! Кто струсит, побежит — своей рукой уложу. Потому кк один трус всех остльных к Ркоту Милостивцу рньше времени отпрвить может. Все! Н стены!

Прикз поспел кк рз вовремя. Н противоположном берегу зтрещли кусты. Нимло не прячсь, Орд гордо и нгло выходил во всей своей крсе н северный берег Грдрг.

Дже видвший виды Аргнист присвистнул про себя от этого внушительного зрелищ.

Орд пожирл последние островки зелени. Под месивом из буро-черно-зеленых тел исчезл земля. Бесчисленные лпы втптывли в грязь осттки листвы. Под нпором тесно сгрудившихся тел трещли, ломлись и выворчивлись с корнем деревья. Вытлкивемые здними передние шеренги нчли спускться к воде. Нигде не было видно ни одного просвет.

Кк тм говорили мудрые отцы-кпитулярии? Мол, Гэср окжется много восточнее глвного удр? Ну, если то что Аргнист видит перед собой сейчс, не есть глвный удр...

Чуя близость врг, зржл во дворе верный Локрн. Н миг Аргнист до хруст сжл зубы. Эх, мужики, мужики! Остлись дом... Сюд бы ополчение хуторов... или хотя бы те пять десятков всдников, что выводил в поле он, Аргнист...

Догдться, что сейчс стнет делть Орд, было нетрудно. Тктик ее не отличлсь рзнообрзием — «нвл», и ничего больше. Непонятно только, зчем они вообще вышли к Гэсру, где есть ккой-никкой, все-тки вооруженный грнизон, если можно было тковть неохрняемую стену в нескольких лигх к зпду? Подкреплений Орден ждть не приходилось, «Крсные петухи» стерегли толстые пуз отцов-кпитуляриев; здесь, «восточнее глвного удр», ты, сотник Аргнист, см кк хочешь выкрбкивйся.

Кто-то из молодых воинов истерично взвизгнул и, потеряв голову, бросился вниз со стены и дльше, через крепостной двор. Южные ворот были крепко-нкрепко зперты, все, что могло послужить в кчестве лестницы, предусмотрительный Фрбр рспорядился убрть под змок, но тем не менее несчстный прень, бросив и меч, и щит, попытлся было взобрться нверх, уцепившись з выпирвшие петли створок Аргнист молч вскинул рблет — тк, чтобы видело кк можно больше нроду. Шутить он не собирлся.

— Стой! — гркнул злосчстному трусу сотник, однко беглец дже не повернул головы.

Аргнист нжл н спуск. Арблет звонко щелкнул, и прень с воем поктился в пыль. Из бедр торчл хвост тяжелого железного болт.

— Эй, всем все ясно?! — рявкнул Аргнист, обводя взглядом побелевшие лиц своих воинов. Бывшие обозники все кк один шевелили губми, возводя глз к небу — верно, молились...

Рненый сотником прень корчился и стонл н земле.

— Фрбр! — резко скомндовл стрый сотник. Десятник быстро кивнул головой — понял, мол, — и, перевливясь, побежл к устроенным н боевых площдкх стен Гэср меттельным мшинм.

Их Аргнист строил по пмяти, однко все необходимые сведения окзлись зтвержены нкрепко еще с гврдейских времен. Н эти-то ктпульты, бллисты и прочую мехническую снсть и рссчитывл стрый сотник, прекрсно понимя, что с пятью десяткми воинов — будь они дже все из его бывшего полк — Гэср не отстоять.

Возле бойниц остлось совсем мло нроду.

Тем временем Орд покончил нконец с нерешительностью. Словно дождвшись чьей-то неслышимой для иных комнды, он вся рзом кк-то дружно кчнулсь вперед и полилсь вниз по склону. Во глве штурмующих шли неисчислимые стеноломы, з ними двиглись тври посерьезнее — хоботяры, брюхоеды и броненосцы. Мелочи вроде ногогрызов и костоглотов Аргнист пок не видел. Оно и понятно — крепость не хутор. Перед хуторми рек, кк првило, нет.

Грдрг вспенился и змутился. Кзлось, Орд вот-вот рсплещет всю реку по кплям; кое-где из-з плывущих тврей не видно было дже поверхности воды.

— Двйте же тм, зсрнцы! — взревел Аргнист, словно вновь окзвшись во глве своей сотни н смертном поле в ожиднии неминуемой тки бронской конницы...

Фрбр повторил прикз. Мром удром эфес выбил удерживвший противовес клин, и сложня мехник Аргнист пришл в движение...

Это было нечто вроде кистеня: н длинном деревянном коромысле, сделнном из двух цельных древесных стволов, н цепях висел здоровенный обломок грнит весом, нверное, кк три добро откормленных племенных бык. Кмень описл высокую дугу, со всего рзмх опустившись в смой гуще плывущих бестий. Взвился фонтн окршенной темным воды — с полдюжины тврей обртилось в кроввое месиво.

Одновременно пришел в действие и второй ткой же «кистень» н другом крю северной стены форт. В сплошном ковре чудовищ Орды появилсь еще одн проплешин, однко ее, кк и первую, тотчс же зтянуло. Тврей было слишком много.

Аргнист только и мог, что вздохнуть. «Эх, Зщитник бы сюд сейчс!» Но Зщитник, чудесного др Хедин Зступник, здесь не было, и рссчитывть стрый сотник мог только н себя.

Зскрежетли лебедки, кнты поползли по извивм блоков, вытягивя нзд грнитные глыбы. Зполняя вынужденный промежуток, ожили стрелометы, их длинные дротики нсквозь пробивли пнцири и шкуры, но издыхющие тври тотчс же исчезли под нпором новых и новых шеренг, что ктились с северного берег.

Аргнист недром корпел тк долго нд своей мехникой. «Кистени» перезряжлись довольно быстро, несколько совсем уж ни н что не пригодных по причине стрости и хлипкости обозников уже рзводили огонь под котлми со смолой.

Аргнист стоял в смой середине северной стены, нд звленными воротми. Стрый сотник нвскидку стрелял из лук, вгоняя одну стрелу з другой в головы смых опсных тврей Орды — хоботяр. Он не думл об отступлении. Ткого просто не могло быть. Орд пройдет н юг только по его телу.

«Ну и что изменится, если ты сгинешь здесь? — внезпно возник в созннии незнкомый гденький голос. — Орд все рвно прорвется через Рыцрский Рубеж, если не сегодня, тк звтр». Дже если бы он, Аргнист, отпрвил гонц в Глен или в глвный орденский змок, помощь все рвно бы не успел. Тк что стой крепко, сотник! Видно, твоей службе скоро уже и конец. Что ж, от судьбы не уйдешь. Достнет повсюду. И недром столько хуторян н Костяной Гряде полегло — видно, есть силы, которые отчего-то зпретили тем, кто землей в Лесном Пределе влдеет, возврщться обртно н юг. Дже по прикзу зконного короля, который Новых Богов, Хедин с Ркотом, всегд очень дже чтил.

Передовые шеренги стеноломов достигли южного берег изрядно прореженными, и жуки тотчс знялись привычным делом — подрывть стены и строить живые приметы к бойницм. Аргнист бросился к ближйшему котлу со смолой, щедро зчерпнул ковшом и с облегчющим душу подсердечным ругтельством выплеснул кипящую жидкость н вершину быстро рстущего синевто-стльного треугольник. Шипение, треск, ощутимо зпхло пленым; пирмид тотчс же рзвлилсь, дохлые жуки, точно кузнечные зготовки-крицы, поктились обртно к руслу Грдрг.

Вновь удрили «кистени», оствляя широкие кроввые прорехи в рядх штурмующих Аргнист мог бы гордиться собой — собрнные под его руководством системы рботли безукоризненно. Но — и сотник отлично понимл это — сегодня Орду смогли бы остновить только несколько дюжин Зщитников. Опытный глз строго воин не мог ошибиться — Гэср продержится смое большее до вечер. А это знчит, что гонц посылть все-тки придется — предупредить хотя бы поселян местных, чтобы бежли куд глз глядят.

Несмотря н эти невеселые думы, сотник не упускл ничего, не збывя опорожнять н головы стеноломов один ковш смолы з другим. Скоро, скоро котлы покжут дно; и почему эти мужики орденские тк долго копются?! Двно уже пор было зпсные корчги подтщить — зря, что ли, из лесу их н своем горбе тскли?!

Одн из живых пирмид срвнялсь по высоте со стеной. Аргнист выпустил очередную стрелу прямо в глз попытвшегося перевлиться через прпет броненосц и ринулся зтыкть прорыв, н ходу вытскивя клинок.

Взмх! И другой! И третий! Меч Аргнист превртил в кроввую кшу трех смых быстрых стеноломов, четвертым удром стрый сотник отпрвил в небытие шуструю глвопсть, первой взбежвшую по живому примету — себе н погибель. Рядом окзлся кто-то из молодых, привзвизгнул — не поймешь, то ли от стрх, то ли от нтуги — и выплеснул полную бклгу кипящей смолы. Пирмид рсплсь, Аргнист смог оглядеться.

Фрбр комндовл боевыми мшинми и, похоже, неплохо спрвлялся. Кменные кистени проделывли широкие бреши в рядх нступющей Орды, но удряли они нечсто, и ясно было, что тврей этим не удержть. Стеноломы все прибывли и прибывли, ковши скребли по днищм котлов со смолой; скоро зковнные в броню пнцирей жуки соорудят один большой примет шириной во всю северную стену Гэср...

«Тебе не продержться, стрин, — мелькнуло в голове Аргнист. — Не обмнывй себя, это тк. Только мльчишек зря погубишь. Уходить им ндо, и немедля».

— Эй, тм, н лебедкх! А ну, бросй, тк вшу и рзэтк! — зорл сотник, поминя Хедин, Ркот и всех прочих небожителей. — Щиты поднять! Уходим! Монх выпустить не збудьте!

Обректь брт Иеронимус н стршную учсть быть сожрнным дикой Ордой Аргнист никк не хотел.

Его словно бы и не слышли. Молодые воины продолжли крутить вороты с кким-то зверским остервенением. Фрбру пришлось силой оттскивть их от кнтов.

— Не слышли, олухи, что сотник скзл?! А ну выполнять, живо!

Штурм Гэср еще только нчлся, но ясно было, что крепость долго не продержится. Вливший из лес поток чудовищ невозможно было остновить с полусотней новобрнцев д тыловиков. Будь здесь эдк сотен двдцть из строй королевской гврдии, тогд, быть может, дотемн бы и продержлись...

Аргнист был бы никудышным комндиром, не позботься он зрнее об отступлении. Нготове стояли кони, чуть что — в седло и поминй кк звли. Сейчс, стоя лицом к лицу со всей силой Орды, Аргнист понимл, нсколько нивны и смешны были его ндежды остновить здесь, под Гэсром. нтиск воинств чудовищ. Куд тм — остновить! Скжи спсибо, что пок никого из своих мльчишек здесь не уложил. Что ж, южне, придется и вм теперь учиться с Ордой соседствовть... Больше з стенми не отсидитесь.

Но, похоже, вошедшие в рж вчершние новобрнцы придерживлись иного мнения. Тм, где умудренный опытом воин видел поржение во всей его крсе, недвно взявшим в руки мечи мльчишкм происходящее предствлялось совершенно по-иному. Прикз Аргнист они выполнили только нполовину. В точном соответствии с услышнным они бросили рычги и кнты, однко, вместо того чтобы бежть к коновязи, один з другим подхвтывли щиты и сломя голову летели к сотнику, н гребень северной стены, через который вот-вот должн был политься внутрь Гэср неудержимя волн ткующей Орды...

Аргнист остолбенел. Эти мльчишки, эти сопляки, из которых он только-только нчл выковывть нстоящих вояк, — они все всерьез собрлись умереть здесь.

Геройство, конечно, похвльно, но если врг столько, что он стопчет твой зслон, дже не зметив этого, и пойдет себе дльше по твоему трупу? Понятно жертвовть собой, если жертв твоя опрвднн — продержться, пок не подойдет помощь, скжем, — но сейчс-то помощи ждть было неоткуд!

Аргнист уже не успел ничего сделть — ни остновить своих людей, ни тем более повернуть их нзд. Живые приметы в пяти местх срзу достигли кря стены, и тври Орды полезли н прпет.

Я збыл, нсколько это может быть приятно — просто бродить по летним лесм. Я, Губитель, сржвшийся в бессчетных войнх в бессчетных мирх, позволил себе н время збыть о первой цели — понять, кто ткой Возрождющий и что з боги првят этим миром. Я збыл о ней, отдвшись мрчному очровнию тех мест, по которым меня несли ноги. Я не знл, куд идти. Люди жили длеко н юге, но туд я всегд успею. Я хотел побольше узнть об этих крях, тем 'более что во вргх здесь недосттк не ощущлось.

Д, это окзлись те смые создния, чей зродышевый пруд из рскленной лвы я обртил в ничто, когд ждно пил из поток Силы в крошечной подземной кморке, тм, возле стертого ныне с земли Холм Демонов. Только теперь их стло горздо больше. Сперв я удивился — это же огненные создния, для их бытия нужен холод, сейчс теплое, можно дже скзть, жркое лето. Здесь же ими буквльно кишели все лес Првд, «кишели» — не совсем верно: длинные колонны этих тврей, словно вымуштровнные солдты, двиглись куд-то н юг. Что ж, кому-то повезло — у него появилсь возможность рзвеять скуку. Не стну мешть. Пусть рзвлекется. Скук — нш единственный врг, ненвисть к вргу — единственное от нее спсение...

Првд, двжды я не смог откзть себе в удовольствии срзиться. Они были смелы, эти существ, сотворенные неведомым мне искусником, они бросли мне вызов, и кк-то я решил не отвергть его.

Мы стояли друг против друг н середине круглой цветущей поляны в светлом и рдостном лесу, окруженные здешними белоствольными деревьями с черными подплинми н коре, — я помнил, что в одной из рельностей их нзывют «березы», — и ждли, кто первый дерзнет нпсть. Рзумеется, я сржлся не в истинную свою силу, инче поединок не доствил бы ни млейшего удовольствия. Я сознтельно огрничил себя, оствив лишь чуть более того, чем влдел обычный обиттель этих лесов. Если уж решил дрться, дерись по првилм, чтобы потом не было стыдно перед смим собой.

Это было крупное создние, с длинной шеей, с пстью, усженной кривыми, точно нурсийские кинжлы, клыкми, с мощными когтями н мускулистых и коротких передних лпх и не менее устршющими — н лпх средних и здних, коими тврь пользовлсь при ходьбе. Признться, не помню, чтобы где-либо встречл шестиногов, но я много чего не помню. Местные обиттели нзывют их «хоботярми», кк я узнл из подслушнных н хуторх рзговоров.

Он чуял, что со мной не все тк просто, эт хитря и осторожня тврь, однко он был слишком голодн. И потому, когд я сделл вид, будто нмеревюсь повернуться спиной и спокойно нпрвиться в лес, он рзом оттолкнулсь от земли всеми шестью лпми, вытянув шею и явно нмеревясь одним мхом перекусить меня пополм. Судя по клыкм, он вполне могл это проделть.

Я отпрыгнул в сторону. Кровь бурлил и кипел в жилх — опсня игр, игр, где ствкой был жизнь, являлсь единственным моим рзвлечением, единственной отрдой. И сейчс я тоже рисковл. Сознтельно огрничив силы, я превртился почти в смертного и, если бы тври удлось меня одолеть, рсстлся бы с жизнью. А ведь именно бессмертному по-нстоящему стршно бывет умирть...

Что ж, померяемся силми.

Я подхвтил чудовище з нижнюю челюсть и резко рвнул вниз. Хруст, по рукм потекл тепля, вонючя жиж, лишь отдленно нпоминвшя кровь. Тврь судорожно збилсь, однко мой второй рывок оствил ее и без верхней челюсти. Не больно-то крепко вы лдите, господ мги...

Н этом все кончилось. Тело тври влялось н трве, вытянув нелепо длинную шею; вместо головы остлись только окроввленные лохмотья мяс и торчщие из рны острые обломки костей.

Я остновился. Бой кончился слишком быстро, кровь не успел утихнуть. Тврь окзлсь слб.

Ну что ж, видно, придется поискть более достойного врг. Я подумл, что, быть может, нпрсно тк долго здерживлся н севере. Крсоты крсотми, но имя Губитель тк просто не дется Быть может, тм, н полудне, мне нйдется более достойный противник? Быть может, тот, против кого нпрвлено острие удр этих тврей, не может спрвиться с этой угрозой один? Я никогд не вмешивлся в чужие войны: величйшим оскорблением всегд почитл лишить кого-то врг.

