/ Language: Русский / Genre:sf_fantasy,

Радужный Дракон

Наталья Зеленская


Зеленская Наталья

Радужный Дракон

Выражаю огромную благодарность любимому брату — за образ Лауры, коту Симбе — за Дольвара, Ваське — за Ваську, лучшей подруге Лерке — за долгие философские беседы о сути бытия и бета-тестирование, группе "Within Temptation" — за песню "See who I am", тёмным дальневосточным ночам — за пособничество в создание сего опуса под подушкой, и собственному упрямству — за то, что не дало этой идее пропасть в папке "Архив".

Посвящаю тем, для кого Честь, Вера, Надежда, Долг и Любовь — не отзвуки чего-то далёкого, а реальность. Временами жестокая и грустная реальность.

1359 год 13 эпоха 13 эра Времени Рассвета

— Побег из Альбинии

1 астар 1354 год

Дель

Я тихо захихикала, внимательно глядя на Лауру, приноровившую читать книгу не только сверху вниз, но и слева направо! Вообще-то, мой стин читать не умел. Но ведь никогда не поздно научиться!

— Ну, как? — ехидно спросила я, — много ты поняла в теории квантования энергии в условиях полного инертного мира?

— У тебя учебник неправильный, — сообщила Лаура. — Не руны, а закорючки с вензелёчками. Тут ничего понятного нет.

— Ты уверена? — Я выхватила книгу и раскрыла на первой попавшейся странице. — И что ты не поняла в такой простой формуле как "E7 + QwrS9, 710986: A/G 4449"? Тут же всё так просто, что даже скальной тролль разберётся.

— Для кого и понятно, но точно не для меня!

— Видимо, твой IQ ниже, чем у скального тролля.

Лаура очень сильно обиделась и отправилась домой на Астральный уровень.

Я повернулась к монитору и продолжила изучение почты.

Друзья по-переписке поздравляли с днём Рождения. Интернет-поздравления переливались и распускались цветами. Ниже были указаны ссылки, кликнув на которых и подключив RB — порт, я могла материализовать подарки. Этим можно и позже заняться.

Я вырубила компьютер и, не слезая с любимого стула-вертушки, перемахнула на кровать. Кровать у меня большая — человек на десять рассчитанная! — и очень мягкая.

Перевернувшись на спину, стала размышлять о вечернем мучение.

Что поделать, сегодня мне исполняется 16. И почему я не радуюсь? А зачем? Всё равно это будет тусовка только для высокопоставленных чиновников и правителей. Из последних мне ещё и мужа выбирать! Ненавижу! Вечер и так будет полон интриг, сладкой лести и тысяч доносов. А меня тошнит от всего этого. Угораздило же моего дядю-Правителя — тхар ингрых в'лас — сделать меня Наследницей престола Алайны! Фандрых! Терпеть теперь вечность издевательства! И первое начнётся очень скоро. Одно радует, сославшись на головную боль, я собиралась, сбежать. В небольшой, тихой кафешке, с прекрасным видом на ночную Альбинию, меня дожидались школьные друзья. С ними всяко веселее. Главное, во что бы то ни стало сохранить трезвую голову.

Я посмотрела на часы. Без десяти 18! Срочно подъём!

Вскочив, бросилась к шкафу, в тёмных недрах которого покоилось платье. Кстати, сей предмет праздничного туалета заслуживал отдельного описания.

Предлагалось множество вариантов. От ядовито-розового коротенького платьица, до антикварного с кринолином.

Увидя моё позеленевшее лицо, Ариста выгнала всех присланных дядей кутюрье за дверь, и вместе со мной разработала эскиз наряда. Получилось облегающее, и в то же время, свободное платье, из голубоватого с серебристым шёлка, с длиннющими разрезами по бокам, сшитыми через каждые десять сантиметров. Кончалось оно на уровне подмышек, а ленточка, продеваемая через голову, служила только для приличия.

Облачившись в сей наряд и, подхватив туфли на шпильках, босиком пошла в гостиную.

Там меня уже ждала Ариста. В белом платье, и распущенными серебристо-пепельными волосами, выглядела она потрясающе.

— Сегодня ты разобьёшь не одно мужское сердце, — уверенно заявила она.

— А оно мне надо? — вздохнула я, пристально посмотрев на наставницу.

Ариста — пяти с хвостиком тысячелетняя арамия, являлась моей наставницей и двоюродной тёткой. Её я любила в миллионы раз больше, чем противного прихвостня дяди — полуорка Вирда. Тётя мягкая, насколько такое определение подходит арамии, добрая женщина, долго ругалась с Сенатом и Правителем. Не в какую не соглашалась видеть Вирда. Она не раз поднимала вопрос об отдалении полуорка от меня, но старые хрычи оставались непреклонными. По официальной версии, эта вонючая свинья наставляла меня на "путь истинный", а по версии Аристы, Вирд имел способ давление на сенатских консерваторов. Правителю, кажется, было всё равно. К тому же, он редко бывал в замке… В общем, противного "наставника" оставляли рядом со мной.

Да и кто будет спрашивать мнение арамии, ещё не справившей своего совершеннолетия? Может это и был лучик света в тёмном дне?

— Правильно, — наставница вырвала меня из состояния полудрёмы, — ты сама должна выбирать, в кого влюбляться.

У самой Аристы семья была.

— А кто меня спрашивает? — горестно выдала я.

— С сегодняшнего дня, все будут считаться с твоим мнением. Будь оптимисткой, Дель.

Арамия вышла и в комнату, весело перешёптываясь, влетели двое.

— С праздником! — закричали подруги и вручили небольшую коробочку, перевязанную алой ленточкой.

Я вскрыла подарок и тут же бросилась девчонкам на шею.

— Спасибо вам! Так давно о нём мечтала!

В коробке лежал диск "платиновая коллекция" лучших песен моей любимой группы "Ворожейки".

Д'араней — моя подруга дирейка, вручила ещё и открытку.

Я потеряла дар речи то счастья.

Нассира — ещё одна подруга — эльфка, ловко вдела в волосы сверкающую диадему.

Мы уселись на диван и стали обсуждать план готовящегося побега в кофешку. Сошлись на симуляции различных болячек типа "ах, как болит голова!".

Электрические часы, противным старческим голосом, провозгласили:

— 18 часов!

Мы взвизгнули и ринулись в главный зал.

Шпильки возносили меня на добрых десять сантиметров.

— Её Высочество Дел'лиа Лийя Аладриена дер Аленари ар Эттарэль аэр Алл'э'ран Арионель Ал Веррон, — объявил герольд моё полное имя. — Наследница престола Алайны. Королева Араклиона. Глава клана Арионель.

Я мило улыбалась всем присутствующим, выражая огромную "радость" по случаю своего дня рождения, и присутствия всяческих высокопоставленных лиц на оном.

— Лорд Ллиар Аглеон Весстер.

— Леди Л'энин Ваенга Да Силва

Герольд продолжил объявлять всё новых и новых гостей. Я продолжала вежливо их приветствовала, заводила речи на тему "ах, какая хорошая погода", одновременно сожалела о том, что фасон платья не предусматривал бронежилет. В общем, только хорошо меня знающий мог понять, как мне неприятно находится в зале.

— Леди!

Я мысленно содрогнулась. Сенат! Мотаю!

Быстрым шагом пересекла зал, в поисках самого тёмного и незанятого угла. Угол был. Хороший, тёмный со старинным гобеленом, но в качестве длинного минуса — ночной эльф, хмуро смотрящий на мило улыбающихся и стреляющих глазками девушек. Эх, была не была!

— Если кто спросит, меня тут нет!

Эльф изумлённо изогнул бровь.

— А кто должен спрашивать?

Я ткнула пальцем в сторону Сената.

Он понимающе кивнул.

Сенат, словно лавина — также медленно, но неминуемо — приближался.

— Ну, всё, — грустно сказала я, — если меня убьют — считайте меня… хакером.

И шмыгнула за гобелен.

А Сенат всё приближался…

— Милорд, — церемониально поклонившись посеревшему эльфу, молвил канцлер Сената, — мы очень рады, что вы решили посетить сиё мероприятие.

Прозвучало это с интонацией: "Ну наконец ты появился, гад этакий".

— Спасибо за приглашение.

— Вы случайно не видели леди Дел'лиа?

— Нет.

— Она могла назваться "Дель", — продолжал допытываться канцлер.

— Нет.

Интересно, эльф по собственной инициативе припёрся на "праздник", или его заставили?

Сенат понял, что ничего более существенного он из эльфа не выбьет, удалился.

— Фух, — перевела дух я, вылезла из-за гобелена и расправила складки платья. — Ты мой спаситель. Имею я право знать имя моего спасителя?

— Имею я право знать имя спасённой? — вопросом на вопрос ответил эльф.

— Дель.

— Рей.

— Это прозвище? — уточнила я.

— Ага. Полное не в состоянии выучить никто. Даже я.

— Та же проблема, — прыснула я.

— Ну да, — фыркнул Рей. — Никогда не понимал, зачем вам, арамиям, столь длинные имена.

— Традиция.

Я сделала большие страшные глаза.

— Вот это традиция. Ужас какой. Что все эти "дер", "ар" и "аэр" обозначают?

— Могу объяснить.

— Давай! Только не здесь. Ещё пять часов этих соблазняющих взглядов и томных вздохов я не вынесу!

— Идёт! — оживилась я. — С тебя мороженное.

— А с тебя, — хитро ухмыльнулся Рей, — пять часов лекций о быте и нравах фей и арамий.

— Заснуть не боишься?

— Нет. Я кофе закажу.

— Ну ладно. Сам напросился.

И, сплетя заклинание телепортации, мы испарились.

Собственно сегодня.

Рен

— Ты всё понял?

— Да, — в восьмой раз утвердительно ответил я.

— Ты точно всё понял?

Такое чувство, что меня держат за идиота.

— А мне кажется, что нет! Повторяю ещё раз.

Точно, за идиота.

Господин Эверан Д'Арвест — мой непосредственный начальник и министр безопасности Алайны — в, уже забыл, какой раз, повторял суть предстоящего задания.

— Ты отправляешься в Альбинию и следишь за подопечными Сената. Если они попытаются сбежать, последуешь за ними. Лучше вообще навязаться в друзья. Они примерно твоего возраста. Будешь всматриваться, запоминать их слабые места, по возможности тренировать. Вся остальная информация на флешке. Вопросы есть?

— Да. Один. А нельзя послать кого-нибудь другого? У меня ещё куча работы.

"А ещё пять девушек", — мрачно подумал я, но промолчал.

Да, работа является слабой отмазкой от "задания". Я влип.

Мой начальник хмуро зыркнул из-под густых ресниц, дав понять — возражения не принимаются.

— Ты единственный маг воздуха в двенадцатой степени. Сильнее тебя только Хранительница этой стихии, прошедшая все инициации. Так ты понял?

— Угу.

— Запомни! Все три Хранительницы должны остаться живыми!

Капитально влип.

— Три? — я произвёл несложный расчёт.

— Хранительница Воды — Шадия илРисса успешно скрывается вот уже тринадцать эпох. С момента окончания Войны Падения.

— Инструктаж закончен.

Я поклонился и вышел.

Безнадёжно. Ну почему я такой невезучий? Судьба, за что ты меня караешь?

Нет, ну вы посмотрите на этого типа! Начальник поручает ему сверх важное задание, а он винит во всём меня! Создатель, за что ты меня караешь?

Я материализовал ЛИПЭК, вставил флешку и принялся подробнейшим образом изучать её содержимое.

Три листа в формате "doc". Фандрых, конспирация чёртова. Мало того, что использовали ланар, так ещё и шрифт 10-нечитабельный. Мой отдел, вероятно, решил поиздеваться над своим начальником. Вернусь — головы пооткручиваю.

Хорошо хоть ланар мой родной язык, а письменный вариант документа будет примерно таким же, но, скажите мне, зачем было использовать вместо разговорного древний диалект, на котором только Песню Мира поют!? Буду мучиться. Что там у нас?

"И. О. Ф.: Дел'лиа Лийя Аладриена дер Аленари ар Эттарэль аэр Алл'э'ран Арионель Ал Веррон.

Дата рождения: 1 астар 1338 г.

Место рождения: Араклион, Аннаэль

Возраст: 21 (двадцать один) год.

Раса: арамия.

Биография: Правительница Алайны, королева Араклиона, глава клана Арионель. В возрасте 7 лет потеряла родителей и младшую сестру (во время Третьей Великой Войны). В 15 лет была объявлена наследницей династии Ал Веррон.

Окончила: Тир-Лианскую Школу Боевой Магии и Высшую Магическую Академию Алайны. Стин — Лаура (донельзя мерзкий серебряный дракончик). Имеет кхорниска. Кличка Дольвар.

Способности: Боевой маг. Стихии: Воздух (14-ая степень), Вода (14-ая степень), Жизнь (12-ая степень), Смерть (12-ая степень), Тьма (3-я степень), Интуиция (5-я степень). Врождённые способности: телепатия 3-ей категории, управление духами энергии (ларгами).

Характер: Недоверчива, скрытна, хитра, умна, жестока.

Дополнительная информация: Увлекается холодным оружием и техникой. Месяц назад получила ранг Танцующей со Смертью в бое на аррелях. В технике разбирается как никто другой. Хакер с претензией на гениальность. После того, как поработала над Системой Безопасности Алайны, взломать её стало невозможно (пытались, и не раз).

Будь с ней настороже. Шеф"

Милая девочка. Я в полном восторге. Ещё и шеф приказал "быть настороже". Пункт "Дополнительная информация" просто нокаутирует.

А сама ничего так, симпатичная.

С фотографии на меня смотрела девушка, с вьющимися золотыми локонами до середины спины, миловидным личиком и серебряными, удлиненными к вискам глазами.

Стоп! Арамия с золотыми волосами? Нонсенс! Они случаем не перепутали? Да нет… Мутация какая-то, что ли.

Кто там следующая?

"И. О. Ф.: Д'араней Ирайя Р'Ниррей.

Дата рождения: 5 лаире 1341 г.

Место рождения: Лайтар, Ивриль.

Возраст: 19 (девятнадцать) лет.

Раса: сумеречная эльфийка (дирейка).

Биография: Сирота, родители погибли во время восстания на Лайтаре. Взята на попечение Правительницей (мотивы не ясны). Окончила Высшую Магическую Академию Алайны.

Способности: Травница-предсказательница. Стихии: Земля (14-ая степень), Судьба (14-ая степень), Время (6-ая степень), Создание (8-ая степень). Врождённые способности: телепатия 3-ей категории, предсказания.

Характер: Пацифистка, меланхолична, "зелёная".

Дополнительная информация: увлекается садоводством, составлением гербариев, икебан и игрой на гитаре. Помешалась на всяких цветах. Скрещивает различные виды растений и получает гибриды, пример: фигус — гибрид фикуса и скадры".

Интересно, а появление гладиолусов, рассказывающих анекдоты — её заслуга. А по ней не скажешь. Кудрявые каштановые волосы, собранные в хвост, грустный взгляд зелёных глаз и беззаботная улыбка. Ангелочек.

И последняя.

"И. О. Ф.: Нассира Мираль аэл Вир'Несс ан'Льмерре.

Дата рождения: 5 лаире 1341 г.

Место рождения: Араклион, Тир-Лиа.

Возраст: 20 (двадцать) лет.

Раса: звёздная эльфийка.

Биография: потомственная магичка. Мать потеряла в Третьей Великой Войне. Отец является Сенатором Араклиона и главой клана ан'Льмерре. Окончила Высшую Магическую Академию Алайны.

Способности: Некромантка. Стихии: Воздух (13-ая степень), Огонь (14-ая степень), Смерть (14-ая степень), Тьма (14-ая степень). Врождённые способности: телепатия 3-ей категории, без Платы может оживлять мертвецов и проводить обряды.

Характер: Оптимистка.

Дополнительная информация: Увлекается рисованием. Умеет играть на гитаре. Обожает рассказывать анекдоты. Обижается, когда её не слушают. Профессионально занимается конным спортом. Имеет 23 различные награды включая приз за 1-ое место в чемпионате Алайны среди юниоров. Хозяйка крр'шаран Илмины."

Кого только в Хранительницы не берут! Хакер, садовод и некромантка. Интересно, а такой набор получился специально или просто случайность. В любом случае Нассира на мага Смерти походила весьма отдалённо по характеру и более традиционно по внешности. Загорелая, кареглазая, черноволосая.

Я отключил лик и задумался. Как следить за сей разношёрстной кампанией, представлялось весьма смутно. Пока ограничимся наблюдениями в другой ипостаси.

Флешка была уничтожена, а ипостась сменена на ястреба — птицы, распространённой в центральной части Алайны.

— Лаура! — орала Дел'лиа. — Прекрати поливать меня водой! Я не садовое растение! Прекрати! А то по стенке размажу!

Лаура отбросила пожарный шланг, он своё дело сделал.

— Ой, уморила, — засмеялась она, — и как ты будешь это делать?

— Лаура, я тебя… я тебя… я тебя… — разозлилась девушка.

— Что ты меня? — ехидно спросила Лаура.

— Я тебя… я тебя… я тебя в капусту превращу!

— Прости, но должность солянки прельщает меня куда больше.

Стин упала на ковёр и расхохоталась. Дел'лиа подняла правую руку и щёлкнула. Вместо Лауры появился аппетитный кочан капусты.

В окно влетел рыже-золотой кхорниск Дольвар, и с любопытством уставился на кочан.

— Что, опять поругались?

Девушка многозначительно кивнула.

— Удивляюсь, что комната цела. Вы постоянно лаетесь. Вчера помидор, сегодня капуста, а завтра что? Баклажан? Кстати, капуста не менее вкусна.

Кочан угрожающе зашевелилась. Дольвар поспешил ретироваться на кресло у камина.

Я со смешком наблюдал сию картину. Никогда не думал, что жизнь Правительницы столь разнообразна, а нецензурный лексикон столь обширен. Какими словами она выгоняет очередного посланника Сената… Хотя, я тоже бы на её месте так поступил. Пусть сами разбираются с русалками и их таможенными пошлинами, гномами и прочими магическими и не магическими расами и их маленькими проблемами.

В комнату влетели Д'араней и Нассира.

— Дель, хором возопили они, — у нас очень важные новости!

— Угу, — арамия даже не оторвалась от чтения какого-то романа.

— Тебя хотят убить!

Оба на! Что-то я перестал быть в курсе событий.

— Я знаю.

Однако, какое хладнокровие.

— Что будешь делать?

— Импровизировать.

Девушки малость опешили.

Нет, ну вы только посмотрите на неё! Запись в графе "Характер" пункт "скрытна" себя оправдал.

Следующие пять минут я слушал назидательный рассказ на тему "Не устраивайте заговоры в доме арамии".

Лаура перестала быть капустой, но — чудо! — молчала.

— И давно ты к побегу готовишься? — вопросила Нассира.

— Две недели, — ответила Дел'лиа, выуживая из какого-то потаенного угла собранную сумку.

Видимо она была не одна в своих намерениях провести внеплановый отпуск, ибо и эльфка и дирейка мигом собрали свои вещи.

Подружки встали в кружок и начали плести заклинание телепортации. Куда?

Фандрых! Бросовый телепорт! Где я их искать теперь буду? Единственная надежда это подключиться к кому-то из них и "зайцем" переместиться. Вот! Дольвар лучший вариант.

Я незаметно прилепился и стал ждать.

Вспышка.

Ну и куда я попал!?

Д'араней

Что ж. Ты будешь первой Хранительницей. Хранительницей реала Судьбы. Думаю, в последнее время тебе часто снятся странные сны. Думаю, на этот раз ты так считать не будешь…

Айяла шла, опустив голову. Шла просто так, никуда. Она потеряла почти всех. Родных, подруг. Свирепствует война. Жестокость демонов не знает границ. Айяла пришла сюда, чтобы хоть чуть-чуть отдохнуть от кровопролитных битв. Она не подозревала о своёй скорой смерти.

— Х-хранительни-ц-ца! — прошипели совсем рядом.

Кетта вздрогнула и медленно обернулась.

Демон сам пришёл за ней.

— A?ea k?nsa Oudenа! — прошептала заклинание Айяла. Знала — безнадёжно сопротивляться. Разве что для острастки.

Демон сразу понял, что реала не получит.

Смерть пришла за моей бывшей Хранительницей сразу. Как когда-то не смогла прийти за своей.

Ты видишь вспышку. Ты прошла вторую Инициацию. Впереди ещё две. Жди!

Я проснулась в холодном поту. Не каждый день чья-то смерть приснится. К тому же такая, с голосом за кадром. Какая-то Хранительница реала Судьбы. Что это вообще такое!? Уй, как болит голова…

Дель

Голова болела сильно и сразу по двум причинам; 1) вчера праздновали день Рождение Нассиры; 2) я упала с кровати и треснулась об угол. Шишка уже успела набухнуть и при каждой удобной возможности давала о себе знать.

Физиономия в зеркале выглядела ужасно. Похмелью, слава Стихиям, арамии поддаются слабо, что абсолютно не мешает внешности иметь на сей счёт кое-какие виды. Золотая грива уложена в причёску "взрыв на макаронной фабрике", опухшее лицо с большими тёмно-синими синяками под красными глазами.

Нда… с такой харей только на большой дороге и стоять.

Одеваться пришлось десять минут (платье рвалось пять раз), а наводить красоту полчаса (с такой-то рожей!). В результате получилось вполне прилично, по крайней мере, шарахаться от меня уже не будут.

Утренняя прогулка по замку завершилась весьма неудачно, хотя, смотря для кого. А произошло вот что.

Как, обычно заблудившись, я начала искать хоть одну живую душу. Через час беспорядочных метаний, очередной коридор привёл в… тронный зал. Нет, всё нормально. Тронный зал как тронный зал — большой, красивый, со сводчатыми потолками, хрустальными люстрами и незаменимым атрибутом монархии. Вот с этим-то атрибутом проблема и была.

На высоком, резном троне вольготно развалился полуорк! Вирд! Эта жирная свинья, закинув ногу на ногу, попирала священный престол! И как такое могло случиться!? Мысли были очень скверными…

— Осталось совсем немного, — зловеще произнёс полуорк, — и Алайна падёт!

— Надеюс-с-сь, — чарующе-опасный голос прозвучал, словно издалека.

— Я не подведу вас, — закивал головой Вирд.

— Хорош-ш-шо, — голос позволил себе добавить в интонацию издёвку, — И с-с-слезь с-с-с трона. Пока ещ-щ-щё он ос-с-стался за Правительниц-с-сей.

Подонок немедля свалился с трона и пал ниц.

— Прощ-щ-щай.

И всё стихло.

Я стиснула кулаки. Ну, Вирд, допрыгался ты! Такое не прощают. Надо приказать Айрэ им заняться. А пока — обратно в башню!

Понятие "творческий беспорядок" к моему жилищу не относится. У меня всё и всегда лежало на своих местах. Даже бумаги с наметками новой программы не валялись, а аккуратной стопочкой лежали на краешке рабочего стола. Я села на кресло и задумалась. Вроде и девчонок нужно забрать, но для них это слишком опасно.

Я уже начала плести заклинание телепортации, когда в комнату ворвались девчонки и выпалили: "Тебя хотят убить!".

Хм, мы все втроём слышали один разговор? Совпадение? Сомневаюсь.

И откуда такие умные берутся? Сразу догадалась, что подобных совпадений не бывает. Какое счастье, что если нельзя сразу найти объяснение случившемуся, эта девочка напрочь о проблеме забывает.

Я иронично ухмыльнулась и выдала:

— А я знаю. Мы с Лаурой давно следим за оппозицией. Вирд работает на Мараг. Меня должны были пришить на коронации, а за неимением "лучших" вариантов, сделать Правителем тхорова имгаха Вирда. Поэтому мы собирались устроить внеплановый отпуск.

— А как давно ты готовишься к побегу? — заинтересовалась Нассира.

— Две недели.

Я выудила из-за кресла собранную сумку и вопросительно посмотрела на нас.

— А что, хорошая идея, — заулыбались девчонки. Всегда хотелось выбраться из душной конуры с гордым именем Замок Альбиния.

Телепортацию выбрали "бросовую" — т. е не задавая точных координат, только дальность. Жрёт такое заклинание немерено, зато следов не оставляет.

И куда нас тут занесло?

— Риззия

Дель

Посадка вышла довольно мягкая.

Озеро было против вторжения. Вся водившаяся в этой луже живность с поразительным энтузиазмом принялась защищать свои владения. Мне лично повезло. Телепорт выбросил меня совсем рядом с берегом, так что до меня никто доплыть не успел, чего нельзя было сказать о барахтающийся на середине и — фандрых! — не умеющей плавать Д'араней.

Заклинание быстрой просушки всегда было и оставалось моим самым нелюбимым из арсенала бытовой магии. Но сушить одежду на солнце (коего на горизонте не наблюдалось) было невозможно. А жаль, ибо пар повалил густой, как дым во время пожара.

— Что будем делать? — спросила Нассира.

— Я же говорю — импровизировать! — Я всегда была оптимисткой. Это диагноз.

— Когда нас хватятся, сомневаюсь, что будет смешно, — припечатала Дара.

— А я умная, — скорчила рожицу я, — я создала наши точные копии, на основе Астральной проекции и магии Крови. Теперь двойники ведут себя также как и мы и подчиняются нам.

— Как!? — хором вскричали девчонки. Астральная проекция и магия Крови относилась к нетрадиционной магии, которую в Высшей Магической Академии Алайны не преподавали. Зато в Эл-Лиа — очень даже…

— Хочешь жить, и не такому выучишься, — проворчала я, выворачивая сумку и явив на всеобщее обозрение гору Монблан.

— И что ты собираешься ТУТ искать? — протянул Дольвар.

— Ноутбук.

С воодушевлением рыться в недрах горы, в поисках вышеупомянутого предмета, не сильно хотелось. Интересно, когда я в последний раз вытряхивала сумку, и зачем все эти вещи?

Склоны Монблана состояли из: метлы, яблочного пирога сомнительной свежести, 8 луж болотных в банках, лужи озёрной консервированной, 10 томов самых разных анекдотов, палатки, кучи магических декоктов, арсенала начинающей домохозяйки, голубой розы, гардероба, кольца с ключами, сейфа, стопки книг заклинаний вперемешку с конспектами и эльфийскими романами, атласа, астрономической карты, тремя "наборами путника", компаса, динамометра, ультрафиолетовой лампы, раффлезии, упакованной в десять антипахнущих заклинаний, справочника по нежитеведенью, вязанки проводов, варежки, драной простыни на шесте, подковы, пучка четырёхлистного клевера, оленьих рогов и большой белой коробки, перевязанной красной ленточкой и многообещающей надписью "Взрывоопасно".

Ноут нашёлся в белой взрывоопасной коробочке.

Нажала кнопку "пуск" и стала ждать.

Всё пространство рабочего стола было занято папками самых разных назначений. Одна такая содержала весьма полезную программку по сканированию и опознанию местности. Кликнул на ярлык, подождал минуту, и знаешь, где находишься.

— У меня две новости: хорошая и плохая, — выключила аппарат, — С какой начать?

— С хорошей, — дуэтом пропела ждущая часть группы.

— Этот мир обитаем.

— А плохая?

— Этот мир населён людьми и называется Навилла.

Рен

Судьба-злодейка в своём репертуаре. Телепорт вёл в болото Навиллы! Теперь придётся маскироваться под средневекового воина. Хи-хи, как же это выглядеть будет?

То, что меня вынесло именно в этот богами забытый мирок, проверилось просто и быстро. По этому болоту пролегала граница Навиллы с чём-то там заумным. На вбитом в кочку колышке висела ржавая шильда с плохо, но различимыми буквами "За сим болотом лежит территория Навиллы".

Как хорошо, что не менял ипостась! Ястребу всяко легче удержаться на тонкой ветке, эльф бы сразу в трясину угодил… вместе с этим трухлявым деревом!

Дерево издало жалобный стон и рухнуло, подняв тучу пыли и брызг.

Я полетел на поиски более сухого местечка. Местечко всё же нашлось — миленький холмик в лесной чаще.

После смены ипостаси пришлось изрядно потрудиться для создания образа средневекового воина. Понял, что получилось плохо, сменил имидж на колдуна.

Ну почему, почему в средневековых мирах разрешено только холодное оружие!? Неужели винтовка настолько сильно покалечит разумы местного населения!?

Ради соблюдения правил пришлось повозиться. Из мечей в наличие имелись только парные линирты, с которыми я буду сильно светиться. Ладно, если поверх плащ накинуть, выставив на всеобщее обозрение только обтянутые кожей рукояти, то фиг кто догадается!

И всё же жаль, что приходится пользоваться лайдами. Сразу вспоминается стена, дома, с всевозможным оружием колюще-режущё-метательно-стрелятельного характера, и ещё большая стена (на самом деле ковёр) в комнате Дел'лиа. У девушки прямо таки нездоровая страсть. Чего только нет! А главное, всё зачарованное на неё одну. Зависть чёрная берёт.

Последний раз, рассмотрев отражение в мутной поверхности лужи, я мысленно позвал верного друга.

Шерд фыркнул и нахально подмигнул лиловым глазом.

— Ну и куда на этот раз забросило твою неспокойную душу? — едко осведомился он.

— Не паясничай. — Ну почему мне досталась такая скотина!? Наглая, мерзкая и… верная. — Ты, в конце концов, маир и должен меня слушаться.

— Размечтался!

— Ну и фандрых с тобой, — молвил я и демонстративно отвернувшись, попытался удалиться со сцены. Именно попытался. Внезапно раскаявшийся конь бросился к "милому, доброму Хозяину", с вечной мольбой простить "такого глупого меня". Не дано мне понять странную душу маиров. Диковатые, строптивые, вольнолюбивые духи Астрала и в тоже время преданные тому единственному, однажды выбранному, Хозяину. Только став обладателем такого сокровища, понимаешь, маир — не животное, но верный друг в странствиях, друг, который никогда тебя не покинет, готовый прийти по первому зову, способный дать разумный совет. Очень ценный друг, особенно если ты бессмертен. Ведь жизнь маира заканчивается с жизнью Хозяина.

— Ну и куда едим? — спросил Шерд.

— Куда глаза глядят.

— Значит на север.

— Почему? — искренне изумился я.

— С севера несёт городом.

— Ну, поехали. — Конь всегда знал, как надо ехать, чтобы ничего плохого не случилось. Шаг у маиров мягкий, расслабляющий. Едешь, а сам думаешь: "И где мне сейчас своё задание разыскивать?!".

— Э… господин колдун. Вы ведь колдун?

Странный вопрос.

— А что, не похож?

— Нет… то есть да… но не в этом дело…

Человек (а это был именно человек) неумеренно смотрел на меня. Это как же я теперь выгляжу? А, ну да. Остроухое, блондинистое существо из сказок, с голубыми глазами и зрачком в щель, с мечами за спиной, со сложенными на груди руками и ещё верхом на чёрнющей зверюге, по недоразумению названной конём.

— Нечисть распоясалась? Нежить развелась? Разбойники? — со знанием дела допытывался я. Было дело. После окончания Реенской Академии год путешествовал по средневековым мирам.

— Не-е-ет, — сглотнул мужик, — дракон, того, в краях завёлся. Того… ненормальный дракон.

— Драконы по определению ненормальные, — фыркнул Шерд, чем ужасно напугал селянина, оставив навсегда заикой.

— Маиры тоже, — приструнил я коня и улыбнулся. — Продолжайте, милейший.

Фирменная эльфийская улыбочка в четыре длинных клыка заставила человека побыстрей излагать мысли.

— В р-реке он-то жив-вёт. Всю р-рыбу, поган-нец, р-распугал! А что не р-распугал, т-то съел-л. Изничтож-жите?

— "Изничтожить" может и не смогу, но договорюсь.

— П-правда?

— Угу. Где ваш дракон?

— А вона, — человек махнул рукой куда-то на запад и попытался дезертировать.

— А оплата, — прошипел чёрный свинтус.

— С-сорок с-сар-рт! — взвизгнул заика и улетучился.

— Ну, что, поехали за драконом.

Какой дракон мог поселиться в этой речке? Не представляю. Мелкая, по берегам заросшая камышом, рыба в ней тем более не водилась.

— Драко-он! — завыл я по всем канонам жанра. — Выходи на смертный бо-ой!!

— Облезешь, — недовольно пробурчала вода. — Если так хочешь биться — сам лезь под воду. Мне лень.

— Э? — растерялся я. Действительно, ненормальный дракон.

Тем временем ящерица решила, что на берегу ждёт не полоумный рыцарь, а кто-то другой, и осчастливила окрестности своим появлением.

Сначала над водной гладью показалась рогатая волчья голова с длинными усами и кошачьими ушами. Затем длинная шея. Потом дракон начал медленно выходить на берег… Трёхметровое змеиное тело, четыре чешуйчатые лапы в четыре пальца с когтями. Последним вынырнул кончик хвоста. Дракон был двухцветным. Тело белое, а грива и кончик хвоста — изумрудно-зелёные.

— Лунь, — ухмыльнулся я.

— Угадал, — настоящий голос луня оказался мелодичным. — А я вот думал, что придёт какой-нибудь полудурошный рыцарь, а попался вменяемый ночной эльф.

— А сказочным драконам не положено жить в ручейках.

Лунь вздохнул:

— Знаю, но другого места нет.

— А найти?

— Где?

— Эх ты, — план действий уже начал вырисовываться, — садись.

Из недр сумки была выужена карта Навиллы и окрестностей.

— Так, — я начал изучать карту, — что предпочитаем: реки, озёра, рощи?

— Озёра, — глаза дракона загорелись надеждой.

— Вот, озеро Эрта.

— Занято.

— Леона.

— Тоже.

Заняты, пересохли и "там же русалки!" оказались почти все мало-мальски крупные и отмеченные озёра. И когда осталось всего три названия, прозвучало вожделенное "Подходит".

— Лазора? Уверен?

— Да, — счастливо отозвался лунь, — рядом эльфы, что может быть лучше?

— Логично, — согласился я, — уже летишь?

— Да. Вот, возьми.

Мне довелось однажды увидеть смену ипостаси сказочного дракона. Незабываемое зрелище. Дракон рассыпался блестящими лепестками, становясь человеком. Но вот рассыпаться частично…

В ладонь скользнул лепесток. Прозрачный, словно стеклянный.

— Если буду нужен, — пояснил лунь, — позови Яната.

Я поклонился.

Янат спустился в речку, подпрыгнул, повилял всем телом, начиная взлетать, и, набрав достаточную высоту, выгнулся струной и вскоре исчез за горизонтом.

— Пошли за гонораром, — сказал Шерд, настраиваясь на волну.

Ещё бы человек не заплатил. Во-первых, сильно напуган, во-вторых, зря я что ли маячок ставил?

И всё-таки, настоящая местная валюта куда лучше зачарованных менок. Не несёт в себе ощущение обмана. Обойдусь без них. Сегодняшнего "заработка" хватит и на ночлег и на поиски Хранительниц.

Дель

Моё известие никого не обрадовало. Особенно меня.

Люди… у многих фей и арамий это слово ассоциируется со смертью, болью, ненавистью. Боюсь, я тоже не исключение.

— Почему мы ненавидим людей? — однажды спросила принцесса Араклиона.

— Это очень долгая и грустная история, — вздыхает наставница, — Ты уверенна, что хочешь её услышать?

— Уверенна.

— Что ж. В период Времени Предначертаний, люди и арамии были друзьями. Мы торговали, учились, в случае необходимости защищались — вместе. Именно от арамий люди узнали о магии. Но мы никогда не заводили смешанных семей. Во-первых, из-за генетической несовместимости, во-вторых, из-за большой продолжительности жизни. Кому понравится смотреть, как угасает любимый? Так продолжалось веками.

Но однажды всё изменилось. К власти пришёл новый король. Он был безумен. Он завидовал арамиям: нашим знаниям, силам, долгой жизни. В своём безумии он начал охоту на нас.

Убивали всех, даже детей. Ужас, паника сопутствовали нам. Кровавое безумие охватило людей. Они считали, что, убив арамию, они забирают её жизнь. Они ошиблись.

Природа искала способы спасти нас. Так появились феи — похожие на людей, без крыльев, способные прятаться в Астрале. Остатки некогда великого народа пошли за феями. Они смогли перенести нас на одну из наших тогдашних колоний. Теперь она называется Америя — Мир Надежды. А мир людей вскоре погиб.

Но теперь мы испытываем лютую жажду человеческой крови. Примером служит клан Айрэ — наиболее пострадавший во время резни. Потери Арионель куда незначительней.

Теперь ты понимаешь, отчего мы такие.

— Понимаю.

Принцесса ещё множество раз будет плакать в подушку со словами: "Я — не убийца! Я — не такая!"

Эх, надо мне было поточней настраивать телепорт. Вместо планируемой мной Кайлессы — Навилла. Теперь вот придётся выкручиваться. А, впрочем, впихнуть в жаждущие приключений юные головы какую-нибудь дурацкую историю — не проблема. А уж для телепата моего уровня — тем более!

— Нам нужно добраться до ближайшего населённого пункта и разжиться лошадьми, — сказала я, — а то Илмина всех не выдержит.

— Угу, — согласились с моими доводами подруги.

Я распечатала карту местности и углубилась в её изучение.

— Вот, — выдала я, — ближайший город называется Алиова. Торговый центр, рядом конезавод. Подходит.

— А как эта страна называется? — осторожно спросил Дольвар.

Я повертела карту, прочитала название… Брови отчаянно захотели слиться с причёской…

— Ну-у-у, — протянула я, находясь в состояние полного апофигея, — по крайней мере, оригинально — Риззия.

Скульптурная композиция "Две девушки, кхорниск, и их отвисшие челюсти".

— Кто у них названия придумывает? — задалась справедливым вопросом Д'араней.

— Не знаю, — призналась я, — О! Ещё круче — Силнон.

Скульптурная композиция "Две ржущие девушки и изумлённый кхорниск".

— Пошли, — насмешливо фыркнула я, — нам две магические отмахать надо.

Алиову строили по принципу "паутинка". В смысле, что все дороги рано или поздно, но приводят на главную площадь.

— Ну что, — сказала Нассира, когда вы пришли на площадь, — расходимся?

— Расходимся, — согласилась я, — встретимся через час за городом.

Прохожие очень недовольно косились на меня. А что такое? Я вообще законопослушная… ведьма. Кажется, не одна я так думаю.

— Сдавайся ведьма! — раздался властный голос за спиной.

Я обернулась, с неподдельным интересом разглядывая стражников и толстенного мужика в халате.

— Сдавайся ведьма! — повторил епископ (может и нет, но в человеческих религиях я не разбираюсь). Халат, при ближайшем рассмотрении, оказался длинным, обильно украшенным золотом и драгоценностями балахоном.

— Сдавайся по-хорошему и мы, так уж и быть, умертвим тебя без пролития крови, тобишь сожжем на костре. — Мужик помахал увесистым серебряным крестом с изображением какой-то тощей курицы.

— А если я не сдамся? Мне, между прочим, жить хочется, — в тон ему заявила я. — Что это за Средневековье?

— Если хочешь жить, ведьма, — торжественно изрёк епископ, — приди в храм, да поклонися великому богу Вазусу, и обратися к вере истинной…

— Кому???!!!

— Вазусу.

Меня пробило на хи-хи.

— Между прочим, я не поклоняюсь керамическим изделиям. Я — агностик, — едко оповестила людей я и наклонила голову.

— А-а-а-а-а!!!! — испуганно заорал какой-то стражник. — Она не ведьма! Она демон!! Она оборотень!! У неё острые уши! Изничтожим же тварь!!

Нда, имидж изменился радикально. Всего секунду назад я просто собиралась распахнуть крылья и улететь, теперь же можно изъять кое-какую выгоду из своего нового звания.

— Да, я оборотень, и сейчас я…

Увы, этому "сейчас" не суждено было свершиться. Толпа зевак, собравшаяся перед храмом дабы наблюдать за изничтожением ведьмы-оборотня, испуганно разбежалась, пропуская великанскую игреневую лошадь и волочившегося за ней хозяина. Выбрав наименьшее из зол, человек выпустил узду, к немалой радости самой коняги и ведьмы.

Пропустив перед собой игреневую зверюгу, священники и воины упустили из вида умную меня, которая никогда не отлынивала от уроков верховой езды. Всего-то делов, схватиться за шею беснующийся лошадки, да изящно перемахнуть в седло.

— За ней! — опомнился епископ.

Стражники быстро оседлали привязанных к коновязи лошадей и бросились вдогонку.

Коняга длинными скачками преодолевала препятствия в виде камней, выбоин, людей, опережая преследователей на добрую лигу. Но упорные люди нагоняли, выпустив дюжину арбалетных болтов.

