/ / Language: Русский / Genre:sci_history,nonf_biography, / Series: Жизнь замечательных людей

Елизавета Тюдор

Ольга Дмитриева

Эта книга — рассказ о незаурядной женщине, государыне, которая дала имя целой эпохе — успех, выпадающий не многим политикам. При Елизавете Англия из заштатного государства превратилась в великую мировую державу. Семнадцать монархов сменились после Елизаветы на троне Британии, но каждый убеждался, что она — эталон, с которым соотносили всех последующих. Королева далеко опередила свой век и в своих убеждениях. В мире, чуждом терпимости, она шла путем разума и толерантности, пытаясь отстоять права каждого, и свои в том числе, жить в согласии с собственной верой и чувствами. Елизавета вошла в плоть и кровь английской истории, заняв подобающее место в учебниках и став непременным символом и выражением духа самой Британии. Книга написана известным специалистом по истории средневековой Англии О. В. Дмитриевой, перу которой принадлежит ряд блестящих статей и монографий.

Ольг Дмитриев

Елизвет Тюдор

Моим родителям с любовью

ОТ АВТОРА

Эт книг — попытк рсскзть о незурядной женщине, госудрыне, которя дл имя целой эпохе, — успех, выпдющий не многим политикм. Однко в ней есть еще один герой, быть может, не столь зметный. Это — Время. «Время привело меня сюд», — гордо зявил Елизвет I в нчле своего пути. Но оно окзлось отнюдь не милостиво к ней, подвергнув суровым испытниям ту, которой суждено было многие годы упрвлять небольшим островным госудрством.

Вовсе не нмеревясь углубляться в социльно-экономические и политические проблемы эпохи, втор все же считет необходимым хотя бы бегло охрктеризовть глвные из них.

XVI столетие стло для Англии во всех отношениях переломным. После бесконечных феодльных войн и смут предшествующего век в стрне устновился мир. Это было связно с воцрением новой динстии — динстии Тюдоров. Укрепление порядк в црствовние ее родончльник — Генрих VII, дед Елизветы I, способствовло нчлу экономического подъем стрны. Успехи нглийского сельского хозяйств (в первую очередь овцеводств) и промышленности (глвным обрзом сукноделия) стимулировли торговую экспнсию нгличн в Европе, Азии, Африке, позднее и в Новом Свете, что вызвло знчительный приток кпитлов в стрну и оживление городов. Но первые ростки кпитлизм несли с собой и социльные конфликты между новыми земельными собственникми и городскими буржу, с одной стороны, и обезземеливющимся крестьянством, пуперми, городской беднотой — с другой. Трения возникли и в высших слоях обществ, где нувориши стли теснить «блгородные» сословия. Фктическя деформция трдиционной феодльной структуры ствил монрхию перед выбором: поддержть элементы нового или не допустить их рост. Тюдоры избрли путь протекционизм — покровительств нционльной промышленности и торговле, пытясь в то же время всеми силми поддержть дворянство. Проведение в жизнь этой сложной политики выпло в основном н долю Елизветы I.

Тюдоровскя эпох был временем решительных изменений в системе нглийской госудрственности. Рост нционльного смосознния нрод, стремившегося знять новое место в Европе и мире, ствил здчи совершенно иных мсштбов, нежели те, которые решл нглийскя монрхия в XIV–XV векх. При Тюдорх Англия постепенно преврщется в современное нционльное госудрство, центрлизовнное, суверенное, основывющееся н единой системе общего прв, подчинившее себе церковь и избвившееся тем смым от трдиционного для феодлизм дулизм влсти. Понятие «нция» прочно входит в политический лексикон эпохи, и госудрство нчинет рссмтривться не кк вотчин короля, кк институт, призвнный обеспечивть нционльное процветние.

Консолидировть стрну можно было либо силовым нжимом, твердым единоличным првлением, либо путем лвировния, поиск компромиссов, опоры н рзличные социльные слои. В большинстве стрн Европы в XVI веке устнвливется бсолютизм — сильня королевскя влсть, имеющя в своем рсенле все необходимые средств (рмию, бюрокртический ппрт, финнсы), чтобы упрвлять прктически бесконтрольно и превртить в фикцию любые предствительные оргны, способные ее огрничить. Но в тюдоровской Англии процесс укрепления тк нзывемой «новой», или персонльной, монрхии получил специфическую окрску. Нделенные сильными, влстными хрктерми, Тюдоры, без сомнения, были втокртми и приверженцми идеи божественного происхождения королевской влсти. Однко политическя интуиция подскзывл им, что не следует открыто нстивть н бсолютном хрктере своего суверенитет. Это двло возможность избежть дискуссий по днному вопросу, зодно и обвинений в деспотизме. Быть столь осмотрительными их зствлял целый ряд фкторов.

В ходе политического рзвития стрны упрочилсь тенденция рссмтривть монрхию кк огрниченную не только божественным првом, но и зконми госудрств, утвержденными прлментом. В «смутные» XIV–XV век прлмент в Англии знял позиции более прочные, чем где бы то ни было в Европе. Он не был всего лишь послушным орудием в рукх короля и ктивно знимлся зконотворчеством. Современники видели в нем оргн, выступющий от лиц всей нции, и предствления о том, что верховный суверенитет в стрне рзделен между монрхом и прлментом, вернее, «лежит н короле в прлменте», были широко рспрострнены в нглийском обществе. Тюдорм приходилось мириться с этой теорией «смешнной монрхии», тем более что им не удлось создть твердую линию престолонследия. Динстия нуждлсь в широкой социльной бзе, в поддержке со стороны «общин» королевств. Прлмент окзлся удобным местом для политического дилог между короной и подднными. Здч нйти ткие формы поведения, пропгнды, политической риторики, которые превртили бы предствительный оргн в ндежного союзник королевской влсти, выпл именно Елизвете Тюдор. И не в последнюю очередь блгодря политическому компромиссу, достигнутому в елизветинскую эпоху, Англия окзлсь у истоков европейского прлментризм Нового времени.

Одним из вжнейших событий XVI столетия был Реформция — грндиозный переворот в созннии людей, пересмотр основных положений христинского вероучения и богослужения. Реформция рсколол Европу, противопоствив друг другу блоки протестнтских и ктолических стрн, и Англия, где при Генрихе VIII возоблдл протестнтизм, неуклонно втягивлсь в конфликт с могущественными ктолическими держвми. Отныне птриотическя идея, приверженцми которой являлись Тюдоры, был нерзрывно связн с борьбой против универслизм ктолической церкви з прво исповедовть нционльную религию. Отстивть это прво приходилось в жестокой борьбе, соствлявшей существо внешнеполитических усилий Англии во второй половине XVI век.

И все же эпох борьбы и испытний не стл мрчной стрницей в нглийской истории. В это время в стрну проникли лучи европейского Ренесснс, неся с собой подъем нуки, обрзовния и культуры. Сдвиги в духовной сфере определили культурно-историческую миссию тюдоровской монрхии — преодоление рзрыв между Англией, нходившейся н «периферии» культурной жизни Европы, и ткими стрнми, кк Итлия, Фрнция и Испния.

Выбор оптимльной стртегии в стремительно меняющемся мире, поиски эффективных средств упрвления госудрством, отвечющих зпросм времени, попытки сохрнить мир в обстновке постоянной внешней опсности и внутреннего конфессионльного рздор — любя из этих здч могл поствить в тупик првящего монрх. Сплетенные же воедино, они, кзлось, были нерзрешимы. Но именно ткие политические ситуции, требующие неординрных решений, и порождют выдющихся госудрственных деятелей. Блестящий знток тюдоровской эпохи профессор Дж. Элтон зметил кк-то, что историческя личность может стть поистине великой, если он либо полностью соответствует условиям своего времени, либо нмного опережет его. Елизвет I, последняя из динстии Тюдоров, нследниц их политического опыт, удовлетворял обоим критериям.

Глв I

ЭЛИЗА, ДОЧЬ ГЕНРИХА

По происхождению, по крови моих родителей, я — чистя нгличнк.

Елизвет I

Реформция кк фктор семейной жизни

В воскресенье 7 сентября 1533 год после зход солнц окрестности строго королевского дворц в Гринвиче озрились вспышкми фейерверков. Искры взлетли нд прком и гсли, отржясь в Темзе. Несколькими милями вверх по реке в смом Лондоне тоже не спли: здесь горели прздничные огни, с полудня непрерывно звонили церковные колокол, в соборе Святого Пвл возносили блгодрственную молитву «Те Deum». Двор и столиц прздновли событие первостепенной вжности — в этот день между тремя и четырьмя чсми пополудни королев Анн счстливо рзрешилсь от бремени. Однко внимтельный нблюдтель без труд уловил бы некоторую делнность в шумном веселье. Чем ближе к королевским покоям, тем нтужнее стновились улыбки сноввших по коридорм придворных квлеров и фрейлин; молчние сновников было многознчительным, их взгляды профессионльно ускользли.

Отец новорожденного ребенк, король Генрих VIII, всем своим видом пытлся покзть, кк он рд тому, что его вторя жен — горячо любимя Анн Болейн, покорившя его прекрсными крими глзми и безупречными мнерми, — принесл ему долгожднное дитя. Он демонстрировл ребенк, звернутого в кружев, придворным и целовл его, однко этот покзной энтузизм никого не мог ввести в зблуждение. Новорожденное дитя, которого ожидли с тким нетерпением, окзлось нежелнным, кк только появилось н свет. Всему виной был пол ребенк: королев родил девочку.

Никогд еще рождение дочери не было тким рзочровнием для обоих родителей. Все предскзния гдлок и стрологов обещли королевской чете мльчик, Англии — нследник престол. Для его торжественного появления н свет король прикзл соорудить небывлое по рзмерм и богтому убрнству ложе для роженицы. Чертежи колыбели для будущего принц зкзли знменитому Гнсу Гольбейну. В честь неродившегося еще млденц устривлись рыцрские турниры, инострнные дипломты интриговли, чтобы добиться прв сопровождть его к купели во время крестин. В королевской кнцелярии лежли письм к монрхм Европы, извещвшие о рождении мльчик, и гонцы стояли нготове, чтобы мчться с ними в Дувр, оттуд н корбле плыть через П-де-Кле. Ажиотж окзлся нпрсным.

Смятение, которое испытл Генрих, было больше, чем обычный конфуз уязвленного отц, рзочровнного в своих нивно-смоуверенных ожидниях. Это был политический провл, зствивший возликовть слишком многих вргов короля кк в Англии, тк и з ее пределми. Современники увидели в этом перст судьбы, знк, ниспослнный свыше, хотя см Генрих еще гнл от себя подобные мысли.

Королю Англии исполнилось к этому времени сорок дв год. Он еще не стл безобрзно толст, не стрдл отечностью и одышкой, лицо его не зплыло жиром, что придло глзм сонливо-поросячье выржение, столь хрктерное для поздних портретов Генрих. Это был грузный, но хорошо сложенный, энергичный человек, фнтичный спортсмен, способный в компнии молодых друзей во время псовой или соколиной охоты по нескольку дней не сходить с коня, зядлый теннисист, неутомимый турнирный боец, презирвший риск и ствивший удовольствие срзиться н мечх или н копьях выше безопсности собственной королевской персоны. (Когд советники слишком досждли ему, уговривя оствить рисковнные збвы, король являлся н турниры инкогнито, подобно стрнствующему рыцрю времен короля Артур.)

Его вулкническя энергия не знл прегрд: гурмн и жуир, любитель и любимец женщин, неутомимый в пирх, тнцх и рзвлечениях, он несомненно был тем пульсирующим светилом, вокруг которого в бешеном ритме врщлсь мленькя вселення королевского двор.

Блестящим нглийским двором Генрих мог по прву гордиться кк своим собственным творением. Генрих VII — его прижимистый отец, презирвший роскошь и рсточительство, оствил сыну кзну, полную золот, сделв Генрих VIII одним из смых богтых европейских монрхов. Сын щедро бросил это золото н то, чтобы оповестить о существовнии Лондон дворы Итлии, Фрнции и Испнии — тогдшних зконодтелей мод. Он рзвернул кипучую строительную деятельность, з несколько десятилетий превртив скромные резиденции нглийских королей в нстоящие ренесснсные дворцы, нполненные итльянскими мрморми и фрнцузскими гобеленми. Генрих стл одним из смых щедрых мецентов, и к его двору, презрев промозглый климт Альбион, потянулись ученые, поэты, художники и музыкнты со всей Европы, принося с собой новые идеи, последние моды, непривычные мелодии, южную рсковнность и умение предвться утонченным удовольствиям. Жизнь при дворе обрел пряный привкус, неизвестные дотоле крски и привлектельность.

Рзмх того, что сделл Генрих для придния северной столице необходимого блеск, — под стть ему смому: пятьдесят пять дворцов, смя большя коллекция гобеленов и вышивок в Европе, ценнейшие собрния уникльных книг в библиотекх Уйтхолл и Гринвич, великолепня коллекция доспехов, оружия и ювелирных изделий. Кзн безндежно опустел, но Генрих добился желемого — в глзх соседей Англия перестл быть здворкми Европы, см он стл вровень с ниболее могущественными короновнными собртьями.

Однко его кипучя нтур нходил выржение не только в безудержных мбициях или рблезинском гедонизме. Это — широко рспрострненное, но весьм поверхностное предствление о нем. Другой, менее привычный Генрих — человек, получивший прекрсное богословское обрзовние и готовившийся к духовной крьере, интеллектул, в беседх с которым нходили удовольствие Томс Мор и Эрзм Роттердмский, полиглот и усердный читтель, хороший музыкнт, любивший в чсы отдохновения уединиться с рфой.

Когд его безудержня энергия нпрвлялсь в русло госудрственных дел, результты, кк првило, окзывлись впечтляющими. Политические мбиции Генрих никогд не были продиктовны только личным тщеслвием. Идея нционльного величия Англии вдохновлял его энергичную, нступтельную дипломтию, целью которой было не только отстоять для мленького остров достойное место среди тких великих держв того времени, кк Священня Римскя империя или Фрнция, но и зствить их потесниться у себя н континенте. Однко дже зтеяв нешуточную войну с Фрнцией, Генрих остлся смим собой — короновнным спортсменом и рыцрем. От избытк сил, переполнявших его могучее естество, он устривл во время перемирий турниры с учстием обоих королей и цвет нглийского и фрнцузского рыцрств.

В Англии Генрих без устли строил крепости, выкзв себя хорошим инженером и знтоком фортификционного искусств, вооружл рмию, переоснщл флот. Госудрственный мехнизм скрипел под его тяжелой рукой, но испрвно врщлся, ибо крутой нрв короля был грнтией строгого и неизбежного нкзния з млейшее промедление в выполнении монршьей воли. В рсцвете своего црствовния Генрих вдруг обнружил вкус к дминистртивным реформм и между пирми и охотми сумел выкроить достточно времени, чтобы реоргнизовть структуру госудрственного упрвления, вогнв стрые учреждения в рмки новых немногочисленных, но эффективных оргнов.

Все удвлось этому человеку, чья воля не знл прегрд, если же препятствия возникли, он сокрушл их с решимостью боевого слон. Гнев короля бывл стршен, и никто не знл от него спсения — ни друзья, ни министры: они немедленно стновились бывшими друзьями и экс-министрми. Генрих посылл их н плху с жестокостью кпризного ребенк, без сожления ломющего некогд любимые игрушки. Его деспотизм и нстойчивость в утверждении собственной воли были тковы, что, когд вторитет ниболее почитемого в Англии святого — Томс Бекет стл помехой н его политическом пути, он, не стршсь небес, рзрушил гробницу и попрл священные остнки, дбы дже бестелесные духи не дерзли стновиться ему поперек дороги.

Судьб, однко, посмеялсь нд могущественным и всесокрушющим Генрихом, ннеся ему удр в той сфере, где его влсть и окрик были бессильны. Восемндцтилетний брк с первой женой тк и не дл королю нследник.

Срзу после восшествия н престол Генрих женился н Ектерине Аргонской — предствительнице испнского королевского дом, дочери королевы Избеллы Кстильской. Это был многообещющий динстический союз, скрепивший тесными узми две держвы — Англию и Испнию, противостоявшие третьей сильной европейской монрхии — Фрнции. Примечтельным в этом брке было то, что, отпрвляя Ектерину в Англию, ее преднзнчли в жены отнюдь не Генриху, его стршему брту Артуру, который скончлся вскоре после зключения брк. Успев лишь формльно нзвться его супругой, Ектерин Аргонскя тут же был выдн з Генрих, унследоввшего нглийский престол. Эт миловидня, хотя и несколько грузня испнк был доброй ктоличкой, воплощением порядочности и приличий — вполне достточно, чтобы зствить Генрих скучть и искть рзвлечений среди ее более молодых и привлектельных фрейлин. Тем не менее у супругов были и общие интересы. Ектерин Аргонскя получил великолепное обрзовние и облдл тонким художественным вкусом, которому Генрих отдвл должное. Королев покровительствовл интернционльному сообществу гумнистов, возникшему в Англии; с ее прекрсными греческим и лтынью он был хорошим собеседником и критиком для Эрзм, Мор, Вивес, которые не рз посвящли ей свои труды. Королевскя чет с жром предвлсь интеллектульным диспутм, покровительствовл художникм и знимлсь коллекционировнием. Именно Ектерин впервые зкзл для муж во Фрнции пру выполненных н эмли минитюрных портретов, ств, тким обрзом, крестной мтерью этого жнр в Англии (минитюры столь восхитили Генрих, что он немедленно выписл к себе художник-минитюрист). Со своей стороны, Генрих испрвно ломл з Ектерину копья н ристлище, выступя н турнирх верным рыцрем своей вгустейшей супруги.

Но не только этикет и интеллектульные досуги связывли королевскую чету. Кк верня супруг, Ектерин более всего стремилсь выполнить свой первый долг перед королем и стрной — дровть им нследник, однко несчстной женщине это было не суждено. Год з годом он рожл Генриху детей, которые умирли, прожив несколько дней (среди одинндцти млденцев было трое мльчиков), и кждя новя смерть ложилсь н ее сердце стршной тяжестью. Из всех детей, рожденных Ектериной Аргонской, выжил лишь одн дочь — принцесс Мрия. Отец был горячо привязн к ней, но ему был необходим сын, который унследовл бы его престол. Порою, отчявшись, он зявлял, что звещет трон герцогу Ричмонду — своему незконнорожденному сыну от связи с фвориткой Бетти Блунт, хотя это и не могло обеспечить твердую линию нследовния. Ектерин между тем стрел, и ндежды королевской четы тяли. Генрих отдлялся от нее, вызывя жлобы и упреки королевы. Кк всегд безжлостный к тем, кто его рзочровл, он решил избвиться от неудчливой супруги. Поскольку рзвод в королевской семье был по тем временм делом неслыхнным и недопустимым с точки зрения ктолической церкви, король недвусмысленно нмекнул супруге, что ей следует подумть об уходе в монстырь. Испнк нотрез откзлсь.

Именно в этот момент появилсь женщин, которя не только рзрушил устоявшийся уклд семейной жизни Генрих, но и рсколол стрну н дв непримиримых лгеря, столкнувшихся между собой.

Все нчлось с прекрсных миндлевидных глз леди Анны Болейн — одной из фрейлин Ектерины Аргонской. Есть удивительня точность в нглийском нзвнии фрейлины: «lady-in-waiting» — «леди в ожиднии», всегд нготове, чтобы окзть услугу, леди в очереди з милостями, которые могут н нее пролиться. Анн Болейн был длеко не первой в веренице тех, кто желл бы услужить не столько королеве, сколько королю, и не отличлся при этом щепетильностью. Н этом пути ей предшествовл стршя сестр — Мэри Болейн, которя стл фвориткой короля, когд Анн еще только рсцветл. Обе они были дочерьми Томс Болейн — удчливого придворного, в течение нескольких лет являвшегося послом во Фрнции. Генрих нередко нведывлся в его живописный змок Хивер в Кенте, неподлеку от Лондон, где среди великолепных прков и лесов, з окруженной водой крепостной стеной росли дв прелестных создния, с которыми король приятно проводил время в глнтных беседх.

