/ / Language: Русский / Genre:sf,

Доченька

Олег Борисов

Недалекое будущее. Отец маленькой девочки погибает в результате странного несчастного случая. Близкий друг погибшего удочерил малышку вопреки яростному противодействию службы политического сыска и вынужден был начать личную войну против неизвестных противников. В процессе расследования вскрываются одно за другим события, сплетающие в одно целое клубок преступлений. Политические интриги, денежные интересы, активная деятельность разведки инопланетян – все так или иначе связано с судьбой маленькой девочки и ее приемного отца, спасающих свои жизни. В ходе расследования выстроенная следствием картинка неоднократно рассыпается в свете новых обнаруженных фактов. Приятели превращаются во врагов, ничтожные события начинают играть основную роль в активно развивающейся истории. И только близкие друзья, верные данному слову чести, способны поддержать одинокого солдата. Солдата, дерущегося на смерть за вновь обретенную семью, за свою маленькую дочь.

2008 ru Snake fenzin@mail.ru Fiction Book Designer, FB Editor v2.0 03.12.2008 Текст предоставлен автором 3de07836-1270-102c-96f3-af3a14b75ca4 1.0

Олег Борисов

Доченька

Любимым супруге и дочери посвящается…

ЛИНИЯ ПЕРВАЯ[1]

Глава 1

13 августа. Элегия-пять

Под высоким стеклянным потолком в огромном зале гулко разносились голоса множества спешащих людей в униформе и разнообразных комбинезонах, которые сновали между многочисленными открытыми створами широких выходов, стойками регистрации и окнами разнообразных технических служб. Подтянутые и обрюзгшие, отдохнувшие и безмерно уставшие после тяжелых смен на различных вахтах разнокалиберных служб – все они куда-то торопились, приветствовали знакомых, ругались с восседавшими за отполированными металлическими стойками клерками, создавая веселую толчею в административном блоке планетарного батальона технического обеспечения Четвертого Имперского флота.

Яркие утренние солнечные лучи плясали на фигурах военных и штатских, прыгали по надраенным железкам и бликовали на плитах годами полируемого пола. Жаркие цветные солнечные зайчики от витражей суетились вокруг поникшей маленькой фигурки, сгорбившейся возле потертого летного мешка из серого латаного брезента.

Маленькая худенькая пятилетняя девочка сидела на широкой пластиковой скамье, протянувшейся под информационными считами. С этой скамьи отлично было видно бесконечную череду регистрационных окон напротив. Обветренные шершавые ладошки обреченно сжимали широкий ремень лежащего на полу мешка, заполненного меньше чем на треть. Изредка девочка проводила рукой по гладко выбритой голове, пытаясь привыкнуть к новой для нее прическе. Огромные серые глаза, не поднимаясь на спешащих мимо взрослых, смотрели на носки облупленных ботинок с высоким голенищем.

Громкое объявление о прибытии очередного транспорта с широко раскинувшихся вокруг основной базы островных опорных пунктов перекрыло шум в зале. Люди вслушались в четко произносимые слова и засуетились: кто-то встречал, кто-то собирался лететь обратным рейсом.

Сквозь возобновившуюся кутерьму двигалась плотно сбитая ватага молодых мужчин, обгорелых на солнце до черноты, с широкими десантными баулами за плечами. Жилистые фигуры, разноцветный камуфляж, у многих куртки повязаны на поясе – не поймешь, то ли действительно безбашенные десантники возвращаются с отпуска на далеких пляжах, то ли служба космодромной поддержки торопится на смену.

От группы неожиданно отделился невысокий мужчина с еле заметными цепочками тонких шрамов на руках и, рассекая толпу, быстро подошел к одинокой маленькой фигурке. Скрипнула кожа крепких ботинок – мужчина в черных брюках и открытой камуфляжной майке присел на корточки рядом с девочкой.

– Привет, Ларали. Я смотрю, ты решила кардинально изменить внешний вид.

Серые глаза взметнулись в ответ испуганными птицами навстречу, задержались на лице и распахнулись в слабой улыбке.

– Здравствуйте, дядя Шранг.

[ несколько месяцев ранее, 2 мая, на островах]

– Папа, смотри, я рака живого нашла!

– Осторожнее, Пчелка, они здесь дикие, тебя еще не знают! Как бы палец не ухватил!

– А я его не трогаю, я просто смотрю, как он от меня за камень прячется!

Девочка устроилась на коленках на огромном валуне и с интересом разглядывала в толще кристально чистой воды огромного рака, который упорно пытался пристроить разноцветный зад в широкой расщелине.

Высокий крепко сбитый мужчина присел рядом, потрепал дочку по светлым вихрам и внимательно всмотрелся в идущих по пустынному пляжу мужчин. Через пару минут морщины разгладились и он улыбнулся.

– Дочка, ты все спрашивала, какие глаза у убийцы. Сейчас увидишь.

Пчелка бросила взгляд на отца, потом перевела на медленно подходящих гостей.

– Крайний справа, что играет с волнами. Его зовут Шранг. Летал с нашим старым адмиралом. После сдачи торговым корпорациям астероидного пояса на Ханиле участвовал в бунте офицеров. За бунт провел шесть лет на каторге в Лунде, на рудных заводах. Потом начались стычки с корелянами в Приграничье, и каторжане пополнили штрафные батальоны. Участвовал в пяти штурмах Коллапса, гигантской базы звездолетов. На шестом горел во взятом на абордаж крейсере. Из нескольких тысяч штурмовиков осталось два или три человека. Он – один из них.

– Он – злой?

– Не думаю. После войны Шранг работает спасателем в нашем батальоне и успел пару раз вытащить твоего папу из больших неприятностей. Он мой хороший и надежный друг. Если тебе что-то будет надо, можешь смело просить его. О чем угодно.

Девочка выпрямилась и подала маленькую ладошку подошедшему мужчине.

– Здравствуйте, дядя Шранг.

Ларали моргнула пушистыми ресницами, прогоняя картинку из прошлого.

– Здравствуй, малышка. Как у тебя дела?

Девочка молча смотрела на мужчину, с лица которого медленно исчезала улыбка.

– Что случилось, Ларали?

– Папа погиб, дядя Шранг. Ремонтировал двигатель у малого штугера и стенд двигатель не удержал.

Горячие слезы медленно текли по лицу девочки, огибая упрямо сжатый рот. Бывший штурмовик сел рядом на скамейку и, прижав к себе сгорбленное тельце, начал осторожно гладить бритую незагорелую голову, что-то тихо шепча. Не важно, что. Главное, чтобы принять на себя часть этого огромного горя, хоть немного облегчить ужас случившегося.

Когда девочка немного успокоилась, Шранг осторожно спросил:

– Папа говорил, что мама от вас ушла еще три года тому назад. С кем ты сейчас?

– Вчера приехал какой-то дядя из руководства. Он забирает меня в приют.

– Куда?!

– В приют. Он сказал, что мне не место на технической базе.

Мужчина исподлобья осмотрелся вокруг, развернул девочку к себе и тихо-тихо произнес:

– Я знаю, что такое приют для девочки с дальней приграничной планеты. Там тебе точно не место. Подумай, малышка. Может, останешься со мной? Я не смогу заменить твоего папу – он был замечательный человек, намного лучше меня. Но я смогу защитить тебя, позаботиться о тебе и подыскать более приличное место. Может, хороший колледж у соседей или частную школу.

Девочка попыталась вытереть текущие слезы и так же еле слышно ответила:

– Папа сказал, что вы его друг. Настоящий друг. И я могу просить вас о чем угодно… Пожалуйста, не отдавайте меня! Помогите мне, как вы помогли папе!

Шранг легко подхватил девочку на левую руку и размеренным шагом двинулся к одному из центральных окон. Ждущая его в отдалении группа веселых мужчин, заметив закаменевшее лицо товарища, прекратила шутить и быстро нагнала мужчину. Пара мгновений и они уже страховали его сзади и сбоку, готовые убить любого, устранить любую опасность для одного из своих, неожиданного попавшего в неосознанную пока беду. Молодые люди со спокойными лицами и холодными глазами, смеявшиеся всего лишь минуту тому назад.

– А я говорю, мест нет! И не надо мне тыкать вашими директивами, у меня своих полно! – грузный темнокожий чиновник в отглаженном комбинезоне с широкой планкой наград на груди устало отмахнулся от ошалевшего мужчины, визгливо пытавшегося сунуть ему в лицо пачку мятых бумаг, пластиковых широких депеш и прочего бюрократического мусора. Взгляд чиновника упал на неслышно материализовавшуюся за спиной просителя группу мужчин, и он помрачнел. На плечо стоящего у стойки легла крепкая ладонь.

– Брат, ты с “внешних”?[2]

Вспотевший от препирательства инженер ошарашено крутил головой, оглядываясь на стоящих рядом с ним крепких ребят, источающих непонятную угрозу.

– Да, я с шестнадцатой базы, мне срочно надо на станцию подскока, а этот старый пень не хочет…

– Брат, ты ошибся. Извини, но тебе не сюда.

Один из подошедших бросил взгляд на бумаги и продолжил:

– Официально ты будешь ходить между службами доставки неделю, до следующего крупного шатла. Неофициально – подойди ко второму окну справа, служба ремонта орбитальной группировки. Улыбнись девушкам и подари хорошую шоколадку из кафе – они тебя отправят вечерним рейсом с рембригадой. Доберешься быстрее и с комфортом. Технари никогда своих не бросают.

Инженер просветлел лицом, с улыбкой хлопнул по плечу собеседника и, подхватив видавший виды кейс, исчез с ворохом бумаг в толпе. Оставшиеся мужчины аккуратно блокировали подходы к освободившемуся окну.

Шранг усадил девочку на сияющий подоконник и подарил скупую улыбку человеку с наградами.

– Здравствуй, Тайри.

Темнокожий чиновник посмотрел на девочку, на бывшего штурмовика и обреченно кивнул в ответ.

– Как жена, сын? – продолжил молодой мужчина в камуфляже.

– Спасибо, все хорошо.

– Очень рад за вас, – та же скупая улыбка.

Тайри аккуратно сложил бумаги в стопку, сдвинул их на край безразмерного стола и внимательно всмотрелся в жесткие глаза собеседника.

– Может, к делу?

– Можно и к делу. Скажи, за что тебе дали «малую каракатицу»?

– Мы вытащили тогда взвод из «мешка» под Коллапсом. То, что оставалось от десантной группы поддержки.

– Правильно. Ты получил ранение, и тебя через три месяца перевели на спокойную работу, в тыл. Но флот свое слово сдержал. Флот – не бросает своих. Никогда. Или я не прав?

– По правилам сироту положено отправить на государственное обеспечение.

– Флот не бросает своих, Тайри. Или я что-то упустил?

– У девочки здесь никого нет, Шранг.

– Ошибаешься. У нее есть я. Готовь форму два ноля одиннадцать – «сопровождение членов семей погибших солдат». И впиши меня как командира эскорта.

– Эти бумаги не подпишут. И я не имею право оформлять такие документы на девочку.

– Ты мне должен, Тайри. Ты с ребятами вытащил десантников, а я с напарником прикрывал вас потом, когда вы удирали под огнем подошедших обезьян. И пока мой покойный напарник, чтобы ему спалось спокойно, поливал огнем все живое вокруг, я тушил и запускал ваш движок, что размолотили при обстреле. Ты мне должен.

– Не думал, что мы будем делить прошлое.

– Не думал, что вы бросите девочку на откуп ублюдкам из Внешнего Контроля. У нее был отец, отдавший флоту всего себя. У нее были красивые волосы и цветное платье. Сейчас у нее бритый затылок, мышиный комбез и предавший ее флот. Или я ошибаюсь?

Тайри размял бугрящуюся мышцами шею, одними губами вытолкнул что-то длинное и заковыристое, потом тронул сенсорную клавиатуру и стал быстро печатать.

– Шранг, тебя сожрут раньше, чем ты сможешь оформить на девочку бумаги. Представление на нее оформили за сутки и у нее личный куратор. Сейчас не война, твоей формой подотрется любой полицейский.

– Оформляй, это мои проблемы.

Темнокожий гигант через пару минут подхватил из печатающего устройства тисненый золотом пластик и отдал девочке, все время молча сидевшей на стойке и серьезно смотревший на мужчин, решающих ее судьбу.

– Ларали, девочка. По правилам тебе нужно этот документ всегда держать с собой. За неделю вот этот мужчина должен или оформить твое удочерение, или тебя заберут люди, что приехали вчера за тобой. Боюсь, что документы опротестуют раньше, и твоего друга ждут большие неприятности.

Девочка посмотрела на скамейку, рядом с которой лежал ее вещевой мешок, и сжалась. Шранг взглянул туда и спокойно обнял девочку. Та замерла испуганным мышонком:

– Ты обещал мне помочь!

– Малышка, я держу свое слово. Всегда, – потом повернулся к друзьям: – Пропустите урода.

От скамьи к стоящей группе быстрым шагом спешил молодой человек двадцати-двадцати пяти лет, в модном легком костюме для тропиков, с папкой для бумаг в одной руке и блестящей бляхой в другой. Протиснувшись сквозь снующих пассажиров, представитель Внешнего Контроля оглядел стоявших напротив него, и тень легкой досады мелькнула на красивом лице, заботливо покрытым легким слоем крема от загара.

– Добрый день, господа. Очень рад, что девочка с вами. Я уже боялся, что она убежала на поле и мне придется искать.

Почерневшие от загара люди с холодным любопытством разглядывали чиновника. Тот всмотрелся в их лица и насторожился. Так смотрит стая чапперов,[3] выбирая, какой кусок оторвать от жертвы первым, а что оставить на закуску.

– Меня зовут Корри, офицер ВК.[4] Прошу передать мне девочку.

– Меня зовут Шранг. Согласно положению о льготах служащих флота, я сопровождаю Ларали Трост к колониальному судье, где будет решена ее дальнейшая судьба. К сожалению, офицер, ваш запрос на девочку с данного момента не действителен.

Молодой человек в костюме поперхнулся, изумленно взглянул на красивую бляху в своих руках и перевел взгляд на кусок пластика в руках девочки. Было видно, что он не понимает, что произошло в зале за полчаса его отсутствия.

– Боюсь, вы ошибаетесь. Мне приказано доставить девочку в приют на Гаршем, и я выполню полученный приказ.

– Попробуй, – Шранг медленно шагнул вбок, прикрывая собой малышку. – После получения приказа я нахожусь при исполнении. Любая попытка чинить мне препятствия будет расцениваться как нападение на офицера флота, и я имею право открыть огонь на поражение.

– Послушайте, я офицер ВК! Это я при исполнении! – Корри начал терять терпение, не понимая, почему эти странные люди без знаков различия мешают ему закончить столь простую работу, полученную им в качестве компенсации за потраченные выходные. Прилететь утром в забытую богом дыру, отдать запрос на бумаги и отправиться на пляж. После чего на следующей день вернуться с маленькой сиротой на рейсовом шатле на орбитальную базу и оттуда домой. Что за чертовщина творится здесь, в администрации батальона! Он шагнул вперед и замер на окрик:

– Стоять! Еще шаг и я вынужден буду реагировать!

Может быть, в другой ситуации амбициозный офицер Внешнего Контроля и послушал бы. По крайней мере, попытался бы привлечь к решению проблемы местную администрацию. Как-никак, но у него в папке лежали документы, требующие оказывать полное содействие. И никто из местных чиновников не захотел бы оказаться потом под прицелом недобрых взглядов проверяющих, присланных для разбора инцидента. Но теплое солнце, море и желание покрасоваться в глазах начавшей скапливаться толпы за спиной сыграло с ним дурную шутку. Так и не разобравшись, кто пытается отобрать у него девочку, Корри попытался сдвинуться вправо, поближе к стойке с замершим чиновником, прикрывая живот крепко прижатой папкой. Но расслабленно стоявший до этого противник неуловимо сократил расстояние и врубил кулак в челюсть с такой ненавистью, что потерявший сознание офицер ВК полетел обмякшим кулем в стоящих за ним людей. Зеваки судорожно выдохнули, события помчались галопом.

– Внимание в зале! Нападение на офицера флота при исполнении!

Вполоборота замершему за стойкой Тайри:

– Господин офицер, прошу уведомить комендатуру о случившемся. Траш, Костяк – ждете прибытия караула и сдаете нападавшего туда!

Двое мужчин скользящими движениями достали из баулов легкие многозарядные люгеры и замерли рядом с распростертым телом.

– Аурип – ты возглавляешь группу, и возвращаетесь на базу. Доложишь майору, что я только что оформил отпуск для сопровождения. Через неделю предоставлю подробный рапорт о происшедшем.

Шранг развернулся к девочке.

– Пчелка. Можно мне так тебя называть?

Маленькая девочка в мешковатом на худом тельце комбинезоне внимательно посмотрела на замерших вокруг взрослых. Большая часть людей в толпе с одобрением смотрела на конвоиров, на быстро собиравшихся в походную группу коллег ее нового друга. Заступившегося за нее. Не побоявшегося блестящей бляхи, перед хозяином которой начинали лебезить важные мужчины и женщины с официальными лицами, заполнившими ее дни с момента гибели отца.

– Можно, дядя Шранг. Ты можешь звать меня, как звал папа.

– Хорошо, малышка. Тогда пойдем в предстартовый блок. Там офицерская гостиница, пообедаем, и будем готовиться к полету. Вечером у нас вылет. В твоем мешке что-то нужное есть?

– Нет. Игрушки мне брать не разрешили, там только чужая форма. И она мне большая.

– Ну и оставим его. Как все плохое. В подарок этому идиоту, посмевшему напасть на нас.

Спасатель с рефлексами убийцы спустил девочку на пол. Подхватил в одну руку свой баул, другой крепко взял Ларали за руку, и они не торопясь пошли к дальнему выходу. Вслед за двинувшимися с шутками крепкими ребятами, которые походили то ли на десантников, то ли на техников службы поддержки: жилистые, загорелые, с одинаковой легкостью отпускающие комплименты проходящим мимо девушками и рискующие жизнью при высадке черту в пасть или приеме горящих истребителей после боя.

Через пять минут вызванный комендантский патруль забрал не пришедшего в себя молодого человека в пижонском легком костюме, чтобы сдать его в лазарет и завести дело о нападении на офицера флота при исполнении. Что влечет за собой понижение в звании или дисциплинарный срок в штрафной роте. Как решит трибунал.

* * *

– Привет, бродяга. Слышал, ты уже сегодня отличился.

– Здравствуй, мастер. Да, пришлось спасать свою шкуру от обезумевшего безопасника. Раньше они нас с орбиты расстреливали, крича «ни шагу назад». Теперь уже в толпе кидаются.

– Ну-ну.

Седой коротышка хитро улыбнулся и пригубил дымящийся травяной чай из огромной кружки. Издали мастера наладки поточных двигателей можно было принять за сказочного гнома: маленький, кряжистый, косолапящий в перевалку по огромному ангару с зажатой под мышкой кипой железок. Но стоило ему устроиться на любимом кресле под атмосферной плоскостью стоящего на приколе шатла, как он превращался в седовласого орангутанга. Не вставая с потертого сиденья умудрялся поставить чайник, заварить чай, накормить гостя сушеными сластями. И все это с чередой шуток-прибауток, замечая маленькими глазками все, что происходит вокруг.

– Говоришь, стервец сам на тебя набросился? Вот незадача, теперь ему не видать отгулов месяц-другой, не меньше.

– Увы, завтра его руководство прискачет к высоким адмиралам с подношениями и мерзавца выпнут обратно без каких-либо последствий. Обычный служивый за такое идет под трибунал и потом с полгода горбатится в штрафных.

– Сам знаешь, нам с небожителями с одной миски не есть.

Шранг аккуратно капнул пару капель меда на печенье и с удовольствием отправил все в рот.

– Ну и черт с ним, недоумком. Девочка хоть как?

– Спит. Я ее устроил у ребят с крейсера. Они здесь уж месяц на переподготовке. Мы ей подобрали хороший комбинезон у каптерщика, подогнали, шапочку теплую нашли. После обеда уложил спать, пусть отдохнет. С парнями она как за каменной стеной, кого угодно порвут. Вечером на орбитальную, оттуда на Гаршем. Пообщаюсь с судьями, надо будет бумаги оформить.

– Вряд ли успеешь, это три дня пути, вас перехватят раньше.

– Поживем – увидим. А пока за ее игрушками зашел, да на мастерские взглянул.

Мастер нахмурил брови.

– Не веришь, что стенд сам рухнул?

– Его старый Штольц пересобирал. Старик не дурак выпить, но стакан брал в руки лишь когда работа сделана. Я скорее поверю, что ваш комбриг взяток с контрабандистов не берет, чем в ошибку Штольца.

Старик долил гостю чай и кивнул головой.

– Твоя правда. Когда это случилось, воронья слетелось – не перечесть. Штольца давно хотят задвинуть, он паре молодых и скорых не дает мастерскую под ремонт штатских яхт приспособить. Как говорит – сначала флот, потом шабашки. Вот поводом и воспользовались. Стенд глянули и разобрали побыстрее. Сейчас даже имперская комиссия концов не найдет. Но я тебе вот что скажу. Видишь – кукуаны под крышей?

Шранг сунул в рот очередную печенюшку, прожевал и допил остывший чай.

– Да. Местные карликовые обезьяны. Любят фрукты, овощи, железки не трогают. Вреда никакого.

– Точно. А еще они чужаков не любят. Так вот, как только беда стряслась, я в тот ремонтный бокс помчался. И на входе меня кукуаны гнильем забросали. Чуешь?

Спасатель задумался на минуту, потом недобро улыбнулся.

– Трост наверняка хвостатых прикармливал, все не в одиночестве с железяками возиться. Обезьяны очень осторожны, но на привычную форму могли купиться. И когда посторонний в одежде техника в бокс заходил, сунулись к нему. Лицо разглядели и испугались.

– Ага. Подумали, что их специально напугали.

– Точно, потому тебя и засыпали мусором.

– Я первым туда успел после аварии. Как датчики заорали, так и рванул. Выходит…

– Выходит, что со стендом кто-то повозился. Скорее всего – ранним утром, как сигнализацию сняли. Все подготовили и отправили Троста ремонтировать двигатель. По всему получается, что у кого-то зуб на него.

Старик грустно пожал плечами.

– Я уж голову сломал. Кому нужен механик с заштатной базы?

– Не волнуйся, мастер. Я раскопаю. А еще раскопаю, кому понадобилась его дочь. Эти ребята еще крепко пожалеют, что убили моего друга.

Шранг попрощался с мастером и пошел к космодрому, провожаемый встревоженными криками миниатюрных обезьян, скачущих в возбуждении под крышей слабо освещенного ремонтного ангара.

* * *

– Чиа, ты полный болван. Абсолютный. Непревзойденный.

– Госп…

– Заткнись. А то я действительно серьезно рассержусь, и тогда твой зам получит шанс на повышение.

– Слушаюсь, г…

– Я сказал – заткнись… Провалить столь простое дело. Всего лишь надо было – взять из резерва офицера посмышленее и привезти девчонку в приют. Все документы были готовы. Люди на местах оказывали любую поддержку. Так ведь нет, твой протеже умудрился ввязаться в драку со спасателями, отправился в лазарет, а девчонку теперь мы сможем достать лишь по прилету в какой-либо крупный центр. Если я отправлю сейчас группу для силового решения проблемы, флотские нас просто загрызут.

– По моей информации, спасатель и девочка только что прибыли на орбитальную станцию и завтрашним чартером отправляются в столицу сектора – на Гаршем.

– Это – по моей информации. По моим каналам, которые я создаю уже какой год подряд, а ты даже воспользоваться толком не умеешь. Значит, так. Без решения колониального судьи никто ему удочерение не оформит. Поэтому арестовать его за нападение на офицера безопасности мы должны немедленно по прибытию на планету. Лучше – на шатле перед прибытием. На орбитальной базе соглядатаи пусть сильно не отсвечивают, адмиралу год до пенсии и он любую заваруху расценивает как личное оскорбление. Не хватает еще у него под носом обгадиться. И для подстраховки наведайтесь к мамаше. Пусть подпишет бумаги о передаче девочки нам.

– Так она бросила ребенка несколько лет назад, какой смысл?

– Такой, что я не люблю оставлять опасные варианты без страховки. Пообещает ей этот солдафон денег, она на него отказ от родительских прав переоформит. А это очень существенная бумага при обращении в суд. Я уверен, что ты разберешься с проблемой до того, как прыткий спасатель объявится на Гаршеме. Но страховка не повредит.

* * *

14 августа. Орбитальная база на орбите Элегии-пять

– Господин адмирал, экс-лейтенант Шранг просит принять его.

– Пригласи.

Адмирал чувствовал себя старым. Очень старым. Слишком старым. Он начал воевать с пятнадцати лет и прекратил участвовать в активных схватках в пятьдесят. На его счету участие в высадках на огрызающиеся смертью планеты, командование разнообразным сбродом, экстренно набранным для штурма укреплений противника, разработка ряда гениальных операций, позволивших сэкономить миллионы жизней. И все это заканчивается здесь, на одной из удаленных технических баз Четвертого Имперского флота. Почетная отставка для человека, чьи взгляды слишком радикальны для современного политического окружения. Для человека, пролившего море крови нынешних союзников, приведенных к мирному договору мечом и огнем.

Адмирал ощущал навалившиеся на него годы. Воспоминания давили на старика, испортили характер и не сказались благотворно на отношении к окружающим. Но старый флотоводец крепился, мечтая о близкой пенсии, когда он сможет оставить опостылевшее хозяйство на очередного присланного неудачника. Пока же адмирал развлекался тем, что свежевал попавших к нему под горячую руку офицеров, проштрафившихся в окрестностях орбитального штаба или подчиненных отделах.

Старик поудобнее устроился в кресле, разглядывая замершего перед большим столом офицера. Мда, вид не очень. Комбинезон вместо парадной формы, на месте для наград лишь штатный личный жетон. Взгляд дремлющий, будто только что из бара с изрядной загрузкой. Может, в самом деле – принял со страху?

– Лейтенант. Безопасники хотят твой скальп. Орбитальный архив хочет твою тушку, чтобы втыкать в нее скрепки для бумаг. Командир бригады мечтает получить твои останки и сплясать на них что-нибудь зажигательное. Все вокруг мечтают попробовать тебя на зуб. С чего бы это?

Адмирал ткнул пальцем в слабо мерцающую голограмму.

– Атака офицера безопасности. Получение документов на девочку без каких-либо прав на это. Подлог, выходит. Оскорбление сотрудников безопасности делом, обвинение их работника в нарушении закона и сдача под трибунал. Отказ явиться к командиру бригады для объяснений. И так далее и тому подобное.

Кресло тяжело скрипнуло под наклонившемся вперед стариком.

– Лейтенант, ты что, считаешь себя самым борзым и хитрым в моем болоте? Думаешь, ты громче всех квакаешь? Интересно бы знать, по какому праву ты вообще заявился сюда, ко мне? Может быть, у тебя есть какие-нибудь тайные полномочия Его императорского величества? Нет? Тогда ты наверняка кавалер пары сотен орденов и медалей, что так любят вешать на себя дворцовые идиоты? Нет? Кстати, почему ты явился не по форме? Где китель и обязательная наградная планка? Или у тебя даже значка за выслугу лет нет?

– Прошу прощения, адмирал. В моем кителе я похоронил друга под Старым Таррусом. От него осталась лишь сгоревшая головешка, мне нечего было оставить ему на память. Потом был трибунал, и меня отправили в запас, выперев со службы. Согласно законам флота, я как экс-лейтенант имею право прибыть в штатском, без отобранных у меня наград.

Адмирал откинулся на вздохнувшую под крупным телом спинку и с интересом еще раз окинул взглядом стоящего перед ним спасателя. Наглец, чего еще сказать. Наглец.

– За что пошел по трибунал?

– Расстрелял побежавших с поля боя.

– И кто у тебя побежал?

– Тыловое обеспечение. Командир службы эвакуации, пара парамедиков, ни разу не высунувшихся в окопы, бухгалтер со сбитого шатла и два десятка безопасников. Запросил у обезьян перемирия на 15 минут, получил его. Вывел мерзавцев перед окопами и шлепнул. Лично. Потом с ребятами вернулись в окопы и сообщили противнику, что готовы продолжить.

– Замечательно. И благородный противник отправил вас домой за столь доблестный подвиг.

– Нет. Кореляне подтянули пару тяжелых батальонов и жгли нас неделю. Потом на эту группировку с орбиты наши пилоты высыпали кучу боеприпасов и десант забрал нас домой.

– Сколько вас осталось?

– Трое. Я, штраф-пилот со сгоревшего истребителя и парамедик, что дрался рядом с нами в окопах. Я мог ходить, остальных занесли. После чего – трибунал и разжалование.

Адмирал быстро просмотрел минимум информации в открытой части личного дела и вызвал закрытые блоки. Один, другой, третий. С каждой новой порцией информации он все больше хмурился.

Бунт против торговых корпораций. Уничтожение представителей торговых цехов, ни один из офицеров флота не погиб. Отказ продолжать драться с карательной экспедицией, как только в ее состав вошли офицеры нескольких флотов, заменив собой торговцев. Каторга. Штрафные роты. Штурмы астероидного пояса. Ранения. Штурмы Коллапса, потери до 99 процентов личного состава. Захват боевого крейсера врага, вывод его под батареи флота, вызов огня на себя. Снятие судимости. Запись добровольцем в ту же часть. Опять штурм. Участие в битве на Таррусе. Обвинение в превышении полномочий. Трибунал. Разжалование. Работа в службе спасения. Устные поощрения.

И злобная отметка службы безопасности: «параноидальная преданность флоту».

– И зачем ты пришел ко мне?

– Потому что я знаю, что адмирал Киссил не сдает своих. Никогда.

Старик долго сидел молча, смотря на панорамный экран с гроздьями пылающих звезд. Космос, в котором прошла почти вся его жизнь. Пустота, сожравшая тысячи его товарищей и ждущая, когда он вернется к ней. Один, старый и больной. Шагнет когда-нибудь с открытого люка маленькой шлюпки и откроет скафандр навстречу вечности. Старый, никому не нужный адмирал, в которого почему-то верит этот сумасшедший солдат, прошедший под его командованием через ад самых страшных мясорубок недавних конфликтов.

– Что тебе надо, экс-лейтенант?

– Чтобы вы подписали мне разрешение на эскорт девочки и продлили его на месяц. Она дочь офицера флота и после гибели отца имеет право на защиту флота. Это во-первых. И, во-вторых, прошу разрешить в вашем присутствии сделать один звонок на Гаршем.

– Судьи не решают дела об удочерении без личного присутствия просителя.

– Я знаю. Но мне надо позвонить.

– Ты что проснулась, малышка?

– Дядя Шранг, мне показалось, что ты потерялся.

– Что ты, я рядом, сходил к старому знакомому и вернулся. Спи, моя хорошая, завтра мы полетим на большую планету, посмотрим с тобой большой город. Спи, набирайся сил. У нас с тобой целый месяц каникул, имеем полное право отдохнуть.

Глава 2

15 августа. Гаршем, пригороды столицы

В этом кафе всегда подавали паршивый кофе. Слишком сладкий, слишком крепкий, слишком горячий, слишком дешевый. За него бессмысленно было расплачиваться золотой кредиткой, достаточно использовать городской стандартный пластик. И, как назло, все респектабельные люди с крупными деньгами, какой месяц подряд играют в демократов и предпочитают завтракать именно в этом кафе, потеснив на время стандартную смесь клерков и младших офицеров многочисленных флотских представительств. Приходится тащиться сюда через весь город и стараться при этом не походить на завсегдатая.

Лощеная дама «ближе к тридцати» аккуратно размешала опротивевшую ей коричневую бурду и отметила краем глаза слабую брезгливую гримасу на лице собеседника. Похоже, господину адвокату место нравится не больше, чем ей. Как приятно устроить маленькую гадость этому напомаженному хлыщу. Проклятые слизняки, с безумными суммами за услуги в холодных глазах. С калькулятором вместо сердца. Две неудачные попытки свести знакомство с этой кодлой стоили ей времени, денег и порядочной доли самомнения. Мерзавцы с удовольствием пользуются телом, но не желают содержать любовницу, не говоря уже о брачном контракте. Горький опыт. Хорошая прививка на будущее от блеска дорогих костюмов, сверкающих золотом часов и полированных лимузинов из компании по прокату.

Несколько лет назад наивная дурочка выскочила замуж за подающего надежды офицера. Как ей тогда казалось – действительно подающего надежды. Она была настолько глупа, что даже согласилась родить ребенка. В знак великой любви. Как это обычно пишут в разделе светской хроники. К сожалению, офицер оказался посредственностью и даже не пожелал продолжить карьерный рост где-нибудь поближе к столице. К счастью, эта страница жизни давно в прошлом. За прошедшие дни наивная дурочка превратилась в расчетливую и знающую себе цену женщину без визуальных изъянов.

– Я позволю себе вернуться к нашей проблеме, мисс Трост.

– Айм, мистер Свитт, просто Айм.

– Хорошо, Айм, как вам будет угодно. Наша проблема находится в деликатной области. Я не хочу касаться ваших отношений с бывшим супругом. Тем более что формально развод после приезда сюда вы не оформили.