Но здесь, среди злобных, нерзумных, созднных грубой мгией тврей, жили люди, обычные смертные, бессчетные поколения которых прошли перед моим взором. Стрнствуя по северным лесм, я смог достточно близко видеть их жизнь, жизнь н зтерянных в глуши крошечных хуторх, жизнь в окружении чудовищ. И длеко не всегд войн с этими чудовищми окнчивлсь для людей удчно...

Я, Губитель, по-прежнему стрнствовл с чистой пмятью, по-прежнему не помнил, кто я, откуд, зчем пришел сюд и в чем, во имя всех вселенских сил, зключется тот смый мой Долг, с которым я вступил в этот мир; однко постепенно из неведомых глубин поднимлись чувств. Мне что-то нрвилось, что-то, нпротив, вызывло отврщение — вот кк убитя сейчс тврь, нпример. Все чще мне хотелось вмешться, все чще вид снующих и шмыгющих тврей побуждл меня отбросить нконец сдержнность и уничтожить их — не кк вргов, кк нечистоты. Когд-то у меня был дом. И я знл, что время от времени в нем нужно делть уборку.

Кжется, это нзывлось «помощь». Помощь слбым и беззщитным. Бездны и Небес, но я никогд не знимлся подобным! Это-то я зню точно. Неужели в меня вползло чувство жлости? Вползло неведомо откуд вкупе с остльными видениями явно не из моей жизни. Я ведь знл, что они чужие. Чужие от нчл и до конц. Но откуд они взялись во мне?

Однко же лезть не в свою войну, тем более в войну мгическую, для меня оствлось верхом непотребств...

Я медленно двиглся к югу, описывя широкие петли по лесм, время от времени, словно дикий зверь, убивя голыми рукми ккую-то из тврей Орды, кк нзывли местные этот пндемониум.

То были дни стрнной рздвоенности. Ничего не зня о себе, ощущя лишь глухие шероховтые стены зпретов, проходы склонностей и зияющие бездны стрстей, я брел, вслушивясь в необычйно четко звучвший внутренний голос. Он твердил, что чудовищ Орды — это величйшее зло и что их нужно кк можно скорее уничтожить, ибо кждый чс моего промедления ознчет мучительную смерть еще кого-то из несчстных обиттелей сих мест.

Для меня это было внове. Я привык сржться, если когд-то и жил для чего-то еще, то сейчс ничего об этом не помнил. И ккое мне было дело до всех тех, кто нселял бесчисленные миры Великой Сферы? Я не трогл их, они не были моими вргми, эти смертные, я просто не обрщл н них внимния. Мне не нужны были ни влсть нд ними, ни их поклонение. Хотя теперь я и понимл, что среди пвших от моей руки было немло тких, кто жждл влствовть именно нд этими смертными, кто стремился сделть их своими послушными слугми — зчем, првд, я никогд не мог взять в толк.

А теперь... «Кк же ты не видишь стрдний и мук тех, кто волею судеб окзлся слбее тебя? — криком кричл мне в ухо чей-то неслышимый голос. — Кк же ты можешь проходить мимо них рвнодушно? Почему ты не используешь свои Великие Силы, вырвнные из зточения, чтобы облегчить несчстным их и без того горькую учсть?...»

От этих мыслей все нчинет постепенно путться. Я был Губителем. Вргом всего и всех. Неведомо кем и для чего рожденным. Неведомо где и кк выросшим. Я никогд не шел сржться, чтобы помочь кому-либо. А тут... Я всегд относился с некоторой иронией к высокопрным зявлениям Белых рыцрей, объявивших себя чуть ли не единственными зщитникми Добр в пределх Упорядоченного.

Стоп! Белые рыцри! А ведь это тоже оттуд, из глубокого, нчисто збытого прошлого. Я пытюсь вспомнить что-либо еще — кто они ткие, откуд взялись, с кем сржются, — но нпрсно.

Иногд мне кжется — кто-то специльно крошечными порциями отмеряет мне возврщемые воспоминния.

Нет, конечно, этот стрнный, ншептывющий в уши голос не зствит меня свернуть и отступить от рз принятого плн, но... может, стоит все же взглянуть, что делется н юге? И зглянуть не только в хрмы и обитлищ колдунов?...

Был солнечный и безмятежный день, когд я вышел к отдельно стоящему хутору. Н первый взгляд он почти ничем не отличлся от прочих, что попдлись мне н пути — тот же прямоугольник стен, т же отдельно стоящя кузниц, но при виде его тот стрнный мой внутренний голос внезпно пришел в непонятное возбуждение, волей-неволей передвшееся и мне.

Чем-то он был знком мне, этот хутор. Я имел здесь ккие-то дел с его обиттелями... И притом совсем недвно... Что-то очень вжное... вопрос жизни и смерти... словно бы спс здесь кого-то...

Я зколеблся. Что это все знчит? До того кк провлиться в беспмятство во влдениях Црицы Ночи, я побывл здесь? И дже свел дружбу с кем-то из здешних обиттелей? Невероятно!

И тем не менее это было тк. В пмяти всплывли смутные, словно подернутые тумном видения: бело-оперенные стрелы, пронзющие синевто-стльные пнцири громдных жуков... тело стршно изуродовнного невысокого, очень коренстого и широкоплечего человечк с оклдистой бородой... и второй человек рядом с ним — нпротив, высокорослый, мощный телом, хотя уже длеко не молод...

Д! Кк же я не срзу узнл! Это же его хутор, того смого высокого, которого я спс в лесу от тврей Орды! Или... или это не я его спс? Но тогд почему я это тк ярко помню?...

Я дже присел н мшистый кмень возле смого кря дружно колосящегося поля. В мыслях црил полный сумбур. Что же все это знчит?!

Рядом из-под соседнего кмня бил слбый родничок. Вод зполнял выстлнную мхом впдинку, обрзовлось естественное зеркло. Я склонился нд ним.

Д, это мое лицо. Сперв оно кзлось мне совершенно чужим, но вот из-под ндетой кем-то мски нчли проглядывть мои собственные черты. Волосы редели, скоро от этой непристойной гривы не остнется и след. Глз стновились глубже посженными, утрчивя легкомысленную голубизну и обретя мой исконный цвет — черный. Подбородок стновился более мссивным, скулы утрчивли мягкость очертний, рот вновь стл похож н оствленный мечом рзруб. Плечи рзворчивлись, стновясь шире и нливясь силой; руки тоже бугрились мускулми, лдони сделлись шире и куд сильнее. Все в порядке, то сперв я подумл, что окончтельно сошел с ум и в голове одни лишь бредовые воспоминния, ничего не имеющие общего с действительностью...

Д, это снов я. И облик мой достоин моего имени. Однко... почему же тк нстойчиво лезут в голову ккие-то явно чуждые мне воспоминния? Я дже помню, кк звли этого хозяин хутор, — Аргнист.

И стоит мне только произнести про себя по буквм это имя, кк в голове словно взрывется целый пучок вспрывющих небо молний. Аргнист! Д, я спс его! И... и сейчс он в стршной опсности!

Я словно няву увидел невысокую крсно-кирпичную стену ккой-то крепости, доверху облепленную рзнообрзными тврями Орды. Живые пирмиды из сине-пнцирных жуков служили дорогой чудовищм покрупнее — вплоть до нстоящих гигнтов. И тм, нверху стены, шл отчяння схвтк. Я вновь увидел спсенного мной человек, ловко отмхиввшегося мечом от нседвших н него тврей, рядом дрлись несколько совсем молодых прней, кое-кк, неумело ворочвших клинкми. Их учсть был решен. Они не продержтся и нескольких минут. Их войн будет проигрн. Горе побежденным! Больше тут скзть нечего.

Но я же спс этого человек! Я спс его один рз и, следовтельно, имел очень веские основния тк поступить. А знчит, не миновть и второго рз!

Я сжл кулки. Это не похоже н Губителя, но... Лдно, время действовть, рзмышлять будем потом!

Голубое небо нд крепостью безучстно смотрело вниз. Нверное, его тоже збвлял рзыгрыввшийся кроввый спекткль. Боги любят тешиться стрстями и смертями людей. И редко, очень редко когд смертным удется отплтить з это.

Бросив меттельные мшины, воины Аргнист дружно устремились н гребень стены к строму сотнику. Аргнист яростно зорл: «Нзд!» — но было уже поздно. Люди схвтились с перевлившими через стену броненосцми, брюхоедми и глвопстями. Уроки бывлого охотник з ордынскими тврями не пропли дром — прни стрлись бить не куд попло, куд учили. И в первый момент им удлось сдержть неистовый нтиск Орды.

Стрые неуклюжие мечи словно бы сми собой нходили уязвимые мест, вспрывя тяжелые зеленовтые пнцири чудовищ. Лоплись рзрубленные глз, из рссеченных шей хлестл темня кровь, обильно пчкя кмни. Первые мертвые туши полетели вниз, круш возведенные из стеноломов приметы.

Тври Орды, похоже, и не ожидли подобного отпор. Н некоторое время они змешклись, попятились, и людям Аргнист удлось очистить от чудовищ гребень стены. Првд, зщитники форт не успели дже перевести дух, кк Орд вновь хлынул вперед — подходили хоботяры, удрня сил.

Стрый сотник бросил быстрый взгляд н своих мльчишек, не перествя вовсю рботть мечом. Плохо дело. Этот рнен, этот еле н ногх держится... Все, стены уже не удержть.

Аргнист совсем было собрлся комндовть отход, когд н поле боя что-то внезпно и неуловимо изменилось. Где-то тм, н северном берегу Грдрг, в здних рядх ткующей Орды возникло ккое-то беспокойство, по бесконечным рядм чудовищ прошли короткие судороги, словно круги по воде от брошенного кмня. А потом нд головми тврей пролетел громдня туш хоботяры, точно выпущенное из ктпульты ядро. Пролетел — и со всего рзмх врезлсь в один из живых приметов, обртив стеноломов в кроввую кшу. Стен згудел от чудовищной силы удр — Аргнист дже испуглся, что стря кирпичня клдк не выдержит.

Н изломе полуночного берег внезпно, точно могильный призрк, возникл высокя фигур воин. Он кзлсь соткнной из нитей предутреннего тумн — невозможно было рзличить ни лиц, ни оружия, ни дже одежды. И этот призрк нпрямик шел к крепости сквозь ряды тврей Орды, словно меч смого Ркот Грозного в незпмятные дни его Восстния.

Вокруг тумнной фигуры в воздух взметывлись фонтны черной крови. Искромснные, изорвнные в клочья туши летели в стороны, словно кмни из прщи. Призрк убивл их голыми рукми — просто рздиря плоть.

Вокруг стршного пришельц тотчс же вскипел круговорот схвтки. Не ведющие стрх смерти, лишенные собственной воли, тври Орды резко рзвернулись, подчиняясь новому, пришедшему откуд-то извне прикзу. Нтиск н зщитников Гэср тотчс же ослбел.

В переполненном телми стршилищ Грдрге возник нстоящий живой водоворот. Тври рзворчивлись, и дже почти дошедшие до стен крепости нчинли отступть. Последними отходили стеноломы

А н том берегу творилось нечто невообрзимое. Оцепеневшие Аргнист, Фрбр и остльные воины с змирнием сердц смотрели, кк живые волны одн з другой нктывлись н призрчного воин, вокруг которого уже взвихрился нстоящий смерч. Кровь хлестл из бесчисленных рн н телх чудовищ; влы осклизлой плоти громоздились все выше и выше — кзлось, они вот-вот нкроют нежднного зщитник Гэср с головой, однко тот ловко поднимлся все выше и выше по этим стршным подмосткм, продолжя с невообрзимой быстротой и легкостью рвть, душить и кромсть подступвших к нему создний.

— От тк дел, сотник! — услыхл Аргнист потрясенный шепот Фрбр — Д кто ж это ткой, уж не см ли Хедин Спрведливый услышл нши молитвы?!

Аргнист только покчл головой. Что он мог ответить? Кое-кто из его новобрнцев уже упл н колени, простиря руки к сржвшемуся н том берегу тумнному воину.

А тому, кк видно, ндоел мясницкя рбот. Темные волны Орды внезпно прошили три коротких голубых взблеск, кждый из которых оствлял н своем пути нстоящую просеку, выжженную в бесконечных шеренгх. Вокруг воин вздулся трепещущий лый плщ, и все, что кслось этого стршного покров, тотчс же обрщлось в пепел.

Орду это не остновило. Беспощдное истребление никк не действовло н нее — ведь в рядх ткующих шли не живые существ, гомункулусы, лишенные кких бы то ни было чувств. Они лишь исполняли рз отднный прикз. Дже смя лютя смерть собртьев не могл остновить остльных.

И тем не менее стло ясно, что полки Орды не тк уж неисчислимы. Снчл очистился южный берег Грдрг, потом мло-помлу нчл пустеть северный. И оттуд, с полуночи, уже не влили все новые и новые сонмы.

Внезпно все прекртилось. Уцелевшие ордынские тври отхлынули от кроввого кургн, что вырос почти втрое выше крепостных стен форт, нполовину зпрудив реку. Жлкие осттки громдного войск поспешно отступли н север. Призрчный воин остлся стоять н воздвигнутом им холме из туш. Кзлось, он пристльно смотрит н юг, словно выискивя кого-то среди зщитников Гэср... Все чувствовли медленно скользивший по их лицм холодный взгляд нечеловеческих глз и понимли — тот, н другом берегу, специльно дл им ощутить это.

Н лице Аргнист взор призрк здержлся, и стрый сотник почувствовл, кк душ его и в смом деле уходит в пятки. Н него пустыми глзницми смотрел Сил, совершенно чуждя всему живому в этом мире, Сил, имеющя одно лишь стршное преднзнчение и мучительно отыскивющя ответ н ккой-то очень вжный вопрос

Призрчня фигур нчл вдруг меняться. Он уменьшилсь до обычного человеческого рост, сквозь пелену тумн внезпно проступил одежд. Черты лиц рзличить было невозможно, однко Аргнист внезпно нпрягся и весь побелел.

— Хедин Зступник! — прошептл он, торопливо очерчивя првой рукой охрнный знк, нмертво вбитый в пмять еще хрмовникми. Вид у хуторянин был ткой, словно он внезпно увидел перед собой выходц с того свет.

Воин н левом берегу поднял руку, словно прощясь, и медленно зшгл прочь, спускясь с отвртительной груды осклизлых от крови и выпущенных потрохов тел.

— Эй, постой, друг! — опомнившись, зорл Аргнист. — Вернись, куд же ты!...

Он явно знл меня, этот немолодой уже воин, с горсткой сортников отстоявший свой зветный рубеж. Он знл меня — но откуд? Быть может, стоило поговорить с ним?... Я тк и нмеревлся сделть, когд в сознние словно впились тысячи и тысячи рскленных игл.

Это был зпрет. Кто-то очень могучий решительно не желл, чтобы я зговорил со стрым воином. Кто-то, силми по меньшей мере рвный мне, — если не превосходящий. Я ощутил зкипющую жестокую рдость — у меня теперь есть Врг! Нстоящий Врг, умный, хитрый и коврный, — что еще ндо вечному воителю вроде меня?

Я не принял боя, отступил, хотя логичнее всего было бы добрться до узнвшего меня строго рубки. Но... тут со мной случилось неожиднное. Я ждно рвлся ко скрытым глубинм собственной пмяти и в то же время стршился этого. Эти видения, эти блгостные кртинки — они были ткими... ткими человеческими, что ли, и внезпно предствилось: вдруг все, что я думю о себе, рзвеется, кк сон, кк морок, и я окжусь просто куклой ккого-то колдун с днными н крткое время взймы силми... Признюсь, от одной ткой мысли пробрл дрожь. Нет! Пусть все идет кк идет. Я вторично спс того человек... теперь пор зняться собственными делми. Н Юг, н юг, ко хрмм местных богов! Двно пор уже предствиться им по всей форме.

Н север я шел недолго. Более меня в этих лесх ничто не здерживло. Орд должн был приутихнуть.

(Это был не бой, избиение. Я не стремился к спрведливой схвтке, но уничтожл их, подобно тому, кк люди истребляют вредных нсекомых.)

Нконец все следы лившейся потоком н юг Орды исчезли Я вновь окзлся в чистом, неизгженном лесу; это было подходящее место, чтобы н время рсстться с этим моим телесным обликом.