Совсем молодой девушкой Мэри Болейн был отпрвлен во Фрнцию сопровождть сестру Генрих VIII. Вскоре к ней присоединилсь и Анн. Скромный, полурспустившийся кентский цветок был внезпно пересжен н богтую зморскую почву. В XVI веке, кк и ныне, для многих европейцев, особенно северян, Приж был обрзцом и зконодтелем мод во всем — от одежды до выговор. Он притягивл нглийскую ристокртическую молодежь кк мгнит. Обрзовние и воспитние молодого дворянин считлись зконченными лишь после тк нзывемого большого тур — путешествия по континенту с обязтельным посещением Приж. Для юной девушки фрнцузский двор стл высшей школой этикет, отточившей ее мнеры, утончившей вкус. Молодя нгличнк окзлсь весьм способной к языкм, вскоре ее фрнцузский сделлся безупречным, и никто не принимл ее з инострнку. Ее обрзовние было дже слишком серьезным для девушки ее круг и положения: он много читл и увлеченно коллекционировл книги, ее привлекл теология, и Анн инстинктивно склонялсь к тем идеям, которые можно было нзвть евнгелическими или прореформционными. Почетное место среди ее излюбленных второв знимли Лефевр д’Этпль и Клемн Мро; первый был выдющимся теологом, второй — прекрсным поэтом. Позднее, по свидетельству ее духовник, Анн будет постоянно держть под рукой выполненный д’Этплем фрнцузский перевод Библии и неизменно обрщться к нему и «другому подобному чтению, нходя в нем удовольствие».

Когд миловидня девушк с необычными литертурными пристрстиями вернулсь в Англию, при дворе блистл Бетти Блунт, очередня фворитк короля Генрих. Анн не могл срвниться с ней внешностью (современники не нходили ничего примечтельного в ее лице и фигуре, шею считли слишком длинной, злые языки дже поговривли о шестом пльце н ее руке), однко он произвел очень сильное впечтление н ценителей женской крсоты своей живостью, непосредственностью, неподдельным фрнцузским шрмом, которого безуспешно стремились добиться ее подруги. Он был легк, изящн и стройн, уверен в себе, удивлял тем, что н рвных поддерживл беседу с мужчинми, и ее суждения были длеко не глупы. Но глвное, что вызывло всеобщее восхищение, — это ее необыкновенные крие глз. Генрих VIII был сржен ими. Он стл проявлять первые признки влюбленности в 1525 году и, вероятно, полгл, что после обязтельного, но недолгого период куртузных ухживний легко добьется блгосклонности молодой леди. В этом не сомневлся и ее отец Томс Болейн, который з «зслуги» своей стршей дочери получил немло милостей от короля, со временем ств грфом Уилтширом и Ормондом, и, должно быть, жлел, что у него только две дочери. Анн, однко, окзлсь умнее и сестры и отц. Уроки фрнцузского двор не прошли дром, и он скромно, но решительно скзл королю: «Нет», подрзумевя при этом: «Д, но…» Это было ново и весьм рисковнно с тким необузднным человеком, кк Генрих, но неожиднно понрвилось ему, продлив период глнтных ухживний, переписки, полной вздохов, томления и уверений в любви. Генрих прекрсно чувствовл себя в роли влюбленного квлер, соперничющего з рсположение прекрсной дмы с другими вздыхтелями. Првд, прежние поклонники Анны почтительно отстли и соствляли рьергрд королевской охоты, предоствив Генриху в одиночестве преследовть желнную добычу. Один из них, поэт и дипломт Томс Уйтт, позднее перевел н нглийский один из сонетов Петррки, в котором уподобил Анну Болейн црственной лни, Генрих — кесрю:

Охотники, я зню лнь в лесх,
Ее выслеживю много лет,
Но вожделений ловчего предмет
Мои усилья обрщет в прх.
В погоне тягостной мой ум зчх,
Но лнь бежит, я з ней вослед
И здыхюсь. Мне ндежды нет,
И ветр мне не удержть в сетях.
Кто думет поймть ее, сперв
Д внемлет горькой жлобе моей.
Повязк шею обвивет ей,
Где вышиты лмзми слов:
«Не тронь меня, мне Цезрь — господин,
И укротит меня лишь он один»[1].

В 1527 году в ответ н предложение Генрих стть его «единственной госпожой» Анн, которя уже зверил короля в своей любви, тем не менее скзл: «Вшей женой я не могу быть и потому, что недостойн, и потому, что у Вс уже есть королев. Вшей любовницей я не стну никогд…»

Слово было произнесено. Идея рзвод н этот рз был подскзн королю той, которя целиком зхвтил его вообржение. В иной ситуции этот деспотичный гигнт лишь посмеялся бы нд неслыхнным кпризом зносчивой фрейлины: короли не рзрывют динстических союзов из-з кждого нового увлечения. Но здесь все сошлось, кк в фокусе: Генриху нужен был нследник, рди чего он готов был избвиться от Ектерины Аргонской, рядом нходилсь очровтельня молодя женщин, способня подрить его королю и Англии и докзвшя своей твердостью, что он — достойня пр смому монрху.

Никто и никогд не узнет, кк удлось Генриху убедить Анну Болейн, что дело о рзводе с королевой будет непременно нчто, но в 1528 году он стл его официльной фвориткой. Анне были отведены роскошные покои рядом с королевскими, придворные льстецы немедленно окружили новую звезду, создв вокруг нее ее собственный двор, зтмивший вскоре и двор Ектерины Аргонской, и дже окружение второго после короля человек в госудрстве — всесильного министр крдинл Уолси. Теперь последнему, чтобы обсудить с королем госудрственные дел, приходилось извлекть того из покоев фворитки.

Природня гордость Анны Болейн быстро переросл в зносчивость. Острый язык и чстые вспышки гнев восстновили против этой «выскочки» многих придворных, в первую очередь дм (что неудивительно), ткже сновников, членов Тйного совет и смого Уолси. Их нсторживло то, что эт молодя женщин претендовл н необычную роль при дворе: он не только привел з собой целый клн родственников — это было в порядке вещей, но и стл всерьез вмешивться в политику, посягнув н исконную прерогтиву госудрственных мужей, и смое невыносимое — преуспел в этом, вскоре зменив королю его прежних советников.

Дже врги признвли з ней недюжинный ум. Придя к влсти чисто женским путем, он удерживл эту влсть и рспоряжлсь ею кк сильный и искушенный политик, формируя свою пртию при дворе, зботясь о должностях для своих приверженцев, выдвигя преднных людей, тких кк теологи и будущие реформторы Томс Крнмер и Хью Лтимер или беспринципный, но безусловно тлнтливый дминистртор Томс Кромвель. Он интриговл и стлкивл между собой фркции, нтрвливя сторонников Ектерины Аргонской н приверженцев крдинл Уолси, тем временем все больше монополизируя внимние короля. Кто бы мог подумть, что с появлением в королевских покоях этой хрупкой женщины нчнется зкт крьеры Уолси, считвшегося в течение двдцти лет «вторым королем» в Англии. Анн уступл роль первого лиц Генриху, но вторым не желл видеть никого, кроме себя.

Между тем дело о рзводе сдвинулось с мертвой точки. Генрих, см теолог по обрзовнию, при помощи других теоретиков нчл искть исходный тезис, который помог бы объявить его брк недействительным (ктолическя церковь не признвл рзвод, и, чтобы ннулировть брк, зключенный перед лицом Господ и считвшийся тинством, требовлись очень серьезные основния и снкция высшего духовенств). Нконец зцепк ншлсь в виде цитты из Ветхого Звет: «Если кто возьмет жену брт своего: это гнусно, он открыл нготу брт своего, бездетны будут они» (Левит, XX, 21). Поскольку Ектерин Аргонскя в течение определенного времени числилсь, по утверждению Генрих и в действительности являлсь женой его покойного брт Артур, их последующий брк с Генрихом был недопустим кк кровосмешение и подлежл рсторжению. Подготовк к бркорзводному процессу велсь втйне от королевы. Однко дело получило широкую оглску, когд зседние церковного суд, н котором высшие иеррхи нглийской церкви под председтельством Уолси должны были вынести свой вердикт, зкончилось безрезульттно. По их мнению, вопрос окзлся нстолько сложным, что рзрешить его мог лишь см глв вселенской ктолической церкви — пп римский. Генрих немедленно поручил Уолси вступить с ним в переговоры и добиться от него соглсия н рзвод. Дипломтические круги пришли в лихордочное движение, предвкушя громкий междунродный скндл. Испнский посол збросл нглийского короля протестми по поводу попрния зконных прв королевы Ектерины и принцессы Мрии. Король Испнии, он же импертор Гермнской империи Крл V Гбсбург, племянник Ектерины, в рукх которого нходились все рычги политического и финнсового двления н ппу, немедленно дл понять последнему, что не потерпит рзвод Генрих со своей родственницей. Несмотря н все усилия Уолси склонить его н свою сторону, пп почел з блго откзть королю Англии.

Последствия этого откз окзлись горздо глубже причин, породивших рзмолвку между примсом церкви и королем Англии. Кк всегд, встретив противодействие своей воле, Генрих яростно и безоглядно устремился вперед, сметя все прегрды. Пп не хочет рзвести его с женой? Хорошо, но тогд он больше не получит ни пенни из тех денег, что ежегодно притекют к нему из Англии. Эти деньги — плт з церковные земли и должности, полученные духовенством от ппы? Знчит, отныне он не будет рспоряжться землями и должностями в стрне, где првит Генрих. Пп — глв вселенской церкви, и светский влдык не должен откзывть ему в его зконных првх? Ндо еще рзобрться, н кком основнии он ствит себя выше светских госудрей. Рзве не докзл ученый муж из Оксфорд Джон Уиклиф, что влсть светского влдыки — кесря дровн смим Богом Отцом, чтобы н земле водворился порядок, в то время кк пп получил свою влсть от Бог Сын, следовтельно, он вторичн по отношению к вторитету светских госудрей? И не стоит ли прислушться к немецкому последовтелю Уиклиф, доктору Мртину Лютеру из Виттенберг, зявившему, что пп и ктолическя церковь присвоили себе те прв, которыми Господь не нделял их вовсе? Церковники утверждют, что верующий христинин может спстись, лишь свято следуя их предписниям: соблюдя семь ктолических тинств, почитя священников, испрвно уплчивя десятину и поклоняясь иконм, изобржениям святых и их мощм, — кк будто для спсения души недостточно одной только искренней веры. Лютер явил всему миру несостоятельность этой доктрины, приведя в движение всю Гермнию. Его првоту признли многие, и среди них князья Гермнской империи. Рзумеется, Лютер прв, бичуя ндменных прелтов.

Спрведливости рди следует зметить, что не длее кк несколько лет нзд Генрих и см выступил против «неслыхнной ереси» Лютер с ученым тркттом в зщиту трдиционных устоев ктолической церкви, получив з это от ппы почетный титул «Зщитник веры». Но то был лишь нучный спор, бесстрстное состязние интеллектов. Теперь же, когд были зтронуты его личные интересы, обуянный гневом и обидой, король был готов перечеркнуть многое из того, что см нписл против немецкого монх, и лютернство больше не кзлось ему ересью. В жиотже его полемики с ппой Генриху не было особого дел до догмтов веры и теории тинств; глвное, что привлекло его в учении Лютер, рецепт обуздния церковных влдык, которые тщтся упрвлять из Рим всей вселенной. Отнимите у них земли и прочие мирские богтств — и блеск их величия потускнеет, конфисковнное имущество обогтит госудрственную кзну и осчстливит нглийское дворянство. Зберите церковную десятину, которую плтят ппе, — пусть он идет н блго родной стрны. Пусть нционльные синоды решют, кк упрвлять церковью в Гермнии или Англии, и пусть во глве церкви вместо ппы встнет светский госудрь, подлинный «отец отечеств», который и обеспечит своим возлюбленным подднным нилучшие условия для исповедния истинной веры.

Если прежде лютеровские идеи проникли в Англию лишь подпольно, рспрострняясь преимущественно в бюргерской среде, то теперь они неожиднно быстро зхвтили элиту обществ — смого монрх, его министров, двор, многих ристокртов и дворян, в чье быстрое духовное перерождение поверить труднее, чем в их политический нюх. Королевскя прореформционня пртия быстро нбирл силу.

Для Анны Болейн и ее сторонников, симптизироввших делу Реформции, пришло время действовть. Умня интригнк, он сделл все, чтобы нпрвить гнев Генрих против крдинл Уолси, провлившего переговоры с ппой и не добившегося желемого результт в деле о рзводе. Звезд некогд всесильного министр зктилсь, и он доживл недолгие отведенные ему судьбой месяцы в опле. Н смену Уолси пришли новые люди, ткие кк Томс Кромвель, новый министр, поддерживемый Анной и готовый выполнить любую волю своего короля. Он привел з собой будущего рхиепископ Кентерберийского Томс Крнмер, который знялся теоретическим обосновнием првомерности рзвод с Ектериной Аргонской, прллельно с этим — и рзрботкой тезис о короле Англии кк глве нционльной церкви.

Кромвель взялся з прлмент и з несколько лет, подстегивя нерешительных, зменяя неуступчивых своими кретурми, выжл из плты общин «иницитивы» об откзе от уплты ннтов[2] Риму и о зпрете пеллировть к ппе в судебных делх. В Англии нчлсь Реформция. В 1534 году был принят «Акт о супремтии», провозглсивший короля Генрих «верховным глвой церкви Англии» и ее протектором. Отныне влсть ппы упрзднялсь в пределх его королевств, все присущие ей «титулы, почести, достоинств, привилегии, юрисдикция и доходы» переходили к торжествующему короновнному толстяку Генриху. З этим последовл изумившя всех черед деяний влстного госудря, именоввшего теперь свою корону «имперской», — рзгон монстырей, погромы в церквх, обезглвливние сттуй, осквернение икон и мощей святых и конфискция церковного имуществ. То, что не переврил кзн, было брошено н свободный рынок, и стрну злихордило. Придворные ристокрты получли монстырские земли з преднность, лондонские толстосумы — з большие деньги, в стенх поругнных монстырей водворялись ткцкие стнки и нчинли рботть суконные мнуфктуры.

Стрн рскололсь. Дв лгеря противостояли друг другу: в одном были те, кто творил это, и те, кто, симптизируя лютеровским идеям, снисходительно смотрел н грбеж, в другом — првоверные ктолики, которые не могли смириться с госудрственным нсилием нд верой их отцов. Остльным было безрзлично. Последние, кк всегд, окзлись в большинстве.

Яростно смоутверждясь в новой роли, Генрих рубил головы не только безмолвным сттуям святых, привычных к мученичеству, но и тем, кто осмеливлся возвысить свой голос против религиозных нововведений. Среди откзвшихся присягнуть ему кк глве церкви окзлись двое почтенных ученых и госудрственных деятелей — кнцлер Томс Мор и епископ Рочестерский Фишер; об пользовлись европейской известностью и вторитетом в кругх гумнистов. Однко чем зметнее был фигур, тем большее знчение Генрих придвл ее подчинению новой политической линии. Не дождвшись от своих оппонентов покорности, он послл обоих н эшфот; Мор не спсл его слв ученого и пистеля, Фишер — крдинльскя шпк, спешно прислння ппой из Рим. Список ктолических мучеников з веру пополнился, и это было грозным предупреждением всем: король не собирлся шутить, если речь шл о его вторитете. Он один, своей волей, сделл выбор з всю стрну, определив ей протестнтское вероисповедние. То, что нчлось кк семейня проблем Генрих, обернулось слишком серьезными последствиями для миллионов его подднных.

В нчле 1533 год Анн Болейн объявил королю, что носит под сердцем его дитя — их будущего сын и нследник нглийского престол. Чтобы ребенок считлся зконнорожденным, требовлось немедленно поствить точку в деле о рзводе. 25 янвря 1533 год Генрих VIII и Анн Болейн тйно сочетлись брком (к этому времени король окончтельно уверовл в то, что его брк с Ектериной Аргонской не имел зконной силы), весной рхиепископ Крнмер нконец официльно провозглсил его союз с испнкой недействительным. Несмотря н все протесты Испнии и к неудовольствию многих блгочестивых ктоликов, 1 июня 1533 год состоялсь торжествення коронция Анны Болейн в Вестминстерском соборе. Пробил чс ее триумф и кк женщины, и кк политик, сумевшего нвязть свою волю Генриху и тем смым одержть верх нд врждебными придворными группировкми, нд Уолси, нд ппой римским, нд импертором и, нконец, нд смим королем Англии.

Итк, он добилсь короны, но, чтобы удержть ее, Анне не меньше, может быть, дже больше, чем Генриху, был необходим сын. Произведя н свет девочку, честолюбивя королев испытл жесточйшее рзочровние. Зня нрв Генрих, ее недоброжелтели торжествовли, предскзывя ей скорое пдение. Однко Анн Болейн сумел сохрнить свое влияние н короля, убедив его, что в следующий рз у них непременно родится сын.

Новорожденную же нрекли Елизветой и окрестили 10 сентября 1533 год в церкви монхов-фрнцискнцев в Гринвиче. Церемония был проведен с приличествующей случю помпезностью. Из лондонского Сити по Темзе н двух прзднично укршенных бржх прибыли мэр Лондон, члены городского совет в полном состве и сорок ниболее увжемых грждн; все в прдных одеждх и с огромными по моде того времени воротникми. Нблюдтельный современник оствил подробный отчет о ходе церемонии: «Все стены по пути от королевского дворц к церкви фрнцискнцев были увешны шплерми. Церковь тоже был укршен ими. Посередине церкви н трех ступенях возвышлсь покрытя прекрсной мтерией серебряня купель, ее окружли джентльмены в фртукх и с полотенцми н шеях, следившие, чтобы ни соринки не попло в нее. Нд купелью висел млиновый тлсный блдхин с золотой бхромой, вокруг которого шел поручень, обтянутый крсным сукном. Между хорми и глвным нефом в жровне горел огонь и было отгорожено место, чтобы тм можно было подготовить ребенк. Когд дитя принесли в зл, все выступили вперед: горожне Лондон — пр з прой, потом джентльмены, сквйры и кпеллны, олдермены, мэр, члены королевского совет, певчие в ризх, броны, епископы, грфы, грф Эссекс, который нес золотые сосуды, мркиз Эксетер со свечой из чистого воск. Мркиз Дорсет нес соль, леди Мэри Норфолк — крестильную сорочку, укршенную жемчугми и кмнями. Длее следовли герольды. Стря герцогиня Норфолкскя несл ребенк в мнтии из пурпурного брхт с длинным шлейфом, который поддерживли грф Уилтшир, грфиня Кентскя и грф Дерби. Герцоги Сффолк и Норфолк сопровождли герцогиню с обеих сторон. Блдхин нд ребенком несли лорды Рочфорд, Хсси, Уильям Ховрд и Томс Ховрд-стрший. Зтем следовли леди и блгородные дмы. Епископ Лондонский и другие епископы и ббты встретили дитя у дверей церкви и окрестили его. Архиепископ Кентерберийский был крестным отцом, стрые герцогиня Норфолкскя и мркиз Дорсет — крестными мтерями. Когд это совершилось, церемониймейстер орден Подвязки громким голосом призвл Господ послть ей многие лет. Архиепископ Кентерберийский произвел конфирмцию, и при этом мркиз Эксетер был крестной мтерью. Потом зтрубили трубы и были принесены дры… При выходе их несли впереди ребенк к покоям королевы сэр Джон Ддли, лорд Томс Ховрд-млдший, лорд Фитцуотер и грф Вустер. По дороге по одну сторону стояли гврдейцы и королевские слуги, держ 500 фкелов, и еще множество светильников джентльмены несли позди ребенк. Мэр и олдерменов поблгодрили от имени короля герцоги Норфолк и Сффолк, и после угощения в погребх они отпрвились обртно н свою бржу». Тк при свете фкелов, среди полыхющего пурпур состоялось первое явление Елизветы ее нроду.