– Мне было не до этого. Это он настоял на рождении дочери. А потом перевелся в ту забытую богом дыру. И если раньше я хотя бы раз в неделю могла посещать приличные места, то на том захолустном космодроме негде было даже нанять лицензированную няню!

– Действительно? Видимо, ваш супруг мало уделял внимания семье, если не учитывал ваши интересы.

– Совершенно не учитывал. Как он заявил: «Лучше слушать крики кукуанов, чем пустую болтовню штабных хлыщей».

– Надо же…

– Совершенно приземленный человек. К сожалению, я это поняла слишком поздно.

– Ну, это уже пройденный этап. У меня с собой документы, подтверждающие ваше свободное положение по факту его гибели. Единственная неприятность – ваша лицензия на проживание в столице сектора. Вы должны в течение недели найти работу в государственных службах. Либо выйти замуж за другого человека, с правом проживания. Столичные власти крайне жестоко карают за незаконную миграцию.

– Вы смеетесь? Где я найду холостого приличного человека за неделю?! Я не могу эту проблему решить уже несколько лет, а вы хотите, чтобы я решила столь деликатный вопрос за семь дней!

– Уважаемая Айм. Боюсь, служба исполнения приговоров не будет столь любезной к вам, как я. Они просто посадят вас на любой ближайший челнок до планет второго пояса, и вам придется начинать все сначала в захолустье. Потерять необременяющую работу в агентстве по соцопросам. Потерять пенсию как члену семьи военнослужащего. И тратить немалые средства на частную школу для девочки.

Женщина с раздражением сцепила тонкие ухоженные пальцы.

– Черт, я совсем забыла про это.

– Вот именно. А еще вы забыли, что моя компания любезно предлагает вам вариант решения проблемы. Очень изящный вариант.

– И?

Адвокат распахнул маленькую кожаную папку с презентабельным золотым тиснением и достал оттуда несколько листов.

– Если вы подпишете официальный отказ от родительских прав, девочку передадут в приют. Вы не будете нести никаких расходов и никакой ответственности. Это – раз. Подпишете бумаги с просьбой флоту принять участие в ее судьбе – получите пятилетнюю небольшую пенсию, или всю сумму сразу. Это – два. В довершение – отказ от любых будущих претензий к властям – и я немедленно передам вам годовой вид на жительство. Это – три.

Уважаемый адвокат в костюме стоимостью в полугодовой заработок большинства сидящих в зале аккуратно разложил перед собеседницей три мелованных листа бумаги. Показал пальцем – где подписать. И завершил картину открытым чеком на предъявителя и блестящей карточкой, в которой уже были впечатаны личные данные Айм Трост.

Ярко подведенные губы презрительно скривились при виде записанной в чеке суммы. Паршивый флот, жмоты. Рука поднесла вид на жительство поближе к глазам. Все правильно, без ошибок. Целый год вольной жизни. Но в чем тогда подвох?

– Само собой, мы в накладе не останемся, – понимающе улыбнулся адвокат. – Нашу компанию периодически обвиняют в пренебрежении судьбам простых людей. Мы определим сироту в приют и заработаем на этом очки. Мы выставим флоту счет за оказанные услуги и получим неплохие деньги. Кроме того, мы поможем вам. Кто знает, может через полгода-год вы обратитесь к нам с просьбой помочь решить очередные семейные проблемы. Оформить развод, или еще что. Обоюдная выгода.

И мужчина подал лакированный маркер в ответ на нетерпеливый жест. Три быстрых взмаха – и бумаги исчезли в маленькой папке.

* * *

17 августа. Пассажирский чартер, рейс Элегия-пять – Гаршем

– Кто выше всех прыгает?

– Десантник! – девочка радостно смеется, подлетая к самому потолку.

– Кто смелее всех идет в атаку?

– Десантник! – руки машут, как крылья.

– А когда десантник закопается в неприятности, кто ему поможет?

– Спасатель! Только спасатель вытащит смелого десантника!

– Точно, мой командир. И чтобы вытащить десантника с кучей оружия, мы с тобой должны быть сильными. Поэтому – зарядку закончить, умыться и приступить к завтраку.

Через пару минут девочка уже весело щебетала за столом, с удовольствием уплетая салат из свежих овощей. После вчерашнего визита к гидропонным инженерам в стан-камере лежали помидоры и огурцы, гроздь ягод в маленькой коробке и пара огромных листьев салата. Всего лишь надо придти в гости к простым людям и поговорить. Это только наследственные старшие офицеры из богатых семей морщат нос и называют службу гидропоники кротами или навозными червями. А бывший солдат с удовольствием поможет наладить барахлящий температурный монитор, или перекидать брикеты с удобрениями. За это же время девочке покажут мохнатых прожорливых гусениц, из которых готовят питательную пасту. Или позволят включить на пару минут ионизированный душ и полить ростки. Или насыплют овощей от всего сердца.

Шел третий день полета, и девочка была счастлива. Пусть глупые мальчишки из колледжа важничают и задирают нос в большом обзорном зале. Подумаешь – они едут на каникулы и не хотят общаться с маленькой «дикаркой». Вот пусть и скучают у широкого экрана, среди занудливых взрослых, болтающих в мягких креслах о разных глупостях. Или бредут в лекторий смотреть очередную комедию, что повторяют несчетный раз по всем каналам. В отличие от них, Пчелке некогда скучать.

Полюбовавшись официальными тоскливыми развлечениями, девочка согласилась, что отдыхать надо активно. И отправилась вместе с дядей Шрангом в путешествие по огромному кораблю. Благо, статус спасателя позволял заглянуть в любые уголки.

Дублирующий навигационный комплекс? Пожалуйста. И ты увидишь, как хоровод звезд кружит вокруг нас. Ангар спасательных шлюпок? Почему бы нет. Можно примерить скафандр и узнать, как тушат страшные космические пожары, пожирающие блокированные отсеки. Хочешь побывать в невесомости? Пойдем в гости к пустотникам, что следят за наборами датчиков ближе к корме.

– Девочка с вами? Отлично, сэр, вы профессионал и знаете, что можно делать. Под вашу ответственность.

А вечером дядя Шранг рассказывал замечательные сказки. Про красивые леса, где водятся неведомые звери. Про огромные корабли, на которых летают сказочные принцессы. И храбрых принцев, спасающих бедняжек от коварных космических пиратов. А еще он рассказывал, каким добрым был ее папа и как ему хорошо на небесах, куда попадают все добрые люди.

– Мы с тобой обязательно наведаемся в Полуденный храм в Чарли-тауне. Старый капитан Чарли Баррэт основал маленький поселок на дальних окраинах столицы еще три сотни лет тому назад. Городок давно стал пригородом, но никто не трогает храм, построенный в честь кораблей, уходящих в дальнюю разведку. И нет лучше места, если ты хочешь помянуть ушедших. Там лучше всего успокоить сердце.

– И мой папа услышит меня там?

– Он тебя слышит везде. Но ему будет особенно приятно, если мы в старом храме поставим душистую свечу и помолимся о нем. Ты – дочь флота, ты не одинока. После прошедших тяжелых войн простые люди поняли главное – надо держаться друг за друга и стараться помочь. Не только словом, но и делом. Думаю, твой папа будет рад, что его дочь вырастет добрым и грамотным человеком. Будет рад, что ее сердце открыто навстречу другим людям.

– Я обязательно выучусь на инженера, как папа!

– Да, Пчелка. На инженера, или другого специалиста. Мы с тобой вместе постараемся выбрать хорошую дорогу, и ты пройдешь ее с честью. Спи, малышка. Завтра мы пойдем в гости к отличным ребятам – такелажникам. Они работают в открытом космосе, восстанавливают обшивку после прыжков между планетами. Послушаем их сказки, угостим джемом к чаю.

– И почему только космонавты такие сластены…

– Никто этого не знает… Спи, моя девочка. Завтра нас ждут приключения. Вечером мы прилетаем на Гаршем.

* * *

18 августа. Гаршем, один из кабинетов ВК

– Сэр. Чартер совершит коррекционный суб-прыжок в приемный створ через два часа. Затем, после трехчасового маневрирования примет на борт таможню. Через пару часов по финишному коридору прибудут к орбитальному комплексу Гаршем-Периферия.

– Ваш план?

– Как только на борт прибудет таможня, мои люди блокируют спасателя и девочку в каюте. На орбитальном комплексе уже ждет усиленный наряд службы. Мужчину отправят к флотскому судье, девочку – в приют в пригородах. Оттуда через пару недель – вместе с группой новичков переведут в приморский пансионат для активного отдыха и восстановления после психической травмы, вызванной смертью отца.

– Отлично. Вы своей головой отвечаете за то, чтобы судья получил полный пакет документов. Учитывая послужной список мерзавца, его должны упрятать надолго.

– Так точно. При подлете к пансионату…

– Стоп! Это уже – детали. Меня они не интересуют. Меня интересует результат. Предоставите результат – я дам ход вашему повышению. Как и обещал. Идите, Чиа. Работайте.

* * *

– Шкип, можно вас побеспокоить?

Благообразный господин с осанкой лорда нехотя бросил взгляд на просителя и соорудил на лице подобие разрешения.

– Я проверил некоторые документы и обнаружил проблему. Проблему, которая может доставить вам неприятности.

Благообразный господин изобразил интерес. Хотя какой может быть интерес к дешевому пассажиру из эконом класса? Две тысячи пассажиров при неполной загрузке и обязательно найдется хотя бы один идиот.

– Боюсь, что невнимательность моих коллег при оформлении документов может лишить вас премии.

Капитан корабля застыл на секунду, лицо попыталось угнаться за ворохом мыслей и раззявилось в неподобающем статусу крике:

– Что?!! Моя премия?!

– Да, сэр. Беда в том, что сопровождаемая мной девочка не имеет стандартной прививки колониального совета. Как только таможня вступит на борт для проверки документов, их штатная сканирующая программа выдаст предупреждение.

– Предупреждение?! Ах ты!..

– Вот именно. После чего – карантинный арест корабля, нас снимут с челнока. А вас лишат премии, господин капитан.

Благообразный господин вылетел из кресла, словно ему в зад вцепился осиный рой.

– Паршивец! И ты сообразил проверить документы только сейчас?! Да где была твоя башка раньше, до прибытия на борт!!!

Невысокий мужчина в видавшем виды комбинезоне замер перед изливающим на него ярость капитаном космического корабля. Тот прыгал вокруг посетителя в невообразимом танце, с трудом сдерживая желание пустить в ход кулаки. Пара штаб-офицеров застыла неслышными приведениями, стараясь нечаянным вздохом не обратить на себя внимание командира. Шутка ли, капитанская премия за полгода безаварийных полетов. За такое съедают сырым, без предварительной обработки.

Человек в комбинезоне дождался секунды, когда в потоке брани образовался хриплый вздох и мягко произнес.

– Решение. Законное, надежное и гарантирующее успех.

Капитан судорожно прокашлялся и просипел:

– Излагай.

– Мне не больше вашего хочется получить нагоняй от моего адмирала. Нештатная ситуация – и вместо пригородных пляжей отправлюсь в карцер. Тонкость в том, что девочка привита армейскими комплектами. Это надежнее гражданских вакцин. Но – чиновникам все равно. Предлагаю: по выходе из прыжка уведомить карантинную службу. Их представители всегда в зоне прилета. Их бот снимет нас обоих до таможни. По документам – у вас будет чисто. По закону – мы не инфицированы и корабль не обязан проходить обработку. Никто даже не узнает про инцидент.

Растрепанный благообразный господин обрушился в свое кресло и перевел дух.

– А как карантинщики отнесутся к неправильно оформленным бумагам?

– Они сдадут нас в отстойник на Периферии, либо рядом, во Внешний медицинский центр. Девочку посадят на карантин, проверят медкарту, и мы через пару дней тихо отправимся дальше.

Капитан отдышался и ткнул в одного из застывших офицеров.

– Немедленно подними бумаги. Проверь – сработает ли такой вариант. Если его идея столь хороша – немедленно согласуй передачу вояки с девочкой на карантинный челнок. До этого – посадите их в боксах обеспечения рядом с грузовыми шлюзами. Хватит по кораблю шататься, – острый палец уставился на мужчину в комбинезоне. – Солдат, поверь, если с меня снимут хоть цент, если эта история будет иметь какие-либо последствия… Поверь, я тебя найду.

– Господин капитан! Обещаю, подобное не повторится! Разрешите исполнять, сэр!

* * *

После завершения войны высокопоставленные дипломаты смогли договориться об обоюдных уступках и долговременных мирных проектах. Так в технических центрах корелян появились центры подготовки человеческих инженеров. А на нескольких базах Имперского флота проходили стажировку различные специалисты древнего народа. Например, на Гаршем-Периферии работали медики и служба дальней связи. Качественно выполняя свои обязанности и одновременно служа прикрытием для небольшой группы шпионов, внимательно отслеживающих любые интересные события в человеческом секторе.

– Старший несущий запах! У нас нештатная ситуация!

Покрытая переливающимся фосфорицирующим мехом фигура прервала сложный танец посреди гимнастического зала и повернула сияющие золотом глаза к зажегшемуся овалу коммуникатора.

– Доклад.

– Вторичный контакт по делу два-полста-дубликат покинул пределы проживания и с эскортным офицером прибыл в пределы Гаршема. В настоящий момент карантинная служба снимает их с рейсового челнока.

На экране возникло изображение широкого коридора, по которому в сопровождении сухой женщины в ярко белом комбинезоне двигались две фигуры в легких скафандрах – большая и маленькая.

Корелянин просчитал возможные комбинации и отдал приказ:

– Договоритесь с карантином. Цель и сопровождающий должны пройти проверку и возможное лечение в боксах Внешнего медицинского центра. Подготовьте бригаду для внешнего сканирования. Уведомление мне за час до прибытия шлюпа в центр.

Дежурный офицер склонил отливающую всеми цветами радуги голову и отключился. Старший несущий запах продолжил медитативную тренировку. Можно быть уверенным – приказ выполнят четко и в срок. Пунктуальные кореляне всегда выполняли поставленные задачи. В отличие от других разумных рас, заполонивших галактику.

* * *

– Дядя Шранг, а зачем мы летим на этом кораблике?

– Потому что я забыл заполнить на тебя один важный документ. Представляешь? Твой дядя Шранг – раззява.

– И нас не пустят в большой город?

– Пустят. Мы лишь заглянем в больницу, там заполнят необходимые бумаги, и мы утром отправимся дальше. Мне кажется, мы даже выиграли. Нам не придется толкаться среди толпы прибывших. Полетим завтра в полупустом шатле, займем лучшие места у обзорных экранов.

– Мы с папой были в больнице полгода тому назад. Наш знакомый доктор крутил меня на смешном белом круге.

– Да, тогда проверяли твое здоровье на медицинском сканере.

– А потом я спала целый день в блестящей кабинке.

– Совершенно верно, Пчелка. Тебе поставили несколько прививок и дали отдохнуть. Какая замечательная у тебя память.

– Да, папа всегда обращался ко мне, если что-нибудь забывал или терял.

– Вот и молодец. Надеюсь, ты и мне будешь помогать. Тогда мы с тобой никогда не забудем захватить нужные документы.

Девочка важно кивнула головой и с интересом стала разглядывать в панелях обзора наплывающую панораму космической базы. Миниатюрный шлюп карантинной службы медленно приближался к озаренным причальными огнями дальним шлюзам. Выделенная для сопровождения дежурная смена шутила с пассажирами. Бюрократическая неувязка и вызов позволили нанести визит на орбитальную базу. После передачи спасателя и девочки останется пара часов свободного времени, которое с удовольствием потратят в недорогих местных барах.

Шранг тем временем прикидывал в уме, как быстро разберутся в ситуации молодые неулыбчивые люди, обитавшие на челноке в каюте напротив. И которые нервничали каждое утро, когда «объекты наблюдения» отправлялись в путешествие по огромному кораблю.

Ничего, при такой зарплате можно и понервничать…

* * *

– Господин Шранг, вы свободны.

Обнаженный мужчина кивнул равнодушно шелестящему голосу и спустился по освещенным ступенькам с широкого пластикового круга, замершего под оплетенным проводами яйцеобразным сканером. Одеваясь, спасатель краем глаза смотрел, как смешливая молодая девушка в салатного цвета костюме что-то объясняет сидящей под соседним сканером девочке, одновременно показывая что-то на графиках столпившимся рядом стажерам. Те высыпали на скан-стол кучу разноцветных игрушек, показывают девочке яркие картинки и с удовольствием выслушивают ее веселые ответы.

– Прошу прощения, господин офицер.

Аккуратно застегнув пояс, Шранг чуть развернулся и посмотрел в янтарные глаза.

– Доктор?

– Доктор Лаплард, с вашего позволения.

– Слушаю вас.

– Надеюсь, наше присутствие не вызывает у вас неприязнь. Я и мои коллеги работаем в этом медицинском центре и помогаем готовить новых специалистов для части пограничных миров.

– Я равнодушен к вам, доктор Лаплард. Война закончилась. Мы больше не убиваем друг друга.

– Я просто стараюсь сгладить возможный конфликт. Офицеры флота зачастую агрессивно относятся к нашему присутствию.

– Видимо, бывшие офицеры флота не подвержены излишней вспыльчивости. У моей спутницы все в порядке?

– О, да. Мы должны были провести тесты на общее самочувствие. В ее личном деле отметка о недавней личной трагедии. Но девочка чувствует себя хорошо, и через пару минут мы проводим вас в приготовленную каюту. Завтра утром вы сможете отправиться дальше.

– Отличная новость, доктор. Значит, у девочки все хорошо.

– Да. По нашим данным, у нее есть все необходимые прививки и нет каких-либо нарушений в развитии.

– Пока оформляют документы, мы должны находиться в медцентре. Можем мы принимать посетителей?

– Конечно.

– Спасибо.

Шранг слабо кивнул и двинулся к смеющейся компании. Сохраняя спокойное лицо, он тем временем усиленно анализировал завершившийся разговор.

«А доктор-то сплоховал. Видимо, недавно на контакте со спецами, не приучили еще рот держать на запоре. Кореляне – безумные формалисты. Получи они медицинскую карту и анализы от карантина, так бы и озвучили: по данным карантинной службы. Оговорка про их личные данные означает только одно – на мою девочку документы собрали их собственные агенты. И слишком уж только что законченные игры с картинками напоминают психологические тесты. Выходит, кого-то до смерти интересовал не только мой старый друг, но и его дочь?»

– Ларали, платье будем завтра покупать?

– Нет, дядя Шранг. Я пока не хочу. Мы выберем платье потом, когда мне сделают красивую прическу.

– Прическу? Ну что же, тогда надевай комбинезон и пойдем отдыхать. Твои игрушки уже отнесли в нашу новую каюту.

* * *

19 августа. Орбитальная станция Гаршем-Периферия

– Сэр, старший наряда лейтенант Ар-семнадцать. Попрошу вас соблюдать спокойствие и ответить на ряд моих вопросов.

Черная лакированная человекообразная машина замерла рядом со столиком в кафе, где завтракал спасатель и его маленькая спутница. Четыре уверенных в себе человека застыли рядом со столиком, контролируя каждое движение сидящих. Шранг спокойно промокнул салфеткой губы, улыбнулся девочке и поднял глаза.

– Слушаю вас, господин полицейский.

– У нас запрос на ваш арест по подозрению в фальсификации документов, нападении на офицера службы Внешнего Контроля и незаконном конвоировании несовершеннолетнего. Вы можете что-либо сказать по этому поводу?

– Могу. Предоставленные службой ВК документы устарели. Будьте так добры, считайте в моем коммуникаторе официальный пакет, заверенный вчера вечером колониальным судьей.

Боевой робот включил сканер, получил от коммуникатора открытые частоты и загрузил необходимую информацию. Через мгновение он послал сигнал «отбой» группе захвата.

– Прошу прощения, сэр. Действительно, произошло досадное недоразумение. Полиция Гаршем-Периферии приносит вам свои искренние извинения.

– Не стоит, лейтенант. Я всегда рад оказать помощь тем, кто выполняет свой долг. Единственная просьба.

– Слушаю вас?

– Как я понимаю, пара вон тех джентельменов ждут моего ареста. Боюсь, вновь открывшаяся информация может вызвать их неадекватную реакцию. Очень не хочется устраивать тут потасовку и портить так хорошо начавшийся день.

– Не волнуйтесь, полиция не позволит нарушать порядок кому бы то ни было.

– Спасибо, офицер. Рад был общаться с вами. После войны многие специалисты вашей серии попали в службу спасения. Я рад отметить вашу всеобщую отличную подготовку и благодарю небо, что ваши братья прикрывают мне спину.

Робот осторожно пожал протяную ладонь и чуть склонил играющую бликами полированую голову.

– Обоюдно, сэр. Я ознакомлен с вашим личным делом. Мне было бы крайне неприятно подвергать аресту человека, дравшегося вместе с нами на Коллапсе. Рад, что вы решили свои проблемы.

Старший наряда отдал честь и двинулся к застывшим у выхода офицерам службы ВК.

– Вот так, малышка. Живи честно, и беды минуют тебя, – Шранг поставил маленькую чашку с заказанным мороженым перед девочкой и улыбнулся. – А сейчас мы с тобой увидим бой быков.

– Как это – не подлежит аресту? – Чиа в ошеломлении переводил взгляд с металлического болвана перед ним на четырех крепких парней из группы захвата и обратно. – Как это – не подлежит?! Он напал на офицера при исполнении! Он захватил девочку и болтается между планетами, а вы его не можете арестовать?!

– Совершенно верно, сэр. У господина Шранга в настоящий момент официально оформленный месячный отпуск и разрешение сопровождать Ларали Трост на отдых на пляжи Гаршема. У господина Шранга заверенный официальный отказ бывшей матери и подписанные документы об удочерении. Госпожа Ларали Трост со вчерашнего вечера официально считается его дочерью. У полиции Гаршем-Периферия нет никаких вопросов к господину Шрангу. И я, как официальный представитель закона, не рекомендую офицерам ВК устраивать какие-либо инциденты на вверенном мне участке. Тем более, с опорой на устаревшие и недействительные обвинения.

– Он напал на офицера при исполнении!

– Он защищал вверенного ему ребенка. Его действия оправданы командованием флота и все обвинения сняты.

– Кем?!

– Адмирал Киссил лично подписал эти бумаги. Включая благодарность за проявленную выдержку и адекватное завершение инцидента в публичном месте без применения оружия. На мой запрос только что пришло подтверждение.

– Но удочерение?! Черт возьми, на Периферии нет колониальных судей!

– Совершенно верно, нет.

– Так как они сумели найти колониального судью и лично оформить удочерение?

– На Периферии нет представителей колониальных властей. А на Внешнем медицинском центре всегда есть как минимум один судья. Зачастую снятые карантинной службой путешественники желают судиться с властями. Для решения этих конфликтов центр имеет в своем штате представителей закона. По просьбе господина Шранга вчера судья побывал у них и проверил предоставленные документы. После официального отказа матери, суд учел рекомендации флота и спасательной службы. Ларали Трост признана дочерью экс-лейтенанта.

Чиа судорожно пару раз глотнул ставшим горячим воздух, рефлекторно пытаясь нашарить что-то в кармане.

– Это – бред! Он – преступник и подлежит аресту! Если вы не понимаете отданные приказы, мне придется самому…

– Дядя Шранг, наверное, бык – это тот дядя в синем костюме, который пытался ударить робота-полицейского.

– Да, моя хорошая. Он явно хотел его забодать. Кстати, механическим разумным созданиям больше нравится, когда их называют – мех. Мех-полицейский, мех-спасатель. Если ты будешь их так называть, они будут к тебе более расположены.

– Хорошо. А продолжение боя быков будет?

– Вряд ли. Как видишь, самого рассерженного быка уводят, а его коллега чуть умнее и не пытается обидеть полицейских, выполняющих свой долг. Поэтому идет под конвоем сам и его не волокут в наручниках. Давай доедим наше вкусное мороженое и пойдем на посадку. Через полчаса мы с тобой полюбуемся видом города с высоты птичьего полета. А потом отправимся путешествовать.

– По большому городу?

– Да. По очень большому городу. Нас ждут теплое море, пляжи, отдых в зоопарке и многое другое.

– А еще мы поставим папе свечку в Полуденном храме.

– Обязательно.

* * *

– Господин полковник?

– Садись, Ройт.

Замершая на краешке кресла фигура демонстрировала усердие и внимание.

– Твой бывший командир сильно разочаровал меня. Через две недели он завершит назначенные судом общественные работы и мы отправим его в поле, куда-нибудь в жаркие джунгли. Усмирять аборигенов. Или заниматься еще чем-нибудь не менее интересным. Провалить столь простую операцию, ввязавшись в довершение в драку с полицией. Надеюсь, его опыт позволит тебе правильно распорядиться полученной должностью.

– Я оправдаю оказанное доверие.

– Разумеется. Тем более, что я проанализировал совершенные им ошибки и хочу переориентировать усилия твоего отдела. Что ты нашел интересного при изучении дела?

– Господин Чиа не обратил внимание на годы, проведенные спасателем до бунта на Ханиле. Шранг поступил на службу в диверсионные подразделения и закончил с отличием школу внешних силовых акций. Его специально готовили для террористических и контртеррористических действий на любых коммуникациях. У него нестандартное мышление и умение комбинировать оперативно полученную информацию.

– Хм, неплохо. Что еще?

– Он был впереди нас все время. Использовал устоявшиеся стереотипы противника и задействовал накопленные богатые личные связи. Получил одобрение флота и закрыл инцидент в планетарном батальоне. Проинструктированный адвокат из небольшого агенства отлично сыграл перед матерью дочери и подписал все необходимые документы. Прибывшие на следующий день наши люди остались ни с чем. Вычислил лучший вариант для встречи с колониальным судьей.

– Да, этот прыткий малый ловко обвел нас вокруг пальца. Что собираешься предпринять?

– Необходимо разработать его детальный поведенческий и личностный портрет. Оставить только внешнее наблюдение силами мониторинга столицы. И готовить продуманную акцию с опорой на его уязвимые точки.

– Да. Тем более, что одна из них нам известна – девочка. Ройт, я дам в тебе помочь хороших аналитиков и подключу неплохо поработавшую группу по тайным операциям. Задача остается старой – завершение проекта и уничтожение любых возможностей утечки информации. Единственное отличие – вместо одной цели у нас теперь их две. С учетом этого и работай. И постарайся не повторять ошибок вашего предшественника. Все, свободен.

Глава 3

23 августа. Гаршем

Для служебного пользования.

Отчет № 443-Гаршем-внешний-23/14:42:02

В ходе анализа перемещений объектов не зафиксировано террористической активности. Объект-1 не контактировал с какими-либо неустановленными личностями. Активность объекта-2 не выходит за оценочные поведенческие рамки пятилетнего ребенка. Подключенные к анализу ситуации мониторинг-фильтры не выявили отклонений в прогнозе будущей ситуации. В настоящий момент…

Комментарий аналитика, работавшего с отчетом из 13 страниц:

– Идиоты. Мало того, что заставляют следить за ребенком, так еще приходится читать отчеты болванов из центра внешнего мониторинга. Чертов канцелярский язык меня убьет…

Проставлена отметка «без изменений», и аналитик переключается на другое дело.

* * *

Для служебного пользования.

Отчет дежурной смены группы прикрытия внешних операций.

Вторичный контакт по делу два-полста-дубликат под наблюдением. Ситуация штатная, без изменений. Время реакции группы захвата на возможные экстраординарные события – 115 секунд.

Старший несущий запах потратил на обработку данного отчета 2 секунды. Основная и запасная группы быстрого реагирования продолжали тренироваться по утвержденному графику.

* * *

Маленький горячий огонек пляшет на тоненькой свечке, стоящей в ряду таких же на длинной полке, вырезанной из куска старой корабельной обшивки. Полумрак, редкие приглушенные голоса, сияние многочисленных огней, рассредоточенных по маленькому храму в пригородах. Родственники и друзья не забывали ушедших в дальний поиск. Из которого можно не вернуться, несмотря на надежные корабли, сплоченные экипажи и молитвы оставшихся.

– Папочка, мой хороший, я тебя очень люблю. Я знаю, что ты слышишь меня. Я каждый вечер говорю тебе спокойной ночи и утром стараюсь здороваться. Только ты прости меня, я сегодня забыла немножко. А потом, после завтрака вспомнила и поздоровалась. Еще я вчера чуть-чуть устала после зоопарка, но мы завтра еще раз туда пойдем. Там такие смешные ящерицы слева от входа. Они зубастые и ругаются между собой. И прыгают выше любого взрослого. Дядя Шранг говорит, что они очень умные и их нельзя держать дома – обязательно покусают. А еще я каталась на шолопере – это такой зверь, похожий на собаку из книжки. Он большой и с очень густой шерстью. На холодных планетах его разводят, чтобы из шерсти делать теплые вещи. И он очень любит сахар, я вчера его кормила. И завтра хочу еще раз сходить в зоопарк, мы посмотрели не все, там еще столько интересного!

– Эх, старик. Как же так… Почему ты не сказал, что возникли какие-то проблемы? Мы бы решили. Обязательно решили… Так тяжело терять настоящих друзей. В бою, при авариях. И тем более, когда нам бьют в спину… Твоя дочка – золото. Я сделаю все возможное и невозможное, чтобы у нее была счастливая жизнь. И обещаю, что найду тех, кто сделал ее сиротой. Обещаю, Трост…

Мужчина и девочка шли к залитому солнцем выходу из церкви, взявшись за руки. Шранг бросил взгляд на слабо пискнувший коммуникатор:

– Прямое наблюдение не выявлено. Инструментальное наблюдение не выявлено. Возможен контроль городской системой «Антитеррор». Место вашего проживания не досматривалось. Продолжаем работу согласно контракту. Частное агентство «Сплейт».

Мужчина помог надеть девочке белую панаму с широкими полями и показал на один из узких переулков, убегавший от запруженной транспортом улицы:

– Пойдем, перекусим. Я познакомлю тебя с человеком, командовавшим огромными кораблями, похожими на гигантские острова.

– Он плавал по морю?

– Нет, моя хорошая. Он летал между дикими планетами и возил целые народы. А еще в его маленьком ресторане готовят лучшие в Гаршеме блины с рыбой. Нам сегодня много путешествовать, нужно хорошо подкрепиться.

– Хорошо, дядя Шранг. Шагаем – с левой, с правой, с левой…

– С правой! И в припрыжку – побежали!

Одна из многочисленных камер городского мониторинга зафиксировала смеющуюся пару, бегом двигающуюся к навесному переходу через оживленную улицу. Установленный пять дней тому назад фильтр поиска пополнил дело № 443-Гаршем-внешний-23. Поведение отслеживаемых объектов находилось в рамках поведенческих нормативов.

* * *

24 августа. Элегия-пять

– Ну, куда же ты подевалась, безобразница? В какой тине ты зарыла свой панцирь?

По неглубокой протоке бродил старик. Невообразимо худой, с тяжелыми мешками под глазами. Костлявые конечности, выпирающие ребра, редкие волосинки на пропеченном солнцем черепе. Сплошное недоразумение. И лучший специалист по ремонту всего, что когда-либо выпускали человеческие заводы.

Сгорбленная фигура одной рукой опиралась на толстую палку и старательно ворошила другой густые водоросли в протоке. Прогретая жарким солнцем вода неспешно журчала по своим делам, свободно обегая испрещенные старческими пятнами ноги.

– Ну, где же ты? Ты же знаешь, что правильный черепаховый суп нельзя приготовить без черепахи. А мне обязательно надо сегодня отведать этого супа. Пару-другую тарелочек. Чтобы быть в форме. Чтобы завтра командир бригады не верещал на утренней планерке про мой внешний вид. Про запах. Про бездарно потраченные выходные. Можно подумать, я имею что-либо против его поездок с девочками на дальние пляжи. Вовсе нет, я даже рад. Молодые должны отдыхать, пока они это могут. Да, должны. Обидно другое. Как разбитый после прогулки шлюп ремонтировать, так это – Штольц. А вот как бутылочку после работы принять, так ты сразу же – старая пьянь.

Старик замер, оборвав бурчание на полуслове, всматриваясь в очередной клубок водорослей. Потом с победным вскриком выдернул из воды что-то, отдаленно напоминающее черепаху: маленькие ласты, шипастая голова и чешуйчатый широкий панцирь.

– Вот, вот мой черепаховый суп! Замечательно! Теперь домой, к сытному ужину.

Штольц кряхтя осторожно выбрался на заросший травой берег, и заковылял к широкой поляне, выгоревшей проплешиной изогнувшейся среди изумрудно-зеленых зарослей. Рухнувший орбитальный спутник забрали уже полгода тому назад, но дикие джунгли не торопились занимать выгоревшее место. Видимо, местной природе пришлась не по нутру ссыпавшаяся с небес начинка военного назначения.

Старик вышел на край поляны и бросил пару зорких взглядов по сторонам. Не увидев чего-либо интересного, засеменил к потрепанному боту, вольно раскинувшему потертые камуфляжные плоскости посреди медленно зарастающей поляны. Не успел хозяин греющегося на солнце железа сделать очередной шаг, как на встречу ему из густой травы поднялась черная лоснящаяся морда, оскалившаяся загнутыми клыками.

– Чтоб тебя, треснутая переборка! – Штольц от неожиданности отшатнулся и со всего размаху приземлился на пятую точку. Палка полетела в одну сторону, черепаха – в другую.