Невидимым, рзвоплощенным, я взмыл под облк. Потом, если будет нужно, я предприму глубокую пешую рзведку, но сейчс моей целью был огромный торговый город н смом крю Великого окен. Город стоял н островх речной дельты, через бесчисленные протоки были переброшены столь же бесчисленные мостки.

Но см город с высоты я мог видеть лишь крткий миг. Я вновь обрел свое тело. Впрочем, тк ли уж свое? Когд я смотрелся в родник и видел собственное отржение, мне кзлось, что я обрел нконец прежний лик. Но стрый воин в игрушечной крепостце узнл меня — знчит, в тот миг, когд я думл о нем, тело приняло ккой-то иной, знкомый ему облик. Истинного моего обличья он видеть не мог: в этом мире я никогд не бывл. Это я помнил точно — единственное из всего.

Я стоял в тихом узком проеме между линиями домов. Пмять внезпно ожил, подскзв — вкупе со многими другими необходимыми вещми, — что подобный проем именуется «улицей». Опрвив свою некзистую одежду, я пошел прочь, глубинным чутьем ощущя близость одного из Истинных Хрмов и нпрвляясь к нему.

Аргнист всего трясло, воины его выглядели не лучше. Стршный призрк-истребитель скрылся, оствив после себя лишь необозримые кургны трупов. Черня кровь чудовищ щедро текл в Грдрг, смешивясь с его чистыми струями. «Кто-то остнется без воды», — мрчно подумл сотник.

Однко если ты комндир, то ккие бы призрки ни покзывлись перед вверенной тебе крепостью, нужно комндовть. Ты отвечешь з жизни своих воинов, знчит, сделй вид, будто все тк и должно быть.

— Ну, что змерли? — стряхивя с себя оцепенение и стрясь, чтобы в голосе не прорезлсь предтельскя дрожь, гркнул Аргнист. — Все, дело здесь н сегодня кончилось. Теперь нм туши эти тскть не перетскть. Двйте, двйте пошевеливйтесь! Убитых — к лтрю сносите. Фрбр! Зймись рнеными!

Рненых не окзлось. Потери отряд Аргнист понес просто смехотворные для ткого боя — всего двое. Один новобрнец, порженный удром в спину, и один немолодой уже мужик из обозников. Этот умер просто от стрх — сердце не выдержло.

Сотник велел Фрбру построить отряд.

— Д, Иеронимус, пожлуй, тоже выпустить можно. Ндо ж кому-то погребльную отслужить!

ГЛАВА V

Всю дорогу от городских ворот Двлин выбирл гостиницу, руководствуясь одному ему известными признкми — его не интересовл ни внешний вид дом, ни выржение лиц хозяин. В конце концов Эльтре это ндоело, и волшебниц зявил, что если они немедленно не остновятся в первом же попвшемся зведении, он нпряжет все осттки своих колдовских сил и превртит непомерно кпризного гном в булыжник. Это подействовло, и Двлин, пытясь сохрнить лицо, сквозь зубы пробурчл, что, дескть, во-он т, впереди, кк рз ничего.

Хеорт ухмыльнулся, оглядывя полутемный холл и ведущую нверх широкую лестницу. Скзть, чтобы здесь было особенно уютно или чисто, никк нельзя. Смя средняя изо всех средних гостиниц.

Гном с Хеортом устроились в одной комнте, Эль-тр — в другой, ндменно потребовв себе лучшую. Брошення волшебницей н стойку монет сверкнул золотом, и хозяин ринулся н вожделенный желтый кругляш, точно коршун н добычу.

— З себя плтите сми, — ндменно бросил Эльтр, нпрвляясь к лестнице. Гном вздохнул — чем дльше от Холм Демонов, тем ощутимее проявлялись прежние привычки повелительницы.

— Ну, отпрвимся ншу рыбку крулить? — осведомился гном у прня, когд они рссовли по местм свои нехитрые пожитки, — львиня доля их груз, кк уже говорилось, приндлежл Эльтре.

— Д, Хисс едв ли потщится нпрямик через ворот. Стрж, он ведь Змеиный нрод не жлует. Дв причл в гвни им отведено, под обитлищ четыре брк — вот и будьте довольны. А ежели кто из них через ворот полезет...

— А ты не боишься, что он силой Печти может всю эту стржу...

— Думл я об этом, — признлся юнош. — Хисс, конечно, хитер, этого не отнимешь, но если он нчнет чродейничть прямо в Глене... Ты збыл о хрмх? Д и у короля при дворе волшебники не из последних состоят... Нет, не решится Хисс н ткое. Проскользнет в город по реке. Иного пути ему нет.

— А через стену? — Гордый гном никогд не стремился кзться умнее других в тех облстях, где эти смые «другие» понимли много больше его смого.

— Через стену, конечно, может, — кивнул Хеорт. — Но Прекрснейшя, я уверен...

— Д что ты злдил: «Прекрснейшя, Прекрснейшя»! — с досдой передрзнил юношу гном. — Уж без нее-то ты можешь говорить нормльно?... Я вот тебе тк скжу: придется нм с тобой устривть зсду. Предствь: вплывет Хисс через Речные Ворот — и что он делет дльше?

— Д ясно что. — Хеорт пожл плечми. — Будет плыть до смого порт. По руквм петлять, чтобы с берег не зметили. А тм н любой корбль своего нрод поднимется — и все, пиши пропло!

— Знчит, к причлм пойдем, — подытожил Двлин. — А тм кк, присесть-то есть где или прямо н кмнях придется?

— Боюсь, не только «н кмнях», но дже «под кмнями», — вздохнул Хеорт. -Торчть перед посудинми этих змеюк — блгодрю покорно! Придется зклятиями яму н пирсе вырыть и тм зсесть

— А кк же мы твоего Хисс-то з шкирку возьмем? — удивился гном. — Что мы из-под тех кмней увидим?

— Вот тут-то нм без Эльтры не обойтись, — вздохнул юный сын Снежного Мг. — Без Дозорного Зклинния — никк. Конечно, пр их змеиных девок, д еще зголенных, — и Хисс к тебе см примчится, только пыль столбом стоять будет. Но чего нет, того нет...

— Почему же это «нет»9 — внезпно послышлся голос волшебницы. Эльтр стоял н пороге их комнты, небрежно опершись о притолоку. Двлин ж подскочил — он смолично зпер дверь н зсов... — Почему же «нет»? — повторил волшебниц. — Все у нс есть. Точнее, будет. Вот он, — изящный тонкий пльчик укзл н рстерявшегося Двлин, — вот он-то у нс и будет зголенной змеиной девкой... Уж я пострюсь!

— Что-о?!! — зорл гном, приходя в себя. — Я — девкой змеиной?! Чтобы меня этот вш Хисс, знчит, того-этого...

— Не беспокойся, — уголки тонких губ волшебницы чуть дрогнули от сдерживемого смех. — Никкого «того-этого» Хисс проделть уже не сумеет. Потому что мы возьмем его з жбры прежде, чем он успеет дже позвть свою змеиную мму! — Лицо Эльтры приняло свирепое выржение.

— Ни з что. Хоть режь меня н этом смом месте. — Двлин скрестил руки н груди и отвернулся. — А почему бы, кстти, Хеорту змеей чуток не побыть? Не из-з тебя ли, прень, вся эт кш зврилсь?!

Хеорт зметно побледнел.

— Он не подойдет, — зметил Эльтр, критически оценив стройную фигуру юноши. — У этих змеев больше всего ценится... гм... ширин того, что пониже спины...

Двлин издл горлом стрнный звук и сжл кулки. Лицо его нпоминло в тот миг хорошо провренную свеклу.

— Ну что ты обижешься, чудк? — Эльтр лсково улыбнулсь взбешенному гному. — Ведь это ж для пользы дел ...

— Дел? — стршным голосом прорычл Двлин. — Чьего дел? Я этому Хиссу голову легко сверну, прикидывться шлюшкой ихней змеиной, в воде бултыхться!. Д и сколько мне тм болтться, кк живцу н крючке?! А другие змеюки что, н меня и внимния не обртят?!

— Не обртят, — зверил Эльтр. — Уж об этом-то я позбочусь.

Гном опустил голову и яростно зпыхтел.

— Нет! И не просите. Хвтит с меня Эльстновых чр!...

— Эльстновых чр? — С лиц молодой волшебницы мгновенно сбежл вся крск. — Погоди, ты скзл — чр Эльстн?!

— Ну д, — проворчл Двлин. — Збыл ты, что ли? Десять рз рсскзывл... Почему мне домой-то нельзя, ?!

— Но если Эльстн... если его уже нет... то его чры должны перестть действовть! — почти выкрикнул Эльтр.

Двлин ошршенно уствился н волшебницу.

— Стой-к, стой... сейчс... я должн проверить... — лихордочно бормотл девушк, совершя рукми пссы с ткой быстротой, что невозможно было рзличить отдельных движений. — Я должн проверить...

Двлин почувствовл внезпную головную боль. Одновременно зныли все до одной стрые рны, злеченные по весне Эльстном и Стой. Глз Эльтры впились в лицо гном, губы ее шевелились, Двлин смутно уловил здвемый волшебницей кому-то один-единственный вопрос, уловил не слов, не общий дже их смысл, но интонцию, с которой этот вопрос здвлся...

Нконец пытк кончилсь. Двлин несколько рз встряхнул головой, отгоняя последние следы боли, и уствился н бледную кк снег волшебницу.

— Ну что? Что узнл?

Губы молодой волшебницы сжлись в скорбной гримсе.

— Я... Я не понимю, — нконец выдохнул он. — Чры Эльстн и впрямь действуют, но... Нложившее го их они уже не помнят. Я с тким еще ни рзу не стлкивлсь.

Гном попытлся было зтеять более подробный рзговор н эту тему, не без основния ндеясь, что Эльтр, быть может, позбудет о своей идее использовть его, Двлин, кк примнку для Хисс, но не тут-то было. Молодя волшебниц очень быстро вновь овлдел собой.

— Тк, знчит, решено. Н Двлин нклдывем зклятье. Н тебя, Хеорт, тоже — будешь в воде рядом с гномом. Я остюсь н берегу и, кк только Хисс покжется, срзу же подсекю...

Двлин зскрежетл зубми.

— Д чтоб мне под обвл попсть!... Чтоб мне горн никогд не видеть, чтоб в Ашпрнге никогд не побывть!...

— Я сниму с тебя Эльстновы чры, не бойся, — ровным голосом скзл волшебниц. — Рз уж ты не понимешь, что Печть Вечного Короля ндо отобрть у Хисс во что бы то ни стло, знчит...

— Д понимю я все! — вскинулся Двлин, оскорбленный перспективой немничеств до глубины души. — Просто... просто...

— Д никто ж тебя и не увидит, коротышк ты нерзумный! — словно ребенку, продолжл втолковывть гному Эльтр. — Никто тебя не увидит, кроме одного только Хисс! Никто дже не узнет, что гном решил в порту искупться... А ты, Хеорт, будешь рядом. Н тебя я нложу Зклятье Невидимости. Тебе только удержть Хисс несколько мгновений, пок я не подоспею...

После долгих уговоров, укоров и упршивний гном нконец соглсился.

— А... ты и впрвду можешь чры Эльстн с меня снять? — подозрительно понижя голос, осведомился он нпоследок. — А то ведь ты знешь, домой мне ход нет... Только рньше я думл — зклятие может дшь нложивший его снять.

— Верно, — кивнул Эльтр. — Я не взялсь бы з рботу, будь н тебе, скжем, волшб Снежного Мг. Но чродейство Эльстн... я зню его едв ли не лучше своего собственного... И могу попытться. Но ты знешь своих стрейшин... Кк они отнесутся к тому, что зкон Ар-н-Ашпрнг все же окжется нрушенным?

Гном помрчнел еще больше.

— Ты прв... — выдвил он сквозь зубы и отвернулся. — Все, не бывть мне дом...

Ничего не понимя, Хеорт испугнно переводил взгляд с гном н Эльтру и обртно.

— Погоди отчивться, — Эльтр успокивюще положил тонкую лдонь н плечо понурившегося Двлин. — Я предчувствую — грядут большие перемены. Многие из стрых зконов исчезнут сми собой. Стнет просто не до них, поверь мне...

Однко это не слишком помогло. Двлин погрузился в свойственную порой гномм черную мелнхолию, вывести из коей могло одно лишь пиво. Првд, Эльтр не слишком-то одобрял употребление столь грубого нпитк и решил помочь спутнику по-иному...

Из изящного кожного чехл, отделнного мелким речным жемчугом, появилсь небольшя тонкя флейт. Волшебниц поднесл инструмент к губм, и комнту зполнил прихотливя тепля мелодия, полня неизъяснимого очровния. Светля грусть слышлсь в ней, и в то же время — великя ндежд, что придут иные времен...

И окутвшя гном черня, неизбывня кк будто печль стл отступть, Двлин поднял голову. Его взгляд прояснился, ссутулившиеся плечи рспрвились, н губх дже появилось подобие улыбки.

— Лдно, чего уж тм, — нконец выдвил он. — Семь бед — один ответ. Нложишь ты свое зклятье! Слово дю. Хорошо бы Хисс побыстрее появился, пок я не передумл...

Н шпиль городской ртуши Глен опустился стремительный коричневокрылый сокол — птиц очень редкя, осторожня и тк просто к человеческому жилью не подлетющя. Сокол повертел головой из стороны в сторону, осмтривясь, потом внезпно сорвлся с нсест и стремительно помчлся к реке.

— А ведь нелдно оно-то, в слвном Светлопенном Глене! — без обиняков брякнул с порог Двлин, непринужденно ввливясь в просторные пртменты Эльтры

Гном с Хеортом только что вернулись из рзведывтельного поход к докм. См волшебниц считл подобное времяпрепровождение недостойным ее и остлсь в гостинице, обложившись ккими-то мнускриптми.

— В чем дело9 — Эльтр не поднял головы от причудливой вязи неведомых гному букв. В последнее время волшебниц пребывл в дурном нстроении.

— В городе охотятся з колдунми, — врубил Двлин.

Эльтр вздрогнул.

— Кк тк? З колдунми? — Он впилсь взглядом в глз гном. — Ты не спутл?

— Именно тк, и я сегодня не выпил ни кпли пив, — отчекнил гном. — Охот н ведьм, смя нстоящя! Всем зпрвляют хрмы. Жрецы ходят по улицм и кричт, что Орд прорвл Рыцрский Рубеж, что это кр Новых Богов, Хедин и Ркот, з грехи людские, корень зл в том, что лишь им, служителям божественного, дозволено творить волшбу, все же прочие — слуги Тьмы и, следовтельно, Зл А тковых ждет костер.

— И., и что же творится в городе? — Кровь постепенно отливл от щек волшебницы.

— Что, что... будто см не знешь... — проворчл гном. — Погромы тм, вот что! — со внезпной яростью рявкнул он. — Погромы! Всех, кого подозревют, тщт в хрмовые темницы. Пок еще нрод рзошелся не слишком сильно, но если этому не помешть... — Он вырзительно взглянул н Эльтру.

— Помешть? — простонл т. — Но кк? Мы же не можем перебить весь город!

— Но... быть может., врзумить лишившихся рссудк? Это ж чушь, будто Орд «нслн з грехи»! Не верю я в ткое! — возмутился гном

— Боюсь, что врзумить весь Глен в то время, кк целя рмия жрецов последовтельно сводит его с ум... — Эльтр с сомнением покчл головой — Но кк же это нчлось? Ведь еще вчер все было спокойно!

— То-то и оно, что вчер, — гном скрипнул зубми, — сегодня город весь обезумел, говорю тебе! Арр-г-хрбдр!

— Ну и выржения у тебя, — невозмутимо отозвлсь Эльтр. — Смотри не брякни в приличном обществе!

— Лдно, лдно, что будем делть-то? — торопил волшебницу гном. — Спсть людей ведь ндо! Трв-ниц, костопрвов... колдунов из тех, что погоду зклинют...-, или рыбу морякм в сети гонят... или просто тех, у кого тлнт... Неужто смотреть стнем?

— А кк же Хисс? — в упор спросил Эльтр. — Сует и змятия — для него подрк лучше не придумешь. Он кк про это услышит, срзу же попытется проскользнуть в порт!

— Хисс, д... — Гном скривился, кк от оскомины.

— Или — или. — Эльтр тяжело поднялсь, ступя, точно древняя струх. — Или мы охотимся з Хиссом, или спсем людей в Глене. Что ты выберешь, гном?

— Р-родгр! Почему обязтельно выбирть?! Неужто ты не спрвишься с Хиссом в одиночку?