Если за тобой гонится толпа фанатиков, мешая наслаждаться природными красотами и "лёгкой" лошадиной походке, пойдёшь на любые ухищрения. Морок там наведёшь, телепортируешься, невидимкой станешь, да мало ли!

Лучший вариант — первый вариант! Морок поскакал куда-то вперёд, оригинал сиганул в кусты, подождал, пока стихнут крики людей и начал знакомиться.

— Меня зовут Алена, — к моей несказанной радости сказала кобыла.

— А я Дель.

— Очень приятно. — Однако, какая вежливость. — Куда поедим, Хозяйка?

— В смысле? — опешила я.

— В прямом, — пояснила Алена. — Я — маир. Ты — моя Хозяйка. Я тебя куда-нибудь везу и получаю морковку.

Мать моя женщина! Маир! Здесь! В этом далёком-далёком мире! Ын даг хор!

— Не ругайся, — назидательным тоном произнесла маир.

— Я не ругаюсь, я в тихом офиге.

— Эт видно, — едко уведомила Алена.

Видимо, моя кислая физиономия выглядела излишне красноречивой, ибо с кобылы мигом схлынула вся спесь.

Через тернии кустов к нам пробились Нассира, Д'араней и Дольвар.

— У-у-у… — взвыла дирейка, — повезло тебе. А там та-акие цены!

— Где "там"? — заинтересовалась маир.

— На конезаводе!

— Рассказывайте, — попросила я. Тхар, они что, решили, будто это ролевая игра? Слабо менками воспользоваться?

Выяснилось, что хозяин конюшен большой жлоб — заламывает тройную цену, когда красная от силы пять сарт. Что мотивирует он это развёдшейся нежитью. Что…

— Притормози-ка, — зловеще прошептала я, — нежить, значит…. Девчонки, собираемся! Сторгуемся мы с хозяином.

Конезавод оказался небольшим, что даже удивительно для такого большого города. Всего-то с пятак конюшен, да рынок.

Нежить изрядно подпортила хозяйство, за пять минут не встретилось не одного человека. Да что там человека, даже зверей не было! И птиц тоже.

Владелец предприятия — благородный лорд Треллин де Оверан — прибывал в растроганных чувствах. В этом ему пособничали: початая бутыль крепкого виски и пышнотелая девица в спальне.

Я инстинктивно поморщилась.

— Милорд Треллин де Оверан здесь? — вежливо, насколько было возможным, спросила я заспанного слугу. Тот буркнул что-то нечленораздельное и пошёл за хозяином. Вскоре оный появился в дверном проёме, в заляпанном халате, кругами от стаканов вокруг глаз и весьма дурном расположение духа.

— Чего-сь? — на диво трезво вопросил он.

— Я слышала, — с непроницаемым лицом отозвалась я, — что у вас пакость какая-то завелась.

— Да! — радостно вскричал человек. — Вы ведьма?

— Да.

— Дипломированная? — Хм, разборчивый.

— Да.

— Это хорошо, — потёр руками лорд.

— Рассказывайте. — Моё лицо напрочь отказалось менять выражение, а разум перестать трубить: "Не доверяй ему!", будто я когда-нибудь доверяла людям.

Треллин сел за стол, свёл пальцы замочком и начал:

— С неделю назад купил я коня. Статный конь — рыжий, с чёрной звёздочкой. Да вот беда — что ни торг, то, как бес в него вселится, и рвётся, и рвётся. Всех клиентов распугал и конюхов тоже. Никто не отважится подойти к нему. А теперь круглые сутки буянит — нечисть, одним словом.

— Рыжий с чёрной звёздочкой говорите… — задумалась я. Хм… Я знаю только один вид непарнокопытной "нечисти" подобной масти…

— Так вы согласны? — с надеждой в голосе запросил де Оверан.

— Да. Двадцать санерт — если бес. Тридцать — если нежить. Подозреваю, что второе…

Заботливый хозяин даже отрядил мне слугу-проводника. Тот трясся и умолял не скармливать его коню, у которого глаза горят огнём, а из носа валит дым. Я по-прежнему изображала из себя голема и разрабатывала план действия.

— Дара! — позвала я.

Дирейка откликнулась и пошла рядом.

Открыв дверь конюшни, слуга пулей понёсся обратно.

— Что ты собираешься делать? — спросила подруга, впрочем, не надеясь на что-либо помимо моего дежурного "Импровизировать".

В следующее мгновение из-за брикета сена вылетел конь. Янтарные глаза горели бешеным огнём, из ноздрей взаправду валил дым, короче, к нам нёслась ожившая иллюстрация к сказке про Сивку-бурку.

Я спокойно возвела электрощит, намериваясь разрядом в 40 вольт остудить пыл коня.

Сивка оказался на диво умным, не доскакав до намеченных жертв какие-то полметра, подпрыгнул и оказался на потолочной балке.

Д'араней сплела ловчее заклинание. Ненормальная животина пропустила плетение и бодро попыталась взять нашу крепость с наскока. Естественно, ничего не получилось. Заклинания у меня мощные, как никак Воздух в 14-ой степени.

Лошадь недовольно погарцевала перед щитом, остановилась, вздохнула и молвила:

— Может, снимите защиту, убивать вас не собираюсь.

У Дары отвисла челюсть. Я победно улыбнулась и втянула МЭ.

— А ты кто? — вырвалось у дирейки.

— Аллан, — признался конь, — зовут Вельт.

— А почему до сих пор не убёг? — лукаво спросила я.

— Хозяйку ждал.

В этом и заключался мой гениальный план. Маиры, келпи, крр'шаран и алланы сами выбирали себе Хозяев. Если дух Астрала остаётся на одном месте, значит, предчувствует скорую встречу. За неделю избранник не объявился, у меня и Нассиры кони есть, в радиусе сотни магических духов и Первых нет. Остаётся Д'араней. Простейшее логическое заключение.

Вельт позволил накинуть на себя магическую узду и вывести на свет божий.

Треллин де Оверан лично выбежал во двор встречать победителей. Собственно, не только для этого, но охмурению Нассира поддавалась слабо, а пышнотелая дама с ухватом быстро отучила блудного муженька строить глазки проезжим ведьмам.

При виде аллана, хозяин порывался сжечь "нежить окаянную", но получил отворот-поворт, ибо "данный вид относится к вымирающим и подлежит исключительно отлову и расселению".

Свои "честно" заработанные тридцать сарт я ссыпала в кошель и запрятала в сумочку. Они нам ещё пригодятся.

Рен

Я сидел в корчме "Трилистник", хрустел картошкой, запивал сиё "яство" медовухой и то и дело ловил на себе влюблённые взгляды подавальщиц, кухарки, жены корчмаря и распутных девиц. Последние недвусмысленно увивались рядом, игнорирую остальную мужскую часть общества. Ын даг хор! Фандрых! Это ещё одна причина моей нелюбви к человеческим мирам. Да ещё эти Хранительницы. Как сквозь землю провалились! Где их искать-то?

Дверь распахнулась, и вошёл старый дед, судя по всему здесь знаменитый.

— Э, привэт мужики! — с порога взревел он. — Ну, налейтэ мнэ сквашу, да я вам историю расскажу.

Хозяин быстро наполнил кружку (судя по размерам, скваша там литра два) и пустил её вдоль стойки прям в объятия старика. Дедок, залпом осушив посудину, со стуком опустил на стойку, присел на стул и начал рассказывать.

— Был я знамо дело сэгодна в стал'ном градэ Ал'иове. Да услыхал я, шо служители бога нашего Вазуса вэдму-паскудныцу изловылы. Ну, пашол я погладэт', како её, бисовскую твар' изнычтожат' будут. Ну, пришол я знамо на площад', да её и увидал. Да подумал я: "Чисто вэдма"…

— А почему? — поинтересовался один из завсегдатаев.

— Потому что шибко красивая. Не перебивая меня.

Судьба, спасибо тебе! Какая зацепка. Догадываюсь, о какой "вэдме" идёт речь.

— Волосы у неё рыжие аки огонь в Пещерах Огненных, а глаза серы яки лёд на реке Быстрице. Обвила она служитэлэй господа нашего своим колдовским взором, да те и упали замэртва. Кинулися тогды вояки наши бравые на вэдму паганую, дабы отомстить за служитэлэй. А туто появилася кобылица огроменная и размэтала их по всей площады. Поскакала кобылица мимо вэдмы, а та ухватылась за её шею и чисто ласточка в сэдло.

Я фыркнул от смеха.

— Да нэ сплошалы люды служивые, оседлалы конэй храмовых, да в погоню кынулыся. Бистро мчалася кобыла бисовская, но нашы всё равно нагоналы. Выпустылы люды добрые по вэдме болты…

А вот этого делать не стоило. Близкое знакомство с арбалетными болтами ей вряд ли понравилось. Но если они оказались серебряными, то их вполне можно было продать ювелиру — за моральный ущерб. А уж если стража не валяется в постели с резко скакнувшим артериальным давлением, то эта девушка само милосердие!

— Но не прычынялы оны йей врэда (по крайней мере, заметного). Взвилася она в облака…

— Кто? Лошадь или ведьма? — поинтересовался давешний завсегдатай.

— Лошадь. Обратылася она под вэдмой гробом чёрным, да нэ сплоховал Гринька-стрелок, выстрилыл в гроб да он и развалился. Упала паскудныца на землю да обратылася змеюкаю великанской. И тут….

Мужики подпрыгнули от ужаса.

— …с неба слэтэла звеэда и поразыла вэдму. Но рыжуха ентова руку подняла и обратылась ворыном чёрным и полэтэла в сторону дэрэвни Сылын.

Большое тебе спасибо, Судьба!

Да не за что. Мне не сложно помочь нуждающемся.

Расплатившись с корчмарём, я покинул "гостеприимное" заведение и имел несчастие нарваться на неприятности, в лице группы местных "братков".

— А-а куды мы со-обрал-лис? — заплетающимся языкам выдавил главарь.

Я высокомерно проигнорировал намёк на выбор "кошелек или жизнь". Шерд долбил копытом камень мостовой. Трещины уже пошли, ещё пара ударов и можно считать, что дорогам Алиовы понесён непоправимый ущерб.

Крак!

Камень рассыпался пылью.

— Может, вы поищите кого-нибудь другого? — оскалился я.

"Братки" почему-то не оценили мою гениальную идею, вытащили ножи. Да-а-а, после подобного зрелища можно в цирк года три не ходить. Ржавые железяки, играющие роль орудий ограбления, устрашающе смотрелись лишь в ножнах, но не в руках.

Я, отсмеявшись, медленно, дабы самоубийцы могли по достоинству оценить все переливы небесной стали, вытянул лайды из ножен и также медленно перетёк в стандартную боевую позицию, всем своим видом показывая отнюдь не дружелюбные намерения.

Ночь выдалась лунной…

Бандиты нападать не спешили, видимо впервые встретив превосходящего по силе противника. Я, впрочем, тоже не торопился.

Шерд прогрыз коновязь и пришёл изображать подкрепление. Огненное дыхание и когти вместо копыт поубавили решимость главаря и его воинства.

Я отчётливо ощущал страх людей. Он приятно щекотал нёбо, затуманивал разум, опьянял…

Реан!!! Ты чё творишь!!!??? Ты о чём думаешь!!!??? Так и трансформироваться не долго!!! Перестань идиотничать!!! Ты эльф или оборотень третьей категории?! Очнись! Дурья твоя башка!!! Реан!!!

"Братки", к счастью обеих сторон, решили, что нападать на эльфа — себе дороже, смотали удочки, оставив на память два ржавых ножичка. А что! Если почистить, то вполне пригодными к употреблению станут.

За городом обнаружилась полянка со следами недавней эксплуатации. Судя по следам, здесь побывало, по меньшей мере, три человека и одна лошадь.

— Только что догадался? — Голос прозвучал совсем рядом, буквально в полуметре. Или это телепат, или мои мысли проступают на лице большими печатными буквами.

— Реан орШеран? — уточнил голос.

— Допустим, — не стал отвечать я, зато повнимательней разглядел владельца голоса.

Это был ночной эльф. Судя по изумрудным переливам глаз — далеко не слабый маг. Никогда его не видел, посему насторожился.

Тот понимающе улыбнулся и вытянул из-за ворота рубашки камень, с руническим знаком тайны.

Я показал такой же знак и выжидающе уставился на эльфа.

— Роэл алСарах. Посланник от Эверана Д'Арвиста.

— И что же он хочет?

— Сказал, — Роэл скопировал интонацию шефа, — что я должен тебя отыскать и помочь в поиске Хранительниц.

Видимо, шеф объявил эльфу его задание таким же образом, что и мне. Вот ведь собратья по несчастью.

— И каким это образом, ты собираешься мне помогать?

— Я маг Интуиции.

Я присвистнул. Да, такого мага иметь в компании очень полезно.

Через десять минут, оседлав коней, мы скакали по дороге к деревне Силин.

***

Силин удивительным образом сочетала в себе черты города и деревни. В том смысле, что живут по городским правилам и ценам, услуги предоставляют на уровне деревни, знают друг друга как на хуторе — все всем родичи, пускай и троюродные. И что самое замечательное — имелись скамеечки с кучами болтливых бабушек. После расспросов оных выяснилось, что три ведьмы здесь действительно проезжали, что остановились они на постоялом дворе "Белый Конь" и что одна из них, "та, что златовласая", вызвалась вылечить купца от пневмонии. Как купец умудрился подхватить воспаление лёгких в середине засушливого июля, осталось тайной за семью печатями.

В "Белого Коня" эльфы наведываться не стали. Не стоит светиться раньше времени.

После недолгого совещания, решили побродить по ПГТ.

Роэл погулял на окраине, поймал множество влюблённых взглядов (ещё чуть-чуть и появятся сердечки, как в мультиках) и ретировался на холмы.

— Здрэвствуй дэвушка.

Ночной эльф заинтересованно прорвался через кусты и застал милую сцену. Звёздная эльфийка внимательно выслушивала старика с трубкой.

— Здравствуйте. Что делаете?

— Куриве трабка.

— А вы знаете, — назидательным тоном произнесла эльфка, — что Минздрав предупреждает: "Куренье — это яд!"?

Человек изумлённо уставился на стоящую рядом девушку.

— Шо?

— Нет повести печальнее на свете, чем повесть о коварной сигарете…

— Э? — дедок изумлённо захлопал глазами.

Больше не в силах терпеть противный запах табака, девушка вскинула руку и "испарила" трубку.

Человек подпрыгнул как ужаленный и с криком "Ведьма!" кинулся бежать вниз по холмику.

Эльфка покачала головой и уселась на пенёк. Роэл вылез из кустов и, насвистывая, прошёл к пеньку, "удивлённо" воззрился на ведьмочку и попытался завести знакомство.

— Неужели не я один пытаюсь спрятаться на этом холме?

Девица подняла голову и недовольно подтвердила эту версию.

— И кто же был этот дедок?

Эльфка горестно вздохнула:

— Если бы не заклинание, он бы попытался завербовать меня в храмовницы. Мерзость какая! Делать мне больше нечего, как читать проповеди и вести аскетический образ жизни.

Эльф понимающе кивнул.

— Это действительно ужасно.

— Угу, — скривилась эльфка, — особенно для меня. Я — некромантка!

Обычная человеческая реакция, это осенение крёстным знаменем и костёр. Для магических рас в этом нет ничего отвратного. Ну, владеет маг стихией Смерти. Так что с того? В конце концов, Ледару создали Повелители Стихий и Повелители Смерти туда входят. Что самое странное, необразованные слои населения упорно считают, что некромант, тёмный маг и чернокнижник — это синонимы. Откуда пошло это убеждение неизвестно, но путать их нельзя. Некромант — маг стихии Смерть. Тёмный маг — маг стихии Тьма. Чернокнижник = злой маг. Найдите десять отличий.

— Меня зовут Нассира, — представилась некромантка.

"Нассира!? Хранительница Огня!! Вот ведь повезло", — воодушевлённо подумал Роэл

— Роэл.

— Очень приятно.

— А что ты забыла в Навилле?

— Пишу диссертацию на тему "Различие нежити инертных — магических миров". Про магические уже написала, теперь вот полумагические начала.

— И как? — не поверил эльф, но ради приличия…

— Нормально, — Нассира обрадовалась его заинтересованному лицу.

Ещё десять минут Роэл слушал болтовню девицы, а потом солнце склонилось к западу.

Эльф вызвался проводить эльфку до постоялого двора. Та не особо возражала…

— Что здесь произошло? — внезапно охрипшим голосом спросила девушка.

Роэл был полностью с ней солидарен.

Рен

Посиделки за столом в кампании медовухи уже превратились в обыденность. После второго бокала интуиция и внутренний цензор напомнили о себе. Пришлось оставить тёпленькое местечко и влюблённые взгляды, бросаемые на меня представительницами слабого пола не младше семнадцати. Одна особенно ретивая дамочка притворилась, что упала и повредила ногу. Под полным обожания взглядом подразумевалось скорая помощь, торжественное поднятие на руки и внесение на второй этаж по круто-о-ой лестнице и последующими клятвами в вечной любви. Про следующий этап я старался не думать. То есть, он, конечно, очень приятный и всё такое… Но с человечкой и, к тому же, довольно страшненькой…

Дева, при помощи магии, была перенесена на стул и подвергнута медицинской обработки бинтами. Магия и только магия! Вознаграждением послужил горестный вздох и воздушный поцелуй.

Ночные улицы Силина вдохновляли на смену ипостаси, благо рассудок всегда держал внезапные порывы в узде. Нарвусь ещё на упыря или, что ещё хуже, наёмников. Они-то не упустят шанс прищучить оборотня и получить награду из храмовой казны.

Звяканье металла о металл заставило насторожиться. В тупичке по ту сторону улицы шёл бой. Самый настоящий, явно возникший не из-за спора или банального ограбления.

Тенью скользнув в тупичок я обомлел.

Нападавшие (штук двадцать!), одетые во всё чёрное, окружили одинокую фигурку и, с интервалом в две-три секунды, падали в лужу крови.

Ввязываться в бой я не спешил, но лайды достал. Предусмотрительного Демиурги берегут.

Парочка "чёрных", попытавшихся зайти за спину фигурки, таки получили от меня подарочки… Две отрубленные головы с противным хлюпаньем упали в лужу.

— Сама бы справилась, — сухо сказала фигурка. Тень практически полностью скрывала её черты, но древние чувства заглушить невозможно.

— ААramy, — от удивления перешёл на ланар я.

— Caierta uyel — ealef, — на том же ланаре продолжила диалог арамия, — Aeys roel?neevаА.

— Что здесь произошло? — Уже на всеобщем.

— На меня напали.

— Слишком много людей, — не поверил я, — Особенно, для одной банды.

— Меня это не волнует, — равнодушно произнесла девица. — Они на меня напали, я защищалась.

— У них не было шансов.

— Сами нарвались. Это обычные?haevnе.

— Не думаю, — усомнился я.

— Что здесь произошло?! — Местные заменители Стражей таки добрались до тупичка. Странно, что им не заплатили за молчание, а в неподкупность людских стражников я никогда не верил.

— На меня напали. А вот он — меня спас.

Девушка одарила меня полным обожания взглядом. Актриса, блин.

— Сколько их было? — спросил командир стражников и посмотрел себе под ноги. Зачем он это сделал!? Лицо человека позеленело, а желудок избавился от ужина. Его товарищи простили ему сею слабость. Сами выглядели не лучше. Признаюсь, от вида ТОГО, что здесь устроила арамия, самому тошно становится.

— Около двадцати, — я подождал, пока стражник придёт в себя, и выложил неточную информацию, — я не считал.

— А, мы тогда пойдём. — Люди, пингвиньей походкой, заковыляли к выходу из тупичка. Как загипнотизированные, ей богу! Наверно, так и было и, судя по едва уловимым всплескам в моей ауре, девица пыталась проделать со мной туже операцию. Ну-ну, пытайся.

— Имею я право знать имя моего спасителя? — Арамия поняла, что ментально воздействовать на меня не получится.

— Имею я право знать имя спасённой?

— Дель.

— Рен.

— Это прозвище? — уточнила она.

— Нет. Сокращение от имени.

— Неужели оно такое же непроизносимое, как и моё?

Девушка сделала большие страшные глаза.

— Угу, — фыркнул я.

— Значит, я с чистой совестью могу сбежать.

— Нет, — подло остановил её я, — я провожу вас до дома.

— Ладно, — без особого желания согласилась Дель.

А на свету видок у неё тот ещё. Волосы растрёпанны, блузка в пятнах крови и порвана, из глубокого пореза на руке сочится кровь.

В лицо ей старался не смотреть. Не лицо, а холодная маска. Никаких чувств. Мурашки по коже бегают.

Постоялый двор "Белый конь" заставил насторожиться. Ой, нечисто здесь. Повнимательней пригляделся к Дель. Ын даг хор! Златовласая! Каюсь, в темноте не разглядел, да и крови на ней много.

Десять минут назад, в тупичке, банда неизвестных напала на Дел'лиа.

Хозяина, слава всем богам и Демиургам, не было, а то бы грохнулся в обморок. Зато на втором этаже присутствовали: дирейка Д'араней, кхорниск Дольвар и неизвестный дракончик.

— Дель? — ошарашено вопросила дирейка. — Дель! Что с тобой случилось?

Златовласая рассказала.

В эту минуту ввалилась… ввалились…

— Что здесь произошло? — просипела Нассира. Роэл молча с ней согласился.

Рассказ повторили.

Похоже, никто из присутствующих никогда не слышал ничего подобного, а ведь девушки и кот знают Дел'лиа довольно хорошо.

Арамия слиняла вместе с дракончиком. Я выскочил за дверь и спустился на улицу. Шерд женихался к красавице кобылке, привязанной к коновязи и застенчиво хлопающей глазками, смотря на гарцующего коня. Ещё одна кобыла и конь, мерзко подхихикивали. Ну, прям зоопарк! Застенчивая кобыла — маир, вороная с рыжиной — крр'шаран и конь — аллан. Догадываюсь, кто их Хозяйки.

Пошёл дождь. Пришлось сплести заклинание-зонтик и наслаждаться шоу "Шерд и кобыла". Авось до чего-нибудь и доженихается. До копыта по морде, к примеру…

Шерд!! Скотина чёрная! Во-первых, Хозяйкой маира была Дел'лиа, во-вторых, кобыла оказалась особой влюбчивой, и перестала хлопать глазками, а вовсю ментально общалась с "женихом". Хорошо если заклинанием разгоню!

Получилось. Хотя осталось ощущение, что Хозяйка сама отогнала свою лошадь.

… а кому-то в эту дождливую ночь сильно повезло. Этим кем-то был Роэл, всю обратную дорогу мечтательно смотревший назад…

Дольвар

Зеркало упорно отказывалось отражать отражения. По его стеклянной глади бежала рябь. Нехорошая рябь. Если бы серебристые волны расходились от центра к краю, тревожиться бы не имело смысла. Подумаешь, очередной всплеск Всемирной Тоски, размазанной по всем пластам и лоскутам Реальности. Противно, но не смертельно. Однако, волны бежали от края к центру, что означало не "понемногу и на всех", а "персонально и по полной программе". Так как Хозяйка ещё не пришла, а рябь видел только я, предположения строить можно было только самые пессимистичные.

Демоны не ошибаются. Особенно на счёт своих Хозяев. Хозяйка пришла в компании симпатичного ночного эльфа и в состояние, что хоть стой, хоть падай.

На вопрос Дары: "Что случилось?" получили кровавый рассказ в духе историй про вампиров.

Через двадцать минут явилась Нассира и тоже не одна. Везёт же им на ночных эльфов!

Хозяйка умотала на крышу. Я поплёлся следом.

Пошёл дождь.

Внизу разворачивался второй акт комедии "Эльф, его конь и Алена". Эльфу было до лампочки, чем именно занимается огромный вороной зверь, но разнять парочку всё же хотел. В итоге Хозяйка послала Лене приказ. Та с неохотой, но подчинилась.

На пороге Сир расставалась с эльфом.

Дождь плавно перешёл в ливень.

Хозяйка развернула крылья. Зачем? Специально для таких случаев умные люди создали заклинание-зонтик.

Наконец, Хозяйке надоело изображать не то горгулью, не то мокрую птицу. Я с радостью поддержал сиё начинание по спуску в дом к тёплой печке.

Хозяин "Белого Коня" почему-то не появился…

Подошли Сир и Дара. Помолчали с минуту и заговорили:

— Что будем делать? Ведь всё это непросто так.

— Пользоваться телепортам нельзя, таинственный недруг наверняка заблокировал эту планету. Остаётся только ждать и шастать по лесам в ожидании чуда.

— А потом?

— Будем импровизировать!

Хозяйка вообще странное существо. Она всегда всё продумывала на десять шагов вперёд, а из-за маниакальной подозрительности и зачаточной мании преследования, без запасного плана и шагу не ступала. Но самое необычное — после тщательной разработки минимум десять различных планов, она неизменно импровизировала.

— Есть тут один подходящий лесок, — изучая карту, протянула Сир, — лес Призраков. Мрачноватое место с очень дурной славой. Прекрасное место, чтобы спрятаться…

— и первое место, где нас будут искать, — закончила Хозяйка.

— Не факт.

— Голосуем! — предложил я.

По результатам голосования вышло, что поездка в лес Призраков не откладывается до лучших времён и ехать лучше завтра утром.

А до утра всё образумится…

Деревья возвышались над землёй непоколебимой громадой. Их кроны терялись в укрытой сизыми тучами вышине, а у корней клубился туман. В непроглядном мареве временами появлялись размытые силуэты неведомых животных, и тут же исчезали, растаивая в родном тумане. Лес был безмолвен. Ни шелеста листьев на ветру, ни звонкой песни ручейка, ни криков птиц и рычания зверей. Только туман, обволакивающий лес и никогда не рассеивающийся.

Лес Призраков назвали так не случайно. Истории о людях, вошедших под сень вековых тисов и не вышедших, вой одинокого волка в день полнолуния, манящие туманные силуэты и временами вырывающийся на простор затхлый воздух. Всё это создавало неповторимый антураж. Страх неизвестного, желание странного, вот из чего состояла загадка леса Призраков.

Я недоверчиво вглядывался в матовые глубины тумана, как назло, создавшего силуэт арки и вьющейся среди стволов и папоротников дороги. Арка, а вместе с ней и дорога, растворились в сером океане. Лес внушал опасения. Временами вырывающийся затхлый воздух приносил с собой ароматы прелой листвы, воды, тумана и древней силы, от которой кровь стыла в жилах. Такой жути я не испытывал никогда.

Не я один чувствовал ауру тайны. Лошади нерешительно переминались с ноги на ногу, раздражённо ржали и всячески выказывали своё нежелание сдвигаться с места.

— Знаете, — протянула Хозяйка, — беру свои слова назад. Здесь нас точно искать не будут.

— Да, — добавила Нассира, — в таком месте может прятаться только самоубийца или человек, начисто лишённый инстинкта самосохранения, что в принципе синонимы. Сомневаюсь, что наш враг пустоголовый идиот.

— Именно! — воскликнула Хозяйка. — Неизвестный оппонент вероятно маг, раз владеет магическим гипнозом, телепат, умён, расчетлив, хитёр и старается не светиться. Сколько мы таких знаем?

— Мало.

— Давайте рассуждать логически, — в своей излюбленной манере продолжила Хозяйка, — Первый в списке подозреваемых стоит Вирд, но отпадает. Не маг, не телепат и с умом напряг. Он скорее козырная шестёрка, не выше. Тогда, голос в зале тянул шипящие, как змея. Какая мысль?

— Мараг! — ужаснулись девушки.

— Подходит по всем признакам. Виртуозно манипулирует сознанием, феноменально сильный маг, хитра, расчётлива, изворотлива и имеет причины от меня избавиться.

— От тебя, — с нажимом на второе слово сказала Дара. — А мы?

— За компанию, — предположила Хозяйка.

— Сомнительно.

— У тебя было видение? — насторожились мы.

— Было.

Неяркие солнечные лучи пробили себе путь в комнату. Тяжёлые красные шторы служили искусственным барьером живительным лучам…

Хозяйка комнаты сладко потянулась, взъерошила шерсть спящей рядом нацыге, встала, и пошла на встречу, ласковым лучам. Понежилась в их тепле пару минут и подошла к зеркалу. В стеклянной глади отражалась красивая и смертельно опасная женщина. Грива длинных, чёрных волос, холодные зелёные с желтизной глаза со змеиным зрачком, тонкие алые губы, неестественно бледная кожа и резкие черты лица выдавали в ней юай-ти.

В дверь постучали. Женщина облачилась в кроваво-красное платье и вышла.

Её уже ждали дела и первым в неотложном списке стояли Хранительницы. Верная юай-ти Гордыня должна была принести хорошие вести.

— Моя повелительница, — поклонилась Гордыня, — Хранительницы сбежали из Альбинии, оставив свои копии. Мастерски, однако, сделаны. Я не стала сообщать полуорку, зато вычислила местонахождение бежавших. Они телепортировались в Навиллу. Сейчас находятся в деревушке Силин, в человеческой стране Риззия. Послать отряд?

— Нет. Лучше взять под контроль банду местных преступников. На них можно всё свалить.

Тёмная повелительница редко говорила с характерным для её народа акцентом. Только когда надо было кого-то запугать.

Гордыня ещё раз поклонилась и ушла.

Мараг отвернулась к окну и улыбнулась своим мыслям. Скоро, совсем скоро всё изменится.

— Это очень плохо, — сказала Хозяйка после пересказа. — А кто такие Хранительницы?

— Не знаю.

— Значит надо узнать.

Мы задумались. Было, конечно, одно предположение, основанное на сказках. Из них следовало, что Хранительницы — это такие могущественные, всезнающие, бессмертные существа, живущие где-то в царстве Повелителей Стихий. Но это слишком нереально.

— Когда я была маленькой, — выудила что-то из воспоминаний Сир, — родители часто оставляли меня с одним кентавром. Его звали Бронс Степной Ветер. Он рассказывал мне сказки, легенды, пел баллады. Я тогда научилась играть на гитаре и илге. А ещё он прекрасно знал историю. Алайны, ЛлиарИарнон, других миров. Возможно, он знает, кто такие Хранительницы.

— А где он сейчас?

— На Кларте… вроде.

Интересно, что он там забыл. Кларта, конечно, мир магический, но без обожаемых кентаврами плоскогорий, степей и вечнозелёных тёмных лесов.

— Дольвар, — Хозяйка взволнованно всплеснула руками, — ты, через Астрал, пройдёшь на Кларту и найдёшь Бронса Степного Ветра. Потом с нами свяжешься.

— Но почему? — запротестовал я. — Я должен охранять тебя!

— Я могу о себе позаботиться, — ласково улыбнулась Хозяйка, — а ты — единственный, кто может покинуть Навиллу.

— А вы? — обречённо спросил я. Если Хозяйка что-нибудь решила, переубедить её не смогут все боги, Демиурги и Повелители вместе взятые.

— А мы перекантуемся в этом лесу.

Я вздохнул. Оставлять Хозяйку одну мешали инстинкты, которым я обычно подчинялся, как и приказам. Сейчас доминировал второй пункт.

Перед мысленным взором возник Астрал, со всеми его волнами и линиями. Поле, с пасущимися духами, море с рыбами и тоненькие ниточки, сплетённые в одну большую Вселенскую Сеть. Также мысленно потянулся к одной, крайней ниточке. Та затрепетала, словно струна гитары и издала свой неповторимый звук. Вибрация ниточки усилилась, звук стал громче. Вскоре кроме него ничего не было слышно. Моё тело поплыло, сливаясь с Астралом и через секунду, я уже бежал по дороге, окружённый туманом.

Роэл

Я вложил кинжал в ножны и критически оценил проделанную работу. На полянке был прочерчен неидеальный, но ровный круг с символом Поиска в центре. Именно так выглядела подготовка к заклинанию поиска Хранительниц.

Враки, что, для того чтобы найти человека надо:

— Быть некромантом.

— Принести в жертву тёмным богам (с учётом того, что подобных богов не существует!) девственницу или, на худой конец, курицу.

— Начертить жертвенной кровью круг с гектограммой и рунами Смерти и Жизни.

— Воздать хвалу демонам, Дьяволу, богам и Демиургам (именно в таком порядке).

— Зажечь 6 или 9 (а лучше 666) чёрных витых свечек.

— Развести костёр, вскипятить кровь (люди что, помешались на ней?) в чёрном медном котле и добавить лягушачьих лапок, слизняков, крысиных хвостов и аналогичной гадости.

— Достать портрет или фотографию искомого человека.

— Опустить образ в котелок.

— Вылить кровь (это уже тянет на новую главу в учебнике по психологии) в центр гектограммы.

— Напялить чёрно-красный балахон.

— Шесть раз пропрыгать на левой ноге по часовой стрелке вокруг круга, распевая сатанистские гимны и размахивая черепом коровы.

— Встать над физиономией несчастного человека, творя при этом страшное и эффектно выглядящее заклинание.

— Поставить крест на карту мира — ведь именно там находится искомый объект!

Обычный маг, конечно, воспользуется заклинанием, гектограммой и фоткой, а истинный маг Поиска просто нарисует круг со знаком Стихии. И то, только чтобы легче держать МЭ под контролем.

— У меня три новости, — выдал я результат поиска, — хорошая, плохая и отвратительная. С какой начать?

Рен отвлёкся от созерцания прекрасного и предпочёл начать с первой новости.

— Я нашёл Хранительниц. Они не далеко. Новость плохая — они сидят в лесу. Новость отвратительная — они сидят в лесу Призраков и не собираются его покидать, по меньшей мере, неделю.

Напарник сник.

— Как они туда попали? — Справедливый вопрос. Сам вот думаю. — Там же апсар — Дети тумана. Они никого не пускают в свои владения, иначе как по приказу таинственной Владычицы, которой они поклоняются.

— И какие мы делаем выводы?

— Владычица существует и впускает Хранительниц в лес.

— Зачем? — Ещё один справедливый вопрос. Там же Нассира, а лес слывёт опасным местом.

— Делать нечего, — подвёл итог Реан, — придётся ждать, пока они не покинут апсар.

Надёюсь, долго они там прохлаждаться не будут. А мы пока поживём где-нибудь в уюте. Вон там замок высится и, судя по его магическому фону, дело у нас там будет…

— Прикладное драконоборство

Дольвар растворился в воздухе. Дель напряглась. Её связь Хозяйки не давала кхорниску далеко от неё отходить, а чтобы увеличить расстояние, надо было приложить титанические усилия. Усилия приложили и не сказать, что после этого Дель хорошо выглядела.

Лес приглашающе зашуршал.

Они тронули лошадей и ступили в объятия тумана.

"Проходите. Мы не тронем вас".

"Это что?", — встрепенулась дирейка.

"Езжайте по дороге. В глубине вы сможете отдохнуть".

— Девочки, — протянула Нассира, — вы слышите то же, что и я?

— А что слышишь ты? — уточнила Дель.

— Голоса.

— Вариантов два, — подвела итог арамия, — либо это коллективные слуховые галлюцинации, либо здесь и вправду живут призраки. И знаете, я всё больше и больше склоняюсь ко второму…

В конце дороги была туманная площадь с туманными силуэтами домов. Мёртвая тишина была постоянной гостью здесь. На туманной площади никого не было.

И вот, туманные миражи рассеялись. Дома и площадь растворились, явив небольшую ложбину.

— Как красиво! — синхронно воскликнули девушки.

С высоких, невесть как здесь очутившихся, скал, неслышно падала вода. Прозрачно-голубые струи неспешно устремлялись к земле, но не разбивались тучами брызг, а затапливали ложбинку. Воды было много, но глубина мини озера не превышала десятка сантиметров. На сухих возвышенностях стояли мраморные скамейки в форме полумесяца. И высокие стройные деревья, ветви которых начинались очень высоко и образовывали полог, через который, кое-где, пробивались лунные лучи.

"Оставайтесь здесь и ждите".

"Чего ждать?", — отстранённо подумала Д'араней.

Точно таким же вопросом задались остальные.

— Приветствую вас.

Девушки обернулись. Существо, полностью состоящие из тумана, медленно приближалось.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровались они.

— Народ апсар рад приветствовать вас в Туманном лесу.

"Интересно, а кто это?".

В список достоинств апсар явно входила телепатия, ибо существо заливисто расхохоталось и приглашающе махнуло в сторону скал.

Палатка, смахивающая на шатёр, гостеприимно распахнула свои объятия. Дети Тумана, словно подчиняясь чьему-то приказу, сделали всё в лучшем виде. Тут тебе и кровати (это в лесу-то!), складной стол и стулья, вазочка с фруктами и цветы. Лепота!

Духи раскланялись и удалились.

Д'араней не спалось. Подружки дрыхнули как суслики и видели, по меньшей мере, пятый сон.

Поворочившись ещё минут пять, дирейка поняла, что заснуть сегодня не сможет, а головную боль заработает. Пришлось несчастной выйти на природу — подышать свежим воздухом, втайне надеясь, что Судьба сегодня не ушла в очередной запой, и таки обратит свой всезнающий (скорее мутный с похмелья) взор на свою скромную слугу.

Водопад успокаивал. Даже, в какой-то мере, убаюкивал. Но, видимо, сегодня подсознание решило устроить Даре проверку на прочность. Как долго вымотанная девица может не спать?

Посидела на скамеечке, посмотрела на туман, побросала камешки в воду, вздохнула, и пошла обратно.

— Ын даг хор! — выругалась дирейка.

Причина была стоящей. Откуда в полном тумана лесе взялись нормальные и "живые" существа, но огромная, песочного цвета и раза в три (!) больше Дольвара пума, принадлежала именно к живым.

— Ын даг хор! Фандрых!

Зверюга вежливо выслушала гневную тираду.

— Хорошая киса, — ласково попыталась задобрить кошку не умеющая обращаться с животными Д'араней, — ты ведь пропустишь меня?

"Киса" показала мно-ого белых, острых клыков.

В стрессовой или опасной ситуации Дара начинала вести себя неадекватно. Если сейчас представительница семейства кошачьих (или класса астральных) не уберётся, то полетят тяжёлые предметы, а потом "светлячки".

— Не вздумай! — невесть чего испугалась кошка.

Девушка опешила.

— Д'араней, — вкрадчиво сказала пума, — успокойся и не делай резких движений…

"Она, за чью жизнь опасается? За мою или свою? И вообще, я — не сбежавшая из психбольницы маньячка".

— Оно и видно, — прокомментировала ситуацию я.

Прошедшие эры плохо сказались на Валинде. Эльвента-консерваторша решила не менять свои взгляды на явление себя Хранительнице. Жалко, что она не понимает, что современная молодёжь, по большей части, не верит в существование Хранительниц и иных подозрительных мифологических сущностей (разумеется, кроме меня!).

— Вау! — восхитилась ввалившаяся без стука Ленора. — Ты трезвая!

— Мне не нравиться твой тон, — обиделась я.

— Да ну тебя, сестрёнка, — махнула рукой Ленка. — Чего смотришь?

— Любуюсь собственной Хранительницей, — мрачно отозвалась я.

— О-о-о! Подвинься.

Ленора потеснила меня на кресле и впялилась в шар.

— Клёво! — спустя минуту сказала она. — Я всегда говорила Валинде, что консерватизм до добра не доведёт. Она сейчас несчастную девушку до психбольницы доведёт.

— Ты это и Трид говорила.

— Да среди наших эльвент нормальная только Илайна! Чем руководствовалась Мистика, создавая их?

— Мистика сама консерваторша, вот и создания у неё такие!

— А говорить плохо о начальстве в его присутствии — чистой воды самоубийство… — вкрадчиво протянул голос за спиной.

— Ой! — мы с Ленкой синхронно подскочили. — Простите!

— Ладно, — величаво повела рукой Алайна. — прощаю. Чего вы там высматриваете?

— Хранительницу Судьбы.

— Да? Да! Валинда — консерваторша старая, решила не менять свои взгляды на явление себя Хранительнице. Она, что не понимает, что современная молодёжь, по большей части, не верит в существование Хранительниц и иных подозрительных мифологических сущностей? Кроме меня, разумеется! Придётся девочке внушить доверие к этой дуре!

Какое счастье, что Мистика сама до этого дошла! Теперь мучиться не придётся…

— Откуда ты меня знаешь? — Понимание того, что иланга знает её имя, Даре пришло много позже.

— Ну, — задумчиво изрекла зверюга, — делая скидку на твои знания — от верблюда.

К такому повороту событий дирейка была не готова.

— Ты кто? — Вполне справедливый вопрос, учитывая обстоятельства.

— Эльвента.

Слово девушке ничего не говорило.

— Это, — увидев выражение Дариного лица, пояснила кошка, — вроде как дух реала.

"Знать бы ещё, что такое "реал"", — подумала Д'араней.

— Реал — это часть Звезды Милениума. В каждом реале заключена сила Стихии. У тебя реал Судьбы. Ты — Хранительница реала. Абсолютная повелительница Земли и Судьбы, бессмертная и самый сильный маг этой стихии.