Черный огромный волк вздыбил шерсть и с грозным рычанием медленно пошел на сидящего беспомощно человека. Зверь лишь отдаленно напоминал своего серого собрата с материнской планеты всего человечества, но первые поселенцы предпочли называть местных хищников привычным именем. Активно истребляемые волки давно покинули обжитые людьми острова, но сохранили жгучую ненависть к двуногим. И теперь волк собирался убить врага, так кстати оказавшегося у него на пути.

Старик лихорадочно шарил худыми руками вокруг, пытаясь найти какое-нибудь оружие. Тяжелый лучевой пистолет лежал в кабине – кто будет таскать обременяющие тяжести по солнцепеку? Даже нож остался в бардачке. Ближайшие к базе острова давно считали безопасным курортом. И надо же – волк. Могучая тварь, готовая убить через пару секунд.

Волк сделал шаг, другой. Тяжелая разрывная пуля, выпущенная из импульсной винтовки, разнесла ему голову, закрутив тело и отшвырнув в строну.

Штольц замер и сидел без движения несколько минут. Переводя испуганный взгляд с тела убитого волка на пустые джунгли вокруг. Слабо зашуршала трава и рядом с сидящим остановилась переливающаяся серебристым мехом фигура. Подала ему поднятую из травы черепаху и медленно пошла к боту, сжимая в левой лапе длинноствольное ружье. Корелянин замер рядом с одной из плоскостей и что-то рассматривал в траве.

Старик кряхтя поднялся и поплелся к спасителю, прижимая к груди шевелящую ластами черепаху. Доковылял поближе и всмотрелся в вонючий комок грязи, валяющийся рядом с ботом.

– Они собрали фекалии самки волка и сбросили здесь. Самого волка бросили в море рядом с берегом час назад. Запах – лучший маяк. Ты должен был прийти с рыбалки и погибнуть от нападения дикого зверя. Волк пришел с моря. Убил. И никаких посторонних следов.

– Они?

– Алтаян и Мэйгуртис.

– Так это их бот промелькнул недавно?

– Да.

Старик медленно наливался желчью.

– Проклятые кандальники! Мало того, что они каждую неделю верещат про мое пьянство, так теперь решили меня просто угробить! Ублюдки!

Штольц рывком распахнул защитный колпак. Черепаха полетела в корзину за сиденье, в кучу из мелких запчастей, грязной рубахи и пары пустых бутылок.

– Ну, мальчики, не на того напали. Сейчас я вызову сюда комендатуру, и мы составим акт. А потом я…

– Ты никого не вызовешь.

– Что?!

– Ты. Никого. Не вызовешь. Успокойся. Сейчас ты сядешь в свой аппарат. Отдохнешь. Соберешься с силами и полетишь домой. Там приготовишь ужин, покушаешь и ляжешь отдыхать.

Старик мрачно уставился на невозмутимого корелянина, застывшего серебристой статуей рядом с ним.

– Да? А завтра что – мне ждать падение стенда? Или еще чего похлеще?

– Нет. Мы страхуем тебя. Прикрыли сейчас. Прикроем завтра. Эти два молодых человека создают проблемы всем. Сегодня вечером мы эту проблему решим. Без комендатуры. Без шума и излишней огласки. Или ты хочешь лично нажать на курок?

Штольц медленно подошел к убитому волку, посмотрел на остатки головы и решительно мотнул головой.

– Нет. Нажимай сам, ты в этом мастер. А я поеду домой. Готовить суп и принять пару грамм на ночь. Вместо микстуры.

Корелянин оскалил морду в улыбке.

– Только если пару грамм, не больше. Господин командир будет завтра не в духе. Не надо его раздражать запахом. Лети домой, я тут приберу.

Старик неспеша забрался в кабину, закрыл колпак и неторопливо включил двигатель. Пожевал сухими губами, но передумал что-либо говорить на прощание. Отсалютовал остающемуся на земле и поднял машину в воздух. Через минуту гул двигателя затерялся среди в шелесте деревьев. Отливающая серебром фигура махнула страховавшему из джунглей напарнику и достала из поясной сумки плотно упакованный мешок. Через полчаса на поляне не осталось никаких следов происшедшего.

* * *

25 августа, Гаршем

– Дедушка Шабайя, можно еще блин?

– Конечно, моя маленькая! Выбирай – какой хочешь? Этот или вот этот, поджаренный?

Девочка с сомнением рассматривала два огромных блина, обильно политых остро пахнущим маслом.

– Можно мне чуть поменьше? Эти слишком большие.

– Вот, выбирай сама, тут найдешь на любой вкус.

Маленький круглый мужчина поставил перед девочкой огромный поднос, заставленный разнообразными тарелками с дымящимися блинами. Заботливо подвинул поближе и умчался за добавкой на кухню. Сидящий рядом с Ларали Шранг улыбнулся и покачал головой.

– В этом он весь. Готов ради друзей трудиться на кухне не покладая рук. И не отпустит тебя, пока ты не попробуешь сто блюд. Хотя бы по кусочку.

– Я все слышу! – донеслось с кухни.

– А вот со слухом проблемы, – вздохнул спасатель. – Раньше он слышал писк мыши в трюмных воздуховодах.

Шабайя коротконогим колобком выкатился из распахнувшихся створок и высыпал на окованную железом стойку десяток разномастных тарелочек с разнообразными сластями. Убедившись, что новые блюда ставить больше некуда, пристроился на стуле рядом со стойкой и с улыбкой стал смотреть, как маленькая девочка сосредоточенно жует очередной блин.

– Старую поцарапали? – Шранг с любопытством поколупал ногтем крепкую сталь.

– Не поверишь – за месяц две стойки разломали в щепки. Пришлось ставить эту. Не люблю железо, но на гостей дерева не напасешься!

– Наемники у тебя так и квартируют?

– А где им еще отдыхать? У меня двери открыты для любого. Лишь бы только мебель не ломали.

Ларали с вздохом откинулась на невысокую спинку.

– Спасибо, дедушка Шабайя. Я сыта.

– Что ты все повторяешь «дедушка» да «дедушка»? – толстяк удивленно выгнул бровь и посмотрел на друга. – С каких это пор я стал дедушкой?

– С тех самых, как завел внуков.

Владелец ресторана фыркнул.

– Я был официально женат семнадцать раз. Или восемнадцать? – он быстро что-то прикинул в уме и махнул рукой. – Не важно. И внуков у меня может быть несколько десятков. Но для тебя, девочка – я дядя. Только дядя. Не пугай меня нежданно пришедшей старостью.

Девочка удивленно распахнула глаза.

– У вас было семнадцать жен? И где они сейчас?

– Последняя сейчас отдыхает наверху. Остальные остались на десятке планет, куда я перевозил поселенцев.

– На больших кораблях?

– Да, моя маленькая. На очень-очень больших кораблях. Просто огромных. Ты видела Гаршем-Периферию? Да? Молодец, ты у нас путешественница! Так вот, мой корабль мог бы спрятать в своих трюмах с десяток таких станций, не меньше.

– С десяток? – Шранг спрятал улыбку.

– Ну, пару-тройку точно. Я был лучшим капитаном, способным доставить поселенцев на любой новый неосвоенный мир без проблем. Через астероидные поля, без гравитационных маяков. Пробираясь неслышной тенью мимо страшных пиратов!

Девочка слушала как завороженная.

Спасатель тихо тронул друга за плечо.

– У тебя старый коммуникатор за кухней все еще жив? Хорошо, я звякну в пару мест. И, пожалуйста, не пугай мою дочь слишком сильно. Пусть пиратов будет поменьше.

– Нет, дядя Шранг! Я не боюсь пиратов! Пусть дядя Шабайя рассказывает, как было! И про принцессу тоже!

– Принцессу? Принцессу… А, да! Как сейчас помню – была у нас один раз принцесса. Правительница великого народа, пожелавшего уехать из сухих пустынь в прекрасные страны. Они тогда набрали с собой столько шагающих тракторов, что я вынужден был привязать часть снаружи корабля крепкими веревками. При подходе к планете часть оторвалась и сгорела в атмосфере. Эта принцесса потом два дня колотила меня, требуя вернуть деньги за испарившиеся железки. Как проснемся утром – так и колотит…

Через час гости распрощались с гостеприимным хозяином, никак не желавшим расставаться с ними. Спасатель нес большой пакет со сластями. Девочка украсила легкую курточку цветным значком переселенцев. Шабайя заставил поклясться, что в первые же каникулы они навестят его и будут гостить «полгода, не меньше». Через полчаса прохладные вагоны городского монорельса распахнули перед ними свои гостеприимные двери.

* * *

– К сожалению, я был вынужден настоять на личной встрече.

– Что-то чрезвычайное?

– Нет, все под контролем. Но есть ряд вопросов, которые не хочется доверять ненадежной связи.

– Слушаю вас.

– Я располагал официальной информацией, что адмирала отправят на пенсию в ближайшие дни. Данная фигура способна создать неожиданные проблемы в закрытии известного вам инцидента. К сожалению, адмирала до сих пор не сменили. Мало того, он активно вмешивается в дела Внешнего Контроля, создает осложнения в работе и всячески путается под ногами.

– Забудьте о нем. Новый командир прибудет на его место на следующей неделе. Вы получите лояльного человека и вам не придется жаловаться на неожиданные неприятности. Через неделю сможете действовать, как сочтете нужным без оглядки на излишне ретивых служак.

– Спасибо. Второй вопрос. По нашим данным кореляне отозвали часть своих инженеров из этого сектора. Множество программ по обмену опытом и совместной разработке ряда месторождений свернуты. Мои аналитики удивлены вашим запросом с требованием проанализировать данную ситуацию. ВК не видит необходимости концентрировать дополнительные ресурсы в этом направлении.

– Вам виднее. Если обезьяны уходят из сектора, мы легко займем освободившееся место. Присмотрите за ними, чтобы напоследок гадостей не устроили.

– Разумеется.

– Не забывайте. Я прикрываю вас, вы решаете мои проблемы. Занимаемое вами место – отличная гарантия качественной работы. Я не принимаю неудач, меня интересуют только положительные результаты. Положительные и достигнутые в срок.

Два час спустя, в другом кабинете.

– Ройт, чем порадуете?

– Модель закончена, ждем результатов переезда мишеней, чтобы привязаться к местности.

– Хорошо. Эту проблему вы должны закрыть за месяц.

– Можно вопрос?

– Разумеется.

– По документам у нас остался контакт на месте инцидента. Почему мой отдел не занимается данной проблемой? Насколько я понимаю, мы должны решать задачу комплексно.

– На планете территорию зачищает местный резидент. Пусть работает, отчет будет на днях. Вам надо сосредоточиться на поставленных задачах.

– Контрразведка флота?

– Они не в курсе, как и имперская полиция. Постарайтесь их не будоражить. Адмирал на днях уходит на покой, мы сможем работать без его противодействия.

– Я понял.

– Вот и отлично. И постарайтесь запомнить, Ройт. Если что-либо всплывет, вы позавидуете бывшему начальнику. Мы с вами в джунгли не поедем. Нас закопают по-тихому, без некролога. Идите, работайте.

* * *

– Чай, кофе?

– Спасибо, мы только что пообедали.

Шранг посадил девочку на безразмерный бежевый диван и положил рядом с ней два десятка флотских каталогов. Глянцевая бумага, многомерные фотографии кораблей, новых баз, зарево далеких звезд. Ларали с интересом занялась изучением красочных картинок, а спасатель подсел к громоздкому столу.

– Господин Айв-графф, я хочу подать рапорт.

Сухощавый господин в идеально сидящем костюме осторожно почесал переносицу и с грустью осведомился.

– Увольняешься?

– Нет, надеюсь поработать еще лет двадцать.

– Тогда о чем рапорт?

– Я подумал над вашим предложением и решил попросить перевод на базы Клайт-два. Давно обжитая планета, несколько больших космопортов, орбитальные базы. Крупный промышленный центр, высокая потребность в спасателях.

Чиновник обрадовался, быстро вывел на обзорные экраны документы.

– Отлично, Шранг, просто отлично. Я рад, что ты принял решение выбираться из захолустья. Думаю, через три-четыре года возникнет желание переехать сюда, в центр. Или возглавить департамент на Клайт-два.

– Спасибо, господин Айв-графф. Но я хочу перевестись на штатную позицию.

– Но ты потеряешь в деньгах.

– Немного. Зато смогу получить свободный график. Отдежурил – и все оставшееся время можно посвятить дочери.

Заместитель начальника спасательной службы сектора понимающие кивнул.

– Да, руководящие работники не располагают достаточным свободным временем. Но – не будем торопиться. Может, мы сможем придумать что-нибудь. Как-никак, ты отлично зарекомендовал себя на старом месте. Ни одной аварии с летальными исходами за все время службы.

– И десяток нареканий за разбитую технику.

– Разумеется. Хороший руководитель всегда старается сберечь доступные ресурсы. Но мы не должны забывать девиз службы: «Спасение человека – главная задача». Поэтому я могу только приветствовать усиление любой из команд на планете второго пояса. Зная ваш характер, я просто уверен, что вы быстро подберете хороших специалистов или воспитаете их из новичков.

Ухоженные руки порхнули над виртуальными кнопками и перед Шрангом засиял десяток вакансий с отметками о характере службы и особенностях корпоративных контрактов. Спасатель задумался на пару минут, потом показал на один из пунктов.

– Меня вполне устроит вот это.

– Отлично. Старший тревожной тройки. Я добавлю – с правом формирования команды. Стандартные подъемные для переезда и полная страховка для членов семьи. Уже знаете, где поселитесь?

– Да. Рядом с флотским Арланским колледжем. Мне рекомендовали местный женский факультет. Надеюсь, дочка получит там хорошее образование.

– Арланский? Интересно, кто был выпускником.

Через пару секунд список с комментариями возник над столом.

– Действительно, замечательное заведение. Пара вице-командоров, несколько адмиралов и множество героев флота. Второе место на планете и четырнадцатое в секторе.

Шранг показал на конец списка.

– И еще больше десятка специалистов в логистике, бизнесе и основателей собственных компаний. И все – женщины. Я звонил руководству факультета. Думаю, девочке там будет хорошо. Они принимают даже таких малышей и с ними работают прекрасно подготовленные специалисты. Ей должно понравиться. Тем более что большую часть времени мы будем проводить вместе.

– Я могу предложить свою рекомендацию. Не помешает?

– Буду признателен.

Перед уходом Айв-графф подарил девочке голографическую модель спасательного крейсера. Если нажать кнопку на подставке, крейсер открывал многочисленные шлюзы и вокруг него начинали роиться мошками разнообразные маленькие кораблики.

– Нравится?

– Да, дядя Шранг.

– Этот дяденька дарит такие подарки только важным господам, что заглядывают к нему в гости. Похоже, ты у меня очень важная персона.

– Просто я не мешала вам разговаривать. Сидела тихо-тихо, вот ему и понравилось.

Мужчина рассмеялся и ласково погладил девочку.

– Итак, завтра у нас поход в парк развлечений, потом мы заедем в детские ряды и посмотрим вещи в дорогу. Хороший чемодан, брюки и рубашки. К нашим будущим учителям лучше приходить красиво одетыми. А платья и наряды выберем через пару-тройку месяцев, когда волосы отрастут и ты определишься с прической. Согласна?

– Да. Только чемодан должен быть управляемый, с дистанционным пультом. Чтобы мог бежать за мной, как собака.

– Бежать за тобой? Хорошо, выберем бегающий чемодан. И поводок, чтобы не удрал за какой-нибудь ящерицей.

В деле № 443-Гаршем-внешний-23 появилась отметка о предстоящем переводе Объекта-1 на новое место работы. После получения отчета, аналитический отдел начал привязку плана операции к местности.

* * *

25 августа, Элегия-пять

– Слушай, компаньон, у нас проблемы.

– С какой стати? – молодой мужчина в рубашке безумной цветовой палитры взболтал остатки коктейля и допил одним долгим глотком. – Вот разберемся с мастерской, переберусь куда-нибудь похолоднее. Не думал, что придется сбегать с пляжей.

Мэйгуртис быстро приготовил себе еще выпивки и повернулся к мрачному крепышу в заляпанной чем-то майке.

– Выкладывай, что разнюхал.

– Идея не сработала. Видел бот старика и его самого на веранде. Сидит, хрыч, добычу разделывает.

– Волка?!

– Нет, черепаху. К ужину готовится.

Любитель разноцветных рубах задумался.

– Прокол. Мы же с тобой все сделали правильно. Приманку рядом с ботом сбросили. Зверя неглубоко скинули и проследили, как он выбрался на берег и в джунгли рванул. И старик в воде лазал далеко от бота. Не успевал удрать.

– Не успевал.

– Ладно, не скули. Придется сейчас подскочить туда и посмотреть на месте – что и как.

– А волк?

– Что – волк? Садиться не будем, оружие возьмем. Сканером сверху пройдемся, крупные объекты увидим. Мы – не старый пьянчуга. С нами не забалуешь. Но надо понять, что произошло на проклятом острове.

– Чей агрегат возьмем?

– Давай в гараже какой-нибудь из дежурных выберем. Вопросов не возникнет, и к нам привязать трудно будет. Прилетел патрульный бот и улетел. А кто там внутри – поди догадайся.

– Хорошо. Тогда через полчаса у гаража. Я за стволами.

– А я за коньяком. Надо будет дежурным глаза на время закрыть.

У двух лейтенантов технической поддержки была мечта. Замечательная мечта. Разросшийся рядом с военной базой городок насчитывал уже более семидесяти тысяч гражданских жителей. Бытовые службы, обеспечение бесперебойной работы космопорта, магазины, развлечения и многое другое. И почти у каждого был легкий летный транспорт, самый удобный для малоосвоенной планеты. Разнообразные боты, шлюпы, малые пинасы, грузовые пакеботы и тяжелые монстры типа «Гуливер-суборбитальный» грузоподъемностью до 150 тон. И все они нуждались в ремонте, профилактике, еженедельном уходе и позволяли получать деньги буквально из воздуха и каждый день. Всего лишь надо было использовать часть свободных мощностей гаражей ремонтной службы бригады. Городские компании давно не справлялись с объемом заказов, и существующий рынок следовало поделить к обоюдной выгоде.

Уже собрали деньги, с которыми можно идти к руководству. Уже нашлись желающие работать сверхурочно за часть прибыли. Даже определились с типографией, где лихо выпускали любые виды рекламы. И все уперлось в старого алкоголика, не желающего участвовать в предприятии. И не желающего освободить место более молодым и хватким.

– Ресурсы флота необходимо использовать только для нужд флота! Мы отвечаем за боеспособность вверенных нам частей!

Чтоб он подавился, пенек замшелый. Кто же из руководства согласится принять мзду и закрыть глаза на доходный бизнес, когда среди исполнителей нет согласия. Того и гляди, вызовут проверяющих, и прощай с трудом выслуженная пенсия.

Именно поэтому Алтаян и Мэйгуртис внимательно выслушали неприметного человека, зашедшего на днях на огонек. И с радостью согласились помочь офицеру ВК в решении деликатной проблемы к взаимной выгоде. Несчастный случай на рыбалке, и остатки упрямого старика похоронят в закрытом гробу. Высшее руководство пару раз слетает поохотиться на волков, и можно начинать зарабатывать легкие деньги.

Но не прошло и пары дней, как донельзя обеспокоенным лейтенантам пришлось лететь на стареньком патрульном боте на один из мелких островов, россыпью усеявших теплое море рядом с обжитым побережьем. Лететь, чтобы понять – почему их замечательный план с треском провалился.

Один из корелян приглушил звук на запищавшей глушилке.

– Стандартный сканер, без поддиапазонов поиска.

Напарник удрученно покачал мохнатой головой.

– Подумать только, и они называют нас безмозглыми обезьянами. А сами бездумно предсказуемы. Еще пару месяцев такой работы и я потеряю квалификацию.

Первый проверил настройки небольшого матового аппарата, лежащего на траве и аккуратно выглянул в просвет среди листьев.

– Зависли. На ста двадцати. Ссаживаем?

– Рано. Они опустятся ниже, оттуда ничего не видно. Местность просканировали, бояться им нечего. Как будут ниже сотни – начинаем. В этом боте хорошие кресла, они будут живы.

Кореляне внимательно смотрели, как бот медленно опускается вниз.

– Не вижу ничего. Даже трава не примята. Где старик садился?

– Придется опуститься еще ниже. До десятки спустимся и посмотрим. Солнце еще не село, хотя на поляне уже сумрачно.

– Сканер дает чисто в радиусе трехсот метров. Похоже, волка на острове нет.

– Неужели дед сумел его чем-то отпугнуть?

– Кто…

Двигатель взвизгнул и выключился. С панели затарахтел сиплый голос программы мониторинга:

– Сбой в системе управления. Сбой в системе…

Четыре лихорадочные руки заметались по консоли.

– Мы падаем!

– Почему встал двигатель?!

– Турбина в норме!

– Тяга была в норме!

– Черт, мы падаем, мы ПАДАЕМ!!!

– Автопуск не проходит!

– Прокл…

Человек, упавший со ста метров – погибнет. Человек, сидящий в противоперегрузочном кресле стандартного патрульного бота останется жив. Разве что переломает с десяток костей и заработает сотрясение мозга. Но может и отделаться легким испугом. Как повезет.

Лейтенантам не повезло.

Мэйгуртис с трудом разлепил залитые кровью глаза. В голове шумело, любимая цветная рубашка была испачкана кровью и рвотой. В горле саднило, и желудок порывался излить содержимое еще раз.

Послышался щелчок открываемого колпака и в кабину ворвался свежий воздух.

– О, спасатели. Ребята, а вы быстро. Сколько же мы провалялись?

Фигура в серебристом костюме выключила попискивающую рацию, отстегнула ремни и выдернула сначала одну засипевшую от боли фигуру, потом другую. Алтаян что-то бессвязно бормотал, не приходя окончательно в сознание. Тем временем лидер гаражного бизнеса смог привезти взболтанные мозги в порядок и вгляделся в спасителей.

Радом с ними стояли двое корелян.

– Черт, а я думал – это костюм, – с грустью констатировал залитый кровью человек.

– Нет. Это – не костюм. И ты – не в том положении, чтобы ждать спасателей. Поэтому, мы сейчас будем задавать вопросы, а ты – правдиво и подробно отвечать.

Ближайший из охотников на крупную добычу достал из маленького поясного кармашка ампульный пистолет и оскалился.

– Надеюсь, подарок наших докторов поможет тебе в этом нелегком труде. Приступим.

* * *

Неприметный человек с тоской смотрел на миниатюрную серую коробочку, лежащую на столе. С другой стороны безликой гостиничной мебели сидела его функциональная копия: неприметный господин среднего роста в малопонятной униформе без знаков различия. С двух метров не разобрать – то ли работяга из города, то ли служащий флота.

– Итак, господин офицер. Как вы только что услышали – у меня имеются показания двух балбесов, которых вы наняли чтобы убить офицера. И только чудом ваша авантюра не погубила весьма уважаемого человека.

Резидент ВК безысходно засопел. Свой пистолет он оставил на кровати, когда пошел умываться. А нежданный гость пистолет держал на коленях и мог пустить в ход в любой момент.

– Подведем итоги. Мы настоятельно рекомендуем оставить в покое Штольца. Еще одна подобная выходка – и материалы уйдут наверх. Поверьте, ни вы, ни ваш босс не отмоетесь. Так и доложите руководству.

– И на кого мне кивать? Контрразведка? Полицейский спецотдел?

– Какая разница? Достаточно признать факт – Штольц работает на другое ведомство. И за каплю его крови мы оторвем вам голову.

Человек с пистолетом положил аудиоблок в карман и спокойно пошел к дверям.

– А что мне делать с балбесами?

– Сходите на похороны, возложите цветы на добрую память. Ваши неудачники упали на аварийном боте с большой высоты и сгорели на островах. То, что от них осталось, сейчас спасатели выковыривают из обломков.

Гость обернулся.

– Как коллега – коллеге. Будете шалить и вы упадете. Мне бы очень этого не хотелось. Здесь по душам и поговорить не с кем…

Глава 4

27 августа. Клайт-два

Птичий щебет и огромные бабочки, порхавшие над яркими цветами, усыпавшими невысокие кусты. Ухоженная лужайка и растения, заботливо выращенные во внутреннем дворике. Распахнутые нараспашку широкие окна и восторженный взгляд маленькой девочки, стоявшей на балконе. Отвлечься на мгновение, чтобы поздороваться с уходящими на работу соседями и снова смотреть во все глаза. На сияющие радугой крылья, на сердитых птиц, скачущих по затянувшей верх двора сетке, и пытающихся клювом пробить себе дорогу вниз. На маленький фонтанчик, заполняющий чащу с незнакомыми рыбками, и веселый ручеек, бегущий по камушкам.

– Пчелка, твой чемодан опять удрал на кухню. Наверно, играет с солнечными зайчиками.

– Сейчас, дядя Шранг, я его верну! – и девочка быстро прибежала на кухню, где перламутрово-синий с оранжевой окантовкой чемодан пытался забодать ножку стола. – Правильно говорил продавец, что ты самый большой безобразник из всех! Ну-ка, пойдем! Пора вернуться на место.

Услышав голос хозяйки, лучший помощник путешественника бодро развернулся на маленьких колесиках и покатил следом за девочкой.

– Переодеваемся, моя хорошая. Пижаму вот в этот шкаф. Я только что принес из нашей прачечной твою отглаженную форму. Бабушка Клайм очень для нас постаралась. Надо не забыть захватить ей вкусных пирожных к чаю.

Ларали важно кивнула головой. Как они договорились – на этой неделе ей досталась роль распорядительного директора. Нужно запомнить все важные задания на день и не забыть проверить, как их.

– Ничего страшного, что мы въехали в нашу квартиру лишь поздно вечером. Вернемся из колледжа, познакомимся с соседями. И узнаем, кто ухаживает за этой красотой во дворе. Мне кажется, тебя с удовольствием позовут помогать. А пока – умываться, завтракать и на встречу с будущими учителями.

Через полчаса спасатель в отутюженном костюме и девочка в ладно сидящем темно-синем платье с жакетом уселись в миниатюрный электромобиль и выехали из домашнего гаража.

Шранг просмотрел несколько сотен вариантов съема квартиры и остановился на этом после длительного раздумья. Небольшой квартал, населенный преимущественно работниками различных технических подразделений. Стабильная коммуна, редко меняющая жителей. Любой новичок как на ладони. Стоящие блоками группы домов, со своими собственными коммунальными службами. Маленькая квартира, выходящая окнами во внутренний двор. Отлично налаженная служба охраны, пресекающая любые попытки незаконного проникновения. Возможность добраться до колледжа и космопорта по крупным городским магистралям, где сложно организовать неожиданное нападение. Взвесив все плюсы, Шранг не стал обращать внимание на достаточно высокую стоимость аренды. Тем более что через год проживания начинали действовать разнообразные скидки, существенно облегчающие финансовое бремя. Заранее созвонившись с собственниками квартала, спасатель предоставил рекомендации с места работы и получил вид на жительство.

Решив вопрос с крышей над головой, маленькая семья поехала определяться с будущим местом учебы.

– Добрый день. Мы приглашены на встречу с заместителем директора Арланского колледжа.

– Совершенно верно, господин Шранг. Заместитель директора ждет вас.

Тяжелые дубовые двери неслышно отворились. Вполне возможно, что настоящие дубовые двери, а не имитация под старину. Одно из лучших заведений планеты могло позволить себе тратить приличные деньги на поддержание имиджа.

Оробевшая девочка крепко держала спасателя за руку. Мало ли, как отнесется к ней будущая учительница.

Вошедших встретила сухопарая женщина неопределенно зрелого возраста с короткой прической. Деловой костюм серого цвета, тонкая золотая цепочка на накрахмаленной рубашке. Идеальный порядок в просторном кабинете и бесконечная череда дипломов на одной из стен.

– Прошу вас, присаживайтесь, – годами отработанный жест в сторону пары мягких стульев рядом с длинным полированным столом.

– Спасибо, госпожа Эйллер.

– Вы меня знаете? – заместитель директора позволила себе толику удивления.

– К сожалению, только заочно. Собирая рекомендательные письма я встретился с разными разумными существами. Получил наилучшие отзывы о вас и директоре колледжа.

– Существа? Интересно, кто бы мог меня рекомендовать с их стороны.

– Например, третейский комплекс орбитальной базы дальней разведки ТК-Посейдон-7. Вы читали ряд лекций для этой генерации автономных систем двадцать лет тому назад.

Женщина задумалась на секунду.

– Действительно. Военное право и проблемы поведенческих стереотипов в условиях войны.

– После вашего визита было прекращено вооруженное противостояние на базе и механизированные системы вернулись к штатному функционированию.

Госпожа Эйллер чуть улыбнулась.

– Отлично. Раз вы так хорошо знаете меня, то я с чистым сердцем признаюсь, что также собрала о вас немного информации. Тем более что эта милая девочка привезла с собой внушительный пакет рекомендаций. Как от вашего руководства, так и от моих многочисленных знакомых.

– Вы член попечительского совета и ваш голос считается решающим при принятии решения о зачислении в колледж.

Женщина выключила светившийся голографический экран с выведенным документами и доброжелательно улыбнулась к настороженно замершей девочке.

– Ларали, твой новый папа очень хочет, чтобы ты училась у нас. Но я бы хотела услышать твое мнение. Мнение достаточно взрослого человека, способного давать отчет своим желаниям и поступкам. Почему ты хочешь учиться у нас? Здесь очень сложная программа, зачастую дети не видят родителей неделями. В нашем городе есть еще несколько хороших школ, где маленькой девочке понравится намного больше.

Ларали осторожно потрогала растущий пушок на голове, потом смущенно сложила руки на коленях и тихо-тихо выдохнула:

– Потому что папе понравится, когда я стану лучшей ученицей на флоте.

Эйллер удивленно глянула на улыбнувшегося спасателя. Девочка заметила взгляд и решила пояснить.

– Моему папе, которому я поставила свечку в Полуденном храме. Он мне всегда говорил, что я должна буду хорошо учиться. Потому что у нас нет богатых бабушек и дедушек, готовых купить фабрику или планету. И мы должны заработать себе на жизнь честно. Вот и я хочу выучиться на инженера, как папа. Или на маму, чтобы у меня было много детишек и я знала, как их воспитывать. Или на шторм-координатора[5]… Я еще не решила, кем я буду. Наверное, я смогу поработать где нравится, а потом найти новое интересное место.

– Возможно. И всему этому ты хочешь научиться у нас?

– Да. Дядя Шранг показал мне несколько хороших школ. Рассказал о людях, которые их закончили. Мне понравилось ваша.

Заместитель директора кивнула и перевела взгляд на мужчину.

– У вас замечательная дочь. Мое руководство готово принять ее в группу, куда мы набираем малышей. Занятия начнутся через месяц. Весь сентябрь у младших учеников адаптация. Они собирают материалы для вступительной истории. Выбирают то, что им нравится, и изучают этот предмет. Потом, при общем знакомстве должны подробно рассказать о своей научной работе.

– Любой предмет? – заинтересовалась девочка.

– Да, любой.

– У нас красивый сад дома, с бабочками, цветами и рыбками. Можно рассказать про него?

– Разумеется. Но ты должна будешь узнать, как их зовут. Как их выращивают. И не бояться рассказать это другим детям.

– Я не боюсь. Я уже выходила в настоящий космос и совсем не боюсь рассказывать про рыбок.

Госпожа Эйллер со слабой печальной улыбкой всмотрелась в девочку и через пару мгновений задумчивости вернулась к беседе.

– Как я уже говорила, мое руководство готово зачислить девочку.

– Чем я не нравлюсь лично вам? – мужчина внимательно смотрел на уставшую от ежедневной рутины женщину.

– Меня беспокоит ваша профессия. У нас были прецеденты, когда дети становились сиротами, и мы пытались заменить им родителей.

– Именно поэтому мы с дочерью и выбрали Арланский колледж. Я подписал необходимые документы, и девочка не будет иметь финансовых проблем на ближайшее будущее. А если моя профессия выкинет фортель, то здесь Ларали получит новую семью, которая не бросит ее и даст возможность начать взрослую жизнь. Как ранее дали возможность десяткам будущих офицеров флота и просто хорошим людям. Нам не нужны патентованные преподаватели оторванных от жизни наук. Нам нужна семья. Требовательная, строгая и верная. Не бросающая своих дочерей на полпути.

Заместитель директора включила экран, сухими тонкими пальцами поколдовала над сенсорной панелью и достала из глубины стола микрочип.

– Как и вы, я навела справки. О вас и девочке. Эта личная беседа лишь подтвердила мое предварительное решение.

Женщина положила чип перед девочкой.

– Ларали. У тебя впереди месяц подготовки. Можешь заниматься по записанной здесь программе дома или приезжать сюда. Первые полгода тебя ждет пять дней занятий в неделю. Потом в дополнение к основной учебе у тебя будут недельные курсы, когда твой домашний сад будет скучать по тебе несколько дней подряд. Я надеюсь, тебе понравится в колледже. И ты действительно станешь красивой умной девушкой, которая выберет для себя дело по душе. Арланский колледж не оставляет своих детей сиротами, как бы не сложилась судьба.

Эйллер проводила посетителей до дверей и пожала руку сначала девочке, потом спасателю.