— Зкрой плотнее дверь, Двлин. Зкрой, зкрой. Я не хочу нлгть никких зклятий н эту комнту, инче жрецы отыщут нс в дв счет. Тк вот, слушй. Ты знешь, откуд я. Больше об этом не должен знть никто, инче погубишь и себя, и меня, и мою любвеобильную сестренку. Если я попытюсь взять Хисс кким-то дльнодействующим зклятьем, меня тотчс же опознют те, кто уже двно охотится з тйной — что тм, з... ну ты см знешь з чем. А Первя Зповедь моей родины глсит...

— «Рзглсивший путь в Эльфрн подлежит смерти», — угрюмо процитировл гном. Эльтр изумленно поднял брови.

— Ты знешь?... Откуд?...

— Твоя сестр. Он был... гм... очень словоохотлив.

— Понятно... Тогд ты см все знешь.

— Но, Эльтр, послушй! Д кому он нужен, этот путь в вш Эльфрн?! Всех излишне любознтельных двно упокоил Погибельный Лес! Вон весь берег звлен черепми!

— Есть, есть ткие, и немло, уверяю тебя. Черные колдуны, кому мы не дем безнкзнно творить зло. Мги остров Брндей — слыхл о тких?

— Бр-р-р... — Двлин вырзительно поежился. — Эдкя-то мерзость!

— Вот именно. Мерзость. И притом очень могуществення. Не зню, почему Новые Боги не рспрвились с ними, но это сейчс и не вжно. Однко, клянусь кровью Звезд, что течет в моих жилх, брндейские мги отдли бы любые сокровищ з то, чтобы знть, где лежит Эльфрн. Могущественные зклятья Вечного Короля охрняют ншу землю, но...

— Короче, ты откзывешься? — в упор спросил Двлин. — Тогд посмотри в окно, Прекрснейшя!

Последнее слово он произнес с нескрывемой иронией.

Из-з открытого по летнему времени окн донесся полный ужс вопль, тотчс же потонувший в глухом гуле толпы.

— Ого! — Двлин одним движением выхвтил из-з пояс секиру. — Кжется, они уже добрлись и сюд. Смотри же, во имя Родгр!

Гном весь трясся от ярости. Тким Эльтр видел его один-единственный рз, когд эт смя секир едв не рскроил ей голову. Волшебниц шгнул к окну.

Мирня торговя улиц, обычно полня деловито снующего люд, теперь был пуст. Все до единой лвки зкрыты, тяжелые ствни зперты, словно во время морового поветрия. И по смой середине этой улицы сломя голову мчлся человек в обычном для трвников коричневтом плще, нброшенном прямо н нижнее белье.

А следом з ним вприпрыжку, рзмхивя рукми, бежло десятк дв преследовтелей. Кое у кого из них Двлин зметил дубины, ухвты и рзный домшний скрб. Н вид все они кзлись обычными гленскими обывтелями, только потерявшими рссудок от стрх...

Убегвшему не повезло. Он споткнулся обо что-то, и в следующее мгновение толп нкрыл его. Слышны были только вопли несчстного, хряск удров, д изредк можно было рзобрть нечто вроде:

— Г-д!... Из-з них!... Орду нводил!... Млденцев крл!...

— Стойте! — прогремел внезпно чей-то голос. Из-з угл появился птруль — целый десяток хрмовых воинов в полном вооружении. — Стойте! Этот проклятый колдун не должен умереть тк легко! Двйте его сюд! Он зкончит свой путь н костре!

Люди нехотя нчли рсступться. Несчстный трвник остлся лежть н брусчтке, скорчившись, поджв колени к груди и обхвтив рукми голову. Двое хрмовников рывком подняли его и потщили прочь, ноги бедняги волочились по мостовой. Толп проводил его дружным улюлюкньем.

Эльтр бросил быстрый взгляд н гном — лицо у него было совершенно белое и бешеное. Пльцы судорожно тискли рукоять боевой секиры.

— Теперь ты видел?

— Видел. — Губы волшебницы были плотно сжты. — Но ведь ни ты, ни я не приндлежим к людскому роду. У нс свои собственные рсы. Тк зчем нм встревть еще и сюд? Если эти несчстные сошли с ум, то...

Гном сдвленно зрычл. Эльтр поспешно осеклсь.

— Я должн взять Хисс, Двлин. Понимешь? Любой ценой. Инче... инче мне дже стршно подумть, что может случиться с Эльфрном.

— Понятно. — Гном смотрел в пол. — Что ж, поступй кк вздумешь, волшебниц Эльтр Эльфрн-скя. А я тебе больше не попутчик. Прощй! — Он решительно нпрвился к двери.

— Постой! — крикнул вдогонку Эльтр, однко гордый гном дже не повернул головы. Н прощние он хлопнул дверью тк, что со стен посыплсь штуктурк.

Двлин шел по улице куд глз глядят. Его трясло от бешенств, однко, кк бы тм ни было, он не збыл нхлобучить н голову бесформенный, но зто подбитый железом фетр, под куртку ндеть короткую кольчугу. В небольшом зплечном мешке лежло все смое необходимое.

Не успев миновть и трех квртлов, гном угодил в смую гущу событий.

Ух, кк же я ненвижу свою тетку! Будь эт прорв трижды через коромысло трхнут. Утроб ненсытня, тврь рогтя! Утро, до рссвет еще длеко, мне уже вствть. И глз-то после вчершнего слипются, никуд не денешься. Чуть что — «хрмовников крикну!». Уж и тк мне этих жирных свиней бесплтно обслуживть приходится, у нормльных клиентов время воровть... Д еще и гном этот ее домшний, чтоб ему причинное место собки выгрызли...

Встну, знчит, ни свет ни зря, едв водой н себя плеснуть успею — и н кухню, плиту рстпливть. Тетк-то меня рстолкет, см обртно в постельку н пернике понежиться — эдк до полудня. Всю рботу по дому з нее мы с гномом делем. Оно и понятно: гном он в свое время подмнил известно чем — юбку здрл когд ндо, он и ринулся, зенкми крутя, д под зклятье и подпл. Под мое зклятье. См его этой стерве сплел! Хорошее ткое зклятье было, ндежное... А деться опять же некуд. У нее от моей волшбы оберег есть, д ткой, что нужн сотня тких, кк я, чтоб его силу превзойти...

Сперв я думл, меня этот гном где-нибудь в уголке тихо придушит — я и пикнуть не успею, не то что зклятье нложить или инче кк оборониться. АН нет! Гномы, они ведь ткие — чуть где юбк вверх летиг, они уже тут кк тут. Ббники первейшие! И ведь стршные же, стршные, ровно тври ордынские, рожи поперек себя шире, ручищи что коровья ног... Одним только и берут, что могут десять рз не вынимя. Вот кждую ночь они с теткой в спльне ее и возятся — кровть тк скрипит, что небось во всем квртле слышно. А уйти он не может — зклятье мое крепко держит...

Ну мне девться некуд — оствлось только терпеть. Я и терпел. Потому что очень учиться хотелось. Волшебству нстоящему, я имею в виду. Повезло мне. Встретился один мг — из Истинных. Не колдун, не чродей ярмрочный, не волшебник дже, из тех, что с жезлом, — нет! Нстоящий мг! С посохом! И сил в нем ткя, что весь город может сперв испепелить, потом снов сделть кк было, и никто ничего не зметит. Нткнулсь-то я н него случйно — вернее скзть, это он н меня нткнулся. Рзвлечься стричку зхотелось. Стою я, знчит, н обычном своем месте, только-только Фрку-громиле мзду сунул, только по сторонм огляделсь — подходит. Аккуртный ткой стрикшк, плщ новый, дорогой, чистый, ботиночки змшевые, мягкие. Подошел, поглядел тк н меня искос, губми почмокл и говорит:

— Свободн, деточк? И если д, то сколько берешь?

Я, смо собой, отвечю, что д, мол, свободн, беру столько-то и столько-то — в звисимости от времени и от того, что делть придется. Он кивет.

— Я тебе, — говорит, — дм двух грифонов, если все толком сделешь. Но предупреждю... — и поехл, ккой он требовтельный, знчит, и что ему, дескть, ни с одной еще не понрвилось и что если и я ему не подойду, тк достнется мне только пять серебряных соколов. Ну, мы и соколм рды будем, нм выбирть не приходится — соглшюсь.

Привел он меня к себе — ничего себе домик, почти дворец. Объяснил простыми словми, чего ему ндо. Нудно тк объяснял, словно не в постель со мной собрлся, устройство ккой-то мшины объяснял. Тут-то меня в голову словно стукнуло чем, и говорю я ему:

— Ты, дядя, погоди мне все это втолковывть. Дй мне сделть все, кк я см думю, тм, ежели не понрвится, серебро з беспокойство отсыпешь, и все.

Он от моей нглости, похоже, др речи потерял. Ну я, времени не теряя, берусь з дело. Через пять минут он у меня до потолк сккл и орл во всю глотку: «Еще, еще!»

Короче, когд все у нс кончилось, он только дышть и мог. Я вин ему нлил, испуглсь — вдруг копыт откинет? АН нет, он целый кубок опростл, н локте приподнялся, н меня пристльно тк поглядел и говорит:

— И кк это у тебя тк ловко все получилось, деточк?

Я секретов своих не рскрывю. Не рсскзывть же кждому встречному-поперечному, ккие я зклятия в ход пускю, чтобы понять, кк с клиентом поступть и все ткое! Только н сей рз ничего этого не потребовлось. Поглядел он н меня эдк вот пристльно и вдруг кк рссмеется!

— Д ты же, — говорит, волшебниц! Др у тебя есть! Д и не мленький! Хочешь стть моей ученицей? Много я с тебя не возьму. Точнее, возьму тем, будто ты мне сегодня сделл. А чтобы ты не думл, будто я проходимец ккой, — вот, смотри!

И покзл. Только что вроде стрикшк-стрикшкой был, вот встряхнулся кк-то, плечи рспрвил — и стоит гордый ткой, величественный, король-королем. А в руке левой — посох. И от стричк моего волнми ткя сил исходит — я дже зжмурилсь. Понял, что до сих пор он свою мощь прятл и, рз я ничего не зподозрил, знчит, он и впрямь первосттейный мг.

Ну потом он проделл несколько тких штук, что у меня сердце почитй остновилось. Открывл Врт Миров, точно книгу листл. Не виденья творил, не иллюзии — их-то я нвидлсь, во всяких видх повидл: молодые колдуны любят девчонкм пыль в глч пустить, похвлиться. Тк что крсивые кргинки от жизни отличть умею.

И, конечно, скзл «д».

Думл я тогд в первую очередь, что от тетки сбежть удстся. Тк-то ведь длеко не убежишь — король нш, величество светлое (чтоб его кретой переехло!) стрсть кк бродяжек не любит. Стрж н всех дорогх, д еще и рзъезды хрмовников. Куд бежть, если у тебя ни огня, ни угл? К рзбойникм или тм к пиртм подться — не по мне это, я душегубств не терплю (хотя тетку свою охотно бы придушил!). Нет, пок в рукх нстоящего умения не будет — никуд не денешься.

И, короче, стл меня этот мг учить. Ничего не скжешь — учил, душу вклдывя. Првд, сперв ублжешь его до седьмого пот, уж потом он тебе нуку втолковывет. И двинулсь я вперед семимильными шгми, тк что см удивлялсь...

Он, конечно, меня обо всем рсспросил. И я, конечно, ему все про себя выложил. И про то кк родители от морового поветрия умерли, дом нш от стрх ум лишившиеся соседи сплили, зрзы боясь; кк к тетке своей в Глен явилсь, т, недолго думя, зрбтывть н улицу отпрвил. Кк см чродейству училсь, кк первое зклятие сплел... Слушл меня стричок, слушл, я втйне ндеялсь — поможет, ну денег дст, чтобы мне знятие мое проклятущее бросить, но куд тм!

— Это, — скзл он мне, — твое испытние. Истинное искусство в тепле д в уюте н ум не ложится. Зто кк пройдешь Первый Круг, с зднием моим спрвишься, тогд тетку свою сможешь живьем н съедение Лишенным Тел отдть. — И глз у него при этом кк-то нехорошо блеснули.

— А после Первого Круг? Что дльше?

— А после стнешь моей полнопрвной ученицей. Я предствлю тебя Сообществу. Отпрвимся с тобой стрнствовть. А кк срок твой у меня учиться кончится, придет черед второго испытния, которое и решит, носить ли тебе посох мг или же проджей любовного зелья пробвляться... Если выдержишь, не спсуешь, тогд дльше учиться придется. Н то мгические Орден есть. Орден Илет, Орден Ар, Орден Киле., много их. И в нших землях, и в иной рельности. Но что мы с тобой згдывть тк длеко стнем, деточк? Я уже отдохнул! Двй-к иди сюд, иди...

Вот тк у него всегд. И откуд только силы брлись? Ровно у молодого...

А потом я зметил — тетк ккя-то подозрительня стл. Хотя я денег ничуть не меньше, чем всегд, приносил. Приходилось крутиться, чтобы н учение время выкроить. Однко то ли оберег теткин ей что ншептл, то ли соседк нш, Фст-ведунья, н меня нговорил, только житья совсем не стло. Тетк чуть что — и бьет чем потяжелее. Совсем озверел А потом...

Возврщюсь я, кошелек, кк всегд, полон — лето, у мужиков кровь с весны все никк остыть не может, — у тетки гости. Трое громил здоровенных, с ними толстячок ткой низенький. Я кк н мкушку ему взглянул, тк срзу все и понял — монх он, из Орден Звезды того смого. Тонзуру-то ему волосми их колдуны зрстили, д только глз у меня теперь куд кк острее стл.

— Он, что ли? — моншек тетке говорит. — Больно тощ девк-то!

— Зто двужильня! — Тетку подобным не сбить. Он н рынке смую горлстую торговку перекричит и грош медного не переплтит, всегд цену сбить сумеет.

И тут меня словно обухом огрело — д ведь они ж покупть меня пришли! Про то, чем эти рыцри хвленые в своих змкх н севере знимются, среди моих товрок только шепотом говорить и осмеливлись. Быть проднной в Орден Звезды — то хуже смерти, говорят. И судя по тому, кк н меня трое громил уствились, првду говорят.

Я мешкть не стл Звязки н кошеле рспустил-и все деньги им в морды! А см — бежть. Позди тетк зорл, точно ее режут...

Н улицу выскочил, квртл нш пробежл, ног под собой не чуя, второй, третий... А дльше куд? К учителю своему толкнулсь — дверь н зпоре, нет его Потщилсь дльше, к докм, в порт — тм хоть кто-то знкомый был. Девицм тмошним я дорогу никогд не перебегл (хотя морячки — улов смый что ни н есть желнный!), думю, пересижу хотя бы день, звтр у учителя совет спрошу.

Д только не судьб мне был в тот день куд-то добрться. Потому кк хрмовники нрод и тк мутили — дескть, Орд з грехи нши нслн, з волшбу непрведную д з рзврт, — сегодня всерьез з дело взялись. И жрецы, и воины хрмовые — все н улицы повлили Орд Рыцрский Рубеж прорвл. И кричт: только ежели колдунов перебьем, девок непотребных н глубоком месте утопим, тогд лишь смилостивятся Боги Истинные, Хедин и Ркот, снимут проклятие, исчезнет Орд...

И нрод точно последнего ум лишился. Хлынули все из своих щелей, точно мурвьи земляные н тухлятину. И нчлось...

Герберт-погодник зтоптли. Дом подожгли. Жене подол прямо н мостовой н голову звернули и, никого не стесняясь, нчли няривть...

И зкипело тогд все у меня внутри тк, кк н тетку никогд не кипело. Гды вы недоношенные, думю, куклы вы погные, вертят вми эти жирные тври из хрмов, кк хотят! Сми же первые ко мне лезли, теперь — «потскух!» вслед орут...

Узнли меня, естественно. И погнлись А повел толпу ккой-то в жреческой мнтии, но только куд ж им з мной угнться! Я через один збор, через другой, между срями — и вот уже н другой улице. Поворот, один, другой, третий, — и двйте, догоняйте! Если сумеете.

Н следующей улице поспокойнее было, но только до времени. Вдруг нвстречу мне Мирн бежит. Лучшя подруг, можно скзть, мы с ней всегд друг другу помогли, клиентов подлвливли; бежит он нполовину уже ободрння, лицо в крови, половины подол кк не бывло, з ней — целя толп. И мужики, и ббы, и жрецы, и воины хрмовые...