— Земли и Судьбы?

— Земля — твоя защитная Стихия. Она искажает твою ауру и любой, кто будет её сканировать, решит, что ты маг Земли. Судьба — основная Стихия. Ты можешь предсказывать будущее, заглядывать в прошлое, частично менять судьбы людей. Плюс мощные заклинания.

Дара сразу поверила всей этой ахинее. Просто нутром чувствовала — не лжёт эльвента.

— Меня зовут Валинда, — сообразила представиться эльвента, — меня можно вызвать в любое время дня и ночи, но лучше, чтобы никто ничего не заметил. Я буду обучать тебя контролю силы и паре десятков новых плетений.

— А девочки?

— Пока ничего не говори. Они тоже Хранительницы и скоро пройдут инициацию. Вот тогда и поговорите.

Эльвента откашлялась и перешла на деловой тон:

— Быть Хранительницей очень сложно. Ты должна следить за Равновесием. Для этого тебе даны силы Земли и Судьбы. Но, для того чтобы использовать силу, придётся потерпеть. В течении двух недель ты будешь полностью отрезана от магии, за исключением пары врождённых способностей. И реакция будет притуплена…

— Что!?

Валинда растворилась в воздухе. Ладонь девушки непроизвольно сжалась в кулак…

"А что это?"

На ладони лежал серебряный кулон в форме острого трёхконечного листа с фигуркой сидящей пумы. В пасти кошки сиял треугольный, прозрачный кристалл с символом Земли внутри.

Д'араней покачала головой, надела реал и пошла спать.

Нассира

Когда я проснулась, Дара уже бодрствовала, а Дель дрыхла в обнимку с подушкой. Теперь только через пару часов добудимся.

Вероятно, такая штука, как рассвет в Туманном лесу не появлялась. По крайней мере, всё было таким же, как вчера. Туманным.

Дара сидела внизу на скамеечке внизу и медитировала. Расслабленное, ничего не выражающее лицо вглядывалось в голубые водные струи. Не спорю — красиво, только ничего такого, что может навести на мысли о высоком. Видимо, чувство прекрасного у меня атрофировано.

Ещё постояла, посмотрела на водопад, и пошла завтракать.

Дель — чудо! — проснулась и даже начала наводить лоск. Но застала я её за оригинальным занятием. Вы пробовали жевать бутерброд, красить ногти и читать что-нибудь на компьютере одновременно? Советую — не пробуйте, если вы не Юлий Цезарь или… не Дель. Как у неё всё это получается?

— Сир, — оттолкнулась от ноута подруга, — позови Дару.

— Не получится, — хмыкнула я, — она как раз достигла Нирваны.

— А ты её очень сильно позови.

— Ладно. Да-ара!

И тишина…

Я позвала ещё раз.

Д'араней отказывалась покидать Нирвану.

— Да-а-ара!!

— А? Чё?

Дирейка стояла, удивлённо взирая на меня с каменного карниза над водопадом.

— Деля зовёт!! — закричала я, а иначе бы меня не услышали.

— Ага, щас спущусь. — Дара начала озираться в поиске удобного спуска. Она что, слететь не может?

В итоге, через пять минут, я получила запыхавшуюся сумеречную эльфийку с идиотской улыбочкой.

— Дар, — посоветовала я, — ты, конечно, обожаешь грибы, но на такие беленькие, на тонких ножках со смешным воротничком, не налегай, ага.

Подружка возмущённо приподняла брови и гордо удалилась в шатёр, где Дель предавалась фольклорной "смешинке".

— Ты чего?

— Ха-ха-ха!

Донельзя странная реакция. На вопрос "Что делать?" неизменное "Импровизировать!", на плохие новости и вообще на всё плохое — заразительный смех.

Отсмеявшись, арамия развернула экран ноутбука.

— Ну как?

Это был почтовый ящик Дели, куда приходили ежедневные отчёты мороков, новости, письма от друзей и всевозможный спам.

Сейчас на весь экран был растянут отчёт Дели-2.

"15 астар 27: 05.

Сегодня на мою жизнь покушались самым, что ни на есть, гнусным способом. Убийца попытался заколоть меня отравленным кинжалом. Дольвар успешно превратил его в котлету (потом оказалось, что это зомби не первой свежести), а орудие покушения оставила себе (яд уничтожила). Через минуту в комнату ворвались Сир и Дара с мечами и "огоньками" наголо. На них тоже зомбики нападали! После непродолжительного военного совета окружили себя Универсальным Щитом и послали "голубка" на разведку. Думаю, что это Вирд подстроил. Никому постороннему о случившимся не сообщали. Продолжаем вести себя, будто ничего, и не было. Ждём дальнейших указаний".

— Фандрых, — сквозь зубы выругалась я. — Эта сволочь совсем с катушек съехала!

— Какие указания, — живо заинтересовалась Дара, — ты им выдала?

— Продолжать вести себя как обычно, — допечатала Дель и нажала "Enter".

— Что… — хотела спросить я, но не успела.

В шатёр, подняв тучу пыли, влетел Дольвар.

— Девчонки, — даже не отдышавшись, вскричал он. — Я нашёл его! Я нашёл Бронса Степного Ветра!

— Где?!

— На Таргеле.

— Где?

— Это такая планета рядом с Клартой. Сплошная степь с горами. Идеальное место обитания кентавра.

Собрались мы оперативно — пожарники отдыхают! — апсар не встретили, посему мук совести не испытывали, но благодарственную записку оставили.

…Защиту с планеты уже сняли. Телепорт нацелили на Великую Степь на Таргеле.

Степь как степь. Бескрайнее желтоватое море. Лёгкий ветерок… И ни одной живой души на полсотни магических окрест. Я бы почувствовала…

Обычно, кентавры предпочитают жить в горах, где много пещер и можно укрыться в случае чего. Степняки же строили целые посёлки из шатров. Они цеплялись друг за друга, старались всё делать вместе, и уж тем более, не оставлять своих… Так почему же, спрашивается, в степи стоит одинокий шатёр, который даже насекомые облетают? Так почему же интуиция настойчиво твердит об опасности? И почему здесь ТАКАЯ концентрация Смерти?!

— Я туда НЕ пойду! — сглотнула я.

— Мне он тоже не нравится, — поддержал Дольвар.

— Поднимите руки, — демократично предложила Дель, — кто хочет идти.

Естественно, рук не было.

— Единогласно! Пошли.

Мы опешили. Идти! ТУДА!? После единогласного не соглашения!? У Дели что-то с головой…

Уж не знаю почему, но мы в шатёр вошли и обомлели.

Внутри была ужасная разруха. Циновки порваны, глиняная посуда побита, разбросанные тряпки неподдающиеся опознанию… Уцелела лишь клетка, на которую было накинуто покрывало.

— Смотрите!

Мы, с превеликой неохотой, переступили обломки чего-то деревянного, и подошли к кхорниску.

На забрызганной кровью земле, лежало изломанное тело гнедого жеребца.

Я знала его. Друг детства, благодаря которому я умела петь и играть на гитаре, благодаря которому нашла Илмину, на которого возлагала надежду в поиске ответов — был мёртв.

— ??eya ie lliаre, — сквозь слёзы простилась я.

Дель опустилась на корточки и коснулась кончиками пальцев земли.

— LteiаАna resаА ou?dlе. Asser stаyvаА? nol Oudenа.

Тело Бронса окутала матовая дымка, приняла форму параллелепипеда, затвердела…

— Дель, — почему-то тихо спросила я, — что это было за заклинание?

— Не знаю, — также тихо ответила заклинательница.

Тело исчезло, а на месте, где оно лежало, теперь стояла гробница. На радужном мраморе посверкивали рельефы, изображающие сценки из жизни кентавров. А не крышке гробницы сияли орёл и волк. Символ Жизни. Символ Смерти.

— Откро-ойте!

Как оказалось, у Бронса был попугай-иланга. От расправы птицу спас тёмный угол и сливающиеся с тканью шатра покрывало.

— Меня зовут Фирион, — представился попугай.

— Очень приятно.

— Бронс, — Фирион покосился на гробницу и вздрогнул, — велел мне рассказать это на случай, если Мараг найдёт его первой.

Неужели… Да. Бронс мог подстраховаться — как и любой кентавр, он мог видеть будущее.

— Что ты должен рассказать?

— Историю.

Птица встрепенулась, потопталась на жёрдочке и начала:

— Никто не знает, кто создал реалы. Никто не знает, почему появились Хранительницы. Считается, что сами Повелители Стихий придумали это, но зачем — неясно.

Хранительницы обеспечивали Равновесие. Следили, чтобы ни одна Противоположность не превалировала. Хранительниц четыре, так же, как реалов. С помощью реалов они управляют Низшими Стихиями. Хранительницы были бессмертными, и когда они уставали следить за Равновесием, то искали себе достойную приемницу и передавали эстафету. Так продолжалось эпохами. Но случилось ужасное. Высший демон Норрэл захотел править всей Ледарой. Хранительницы быстро умерили его пыл, вот только не до конца…

Прошло несколько тысячелетий. О демоне все позабыли, а Хранительница Жизни решила уйти на покой. История сохранила имя той Хранительницы. Аладриена — так её звали. А вот имя преемницы звучит Мараг. Сомнительно, что это настоящие имя, но факт остаётся фактом. Во время обряда передачи демон напал. Аладриена погибла, а Мараг попала под заклинание Всеобщего Повиновения.

То, что произошло дальше, вам прекрасно известно.

— А другие Хранительницы? — осторожно спросила Дель. — Они выжили.

— Да, — сказал Фирион. — Одна. Шадия илРисса — ночная эльфийка и Хранительница Времени.

Хотя, Войну Падения пережила ещё одна. Алавин Аэлиэн — новая Хранительница Жизни. Её и Шадии сил хватило, чтобы возвести вокруг Алайны невидимую защиту. Ни Мараг, ни кто-либо под её контролем, не может проникнуть в центральный мир. На иллюзии защита не распространяется, к сожалению.

— Больше Бронс ничего вам не сказал?

— Только то, что вам, — с ударением на последнее слово, произнёс он, — надо найти Шадию. И что она может быть где-то на Кларте.

Мы выпустили попугая из клетки и, отъехав от шатра на пару магических, устроили совещание.

Общим решением было отправиться искать Шадию.

… Меня не покидало ощущение, что Дель что-то знает о Мараг. Или об Аладриене.

— Хорошо, — сказала я, — а что мы будем дальше делать?

— Импровизировать.

Мы стояли на тротуаре оживленной улицы Верстиллоны — столицы Кларты. Вокруг простирался серый индустриальные пейзаж развитой полумагической планеты. Суетились люди и эльфы, неспешно плыли над землёй лайны, сверкали неоновые вывески… И никто нас не замечал.

— Идём.

Дель уверенно вела нас извилистыми улицами, пока не привела к серому дому в два этажа.

Кажется, я догадалась. Пару лет назад, Дель купила несколько домов по всему Измерению. Теперь один такой дом будет служить нашим убежищем на время поисков.

Рен

Замка мы достигли через час. А когда смотришь, издали, он таким большим и уж тем более далёким, не кажется.

— Гномы, чёрт бы их побрал, — сдавленно ругнулся Рой.

Полностью согласен. Хозяин замка пожелал, чтобы его крепость была построена гномами, со всеми вытекающими. Не удивлюсь, если несколько людских поколений, ждали сдачи замка в эксплуатацию. В результате вековых трудов на скале с видом на озеро вырос небоскрёб средневекового типа. Огромные зубчатые стены, сама обитель герцога, куча пристроек и изрытая потайными ходами земная твердь. В такой крепости только жить и жить, да строить коварный планы по захвату престола. Но, что-то мне подсказывает, что герцогу сейчас не до того…

Стражники у ворот рассыпались в благодарностях. Приняли нас за священников, вызванных из Алиовы герцогом Эргоном.

Шальной ветер настырно долбился в окно — ни дать ни взять норовил принять участие в встрече. Куда лучшую компанию составлял мраморный с прожилками лазурита камин. В его чреве голодно трепыхались янтарные языки пламени, и слугам приходилось частенько утолять ненасытного.

— Стражники с вами не сильно строго обошлись? — полюбопытствовал герцог Эргон.

— Нет, — уронил я, — они были самой любезностью.

Герцог взволнованно помял руки. Ясно, что ему были нужны маги, но то, что приедут нелюди, он не ожидал. Как собственно и замковый священник, недовольно косившийся в сторону конкурентов.

Обмен любезностями происходил в шикарном вестибюле, где помимо хозяина и священника, собралась вся прислуга и семья герцога.

К моему вящему удивлению, дочурка Эргона не таращилась на нас, а грустно и мечтательно смотрела куда-то в сторону. Я проследил за её взглядом и наткнулся на рыцарские доспехи.

— Значит, — испытывающий суеверный ужас, пригласил герцог, — мы пройдём в кабинет?

Мы кивнули.

"Странный он какой-то, — телепатически поделился соображениями Роэл, — не находишь?"

"Нахожу. Вся семейка с прибабахом. Вон, дочь влюблено на доспехи пялится".

"Да? — искренне удивился напарник. — Наверно за доспехами тайный ход, где юную герцогиню ждёт возлюбленный".

"Роэл, — обеспокоился я, — ты, о чём думаешь?!"

Он промолчал, но кончики ушей слегка порозовели. Вот ведь влюбился на свою голову! Да ещё в кого. В очаровательную звёздную эльфиечку, с фигурой супермодели и чёрным чувством юмора, да ещё, являющейся Хранительницей и нашем заданием по-совместительству.

— Итак, — тихо начал Эргон, — вы — маги.

— Да.

— Вы можете изгнать духа?

Оригинальный подход к делу.

— Смотря какого, — завёл переговоры Роэл, — моровку, приведение, банши и других 1–3 степеней опасности — легко. Мроеда, гуля (степень 4) — посложнее. А ежели у вас лич или, что хуже, драколич… Даю хороший совет — сматывайтесь, пока целы. Или доплачивайте за риск или нанимайте целую команду магов средней руки.

— Не-е, — призадумался клиент, — у нас приведение.

— Какое? Кого?

— Да выглядит оно как обычный дух. Плывёт в двух дюймах над полом, всё белое и прозрачное. А кого и что оно здесь делает — не знаем.

— Да колдуны, — гнусаво донеслось из угла, — крестьянина какого уморили и подняли.

— Сильвестр! — ужаснулся герцог.

О священнике позабыли все. А между тем он уселся на колченогий стул и, держа в правой руке томик Святого Писания, осенял нас крёстным знаменем свободной рукой.

— Эти порождения Ночи горазды людей мучить!

— Наше общество неприятно слуге Всевышних? — щурясь, вопросил Роэл. Я послал священнику коронный эльфийский оскал.

— Ваше счастье, — не унимался служитель, — что вы — колдуны проклятые!

Подумав немного, напарник накинул личину философа:

— Ну, ежили мы твари страшные, то можем уйти…

— Нет! — как ужаленный подскочил герцог.

— Да! — радостно осклабился Сильвестр.

Теперь оскалов стало ровно на один больше.

Священник скосоротился и замолк.

— Так что тут у вас происходит? — подчёркнуто вежливо продолжил Рой.

— С месяц назад началось, — взволнованно вещал герцог, усиленно тря длань о штанину, — сначала начали пропадать сосиски. Мы подумали, кто-то из кухаркиных детей. Потом кухарка увидела приведение и вот теперь оно свободно шастает по замку, воет и гремит цепями. На нервы действует. Прислуга увольняется, говорит: "Пока от духа не избавитесь — не вернёмся". Избавьте нас от него.

— Обычно, у подобных гостях из потустороннего есть дело на земле. Может из домочадцев кто помер, да дело важное не закончил. Или мстит кому. Вдруг помолиться забыл, а его кадилом по башке…

Священник пропустил шпильку мимо ушей.

— Нет не из наших это, — изрёк герцог. — А коли избавите от пакости этой, две сотни золотых заплачу.

Я присвистнул.

— Половину — авансом.

Под злющим взглядом Сильвестора, Эргон вручил Роэлу мешочек, туго набитый золотом.

Охота началась…

— Если бы я был привидением, — рассуждал Роэл, — я бы ни за что не стал жить в такой грязи.

— А с чего ты взял, что неупокоенная душа здесь?

— Может, и нет, зато тело — вполне вероятно.

Целый час мы бродили по подземельям. Пока ничего, кроме ржавой арматуры, гнилых остовов ящиков, слизи на стенах и грязи на полу не наблюдалось.

— Может мне ипостась сменить? — предложил я. — И нюх острее и сам быстрее.

— А не отравишься? — усомнился напарник. — Тут этой слизью всё насквозь провоняло. Даже в нормальном облике чувствуется.

— Да нет тут ничего.

Я начал заклинание. Через минуту, брезгливо поднимая лапы, шёл уже волк.

— Ну, как?

— Нет тут духа.

— Значит, он наверху бродит. Пошли, я тут ход увидел.

Винтовая лестница кончалась глухой стеной. Не поверивший в замыслы строителей я, поковырял когтём в трещинах. Стена развернулась на девяносто градусов.

— Я же говорил! — торжествующе объявил Роэл. — По этому ходу девица ходит к возлюбленному.

Проход действительно скрывался за рыцарскими доспехами, только возлюбленный ещё не появлялся, я бы учуял.

— Прав, прав. — Я отряхнул лапы и принюхался. Пахло сосисками.

— Смотри.

Мимо нас нагло проплыло приведение, сжимающее в объятиях тарелку с сосисками и жующее один экземпляр мясопродукта. Никогда не слышал, чтобы приведения ели. Максимум, на что он способны — это энергетический вампиризм.

Мы удивлённо переглянулись и припустились за сумасшедшей неупокоенной душой.

На шестом этаже, в галерее семейных портретов, приведение просочилось сквозь стену вместе с добычей, хотя по законам нематериальных сущностей, оно не могло это сделать. Разве что…

— Это не приведение, — прояснил ситуацию я, — а живое и вполне разумное существо.

Роэл принялся ощупывать портрет, судя по металлической пластине, прапрапрапрапрадедушки нынешнего герцога.

— Ес!

Рама глухо щёлкнула и отъехала в сторону.

— А-а-а-а!!! — заорало нечто во тьме.

Мы инстинктивно шарахнулись в сторону и приготовились к бою. Каково же было наше удивление, когда приведением оказался… леприкон. Да, самый настоящий леприкон: в зелёном камзоле, в зелёной шляпе с клевером, с тросточкой и сосиской в зубах.

— Что вы тут делаете!? — благим матом заорал он.

— Приведение изгоняем, — не стали лгать мы.

— Меня что ли?

— Тебя.

Леприкон воровато оглянулся на тарелку с бедными мясопродуктами, на початую бутыль дорогущего коллекционного коньяка, на нас…

— Может, договоримся? — соорентировался он.

— Может.

— Сколько?

— Половину, — нагло сказал я.

Леприкон схватился за сердце. Да, половина с трудом накопленного горшка золота — это много.

— Сорок процентов.

— Пятьдесят пять.

— Заклинаю Демиургами, — попытался надавить на жалость пройдоха, — у меня жена и трое детей. Мне семью кормить надо. Пожалейте-е…

— Нет у тебя никакой семьи, — пошуровал я в голове вора сосисок. — Шестьдесят, не меньше.

— Пожалейте меня! Половину.

— Идёт! — Мы ударили по рукам.

Леприкон взвыл, но деньги отсчитал. Да, несчастный, не повезло тебе, на ночных эльфов нарвался, а с нами торговаться бесполезно…

Замок мы покинули с несколькими тысячами в карманах. При случае, надо будет на счёт перевести. Побольше бы таких леприконов… а морок призрака создать легко.

Рыцарь догнал нас быстро. Он был в полном боевом облачении, разве что без коня.

— Что вам надо, милейший, — сухо осведомился я.

— Вы ведь усмирили призрака!

— Ну.

— Дело тут такое, — отчеканил рыцарь, — дракон похитил принцессу. Она — связная жутким заклятием — ходит у родника и смотрит так жалобно. Да только те, кто пытается её спасти, все в желудке дракона пропадает.

Раздался смешок (с моей стороны) и громкий смешок (со стороны Роэла).

— Ну, так берётесь?

Мы не могли отказать благородному рыцарю. Особенно, если он платит вперёд.

Принцесса пришла вовремя.

Да-а-а… у любого рыцаря, при видя такой красоты, сердце загорится совершать подвиги.

Девушка — навряд ли старше меня — босая, в полупрозрачном одеянии, нарезала круги вокруг родника. И смотрела так жалобно-жалобно, будто говоря: "Спаси меня, мой верный рыцарь". Лучи закатного солнца играло в пышных волосах цвета жидкого серебра. Серебряные волосы? Наверняка в ней есть пара капель тёмноэльфийской крови. Но самыми удивительными были глаза. У принцессы была гетерохромия. Правый глаз — фиолетовый, левый — зелёный.

Девица, между тем, сделала ещё пару кругов, а потом, уперев руки в боки, выразила своё неудовольствие по поводу нашего бездействия.

— Эй! Рыцари! Я — принцесса, на которую злой колдун наложил страшное заклинание! Чтобы меня освободить, надо убить бронзового дракона, который живёт в пещере, совсем рядом! Чтобы…

Хамка она, а не принцесса.

— А мы не рыцари…

Такого поворота событий принцесса точно не ожидала.

Мы вышли из кустов. Дамочка одарила нас недовольным взглядом, потом, о чём-то подумав, ясно улыбнулась и изрекла:

— Роэл, какой леший тебя сюда принёс!?

— Вы знакомы, — оторопел я.

— Угу, — мрачно изрёк Рой. — Это Дайяна теЛеранни, дочь моей троюродной сестры, а по совместительству — подполковник аланской армии, руководитель исследовательской группы "5_2?".

— То есть, — закончил я. — Она — твоя начальница.

— Угу, — мрачно подтвердила Дайяна. — Кстати, Альфонс тоже здесь.

— Да? Где?

— Альфо-онс! — позвала лжепринцесса.

Дракон был красивым, статным, гордым. Тело, покрытое бронзовой чешуёй, золотистые гребни, идущие по шее и переходящие на хвосте в стреловидный конец. Клиновидную голову венчали загнутые в форме арфы золотые рога. Глаза же переливались всеми оттенками янтаря.

— Дайяна, — зевнул он, — что-то случилось?

— Случилось. Рыцарь не пришёл, а прислал эльфов, один из которых наш второй боевой маг.

Дракон хитро прищурился:

— А может они нам, и помогут дописать твою диссертацию…

— Какую диссертацию? — подозрительно уточнил я.

— На сыскание Магистра 2-ой степени.

— А почему бы и нет, — дьявольски улыбнулся Роэл. — Дайяна, у тебя есть знакомые гномы?

— Чего? — оторопела эльфка.

— У-те-бя-есть-зна-ко-мые-гно-мы? — по слогам произнёс Рой.

— А-а-а! — поняла подполковник. — Есть. Зирра Ягенсена и его "ребят" помнишь?

Роэл поморщился. Видимо, он их помнил и предпочитал не вспоминать, а заодно не видеть, не слышать, и вообще, найти кого-нибудь другого.

— Ладно. Сойдут. Слушайте.

Гномы согласились принять участие в нашей авантюре.

Первым пунктом мы отыскали своего рыцаря и, заявив, что добропорядочные эльфы драконов не убивают, вернули часть денег, напоследок посоветовав обратиться к разбившим неподалёку лагерь гномам за огнеупорными доспехами.

Рыцарь, не будь дурак, внял нашему совету и нашёл гномов. Алчные коротышки вытащили заранее приготовленный доспех и содрали с придурка сумму, равную моему месячному жалованию (и нафига рыцарю принцесса, если у него и так денег куры не клюют!?).

Второй пункт также не обошёлся без участия гномов. Зирр отчески наставлял рыцаря в плане драконоборства. По его рассказам выходило, что только чистый духом и усиленно занимающийся бодибилдингом рыцарь сможет преодолеть расставленный ушлым драконом ловушки и добраться до принцессы (по виду рыцаря можно было сказать, что он злоупотребляет алкогольными напитками и недоедал в детстве).

При приведении в действие третьего пункта случился форс мажор. Зря мы поручили Альфонсу командовать гномами!

Чтобы понять, как такое случилось, понадобится не-большое отступление.

Гномы всегда слыли народом чересчур трудолюбивым. Любое задание они перевыполняли в два, а то и в три, и в четыре раза. Так что любой человек, ведущий дела с гномами, должен был намеренно занижать планку.

Альфонс, будучи драконом (а, как известно, драконы не жалуют гномов), ни о чём таком не знал.

Зря Дайяна опасалась, что дракон скопирует полосу препятствий с практики 8-го курса Тир-Лианской Академии Боевой Магии. Лучше бы скопировал. Ги-гантские росянки, живые шашки, пещерные тролли — ка-кие пустяки!

То, что предстало перед глазами ошеломленного рыцаря и участников, преодолеть было невозможно.

В первом секторе располагался пахнущий ров шириной восемь метров, наполненный дымящейся соляной кисло-той. Во втором метались вурдалаки — жутко голодные, судя по утробному желудочному вою, который поднялся, как только они увидели жертву. На послед-нем этапе чудом уцелевшему рыцарю предстояло уворачиваться от здоровенных шаров, про-ворно катавшихся по полигону, с внушительным лязгом сталкиваясь длинными ядовитыми шипами.

Впрочем, вряд ли все эти напасти всерьез угрожали несчастной жертве. Потому что на старте надо было первым делом перемахнуть через абсолютно гладкую стену высотой 16 метров.

Рыцарь немного поник, но полный решимости, направился штурмовать стену.

Тем временем, в кустах, объединенными усилиями удалось избежать смертоубийства и вы-яснить — в самых общих чертах — что произошло. Оказа-лось, что непреодолимая стена предусматривалась высо-той два метра, ров — шириной один метр, кислота — водой обычной, вурдалаки — чихуахуа-переростками, а шарики — должны быть в восемь раз меньше и без шипов. Задачей последне-го этапа являлась поимка и расположение одинаковых по цвету шаров в углублениях на трёхметровой горе. После этого Альфонс должен был приземлиться на землю и испробовать на рыцаре 45-ый тип драконьего пламени.

Я глянул на чудовищное табло, изящно тор-чавшее на 24-метровом столбе, и всхлипнул от смеха. Мало того, что Альфонс на всякий случай в два раза завысил требования к строителям. Мало того, что масштаб 2: 1 был понят гномами совершенно превратно. Так эти бескорыстные труженики от широты душевной еще и вдвое перевыпол-нили задание!

— Что будем делать? — обводя "полосу препятствий" ошалело округлившимися глазами, спросила Дайяна.

— Спасать рыцаря, — вздохнул я, набрасывая на спину ножны. — Рой, пойдём.

Роэл бодро вскочил и, когда мы вышли за пределы слышимости, шёпотом спросил:

— Ты что задумал?

— Ещё немного заработать, — честно ответил я. А что, куплю девушке подарок. Вспомнить бы, как девушку-то зовут… Тогда куплю подарок сестре. Тут подобных проблем не возникнет. Главное, прислать его анонимно…

— Эй, рыцарь, — заголосил я, чуть не смеясь от вида штурмующего стену рыцаря, — тебе помочь?!

Рыцарь оторвался от выполнения первого этапа "полосы препятствий". Нас он, похоже, не узнал, и то хорошо.

— То есть?

— Ну, всё это можно преодолеть очень просто.

— Как? — живо загорелись глаза рыцаря.

Я красноречиво замолчал. Рыцарь выудил откуда-то из панциря внушительно звенящий мешочек и перебросил его Роэлу.

— Можно пройти в обход, — сказал я рыцарю.

Рыцарь впал в прострацию от осознания своей глупости.

Минут пять он ещё тупо пялился на кусты, в которых скрылись мы, а потом начал обход.

Через полчаса Альфонс приземлился перед добравшимся до столба рыцарем и дыхнул бронзовым огнём.

Рыцарь (без доспех) свалился на землю бесчувственным мешком. Подполковник выскочила из кустов, и начала что-то с упоением строчить в материализовавшимся блокноте, ворожа над телом.

— Ну вот, — радостно сообщила она спустя час. — Всё записано! 45-ый тип пламени бронзового дракона. Эффекты: оглушение и парализация живых существ. Испарение любых заколдованных вещей…

— Так, так, — прервал речь эльфийки Альфонс. — Дома Эду с Энви расскажешь, а сейчас надо оттащить парня в деревню и сдать корчмарю.

— А, да, — согласилась Дайяна и начала чертить пентаграмму переноса. — Бывайте, парни!

— Пока!

— У меня две новости, — сообщил Роэл после обряда. — Первая, Хранительницы покинули лес и Навиллу. Вторая, покинули не все. Одна бродит где-то рядом.

— А примерное местоположение? — Рядом, значит. Что же она здесь забыла?

— У озерца в том лесочке… Ты куда?

— Следить, — ответил зимний волк и бросился в чащу.

Хорошо быть волком. Несешься по лесу, и опавшая листва приятно щекочет подушечки лап. А какие непередаваемые ощущения доставляет пружинистая хвоя, хранящая запах всего, что на неё ступало!

Волчья личина проявлялась редко, но когда проявлялась…

Полная луна весело играла на серебристой волчьей шерсти.

Это ощущение невозможно описать, это надо почувствовать…

Лесную тишину ничто не нарушало. Ни крики птиц, ни шелест мягких кроличьих лапок, ни что.

Ощущение легкости и свободы. Ты тонешь в этих чувствах, и волчьи инстинкты затуманивают разум…

Но это длилось не долго. Чуткий волчий слух уловил лёгкое копошение в кустах. Секунда, и кролик мешком повис в страшных челюстях.

Но безграничная свобода, это и безграничная ответственность. Не позволить личине одержать победу над разумом…

М-м-м. Превосходно. Ещё бы куропатку на гарнир…

Потому что, перекидываясь, я ставлю под опасность чью-то жизнь. И чем больше жизней, тем сложнее вернуться обратно.

Кролика прикопали, чтобы забрать на обратном пути.

Звериную тропку неосторожно начала переходить куропатка. Момент, и всё кончилось.

Сегодня определённо мой день! Поймаю ещё кого-нибудь для себя и пойду к озеру. Никуда от меня Хранительница не денется.

За десять минут я поймал крольчонка и с упоением съел его, лёжа в высокой траве.

— Вон он!

Я поднял голову, недоумённо повернув уши в сторону двух человек.

— Попался, оборотень!

Перекинуться обратно я не успел. По голове долбанули чем-то тяжелым и в глазах потемнело.

Как это называется? Почему так болят руки и голова? Вроде с мечом не упражнялся и не пил. Сегодня что пятница 13? Или мне чёрная кошка дорогу перебежала? Или Марс с Юпитером окончательно рассорились? Или кофейная гуща твердит: "Умри, Реан! Умри!"? Или наступила перемена магнитного поля, а воздействие Альфоцентавры ухудшает положение…

— Он очнулся.

Я с трудом разлепил веки и имел счастье лицезреть принеприятнейшую картину. Две давно небритые человеческие рожи, во все свои кариозные зубы, ухмылялись и точили охотничьи ножи. Та-а-ак.

— Что вам от меня надо? — с нажимом спросил я.

— Ничего, — поганенько усмехнулся ближайший гад. — Кроме помощи.

— Оригинально у вас тут помощников ищут.

— Нам нужно поймать одного оборотня. А кто лучше знает оборотня, чем другой оборотень.

С этими словами Ближний развернул свиток с портретом Дел'лиа (вид спереди, сбоку и даже сзади). Ниже витиеватым почерком было написано.

"Разыскивается!

Оборотень. За осквернение храмов Всевышних. А также: за массовые убийства в городе Силин, за кражу храмового коня, за творение волшбы и за сопротивление властям при задержании.

За поимку этой нежити живой или мёртвой

Назначено вознаграждение в 10.000 золотых"

— И как вы собираетесь её ловить? — После непродолжительного знакомства с арамией я понял — с ней лучше не связываться.

— Придумаем, — заверили меня охотники.

Говорила мне мама в детстве: "Реан, не бегай по ночам в облике волка в мирах, где живут люди". Вот до чего довела пагубная привычка.

Пока люди точили мечи, а я придумывал план побега (кстати, придумал и почти дотянулся до спрятанного в сапоге ножа), на сцене появилось четвёртое действующие лицо.

— Кхм. Я не помешала?

Риторический вопрос. Конечно, нет!

Люди повернулись к ненужному свидетелю их злодеяний и обомлели.

— Это она! — сверив оригинал с портретом, провозгласил Дальний. — Лови!

— Может, решим дело по-хорошему? — предложила Дел'лиа.

— Чё? — не поняли ретивые охотники.

— Вы отпускаете эльфа и остаётесь целы.

Видимо, такой вариант людей не устраивал. Они что, слепые? У арамии же на шее (специально поверх куртки) висят две перекрещённые линирты! Знак Танцующей со смертью.

Так или иначе, но эти идиоты обнажили клинки.

— Что ж, — вздохнула Хранительница, вытаскивая аррели из ножен, — не хотим по-хорошему, будем по-плохому.

У людей не было шансов. Ни единого. Даже вдесятером. Даже сотней.

Смазанное движение для охотников, было для меня как замедленная съёмка.

Шаг. Полуприсед. Взмах обеими клинками сразу. Кровавые росчерки.

Два трупа осевшие на землю.

Действие в одну секунду.

Дел'лиа подошла ко мне и одним ударом разрубила верёвки. Всунув кинжалы в ножны и бросив "Мы квиты", попыталась скрыться.

— Ты убила их, — тихо произнёс я. Нет, мне не жаль было этих свиней. Просто не мог понять — зачем было убивать.

— И что, — равнодушно сказала она.

— Неужели нельзя было использовать магию?

Она остановилась, подумала, повернулась.

— Они — люди. Люди не заслуживают жалости.

Убийца. Сволочь.

Она распахнула крылья и взмыла в облака.

Я произнёс заклинание. Земля вздрогнула и за считанные мгновения поглотила тела.

Дель

Я не знаю, что заставило меня вернуться в Навиллу. Это мир притягивал меня, будто нас что-то связывало.

Возможно это случайность, а возможно и нет, но я вновь встретила Рена. Не знала, что он полуоборотень, теперь, вот, знаю.

Но вот обстановка встречи… Брр, чувствую себя сволочью. Была же при полном резерве, а поступила как убийца. У-у-у! Мерзость!

Хорошо, хоть наши дороги пересеклись и разбежались. И больше мы не встретимся! Фух, а то я начала подозревать, что то Судьба шутки шутит… Эй! А кто там, в кустах шуршит?

К озеру выполз волк. В белой шерсти застряли репьи. Морда, грудь и лапы перемазаны чем-то красным, и глаза, такие голубые-голубые, как небо, и очень умные. Ой!

Волк затрясся и с жалобным воем повалился на землю. Тут только я заметила, какой он тощий, и ранен. Видать на охотников нарвался.

Волк продолжал скулить от боли. Я выдернула стрелу — волк стиснул клыки — и попыталась вспомнить исцеляющие плетение. Как же там…

Призму Воды связать с северной звездой на два. Провести через призму Воздуха на три. Вплести Южный ветер в третью связку. Сместить через две мирки на шесть. У начального конца напитать и пустить импульс в призму Воздуха. Завязать на Волну на девять. Окольцевать Жизнью и Светом и на десять отпустить.

Я механически повторила действия. Волка окутало золотистое сияние и через пару мирок, он был как новенький.

А потом его глаза вспыхнули, и меня отбросила на пару метров. Что за…

Я с трудом разлепила веки. Ночь всё ещё властвовала в небе. Это ж сколько я провалялась без памяти?

Приподнялась на локтях. Голова слегка кружилась.

Когда мир вокруг перестал изображать юлу, я смогла получше разглядеть окружающую среду.

Всё тот же лес, всё то же озеро, всё то же, что было, не знаю, сколько времени назад. Всё, кроме одного.

На пенёчке сидел, закинув ногу на ногу, и жевал бутерброд ночной эльф. Что он тут забыл? Изображает благородного спасителя? С бутербродом? Я не слишком хорошо знаю этих эльфов, но сомневаюсь, что они на такое способны, хотя встречаются уникумы, которых природа отрицательными качествами не обделила. Похоже, он к таким и относится.

Где же я его видела? Память у меня абсолютная, но случайные образы попадают в такие отделения этой самой памяти, что вспомнить нереально. Хорошо, попытаемся вспомнить по внешности. Жгучий блондин, глаза голубые, зрачок вертикальный, смотрит так иронично. Маг Стихий Воздух — Огонь. Степень 12-ая. Одет по-походному.

Из полученных данных делаем выводы. Параллель ночной эльф — маг можно забыть, они все маги. Степень высокая, почти что высшая — встречается очень редко. По внешнему виду можно определить, что Судьба занесла его в этот мир с целью написания диссертации на получения звания Магистра 1-ой степени или Архимага. Скорее всего — первого.

Но что он тут то делает?!

— Закончила? — вопросил маг. Ой, узнаю я эту интонацию…

— Ты что, меня преследуешь?

— Нет, — довольно убедительно соврал Рен.

— Хорошо, тогда, что здесь произошло?

Эльф проглотил последний кусок бутерброда, возвёл глаза к небу и решил рассказать:

— Наёмники, которых ты убила, были не одни. Их коллеги, обнаружили, что напарники отправились к Стихиям, а рядом прохлаждается оборотень… Стрела попала только одна, зато заговорено-отравленная…

Класс! На обычного оборотня с арсеналом на дракона. Это кто меня так любит? Догадываюсь… Но эльф! Леший бы его побрал! Я — душа сердобольная, его вылечила-выходила, а он!

— Мне вот интересно, о чём ты думала! В заклинание навязать Свет. Ты не можешь касаться этой Стихии. Вообще!

— Я блондинка, мне положено, — съязвила я.

Рен промолчал, ошеломлённо переваривая ответ. А что? Цвет волос у меня золотистый. С пакетиком краски и долей фантазии, можно и белый сотворить.

На поляну выскочил волк и немедленно попытался укокошить Рена. Эльфа перспектива свидания со Смертью (или это Смерть не хотела с этим встречаться?) не устраивала. Пару минут они возились за пенёчком, пока случайный порыв ветра (каюсь!) не снёс обоих в озёро.

Их воды вышли ночные эльфы в количестве двух штук, и попытались придушить меня.

Я, опровергая все законы аэродинамики и притяжения в частности, залетела на высо-о-окую сосну и показала несостоявшимся киллерам знак, с участием среднего пальца.

Жест эльфов не вдохновил, а напротив, заставил остаться на земле, высушиться, и придумать стратегию по взятию сосны штурмом. Штурм прекратился после пары залпов электролами. После непродолжительного военного совета, меня решили взять измором. Вот только осаждающие не учли очень важную деталь. Я арамия, а соответственно умею летать. Вот сейчас мы так и поступим…

Снизу донеслось несколько гневных возгласов. Я описала три "мёртвых петли", шесть "бочек" и уже собиралась перейти на победный круг с выходом в красочное пике, как вдруг какое-то на редкости противное плетение типа "сети" сковало меня.

Ах, вы так! Тогда я вас…

Потасовка продолжалась ещё минут десять. В конце концов, я, поняв двойное преимущество эльфов, повалилась на землю, сделала большие жалостливые глазки и завела рулады на тему "Я такая безобидная, хорошенькая, беленькая и пушистенькая. Слабый пол. И вообще, лежачего не бьют!".

Бой увял.

— Давайте знакомиться! — изрёк второй эльф, в котором я с удивлением узнала парня Нассиры.

— Дель, — назвалась я.

— Роэл. А он…

— Я знаю, — холодно сказала я.

Рен прищурил глаза. Конечно! Я игнорирую его Великую Эльфийскую Персону! И нечего цвет глаз менять! Жёлтый весь вид портит… Чего? У меня галлюцинации. Маг не может менять цвет радужки. Это не возможно. Морок — да, но не по желанию. Хотя, бывали в истории случаи, когда магу везло, и рождался он с такой способностью. Это очень редкая способность, а значит, ему могли дать имя с намёком.

Он представился как Рен. Где-то я это сокращение слышала. Попытаюсь вспомнить. Кажется, мне рассказывали об эльфе, способным на изменение цвета глаз. Как же его звали… Вспомнила… Эверан! Свинья неблагодарная! Я, значит, ему жизнь спасла, а он за мной шпионит! Гадина сумеречная. При следующей же возможности устрою ему допрос. Нет, лучше просто премии лишу…

— А где Сир?

— На Кларте, — рассеянно отозвалась я.

— А где именно?

— В Верстиллоне.

— А…

— А давай я тебя туда телепортирую. — Мне жутко хотелось спать.

Рен увязался следом.

"Сир будет счастлива", — подумала я, перед тем, как заснуть.