Уже несколько опрвившяся от рзочровния королев пострлсь превртить крещение дочери в политическую демонстрцию. Церемония по пышности не уступл звездному чсу смой Анны — ее коронции в Вестминстере. Весь клн родственников Болейн выступил в этом ответственном политическом действе, сомкнув ряды, — ее дядя герцог Норфолк, многочисленные Ховрды, брт лорд Ромфорд.

Гринвичскя церковь фрнцискнцев, избрння для крещения принцессы, был не просто церковью, полем боя, покинутым поверженным вргом, ибо монхи-фрнцискнцы оствлись яростными противникми рзвод короля и женитьбы его н Анне Болейн. Спустя год их орден будет рзогнн Генрихом, пок же они смиренно склонили головы перед плодом ненвистного им брк. Т, кого они нзывли «королевской сожительницей», повелел укрсить вход в церковь гобеленми, среди которых выделялся один — с изобржением библейской Эсфири, рскрывющей зговор Хмн против иудейского цря. У современников, искушенных в ллегорическом языке тюдоровского нглядно-гитционного искусств, он, без сомнения, вызывл ссоцицию с доброй и мудрой королевой Анной, устрняющей дурных министров короля.

Из присутствующих, быть может, лишь бессловесное дитя д кое-кто из простодушных горожн, предвкушвших угощение в дворцовом погребке, не ощущли нпряженной тмосферы, не читли триумф или зтенной ненвисти во взглядх придворных. Испнский посол Чепис злордно писл: «Крещение девочки, кк и коронция ее мтери, было весьм прохлдно принято и при дворе, и в городе, никто и не помышлял о прздничных огнях и веселье, обычных в тких случях».

После крещения король-отец, отсутствоввший н церемонии, дровл млютке титул принцессы Уэльской, и н время все блгополучно збыли о ней.

Если верно, что хрктер человек нчинет зклдывться в смом нежном возрсте, с первых дней, когд ребенок еще живет среди тинственных смутных обрзов, воспринимя прикосновения, интонции голосов, выржение глз кк сигнлы из огромного и згдочного внешнего мир, то первые годы жизни Елизветы зслуживют пристльного внимния. Родительские чувств в ту пору несколько отличлись от современных. В духе времени мть отдл ребенк н попечение кормилиц, уже в декбре 1533 год трехмесячной принцессе Уэльской был определен собственный двор с нянькми, воспиттелями, фрейлинми, слугми и кзнчеем. Резиденцией Елизветы стл Хэтфилд-хус — живописный дворец неподлеку от Лондон, куд ее и отпрвили, чтобы не отвлекть родителей от госудрственных дел и придворных рзвлечений (это ни в коей мере не было проявлением черствости или нелюбви к ребенку, но лишь зведенным порядком). При штте прислуги в тридцть дв человек девочке хвтло внимния и зботы, но можно ли утверждть, что ей доствло подлинной любви и нежности? В первые полгод ее жизни кждый из родителей нвестил мленькую Елизвету двжды, один рз они приехли вместе и здержлись н целых дв дня!

Все остльное время он был оствлен н слуг и придворных, и длеко не всякий из них был в восторге от «мленькой незконнорожденной», дочери «сожительницы короля». Ибо еще до рождения Елизветы, в июле 1533 год, пп римский издл буллу, объявлявшую брк Генрих и Анны и все потомство, рожденное от него, незконными. В глзх любого првоверного ктолик дитя было бстрдом. В своем млденчестве девочк счстливо не ведл, сколько ненвисти вызывло одно упоминние ее имени в сердцх очень многих людей, нзыввших ее не инче кк ублюдком. Испнский посол добросовестно коллекционировл все поношения в дрес принцессы и ее мтери, которые звучли в городе, и ему было что нписть в утешение своему королю. В июле 1534 год схвтили двух монхов-фрнцискнцев, проповедоввших против королевы и ее отпрыск. Когд н допросе у них поинтересовлись, присутствовли ли они при крещении ребенк в Гринвиче и знют ли, в ккой воде крестили Елизвету — теплой или холодной, один из монхов ответил, что «вод был горячя, но, с его точки зрения, недостточно горячя». Он предпочел бы увидеть этого млденц зживо свренным в кипятке.

Стены Хэтфилд-хус и зботливя прислуг могли бы ндежно огрдить ребенк от этих волн холодной врждебности, но вскоре и в смом дворце появились люди, клокотвшие от ненвисти при упоминнии Анны Болейн или новоявленной принцессы Уэльской. Это были сводня сестр Елизветы — дочь Генрих и Ектерины Аргонской Мрия и ее ближйшее окружение.

Мрии в ту пору исполнилось восемндцть лет, и он чувствовл себя глубоко несчстной. После рзвод с первой женой Генрих рзлучил ее с мтерью, но поскольку он целиком встл н сторону последней, лишил и стршую дочь своего рсположения. Ее не допускли к отцу, зпретили переписывться с мтерью, лишили титул принцессы Уэльской, передв его млдшей сестре. Испнский посол, который поддерживл с экс-принцессой постоянную переписку, с тревогой сообщл ей, что дже смо имя Мрия хотят отнять у нее, нзвв им новорожденную. Дочь испнки и ткя же нбожня ктоличк, кк он, Мрия ни з что не соглшлсь признть Анну Болейн королевой и продолжл нзывть себя зконной принцессой Уэльской. Анн же, кзлось, нходил особое удовольствие в том, чтобы унижть дочь своей соперницы; он потребовл, чтобы девушк окзывл ей королевские почести, в нкзние з неподчинение конфисковл у нее все дргоценности. Генрих, в сущности, любил Мрию, но новя королев постоянными ншептывниями о том, что стршя дочь всегд будет предствлять угрозу для остльных его потомков и может спровоцировть войну с Испнией, добилсь того, что король устновил порядок нследовния престол, лишвший Мрию кких-либо прв н него. В случе смерти Генрих корон должн был перейти к потомству Анны Болейн, кковя в случе необходимости стновилсь регентшей при млолетних детях. Ту же, кто был зконной нследницей, объявили бстрдом и нзывли просто «леди Мэри, дочь короля».

Когд мленькя Елизвет отбывл к своему новому двору в сопровождении двух герцогов, лордов и джентльменов, ее триумфльно провезли через Сити. Испнский посол Чепис зметил, что имелсь другя, более короткя дорог, но ее нмеренно везли через Лондон: «для большей торжественности и чтобы убедить всех, что он — истиння принцесс Уэльскя». Все это больно рнило Мрию, вовсе не способствуя пробуждению у нее родственных чувств к сводной сестре.

Упрямство стршей дочери рздржло короля. Он рспустил двор Мрии и отпрвил ее жить в Хэтфилд с минимльным числом слуг. Многие искренне сочувствовли экс-принцессе, рскол в королевской семье, рзумеется, обсуждлся придворными и прислугой в Хэтфилд-хусе не меньше, чем при «большом» дворе или в дипломтических кругх. При «млом» дворе врждебность к Мрии скорее приветствовлсь, и кое-кто из слуг Елизветы, знимвших высокое положение, был уволен з выржение симптий к опльной принцессе. Сплетни н кухне, нмеки, пикировки слуг и фрейлин обеих принцесс были неизбежным трибутом первых лет жизни Елизветы. Хэтфилд невелик, и, кк бы Мрия ни избегл встреч с той, которя лишил ее любви отц, они неизбежно стлкивлись в ллеях прк или коридорх дворц. Одним из первых обрзов, который должен был зпечтлеться в пмяти мленькой Елизветы, было упрямое бледное лицо рыжеволосой девушки, смотревшей н нее исподлобья. И во взгляде ее не было любви.

Тумнный обрз мтери, которой Елизвете было суждено лишиться очень рно (когд ей исполнилось всего дв год и восемь месяцев), был более умиротворяющим. Ей должны были смутно помниться удлиненный овл лиц, тонкие нежные пльцы, лсквшие ее… Но в больших темных глзх молодой женщины, которя держл ее н коленях, не было спокойствия, они были полны стрх. Все чще это прекрсное лицо искжлось гневными судорогми.

Анн Болейн терял почву под ногми. Он нскучил Генриху, ее кпризы и незвисимый нрв рздржли короля, который вернулся к привычным рзвлечениям и фрейлинм двор. Однжды, когд королев рискнул упрекнуть Генрих з невнимние к себе и явный флирт с одной из придворных дм, он ледяным тоном зметил, что «н ее месте был бы доволен тем, что король уже сделл для нее». Анн объяснял перемену муж к ней его рзочровнием из-з рождения дочери. Нконец он снов збеременел (что, впрочем, не зствило короля проводить с ней больше времени), но, к несчстью, у нее случился выкидыш. Вспышки гнев повторялись у нее все чще, нводя стрх н окружющих, но суровость Генрих по отношению к ней был еще более угрожющей.

Двух с половиной лет от роду Елизвет вполне могл зпомнить сцену, рзыгрвшуюся между ее родителями во внутреннем дворике дворц (ее подглядел один из придворных): Анн Болейн с нигрнной веселостью поднесл мужу крошку-дочь, безуспешно стремясь вызвть у него улыбку, король не пожелл приблизить к себе дитя и хрнил холодное молчние, кк грозный судия.

Он вдруг уверовл в то, о чем шептлись многие з его спиной, — Бог не дет ему сын в нкзние з греховный брк с Анной Болейн. Король понял, что совершил ошибку, и стл подумывть о том, кк избвиться от второй жены. Спсти ее могл лишь новя беременность. Н этот рз, кк выяснилось позднее, он действительно ждл мльчик.

Нчло 1536 год было вполне блгоприятным для королевской четы. 7 янвря скончлсь Ектерин Аргонскя, освободив Генрих от угрызений совести и политических проблем (не было дня, чтобы испнцы оствили его в покое из-з покинутой жены, импертор Крл грозил Англии войной з попрние зконных прв своей тетки и ее дочери). Когд Господь призвл испнку к себе, при дворе рзыгрлсь неслыхння по своей неприглядности сцен: король Генрих, облченный в трур (по тогдшнему обычю — в желтое), был тем не менее необычйно весел и не скрывл счстья. В этом «жентом вдовце» вдруг проснулись бурные отцовские чувств, и, схвтив мленькую Елизвету н руки, он умиленно целовл ее, перенося из зл в зл, восхищясь своей дочерью и рсхвливя ее придворным. В конце концов все было хорошо, и у него н рукх лепетло живое подтверждение тому, что у них с Анной вскоре может появиться и нследник.

Все рухнуло 29 янвря. В этот день хоронили Ектерину Аргонскую. Трудно не усмотреть перст судьбы или посмертное возмездие испнки в том, что произошло: король, который охотился и не почтил своим присутствием трурную церемонию, упл с коня и повредил ногу. Когд неприятное известие сообщили Анне, он рзволновлсь, почувствовл себя нехорошо, и у нее опять случился выкидыш. Узнв об этом, Генрих н удивление просто и несколько отстрненно скзл: «Знчит, мне не суждено иметь сын…» Дни королевы были сочтены.

2 мя 1536 год Анн Болейн был рестовн по сфбриковнному обвинению в многокртном нрушении супружеской верности и препровожден в Туэр. Ей инкриминировли преступные связи с пятью придворными, среди которых числились ее собственный брт, кое-кто из стрых поклонников и придворный музыкнт. Только последний не выдержл пыток и признл несуществоввшую связь с королевой, все джентльмены отвергли нветы. Королев мужественно зщищлсь, бсурдность обвинений был очевидн судьям с первой минуты. Тем не менее обвинительный приговор всем учстникм предполгемого дюльтер был вынесен, и один з другим они взошли н плху.

19 мя нстл черед той, которя избрл своим девизом: «Счстливейшя из женщин». Он сохрнял смооблдние и был верн себе до последней минуты. Н эшфоте ее ждл плч, выписнный из Фрнции, чтобы помочь Анне Болейн уйти в мир иной с присущим ей при жизни изяществом. Последние слов королевы, обрщенные к Генриху, были язвительны и точны, смирение перед неминуемой смертью не зслонило в ней сознния собственной невиновности и првоты: «Вы, Вше Величество, подняли меня н недосягемую высоту. Теперь Вм угодно еще более возвысить меня. Вы сделете меня святой».

Игры в тени эшфот

Кзнь мтери и поношение ее имени не здели трехлетнюю Елизвету. Это позднее, ств не по годм серьезным подростком, он нчнет рзмышлять нд происшедшим в ее семье. Пок же он только лишилсь титул принцессы Уэльской, будучи объявлен незконнорожденной. Теперь девочк стл двжды бстрдом — и для ктоликов, и для протестнтов. Первых обязывл тк считть ппскя булл, вторым это предписывл кт нглийского прлмент. В остльном же в жизни «леди Елизветы, дочери короля», ничего не изменилось. Отец не перенес н нее ненвисть, которой воспылл к ее мтери, и по-прежнему любил Елизвету издли, не обременяя себя визитми и рдуясь известиям о том, что ребенок рстет и хорошеет. Првд, первя дм и упрвительниц ее мленького двор леди Брйн жловлсь в 1536 году, что девочк выросл из строй одежды и обносилсь, но ткое случется, дети рстут быстро. Поскольку жлобы не повторялись, меры по обновлению грдероб принцессы, очевидно, были приняты. Стол же мленькой девочки в Хэтфилде выглядел н удивление обильным. Причин крылсь в том, что хитрецы придворные из мужской половины двор специльно зкзывли поврм тяжелые, сытные и изыскнные блюд, которые были в буквльном смысле не по зубм ребенку, и, торжественно выствив их н стол, уносили нетронутыми, чтобы после полкомиться смим.

Девочк росл здоровой, миловидной и звоевывл сердц тех, кто ее видел. Теперь, когд Анн Болейн ушл в небытие и сттус обеих дочерей короля урвнялся, принцесс Мрия оттял душой и стл нзывть Елизвету не бстрдом, сестрой. В одном из писем к отцу он признвлсь, что не может не испытывть рдости, видя, что Елизвет «ткое смышленое дитя». Вскоре положение Мрии изменилось к лучшему блгодря зступничеству новой жены короля Генрих — Джейн Сеймур.

После кзни Анны Болейн Генрих впл в стрнное состояние: он предвлся неистовому смоуничижению, повторяя всем и кждому, что его жен «обмнывл его сотни и сотни рз». «Никто и никогд не видывл рогоносц, который бы с большим удовольствием демонстрировл свои рог, чем он», — писл изумленный инострнец, окзвшийся при нглийском дворе. Доведя собственную жлость к себе до высшей точки, Генрих нметил новую избрнницу, тк кк глвня проблем его семейной и политической жизни все еще оствлсь нерзрешенной — ему по-прежнему недоствло нследник. Леди Джейн Сеймур был полной противоположностью Анне Болейн и могл считться обрзцом идельной жены в трдиционном средневековом понимнии: некрсивя, но миля, недлекя, но тихя и зботливя. Впрочем, ей хвтило сообрзительности воспользовться опытом предшественницы, и когд король послл ей письмо с изъявлением симптий и кошелек с золотыми, Джейн вернул др, поцеловв письмо и пожелв во всеуслышние, чтобы «Господь послл его величеству добрую жену». Он и стл ею.

Будучи протестнткой, Джейн Сеймур тем не менее хорошо относилсь к Мрии и не рз усмирял гнев Генрих, вызвнный тем, что дочь, не уступвшя ему в упорстве, по-прежнему откзывлсь принять реформировнную религию и принести присягу отцу кк верховному глве нгликнской церкви. Когд конфликт достиг погея, Генрих в бешенстве пообещл отпрвить Мрию н плху кк госудрственную преступницу. Поскольку сомневться в том, что он способен н это, не приходилось, импертор Крл и испнский посол с трудом убедили упрямицу подчиниться рди спсения ее собственной жизни. Джейн Сеймур со своей стороны пострлсь утихомирить рзъяренного супруг. Архиепископ Крнмер ткже приложил немло усилий, чтобы примирить отц с дочерью. Нконец, глотя слезы, Мрия покорилсь, уверення в душе, что совершет тяжкий грех. Генрих возрдовлся, снов допустил дочь к себе, посдил з свой стол, восхищлся тем, кк он повзрослел, прикзл восстновить ее двор. В трогтельной идиллии воссоединения семьи произошл только одн зминк — королев Джейн довольно бестктно зметил: «Вот видите, Вше Величество, Вы хотели лишить нс этого цветк».

В 1537 году королев удлилсь во внутренние покои дворц и перестл принимть учстие в придворных рзвлечениях. Это было верным признком того, что он ждет ребенк. Вскоре Джейн Сеймур родил Генриху долгожднного сын Эдурд, но зплтил з это собственной жизнью, скончвшись после родов. Король не счел это слишком дорогой ценой и, в меру погоревв, вновь предлся веселью. Его вжнейшя цель был достигнут — отныне у него был нследник! Снов повторилсь церемония крещения, еще более торжествення и помпезня. Елизвет по этому поводу впервые «вышл в свет». Обе сводные сестры новорожденного принц несли з ним к купели шлейф пурпурной мнтии, при этом четырехлетнюю Елизвету сму несли н рукх по причине «ее нежного возрст».

«Леди Елизвет, дочь короля», хотя и оствлсь формльно незконнорожденной, был вжной персоной при дворе; кк всякий «королевский бстрд», он стоял н социльной лестнице неизмеримо выше остльных. Ее грядущую судьбу можно было легко предскзть: девочке предстояло стть одной из рзменных фигур в политических игрх короля-отц с другими монрхми. Ей скоро подыскли бы подходящую пртию при одном из европейских дворов, кого-нибудь из принцев крови, и отдли бы в уплту з дипломтические уступки или чтобы скрепить нрождющийся политический союз, предврительно дв ей ндлежщее обрзовние, нучив музицировть и вышивть глдью, грциозно тнцевть и говорить по-фрнцузски. Первые плны ткого род появились у Генрих, когд дочери едв исполнился год. Поскольку Фрнция, исходя из собственных нтииспнских интересов, поддержл его в деле о рзводе, между нглийским и фрнцузским монрхми н время устновились теплые отношения. В 1534 году нчлись переговоры о возможном брке Елизветы с герцогом Ангулемским, одним из принцев крови. Фрнцузы, однко, зпросили з ней ткое придное, что Генрих оскорбился, и нглийскя сторон прервл переговоры. Теперь, когд девочк утртил официльный сттус принцессы, ее цен н брчном рынке упл, но все же оствлсь достточно высокой, чтобы ее руки добивлись ведущие првящие дом. Првд, к этому времени друзья и врги Англии, кк в тнце, вновь поменялись местми: Генрих VIII охлдел к Фрнции и вернулся к трдиционному союзу с Испнией, поэтому Елизвету стли прочить в жены кому-нибудь из племянников импертор Крл. К ней нчли пристльнее приглядывться послы и других держв, ткже нглийские госудрственные деятели. Этому внимнию мы обязны появлением в конце 30-х годов первых ее хрктеристик. Кк особу королевской крови ее воспитывли в жестких рмкх придворного этикет. В 1539 году госудрственный секретрь Рйотесли, посетивший Елизвету в змке Хертфорд, остлся очень доволен тем, ккой он ее ншел, и провидчески зметил: «Если ее обрзовние будет не хуже, чем ее воспитние, он стнет укршением всего женского род». А итльянский посол после встречи с Елизветой умилялся тому, что шестилетний ребенок держит себя с вжностью и достоинством сороклетней мтроны.

Что происходило в душе этой не по годм степенной девочки, ккие мысли рождлись под медно-рыжей копной волос, обрмлявших ее высокий выпуклый лоб, — он вступл в тот возрст, когд дети неутомимо изучют мир, людей и выносят о них свои безоговорочные суждения, — нвсегд остнется тйной. Достоверно только одно: к восьми годм в результте этих рздумий у нее сложилсь чрезвычйно оригинльня точк зрения н брк.