И тут: «Ярьк!» — это Мирн меня увидел. Толп ее уже почти нгнл.

Тври вы все, думю. Лдно, будет вм от Ярьки прощльный привет! И вдруг, словно по зкзу, все, что мне учитель объяснял, ккуртненько тк в голове у меня выстривется.

Я им и врезл. От души. Со всего рзмх. Потому что знл — все, больше мне уже не жить. И сил экономить не стл

Двлин с топором в рукх повернул з угол, стремясь туд, где особенно громко слышлся рзъяренный рев толпы. Н сей рз он успел вовремя — толп еще ничего не успел сделть с двумя жертвми, совсем молоденькими девчонкми, едв ли стрше пятндцти лет. Одн из них, чуть пострше, чернявя, был уже вся окроввлен, вторя, тоненькя, словно стебелек, с дивно льющимися волосми чистого червонного золот, в ветхой некзистой одежонке, внезпно и резко вскинул руки.

В следующий миг мостовя под ногми у смых ретивых поимщиков встл дыбом. Кмни полетели в рзные стороны, норовя при этом попсть не куд-нибудь, по головм. Несколько человек с воплями упли, рсползясь окрчь в стороны. С полдюжины провлились во внезпно рзверзшуюся под ногми кверну, и теперь оттуд слышлись отчянные крики боли и ужс. Губы земли сходились, однко тут вмешлсь другя сил, незмедлительно ннесшя контрудр.

Счстливо избегнувший и кмней, и провл жрец в светло-голубом одеянии служителя Ркот не стл делть никких вырзительных жестов. Его голос, произнесший ккое-то священное зклятие, прогремел, точно глс неистовой бури; жемчужное сияние тотчс окутло рспхнувшийся провл, и через него в мгновение ок окзлся переброшен призрчный мост.

— Вперед! — взвыл жрец нечеловеческим голосом. Толп послушно повлил з ним.

Двлин опередил служителя Ркот н одно-единственное мгновение. Удр гном был точен, стремителен и короток. Лезвие секиры рссекло бедро жрецу, тк что тот с воплем повлился н мостовую.

— Бегите! — не оборчивясь, рявкнул гном девчонкм.

— Беги, Мирн! — услыхл он тоненький голос.

Золотоволося решительно оттолкнул свою чернявую подружку и шгнул вперед. Руки ее тк и мелькли. Он готовил толпе еще один подрок.

И толп это понял. Нрод попятился, однко хрмовые воины, увы, окзлись не робкого десятк. Выствив вперед короткие копья, они двинулись н гном.

Взмх секиры оствил дв древк без нконечников.

— Д беги же ты, дур! — рявкнул Двлин з миг до того, кк рсполовинил щит смого резвого из хрмовых воинов.

— Никуд я не побегу! — отрезл девчонк и, прежде чем ей успели помешть, швырнул в нпдющих еще одно зклятие, не менее впечтляющее, чем первое. Сверху, с ясного и чистого летнего неб, внезпно низринулсь ветвистя и слепящя молния, опутвшя, словно чудовищный пук, блестящими нитями смертельной путины одного из хрмовников. Зпхло пленым, тело тяжело грянуло оземь. В толпе кто-то истошно звизжл.

— Убил-! Убил! Хрмовник убил!

— Бежим! — Воспользоввшись всеобщим змештельством, гном схвтил девчонку з руку и потщил з собой. Вслед несся многоголосый вой толпы.

— Д пусти же ты, увлень! — Девиц вырвлсь, едв только они звернули з угол. — Двй з мной! Инче они нм быстро кишки по мостовой рзмжут!

Он ловко нырнул в незметную со стороны щель между двумя домми.

— Сюд! — Девчонк с нтугой приподнял деревянную крышку ккого-то люк возле боковой стены здния. — Сюд, з мной, вниз!

Не рздумывя, Двлин спрыгнул в кромешную темень.

Они успели вовремя. Вскоре нд головми протопл не зметившя крышки погоня.

— Уф! — выдохнул девчонк, когд топот стих в отдлении. — Ушли, кжется. Теперь, нверное, отсидимся.

— З что они тебя?

Двлин н ощупь отцепил от пояс фляжку и сунул ее прямо в руки спутнице. В подвл хоть и с трудом, но все же пробивлся солнечный свет. Стоя прямо под люком, можно было рзличить очертния близлежщих предметов.

— З что, з что... — спутниц Двлин усмехнулсь -совершенно не по-молодому. — Зчем спршивешь, гном?... Тебе ккое дело?...

— Двлином этого гном прозывют. А рз спросил, знчит, есть дело. Мы, Подгорный нрод, по-пустому языкми не чешем. Аль не знешь?

— Зн-ю... Меня Яриной зовут. Я... это... колдую немножко.

— Тк и знл. Р-родгр! Избезумился нрод совсем.

— Хорошо б твой Родгр нм из город выбрться помог...

— Родгр тому подмог, кто см себе помогет. Что ты умеешь? Кроме того, что я уже видел?

— Д не тк чтобы много... Тм, н улице, это, нверное, от стрх получилось, — признлсь Ярин. — Тк, больше по мелочм. Огонь вызвть... потерявшуюся вещь нйти... узнть, что человек сейчс думет... рзговор издлек подслушть...

— А боевые зклятья? То, что я видел...

— Это и впрямь с перепугу. Я не вру! Честное слово!...

— Верю, верю. Инче б не толп тебя гонял, ты — толпу.

— Убить... стршно...

— Когд тебя к стенке припрут, то бояться поздно уж будет. Тут ведь кк — или ты, или тебя. Опрвдывться в Коронном Суде можно.

— Верно... — Ярин вдруг всхлипнул. — Ох, лихо! Что ж теперь будет-то?!

— Эй, не реветь! — строго одернул девчонку гном. — Из город я тебя вытщу. Клянусь молотом и нковльней, вытщу! А тм... У тебя есть куд идти?

— Не-ет...

— Тогд со мной отпрвишься, — решил Двлин.

— Куд? — испуглсь девчонк.

— Куд глз глядят, — невесело пошутил гном. — Я ведь тоже изгой. Не бойся! Где нш не пропдл... Гном и колдунья — это ж сил!... А если я еще друзей своих отыщу, то и совсем хорошо стнет.

— А что ж нрод кричит — Орд, мол, прорвлсь? Куд ж тогд бежть? Рзве что з море...

— Э-э, Ярин, видел я эту Орду. Видел ее, дрлся с ней и людей зню, которые всю жизнь под ней прожили. И ничего. В Лесном Пределе, н свободных хуторх. Не смое это стршное... — здумчиво окончил Двлин. — Однко не пор ли нм отсюд выбирться?

— Может, лучше ночи дождемся? — робко предложил Ярин.

— Лучше-то оно лучше, только ночью н улицх одни птрули и остнутся. И ворот зкрыты будут.

— Ворот зклиннием открою, — уверенно зявил девчонк.

— Ишь ты!... Ну, тогд лдно. Двй устривться, что ли. Тут ничего нет, н что присесть бы можно было?...

Когд Двлин скрылся, Эльтр некоторое время молч стоял посреди комнты, прижв к груди крепко стиснутые кулки. Уход гном ломл все столь тщтельно рзрботнные плны, ведь Хисс мог появиться с минуты н минуту Великя Печть Вечного Короля, отц Эльтры, был уже совсем близко. Молодя волшебниц не могл ошибиться. Что ж, придется обойтись без гном. Ей предстоит упрвиться з двоих.

— Хеорт! Хеорт, не спи! Мы выходим.

— Я готов, Прекрснейшя!

— Вот и хорошо. Хисс уже где-то рядом. Идем в гвнь.

Юнош попрвил меч у пояс.

— И вспомни все, чему тебя учил твой почтенный бтюшк, — посоветовл спутнику Эльтр. — Пригодится. Без мгии Хисс не взять. Пусть у него нету жезл, зто Печть имеется. Повелевть ею он едв ли сможет, но если ему удстся выпустить н свободу зключенную в ней силу...

— Полгород рзом снесет? — предположил Хеорт.

— Если не весь, — подтвердил Эльтр. — Тк что нм нельзя ошибиться, друг мой! Юнош резко кивнул.

— У меня с Хиссом свои счеты. Когд Печть окжется у меня, можешь делть с этим змеем все, что зхочешь. Хоть н куски режь.

Они торопливо шгли к гвни. Эльтр стрлсь не смотреть по сторонм. «У тебя есть другое дело, — сжв зубы, твердил он себе. — Очень, очень вжное дело». Если змеиному црю удстся скрыться с Печтью короля Эльфрн, то одному Великому Орлнгуру ведомо будет, сколько воинов — сородичей Эльтры — пдет в битвх и скольким женщинм ее родины придется уйти Вниз для того, чтобы восполнить потери...

Сжв зубы, он шл мимо мертвых тел, влявшихся н мостовых грудми окроввленного тряпья; мимо рзгрбленных домов с выбитыми окнми, чстично выгоревших, выствивших н всеобщее обозрение черные внутренности; мимо рзброснного по мостовой нехитрого скрб, изломнного и рстоптнного...

Девочк лежл ничком, обеими ручонкми крепко держ большую куклу, облченную в нрядное розовое плтьице Игрушк был не из дешевых, ее делл нстоящий мстер... «Превеликий Эльфрн, о чем я сейчс думю! — ужснулсь Эльтр. — Он же умирет, эт млышк, я... я рзглядывю ее куклу, уже и тк мертвую...»

Нверное, это был некя попытк зщититься, не думть об уродливой и подлой смерти, постигшей только-только нчвшее жить веселое существо. Эльтр стремительно нгнулсь нд лежщей. Он не ошиблсь — нд головой девочки, нд стрнным обрзом не рстрепвшимся венчиком темно-русых кос все еще слбо трепетл незримя для глз смертных тень сознния. Млышк был еще жив, но жизнь ее стремительно уходил — с кждым мгновением.

Хеорт с недоумением воззрился н Прекрснейшую. Зчем он мешкет? Они не могут остнвливться возле кждого труп.

— Дурень, он жив! — яростно бросил в ответ н недоуменный взгляд спутник Эльтр. — Не стой чучелом! Если умеешь, помогй! Мне ндо удержть ее душу!

Хеорт торопливо кивнул.

Эльтр осторожно положил лдонь н еще теплый зтылок. «Не уходи», — просил он. «Остнься», — умолял он. «Тебе еще рно туд», — убеждл он...

И чувствовл, что терпит поржение. Мленькя и чистя душ ребенк уходил все дльше и дльше в пределы Серых Стрн, откуд смертным нет возврт.

«Я все рвно не отступлюсь! — вырвлся у Эльтры яростный беззвучный крик — Все рвно верну тебя! Ты стнешь моим Кором!»

Коры — Спутники, н языке людей, — могли жить только в непосредственной близости от своего создтеля. День, не больше, выдерживли они, не видя того, кто подрил им жизнь.

И душ умирющей зтрепетл, подчиняясь могучему и влстному зову, повлекшему ее нзд, к беспомощно лежщему телу.

Девочк открыл глз.

— Мм?

У Эльтры перехвтило горло. Этого он никк не ожидл.

— Я знл, мм, что ты нйдешь меня, и дже не убегл. Мне было стршно, но я знл, что если они схвтят меня, то ты вернешься... — пролепетл девочк. Рн н спине зтягивлсь, подчиняясь зклятьям Эльтры; Хеорт помогл, кк только мог.

— Все будет хорошо, — только и смогл выдвить из себя молодя волшебниц. В горле у нее по-прежнему стоял ком — у нее, холодной, рфинировнной эльф-рнской принцессы, стршей дочери Вечного Короля! (И зчем только мть решил привести в мир еще и млдшую сестренку Эльтры? Ее привел, см ушл Вниз... Отец до сих пор тк и не опрвился от удр.)

— Все будет хорошо, — повторил он, когд девочк поднялсь, крепко вцепившись в руку волшебницы. — Все будет хорошо, теперь тебе ндо немного поспть...

Глз спсенной тотчс зкрылись. Првд, со стороны этот сон мог бы покзться стрнен — девочк шл, кк привязння, з Эльтрой и Хеортом, обходил препятствия, поворчивл, когд нужно, нпрво или нлево, но при этом крепко спл...

Создтель имел бсолютную влсть нд своим Кором.

Я стоял н ртушной площди Глен — Глен Светлопенного, кк торжественно именовли город его обиттели. Похоже, сегодняшний день здесь был недобрым. Кое-где лежли бездыхнные тел, несколько нрядных домов, удостоенных чести выходить фсдми н глвную площдь, изглодл огонь. Неприятель? Орд? Нет, сми люди. Что ж, пусть рзбирются. Это не мое дело. Хвтит и того, что я спс человек по имени Аргнист. Пор подумть и о себе. Зглянем-к в здешние прослвленные хрмы!...

Я ничем не выделился бы в людской толпе. Рзве что голым, совершенно лишенным волос черепом, — местные обиттели все кк один носили прически. Првд, мне почти никто и не встретился — несколько рывшихся в брошенных домх мродеров не в счет. При виде меня они тотчс бросились нутек, словно перед ними появилось невесть ккое чудовище. И чего 4испуглись, в смом-то деле? Оружия при мне нет, дел до них никкого тоже...

Хрм открылся внезпно. Я не ожидл его появления, и это мне весьм не понрвилось. Силу этого мест я должен был ощутить з несколько квртлов, вместо того он обрушилсь н меня, когд я повернул з угол и окзлся прямо перед громдным строением.

Хрм Ркот Грозного.

Внушительно, что и говорить. Людям должно нрвиться. Они любят, когд есть перед чем трепетть и чему поклоняться.

Две бшни из непроглядно-черного кмня уходили ввысь, вздымясь нд городом. Глдкие, без окон и без бойниц, зкнчивющиеся отполировнными острыми нвершиями исполинского рзмер, они нпоминли вонзенные в небесную синь копья. Между ними н высоту полутор десятков сженей (сжень в этом мире рвнялсь среднему человеческому росту) вздымлсь полукругля рк из белоснежной «кменной кости». Арк вел внутрь, в глвный молельный зл, где стояли лтрь и сттуя Восствшего.

Больше тм ничего не было. Голый мозичный пол из чередующихся черных и белых крестов. И — пустот.

— Д нет, кое-кто здесь все ж имеется, — рздлся позди меня спокойный и негромкий голос.

Я резко обернулся. Кк же тк, ко мне подкрлись со спины, я дже ничего не почувствовл!

— Ты и не мог ничего почувствовть, Губитель, — услыхл я.

Немолодой стройный мужчин с зметной проседью в темных волосх. Острое, хищное, ястребиное лицо. Глубоко посженные глз.

— У меня для тебя есть дело, Губитель, — скзл он, плотнее зпхивя плщ. Не из простых, кстти, его срботли феи, или я уже ничего не понимю в тких вещх. (Только потом я понял, что пмять нчл возврщться ко мне именно в эти минуты. Я вспомнил, кто ткие феи...)

Я молчл. Этот человек — вернее, Нечто, соблговолившее принять его форму, — стл бы великолепным Вргом. Для того чтобы взять нд ним верх, потребовлись бы все мои силы и все искусство. И шнсы у нс, кк мне покзлось, были бы совершенно рвными.

Собеседник првильно понял мое молчние.

— Не хочу тебя ни к чему принуждть силой, Губитель. Хотя и мог бы. Я зню, кто ты, откуд ты взялся, кково твое нстоящее имя и кто ткя Цриц Теней. Догдывюсь ткже, кто ткой Возрождющий... Только догдывюсь, ибо по Зкону Рвновесия не могу знть всего. Но тебе, поверь, все знть вовсе необязтельно. Впрочем, если ты все же пожелешь, я открою тйну — после того кк ты спрвишься с Ордой. Тебе не соствит труд сделть это.

Я понял, кто передо мной. И, увжя величие нстоящего Врг, молч склонил голову.

— Ты мечтешь о поединке со мной, — с легкой грустью в голосе произнес Врг. — Поверь, я тоже. И если тебе удстся сделть то, о чем я прошу, клянусь Великой Тьмой, мы скрестим мечи.

Понятно, что о мечх он говорил лишь иноскзтельно.

— Торопись, Губитель, — услыхл я н прощние.

Хрм опустел.

Пок Двлин с Яриной отсиживлись в подвле, Эльтр, Хеорт и воскрешення девочк Кор шли в сторону гвни. Вскоре следы погромов исчезли: в бедных припортовых квртлх нечего было грбить и некого топтть. Нрод отсюд подлся ближе к центру Глен, подхвченный общим безумием, и улицы опустели. Не видно было дже клек и нищих.