— Джерт из "кувшина"

Нассира

Наверно глупо это. Любовь с первого взгляда. Если бы мне сказали, что я так рано влюблюсь, да ещё и с первого взгляда, то шутник получил бы "огонёк" и пару крепких слов из лауреного арсенала. Но факт остаётся фактом. Я — влюбилась.

Странная всё же штука — Судьба. Она сводит разных людей, а потом разводит. Толи дело, быть Хозяином Своей Судьбы. Я из таких счастливчиков.

Дни летели не заметно. Я гуляла с Роэлом, Дель висла в Интернете, Рен пропадал невесть где, а Дара целыми днями сидела в футбольных клубах. Оно и понятно, приближался матч Кларта — Решан. Дара — большая фанатка этого вида спорта — понятно дело, не могла пропустить знаменательное событие. Лично я ничего в футболе не понимала. Ну, в чём смысл? Двадцать мужиков в трусах бегают по полю, и ещё миллион мужиков в трусах смотрят это по галоэкрану.

И вот, день матча настал. Дара встала рано-рано и сразу упорхнула на стадион. Как оказалось, не зря. Толпы болельщиков с обоих планет запрудили улицы, напрочь перекрыв любое движение.

Роэл предложил провести время без пользы и сходить в местный луна-парк. Я была не против.

Роэл прицелился и нажал на спусковой крючок. Из допотопного револьвера вылетела не менее допотопная пуля и поразила центр мишени. Приз — большого белого плюшевого мишку с алым бантиком — он церемониально вручил мне.

— Куда дальше пойдём? — спросила я.

— В кино.

— А на какой фильм?

— О любви.

— А что, сейчас какой-то идёт?

— Да.

Я провела рукой по мишкиной голове. Лишь через пару мирок я поняла, что случилось.

Голова медведя открутилась, и из образовавшегося отверстия повалил голубоватый дым. Он начал сгущаться и вскоре на тротуаре стоял низенький старичок в дурацкой одежде аля-Хотабыч.

— Йолстртх'нор трил'Ъангер к вашим услугам, леди! У вас есть три желания. Советую загадывать их побыстрей, у меня очень плотный график.

— Ын даг хор! — проговорила я, стараясь получить от процесса максимум удовольствия. — Ын-даг-хор!

Джерт измерял периметр гостиной, курил трубку аля-Шерлок Холмс и косился на меня в ожидании желания. Я косилась в ответ и думала.

Это ж надо Судьбе такой подарок преподнести! Что я с ним делать уду?

А я… ик… почём знаю?

— Элуна!

Ну, чего ей пона-адоб-билось от м-мен-ня?

— А ну-ка дыхни!

— Лена-а-а, от-т-тстань.

Ленора распахнула мой бар с коллекционными винами и ахнула:

— Элуна! Ты что, того? Десять бутылей царской водки выдуть! За один вечер!

А-а… ик… й-а-а то думал-ла, чего мне-э так херово.

Ленка, читая лекцию об алкогольной зависимости, сплела заклинание отрезвления.

— Спасибо, — резко протрезвевшим голосом поблагодарила я.

— Угу. Только ты мне объясни, в честь какого праздника ты напилась до зелёных чёртиков.

Не до зелёных, а до красных в фиолетовую полосачку и зелёную крапинку. И прыгали они вокруг с жёлтыми валентинками и распевали "Happy Birthday to you…"…

— Да Хранительницы, фандрыха на них нет, мотаются по всему измерению и творят не понять что.

— Это не повод, чтобы подбрасывать им джерта в плюшевом мишке.

Ну и фандрых с мишкой, зато весело будет.

Судьба, как всегда промолчала, и позволила разбираться с проблемой самостоятельно.

А джерт продолжал нарезать круги.

— Ну, так что, — продолжал настаивать он, — какое будет первое желание?

А чтоб ты провалился! Что бы мне такого пожелать? А ведь, к сожалению, Джерт не может убить, заставить полюбить, и воскресить. Так что…

В этот момент в гостиную ввалился Рой с букетом роз. А что, идея!

Будущий подопытный меж тем, чмокнул меня в щёчку и торжественно преподнёс букет.

— Ты меня любишь? — спросила я.

— Люблю.

— Докажи.

— Как?

— Отправься в склеп, полный кровожадных тварей и принеси мне гримуар мёртвого тёмного мага, чьё тело находится в центре склепа.

Возможно, такой склеп и существует, но сейчас во взгляде Рая читалось недоумение, по поводу просьбы.

А джерт уже щёлкнул пальцами и подопытный растворился в воздухе.

Остаётся только ждать.

Дель

— Лена!

Я зевнула и тупо уставилась в пространство перед собой. Какой хрен будит с утра пораньше?

— Лена!

Мозг продолжал переваривать полученную информацию, и вскоре до меня дошло, что на компьютерном столе сидит Васька.

— Вась, ты что ли?

— Да, я, — подтвердил чем-то недовольный кот.

— А что случилось?

— Да ничего особенного! Ты просто опять дорвалась до ручки и клочка бумажки!

Я нашарила на столе бумажку, включила лампу и прочитала написанное. Ой! Как же мне это всё расхлёбывать?…

— Вот именно, — прочёл мои мысли Вася.

Нда, работка предстоит не из лёгких. Но вчера я играла в такую классную игру, что идея уже начала вырисовываться. Приступим.

День начался с того, что мне на голову упал кирпич. Всё бы ничего (щит я ставлю молниеносно), да только в радиусе магической не было ни одного, здания, стройки или живого объекта. На небе облаков также не было. Странно.

Ещё немного потопталась на пустыре, посмотрела по сторонам и села в лайн.

Вести самой было лень, благо автопилот придумали задолго до моего рождения. Курс взяла на городскую библиотеку, и, пока лайн прокладывал путь к месту назначения, я успела прочитать газету. Ничего интересного не нашла. Много-много про политику, чуть-чуть про находку какого-то скелета в Загорье и заметка о том, что Решан непременно проиграет.

А меж тем лайн долетел до библиотеки.

Ею оказалось высокое белое здание с колоннами и статуей Клио перед входом.

Библиотекарь совершенно не хотел пускать незнакомую (а значит подозрительную) девушку в архив без специального разрешения свыше. Пришлось гипнотизировать, но доступ в архив я себе пробила на неопределённый срок.

В заднюю часть библиотеки вела небольшая деревянная дверь с покрытой вековой пылью ручкой. Библиотекарь утопал за стойку пить чай, и я толкнула дверь. В лицо дунуло затхлым воздухом и пылью. Нда, заклинание армагедонной чистки будет не лишним. Вот! Так гораздо лучше.

Тысячи высоченных полок со свитками и фолиантами. Всё, от легенд до телефонных справочников. Не зря, ох, не зря, библиотека Кларты считается третьей по величине после легендарной в Милениуме и попросту огромной в Альбинии.

Пошла дальше. Собрала все справочники и переписи населения за последние двести лет. Стихии, как же я это перебирать буду?!

Через три часа корпения над книгами, было обнаружено имя Шадия илРисса и адрес оной. Верстиллона, ул. Диккероны 13.

Наконец-то, а то уже голова болит от всех этих имён. Теперь можно и домой.

Вы знаете, что Сир, умеет притягивать неприятности? Я знала и поэтому нисколечко не удивилась джерту, разгуливавшему по гостиной.

— Йолстртх'нор трил'Ъангер, к вашим услугам! — выпалил дух, увидев меня.

Я поморщилась. Не люблю джертов.

— А где Роэл? — Эльфа действительно не было нигде в доме. Не исключено, конечно, что он побежал в цветочный магазин, а то и в тот, который напротив…

— В склепе…

— Чего!? — Это уже Рен.

— Доказывает истинность своих чувств, — закончила Нассира.

— И уже доказал! — А это наш пропавший эльф.

Рой тем временем протянул своей "большой любви" книжечку в чёрном переплёте.

— Довольна…

Кажется, я успела свалить по-английски.

На площадке было пусто. Странно, с учётом того, что это вообще-то детская площадка.

Сидеть на слега покачивающейся качели было скучно. Книга в желтовато-коричневом переплёте покоилась на коленях. Открыть её решимости не хватало. Кто знает, что там. Возможно как-нибудь… когда-нибудь… в любом случае, пусть она побудет у меня. Бережного Стихии берегут.

Пошёл дождь.

Гнетущая атмосфера сдала свои позиции, хотя, полагалось бы, наоборот.

Я люблю дождь. Любой. Морось, грибной дождичек, осенний, ливень и даже тайфун. Даже если в этот момент я не нежусь в кресле у камина. Люблю дождь, потому что он — дождь.

Погода решила показать все мои любимые её проявления. Дождь, туман, радуга, а на десерт — голубое небо в штрихах лёгких облаков.

Облака манили, подстрекали принять истинный облик и воспарить в небеса. Не зря, ой не зря, фей и арамий называют облачными девами… А, плевать! Пусть кто-нибудь подглядывает, мне всё равно!

Прыжок, взмах и крылья напряглись, ловя попутный ветер и через мгновение, я на скорости, во много раз превышающую скорость звука, неслась в небе.

А внизу величаво плыли облака. Одна такая "белогривая лошадка" мне понравилась. До одури понравилась. Так выглядели облака в моём родном мире…

Облако пружинило под ногами, как мягкая перина.

Сейчас бы вздремнуть…

Я с сожалением оглядела пустующий бар. Ленора — подлюга, стырила все запасы! Так, где моя заначка на чёрный день? Правильно — нету. Стырили!

Что ж, раз выпивки нет, можно наведаться в вышестоящие инстанции.

Лена прибывала в творческом пофигизме, благо, Васька спустил её с небес на землю, как только нарисовалась моя скромная персона.

— Элуна? — несказанно удивились вышестоящие инстанции. Конечно, трезвая Повелительница Судьбы — нонсенс!

— У нас проблемы. — Проблемы у нас возникали каждый день, но это — была особенная проблема.

— Что случилось?

— Хранительницы.

— А что с ними такого? На месте не сидится? Так я бы на их месте сделала то же самое.

Сделала бы она, сделала. Сидеть, сложа руки — это не в правилах Лены.

— Одна из них, Хранительница Воздуха, не совсем нормальна.

— В каком смысле?

— В магическом. У неё постоянно меняется аура, заклинания через Астральную проекцию, души — вообще нет.

Инстанции удивлённо переварили полученную информацию.

— Разберёмся.

Да, знаю. И, кажется, знаю, кто будет помогать нашей Лене.

Алайна!

Нет ответа.

Алайна!!

Ноль внимания.

Ну, Аля!

Тишина.

Где её леший носит, когда она так нужна!?

"Да здесь я, здесь".

Наконец-то, я уж думала — не достучусь.

"А нефиг орать, когда я сплю!"

Ой!

"Что "ой"!? Я тут понимаешь, сплю, а ты…"

Такая нехорошая бужу с утра пораньше?

"Сейчас день… Так, проехали, чего тебе надобно старче?"

Эй, полегче! Это ещё смотря, кто старше. Мне всего-то 1313 эр, а тебе…

"Чуть больше, чем Вселенной, знаю. А ты не боишься признать истинный возраст. Для женщины это так нетипично".

Язвишь, значит проснулась.

"Так чего тебе. У меня очень плотный график".

Хранительницы, будь они неладны, а точнее Хранительница Воздуха, у неё барахлит аура, заклинания плетутся через Астрал…

"Кто это тебе такую чушь намолотил?"

Элуна. Трезвая.

"Трезвая Повелительница Судьбы? Отмечу этот день в календаре красным".

Я серьёзно. И ты не дослушала. У Хранительницы нет души!

"Что!? Это ж невозможно! Так ведут себя только очень некачественные мороки…"

На том конце провода замолчали.

Эй, ты где!

"Тута я, тута. Пожалуй, сама займусь этим делом. Кабы не было беды".

А когда займёшься?

"Когда вернусь".

А где ты?

"Далеко".

И всё, и тишина, ждать теперь придётся очень долго.

Проснулась я от того, что кто-то теребил меня за плечо. Этого кого-то очень хотелось прибить, разбудил меня на середине пятого сна! Святотатство!

— Простите, леди, что потревожил ваш сон, — нахал оказался учтивым, — но мы ищем опасного преступника.

Оба на!

Я окончательно проснулась и впилась жадным взглядом в джина на мини-урогане, в костюме жандарма.

— Мы ищем опасного преступника! — протараторил джин. Вопрос про "мы" испарился сам собой, после появления целого отряда духов-спецназовцев.

Главный джин предъявил мне удостоверение вкупе с ордером на арест и портретом джерта в тюремной форме и с табличкой с циферками в руках. Ох, знакомая физиономия…

— А что он такого натворил?

— Он обвиняется в шпионаже!

Чего!? С каких это пор духи обзавелись "страшными-страшными тайнами"? Они все живут сами по себе, невзирая на существование кланов, и подобных родственных связей, и никогда не создают собственных стран и иже с ними.

— На кого?

— На врага.

Фандрых! Леший знает, что творится. Ладно, буду изображать законопослушную дурачку.

— А я знаю, где он.

Спецназ толпился в коридоре.

Относительно законные обитатели дома обосновались в гостиной и обсуждали следующие желание джерту.

— Может, вызовем любовь Дель?

— А она есть?

Когда-нибудь прибью этого эльфа!

— Воскрешением не занимаюсь, — презрительно бросил джерт.

Так, Дель, не царапай когтями панели. Маникюр испортишь.

— Он там.

Спецназ тотчас кинулся исполнять свой долг. Ловчая сеть всё же не помешает…

Задержание опасного преступника проходило с шумом, гамом и массой спецэффектов. Хорошо, что я успела мебель зачаровать.

Не смотря на весь профессионализм и решимость духов, объект задержания ускользнул. Я же говорила, что сеть пригодится!

Главный гордо принял костерящего меня джерта из моих же рук, выдал положенную речь "за содействие" и символическое вознаграждение.

Объяснить куче народа, что ЭТО было, оказалось задачей потруднее. Благо все и так всё поняли.

Ночь — моё любимое время суток. В детстве, я очень любила красться по коридорам дворца, представляя себя ниндзя и пугая Стражниц внезапными прыжками из темноты. За свои шалости меня удостоили звания "бесстрашной теневой воительницы" и прозвища Tаa??a — Тень.

Как когда-то в детстве, я бесшумно скользила в тени. Миссия у меня была простая, но сложная — пробраться на кухню и чего-нибудь съесть. После вчерашнего поста, желудок требовал хотя бы бутерброд с колбасой.

Уж чего я точно не ожидала, так это увидеть потягивающего кофе Рена.

— Ну и куда мы собрались? — спросил он и врубил свет.

Видимость резко снизилась. Я что, виновата, что и без того узкий зрачок совсем сузился?!

— Ты что здесь делаешь? — прошипела я.

— Сижу.

Мерзавец.

— А утром посидеть не мог? Кстати, кофе плохо влияет на сердце и мозг. Теперь тебе обеспечены шумы и бессонница.

— Впервые слышу.

Р-р-ры. Начинаю злиться. Всё, не обращаю на эльфа внимания.

К сожалению, чтобы добраться до холодильника, надо было миновать эльфа, а магией отлевитировать колбасу не получалось.

Рен проводил меня заинтересованным взглядом. Надо полагать, мой полупрозрачный пеньюар открывал большой простор для воображения. Ничего, щас халатик материализуем. Халатик вышел шёлковым и на диво коротким, и не являлся достойным прикрытием параметров 90:60:90.

— Налюбовался? — медовым голосочком пропела я, садясь на противоположном конце стола.

— Раз показывают, почему бы и не посмотреть.

Всё, с сегодняшней ночи сплю в пижаме. Если найду. А, впрочем, не найду так создам. Ведьма я или не ведьма? Но бутерброд я съем наверху! Подальше от этого эльфа.

Рен

В этом доме ничего одному сделать нельзя, обязательно Дел'лиа встретишь. Вот и сейчас, собрался выпить кофе, а она нарисовалась, да ещё в полупрозрачном наряде и клыкастой улыбочкой.

Это я ещё легко отделался! Недвусмысленный намёк на эльфийскую "прЫвлекательность" попытался проигнорировать. Получилось не то чтобы очень, но не заметно. Хвала Стихиям, Судьбе, Демиургам и Создателю в частности, стервочка отправилась мучить бутерброд наверх. А то я не знаю, чтоб со мной было.

Утро началось с первого пункта операции "Д". Следить за Дел'лиа будет трудновато, но реально. Приступаем.

Хранительница какого-то лешего забыла в магазине "Лучшие компьютерные игры". Пробыла там ровно час и вышла весёлая и с пёстрой коробочкой.

— Ты что, меня преследуешь? — Только что стоящая на другом конце улица арамия, каким-то непостижимым образом оказалась за спиной.

— С чего ты взяла!

— Когда ночной эльф три часа ходит за приличной девушкой, это означает лишь две вещи. Ты маньяк или шпион?

— А если ни то и ни другое?

— Третьего не дано.

И ещё так мерзко улыбается. Фандрых, как мне выкручиваться? Глаза стервочки ясно показывали — никак.

И тут Судьба решила проявить милосердие…

Я!? Решила!?? Ты плохо меня знаешь, мальчик.

— Дель!

Она обернулась и я, воспользовавшись случаем, нырнул в спасательный сумрак переулка. Что бы арамия не вздумала за мной последовать, я попетлял, качественно запутывая следы, и в итоге оказался не понять где. Какой-то тупичок на окраине города. Заброшенный дом, мусорные баки, земля вместо асфальта. Всё можно было назвать типичной необитаемой окраиной, если бы не двое, стоящих практически в центре площадки. Они о чём-то говорили.

Я не утерпел, переключился на режим "стелс" и подобрался поближе.

Я видел женскую спину и странную дымчатую тень.

— Нет, десс, они опасаются, — пролепетала тень.

— Меня это не касается. Я остаюсь тут и мне плевать, что за мной охотятся!

— Но вы поступаете не разумно!

— И что. Я не вернусь на Миражный, пока не закончу свои дела. Через год прилетай.

— Но…

— Я всё сказала. Убирайся! А то развоплащу!

Последнее высказывание на тень подействовало. Она взметнулась ввысь и растворилась вдалеке.

Женщина резко крутанулась на каблуках и пристально посмотрела на место, где я стоял пять секунд назад.

Я сглотнул. Если бы мы встретились в тёмном переулке, а я был бы не под покровом невидимости, то единственным разумным решением стало бежать куда подальше.

Женщина была красива. Очень красива. Это была нереальная, удивительная красота. Но холодная, как прекрасный меч, завораживающий танцем бликов на лезвии, и готовый в мгновение ока сорваться в полет, чтобы убивать.

Каскад золотых локонов рассыпался на плечах, утончённое лицо, сверкающие радужные глаза, полные ненависти и боли.

Короткое белое платье, шпильки и совсем не вписывающийся в образ меч, чей эфес выглядывал из-за женского плеча, а острие — у бедра. Сопоставив это с довольно высоким ростом женщины и получится где-то метр.

Она улыбалась и смотрела, казалось, прямо на меня. По спине побежали мурашки. Только бы не ясноглазая. Только не ясноглазая! Если женщина могла видеть магию, то я погиб.

Просканировал ауру. Обалдел. Аура была цвета жидкого серебра и радужно переливалась. Такую я ещё нигде не встречал. Признаков ясноглазой не нашёл, немного успокоился.

Женщина усмехнулась и, взмахнув руками, исчезла.

Я снял покров и перевёл дух. Стихии, Судьба и ещё невесть кто, спасибо вам!

Вот только остался в душе какой-то неприятный осадок.

Прислушался к ощущениям. Остановился как громом поражённый. Я только что встретил арамию, чья сила превосходила мою раз двадцать, то есть в пять раз силу Демиурга! Боги! Кто это такая?

Дожила! Спокойно поговорить с "посланником" не дают. Ну, ничего. Сейчас аккуратненько сотрём ему память… Не поняла!!! Почему я не могу взломать его блок!? Только чуть-чуть подкорректировать восприятие ситуации получилось. Теперь он не придаст нашей встречи больше значения, чем спросить у арамии, не знает ли она меня. А она не знает.

И всё же, почему я не могу влиять на его блок? При удобном случае выясню.

Дел'лиа сидела в кресле и читала какую-то книгу в чёрно-алой обложке.

— Что случилось? — спросила она, впрочем, не отрываясь от книги.

— Сколько в клане Арионель Радужных? — прямо начал я.

Девушка отложила книгу и впилась в меня взглядом.

— Опиши.

— Рост метр семьдесят, золотые волосы, радужные глаза. Ещё очень-очень сильный маг.

— Насколько сильный?

— Как Повелительница Стихий.

Арамия откинулась в кресле.

— Ты видел призрака, Рен. Единственная Радужная в клане умерла двадцать четыре года назад. Больше подобных арамий не было.

— А кто это была?

— Айлана Айграсса.

Я внутренне содрогнулся.

— Может она возродилась.

— После удара AАr'rаtґd'se'Roel и заклинания развоплащения не выживают. Иначе мы были бы непобедимыми.

— А пророчество?

— Ты всерьёз считаешь Айлану Золотым Ветром? Напоминаю, именно из-за пророчества её и убили. Результата до сих пор нет, а по пророчеству "Серебро возродится из Золота в ночь Аэлэны". Ночь уже была. Двадцать один год назад. Серебряный Ветер должен бы уже вырасти и разрушить всю Ледару. А мы, как видишь, живём и здравствуем.

Убийственные доводы. Но не галлюцинация же это была.

— У тебя есть объяснение?

— Есть. Выбирай. 1. Надо меньше пить. 2. Надо больше спать. 3. Пророчество всё же исполняется. Мне первый вариант больше всего нравится. А тебе?

Я негодующе посмотрел на девушку.

— Никакой, — процедил я и вышел.

Никогда за помощью к ней не обращусь!

— Рен, как хорошо, что я тебя нашёл!

Роэл был немного помятым и донельзя счастливым. Я подозрительно на него посмотрел.

— А что случилось?

— Рой, — из-за спины Роя выглянула такая же помятая и не менее счастливая Нассира, — сделал мне предложение… и я сказала: "Да".

— Что? — из-за моей спины выглянула Дел'лиа.

— У нас свадьба через месяц!

— …? — открыл и закрыл рот я.

— Будешь дружкой! — обрадовал меня новоиспечённый жених.

— А может найдёшь более подходящую кандидатуру?

— Кого?

— Дольвара!

— Нашли крайнего! — возмутился проходящий мимо кот. — Мне Хозяйка не позволит!

— Да ничего она не узнает! — Узнать Дель ничего не могла, ибо горячо убеждала Сир, взять на роль подружки невесты Д'араней, или Лауру. В итоге, ей досталась роль распорядителя.

— А Леонт знает? — подозрительно спросила Дель у Сир.

— Папа? Знает! Даже обещал приехать на свадьбу и бабушка с дедушкой приедут!

— Превосходно! — в предвкушении потёрла руки Дель. — Роэл, Нассира, завтра устраиваем поход по магазинам и ателье! Готовьтесь. Рен, даю партийное задание — арендовать ресторан, найти музыкантов и сделать всё, что указанно в этом списке.

Дель материализовала тетрадку. Я открыл, вчитался, ужаснулся. Да помогут мне Стихии!

— Тэуль Элена

Дель

Утро началось с вылавливания невесты из-за пыльного шкафа.

Невеста дико верещала и вопила, что, дескать, на ЭТО она не согласна. ЭТО выражалась в букете эльфийских белых роз и большой кучи папоротника. Папоротника было очень много, а роз только две, ибо остальные сжевала Лаура. Пришлось спешно искать ещё пяток роз и убирать лишние папоротники, пока невесту всё не устроило.

Потом начали прибывать гости.

Рассылку приглашений доверили Лауре. Зря. Стин умудрилась список потереть, причём раньше, чем успела прочитать. К счастью, она достаточно хорошо знала Нассиру и также, ментальную магию, чтобы пригласить всех указанных в списке друзей и родных, но, достаточно плохо, чтобы разбавить исходный список списком совершенно неожиданным.

Итак, прибыл Леонт ан'Льмерре, отец Нассиры, вместе с суровой воительницей Алгой и менее суровым эльфом Майрэлем.

Прибыл Рейлен и Шаэра алСарах, брат-близнец и сестра Роэла. Оказалось, что с Нассирой они знакомы и находятся в весьма дружеских отношениях. Остаётся только гадать, каким образом Сир успела с ними познакомится.

Явился соловый кентавр Бэрн Ястрибиный Взор, старинный не понять, чей друг, в сопровождении очаровательной высокой загорелой блондинки-дриады в полупрозрачном зелёном одеянии до середины бедра.

Прибыл гном Зирр Ягенсен, как ни странно, без команды бородатых бандитов, которых он именовал "ребята". По дороге к Зирру присоединился звёздный эльф Диор, особа хоть и не очень ясного, но, несомненно, высокого положения в клане ан'Льмерре, эскортируемый тремя никому не известными эльфами и одной развесёлой эльфийкой.

Прилетела фрейя ТаМара с мужем Лагоссом ан'Льмерре и выводком из пяти маленьких фрей: ТаЭрин, ТаВинной, ТаРоной, ТаЛа и ТаМирисаной. Эрин выглядела лет на восемнадцать, а Мирисана на шесть. Все огненно-рыжие, хотя у ТаМары волосы были каштановыми, а у Лагосса чёрные.

Перечень неожиданных гостей открывали бронзовый дракон Альфонс, его старший брат золотой Эдвард и, вероятно, но не факт, эльфка Дайяна в компании неизвестно, какой расе принадлежащей, Энви. При их прибытии Роэл погнался за Лаурой с целью удушение оной за подслушивание. Его остановила я, заявив, что стин вообще-то мой, но я не виновата в этом, а виновата Природа и Создатель, и с них спрос.

К удивлению жениха и Рена телепортом добрались герцог Эргон, правитель Доэль Нуры и хозяин замка Дуэль Терр, и монах Сильвестр. Прибытие последнего граничило с чудом, ибо монах и ночные эльфы искренне не переваривали друг друга. Ещё удивительнее было то, что священнослужитель был настроен вполне миролюбиво и напыщенно-пафосным голосом начал взывать к нашей совести. На вопрос: "Чё те надо?" ответил, что, дескать, хочет провести свадебную церемонию в соответствии с церковными канонами. Ему указали на меня, а я показала характерные трёхсантиметровые клыки, ясно говоря, что никому своей почётной должности не уступлю. Монах повздыхал и напросился держать коробочку с кольцами.

Мало кто ожидал прибытия иных коронованных особ, да никто их и не приглашал. Не смотря на это, правители народов, к коим принадлежали жених и невеста, прислали поздравительные адреса, подарки и послов. При этом монархи явно сговорились, поскольку послы ехали группой и по дороге успели подружиться. Лорд Лаэр представлял королеву звёздных эльфов Арривилена Эрин, лорд Регин — короля ночных эльфов Эллианда, имя которого я не услышала ибо искала Нассиру. Найти нашла и успела засечь некую темноволосую и мрачноватую девицу, представившуюся как Мирэль Светлая — посла от правительницы народа, к которому принадлежал кто-то из родственником невесты. Но, вернёмся к остальным послам.

Поездка, похоже, была весёлой, ибо у Лаэра была рассечена губа, Регин держал руку на перевязи, а Мирэль набычившись следила за первым, и с извиняющимся взглядом — за вторым.

И никто не приглашал и не ожидал колоритной братии, именовавшей себя "сокурсниками и друзьями" меня, Сир и Дары. Братия состояла из трёх эльфов-близнецов с зубодробительными именами, коих для краткости именовали Альфа, Бета, Гамма, нимфы Веньки (на самом деле Вениамины), в школе известной своей маниакальной страстью к создаванию шпаргалок и их копий. Группу дополняли: вампир Роланд — мастер чёрного юмора и хакер, эльфийская принцесса Эрмия, зеленоволосая и зеленоглазая русалка Трисс, орк Кублай, который ради шутки напялил на себя шкуру тигра, за то снискал полное неодобрение и боевой пульсар "зелёной" Д'араней, метаморф Эрс, и гном, личность которого не мог вспомнить никто.

В общем, огромный, специально построенный за два дня магией особняк замкового типа, был заполнен до отказа.

Замок понемногу оживал. В северном крыле кто-то хлопнул ставней и выматерился. Кто-то слабым голосом домогался рассола. Слышался топот бегающей по лестницам прислуги.

Скрипнула дверь. Я обернулась. Ко мне приближался подозрительно трезвый, но очень уж мрачный Рен.

— Что случилось?

— Ничего, кроме проводов жениха и невесты.

Проводы затянулись до глубокой ночи. Замок сотрясали вопли мужчин из северного крыла, и более мелодичные, и даже аккомпанементируемые женские — из южного.

— А ведь свадебное пиршество — сегодня, — напомнила я. — Выдержишь?

— Придётся.

Солнце грело, птицы щебетали в кустах. Я потянулась, меняя положение на скамейке и хлопая рядом, приглашая эльфа присесть.

— Хорошо хоть отметили?

— Лучше не спрашивай. По крайней мере веселее чем вы.

— Это точно. С вашей стороны какие-то крики доносились. Скандал?

— И не один.

Первый скандал, поведал Рен, возник на расовой почве. Метаморф Эрс, изрядно выпив, заявил, что ему осточертело прятаться под личиной эльфа. Указав пальцем на эльфов, людей, кентавра, сопровождающую кентавра дриаду, не пожелавшую идти на девичник Мирэль, вампира, Зирра Ягенсена и гнома, личность которого никто не мог вспомнить, Эрс почёл за дискриминацию тот факт, что все они могут быть собою, и только он, Эрс ван Стерн, вынужден маскироваться. И тут же принял — на мгновение — свой истинный облик. Увидив это, дриада грохнулась в обморок, герцог Эргон опасно подавился стерлядью, монах Сильвестр перекрестился и произнёс некий экзорцизм, а Мирэль схватила висевший на стене меч. Ситуацию спасли драконы Эдвард и Альфонс, принявшие человеческий облик, спокойно объяснившие метаморфу, что полиморфизм — есть способность, коя обязывает. Эрс обвинил драконов в расизме, шовинизме и не знании предмета дискуссии. В ответ, задетые за живое ящеры, также на мгновение приняли присущую им драконью внешность, переломав при этом большую часть мебели, вернув обратно в забвение очнувшуюся было дриаду, и заставив истинного рыцаря — герцога Эргона, извинившись, отобрать у Мирэль меч и вызвав Эдварда и Альфонса на поединок, от которого те отказались. Эльф Диор и невесть откуда взявшаяся сопровождавшая его эльфийка заявили, что на светлом празднике, то бишь проводом жениха к невесте, полагается петь, танцевать и веселиться, или, на худой конец, обсуждать такие безопасные темы как политику, экономику, охоту, рыболовство и азарт.

Остальные скандалы имели скорее дружеский характер. Альфа, Бета, Гамма и вампир Роланд поспорили, кто одновременно может заставить летать наибольшее количество предметов. Победил Роэл, поднявший всех четверых и дракона Эдварда, правда, в человеческом обличии.

Потом началось всеобщее исчезновение. Сначала пропал эльф Диор и сопровождающая его эльфийка. Затем сгинул лорд Регин и орк Кублай. Вслед за ними сгинули эльфы Майрэль и Лагосс, сопровождающая кентавра дриада, не пожелавшая идти на девичник Мирэль и Сильвестр, но оказалось, что последний пошёл на кухню за рассолом.

Пропал след гнома, чью личность никто не мог вспомнить, и его не отыскали до сих пор.

— Весело же вы время провели, — хихикнула я. — С нашей стороны канули в бездну: суровая воительница Алга, ТаМара, ТаЭрин, нимфа Венька и эльфийская принцесса Эрмия.

— Твоя эльфийская принцесса, — угрюмо сказал Рен, — нимфоманка. Прилипла как репей. Ходит за мной и глазки строит. Достала.

— Эрмия, — томным голоском пропела я, — тонкая и чувствительная натура. Если так хочешь от неё избавиться — найди ей новый объект воздыхания.

— Ре-е-ен! — послышался мелодичный голос со стороны замка.

Эльф резво вскочил и ретировался.

Из замковой кухни доносились звон котлов, весёлый смех и песенки. Насытить такую ораву гостей оказалось делом совсем не лёгким. Рук на всё не хватало. В результате к творению кулинарных волшебств присоединилась большая часть женского составляющего "сокурсников и друзей" и вампир Роланд — мастер чёрного юмора и компьютерного взлома. Истинная причина его приобщения к кулинарии крылось в нимфе Вениамине, отличавшейся не только маниакальной страстью к созданию шпаргалок, но и незаурядной внешностью.

До свадьбы оставалось восемнадцать часов.

Полдень прошёл под знаком всеобщего плача. Всё началось с гламарии — специальной мази, которая, если ею умело пользоваться, удивительно поправляла красоту. По просьбе гостящих в особняке-замке дам, Д'араней приготовила достаточное количество гламарии, и дамы приступили к косметическим священнодействиям. Из-за запертых дверей доносились плачи юных рыжих фрей, на которых гламария не действовала, да и собственно, была не нужна. К сожалению, понимала это только ТаМара.

Этажом выше всхлипывали сопровождающая кентавра Бэрна дриада и эльфийка из свиты Диора. Дриада не знала, как пользоваться мазью (да и зачем хорошенькой во всех отношениях дриаде это знать?) и свою порцию съела, отчего вся позеленела. Эльфийка пыталась успокоить дриаду, и даже сама начала плакать, правда — от смеха. В саду, в кустах, лила горькие слёзы эльфийская принцесса Эрмия — от неразделённой любви не то к Рену, не то к Рейлену, не то к послу от короля ночных эльфов.

Поплакали также Шаэра алСарах, на которую гламария подействовала, но это было незаметно, и, что удивительно, Лаура. Выла она от злости, так как не могла стянуть с шеи синею атласную ленточку, ибо та была магически приклеена.

Не понять от чего рухнула часть крыши с северной башни. Потом выяснилось, что это драконы и Дайяна поспорили, кто из них сможет в эту самую башню попасть молнией с расстояния в десять метров. Победила дружба. Спорящие общими усилиями восстановили башню.

Грохот от рухнувшей крыши был столь силён, что от страха у несчастной дриады прошло позеленение.

Несмотря на активные поиски, не удалось отыскать гнома, личность которого никто не мог вспомнить.

И вот, час "Х" пробил.

Невеста была полна решимости и стоически переносила все издевательства над её волосами, лицом и прочими частями тела.

— Какая ты у нас красивая! — восхищённо захлопала в ладоши Дара.

В янтарном, расшитом золотой нитью, платье, с золотой диадемой в волосах и букетом белых роз, выглядела Сир потрясающе.

— Думаете? — придирчиво осмотрела себя в зеркале Нассира.

— Думаем, думаем. Помоги корсет затянуть.

Я охнула, когда эльфка дёрнула за шнуровку.

— Не так сильно, задохнусь.

— И салата меньше влезет, — съязвила невеста, но шнуровку ослабила.

— Это тебе о салате беспокоиться надо, — не осталась в долгу я, — во как затянулась.

Невеста смутилась и попыталась придумать ответную шпильку. Именно попыталась, ибо ворвался запыхавшийся Дольвар. Отдышавшись, кхорниск поведал грустную историю о пропавших сахарных фигурках и о следах когтей. Следах маленьких когтей.

— Лаура!!! — синхронно вскричали мы.

— Чё? — буркнула недовольная стин, вот уже битых три часа пыталась сорвать ненавистную голубую шейную ленточку.

— Это ты!?

— Вот что, так сразу я!

— Значит ты!

— Что "я"?

— Не прикидывайся!

— Чем?

— Капустой! — щёлкнула пальцами я.

Кочан хлопнулся на пол.

— Дель! — все закричали уже мне.

— Да ладно вам, не она это. Я бы почувствовала, — примирительным тоном сообщила я.

С громким хлопком кочан трансформировался обратно в Лауру.

Набычившаяся стин улетела через открытое окно искать утешителя в лице сильно невезучего гостя. У Лауры вообще странные представления об утешении. Хорошо если она этому несчастливчику только кадку с водой выльет. Хорошо если чистой.

— Тогда кто это? — справедливый вопрос.

— Привидение, — сделал страшные глаза Дольвар. — вы ведь замок "срисовали" с открытки из набора "Десятка самых старых замков Великобритании, где, по слухам обитают призраки". Может в нём действительно обитал призрак, а вы его своим воображением перенесли сюда.

— Хм, — протянула я, — можно рассматривать как один из вариантов. Но не стоит забывать и более прозаичный с оголодавшем гостем в главной роли.

— А что с фигурками? — спросила волнующаяся Нассира.

— Всё будет в лучшем виде, — заверила её я. — Иди, вон тебя уже жених дожидается.

Сир была вытолкнута в объятия Роэла.

— Дара, — прошептала я. — У тебя Создание в седьмой. Давай, сотвори фигурки.

Дирейка сделала несколько пассов, сплетая заклинание, а потом нараспев зачитала его словесную часть. На столе появились сахарные фигурки. Тут уже я быстренько телепортировала их на положенное место.

Облегчённо вздохнула, и тут вспомнила, что мне полагается проводить церемонию бракосочетания. Да помогут мне Стихии.

К счастью, праздничная процессия застряла совсем рядом, в зале этажом ниже. Лаура как раз за символическую плату продавала по частям невесту жениху.

В итоге, за всю Сир целиком предприимчивая стин выручила бутыль гномьего самогона, сухой пряник, стакан томатного сока (по убеждениям вампира — чистейшая эльфийская кровь), тушь для ресниц, три медных пуговицы, инфакристалл со словарём неприличного орочьего, дымчатого полосатого котёнка по кличке Васька и какой-то на редкость вонючий цветок на кривом стебле, при виде которого Д'араней вышла из своего меланхольного состояния и с кулаками бросилась на несчастного орка Кублая, который, собственно этот цветок и принёс, и, похоже, его из запасов дирейки и свистнул.

Процессия наконец то продолжила своё движение к главному залу.

Когда жених и невеста до него добрались (и почему у меня такое чувство, будто Лаура устраивала "распродажу" не один раз?), я, как и добрая половина гостей, уже нетерпеливо переминались с ноги на ноги.

— Леди, — подлез под руку Сильвестр, — может церемонию всё таки проведу я?

— Нет, — отрезала я. — По традиции её могу провести только я.

Про традицию он ничего узнать не успел, жених и невеста поднялись к "алтарю".

— Дамы и господа, — звучно начала церемонию я, — мы собрались здесь, что бы засвидетельствовать союз Роэла вар Рэйнар алСарах и Нассиры Мираль аэл Вир'Несс ан'Льмерре!

Гости аплодисментами подтвердили, что собрались именно за этим и готовы приступить к своим обязанностям. После чего затихли, и в зале воцарила гнетущая тишина.

Меня всегда удивляла эта традиция. Жених и невеста должны были поведать всем присутствующим о своих недостатках.

Нассира была первой жертвой традиции.

— Я некромантка, — улыбнулась она.

Монах начал оседать на пол. Шкатулку с кольцами подхватила Лаура.

— Я тёмный маг, — улыбнулся Рой.

Монах грохнулся в обморок.

— Вы всё ещё согласны стать мужем и женой? — на всякий случай спросила я.

— Да!

— Можете взять кольца.

Кольца были изъяты из шкатулки. Крышка звучно захлопнулась, ознаменовав кончину беззаботной жизни молодых.

Последующие десять минут я со вкусом расписывала все ужасы предстоящей семейной жизни вроде "разделения тягот, горестей и обязанностей"

— Итак, — в конце концов, торжественно провозгласила я тоном выше, дабы придать вопросу подобающую значительность, — несмотря ни на что, согласна ли ты, Нассира Мираль аэл Вир'Несс ан'Льмерре, взять в мужья Роэла вар Рэйнар алСарах?

— Да.

— Согласен ли ты, Роэл вар Рэйнар алСарах, взять в жёны Нассиру Мираль аэл Вир'Несс ан'Льмерре?

— Да.

Украдкой перевела дух. Всё было отлично.

— В таком случае — властью данной мне кланами ан'Льмерре и алСарах, я объявляю вас мужем и женой! В знак сего знаменательного события можете обменятся обручальными кольцами.

Сир и Роэл умудрились вдеть пальцы друг друга в кольца. Вдевание осложнялось трясением рук у обоих.

— Молодой, теперь вы можете поцеловать свою супругу!

Под оглушительные овации молодые поцеловались.

И грянул туш.

Я парила на высоте двух магических над уровнем моря и наслаждалась бьющим в лицо ветром.

С тех пор, как Лена вызвала меня из отпуска прошёл месяц. Месяц сбора информации.

Как оказалось, в "ненормальности" одной из Хранительниц нет ничего необычного. У девочки аура перестраивалась под "маскировку" вот и требовала для заклинаний энергию Астрала. С душой ещё проще. Арамия, двойственная сущность, опять таки перестройка. Всё оказалось донельзя прозаичным и не требовало моего вмешательства. Хотя…

Нет, нельзя вмешиваться. Ведь даже я не могу предугадать что из всего этого выйдет. Нельзя мне вмешиваться. По крайней мере сейчас…

В голове созрел новый план.