Этому предшествовли две очередные женитьбы ее отц, обе в высшей степени нпоминвшие фрс, но зкончившиеся глухим удром топор о плху.

Следующий после смерти королевы Джейн брчный союз Генрих зключил в 1540 году. Н этот рз брк был здумн кк чисто политический шг, в необходимости которого Генрих убедил его первый министр Томс Кромвель. Тргикомическя история со свтовством к Анне Клевской хорошо известн: среди нескольких портретов инострнных претенденток его привлек один, нписнный Гнсом Гольбейном. С портрет н него смотрело чистое, чуть нивное лицо белокожей девушки. Оригинлу, однко, окзлось длеко до живописной копии, и когд трехкртный вдовец встретил свою нреченную в Дувре, единственным его желнием стло отпрвить ее корбль обртно к берегм Гермнии. Брк с той, кого Генрих непочтительно именовл «немецкой телкой», тем не менее состоялся. Првд, несчстный король был нконец вознгржден з нсждение реформировнной религии: поскольку об супруг были протестнтми, рзвод не предствлялся чрезвычйно сложным делом (брк в протестнтизме не рссмтривлся кк священное тинство и мог быть рсторгнут). Анн Клевскя получил отступного и, поселившись в змке Хивер, спокойно и безбедно провел тм остток своей жизни. Генрих, должно быть, сильно огрубел с годми, если тк легко подрил ей тот смый змок, где когд-то провел смые волнующие дни влюбленности в Анну Болейн. Единственной жертвой этого комического брк стл верный сподвижник короля в проведении Реформции, его првя рук — Томс Кромвель, голов которого сктилсь с плеч.

Генрих же стремительно бросился в очередную брчную внтюру и женился н крсвице Ектерине Ховрд — родственнице покойной Анны Болейн. Леди окзлсь своенрвной, нделенной сильным хрктером, что роднило ее с кузиной Анной. Но в отличие от последней он действительно был неверн королю. Финл, впрочем, был одинков для обеих — эшфот.

Все эти мтримонильные игры, неизбежно зкнчиввшиеся кровью, в особенности смерть Ектерины Ховрд, произвели н Елизвету очень глубокое впечтление. Ектерин был добр к ней и дже подрил девочке кое-что из своих укршений. Ее похоронили в Туэре, в одной чсовне с Анной Болейн, и трурные флги нд их ндгробиями имели одни и те же фмильные цвет. Сходство судеб двух молодых женщин было порзительно и не могло не зствить Елизвету здумться об учсти ее мтери и о хрктере отц, губившего всех, кого он любил.

Ее предствления о той, кого он почти не помнил, неизбежно должны были быть сентиментльно-иделизировнными. Подростком он сохрнил и пронесл через всю жизнь кк пмять о мтери перстень с изобржением сокол — герб Анны Болейн, ств взрослой, зкзл себе медльон с двойным портретом — мтери и себя смой. С портрет н нее смотрел Анн — прекрсня, печльня, блгородня.

Ее горячо любимый отец, нпротив, был земным, полным жизни; весь — обильня плоть, гордившийся тем, что «н ляжкх у него неплохие окорок», он притягивл дочь и смущл ее. Елизвет уже вступл в тот возрст, когд подростки видят недосттки своих родителей и иногд позволяют себе быть критичными к ним. Генрих стрел. Он еще более рстолстел, ноги его опухли, лицо стло одутловтым, буйство крови все еще толкло его н опрометчивые шги. В двух последних брчных историях он выглядел нелепо и оттлкивюще.

Кк бы тм ни было, вывод, к которому Елизвет пришл в свои восемь лет по здрвом рзмышлении, был очень серьезен, и он тут же поспешил сообщить о нем своему товрищу по игрм Роберту Ддли, будущему грфу Лейстеру: «Я никогд не выйду змуж».

Он остлсь верн этому необыкновенному обету, днному еще ребенком. Здесь мы впервые приксемся к тому, что было згдкой всей ее жизни, — ее упорному нежелнию выйти змуж, подчиниться чужой воле, рствориться в ней, утртив собственное «я», выпустить из рук влсть, которую ей дровл судьб, отдть ее только н том основнии, что он женщин, современное ей общество считло, что женщин не может быть смоценной личностью и непременно должн повиновться мужчине — отцу, опекуну, брту, мужу. Это упорство вовсе не было стрнным кпризом или, кк были склонны считть многие ромнисты, от Шиллер до Цвейг, следствием ее тйной физической или психической ущербности. Это было стойкое убеждение уверенной в своих силх и трезвомыслящей личности, и оно нчло формировться у Елизветы еще в отрочестве. Уже детские и юношеские годы принесли ей необычный опыт, убеждвший в том, кк опсно женщине оствться беспомощной и слбой игрушкой в мире, которым првят мужчины. Кждый новый шг лишь укреплял Елизвету в этой мысли. Душевное смятение, вызвнное чередой тргедий женщин, вознесенных и погубленных ее обожемым и пугющим отцом, и детский стрх перед непостижимой жестокостью смерти легли в основу ее опередившего время «феминизм», продиктовнного инстинктом смосохрнения.

Воспитние чувств: опсные связи и утрченные иллюзии

Между тем Елизвете исполнилось десять лет; он вступил в смый безмятежный и счстливый период своей жизни. Обычное времяпрепровождение девочки в Хэтфилде — прогулки по тенистым ллеям среди кряжистых дубов, верховя езд, игры со сверстникми, музицировние — теперь приятно рзнообрзили знятия с нствникми. Он охотно училсь и вскоре уже хорошо говорил и читл по-лтыни, чуть медленнее — по-гречески, бойко болтл н фрнцузском и итльянском. Чтение лтинских второв стло для нее ткже и первым знкомством с историей, ибо это были Цезрь, Цицерон и Тит Ливий. Из греков он предпочитл Демосфен з безукоризненный стиль.

Со временем к Елизвете присоединился млдший брт Эдурд. В нствники королевским детям выбрли ученых мужей из Кембридж, из колледж Сент-Джон (Святого Ионн), которому покровительствовл Генрих. Выбор был знментелен: в отличие от других цитделей нуки, и в первую очередь от более древнего и престижного Оксфорд, Сент-Джон был колыбелью молодых, свободно мыслящих ученых, в основном приверженных духу Реформции. Их отличие от университетских ученых мужей прежней генерции было столь же рзительным, кк и тех преподвтелей, которые появились в 60-х годх ншего век, — молодых, ироничных, бородтых, к ужсу кдемического мир, приходивших н лекции в свитерх и джинсх. Августейшя учениц был в восторге от своего первого учителя Уильям Грин дел и знимлсь с большим рвением. К несчстью, он вскоре умер, и Елизвет, которой предоствили выбор, остновилсь н его ученике Роджере Эшме и не ошиблсь, ибо этот человек окзлся прекрсным педгогом и верным другом в смые трудные периоды ее юности.

В 1543 году трое полусирот, дети короля Генрих, получили новую мчеху, которя стл для них зботливой мтерью. 12 июля Мрия, Елизвет и Эдурд присутствовли во дворце Хэмптон-Корт н венчнии своего отц с его шестой женой — Ектериной Прр. Среди неземного убрнств резной чсовни, под голубым сводом, укршенным звездми, Генрих нконец соединился с той, которя не обмнул ожидний и скрсил последние годы его жизни. Двжды вдов, тридцтилетняя Ектерин Прр был для него идельной пртией: крсивя блгородной, спокойной крсотой, урвновешення и приветливя, убеждення протестнтк, высокообрзовння и привлеквшя в свой светский кружок интеллектулов и художников, и в довершение всего — любившя детей. Он взял под крыло всех троих, и они счстливо проводили время в Челси в ее лондонском дворце н берегу Темзы.

Ектерин Прр всерьез зботилсь об обрзовнии Елизветы и Эдурд; об писли ей письм то н греческом, то н лтыни, чтобы продемонстрировть успехи в грммтике и стилистике. Мленькя принцесс вышивл для своей мчехи подрки, но то были не трдиционные дмские безделушки, переплеты для книг, в которые вклдывлись новейшие переводы с фрнцузского или же первые опыты в стихосложении смой Елизветы.

В 1547 году, когд Елизвете исполнилось триндцть с половиной лет, в эту семейную идиллию вновь вторглсь смерть. В янвре умер король Генрих VIII, о чем девочк узнл в Энфилде, одной из королевских резиденций, будучи избвлен от тяжелого зрелищ гонии этого одряхлевшего гигнт. Оттуд он нписл сдержнно-скорбное письмо брту Эдурду, поздрвив его попутно с восшествием н престол. Млдший брт, которого спешно увезли в столицу короновться, прислл ей философски-рссудительный ответ, зметив, что более всего его печлит отъезд из Энфилд и рсствние с дорогой сестрой. Едв ли стоило ждть бурного выржения горя от детей, проведших большую чсть жизни н почтительном удлении от отц. О вынужденной рзлуке друг с другом они сожлели горздо сильнее.

Приблизительно в это время, возможно, по зкзу Эдурд или Ектерины Прр, художник, чье имя не дошло до нс, нписл портрет Елизветы. Это первое из известных ее изобржений. Он предстет несколько недовольной, худой, с выступющими ключицми рыжей девочкой-подростком, которую отвлекли от более знимтельных дел, одели в пурпурное плтье, обильно укршенное золотой вышивкой и жемчугми, и зствили позировть. Рскрытя книг н зднем плне и другя — в рукх, зложення зклдкой, для верности еще и пльцем, чтобы тотчс после сенс вернуться к чтению, — длеко не обычные трибуты для прдного портрет триндцтилетней девочки. Губы ее крепко сжты, в лице нет ни млейшего нмек н улыбку или стремление выглядеть привлектельнее, чем он есть н смом деле. Одни лишь глз ее действительно необыкновенно крсивы — огромные, миндлевидные, темные, кк у Анны Болейн. Д и вся он — копия мтери: тот же продолговтый овл лиц, твердо очерченный, чуть выступющий подбородок, несколько длинновтый, но првильной формы нос, спокойные дуги бровей и необыкновенно тонкие, изящные, унизнные перстнями пльцы, которыми Елизвет будет тк гордиться, повзрослев. Кокетство и прелесть совершенно отсутствуют в ее лице. Чего в нем хвтет в избытке, тк это хрктер. Вскоре твердость его подверглсь первой серьезной проверке, ибо Елизвет вступл в полосу нескончемых испытний.

Умиря, Генрих VIII упорядочил в своем звещнии нследовние престол, передвя его сыну Эдурду, в случе, если тот умрет, не оствив нследников, — Мрии, зтем, с теми же оговоркми, — Елизвете. Тким обрзом, последняя был официльно восстновлен в сттусе принцессы и претендентки н престол, хотя ее шнсы когд-нибудь знять его рсценивлись невысоко. Если же всем отпрыскм Генрих было суждено умереть бездетными, прв н корону переходили к потомству сестры короля — семейству мркиз Дорсет, среди которого ближйшей претенденткой н престол считлсь млдшя кузин Мрии и Елизветы леди Джейн Грей. Ткое обилие юных дев, чье чело при блгоприятных обстоятельствх могл укрсить корон, никк не способствовло политической стбильности в госудрстве, ибо Эдурд был еще мл и некрепок здоровьем. У кждой из них были свои сторонники и противники — многочисленные клны близких и дльних родственников; дело осложнялось и конфессионльным рсколом стрны: Мрию горячо желли видеть н троне ктолики, Елизвету или Джейн Грей — протестнты. Сновникм и членм королевского совет, упрвлявшим стрной, постоянную головную боль доствлял тот фкт, что кждя из молодых нследниц рно или поздно должн был выйти змуж. Следовло избежть множеств подводных кмней, чтобы этот брк пошел н блго госудрств, не отдл бы Англию в руки внтюрист или не подчинил ее воле иноземного првителя. Одним словом, проблем змужеств любой из трех — Мрии, Елизветы или Джейн был делом госудрственной безопсности.

Пок же, учитывя млолетство короля Эдурд, стрной првил регент — его дядя герцог Сомерсет. У него был брт — честолюбивый и решительный лорд-дмирл Томс Сеймур, обятельный и остроумный сороклетний холостяк, смя звидня пртия во всем королевстве для незмужней высокородной девицы. Уязвленный тем, что стрший брт сконцентрировл в своих рукх всю влсть и не желл ею делиться, сэр Томс решил обойти его другим путем, полгя, что если слбый здоровьем Эдурд умрет, то скорее всего звещет престол не ктоличке Мрии, протестнтке Елизвете. Он не стл медлить и обртился в королевский совет, испршивя рзрешения н брк с четырндцтилетней леди Елизветой. Протектор Сомерсет и совет ему откзли.

Тогд неунывющий лорд-дмирл предложил руку и сердце вдове Генрих VIII Ектерине Прр, и они были с блгосклонностью приняты, тем более что еще до брк с королем Ектерин был влюблен в Сеймур. Они поженились тйно, чтобы не дожидться рзрешения совет, и некоторое время скрывли свои отношения. Тем временем протектор Сомерсет удовлетворил просьбу Ектерины Прр оствить Елизвету под одной крышей, дбы он могл и длее зботиться о ее воспитнии. Тк по воле судьбы принцесс и ее окружение стли соствной чстью семьи и двор Прр и Сеймур.

В неловкой ситуции, возникшей вслед з этим, был безусловно виновт лорд-дмирл, которому вздумлось зигрывть с чувствми юной девушки. Он хорошо умел рсполгть к себе людей и легко внушил ей симптию. Елизвете было известно, что он хотел н ней жениться, и уж конечно ее придворные дмы не уствли ншептывть ей, что, если бы не решение совет, крсвец сэр Томс, рзумеется, предпочел бы принцессу тридцтичетырехлетней вдове. Зметили, что при упоминнии его имени у нее н щекх появлялся румянец, но девушк отвечл молчнием н все игривые вопросы своей верной воспиттельницы Кэт Эшли.

Нрвы XVI век не предполгли никкой интимности, кк и дворцы, в которых жили люди в ту пору, не были создны для уединения. Покои рсполглись нфилдой, и, будь то кбинет, спльня или библиотек, через них непрерывно сновли придворные, чтобы пройти в другие злы. Множество слуг и придворных присутствовли кк при отходе сильных мир сего ко сну, тк и при их пробуждении, тулете, трпезе и т. д. Лорд Сеймур звел привычку, шествуя по утрм полуодетым, зглядывть в спльню к Елизвете, чтобы пожелть доброго утр, и, если он еще не поднялсь, смолично рздвинуть полог и дть ей дружеский шлепок. Иногд его шутки были грубее, тогд девочк стыдливо прятлсь от него в подушкх в глубине постели. В конце концов дже добродушня Кэт Эшли зявил дмирлу, что его вид непотребен, шутки непристойны. Сеймур изумился и изобрзил обиду: по его словм, он не имел в виду ничего дурного. Придворные сплетники, рзумеется, ншептывли предостережения Ектерине Прр, но он со смехом отметл их. Чтобы зглдить неловкость муж, он стл вместе с ним нвещть по утрм девушку, которую считл дочерью. Елизвет тоже пытлсь постоять з себя по мере сил: нчл вствть рньше, и нгрянувший Сеймур чсто зствл ее уже з книгми. Сэр Томс тем не менее не изменил своим опсным привычкм, и скндл рзрзился, когд Ектерин Прр зстл его держщим Елизвету в объятиях.

Ее воспитнниц не знл куд девться от стыд и был в ужсе от того, что ее зботливя покровительниц может зподозрить в происшедшем ее вину. Этого, по-видимому, не произошло, и между женщинми сохрнились добрые отношения, но они не могли не стть прохлднее. Опсясь повторного инцидент и пмятуя о том, что он несет перед советом ответственность з нрвственность и чистоту принцессы, Ектерин Прр решил отослть ее подльше от муж, и по весне т отпрвилсь в Хертфордшир в поместье Чешнт под опеку обходительного сэр Энтони Дэнни. Елизвет по-прежнему чувствовл себя пристыженной и от сильных переживний слегл, с ней приключился первый из нервных срывов, которые потом чсто повторялись, оствляя после себя мучительные, изводившие ее мигрени.

Збыться ей помогли знятия с Роджером Эшмом, и он погрузилсь в них с головой. Это было бегством от рельности, в которой ей грозили неожиднные опсности от людей, пытвшихся мнипулировть ею. По счстью, девизом Эшм было: «Нуки — это убежище от стрх». Они знимлись лтынью и греческим, Елизвет переводил древние тексты с одного язык н другой, зтем обртно. Остльное время отводилось теологии, чтению и комментировнию священных текстов и трудов протестнтских второв и конечно же истории. К ее фрнцузскому и итльянскому в это время прибвились испнский, флмндский и немецкий. В перерывх Елизвет упоенно сккл верхом по полям Хертфордшир, тк кк был прекрсной нездницей, учитель полгл, что физические упржнения необходимы его подопечной.

Едв он обрел душевное рвновесие, проведя год в вынужденном уединении в Хертфордшире, кк из Лондон пришло известие о том, что Ектерин Прр умерл во время родов. Лорд-дмирл, чьи руки окзлись теперь рзвязны, энергично возобновил свои попытки подняться к вершинм влсти. Он очень сблизился с мльчиком-королем, стрясь превртиться в его глвного советник и друг и уменьшить влияние своего брт, протектор Сомерсет. Елизвете по-прежнему отводилсь вжня роль в его плнх. Когд в конце 1548 год кзнчей ее двор Томс Перри приехл по делм в Лондон, лорд-дмирл имел с ним долгую беседу, выяснив мссу подробностей о состоянии финнсов принцессы, приндлежщих ей поместьях и доходх от них. Он попутно дл Перри несколько дельных советов о том, ккие земли можно было бы выгодно приобрести для его молодой госпожи. Должно быть, по чистой случйности все они грничили с его собственными влдениями или были окружены поместьями его верных друзей. Перри поделился впечтлениями от этой встречи с Кэт Эшли, и кумушк Кэт возликовл: не инче кк дмирл возобновит свои ухживния з Елизветой! Но когд он спросил принцессу, вышл бы т змуж з Томс Сеймур — ведь он великолепня пртия, то в ответ услышл твердое «нет». Он очень повзрослел з год своей ссылки. Прежняя робкя влюбленность, если он и имел место, сменилсь трезвой оценкой претендент н ее руку. Холодный вердикт, вынесенный девушкой, которой еще не исполнилось шестндцти, зрелому человеку, мнившему себя великим госудрственным деятелем и политиком, был обескурживющим: «Он умен, но ему не хвтет рссудительности».

Через несколько месяцев это полностью подтвердилось. Зимой 1549 год у Сеймур все было готово для совершения госудрственного переворот. По-видимому, он нмеревлся зхвтить короля, зствить его отстрнить лорд-протектор и нзнчить себя новым регентом. Дльнейшее можно было легко предскзть: он женится н Елизвете и, может быть, со временем стнет королем.

Однко ночью 17 янвря, когд лорд-дмирл попытлся в неурочный чс войти в покои Эдурд, его рестовли, и местом его следующего ночлег стл Туэр. Его учсть был решен, и плх явилсь зкономерной рсплтой з попытку госудрственной измены.

Королевский совет, однко, зинтересовлся ролью принцессы Елизветы во всей этой истории. Знл ли он о плнх Сеймур, предлгл ли он ей жениться втйне от совет и что он отвечл, состояли ли они в переписке, вели ли переговоры через третьих лиц? Положительный ответ н любой из этих вопросов ознчл бы, что он — соучстниц госудрственного переворот с целью свержения собственного брт. Стрый эпизод со скндлом в доме Прр был извлечен н свет и предн оглске. Не были ли они в сговоре еще при жизни жены лорд-дмирл?