Молодя волшебниц шгл, зкусив губу. Усилием воли он зствил себя збыть дже о спсенном ребенке. Хисс — вот что сейчс глвное. Если он не добудет Печть... И зчем только Эльстн нложил ее в этом проклятом Холме Демонов?!

Нконец перед глзми блеснул мслянистой зеленью вод гвни. Длинные пирсы тянулись впрво и влево, нсколько мог окинуть взор, однко корблей было необычйно мло. При первом же известии о том, что Орд прорвл Рыцрский Рубеж, множество горожн посостоятельнее предпочли отпрвиться в длительное морское путешествие, и притом немедленно. Многие кпитны в этот день обогтились...

В глухом углу порт, обрзовнном тремя сходящимися причлми, в стороне от немногих оствшихся судов, угрюмо зстыли корбли Змеиного нрод. Пузтые, крутобокие, они отличлись не крсотой и быстроходностью, своей устойчивостью перед любыми штормми и ургнми Срединного и Льдистого морей. Их борт были выкршены ярко-желтой крской, из-з чего суд резко выделялись н коричнево-сером фоне, причлов, доков и склдов. Корбли стояли пришвртовнные к береговым кнехтм, однко трпы были убрны. Ни н пирсх, ни н плубх не было зметно ни одной живой души.

— Может, они все в город подлись? — предположил Хеорт. — Этим ведь тврям погрбить — первейшя рдость!

— Едв ли, — покчл головой Эльтр. — Горожне бы тогд рзом про колдунов збыли, з Змеиный нрод взялись бы. Нет, они тм, н корблях. Прячутся. Ждут чего-то, я чувствую...

— Уж не Хисс ли, змеюку мерзючную? — пробормотл себе под нос прень, в свою очередь сотворяя ккое-то зклятье.

— Ты осторожнее тут с чродействми! — одернул юношу Эльтр. — Хисс ткое з милю почует. Стой спокойно! Я пострюсь его подмнить... тогд уж тебе придется порботть. Боевые зклятия — вот чего он ждет. Тк что придется обойтись без них. Спрвишься?

— Увидишь, Прекрснейшя, — твердо ответил юнош.

Они стояли возле смого угл строго, полурзвлившегося брк. Доски посерели от дождей, в стенх зияли широкие щели. Эльтр, прищурившись, нпряженно вглядывлсь в воду возле бортов корблей Змеиного нрод; Хеорт же с неожиднным интересом ни с того ни с сего принялся рссмтривть щели в стенх сря. Рук медленно легл н эфес, пльцы сжли резную рукоять. Все это происходило нстолько медленно, что кзлось, прень боится спугнуть ккого-то чуткого зверя.

Клинок дюйм з дюймом пополз вверх.

Эльтр по-прежнему смотрел н глдь мутной воды между пирсми.

— Ух! — Хеорт со всей силы ткнул мечом в щель между доскми сря. Рздлось яростное шипение, и ветхя стен тотчс рухнул. Хисс прыгнул, зжимя лпой рну н левом боку.

Хеорт успел отскочить, однко его второй выпд пропл дром: змеиный црь ловко извернулся и клинок понпрсну пронзил пустоту.

Прежде чем Эльтр успел хоть что-то сделть, Хисс и Хеорт уже поктились по доскм. Об, окзывясь сверху, норовили стукнуть друг друг головой о нстил. У Хисс это получлось явно лучше.

Волшебниц бросилсь к ним, н бегу поднимя првую руку. Он готовил смое стршное, смое убийственное свое зклинние, однко, прежде чем волшб пошл в ход, из-з угл спокойной, ровной походкой появилсь Кор. Глз девочки были по-прежнему зкрыты, но тонкие пльчики сжимли короткий серебристый нож.

Хисс в очередной рз окзлся нверху. Из рны н боку змеиного цря обильно хлестл кровь, однко он, кзлось, совершенно не змечл этого. Кулк Хеорт врезлся в горло Хиссу, но тот лишь коротко всхрпнул. Он пытлся отодрть нкрепко вцепившиеся в него руки юноши, потому что н корблях его уже зметили. Н плубу один з другим высккивли лучники.

Девочк удрил спокойно и рсчетливо, словно опытный воин. Серебристый клинок вошел в основние шеи Хисс, тврь рзом обмякл, рухнув н пирс, точно мешок с костями.

— Печть!... — Эльтр нлетел н поверженного, точно вихрь. — Тщи его прочь, Хеорт!...

С корблей свистнули первые стрелы. Нцелення прямо в спину волшебнице вспыхнул еще в полете, однко другя вошл Хеорту в зтылок по смое оперение.

Глз девочки Кор широко рскрылись. В них теперь билось диковинное серебряное плмя, эти глз могли приндлежть кому угодно, но только не человеческому ребенку. Сейчс в них был смертня боль, словно чужя стрел достлсь ей, не Хеорту... Пльцы мленьких рук стремительно сплелись в сложную фигуру и тотчс рсплелись вновь. Тело юноши рухнуло н пирс, но нд окроввленным лицом вспыхнул призрчный костер. Серебристые языки плмени зплясли, рздвигясь, словно тетрльный знвес, и между ними стл видн рдостня, зеленя долин меж синими громдми гор. Эльтр успел рзглядеть извилистый росчерк реки среди кудрявых рощ и стремительно мчщееся в этот мир существо — прекрсное, крылтое, быстрое... Н лету оно обернулось, и Эльтр невольно вздрогнул — у летящего было лицо Хеорт...

Волшебниц пришл в себя. Сейчс ею влдел темня ярость. Он выпрямилсь, глядя прямо в лиц стрелков; Эльтру тотчс же окружил воздушный огненный хоровод — стрелы вокруг нее вспыхивли одн з другой.

— Тоилс, энно!

Ближйший к пирсу корбль с грохотом рзломился пополм. Борт рссекл трещин, рухнул мчт, нос и корм встли дыбом, стремительно уходя под воду. Здесь, в порту, глубин был невелик, тк что морякм Змеиного нрод не угрожл опсность утонуть.

З первым корблем последовл второй, з ним — третий; тонко верещ от ужс, змеелюди плыли кто куд.

По телу Хисс прошл внезпня дрожь. Зеленя лп дрогнул, поверженный пополз к крю пирс

— Ну нет! Сперв Печть! — в глзх волшебницы полыхл темный огонь.

Ее удр был стршен. Он дробил кости и рвл плоть, выжимя жизнь из этой кучи мяс. Хисс вдвило в доски, вновь брызнул его зеленовтя кровь; он змер, весь стрнно-плоский, словно рздвлення колесом телеги ящериц.

Эльтр нклонилсь к остнкм. А когд выпрямилсь, н ее лдони тусклым золотом мерцл тонкий ободок Печти.

— Уф!... — вырвлось у принцессы Дело было сделно. Он поднял глз — ее Кор куд-то исчезл. Тело Хеорт — тоже.

Короткие мгновения вместили в себя слишком много событий. Эльтр поспешил прочь с пирс; девочк Кор, чьего имени волшебниц тк и не успел узнть, мирно поспывл тм, где ее и оствил принцесс — в укромном зкутке, скрытом от посторонних глз еще и отводящим взоры зклятием.

А в небе нд головой волшебницы описывл круги коричневокрылый сокол.

Нд истерзнным Гленом медленно сгустилсь ночь. В подвле, где укрывлись Двлин и Ярин, стло совсем темно.

— Ну все, пошли. — Гном поднялся, рзминя ноги. — Не могу я больше в этой крысиной дыре сидеть. Зсов-то и впрвду откроешь, крсвиц?

— Тк инче зчем и идти? Лучше уж смим хрмовникм сдться, — откликнулсь Ярин.

Между домми црил тьм. Првд, беглецм он не мешл — Ярин сотворил несложное Зклятье Ночного Зрения, и теперь они видели окружющее, првд, все предствлялось серым и бесцветным.

— Двй сперв ко мне, — предложил гном. — Проверю, может, мои спутники н месте. Тогд нм всем вместе куд легче будет.

По улицм топли лишь птрули королевской гврдии и хрмовых воинов Не было видно дже ни одного подвыпившего гуляки — Глен зтился, приходя в себя после безумного и стршного дня.

Гостиниц, в которой остновились Эльтр, Хеорт и Двлин, стоял тихя и темня. Не горел дже всегдшний огонек нд дверьми. Окн комнт злил чернот.

И прдня дверь, и дверь черного ход окзлись зперты, но гномы недром слывут лучшими взломщикми. Двлину потребовлось лишь несколько секунд, чтобы открыть тяжелый и сложный змок. Гном и Ярин прокрлись через кухню, поднялись н второй этж...

— Ушли, — шепотом сообщил спутнице Двлин, вернувшись. — Что ж, будем выбирться сми...

Гном не стл ломть голову, куд делись Эльтр с Хеортом, ткже весь бгж молодой волшебницы. В свое время, если повезет, он все выяснит, пок что ндо уносить ноги из Глен!

С птрулем они столкнулись всего рз. Дв отряд хрмовников зжли их в кменном ущелье переулк, и не было ни одной крысиной щели, куд можно было нырнуть; Ярин не успевл сплести Зклятье Невидимости, и оствлось только одно — дрться.

Првд, птрульные не ждли нпдения. Земля внезпно встл н дыбы у них под ногми, топор Двлин довершил дело. Гном и девушк прорвлись сквозь строй вргов и рстворились во тьме.

Они добрлись до ворот рньше, чем туд доктилсь поднятя уцелевшими хрмовникми тревог. По ночному времени железные створки зпирл железный же брус толщиной в дв человеческих тел, однко Ярине хвтило мгновения, чтобы зствить неподъемную болвнку отдернуться в сторону, словно испугнный зверь. Створки бесшумно повернулись н хорошо смзнных петлях — слух его величеств всегд оскорблял скрежет ржвого желез, и потому петли содержлись в обрзцовом порядке. Две тени выскользнули из ворот и не зметили, кк з ними следом скользнул еще одн...

Я не помню, кк и в кком облике покинул Глен. После встречи в хрме все внутри терзл огневеющя боль, мло-помлу зтихвшя, и я знл, что вскоре он вовсе исчезнет, кк знл и причину, ее породившую. Последний привет от моего Врг. Врг, рвного которому я не встречл еще ни в одном мире. Врг, с которым — придет день! — встречусь н смертном поле, и этот поединок зствит трепетть смые глубинные основы Упорядоченного!

Но для этого мне ндо исполнить его просьбу. Покончить с Ордой. Почему-то мой Врг не зхотел сделть этого см. Он ссыллся н Зкон Рвновесия... Быть может, не зню. Д и не хочу знть. Рдость Губителя в сржениях, его отрд н поле брни — знчит, чтобы приблизить долгожднное, зймемся пок Ордой. Тем более что Врг прв, и это действительно не зймет у меня много времени.

Я пришел в себя н тихой лесной дороге. З спиной солнце плвно устривлось н вечерний отдых в сизых облчных перинх. Где-то рядом перекликлись птицы. И где-то рядом был Орд. Првд, в ней я не нуждлся — я не собирлся гоняться з всеми этими тврями по просторм Северного Хьёрврд. Одно гнездилище Орды — то смое, под Холмом Демонов, — я рзорил. Оствлось нйти и уничтожить остльные. Я не сомневлся, что спрвлюсь с этим смое большее з дв солнечных дня этой рельности.

Дорог уходил н север. Я решил немного пройтись, пок не нщупю ближйшее подземное гнездовье.

— Мм, мм, ну что же ты плчешь? А где... где мой бртик? Он же с тобою был? Где он? Ушел? Куд? А когд вернется? А мы пойдем с тобой н реку? Нет? А н море? Мне тк хочется...

Мленькя Кми весело прыгл вокруг Эльтры. Волшебниц всхлипнул в последний рз и кое-кк вытерл слезы лдонями. Зклятия, что привело бы ее лицо в порядок, он не могл сейчс вспомнить.

Хеорт погиб... Кто же мог знть, что это нстолько сильно скжется н ней, холодной эльфрнской деве, никогд доселе не питвшей особо теплых чувств к человеческому роду? Длеко в прошлом остлсь т ндмення гордячк, что црственно вплыл в горницу Аргнист. Больше ее не было.

Тонкя, с полупрозрчной мрморной кожей рук Эльтры легл н зтылок девочке. Кми-Кор... Вечня Спутниц... Говорят, один лишь Кмень Эльфр-н, Кмень Тоэй, способен дть Спутнику свободу. Но тогд Кми все рвно остнется в Эльфрне — ни смертные, ни гномы, что прихотью судьбы окзывются тм, никогд не возврщются в свои родные мест. Тк глсит Вторя Зповедь, непосредственно вытекющя из Первой, Смертной...

Больше Эльтре было нечего делть в Глене. Он догдывлсь, что ккя-то стршня ндмировя сил пришл ей н помощь в решющие мгновения схвтки с Хиссом — инче змеиный црь вполне мог ускользнуть. Но все кончилось блгополучно; Тоэй дст ответ, кто помог Эльтре, и он отблгодрит совершившего это. А Кми... что ж, Эльфрн, прво же, длеко не смое худшее место н свете.

ГЛАВА VI

Аргнист тяжело дышл, отдыхя после бешеной скчки. Строму сотнику вновь удлось вывести свой отряд из-под удр. Полчищ брюхоедов, стеноломов и прочей тври остлись позди. Можно было чуть-чуть передохнуть — остудить коней, потом их выпоить, здть корм... Если пдут кони (з своего Локрн Аргнист не боялся, но у остльных смые обычные клячи), живым не уйдет никто. Орд висит н плечх, и счстье еще, что среди ее чудовищ нет нстоящих бегунов.

После того кк неведомый призрчный воин смел и втоптл во прх всю нступвшую н Гэср Орду, Аргнист не перествл ломть голову нд этой тйной. Неведомый воин — откуд он взялся? Почему его лицо, когд он вновь принял человеческое обличье, покзлось знкомым?

Третий день мля дружин Аргнист уходил н юг. Держться в Гэсре больше не было смысл — Орд прорвл Рыцрский Рубеж много восточнее погрничной крепости, после чего целые рмды чудовищ устремились срзу и н полудень, и н восход, и н зкт, легко сметя осттки зщитников юг. Ловким обходным мневром Орд отрезл Аргнисту путь отход в Ар-н-Ашпрнг; ничего не оствлось, кк отступть к побережью

Вместе с отрядом ехл и достопочтенный Иеронимус — ехл мрчный кк туч. Аргнист см не знл, зчем тщит с собой этого толстого монх, который н кждом привле осыпл сотник черной подсердечной брнью, крич, что через тких в Орден и прокрлсь измен, что из-з тких боги и отвртили от Глен лики свои, что из-з тких весь нрод, сколько ни есть, стнет ордынской сытью... Аргнист не препятствовл. Он мог убить монх в любой момент голыми рукми, но почему-то лишь усмехлся, слушя зковыристую брнь, что еще больше рспляло почтенного отц-эконом...

Вместе с отрядом н юг шли бежне. Уходили все, от мл до велик, тщ з собой скотину. Кто мог, вез и домшнюю птицу. Орде не оствляли дже шелудивых псов. Позди, з спинми рстянувшейся н лиги и лиги скорбной колонны, охрняя ее хвост, ехли воины Аргнист. Его млый гэсрский отряд рзросся-к нему прибилось до пятидесяти воинов из рзгромленных восточных фортов. Теперь под нчлом строго сотник и впрямь состояли десять десятков конников. Однко с ткими воякми нельзя было дже и помыслить о том, чтобы ннести ответный удр по Орде. Дрться с ней южне не умели. А пок выучтся — сколько еще нроду в землю ляжет?... Эх вы, хуторские! Д собери он, Аргнист, ополчение хотя бы десяти-пятндцти хуторов в пределх дня пути от его собственного — и можно было бы уже пощупть ордынское подбрюшье!

Отступя, о чем только не передумешь. И глвное, конечно, — что ж теперь будет? Орд ведь и впрямь оствит от Гленского королевств одну большую пустыню. А тогд не устоять и свободным хуторм. Одни гномы в своих горх, пожлуй, отсидятся... У сотник сперв дже мелькнул мысль пробивться в Ар-н-Ашпрнг, но потом он вспомнил лиц гномов — стржей ворот и отбросил пустые ндежды. В неприступную горную крепость бежн бы просто не пустили.

Идет, идет, громыхя н колдобинх, длиння колонн. Мычт коровы, плчут дети, взрослые молчт.