Вмешиваться не могу я, но есть Хранительницы. Есть одна Хранительница, на порядок превосходящая остальных по силе. Она вполне может подойти на роль моей козырной дамы. Только её надо подтолкнуть.

В следующий момент мимо пронеслась чья-то тень. Я недовольно обернулась. А что, придам своему полёту смысл. Поиграю в шпионку.

Лаура врезалась мне в плечо, чуть не опрокинув на пол.

— Она хочет встретиться сегодня! — выпалила стин.

— Кто "она"?

— Шадия!

Я возликовала. Месяц переговоров. Месяц убеждений. Она всё-таки согласилась.

— Ты должна прийти одна, — добавила Лаура.

Меня это устраивало. Не стоит беспокоить девочек.

— Хорошо. Я только морок оставлю.

Морок вполне справится. Только и надо, что произносить тосты, кричать: "Горько!", и есть салаты.

Уже на крыше сменила бирюзовый корсет на более подобающий чёрный брючный костюм.

Подпрыгнула. Распахнула крылья. Полетела.

Чуть выше меня маячил крылатый силуэт. Птица наверно. А, впрочем, я под невидимостью.

Вместо мыслей о деле, в голову лезло совсем не то. Восхитительное ощущение полёта. Ну, разве это относится к делу?… Но я так давно не летала. Так давно, что чуть не забыла это ощущение невесомости, бьющего в лицо ветра, силы в крыльях…

За этими думами я долетела до дома Шадии.

Приземлилась. Дематириализовала крылья. Постучалась.

Дверь распахнулась и на пороге появилась высокая эльфка с серебристыми волосами, заплетёнными в сотню тоненьких косичек. Женщина задумчиво посмотрела на меня, радостно перевела дух и поманила за собой.

— Я думала, — сказала эльфка, — что не доживу до этого дня.

— Почему?

— Потом расскажу.

Гостиная оказалась уютной, довольно большой, с диваном и столиком и несколькими креслами. В камине весело потрескивал огонь.

— Чай будешь? — с какой-то усталой интонацией в голосе спросила Шадия.

— Да.

Пока эльфка ходила за чаем я устроилась на диване.

За окном пошёл дождь, и довольно сильный. В такую погодку само то: посидеть дома перед камином, пить горячий чай с пирожками и слушать истории:

— Давным-давно, — начала Шадия, — в далёком мире ЛлиарИарнон началась война. Мир раскололся на две враждующие части и (не знаю, откуда) появился демон Норрэл. Он приказал слугам отыскать Хранительниц и наложить на них Заклятие Всеобщего Повиновения. Слуги долго искали и… (Горестный вздох) нашли, только одну — будущую Хранительницу реала Жизни.

— Мараг, — прошептала я. Это было тоже, что уже рассказывал Фирион. Историю повторяли. Значит, птица не лгала.

Шадия взяла кусок пергамента и провела линию, разделив на две части. Левую заштриховала, правую оставила без изменений.

— Издревле "линия" разделяла противоречия: добро и зло, свет и тьму и др. На этой границе стоим мы — Хранительницы. Мы сдерживали противоречия, с помощью реалов. Понятно?

— Мне знакома теория "серых".

— Когда Норрэл поработил Мараг, началась война. Она длилась 23 года и, наконец, в одном кровопролитном сражении, демон был убит. Но порабощённая Хранительница выжила. Мараг. Она спряталась в Камне Источнике и выжидала удобного момента для мести. Наложенное заклинание повиновения не пропала даже после смерти заклинателя.

— И что?

Шадия сложила руки замком, вздохнула и продолжила:

— Энергия, питавшая Камень кончилась. Мараг вышла наружу. Со стёртой памятью. Она начала новую жизнь. Влюбилась, родила дочь. Но память к ней вернулась. Вместе с заклинанием. Что случилось дальше, все великолепно знают.

— А дочь?

— На неё наложено заклинание "печати". Ни Мараг, ни кто-либо из её слуг не может причинить ей вред.

Получается, эта девушка единственная, кто может хоть как-то противостоять нашей антагонистке. Ещё бы знать кто она. Столько возможностей открылось бы… Надо будет поручить это дело Службе Безопасности.

— Но ты позвала меня не за тем, чтобы рассказывать старые истории, — я закинула ногу на ногу и пристально посмотрела на старую Хранительницу.

— Да, — кивнула та. — Не за этим.

— И?

— Я знаю, в детстве ты была очень любознательной арамией. Лазила во все возможные архивы. Наверняка ведь знаешь Ритуал Передачи. Твоя мать была Хранительницей.

— Знаю. — Значит, Шадия хочет, чтобы я провела Ритуал. Мне не сложно.

— Я хочу, чтобы ты провела Ритуал, — Прямо по плану, как она может быть такой предсказуемой.

— Я его проведу. Но ты передашь мне всю известную информацию о Радужных, — И пусть я сразу перешла на "ты". Она слишком стара. Ей всё равно.

— Хорошо, — согласилась Шадия.

Я подняла брови в готовности слушать.

— Радужные — это арамии с боевой трансформацией Радужный Дракон. Они считаются сильнейшими магами Ледары. Сильней Демиургов, если не Повелителей Стихий. Они могут пользоваться энергией Астрала без вреда для себя и окружающих. Им доступны такие грани магического искусства, которые нам и не снились. Они — идеальные кандидатки в Хранительницы. На Радужных не распространяется закон передачи энергии — им не надо ждать две недели, чтобы начать использовать хранительские силы. В общем, есть и масса других способностей, но они проявляется и у других существ. Радужных никогда не было много. За всё нашу историю их было три: Айлана Айграсса, Каэтрисс Арионель и Аладриена Арионель. Последняя была Хранительницей Жизни во времена Второй Великой Войны. Её и должна была заменить Мараг… Так вот. Наиболее сильной Радужной была Айлана. После её смерти многие заговорили о пророчестве Алесты, которое предсказывало рождение четвёртой Радужной, которая должна была стать смертью для всей Ледары. Но ничего не произошло.

— Хорошо, — За минуту я услышала больше чем написано в любом фолианте.

Я взяла в руки карандаш и линейку и принялась упражняться в геометрии, расчертя на листе бумаги пентаграмму. Нашёлся и циркуль. Пентаграмму окружил круг. Я отложила геометрический инструмент и нарисовала руны стабилизации. Протянула карандаш Шадии.

Та с готовностью его приняла и добавила несколько рун.

Ритуал Передачи может провести только Хранительница для Хранительницы. Таков закон не мной установленный.

— Готово.

— Хорошо. Плести стандартное заклинание?

— Нет. Сплети основу. Я укажу координаты.

— Как хочешь, — я пожала плечами.

Хранительница вдруг улыбнулась:

— Ты странная, Дель.

— Почему это? — Ничего себе заявочки! Уже сумасшедшей обзывают.

— Ты балансируешь на грани Жизни и Смерти и не можешь определиться, чей реал будешь хранить. Определиться нужно как можно скорее.

И вновь пожимаю плечами. Мало ли что старой эльфке в голову взбредёт.

— аime diln suaАme. T'ily kia nloe. A?ea k?nsa Oudenа!

И всё. Я плела лишь основу, силу вкладывала Шадия.

В комнате колыхнулся воздух. Запахло озоном. И всё кончилось.

— А куда ты отправила реал? — живо поинтересовалась я.

— Отправила далеко-далеко.

— И куда именно?

Окно вылетело. Осколки стекла разлетелись во все стороны. Хвала Стихиям за мою реакцию. Если бы вовремя не поставила щит, сейчас бы была нашпигована мелким стеклом.

— Гордыня, — ругнулась эльфка, — Уходи.

Мне повторять не надо. Дайте только момент.

Дом сотрясла звуковая волна. Раздался треск, и часть стены рухнула, подняв тучу пыли. О контур ударило сразу пять боевых заклинаний. Пыль рассеялась, отряд вурдалаков во главе с юай-ти Гордыней окружал.

— Relen, Shadiya, — зашипела Гордыня, — kasel no verta real.

— Nashet! Yme saver dellе!

— Ney' delle… gvirda.

— Вот спасибо! — саркастически сказала эльфка.

Я сотворил щит невидимости и шмыгнула на кухню. И без меня справится. А не справится, так помяну потом добрым словом. Да и выросла я из того возраста, когда бросаются на помощь всем подряд.

Позади остались звуки борьбы. Шадия проиграла. Но меня это не волновало.

Вот блин! Фандрых! Нет, точно уйду в запой на недельку в компании Повелительницы Судьбы. Поломать мне весь план! Убью мерзавку! Хотя, эти вурдалаки могут сделать это раньше… Какова лешего?…

В ярости улетаю от догорающего остова дома Шадии. Внизу суетятся пожарные и вездесущие папарацци. Теперь надо придумать правдоподобную версию произошедшего. Взрыв бытового газа к примеру…

Не о том думаю. Надо посмотреть, куда арамия полетела.

Девица приземлилась за городом. Её ждали.

"Красиво работает" — про себя отметила я, глядя как юная ведьма расшвыряла вурдалаков заклинанием пятого круга. Для того, чтобы за секунду сплести и отправить в цель "иглы стужи", надо быть по меньшей мере Магистром 1-ой степени.

Может ей помочь?

Спускаюсь. Кидаю "ночную звезду". Материализую меч и начинаю прорубаться сквозь заслон из нежити. И вот мы спина к спине добиваем оставшихся вурдалаков.

Она внимательно смотрит на меня. Я на неё.

— Спасибо, — в конце концов, сказала арамия.

— Не за что, — говорю я и продолжаю её разглядывать. Видела где-то.

Судя по всему, девица подумала о том же самом.

Вспомнила! Её я вижу каждый день в зеркале. Может, перестаралась, создавая арамий по "образу и подобию" своему? Вот, вылитую себя повстречала.

Она находит на туже самую мысль. Собирается бросить в меня что-то убойное. Э-э-э нет, голубушка, я тебе просто память сотру. Всё будет тихо-мирно.

Она начинает оседать, сражённая моей пси-волной. Я начинаю искать воспоминание обо мне. Натыкаюсь на какую-то чертовщину. Ай-ай! Больно-о-о!

Такую боль я не испытывала уже много эр. Она была как отдача "Радужного Дракона", бросила меня в забытье и вернула назад, словно играя с моими нервами, выкручивая их так, будто бельё отжимала. А потом меня ударило так, что я потеряла сознание…

Ну вот, Аля умудрилась натолкнуться на потомка своей подруги и даже этого не поняла. Жалко её, но и интересно, как скоро до неё дойдёт что…

— Лена! Вылези из-за стола, положи ручку на пол и отойди на три шага!

— Вася…

— Не сметь перечить мне! Что ты там такое понаписала!?

— Это секрет.

— Знаю я твои "секреты", — И взял бумаги. Бедный котик. Что он там найдёт.

— Как давно ты ЭТО пишешь?

— Давно.

— Стихии, что теперь будет. Ладно, дописывай, всё равно уже ничего не исправить. Но чтобы всё кончилось хорошо.

— Будет сделано!

Васька удалился.

Обойдешься ты с этим счастливым концом. Счастливый он, конечно, будет, только не для всех.

Интересно, как наверху отреагируют на твои попытки переписать историю? Вот потеха будет…

Болело всё тело, в особенности голова. Будто топором по ней ударили.

Вокруг лежали тлеющие тела вурдалаков. Я с омерзением посмотрела вокруг и сплела "тёмную площадь". Трупы мигом исчезли.

Я села на пенёк, вытряхнула сумку, принялась искать болеутоляющее. Когда нашла, проглотила сразу три таблетки. Полегчало. Начала приводить в порядок воспоминания.

Как ни странно это звучит, но воспоминания были странными. Никак не могу разобраться в том, что произошло. Ужас какой-то.

Поставила защитный контур. Закрыла глаза, расслабилась.

В час Игры разлетится душа и обретёт два тела. И станет половина Созиданием и половина Разрушением…

… И в ночь Жизни и Смерти возродится из Золота Серебро и назовётся Ветром Смерти. И станет он вестником перемен, и засияет Радужный Дракон…

— Дель, ты что делаешь?

— Aladriena tor'ka vАiera aАstar Luara Alenare аessoynne!

— Глупая девчонка! Ты его не удержишь.

— Напротив. Vanimelda, Miral'.

Мягкая шерсть щекочет щёку. Она хоть как-то снимает боль. Боль такую, что её невозможно передать. Над ухом кто-то шепчет успокаивающие слова:

— Всё в порядке, Дель. Всё скоро кончится.

Кончится. Для меня.

Умереть, чтобы жить. Уйти, чтоб остаться. Пожертвовать частью и стать единой. Понять Разрушение и путь Созидания и найти Вечность. Отдать Радугу и закрыть Врата.

Я открыла глаза. Ничего более не болело, даже голова. Всё было в порядке.

Рен

Свадьба удалась на славу.

Количество выпивки и закуски на столах потрясало воображение.

Тосты, издевательства над молодыми, другие развлечения, всё было.

Празднество закончилось только под утро, когда молодых торжественно препроводили на другой конец замка. Да и то, большая часть гостей продолжила праздновать в зале.

Я, зевая, поднимался наверх, когда услышал крик. Сон как рукой сняло. Я бросился по коридору и нашёл дрожащую Д'араней, с ужасом смотрящая на дверь одной из комнат.

— Там… там… там… — выла она, — Д-дель.

Распахнул дверь. Глухо выматерился.

На ковре, в луже крови, лежала Дел'лиа. Из её груди торчал по рукоятку вошедший кинжал.

— Ын даг хор, — выдавил наконец я, не в силах пошевелиться. Шеф меня убьет…

— Чего столпились? Лауру в облике енота увидели?

Мы с дирейкой обернулись. В коридоре стояла живая Дел'лиа и изумлённо на нас смотрела.

Не понял.

— Дель, — заикаясь произнесла Д'араней, — там ты. Мёртвая.

— Чего?

Вошла в комнату, посмотрела на труп. Её реплика повергла меня в шок:

— Ын даг хор! Такой хороший ковёр угробили!

— А-а-а…

— Да морок это. У меня голова заболела, я в аптеку пошла, морок вместо себя оставила, а тут…

Схватилась с рукоятку кинжала, с чавканьем его вырвала, отбросила в сторону, шипя схватилась за руку.

— Фандрых-х-х…

Руку арамии оплела татуировка, изображающая цветущий Искрящий виноград.

— FАiyne! Ien deal' hoe!

Нисколько нас не смущаясь, девушка рванулась к кинжалу. Заполучив добычу, она, шипя от боли, начала яростно тереть лезвие материализованными салфетками. Потом начала плести какое-то заклинание. Сколько не всматривался в плетение, не мог припомнить что-нибудь подобное.

Наконец, Дел'лиа окончила заклинание и удовлетворённо вздохнула. Спохватилась и бросила на морок один единственный взгляд, коего хватило для испарения "тела" и "крови".

— Дара, иди спать, — произнесла арамия.

Дирейка покорно поплелась по коридору.

— Рен, останься.

Голос Дел'лиа поменял тональность. Если обычно она говорила спокойно, немного иронично, то теперь в её голосе проскальзывали властные нотки. Даже её фигура изменилась! На обычном стуле она сидела с грацией королевы.

Она действительно была королевой. Владычицей до мозга костей.

— Да.

— Мне нужен помощник.

— Да. — Не знаю почему, но я не могу ей отказать.

Она улыбается:

— Тогда пойдём.

Меня затянуло в вихрь телепортации.

Телепорт вынес нас к двери в трущобном квартале какого-то населённого пункта.

Дел'лиа пинком выбила дверь. Существо за дверью выставило перед сабой ЭМ-винтовку и начало пятиться.

Арамия презрительно фыркнула и щёлкнула пальцами, одновременно уходя вправо. Я ушёл влево. Пули выбили на земле несколько фонтанчиков.

В следующие мгновение оружие вырвалось из рук существа, а само оно отлетело к стене. Девушка ещё раз щелкнула, и врага распяло на стене.

Я поднял винтовку. Это была последняя модель, снабжённая оптическим прицелом и механизмом автоматической перезарядки. Очень удобная и дорогая игрушка. Где простому обитателю трущоб её достать?

Дел'лиа времени зря не теряла. Уже связала заклинанием существо и сунула ему в рот кляп.

Я подошёл поближе. Таинственный обитатель дома оказался гномом, личность которого никто не мог вспомнить. Точнее метаморфом, ибо гномья личина "сползала" с него, обнажая истинную сущность.

— Значит так, — начала арамия, — Тебя никто не услышит и спасать не придёт, так что можешь не кричать. Будешь отвечать на мои вопросы — останешься жив, Не захочешь — заставлю, но и целым ты не останешься. Договорились? Договорились. Итак, кто тебя послал?

Кляп исчез, метаморф остался нем.

— Хорошо, — многообещающе ухмыльнулась Дел'лиа, — не хочешь по-хорошему, будем по-плохому.

Кисти жертвы пронзили острейшие лезвия "игл стужи". Он закричал, забился в путах заклинания, а арамия заставила лезвия провернуться в ранах, доставляя метаморфу ещё большую боль.

Чего Дел'лиа хотела этим добиться? Неужели у метаморфа настолько сильная ментальная защита, что даже она — мощная телепатка, не может её пробить? Или её просто доставляет удовольствие мучить свою жертву?

— Мне продолжить, или всё же скажешь? — У неё был совершенно спокойный голос. Словно ей плевать на истекающего кровью метаморфа.

Жертва молчала.

На этот раз "игл" было больше. Они перекинулись на плечевые суставы и ноги несчастного.

Мне было паршиво. За все девять лет работы в Службе Безопасности, я ещё никогда не встречал существа более жестокого, чем Дел'лиа. Боги, какую Правительницу заполучила Алайна!

— Мы созрели, или ещё пару лезвий добавить? — Она улыбалась, с некоторым уважением поглядывая на обвисшую жертву.

— Скажу, — прошептали его обескровленные губы.

— Вот так бы и сразу. Так кто?

— Рэй… дж.

Дел'лиа облизнула губы.

— Так я и знала. А где он?

— Ай… стаг. Тирилла.

— Молодчина. А теперь скажи, в каком он был городе.

— Не знаю. Он… мы встретились в… в Серебрянных… Ключах.

— Свободен.

Метаморф безвольно упал на пол. Попытался подняться, но вновь рухнул.

Арамия встала, но пошла не к выходу, а к распластавшемуся на полу несчастному. Схватила того за шею, подняла, выхватила из-за голенища сапога кинжал.

— Ты… об-беща… ла.

— И ты поверил?…

Я не успел её остановить. Дел'лиа перерезала метаморфу горло.

Дель

Нда… Немного перестаралась. Хотя, в общем-то, неплохо получилось. Крови многовато, но это издержки работы.

Как на меня смотрел Рен… Этот взгляд жёлто-зелёных глаз полный ненависти. Может зря я его с собой захватила? Теперь вот нотации читать будет.

И всё же я ошиблась.

Эльф молча встал и выжидающе посмотрел на меня.

— Зачем? — наконец спросил он.

— Чтобы избежать расспросов с твоей стороны, — просто ответила я. — Ты только что слышал имя моего злейшего врага. Я очень хочу с ним побеседовать. С твоей же стороны жду помощи. Пока меня не будет присмотришь за девочками. Понятно?

— Будет исполнено… Правительница. — И опять пронзительный взгляд этих жёлто-зелёных глаз заставил меня внутренне передёрнуться.

— Это не приказ, а просьба, лорд Реан орШеран. — Говорю в тон ему.

Надо отдать эльфу должное, и вида не подал. Вот что значит — армейская закалка.

Я продолжала улыбаться. Мне была интересна его реакция. Можно сказать, испытывала спортивный интерес. Обычно даже мой министр безопасности начинал выходить из себя. А этот держится. Только глаза выдают истинные эмоции. Может через пару тысячелетий станет новым "серым министром"… Но меня ждут дела.

Рен телепортировался раньше. У меня что, мысли крупными буквами на лице проступают?

Я села на кровати в позе лотоса, закрыла глаза и, сосредоточившись, нащупала нужную нить.

"Да?" — вопросил невидимый собеседник.

"Милаисса, разговор есть".

"Да, леди".

"Включи компьютер". — Предпочитаю видеть свою собеседницу. Да и сил для связи прилагать не надо.

Ноут мигнул и показал главу клана Айрэ.

— Чем могу служить, леди?

— Нужно убрать моего опекуна, Сенатора Файхана Вирда шен Хайре Оэн-Дьен. Кто из клана Айрэ способен это сделать?

— Анирэй Виолета Шиадаль дер Эйрис ар Аэлир аэр Ир'а'ноэ. Танцующая со смертью, мастерски составляет яды.

Я знала Анирэй. Раньше частенько заказывала ей яды. Вот теперь перешла на новый уровень сотрудничества.

— Сколько?

Милаисса написала на бумаге цифру, показала. Я кивнула. Это мне ещё скидку сделали, как постоянному клиенту.

— Когда желаете получить уведомление о смерти? — услужливо поинтересовалась Айрэ. — Сегодня? Или, может, приурочить к какому-нибудь дню?

— Сегодня. — Не люблю долго ждать. — Вид смерти — отравление.

— Сделаем всё в лучшем виде.

Даже не сомневаюсь. Айрэ — фанаты своего дела.

— Договор составлять?

— Да. — Заламинирую и положу в архив.

Милаисса вытащила из секретёра бланк, вписала имена, расписалась сама и кивнула мне.

Транслировать заклинание на расстояние трудно, но возможно, ноутбук этому только помогает.

Ручка на том конце связи поднялась, долевитировала до документа и расписалась, оставив на бумаге мою подпись. Договор нырнул в факс. На моей стороне зажужжал ноутбук и выпустил из встроенного факса лист, копию Договора.

— До свидания, леди, — попрощалась Айрэ и отключилась.

А у меня был ещё один разговор.

— Дель, что за садизм?! — зевая, возмущался министр безопасности.

— Эверан, — ласково пропела я, — ты же знаешь, у меня привычка такая.

— Избавляться надо от таких привычек, — пробурчал мой лучший друг. — Что случилось?

— Ну, во-первых, — для разогрева сказала я, — где квартальный отчёт?

— Извини, но почта на другой конец Измерения не ходит, а ты ноутбук не включаешь.

— Но всё равно, где? А ещё отчёт о действиях моей оппозиции? А все планы Элерины?

— А ты почаще в свой пятый почтовый ящик заглядывай, — насупился министр безопасности.

Надо сказать, он был прав. Почтовых ящиков у меня было пять: для друзей, для всех, для рассылок, для оппозиции, для отчётов и персонально для Эверана Д'Арвеста.

— Хорошо, исправлюсь.

— Что-то ещё? У тебя проблема какая-то.

— Рэйдж, — коротко изложила суть проблемы я.

— А я-то здесь причём? — Он всё понял, просто притворялся.

— А кто будет исполнять мои распоряжения? — картинно возмутилась я.

— Я, — обречённо вздохнул Эверан.

— Вот-вот. Значит так. Планы по Элерине можно отложить на два месяца. Но только на два! Судя по данным группы "3_4?" у них набирает силу оппозиция. Если в решающий момент мы их поддержим, то можем не сомневаться, что они признают вхождение Таниа-ла-Этера в состав Алайны.

— Остальные Измерения на нашей стороне. Ими мы занялись ещё четыре года назад. Только меня беспокоит Верлайн. Что-то там не чисто. Тех, кого я посылал на разведку не допускают в Четвёртое Измерение. Предлагаю воспользоваться твоей программой по астральному слежению.

— Верлайн говоришь… — я задумалась. От вечно нейтрального Четвёртого Измерения можно ожидать чего угодно. Особенно от угасающей династии Ал Шеран.

— Запускай, — выдала я, — и попробуй выяснить всё, что возможно. Если это Мараг, лучше перестраховаться. И ещё. В действие вступает план "Айрэ". Выполнением займутся мои девочки. Проследи, чтоб сильно не увлекались и… думаю, подошла очередь "Альматеи".

На этот раз Эверан удивился по настоящему:

— Той самой "Альматеи"?

— А ты что, — ехидно заметила я, — думал, что она ещё 26 эр будет пылиться на полке. К тому же, наши специалисты уже горят желанием заняться изучением артефактов из того списка, мне что, их разочаровывать?

— Ты хоть представляешь последствия хоть одной-единственной ошибочки в расчётах? — усомнился в моих словах министр безопасности.

— Да.

— Тогда могла бы остаться в Алайне и курировать исследования. Зачем тебе Рэйдж сейчас понадобился?

Я откинулась на спинку стула.

— Не изображай дурака. Причин целых две. Первая — месть. Вторая — он один из лучших магов Мараг и к тому же командует частью её армии. Если я его сейчас убью, это сильно облегчит нам жизнь в будущем.

— Всё же решила… — покачал головой Эверан.

— Решила, — резко сказала я. — Мы уже пробовали тихо-мирно разобраться. В результате получили Гражданскую войну на Лайтаре. По мне, одна кровавая, контролируемая война лучше, чем одна кровавая и неконтролируемая.

Эверан побледнел при упоминании кровавого хаоса на Лайтаре.

— Да. Такого нам не надо… Это всё?

— Да. Я просила двух агентов за наблюдением за Д'араней и Нассирой. Ты зачем меня в этот список включил? По ошибке?

Изумление он разыграл убедительное.

— Уволишь?

— Нет, но премии лишу.

Эверан оскорбился до глубины души.

— Ладно, прощаю. Прикажи им продолжать выполнять свои обязанности исключая мою персону. И вообще устрой им отдых на Араклионе под утроенной защитой. И мне спокойней будет и им отрада.

— Милый, ты скоро? — вопросил томный голос из-за двери.

Я вопросительно изогнула брови.

— Да, Эль, сейчас-сейчас! — покраснел Эверан.

Я ухмыльнулась. Да, надо избавляться от этой привычки.

— Иди — иди. Только напоследок. Узнай, были ли у юай-ти Мираль Иринель ас Стеррах Тёмной дети, и если были — имена и место жительства.

Он отключился.

Я открыла окошко почты, напечатала.

"Начать исполнять приказ N73 "Альматея"".

И нажала "Отправить".

Когда пришло подтверждение получения, отключила ноутбук, положила в сумку.

Всё-таки взяла ручку.

Надо было написать девочкам. Написать хоть что-нибудь. Попросить прощения за то, что стёрла им память. За то, что заставила забыть Хранительниц, Шадию, Мараг. Заставила поверить, что на Кларте мы только чтобы отпраздновать свадьбу Нассиры… Просить прощения за тайны и ложь, во чьё бы благо они не были… Написать хоть что-то…

Я рву написанные строчки и на обрывке бумаги пишу "Верьте, я вернусь".

Это моё личное дело.

Позвала Дольвара, предупредила Алену. Начала плести заклинание телепортации. Теперь уж Рэйдж от меня никуда не денется.

Рен

Не сказать что услышанное мне понравилось. Меня впервые обвели вокруг пальца как последнего идиота. Вот ведь фандрых! Ничего, задание ещё никто не отменял. А это можно списать на поломку лика и невозможное для телепатической связи расстояние.

Дел'лиа плела заклинание. Я "привязался" к Дольвару. Скрипя зубами потерпел условия телепортации "зайцем".

Дам… И что это за дрянь?

— Наперерез

Дель

В Айстаге в свои права вступала осень.

Шёл дождь. Тяжёлые капли барабанили по жёлтым листьям, срывая их и бросая на землю, на грязно-жёлтый, слабо трепещущийся ковёр. Пожухлую траву было практически не видно, она смешалась с разбухшей красно-коричневой землёй…

И были запахи. Запахи прелой листвы и пожухлой травы смешивались с влажной свежестью дождя, создавая то самое ощущение осени — времени дождей и огня…

Я стояла под навесом дождя, наслаждаясь струями, бегущими по лицу.

Вода — моя вторая стихия. Ручьи, реки, озёра — всё это вода, которую я люблю и уважаю. Она кажется покорной, но в любой момент может уйти сквозь пальцы, или стать оружием разрушения: наводнением, ураганом, зимней стужей.

Алена уткнулась мордой мне в плечо, как бы приглашая отправиться в путь.

Я погладила маира по морде и вскочила в седло.

Алена сорвалась в галоп. Дольвар молниеностно отреагировал, понесся рядом. Я вдохнула свежий воздух и направила кобылу к одной из развилок дороги, со свежими следами колёс.

До Вязимы было не больше пяти дней по-прямой и три — если через лес, но я собиралась заглянуть в ещё одно место.

Белозёрье встретило меня угрюмым молчанием.

Деревушка сильно изменилась с последнего моего здесь появления.

Дома посерели, просели, многие красовались заколоченными дверьми и окнами.

Мощённую улицу разобрали. Больше не было бродящей по дороге живности. Даже деревья и те, казалось, пропитались серостью увядания.

Но больше всего изменились люди.

Я не узнавала в этих тощих серых тенях тех сильных, весёлых людей, которых я знала и уважала.

Тот дом, что когда-то стал мне родным на долгие месяца тоже пуст.

Я спешилась, подошла к дому, прикоснулась к шершавому дереву. Отдёргиваю руку.

У дома меж тем собралась толпа.

— Дейл, — узнала я одного из собравшихся, — где Орен и Мила?

— Дель? — вздрогнул он. — Дель, они умерли. Казнены по приказу герцога Тойранского.

На глаза навернулись слёзы. Возвращаясь через семь лет я ожидала чего угодно, но не этого.

Дольвар успокаивающе потёрся мне о бок. Положила руку на загривок кхорниска. Кот вздрогнул, почувствовав нарастающее напряжение.

— Прошу, покажи мне их могилы.

Дейл жалостливо посмотрел на меня, но на кладбище повёл.

Я опустилась на колени перед простыми земляными холмиками с торчащими из "макушек" крестами, сжимаю кулаки. Они были достойны большего, нежели простые насыпи.

Когда-то, Дара научила меня нескольким заклинаниям Земли, теперь, настало время применить знания на практике.

Земля вокруг холмиков зашевелилась, начала стремительно покрываться растительностью, и вскоре, лианы Искрящего винограда оплели кресты и распустили бутоны. Огненно-красные с золотой каёмкой цветы распустились, чтобы вечно цвести на могилах дорогих мне людей.

— Кто ещё пострадал? — спросила я, поднявшись.

Дейл был так ошеломлён свершившимся, что не сразу среагировал.

— Ворнову Милену в прошлом месяце в замок уволокли и нет её больше. Лорна и Тальку тоже убили, мол — с нечистью якшились. Ещё всю семью Дика вырезали, а его самого неделю в застенках держали, а потом за стену выкинули. Мы его нашли и чин по чину похоронили.

Нет, этому кладбищу нужно заклинание получше. Может тут всё мрамором отделать? В любом случае тут рядом Источник есть. Надо будет — восстановлюсь.

Да, так определённо красивей.

На кладбище Белозёрья теперь можно было водить экскурсии и неплохо на этом наживаться. Собственно, я скопировала древние могильники Озёрного края, кои считались произведением архитектурного искусства.

Дейл, простой крестьянский малый, попросту осел на мраморную дорогу от такого великолепия.

— Но, но, Дель, за что? — выдавил он.

— Просто так. А теперь-ка скажи мне имя герцога и его наиболее ретивых слуг.

Он правильно понял блеск в моих глазах, и назвал.

— Иди к семье, — сказала я, впрыгивая в седло, — всё будет хорошо. Теперь.

Замок герцога Тойранского являл собой монументальную громадину, окружённую тройным кольцом двадцатиметровых стен, каждая до десяти метров толщиной и не менее широким рвом с водой, на дне которого крепились колья. Возвышающийся в центре донжон имел целый лабиринт однотипных коридоров и винтовых лестниц. Свет в помещения поступали через узенькие бойницы, которых, однако, было очень много и все надёжно закрыты решётками.

Ворота должны быть описаны отдельно. Это были массивные створки, затем шел узкий коридор способный простреливаться со стен и посередине перекрывающийся железной решёткой. Далее шли ещё одни створки.

Короче, замок строил параноик.

Его далёкий потомок не был гениальным тактиком, посему не использовал свои преимущества при моём появлении.

Герцог Тойранский весьма опрометчиво доверился стражникам у ворот.

— Здрасте, — кивнула я стражником, — герцог дома?

На редкости дурацкая фразочка. Надеюсь, прокатит.

— Да. — Прокатила.

— А я могу его увидеть?

— А вы кто? — Не дурак. Жаль.

Второй стражник молча на меня пялился. Не люблю таких. Зато Дольвар любит. На завтрак, обед и ужин.

— Представить меня как леди Деллиану.

Не очень оригинальная вариация имени. Ну и фандрых! Всё равно что-то другое лень придумывать. У меня другие дела.

Умный стражник убежал докладывать о моём приезде. Надоедливый перешёл от стадии глазения к стадии заигрывания.

Закутанный в плащ герцог в сопровождении Умного прошёл через пол коридора и остановился. На всякий случай. Зачатки интеллекта имеются. Жаль.

— У меня послание к вам от лорда Лойтара, — вежливо улыбаясь, сказала я. Кто этот Лойтар я не знала, но герцог думал о нём и о его послании.

— Наконец-то, — прогнусавил Тойранский и приказал Надоедливому помочь даме. Дама самостоятельно слезла с лошадиной спины и передала поводья Умному.

— Пройдёмте, — любезно сказал герцог, подхватив меня под руку.

— Вы голодны? — сладким голосом спросил герцог.

— Есть немного.

— Тогда пройдёмте. У нас сегодня праздник.

Замучил ещё одну невинную душу. Ну-ну.

Пиршественный зал поражал своими размерами. Он имел форму буквы "Т". Пространство в центре "ножки" буквы занимал длинный стол, накрытый только на семерых. Похоже, посланца ждали именно сегодня.

За столом уже сидели: болезненного вида женщина, юноша семнадцати лет от роду, двое детей и толстый человек в богато украшенном камзоле.

— Прошу, — герцог услужливо отодвинул от стола стул, усадил, да ещё и пододвинул обратно. Не нравится мне такая вежливость. Надо приказать Дольвару быть наготове выходить из Астрала.

Женщина метнула в меня неприязненный взгляд. Ревнует что ли? Ревнует. Да нафиг мне её герцог сдался! Я сюда по несколько иному вопросу явилась.

Ужин прошёл можно сказать, в дружественной обстановке. Женщина больше ни разу на меня не глянула, Тойранский всё подливал вина в бокал, сидящий рядом юнец пытался ухаживать, а дети любопытствующее косились.

Я без особого энтузиазма жевала какую-то птицу, всё больше копалась в голове герцога. Поверьте, одновременно "считывать" информацию о посланнике и письме и составлять это самое письмо, довольно трудно. Благо, подобным мне заниматься приходилось, а заговор двух герцогов с целью захвата власти в стране — это так тривиально.

После ужина герцог препроводил меня в свой кабинет.

На мой взгляд, в кабинете было мрачновато и излишне роскошно. Весь пол занимал ковёр тончайшей эльфийской работы. Вдоль стен стояли резные шкафы красного дерева со стеклянными створками, сквозь которые были видны полки, заставленные книгами в инкрустированных драгоценными камнями переплётах. Над рабочим столом герцога (деревянный резной кошмар) висела картина, изображающая оборону крепости горсткой героев. А ещё рядом со столом стоял широкий диван, обитый красным бархатом.

Я обошла стол и начала разглядывать картину.

— Если не ошибаюсь, "Оборона Дуэн Дарры". Кисть Цириль Озёрной. Хорошая работа.

— О, — всплеснул руками герцог, — вы знаете толк в искусстве. Посмотрите, сколь прекрасна главная героиня картины. Ведьма Айлана Айграсса призывает Радужного Дракона на своих врагов…

— …чтобы через мгновение быть убитой неизвестным магом, — докончила я.

— Вы полны неожиданностей, леди.

— Вы мне льстите, — изобразила смущение я.

— Нисколько. Право, вы прекрасны, как солнце на рассвете.

Что ж, такими словами меня ещё ни разу не соблазняли.

— … ваш голос переливается, будто трель соловья, — продолжал вдохновлено шпарить герцог.

— Вы легки как эльфийка…

— А я и есть эльфийка, — прервала я поток комплиментов. Правда, не стала уточнять, что эльфийского во мне только внешность.

— О-о-о! И что же эльфийка делает на службе у герцога Войранского?

— Выполняет сверхсекретные поручения. — А что, письмо с подробным планом захвата власти точно котируется как сверхсекретное.

И тут случилось вполне ожидаемое. В кабинет ворвался человек и заявил:

— Как это понимать!? Я — посланник от герцога Войранского, вынужден слушать россказни какого-то служки! Мол, к вам уже кто-то там приехал! Я требую объяснений!

Герцог Тойранский, ошеломлённо смотревший на настоящего посланника, перевёл взгляд на меня. В его глазах отразилась моя клыкастая улыбка. Он потянулся к ящику стола, но я была быстрее. Герцога сбила воздушная волна, в посланника полетел электролл. Увернуться от летящей смерти тот не успел.

Тойранский лежал на полу, скованный моим заклинанием.

— Что бы мне с тобой сделать? — спрашивала я толи себя, толи герцога. — Может горло перерезать? Хотя, нет. Это слишком легко.

Человек испуганно следил за моими передвижениями по кабинету.

Я выломала один из ящиков. Он единственный был заперт, а значит, представлял интерес для меня. Если где-то промахнусь и наткнусь на сообщников этого властолюбца, то будет чем их шантажировать.

В ящике обнаружилась переписка заговорщиков, кольцо с печаткой и медальон, изображавший оскаленную лисью морду. Сгодится как трофей.

В медальоне ощущались отголоски магии. Несильное защитное заклинание. Дилетантская работа.

Я повесила медальон на шею. Стало как-то уютно, наверно из-за заклинания.

— Так что бы мне с тобой сделать? — продолжила я размышления о судьбе герцога.

— За что? — просипел человек.

— Если бы вы, уважаемый герцог, — с долей сарказма в голосе произнесла я, — послушали белозёрские сказки, то знали бы о юной ведьме Дель. Знали бы о её судьбе, о том, что некогда её приютили в этом селении, знали бы о её клятве, ответить добрым людям за их добро. Если бы вы слышали эту историю, то знали бы, что на прощание ведьма сказала людям своё полное имя. А если бы вы покопались в словарях ланара, то сделали бы потрясающие открытие! Имя ведьмы переводится двумя вариантами: Среброглазая и Ветер Смерти. Угадайте, какой вариант мне больше подходит, и какой в здешних краях более популярен.

Герцог сглотнул. Знал.

— Может мне тебя четвертовать? — задумчиво изрекла я. — Хотя нет. Твои страдания мне удовлетворения не принесут. Есть кое-что получше.

Я опустилась перед человеком. Примерилась. Он истошно завопил, поняв, что у меня на уме. Я, одной рукой зажав ему рот (что услышат, не боюсь, а мне мешает), другой разорвала ворот камзола и, зажмурившись, вонзила клыки глубоко в сонную артерию герцога.

Перед глазами проносились миллиарды кадров в секунду. Не люблю я эту арамийскую способность. Укусил и узнал всё об объекте. А ещё это древнейший способ пытки, ибо наши клыки могут впрыскивать в кровь жертвы очень сильное психотропное вещество. И большая его концентрация приводит к смерти.

Я встала, сплюнула кровь, вытерла губы, поморщилась. Кровь попала в рот. Гадость какая. Не могу понять, почему некоторым она так нравится? Вот мне надо только укусить, а другие ещё и пьют. Га-а-адость.

Тойранский в бреду мотал головой. Что же ему сейчас видится. Нда… Зато умрёт в страшных мучениях.

Теперь надо заняться остальными…

Выглянула в окно. Ночь уже давно вступила в свои права, и тьму разгоняли лишь горящие на стенах факелы. Патрулей не было видно. Их, похоже, совсем не выставляли. Какая халатность.

Казармы стояли почти впритык к южной части первого кольца стен.

В голове созрел план действия.

Повинуясь заклинанию, вода во рву стала "собираться" в южной части, прихватывая с собой колья. Затем, собравшись в огромный, переливающийся, ощерившийся ком, рухнула на казармы.

Что тут началось…

Большинство солдат погибло на месте. Те, кто выжил беспорядочно бегали по площадке, не зная, что делать.

Я вновь собрала ком и направила его разрушительную силу к основанию донжона.

Башню ощутимо тряхнуло, посыпались камни и доски, и всё строение опасно накренилось.

Я присела на узком подоконнике и прыгнула, взлетая в чёрное небо.

Рен

Я потёр лоб.

Везёт мне на неудачные приземления. По-другому это назвать нельзя. Вывалился из портала на леший знает какой высоте, впечатался в дерево и свалился на что-то ещё более неудобное.