В Хэтфилд-хус, где Елизвет жил в то время, отпрвили некоего Р. Тирвитт, чтобы допросить принцессу и добиться от нее првды. Допросы зтянулись н много дней. Если прежде вопрос о ее отношениях с лордом-дмирлом вызывл у Елизветы крску стыд и естественное смущение, то теперь он рождл леденящий стрх. Впервые принцесс окзлсь тк близк к эшфоту, куд н ее глзх всходили очень многие. Н все вопросы Тирвитт он отвечл упорным «нет», периодически рзржясь слезми, но он не верил ее нервическим припдкм, считя их, возможно не без основний, игрой. Ее кзнчея Томс Перри и Кэт Эшли бросили в Туэр, добивясь признния, что они служили посредникми между Елизветой и Сеймуром. Те отрицли все. Тирвитт, см измотнный допросми, доносил лорду-протектору, что Елизвет, по его мнению, виновн и что-то скрывет, но от нее трудно добиться истины, ибо «у нее очень острый ум и ничего невозможно вытянуть из нее без больших ухищрений». Он подтлкивл принцессу к тому, чтобы переложить вину н приближенных, которые якобы плели интриги з ее спиной, но он не предл верную Кэт Эшли. В ней взыгрло упрямство, достойное отц, и см будучи н волосок от смерти, он тем не менее послл протектору Сомерсету дерзкое письмо, требуя вернуть ей любимую воспиттельницу, вырстившую ее. «Он был со мной в течение долгого времени, многие годы и положил немло сил и трудов, чтобы воспитть меня в честности, поэтому мои обязнность и долг вступиться з нее, ибо святой Григорий учит, что мы более привязны к тем, кто нс вырстил, чем к собственным родителям. Родители делют только то, что естественно для них, то есть приводят нс в этот мир, те же, кто воспитывет нс по-нстоящему, дют нм возможность чувствовть себя хорошо в нем!» Подписывлсь «подследствення» с истинным достоинством королевской дочери, несмотря н то, что обрщлсь к тому, от кого звисел ее судьб: «Вш убежденный друг, нсколько это в моих силх».

Когд стрсти утихли и ее нконец оствили в покое, тк ничего и не добившись, Елизвет снов слегл в полном нервном истощении. Но труднейший экзмен, где ей пришлось проявить и стойкость, и изворотливость, и хитрость, он выдержл, в первый рз отстояв свою жизнь. Он двиглсь среди опсностей ощупью, см выбиря путь и не имея нствников в искусстве политики, н роль которых не годились верные слуги вроде Перри или Эшли, их он переросл (Елизвет, кстти, извлекл обоих из Туэр, отстояв их невиновность). Скорее ее подлинными советникми были Цицерон и Тит Ливий, вооружившие молодую принцессу бесценными знниями о природе политики и прецедентми из истории великого Рим, изобиловвшей жестокой борьбой. Они нучили ее вести полемику, крсноречиво зщищться и убедительно тковть, нтичные примеры отточили стиль ее писем, зострили ргументцию.

История и теология по-прежнему оствлись ее стрстью. В минуты испытний Елизвет, кк и прежде, не отпускл от себя Роджер Эшм, нходя в общении с ним успокоение. Нствник восхищенно писл другу о своей ученице: «Ее ум лишен женской слбости».

Елизвете импонировли комплименты ткого род. Спустя год, когд ей исполнилось восемндцть, он см со своеобрзной гордостью нписл брту Эдурду: «Моя внешность, быть может, и зствит меня покрснеть, что же ксется ум — его я не побоюсь явить».

Эт смооценк весьм примечтельн, ибо в ней звучит весьм необычное для молодой девушки тщеслвие: он кк будто встет н рсхожую в то время точку зрения, соглсно которой глубокий ум — не женское кчество, ибо женщины неумны, кокетливы, склонны больше думть о внешнем. Елизвет кк бы отстрняется от них, все ее интересы и пристрстия больше роднят ее с мужчинми, которым присущи глубин суждений и обстоятельность. Откуд эт небрежность и легкий скептицизм по отношению к собственной женской природе? В более зрелые годы он поймет, что в обществе, где доминируют мужчины (при условии, что они соблюдют првил куртузной игры), удобно быть женщиной, знимющей высокое положение, и нучится искусно пользовться всем рсенлом типично женских средств, чтобы повелевть ими, — будет то обворожительно-кпризной, то величественно-недоступной. Он перестнет крснеть з свою внешность, нпротив, полюбит румян. Но тем не менее Елизвет всегд будет гордиться тем, что отличло ее от большинств женщин, — недюжинным умом, эрудицией, умением вершить госудрственные дел, способностью в минуту опсности ндеть доспехи и, подобно Жнне д’Арк, повести з собой нцию, тем, что он может не хуже любого мужчины сккть верхом без устли и н охоте хлднокровно рссечь кинжлом глотку згннному зверю.

Это причудливое сочетние мужественности и женственности, соствлявшее ее неповторимую индивидульность, уходило корнями все в тот же рнний период формировния ее личности. Современный психонлитик, возможно, ншел бы объяснение ее хрктеру в предопределенности, зднности его «родительской мтрицей». Действительно, иделизировнный обрз мтери, рсскзы о ее изяществе, элегнтности, прекрсных мнерх, не позволят Елизвете игнорировть вжность этих кчеств и зствят рзвивть их в себе. Но остльные черты, присущие Анне Болейн, — ее интеллект, энергия, честолюбие в тогдшнем понимнии делли ее мть непохожей н остльных женщин, относясь скорее к мужским прерогтивм, и именно эти кчеств стли обрзцом для дочери. Ее отец Генрих был ярким воплощением мужского нчл. Все в жизни дочери и см ее жизнь звисели от рсположения этого могучего гигнт, порой доброго, порой ужсного, кк чудовище из стршной скзки. Он был одновременно притягтелен и опсен, ему ндо было понрвиться, зслужить его любовь и одобрение. Елизвет стремилсь к этому всеми силми. Этого можно было достичь чисто женскими средствми — мнерничньем и кокетством, но девочк не превртилсь в жемнницу. Он рно понял, что с первого дня своей жизни вызывл у него рзочровние и что причиной этого являлся именно ее пол. Поэтому с детств он инстинктивно пытлсь преуспеть в неженских знятиях, и прежде всего в нучных штудиях. Ничто тк не рдовло отц, кк ее успехи н этом поприще. Елизвет не могл не видеть, что ее пол стл причиной гибели ее несчстной мтери и ее собственных унижений. Родись он мльчиком, он не был бы принцессой-бстрдом, носил бы корону Англии. Нконец, он был бы грнтировн от попыток все новых и новых Сеймуров воспользовться ею для воплощения собственных внтюрных плнов.

Кто знет, что сыгрло большую роль — «родительскя мтриц» или собственный печльный опыт, но в свои восемндцть лет Елизвет предпочитл знятия древними языкми рзвлечениям и флирту. По крйней мере достоверно одно: случй с лордом-дмирлом укрепил ее в уверенности, что быть женщиной и нследницей престол, руки которой добивются, — не столь уж приятно и весьм небезопсно.

Ничто не могло убедить ее в этом лучше, чем события, рзвернувшиеся в нчле 1550-х годов, в которых Елизвет, по счстью, остлсь лишь зрителем.

Осенью 1549 год лорд-протектор Сомерсет был смещен членми королевского совет и попл в Туэр. У кормил влсти его сменил Джон Ддли, лорд-упрвляющий двором и мршл Англии, который вскоре присвоил себе титул герцог Нортумберленд. По фльшивым обвинениям в покушении н его жизнь Сомерсет вскоре кзнили, и, кзлось, дорог нверх был открыт для новоиспеченного герцог и его пятерых сыновей.

Нортумберленд был ревностным протестнтом. В период его регентств реформ церкви в Англии получил нконец теоретическое оформление: при нем молодой король утвердил новый «Символ веры» и «Книгу общих молитв», отныне определявшие основы нгликнской веры и службы. Эдурд с головой погрузился в дел церкви, чувствуя, что дни его сочтены и он должен довести до конц дело, нчтое отцом. Туберкулез пожирл легкие этого мльчик, его кости нчинли гнить, ногти отсливлись с больных пльцев, но умирющего подростк больше всего волновло, что после его уход реформировння религия в Англии может окзться в опсности, особенно если н престоле его сменит стршя сестр — ктоличк Мрия. Нортумберленд воспринимл проблему престолонследия не менее остро: воцрение Мрии грозило ему оплой, потерей влсти, может быть, и головы.

В 1551 году Эдурд приглсил ко двору Елизвету, с которой не виделся со времени зговор Сеймур. Возможно, для Нортумберленд это были смотрины одной из вероятных нследниц престол.

Елизвет провел эту встречу кк нельзя лучше. Он покзл себя истинной протестнткой, предельно скромной, погруженной в изучение Священного Писния. Среди рзряженных и усыпнных дргоценностями придворных дм он явилсь в строгом плтье, без укршений, с простой прической, чем совершенно очровл брт. Ее интерес к Писнию был безусловно глубоким и искренним, что же ксется чрезмерной скромности, то он, скорее всего, был нпускной. Если Елизвет и был «синим чулком», то только в отношении своих знний и интерес к нукм; одевться он умел, всегд был подчеркнуто элегнтн и в обычных случях не пренебрегл укршениями (ее скорее можно нзвть «желтым чулком», тк кк именно он первой ввел в Англии моду н желтые журные чулки фрнцузского производств). Во время визит в столицу он лишь безошибочно выбрл линию поведения, чтобы произвести н брт нилучшее впечтление.

Герцог Нортумберленд тоже оценил ее по достоинству. Ходили слухи, что пончлу этот длеко не молодой госудрственный муж здумл см жениться н принцессе, чтобы вместе с ней взойти н престол. Но после встречи с ней он изменил плны. Возможно, Елизвет покзлсь ему слишком смостоятельной и хитрой, и он не был уверен, что сможет превртить ее в свое бессловесное орудие. Во всяком случе, он больше не допустил ее к королю. Дже когд Эдурд был уже н смертном одре, Нортумберленд выслл нвстречу спешившей к брту Елизвете гонц с подложным письмом, предписыввшим ей от имени короля возвртиться в Хэтфилд. Герцог явно не хотел видеть ее у постели умирющего. Он сделл ствку н другую претендентку, тоже протестнтку, леди Джейн Грей. Против ее воли родители и герцог Нортумберленд выдли юную леди Джейн з сын протектор — Гилдфорд Ддли. Отец великодушно уступл престол сыну. Оствлось лишь убедить больного Эдурд оствить корону в обход сестер Джейн Грей и ее потомству, в чем герцог преуспел. Документ ткого содержния был соствлен и, несмотря н сопротивление королевских юристов, подписн Эдурдом.

6 июля 1553 год в рзгр небывлой бури, погрузившей Лондон во тьму, молодой король умер. Три дня протектор скрывл его смерть, чтобы подготовиться к решительному нступлению. Он вызвл в столицу обеих принцесс, очевидно, нмеревясь взять их под стржу и тем смым обезопсить себя. 9 июля он приглсил свою невестку леди Джейн во дворец и вместе с несколькими членми королевского совет предложил ей принять корону. Вся в слезх, нпугння и несчстня девушк откзывлсь, но ее вынудили сделть это. Между тем ни одн из дочерей Генрих не попл в руки Нортумберленд.

Мрия бежл н север в Норфолк, где у нее было много сторонников среди ктоликов, и поднял свой королевский штндрт нд змком Фрэмлингем. Он не собирлсь отдвть корону, приндлежвшую ей по прву. Елизвет же предусмотрительно остлсь в Хэтфилде, предупреждення об опсности Уильямом Сесилом, секретрем совет. Этот необыкновенно одренный политик и цредворец впоследствии стл ее первым министром и до конц своих дней служил Елизвете верой и првдой. Возможно, своим рисковнным поступком он спс ей жизнь, и это докзывло, что он хорошо рзбирлся в политической конъюнктуре и сделл верную ствку. Но и молодя принцесс не ошиблсь в нем. Среди многих придворных, предствленных ей пять лет нзд при дворе Ектерины Прр, он отличил Сесил, почтил своей перепиской и звнием друг, зтем попросил его контролировть упрвление ее финнсми — ровно з дв месяц до того, кк его деловые кчеств были отмечены королевским советом и вознгрждены должностью госудрственного секретря. У Елизветы было хорошее чутье н людей.

Нортумберленд тем временем покинул столицу и двинулся с войскми н север, чтобы зхвтить Мрию, однко з его спиной совет уже провозглсил ее зконной королевой; узнв об этом, герцог понял, что проигрл. Дойдя до Бэри-Сент-Эдмундс, он сник и см оповестил местное нселение о восшествии н престол королевы Мрии, что, впрочем, не спсло его от плхи, его сыновей — от Туэр.

Нортумберленд был кзнен н той же смой зеленой лужйке в Туэре, где сложили головы Анн Болейн, Ектерин Ховрд и кзненный им герцог Сомерсет. Они и по сей день лежт все вместе под лтрем чсовни Святого Петр — дв обезглвленных герцог между двумя королевми, под мрморным полом крсно-зеленого цвет — цвет трвы и крови н ней…

Свою ни в чем не повинную кузину Джейн Грей, црствоввшую двендцть дней, Мрия пончлу пощдил, понимя, что т был лишь мрионеткой в рукх протектор. Но когд в 1554 году в стрне нчлсь смут, он отпрвил н эшфот и эту шестндцтилетнюю девушку, остввшуюся опсной претенденткой н престол. Леди Джейн принял свою смерть стоически — в ней все же текл кровь Тюдоров.

Это был суровый урок. З дв десятилетия жизни Елизветы уже третья королев спусклсь с трон, чтобы подняться н эшфот. Пищи для рзмышлений у молодой принцессы было более чем достточно.

Кзнить нельзя… Помиловть?

В октябре 1553 год Мрия Тюдор короновлсь в Лондоне. В прздничной процессии по этому случю з королевой в открытых носилкх следовли Анн Клевскя и принцесс Елизвет, одетя во все белое. Мрия не без удовольствия взирл н бледную, присмиревшую сестрицу, вспоминя, кк в свое время ее силой зтлкивли в носилки, чтобы зствить следовть в эскорте Елизветы. Во время церемонии коронции в Вестминстерском соборе н голове у Елизветы был ндет золотой обруч — небольшя корон, признк ее королевской крови. Посол Фрнции де Ноль пострлся приблизиться к ней и дружески зговорить (восшествие н престол полуиспнки Мрии никк не отвечло интересм его держвы — фрнцузы, хотя и ктолики, с большим удовольствием приветствовли бы н троне Елизвету). Когд он, попрвляя в рыжих волосх сбившуюся нбок корону, недовольно прошептл, что ей неудобно, де Ноль многознчительно зметил: «Подождите, вше высочество, придет время и корон не будет тяжел для вс». Все это не укрылось от королевы Мрии. Ее црствовние только нчинлось, фрнцузы уже плели интриги. Не понрвилось ей и то, кк рдостно принимл Елизвету толп н улицх Лондон; подозрительность и рздржение н млдшую сестру росли с кждым днем.

Для Мрии нступил звездный чс. Двдцть лет унижений и стрдний, стрх смерти и зпретов исповедовть ее религию — все было позди. Он собирлсь немедленно восстновить ктоличество и добрые отношения с ппой римским, оживить поругнные отцом церкви, вернув в них не покорившихся Генриху священников, иконы, рспятия и мощи святых, чтобы снов служились торжественные мессы с низким рокотом оргнов и мерцнием свечей.

Ее постоянные советники — импертор и король Испнии Крл, основня опор Мрии во времен гонений, и его посол Ренр уговривли королеву быть более гибкой и не торопиться с преобрзовниями. Ведь Англия был протестнтской уже в течение двух десятилетий, и выросло целое поколение, воспитнное в реформировнной вере. При восшествии Мрии н престол легитимизм нгличн возоблдл нд их религиозным пылом, они признли королевой ту, которя имел зконные прв н корону. Но будет ли тк всегд? Особенно опсными кзлись Крлу плны кузины вернуть церкви земли, конфисковнные при ее отце и переднные новым влдельцм. Это зтронуло бы интересы тысяч дворян, ристокртов, богтых горожн и могло вызвть взрыв. Мрия, однко, был глух к доводм рссудк. Неуступчивя, несгибемя, фнтичня, он не был создн политиком.

С первых дней првления королев повел с Крлом переговоры о своем брке, ибо не мыслил динстического союз ни с одной стрной, кроме Испнии, и избрл себе в супруги Филипп, сын короля Крл, — ревностного ктолик, снисквшего себе впоследствии слву смой одиозной и мрчной фигуры в европейской истории этого времени, мникльно-одержимого гонителя протестнтов. В отличие от королевы ее совет вовсе не был тк уверен в целесообрзности нгло-испнского союз, опсясь, что Англия превртится в придток огромной империи Гбсбургов и будет вовлечен в рзорительную войну с Фрнцией. Еще меньше его поддерживли подднные, ожидвшие от этого брк ншествия кичливых испнцев, которые стнут рспоряжться в их стрне. В результте всплеск нционльно-птриотических чувств, помноженных н опсения протестнтов, в янвре 1554 год дворянин из Кент Томс Уйтт поднял восстние под нтииспнскими лозунгми. Его быстро подвили, но в ходе следствия выяснилось, что мятежники имели сношения с послом Фрнции и, возможно, с принцессой Елизветой, которую прочили н престол в случе победы (в сумке гонц, послнного Уйттом, ншли копию ее письм к де Нолю). Рсследовние еще не зкончилось, кнцлер королевств епископ Винчестерский Грдинер и испнский посол в один голос потребовли от Мрии кзнить Елизвету, ибо «эт протестнтк опсн и исполнен дух неповиновения» и всегд будет знменем всех мятежных нтиктолических сил.

22 феврля Елизвету привезли в Лондон. Н следующий день, в Вербное воскресенье, когд верующие прздновли вступление Христ в Иеруслим, он проделл скорбный путь в Туэр. Ее отвезли туд по реке, опсясь, что в Лондоне возбуждення видом принцессы толп может прийти ей н помощь, и высдили у ворот, которые позднее стли нзывть «Ворот изменников». Многие входили через них в крепость, чтобы уже никогд не вернуться. Когд-то эти ворот зхлопнулись и з ее мтерью. Двдцтилетняя принцесс был бсолютно уверен, что видит солнце в последний рз.

Впрочем, солнц не было, день был псмурным. Выйдя из лодки, Елизвет в изнеможении присел н осклизлый кмень у ворот, оттягивя момент, когд они зкроются з ней. Коменднт Туэр зботливо предупредил ее, что нехорошо сидеть н холодном мокром кмне, и он с печльной улыбкой зметил, что это лучше, чем сидеть в кменном мешке. Никогд он не рссчитывл вступить в Туэр — древнюю цитдель нглийских королей — столь бесслвно.

Елизвет был не единственной узницей крепости в это время. В одной из бшен нходились в зключении бртья Ддли — сыновья Нортумберленд, среди которых был и друг ее детств Роберт. Принцесс провел три долгих месяц в бшне с колокольней, прогуливясь изредк во внутреннем дворике. Он безуспешно умолял о встрече с королевой, ее «доброй сестрой», желя докзть свою невиновность, но получл неизменный откз. Ей не двли ни чернил, ни бумги, чтобы нписть рзъяренной сестре. Елизвет предлсь мрчному отчянию. Позднее он признвлсь, что не сомневлсь в скорой смерти и лишь хотел просить Мрию, чтобы в виде особой милости ее, кк и ее мть, обезглвили не грубой секирой, мечом, н фрнцузский мнер.

Но дже в Туэре он встречл знки искренней симптии. Говорили, что йомены-стржники преклоняли перед ней колени и шептли: «Господь спси вшу милость», мленький мльчик, сын одного из стржей Туэр, носил молодой узнице цветы. В смом Лондоне сочувствие к обреченной принцессе росло день ото дня, ее считли невинной мученицей з протестнтскую веру.