Потому кк знют — впереди только море. И корблей н всех не хвтит — д и куд н них плыть, н этих корблях-то?

По всем южным землям, от злив Большой Рог до Погибельного Лес, по влдениям Светлопенного Глен и спесивых бронов Фейн, првителей крошечных княжеств и герцогств полуостров Крт и свободных общинников к югу от Снежного Змк неслсь стршня весть. Орд прорвл-тки Рыцрский Рубеж и с кждым днем все шире и шире, точно зтопляющя все и вся приливня волн, рстеклсь по стрне. А вместе с Ордой ползли стрх и безумие. Хрмовые жрецы немедленно объявили, что все это — Божья кр з грехи и неверие; охвченные ужсом и яростью толпы по всему югу жгли дом «колдунов» — нстоящих или же тех, кто просто кзлся тковыми. Кое-кто из волшебников — особенно из тех, что помоложе, посильнее и, кк следствие, поглупее, — попытлся сопротивляться. Однко несколько убитых ими при смозщите погромщиков были немедленно объявлены в хрмх святыми великомученикми, ныне восседющими одесную или ошуюю смих Новых Богов, и это лишь подлило мсл в огонь. Чродеи пострше предпочли бесчестное бегство.

И лишь хозяин Снежного Змк ничуть не был этим обеспокоен.

Эльтр и Кми беспрепятственно выбрлись из город, пок Двлин и Ярин все еще торчли в погребе, по Глену метлись обезумевшие толпы погромщиков. Чсто волшебнице приходилось зклятьем зкрывть глз девочке, чтобы он не видел всех ужсов этого дня. Обмнуть ложным видением стржу окзлось совсем нетрудно.

Ночь принцесс и девочк встретили под открытым небом.

— А зчем нм с тобой все эти постоялые дворы? — здорно предложил Эльтр. — Мы и тут устроимся не хуже!

— Кк, кк это, мм?! — тотчс стл дергть ее з рукв Кми.

— А вот сейчс увидишь...

Зклятия Эльтры в один миг соткли из ночного сумрк уютный сухой шлш.

Звездные лучи, собрнные лдонями волшебницы, нполнили неярким уютным светом прозрчную стек-ляницу. Еду, првд, эльфрнскя принцесс вот тк просто сотворить не могл. Путницм пришлось довольствовться тем, что остлось в зплечном мешке молодой волшебницы.

Н следующий день Эльтр рссчитывл добрться до тех мест, где уже можно будет позвть ее грифон.

— З нми вроде бы следит кто. — Ярин озирлсь по сторонм, однко в окружвшем мрке ничего невозможно было рзличить, несмотря н Зклятие Ночного Зрения.

Они стояли н пустынном большке. Ни впереди, ни позди ни единого огоньк. Мрк и темень, темень и мрк. И тишин.

— Следит, говоришь?! — Двлин мгновенно выхвтил топор. — И длеко, не знешь?

— Тихо ты! — шикнул Ярин. Он змерл, словно к чему-то прислушивясь. — Будешь тут болтть — я вообще ничего не услышу! Нишкни!

Двлин скривился, однко же умолк. Переминясь с ноги н ногу, он ждл довольно долго, прежде чем зтившя дыхние девчонк нконец встряхнул головой и выдохнул.

— Ой, двй-к отсюд скорее... Что-то очень стршное позди... ни рук ни ног, неведомя тврь... хорошо бы нм твоих друзей отыскть! А то я тут совсем ум от стрх лишусь.

— Д где ж их теперь нйдешь-то... — пробормотл Двлин, вспоминя про себя дорогу к тому месту, где Эльтр рсстлсь с грифоном. — Хотя шнс у нс еще есть... если я тропу не збыл.

— Тк веди ж тогд! — Ярин вцепилсь в руку Дв-лин. Ее бил крупня дрожь.

Эльтр почувствовл нелдное в глухой полночный чс. Чей-то холодный взор пытлся отыскть ее, Эльтру Эльфрнскую, н просторх окутнных тьмой земель Северного Хьёрврд. Волшебниц поспешно сел. Д, сомнений быть не могло — з ней следили.

Это было то, чего тк боялись все, от мл до велик, в Эльфрне. Слежк! Кто-то все же догдлся, кто он ткя. Ох, не ндо было вчер творить всех этих зклятий, не ндо! Для опытного чродея отследить сотворившего — пр пустяков.

В следующий миг он ощутил и соглядтев — совсем близко. Тври прятлись не слишком искусно. Д, вот они... три сгустк врждебной тьмы... три отвртительные черные кляксы... их помыслы грязны, дики, кровождны; но они думют о ней, Эльтре, и, пок это тк, он может видеть их.

Летучя мышь, крыс и кошк. Что ж, вполне достточно. Кждя тврь ядовит, кк тысяч смых стршных змей. Но н нее, Эльтру, этот яд окжет совсем иное действие. Он лишит ее воли, превртит в беспомощную куклу-мрионетку, и тогд он выдст своему новому хозяину все тйны зщитных зклятий Эльфрн...

Три комк тьмы были уже совсем близко. Не длее сотни шгов от сотворенного волшебницей шлш. Тври рзделились, нмеревясь нпсть с рзных сторон.

Что ж, если он, Эльтр, хочет и в смом деле вернуться домой, ндо удрить первой.

Тьму вокруг шлш пронзили десятки, сотни, потом и тысячи тончйших серебряных нитей. Незримые для глз смертных, они поднимлись из-под земли, сплетясь в причудливую путину. Эльтр, кк могл, ускорял их рост, еще немного — и ловушк будет готов.

Кошк первой почуял опсность. Черня, кк ночь, с горящими зелеными глзми, он осторожно крлсь среди густого подлеск, когд вдруг ощутил впереди ккое-то стрнное препятствие. Кошк остновилсь. Спин ее выгнулсь дугой, шерсть встопорщилсь; тврь ндолго змерл, принюхивясь и прислушивясь. Все дороги вперед были перекрыты.

Однко, пок кошк рздумывл, что же происходит и кк поступить дльше, среди трвы неслышной змейкой скользнул тончйшя серебристя нить. Мгновение — и он сплелсь вокруг левой передней лпы.

Кошк ощутил жгучую боль. Ккя-то сил потщил ее вперед, прямо в зсверквшее вдруг сплетение стрнных, лунного цвет стеблей...

Рздлось отчянное шипение. Зубы и когти кошки источли смертоносный яд, дымилсь земля, но ни клыки, ни отрв ничего не могли сделть с серебряными путми. Горло кошки сдвил тугя петля, шипение превртилось в тонкий предсмертный визг, полный ужс и боли, зтем и он прервлся.

Крысе удлось подобрться ближе. Ее внимние тоже окзлось поглощено неожиднно возникшей звесой, и он не зметил, кк позди неожиднно тускло зсеребрился призрк лймер — небольшой, но очень сильной и злобной собчки, специльно выведенной для охоты н крыс. Тупя морд, мощные челюсти, острые когти, шерсть густя и жесткя нстолько, что ее не могли прокусить дже смые здоровенные крысы...

Лймер бесшумно ринулся в тку. Крыс зметил опсность слишком поздно — черные зубы клцнули впустую, и в тот же миг хребет нездчливого шпион хрустнул в мощных челюстях пс.

Спрвиться с летучей мышью Эльтре кзлось проще простого. Совсем еще девчонкой он носил честно зслуженное звние Мстер Птиц. Тк неужто он не сумеет нслть ночного хищник?

Во мрке нд вершинми деревьев мелькнул большеголовя бесшумня тень. Соткнный из тех же серебристых нитей крупный филин упл н летучую мышь точно кмень. Острые когти впились в жертву, стршный удр переломл ей почти все кости; но, отчянно рвнувшись, рзорвння почти пополм летучя мышь упл вниз, в темноту, грудой безжизненных кроввых ошметков плоти.

Эльтр тихонько вздохнул, уронив гудевшие от нпряжения руки. Он преподл охотящимся з ней хороший урок. Ощущение слежки тотчс исчезло. Звтр он, нследня принцесс Эльфрн, сможет вернуться домой Бесцення добыч — Печть Вечного Короля — будет возврщен отцу. О Двлине он сейчс не думл.

Зто Двлин, нпротив, думл о ней неотступно. Они с Яриной бежли из город, дже не рзузнв, что случилось с Хеортом и Эльтрой; гном жестоко мучился угрызениями совести. Но возврщться туд сейчс было чистым безумием. Предствители Подгорного племени редко зглядывли в Глен — нет сомнений, его хорошо зпомнили. Что же делть, подскжи мне, Родгр?!

Но стрый бог Подгорного нрод молчл.

Они с Яриной збились в смую глубь непролзного ельник. Тких уже почти не остлось н обжитом юге, спутниц гном с трудом рзыскл не тронутый топорми уголок. Им повезло — он ншелся неожиднно близко от дороги. Тм они и зтились под корнями рухнувшего от стрости дерев. Двлин высек огонь: Ярин был слишком слб, чтобы добывть его волшбой. Он лишь немного поколдовл, чтобы укрыть плмя от любопытных глз.

Гном и девушк сидели тесно прижвшись друг к другу. Это вышло кк-то смо собой, случйно, и об внутренне удивились, вдруг обнружив, что Двлин зботливо укрывет Ярину полой плщ, девчонк, утртив н время всю свою ершистость, прижимется щекой к мощному, бугрящемуся мускулми плечу подземного жителя.

— Рсскжи о себе, — внезпно попросил гном и вторично см себе подивился. Его соплеменников судьб кого-то из людей зботил лишь в том случе, если это были торговые пртнеры. Д и см Двлин рньше никогд не интересовлся жизнью тех, что приходили делить с ним постель. Им от него было нужно только одно, и они это получли. Тк ккие тут еще рзговоры? Зчем?

Ярин ответил не срзу, долго смотрел в огонь... А потом зговорил — точно н исповеди. И рсскзл гному все.

— А что же теперь? — осторожно спросил Двлин, когд Ярин выговорилсь и умолкл, смущенно спрятв лицо в лдонях.

— Теперь? А что теперь? Куд глз глядят. Д только долго ли бегть-то? Орд, говорят, прорвлсь. Тк что, может, и бежли-то зря?

— Ничего, и с Ордой совлдем, пок духом не пли, — попытлся приободрить девушку Двлин. — Выдохнется Орд. Д и король нш, светлое величество, больше уже в Глене отсиживться не сможет. А мги у него при дворе первосттейные!

— Послушй, ты... ты же знешь, кто я... — внезпно сменил тему Ярин. — Знешь... и говоришь?

— Ну это-то здесь при чем? — удивился гном. — Судьб кждому может кулк покзть. Что ж в том ткого? Жизнь тк твоя сложилсь. Теперь вот по-иному повернулось. Стл ты свободн. Что хочешь, то и делй. А уж что ты решишь — другой вопрос...

Нутро Эльтр рзбудил слдко поспыввшую Кми.

— Мм? — пролепетл девочк, едв приоткрыв глзки. И тут же последовло умиротворенное: — Ты не исчезл... Ну д, я ведь был очень-очень хорошей, я просил, чтобы ты всегд оствлсь со мной...

— Конечно, Кми...

Грифон явился н зов тотчс, стоило Эльтре послть неслышимый для прочих зов.

— Ой! — Кми едв не бросилсь нутек. Эльтр с трудом успокоил девочку. Волшебнице отчего-то доствляло удовольствие делть это словми, не зклятьями...

— Его можно поглдить. — Принцесс подтолкнул Спутницу ближе к гордому зверю. Восторгм Кми не было конц, после того кк црственный грифон позволил небольшой лдошке пройтись по его гриве; он дже прикрыл глз от удовольствия.

— А теперь мы полетим. Я сделю тк, что ты не сможешь упсть, поэтому ничего не бойся!

— А я и тк ничего не боюсь! — последовл гордый ответ.

Вскоре грифон взвился в воздух, устремившись н зпд, к изломнной линии Тйных Гор, что уже высоко поднялись нд горизонтом.

Под крыльями рсстиллись зпдные пределы Гленского королевств. Мелькнули поля, пжити, покосы — мелькнули и исчезли, и вот уже внизу привольное течение широкого, медленного в низовьях великого Эгер. А вот покзлся Покинутый Берег, з ним, еще дльше, уже, считй, нчинются рубежи Эльфрн.

Крылтый зверь внезпно зклекотл, теряя высоту. Эльтр встрепенулсь, поспешно произнося слов проля. Ззвучл холодно-хрустльный голос, предписыввший незднице снизиться и идти через коридор Погибельного Лес.

Вот тк новость! Отец зкрыл воздушную дорогу в Эльфрн! Нверное, только он, его стршя дочь, д еще Ушедшя Вниз мть знли, кких усилий ему это стоило. Что ж, подчиняемся родительской воле!

Грифон недовольно зклекотл, однко послушно нцелился н крохотный свободный пятчок Покинутого Берег. Кми послушно уснул — Эльтр решил, что ребенку незчем глзеть н груды выбеленных скелетов и чудовищных обиттелей Погибельного Лес...

Невозможно было поверить, что Погибельный Лес сотворил т же грндиозня Сил, которя в свое время извял Звездный Зл Эльфрн. Взорм Эльтры предстл высокя стен темно-лиловых зрослей, не имевших ничего общего с рстущими в Северном Хьёрврде деревьями и кустми. Глдкие, лишенные коры ветви обтягивло нечто вроде звериной кожи; кждя ветвь зкнчивлсь длинным, остро отточенным когтем толщиной в руку взрослого мужчины. Кзлось, из земли рстет целое полчище когтистых лп, постоянно шевелящихся, точно под сильным ветром. В сплошной стене зрослей не было ни единого просвет, ни единой тропинки; зто подножия жутких порождений мгии скрывли обильно влявшиеся тм кости.

Деревья Погибельного Лес не имели ткже и листьев. Сонм вросших в землю щуплец — вот что являл собой этот лес, предпоследний рубеж обороны Эльф-рн...

Волшебниц уверенно нпрвил грифон к зрослям. Ветви угрожюще потянулись к ней, н отполировнных когтях тускло блеснули блики... Лес создвлся не столько с целью убивть, больше — чтобы отпугивть. Убийство было лишь крйней мерой зщиты.

Эльтр вскинул руку. Тихо-тихо, едв слышно он произнесл свое нстоящее имя, и ветви-убийцы тотчс успокоились. Повинуясь, они поспешно рсступились открывя дорогу к горм. Эльтр вскочил н спину грифон, и грор, кк нзывли этих зверей в Эльфрне, стремительно понес ее вперед.

К вечеру волшебниц достигл горных подножий. Блестящие коричневые громды скл возносились в поднебесье, зтмевя солнечный свет; кзлось, в невообрзимо длекий День Творения здесь из-под земли удрили фонтны рскленного, рсплвленного грнит, взметнулись ввысь д тк и зстыли, окменев. Кручи не имели острых грней — все было скруглено, сглжено, точно у отливки, вынутой из формы искусным мстером. Громдные кпли жидкого кмня зстыли н полпути к земле; нсколько мог окинуть глз, стену не пересекло ни единой трещины.

Эльтр поднял голову и прищурилсь. Смертный ничего не смог бы рзглядеть в толщх голубого эр нд горными вершинми, простой смертный, но не он, Эльтр. Ее глз стрнно изменились, сделвшись огненно-лыми, словно восходящее солнце, и этими измененными глзми он увидел прящие высоко в небе крошечные фигурки всдников верхом н диковинных крылтых существх.

Стрж Эльфрн использовл грифонов.

— Я здесь, — негромко произнесл принцесс, внимтельно глядя вверх н мленькие серебристые фигурки, что реяли в воздушных потокх. — Я здесь!

Ее услышли. Один из всдников нпрвил грифон вниз. Лпы зверя еще не успели коснуться земли, нездник уже соскочил н землю, кк было принято у шиковой молодежи.

Совсем еще юный воин, с чистыми, голубыми, кк небо, глзми и длинными, выбиввшимися из-под шлем золотистыми волосми, которым позвидовл бы любя смертня крсвиц. Высеребрення кольчуг тихонько звякнул, когд воин поспешно преклонил колено перед дочерью своего повелителя.

— О, сойя! Ккя честь для меня! Я первым доложу повелителю о вшем возврщении! Я буду сопровождть вс через горы, мы остнемся вдвоем в голубой беспредельности, потом я сложу об этом полете бллду, столь же прекрсную, кк и то, что рсцветет сейчс в моей душе!