Что-то более неудобное оказалось решёткой.

Вскочил, ошалело помотал головой. Нда, хорошо ударился, до сотрясения мозга.

Решётка закрывала собой лужу метр шириной. Закрывала основательно. Крепления терялись где-то в земной тверди, а на створках висел замок амбарного типа.

Перевёл взгляд повыше, надеясь найти объяснения. Нашёл. Весьма оригинальные надо сказать.

Рядом с лужей рос могучий дуб, к которому скотчем был прикреплен лист с напечатанным текстом:

"Уважаемые телепортирующиеся!

Мир закрыт на реставрацию. Просьба повторить телепортацию не менее чем через три тысячи лет.

Администрация.

(Создатель)"

Я перечитал записку. Это ж куда меня занесло?! Неужели в Промежуток? Боги и Демиурги…

Рядом с дубом обнаружился ясень, у корней которого растеклась ещё одна запертая лужа. К ясеню крепилась записка:

"В мире происходит битва между Тёмным Властелином и героем-самоучкой. Просьба не беспокоить. Нам самим интересно, чем эта фигня кончится!

Админ."

Однако, оригинальный юмор у нашего Творца. Такое написать. Чем же он там таким занимаются, что закрыл некоторые миры. Явно не деланием ставок на оппонентов.

Третий мир оказался открытым, но бумажка меня убила:

"Мир Сказки. Он же Мир Беспредела.

Подумай трижды, всяк сюда сующийся. А лучше двести. Это ради вашего душевного здоровья. Сэкономьте на психиатрах в эпоху мирового финансового кризиса, не ходите в этот мир. В последнее время там бродит очередное безумное творение очередного безумного фантаста.

Реан, уверяю тебя, соваться сюда небезопасно. Повстречаешь Чужого бьющего имперских штурмовиков и свихнёшься. Тебе в следующий мир.

Лена aka L'enin."

О Мире Беспредела ходили легенды. Слово "беспредел" имело два значения. Во-первых, мир был нескончаем в любую сторону. Во-вторых, это был совершенно сумасшедший мир. Там отражался любой написанный, нарисованный, снятый и. т. п. бред.

Но прочитать послание с пожеланием идти куда подальше отсюда… Да, наш Создатель совсем свихнулся, если у него в штате такие сотрудники имеются.

Эй-эй, не отзывайся так непочтительно о Лене. Ещё обидится и устроит тебя полный Fallout! Не знаю, что это такое, но Лена так довольно часто говорит. Особенно мне.

И вообще, нашей Создательнице, даром что о-го-го сколько, на вид не дашь и тринадцати. То же самое можно сказать о психическом развитии. Фанатка компьютера, компьютерных игр, и чего-то под названием "фэнтези".

— Эля!

Вот блин, сестрица пришла.

— Ленора, я не пью! Честно! — испуганно вскричала я, пряча в ящик коньяк.

— Так я тебе и поверила! — хмыкнула Ленора. — И вообще, тебя вызывают вышестоящие инстанции.

— Да? — удивилась я.

— Правда. Иди уже.

Как только я вышла из кабинета, раздался звук характерный для дезинтегрирующего заклинания. Сестра-подлюга, опять мою заначку изъяла!

Я всё же подошел к следующему дереву. К стройной осине прилагалась запертая лужа и опять таки лист бумаги.

"Мир Айстаг.

Мир является собственностью клана Айграсса. Посторонним телепортация запрещена. Правом телепортации обладают только члены клана Айграсса, либо лица, владеющие кодом доступа.

Мелиренья Айграсса."

Ниже висел ещё один листик. На сей раз, вырванный из тетрадки в клеточку.

"Рен, код доступа Alma13Laierin. Учти, запоминай сразу, больше помогать не буду.

Правила эксплуатации портала:

— Удостовериться, что это именно тот портал. Вторая попытка не даётся.

— Прыгнуть в портал не взирая на воду.

— Посчитать до трёх.

— Не ругаться по поводу сей дурацкой процедуры.

— Все претензии по поводу неудобной системы приземления и прочих неудобств — к разработчикам. Аля и Ксен нуждаются в кадрах, а то у нас их дефицит.

— Все претензии по поводу скоропостижной кончины в каком-нибудь болоте к Повелительнице Судьбы. Если она выйдет из внепланового запоя, то с удовольствием вас выслушает.

— Претензий лично мне не высказывать. Я хорошенькая. Если претензии есть см. пункт N5.

Лена aka L'enin."

Кто эта таинственная Лена? И с чего она вообще взялась мне помогать. Ещё и составила эту идиотскую инструкцию. Ей надо наведаться к психиатру. Столь странный юмор должен быть изолирован от окружающих миров.

Я встал на решётку, в тайной надежде, что всё пройдёт нормально. Откуда-то выплыл терминал. На экране появилась надпись: "Введите код доступа". Набрал "Alma13Laierin". Терминал пискнул и выдал: "Код подтверждён. Доступ открыт. Выполняется программа переноса. Просьба подождать пять секунд".

Решётка с щелчком испарилась и я свалился в лужу. Вода была теплая, да и пробыл я в луже только обещанные три секунды.

Я обвёл взглядом болото и вызвал Шерда.

— Ну, что скажешь?

— А что тут сказать, — принюхался маир. — Мир как мир. Древний просто.

— А что ещё можешь сказать?

— С востока несёт дымом. Что-то там горит.

Так, не нравится мне это. Если в этом мире началась война, то мне не поздоровится. За несколько дней весь резерв изведу.

— Так, едим к источнику дыма. При первых же признаках опасности скачешь со всех ног.

— Понял, — кивнул конь.

Первое, что я увидел за болотом — это кладбище, подозрительно похожее на знаменитые араклионские могильники. Белый с чёрными полосами мрамор, чёрные с алым оградки, и Искрящий виноград, распустившийся на нескольких могилах.

Над кладбищем витал дух магии. Неизвестный маг постарался на славу, затёр почти все следы своего пребывания. Остались лишь отголоски ауры. Слишком слабые, чтобы отследить, слишком знакомые, чтобы забыть. К кладбищу приложила руки Дел'лиа.

Ещё немного полюбовался чарующей красотой и поехал дальше.

Замок давно догорел, но чёрный дым продолжал виться над каменным остовом. Жители расположенной рядом деревни бродили вокруг, наблюдая за тщедушным, сутулым человеком и тремя вооружёнными людьми.

Селяне бросали полные счастья взгляды на сгоревший замок, и тут же мрачнели, натыкаясь на чуждую компанию.

— Что здесь произошло? — спросил я на вид самого счастливого человека.

— Наша Деленька произжала.

Деленька!? У этой сволочи есть уменьшительно-ласкательное имя?! Боги, куда я попал.

— А можно всю историю с самого начала, — осторожно произнёс я.

— Вы не местный? Понятно. Тогда слушайте.

Семь лет назад наш староста с женой нашли у реки Зауры умирающую девчонку-нелюдку. Привезли они, значит, девчонку к нам, в Белозёрье, и начали выхаживать. Долго лечили, но вырвали её из когтей смерти. Сначала она всех сторонилась, боялась, шипела, разговаривала только со старостой. Мы думали — пережила она что-то ужасное. Не расспрашивали её, и вот, перестала она дичиться. Оказалась чародейкой, доброй очень, ласковой. Через несколько месяцев, когда окончательно поправилась, стала по хозяйству помогать. Заклинание какое-то сделала, чтоб и урожай хороший был и скот плодился. А потом, за ней приехала другая чародейка, и, уезжая, Деленька поклялась, что всегда будет нам помогать.

Шесть лет мы о ней ничего не слышали. И вот вчера она объявилась. А у нас тут разгром. Герцог-то лютовал; многих убил, многих на рудники отправил, зверь, в общем. Дель-то его за это и покарала.

Только теперь её ищут везде, мол — убийца и всё такое. Я вот за неё свечку в храме поставил, авось поможет. Только вы им не говорите, — селянин указал на тщедушного человека и его кортеж.

— Не скажу. А она вам случаем не сказала, куда направляется?

Человек подозрительно сощурился:

— А чего вы так интересуетесь?

— У меня к ней есть дело.

— Какое? — не унимался селянин. Пришлось послать ему гипнотический импульс.

— Не знаю я. В Вязиму, к королю. Она ему всё расскажет и он нам поможет. Наш король — посланник Господа, всё может и всем ведает, — промямлил загипнотизированный.

— Вязима — это где? — На реплики про короля и особого внимания не обратил. Фигня какая-то, не верю я в добрых человеческих правителей.

— А вы у него спросите.

В село въехал мужчина и ошеломлённо уставился на открывшийся вид.

— Фандрых! Что тут случилось?!

К собственному удивлению я его узнал. В СБ Тиррен давно стал легендой. Как за безупречно выполняемые задания, так и за вечный оптимизм и вампирский юмор. По праздникам ему ничего не стоило заявиться в контору в чёрно-красном плаще, старомодном костюме заляпанном кровью сиречь кетчупом, с графином, заполненным томатным соком и картошкой, а также вымазать всё лицо стыренной у секретарши помадой. При виде ТАКОГО морально неустойчивая часть отдела падала в обморок, а морально устойчивая хваталась за музейные экспонаты: осиновый кол и пистолет, заряженный пулями с эссенцией чеснока. После чего начинался натуральный мордобой под названием "все бьют вампира и всем плевать на его юмор, пока шеф не пригрозит лишением премии".

Также, в числе недостатков вампира была замечена привычка иногда выражаться совершенно непонятными словами, которые он гордо именовал "сленгом" и выучил у какой-то звёздной эльфийки, и сокращать и извращать нормальные слова так, что фиг поймёшь.

— Наша Правительница веселилась.

— О! Рен, привет. Тебя тож вытащили?

— Угу.

Тир обвёл взглядом руины.

— Да-а-а… Это в духе Дели. Она может собой гордиться. Такое количество угробленного народ на личном счету даже не у каждой Айрэ есть.

Нашла чем гордиться. Вторая Алайна из неё растет.

— И сколько же их будет? — протянул я, вспоминая сцену с метаморфом.

— Около двух тыщ.

Боги-и-и, зачем я спросил? Только узнал о некоторых положительных чертах характера Дел'лиа, как возненавидел её ещё больше. Как бы при личной встречи не убить.

— Дамс. Кстати, я её ищу. Мне посоветовали отправиться в Вязиму. Это где?

— А, что? Ага, недалеко. Дней пять.

Совсем недалеко.

— А зачем она тебе?

— Дело, — буркнул я.

— А-а-а, — не понять, зачем протянул Тиррен. — Тогда тебе придётся скакать наперерез. Это дня три. И знаешь, я с тобой поеду. Всё равно в одну сторону. Только щас с этими жандармами разберусь. Ты вот по этой гравийке поезжай. Я тя через секу догоню.

Общий смысл я уловил. Шерд резво поскакал по дороге.

— Ну?

— Что "ну"?

— Ты с ними разобрался?

— Ага. Дель может собой гордиться. Ради неё создали Интерпол.

Правительница — международная преступница. Весело.

— Тир, — задумчиво сказал я, — как давно ты её знаешь?

— С рождения. А зачем тебе?

— И ты знаешь про неё всё? — продолжил я.

— Ну, да. Это что, допрос? — подозрительно уточнил вампир.

— Кто такой Рэйдж?

— А, ты об этом, — успокоился Тиррен. — Это долгая и кровавая история.

— Я привык к кровавым историям.

— Может при встречи и спросишь, — отнекивался Тир.

— Она не расскажет.

"Скорее убьёт" — про себя добавил я.

— Что вы там не поделили? — перевёл разговор в другое русло вампир.

— Одного метаморфа, — процедил я.

— Не повезло, — понимающе улыбнулся он. — Что на этот раз? "Варрайская сеть", "нити тьмы"?

— "Иглы стужи"! — рыкнул я.

— Совсем не повезло. Ох уж эти Делины "демонстрации силы". При любом удобном случае устраивает "кровищ-щ-щу". Толи проверка на прочность, толи спортивный интерес. Через это все прошли. Мне вот попался допрос с пристрастием и "нитями тьмы".

Ещё один мерзкий факт пополнил копилку Дел'лиа. Демонстрация силы! Садистка ненормальная. Спортивный интерес, как же!

— Так что там с Рэйджом?

— Рен, — взмолился вампир, — сжалься. Я не могу и не хочу это рассказывать. Сам у Дели спросишь.

"Если доживу до сего момента" — мрачно подумал я.

Дель

"Здесь свернуть или дальше поехать?" — размышляла я, смотря то на лежащий под ногами тракт, то на заросшую бурьяном лесную дорогу.

В пользу "свернуть" было сокращение пути на два с половиной дня, то есть в Вязиму я бы прибыла сегодня. В пользу "ехать дальше" — место расположения короткой дороги.

Та авантюристка-половинка, что требовала скорости, потянула меня в лес.

Я порылась в сумке, вытаскивая модернизированные солнцезащитные очки для себя, Алены и Дольвара.

— Алена, — сказала я, нацепляя на кобылу очки. — Это лес Воспоминаний. Здесь обретают реальность все наши воспоминания. Эти очки не позволят тебе их видеть.

— Ясно Хозяйка, только в них видно плохо.

— Сейчас отрегулирую. Дольвар, ты всё слышал? Иди сюда. Вот. Смешно смотришься.

— Сама тоже не очень, — обиженно пробурчал кот.

— Все готовы? Тогда вперёд!

Мой зверинец ступил на старую дорогу.

Я закрыла глаза. Очки защищали от визуального воздействия, но не от звукового.

— Мойра! Какой сюрприз. Столько лет прошло, а ты всё попадаешь в неприятности.

— Если ты пришёл убить меня, то это не подходящий момент для комплиментов.

— Ну что ты, как можно.

— Действительно, Рэйдж, как можно…

— А кто тут у нас? Дочь Мойры? Совсем на мать непохожа. Скорее уж на отца.

— Его тоже ты убил?

— О! А мы спокойны? Ненавидишь меня?

— Да.

— Ха. Если захочешь отомстить, я буду ждать.

— Я тоже.

— Ну-ну. Пришла всё-таки.

— Сомневался?

— О да! Переполнена гневом и нетерпением. Ты слишком лёгкая добыча.

— Уже добыча… охотник?

— Маленькая, глупая арамия надеялась меня победить? Я разочарован.

— Ааагрх.

— И теперь ты умираешь. Надо было подождать ещё лет шесть. Жаль.

— Как ты могла!?

— Дель?

— Предательница! Я тебя ненавижу!

— Дель?…

— Dserra!

— Зачем?

— Чтобы избежать расспросов с твоей стороны. Ты только что слышал имя моего злейшего врага. Я очень хочу с ним побеседовать. С твоей же стороны жду помощи. Пока меня не будет посмотришь за девочками. Понятно?

— Будет исполнено… Правительница

— Это не приказ, а просьба, лорд Реан орШеран.

Я стиснула кулаки. На глаза навернулись слёзы. Воспоминания. Те, которые я пыталась загнать в самые потаённые уголки души. Зря я всё же выбрала лес. Хотя… может и не зря. Ненависть снова всколыхнулась во мне.

Я выросла. Я стала другой. Я убью Рэйджа.

— Хозяйка, лес кончился.

Я открыла глаза.

Лес остался далеко позади, но меня всё равно трясло от одного вида зловещей красно-золотой чащи.

Трясло не только меня. Алена тоже дрожала. И только Дольвар оставался спокоен.

Я успокаивающе погладила маир по шее и наколдовала горстку сахара. Кобыла благодарно приняла дар.

— Совсем чуть-чуть осталось. Дольвар, отправляйся в Эл-Лиа. Удостоверься, что всё готово. Алена, нам вперёд по тракту.

Дольвар растворился в воздухе. Алена понеслась по тракту.

Впереди темнели башни Вязимы.

День не задался с самого утра.

Мало того, что Рэйдж изнывал от нетерпения, ожидая прибытия убийцы Правительницы, так тут ещё и оппозиция начала подниматься. Страна стояла на грани гражданской войны, и самозваный король не мог ничего придумать.

Человек поднялся в свой кабинет. То, что он там застал, повергло его в состояние шока.

— Не ожидал? — услужливо спросила я, разворачиваясь в кресле лицом к Рэйджу.

Он молчал.

— Что, не веришь?

Я расстегнула две верхние пуговицы блузки.

— Помнишь? Это ты мне оставил.

— Но как? — наконец выдавил маг.

— Как я выжила с вспоротым животом и разорванным горлом? О, это было не просто, но я жива. Ах, да, а ещё я — Правительница Алайны. Удивлён?

Надо признать, истинные чувства он умел скрывать, но только не при общении со мной.

— Как ты вошла?

— Охранник не хотел меня впускать, но я его уговорила.

Я повелительно взмахнула рукой. Дверь захлопнулась, явив картину, достойную быть изображённой художником-садистом.

Длинный, тонкий кинжал пробил гордо охранника, пришпилив того к дереву, покрытому подтеками крови.

Оружие с чавком вырвалось из мёртвой плоти, став дракончиком и обвив мою правую руку.

Тело скатилось под ноги невозмутимого Рэйджа.

— Ты изменилась.

— Признаю. А вот ты — нет. Всё та же сволочь.

— Ты не лучше.

— Я не против. Дел'лиа Кровавая. Звучит. Правда, в этом мире я известна под прозвищем Ветер Смерти.

Он начал свирепеть. Конечно, злейший враг выжил и ведёт себя невозмутимо и нагло. Знал бы он, как я его ненавижу. Как мечтаю вонзить ему в горло кинжал и вдоволь поиздеваться над умирающим. Как долго я мечтала, строила планы. Как ждала я этого момента.

— Пришла убить меня? — прошептал Рэйдж.

— Да, — честно ответила я. — Но, пожалуй, я дам тебе шанс. Фору дня этак в два.

— Играешься.

— Как ты в своё время со мной. Всё по-честному.

У него не было выбора. Условия моей игры казались ему выгодными.

— Только расскажи, зачем тебе понадобилась эта страна? — невинно похлопала глазками я.

— Зачем? Странный вопрос. Власть, деньги, женщины, в конце концов.

— А народ?

— Плевать я хотел на народ. Кучка голодных, оборванных нищих, которые только и могут, что умолять о помощи. Толпа дураков, свято верующих в моё всемогущество, превозносящая меня до небес, готовая в любой момент исполнить любой мой приказ.

И тут я начала безудержно ржать. Хваталась за живот, чуть не падая с кресла, чем немало удивила Рэйджа.

— Что тут смешного?

Я молча подняла замаскированный листами бумаги передатчик. Рычажок указывал на надпись "вкл.".

— Боюсь, что твою пламенную речь слышали все жители страны. Поздравляю со свержением.

— Дрянь! — гневно закричал Рэйдж и кинулся на меня.

— Э нет, — улыбнулась я, выставляя щит, — игра только началась. Не порть мне удовольствие.

Я величественно встала и прошла к окну.

— Два дня. Запомни.

И вот я в облаках, а внизу разъярённая толпа ломилась в королевский дворец. Гражданская война началась.

Я сидела в корчме в близлежайшей деревне. Весть о свержении короля досюда уже докатилась, а вот отправленные подавлять бунты регулярные войска — нет, поэтому люди сидели за столами в компании с пивом, и обсуждали новости.

Я зажала вилку зубами и уставилась в тарелку. Есть совершенно не хотелось. Может Лауре остатки картошки скормить?

— К вам можно? — спросил немолодой уже мужчина.

— Можно. Грант!?

Лазурный дракон лукаво мне подмигнул.

— Решил тут по Тирилле в человеческом облике прогуляться. На обратном пути, хоп! знакомое лицо. Кстати, зачем ты устроила это представление? Рэйдж, конечно, сволочь порядочная, но без него здесь начнётся хаос.

— Ситуация под контролем.

Мой бывший учитель недоверчиво покачал головой.

— Ну-ну. Решила устроить второй Лайтар?

— Нет. И то, что произошло на Лайтаре — не моя вина!

— Ага. Три четверти населения вырезали совершенно случайно, ты в этом не участвовала.

— Грант, ты решил пробудить во мне совесть? — я недовольно посмотрела на дракона. — Так вот, знай, вся совесть досталась Лауре, но она загнала её далеко вглубь своей половины души.

— Армия! — в корчму вбежал растрёпанный человек. Его глаза были расширены от ужаса. — Армия идёт!

Началась паника, давка. Люди бросились к выходу, истошно вопя. Мне всегда было интересно, почему люди не способны на такую простую вещь, как организованное отступление? Или, хотя бы, убегать молча?

Я встала.

— Ты что собралась делать? — Грант поднялся вместе со мной.

— Я не хочу второго Лайтара, поэтому помогу этим людям бежать.

Войска уже были под частоколом селения. На них периодически скидывались кадки со смолой и чурки.

Народ похватал вилы, косы и выстроился в кривую линию. Они что, серьёзно считают, что обученную армию можно остановить этим? И чего я тут парюсь?

Ворота пали под натиском тарана, и воины хлынули в деревню.

Послышались крики, первая кровь оросила землю, а я стояла, прислонившись к стене, и решала моральную диллему. Помочь — оставить? Помогу.

Щит разделил людей на две части.

Я отлипла от стены и направилась к перепуганным крестьянам.

— Жить хотите? — Риторический вопрос.

Люди закивали.

— Тогда хватайте семьи и бегите отсюда! Портал я вам создам.

А ещё меня удивляет, что в минуту опасности люди становятся крайне доверчивыми.

Когда последние люди скрылись в портале, я вытянула аррели и взглянула на ошеломлённых воинов. Тяжёлая ладонь Гранта легла мне на плечо.

— Не могу же я оставить свою бывшую ученицу, — прошипел он. Я опять пропустила момент, когда мускулистый мужчина превратился в здоровенного лазурного дракона.

Щит слетел.

Я скинула в так кстати сплотившихся людей "иглы стужи" и бросилась вперёд. Грант дохнул пламенем.

— Это всего лишь девчонка и ящерица! — захлёбывался криком командир отряда. Но воины всё равно дрогнули. Ну, нет, я вас отсюда не отпущу!

Чёрный барьер закрыл отряду выход. Люди бросились петлять между домами. Бегите, бегите. Там, на кладбище, я вас и убью!

Рен

— Тир, а почему бы нам тут не свернуть? Короче же будет.

— Сразу видно, впервые в этом мире, — сочувствующим тоном изрёк вампир. — Это лес Воспоминаний. Ты серьёзно хочешь встретиться со всеми своими кошмарами?

— Нет, — подумав, сказал я.

— Вот видишь.

— Но кто-то с тобой не согласился.

— Да?

Тиррен спешился, присел у заросшей дороги и начал пристально всматриваться в следы, будто они ему что-то говорили.

— Дель окончательно сошла сума…

Да она давно того. Просто вампир это только что признал.

— Сунулась в этот лес. Совсем себя не бережёт.

— А что тут такого? Пара оживших воспоминаний.

— Поразительный оптимизм, — мрачно сказал Тир. — Знаешь, если бы мне предложили выбор: прожить жизнь Элирены Айрэ или Дели, то я бы выбрал Элирену.

Моё мнение о Правительнице снова претерпело изменение. От такой жизни легко сойти с ума. А ведь ей только двадцать один, а Элирене было двести пятнадцать.

— Боги-и-и, — прошептал я.

— Вот-вот, — услышал мою реплику Тиррен. — Вопросы есть?

Дальше мы ехали молча.

— "Альматея"

Штаб-квартира группы "5_2?"

Дайяна мрачно созерцала выкладки учёных мужей из ИИАПСО, когда компьютер треньканьем оповестил о получении сообщения.

Эльфийка с радостью забросила бумаги и подъехала к компьютеру.

Сообщение содержало всего две строчки.

" "Альматея". Сектор 7 дуга 2 6577/65. Сектор 7 дуга 2 6578/65

Хроники Падших"

— Эд! Ал! Рол! Энви! — позвала Дайяна. — Идите сюда!

— Й-а-а-а!

Вампир спустился вниз, по дороге чуть дважды не упав. Бронзовый дракон съехал по перилам и, сделав изящное сальто, приземлился около недовольно насупившейся девушки.

— Альфонс, — строго сказала она, — ты ведь немаленький. Уже вторая сотня, а всё дурью маешься.

— Между прочим, — доверительно сообщил дракон, — это самый быстрый способ спуска со второго этажа.

— По нормальному ты, значит, спуститься не мог.

— Да ну тебя, — расстроился Альфонс. — Показывай, что там.

— Сначала Эдварда дождёмся.

— О-о-о! Это надолго, — протянул несколько помятый Роланд.

— Почему же?

— Он в лаборатории обсуждает возможные последствия применения "W-6" в военных целях с Энви!

Последнее слово было произнесено таким заговорщицким тоном, что Дайяна поняла, ушлый вампирюга или подслушивал, или подглядывал, или и то и другое сразу.

— И что! Эдвард! Эдвард!! ЭД!!! Быстро сюда или ужина лишу!

Неизвестно, что подействовало лучше, троекратно усиленной заклинанием "ЭД!!!", или угроза лишения ужина, но Эдвард всё же показался на лестнице в обнимку со стройной тёмноволосой девицей.

— Вы, двое, — повелительным тоном сказала Дайяна, — спускайтесь, нам тут весёленькую вещь подкинули.

— Да? — проворковала девица. — Какую?

— Спускайтесь, наконец!

Голубки мигом преодолели разделяющие их и монитор пространство.

Про себя Дайяна давно называла сладкую парочку маньяками. Эдвард и Энви могли часами корпеть над какой-нибудь невзрачной штуковиной, пака не выяснялось, что потёртый временем и заржавевший кусок металла — древний артефакт Времени Порталов, содержащий в себе заклинание 5-го порядка, вязи "alle'ar".

— Вау! — восхитился Эдвард, прочитав строчки. — Какой материал…

— Маньяк, — прокомментировал Альфонс. — Охота тебе недели корпеть над хрониками Времени Предначертаний.

— Так я же буду не один, — золотой дракон, казалось, не заметил шпильки брата. — Со мной будет Энви.

— Угу, — отозвалась девица. Взгляд у неё был голодно-мечтательным, короче, невменяемым.

— Народ! — радостно вклинился в разговор Роланд. — Это же координаты Мора и Утопии!

— Вау… — протянула вся группа. — Вот так повезло…

Мерк'дер — он же Мор — и вправду был исключительным миром. Он и его близнец Ред'крем, известный как Утопия, вращались на одной орбите вокруг жёлтого карлика на самом отшибе галактики Эстенцы в Третьем Измерении.

Миры спокойно существовали в пространственно-временном кармане и были попросту уникальными. Век меча и топора для них уже прошёл, развивалась техника. Не одна экспедиция так и не смогла установить контакт с местным населением. Жители планет попросту не видели пришельцев. Всё, что смогла сделать наука Алайны — это установить на орбите спутники и изучать миры на расстоянии.

Население Ред'крема не знало войн, голода и болезней. У них не было понятия "деньги". Социальный строй частично напоминал первобытно-общинный. Все друг друга любили, помогали, а всё наработанное складывалось в общий котёл, а потом делилось поровну на каждого. При этом каждый человек работал как проклятый. Лениться там никто даже и не думал.

Социологи до сих пор ломали головы, как такие "розовые слёзы с соплями" вообще могут существовать и называли мир Утопией.

В противовес близнецу, Мерк'дер был миром вечной битвы. Война в одной стране утихала, а в другой разгоралась, и была ещё страшней прошедшей. Неурожай, голод, болезни — они были вечными спутниками несчастных людей. Никто не прекращал этой бесконечной, никому не нужной войны. Она просто шла, будто это Демиург так задумал. Мерк'дер. Мор.

Социологи так и не поняли, почему непрекращающаяся война не унесла жизни всего населения. Почему, не смотря на всё, люди ещё живы?

Это были вопросы без ответов.

— Да вы что! Это же удивительный призрачный мир! Мы всех видим, всё можем, а обитатели мира нам ничего не сделают.

— Потому что нас не видят, — закончила Дайяна. — Ещё один маньяк.

— Ну вас… Лучше уж пойдём.

Дайяна выключила компьютер, предварительно удалив сообщение. За сохранность координат она не опасалась. Всё-таки память у Роланда абсолютная.

Машинный зал представлял собой огромное помещение с рядом длинных столов, на которых стояли компьютеры, огромных картотечных шкафов, и платформы, с установленными на ней тремя изогнутыми шпилями гиперпортала.

Роланд плюхнулся на стул возле ближайшего к гиперпорталу компьютера. Ногой нажал на кнопку "Пуск" и, выждав время до загрузки, вывел на рабочий стол окно программы управления.

— Какие первыми вводить? — не оборачиваясь, спросил вампир.

— Те, которые были первыми, и вводи, — крикнула Дайяна, защёлкивая на запястье браслет экзоскелета. Чёрная с синим узором броня, тот час покрыл тело. Точно так же костюмы покрыли драконов. Альфонс ещё и перебросил через плечо ЭМ-винтовку, а к поясу пристегнул кобуру с плазмером.

Роланд послушно застучал по клавиатуре. Шпили замерцали, и в центре платформы раскрылся матовый портал.

Энви подошла к вампиру и взглянула на монитор.

— Датчики показывают стабильный энерго-канал. Всё в порядке. Можете идти.

Энви подсела за соседний компьютер.

— Роланд будет следить за датчиками. Я — координировать действия.

— Превосходно, — изрёк Эдвард, поднимаясь на платформу. Остальные последовали за ним.

— Пять, — начала отсчёт Энви, — четыре, три, два, один. Проход стабилизирован.

Группа "5_2?" начала выполнение задания.

Воздух был горький и густой. Пахло пылью, старым железом, зеленью, жизнью. Смертью тоже пахло, давней и непонятной. Трава была по пояс. Невдалеке виднелись заросли кустарника и какие-то унылые кривоватые деревца. Было почти светло, как в яркую лунную ночь, но не было лунных теней, лунной туманной голубизны, всё было серое, пыльное, плоское.

Группа вышла из гиперпортала на берегу большой медленной реки.

Дайяна осмотрелась. Река действительно была большой, но вода в ней была какого-то неестественно-зелёного цвета с мутными желтоватыми пятнами и пахла она маслом и тухлятиной. Пришлось включить фильтры.

Противоположный берег был пологим и поросшим тростником, а в ста метрах вверх по течению торчали из воды какие-то ржавые балки и кривые столбы. Вокруг вообще валялось много железа, и ещё что-то чувствовалось, что-то зловонное и неприятное, и когда запиликал встроенный в экзоскелет счётчик Деллара, все поняли, что это радиация, довольно сильная и зловредная.

Дайяна представила себе жителей планеты. Где-то дальше за рекой был город. Вряд ли благополучный город: грязные заводы, дряхлые реакторы, сбрасывающие в реку радиоактивные помои, некрасивые дома под железными крышами, много стен и мало окон, грязные промежутки между домами, заваленные отбросами, трупами домашних животных и тех, кто умер от болезней и голода. И люди. Люди, кутающиеся в рваное тряпьё, грязные, тощие, с измождёнными лицами.

Мир войны.

Пройдя немного дальше от реки, Дайяна наткнулась на кратер с оплавленными краями.

— Уровень радиационного фона, — раздался из динамиков голос Энви, — 85 баллов. Для вас и без ЭМ-костюмов безопасно, но всё же советую убраться отсюда. Вам на тот берег. Пять магических вниз по течению, потом скажу, что дальше.

— Отвратительный мир, — буркнул Эдвард. — Как Создатель только позволяет ему существовать?

— Если позволяет, — заявил Альфонс, — значит так надо.

— Теория восполнения?

— Сомнительно. Согласно ей, "если что где-то не происходит, значит это произойдёт в другом месте". Если это так, то как же Утопия?

— Знаете, — подала голос Дайяна, — у арамий есть легенда о Демиурге, что создал Мор и Утопию. Он создал их ненамеренно, случайно. Утопия впитала все его мечты, надежды, а Мор — боль и ненависть. По-моему, грустная легенда.

— Грустная, — согласился золотой. — А откуда ты её знаешь?

— Не помню, — задумалась Дайяна. — Может, услышала, или где прочитала. Я вообще много легенд знаю.

— К примеру? Всё равно, пока идём, делать нечего.

— Могу рассказать легенду об Аэссоэнне.

— Никогда не слышал.

— Я тоже.

— Хорошо, — Дайяна тяжело вздохнула. — История эта произошла во время Первой Великой Войны. Тогда ещё Звёздный портал Араклиона работал и связывал этот мир с другим, под названием Амега. Так вот, войска арамий добивали 5-ую армию Межгалактической Империи и заставили её отступить через портал. Просто так уходить командующий армии не хотел и приказал своим магам разрушит портал. Силы у тех, однако, не хватило, они только дестабилизировали его, что должно было привести к складыванию пространства и взрыву, в результате которого погиб бы Араклион. Королева арамий уже хотела эвакуировать население и оставить мир, когда пятнадцатилетняя арамия по имени Аэссоэнне решила попытаться закрыть портал. Королева сочла это безрассудным и опасным, и запретила девушке пытаться сделать что-либо. Только Аэссоэнне было всё равно, что ей там говорят. Она пришла к разрушающемуся порталу и сплела какое-то могущественное заклинание. Портал был запечатан, но он успел втянуть в себя обессиленную девушку. Так, ценой своей жизни Аэссоэнне спасла весь Араклион.

— Она, правда, погибла? — тихо уточнил Альфонс.

— Её тело так и не было найдено, стин исчез вместе с арамией. Значит, Аэссоэнне умерла.

— У арамий так много грустных легенд.

— Что верно, то верно. Из весёлого или с "happy end"-ом у них только сказки про Златовласую.

— Эт ещё кто? — из динамиков донёсся голос Энви.

— Это Айлана Айграсса.

— Милое прозвище. За что дали? — А это уже Альфонс.

— Ну, вы даёте, — ужаснулась Дайяна. — Что вам мама в детстве на ночь читала?

— "Астральная проекция. Теория и практика", — мрачно буркнул Эдвард.

— "Нежитиведение", — в голосе Энви проскользнули нотки отвращения. — Так за что прозвище-то дали?

— А у неё волосы были цвета чистого золота. За это и дали.

— Мило. Кстати, вам тут реку переходить.

Дайяна подошла к обрыву и бросила плетение. Через поток протянулся синеватые мост.

Группа пересекла реку и углубилась в заросли тростника.

Через пару метров жёлтые насаждения сменились редкими чёрными деревьями, искривлёнными и мёртвыми. Обнаружилась дорога. Старая, раздолбаная, из допотопного асфальта, но всё же дорога, по которой идти в стократ удобнее, чем по земле. Главное, чтоб на ней не было установлено мин-растяжек. Впрочем, любую подобную ловушку Альфонс заметит и обезвредит.

Чем дальше в лес, тем чаще стали попадаться огромные дубы, искривлённые неведомой силой. Радиацией тут было пропитано буквально всё.

— Да что же тут такое произошло? — вопросила Дайяна, когда дорога упёрлась в глубокий кратер со спёкшимися в стекло стенками.

— Я бы сказал, — присев на краю кратера, сказал Эдвард, — что это теуровая бомба. Только она уничтожает всё живое в радиусе магической, оставляя руины и полусгоревшие деревья.

Дайяна поёжилась. Впрочем, иного от Мерк'дера она не ожидала.

— Обогните кратер и идите на запад, — подала голос Энви. — Через два километра начнутся какие-то руины. Там Дайяна активирует "Рассеятель". Должен показаться… ну, нечто похожее на храм. Подключите аппаратуру, и Роланд скажет, что делать.

Группа обогнула кратер и углубилась в радиоактивную чащу.

Два километра прошли молча.

Вскоре показались ржавые погнутые листы железа и почерневшие, а кое-где и оплавленные камни. Повсюду росли бурые травы, колючие рыжие кусты и ядовито-жёлтые лианы. Среди травы виднелись остатки асфальтовой дороги. Лианы почти полностью скрывали остовы домов, хоте иногда можно было увидеть устремлённые в небо балки, со свисающими железными прутьями. На некоторых ещё виднелись бетонные кубы. Город, когда он ещё существовал, был огромен!

Группа прошествовала к предполагаемому центру города. Дайяна вынула из безразмерной сумки треножник и установила его на торчащем из травы камне. Сплела активирующие заклинание и направила его на "Рассеятель". Тот слегка завибрировал. В следующую секунду из "чаши" треножника вырвался тонкий сиреневый луч и указал куда-то в сторону. Группа посмотрела в указанном направление.

— Вау! — спустя минуту молчания изрёк Эдвард.

Строение действительно можно было назвать храмом. Огромное сине-золотое здание в форме луковицы, расписанное чёрными символами. К храму вела лестница, разделённая надвое рядом скульптур, изображающих неведомых чудовищ. Массивные створки дверей были закрыты бруском странного белого дерева.

— Офигеть… — протянул Альфонс. — Это ж кто эту громадину воздвиг?

— Вероятно, сам Создатель, — сиплым от удивления голосом ответила Дайяна.

— Ага, — согласился бронзовый дракон.

Дайяна нерешительно приблизилась к храму и включила детектор. Тело было напряжено и в любую секунду готовое отразить внезапный удар, но всё было спокойно.

— Ух, ты! — на этот раз из динамиков звучал голос Роланда. — Общий МЭ-фон сильно повышен. Защитное поле снимается "ветром полыни". Ловушек нет, одна сплошная защита, невидимость и отвод глаз. Неужели Хроники Падших настолько ценны?

— Издеваешься! — синхронно прокричали Эдвард и Энви, пробившаяся к микрофону. — Это же вся история Ледары времён Империи Дорей! И не только! Куча забытых заклинаний, неизвестных разделов магии, масса ещё чего. Это же мечта!

— Маньяки… — протянули нормальные люди.

Золотой смутился. Энви, наверное, тоже.

Дайяна сплела "ветер" и заодно — защиту для группы на всякий случай. Мало ли что строители сделали с храмом, вдруг какая обманка, чтобы дезинформировать Роланда и заставить магичку использовать заклинание, которое при контакте с храмом вызовет дисбаланс пространства и попросту сотрёт их всех из истории. Такого конца для себя Дайяна не желала.

Во время плетения девушка успела десять раз пожалеть, что Роэл подал на перевод — два боевых мага в группе куда лучше, чем один. Только сомнительно, что ночной эльф одумается, у него же теперь жена. Замену Роэлу ещё не назначили.

"Ветер полыни" окутал храм. Тот слегка засветился. Брусок, закрывающий двери, каким-то образом выгнулся дугой и сломался посередине, издав протестующий стон. Створки распахнулись, из храма вырвался затхлый воздух. Повеяло древней, как Измерения, магией.

Дайяна отступила под прикрытие вертикально торчащего из земли куска асфальта. Остальные поступили так же.

Прошла минута, другая, ничего опасного из храма так и не вырвалось, и группа высунулась из убежищ.

— Альфонс, — командным тоном произнесла невидимая Дайяна, — идёшь первым. Эдвард в центре. Я замыкаю.

"5_2?" построилась в шеренгу и поднялась по ступеням. Альфонс держал в руках винтовку, Эдвард два кинжала, Дайяна сплела несколько боевых заклинаний и теперь была готова сбросить их. Однако, всё было спокойно.

Внутри царил полумрак, как в лунную ночь. Стены покрывал чёрный узор, в синем зеркальном мраморе пола отражался потолок, расписанный под звёздное небо. В центре зала возвышался постамент, на котором что-то лежало. Вокруг ступеней, ведущих к постаменту, свился кольцом бескрылый, похожий на змею дракон.

— А вы уверены? — задала вопрос Дайяна, — что эта милая змейка не оживёт, как только мы приблизимся?

— Хмм. Роланд? — позвал, разглядывающий символы на стенах, золотой дракон.

— Не должна, — как-то неуверенно ответил вампир. — Датчики показывают небольшую жизненную активность, похожую на… ну, как будто стина сканирую.

— Хочешь сказать, что эта тварь является вместилищем чьей-то души?

— Части, если правильно. Этакая филактерия.

— Народ, — голос Эдварда дрожал от восторга, — вы не поверите!

— Что случилось? — в отличие от брата, Альфонс был совершенно спокоен.

— Эти символы на стенах — это какая-то забытая сдерживающая вязь!

— Вязь? — удивилась Дайяна. — Не плетение?

— Нет, именно вязь, и при этом нормально функционирующая. Не могу представить, кто мог сотворить подобное.

— Зато я могу, — девушка повнимательней присмотрелась к символам. — Нечто похожее высечено на стене, окружающую Озёрный край на Араклионе.

— Хочешь сказать, что это арамии построили?

— Нет. Вроде, стена даже древнее остальных построек в Озёрном крае. А, впрочем, разберёмся с заданием, возьмём отпуск и отправимся на Араклион. А то мне самой интересно стало. Кто за поездку?

— Все! — вскричали все.

— Так, — потянулся Альфонс, — я иду за Хрониками. Пожелайте удачи.