– Мы оформим документы завтра к вечеру. Необходимые координаты я записала, можете обращаться с любыми вопросами. Через пару недель загляните еще, мы будем проводить для вашей группы ознакомительную экскурсию по колледжу. Рада была познакомиться с вами…

* * *

– Итак, Ройт?

– Мы закончили разработку операции. Надо признать, спасатель выбрал оптимальное для защиты место. Закрытый район, подъезды находятся под контролем городских служб. Любая активность будет отслежена. Любой силовой инцидент привлечет внимание полиции.

– Но вы нашли прореху в его обороне, не так ли?

– Совершенно верно. На въезде в пригороды идет строительство. Вялотекущее строительство с крупной техникой. Группа силовых акций подготовила все необходимое. Строительный робот уронит на электромобиль контейнер со сваями. Сбой в программе, помноженный на изношенность оборудования. Никакая система безопасности не успеет среагировать.

– Заключение аналитиков?

– Дают стопроцентную гарантию.

Человек в кресле задумался.

– Наш резидент тоже давал высокую гарантию. В итоге мы вынуждены его законсервировать и проводить операции прикрытия… Когда собираетесь проводить акцию?

– В ближайшее время. Цели еще не успели привыкнуть ко всем особенностям окружающего ландшафта. Через пару дней активность на стройке может их насторожить. Происшедшее не вызовет излишнего интереса полиции.

– Хорошо. Заканчивай с этой проблемой, и я подключу всю группу к другой задаче. Свободен.

Доклад в отдел группы прикрытия внешних операций от службы мониторинга.

– Согласно последнему анализу по делу два-полста-дубликат выявлены признаки подготовки физической акции в отношении объекта и его сопровождения. Успешность атаки оценивается в восемьдесят пять процентов. Вероятность успеха продолжает расти.

Пометка старшего несущего запах:

– Оставить лишь удаленное наблюдение, не препятствовать проведению атаки. Обезопасить наблюдателей от возможной тотальной проверки после проведения противником акции. Ликвидация объекта и его сопровождения не наносит вред интересам государства. После гибели объекта дело перевести в архив.

Кореляне не страдали сентиментальностью. И предпочитали решать возможные проблемы чужими руками.

* * *

28 августа. Элегия-пять

Старый инженер недовольно пнул попавшуюся под ноги железяку. Штольц был совершенно не в духе и не скрывал этого. Три дня тому назад его хотели убить. И лишь надежно работающее прикрытие чужих спасло инженеру жизнь. Сутки после случившегося он заливался спиртным, потом боролся с кошмарами. Сегодня Штольц пришел на работу кристально трезвым и с огромным желанием свернуть кому-нибудь шею.

За полчаса старик распихал мелкие работы на попавшихся под руку техников и принялся за двигатели шатла, чей пилот умудрился протаранить причальные стойки при посадке. К обеду ремонт закончился, и корабль отправился на стенд мониторинга.

Покончив в своей каморке с нехитрым домашним обедом, инженер выбрался обратно в высокий ангар. Последний из техников махнул побыстрее рукой издалека и предусмотрительно испарился из вида. В отличие от старого мастера, молодые ребята предпочитали под любым предлогом покинуть расположение базы после полуденного зноя. Пляжи, молодые девушки, охота на дальних островах. Какой дурак будет сидеть среди железок в такую погоду? Вот придет сезон дождей и никого силой на улицу не выгонишь.

Мастер лишь покачал головой и отправился к другому стенду, где уже стояло четыре огромных бокса с пометками геологического оборудования. Открыв створки, Штольц с интересом осмотрел содержимое, потом достал планшет с сопроводительными документами и углубился в чтение.

– Идиоты! И как я буду списывать расходные материалы? Метеоритные повреждения, взрыв кислородного резервуара, химическая авария. Интересно, по какой статье я смогу провести легированные стали и чешуйчатые бронеплиты? Господи, какие идиоты…

В раскрытых боксах лежали двигатели различных малотоннажных космических кораблей со следами ожесточенных боев. Выжженные куски металла, поврежденная проводка, развороченные детали. Работы на пару недель.

Старик выпустил пару мелких паукообразных роботов для анализа повреждения и устроился рядом с ремонтным пультом подбирать необходимое оборудование. Мастер не боялся, что не сможет отремонтировать умершее железо. База позволяла восстановить тяжелую крейсерную группу после тотального разгрома. В достатке было и ресурсов и сложного технического оборудования. Штольца больше беспокоило, каким образом он сможет закопать использованные материалы в ворохе отчетов. Как-никак, земляне не воевали последние пять лет. А в пределах этой звездной системы – и того больше.

* * *

28 августа. Гаршем

– Мой мальчик! Рад видеть тебя во здравии!

– Господин адмирал.

– Полно, полно. К чему эта казенщина. Присаживайся.

Невысокий стройный красавец мужчина радушно пригласил за свой столик похожего на колобка молодого человека. Пара обращала на себя внимание разительностью контрастов: пожилой мужчина с профилем киноактера и тучный одутловатый молодой человек; заоблачно дорогой костюм безупречного покроя и мятая форменная рубашка с эмблемами тылового обеспечения; безукоризненность жестов и влажные вялые движения. За столом сидели руководитель департамента контрразведки и один из полевых агентов.

Господин Строкофф вальяжно раскинулся на удобном стуле и подождал, пока собеседник закончит выбор блюд. Глава агрессивно растущего и очень опасного ведомства с удовольствием разглядывал окружающий его мир. Первоначально дизайнера, предложившего оформить в свободном стиле столовую министерства, подняли на смех. Но после реализации проекта это место полюбили все работники без исключения. Небольшие фонтаны, пальмы, редко стоящие столики под пропускающим рассеянный солнечный свет стеклянным потолком. Скрытые в полу системы подавления любой шпионской аппаратуры. Большинство чиновников предпочитало обсуждать интересующих их сопутствующие вопросы именно здесь. Чем и пользовалась контрразведка. Именно это ведомство устанавливало системы контршпионажа и теперь активно писало все разговоры. Впрочем, господин директор никогда не жаловался на аппетит и давно привык жить под колпаком.

– Выбрал? Если задумался над десертом, то рекомендую крабовый торт. Это просто обворожительная фантазия нашего шеф-повара. Морепродуктов там ни капли, лишь одни взбитые сливки и фрукты. Но когда я впервые увидел этот шедевр, посчитал, что меня разыгрывают.

Молодой человек подозрительно взглянул на шефа, но вместо торта заказал лишь кофе. После чего достал из распахнувшегося микролифта тарелку супа и принялся за еду.

– Рад, что ты выкарабкался из последней передряги, Мойри. Врачи считали, что ты проваляешься в больнице дольше.

– Я старался, господин адмирал. Как ваша секретарша?

– Уволил. Так и не смогла выучить мою фамилию как следует.

– Печально. Видимо, вместо тренировки в произношении занималась другими делами.

– Да. Девочка не прошла до конца проверку. Теперь вместо нее бывший штаб-офицер. С отличными рекомендациями и прекрасной дикцией.

– Рад за вас, – Мойри закончил с первым и поменял блюда.

– Так вот, о врачах. Они не рекомендуют отправлять тебя в поле. Говорят, ты не до конца оправился. Я читал отчет о твоем здоровье и плакал.

Молодой оперативник поежился. Меньше всего ему хотелось, чтобы шеф плакал над его телом. Старик давно перестал прикидываться простачком – в министерстве не находилось больше идиотов, не принимающих его всерьез. А глупой шуткой над излишне древней фамилией легко можно было нажить себе непримиримого врага.

– Спасибо, господин адмирал. Я чувствую себя хорошо. Через пару недель смогу пройти тесты и вернуться к работе.

– Отлично. И чтобы ты восстановился как можно скорее и приятно провел время, я отправлю тебя на пляж. Отличное место. Солнце, до сезона дождей еще месяц. Девушки, острова, морской воздух.

– И что я должен буду искать там, в глубинах морей?

– Скорее всего – на побережье. Не забывая отдыхать, ты разберешься, почему наши заклятые друзья из Внешнего Контроля влезли в некую непонятную для меня историю. Тратят деньги, организуют аналитические группы и вообще, ведут себя крайне подозрительно.

– Когда раскопаю?

– Доложишь мне. Никакой самодеятельности. Тем более, если найдешь что-либо протухшее. Я буду рад щелкнуть этих задавак, пытающихся потеснить имперскую разведку и контрразведку с их завоеванных кровью позиций. Политический сыск должен знать свое место. Поэтому – заканчивай не спеша обед и в отдел обеспечения. Там ознакомишься с делом, получишь мелочь на дорожные расходы и вечером вылетишь с курьерским кораблем. Через сутки будешь на месте.

Молодой человек флегматично кивнул и отхлебнул прибывший кофе. За несколько лет службы под руководством старого манипулятора, Мойри привык действовать быстро, выполнять приказы и не боялся сунуть голову в очередную авантюру. Поэтому и считался одним из лучших оперативников.

Ласково потрепав подчиненного по плечу, господин адмирал отбыл в личный кабинет. Чтобы еще раз просмотреть запись разговора, сделать необходимые отметки в новом интересном деле и окунуться в водоворот насущных проблем.

* * *

28 августа. Орбитальная база на орбите Элегии-пять

Адмирал Киссил выключил мерцающие голубые экраны, встал и оправил парадный китель с планками наград. Сегодня старый адмирал навсегда покидал ставший привычным кабинет. Он обвел взглядом блестящий стол, лишившиеся любимых картин стены и направился к выходу. Вещи уже должны быть на шатле. Осталось лишь пройти на борт и отбыть в столицу. За официальной почетной отставкой и заслуженной пенсией. Оставив гигантское неспокойное хозяйство на только что прибывшего чиновника. Гражданского. Сменившего на этом посту уставшего от жизни боевого офицера.

Адмирал шел по слабо освещенному пустому коридору и вспоминал, как он прибыл сюда сразу после завершения войны. Тогда эта военная база пахла гарью после недавних ожесточенных боев. В некоторых коридорах еще лежали раненые, а ремонтники в первую очередь занимались орбитальными лазерными установками и надсаживались, ремонтируя шлюзы истребительных палуб. В те дни никто не верил в окончание беспощадных боев, и стремились любой ценой повысить обороноспособность разрушенных конструкций. Но дни шли за днями, хрупкий мир обрел черты стабильности и адмирал неожиданно ощутил свою ненужность. Год, другой – и превратившаяся в глухую провинцию звездная система стала тяготить боевого офицера, который вынужден был приспосабливаться к мирной жизни, решать бытовые вопросы растущего хозяйства и ощущать гнет прожитых лет.

И вот после долгих лет мирной службы, старый адмирал шагал к ожидающему его курьерскому шатлу, чтобы наведаться в генеральный штаб и повесить в шкаф форму с наградами, заслуженными в кровавых боях. Старый солдат, неинтересный вновь выстроенному миру интриг, предательства и продажи всего и всех.

– Господин адмирал, – ожил миниатюрный коммуникатор. – Шатл пристыкован ко второму центральному терминалу. Ваш багаж уже на борту. Счастливого полета!

– Конец связи, – автоматически ответил адмирал и нахмурился. До огромного ангара рядом со вторым терминалом нужно было пройти достаточно большое расстояние. И меньше всего сейчас старику хотелось встречаться с наводнившими станцию людьми, что будут глазеть на отправленную на покой рухлядь. К счастью, за все время пути мимо прошли всего пара незнакомых человек, не обративших на него никакого внимания.

Адмирал зашел в ангар, где во время войны ремонтировали суборбитальные штурмовики, сделал несколько шагов и замер.

Под ярко горящими вереницами плафонов на бронированном полу выстроились строгие ряды одетых в парадную форму людей. Мужчины и женщины, офицеры и солдаты. Все те, кто воевал под руководством бесстрашного адмирала или просто слышал про его доблесть и мужество. Глаз выхватывал замерших людей, усыпавших боковые ремонтные галереи, несколько ярко горящих экранов, транслирующих замерших в рубках боевых кораблей офицеров. Под высоким потолком гулко разнесся голос дежурного по базе:

– Равняйсь! Смирно! Равнение на адмирала Четвертого Имперского флота!

Руки взметнулись к вискам, отдавая честь уходящему на покой воину. Прощаясь с тем, кто проливал кровь вместе с остающимися. Кто не забыл главный девиз флота – своих не бросать. Никогда.

Адмирал медленно шел по направлению к ярко светящемуся открытому шлюзу. Ощущая, как уходит накопленная за годы тяжесть в душе, как разворачивается спина, возвращается осанка уверенного в себе человека, готового шагнуть в ад любой битвы… Шагнуть самому и повести за собой других. Да, там, в улетающем шатле он опять станет старым человеком, утомленным и мечтающим об отдыхе. Но сейчас замершие вокруг него люди видели своего адмирала. Запоминали его уверенную походку и высоко поднятую голову. Адмирала Киссила, что дрался вместе с ними плечом к плечу до последних дней войны.

У самого шлюза адмирал остановился и развернулся. Отдал честь провожавшим его и одними губами шепнул:

– Прощайте. Спасибо.

Спустя мгновение он скрылся в переходе. Зашумели закрываемые двери. Под крышей разнеслось:

– Вольно. Разойтись.

Удобно устроившийся в кресле господин с брезгливой миной на лице переключил монитор. Новый комендант базы только месяц тому назад закончил престижное учебное заведение и был очень расстроен выпавшим местом работы. Тем более что встречал его лишь прибывший неделей раньше секретарь. И провожать через пару-тройку лет соберутся от силы лишь несколько прихлебателей.

– Позеры, – буркнул комендант и вывел информацию о планетарных пляжах. Раз уж судьба забросила в это захолустье, следовало изучить все достопримечательности.

* * *

29 августа. Клайт-два, база спасателей

– Дядя Шранг, а куда прячутся спасатели, если произойдет большой взрыв?

– Прячутся? Боюсь, им будет некогда прятаться. Им надо будет спасать других. Иначе – какие они спасатели?

– Ну а если им не надо никого спасать? Или уже всех спасли? Куда тогда им прятаться?

– Ну, если спасатели одни, то им надо дождаться другую группу. Которая увезет их оттуда, где был большой взрыв. Пересидеть мы можем или тут – в капсуле, или тут – в жилом модуле. В каждом модуле на станции есть бокс со скафандрами. И если случится беда – ты успеешь переодеться на месте.

Девочка с интересом заглянула в выкрашенную оранжевой краской дверь.

– Но тут – пусто!

– Да. Потому что мы с тобой не на настоящей станции, а в учебном центре. И его заполнят всем необходимым через неделю. А пока пойдем, поищем господина Когута, моего начальника. Как ты помнишь, его помощник сказал искать его здесь, на утренней охоте.

– У него отпуск?

– Почему?

– Мой папа ходил на охоту, когда у него был отпуск.

– Нет, господин Когут счастливый начальник. Он может охотиться на своих подчиненных во время работы. Выследит какого-нибудь бездельника и отправляет на грязные работы.

Девочка задумалась на секунду.

– Хорошая охота. Лучше заставить мыть пол, чем убить и съесть.

– Согласен. Кстати, прошу господина распорядительного директора запомнить, что нам надо купить все по хозяйству. Маленький моющий бытовой робот-пылесос и швабра ему в помощь – нам совсем не помешают.

– Директор запомнил.

Из-за аккуратно сложенных ящиков выглянул огромный темнокожий мужчина, бритый налысо. Удивленно взглянув на девочку, он повернулся к Шрангу.

– Я не помню, чтобы давал разрешение на посещение школьниками спас-базы.

– Добрый день, господин Когут. Я – Шранг. Старший тревожной тройки. Мои документы должны были доставить еще позавчера.

Когут нахмурился, потом морщины исчезли, и он лучезарно улыбнулся. Похоже, командир спасателей отличался веселым нравом.

– Точно, вспомнил! Извините, я редко сижу в кабинете. А это кто?

– Моя дочь, Ларали. Я хотел согласовать сегодня график работы на следующую неделю. Официально я начинаю с понедельника. Надо будет подобрать напарников и начать тренировки.

– Завтра. Начинайте завтра.

– Я не успел обустроиться. И пока не устроил дочь.

– Берите ее с собой. Здесь мы найдем, чем ее занять. Чем быстрее вы подберете людей и начнете работу – тем лучше. У меня сейчас страшный некомплект. Недавно запустили новый порт на той стороне планеты и новая служба переманила лучших. Пока местное руководство подняло ставки, я лишился половины состава. Начинайте завтра, я сейчас же выплачу подъемные.

Темнокожий гигант неожиданно приложил палец к губам и на цыпочках бесшумно скользнул куда-то за вереницу стоящих грузовых роботов. Через мгновение оттуда послышались крики, и что-то загрохотало.

– Поймал, – удовлетворенно отметила девочка.

Вскоре к ним вернулся Когут, подталкивающий перед собой белобрысого невысокого паренька в ярко-зеленом камуфляжном комбинезоне.

– Вот, все бойцы на заданиях, а мне подбросили пятнадцать лоботрясов. Будущие астронавигаторы. Проходят обязательную практику по выживанию и спасению экипажа. Вместо того чтобы заниматься – предпочитают зарыться на складе и играть в бурзу или спать. И мне приходится лично отлавливать их.

Шранг улыбнулся, оглядев переминающегося с ноги на ногу астронавигатора.

– Звездное небо знаешь?

– Конечно.

– А легкий скафандр одеть сумеешь?

Парень надменно нахмурился. Спасатель ткнул пальцем в небольшой ящик, стоящий рядом с последним грузовым роботом.

– Вот спас-бокс. Такой же монтируют на навигационной палубе. Одень скафандр. Не на время. Я хочу посмотреть – останешься ли ты жив, если твой легкий корабль поймает астероид на маневре и начнет терять атмосферу.

Молодой человек настороженно посмотрел на стоящий мужчин, потом на девочку, подбежавшую и распахнувшую дверь широкого ящика. Наконец неуверенно достал переливающийся золотистыми бликами скафандр и стал с ним возиться.

Через пятнадцать минут пыхтящий астронавигатор вернулся к спасателям. Когут глянул на часы и улыбнулся. Шранг достал платок и промокнул вспотевшее лицо молодого человека.

– Это правильно, что ты не закрыл блистер шлема. В этой модели нет внешних микрофонов, ты бы нас не услышал. А вот почему не включил систему автономного обеспечения – не понимаю. Смотри, как взмок.

Ларали подошла поближе, критически осмотрела преющего будущего навигатора и заботливо застегнула боковое крепление.

– Если не застегивать страховочный пояс, можно потерять штаны. В космосе нельзя терять штаны. Никому. Замерзнешь. Даже я это знаю.

Лицо астронавигатора стало пунцовым. Шранг махнул рукой – раздевайся. Потом повернулся к начальнику.

– Считаете, есть смысл выйти завтра?

Когут кивнул.

– Разумеется. И давай – на ты. У нас отношения в коллективе без показухи и чинопочитания. Сегодня среда. За два дня ты просмотришь дела. В субботу вся группа утром соберется на разбор полетов – познакомишься с ребятами. Подъедут трое стажеров. Может, сможешь кого-то пригласить со стороны. Столовая в центре отличная, голодными не оставим. И на базе дочка у тебя точно скучать не будет.

– Отлично, босс. Тогда мы завтра к десяти приедем. Можешь собрать заодно этих будущих покойников, я буду подбирать команду и заодно чуть их помуштрую в классах.

– Ты слышал? – начальник отделения спасателей повернулся к парню, запутавшемуся в снимаемом скафандре. – Завтра в десять вся ваша команда должна быть в первом классе. Если кто-то вздумает заболеть или потеряться по дороге – я немедленно вышибу его обратно в школу навигаторов. И впишу в личное дело, что даже трехлетняя девочка знает больше о спасении собственной жизни, чем он.

– Я пятилетняя девочка.

– Ларали, чтобы догнать тебя, им не хватит и года. Боюсь, что сейчас они смогут состязаться лишь с трехлетним ребенком.

Девочка подошла к окончательно запутавшемуся молодому человеку, кивнула головой и нажала какую-то защелку на поясе. Раздался слабый щелчок, и скафандр мягко опал на пол.

– Да, дядя Когут. Им надо долго учиться.

Потом повернулась к окончательно смутившемуся астронавигатору.

– Ты не волнуйся. Я уже была в космосе и летала на настоящих военных кораблях. И в джунглях жила. Я думаю, ты тоже научишься. Правда-правда. Это не так трудно. Если хочешь, я тебе помогу. А ты меня научишь играть в бурзу.

Ларали развернулась и побежала к ожидавшему ее Шрангу.

– А на кого мы будем охотиться завтра, если всех посадим в классе? Это будет нечестно!

– Не волнуйся, Пчелка, мы что-нибудь придумаем.

Красный от стыда молодой человек посмотрел вслед уходящим и стал ожесточенно заталкивать несчастный скафандр обратно в ящик.

* * *

– Как ты думаешь, Ларали, какого цвета нам лучше подобрать робота?

– А он большой?

– Нет, роботы-уборщики обычно маленькие, похожие на чуть сдутый мяч. Наверно, с половину твоего очень самостоятельного чемодана.

Девочка посмотрела на проносящиеся мимо электрокара деревья и ответила:

– Пусть будет серебристый. Я видела такие большие серебристые машины в ремонтных боксах. Там были большие, а у нас будет маленький.

– Хорошо. Будет желание, сможешь его украсить голо-наклейками, или просто написать маркером имя.

– Только его придется держать отдельно от чемодана. Боюсь, они подерутся за место в комнате.

– Чемодану выделим место в кладовке. И отправим спать. Как медведя. В спячку.

Девочка засмеялась, представив себе спящий чемодан. Наверное, он будет во сне забавно шевелить колесами и причмокивать.

– Хорошо, малышка, что у нас в планах?

– Сначала заедем в кондитерскую. Надо захватить вкусных пирожных бабушке Клайм. Потом зайдем домой переодеться и узнать у соседей, где лучший магазин с тысячей разных мелочей.

– Молодец, правильно. Туда съездим за роботом, и домой, готовить ужин. Что ты будешь?

Электромобиль свернул с широкой автострады на съезд и покатил по дороге к пригородному району. Деревья уступили место небольшим домам и витринам магазинов. Следом за спасателем с автострады свернула ярко-красная спортивная модель с открытым верхом. Молодая девушка придерживала норовящую улететь шляпку и смеялась в ответ на шутки водителя.

– Стоун, хватит, я сейчас лопну!

– Нет, серьезно, их сняли с корабля пьяными и вызвали отца. Видимо, надеялись, что он образумит сына с невесткой. Но папашу привезло такси в таком же состоянии. И этот уважаемый господин постоянно падал со стула и все повторял: «А кого же я отправил на отдых? Моему сыну завтра сдавать экзамен! И куда вы подевали мою жену? Это она летела этим рейсом!». Еле их угомонили и отправили домой.

– Ой, не могу! А мы удивлялись, почему сынок ловил профессора рано утром и шептался с ним. Видимо, сумел договориться о пересдаче… Притормози, Стоун, сейчас поворот.

– Смотри, новички. Я их не видел раньше. Кто это?

– А, это папаша с дочкой. Бывший вояка, побрил бедняжку налысо. Поселились в доме над прачечной. Девчушка уже ходила в магазин за кормом для рыб. У них там чудесный сад и рыбный прудик во дворе. Даже…

Трехэтажный строительный робот скрипнул и выставил парные манипуляторы над дорогой. Мгновение спустя огромных размеров металлический контейнер сорвался и рухнул вниз, с лязгом сминая проезжающий под ним электромобиль. Лопнули стенки контейнера и вокруг закувыркались тяжеленные кованые балки. Одна из них рухнула прямо перед экстренно тормозящим спортивным автомобилем. Робот постоял секунду-другую – и обрушился вслед за контейнером, коверкая груду металла и кроша под своей тяжестью ограждающий стройку забор.

Молодая девушка стояла рядом с развалившимся контейнером, врубившимся в дорожное покрытие. Шляпка валялась в машине, ветер трепал светлые волосы. Девушка плакала, не слыша, как ее попутчик вызывает службу спасения.

Какой смысл от службы спасения, когда некого спасать?

Глава 5

29 августа. Клайт-два, пригороды Арлана

Коммуникатор пискнул и выдал серию похабщины. Женщина спросонья попыталась нашарить верещащий прибор и чертыхнулась.

– Когда ты сменишь эту гадость? Сколько раз просила, подбирай что-нибудь приличное для звонка. Скоро внуков заведешь, а все не наиграешься.

Исполосованный шрамами мужчина буркнул что-то неразборчиво и ткнул в верещащую коробку пальцем. Та замолкла на полминуты и заорала снова.

– И кто же это у нас такой настырный?

Тренированный мужчина, покачиваясь спросонья, прошел на веранду, прихватив с собой надрывающуюся коробочку.

– Кому не спится, чтоб тебя?

– Здравствуй, Руберт.

Мужчина остолбенел на пару секунд, потом лицо скривилось в оскале.

– Черт тебя дери, бродяга! А я думал – все, тебя закопали.

– Почти. Мне бы встретиться, потолковать по старой памяти.

– Где и когда?

– Я на Арлане, в пригородах. Скажи, куда подкатиться.

Руберт быстро что-то прикинул и выдохнул:

– Помнишь, я тебе рассказывал про кабачок, где меня повязали? Строение давно снесли, но адрес не изменился. Подъезжай туда, я встречу через десять минут.

– Отлично. Буду там почти одновременно с тобой. Если можешь – возьми кого потолковее, за мной могут повесить хвост.

– Пары десятков хватит?

– Что-ты, обойдемся двумя-тремя.

– Жду.

Мужчина выключил коммуникатор, потянулся и шагнул обратно в комнату.

– Детка, я на работу. Кредитка на кухне, постарайся не истратить все к вечеру. Меня не ищи, перезвоню сам.

И главный специалист по безопасности Синдиката отправился на встречу со старым другом.

* * *

– Это закрытая линия, Ройт?

– Да, господин полковник.

– Что стряслось, раз ты звонишь за полночь?

– Спасатели разобрали завалы. Объекты не повреждены.

Долгая тишина на линии.

– Не понял. Это как?

– Параноик купил где-то на черном рынке модель, собранную на основе бронекапсулы. После удара капсула треснула, но выдержала. Объекты не повреждены.

– И это ваши гарантированные сто процентов?!

– Никто не может просчитать психопата. Это невозможно, сэр.

– Да?! А нашу дальнейшую карьеру вы способны просчитать? Этот чертов солдат сейчас сорвется с катушек и помчится копать дерьмо, которое до сих пор мы так и не зарыли глубоко и надежно! И если вы не сумели его перехватить раньше, то не уверен в ваших дальнейших успехах!

– Мы разра…

– К черту ваши разработки! Поднимайте наших агентов, необходимо немедленно вычислить местонахождение объектов! Немедленно! Я выезжаю в офис, буду на месте через полчаса. Ищите их, ищите, Ройт!

– Понял, господин полковник.

– А идиотов аналитиков засадите за решение вопроса – откуда у нищего офицера нашлись финансы? Подобного рода машинки стоят очень прилично.

* * *

Четыре человека в черном страховали маленькую площадь на окраине курортного поселка, прикрывая Руберта, стоящего рядом с дорогим лимузином. Тихо гудя двигателем, на дороге из города показалось такси. Остановившись на краю площади, таксист опасливо высадил мужчину и маленькую девочку. Получив деньги, водитель развернул машину и скрылся в ночи.

Шранг спокойно пошел к одиноко стоящему мужчине. Бойцы прикрытия напряглись – спасатель не скрывая держал в правой руке тяжелый шпаллер, способный выстрелом разнести в клочья бронированную машину. За левую руку крепко держалась маленькая девочка с опухшим от слез лицом.

– Здравствуй, Руберт.

– Здравствуй, бродяга.

Экс-лейтенант повесил на пояс оружие и крепко поздоровался с человеком со шрамами на лице. Посмотрел вокруг и кивнул.

– Хорошие ребята, грамотно работают.

– Моя школа. Что стряслось?

– Мою дочку хотят убить. Я ради подстраховки взял у ребят с рынка усиленный «Карпо-микс». Думал – покатаюсь с месяц, потом верну.

– Хорошая игрушка. Бронекапсула, мощный каркас, системы регенерации. Движок слабоват, но зато, не заглянув под кожух, не различишь с обычным ширпотребом. Не каждое оружие такую машинку сковырнет.

– И сегодня на нас уронили несколько тон железа. Так приложили, что бронестекло растрескалось. Спасатели достали нас меньше часа тому назад.

– Да, кто-то тебя не любит.

– Не любит. Узнать бы – кто?

– Чем помочь?

– Мне бы залечь до утра, там определюсь – что делать дальше. И утром чистую линию – сделать ряд звонков.

Руберт открыл дверь лимузина.

– Поехали, у нас рядом хорошее место. Тихо, спокойно. Безопасно.

– Нас будут искать. Очень старательно.

– Пусть ищут. Синдикат хорошо умеет прятать. А я не собираюсь отдавать кому-либо человека, спасшего мне не раз жизнь на каторге. Поехали.

Машина не спеша развернулась, и покатила к выезду из поселка. Четыре человека в черном сели на подвижные байки и разделились – пара умчалась вперед, проверять дорогу. Другая пара пристроилась за машиной – страховать. Крупнейшая криминальная человеческая организация могла купить лучших бойцов для своей защиты.

* * *

30 августа. Клайт-два, Арлан

– Госпожа Эйллер?

На видеофоне заместителя директора Арланского колледжа появилось лицо уставшего человека.

– Доброе утро, господин Шранг. Как себя чувствуете?

– Спасибо, у нас все в порядке.

– Я видела утренние новости. Это чудо, что все обошлось.

– Да. Маленькое бронированное чудо позволит нам продолжить учебу у вас. К сожалению, мы подъедем только через месяц. Девочке надо отдохнуть после случившегося.

– Разумеется. Если необходимо, можете взять полугодовой или даже годовой отпуск. Малышка может начать учебу позже.

– Спасибо, госпожа Эйллер. Я пока подберу воспитателя, который подготовит ее к вступительным тестам.

– Нужна какая-либо помощь? У нас хорошие связи с бывшими выпускниками, можем выйти на любые службы.

– Нет необходимости, это всего лишь небольшой инцидент. Мы справимся сами. Спасибо за вашу заботу. Всех благ.

– Всех благ.

Видеофон погас. Женщина в строгом сером костюме бросила взгляд на открытый новостной канал и вздохнула. Пусть помогут тебе боги, спасатель. Тебе и маленькой девочке.

* * *

Старший несущий запах рассматривал застывших перед ним руководителей групп реагирования и аналитики. Вздыбленный мех наглядно демонстрировал, насколько руководство недовольно сложившийся ситуацией.

– Мы недооценили потенциального противника. Силы сопровождения располагают неучтенными ресурсами, эффективно прикрывают объект по делу два-полста-дубликат в пассивном режиме. Минимальный анализ ситуации дает неопределенность при развитии событий в активной фазе. Приказываю повысить приоритет данного дела до уровня актив-агрессия. Подготовить операции прикрытия на ремонтной базе. Готовьте перехват объектов при попытке покинуть Клайт-два. Я пока предоставлю доклад руководству о нештатной ситуации.

Подчиненные отсалютовали и вернулись на свои рабочие места, демонстрируя желание решить возникшую проблему со всем старанием.

* * *

– Дядя Шранг, а здесь тоже есть рыбки. Правда, они не такие.

– Да, Пчелка, ты сможешь здесь готовиться к урокам и изучать рыбок. Я тебя познакомлю с твоим воспитателем, он похож на настоящего медведя. Добродушного и вежливого. Будешь вместе с ним учиться по заданной в колледже программе. А я пока съезжу в строительную компанию, попрошу их навести порядок на стройке. Чтобы больше на нас ничего не падало.

– Ты надолго уедешь?

– На месяц, моя хорошая. В колледже я договорился, нас там подождут. Зато ты сможешь лучше подготовиться к своему докладу. Про рыбок. Или космос.

Ларали прижалась к Шрангу и затихла. Авария ее сильно напугала, и девочке совсем не хотелось расставаться со своим защитником.

У дверей осторожно кашлянули. Девочка обернулась и увидела мужчину, одетого в легкую майку и спортивные брюки. По габаритам он больше походил на противопехотного робота, с бугрящимися мышцами и тяжелой бронебойной челюстью. Вздохнув, девочка отпустила спасателя, слезла с его колен и подошла к застывшему боевику.

– Вы мой новый воспитатель?

– Воспитатель?… Да, можно так сказать. Я буду с тобой играть и смотреть за тобой.

– Хорошо, – девочка задумчиво разглядывала вереницу татуировок на руках мужчины. – А я знаю, на кого вы похожи.

– На кого? – насторожился тот.

– На десантника. Они такие же большие и любят себя украшать. Только у них картинки другие.

– Десантника? – громила удивленно посмотрел на руки, потом слабо улыбнулся. – Десантника. Надо же. Ну что же, я всегда мечтал летать в космосе. Пусть будет десантник.

Шранг подошел к мужчине и пожал ему руку.

– Руберт рекомендовал вас как лучшего специалиста по защите малышей.

– Да, я прикрывал детей капо пару лет. Сейчас больше в запасе, тренирую молодежь.

– Шранг, отец девочки.

– Томми. Просто Томми.

– Очень приятно. Я оставлю общую программу занятий для девочки. К сожалению, ей нельзя покидать пределы здания до моего возвращения.