Летом 1554 год в Англию должен был прибыть Филипп — будущий супруг Мрии. Готовясь к венчнию, королев пребывл в рдостно-возбужденном состоянии. 19 мя Елизвету выпустили из Туэр, очевидно, чтобы рзрядить обстновку и избежть нового всплеск нтииспнских нстроений. Не последнюю роль сыгрли и предсмертные слов Томс Уйтт, поклявшегося перед кзнью, что «миледи Елизвет никогд не знл ни о зговоре, ни о моем восстнии».

Когд королевскя брж с Елизветой отошл от Туэр и повезл ее вниз по реке по нпрвлению к королевскому дворцу в Ричмонде, прослышвшие об этом лондонцы шумно возрдовлись, из Стил-Ярд — торговой резиденции гнзейских купцов, которые были протестнтми, рздлся слют в ее честь. По всему ее пути н берег реки высыпли люди, чтобы посмотреть н принцессу Елизвету и поздрвить ее с чудесным избвлением. Сердобольные хозяйки приносили цветы и провизию в тких количествх, что вскоре брж стл нпоминть плвучий склд. Однко рдость был преждевременной. Елизвету всего лишь отпрвили в Вудсток (грфство Оксфордшир) под нздор некоего сэр Генри Бедингфилд. Сей педнтичный стрж скрупулезно выполнял инструкции, предписыввшие пресекть все ее попытки связться с внешним миром. Ей по-прежнему не двли ни бумги, ни чернил, если он просил привезти книгу, будь то Библия или Цицерон, тюремщик зпршивл Лондон, и проходили недели, прежде чем он получл желнный том. Елизвет чсто жловлсь н нездоровье, приступы мигрени, слбость, но когд Мрия, не доверявшя сестре, присылл к ней собственных врчей, т предусмотрительно откзывлсь от их услуг, опсясь яд. Друзья и верные слуги не покинули ее, превртив рсположенный неподлеку постоялый двор «Бык» в свой штб. Туд чсто нведывлись преднные Елизвете дворяне, передвя последние новости через прислугу, выходившую з ворот ее оксфордширской тюрьмы.

В июле в Англию прибыл принц Филипп и обвенчлся с королевой Мрией н полпути к Лондону, в Винчестере. В его лице Елизвет неожиднно обрел двокт: ее вернули ко двору и поселили во дворце Хэмптон-Корт рядом с покоями крдинл Реджинльд Пол, ппского легт, очевидно, для острстки. Филипп спрведливо полгл, что лучше не делть из Елизветы религиозную мученицу, склонить ее к принятию ктолической веры и выигрть очко в политической борьбе с протестнтми.

У его невестки не было особого выбор: Мрия перешл к жестоким репрессиям против тех, кто оствлся верен реформировнной религии. Повсюду горели костры, н которых, корчсь в огне и здыхясь от дым, отдвли души Богу упорствующие в протестнтской вере ученые-теологи, священники и простолюдины, женщины и стрики. В Оксфорде одного з другим сожгли трех епископов — сподвижников Генрих VIII в деле Реформции: Ридли, Лтимер и Крнмер, бывшего рхиепископ Кентерберийского, который некогд зщищл принцессу Мрию от гнев ее отц. Королев Мрия был не против сохрнить стрику жизнь при условии, что он вернется в лоно истинной ктолической церкви. Однко, дже ств свидетелем стршных мук Ридли и Лтимер, он не покорился и предпочел последовть з ними.

В рзгр гонений протестнтский священник и поэт Томс Брйс нписл удивительный по силе стихотворный мртиролог, перечислив в нем имен протестнтских мучеников и то, кким кзням они подверглись. И кждя строф его поэмы, полня гнев, исступленной веры и ндежды н избвление, зкнчивлсь рефреном «Мы ждли ншу Елизвету»: «Когд достойнейший Уоттс кричл, охвченный плменем, / Когд Симпсон, Хоукс и Джон Ардйт вкусили гнев тирн, / Когд предвли смерти Чемберлен, / Мы ждли ншу Елизвету».

Он был единственной ндеждой для отчявшихся и гонимых протестнтов. Многие из них никогд не видели ее, но лелеяли светлый обрз девы в белых одеждх, стрдющей вместе с ними, и верили, что придет чс и он избвит их от тирнии той, которую они прозвли Кроввой.

Рельня Елизвет не был сделн из того тест, из которого получются святые и мученики. Не был он и фнтиком. В двдцть один год он был политиком — причем политиком искусным. Это помогло ей нйти общий язык с Филиппом, который, хотя и был ревностным ктоликом, все же мыслил ткими ктегориями, кк компромисс и политическя целесообрзность. При дворе дже поговривли, что Елизвете удлось пробудить в нем особую симптию — если этот Гбсбург с вяло текущей кровью вообще был способен кем-то увлечься. Тк или инче, но увещевния Филипп и угрозы Мрии подействовли, и Елизвет объявил, что готов всерьез порзмыслить нд переходом в ктоличество. Ей принесли гору книг, тексты Священного Писния, и, проведя нд ними в уединении несколько дней, он вышл якобы просветлення и зявил, что искренне готов принять ту веру, которую теперь считет истинной. Он боролсь з свою жизнь, и лицемерие было эффективным оружием. Спустя некоторое время Елизвет вместе с Мрией присутствовл н ктолической мессе. Мрчно подозрительня королев не верил в истинное рскяние и обрщение своей сестры, кк не верили в это и ее ближйшие советники. Что бы ни делл Елизвет, жловлсь ли н болезни, возносил ли ктолические молитвы, писл ли «доброй сестре» верноподдннические письм с изъявлениями любви и преднности — все кзлось королеве коврной игрой. Интуиция, по-видимому, ее не обмнывл. Рздрження, он прикзл сестре покинуть двор. Несмотря н жлобы н нездоровье, слбость и неспособность подняться с постели, той пришлось отпрвиться в путь. Но нпоследок Елизвет решил еще рз продемонстрировть, ккой прведной ктоличкой он сделлсь, и с середины пути послл нзд слугу, чтобы он привез четки, молитвенники и другую утврь, необходимую для ктолической службы. Финльный кцент тем не менее не удлся: Мрия лишь пришл в рздржение от столь лицемерной игры.

В ноябре 1554 год тридцтивосьмилетняя королев неожиднно объявил, что ждет ребенк, н что уже никто не ндеялся. Появление нследник от нгло-испнского брк могло бы изменить весь ход не только нглийской, но и европейской истории, безусловно зкрепив успех Контрреформции. Одни ждли родов с тревогой, другие — с ндеждой. Для принцессы Елизветы появление ребенк ознчло бы конец ее ндеждм когд-либо взойти н престол, и вся ее дльнейшя жизнь виделсь в этом случе лишь жлким прозябнием с кждодневным притворством, религиозным лицемерием, зискивнием перед сестрой и ее потомством и стрхом, вечным стрхом з свою жизнь. Он тем не менее принялсь собственноручно вышивть подрок будущим племяннику или племяннице — детский нбор с чепчиком из белого тлс, шелк и кружев (он и по сей день хрнится в змке Хивер). Одному Богу известно, ккие мысли теснились у нее в голове, когд он склонялсь с иголкой нд шитьем. Или дьяволу?..

Ребенок между тем тк и не появился н свет, беременность окзлсь истерической фнтзией Мрии. Многие вздохнули с облегчением.

Будущее Елизветы снов прояснилось, кк горизонт после миноввшей грозы. Он по-прежнему считлсь потенцильной нследницей престол, более того, ее положение упрочилось после того, кк стло ясно, что у королевской четы не будет нследников. Ее кндидтуру поддерживл Филипп, сильный союзник, хотя его жен предпочл бы видеть своей преемницей н троне не сестру, шотлндку Мрию Стюрт — првнучку Генрих VII, внучку Мргрет Тюдор, стршей сестры Генрих VIII, и шотлндского короля Яков IV. Филипп, однко, отмел эту кндидтуру, тк кк Мрия Стюрт был змужем з дофином, и впоследствии — королем Фрнции Фрнциском II, испнец вовсе не собирлся преподносить Англию в подрок своим зклятым вргм и собственными рукми создвть фрнко-шотлндско-нглийскую унию.

Те, кто улвливл политическую конъюнктуру, понимли, что шнсы Елизветы рстут. Ее двор в Хэтфилдхусе, где он провел дв последних год црствовния Мрии, стл весьм притягтельным местом, и хотя у Елизветы не было денег, чтобы вознгрдить слуг и придворных, кк зметил итльянский посол, молодые дворяне буквльно рвлись к ней н службу. Чтобы помочь принцессе с финнсми, друг ее детств Роберт Ддли (тот смый, что был узником Туэр одновременно с ней) продл кое-ккие из собственных земель, з что потом получил сторицей. См тмосфер жизни в Хэтфилде изменилсь, приобретя нлет светского шик: во дворце устривли медвежьи бои, приглшли ктеров и ствили любительские пьесы, много музицировли, при этом см Елизвет ккомпнировл н клвикордх Мксимилину Пойнсу — в будущем известному певцу и музыкнту, тогд еще мльчику, облдвшему удивительным сопрно. Возмущення королев Мрия в одном из своих писем рспорядилсь прекртить это фривольное времяпрепровождение. Но он уже не могл остновить тех, кого мнил новя восходящя звезд. Среди них был итльянский посол Джовнни Микеле, оствивший описние принцессы в 1557 году: «Миледи Елизвет — дм весьм утончення и нружностью и умом. У нее крсивые глз и превыше всего — прекрсные руки, которые он любит демонстрировть… Он очень гордится своим отцом, и все говорят, что он больше нпоминет его, чем королев».

В нчле ноября 1557 год королев почувствовл себя плохо. Совет стл нстивть н том, чтобы он нзнчил нследницей сестру. Мрия сопротивлялсь из последних сил, он дже нмеревлсь созвть прлмент и провести через него зкон об исключении Елизветы из линии нследовния, но был вынужден уступить двлению муж и советников. Стрн вздохнул с облегчением.

Тргичнее смой смерти может быть лишь смерть, которую ждут с нетерпением. Кончину Мрии ожидли с зтенной рдостью и среду нкнуне ее уход окрестили «средой ндежды». 17 ноября 1558 год Мрия Тюдор, нвсегд оствшяся в людской пмяти Кроввой, умерл.

Гонец с этой вестью примчлся в Хэтфилд. Соглсно преднию, в тот день ничего не подозреввшя Елизвет долго бродил с книгой по мокрым дорожкм прк и нконец присел под большим дубом. Когд придворные сообщили ей, что он — королев, Елизвет лишь скзл: «Господь тк решил. Чудны дел его в нших глзх».

Если эт сцен в действительности и имел место, он был хорошо срежиссировн. И отрешенность нследницы престол, и ее неведение о том, что творится во дворце, были нпускными. В последние месяцы жизни Мрии он неустнно вербовл себе сторонников среди дворян в ближних и дльних грфствх, писл письм, зручясь их поддержкой, обещл не збыть их зслуги перед ней или ее отцом; по дороге в Хэтфилд сновли гонцы с новостями, придворные и послы инострнных держв приезжли совершить зблговременный оммж, д и большя чсть членов королевского совет совершил пломничество к будущей королеве еще до того, кк их прежняя госпож испустил последний вздох.

Спустя три дня после смерти Мрии в большом зле Хэтфилдского дворц под высоким сводом, поддерживемым мссивными дубовыми блкми, собрлся первый совет королевы Елизветы I. Своим госудрственным секретрем он нзнчил Уильям Сесил, строго друг, спсшего ей жизнь во время феры Нортумберленд. Он обртилсь к нему со словми, достойными Цезря: «Я поручю Вм быть членом моего Тйного совет и потрудиться во имя меня и моего королевств. Я сужу о Вс кк о человеке, которого нельзя подкупить никкими подркми… и думю, что, не угождя моим собственным желниям, Вы будете двть мне советы, которые сочтете верными». Со своей стороны он пообещл своему новому министру, что ей будут чужды женское легкомыслие и болтливость: «И если Вы будете знть что-то ткое, что будет необходимо сообщить втйне только мне одной, будьте уверены, я смогу хрнить молчние».

Роберт Ддли получил должность королевского конюшего[3], многострдльный Томс Перри — кзнчея двор. Молодя королев не збывл окзнных ей услуг.

28 ноября 1558 год триумфльня процессия вступил в Лондон. Покидя Хэтфилд, Елизвет ехл в крете, потом — в открытых носилкх, но перед въездом в столицу он повелел привести себе белого коня. Не изнеженным субтильным созднием, победительницей вступл дочь Генрих VIII в ликующий город, нпрвляясь к Туэру, н этот рз кк его хозяйк. Костры и стрх остлись позди. Плывущя нд толпой н белом коне медноволося королев был молод и прекрсн.

Он выигрл в долгой игре со смертью. И выигрыш был больше, чем трон, — см жизнь.

Глв II

ЛЕДИ И ПЕЛИКАН

Вот моя рук, мой возлюбленный, моя Англия. Я твоя — и рзумом и сердцем.

Из нродной бллды елизветинского времени

Обручення с нцией

Помимо многих нпстей и ктклизмов, тких кк Реформция, религиозные, гржднские и прочие войны, кои в XVI веке осложняли жизнь и простых обывтелей, и госудрственных мужей, особенностью этого столетия было обилие првивших женщин. Влстня итльянк Ектерин Медичи, стоявшя з спиной своих сыновей — королей Фрнции, шотлндскя регентш Мрия Лотрингскя и сменившя ее в кчестве королевы Мрия Стюрт, Мргрит Прмскя — регент в Нидерлндх, Джейн Грей, Мрия и Елизвет Тюдор — королевы в Англии. Првление любой из них уже не кзлось обществу номлией, ибо в эпоху Ренесснс женщины приблизились к мужчинм по уровню обрзовния, и последние иногд снисходили до признния, что те не есть непременно существ низшего порядк. И все же влсть женщины воспринимлсь кк нечто временное, допустимое лишь до тех пор, пок он либо не выйдет змуж и не передст брзды првления своему мужу, пересев из зл совет к колыбели и пяльцм, либо не воспитет млолетнего нследник. Слишком много опсностей могл нвлечь н стрну слбя, уступчивя, легко поддющяся чужому влиянию или, ноборот, стрстня и неурвновешення првительниц. Пример покойной Мрии Тюдор, вовлекшей стрну в непопулярный политический союз, убеждл в этом кк нельзя лучше.

В 1558 году шотлндский протестнтский проповедник Джон Нокс рзрзился тркттом с весьм символичным нзвнием «Первый трубный глс против безбожного првления женщины». Хотя Нокс метил персонльно в Мрию Тюдор — «Иезвель Англии», осуждя жестокость ее религиозных гонений, он суммировл все рсхожие предрссудки и ргументы из рсенл современного ему мужского шовинизм: «Допустить женщину к упрвлению или к влсти нд кким-либо королевством, нродом или городом противно природе, оскорбительно для Бог, это деяние, ниболее противоречщее его воле и устновленному им порядку, и, нконец, это изврщение доброго порядк, нрушение всякой спрведливости. Природ… предписывет им быть слбыми, хрупкими, нетерпеливыми, немощными и глупыми. Опыт же покзывет, что они ткже непостоянны, изменчивы, жестоки, лишены способности двть советы и умения упрвлять… Тм, где женщин имеет влсть или првит, тм суете будет отдно предпочтение перед добродетелью, честолюбию и гордыне — перед умеренностью и скромностью, и ждность, мть всех пороков, стнет неизбежно попирть порядок и спрведливость»[4].

Быть женщиной н политической рене того времени ознчло облдть зведомым недосттком в глзх подднных и монрхов. В конечном итоге ни одн из нзвнных выше незурядных и одренных првительниц не преуспел н этом поприще и, умиря, не могл скзть, что был любим своим нродом. Джейн Грей и Мрия Стюрт сложили головы н плхе — нрод безмолвствовл, Мргриту Прмскую смело восстние, Ектерин Медичи остлсь в пмяти фрнцузов итльянской ведьмой и строй колдуньей, Мрия Тюдор и Мрия Лотрингскя умирли в полном рзочровнии, видя, кк рушится все, что они создли.

Одн лишь Елизвет не только смогл удержться н троне в течение рекордно долгого срок — сорок пяти лет, но и стл чстью великой нглийской нционльной легенды, с непередвемым искусством обртив свой «величйший недостток» в преимущество и источник силы.

Когд Елизвет грцевл н белом коне по дороге в Туэр, ей было двдцть пять лет — не тк мло по меркм того времени, когд выходили змуж в четырндцть, умирли порой уже в сорок, но очень немного для првительницы. Н хрнящемся в личной коллекции королевы Великобритнии портрете Елизветы в коронционных одеждх он изобржен с молочно-белой кожей, неземным, отрешенным взглядом и легкой зтенной полуулыбкой. Королев тк юн, тонк и изящн, что ей нельзя дть больше семндцти. Многим из тех, кто не знл хрктер этой девушки, кзлось, что корон и горностевя мнтия слишком тяжелы для нее и ей суждено долго оствться прилежной ученицей в школе госудрственного упрвления, постигя секреты влсти у искушенных советников. Кк же они обмнывлись! Не непосвященным новицием, не робкой ученицей вступл он под своды Уйтхолл, трезвым политиком. Члены королевского совет поняли это уже после первых ее речей, полных зрелых суждений. Но дже они не подозревли, что перед ними — генильня ктрис с врожденным тргическим темперментом и потрясющим «чувством зл».

Выросшя н римских вторх, он ясно видел кркс того общественного здния, которым ей предстояло упрвлять: «populus» (нрод) — горожне, купцы, крестьяне-йомены, ремесленники, трктирщики и подмстерья, словом, т пестря толп, что ликовл, встречя королеву н ее триумфльном пути; «nobiles» — знть, дворянство, ристокрты, среди которых было немло и друзей и вргов; «senatus» — прлмент и «consulis» — королевский совет, с которыми требовлось нйти общий язык. Клссические мксимы упрвления были известны ей из книг. Необходимо выбрть верных и рссудительных министров, чще прибегть к совету сент, сиречь прлмент, и добивться его соглсия в вжнейших госудрственных делх, не спускть глз с нобилей, склонных к мбициям и госудрственным переворотм, зботиться о нроде, не обременяя его чрезмерными нлогми, но и не ослбляя узды. Вопрос состоял в том, кк осуществить это н прктике. Н пути к успеху кждую из этих групп предстояло звоевть, очровть, подкупить — и влствовть.

Опыт упрвления своего отц (хотя он чсто шел врзрез с нтичной мудростью) Елизвет ствил очень высоко: ей всегд импонировли его птриотизм, энергичня и влстня мнер вершить дел, его безпелляционня уверенность в божественном происхождении всех его прв, которые он не собирлся уступть никому. Пример неудчного првления стршей сестры тоже мог многому нучить, продемонстрировв, что происходит, когд првительниц нвязывет нции политику, которую никто не одобряет, веру, которую не рзделяет ее нрод, консорт[5], которого ненвидят все. В результте не остется ничего, кроме горечи политического проигрыш, рзочровния, ощущения унылого существовния, которое влчил одряхлевшя стрн под ее рукой.

Елизвет не могл позволить себе подобной ошибки, не могл отгородиться от своих подднных в узком кругу двор и ближйших сторонников, рзделявших ее взгляды. Ей были необходимы широкя поддержк, дилог, опор н все слои обществ. Он вступл н престол в смых неблгоприятных для себя обстоятельствх: умиря, Генрих VIII нзвл ее в звещнии нследницей, но не позботился отменить кт прлмент, объявлявший ее незконнорожденной; он по-прежнему оствлсь бстрдом и соглсно ппской булле. В этой ситуции любой из претендентов-соперников мог выдвинуть встречные прв н престол, и он со стрхом ожидл этого. Необходимо было немедля предпринять решительные шги, чтобы звоевть ее нрод.