— Удачи.

Бронзовый дракон крадущимися движениями направился к постаменту. Осторожно перешагнул через каменную тварь, поднялся по ступеням, схватил лежащий предмет и тут же прыгнул назад, кувыркнувшись в воздухе. Предмет скрылся в Альфонсовой сумке.

Бескрылый дракон остался неподвижен.

— Медленно покидайте здание, — голос Энви прозвучал совсем тихо.

Группа, оглядываясь, продвигалась к выходу. Всё по-прежнему было спокойно.

— Странно как-то, — произнесла Дайяна, когда они покинули храм и стояли на бывшей площади. — Я думала, что такие места охраняются всякой потусторонней мразью. А тут — тишина.

— Меньше надо боевиков и приключений смотреть, — буркнул Альфонс. — Ложись!

Дракон придавил Дайяну к земле. Над головами просвистели пули.

— Что за чёрт! — закричал Эдвард. — Какого фандрыха!

Дайяна выставила щит и укрылась за остовом кирпичной кладки.

Послышались гневные вопли. Выстрелы прекратились.

— Kso! Velae rin, Arlen! Karho yuo ville?

— Telou, gerr Vesper. Som unnou lude nair skear.

Дайяна выглянула из укрытия. Сурового вида мужчина бранил тощую девицу в зелёном камуфляже. В руках девица держала автомат. Вокруг стояло ещё человек пять мужчин.

— Wot kso lude!?

— I ne now.

— Nerhe tray pathrow in inhe. Wen prien, gow fer dockes.

— Tanir, gerr.

Военные развернулись и направились в лес. Девица обернулась, вглядываясь в пространство перед храмом. Ничего не увидела и бросилась догонять товарищей.

— Боги! — голос Энви дрожал. — Я не поняла, что это было.

— Она, — Дайяна сама не верила своим словам. — Она нас видела!

— Чего, — глаза Эдварда ошеломлённо округлились. — Но это невозможно. Жители призрачных миров не способны видеть нас.

— Знаю. Но она нас видела!

— Чушь!

— У тебя есть другие объяснения?

— Так, — это уже Энви, — хватит спорить. Я записала разговор тех двоих. Сейчас открою гиперпортал, вы переместитесь домой, отдохнёте. Потом мы включим лингвоанализ и разберём, что там говорили. Авось поймём, что произошло.

— Хорошо.

Вспыхнула чёрная воронка перехода и вот взору группы предстал машинный зал и поднос с кофе и булочками.

— Ну, как, — обеспокоенно осведомился Роланд.

Альфонс молча вытащил книгу в чёрном переплёте, инкрустированным сапфирами.

— Хроники Падших! — Энви выхватила книгу.

Маньячка раскрыла том и тут же поникла.

— Кажется, ланар. Эд?

— Ланар, — подтвердил второй маньяк. — Какое счастье, что это мой родной язык!

— Так, — Дайяна успела избавить от экзоскелета и встать в позу "руки в боки". — Сейчас мы все отдыхаем и будем изучать этот кошмарный толмут завтра! Вам ясно?

— Ясно, — обречённо вздохнули маньяки. — А разве в Утопию мы отправляемся не завтра.

— Нетушки! Дня через два — возможно. Но только не завтра. Завтра я буду спать.

— А мы — изучать хроники.

— Ладно, уж, — Дайяна махнула на маньяков рукой. — Если вам себя не жалко.

И, подхватив кружку и булочку, девушка покинула машинный зал.

***

Боль. Что случилось? Что я?

Понимание. Свобода. Почему? Кто освободил меня?

Осознание. Я — душа. Нет, я — только часть души. А где остальное?

Желание. Мне нужно тело. Нет, я хочу тело. Тело из плоти и крови. Хочу чувствовать. Тело.

Жизнь. Боюсь вновь оказаться в каменной клетке. Значит, надо бежать, или лететь. Как я двигаюсь? Неважно. Главное — свобода.

Мне нужно тело. Может занять чьё-нибудь? Например, вон того существа с разноцветными глазами.

Боль. Тело занято сильной душой. Хотя, нет, там её только половина. Остальная сейчас зло смотрит на меня. Хорошо, я найду себе другое тело.

Полёт. Вижу людей. Среди них похожее на прошлое существо. Может оно? Тело красивое, сильное, а душа слабая. Она хочет покинуть тело.

Подлетаю. Душа откликается. Ей не жаль терять тело. Она уступает его мне. Спасибо.

Чувства. Могу ходить и чувствовать землю. Могу дышать и чувствовать воздух. Могу всё. Это тоже чувство. И оно мне нравится.

Новая жизнь начата.

Я как раз била нодов в С&С, когда возмущение в Астрале заставили бросить вирт даже не сохранив игру!

Я вскочила с кресла и бросилась к терминалу. На экран с чудовищной скоростью выводились информационные сводки. Я притормозила процесс и вчиталась.

Звёзды Небесные! Судьбу мне в матери! Чтоб материнская плата полетела и антивирус не обновился! Чтоб Ледара перевернулась и Элуна протрезвела! Кирдык мне пришёл…

Я, круша на своём пути пирамиды из книг и кристаллов, кинулась к "зеркалу". Аля, Аленька, отзовись. Ну, пожалуйста!!! Мне слишком дорога Ледара, чтобы вот так, глупо… Мама-а-а!!!

А ты правда думала, что всё будет настолько просто? Иногда я просто поражаюсь тебе, Л'энин. Затеять подобное и рассчитывать, что всё удастся. Как самонодеятельно. Удивляюсь, как тебя ещё терпят наверху. Впрочем, нам обеим знакомое существо отличается редкостным пофигизмом. Только не уверенна, что так будет продолжаться долго. Ведь у каждого есть предел терпения. Даже у Творца.

***

Третье Измерение, Заур-тле'Дорн, Шаесс'сса'эсса

Мараг потянулась. Разбирать отчёты шпионов было самым утомительным занятием, но без этого никак. Правда, проникнуть в аланскую Службу Безопасности, или хотя бы взломать их Систему, не было возможности. Уж Правительница на счёт этого постаралась.

В комнату без стука ворвалась Гордыня.

— Посмотри, — голос юай-ти дрожал от гнева, — что эта сволочь сотворила!

На стол полетела свежая газета. Отчёты разлетелись по комнате.

Мараг подняла газету, вчиталась…

— Тварь! — прошипела она. — Мелкая крылатая дрянь!

Заголовок статьи гласил:

"Таинственные смерти. Кто устроил охоту на Сенат?

Череда таинственных убийств потрясла Алайну. Всего за день погибло 12 °Cенаторов. Неведомый убийца напал ночью и так и остался незамеченным. Правительница объявила, что берёт дело под собственный контроль… пр. стр. 9."

— Все эти 12 °Cенаторов — наши люди. Так ведь?

— Так, — подтвердила Гордыня. — И, что ещё хуже, Вирд тоже убит. Похоже на работу Айрэ. Только они могут перерубить связь души и тела. Да и скорость их же.

— Тхар! — выругалась Мараг. — Фандрых.

— Оставшиеся в живых Сенаторы рвут с нами контакты. Правительница постаралась, чтобы эти трусы стали на неё чуть ли не молиться.

Такого мата Ледара ещё не слышала!

— Стерва, — Мараг сжала кулаки. — Убрать бы её, да без Вирда или Канцлера это невозможно. Кстати о Канцлере…

— Мёртв. Его место занял Леонт Майрэль аэл Вир'Несс ан'Льмерре, кстати, отец Хранительницы Смерти.

— Ещё лучше, — зло усмехнулась Мараг. — Хорошие новости хоть есть?

— Есть, — улыбнулась Гордыня. — Зависть получила доступ к "Альматее".

— Превосходно. Зависть — умница. Гордыня — бери весь присылаемый материал себе и разбирай. Возьмёшь себе в помощь Гнева, когда он вернётся.

— Да. Кстати, он вернулся. Вернулся, и говорит, что убитая им малолетняя арамия оказалась вполне живой, да ещё и Правительницей.

— И это, — нахмурилась Мараг, — хорошая новость?

— Да. Если Дел'лиа рядом, значит, контролировать ситуацию в центре она не сможет. Это наш шанс. А уж если Гнев прибьёт эту гадину — так вообще хорошо.

— Рэйдж против Правительницы — ничто. Я видела её в деле. Не приведи Тьма дело дойдёт до войны. Баланс сил тогда сместится не в нашу пользу.

— Если она такая сильная, — удивилась Гордыня, — почему он её тогда чуть не прибил?

— Сама удивляюсь, как она выжила, но ведь выжила. К тому же, её явно потом учили. Причём не арамии. В некоторых её плетениях проскальзывают демонские нити.

— Демоны? — глаза Гордыни удивлённо округлились. — Так она же их ненавидит лютой ненавистью!

— То-то и оно, — вздохнула Мараг. — Боюсь, эта та загадка Правительницы, что так и останется неразгаданной.

— А выяснять надо?

— А смысл? Вряд ли там что интересное. Если когда-то она имела трения с каким-нибудь демонским кланом, то, скорее всего, никого из них в живых нет. Ещё что-нибудь есть?

— Нет.

— Хмм… Тогда, можешь идти. И начинай подыскивать замену Гневу.

— Да, госпожа.

Гордыня поклонилась и покинула комнату.

***

Центральный штаб Службы Безопасности

Эверан Д'Арвест мрачно вглядывался в экран компьютера. Папку с "Альматеей" он открывал всего раз, когда нашёл защитный лог и распотрошил его. Уже тогда прочитанное и просмотренное ему не понравилось. Теперь же серый министр окончательно убедился, что Алайна ан Роуан и Айлана Айграсса были не только гениями, но и сумасшедшими. Если Дель допустит хоть одну ошибочку — вся Ледара превратится в сгусток нуль-материи.

Д'Арвест отрубил компьютер и, прислушавшись, покинул кабинет.

В информационном отделе как обычно творился бедлам. Раньше относительный порядок поддерживал Реан, но теперь его стол пустовал и одичавшие без начальника сотрудники отдела занимались только одним делом — тусовались.

Эклесс в синем прикиде танцевала под "Ворожеек" на двух сдвинутых столах. Миель исполняла роль диджея, колдуя над музыкальным центром, который в рабочее время использовался для дешифровки звуковых сообщений. Вертан, Риск и Лоэр хлопали в ладоши и улюлюкали, подбадривая затянутую в кожу красавицу. Эверан тоже полюбовался. Прекращать данное непотребство совершенно не хотелось, но надо было. В конце концов, мог зайти кто-нибудь непривыкший к обстановке в отделе.

В который раз отметив, как хорошо на его жене смотрится военная форма, Эверан громогласно хлопнул по столу. Музыкальный центр немедля заглох, Миель испуганно скатилась со стола, что сделала и танцовщица. Сильная половина отдела боязливо смотрела на шефа. В общем, веселье увяло.

— Кхм… — Эверану даже стало неловко за наступившую тишину. — Извиняюсь за прерванное веселье, но не могли бы вы тусоваться потише? Вас на другом конце здания слышно. Ещё переманите сюда весь работающий народ.

Тусующийся народ понял, что вставлять чопики шеф не будет, и вконец обнаглел.

— Милый, — состроила глазки Эклесс, — может, присоединишься?

Бороться с подобным предложением было чертовски сложно. Задаёшься вопросом: "Ну, зачем, зачем я решил отправить к Деле Реана? Да, с ней сможет справиться только он, но он и единственный, кто может справиться с отделом ненормальных программистов-аналитиков!"

— Нетушки, — выдавил министр, — пока вы мне не тут всё в божеский вид не приведёте и отчёт по "Альматее" и "Айрэ" не предоставите — все кристаллы с музыкой конфискую!

Отдел приуныл. Даже дирейка Эклесс не смогла повлиять на мужа, и главное сокровище программистов и аналитиков перекочевало в руки ушлого министра.

— Кошмар! — схватилась за голову Миель, когда дверь захлопнулась за министром.

— Вот-вот, — страдальчески протянул Вертан. — Вам, программистам, — ломать логи защиты Системы Безопасности Верлайна. А нам, аналитикам, — со всем оттуда вытащенным разбираться. Бедные мы бедные…

— Ага, — огрызнулась Эклесс, — страдальцы. Неужели вы думаете, что редактирование логов защиты так, чтобы у тамошних специалистов не зазвенел звоночек, очень легко?

— Нет, — пошёл на попятный эльф.

— Люди, — примирительно вскинул руки Лоэр, — давайте сейчас начнём, чтобы раньше закончить.

— Превосходная идея! — буркнул Риск, садясь за компьютер. — Жаль, шеф Рена куда-то отправил, вот был мастер анализа. А так я с Вертаном вдвоём буду разбирать кучу информации. Бе-е-е!

— Мы здесь все страдальцы! — объявила Миель. — Поэтому, давайте работать.

И, кленя Судьбу и шефа, информационный отдел засел за работу.

Спусти четыре с четвертью часа Эверан Д'Арвест получил толстенную папку материала. Информации было много, она была совершенно непонятна, запутанна и не представляла собой никакой ценности. Складывалось впечатление, что Верлайн предвидел возможное проникновение в их сеть и поэтому свалил туда какой-то маразм. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что нужно засылать агента, что не представлялось возможным. То есть агент был, но вот посылать его в Верлайн министр бы не решился, слишком много людей бы его за это убили.

Эльф непроизвольно потянулся к ящику, где хранилась фотография: он, Эклесс и два ребёнка — мальчик и девочка.

Если Реан узнает, что Эверан отправил на смертельно опасное задание его сестру, министр не был уверен, что проживёт достаточно долго, чтобы составить завещание. Д'Арвест с удивлением осознал, что боится гнева ночного эльфа. В конце концов, близнецов орШеран он знал с самого их рождения.

Эверан вспомнил последние дни Третьей Войны, когда он узнал, что его лучший друг и его жена погибли, оставив двух сирот. Вспомнил те невероятно-синие глаза со стальным оттенком, вспомнил, как мальчишка попросил позаботиться о его сестре, а сам пропал, чтобы вернуться через три года и поступить на службу в армию. Эверан тогда даже и не поверил, признав в молодом ночном эльфе того ребёнка…

А теперь Реана носило леший знает где. Хорошо хоть Тиррен отправил сообщение, можно было не волноваться, если уж он попал в компанию Дель, то будет мотаться по мирам вместе с ней и весьма сомнительно, что скоро отстанет.

Д'Арвест ещё раз всё взвесил, подумал, воздал молитву Богам и, отлеветировав папку в шкаф, вызвал в кабинет майора Шандрис орШеран.

— Два дня

Рен

— Тир, — прищурился я, вглядываясь вдаль, — не нравятся мне эти всадники.

— Какие всадники? — не понял вампир.

— Вон видишь там пыль столбом? Они и есть.

— Так бы сразу и сказал, — проворчал Тир. — Я же не эльф, за несколько магических не вижу. Предлагаю поехать им навстречу. Новости узнаем.

— Только защиту выставляй. На всякий случай.

Тиррен последовал моему совету.

Через полчаса мы встретились.

Человек в красном плаще и шлемом с крыльями выехал вперёд и ткнул в меня копьём:

— Назовитесь, — потребовал он.

Я влез ему под черепушку. Прочитанное мне категорически не понравилось.

"Тир", — мысленно позвал я.

"А? Что?"

"На счёт три я ставлю "завесу пыли" и мы сматываемся"

"В чём проблема?"

"В этой стране началась гражданская война. Ты хочешь быть повешен как вражеский шпион?"

Вампир кивнул.

Человек, так и не дождавшийся ответа, готовился дать команду, когда перед ним выросла песчаная стена.

Я накрыл нас куполом невидимости. Кони резко сорвались в галоп.

Сзади слышалось испуганное ржание и проклятия.

Остановились мы глубоко в лесной чаще.

— Что ты там у него прочитал? — отдышавшись, спросил Тиррен.

— Наша общая знакомая, — скривился я, — решила развеять скуку путём устраивания войн.

— Ты к ней несправедлив, — возразил вампир. — У Дели есть уважительная причина.

— Какая?

— Месть, — сказал, будто припечатал, Тир.

Действительно. Для арамии нет причины уважительнее мести. А Дел'лиа подходит к решению проблемы творчески и с размахом.

— Знаешь, — изрёк я после минутного молчания, — иногда мне кажется, что ты безумно в неё влюблён?

— В кого "её"? — подозрительно сощурился Тиррен.

— В Правительницу.

Вампир посмотрел на меня как на сумасшедшего, потом оглушительно расхохотался.

— Ну, ты, бли-и-ин, даё-о-ошь! — утирая слезы, подвывал он. — Такое при-и-идума-а-ать! Меня чуть инфа-а-аркт не хватил. Предупреждать на-а-адо!

— Ну-ну… Точно влюбился.

— Ещё слово, и я тебя задушу, — взвился вампир.

— Точно…

— Заткнись, язва! И вообще, — заявил Тир, — ты не о том думаешь. Помнится, ты очень хотел поговорить с Дель…

— Хотел.

— Тогда в седло и пробиваемся через эту чащу.

Я пустил в чащу несложное заклинание. Деревья снесло мощным огненным потоком.

— Вот и импровизированная дорога, — обрадовался Тир. — Вперёд!

— Рен, — прошептал Тиррен, — тебе ничего этот запах не напоминает?

— Какой запах?

— Мерзкий.

— Между прочим, — едко заметил я, — я — не вампир и обоняние у меня не как у собаки.

— Тогда поздравляю, — в тон мне заявил вампир, — мы приближаемся к "последствиям войны".

Серый пепел хлопьями падал с затянутого тучами неба. Оранжевое пламя ещё полыхало на руинах вычеркнутой из истории деревеньки…

Серый пепел хлопьями падает с неба. Ярко-синее пламя пожирает руины города. Чёрные вороны с гарканьем кружат в чёрной вышине.

Ребёнок, прижимающий к себе девочку, застыл на склоне, безразлично смотря на пожар.

— Ре-е-ен! — всхлипывает девочка. — А где папа и мама? Когда они придут?

— Они не придут, Шани.

— Почему-у-у?

— Они умерли.

Девочка зарыдала.

Ребёнок крепче прижал её к себе, гладя по волосам и плечам.

— Успокойся, Шани. Я позабочусь о тебе.

— Правда-а-а?

— Правда. И я отомщу убийцам.

Он прижал руку к горящему от боли предплечью. На белой коже вырисовывался знак. Извивающаяся змея. Подарок убийцы.

— Я отомщу…

Серый пепел продолжал падать на землю…

Я сжал кулаки. Боги, как же я надеялся больше никогда в жизни не видеть все ужасы войны. Все эти бессмысленные смерти и жертвы. Бессмысленные слова воодушевления и крики раненых и умирающих… Боги, за что?

У почерневших от копоти ворот лежат облитые смолой тела и тела, изрезанные острой сталью. Чуть дальше лежат обороняющиеся крестьяне и насаженные на вилы и косы воины. Лежит труп верного пса, защищавшего хозяина пока конское копыто не перебило ему хребет. Хозяин тут же, рядом, пригвоздило к земле копьё. Больше не побежит к колодцу молодая женщина в разорванном платье. Страшно представить, что с ней сделали, перед тем как перерезать горло… Сваленные в кучу трупы. Выглядят так, будто их рвали когтями. А вот лежат полукругом. Раны режущие. И таких картин много. Это картины войны — самой ужасной и отвратительной вещи на свете.

— Боги, — прошептал Тир. — Что ты сотворила, Дель?

Эта сволочь всё больше похожа на Алайну Кровавую. Боги, остановите её!

Хрясь! Хрусть! Бамс! А-а-ай-у-у! Хрусть! Бум!

Мы проехали вымершую деревушку, когда услышали шум. Неужели бой? Может вмешаться?

Кладбище. Натуральное кладбище.

Кресты и обелиски в разводах крови, трупы лежат на бурой земле, и слишком знакомая арамия, вытирающая окровавленный клинок о жухлую траву.

— Вот и повеселилась, — скривилась она. — Сколько в деревне народу было? Около сотни. Видишь, я их всех спасла. А эти… Не развлечение, а банальное "убей их всех!". Надоело! Не находишь, Грант?

— Ты всё больше похожа на Алайну, — осуждающе произнёс старческий голос. — Как можно так относиться к людям? Раньше ты не была расисткой.

— Раньше, — арамия посмотрела себе под ноги, — раньше, меня не пытались убить имперские псы. Раньше, у меня было право на свободу, которое отняли те, кому я доверяла. Я ещё должна любить этот мир?

— Да-а-а. Тебя заслуженно прозвали Ветром Смерти.

— Эх, Грант, ты же знаешь, так меня назвали задолго до того дня.

— Знаю, Дель. И всё равно не понимаю, зачем тебе эта война. Что тебе сделали мирные жители?

— Ничего, — расплылась в улыбке арамия, — это люди любят решать проблемы путём уничтожения всего живого.

— Ты жестока и полна ненависти, — покачал головой невидимый Грант. — До добра это не доведёт.

— Мне плевать! — рявкнула Дел'лиа. — Пусть эта страна потонет в крови, но своего я добьюсь! А ненависть… Что для меня значит ненависть? Я испытала слишком много боли, чтобы простить им это!

— Ох, Дель…

Она отдышалась.

— Ты винишь себя в смерти сестры, — тихо сказал Грант.

— Я не уберегла её! Не смогла защитить. Она…

— Успокойся! — Грант наконец-то вышел из тени старого вяза. Он был уже не молодым лазурным драконом, трёх метров в плечах. И я знал этого дракона. — Кстати, тут за нами наблюдают.

— Я знаю.

— Откуда?

— Не забывай, часть моей души материальна. Выходите!

Мы вышли из своего укрытия.

— Здравствуй, Дель, — поприветствовал Правительницу Тиррен.

— Здравствуй, — Дел'лиа обернулась и растерянно отступила. — Ты-то понимаю, а он….

Грант вздохнул и уселся на хвост.

Какие странные у неё глаза. Разве они были не серебряными? Теперь зелёные. Нереально зелёные, и зрачок точкой. Фандрых… Кто ей управляет?

Её надо убить или снять Заклинание. Убить будет проще… Только потом меня самого убьют. Медленно…

— Приступим? — сказала в пустоту Дел'лиа, хоть я и понял, что обращалась она ко мне.

— Приступим.

Любопытно, её запрограммировали на моё убийство?

— Вы о чём? — вопросительно поднял брови Тир, и тут до него дошло. — Да вы же всё кладбище и лес разнесёте! Это же будет Армагеддон!

— Мы не будем пользоваться магией.

Отлично, так появляются хоть какие-то шансы одолеть эту дрянь.

— Это будет интересно, — промурлыкал Грант. — Два моих лучших ученика сойдутся в поединке. Такое невозможно пропустить!

Арамия вытянула аррели и отбросила ножны в сторону. Тоже сделала и с плащом. Я повторил её движение.

Она щёлкнула пальцами, испепеляя тела своих недавних жертв, и тут же атаковала.

Я ушёл в бок, уходя от удара, и запрыгнул на надгробие.

Арамия остановилась. Улыбнулась. Издевательски мне отсальтовала.

Я спрыгнул на землю, проводя удар в грудь. Она поднырнула под клинок, но забыла, что лайд у меня всё же две. Удар в живот она парировала, но замедлилась, за что и получила локтем в лицо. Удар вышел смазанным, по щеке, но Дел'лиа всё равно отпрыгнула.

Из глубокой царапины на щеке сочилась кровь. Неопасное повреждение для арамии, зато моральное удовлетворение для меня.

Кровь продолжала стекать по лицу, хотя уже должна была свернуться, а рана исчезнуть. Из-за заклинания у неё проблемы с регенерацией? Что ж, мне же на руку. Если удастся нанести ей урон посущественней, можно считать, что победа у меня в кармане.

Когда она успела выдернуть кинжал и метнуть его, я не понял, но успел избежать роковой ошибки.

Одной лайдой отбил кинжал, второй парировал клинок арамии. К моменту, когда кинжал вонзился в землю, мы уже успели обменяться несколькими ударами, и теперь ходили кругами.

Её шаг был каким-то странным. Она опиралась не на всю стопу, а только на носки. Частичная трансформация? Ничего, укус шарда даровал мне парочку милых способностей.

Теперь первым атаковал я. Дел'лиа сделала сальто, стараясь ударить со спины. Молниеносно развернувшись, я выставил блок и только тогда понял, что попался.

Бок обожгло болью, как от раскалённого железа. Я отскочил. Куртка намокла от крови. О прежней скорости можно было забыть секунд на тридцать. Но за это время меня шесть раз успеют отправить на тот свет.

Арамия занесла клинок для удара.

Я рванулся в перёд, вытянув перед собой лайду.

Меч вонзился в бедро Дел'лиа. Она упала на колени, уронив аррель.

Я прижал клинок к её горлу. Арамия скосила глаза куда-то вниз. Я проследил за её взглядом и усмехнулся.

В руке арамия сжимала откуда-то взявшийся кинжал, и остриё указывало точнёхонько мне в рёбра. Если наклонюсь вперёд, лезвие прошьёт мне лёгкие, а там пиши пропало.

Это была стопроцентная ничья.

Я отвёл клинок. Она сделала тоже самое, после чего бессильно упала на землю.

— Может ты всё таки вытащишь свою зубочистку!? Й-а-а! Тха-а-ар! Больно же!

Глаза серебряные.

— Нашлась принцесса, — огрызнулся я.

Дел'лиа глубоко вздохнула. Ей что, настолько больно? Хотя… Лайда прошла через кость, задев вены. С учётом отсутствия мгновенной регенерации, это действительно больно.

— Вы, наконец, закончили! — громогласно провозгласил Тиррен. — А теперь марш по разным углам!

— В моём положении это весьма затруднительно, — проворчала арамия.

— Ничего, мы сейчас всё поправим…

Грант подошёл сзади и похлопал меня по плечу. От прикосновения тяжелющей драконьей руки подогнулись колени.

— Это был славный поединок, — прогнусавил бывший наставник. — Две минуты — хороший результат для мастеров.

Две минуты? Они показались мне вечностью.

— Пошли, тебя надо подлатать.

Я поплёлся за драконом. Тот материализовал бинты и принялся обрабатывать мне рану.

— Регенерация регенерацией, — ворчал он, — но обработанные "белым светом" бинты — лучшее средство от глубоких ран.

В стороне Тир что-то спросил у Дел'лиа. Получив ответ, он вскочил на ноги и воскликнул:

— Это не повод! То, что он похож на…

И полетел на землю от удара разъярённой арамии.

Вампир лежал на земле без движения. Арамия упала на колени. Кровавое пятно на бинтах стало расширяться.

— Тир… я не хотела.

Тиррен закашлялся.

— Сам виноват. Задел больную тему.

Интересно, какую тему?

— Тир! — Дел'лиа сжала вампира в объятиях.

У меня глаза на лоб полезли от вида этой сцены. Нет, мне никогда не постичь логику поведения Правительницы. То она безжалостное чудовище, то добрая и милая.

— А ну быстро вернулась в прежнее положение! — рявкнул, Тиррен, высвобождаясь из объятий. — Рана вот открылась.

— Ты мне лучше лаорды вколи. Я так быстрее восстановлюсь.

— Ага, а потом будешь отсыпаться весь день!

— Тогда ещё и стимулятор. У меня нет лишнего времени.

— Слушай, — прорычал Грант, — сиди спокойно, не вертись!

— Угу.

Арамия, шатаясь, поднялась и прошла к брошенному плащу и ножнам. Отбитый мною кинжал трансформировался в дракончика и, подлетев к хозяйке, обвил её руку. Я вдруг представил, чтобы было, если дракончик летал не только по прямой.

— Дель…

— Да? — Она обернулась, вопросительно посмотрев на вампира.

Тиррен кивнул на меня. Я напрягся.

— Ах, это. Убей его.

— Что!?

Мы все замерли. Даже обычно невозмутимый Грант уставился на свою воспитанницу.

— Убей его! — повторила Дел'лиа.

— Нет, — прошептал Тиррен.

— Это приказ!

— Нет! — куда более решительно повторил вампир.

Она задумчиво всматривалась в лицо вампира.

— Не подчинение приказу?…

— Это не Дель, — прошипел мне на ухо дракон. — Смотри, у неё на шее медальон.

На шее Правительницы зелёным светом полыхал медальон, изображающий оскаленную лисью морду.

— Значит так… — ухмыльнулась арамия и потянулась к аррелям.

Я среагировал быстрее. Бросился вперёд и повалил Дел'лиа на землю. Она забилась всем телом. Её взгляд был совершенно безумным. Глаза вновь стали изумрудно-зелёными.

Цепочка медальона разлетелась на отдельные звенья. Серебряный кружок жёг ладонь. Арамия провалилась в забытие.

Почему такая боль в груди?

Я отстранился от бесчувственной Правительницы. В момент падения она держала аррель перед собой, и теперь клинок был покрыл розоватой лёгочной кровью. Моей кровью.

По подбородку потекли алые струйки.

Похоже, один труп сегодня всё же будет. Это была последняя мысль ускользающего сознания.

Дель

— Дель! Дель, давай же, очнись!

Чьи-то могучие руки трясли меня за плечи.

— Ты-ы-ы мне-э-э сейча-а-ас голову-у-у оторвё-о-ошь!

Грант выпустил меня.

— Дель, скорее! — Его глаза были расширенны от ужаса. — Только ты можешь его спасти!

Я оглянулась.

Рядом испускал последние дыхание ночной эльф. Рен!? Стихии, что произошло? Не помню!

— Ты же фея Жизни! — В глазах Тиррена читалась мольба.

— И Смерти, — прошептала я, наклоняясь над умирающим. — Я привыкла отнимать жизнь, а не дарить её.

— Плевать! Ты можешь! Просто верь!

Верь… Когда-то тоже самое мне сказала сестра… Стихии! Я не смогла спасти её, так хоть Рена не отбирайте!

… Он… для меня… важен…?

— Ataliery fae Oudenа!

Отнимавшая жизнь дарует её. Какая ирония. Юная арамия, привыкшая убивать спасает чужую жизнь. Да, именно так бы поступила Хранительница Жизни…

— Клянёшься ли ты, Мираль Иринель ас Стеррах Тёмная, защищать Ледару от всех напастей?

— Клянусь!

— Клянёшься ли ты, Мираль Иринель ас Стеррах Тёмная, хранить данную тебе силу Жизни?

— Клянусь!

— Тогда, властью данной мне Повелителями Жизни, я, Аладриена Эстер Аэриэль дер Таллана ар Эттарэль аэр Алл'э'ран Арионель, отдаю тебе реал Жизни и на…

— Dara!

Шаровая молния пробивает грудь Аладриены. Ритуал не закончен. Юай-ти попала под заклинание Повиновение. Вторая Великая Война началась.

Кровля дворца обрушилась, погребая под собой шестилетнюю дочь Мойры. Ты стоишь на коленях перед завалом, шепча "Delle. Delle!".

— Мойра! Какой сюрприз. Столько лет прошло, а ты всё попадаешь в неприятности.

Человек выписывает мечом замысловатые восьмёрки.

— Если ты пришёл убить меня, то это не подходящий момент для комплиментов.

— Ну что ты, как можно.

— Действительно, Рэйдж, как можно…

Их поединок длился не дольше минуты. Мойра была обессилена и ранена. Она умерла у тебя на глазах.

Ещё одна досрочная смерть.

Поляна. Ночь. Звёзды. Что пошло не так?

— Всё нормально, Ленора.

— Это ты называешь нормально!?

— Не истери. Этим регулярно занимается твоя сестра.

— А где вспышки и прочие сопутствующие эффекты? Почему на этот раз ничего не было?

— Такова её природа. Ей не нужна первая Инициация, не нужны последующие. Она не теряет магическую силу, потому что она — потомственная Хранительница.

— Но почему она такая?

— А вот этого я тебе не скажу.

— Не доверяешь, Создательница?

— Нет. Боюсь за тебя, Повелительница Жизни.

Фандрых! Какого чёрта меня инициировали!!??

— Никуда ты от меня не убежишь, язва белоглавая, — зло прошипела я. — Умрёшь только тогда, когда я захочу!

По моим рукам бежали синеватые молнии. Я чувствовала, как с каждой каплей живительной энергии гаснет сознание. Кажется, перестаралась…

Я натянула одеяло повыше и зарылась лицом в подушку. Одеяло!? Подушка!? Какого…

— Ну, наконец-то ты проснулась, — проворчал чей-то гортанный голос.

Глаза сфокусировались, и я, наконец, смогла разглядеть источник шума. Ещё с минуту никак не могла достойно распознать полученную информацию, поэтому тупо мотала головой, и так, и эдак разглядывая тёмное пятно. Улыбнулась. Это у меня сущность такая?

Рядом, положив передние лапы на краешек кровати, сидела химера. Огромная, смахивающая на пантеру леопардовой расцветки, кошка с обречённой мордой разглядывала моё бренное тело.

— Трид, — откинулась на подушку я, — только давай без вступительных речей на тему избранности. Мама меня на этот счёт просветила.

— С тобой совершенно не интересно, — мотнула красноватой гривой Трид.

— Не поиздеваться? — ехидно спросила я.

— Дрянная девчонка, — сокрушённо пробормотала химера. — В детстве ты была более уважительной.

— Сейчас моё уважение ограничивается ситуацией. И ты не первая, кто напоминает мне о первых шести годах моей несчастной жизни.

— Жалеешь себя, — сузила глаза эльвента.

— Так больше же никто не пожалеет, — сама себе сказала я.

Трид отступила на шаг, оглядела комнату, запрыгнула на стол.

Что ж. Обогатила свой зверинец ещё одним экспонатом, нашла на крылья новые проблемы и добавила к основному резерву ещё сто тысяч ЕМЭ. Фандрых.

Я сползла с койки, осмотрелась.

Тиррен и Грант таки дотащили меня до Эл-Лиа. Надеюсь, в энергетическом обмороке я валялась не долго.

Меня окружали больничные стены нежно-сиреневого цвета. Помимо койки, столика и зеркала в палате ничего не было.

Одежда была аккуратно сложена на столике. Старые друзья проявили настоящую заботу.

— Ты что собралась делать? — подозрительно спросила Трид.

— Закончить начатое, — ответила я, защёлкивая браслеты на руках.

— Отомстить решила, — прошипела химера.

— Да. И не пытайся меня остановить.

— Ты же Хранительница Жизни. Ты должна быть милосердней.

— Стать Хранительницей Жизни только за спасение жизни одного эльфа в противовес многим смертям — более чем странно, не находишь? Мне ближе Смерть. И я не собираюсь прощать этого ублюдка.

— Это было веление Создателя. Ты ничего не понимаешь.

— Ну да, я же блондинка. А теперь, марш в реал!

Эльвента подчинилась приказу.

Я подошла к висящему над раковиной зеркалу и впилась взглядом в собственное отражение. Вот он какой, мой реал.

Серебряный кружок двух с половиной сантиметров в диаметре. Знак Уробороса кольцом вился по краю реала. Остальное пространство занимала пентаграмма с наложенной на неё гектограммой. В центре соединённых магических фигур переливался кристалл круглой формы. В глубине кристалла сверкал знак Жизни.

Вот так попадалово… Ладно, мне ещё эльфа найти надо.

Я улыбнулась. Могу бесконечно долго любоваться видом, раскрывшимся передо мной.

Рен лежал на высоких подушках и мирно спал. Его лицо было похоже на лицо беспечно спящего младенца. Ангела. Очень красивого ангела… Интересно, его кожа такая же гладкая, какой она кажется на вид?

Я, словно во сне, протянула руку и дотронулась кончиками пальцев до щеки спящего Рена. Почти не касаясь, нежно провела кончиком указательного пальца вверх по скуле эльфа.

Да…Его кожа словно шелк…. Скорее всего губы такие же мягкие и горячие….

Стоп! Какого лешего у меня в голове вертятся такие мысли? Маньячка-нимфоманка я, а не арамия.

Снова взглянула на эльфа. Стихии, как же они похожи. Как братья близнецы.

— Как больно… — прошептала я в пустоту. — Ты — внезапно обрётший форму призрак прошлого. Почти забытое воспоминание, от которого так хочется избавиться. Одна моя большая проблема, от которой невозможно убежать. Зачем ты идёшь за мной? Зачем делаешь мне больно? Ты не ответишь… Ты спишь. Как хочется забыть…

Рука потянулась к висящему на поясе аррелю.

— Да, как просто взять клинок и одним ударом избавиться от проблемы. Это ведь так просто, взмах и всё. Я много раз так делала, а теперь не могу. Это слишком подло с моей стороны. Я не могу убить тебя эльф!

Простое решение вмиг стало невыносимо сложным. Я никогда не смогу убить Рена, в том моя слабость. Какой соблазн, подослать к нему Айрэ. Совесть номинально чиста… Нет. Его надо оградить от меня. Печать!

Я наклонилась над Реном. Вытянула из-под одеяло правую руку.

— Ух ты, — удивилась я, — а я не одна ставила "печать".

На предплечье эльфа чернела змея. Никогда не видела такую. Зато, теперь она будет не одинока.

Прижала ладонь к тёплой руке. Палату на мгновение осветило синеватое сияние. Чуть выше змеи проявился алый Уроборос — моя "печать".

— Надеюсь, мы больше никогда не встретимся, — сказала я, выходя из палаты.

Я почти забыла эти галереи, освещённые серебристым лунным светом. Четыре года я не появлялась в Эл-Лиа, но за это время академия совершенно не изменилась.

Всё те же тонкие изящный колонны, соединённые низкими кованными бортиками и спадающие с потолка лозы Искрящего винограда. Всё те же тянущиеся к небу башни. Всё то же небо с синеватыми мазками облаков.

С высоты пятого этажа я видела разбегающиеся во все стороны дорожки, ухоженные клумбы и оставленное в покое дикоцветье.

Вечные летние ночи Эл-Лиа создавали невозможную, дико прекрасную и сказачную атмосферу древнего, дивного места.

— Опять бежишь?

Я обернулась. В пяти шагах, прислонившись спиной к колонне, стояла пепельноволосая арамия.

— Тётя? — оторопела я, но тут же взяла себя в руки. — Да, бегу.

— Побег — не способ решения проблем, — назидательным тоном произнесла Ариста.

— А для меня — способ.

— Ты бежишь от призраков прошлого, — наставница отлипла от колонны и приблизилась. — Ты не можешь принять эту реальность и пытаешься оградить себя от неё, из-за твоего эгоизма страдают другие. Взять хотя бы этого эльфа. Ты видишь в нём другого человека. Не можешь воспринимать его как совершенно другую личность.

Тётя права. Я не могу забыть Его. Не могу забыть те короткие белые волосы, иронично прищуренные синие глаза, ласковые руки, нежные губы… Не могу забыть конец.

— Ты боишься. Боишься за себя. Боишься боли, что может поселиться в груди. Тебе это глупым не кажется?

Я промолчала. Ариста и так знала ответ.

— Взгляни на этого эльфа непредвзято. Отбрось свои страхи и шагни ему на встречу.

— Шагнуть на встречу, — повторила я. — Чего вы добиваетесь?

— У тебя, — тётя подошла вплотную ко мне, — совершенно нет настоящих друзей. Ты манипулируешь всеми и вся и ни к кому не привязана.

— Неправда, — покраснела я, — Нассира, Д'араней, Тиррен, Эверан — они мои друзья!

— Будь они твоими друзьями, — сказала Ариста, — ты бы не стирала память двум первым, не превращала бы в личного психолога второго, и не плела бы интриги за чашкой чая с третьим.

Я замолчала. Да, такие отношения сложно назвать дружескими.

— Он меня ненавидит, — ядовито изрекла я.

— Сама виновата, — припечатала тётя. — Нечего было резать того метаморфа.

— И это знаете.

— Твой кхорниск совершенно не умеет держать язык за зубами.

Из-за подола платья тёти выглянула виноватая рыжая морда.

— Что бы ты там не говорила, — тётя потрепала Дольвара, — ты хотела вернуться в Эл-Лиа.

— Я просто забыла здесь одну вещь.

— А потом? Когда её заберёшь? — допытывалась Ариста.

— Я хочу отомстить, — сжала кулаки я.

— Что ж. Ты имеешь на это право. А что ты потом будешь делать?

— У меня есть Мараг.

— Хорошо. А потом?

— Не знаю. — Я взглянула на далёкие облака, потом на близкую землю. — В этом мире меня ни что не держит. У меня нет никого. Наверно… сложу крылья.

— Идиотка! — Ариста ударила меня кулаком по щеке. Я полетела на пол, да так и осталась сидеть, изумлённо подняв глаза на разъярённую тётю.

— Дура! Жить и помогать жить другим — вот первое правило боевого мага, а ты… Эгоистка. Подумай об Араклионе и Алайне. Ты же последняя в династии. Что будет, если ты умрёшь? Второе Измерение растащат по кусочкам!

— Да… — я склонила голову. Какая я всё-таки дура.