– Ей тут понравится. У нас под крышей целый городок. Есть бассейн, детская площадка. Хорошая видеотека и новые компьютеры. К сожалению, детей нет, все уже разъехались.

– Хорошо. Я вернусь через месяц. В любом случае, я оставил Руберту необходимые указания на любое развитие событий.

Томми осторожно присел рядом с девочкой и постарался улыбнуться.

– Сейчас мы с тобой пойдем гулять и изучать наше королевство. Потом в детском уголке выберешь себе какую-нибудь игрушку. Многие дети любят спасть вместе с игрушками. А затем – завтракать.

– Хорошо, дядя Томми. Я завтракала, но совсем чуть-чуть. У меня почему-то пока нет аппетита.

– Погуляем, и аппетит появится.

– Только я не смогу скушать такую же порцию, как у вас. Я пока не десантник.

Боевик поднялся смеясь.

– Да, мою отбивную тебе не осилить. Но ничего, мы тебе положим поменьше. Хотя добавку попросить никогда не поздно… Господин Шранг, все будет в порядке.

– Я надеюсь на вас.

– Вот только с учебой. Я не очень хорошо умею преподавать школьные предметы.

– Со школьным заданием дочка справится сама. А если попросит, можете научить ее чему-нибудь интересному.

Томми с сомнением посмотрел на девочку.

– Вы думаете, ей будут интересны железки?

– Ларали росла на военной базе, оружие для нее не в диковинку. Если ей будет интересно, можете научить пользоваться легким комплектом для самозащиты и показать пару-другую приемов.

Громила успокоился и кивнул. Пара приемов для выживания и легкий импульсный пистолет исключительно для самозащиты. Почему бы нет? Этому он научит с легкостью.

Шранг после прощания с девочкой зашел к своему старому товарищу. Глава службы безопасности Синдиката как раз закончил утреннюю планерку и собирался в зал на тренировку.

– Ну, как тебе Томми?

– Впечатляет. Радует, что при всей своей подготовке он не озлобился к детям.

– Что ты, очень хороший парень. Поймал пару пуль в прошлом году, и мы вынуждены были его перевести с активного прикрытия в тыл. Здесь, в нашем закрытом имении от него не потребуется молниеносная реакция. И общение с девочкой позволит почувствовать себя снова при деле. Думаю, эти дни им обоим пойдут на пользу.

Спустившись в подвал, мужчины подошли к небольшому грузовику с эмблемой видеофонной компании.

– Дозвонился, куда хотел?

– Да. На работе получил месячный отпуск. Босс попросил лишь вернуться живым. Говорит – не дело спасателям гибнуть в авариях на городских улицах.

– Стоит покопаться во вчерашнем?

– Нет, бессмысленно. Все следы ведут туда, на ремонтную базу. Надо ехать и разбираться на месте. Я понадеялся, что, вывезя девочку, решу эту проблему. Как видишь – серьезно ошибся.

– Какое прикрытие необходимо?

– Твои люди доставят меня в пригород и этого достаточно. Дальше я пойду по своим каналам. То, что ты взял дочку к себе – самая большая помощь.

– Не волнуйся за нее. Даю слово, что с девочкой ничего не случится. Даже если ублюдки поставят город на уши, Синдикат прикроет ее.

– Спасибо, Руберт. Сам понимаешь, друзьям с флота я не могу ее оставить. Это просто сломает им жизнь. Они люди подневольные. Откажутся выполнять какой-нибудь паршивый приказ в отношении ребенка – и все, под трибунал.

– Поэтому я никогда и не рвался в армию. Не по мне, когда над тобой тысяча командиров, и каждый хочет поиметь тебя во благо своих ближних.

К грузовику подошел водитель и приоткрыл дверь в раскрашенном кузове.

– Удачи тебе, наемник. Я верю, что ты выкарабкаешься. После каторжных рудных заводов на Лунде ты не имеешь права умереть.

Мужчины обнялись, и Шранг легко поднялся в кузов. Захлопнулись двери, и через пару минут грузовик бодро выкатил на улицу. Вскоре он затерялся среди другого транспорта, спешащего в город.

* * *

Старый мастер устроился за столиком маленького кафе. Штольц любил вечерами заглядывать именно сюда. Домашняя свежая выпечка. Достаточно далеко от космопорта, чтобы у стойки толпились желающие принять стопку-другую перед долгой дорогой. Почти камерное заведение.

У столика остановился молодой мужчина в видавшем виды комбинезоне.

– Разрешите?

Штольц бросил взгляд на заставленный поднос, и вяло кивнул. Незнакомец устроился за широким столом и с удовольствием стал сгружать принесенные вкусности.

– Вы счастливый человек. В эти пирожные кладут слишком много местных ягод. У меня от них изжога. Каждый раз не могу удержаться, беру парочку. А потом вечером мучаюсь.

– Да? Не знаю, мне местная кухня пока нравится и вечерами не беспокоит.

Старик прожевал последний кусочек омлета и принялся за кофе.

– Как погода?

Незнакомец с невыразительным лицом улыбнулся и постучал пальцем по одному из карманов.

– Все тихо. Нас не слышат, и хвостов нет, я проверил.

– Замечательно. Рад, что вы согласились прийти.

– Это моя работа. Что-нибудь случилось?

– Я посмотрел последний контракт. Эта партия двигателей будет отремонтирована через три недели, до сезона дождей. Как раз до возвращения основных бездельников в боксы. Но я боюсь, что списать использованные материалы втихую не получится. Любая подобная заявка в будущем уже будет под колпаком безопасников.

– Мы работаем над этим. Скорее всего, к весне на орбите откроют центр переподготовки. Появятся битые машины, и мы легализуем необходимые материалы под этой вывеской.

– Возможно. Но я хочу завязать. Устал ждать, когда мне вышибут дверь и попросят с вещами на выход.

– Ваше право. Когда хотите уйти?

– Месяца через три. Закончу эту работу, подчищу хвосты. И на покой.

– Оплата на старый счет?

– Да, все как обычно. Кроме того, у меня на примете один грамотный парень из резерва орбитальной группировки. Вам лишь нужно помочь ему попасть сюда, в ремонтные блоки. Я одно время по мелочи менял у него начинку для полевых станций. Очень аккуратный и осторожный молодой человек.

– Хорошо. Дадите его координаты, мы посмотрим. Со своей стороны обещаем, что все время работы вы будете находиться под прикрытием. По возвращению домой – можем продлить контракт за небольшие деньги. Либо поможем оформить документы как бывшему агенту разведки. Таких пенсионеров предпочитают не беспокоить действующие спецслужбы.

– Я подумаю над вашим предложением. Надеюсь, что накопленных денег хватит оплатить подобную услугу.

– На это хватит половины вашего текущего контракта.

Штольц допил кофе и удовлетворенно кивнул.

– Договорились. Я вам перешлю данные на возможного сменщика с еженедельным отчетом. А вы мне – детали пенсионной страховки. Всего наилучшего.

Человек в комбинезоне лишь кивнул, с аппетитом поглощая очередное пирожное.

Старый мастер помахал рукой хозяину кафе у стойки, и не спеша вышел на улицу.

* * *

Шранг не стал менять внешность. В тех кварталах, куда он шел на встречу, не практиковали установку систем наблюдения. Полиция предпочитала здесь лишний раз не появляться. Местные могущественные кланы самостоятельно наводили порядок на улицах. Контрабандисты, торговцы запрещенным товаром, часть семей Синдиката – никто не любил поднимать шум и все старались держаться в рамках приличий. Парадокс – вы могли не бояться потерять кошелек или получить оплеуху от перепившего бузотера в самом опасном месте города. Если бы вы вздумали нарваться на неприятности – вам бы просто помогли исчезнуть навсегда с лица земли. Тихо и аккуратно.

Наемник свернул в узкий переулок и остановился перед перегородившим проход роботом. Двухметровая махина, не скрываясь, оскалилась в сторону выхода из переулка стволами пары тяжелых пулеметов.

– Добрый вечер, господин охранник. Мне назначена встреча с господином Майногой.

– Сканер справа от вас. Приложите руку, пожалуйста, – буркнула машина.

Шранг поднес ладонь к считывателю. Через секунду боевой робот качнулся влево, молча открывая проход. Мужчина не спеша прошел мимо, и стал спускаться по лесенке в подвал. Тридцать истертых ступенек и перед ним открылась старая пошарпанная бронеплита, служащая дверью в подземный мир.

У входа замер мальчишка, разряженный в кричащие люминесцентные одежды. Подозрительно окинув взглядом гостя, пацан приглашающе махнул рукой, и повел по слабо освещенным лабиринту между штабелями ящиков, колоннами, бетонными клетушками и вереницами закрытых и открытых дверей. Шранг признал, что без мерцающей в темноте одежды проводника легко можно было потерять в этом хаосе. Через полчаса блужданий маленький спутник открыл неприметную дверь и подождал, пока гость скроется за ней.

В комнате над низким потолком слабо горел миниатюрный плафон. Направленный свет вырывал из тьмы трех мужчин, замерших у широкого круглого стола. Наемник сел на единственный свободный стул и улыбнулся.

– Добрый вечер, Майнога. Добрый вечер, господа.

– Добрый вечер, каторжник. Несмотря на твои проблемы, ты пришел чистым. Удивительно, как ты сумел выпутаться, когда тебя уже ищут по всему городу.

– Очень старательно ищут?

– Очень. Серьезные люди подняли на уши всех, до кого смогли дотянуться. Тебя спасло лишь то, что это люди государства, а чиновников здесь не любят. Но к утру деньги сделают свое дело и тебе на хвост сядет свора желающих подзаработать.

– Значит, я должен решить свою проблему сейчас.

– В прошлый раз мы расстались не в дружеских отношениях.

– Да. Ты как раз подумывал, как бы мне перерезать глотку. Но вот чудо – воюющим понадобилось свежее мясо и меня с группой крепких ребят выдернули с каторги.

– Верно. Вы тогда лихо умотали в пасть к дьяволу. Я слышал, из всех каторжан в живых осталось лишь двое. Ты и еще один веселый доктор, что попал за решетку за излишнюю страсть к производству наркотиков.

– Может быть. Я не отслеживал судьбы коллег по штурмам. Состав менялся при каждой новой операции.

– Ладно. Прошлое – это прошлое. Зачем пришел?

– За кораблем. Маленьким хорошо вооруженным кораблем. Что-нибудь типа дальнобойной «Барракуды» из запасов глубинной разведки. Можно даже без официальных номеров. Через пару месяцев мне придется корабль сжечь на ближайшей звезде.

Мужчины переглянулись.

– Еще что?

– Хороший армейский рацион на пару месяцев. И новые надежные документы на мое имя. Чтобы выдержали проверку на планетах второго эшелона. Навещать столицу я не планирую.

– Неплохо. А блондинку в придачу, чтобы скрасить полет – не хочешь? За счет заведения?

– Спасибо, но это уже выше возможностей моего кредита.

– Кредита? – Майнога от души захохотал. – Какой кредит, каторжанин? Смотри.

И контрабандист выложил на стол тонкий лист коммуникатора.

– Мы выкупили данные о твоих счетах. За время войны ты получил несколько денежных поощрений. Потом почти ничего не тратил, пока служил спасателем. Плюс подъемные при переводе на новое место. Но вот беда, этих денег хватило лишь оплатить трехгодовой контракт на новое жилье. Плюс взнос на учебу девочке. И львиную часть ты потерял при оплате залога за разбитый «Карпо-микс». Ты пуст, бродяга. Если тебя сейчас прикопают на ближайшем пустыре, девочке через пару лет придется идти в сиротский приют. Ни у тебя, ни у нее за душой ничего нет.

– Совершенно верно. Всегда был высокого мнения о ваших возможностях по сбору информации.

– Итак, почему же тогда ты пришел ко мне? Я не подаю. Тем более доброму парню, оставившему ножевой шрам у меня на груди.

Шранг снова улыбнулся. Уверенно и без тени страха.

– Майнога. Ты серьезный человек. И очень нужен твоим друзьям. Тебя даже сумели выдернуть с каторги, где другие шустрые ребята отдали душу богу. У тебя отличные связи. Ты можешь достать любую информацию для нужд бизнеса. Точнее говоря – почти любую. Не так ли?

Контрабандист насупился.

– К чему клонишь?

– Помнишь, почему мы тогда так сильно повздорили? Если не боишься коллег, я могу открыть тайну.

– Можешь. Рядом со мной очень серьезные люди. У меня от них нет секретов.

– Транспорт. Утерянный транспорт такелажников. До бунта на Ханиле я наткнулся на него, когда заканчивал практику. И проверил его местоположение еще раз, после начала работы спасателем. Именно про этот самый транспорт ты так хотел узнать. Боялся, что я сдохну на каторге до того, как поделюсь тайной.

Один из сидящих за столом неторопливо побарабанил пальцами по столешнице и открыл рот.

– Это легенда. Легенда о спятивших такелажниках, решивших сорвать гигантский куш. И угнавших транспорт, набитый заводскими модулями для станций дальней разведки.

Шранг развел руками и кивнул:

– Легенда. Легенда о корабле, содержимое которого дорожает с каждым днем. После того, как кореляне разгромили совместный завод рядом с Коллапсом, у человечества нет необходимого количества навигационных и управленческих модулей. Новый завод обещают запустить лишь через пять лет. Если сейчас на рынок выбросить содержимое корабля – можно озолотиться. Частника сожрут при первых слухах о находке. А серьезная организация способна очень неплохо подняться на этом транспорте.

– И ты видел корабль?

– У меня были коды доступа. Я ходил по трюмам.

– И можешь рассказать байку о координатах?

– Почему – байку? У меня есть доказательство. Со второй поездки я приволок чип абстрактных расчетов. Он лежит в банковской ячейке. Получив чип вы проверите заводские маркеры, и убедитесь, что речь идет именно об этом грузе.

Второй молча сидящий человек повернулся к Майноге. Тот лишь покачал головой.

– Этот джентльмен учился на террориста. Он выдержит любые пытки. Мы лишь потеряем время. Кроме того, я склонен верить ему. Парень неплохо зарекомендовал себя на Лунде и дрался как проклятый во время военной компании. Вопрос лишь в окончательной цене.

– Как я уже сказал, мне не осилить этот груз. Я предлагаю его вам. По сходной цене.

– Твое последнее слово?

– Корабль с провиантом и оружием. Я должен быть уверен в этом корабле на все сто. Чистые документы. И сто тысяч. Из которых восемьдесят на имя моей дочери, чтобы ей не пришлось потом гнить в приюте. И двадцать – мне. На оперативные расходы.

Компаньон Майноги достал свой планшет и быстро произвел расчеты.

– Согласно таможенных отчетов, груз на борту потянет на пятнадцать-шестнадцать миллионов на черном рынке. Или больше. Подготовленная «Барракуда» или ее аналог потянут на полмиллиона. Документы и отмытые наличные – еще на две-три сотни. Со всем беспокойством мы потеряем не больше миллиона. Заманчиво.

– Я бы сначала попытался вытряхнуть с него информацию, – не согласился другой. Шранг тут же ответил:

– Тогда я попрошу половину названной суммы и расходы на лечение за ваш счет.

– Половину? За что?

– Я потеряю темп. Мне надо решить домашние проблемы в ближайшие дни.

Контрабандисты задумались. Через несколько минут Майнога поднялся.

– У меня есть запасной «Стилет-Дозор». Это посущественней «Барракуды», к тому же он полностью готов к любым акциям и можно вылетать хоть сейчас. Полугодовой запас армейских сублиматов на борту, отличное бортовое и легкое вооружение. Документы будут готовы за три часа. Давай данные о банковской ячейке и устраивайся отдыхать. Надеюсь, сейф оформлен на предъявителя?

– Разумеется.

– Тогда покажи нам образец товара, и мы совершим сделку. Хотя странно, что ты так дешево отдаешь самую большую удачу твоей жизни.

– Если мою дочь убьют, деньги мне не понадобятся. Мстить я могу и с теми крохами, что у меня есть.

* * *

Полный молодой человек отер обильную испарину и вдохнул влажный морской воздух. Садящееся солнце заливало жаркими лучами широкий пляж, на котором с трудом можно было найти свободное место. Похоже, большая часть горожан и военных предпочитали проводить послеобеденное время здесь, а не в душных ангарах базы или в пропеченных солнцем квартирах. Рядом с Мойри остановилась женщина в легком халате, слабо скрывающим соблазнительные формы.

– Если не ошибаюсь, вы новичок?

– Да, мадам. Приехал на лечение после аварии на спутнике. Шеф, скрипя зубами, подписал заключение врачей и на пару недель я могу забыть холод космоса.

– Две недели слишком мало для настоящего отдыха.

– Но достаточно для мимолетного романа.

Женщина засмеялась и протянула узкую загорелую ладонь.

– Интересная идея. Ситти.

– Мойри.

– Я живу рядом с вами. Меня считают ветреной девушкой, но я лишь предпочитаю отдыхать за счет командировочных. Если надумаете потратить время и деньги со мной – обращайтесь.

– А где предлагаете тратить?

– В городе и на дальних пляжах. Здесь у нас отдыхают только твердолобые упрямцы, которым лень отлететь на пару-тройку километров дальше. А если надумаете поохотиться – сведу с местными любителями стрельбы. На дальних островах еще можно найти волка.

Мойри почесал затылок и улыбнулся.

– Ну что же, Ситти. Предлагаю тогда завтра вечером отметить встречу и обсудить детали отдыха.

– Отлично. Я освобожусь к пяти и буду вас ждать вон в том кафе. Готовьтесь кутить, я люблю хорошо проводить время.

– Живем лишь раз, отпускные у меня пока есть, – беспечно пожал плечами оперативник.

– До завтра! – женщина махнула на прощанье рукой и побежала к веселой компании в центре пляжа, где ее уже с нетерпением звали.

Агент контрразведки проводил ее взглядом и снова взглянул на заходящее солнце. Элегия-пять, место расположения планетарного батальона технического обеспечения Четвертого Имперского флота. Эл-пять, как любили говорить местные. Можно заглянуть в кафе поужинать и пора сообщить руководству, что он прибыл на место и начал работу.

* * *

Майнога негромко постучал и вошел в комнату, где спасатель прилег отдохнуть пару часов назад. Шранг сел на кушетке и растер усталое лицо.

– Образец проверен. Мы подтверждаем сделку. Представитель Синдиката входит в долю и проследит, чтобы средства поступили на указанный тобой счет через час. Корабль готов, документы доставят к отлету. Твой шаг. Координаты и коды доступа на корабль.

Шранг кивнул и взял в руки планшет. Через пару минут вернул с цепочками цифр и знаков.

– До того, как отключите основную защиту, не вздумайте подходить на крупных кораблях. Только легкие боты не больше десяти тонн. Иначе система защиты перейдет в режим паранойи, и будет стрелять во все, что приблизится.

– Понятно. Пойдем, привяжем данные к нашей навигационной системе, и я помогу тебе собраться.

Глава 6

1 сентября. Гаршем

В центре наблюдения царило мрачное напряжение. Отчет за отчетом обрабатывались, и сухие выжимки отправлялись руководству.

– На данный момент объекты не найдены.

– Космопорты под контролем. Дана вводная на усиление террористической активности. Задействован параметрический поиск. При регистрации все пассажиры проверяются по генетической карте.

– Под особый контроль взяты все прибывающие на орбитальную станцию Элегия-пять. Проверяются транзитные пассажиры, командировочные с орбитальных группировок и астероидного пояса.

– Закончено удаление всех документов в рамках операции прикрытия в планетарном батальоне и на орбитальной базе.

– Последний неподтвержденный контакт выявлен в пригородах. Координаты… Прибывшей группе обнаружить объект не удалось.

Провинившийся Ройт сидел на самом краешке стула, готовый бежать и выполнять любой приказ начальства. Начальство с мрачным видом тем временем тасовало прорву отчетов на экране. Через какое-то время господин полковник вздохнул.

– Да, братец. Это мы сплоховали с самого начала. Надо было после первого же прокола выходить на юристов и начинать тяжбу. Крючкотворы закопали бы парня с девчонкой и обошлись в итоге дешевле, чем наша нынешняя лихорадочная деятельность. А вместо этого мы полезли на его поле. Начали партизанскую войну, для которой его готовили и натаскивали. Он сейчас как рыба в воде – будет искать, пытать, добираться до сути. А из нас боевики-экстремалы получаются никакие. И эти аналитические записки о «переходе объекта в глубокое подполье» – меня не успокаивают. Черта с два наемник будет сидеть тихо как мышка. Он понимает, что время работает против него и обязательно постарается добраться до цели любыми способами.

Ройт подумал – надо ли кивать головой на показательное самобичевание начальника и решил повременить с любыми проявлениями жизни. Так и остался сидеть истуканом.

– Ладно. Дело уже прошлое, отыграть назад не получится. Развернутая сеть может дать результат, а может и не дать. Поэтому – проработай данные по запасной группе на Элегии-пять и готовься к броску туда. Так или иначе – именно там наш бодрый мальчик даст о себе знать. А там или мы, или разведка свернет ему шею. Потом можно будет не спеша добыть девчонку.

– Дополнительные распоряжения будут?

– Зачем? Ничего, в сущности, не изменилось. Если мы не закроем проблему – закроют нас. Поэтому – выдвигайся, а я пока буду прикрывать нашу активность здесь от излишне любопытных носов.

* * *

Резидент корелян на Гаршем-Периферии закончил анализ собранной информации и перенацелил имеющиеся в наличии силы. Краткие приказы ушли получателям.

– Группе контроля – продолжить слежение за техническими терминалами портов на Клайт-два. Обращать внимание на группы мелких военных судов и различные курьерские службы.

– Группе захвата передислоцироваться на Арлан. В случае обнаружения объекта произвести силовой захват. При невозможности захвата – объект уничтожить.

– Работы по спасателю выделить в отдельное дело. Запросить штурмовую диверсионную группу для усиления резидентуры на Элегии-пять. Основную базу переместить с островов в окрестности ремонтной базы.

– Группе прикрытия подготовиться к возможному отражению атаки ВК. В силу утери данной службой контроля над ситуацией, их резиденты могут попытаться уничтожить Штольца лично.

– Ждать контакт спасателя со Штольцем. Как только встреча состоится – уничтожить спасателя.

Старший несущий запах проанализировал расстановку сил на ближайшие сутки и удовлетворенно кивнул. Человек проиграет. Одиночка может удачно сделать один ход, другой. Но в целом партия останется за организацией. Никто не может воевать с отлаженной боевой машиной.

* * *

Одутловатый молодой мужчина осторожно размешал шипящие таблетки в стакане с водой. Надо сказать спасибо медикам. Дополнительные биоблоки в печени спасают от сильного похмелья и позволяют быстрее разрушать всю ту дрянь, что он влил в себя вчера на грандиозной попойке. Смешливая Ситти оказалась права – кутить здесь умели с размахом. Мойри вывел на планшет вчерашний счет и задумался. В принципе, департамент не пострадает и от полугодового отпуска лучшего оперативного агента. Но как прикрыть подобные траты в глазах местных соглядатаев? Придется менять тактику. Мужчина набрал номер.

Экран видеофона показал перекошенную картинку – часть подушки и взлохмаченные волосы.

– Какого черта?

– Не поверишь, Ситти. Уже обед. И я проголодался после вчерашнего.

– Ох, не напоминай мне.

– Решила не ходить на работу? Ты же работаешь по субботам.

– Как только вчера в кафе подтянулись основные силы, я предусмотрительно послала шефу заявку на отгул. Тем более что вы потом с ним надирались за одним столом. Думаю, до понедельника меня никто не будет искать.

– Замечательные у вас тут правила.

Девушка лишь что-то буркнула в ответ.

– Послушай, я прочел вчерашний счет как балладу о нищем рыцаре. У меня есть предложение. Я смогу достойно поддержать твои запросы и наш обоюдный отдых. Но поить весь город мне не по карману.

– А подарки?

– Моя хорошая, достойный отдых включает в себя и подарки и прогулки на острова. Правда, если вы и на волков охотитесь с тем же размахом, то от охоты я воздержусь.

Ситти попыталась засмеяться, но тут же замолкла.

– Ты садист. Знаешь, как мне плохо и смешишь. Хорошо, охоту обсудим потом. А сейчас я хочу спать!

– Я не только садист. Я очень вредный садист. Вредный и настойчивый. Я знал, что времени у меня будет мало, и вытряхнул из орбитальных эскулапов препараты для таких тяжелых утренних часов. Мы не можем тратить мой скудный отпуск на дневной сон. Говори, как тебя найти и бодрый молодой человек тебя спасет.

– Надеюсь, мы не отравимся твоей химией. Дом напротив, с зеленой крышей. Квартира семь.

– Бегу. А после завтрака можно будет поискать небольшой кораблик.

– Ага. Вечером. Или завтра. Когда я соберусь с силами.

И девушка выключила видеофон.

Мойри улыбнулся и проверил данные, собранные запущенными в местные сети программами. Пробегая глазами итоговый отчет, удивленно поднял бровь. Надо же, кто-то на днях провел тотальную чистку, пытаясь убрать следы присутствия в городе нескольких групп людей. Интересно, надо будет в этом покопаться поподробнее. Оперативник сформировал дополнительные указания своим компьютерным агентам и стал собираться в гости. Образ простачка с орбиты следовало дополнить парой ярких штрихов. Хорошее прикрытие не помешает перед началом активных действий.

* * *

Шранг не стал парковать корабль в основных ангарах станции. Благо, «Стилет-Дозор» проектировали для различного рода тайных операций, и по внешнему виду дальнобойный разведчик не сильно отличался от разномастных шлюпов технической поддержки. Контрабандисты нанесли на обшивку кучу маловразумительной технической разметки, что-то перекрасили, что-то замазали. И начиненный смертоносной начинкой «Стилет» превратился в помятый жизнью рыдван, сотни которых болтаются в астероидном поясе или на задворках системы. В реальной жизни технический флот использовали для затыкания любой дыры в снабжении ближних и дальних станций. И предпочитали обслуживать подобные кораблики на смонтированных в удалении от станции коммуникационных фермах. Сюда Шранг и пристроил своего боевого коня, воткнув в один ряд с застывшими мелкими транспортами и парой кораблей связистов.

Передав на базу данные из новых документов, спасатель уведомил диспетчера о мелких поломках и отказался от доступа на базу. Двух-трехдневный ремонт, получение груза и путешествие назад, к одному из рудников. Сотни подобных кораблей каждую неделю. Пока различные службы трясут транзитных пассажиров базы, Шранг тем временем не спеша займется своими делами по близости. Не попадая под чужой любопытный взгляд.

Убедившись, что на станции он никому не интересен, спасатель вывел на обшивку два десятка мелких ремонтных роботов, заставив их изображать неспешную бессмысленную работу. При этом один из крабообразных механизмов посадил на коммуникационный блок, куда обычно стыковались местные ремонтные службы. Через пару минут с корабля был получен доступ к технической информационной сети базы.

– Давайте, ребята, посмотрим ваши потроха. Помнится, последний раз я копался тут два года тому назад, когда меня посадили на неделю отдыхать после авантюры с горящими доками. Такелажников и ремонтников мы тогда спасли, но пришлось разнести пару складов в клочья при помощи взрывчатки. Иначе просто не успевали. Вот я и отдувался неделю в каюте за излишнее самоуправство.

Шранг с интересом выстраивал на окружающих его голографических экранах мерцающие потоки данных. Различные хитроумные программы анализировали сообщения ремонтных модулей, обращались в архивную память стоящих на отдыхе роботов и собирали маркеры перемещенных грузов.

– Да, пару дыр в системе безопасности не закроют никогда. Как закончили войну с мартышками, так на профилактику и запрет несанкционированного доступа просто плюнули. Болваны. Разве так можно?

Тем временем раскинутая по технической сети паутина добралась до нужных адресов и начала перекачивать информацию. Деятельность роботов, маршруты их движения, ремонтные операции на базе за прошедшие два месяца. Ничего такого, что могло бы проходить под грифом «секретно». И золотое дно для человека, разбирающегося в ловле крупной рыбы по кругам на поверхности воды. Миллионы мелких операций, включая доставку того или иного чемодана для пассажиров, побывавших на станции. Правда, сами пассажиры были скрыты под уникальными персональными кодами и уж личные данные на них хранились за семью печатями. Но спасатель не волновался. Беда большинства орбитальных систем, что на поверхности эти же данные приходилось дублировать в ряде локальных систем: полицейское досье со штрафами за хулиганство отдыхающих, гостиницы и бары с выходом в кредитные массивы и тому подобное. Поэтому привязать неизвестных пока ему людей к собранным абстрактным уникальным кодам он легко сможет спустившись с орбиты. А пока Шранг приступил к анализу пополняемых данных за интересующие его пару дней.

– Ну что же, Пчелка. Как ты говорила, папа перед гибелью успел съездить на охоту. Где-то на островах нашли целый выводок волков и несколько важных человек поехали туда охотиться. И взяли с собой ряд офицеров с базы, включая Троста. Вот и посмотрим, что это была за поездка.

Мужчина перетасовал изображения на экране и задумчиво стал разглядывать несколько отчетов, собранных в центре.

– Забавно. В день охоты с орбиты на этот остров спустил три бота. Содержимое – продукты, деликатесы и спиртное. В то же самое время группа отдыхающих на четырех ботах прибыла на остров. Вопрос – зачем тащить еду из космоса, когда ее можно было взять на базе? Ладно, пойдем дальше.

Движением пальца к открытым отчетам добавился еще один.

– А после охоты обратно вернулись те же три орбитальных бота, забитых под завязку. Что нам расскажет сканер технического терминала? Он считал партию чего-то и кучу хлама после пикника. Что у нас тут? Битое стекло, бытовой мусор, отходы, пакет испорченного фарша, детали от сломанного байка. Всего – ровно один контейнер. И битком забитые три бота, которые приволокли на орбиту – что?

Шранг запустил несколько программ поиска соответствия. Через мгновение система вывела графики с указанием подобных грузов.

– Не понял, – протянул спасатель. – Мы вернули наверх геологическое оборудование. И за последние пару лет через базу прокачали приличный объем подобного рода грузов. Но ведь база не занимается ремонтом таких машин. Я хорошо помню, что эта обязанность возложена на орбитальные заводы, расквартированные у Элегии-семь. Забавно. Непонятные регулярные грузы, малозаметные в общем потоке. И часть из них перебросили под прикрытием охоты.

Спасатель аккуратно скомпоновал полученные данные и задумался.

– По крайней мере, я знаю мои дальнейшие шаги. Сначала заглянем в город, пошарим по местным закромам. А потом пройдемся по рем-базе. Тем более что маркеры показывают на один и тот же ремонтный бокс.

Закончив анализ, Шранг убрал робота с коммуникационного блока, и стал готовиться к посадке на планету.

* * *

Пожилой мужчина в дорогом халате сидел в глубоком кресле и потягивал вино, наслаждаясь тихо звучащей классической музыкой. В отличие от большинства людей в его организации, капо Сацци получил хорошее образование и любил послушать после тяжелого трудового дня хорошую музыку. Тем более что в остальное время приходилось заниматься куда менее приятными делами: рэкетом, войной за территории и даже убийствами. К сожалению, Семье Сацци противостояли такие же грубые и жадные противники, с которыми договариваться получалось только с позиций силы.

Сидящий напротив Руберт десять минут тому назад закончил доклад о проводимых операциях и ждал разрешения отправиться по своим делам. Но капо медлил. Налил себе еще вина и внимательно посмотрел на главу службы безопасности.

– Ты не упомянул об операции прикрытия наемника, которого сейчас ищут по всему городу.

– Это мой друг. Частная операция.

– Согласен. Но я бы хотел знать – кто он. И почему его дочь сейчас живет в нашей Семье.

– Его зовут Шранг. Бывший военный. За бунт попал на каторгу, где мы провели вместе два года. Человек слова. Прикрывал мне спину долгое время. Я его должник.

– За его голову обещали большие деньги. Очень большие. Видимо, он сильно разозлил влиятельных людей. Может ли твоя помощь оказаться опасной для Семьи?

– Нет. Мы лишь укрываем его дочь. А сам Шранг исчез из города. О происходящем знают только мои люди, и информация не уйдет на сторону. Семья не помогает ему в решении личных проблем.

– Хорошо. Ты прекрасно работаешь, и мне нравится твой стиль. Раз ты считаешь, что твоя личная проблема не влияет на дела Семьи – так и будет. Единственное, постарайся обезопасить девочку от любых возможных инцидентов. Мне не нужны проблемы в будущем с твоим другом по каторге. И Семья будет в выигрыше, если приобретет расположение человека, который не забывает сделанного добра.

– Он вряд ли будет работать на Синдикат.

– И не надо. У нас полно легального бизнеса. Вплоть до того, что мы можем предложить ему хорошее место на орбите. Начальником службы спасения одной из наших компаний. И получим отличного профессионала, который будет страховать наших близких в путешествиях.

– Хорошо, я проверю еще раз, как обстоят дела с безопасностью девочки.

Капо кивнул головой и жестом отпустил Руберта. Настало время насладиться музыкой в одиночестве.