Одн из зповедей ее отц глсил: «Нет более приятной музыки для нрод, чем приветливость госудря». Елизвет уже испытл силу своего чрующего воздействия н толпу, когд появлялсь в Лондоне в процессиях королевы Мрии, привлекя к себе взоры всех, и во время своего триумфльного въезд в Лондон в ноябре 1558 год. Теперь ей предстояло проявить свое искусство публичного действ в смой глвной процессии ее жизни — коронционной.

Торжественные королевские процессии тюдоровской эпохи были смым ярким и грндиозным из всех возможных зрелищ. Многотысячня верениц людей, лошдей, штндртов под звуки труб и грохот брбнов медленно следовл через город, в трепете шелков, блеске прчи и золот, сиянии оружия, среди приветственных криков, в центре ее, окруженный высшими госудрственными чинми, ехл монрх. Он появлялся не рньше, чем вид тысяч брвых гврдейцев, пышно рзодетых придворных и величественных сновников доводил толпу до эксттического состояния. Тогд, подобно светилу, к ним нисходил король. С милостивой улыбкой лсково приветствуя подднных, он зствлял их сердц тять от счстья. Горожне, в свою очередь, готовились к встрече процессии: укршли улицы, вывешивли из окон ковры, гирлянды цветов и флги. Этот мимолетный конткт с госудрем двл им возможность вырзить ему свои чувств. В определенных местх сооружли триумфльные рки, возводили плтформы с живыми кртинми весьм изощренного ллегорического содержния. Городские поэты слгли вирши, отцы город — речи, школяры рзыгрывли дрмтические сцены, с вжностью деклмируя лтинские тексты.

Ткие «встречи с нродом» всегд удвлись Генриху и не совсем глдко проходили у Мрии, которя опслсь ккой-нибудь звулировнной шпильки со стороны горожн. Во время ее коронции, нпример, среди символических кртин ее встречл нрисовння фигур короля Генрих, держщего в рукх Библию. Внешне все было блгопристойно, но бед в том, что его Библия — переведення н нглийский протестнтскя версия — отличлсь от той, которую почитл его дочь, — лтинской ктолической. По счстью, чье-то бдительное око усмотрело эту неуместную детль, и художник мгновенно змзл книгу, вложив в руки Генрих «политически нейтрльные» перчтки.

Елизвет избрл для своей коронционной процессии 16 янвря 1559 год. Это было рдостное время год. Только что отшумели веселые рождественские недели с их непременными яблочными пирогми и домшними зстольями, когд домовитые хозяев прздновли в кругу семьи, щедрые сельские сквйры и вельможи нкрывли столы для соседей и бедняков. Эль и вино текли рекой под пение рождественских песенок, пляски ряженых, прослвлявших шутовского короля Непослушния, который въезжл в город и селения, устривя повсюду веселую кутерьму. Когд все утихло, оствив в сердцх светлую рдость, умы подднных нстроились н более серьезный лд, королев приготовил им еще одно прзднество — ее собственное пришествие, длеко не ткое скромное, кк рождение в яслях млденц Христ.

Прздник коронции состоял из четырех основных действ, рстягиввшихся н дв дня: королевской процессии в Туэр, торжественного проезд оттуд через Сити в Вестминстер, собственно церемонии коронции в Вестминстерском ббтстве и грндиозного бнкет.

Чтобы избежть однообрзия, Елизвет н этот рз отпрвилсь в Туэр по реке. Под звуки флейт и лютен длинные, устлнные млиновым брхтом королевские бржи с згнутыми, кк у гондол, носми медленно плыли от дворц Уйтхолл вниз по Темзе. Серебро и золото костюмов придворных дм и щеголей соседствовли с бгряными мнтиями квлеров орден Подвязки и полостыми одеждми джентльменов-пенсионеров. В огнях фейерверков бржи кзлись фнтстическими цветми, брошенными в суровые серые воды реки. Итльянский посол, которому не рз случлось видеть подобные зрелищ под южным небом Адритики, признвл, что по рзмху церемония ничуть не уступл знменитому венецинскому прзднику — обручению дож с морем.

15 янвря ворот Туэр рспхнулись и из них медленно выехл процессия, в которой учствовли тысячи и тысячи людей. Открывли ее королевские посыльные и гонцы, з ними — сержнт, нчльник крулов королевских покоев, и джентльмен-квртирьер. Следом шли слуги, джентльмены-привртники, сквйры из личной охрны и олдермены Лондон. Зтем нступл черед госудрственных чиновников — кпеллнов и клерков Тйного совет, секретрей Большой и Млой печти, Кнцелярии, судебных приствов и судей, Верховного брон и Верховного судьи Суд общих тяжб, хрнителя свитков, лорд Верховного судьи Англии. Их сменял цвет нглийского дворянств, рыцри и пэры: светские ристокрты — броны, грфы, герцоги — и прелты церкви; з ними следовли высшие должностные лиц королевского двор и госудрств: грф Арундел нес королевский меч, его сопровождли лорд-мршл герцог Норфолк и лорд-гофмейстер, зтем — мэр Лондон, глвный герольдмейстер орден Подвязки. Длее — послы инострнных держв, вслед з ними — лорд-кзнчей, лорд — хрнитель печти, лорд-дмирл и другие члены королевского совет, вереницу которых змыкл Уильям Сесил. И нконец, он. Н мссивном помосте, который везли дв сильных мул, под великолепным блдхином восседл н троне королев Елизвет в золотом плтье и прчовой мнтии, подбитой горностем. З повозкой королевы гордо выступли дв сккун: белый, покрытый попоной, для нее, рядом — вороной, н котором восседл Роберт Ддли, ее верный конюший. З ними — стржники, лебрдщики, знтные дмы верхом, фрейлины в трех повозкх, нпоминвших корзины с цветми, и снов стрж. Все это помпезное зрелище сопровождлось громом кнонды и звукми оркестров, которыми встречли Елизвету в кждом новом квртле Сити.

В этом треске, грохоте и многолюдье было довольно трудно вести дилог с толпой дже средствми пнтомимы, но Елизвет сумел сделть тк, что кждый ее жест, выверенный и обдумнный, кждя ее фрз были змечены, услышны и нвсегд отпечтлись в пмяти восхищенных зрителей, ств чстью легенды о ней. Н морозе, среди легких снежинок, ее обычно бледное лицо рскрснелось; он был оживленной, совсем не црственно-неприступной н своем троне и весьм непосредственно регировл н крики толпы и пожелния счстливого првления. «Ее милость поднимл руки и приветствовл тех, кто стоял длеко, и в смой мягкой и деликтной мнере обртилсь к тем, кто был поблизости от нее, зявив, что он принимет добрые пожелния от ее нрод с блгодрностью не меньшей, чем т любовь, с которой они ей этого желют».

Около одной из церквей от имени всего Сити ее приветствовло дитя, обртившееся к ней со стихми, нписнными ткчом, столяром и мстером по кузнечным мехм. Стихи изобиловли рссуждениями о том, что «нстл триумф преднных», «непрвд изгнн», «верные сердц нполняются рдостью, когд слышт ее счстливое имя». В Сити не скрывли протестнтских симптий и ндежд н скорое восстновление реформировнной религии. Королев выслушл вирши подчеркнуто внимтельно, шикнул н тех, кто мешл ей своим шумом, и, кк отметил один из зрителей, «пок ребенок говорил, было змечено… что выржение ее лиц чудесно менялось, когд слов кслись ее смой или чувств в сердцх людей».

В другом месте ее встречли огромной конструкцией — чем-то вроде бшни с воротми в три этж; все это ллегорическое сооружение нзывлось «Объединение домов Лнкстеров и Йорков»[6]. В нижнем ярусе рсполглись фигуры Генрих VII и Елизветы Йоркской, в среднем — Генрих VIII и Анны Болейн (он все-тки стл свидетельницей триумф дочери и был отомщен). Венчл пирмиду см Елизвет — до поры до времени в одиночестве. Н площди у Корнхилл, где обычно рсполглся зерновой рынок, королеву ожидло еще одно зрелище: четыре фигуры, олицетворявшие добродетели истинного првителя — Религия, Любовь к подднным, Мудрость и Спрведливость, — попирли свои противоположности. И снов протестнты двли понять молодой королеве, что они ждут от нее восстновления нгликнской церкви: «Когд истиння религия изгонит Невежество / И своей тяжелой стопой рздвит голову Суеверию».

Н пути к Чипсйду, смому сердцу Сити, Елизвету встречли стршины привилегировнных цехов в ливреях и дорогих мехх. Вдоль улиц были устроены деревянные перил, увешнные коврми, гобеленми, вышивкми и шелкми. Здесь королеве вручили символический подрок Сити — крсный кошель с тысячью золотых мрок. Принимя его от лорд-мэр, он произнесл одну из ниболее зпомнившихся своих речей. «Я блгодрю Вс, милорд мэр, Вших собртьев и всех вс. И поскольку вы просите, чтобы я оствлсь вшей госпожой и королевой, будьте уверены, что я остнусь к вм тк же добр, кк всегд был добр к моему нроду. Для этого у меня не будет недосттк желния, и я верю, не будет и недосттк влсти. И не сомневйтесь, что рди вшей безопсности и покоя я не змедлю, если потребуется, пролить свою кровь. Господь д отблгодрит вс всех».

Королев, которя умел тк говорить со своими подднными, не могл не вызвть восторженного отклик. Он зметил в толпе стрик, который плкл, и шутливо пригрозил: «Я ндеюсь, это от рдости?» Кто-то в толпе воскликнул: «Помните строго короля Генрих VIII?» Он услышл и улыбнулсь — срвнение с отцом всегд льстило ей.

Кждый жест удвлся ей в этот день. У церкви Святого Петр процессия снов остновилсь у ллегорической композиции. Стрик-Время вел з собой дочь-Истину. «Время? — воскликнул королев с воодушевлением. — Время привело меня сюд!» Истин протянул Елизвете Библию, которую т поцеловл, прижл к груди и не выпускл из рук до конц процессии.

Потом во дворе собор Святого Пвл мльчики из местной школы читли лтинские стихи, уподобляя молодую королеву плтоновскому госудрю-философу, н Флитстрит очередня ллегория предствлял ее библейской Деборой — судьей и восстновительницей Дом Изрилев. У церкви Святого Дунстн, где был приют для сирых и убогих, Елизвет остновил свою колесницу и вознесл молитву, обещя помнить о бедных и зботиться о них. Нконец он покинул Сити, провожемя фигурми двух скзочных великнов.

Теперь можно было передохнуть, сбросив тяжелую мнтию, в покоях Уйтхолл. Восхищенный Лондон пл к ее ногм, он звлдел им нвсегд. Все зрнее рссчитнные кценты были точно рсствлены: он будет любящей мтерью своим подднным, он верн пмяти своего великого отц и стнет его достойной преемницей, он предн слову Священного Писния, и дже слбые и убогие нйдут в ней зщитницу и покровительницу. Что же это было, кк не высочйшее искусство ренесснсной публичной пропгнды?

Прямя пелляция к нроду, которя вызвл в нем ткой живой отклик, был глубоко осозннным политическим выбором Елизветы и, в свою очередь, двл ей огромный эмоционльный зряд. Когд в первые дни ее црствовния испнский посол грф Ферия, гордый грнд, явился ко двору и покровительственным тоном нчл двть Елизвете советы и превозносить Филипп II, которому он был обязн, по его мнению, жизнью и восшествием н престол, королев неожиднно осдил его: «Нрод, и никто другой, поствил меня н это место». Уязвленный посол в своем донесении в Испнию нзвл ее «тщеслвной и зносчивой», но не мог не признть: «Он очень привязн к своему нроду и твердо уверен, что он н ее стороне, что и н смом деле тк».

Двдцтипятилетняя королев ншл верные слов для той роли, которую собирлсь игрть всю жизнь, — «мть отечеств». В ее риторике, в блестящих речх в прлменте этот обрз будет возникть вновь и вновь. Позднее он нйдет и вырзительный символ — белого пеликн, который, по преднию, чтобы спсти своих птенцов от голодной смерти, вырвл куски мяс из собственной груди. И он стнет носить медльон с белым пеликном кк нпоминние о своей постоянной готовности уподобиться смоотверженной птице.

Искусство явлений перед своими подднными Елизвет будет оттчивть всю жизнь, и они никогд не нскучт им. Их Элиз будет кзться то неземной, то близкой. Он могл вдруг остновиться и осведомиться у стрик ветерн о его болезнях, могл принять ветку розмрин от бедной женщины и сохрнить ее до конц процессии среди гирлянд роскошных цветов. Епископ 1Удмен вспоминл, кк, будучи еще ребенком, впервые нблюдл Елизвету во время ее публичного выезд. Это случилось в 1588 году, в момент серьезной опсности для стрны и для нее смой. Мльчишкм кто-то скзл, что они смогут увидеть королеву, которя должн проезжть по Уйтхоллу. После чсового ожидния он нконец появилсь. «Тогд мы зкричли, — пишет Гудмен, — “Боже, хрни Вше Величество! Боже, хрни Вше Величество!” Королев повернулсь к нм и скзл: “Блгослови вс Господь, мой добрый нрод!” Тогд мы снов вскричли: “Боже, хрни Вше Величество! Боже, хрни Вше Величество!” И королев снов ответил нм: “У вс, возможно, мог бы быть более великий госудрь, но у вс никогд не будет более любящего”. И после того кк мы некоторое время смотрели друг н друг, королев отбыл. Все это произвело ткое впечтление н нс ( сцены и живые кртины лучше смотрятся при свете фкелов), что н всем пути мы говорили только о том, ккя он восхитительня королев и что мы были готовы рискнуть жизнью, чтобы послужить ей».

Сродни процессиям были и весьм любимые Елизветой «проезды» по рзным землям и грфствм ее королевств — древний обычй средневековых королей, в котором он безошибочно угдл эффективное средство пропгнды, еще одну возможность конткт с подднными, случй покзть себя и покорить сельских сквйров, фермеров, крестьян и их жен, чтобы потом они без конц рсскзывли детям и внукм, кк через их деревню, «вот по этой смой дороге», проезжл «добря королев Бесс».

Это был популизм чистейшей воды. И достойно удивления, кк быстро молодя королев овлдел всем его рсенлом, оценив вжность создния собственного позитивного имидж и того, что позднее политики нзовут «связями с общественностью».

Вернемся, однко, к коронции. Покорив безыскусные души лондонцев, Елизвет стоял перед более трудной здчей: см церемония коронции, н которую были допущены лишь придворные, духовные лиц и дипломты, тил в себе множество подводных кмней. Это был другой мир, чуждый сердечной открытости, полный интриг и мбиций, где кждый жест молодой госудрыни подмечлся, по-своему истолковывлся и многокртно описывлся в донесениях послов. Первой проблемой было отсутствие рхиепископ Кентерберийского — примс церкви, который должен был совершить обряд миропомзния и коронции. Последним этот престол знимл Реджинлд Пол — один из сподвижников Мрии Кроввой. Неизвестно, кк бы он повел себя после восшествия Елизветы н престол, но Господь призвл его к себе спустя несколько чсов после смерти королевы-ктолички, избвив ее нследницу от непримиримого врг. Остльные епископы, поствленные н свои должности Мрией, в основном соствляли врждебную ее сестре группу. Необыкновенный мор, нпвший н них, сильно рзредил их ряды к концу год, пок же королев с трудом ншл епископ Оглторп, соглсившегося короновть ту, чье появление н свет вызвло рзрыв с Римом, и к тому же незконнорожденную. Вместо епископов Дрэм и Бт, которые откзлись учствовть в церемонии, ее были вынуждены сопровождть к лтрю светские лиц — грфы Шрусбери и Пемброк.

Обряд должен был совершиться по всем првилм, устновленным в ктолической церкви, и н лтинском языке (в последний рз в нглийской истории), что укзывло н крйнюю осторожность Елизветы, которя не хотел рзжигть стрсти между ктоликми и протестнтми, по крйней мере до тех пор, пок корон не будет водружен н ее голову. Првд, чтобы вырзить свое отношение к ктолической мессе, королев припсл неожиднный ход.

16 янвря еще одн процессия проследовл из дворц Уйтхолл в Вестминстерское ббтство. Весь ее путь был устлн сукном цветов госудрственного герб — голубого и золотистого. В процессии учствовли герольды, рыцри, лорды, пэры и епископы, зтем см королев и ее гврдия. Елизвет был одет в королевскую мнтию, но еще без короны. Пэры, отличительным знком которых были небольшие обручи-короны, пок почтительно не ндевли их. Многочисленные знки королевского достоинств со всеми возможными почестями несли предствители высшей ристокртии: шпоры королевы — грф Хнтингдон, жезл святого Эдурд — грф Бедфорд. Четыре исторических меч, считвшиеся трибутми королевской влсти, несли соответственно грф Дерби — ктолик, грф Рэтленд — протестнт, грфы Вустер и Вестморленд — ткже убежденные ктолики. В этой процессии шли бок о бок смертельные врги, пострдвшие от религиозных и политических гонений в дни Генрих, Эдурд и Мрии. Кждый гдл, ккую судьбу ему готовит новое црствовние.

Коронционный скипетр нес ктолик грф Арундел — будущя жертв королевского гнев, держву — мркиз Уинчестер, удивительный обрзчик тюдоровского цредворц, который уцелел и при Генрихе-реформторе, и при Эдурде-протестнте, и при Мрии-ктоличке, и при Елизвете, будучи, по его собственному призннию, сделн «из лозы, не из дуб». Кузен королевы герцог Норфолк (в будущем госудрственный изменник) нес корону, предвряя появление смой Елизветы в длинной мнтии, которую поддерживл грфиня Леннокс — мть молодого лорд Дрнли (об они — и сын и мть — тоже встнут н путь зговоров и измен). Кк только вся эт процессия вошл под своды собор, толп зрителей по строй трдиции рзорвл в клочки голубое сукно, по которому ступл королев, рзобрв его н сувениры.

В соборе королеву усдили н трон, устновленный перед лтрем, и епископ четырежды — н все стороны свет — оглсил ее имя. Зтем Елизвету подвели к лтрю; тм, коленопреклонення, он поцеловл дискос[7] и совершил ритульное «подношение золот». После проповеди епископ, которя читлсь н лтыни, под сводми собор единственный рз з всю долгую церемонию ззвучл нглийскя речь — это оглшли молитвы богомольцев, их просьбы к Богу и чяния, связнные с восшествием н престол новой госудрыни.

Вслед з этим, кк бы отвечя н их мольбы, Елизвет поднялсь и произнесл торжественную клятву охрнять зконы и обычи Англии, мир церкви и ее нрод, быть милостивой, приверженной истине и спрведливости. Предвряя церемонию миропомзния, ззвучли молитвы и песнопения, во время которых по ктолическому обряду королеве полглось простереться н полу, но Елизвет лишь преклонил колени. Ропот пробежл по рядм епископов, ктолики неодобрительно переглянулись, королеву тем временем уже обрядили для миропомзния в сндлии, подпоясли, сверху нкинули белый плщ, н голову водрузили белый кружевной чепец, чтобы пролить сквозь него миро. По трдиции им помзли ее лдони, грудь, спину между лопткми, локти и мкушку. После этого ей в руки вложили скипетр и держву, н голову возложили корону. Ззвучли трубы, и все пэры ндели свои короны. Елизвет стоял в блеске слвы среди своего дворянств — первя среди себе подобных, но вознесення н недосягемую высоту только что совершенным тинством. Добвим, ктолическим тинством. Потом кждый из присутствующих принес королеве оммж — клятву верности, преклоняя колени и вклдывя свою руку в ее, соглсно древнему обычю. Но в нрушение его Елизвет первыми допустил к себе светских пэров, не духовенство, подчеркнув свое недовольство им.