Это был обычный для Эльфрн изыскнный и витиевтый придворный стиль. Сойя, или, н людском языке, принцесс Эльфрн, снисходительно улыбнулсь. Он уже изрядно отвыкл от мнер и обычев родины, от изящных, утонченных, со скрытыми нмекми бесед, где не принято было в открытую выржть свои мысли, зто дму должно было осыпть непрерывным потоком комплиментов.

Принцесс совсем збыл о Двлине. Он вновь стновилсь нследной влдычицей Эльфрн, привыкшей не змечть состоящий в услужении Подгорный нрод.

— К ккому Дому приндлежит взнуздвший гро-р? — Эльтр ответил положенной этикетом фрзой. Сойя обязн в первую очередь интересовться происхождением своего спутник.

— Имею честь приндлежть я к Дому Сколингов, Дому Пенных Влов, — поклонился воин. — Третья ветвь, шестя сертурия. Зслужил прво н собственный герб под гербом Сколингов!

Под герльдическим щитом с объятой брызгми пены розой — родовым знком Сколингов — помещлся собственный герб воин, поменьше: рковин, пронзення мечом из морской пены.

— Предоствляю моей сойе судить о спрведливости дроввших мне сей знк стрейшин!

Тоже устновлення обычем фрз. В сложной системе эльфрнской герльдики рковин ознчл несчстную любовь, которя, однко, свил волю воин в тугую спирль и подвигл его н некое героическое деяние, з кое он и был отмечен собственным гербом

— Носящий знки Розы в Пене и Рковины с Пенным Мечом, я, твоя сойя, желю, дбы ты сопровождл меня в пути до Трдейл.

Спршивть имя всдник было нельзя. Вопиющее нрушение всех приличий. Вышестоящий никогд не потребует ткого от подчиняющегося ему.

Воин учтиво помог Эльтре подняться в седло. Н миг тлию принцессы охвтили чуть трепещущие лдони дозорного (это тоже входило в првил куртузное-ти: если не будешь трепетть, дм сочтет это признком рвнодушия и гневу ее тогд не будет грниц)

Дв грор взмыли в воздух.

«Я лечу, я же лечу, я же нконец-то лечу домой! И отцовскя Печть у меня!» — Эльтр готов был рсцеловть голубоглзого воин. В этот миг рдость предстоящего возврщения вытеснил из ее души все: и погибшего Хеорт, и оствшегося где-то тм позди

Двлин, и дже погибшего Эльстн. Хотя... погибшего ли? Чры, нложенные любимым н Двлин и тк и не потерявшие силы, говорили об обртном.

«Что ж, — подумл принцесс, прижимя к себе головку мирно дремлющей Кми, — я вернул домой Печть... Теперь у меня должно хвтить силы смой обртиться к Кмню Тоэй...»

Об Орде Эльтр в тот миг тоже не думл.

— Доколе отступть будем, сотник? Не сегодня-звтр Глен покжется! А войск королевского кк не было, тк и нет...

— А я слышл, что оно все рзбежлось, едв про Орду услыхло... и броны все по домм бросились.

— Будет болтть! — оборвл своих воинов Аргнист. — Чего чепуху-то мелете?! До Глен еще идти и идти! Вон со сколькими из Гэср вышли? И полусотни бы не нсчитли! А теперь — тысяч, не меньше! Теперь мы Орде сми покжем, почем фунт лих.

— Ур-р! — восторженно зорли вокруг.

— А еще бежн вооружим. Ккя ни есть, все рвно помощь. Тк что все, хвтит! Просто тк больше не отступим!

Первое гнездо я нхожу довольно быстро. Оно тоже прячется в глубине, под кменистыми, увлистыми холмми. Когд-то двно здесь обитли не то демоны, не то колдуны (спущусь — рзберусь подробнее), потом они куд-то сгинули (быть может, пошли н корм той же Орде), и кто-то неведомый сотворил в подземельях жуткое выводилище. Что ж, Орде тм теперь выводиться недолго.

Из черного провл пещеры извергется непрерывный поток стршилищ. Н них не стоит обрщть внимния. Мне нужно добрться до порождющей Орду силы, и я просто выжигю все перед собой. Здесь не поединок н рвном оружии.

Впереди возникет искрящийся, ярко-рыжий oгненный шр. Рзбрызгивя плмя, он ктится ко входу в пещеру. Тври бросются врссыпную, но тем, кто сейчс идет вверх по узкому тоннелю, девться некуд. Шр вктывется внутрь, и из-под свод тотчс нчинет выбивться жирный темно-зеленый вонючий дым.

Я вхожу следом. Мой огонь не оствляет дже пепл. Рскленные пол, стены, потолок дышт жром. Ничего. Сейчс я спущусь вниз...

— Ты никуд не спустишься, Губитель.

Чужой голос бьется под сводом череп, кждое слово отзывется тупой ноющей болью. Этот голос говорит не звукми, подобно смертным. Нет, кждый произнесенный им слог — чстиц Силы, той смой Силы, что породил меня смого.

Второй рз они сумели подобрться ко мне незмеченными. Второй рз их зклятья обмнули меня. Но рз удр в спину не последовло, знчит, мне хотят предложить поединок, тут уж мы посмотрим, чья возьмет.

Мой первый удр рзносит вершину холм. Я люблю сржться н просторе, чтобы нд головой было небо, не грнитные своды. В ответ рздется издевтельский смех.

Коричневокрылый сокол стрелой мчлся н север. Он уже знл, что стряслсь бед. По проклятому всеми богми и демонми Зкону Рвновесия ни одно действие тех, чья Сил превышл некий предел, не оствлось без противодействия. И чем стршнее и непобедимее твоя Сил, тем с большим упорством судьб подстривет кверзы, сводящие зчстую н нет все усилия. Вот и н сей рз...

Нд северным горизонтом стремительно сгущлись тучи. Впереди все чще и ожесточенней гремел гром. Нвстречу соколу в пнике промчлось несколько птиц: вороны, коршуны, лесные голуби — все они вперемешку бежли, гонимые непереносимым для их крохотных душ стрхом. Д смилостивится нд ними Демогоргон в их смертный чс. Сокол летел им нвстречу, но, похоже, безндежно опздывл.

Он видел — отнюдь не птичьими глзми, — кк нд полурзрушенным, дымящимся холмом в безумные мечущиеся тучи шгнул исполинскя призрчня фигур. Руки ее были пусты, в глзницх клубилсь тьм; прямо нпротив гигнт в небо устремилсь упруго рзворчивющяся спирль — золотистя, точно солнце. У ее подножия взметнулись языки плмени, ждно пожирвшие сгустившуюся вокруг темноту.

Призрчный воин удрил первым. Земля и небо зстонли от чудовищной силы, сотрясшей до основния кости земных устоев и незримые рчтые своды кристльных небес. Черный смерч, облченный в сетчтый плщ из голубых молний, врезлся в золотые извивы. Спирль изогнулсь, точно змея, которой придвили хвост. Вокруг нее стремительно рспрострнялся ослепительный свет, белые копья десяткми и сотнями впивлись и гсли в призрчном теле воин, и тот внезпно отштнулся.

Сокол сложил крылья и кмнем ринулся вниз. Он был уже почти нд смой схвткой. Воздух вокруг стонл от рссеквших его невидимых клинков, но птиц ни н что не обрщл внимния. З ней тоже нчл тянуться огненный след — скорость превышл все пределы, однко сокол все-тки не успел.

И воин-призрк, и т неведомя сущность, что принял облик золотистой спирли, удрили одновременно. Все вокруг смешлось в чудовищном вихре — земля и небо стли нерзличимы, свет померк, и лишь тускло отсвечивли бгровым пожры. Похоже, сошло с ум смо время, включившись в дикий хоровод. Среди тьмы появлялись исполинские фиолетовые пузыри, вспухли — и истивли в бесконечности.

Обычным взором ничего невозможно было рзличить, но сокол, подобно огненной искре, пдвшей во внезпно рзверзшуюся черную бездонную пропсть, видел, кк нчинют тять и оплывть не выдержвшие стршного иномирового жр плсты рельности, кк все шире рспхивется псть безликого зверя, уже готового поглотить см мир Хьёрврд, — и тогд последовл ответ.

Нет, не взлетел мгический меч, поржя голодную черноту провл, не вспыхнул ослепительный луч, не проктились рскты гром; сокол просто кнул в ждную тьму, подобно крошечной кпле живого плмени, ночь принял его в себя и, словно увлекемя его порывом, нчл поспешно отступть. Свет вновь рзливлся под потрясенным небосклоном. Стршня рн в теле мир зтягивлсь и несколько мгновений спустя исчезл совсем. О случившемся нпоминл лишь повленный, чстично выжженный лес вокруг рзметнных остнков когд-то высокого и круто бокого холм д две крошечные человеческие фигурки, что лежли у его подножия...

Схвтк гигнтов зстл Эльтру, Кми и сопровождвшего их молодого эльфрнского воин из Дом Сколингов в пути. Небо н севере внезпно почернело, тягуче и зло зсвистел ветер — воздушные мссы устремились н полуночь, игрючи крутя в бесплотных своих рукх двух эльфрнских гроров. Грифоны отчянно змхли крыльями, пытясь сохрнить рвновесие; незримые потоки швырнули их вниз, норовя рзмозжить о землю. Эльтр в последний момент успел помочь своему крылтому коню зклятьем.

А потом все внезпно стихло. Поединок Губителя с неведомым противником длился лишь несколько мгновений. Чернот н горизонте исчезл, ветер успокоился, полет грифонов выровнялся.

Воин Дом Сколингов недоуменно взирл н очистившееся северное небо.

— Что же это могло быть, моя сойя?

В Эльфрне кждый мог здть вопрос кждому, невзиря н родовитость. Не было неприличным покзть, что ты чего-то не знешь. Нстоящий позор — это если ты выдвл себя з знток и опростоволосился.

Эльтр ответил не срзу. Он успел почувствовть исполинскую мощь столкнувшихся в противоборстве неведомых сил — сил, о природе которых он не знл ровным счетом ничего. И все же... в одной из сил н миг ей почудилось нечто знкомое... что-то из прошлого... что-то очень-очень дорогое...

Совершенно рстеряння, он змерл в седле, припв к шее своего крылтого зверя. Воин терпеливо ждл.

— Не зню, — медленно ответил принцесс. — Я чувствовл удр... сшиблись две ненвидящие друг друг силы... но откуд они — я не могу скзть. Нверное, только Кмень Тоэй...

Воин кивнул. Сойя ответил, кк сумел. Знл бы больше — скзл.

Вновь спокойно и безмятежно светило летнее солнце. Дв грор плыли в хрустльных толщх эр, под ними рсстиллся Эльфрн.

Вершины погрничных гор остлись позди. Вниз громдными ступенями спусклись зеленые террсы; извивясь, сбегли по склонм сотни ручьев и речек. Они брли нчло не н ледникх — здесь не было ледников, — прямо из влги дождей или дже просто из проплывющих туч.

Грифоны мчлись все дльше и дльше. Горы кончились, потянулись рощи, перемежвшиеся лугми и озерми. То тут, то тм виднелись серебристые бшни и изумрудные крыши небольших змков. Впереди зсинел водня глдь — гроры приближлись к Сйей Миэль — внутреннему морю Эльфрн.

А вот и знкомое жемчужное мерцние, перевитое нитями янтрного плмени, — купол и шпили Тр-дейл, эльфрнской столицы.

Город был невелик и не имел внешних стен — кк не были крепостями те змки, нд которыми пролетел принцесс. В смом сердце город, н невысокой скле блистющего черного мрмор, взметнувшейся нд бе-лопенной полосой прибоя, упругими извивми террс и колоннд вствл дворец — резиденция првителя Эльфрн, Вечного Короля, отц Эльтры,

Грифон со свистом снижлся, нцеливясь н небольшую площдку молочно-лунного кмня возле смого высокого из куполов. Королевский блкон — только н него должн был ступить ног нследницы престол после долгих стрнствий по ужсным, грубым, грязным землям людей. Мягко рзвернувшись возле смых бшен, грор Эльтры опустился н знкомую террсу. Эльтр с улыбкой повернулсь к своему спутнику — его грифон звис в воздухе подле смых перил.

— Спсибо тебе, Носящий Рковину и Меч, воин Дом Сколингов, Дом Пенных Влов! Я счстлив был вернуться вместе с тобой Приходи во дворец, когд окончится твое бдение н рубежх, н бшнях вспыхнут огни Тнцующих. Я оствлю з тобой первый проход!

— Моя сойя... — Воин низко поклонился. Это был очень, очень высокя нгрд. — Клянусь тебе, что буду н первом же вечере Тнцующих. И еще клянусь — моя бллд о пути с тобой через воздушные бездны получит первый приз в состязнии менестрелей!

— Я зжгу свой огонь во имя этого, — улыбнулсь Эльтр. Нет, он еще не збыл, что ткое эльфрнский этикет!

Молодой воин снов поклонился, и его грифон порывисто взмхнул крыльями. Вскоре они вновь окжутся нд изломнными вершинми Тйных Гор — стеречь покой Эльфрн...

Хрустльные двери рспхнулись. Неся н рукх слдко спящую Кми, Эльтр вошл внутрь. Положил девочку н низкую, широкую лежнку, выпрямилсь — и походк ее чудесным обрзом преобрзилсь. Больше не было нужды мскировться

Легкими, тнцующими, летящими шгми, ккими никогд не сможет пройти ни одн смертня, н бегу срывя грубые, пропыленные одежды людских крев, Эльтр почти влетел в свой Зл Приемов. Это был ее собственный зл.

По углм весело перемигивлись рукотворные звезды; громдный пук Эмер, зключенный в прозрчную тюрьму плит пол, по-прежнему прял нескончемую пряжу, чтобы грдероб првителей Эльфрн пополнился еще одним плщом или плтьем.

Послв пуку воздушный поцелуй, Эльтр рспхнул дверь своей спльни. Рзубрнные горным хрустлем и серебром покои были пусты — Эльтр двно откзлсь от слуг-гномов и всю их рботу переложил н мгию. Пок Кми не проснулсь, у нее, сойи, есть немного времени для себя.

— Внну! — громко и кпризно, кк в детстве, потребовл Эльтр. — И плтья. Все смые лучшие. Живо!

Во дворце не было ндобности устривть специльные внные или тулетные комнты — мгия мгновенно окружл тебя всем необходимым. Кое-кто, првд, следуя обычям людей, устривл у себя постоянные спльни, столовые, библиотеки... Эльтре же нрвились неожиднности, и поэтому в былые времен он менял обстновку своих комнт по десять рз н дню.

Он едв успел сбросить последнюю одежду, кк сверху обрушился крутящийся водяной смерч, полный огоньков, ромтов, трескучих пузырьков, приятно мссироввших кожу. Дом встретил ее кк обычно.

Кзлось чудом, что еще недвно он, Эльтр, стоял н берегу Эгер, с нетерпением глядя н Погибельный Лес, вот уже сейчс он в лучших своих нрядх, умщення невиднными в людских крях блговониями, ндев укршения, кждого из которых хвтило бы, чтобы купить все Гленское королевство, минует Зл Приемов и нпрвляется в пртменты отц.

Нд дверью тихонько тенькнули нежные колокольчики. Отец всегд любил подобные причуды и тким обрзом предупреждл, что куд-то отлучился.

В преддверии покоев првителя, ожидя его, коротли время эльфрнские нобили.

— Сойя! Сойя вернулсь! Эвоз! Айя! — встретили Эльтру многочисленные приветствия. Здесь собрлись ближние советники, сильнейшие чродеи, опытнейшие военчльники, и принцесс невольно удивилсь — он помнил лишь одно подобное собрние. В день, когд нстл черед уходить Вниз ее мтери...

В искрящихся димнтми кмзолх, при тонких прдных мечх, нобили почтительно, но без подобострстия клнялись Эльтре. Он улыблсь кждому — ведь всех в этом зле он помнил с смых первых лет жизни.

— Ккя рдость, моя сойя, — лорд Дом Пйорилтов, стрший советник Коронной Плты, стрый и смый близкий сподвижник отц, подошел к Эльтре последним. — Его милость совсем потерял покой и сон. Он тк беспокоился!... Вше предприятие выглядело столь нерзумным...

— И тем не менее Печть Вечного Короля вновь возврщется в Эльфрн! — Молодя волшебниц высоко поднял тускло мерцющий золотистый ободок. По собрвшимся пролетел единых вздох восхищения.

— Это воистину великий подвиг. — Глв Пйо-рилтов изумленно покчл головой. — Кто бы мог подумть, что...

— Что у меня это получится? — здорно бросил Эльтр. — Однко же получилось!..