* * *

Штольц следил, как ловкие манипуляторы ремонтного робота приваривают одну из замененных бронеплит для кожуха двигателя. Пара минут – и место сварочного комплекта занял блок диагностики. Старик удовлетворенно кивнул. Желая побыстрее разделаться с последним контрактом, он не брал в рот ни капли спиртного, и теперь работа спорилась. Через полчаса закончит первый двигатель и займется вторым. Сегодня разберет и снимет все поврежденные детали, после чего задаст на ночь задачи автоматическим комплексам. Скорее всего, через пару дней и второй бокс можно будет опечатывать. Останутся пара раскуроченных железок, с которыми придется повозиться. Но в любом случае, он закончит работу раньше, чем наметил. Отправит ящики на орбиту и начнет собираться на покой. Куда-нибудь в глушь. В домик со своим яблоневым садом. Или маленькое бунгало на берегу ручья с форелью.

Старик придирчиво проверил качество сварочного шва и снова вернулся к мониторам, где выводилась информация об успешно завершаемых тестах. Хорошо, когда молодежь прожигает жизнь по выходным, тем спокойнее и безлюднее на базе. Можно не отвлекаясь работать.

* * *

– А зайцу будет больно? – девочка с грустью смотрела на пушистого игрушечного зайца, размерами чуть меньше ее самой. Зайца только что заботливо устроили отдыхать на маленьком кресле.

– Конечно. Поэтому я предлагаю не обижать зайца. Давай лучше попробуем на этом резиновом чучеле. Его специально привезли сюда, чтобы учить таких малышей, как ты.

Девочка подошла к резиновому истукану, стоящему столбом в центре зала.

– Прости, чучело. Но дядя Томми говорит, что тебе это даже нравится. А зайца мне очень жалко.

Мужчина аккуратно положил на свою огромную ладонь маленькую коробочку с парой кнопок по краям.

– Смотри. Вот из этой дырочки вылетит болевой луч. Нажимаем сюда – и стоящему перед тобой не поздоровится. А если коробку приложить к телу – то любой враг ляжет, и будет отдыхать пять минут. Или больше.

Ларали аккуратно взяла легкий шоковый разрядник и направила на чучело. Нажала кнопку и в резинового человека воткнулась сверкнувшая молния.

– Правильно. А теперь давай я тебе покажу забавные фокусы, как можно спрятать эту коробочку и достать незаметно. Сама понимаешь, вредные дяденьки не любят, когда на них направляют такие коробочки.

Меньше всего на свете Томми хотел отправиться на пенсию. За свою жизнь он научился только убивать или отдавать жизнь за людей, которых защищал. И с трудом поднявшийся с больничной койки после ранения боевик был счастлив общаться со своей новой подопечной. Кому он нужен, без молниеносной реакции и веры в свою неуязвимость? А здесь и сейчас он доказывал Семье свою необходимость, демонстрировал свой опыт и преданность. Именно поэтому громила терпеливо отвечал на любые вопросы любознательного ребенка и учил тому, что считал нужным.

Может ли пятилетняя девочка дать сдачи обученному убивать мужчине? Вряд ли. А если дать ей в руки малозаметное и надежное оружие? И научить им пользоваться? Тогда исход поединка становится неопределенным.

И Томми учил Ларали так, как когда-то учили его. Ведь если за девочкой придут, то это будут прекрасно обученные специалисты. С которыми тяжело справиться и взрослому человеку.

– Это очень забавная вещь. Большой батареи нет, сканеры на нее не реагируют. Не является оружием и поэтому даже полицейский не имеет права у тебя ее отобрать. Ну а если очень хочется, можно переделать во что-то безобидное. И приготовить сюрприз незнакомцу.

– А если я попаду сюда, что мне делать дальше? – девочка разрядила шокер в пах манекену, и тот согнулся, имитируя движения человека.

– Тогда мы с тобой должны сделать вот так…

* * *

– Послушайте, господин Когут! Я вовсе не пытаюсь оказать на вас давление, но мое руководство…

– Плевать я хотел на ваше руководство! Тем более что ко мне оно не обращалось и вряд ли сунется! – чернокожий гигант орал так, что дребезжали стекла в кабинете. Сидящий напротив него невысокий мужчина в модном костюме покрылся пятнами и пытался как-то уладить конфликт:

– Но мне, как инспектору, положено ответить на вопросы сверху, которые вызвал ваш последний отчет!

– Можете засунуть себе этот отчет в одно место и медитировать над ощущениями! Повторяю – по любым вопросам в отношении спас-службы обращайтесь к моему начальнику! А если еще раз меня вздумаете побеспокоить – я вас в ближайшей куче гравия закопаю! Чтобы следующий болван не отнимал мое драгоценное время!

– Но, позвольте, именно вы отправили в отпуск человека, который не проработал еще и дня! Это нарушение отчетности!

Когут замолк на секунду, потом выбрался из-за стола, схватил мужчину за шиворот, выдернул его из кресла и одним движением поднес к стене, где висел график дежурств спасателей.

– Ты, канцелярщина безмозглая, кому собираешься про отчетность рассказывать? Мне?! Сюда смотри, урод! Вот, вот сюда! Шесть недель отпуска! Любому спасателю! Любому, специально для тебя, тупорылого, повторяю! В любое время, хоть с момента подачи заявления о приеме на службу! И поэтому господин Шранг после перевода получил свой законный отпуск по личным обстоятельствам! Есть еще вопросы?

Висящий в паре сантиметров над полом господин что-то придушенно пискнул, и Когут удовлетворенно кивнул.

– А поэтому на любые вопросы о его местонахождении, причинах срочного отъезда и сроках возвращения я отвечать не буду. Только если сюда приедет старый знакомый – шеф местного отделения полиции. А не какой-то болван с мутными полномочиями. Понятно?

– Понятно, – просипел дрыгающий ногами субъект.

– Отлично. И если вам не нравится устав спас-службы, можете обращаться в законодательное собрание столицы, мы как раз находимся в его юрисдикции. Ну а теперь – не смею больше задерживать.

Когут открыл дверь, вышел на широкий пандус и пустил господина в модном костюме кувыркаться вниз, к выходу из ангара. Следом полетел чемоданчик.

Начальник отделения спас-службы обернулся на шорох за спиной. Из дверей класса торчало несколько голов с круглыми от удивления глазами.

– Что не так?

– Господин Когут, мы закончили главу об экстренной эвакуации.

– Отлично. Через пять минут проверю. Надеюсь, никого из вас не придется отправлять вон подобным способом.

Головы астронавигаторов испарились раньше, чем Когут успел вернуться к себе в кабинет.

– Надо же, отчет ему подавай о местонахождении спасателя. Жаль, пинка напоследок не отвесил. Быстрее бы выкатился с базы.

И, находясь в самом бодром расположении духа, гигант пошел проверять подготовку стажеров.

* * *

Офицер Внешнего Контроля паковал вещи. Комбинезон, пара легких костюмов, препараты для восстановления сил после серии прыжков на курьерском корабле. Ройт ненавидел подобного рода задания. Когда необходимо покидать обжитой кабинет и мчать, сломя голову, в очередную дыру, спасать чью-то карьеру. Проблема заключалась в том, что эта поездка должна была спасти и его карьеру тоже. Мечта занять место недальновидного начальника и уйти с позиции простого оперативника сыграла дурную шутку. Занятое место принесло с собой не только личный кабинет и хорошую прибавку к зарплате. Работа на новом месте могла закончится не позорной отставкой, а мастерски подстроенной катастрофой. После которой и хоронить будет нечего.

С каждым днем этой гонки Ройт все больше ненавидел проклятого спасателя, не желающего угомониться раз и навсегда. Это в разведку, полицию или военные структуры можно было попасть с улицы. Во Внешний Контроль брали только по рекомендации. Здесь ценили только личную преданность и отбирали людей, которые поднимались командой благодаря бесконечным интригам и так же командой обрушивались в бездну.

Служба, созданная при участии промышленников и политиков для контроля за набравшими во время войны силу военными, позволяла держать на привязи слишком рьяных служак. Подпитываемая мощными финансами, новая структура позволяла выстраивать карьеру многим отпрыскам уважаемых семейств. При этом молодым людям не приходилось рисковать жизнью на поле боя или при ликвидации технологических катастроф. Достаточно было получить место по протекции, подобрать штат и можно начинать клановую войну. Войну против соседей по департаменту, против военных, против многочисленных тайных служб и прочих любителей пустить кровь ближнему.

Император и его приближенные ничего не имели против. Вместо того, чтобы бороться с кодлой богатых тайных врагов, им дали возможность официально строить козни в рамках специальной организации. Под присмотром императора. Сначала во Внешний Контроль отправились самые шустрые, потом за набирающим престиж местом потянулись самые богатые. И последними в новую организацию добрались самые мудрые, решившие держать под контролем этот клубок змей.

Но как в любой тайной войне, кто-то должен был жертвовать собой, воплощая в жизнь чужие честолюбивые планы. И на место расходного материала находилось немало желающих. Высокая зарплата, отличная пенсия. Страх в глазах разного рода мелких чиновников, которых можно было прижать во время очередной проверки. И шанс вытащить свой лотерейный билет – добраться до уровня начальника отдела и попытаться поиграть в политику. Или предусмотрительно уйти на заслуженный отдых, передавая место очередному честолюбцу.

Ройт закрыл чемодан и скрипнул зубами. Да, это реальный шанс взобраться в пирамиде организации в заоблачную высь: к деньгам, поклонению и возможности обеспечить достойную жизнь себе и детям. И ради этого всего лишь надо домчать в вибрирующей скорлупе до захолустной планеты, найти там в джунглях озверевшего человека, и успеть нажать на курок раньше, чем он. После чего – зачистить оставшиеся хвосты и сдать дело в архив.

Как бы ни было, молодой человек не собирался проигрывать. Проигрыш в этом деле означал крест не только на карьере. Проигрыш обещал превратиться в могильный крест. Отступать было некуда.

Офицер еще раз проверил записанный на коммуникатор документы, подхватил чемодан и пошел к выходу из комнаты. Корабль уже ждал. Оружие он получит по прилете на место.

* * *

– Ситти, ты девушка строгих нравов. Я так же не ловелас какой-нибудь. Поэтому предлагаю согласовать наиболее удобное время для перевода наших дружеских отношений в более близкую сферу.

Девушка с усмешкой отпила вино из бокала и поплескала ногами в набегающей волне. Миниатюрный бот устроился в маленькой бухте. На крыле расположились разнообразные закуски и вереница разнокалиберных бутылок. Повешенный на хвост летательного аппарата микро-зуммер распугал всех насекомых в округе. Заходящее солнце пекло уже не так сильно, и вечер можно было считать удавшимся.

– И насколько далеко ты хочешь зайти в этих отношениях?

– Мы люди взрослые, друг друга понимаем. Мне по должности положен один отпуск в год, не больше. И я всего лишь хочу этот отпуск проводить вместе с человеком, у которого зануда со спутников не вызывает неприязнь.

Ситти рассмеялась.

– Я помню, как ты вчера танцевал на барной стойке. Не слишком смело для зануды?

– Ну, иногда так хочется отдохнуть от самого себя.

– Надеюсь, ты форсируешь события не из-за финансовой дыры в кармане, – девушка подмигнула и ловко прыгнула в очередную набегающую волну. Мойри не рискнул оконфузиться и предпочел зайти в воду без эффектных прыжков. Через десять минут наплескавшаяся пара вернулась к боту.

Мужчина повозился в сумке и достал оттуда маленькую коробочку, отделанную бархатом.

– Как я уже говорил, для двух человек свой отпуск я смогу обставить как следует. Но целый город отблагодарить мне не по карману.

Мойри открыл коробку, и лучи заходящего солнца заиграли на граненых камнях.

– Ты мне нравишься, Ситти. И я лишь хочу, чтобы эти дни со мной рядом была такая красивая девушка, как ты. Я помню, как выгляжу в зеркале и не претендую на какие-то глупости.

Девушка как зачарованная смотрела на играющее огнями ожерелье.

– Эй, парень! Я всего лишь девчонка с маленького городка на дальней планете! Я люблю повеселиться и с удовольствием провожу время с ребятами, способными оплатить хороший ужин. Но не более!

– А я всего лишь инженер с забытой всеми богами спутниковой группировки. И хочу провести эти две недели так, чтобы было что вспомнить потом холодными ночами. Я не зову тебя замуж и не прошу ждать меня весь год до следующего приезда. Я лишь предлагаю сегодня пойти на танцы в клуб и выбрать кавалером меня, а не какого-нибудь десантника с базы.

Девушка осторожно тронула пальцем один из камней и настороженно взглянула на Мойри.

– Взял в ломбарде на неделю?

– Вот еще. Это не алмазы, согласен. Но это астероидный пирит, долговечный минерал, который прекрасно подвергается огранке. Дом на эту вещь не купишь, но стоит она больше пары вечеров в дорогом ресторане. И это – мой подарок. Тебе.

Мойри умолчал, что в ожерелье вмонтирован маяк, а при подключении необходимой аппаратуры можно снимать удаленно разговоры в комнате, где находится украшение. Застегнув миниатюрный замочек, он подал девушке карманное зеркальце. Та попыталась разглядеть что-нибудь в маленьком отражении, потом засмеялась и чмокнула парня в нос.

– Не знаю, все ли у вас на спутниках такие дурные, но ты мне определенно нравишься. Не поверишь, мне вот уже два года никто не дарил подарков. Так, цветок-другой принесут и все. Я требую, просто требую немедленно вернуться в город. Сегодня наш выход в свет. И даю тебе слово, что сегодня все танцы – твои!

Мойри с ответной улыбкой помогал собирать разложенные деликатесы. Все же приятно, когда у тебя столь красивое прикрытие для основной работы.

* * *

– Спокойной ночи, дядя Томми!

– Спокойной ночи, Ларали. Если боишься, я включу дополнительный свет, кроме ночника.

– Нет, я не боюсь. И со мной мишка.

Девочка устроилась поудобнее на подушке и заботливо поправила одеяло на огромном плюшевом медведе, уложенном спать рядом с ней. Пушистому длинноухому зайцу вечером пообещали, что его возьмут завтра.

Томми тем временем закончил проверку сторожевых систем в коридоре и в стенах комнаты. После чего устроился в маленькой прихожей на широком диване. Рядом на столике предусмотрительный боевик положил пару тяжелых шпаллеров с запасными обоймами. Очередь в упор из такого оружия способна разорвать человека в бронежилете. Томми предпочитал всегда действовать наверняка.

Закрыв глаза, мужчина вслушался в еле слышное бормотание девочки:

– Дорогой папа, не волнуйся. У меня все хорошо. Я готовлюсь поступать в школу, учу разные умные предметы. Еще я играю и прошу прощения у резинового человека за то, что иногда ему попадает. А дядя Шранг скоро вернется. Вот только скажет строителям, что они болваны, и тут же вернется. Спокойной ночи, папа. Спокойной ночи, дядя Шранг.

* * *

2 сентября. Элегия-пять, космопорт

Воскресенье. Чуть больше двух часов ночи. Диспетчер космопорта краем глаза отмечает вереницу шатлов, заходящих с получасовым интервалом на посадку. Днем автопогрузчики растащат грузы, и в понедельник база продолжит работу на благо Четвертого флота. Диспетчер зевнул, чертыхнулся и вернулся к фильму, что смотрел на одном из дисплеев.

Пошарпанный корабль поколебал воздух надсадным гулом моторов и аккуратно примерился к посадочному кругу в дальнем конце космопорта. Это людям не нравится добираться в такую даль. А механизмам все равно. Куда программа посадки направила – туда и сядут.

«Стилет-Дозор» осел на выпущенные лапы и вывел двигатели на режим гашения. Минута, другая – и на поле вернулась тишина. Через полчаса на другую точку опустится следующий шатл, а пока космодром вернулся к прерванной дреме.

Шранг пробежал глазами по мониторам и улыбнулся. Подделка документов вскроется через месяц, при очередной проверке. Пока обратят внимание на несоответствие в документах, пока раскачаются и начнут шевелиться. В любом случае – все проблемы надо решить быстрее, чем за две недели. А пока корабль под видом орбитального шатла будет стоять тут. Небольшой груз, который он аккуратно получил на орбитальной станции, уже выгружается вниз. Через несколько часов погрузчики уволокут ящики на склад, и ты не увидишь ни одной живой души. Нет необходимости прятать корабль в джунглях или пытаться пристроить его в какой-нибудь неглубокой лагуне. Все проще. Пусть стоит на виду. С официальными документами в ожидании груза. Который якобы прибудет через двадцать пять дней.

Спасатель потянулся и встал из компенсаторного кресла. Вещи и оружие уже собраны. Как и легкий скутер. Пропуск на выезд из дальнего терминала в кармане комбинезона. Через десять минут Шранг покинул космопорт. И еще через двадцать растворился в городе, чтобы спрятаться в старой норе рядом со складами, которую оборудовал по старой привычке еще два года тому назад.

Бывший каторжанин готовился к финишному броску. Узнать правду, разработать ответный удар и уничтожить противника. Только так. Кровь за кровь. Смерть за смерть.

Глава 7

2 сентября, Гаршем

– Мне рекомендовали вас как лучшего частного специалиста по антитеррористической деятельности.

– Лестное признание. Может быть – слишком громкое, но все равно – лестное.

– Здесь – гонорар за нашу встречу. Если вас устроит – я бы хотел задействовать вас в одной операции. В качестве консультанта. Возможно, ваши рекомендации не будут использоваться, но мне необходима оценка со стороны существующей позиции и возможных действий противника.

Лысый бледный мужчина взял в руки лежащий перед ним чек и с интересом рассмотрел вписанные цифры.

– Вас рекомендовал мой старый знакомый. Когда я вышел в отставку, то не мог себе позволить даже свежий кефир по утрам. А его одолевали молодые идиоты, начитавшиеся статей по экологии и мечтавшие уничтожить пару заводов. Заводов, дающих работу родителям бунтарей. К обоюдной выгоде мы решили эту проблему. И я с удивлением осознал, что борьба с террористами или просто недовольными бунтарями может приносить неплохие деньги.

Чек перекочевал в карман пиджака.

– Можете называть меня Смит. Я сменил фамилию, когда открыл свой новый бизнес. Такая фамилия фактически была визитной карточкой моей профессии в древности. Что вас беспокоит?

– Вы сталкивались со спятившими бывшими агентами?

– Постоянно. Из вышедших в запас больше половины имеют проблемы с психикой. Профессиональная деформация. Теории заговоров, невозможность движением пальца снова посылать кого-то на смерть. Отсутствие крупных финансов для решения тех или иных бытовых проблем.

– Вы можете вычислить и помочь перехватить подобного рода агента?

– Да. Методики подготовки не сильно изменились за прошедшие годы. Если у вас есть информация на цель, ее можно будет перехватить.

– Отлично. Вот документы. Прошу обратить внимание на гриф «Без разглашения».

Мужчина тихо засмеялся, обнажив мелкие ровные зубы.

– Давно я не сталкивался с действующими агентами. Вы же должны понимать, что заработанное мной имя уже является гарантией от подобного рода глупостей.

– Возможно. Но мы предпочитаем подстраховаться и убрать болтуна. Если такой объявится.

– Хорошо. Будем считать – я понял ваш намек. На что именно я должен обратить внимание при первичном анализе? Какие цели вы преследуете?

– Нас интересует, где оптимальная точка перехвата объекта. Когда. Его реакция на наше присутствие и попытки противодействия.

– Ну что же, минут через двадцать я вам отвечу.

Полковник не спеша выпил кофе и стал ждать, когда его собеседник закончит просматривать материалы.

– Здесь не указано, какими финансами он обладает.

– По нашим данным – небольшими.

– Тогда он сменит внешность, вплоть до имитации другого пола, документы и пойдет с транзитом. Кроме того, при любой попытке задержания возможен прорыв. Подготовлен он неплохо и может попытаться захватить любой спускаемый аппарат. Но конечная цель у него – база. Здесь не указано – что его туда влечет, и я не могу дать окончательный анализ. Но рваться он будет именно туда. Остальное – различные варианты действий на местности.

– Знаете, ваш вопрос натолкнул меня на мысль. Почему мы пользуемся только ограниченными вариантами? Выстраиваем картину на основании того, что нам известно лишь в данный момент. Вы сказали – финансы. Давайте сыграем от того, что он нашел или занял крупную сумму денег. Как тогда он начнет действовать?

– Я проходил подобную подготовку и потом одно время учил бойцов диверсионных групп. Его задача – планета. Если средства позволяют – он купит корабль. Небольшой скоростной корабль. Приземлится где-то на островах. Отличное место. Огромное количество бухт. Присыпать чуть песком и вода затруднит опознание места посадки. Минимальные средства камуфляжа прикроют от активного сканирования со спутника. До города час-два полета на легком боте. Всегда можно незаметно вернуться обратно и передислоцировать корабль в другое место.

– Что позволит его обнаружить?

– Если проводилось картографическая обработка поверхности – то повторные снимки и анализ дадут шанс найти его базу.

Полковник задумался, потом аккуратно забрал планшет.

– Господин Смит. Я лишний раз убеждаюсь, что для поимки узкопрофильного специалиста надо привлекать такого же мастера. Ваш наработанный стиль мышления позволяет получать результат быстрее, чем это сделают все наши аналитики.

Специалист по тайным операциям вежливо улыбнулся.

– Кроме того, господин Смит, я позволил себе навести справки о вашей деятельности в последние годы. Как мне удалось узнать, вы живете очень неплохо, но вот получить надежный источник доходов не удается. Я хочу вам предложить сорвать куш.

– Интересно. Что вы имеете в виду?

– Я предлагаю вам принять участие в охоте. В охоте на этого человека. У вас будут молодые руки и ноги, готовые бежать в указанную вами точку. У вас будут средства и возможность получить содействие местных властей. Мне необходимо, чтобы вы помогли найти и ликвидировать преступника.

– У вас есть полномочия для этой операции?

– Разумеется. И я хочу сделать вам официальное предложение. Дорисуйте к полученной вами сумме два ноля – и вы поймете, насколько мы ценим ваши услуги.

Мужчина задумался. Он смотрел рассеянно на декоративную пальму, стоящую рядом со столиком, и что-то прикидывал в уме.

– Подумайте. С этими деньгами вы можете закончить побираться по различного рода сомнительным компаниям. И продолжить жизнь в свое удовольствие, не стесняя себя в средствах.

– Я еще не закончил анализ данных и не выдал запрошенные вами рекомендации.

– Если вы согласитесь – то немедленно полетите курьерским кораблем на место будущей схватки. Перед вылетом закончите анализ и дадите первоначальные рекомендации по поиску. Там уже разворачивается группа захвата, но мне нужны вы. Я хочу подстраховаться. Кроме обычных мер поиска и анализа – задействовать вас. Человека, способного мыслить так же, как этот проклятый психопат.

– Я обдумал ваше предложение. Мои условия будут несколько жестче, чем вы предлагаете.

– Слушаю?

– Вы добавите еще пятьдесят процентов к названной вами сумме. Вы можете пользоваться моими услугами только месяц. Не более. Если мы не достигнем результата за этот срок – я все равно выхожу из игры. Вы выплатите всю сумму сейчас на указанный мной счет. И я укажу вас в качестве нанимателя моим коллегам, работающим на Синдикат. Если со мной что-то случится – к вам придут с вопросами.

Настала очередь задуматься полковнику. Но он просчитал возможные варианты быстрее.

– Давайте номер счета. Я организую перевод денег за десять минут. Вы как раз успеете сделать необходимые звонки. Договорились?

Бледный мужчина вместо ответа молча протянул руку.

* * *

2 сентября, Элегия-пять

Шранг с интересом рассматривал лежащий перед ним микроробот для шпионажа. Контрабандисты определенно готовились к разному развитию событий и нашинковали свой корабль всевозможными устройствами. Большую часть из которых не стали снимать с проданной спасателю модели. И теперь мужчина изучал, как далеко шагнула наука за эти годы.

Два подобных аппарата уже успели обойти указанные им точки и подключили выносные сканеры к локальным сетям городских служб. Третий робот дремал перед спасателем, снаряжающим механического многолапого краба различными смертоносными игрушками. Изредка Шранг бросал взгляд на пару небольших экранов, на которых мелькали сообщения от запущенных на локальном компьютере программ.

Сымитировав удаленную полицейскую мониторинговую станцию, компьютер аккуратно запросил личные данные на ряд уникальных идентификаторов и теперь сопоставлял полученные ответы с накопленной базой. Чуть позже отослал ряд дополнительных программ, выставив им необходимый приоритет. Закончив работу, система пискнула и вывела итоговый отчет.

– Ну и умница. Теперь я знаю, чьи личные дела постарались удалить из архивов орбитальной базы. Давай посмотрим – кого подчистили тут, в городе.

Шранг просмотрел записи и улыбнулся.

– Забавно. Сплошь работники ВК и лица, причастные к их активной деятельности. Похоже, ребята решили замести следы. Интересно, кому из них заплатили за операцию прикрытия с липовым геологическим оборудованием? Ладно, по крайней мере, большую часть из вас я теперь знаю в лицо.

Руки тронули сенсорную клавиатуру.

– Теперь спрячем мои следы и проверим на всякий пожарный – не ищет ли кто-нибудь меня.

Компьютер помолчал с полминуты, потом вывел окно с рядами цифр.

– Как это – сходный поиск? Хочешь сказать, это не меня искали?

Спасатель с интересом занялся донастройкой поисковой программы. Через какое-то время он удовлетворенно откинулся на спинку стула.

– Надо же, а этот господин использует сходные методы поиска и обработки данных. Как бы не оказалось, что мы окончили одно и то же заведение. Только по голове ему били мало, плохо за собой прибрал. Давай посмотрим – куда ведут следы забывчивого господина.

Через полчаса возни Шранг сумел выделить из массы побочных запросов идентификатор заказчика и еще через десять минут привязал его к конкретному человеку.

– Вот что значит – плодотворно поработать ночью. Так, немного посплю и прогуляюсь в гости. Это будет полдень. При известной доле везения хозяин уйдет или обедать или на пляж. Смогу проверить, что он хранит в номере. Если не повезет – поболтаю с ним самим.

Спасатель завершил работу маскирующих программ и выключил компьютер.

* * *

Мойри прислушался к ощущениям и попытался понять, что его разбудило. Судя по отзывам организма, можно было поспать еще пару часов после ночной вечеринки. Никаких посторонних звуков и запахов в комнате. Часы и непритязательный браслет на руке – на месте. Значит, замаскированное оружие никто не пытался незаметно снять. Все же работники контрразведки предпочитали при залегендированной работе обходиться без огромного пистолета под подушкой. И все же, что могло разбудить?

Оперативник приоткрыл один глаз, сфокусировал картинку и нахмурился. Так и есть. Посторонний визитер в кресле явно лишний. Незнакомец помахал рукой и улыбнулся.

– Сожалею, что застал вас дома. Мне казалось, отдыхающие в это время уже вовсю развлекаются в городе.

Мойри открыл второй глаз и постарался вспомнить, не видел ли где раньше столь нахального типа. Резкие черты лица, глубокие морщины, спокойный взгляд. Нет, тренированная память не находила соответствий.

– И что бы сделали, найдя комнату пустой?

– Попытался бы понять – кто вы. На работников ВК не походите. Для имперской разведки город слишком мелкий. И работаете неплохо, с выдумкой. По всему – либо какой-то из центральных отделов полиции или контрразведка. Тем более что в последние годы нас готовить стали по сходным программам.

– Нас?

– Да. Группы антитеррор и пресечение враждебной активности.

Лежащий мужчина почесал за ухом и окончательно проснулся.

– Надо же. Можно сказать – коллега. И какими судьбами?

– По вашим следам. В следующий раз постарайтесь не оставлять таких явных зацепок в полицейском архиве. Вот – идентификатор, по которому я вас нашел. И могут найти другие. Я на всякий пожарный прибрал за вами.

– Какая забота, тронут. Чем придется расплачиваться?

Шранг лишь покачал головой.

– Разве что попрошу вас отправить отчет руководству по своим каналам.

Мойри сел на кровати, поудобнее пристроив под спину подушку. Заметив сочувственный взгляд, пожал плечами:

– Да, приходится отрабатывать хлеб в поте лица. Рестораны, ночные клубы, красивые девушки.

– Я много потерял. Надо было не за головорезами бегать по окраинам империи, а в шпионы записаться.

– Да, много потеряли. Но благодаря вашему визиту я кое-что понял. Похоже – вы именно то шило в заднице ВК, которое они теперь с таким остервенением ищут.

– Ищут? Я пока не заметил патрулей на улицах.

– Их департамент вбухал в поиски существенные деньги и старается вовсю. Вполне возможно, что на местности вы их просто опередили на пару дней. Но ребята наверстают.

– Возможно. Правда, при детальной проверке они сначала найдут вас. Тем более что вы им активно стараетесь в этом помочь. Специально подставляетесь?

Агент вздохнул.

– Нет. Не имею никакого желания очутиться на местном кладбище. Видимо, придется пересмотреть мою работу с местными архивами.

– В любом случае вам придется определиться завтра или послезавтра – с кем вы. Я собираюсь разворошить местное гнездо и задать ряд неприятных вопросов. Может быть, после моих бесед горячие головы возьмутся за оружие.

Мойри заинтересованно посмотрел на спокойно сидящего спасателя:

– Зря надеетесь. Я не буду вызывать сюда дивизию для наведения порядка. И прикрывать вам спину в случае перестрелки не стану.

– То есть – только общий контроль и доклад наверх?

– Совершенно верно. – Мойри сочувственно улыбнулся.

Шранг поднялся и пошел к выходу. У дверей обернулся.

– Меня устроит. Я покопаюсь в местном грязном белье и перезвоню вам, если что узнаю. Есть пара интересных зацепок. А сейчас должен откланяться.

– Будете выходить через переднюю дверь?

– Коллега, не надо принимать меня за болвана. Я уйду так же тихо и незаметно, как начал свой визит. Незачем показывать ваше фото во всех новостях с криками: «Ловите шпиона!»

Спасатель махнул на прощание рукой и неслышно вышел в коридор.

Мойри спустился с кровати, выглянул следом в пустой коридор и лишь покачал головой. Тщательно закрыв дверь, вернулся в комнату. Сон пропал, можно было завтракать и пытаться понять – где он прокололся.

* * *

3 сентября. Ремонтная база Четвертого флота на Элегии-пять

– Послушай, Штольц, с кем ты воюешь?

Старый мастер от неожиданности подскочил на крутящемся кресле рядом с пультом диагностики.

Утренние солнечные лучи уже раскрасили яркими красками ремонтную базу, запятнав светлыми бликами внутренности ангара. Два серых бокса стояли опечатанными на крае платформе, два других старик собирался закрыть.

Внизу, рядом с лесенкой на платформу, стоял Шранг. В камуфляжном комбинезоне, перетянутый ремнями для подвесного оборудования. Стоял и печально улыбался, глядя на рассердившегося старика.

– Чтоб тебя, лихорадка! Испугал меня до полусмерти. Что за глупости ты несешь?

– Я заглянул сегодня ночью на твое рабочее место. Ящики трогать не стал, не хотел нарушать твои милые замаскированные метки. Но зато с интересом полюбовался на логи выполненных работ у ремонтных роботов. Характерные движения. На которые так аккуратно ложатся данные со складских терминалов. Получается наглядная картинка.

Старик обреченно опустил руки на колени.

– Штольц, готов поспорить на ящик хорошего пива, что ты здесь ремонтировал двигатели для тяжелых истребителей или штурмовиков. И если мы посмотрим на два опечатанных бокса – там наверняка найдем оттестированное геологическое оборудование, способное тащить в бой или спасать из-под обстрела веселых ребят, нажимающих на гашетку. А в двух других боксах – поврежденные железки, за ремонт которых ты собираешься получить явно неплохие деньги. Я прав?

Старик молчал.

– Послушай, я тебя знаю, как появился на базе. Ты же нормальный мужик, зачем ты в это ввязался? Через пятнадцать минут планерка. Потом сюда придут молодые ребята, с мыслями об очередной проклятой рабочей неделе и желанием удрать побыстрее на пляж. Ты хочешь, чтобы я устроил для них шоу? После которого командир базы с треском вылетит на пенсию, а тебя отправят гнить в тюрьму? Зачем ты в это ввязался?

Штольц пожевал губами и еле слышно ответил.

– Мой отец еле сводил концы с концами на паршивую пенсию. Мой мастер, научивший меня всему, не дожил и до шестидесяти, отдав все силы и здоровье проклятому железу. И я не хочу повторить их путь. Не хочу.

– Ладно, твои игры с контрабандистами или еще кем – меня не интересуют. Пусть об этом болит голова у безопасников. Меня больше беспокоит другое, – спасатель не торопясь поднялся на платформу, и присел на ящик с инструментами. – Я хочу узнать другое. Скажи, почему ты помог убрать Троста?

– Ты это о чем? – удивился старик.

– Вспомни. Охота. Четыре бота уходят с базы. На одном важные чины, три других забиты фальшивыми грузами. С орбиты спускают три орбитальных бота с продуктами. На охоте ты делаешь замену, и груз уходит наверх. А остатки продуктов и настрелявшиеся вволю господа едут сюда, в город.

Штольц оскалился:

– Надо же, какой умный. И кто это тебе рассказал?

– Твои друзья.

– У меня нет друзей.

– Есть. Механизмы, роботы, системы погрузки. Все те милые железки, на ремонт которых ты отдал лучшие годы. Они и рассказали. Про маршруты, полученные грузы и маркеры людей, участвовавших в поездке. Но главное другое. Что произошло там, на охоте?