— Вот почему тебе нужны друзья. Они подарят тебе смысл жизни. На них ты всегда сможешь положиться. Всё рассказать и увидеть понимание в их глазах. Поняла?

Я кивнула.

— А теперь иди в свою комнату, — заботливо улыбнулась Ариста. — За одно приберёшься там… Впервые за четыре года…

Я прокралась в гостиную. Ну почему, ну почему в Эл-Лиа все комнаты устроены по плану "гостиная, пять дверей, четыре комнаты". Надеюсь, обитательницы остальных апартаментов спят.

Я вбила код на терминале. Щёлкнул замок, дверь открылась и скользнула внутрь.

Никто не заходил в мою комнату все эти четыре года. Пусть здесь не было пыли, но беспорядок всё равно остался.

Сваленные на столе книги, листы бумаги, линейки и карандаши. Скомканная бумага на кровати и полу. Какие-то лоскуты, покачивающиеся на люстре. Завядшие цветы на подоконнике. Разруха, одним словом. Стихии, неужели это я устроила весь этот бедлам?…

— Бедлам, — проворчала возникшая на столе Трид.

— Хозяйка, кто эта милая химера? — сверкнув глазами, спросил Дольвар.

Вот фандрых! Сейчас же элирта! Спасите меня Стихии.

Если бы это было возможным, Трид бы покраснела.

— Дольв! — осуждающе провозгласила я. — Тебе что, кхорнисс мало?!

К сожалению, мой демон краснеть тоже не умеет.

— Марш в Астрал, думать о своём плохом поведение!

Кхорниск подчинился.

— В чём проблема? — Я развернулась к Трид.

— Ты ещё спрашиваешь?! — возмутилась эльвента. — В твои обязанности, между прочим, входит спасение миров и оказание помощи остальным Хранительницам! А ты даже и не помышляешь о спасении Шадии из лап Мараг!

Вау! Бывшая Хранительница Времени ещё жива.

— А зачем она Мараг живой понадобилась?

— Ну, — растерялась химера, — чтобы выяснить, кто новая Хранительница.

— Трид, — я подивилась наивности древней сущности, — ты что, забыла, что при проведении Ритуала Передачи подобного проведённого мною, знание о местоположении новой Хранительнице не даётся. Процесс Инициаций, скажем так, пускается на самотёк.

Трид была в замешательстве.

— И ещё, — я продолжила убийственную речь, — ты не подумала, что Мараг тоже не дура, и вполне могла дать Шадии бросить "вызов", чтобы подманить наивную Хранительницу с идиотскими идеалами?

— Дель, — голос прозвучал на удивление серьёзно, — Шадия действительно знает, кто новая Хранительница.

А вот это серьёзно меняет дело. Эльфку придётся вытаскивать. Причём в ближайшее же время, иначе будет полный фандрых.

— Её ведь в Шаесс'сса'эсса держат? — спросила я и, дождавшись утвердительного кивка, добавила. — Значит, спасу её. Всё равно по пути.

На время можно перестать думать о Шадии. А пока, спровадить Трид обратно в реал и навести тут порядок.

Похоже, мы вели себя несколько шумно, ибо нас пришли навестить.

— Кто здесь? — Вопрос прозвучал совершенно неожиданно.

Я обернулась.

На пороге, уперев руки в боки и состроив грозную физиономию, застыла девчонка.

— Дель?… — вопросила девчонка. — Дель!!!

В следующее мгновение меня оглушило звуковой волной и момент, когда вихрастая серебряная макушка уткнулась мне в живот, а тонкие руки обвили талию, был пропущен.

— Дель! Дель! Дель!

— Диана.

Я обняла девочку.

— Дель, — она подняла на меня свои большие, светящиеся от счастья глаза. Один фиолетовый, а другой зелёный. Ещё один призрак… — Почему ты так долго не приходила? Мама сказала, что ты не вернёшься, а ты вернулась! Ты ведь больше никуда не уйдёшь?

— Прости, — я посильней прижала серебряную голову к себе, — мне придётся уйти.

— Почему? — В разноцветных глазах отразилось непонимание.

— У меня ещё остались дела, — грустно улыбнулась я. — Но когда я их завершу, то обязательно вернусь.

— Мама обрадуется, — счастливо улыбнулась Диана.

— Да, обрадуется…

— Диана, — раздался в голове строгий голос, — тебе пора спать!

— Мама! — возмутилась девочка.

Я отстранилась от малышки.

Мелисса стояла, сложив руки на груди и недовольно смотря на дочь.

— Да, — сказала я. — Уже поздно.

— Ну ладно, — согласилась Диана, и выбежала из комнаты.

— Почему ты вернулась? — не размыкая губ, спросила Мелисса.

Я внутренне сжалась. Голос к ней так и не вернулся. А всё из-за меня.

— Я забыла здесь одну вещь.

— Какую?

— "Гаситель".

Мелисса улыбнулась.

— Ты всё ещё хочешь его убить?

— А я должна была его простить? — я непонимающе посмотрела на арамию.

— Месть ведёт лишь к мести. Представь, что все жертвы Третьей Великой захотели отомстить. Что бы мы получили?

— Толпу ненормальных, истребляющих всё на своём пути.

— Ты хочешь стоять в их рядах?

— Да, — ухмыльнулась я. — Причём в первом ряду. Чтобы покончить со своими врагами, а потом сказать толпе тоже, что ты вечно говоришь мне.

— Ты не умеешь прощать, — покачала головой Мелисса.

— Не умею, — согласилась я. — Да и не прощают такое.

— Я же простила, — в мысленном голосе арамии прозвучали печальные нотки.

— Что?

— Дель, — она присела на краешек стола, — ты так любишь Диану, что не заметила очевидной схожести во внешности.

— Так он…

— Да. Диана дочь твоего врага.

Мне стало дурно. Моя маленькая Диана — дочь Рэйджа!? Нет! Это ужасно. Этот ублюдок убил мою мать и сестру, искалечил мне жизнь, так ещё и изнасиловал мою подругу! Фандрых. Теперь убить его — моя святая обязанность.

— Ну как, ты будешь и дальше относиться к Диане как к сестре?

— Буду, — прошептала я. — Она твоя дочь, а не его. Пусть они похожи, но Диана куда больше напоминает тебя, или мою сестру. Я буду относиться к ней как и прежде. А этот ублюдок всё равно умрёт! Такое…

— Не прощают, знаю. А что будет, если я скажу, что сама пришла к нему, что любила его.

Нет, сегодня определённо не моя ночь. Все пытаются наставить меня на путь "милосердия". Фандрых.

— А потом он сказал, что ты ему не нужна и…

Мелисса побледнела:

— Дель, ты больше похожа на демоницу, чем на арамию.

— И чему ты удивляешься? — я испытующе посмотрела на арамию.

— Ни-че-му, — раздельно произнесла она.

Продолжать разговор не имеет смысла. Интересно, она сама это поймёт?

— Убивая убийц, мы сами становимся убийцами.

— Тогда я уже пять лет как стала убийцей, — подумав, сказала я.

— Нет, Дель, ты не убийца.

Я ошарашено воззрилась на Мелиссу, только её уже и след простыл. Я выглянула в гостиную. Там никого не было. И куда она запропастилась?… Впрочем, не моё дело. Какое там у "ультро-уборки" плетение?

Я удовлетворённо оглядела результат траты 12 ЕМЭ.

Комната блистала почти в буквальном смысле. Не одного листика, ручки и прочего мусора. Лепота!

Магическая метка на обнаруженном на стене календаре показывала, что эта ночь была последней и завтра можно будет начать настоящую охоту.

Я в предвкушении отличного развлечения сняла календарь и открыла сейф. Внутри лежал ненужный будильник и маленький ключик, открывающий ящик, спрятанный в книжном шкафу. В свою очередь шкаф содержал бумажку с кодом от настоящего сейфа, спрятанного моей паранойей в днище кровати.

Бережно достала резной футляр ручной гномьей работы, откинула крышку. Внутри в бархатном углублении покоился браслет в виде свернувшегося кольцами дракона. Его родной брат-близнец сейчас оплетал мою правую руку от кисти до локтя. И всё-таки гномы — мастера своего дела. Создать по древним арамийским чертежам артефакты — "Гасители Дара" трансформирующиеся в кинжалы и со встроенными кристаллами-накопители. Настоящая мечта боевого мага. Страшно вспоминать, сколько я за эту "мечту" выложила.

У Шаесс'сса'эсса есть только один вход — главный. Но если хорошенько пройтись по окрестностям, то можно обнаружить старую дренажную систему. Если спуститься в неё, то вскоре окажешься в подземельях замка, а уж оттуда…

Я, испуганно вскрикнув, осела на кровать, выронив браслет. Ч-ч-что… что это было? Склонность ко всяким видениям у меня не наблюдалась. Я не пророчица. Тогда что это? Это больше похоже на чьи-то воспоминания. Бре-е-ед!

"У Шаесс'сса'эсса есть только один вход — главный".

Дренаж. Что-то больно знакомо. Кажется, именно этим путём меня вынесли из замка.

Ступени, покрытые бледно-синим мхом, струящаяся по стенам вода из неизвестного источника омывает диковинные статуи, стоящие в нишах, угрожающе смотрящая тьма, могильный холод и панический страх.

Ласковый, успокаивающий голос шепчет а ухо:

— Всё хорошо. Я вытащу тебя отсюда…

Нет. Одна я в это змеиное гнездо не сунусь. Вот если с кем-нибудь… Идея найти общий язык с Реном уже перестала казаться мне глупой. Он парень сильный, смелый и умный, а я особа очень любопытная. В случае чего спрячусь ему за спину. Дело осталось за малым — наладить дружественные, или хотя бы нормальные отношения. Эх, как бы это сделать?

— Знаешь, я уже пять минут за тобой наблюдаю, — язвительно произнёс и без того насмешливый голос. — Ты так и собираешься сидеть с раскрытым ртом и таращиться в пустоту с таким видом, будто увидела призрака, поведавшего тебе Истину?

Рен

С кровати я сполз ценой невероятных усилий. Грудь сильно болела, хотя после превращения в "куропатку на шампуре" не выживают. До Эл-Лиа телепортом три секунды, операционную бы подготовили минуты за три. Не-е-е, за это время я б уже отправился к Богам. Спрашивается, так каким фандрыхом я всё ещё жив! Или это Рай? Тогда Дел'лиа тоже умерла, я ведь слышал её голос. Значит, это Ад, потому что в Рай ей путь однозначно закрыт. Я тоже в Аду? Бре-е-ед…

Задание на ближайшие минуты — встать.

Попытка подняться на ноги привела к неожиданной и поэтому ещё более резкой боли. Я охнул от неожиданности и упал обратно на койку.

Фандрых! Как же сложно дышать…

Вторая попытка состоялась минут через пять и оказалась не такой болезненной. Если передвигать спокойно, то вскоре притерплюсь к ощущениям.

Оделся и, прислушиваясь, вышел в коридор.

Хм… А какого лешего я это сделал? Что мне мешает остаться в палате и наслаждаться жизнью? Врождённая вредность, извечное упрямство, и толика любопытства.

— Хм… Реан, почему ты встал?

Я обернулся и тут же пожалел, что не остался в постели, ибо меня ожидало нечто пострашнее лекарств или смерти. А я ведь завещание не составил…

В коридоре, сложив руки на груди, стояла рыжая арамия в белом мини-топике и белой мини-юбке. Всё тело арамии покрывал затейливый узор оранжево-чёрной татуировки.

— Леди Идзуми, — стараясь унять нервную дрожь, пролепетал я, — я…

— Молчать! — голос у хрупкой на вид ведьмы был мощным. Я сглотнул. Всё, смерть моя пришла.

Леди Идзуми полюбовалась на бледного от страха меня и, кажется, сменила гнев на милость. Ну, ничего я не могу с собой поделать! Ну, боюсь я её! Впрочем, как и всё постоянное население Эл-Лиа включая преподавательский состав и директрису. Так мне ж ещё больше не повезло. Воспоминания о практических занятиях по боевой магии, которые леди Идзуми Айрэ вела у нашей группы, были страшными без преувеличения. Помню, почти после каждого занятия мы ночевали в больничном крыле с травмами разной степени жестокости… Хвала Богам, академию я закончил одиннадцать лет назад. Хотя, это не помешает леди меня прикончить. Может моё потрёпанное состояние помешает ей сделать это?

— Реан, — сурово молвила леди Идзуми, — прекрати изображать из себя бифштекс. Ты выглядишь максимум на отбивную.

Спасибо, утешили.

— И не делай такое мрачное лицо. Ты и так зелёный-зелёный, а так и вовсе на ходячий труп похож. Ещё покройся синими пятнами, поменяй цвет глаз и лилового на матово-белый, и я окончательно уверюсь, что Дель не смогла вернуть тебя на этот свет.

Дель?… Дел'лиа?! А что значит "вернула на этот свет"? Боги…

У меня отвисла челюсть. Фандрых, мою жизнь спасла Правительница, и теперь я её должник. Боги, за что?

— Рен, — скривилась леди Идзуми, — не делай такую кислую физиономию. Тебе надо сейчас пойти к Дель и сказать, что ты ей благодарен. Она ради тебя все свои внутренние ресурсы использовала и ещё из окружающей среды вытянула, так, что земля на том кладбище превратилась в стекло. Ей это, между прочим, энергетическим обмороком откликнулось.

Не верю, что она способна на такое…

— Не веришь, — уверенно заявила леди. Неужели мои мысли у меня на лбу крупным шрифтом написаны? — Не ты один считаешь Дель редкостной дрянью. Но поверь, она такой не всегда была.

Ну, ну.

— По крайней мере, до восемнадцати лет она была просто амбициозной девочкой, не шибко обрадованной своим положением.

— А после восемнадцати лет?

— Не знаю. А может, знала, но она стёрла мне память.

Вау! Правительница стёрла память леди Идзуми! Неужели она её не боится. Нет наверное, раз решилась провернуть такое.

Интересно, что такое могло случиться, что из "просто амбициозной девочки, не шибко обрадованной своим положением" она превратилась в редкостную дрянь? Боюсь, на этот вопрос мне сможет ответить лишь сама Дел'лиа. А для этого придётся наладить с ней нормальные отношения. Миссия невыполнима, но как говорится "на невозможное надо чуть больше времени".

— И где мне искать… Дель? — Произнести краткое имя Правительницы оказалось легче, чем я думал.

— Пятый этаж, восточное крыло, блок "5-с". И вот…

Я поймал серебряный медальончик с лисьей мордой.

— Зачем?

— Ну, нужна же тебе уважительная причина, что заявиться к девушке среди ночи. А что может быть уважительней заклинания Повиновения, которое на эту девушку было наложено и завязано на этом медальоне?

Леди Идзуми исчезла, как только я посмотрел на висящий рядом на стене план Эл-Лиа.

Восточное крыло это прямо по коридору. Иду.

Ну, вот и ладно. Первый шаг к примирению они сделали. Теперь главное внушить девчонке, что цель не всегда оправдывает средства, а эльфёнку, что сволочь — состояние временное. Ох, хоть бы всё получилось, а то я не хочу им мозги промывать. Тем более — арамии. Мне одного раза хватило! Еле оклемалась. Это надо же додуматься сплести воедино демонскую и традиционную магию. На такое способна только истинная дочь Мойры Арионель!… Зато, то, что я нарыла в памяти девчонки… Рэйдж Терис аре Ле'Арт, он же Гнев. Теперь я точно знаю, кто убил мою подругу. Пусть я отомщу чужими руками, но месть — это то блюдо, которое должен готовить профессионал, а профессионализма Арионель не занимать.

Думаю, в тот момент моя улыбка больше напоминала оскал. Возможно, теперь меня перестанут мучить кошмары.

В голове зазвенел тревожный звоночек. Я откликнулась на призыв.

— Аля, — Лена походила на приведение и вся дрожала. — Беда! Оно… оно вырвалось!

— Погоди, — осадила я испуганную девочку, — что значит "оно"?

— То, что мы некогда заточили в Море и Утопии!

Я чуть с перил не навернулась. Фандрых! Ын даг хор!

— Как такое могло произойти?!

— "Альматея". Твоя с Айланой "Альматея"! О чём вы вообще думали, когда её составляли?!

Я схватилась за голову. Ну не могу же я сказать, что в наши планы не входила смерть Айланы. То есть она была в одном из вариантов развития событий, но это была не абсолютная смерть, тогда бы восстановление много времени не заняло, но трижды проклятый Гнев… Когда он умрёт, проход в Этерну для него будет закрыт и будет он скитаться в Безвременье!

— Делать! — простонала я. — Надо что-то делать, пока оно не вспомнило себя и не нашло вторую половину.

— А что делать-то, — Лена чуть не плакала. — Я не могу ничего этому сделать! Оно ведь не с нашего Творения.

— Лена, — я поморщилась, но всё же продолжила, — есть одна идея. Привлекай Хранительниц. Без Милениума не справиться. Я займусь Жизнью и Временем. Ты — Судьбой и Смертью. Ваське отдай Этерну. У нас в запасе около двух лет. Должны справиться.

— Да, — девочка затрясла головой. — Побегу будить Ваську и остальных… А Ловеран?

— Ловеран сам определится.

— Да-да! Я уже убегаю.

Связь прервалась и я, мелко дрожащая от страха, растворилась в Астрале. Дело отлагательства не требует.

Дель (перейду на сокращение, короче) сидела на кровати с видом существа, достигшего нирваны. Я не преминул её об этом сообщить.

— А, Рен, — арамия удивлённо на меня посмотрела. — Разве ты не должен валять в больничном крыле?

— Как видишь, нет, — проворчал я. — Спасибо за спасение жизни. Не скажешь, чем удостоился подобной чести?

— Не за что. Просто так. Зачем пришёл?

Я покрутил медальончиком:

— Видишь ли, кто-то наложил вот на это заклинание Повиновения, а потом подбросил тебе. В результате я чуть не умер. Объяснения есть?

Дель выхватила из моей руки серебряный кружок.

— Впервые вижу такую "печать", — выдала она после минутного созерцания медальона. — Может это Мараг. В любом случае, — кружок исчез, — это не имеет значения.

— С чего это? — оторопел я.

— Попытка провалилась, в следующий раз я буду осторожней.

— А будет ли следующий раз? — усомнился я.

— Ты это к чему?

— С таким образом жизни проживёшь недолго.

— Это почему?

— Ну, — я, не дождавшись приглашения, вошёл в комнату и сел на стол, закинув ногу на ногу. — Во-первых, экстрим полезен в меру, а ты всё время лезешь на рожон. Во-вторых, один в поле не воин, даже если ты арамия…

— А в-третьих?

— В-третьих… цель не всегда оправдывает средства.

— Рен, — прищурилась Дель, — а ты не боишься говорить подобное Правительнице.

— Не очень, — ядовито ответил я.

Договорился, Судьбу мне на голову. Арамия метнула в меня кинжал. Я уже готов был поймать его, когда неведомая сила отклонила летящую смерть в сторону. С тихим треньком сталь вонзилась в стену.

— Дракон мне крылья оторви, — с чувством, стараясь получить от процесса максимум удовольствия, произнесла Правительница. — Дракон мне крылья оторви!

— Фандрых, — только и смог выдавить я. Похоже, произошедшему удивились мы оба.

— Склероз в столь раннем возрасте, — ехидно прокомментировал случившееся мерзкий голос с потолка, — это хороший повод обратиться к врачу!

— Лаура, — рявкнула Дель, — заткнись! Рен, подбери челюсть! Я не стоматолог, чтобы любоваться твоими клыками! И это вышло случайно.

— Ага, — челюсть я всё же подобрал, — условный рефлекс. И, кстати, я щит не ставил.

— Значит, Стихии сберегли, — флегматично заявила арамия.

Ой, не верю, не верю. Но удовлетворённого ответом идиота я изобразить смогу.

— Что ж, — примирительным тоном сообщил я, — забудем это происшествие. Теперь вопрос: "Что ты делать собралась?".

— Развлекаться! — буркнула Дель, поднимая с пола брата-близнеца кинжала-дракончика, торчащего из стены.

— И сколько их на этот раз будет?

— Кого? — не поняла девушка.

— Трупов.

— Чуть меньше, чем ты думаешь.

— А конкретно? — Я немного наклонился вперёд и заглянул в серебристые глаза со стальным отливом. Они были холодными, безжизненными, лишь в глубине сверкала искорка неизвестного чувства.

— Один, — игру в гляделки она проиграла.

— Рэйдж. Кстати, кто это?

Она задумалась, а потом дьявольски улыбнулась.

— Скажу, — тон был ехидно-ядовитый, — но с одним условием.

— Каким? — Ой, нарва-а-ался…

— Ты мне поможешь.

Это прозвучало совершенно неожиданно. Я уж думал, прикажет валить на все четыре стороны, а тут очень даже неплохой вариант.

— Согласен.

Арамия прикрыла глаза и начала говорить явно выученный наизусть текст.

— Рэйдж Терис аре Ле'Арт, он же король Тириллы Рэйдж I Светлый, он же Гнев. Один из семи главнокомандующих армии Мараг Тёмной. Дата рождения не установлена. Место рождения: планета Айстаг 5-го сектора Андрины, Королевство Тирилла, город Вязима. Раса неустановленна. Сильный маг. Стихии: Земля, Тьма. В 1343–1345 годах командовал войсками, атаковавшими Араклион и Альтерну…

Она открыла глаза. В них пылала решимость.

— Убил моих родителей и младшую сестру.

Гнев, Зависть, Обжорство, Лень, Ненависть, Похоть, Гордыня — верные слуги Мараг Тёмной.

— Собралась пробраться в гнездо змей?

— Собралась.

— Ненормальная, — посочувствовал я. — Вдвоём, в полный нежити и ещё какой-нибудь мрази замок. Жить расхотелось? Мне — нет!

— Ну и оставайся!

— Ну нет!

— Ты что, решил стать моим телохранителем?

— А почему бы и нет?

— Кто из нас двоих ненормальный?

Она. Но говорить я этого не буду, потому что два раза Стихии не спасают, а я жить хочу.

— А мне что, пока ты тонким слоем размазываешь Гнева по стенам, делать?

— Завтра придумаю.

О, да! Придумает. Небось, прикажет заложить под фундаментом тонну тротила.

— Я буду ждать тебя на рассвете, — тихо сказала арамия. — Южные ворота.

Я коротко кивнул и вышел. Кажись, помирились, или хотя бы перестали грызться. Надо наведаться к себе, нормально поспать.

— Утопия

Штаб- квартира группы "5_2?"

— Энви, — зевая, спросила Дайяна, — что ты там смотришь?

— Ищу материал по-нашему бескрылому дракоше, — не отрываясь от монитора, пробурчала Энви.

— И как? — Дайяна плеснула в стакан кофе и подсела к подруге.

— Вот.

Дайяна отхлебнула из стакана и устремила взор на текст.

"Уроборос

Уробо?рос, ороборос (от лан. oroba, "хвост" и yros, "еда, пища"; букв. "пожирающий [свой] хвост") — мифологический мировой змей, обвивающий кольцом Вселенную, ухватив себя за хвост. Считался символом бесконечного возрождения, одним из первых символов бесконечности в истории. Также было распространено его изображение не в виде кольца, но в виде "восьмёрки". Магический символ.

История символа

Честь изобретения Уробороса традиционно приписывается арамиям 5 эры Времени Порталов, хотя на руинах Р'эх Алдене обнаружены сходные артефакты, датированные 3 эрой Времени Предвечного. По мнению ряда исследователей, толчком к созданию символа послужила форма галактики Авеги.

В драконьих мифах фигурирует змей, обвивающий в кольцо черепаху, на спине которой стоят четыре тирра и держат на себе мир. В арамийской мифологии форму Уробороса принимает гигантский мировой змей Айграсса, когда он обвивает Вселенную в кольцо, кусая себя за хвост. Образ Уробороса был распространен также в эльфийской, гномьей и орочьей мифологии.

Первые маги восприняли Уроборос в качестве очистительного амулета. В элдорской рукописи Калейской Хризопеи (17 эра В. Предв.) черно-белый Уроборос обвивает слова "все в одном". Монохромность изображения, по-видимому, отражала дуалистические взгляды Дорей на природу космоса.

Знаменитый элдорский маг лорд Терис Рэйдж аре Ле'Арт (1605–1682 гг. 10 эры В. Порт.), перечисляя тех, кто умер в день рождения, изумлялся тому, что первый день жизни столь часто совпадает с последним и что "хвост змеи возвращается к ней в пасть равно в то же время".

Тиалла Виллуа называет Уроборос базовой мандалой магии, одним из основных архетипов и символом бессмертия, увязывая его с диалектикой сознательного и бессознательного в душе человека.

Печать Международного теософического общества, основанного Айланой Айграссой, имеет форму алого крылатого Уробороса, внутри которого расположена шестиконечная звезда.

Как видно из приведенных выше примеров, Уроборос воплощает циклическую и преходящую природу вещей, а в применении к философии истории — учение о вечном возврате. То, что один бок змеи изображается светлым, а другой — темным, отражает извечное единство и борьбу противоположностей (ср. Инь и ян)."

— Вау! — восхитилась Дайяна. — И чем это тебе помогло?

— Ну, — Энви откинулась на спинку стула, — я побродила и по выделенным ссылкам. Ещё немного материала нашла в статье про Айлану Айграссу.

— Ну и? — Дайяна допила кофе и чувствовала себя бодрее и готовой выслушать что угодно.

— Не заметила ничего интересного в её имени?

Дайяна задумалась. Пробежала по второму кругу статью про "Уробороса"…

— Её фамилия совпадает с одним из имён этой змеюки!

— Вот-вот! — торжествующе улыбнулась Энви. — Aigrassa — на ланаре означает "вечность". Айлана вообще довольно интересный персонаж истории.

Никогда не интересовавшаяся историей Дайяна заинтересованно прислушалась.

— Во-первых, о её юности неизвестно ничего. Ни дата, ни место рождения, ни родители и прочие родственники. Впервые появилась вместе с Алайной ан Роуан в 1254 году 2 эры Времени Войн. Быстро поднялась по карьерной лестницы до главнокомандующей. После войны заняла место министра безопасности. Когда Алайна исчезла осталась на должности и только в 1313 году Времени Рассвета подала в отставку и её заменил Эверан Д'Арвест. В 1338 году убита неизвестным магом. Во-вторых, почти каждое важное событие обязательно связано с её именем.

— А есть "в-третьих"?

— Ну, можно добавить, что она была арамией. Только одно но, клана Айграсса не существует!

— Её слишком много… — задумчиво протянула в пустоту Дайяна.

— Что? — не поняла Энви.

— В истории. Айлана Айграсса успела оставить свой след в каждом аспекте жизни. Даже не верится, что она могла умереть.

— Согласна. Хм… Смотри.

На монитор был выведен портрет молодой златоволосой женщины с глазами цвета индиго и татуировкой алого Уробороса на правой щеке.

— У неё на щеке герб Международного теософического общества?

— Ага. Весело, правда? Это, кстати точная копия дракоши из Мерк'дера, символа стихии Единство, и герба Р'эх Алдене.

— Вау! — выдавила Дайяна. — Я в шоке. Да кем же она была?!

Другом. Моим единственным настоящим другом. Она всегда меня поддерживала, когда я начинала сомневаться. Она сделала для Ледары даже больше чем я — её Творец! Я никогда не заглядывала в её душу, никогда не читала её мысли. Может быть, я даже не могла этого сделать, потому что Айлана принадлежала другому Древу? Я так и не узнала, почему она покинула свой дом и пошла за мной. Я много чего о ней не знала… А теперь и не узнаю. Её душу разорвали в клочья, и даже моей силы не хватило, чтобы собрать её обратно. Рэйдж Терис аре Ле'Арт! Будь ты проклят, моё Творение!…

— Этого мы боюсь, уже не узнаем, — сразу добавила Дайяна. — Разве что Создателя спросим.

— Или, — изрекла Энви, — хорошенько покопаемся в архивах Араклиона. В конце концов, именно там впервые появились Алайна и Айлана…

— Девушки, — на кухню заявился Роланд, — чем вы там занимаетесь?

— Ничем! — невинными голосами вскричали девушки, захлопывая ноутбук.

Вампир тактично промолчал и занялся кофеваркой.

— Что у нас сегодня в программе? — к Роланду присоединился Альфонс.

— Утопия, — ответил отчаянно зевающий Эдвард.

— Соня, — отчитал брата бронзовый дракон.

— Эй, — тут де избавился от остатков сна золотой. — Кто тут старший брат?

— Ввиду последних событий выходит, что я.

— Обойдёшься! — фыркнул Эдвард и потеснил зарвавшегося братца в очереди у кофеварки. Альфонс сильно обиделся, но тут вспомнил, что каждый дракон обладает магическим даром и быстренько сварганил магический кофе в кружке. На вкус такой напиток был так себе, как и любая созданная подобным образом пища. Наверно, именно поэтому даже самые могущественные маги предпочитали готовить самостоятельно.

Когда все насытились нехитрым завтраком из кофе с плюшками, действие переместилось в машинный зал.

Замену Роэлу так и не прислали. Возможно, в отделе кадров не смогли найти какого-нибудь подходящего боевого мага, а может начальство просто не хотело увеличивать число "знающих". Впрочем, истина только Судьбе и известна.

Всё было как в прошлый раз. Экзаскелеты, активированный гиперпортал, попискивание процессоров.

— Ал? — вопросила Дайяна. — А зачем тебе винтовка на Ред'креме? Там же царит всеобщая любовь и отказ от насилия.

— На всякий случай, — поучительным тоном возвестил дракон. — Вдруг, в отличии от Мора, дракоша из храма на Утопии оживёт и на нас кинется.

— А с чего ты взял, что там будет Уроборос и он оживёт?

— А это такой закон Вселенной. "Закон подлости" называется. И вообще, бережного Создатель бережёт.

Дайяна не нашла, чем ответить.

— Народ, — позвала Энви, — давайте уж, идите. А то я очень хочу почитать "Хроники".

— А что с первым томом не так? — спросил Альфонс.

— Бритва Оккама, — скривился Эдвард. — Чтобы всё прочитать и понять, нужны оба тома сразу.

Дайяна махнула драконам рукой и взошла на платформу. Чёрный искрящий вихрь тот час унёс её за много магических от машинного зала.

Яркое радостное солнце освещало непривычно-зелёный сосновый бор. Прозрачно-жёлтые лучи играли в каплях росы на траве и ягодах дикой малины. Неторопливо отсчитывала годы чьей-то жизни кукушка. Величаво шагала косуля. С ветки на ветку перелетали птицы, ведущие борьбу с рыжими белками за шишки.

— Утопия, — тихо, чтобы не нарушать идиллию, сказала Дайяна.

— Ку-ку, ку-ку, ку-ку, — согласилась с ней кукушка.

Звери не замечали взявшихся из неоткуда пришельцев.

— Красиво, — прошептал Эдвард, оглядывающий окрестности круглыми от удивления глазами. — Нисколько не похоже на Мерк'дер. Дани, твоя легенда всё больше похожа на правду.

Группа двинулась не спеша, наслаждаясь каждой открывающейся взору картине на диво прекрасной природы.

На той стороне молчали. Энви и Роланд тоже были поражены увиденным, впрочем, вскоре они оправились от первого потрясения я стали направлять группу.

Вокруг храма вырос целый посёлок городского типа.

Улыбающиеся, светящиеся от какого-то неведомого счастья, люди ходили по дорогам, здоровались с каждым встречным и выглядели вполне довольными своей жизнью.

— Глазам своим не верю, — поражённо сказал Альфонс, — это действительно Утопия. Взять бы немного её света и принести на Мор… Дани, в твоей легенде нет случаем намёка на то, как это сделать?

— Мор и Утопию может соединить только их Демиург. А он, кажется, совсем забыл о существовании своих детищ.

— Жалко их.

— Кого?

— Жителей этих миров.

— Одни ведут вечную войну во имя войны. Другие погрузились в мир фальшивого счастья. А я уверен, что это счастье фальшивое.

— Почему же? — спросила Дайяна.

— У каждого есть право строить своё счастье таким, каким он хочет его видеть. А у этих людей счастье одно большое и для всех одинаковое.

— Но оно у них есть хотя бы такое. Может, в "Хрониках" сказано, как разделить счастье на два мира.

— Хорошо бы, — мечтательно улыбнулся Альфонс. — Тогда бы и Демиург не понадобился.

"Ветер полыни" сработал как надо, и группа вошла в храм. Внутри он был идентичен храму на Мерк'дере.

Альфонс быстро забрал том и группа вернулась домой.

***

Глупые людишки. Неужели они не знали, что забрав книгу, они освободили меня? Свобода. Какое всё-таки сладкое слово. Хм. А почему я в таком прозрачном состоянии? Кха… Тела у меня нет! Нехорошо. Без тела я не попаду на Мор и не найду свою добрую половину. Она должна ничего не помнить и это хорошо. Значит, когда я её найду, она будет слаба и не сможет сопротивляться и мы станем едиными и тогда та девчонка пожалеет, что убила меня.

Вот подходящее тело. Душа слаба и её спокойно можно выбросить. Х-ха! Как же приятно ощущать себя частью мира!

— О нет, что тут произошло!?

— Одно из двух — либо мы подверглись нападению стаи чокнутых горилл, либо… либо Ксен опять застрял тут на всю ночь. Спорим, гориллы невиновны?

Смахнув верхний слой мусора со здоровенного сугроба из распечаток и смятых пластиковых стаканчиков, Васька гордо ткнул лапой в мирно дрыхнущего на клавиатуре программиста. Сальвирра, уперев руки в бока, мрачно возвестила:

— Мало того, что он разгромил весь машинный зал, так ещё и пароль на кофеварку поставил!

— Да? А как это он умудрился? — живо заинтересовалась до этого с отвисшей челюстью наблюдавшая картину я.

— Не знаю!!! Но пусть просыпается и снимает! Что за беспредел!? Кофеварка — это общественный ресурс, доступный всем и каждому! Ксен, вампирюга програмиродвинутая! Просыпайся! Леноре ещё Элуну отпаивать, а у меня и Лайта лекции через час! Если ты сейчас не проснёшься то я тебя…

— Что? — Это Васька.

— Я его заламинирую, отсканирую, отправлю факсом на соседнее Древо…

Я предпочла не выслушивать придуманные Повелительницей Смерти извращения, а действовать, посему пнула программиста.

— Ксеноба-а-айт!…

Вампир подскочил и ошалело замотал головой.

— Какой гад орёт с утра пораньше? — сонно прогундосил он.

Я размахнулась и залепила программисту затрещину.

— Ай! — возмутился такому обращению Ксен.

— А кто, — начальственным тоном возразила я, — разрешал тебе спать на работе?

Такого поворота событий Ксен Те'Риор по прозвищу Ксенобайт не ожидал.

— А что, уже завтра?

— Точнее послезавтра, — поправил Комиссар.

— Точнее сегодня, — добавила я.

— Точнее 19 илийна, — поставила точку Сальвирра. — Быстро говори пароль от кофеварки, иначе я за себя не отвечаю!

— Какой "пароль"? — не понял всё ещё сонный Ксен.

— Который ты на кофеварку установил, сволочь кровососущая!

— Э-э-э… — вампир изобразил усиленную работу мысли. — Кажется… — Все уставились на программиста. — Кажется, я его забыл…

От немедленного удушения Ксенобайта спасла я.

— Эй! Этот вампир нужен мне живым!

— А мне плевать! — взорвалась Повелительница Смерти. — Кофеварку это не вернёт!!!

— Сальвирра, — дрожащим голосом сказал Ксен, — я распоролю кофеварку, только успокойся.

— Клянёшься? — недоверчиво уточнила Повелительница.

— Клянусь!

Сальвирра успокоилась и вручила опрометчиво поклявшемуся программисту несчастную бытовую технику. Следующие десять минут мы с Васькой избавлялись от последствий вапирского бдения за компьютером, а Сальвирра пристально наблюдала за Ксеном, пока тот взламывал кофеварку при помощи лазерной отвёртки.

— Всё! — смахнув пот, возвестил программист.

Повелительница схватила прибор и удалилась.

— Кхм, — кашлянула я, вспомнив, зачем пришла сюда. — Ксен, найди мне нынешнюю Хранительницу Судьбы.

— Не вопрос, — вампир мигом ожил и подскочил к ближайшему компьютеру. — Счас всё будет.

Я прикрыла глаза, чтоб не видеть пёстрого мельтешения карт системы обнаружения.

— Есть! Араклион, Озёрный край.

— Кхм… Точное местоположение на карте местности?

— Храм Сотворивших.

— Очень хорошо… Спасибо.

Значит Храм Сотворивших… Это очень хорошо…

Штаб-квартира группы "5_2?"

Дайяна вздохнула и перевернулась на другой бок. Трава щёкотала ей лицо, а качающиеся на ветру синие цветы травы светлячков так и норовили попасть в глаза, но девушке всё равно было приятно. Приятно чувствовать, как ветер ерошит волосы, лежать в саду на синем цветочном ковре и слушать отдалённое пение птиц. Единственное неприятное чувство, разрушающие её утопию, было одиночество. Когда она вернулась с Мерк'дера, одиночество впервые настигло её. Потом хандра закончилось, и всё было хорошо. Только Утопия вернула одиночество в душу девушки.

— Всё хандришь? — голос Альфонса прозвучал совсем рядом.

Дайяна перевернулась на спину и уставилась в лицо дракона.

— Чего тебе?

— Ну-у-у… — Альфонс лёг рядом. — Ты тут одна лежишь в печали. Что мне такого сделать, чтобы развеселить тебя?

— Без понятия! — огрызнулась Дайяна и отвернулась.

— А я знаю. Ты когда-нибудь каталась на драконе?

— ЧЕГО? — девушка ушам своим не поверила.

— Ты когда-нибудь каталась на драконе? — услужливо повторил дракон.

— Шутишь? Тебя же Эдвард засмеёт.

— А мы ему ничего не скажем, — хитро усмехнулся Альфонс. — Так что?

— Согласна.

Альфонс встал и отошёл к центру сада. Эльфийский облик серым туманом сполз с него, открывая истинную сущность благородного бронзового создания.

Дайяна нерешительно подошла к нетерпеливо переступающему с лапы на лапу Альфонсу.

— Вау! — с придыханием выговорила она, осторожно приподнимаясь на руках и садясь между драконьих лопаток.

Альфонс распахнул кожистые крылья и стрелой сорвался в небо.

Девушка завизжала от восторга, вцепившись руками в спинные гребни.

Дракон вынырнул из облаков и теперь неспешно парил над лесом.

Дайяна вдохнула поглубже и расставила руки наподобие крыльев. Кажется, она начинала понимать арамий. Они не могли жить без неба, без бьющего в лицо ветра и пушистых облаков. Если бы у Дайяны были крылья, она бы часами летала над лесом, а может даже опускалась к прозрачной глади озера. Ей часто снилось, как она летает. Часто снились высокие горы, чьи пики пронзали насквозь облака и тянулись к далёким звёздам. Ещё там была высокая женщина с серебряными драконьими крыльями за спиной, и у Дайяны тоже были такие, только фиолетовые. Женщина улыбалась и объясняла Дайяне основы полёта. А потом девушка делала шаг навстречу облакам и падала, пытаясь раскрыть крылья и взлететь. Облака кончались, и внизу начинала проглядываться земля, но крылья подчинились, и Дайяна взлетала и смеялась от радости, а вместе с ней смеялась женщина и неизвестная девочка, чьи крылья сверкали изумрудом. Лица ребёнка Дайяна не помнила.

— Невероятное ощущение, — прошептала девушка. Альфонс всё равно услышал её.

— Да. А первый полёт просто незабываем.

— А как вас учат летать?

— По методу арамий. Достигший трёхлетнего возраста дракончик вместе с тремя взрослыми поднимается на самую высокую гору в окрестностях. По пути двое взрослых остаются на разных отрезках. На вершине дракончику объясняют, что надо делать, а потом он делает шаг навстречу земле. Если не полетит до того, как пропадает половину пути, наблюдатели ловят его и доставляют наверх. Процедура повторяется, пока не взлетишь. Эд смог сразу, а я только со второго раза.

— Вот значит как…

Выходит, ей снился "метод арамий"… И всё же, жалко, что у неё нет крыльев.

— Давай ещё два круга и домой.

Альфонс послушно пролетел два круга вокруг леса и озера, попутно показав Дайяне несколько фигур высшего пилотажа, чем привёл девушку в восторг.

Никто даже не заметил, куда подевались Дайяна с Альфонсом, так что тайна осталась тайной.

"Вот она, — думала Дайяна лежа на кровати в своей комнате, — моя маленькая Утопия"

Утопия может стремиться стать Мором. Помни об этом.

***

Третье Измерение, Заур-тле'Дорн, Шаесс'сса'эсса

Зависть зевнула и прислонилась к запотевшему и холодно