Старик задумался.

– Да ничего не было. Нашли кучу следов крупного волчьего выводка, но зверей обнаружить так и не удалось. Так умаялись за день беготни по джунглям, что даже не стали пировать на месте. Собрались и вернулись назад.

– И через пару дней после этого на Троста уронили штугер. Потому что отличный механик что-то увидел. Или заподозрил. Возможно, он не меньше меня удивился операции по перегрузке контейнеров из одного транспорта в другой.

– Не мог он ничего видеть! – взвился старый мастер. – Он как умотал с остальными за волками, так до вечера и не появлялся! Не держи меня за малолетнего придурка, грузы мы перебросили без лишних глаз. Ни Трост, ни кто-либо еще не появлялся рядом.

– То есть ты с подельниками прикрылся охотой и лихо провернул дельце. А потом кто-то решил, что моему другу лучше умереть.

Штольц еще больше сгорбился.

– Я не причастен к этому. И не думаю, что мои компаньоны замешаны.

– Тогда мы возвращаемся к первому вопросу – что случилось тогда, на охоте? Почему кто-то стал зачищать хвосты?

– Не знаю. Я всего лишь отремонтировал эти несчастные железки.

Спасатель поднялся и поправил ремни рюкзака.

– Возможно, что тебя и не поставили в известность. Но я очень хочу повидаться с твоими друзьями и задать им пару вопросов. Чтобы поставить точку в этой затянувшейся истории.

Старик устало буркнул в ответ:

– Они тебя найдут. Не волнуйся. Найдут.

– Конечно. Например – сейчас.

В стены ангара раскатисто ударил взрыв, замолотив мелкими осколками по железной стене.

Штольц удивленно глянул на спасателя.

– Наша встреча – лучшее место для перехвата. Поэтому я подстраховался. Чуть-чуть. И насыпал немного противопехотных мин рядом. Ведь тебя и груз должны прикрывать. Особенно – груз.

– Идиот! Зачем ты заминировал базу?! За это трибуналом не отделаешься!

Шранг рассмеялся.

– Старик, через полчаса у комбрига голова будет болеть о других проблемах, а не о паре взорвавшихся мин на территории базы.

За стеной громыхнуло еще раз, а потом ангар зашатался от целой серии взрывов, гремящих поблизости.

– Правило номер один. Наступающих надо остановить заградительным огнем. Заодно и разминируем окрестности.

В ответ на улыбку спасателя в углу полыхнуло, и кусок стены, в клубах дыма и пыли, рухнул внутрь. В проеме мелькнули серебристые фигуры. Шранг кувыркнулся через ограждение платформы, приземлился на корточки и прогрохотал в ответ выхваченным из-за спины тяжелым шпаллером. Из дыма донесся визг. Еще очередь по метнувшейся фигуре, и что-то сдетонировало в ответ. Взрывной волной разметало переднюю часть ангара. Старик умудрился вылететь с платформы и удачно миновал все торчащее рядом с платформой железо. Полет закончился на бетонном полу, удар о который выбил остатки воздуха из легких.

Спасатель быстроногой каракатицей оттащил Штольца в угол и всмотрелся ему в глаза. Взгляд мужчины был полон боли.

– Старик, как ты мог связаться с обезьянами? Как?

– Они платили. И у нас – мир.

– Ты старый дурак. За шашни с контрабандистами тебя ждала тюрьма или каторга. За корелян тебя просто шлепнут.

Шранг сменил обойму и скрылся за высокой станиной огромного станка. Мастер старался не шевелиться и судорожно пытался отдышаться. Пару мгновений спустя рядом с ним из дыма появилась серебристая фигура.

– Жив? – слабый кивок в ответ. – Хорошо. Мы возьмем его. Скажешь – парень спятил, устроил тут бардак. Пока на базе очнутся, мы успеем закончить дело и убрать свои следы.

И боевик метнулся следом за исчезнувшим спасателем.

Штольц попытался сесть и застонал. Похоже, ребра с правой стороны не вынесли жесткую посадку.

– Идиоты. Они его возьмут. Скорее, он вас возьмет за шкирку и отшлепает хорошенько. А потом сдерет шкуру и сделает коврик для ног. Черт, как больно…

* * *

Еще ночью Шранг подготовил несколько путей отхода. Резонно предполагая, что его попытаются перехватить во время или после беседы со стариком, он воспользовался богатым арсеналом и оставил множество неприятных сюрпризов для преследователей. Нырнув к дальней стене ангара, спасатель активировал одну из систем. Подвешенная под потолком коробка вцепилась в зал за спиной ультразвуковыми импульсами, выслеживая движущиеся объекты. Через пару мгновений между молчащими станками загремели взрывы. Несколько боевиков в ангаре, пытавшихся преследовать его, беспощадно уничтожались. Один успел сдать пару выстрелов, среагировав на активность сверху, но рухнул, нашпигованный свинцом. Беглец не скупился на взрывчатку и не жалел разлетающееся на куски оборудование.

Несколько направленных взрывов вышибли куски стены и разметали содержимое задней части ангара по траве. Следом за летящими осколками метнулась слабо видная в дыму фигура. Навстречу ей из леса заговорили автоматы. Всполохи рикошетов окрасили робота, суетливо запускающего на встречу джунглям вереницу мин. Еще пара мгновений и крабообразный механизм рванул в сторону, преследуемый двумя дымными следами микроракет. Громыхающие взрывы перекрыли стрекот пулемета, установленного на станине гибнущего робота. Мгновением позже серия разрывов накрыла группу корелян, страховавших проход к джунглям позади ангара. Не успела осесть земля, как спасатель уже скрылся среди посеченных осколками кустов. Через десяток секунд за ним следом из-за ангара устремилось трое преследователей – все, что осталось от диверсионной группы корелян, отправленной на перехват.

– Он взял левее, к ручью!

– Засек след!

– Отсекай справа, вторая группа будет через 4 минуты!

Пара выстрелов из-за дерева и шквал огня в ответ. Разделившиеся боевики пытались загнать дичь, не жалея боеприпасы. Одиночка быстро передвигался, не забывая сдерживать преследователей одиночными выстрелами. Еще мгновение и Шранг скатился в овраг, по дну которого журчал мелкий ручей. Парой мгновений спустя следом полетели гранаты.

Не успели упасть на землю вздыбленные комья земли, как овраг прочертили очереди автоматов. Секундой позже боевики замерли, пытаясь определить местонахождение жертвы.

– На сенсорах – пусто!

– Труба, левее двадцать. Сток ливневой канализации. Сброс «шмелей».

– У меня последняя пара.

– Все равно.

Две микроракеты крутнулись в воздухе, заложили кривые виражи и метнулись в разверзнутый зев трубы, из которой в ручей стекал тонкая струйка воды. Миг тишины и из черной дыры пахнуло жаром. Где-то в глубине заворчало, и овраг второй раз основательно тряхнуло.

Один из корелян остался у края оврага, страховать. Пара настороженно спустилась вниз, поводя раскаленными дулами автоматов вокруг.

– Пускай анализатор. Должны остаться следы белка и оружия.

Две фигуры с заляпанным мехом осторожно присели по сторонам от надсадно дымящей дыры и запустили туда микроаппарат, сверкнувший в набирающих силу солнечных лучах стрекозоподобными крылышками. Одновременно с этим кусок земли на другой стороне оврага шевельнулся и в сторону застывших фигур полетел маленький металлический шарик. Ярко-красный взрыв заглушил короткую очередь, срезавшую стоящего на страже боевика на краю оврага. В едком дыму из-под маскировочной накидки выбрался окровавленный спасатель, не поскупившийся еще на пару очередей в остатки боевиков рядом с трубой.

Кашляя, Шранг с трудом прошел десяток шагов по ручью и без сил опустился в неглубокую воду. Достал из бокового кармана коробку и пристроил ее на грудь. Медицинский блок тонко заверещал и стал подбирать необходимый комплекс препаратов для немедленного поддержания сил. Спасатель тем временем с трудом ощупал себя и усмехнулся.

– Проклятые обезьяны. Как же вы привыкли полагаться на свои механизмы, датчики, системы наведения. Потому и проиграли, что разучились зубами глотки рвать… Так, что там у нас? Тяжелых повреждений нет. Кровотечений крупных нет. Кости целы. Очень неплохо для человека, которого только что глушили гранатами… Ладно, стимуляторы получили, сейчас чуть звон в голове пройдет, и старый боевой конь помчится отсюда подальше. Пока не подоспела следующая партия любителей стрельбы.

Мужчина кряхтя поднялся, придерживая вцепившийся в грудь приборчик, поправил на обгорелом плече лохмотья комбинезона и заковылял вниз по ручью, постепенно ускоряя шаг. Через полминуты он уже перешел на рваный бег, набирая скорость. Стимуляторы позволят продержаться время, необходимое для достижения запасной базы, которая находилась чуть дальше в джунглях. А там уже никто не сможет его поймать.

Штольц сидел, привалившись к огромному монтажному стенду, придерживая саднящий правый бок. По морщинистому лицу скатилась пара слезинок, оставивших тонкие дорожки на усыпанном пылью лице.

– Проклятый спасатель. Нет, чтобы тебе сунуть свой нос через месяц-другой. Или лучше – приехал бы на следующий год. Я бы тогда потерялся на дальних окраинах. С новыми документами. С деньгами. Сидел бы на берегу ручья и ловил форель. Такую серебристую, юркую. А теперь… Я так был рад, когда ты забрал девочку и уехал отсюда…

Старик охнул и осторожно потянул из набедренного кармана маленький пистолет.

– Даже если мохнатые тебя и прихлопнули, мне от этого не легче. Вон какой тарарам подняли. Всю базу на уши поставили… Слышу, слышу как вы там надрываетесь. Сирены теперь орать будут до вечера, не иначе. Скоро комендатура прискачет. Начнут задавать вопросы. Потом их сменят ребята в костюмах. Потом придут доктора-вивисекторы, не умеющие улыбаться. А затем то, что останется от старика, закопают по-тихому. И никуда от этого не денешься. Вон, стоят четыре голубчика на стенде. Разок знающий человек глянет, и все, можно выносить приговор.

Штольц прислушался к приближающемуся звуку сирен и вздохнул.

– Жаль, а я так хотел поймать форель. Хотя бы одну.

В засыпанном пылью и окутанном дымом полуобвалившемся ангаре сухо щелкнул выстрел.

* * *

Офицер Внешнего Контроля трясущейся рукой влил в себя голубую жидкость и снова склонился над унитазом. Ройта всего полчаса назад выгрузили из курьерского корабля. Бесконечная серия прыжков перетряхнула все нутро. Предусмотрительно голодавший перед полетом мужчина теперь выливал из себя остатки желчи и пытался удержать хоть каплю лекарств. В голове звенело, но мир постепенно возвращался в привычные рамки.

На столе требовательно заверещал коммуникатор. Ройт с трудом поднялся и ткнул в кнопку.

– С прибытием.

– Спасибо, шеф.

– У тебя десять минут на возвращение в строй. Успеешь?

– Пятнадцать и буду в форме.

– Хорошо. Наш бодрый молодой человек отметился на базе. Пока непонятно, с кем он там сцепился, но выдержал полномасштабное столкновение и заляпал кровью всю округу. Прибывших солдат обстреляли из джунглей, и затем бойцы упражнялись в пальбе по деревьям около часа. Теперь усиленные стрелковые цепи прочесывают округу. Мне пришлось расконсервировать резидента, и он в качестве нашего представителя отправился на базу. Нам необходимо получать всю свежую информацию из первых рук.

Искаженный образ полковника на экране что-то отметил у себя на столе и снова обратил взгляд на застывшего подчиненного.

– Твоя задача – город. Пару людей оставишь на орбите, с остальными спустишься вниз. На заваруху на базе обращай минимум внимания. Главное – найти мерзавца, как только он объявится в городе. Твои полномочия подтверждены, можешь задействовать любые программы мониторинга. Привлекай людей, согласных работать за деньги. Но постарайся не пересекаться с военными, они обязательно начнут совать палки в колеса.

Ройт кивнул.

– И последнее. Я сумел нанять одного из бывших учителей этой диверсионной сволочи. Мужик головастый. Пользуйся его знаниями на полную катушку. Сейчас переброшу тебе его заметки, которые он успел сделать до вылета. Завтра утром курьерский корабль доставит его на орбитальную базу. Старику неплохо заплатили, не стесняйся использовать эту ходячую энциклопедию по максимуму. И не забывай, что ты сейчас старший. А у кого самые большие полномочия – тот и отдает приказы.

Экран потух, и офицер с сомнением посмотрел на полупустой стакан на краю стола. Похоже, разговор с руководством подействовал лучше лекарства. Можно было идти умываться и готовиться к спуску на планету.

* * *

– Добрый вечер. Я представляю капо Сацци. Капо хочет узнать, зачем вы попросили о встрече с представителями Семьи.

Очень серьезный человек аккуратно положил на стол перед молодым человеком в черном костюме голограмму.

– Насколько я понимаю, эта девочка находится у вас. По моей просьбе уже встретились со всеми серьезными людьми в городе. Но ни личные контакты, ни большие деньги не помогли нам получить необходимую информацию. Вместе с тем, мы проверили все возможные связи спасателя, что он успел завести за годы бурной молодости.

Молодой человек спокойно взглянул на фотографию и снова поднял глаза на собеседника.

– Я уверен, что девочка не покинула планету. И уверен, что сейчас ее защищают очень серьезные люди. Вполне возможно, что этим занимается ваша Семья. Либо другая семья, входящая в Синдикат. Как никак, спасатель несколько лет провел на каторге в окружении ваших людей.

Мужчина пригубил вино и улыбнулся.

– Я не прошу отдать мне девочку сейчас. Но я прошу дать мне координаты, куда я мог бы позвонить. Если ситуация изменится кардинально. Например, погибнет человек, которому вы что-то пообещали. В этом случае я хочу иметь возможность сделать серьезное предложение.

Молодой человек аккуратно поправил лацканы пиджака и слабо кивнул.

– Мы принимаем ваше предложение. Вы сможете воспользоваться тем же номером, по которому договаривались о встрече. Взаимовыгодные контакты на таком высоком уровне – это очень серьезно. Можете быть уверены, что Семья выслушает ваши новости и рассмотрит интересный для нее контракт.

Собеседники поклонились друг другу, и очень серьезный человек остался допивать вино в одиночестве. Какая прелесть – деловые встречи в дорогих ресторанах. Под маской благопристойности можно спрятать любую грязь.

* * *

– Доклад по делу два-полста-дубликат-выделенный. Штурмовая группа уничтожена. Группа прикрытия объект не обнаружила. Эвакуация базы на планете подготовлена. Информация о предыдущих операциях в человеческих архивах уничтожена. Ждем дальнейших указаний.

Старший несущий запах анализировал поступающую информацию и выбирал наиболее оптимальные варианты выхода из кризисной ситуации. Через несколько мгновений он сформировал новый список приказов.

– Эвакуировать базу. Расконсервировать пару резервных агентов из числа местного населения, сориентировать на возможные активные действия.

– Дубль-резиденту передать информацию о текущей активности спасателя офицерам ВК. В связи с провалом нашей оперативной группы, использовать данную организацию как основной инструмент уничтожения цели.

– Аналитикам оценить вероятность появления объекта в городе. Согласно первоначальной оценке ситуации спасатель должен уйти из джунглей. Только в городе он способен не опасаться прямых боевых действий с нашей стороны.

– Ликвидировать транзитные компании, начать операции прикрытия.

* * *

– Дядя Томми, я уже покормила рыбок. И закончила домашнее задание. Пойдем купаться. Ты вчера обещал научить меня сидеть глубоко в бассейне и играть в лягушек-невидимок!

– Обязательно. Ты будешь самым маленьким и ловким лягушонком в округе. Бери полотенце и пойдем.

Мужчина бросил взгляд на мониторы, показывающие пустые коридоры и шагнул вперед, придерживая тяжелый пистолет на бедре. Девочка важно шла следом за ним, держа под мышкой свернутое огромное махровое полотенце. Через несколько минут пара вышла в маленький зал, в центре которого сияло под разноцветными лампами зеркало воды.

Напарник Томми приветственно махнул рукой и занял позицию в углу. Последние пару дней Семья усилила безопасность, выстроив дополнительное кольцо безопасности внутри здания и усилив патрули снаружи поселка.

Томми улыбнулся девочке, отметив про себя маленький веер, висящий у нее на левой руке. Специалисты переделали шокер под безобидную безделушку, и девочка теперь привыкала носить смертоносную вещь всегда с собой.

– Ну, мой лягушонок. Давай посмотрим, насколько ты хорошо плаваешь…

Глава 8

3 сентября. Элегия-пять

Саперы закончили работу в полуразвалившемся ангаре и уступили место толпе экспертов, скрупулезно собирающим многочисленные следы недавно завершившейся битвы. Другая крупная группа работала поблизости в лесу, пытаясь найти что-либо в выжженном дотла овраге. В стороне хмуро переговаривались офицеры, примчавшиеся на звук громыхавших взрывов и успевшие ответить огнем на кратковременный обстрел из зеленых зарослей.

– Старика жалко. Хороший был мастер.

– Да, только Слим говорит, старик сам застрелился. Его не тронула ни одна из воюющих сторон.

– С чего бы старику стреляться?

– А ты стенд видел? В ремонтных боксах стоят двигатели со следами повреждений. Когда это в последнее время на базу привозили разбитую военную технику?

– Ага, да еще еще с эмблемами геологического управления.

– Вот и выходит, что Штольц не только орбитальные спутники чинил.

– Мутное дело. И со стрельбой этой непонятно. Пока мы тут толпились, нас можно было всех положить, парой залпов. А так лишь дурной Тротти заряд поймал.

– Это он все в атаку рвался. Вот ему бок и поджарили, чтобы не суетился.

– Так и зеленому новобранцу понятно, что боевики прикрывали эвакуацию. Вон, в овраге живого места не осталось. Как погрузку окончили, так все напалмом и залили на память.

– А может, подчищали чего. Рядом с ангаром тоже химикатами все залито. Явно следы заметали.

– Ничего, эксперты раскопают. Ангар спалить не сумели, а там взрывами все станки разворотило. Не думаю, что кто-то просто так технику громил, слишком профессионально все сделано.

– Что и странно. Кто-то профессионально закладывает вагон взрывчатки в ангаре вперемешку со шрапнелью. Кто-то профессионально отсекает нас огнем от точки эвакуации. Кто-то профессионально устраивает локальную полномасштабную войну под самым нашим носом. И потом так же профессионально исчезает. Посчитав нас не достойными внимания. Что будет, когда этот кто-то возьмется за нас всерьез?

Мужчины помолчали. Потом один из офицеров в перемазанной форме грустно вздохнул.

– Хорошо неделя начинается. Весело. Теперь – на усиление. В бесконечные патрули, бронежилеты по жаре таскать, никаких пляжей.

Собеседники засмеялись.

– Да, в сбруе не получится девочек кадрить. Если только из пролетающего на бреющем флайера комплименты рассыпать.

– И обещать, что ты всех спасешь, как только дождешься группу поддержки.

– О, а вот и Слим, наш всезнающий Слим.

К замолчавшей группе быстро подбежал высокий худой офицер с дальнобойным разрядником на плече.

– Так, парни, снимаемся. Комендатура берет на себя оцепление. Нас – в резерв. Сейчас подгонят транспорт, и вернемся на базу. Там уже готовят списки на патрулирование. Несколько ботов уже вовсю крутятся над джунглями, но пока все тихо.

– А что здесь?

– Непонятно. Похоже, контрабандисты умудрились с кем-то договориться наверху, и старик для этой веселой компании занимался ремонтом. Движки точно не наши.

– Старый дурак.

– Ну, если бы неизвестные боевики не устроили здесь дебош, ему бы все сошло с рук.

– И надолго это?

– Я тут порыскал, поразнюхивал. Похоже, мы влипли надолго. Базу закрывают пока. Все грузы остаются в порту, усиленные наряды на местах и в городе. Ждут контрразведку.

– Тогда все, отдых закончился. Эти живодеры с нас не слезут, пока последнюю каплю крови не сцедят.

– Не дрейфь, боевых офицеров никому не сжевать.

– Ну, кто боевой, а кто так, за выслугой лет затесался.

К собирающимся вместе офицерам лихо подкатила пара легких бронированных десантных машин. Из них высыпала группа хорошо вооруженных солдат под командой бравых старшин. Зазвучали команды, и бойцы комендатуры легкой рысью побежали занимать указанные места в оцеплении. Поучаствовавшие в утреннем столкновении офицеры не спеша грузились в освободившуюся технику. Начинался первый день длинной суматошной недели.

* * *

Мойри подошел к надрывающемуся видеофону и нажал кнопку ответа. На экране появилось встревоженное лицо подруги.

– Ты слышал? На базе произошел бой, взорвали ремонтный ангар. Попытались захватить в плен подоспевших на место офицеров!

– Я только что из ресторана, где завтракал. Действительно, слухи ходят странные.

– У меня все соседи полезли в закрома, достали, кто чем богат. Городской совет хочет провести мобилизацию в помощь армии. Будут патрулировать улицы и выставят пикеты на окраине города.

– Думаешь, так серьезно? По мне, кто-то из молодежи просто хотел разжиться ценными вещами на базе, да напоролись на патруль.

– Да? А эти взрывы? Гремело так, что слышали даже в поселке за дальним пляжем. Нет, думаю, там что-то явно посерьезнее глупой кражи.

Оперативник вздохнул.

– Может быть. Боюсь, если все в самом деле серьезно, меня могут отозвать раньше, чем закончится отпуск.

Девушка задумалась на секунду, но тут же задорно улыбнулась.

– Нет, сейчас нагонят толпу проверяющих и заставят всех приезжих ходить на допросы. Представляешь? Утром ты час общаешься с мерзкими людьми в штатском, потом пару-тройку часов рассказываешь про эти мучения в ближайшем кабачке, а затем весь вечер со мной. Космопорт закрыт. И я надеюсь, что это надолго.

Мойри улыбнулся.

– Ну, тогда я за нас спокоен.

– Конечно. И вместо запрещенных полетов на острова мы вынуждены будем найти себе развлечение в городе. Я подумаю, как нам скрасить время. Все, до вечера, а то тут целая очередь из желающих позвонить.

Ситти послала воздушный поцелуй и отключилась. Мужчина устроился на разобранной постели и вернулся к просмотру отчетов, полученных на коммуникатор из программ слежения.

Судя по всему, уже с полуночи кто-то задействовал на полную городские службы слежения, собирая информацию обо всех новичках, появившихся в городе и окрестностях. Часть систем пыталась найти вчерашнего утреннего визитера. Его цифровая модель отметилась в группе видео-мониторинга, полицейских сводках немедленного розыска и еще паре-десятков служб, отвечающих за благополучие города. Мойри лишь сочувственно вздохнул. Похоже, заваривший кашу прыткий мужчина вляпался в крупные неприятности.

Сам контрразведчик еще не мог похвастаться крупными успехами. Пока удалось лишь раскопать повышенный интерес высокопоставленных офицеров Внешнего Контроля к семье Троста. Включая их активность после странной смерти офицера и нынешний поиск спасателя. К сожалению, выяснить подробности сейчас будет намного сложнее. Особенно учитывая появившиеся патрули на улицах и желание горожан с оружием в руках пострелять по кому-нибудь в джунглях.

* * *

Шранг осторожно потрогал залитое восстанавливающей пеной плечо. Под блестящей янтарной корочкой неудержимо чесалось, но спасатель терпел. Еще пару часов и регенерирующая повязка растворится, замещаясь новой кожей на месте обожженной поверхности. Беспощадная война дала хороший толчок экстремальной и полевой медицине. После щедрых финансовых вливаний в науку, боевые подразделения получили отлично зарекомендовавшие себя на поле боя препараты и новые технологии, спасающие жизнь солдат. Теперь обнаженный спасатель залечивал внешние повреждения и щедро накачивал организм препаратами.

Шранг обследовал все закоулки города, как только устроился работать на Элегию-пять. Побывал в канализационной системе города, проверил несколько заброшенных складов на окраинах. Подкопив денег, обустроил пару конспиративных лежбищ в противоположных концах. Сегодня он отлеживался в одном из них.

На столе лежало разнообразное оборудование и оружие. В ящике у стены ждали своего часа комплекты новой одежды. Со стены тихо бубнила пластиковая коробка, мельтеша картинками местных новостей. Соскучившиеся по событиям операторы щедро демонстрировали череду уходящих в небо ботов и тяжелых шатлов, мелькающие над джунглями тени боевых машин, вооруженные патрули на улицах. И возбужденных горожан, увешанных оружием с ног до головы. В такой обстановке только самоубийца инопланетянин рискнул бы сунуться в город. Теперь даже кошка в полночь будет под прицелом недоброжелательных глаз, готовых отдать приказ нажать на курок.

Шранг поменял кассету с препаратами в медицинском блоке и лег на жесткую кровать. Полученная информация подтверждала первоначальную гипотезу. Трост поехал на охоту и был свидетелем какой-то оплошности корелян. Либо просто задумался над странной операцией переброски техники с одних грузовых ботов на другие. После чего стал задавать неосторожные вопросы или был замечен рядом с местом погрузки. И практичные обезьяны решили его убрать. Вместе с ребенком, которому отец мог что-то сболтнуть.

Схватка у ангара должна была поставить базу на уши. Все-таки он неплохо там пошумел. Не поскупился ни на взрывчатку, ни на трупы. И хотя у инопланетян наверняка была группа прикрытия, спасатель надеялся, что им не удалось замести все следы. В любом случае, необходимо было аккуратно убираться из города и выходить на связь с бывшим руководством. Доклад живого свидетеля мог дать полезную информацию следствию. А там, глядишь, удастся привязать контрабандные грузы к вполне реальным мохнатым лапам.

Мужчина закрыл глаза, собираясь поспать. Надо отдохнуть до завтрашнего утра. Завтра шумиха чуть утихнет, спадет общее напряжение. И Шранг наведается к молодому пухлому человеку, который любит понежиться в постели после тяжелых ночных трудов. Пусть враги думают, что это его контакт, пусть попытаются прижать хвост агенту контрразведки. Вполне возможно, что засоня оттянет на себя часть активных сил противника. Для одиночки даже один временно выбывший из игры вражеский солдат – серьезное подспорье.

Вскоре к бормотанию новостного канала добавилось тихое ровное дыхание. Бывший каторжник набирался сил перед следующим этапом схватки.

* * *

Резидент ВК закончил обед и раздумывал, где бы передохнуть перед очередным совещанием с командованием ремонтной базы. Громогласная потасовка, устроенная у одного из ремонтных ангаров, взбудоражила офицеров. Упитанный командир бригады вспомнил про свои погоны и доблестно раскручивал маховик поисковой машины. Господину комбригу совершенно не хотелось отчитываться с пустыми руками перед вышестоящим командованием. Тем более что в раскуроченном ангаре нашли незаконно ввезенную технику, и кому-то предстояло поплатиться за такую халатность как минимум погонами.

Мягко завибрировал коммуникатор. Резидент настороженно глянул на экран. Доклад руководству он уже сделал, и следующий сеанс назначили на вечер. Нежданный вызов мог сулить неприятности. На экране показалось знакомое лицо. Ничем не выделяющийся из толпы человек, убравший двух незадачливых идиотов несколько дней тому назад.

– Добрый день, коллега.

Резидент поморщился, но все же решил ответить.

– И вам. Добрый.

– Как я уже говорил, здесь даже поговорить не с кем.

– Поговорить о чем?

– О той потасовке, что сегодня утром разбудила весь город.

Резидент насторожился. Хотя, вряд ли представитель неизвестной службы стал бы в такое время говорить о рыбалке.

– Вы что-то выяснили?

– Да. Несмотря на все наши старания, ваш подопечный убрал нашего мастера.

– Старик застрелился сам.

– Важен результат. Рано утром Штольц был жив. А теперь он – мертв.

– О каком это подопечном вы говорите? – спохватился представитель ВК.

– Том самом, чье лицо забило все системы наблюдения в городе. О спасателе, за которым вы гоняетесь по всей округе.

– Предположим, мы действительного кого-то разыскиваем.

– Предположим, я что-то знаю.

Мужчина бросил взгляд вокруг, не подслушивает ли кто за соседними столиками, и осторожно осведомился:

– И что вы хотите за ваши знания?

– Мы потеряли ценные кадры. Мы хотим поквитаться. Что вы собираетесь делать, если найдете объект?

– Нам не нужны пленные.

– Тогда наши цели совпадают. Мои люди прочесали окрестности. В джунглях его нет. Ищите в городе.

– В городе его не видели.

– Но он там. Если мы вычислим его местоположение, я немедленно дам знать. И можете быть уверены – он не будет пытаться уйти на острова. Разве что попытается убраться из города на космодром.

Резидент задумался, потом кивнул.

– Отлично. Я скоординирую наши поиски. Звоните, если что-либо узнаете.

Экран коммуникатора погас. Чуть позже в развернутый в городе штаб ВК ушел краткий отчет о возможном местоположении беглеца.

* * *

С лучами заходящего солнца ажиотаж в городе немного спал. Отсутствие новых событий вернуло обывателей в привычное состояние расслабленности. О происшедшем напоминали лишь многочисленные стволы, прислоненные к барным стойкам рядом с воинственными хозяевами, да зудящие над окраинами города низко проходящие патрульные боты.

Ближе к ночи военные выпустили на улицы усиленные патрули и поставили пару легких бронемашин на площадях. Молодые водители сидели рядом с горячими железными коробками и балагурили с многочисленными гуляющими. Больше всех поднятая шумиха порадовала ребятишек, играющих весь день в бандитов и полицейских. Рассерженные матери с трудом загоняли расшалившихся малышей по домам.

В номере гостиницы над кипой отчетов засел Ройт. Офицер ВК с серьезными полномочиями бросал мрачные взгляды на многочисленные установленные экраны, которые выводили раз за разом бесполезные доклады. Многочисленные спутники обшаривали заливы на бесконечной веренице островов. Задействованные системы мониторинга пытались обнаружить возможное место посадки корабля спасателя. После доклада резидента город постарались взять под еще более плотный контроль. Вся информация о вновь прибывших была перепроверена не по одному разу. Полицейские системы отслеживали данные с каждой видеокамеры. Но нигде пока не найдено никаких следов беглеца.

Космопорт фактически закрыт. Грузовые рейсы заморожены до официального разрешения контрразведки. Узкий ручеек пассажиров досматривается под микроскопом, каждого перепроверяют по несколько раз. Служба безопасности успела перетряхнуть орбитальную базу и не нашла ничего криминального. Все операции с документами переведены в режим ожидания, запрещено удалять какую-либо информацию. На ремонтной базе вовсю корпят криминалисты, окруженные двойным кольцом военных. Высшие офицеры ждут первоначальное заключение о причинах инцидента.

Ройт спустился с кровати и начал спарринг с несуществующим противником. Ожесточенно нанес одну серию ударов, другую. Пах, печень, пропустить вправо от себя и добить по шее. Или еще лучше – завершающий по основанию черепа. Пленные сегодня не нужны. К сожалению, реальный противник пока затаился и никак не удается нащупать его местоположение. Две группы бойцов расположены рядом, наготове. Еще одна группа из местных любителей острых ощущений может присоединиться по первому звонку. Все готово к силовой акции. Нет лишь главного актера, ради которого собраны такие силы.

Закончив схватку, взмокший мужчина устало прошел в душ. Завтра с раннего утра на планету прибудут люди из контрразведки. Время уходит. Скоро станет намного сложнее решить существующую проблему. Но бездушные программы выводят одно и то же сообщение: «объект не обнаружен». И тянущееся как резина время медленно высасывает силы из копящего ярость офицера. «Объект пока не обнаружен».

* * *

4 сентября. Элегия-пять

В семь часов утра Ройта поднял зуммер видеофона. В слабом мерцающем мареве на офицера смотрел усталый лысый человек, с синюшным бледным лицом как у покойника.

– Доброе утро, господин офицер. Меня зовут мистер Смит.

– Доброе утро, мистер Смит. Меня предупреждали о вашем прилете.

– Я пока останусь здесь, на орбите. Возраст уже не тот, чтобы прыгать как ошалевшему между планетами. Медики хотят засунуть меня в свой бокс на часик-другой.

Ройт постарался не подать вида. Вот тебе и лучший специалист-террорист. Сам офицер пришел в себя после полета на курьерском корабле намного быстрее.

– Поправляйтесь. Но будьте на связи, мало ли что.

– Зацепки есть?

– Пока нет. Проверили все архивы, задействованы системы поиска. Объект не обнаружен. Хотя есть донесение, что он спрятался в городе, и будет пытаться прорваться к космодрому.

Оживший покойник почесал затылок.

– Вы используете полицейские системы мониторинга?

– Да.

– Приоритетные программы анализировали?

– Не понимаю, о чем вы?

Мужчина вздохнул.

– Вы прямо как дети. Если профессионал сумел пробраться в систему департамента полиции, он первым делом запускает специальную программу поиска. Поиска самого себя. С высоким приоритетом. Теперь любое обнаружение злоумышленника будет перехвачено его же программой. И другие аналитические подсистемы просто не получат каких-либо данных. Программа может заменить изображение, либо исказить его. Благодаря высокому приоритету программы-вредителя наш беглец сможет спокойно расхаживать по улицам, пока не столкнется с вами нос к носу.

– Я подключу наших специалистов и запрошу помощь полиции.

– Запросите. Если они не знают, как бороться с подобным, пусть просто поднимут свои архивы. О подобных инцидентах уже не раз сообщали по службам рассылки. Им достаточно лишь найти подобные документы и действовать по инструкции.

Ройт сделал пометку в коммуникаторе.

– Займемся немедленно.

– Давайте. Как мне кажется, вы уже успели сто раз ему прокричать в ухо о начатых поисках.

Десять минут спустя инженер полицейского управления подтвердил наличие нескольких посторонних замаскированных программ, установленных злоумышленником. Еще через несколько мгновений системы мониторинга взорвались докладами:

«Обнаружены данные о перемещениях объекта за последние сутки. Наиболее часто посещаемые места. Внешний вид при последнем контакте с системой наблюдения. Прогноз местоположения».

Ройт просмотрел последний отчет и набрал номер.

– Вы были правы. Он действительно спрятался от нас при помощи программы. Мы обнаружили квартал, где он обычно устраивался на ночевку. Я высылаю людей.

– У них есть камера?

– Да, сигнал с их мониторов будет выведен на меня и оттранслирован на ваш коммуникатор. Если будут какие-либо рекомендации, сообщайте мне, я переориентирую людей.

– Рекомендация пока одна. Учитывая, что он так щедро использует взрывчатку, пусть штурмовые группы будут максимально осторожны. Парню терять нечего.

– Мы пошлем вперед несколько роботов. Надеюсь, с вашей помощью мы возьмем его.

* * *

Камера показывала длинный не освещенный коридор, по которому настороженно пробирался небольшой робот, увешанный датчиками.

– Мы на месте, вторая группа блокировала квартал с другой стороны. Они спускают своего наблюдателя в подземные коммуникации.

– Не торопитесь. Объект не появлялся на улице со вчерашнего утра. Постарайтесь его не спугнуть. Полиции отдан приказ не вмешиваться. Группа наемников находится в двух кварталах за вами.

Осунувшийся Ройт настороженно всматривался в транслируемые изображения. Бойцы групп захвата рассредоточились на позициях и медленно продвигались вперед, пытаясь найти замаскировавшегося одиночку. В некоторых окнах в соседних домах уже появились любопытные лица. Как бы горожане не попытались поучаствовать в начинающемся представлении.

Краткий доклад старшего группы:

– Обнаружен ряд следов, ведущих к подвалу под трехэтажным зданием. Выдвигаемся туда.

– Обязательно оставьте несколько бойцов в оцеплении, это может быть отвлекающий след.

– Сделано.

Ройт потянулся за бутылкой с водой и замер, услышав доклад системы полицейского мониторинга.

– Опознание объекта. Местоположение – вход в гостиницу «Венеция». Подтверждена оплата его кредитной картой в такси.

Офицер увеличил изображение, полученное с камеры, и застонал. Нет сомнения – спасатель умудрился удрать из своего тайного убежища до того, как замкнули кольцо. А подтверждение кредитной системы говорило само за себя – только хозяин карточки мог провести платеж. И беглец сейчас входил в ту же самую гостиницу, где был развернут штаб поисков.

Ликвидаторам ушел немедленный приказ:

– Бросайте все, мигом сюда. Объект только что вошел в «Венецию». Наемников я переориентирую, они пока на всякий пожарный займут ваши позиции

– Мы не успеем вывести роботов.

– Некогда, его надо перехватить как можно быстрее.

Люди в черных комбинезонах чертиками метнулись к ждущим машинам. Наблюдающий за операцией мистер Смит тихо хмыкнул. Поведение беглеца не вписывалось в рамки разумного. Лучшему специалисту по борьбе с терроризмом стало интересно.

Бам, бам, бам… Дверь вибрировала под тяжелыми ударами. Шранг занес руку еще раз, но Мойри открыл дверь и с неодобрением посмотрел на быстро вошедшего спасателя.

– Чем обязан?

– Ранняя птичка принесла вам в клювике новые погоны.

– Как это понимать?

– Можете докладывать наверх. Наши добрые мохнатые соседи использовали рем-базу для своих нужд. Кореляне поставляли под видом геологического оборудования свою покореженную технику, здесь один или несколько мастеров ее восстанавливали и отправляли назад.

Контрразведчик ошарашено сел на ближний стул.

– Кореляне? Не шутите?

– Ну, если считать десяток убитых мартышек вчера утром шуткой…

– Так это вы раздолбали базу?

– Я всего лишь отбивался в ангаре от превосходящих сил противника. Там должно быть все просто усыпано шерстью.

– Не знаю. Я ничего подобного пока не слышал.

– Ну, надо быть расторопнее. Кстати, я тут вам гостинцы принес.

Офицер подозрительно взглянул на тяжелую большую сумку, которую спасатель небрежно поставил на кровать.

– И что там?

– Гранаты. Тяжелый шпаллер и легкий импульсник с запасными обоймами.

– Вот оно как, – Мойри покрутил небольшой браслет на руке. – Мы так не договаривались.

Шранг улыбнулся.

– Не надо в меня стрелять. Заряды вам еще понадобятся. Я обещал заглянуть с новостями – я сдержал данное слово. А сейчас вынужден откланяться. Мне кажется, что за мной следом примчится толпа желающих пообщаться поближе. А раз вы сами сказали, что не горите желанием прикрыть мне спину, то и я оставлю вас одного без капли сострадания.

Спасатель спокойно шагнул к балкону, нажимая миниатюрную кнопку на коробочке, зажатой в левом кулаке. Микропередатчик передал сигнал одному из замаскированных роботов, все еще подключенных к коммуникационным сетям. Короткий оттранслированный приказ – и «спящая» ранее программа подбрасывает в аналитические модули активных мониторинговых систем новую вводную. Лицо разыскиваемого человека размножается на все существующие объекты в городе. Система замирает на секунду и взрывается сотнями сообщений. Теперь каждый из попавших в зрение камеры распознается как опасный преступник и ближайшему полицейскому отправляется сообщение о немедленном задержании.

Обеспечив развлечение департаменту правопорядка на ближайшие несколько часов, Шранг ловко зацепился за водосток и съехал со второго этажа прямо к решетке ливневого стока. Пара движений с решеткой – и его фигура исчезла под землей на глазах редких удивленных прохожих. Решетка встала на место. Еще через минуту к дому подлетели машины, битком набитые вооруженными людьми.

Ройт стоял на площадке второго этажа и торопил боевиков:

– Быстрее, он скрылся в номере двадцать три! Группу снаружи, контролировать окна! По паре – в концы коридора, вдруг он начнет пробиваться сквозь стены в другие номера! Троих вниз, отсекать от подвала! Несколько снайперов на крыши соседних домов! Шевелитесь, он наш!

Тем временем в номере грохотала переворачиваемая мебель. Мойри готовился к возможному штурму. Забаррикадировав дверь шкафом и столом, он перевернул кровать в углу и подпер ее креслом. В этом импровизированном укрытии лихорадочно зарядил оружие, проверил запалы гранат и включил коммуникатор. На экранчике возникло озабоченное лицо полицейского офицера. Не дав ему открыть рот, Мойри закричал:

– Немедленно представителей полиции к гостинице «Венеция»! Я офицер контрразведки, личный код сто два-дип-ноль одиннадцать! На меня совершено нападение группой неизвестных с тяжелым вооружением! Прошу оказать помощь! Отправляю свои идентификаторы!

Лихорадочные нажатия клавиш на коммуникаторе и прекращение связи. Оперативнику некогда объяснять полиции, что творится в его комнате.

Дверь попытались высадить чем-то тяжелым. Баррикада содрогнулась, но выстояла. Мойри немедленно отправил щедрую очередь в пока закрытый проем. Шкаф украсился дырами, в коридоре грохнул разорвавшийся заряд. С той стороны тут же ответили из нескольких стволов. В воздух полетели щепки от мебели и пыль от разлетающихся на куски стен. Зазвенело бьющееся стекло. Пухлый молодой мужчина в пижаме успел отправить маленькое текстовое сообщение на известный ему адрес в военной комендатуре и швырнул первую гранату в разбитые двери. Веселье началось.

* * *

Шранг быстро пробежал очередной участок ливневой канализации и замер. Позади глухо грохотало. Похоже, любитель пижамы в цветочек разошелся во всю. Спасатель улыбнулся. В заботливо приготовленной сумке хватит оружия на десяток-другой минут бесконечной пальбы по всему живому. Если контрразведчик не дурак, он успеет связаться с военными или полицией. Тогда ребятам из ВК не поздоровиться. Выскочек из политического сыска никто не любит. Лишь бы одинокого бойца не подстрелили.

Спасатель сверился с картой на дисплее и поспешил дальше. Через два поворота будет лаз наверх, и он сможет выбраться в маленький садик в неприметном дворике. Рядом стоит заботливо припаркованный скутер. Пора уносить ноги. Пока полиция не разгребла завалы и устроила настоящую охоту на него.

На усыпанной стеклом улице жались к стенам фигуры в черном. На пару домов дальше по обеим сторонам улицы собирались рассерженные вооруженные горожане, напряженно наблюдающие за происходящим. Боевики тем временем выпустили пару зарядов из гранатомета по разбитым окнам, но после гулких разрывов в ответ на улицу прилетела граната, подтверждающая серьезность намерений заблокированного владельца номера. Из пострадавших комнат валил дым, но открытого огня пока не было. Обе стороны взяли секундную передышку.

Неожиданно над замершей улицей раздался громкий голос. Мойри сумел включить коммуникатор на полную мощность и пытался использовать его как мегафон.

– Говорит офицер контрразведки! Прошу помощи! Атакован неизвестными лицами! Повторяю, прошу помощи! Имею информацию чрезвычайного характера! Прошу помощи!

Штурмующая группа снова открыла огонь сквозь растерзанные двери, добавив к разнокалиберной смерти несколько гранат. После грохота разрывов несколько человек попытались ворваться внутрь, но оглушенный офицер встретил их из двух стволов. Импульсная винтовка проделала ровную строчку дыр на одном из атакующих. Раскалившийся шпаллер при этом парой выстрелов превратил фигуру в черном в разлетевшиеся мелкие клочки и вырвал бок еще одному неудачнику. Коридор окрасился вспышками разрывов. Секунда – и в ответ в искуроченный и затянутый дымом коридор полетела одна граната, другая. Третья отправилась в окно – для острастки. Визг осколков, падающая с потолка штукатурка и вновь мгновения тишины, наполненные едким дымом и начинающим набирать силу пожаром.

На улице гулко бухнул выстрел.

– Эй, мальчики, положите оружие и замрите на месте!

Горожане перегородили улицу парой машин и ощерились разномастными стволами. Боевики группы захвата замерли. Первая группа воевала в многострадальной гостинице, вторая контролировала ситуацию на улице. Но теперь к воюющим неожиданно подключилась третья сторона. Большинство живущих в городе умели пользоваться оружием и горели желанием поквитаться с неизвестными, обижающими офицера. Возможно, потом окажется, что офицер в самом деле преступник, но сейчас ситуация выглядела непонятно. Пальба, взрывы, пожар и ни одного полицейского. Только фигуры в черном, лихорадочно меняющие позиции и пытающиеся укрыться от новой угрозы.

– Шеф, горожане готовы открыть огонь. Мы не можем вас прикрыть с улицы!

– Черт с ними, не стреляйте по местным. Но смотрите за окнами, если кто попытается сигануть – валите мерзавца. Мы идем еще раз на штурм!

– Принято!

Как будто услышав эти слова, Мойри отправил в коридор еще одну партию гранат. Где-то заскрипели балки, и с одной стороны коридора просел потолок. Посыпались куски дерева, пластика, загудел набирающий силу огонь. Сильно поредевшая первая группа захвата огрызнулась огнем, но не успела двинуться к дымящемуся номеру, как надрываясь двигателями с неба на улицу рухнул тяжелый шатл, украшенный звериными штандартами десанта. Над улицей загремел хорошо поставленный голос:

– Никому не двигаться! Это Имперский флот! При любой атаке открываю огонь на поражение!

На борту шатла распахнулся люк и оттуда сжатой пружиной метнулся раскладной мостик, вломившийся в дымящееся окно. Секундой позже по раскрывшемуся шаткому полотну забухали фигуры в тяжелой амуниции, врываясь в затянутый сполохами огня номер. Пара фигур проскочила остатки баррикады и метнулась в коридор. От лестницы щелкнул выстрел и тут же десантники зашелестели тяжелыми ротационными пулеметами в ответ. Разряды плазмы смешали остатки коридора в кучу. Лестница с безумным стрелком осыпалась вниз. Тем временем другой десантник уже тащил по мостику мужчину в окровавленной пижаме.

Над домом надсаживали двигатели еще несколько военных судов. Прибывший флот железной рукой наводил порядок. Потеха закончилась.

* * *

Разнокалиберная публика собралась у пропускного пункта на окраине космического порта. Техники, несколько пилотов, военные и гражданские. Все с интересом обступили пару умников, захвативших с собой из дому голографические коммуникаторы с настройкой на городские новости. Ошалевшие от счастья операторы снимали группы десантников, зачищающих территорию. Редкая цепь закованных в броню солдат отсекла торжествующих горожан от места сражения. Часть бойцов контролировала обезоруженных людей в черном, другая часть помогала пожарникам тушить вовсю разошедшийся пожар. В дымных облаках барражировали несколько военных кораблей.

– Во дают! Представляешь, сначала они на базу напали, а теперь попытались офицера из гостинице выкурить!

– Так он и кричал: «У меня сведения чрезвычайной важности!». Видимо, действительно, что-то очень важное разнюхал, раз полгорода из-за него раздолбали.

– Да ладно, полгорода. Всего лишь гостиницу. Пожар потушат и через месяц все залатают.

– Ага. И будет наша «Венеция» называться «Возрожденная из пепла»!

Мужчины засмеялись. Похоже, поимка боевиков завершит неприятный инцидент, потревоживший спокойную жизнь на планете.

Шранг поздоровался с парой знакомых и пошел вместе со всеми к турникету. Спасатель не стал менять свой внешний облик. Вряд ли система безопасности пришла в себя после его диверсии. А незнакомый человек легко мог насторожить охрану. Воспользовавшись своими настоящими документами, он прошел на поле, и не спеша отправился к медленно катящемуся заправщику. Устроившись на подножке можно доехать до дальних стоянок. Там – ждущий его корабль. Даже если после сегодняшней кутерьмы его смогут просчитать, он успеет подняться с планеты и потягаться в скорости с суборбитальными перехватчиками. Пора было заканчивать операцию и возвращаться домой.

Глава 9

5 сентября. Элегия-пять

Коротко стриженный седой мужчина в форме с галереей наградных планок аккуратно размешал сахар в большой чашке и поставил ее на край стола. Сидящий в кресле Мойри благодарно кивнул и осторожно взял горячий кофе.

Вчерашняя потасовка оставила о себе на память несколько неопасных осколочных ранений, легкую контузию и обожженные руки. Осматривавший его доктор только руками развел и посетовал на невероятную везучесть оперативника. Сейчас Мойри с трудом удерживал чашку забинтованными руками и старался не качать сильно головой. Иначе содержимое головы смешивалось и приходилось тратить какое-то время на наведение порядка.

– Я не буду вас задерживать. Сначала передам личную благодарность господина Строкоффа. Он не меньше меня потрясен результативностью и оперативностью вашей работы. Вы получите повышение по службе и месячный отпуск недалеко от столицы. И можете поверить, что никто не будет прерывать его автоматной стрельбой.

– Спасибо. Хотя я всего лишь прикрывал отход этого безумца, раскопавшего всю эту авантюру.

– Прикрывали по своей воле?

– Нет. Парень хладнокровно подставил меня, а сам удрал.

– Ну, значит с головой у вас все в порядке. А что до вашего невольного компаньона, то другого от него трудно было бы ожидать. Как-никак, готовили его именно для точечных акций, не предусматривающих войну с вражескими отрядами. Регулярные силы всегда смогут уничтожить одиночку. Как только обнаружат его.

– Что известно по этому делу?

Господин в форме сел в кресло и радостно улыбнулся.

– Не поверите, история просто анекдотическая. Как не старались кореляне спрятать следы, но у них физически не было времени сделать все хорошо. Кроме того, в ангаре в результате взрывов так качественно размазало пару бойцов, что мы насобирали целый контейнер биологических материалов после пожара и рукотворных химических дождей.

Мойри смотрел, как его собеседник наливает кофе уже себе.

– Штольца жаль. Отличный был мастер. Хотя, мы тут раскопали, что старик пару раз пытался предложить свои услуги руководству базы для ремонта орбитальных кораблей и прочего. Но болван комбриг не захотел делиться хорошим специалистом. И не дал возможности ему заработать официально. Тогда на мастера вышли кореляне, которые и организовали все с присущей им пунктуальностью и старательностью.

Мужчина ополовинил чашку и откинулся в кресле.

– Раз в пару месяцев на базу привозили оборудование. На маркировки никто особенно не смотрел. По вечерам в пустом ангаре старик ремонтировал железо и отправлял готовую продукцию назад. После пары комбинаций с перегрузкой на различных складах, ящики отбывали в неизвестном направлении. Все участники стригут купоны, и никому нет дела до непрофильных грузов на орбитальной станции. Если документы оформлены правильно, все остальное за вас сделают механизмы.

– А потом что-то пошло не так.

– Да. Потом они решили переслать крупную партию, на следы которой по непонятным причинам наткнулся спасатель. Похоже, ребята из Внешнего Контроля были в доле. Иначе я пока не могу объяснить, с чего бы это они так взъелись на парня. Ну, пристрелил он десяток-другой обалдуев из их команды во время войны. Но это когда еще было. В любом случае, бывший штурмовик устроил тут форменное безобразие. Вышел на старика и сцепился с его группой прикрытия. Потом добрался до вас и втравил во все это группу перехвата от контролеров. И напоследок испарился из города, будто его и не было.

– Он нам интересен?

– Нет. То есть мы снимем с него показания, когда он всплывет в официальном мире. Вернется на работу – заглянет к нам на пару бесед. И пусть живет себе дальше. У нас к нему никаких претензий.

– А кто будет выступать в качестве свидетеля?

– Свидетеля чего?

– Свидетеля диверсионной деятельности корелян на ремонтной базе.

– А не было никакой деятельности, Мойри. Не было.

Мужчина в форме налил себе еще кофе.

– Сегодня вечером официальные власти вызовут для беседы посла корелян. И сделают ему внушение. Думаю, мы сможем выторговать для себя что-то интересное из замятого скандала. А разжигать параноидальные отношения с соседями – никто не заинтересован.

– Спустим все на тормозах?

– Почему? Непосредственный исполнитель застрелился. Диверсионная вражеская группа почти полностью уничтожена. Кстати, судя по докладам системы мониторинга, их остатки удрали на небольшом судне вчера вечером. Участвовавшие во всем этом ребята из ВК крепко получат по носу и поумерят свой пыл. Мы доложили об успешной операции наверх и сделали себе неплохую рекламу в окружении императора.

– А если кореляне посмеются нам в лицо? Ведь кроме размазанных по стенам останков у нас ничего нет.

– Это они так думают. А старина Штольц всех обманул. Только смерть перехитрить не сумел.

Мужчина улыбнулся еще раз.

– Представляете, старик никому не верил. И ходил через месяц в банк, проверять свой счет. И там, в закрытой каморке, заполнял документы, которые потом складывал в сейфовую ячейку. У мастера оказалась фотографическая память. Полное описание маркировки двигателей, номера контрактов, данные по сопроводительным документам. После его смерти содержимое ячейки банк переслал нам. В коробке мы нашли многое из того, что до нас успели почистить в архивах. Кроме того, спасатель сбросил вчера на один из старых военных адресов собранные им данные. Контрразведка проследила большую часть контрактов, и мы знаем фигуры в конце цепочки. Некоторых из них уже взяли наши коллеги и провели беседы. Не думаю, что кореляне смогут отвертеться. Тем более что обсуждение конфликта будет проходить на неформальном уровне.

– Жаль старика.

– Он понимал, что за такие игры по головке не погладят. Но страх перед нищей пенсией сгубил мастера.

Мойри осторожно поставил пустую чашку на стол.

– Что с городом?

– Получит компенсацию. Случившееся повесим на неудачников из Контроля, пусть отдуваются. Фонды им позволяют. К сожалению, их старшего в каталажку запрятать не удалось. У него полномочий больше, чем у нас с вами вместе взятых. Парня отправили пока наверх, на станцию. Пусть остынет. Заодно мы за ним присматриваем, может, что интересное всплывет. Да, кстати, можете записать на свой счет восемь человек. Вы неплохо повоевали.

Оперативник болезненно сморщился.

– Шучу, шучу. Знаю, что вы не любитель делать зарубки на прикладе. Все, идите отдыхать. Сейчас эскулапы проверят ваше самочувствие, и летите домой. Сначала на станцию, затем на чартере в первом классе. Не придется распутывать кишки после прыжков на курьерских кораблях.

– Спасибо, сэр. Я рад, что это дело закрыто.

Мойри аккуратно встал, попрощался с хозяином кабинета и пошел отдыхать. Мужчина с иконостасом наград подошел к широкому окну, откуда открывался чудесный вид на территорию ремонтной базы. Похоже, через пару недель здесь появится новый начальник. Молодой, деятельный и без столь неприятной истории в послужном списке. Боевиков ВК по-тихому вывезут из города и отправят в какую-нибудь далекую тюрьму. Участвовавших в схватках офицеров и полицейских наградят за отлично проведенные операции по поимке опасных преступников. Через полгода-год на Элегии-пять о происшедшем будут вспоминать лишь вечерами в барах, хвалясь количеством захваченных пленных.

Высокопоставленный чин покачал головой. На его памяти это была первая операция, которую удалось выполнить так быстро и без потерь со своей стороны. Определенно, боги благоволят этому пухлому молодому человеку.

* * *

Гладко выбритый лысый мужчина в дорогом костюме отодвинул стул и присел рядом с одиноко обедающим офицером ВК. Улыбнулся в ответ на мрачный взгляд и жестом подозвал официанта. Сделав заказ, положил на край стола миниатюрный коммуникатор и нажал пару кнопок.

– Думаю, содержимое нашей беседы ни к чему знать посторонним. Не так ли, мистер Ройт?

Собеседник аккуратно положил столовые приборы и оперся подбородком на сомкнутые руки.

– А вы сильно рискуете, мистер Смит.

– Это чем?

– Тем, что общаетесь со мной. На меня утром повесили столько обвинений, что хватит на десяток расстрелов.

Смит беспечно махнул рукой.

– Глупости. Люди в нашем бизнесе постоянно вынуждены отбиваться от кипы обвинений, глупых приговоров и прочего мусора. Меня интересует другое. Вы закрыли дело или нет?

Ройт вернулся к прерванной трапезе.

– Нет.

– Тогда у меня для вас новость. К вечеру сюда подъедет милый молодой человек, что так бодро кидался утром гранатами. И должен объявиться наш неуловимый друг. Если мы сыграем в ловле на живца, то сможем закрыть эту проблему.

Офицер задумался, вслепую перемешивая остывший суп.

– Что предлагаете?

– Спасателю не дадут просто так улететь. Бюрократам нужно снять с него показания и закрыть дело. Парень чист перед законом, но бывшего штурмовика обязательно убедительно попросят заглянуть на станцию. Далее. Любой человек, находящийся в бегах, смотрит новости. Мы сбросим заметочку о герое утреннего побоища местным информационным акулам. Будьте уверены, они растиражируют это в своих бедных событиями новостях. Мы не раз увидим захватывающие картины активной стрельбы и комментарии доморощенных специалистов. Потом – приглашение на встречу двух бойцов невидимого фронта. Сказать пару слов благодарности за утренние развлечения. И – ликвидация.

– С какой стати контрразведчику убирать наш объект?

– А с какой стати мы должны указывать настоящее место встречи?

– То есть, это мы пошлем приглашение?

– Именно. После допроса неуловимый беглец получит наше сообщение. И пойдет навстречу смерти. Подберите не бросающееся в глаза место. Какую-нибудь каюту, где сейчас нет хозяев. А уж я позабочусь, чтобы сообщение нашло адресата. И чтобы потом труп не повесили на нас.

Ройт отставил тарелку и усмехнулся.

– У меня есть такое место. И алиби у нас будет железное. Организуйте встречу и закончим с этой проблемой. Раз и навсегда.

* * *

Молодая женщина с грустью смотрела на лежащее на столе украшение. После вчерашних событий хозяин маленькой компании дал работникам отпуск до конца недели, и теперь Ситти не знала, чем себя занять. Забавный нескладный молодой человек, так трогательно пытавшийся ухаживать за ней, оказался суперагентом и умудрился разнести в клочья приютившую его гостиницу. Стоит только поднять глаза, чтобы увидеть почерневший остов, который сейчас неспешно разбирают рабочие. В ее доме заменили кучу окон, разбитых взрывами. Счастье, что ее не было дома, и все происходящее она видела только в новостях. Хотя слухи уже разошлись по городу, и ей даже пришлось отключить видеофон, дабы не отвечать на дурацкие вопросы:

– А ты действительно с ним встречалась? И ничего такого не заметила? Говорят, у него в трусах спрятан минипулемет. Не нащупала? Как же так?

Придурки. Откуда ей было знать, что Мойри вовсе не один из инженеров с орбитальных спутников, что приезжают провести под жарким солнцем несколько летних недель. Как бы ни было, Ситти не собиралась жалеть о проведенном вместе времени. Это были действительно чудесные часы.

Женщина вздохнула и аккуратно убрала украшение в покрытую бархатом коробочку. Пусть полежит в шкафу, в дальнем углу. Эту красивую вещь можно будет надеть через пару месяцев – не раньше, чем улягутся досужие разговоры. Вернувшись к окну, она с грустью стала смотреть, как неторопливые крепкие мужчины в ярких строительных жилетах осторожно пытаются обвалить очередной кусок обгоревшей стены.

* * *

Бортовой компьютер начал отсчет.

– До старта пятнадцать секунд. Локальное время пятнадцать двадцать две.

Шранг поудобнее устроился и с удивлением отметил у себя слабое волнение перед полетом. Казалось бы, сколько уж налетал на разнообразных судах. И как только не доводилось стартовать и приземляться. Но сегодня нарастающий рокот двигателей будил какие-то забытые воспоминания, заставляя сердце биться чуть быстрее, чем обычно.

– Стартовая готовность, точка принятия решения.

Автоматика штатно вела процедуру отрыва от земли. Звучали команды, мигали экраны, спешили блоки информации, сменяя друг друга. Вскоре в почерневших экранах внешнего обзора зажглись звезды. Слабо защелкали гироскопы, бортовая навигационная система предупредила о завершении коррекции орбиты и уступила место основному управляющему модулю.

– До включения искусственной гравитации минута. Замечаний по системам корабля нет.

Спасатель глянул на один из экранов, куда выводилась информация из небольшого трюма. Груз на месте, без подвижек. Отлично. Зависнуть на дальних фермах, как в прошлый раз. Отдать груз, прихваченный для маскировки из космопорта. И через пару часов можно, не торопясь, отчаливать. Осталось дождаться включения гравитации и можно идти готовить кофе. А пока стоило насладиться видом медленно вырастающей в обзорных экранах станции, сияющей мириадами огней в черноте космоса.

– Внешний запрос, капитан, – женским голосом мелодично отозвалась коммуникационная программа. – Вывожу на центральный дисплей.

Спасатель с интересом посмотрел на милую девушку, царящую над гигантским пультом дальней связи.

– Господин Шранг?

Мужчина задумчиво разглядывал симпатичную воздушную челку – единственное минимальное отклонение от жестких норм внешнего вида служащих флота.

– Прошу прощения, господин Шранг. Представитель контрразведки, капитан Валлез, ждет вас через полчаса у себя в кабинете. Бот за вами сейчас прибудет.

В обзорном экране появилась точка и быстро стала приближаться. Вскоре она распалась на посыльный бот с маркировкой флота и два легких истребителя сопровождения, ушедших чуть подальше и занявших там стратегически выгодные позиции для возможной атаки. Пока отстыкуешься, пока попытаешься набрать скорость – успеют растерзать несколько раз. Спасатель улыбнулся.

– Передайте, пожалуйста, что я буду через пару минут. Для встречи все же лучше одеть что-то поприличнее старого комбинезона.

– Передам. И флот благодарит вас за доставленные грузы.

– Всегда рад помочь флоту, – Шранг кивнул выключившемуся экрану и еще раз посмотрел на стыкующийся бот.

– Внимание системе. Я покидаю борт. Если в течение двадцати четырех часов я не вернусь, включить режим «паранойя» и уведомить службу безопасности базы о данном режиме. После чего отстыковаться и на максимальной скорости достигнуть центра ближайшей к нам звезды. На какие-либо дополнительные команды после включения режима не реагировать. На возможные атаки любых средств не реагировать. В случае невозможности выполнить поставленный приказ – самоуничтожиться.

– Приказ понят. Принят к исполнению.

– И ладушки. А я пойду, надену что-нибудь поприличнее. Не известно, что ждет. То ли награда, то ли плаха.

* * *

Священник быстро дочитал молитву, и микроэкскаватор принялся за дело. Бурая земля вперемешку с комьями травы полетела на дешевый гроб, опущенный в узкую яму, вырытую на окраине старого кладбища. Еще чуть-чуть и свежий могильный холмик украсит дощечка с небрежно оттрафареченными краской буквами: «Старший мастер Штольц. Погиб при исполнении».

В официальных документах появится отметка о захоронении. Сослуживцы поднимут пару бокалов в баре, молодые и шустрые начнут делить освободившуюся должность. Жизнь пойдет своим чередом. После сезона дождей краска с доски почти вся облезет, и мало кто сможет найти насыпанный экскаватором холмик.

Разобранные двигатели и остатки стенда уже погрузили в очередной шатл и отправили на орбиту. Оттуда вещественные доказательства перевезут в один из огромных складов специальных служб, разбросанных по всем обжитым человечеством землям. Туда же тихо будет переправлено тело погибшего старика. Только пара людей в штатском знают, что сегодня похоронили пустой гроб. Ни к чему военным с ремонтной базы подобные знания.

Криминалисты закончили работу, унеся с собой все найденное в ангаре и джунглях. Комендатура пригнала с гауптвахты десяток неудачников, и те восстановили разрушенный периметр базы. О случившимся напоминал лишь полуразобранный остов ангара и посеченные осколками деревья. Новые зеленые побеги скроют место боя за пару месяцев. И тогда же на месте прокопченных развалин возникнет новый блестящий корпус. Жизнь пойдет своим чередом.

Дело закрыто.

* * *

Шранг не поленился надеть модный темно-синий костюм «с искрой». Придирчивый осмотр корабля позволил найти множество неплохих вещей, оставленных предыдущим хозяином. Включая и приличный гардероб с микропортным, способным подогнать любой из полуфабрикатов по фигуре. Сидящий напротив человек в форме с одобрением разглядывал спасателя.

– Капитан Валлез. Заканчиваю расследование этого дела.

– Очень приятно.

– Как вижу, спасатели неплохо зарабатывают на службе.

– Присоединяйтесь, у нас постоянно полно вакансий.

– Увы, – вздохнул офицер. – Я боюсь космос. А вы по большей части именно в пустоте и работаете. Ладно, давайте вернемся к делу.

Валлез нажал пару кнопок и перед Шрангом распахнулся широкий экран.

– Вот ваши донесения. Здесь отмечены грузы, которые мы теперь отслеживаем. Вот здесь – ваши комментарии. Хотите что-либо добавить?

– Нет. Вы показали всю собранную мной информацию. Обработанную кем-то и структурированную. Есть даже несколько чужих блоков.

– Совершенно верно. Это – черновая модель всех операций корелян за последние два года на базе и орбите. Часть информации мы получили из записной книжки Штольца.

– Он вел записи?

– Да. Мастер страховался на случай убийства.

Шранг нахмурился.

– Насколько знаю, семьи у него не было.

– Да. Старика уже похоронили. Командира бригады за проявленную безалаберность отправят в отставку на днях. Дело закрыто.

Спасатель настороженно взглянул на контрразведчика.

– И?

– Все. Вот несколько бумаг, прошу прочитать и подписать. Это – ваш рапорт о происшедшем. Это – документ о неразглашении. Здесь – страховка за выполненную боевую операцию и отметка о вашем возвращении в запас. Мы считаем, что вы участвовали в боевой операции и оказали неоценимую помощь государству. Кстати, вот пара новых контактных номеров, куда вы можете при случае позвонить или переслать что-либо интересное.

Шранг взял документы и внимательно стал их читать.

– Как мы понимаем, в ближайшие пару дней волна уляжется, и вы можете спокойно работать и наслаждаться жизнью. Вы были опасны, пока не разворошили весь муравейник. Но сейчас нет смысла сводить с вами счеты. Все закончилось.

Спасатель взял со стола маркер и аккуратно поставил подписи в отмеченных местах. Валлез встал и протянул руку.

– Желаю вам хорошо отдохнуть и благодарю за службу.

Мужчины обменялись рукопожатием, и Шранг отправился на выход.

– Запомнили новые контактные адреса?

– Да.

– Если надумаете вернуться на службу – вы знаете, куда позвонить.