То, что произошло дльше, было откровенной политической демонстрцией. Нчло ктолической мессы — чтение отрывков из Послний святых постолов и Евнгелия — королев выслушл, но когд перед причстием священник вознес нд собой хлеб и вино (мнипуляции, считвшиеся протестнтми недопустимыми), он вдруг встл и удлилсь в небольшую чсовню, зтем, оствив негодующих святых отцов обсуждть этот инцидент, рдостня отпрвилсь н бнкет. Позднее он с удовольствием вспоминл этот эпизод вместе с фрнцузским послом, ценившим политическую ловкость: он был миропомзн и короновн по ктолическому обряду, не впв при этом в «ппистское идолопоклонство».

Мло кто из тех, кто нблюдл Елизвету в эти дни, осознвл, что именно происходит н их глзх, между тем они присутствовли при восходе европейской политической звезды первой величины, которя нмеревлсь отныне двигться по новой орбите, руководствуясь лишь собственной интуицией, подскзывющей, кк ей следует строить ее отношения с нродом. Это было нчлом ее беспрецедентного «ромн с нцией», который длился несколько десятилетий. Испнский посол грф Ферия еще верил, что вскоре молодя королев поступит тк же, кк поступли все до нее, — выйдет змуж, и тогд, писл он, возвртившись с церемонии коронции, глвное будет не в ней, в том, кто стнет ее мужем. И едв ли в Англии ншелся бы еще хоть один человек, з исключением смой королевы, который бы с ним не соглсился. Он же твердо решил игрть роль верховной жрицы, посвятившей себя своему нроду и обрученной с ним. В день коронции Елизвет ндел н один из своих тонких длинных пльцев перстень. Умиря, он прошептл, что он был ее единственным обручльным кольцом.

Дебор не желет быть судьей

В те янврские дни 1559 год, когд подходило время вечерних бесед и молитв, во многих протестнтских семьях открывли Библию н одних и тех же стрницх и читли Книгу Судей: «…были пусты дороги, и ходившие прежде путями прямыми, ходили тогд окольными дорогми. Не стло обиттелей в селениях у Изриля…» Не ткой ли мрчной и опустошенной кзлсь и Англия в црствовние Мрии Ктолички, не покинули ли ее сыны, вынужденные бежть, спсясь от костров? «Избрли новых богов, оттого и войн у ворот…» И нгличне, откзвшись от истинной веры и вернувшись к «ппистскому идолопоклонству», подобно нроду Изрилеву, были нкзны з отступничество войной и поржением в ней. Тк проповедовли своей пстве протестнтские священники не только в Англии, но и в общинх нглийских эмигрнтов в Гермнии и Швейцрии. Но уже не было безысходности в их проповедях, ибо пришел чс избвления. Кк некогд Господь послл своему избрнному нроду необыкновенную прорицтельницу и судью Дебору, сплотившую войск и вдохновившую их н борьбу с вргми, тк и Англии ниспослн спсительниц, и рдостня песнь победы скоро ззвучит нд их землей. И многие губы истово шептли: «Воспрянь, воспрянь, Дебор, воспой песнь!»

Те, кто тк исступленно ждл пришествия Елизветы, естественно, ндеялись, что дочь Генрих и сестр Эдурд немедленно зпретит мессу, изгонит ктолических епископов, упрзднит монстыри, восстновленные сестрой-ктоличкой, и очистит церковь от вредной «рухляди» — икон, рспятий, оргнов, кдильниц и пышных священнических облчений, чтобы сделть ее более похожей н первончльную постольскую. Все же, кто был повинен в смерти сотен невинных христин, понесут неизбежное нкзние.

Кк, однко, длеки были эти ндежды пылких верующих от плнов их госудрыни. Призывы «Отмсти!» и «Торопись сделть богоугодное дело» совсем не вызывли у нее энтузизм: он не был фнтичн и не любил фнтиков, дже если с рождения рзделял их религиозные взгляды. Годы борьбы з выживние нучили ее осторожности; необходимо было взвесить все «з» и «против», прежде чем рзжечь огонь, который восплменит души людей, снов поднимет нгличнин н нгличнин, рсколет нцию. А Елизвет могл видеть этот тргический рскол повсюду — в Гермнии, в Швейцрии, во Фрнции, где христине уничтожли друг друг только потому, что одни верили, что во время тинств причстия хлеб и вино пресуществляются в плоть и кровь Христ, другие — нет. Он и см при всем своем недюжинном обрзовнии не решил для себя этот вопрос и не считл, что ндо принуждть и нкзывть тысячи не столь грмотных и искушенных подднных з то, что они придерживлись той веры, в которой их воспитли. Позднее он скжет: «Я не хочу отворять окн в человеческие души». Ткя терпимость, присущя лишь редким и поистине лучшим умм той эпохи, удивительн в молодой женщине, выросшей в жестоких коллизиях Реформции. Толернтность не очень вяжется с привычным и более поздним обрзом Елизветы — протестнтской госудрыни, которя полжизни посвятит борьбе с ктолической Испнией. Но люди не всегд есть то, во что их преврщют обстоятельств. И если, оствясь всегд не более чем умеренной протестнткой, он тем не менее зпечтлелсь в пмяти людей кк один из вдохновенных лидеров европейского протестнтизм, то это лишь еще одно докзтельство ее политических способностей.

В нчле же првления смым «богоугодным» делом, по ее мнению, было попросту удержться н троне, здесь религиозный пыл был бсолютно противопокзн. В нследство от сестры Елизвет получил очень тяжелую политическую ситуцию. Мрия вступил н стороне своего муж Филипп в войну между Фрнцией и Испнией. Фрнция, похоже, одерживл верх, и нгличне, проклиня Филипп и его испнцев, теряли в этой войне Кле — свой единственный порт-крепость н континенте. Когд н переговорх о мире они зикнулись о том, чтобы оствить Кле под юрисдикцией нглийской королевы н особых условиях, фрнцузы неприятно пошутили: в этом случе порт все рвно остнется у них, тк кк зконня нглийскя королев вовсе не Елизвет, супруг их дофин Фрнциск Мрия Стюрт. Шутк был более чем мрчной. В июле 1559 год фрнцузский король Генрих II умер, и дофин стл королем Фрнциском II; блгодря првм своей жены он контролировл не только Фрнцию, но и соседнюю с Англией Шотлндию. В своем звещнии Генрих VIII обошел внимнием родственную линию Стюртов, однко их прв н нглийский престол были очень весомыми, поэтому Фрнциск и Мрия включили в свои гербы символы Англии. До сих пор Мрия Стюрт официльно не претендовл н нглийский престол, но он нходилсь под сильным влиянием своих родственников Гизов — знменитого семейств фрнцузских ктоликов, которые проявили себя кк рьяные гонители протестнтов. Стоило Елизвете сделть в своей стрне один неверный шг, и вся ктолическя Европ ополчилсь бы против нее, пп вновь вернулся бы к вопросу о незконности ее рождения, новя кндидтур н нглийский престол был уже под рукой. Рзумеется, бывший зять Елизветы, король Испнии Филипп И, являлся грнтом от фрнцузского вторжения: он скорее дл бы отсечь себе првую руку, чем увидеть, кк вслед з Шотлндией Фрнция присоединяет к себе и Англию. Однко он был ктоликом, и весь этот нестойкий политический блнс мог сохрниться только в том случе, если Елизвет будет крйне осмотрительн в религиозном вопросе и не нчнет религиозных гонений в своей стрне.

Он окзлсь в весьм непростой ситуции. Чтобы потрфить собственным подднным и укрепить только что возникшее «сердечное единство» с ними, необходимо было всячески подчеркивть свою приверженность реформировнной религии, но в то же время дть понять ктоликм, что он вовсе не религиозный рдикл и, кк может, сдерживет нтиск непримиримых протестнтов. Это уже был игр. А тм, где требовлось зпутть пртнеров, убедить кждого, что он целиком н его стороне, и не дть понять, что же, собственно, у нее н уме, Елизвет чувствовл себя кк рыб в воде.

Кждый ее ход был выверен, чтобы кк можно дольше лвировть между двумя лгерями религиозных зилотов и не дть им броситься друг н друг, соблзнившись ее мнимой поддержкой. Свой длинный официльный титул новя королев до поры до времени предпочитл обрывть тм, где ее отец именовл себя «зщитником веры и верховным глвой церкви», ствя взмен ничего не говорящее «и проч.». Формируя соств королевского совет, Елизвет воздержлсь от резких зявлений, не изгнл и не подвергл опле никого из прежних советников Мрии, дже смых рьяных ктоликов и епископов, врждебных протестнтизму. Прошло около месяц с того момент, кк он нзнчил Сесил госудрственным секретрем, Ддли — конюшим, Перри — кзнчеем, но других ответственных нзнчений не последовло. Все томились ожиднием, королев медлил, не объявляя, от чьих услуг он откжется, кого призовет н службу. Не было решительной чистки — не было и оппозиции. Он выигрл несколько недель зтишья, позволивших ей утвердиться н троне. Зтем объявил, что собирется сокртить королевский совет, нсчитыввший около тридцти человек. Сердц министров-ктоликов сжлись в ожиднии унизительных отствок, однко предполгемого удр не последовло, нпротив, их пострлись утешить, подслстив горечь обиды. Елизвет объявил, что если он и не призовет кого-то из прежних членов совет, то вовсе не оттого, что нходит их непригодными для этой рботы, с целью сделть этот оргн немногочисленным и более эффективным. В итоге восемндцть человек из бывшего кбинет Мрии ушли в отствку, но им позволили «сохрнить лицо».

Протестнты, нучившиеся з годы гонений читть между строк, усмотрели добрый знк в том, что большинство видных ктоликов в конечном счете тихо отстрнены от влсти, но не нходили ответ н вопрос: зчем королев продолжет придерживться ктолических обрядов? Почему в королевской чсовне все еще держт иконы и прочий «ппистский хлм», в дворцовой церкви служт мессу? Со своей стороны, не успели ктолики пордовться тому, что Елизвет решил короновться по обычям «истинной церкви» с лтинской мессой, кк он преподнесл им неприятный сюрприз, удлившись с церемонии причстия, и дл явно понять, что недовольн епископми, первыми допустив до присяги светских лиц. Но если королев — протестнтк, то почему, когд один из ее кпеллнов предложил избвиться от «ппистского пережитк», откзвшись от игры н оргне во время службы, он холодно посоветовл ему оствить оргн в покое и не мешть ей нслждться музыкой? Ктолики сколько угодно могли посыпть головы пеплом, когд их королев гостил под крышей у нового протестнтского епископ, который был жент, что допусклось протестнтской церковью, но считлось смертным грехом в ктолической. Но и протестнтм было мло рдости услышть, что, отведв угощения хлебосольной хозяйки, королев обошлсь с ней весьм нелсково, скзв: «Не зню, милочк, кк к Вм обртиться: Вы и не сожительниц, но и женой Вс не нзовешь, в любом случе — спсибо». И кк он могл беседовть с рхиепископом Йоркским Хисом, после того кк он решительно откзлся короновть ее? Он же между тем сохрнил стрику голову для бесед tete- a-tete, в которых об они — умеренный ктолик и умерення протестнтк — нходили удовольствие. Что же, в конце концов, было у нее н уме? И если верно, что «чего хочет женщин — того хочет Бог», то знл ли по крйней мере он, чего они об хотят?

Решющий ответ должен был дть первый прлмент Елизветы. Его сессия открылсь 25 янвря 1559 год. Здвя тон, лорд — хрнитель печти Николс Бэкон передл депуттм нкз королевы: при обсуждении столь вжного дел, кк религия, пусть «все обидные, оскорбительные и нсмешливые слов, ткие кк “еретик”, “схизмтик”, “ппист”, не срывются с уст, ибо они порождют, продлевют и усиливют недовольство, ненвисть и злобу и крйне врждебны единству и соглсию, которые должны сейчс быть вшей целью». С одной стороны, королев предписывл им не делть ничего ткого, «что со временем могло бы блгоприятствовть любому идолопоклонству и суеверию», но с другой — предостерегл от слишком «вольного и свободного обрщения в отношении Господ и веры».

И протестнты и ктолики могли усмотреть в этих словх поддержку и поощрение. Игря н противоречиях двух плт прлмент (плт лордов был более консервтивн, тк кк тм зседли все епископы-ктолики, плт общин нстроен решительно пропротестнтски), Елизвет глвным обрзом нмеревлсь провести новый «Акт о супремтии», снов объявить о незвисимости нгликнской церкви от Рим и, возможно, остновиться н этом. Он дже не очень стремилсь именовть себя «верховной глвой церкви», кк это явствует из первончльного првительственного билля, предложенного н обсуждение прлмент. Ни о кких доктринльных вопросх в нем не было и речи; предполглось, что со временем они будут решены и появится новя «Книг общих молитв», обязтельня для всех верующих. Ни слов не было скзно о роспуске монстырей, восстновленных Мрией. Одним словом, Елизвет хотел воссоздть церковь в том виде, в кком ее оствил Генрих VIII, тоже не слишком интересоввшийся теоретическими вопросми, и сделть ее очень умеренной, дже консервтивной. Лютернский обрзец ее вполне устривл, о чем Елизвет откровенно говорил испнскому послу Ферии: «Он желет, чтобы угсбургское вероисповедние было введено в ее королевстве… Это будет не совсем угсбургское вероисповедние, но что-то вроде того». Он ткже поведл Ферии, что в своем восприятии тинств «он очень мло отличется от них (то есть ктоликов. — О. Д.), поскольку верит, что Господь присутствует в тинстве причщения, и он рсходится с ними только в двух-трех вопросх в понимнии мессы».

Похоже, королев не слишком кривил душой, подчеркивя свой религиозный консервтизм в беседе с испнцем. Он явно не нходил общего язык с теми, кто требовл «дльнейшего очищения» церкви и суровых гонений против ктоликов. А ревностных протестнтов, которых уже не удовлетворяло дже умеренное лютернство, в прлменте было немло, и среди них те, кто во Фрнции и Швейцрии слушл проповеди фнтичного скет Жн Кльвин. Они уже видели перед глзми модель новой церкви — смоупрвляющейся христинской общины, незвисимой от госудрств, не имеющей клир, лишь выборных стршин и проповедников, с жесткой морльной реглментцией внутренней жизни; нгликнскя церковь, с ее епископми и обилием ктолических пережитков, был для них позвчершним днем. Это они, бывшие эмигрнты, требовли немедленно рзрботть «Книгу общих молитв», включив в нее все то, что было принято при смом рдикльном из реформторов Тюдоров — Эдурде. Четыре месяц шл упорня борьб з условия, н которых состоится компромисс. Умеренные првительственные билли обрстли в нижней плте прлмент и комитетх попрвкми, дополнениями и предложениями, совершенно менявшими их смысл и тонльность. Но зтем они попдли в плту лордов, где з них брлись епископы, нчинвшие выплывть из зконопроектов «женевскую ересь»: попрвки вымрывлись, и все возврщлось к первончльному вринту.

Кк ни пытлсь Елизвет охлдить религиозный пыл протестнтских рдиклов, используя лордов-ктоликов, было ясно, что это не удется — они имели явный перевес. То, что произошло дльше, явилось неожиднностью для современников и труднообъяснимой згдкой для историков. Королев, которя все время держл протестнтов в жесткой узде и уже собирлсь зкрыть прлмент, добившись «Акт о верховенстве», внезпно пошл н уступки, продлив сессию и соглсившись ввести в церкви многое из того, что было принято при ее брте Эдурде.

Это случилось после Псхи. Впервые после пяти лет гонений протестнты открыто прздновли ее по своему, не по ктолическому обряду. По всей стрне, несмотря н отсутствие официльных инструкций, миряне причщлись хлебом и вином ( не только хлебом, кк принято в ктолической церкви, где вино преднзнчется лишь для причщения священников). Современный читтель едв ли сможет вообрзить себе тот эмоционльный всплеск и безгрничное счстье, которые испытывли искренне верующие люди, получившие возможность в день пмяти об искупительной жертве Христ почтить его тк, кк считли првильным и угодным ему. Возможно, именно этот эмоционльный взрыв неподдельной рдости убедил королеву в том, что большинство ее нрод — той смой нции, которой он присягнул н верность, — з немедленное восстновление реформировнной церкви.

Можно допустить и иное объяснение, которое скорее будет днью ее пргмтизму, если не скзть политическому цинизму. 19 мрт 1559 год, нкнуне Псхи, в Англию пришло известие о том, что делегции Фрнции, Испнии и Англии н переговорх в Кто-Кмбрези окончтельно соглсовли текст договор о мире; 2 преля он был подписн. Теперь, когд уже никто не связывл условия мир с положением ктоликов в Англии и не пытлся игрть н этом, можно было оствить осторожность и дть больше воли протестнтм. Скорее всего, об фктор повлияли н решение Елизветы одобрить «Акт о единообрзии», предложенный протестнтми-рдиклми. Итк, когд прлмент в 1559 году звершил рботу, было провозглшено, что Елизвет является «верховной првительницей этого королевств и всех остльных доминионов и стрн Ее Величеств, рвным обрзом кк в духовных и церковных делх, тк и в светских, и ни один инострнный госудрь, человек, духовное лицо, госудрство или влдетель не имеет и не может иметь никкой юрисдикции, влсти, превосходств, преимуществ или вторитет в церковных или духовных делх в этом королевстве». Это и был тот глвный политический результт, которого он добивлсь. Порядок же богослужения, введенный в елизветинской церкви, предствлял собой компромисс — ктолики потеряли больше, чем рссчитывли, протестнты получили меньше, чем ндеялись. Это удивительное церковное урегулировние, которое решительно никого, включя сму королеву, не устривло до конц, обеспечило тем не менее мир и н время уберегло Англию от религиозных войн, терзвших ее соседей.

Не менее удивительно, что обе противоборствующие стороны остлись в совершеннейшем восхищении от госудрыни, полгя, что он сделл в их интересх все, что было в ее силх.

Вот дв мнения о ней, выскзнные в течение одного и того же месяц во время зседния прлмент: «У нс мудря и нбожня королев, и он блгосклонн и… рсположен к нм… Эт женщин превосходня и прекрсня в деле истинной религии»; «Мы можем быть уверены, что в лице Ее Величеств мы имеем смую скромную, рвно кк добродетельную и богоугодную госудрыню для того, чтобы упрвлять нми, кк это всегд было у нглийского нрод в этом королевстве». Первое приндлежит епископу Скотту, ктолику. Второе — протестнту, впоследствии епископу Джевилу.

Он действительно был превосходн. И ктолики и протестнты чего-то лишились в этой тяжелой прлментской схвтке. Лишь королев остлсь в выигрыше.

Амзонк в прлменте

Госудрственные мужи, собрвшиеся в первом прлменте Елизветы — ктолики и протестнты, убеленные сединми прелты, вельможные лорды, провинцильные джентльмены, городские стршины, стрые и молодые, — все они свято верили в естественный порядок вещей. Соглсно этому порядку, их молодя королев в скором времени должн был избрть себе достойного супруг среди инострнных госудрей или собственных подднных и, произведя н свет зконного нследник, обеспечить стбильность првящей динстии. Прлментриев зботило лишь одно — это должно было случиться кк можно скорее, дбы зткнуть рты ктоликм с их инострнными претендентми н нглийский престол и не провоцировть внутренние рспри. Твердя линия нследовния, зкрепляющя окончтельно успех Реформции, — единственное, чего недоствло Англии, чтобы ее нрод мог спть спокойно. Примерно ткие сообржения депутты изложили Елизвете в своей верноподдннической петиции. Им и в голову не приходило, что королев может иметь иную точку зрения н этот счет и что сфер, в которую они вторгются со своими рекомендциями, крйне деликтн.

Елизвет пришл в рздржение из-з этой попытки полутор сотен мужчин публично укзть ей, кково ее преднзнчение, но сдержлсь. 10 феврля он дл свой официльный ответ н петицию «общин ее королевств» — дивный обрзчик ее политической риторики, крйне неопределенной и нстолько зпутнной, что менее опытным депуттм могло покзться, будто им пообещли, что последуют их совету. Но более умудренные и имеющие уши услышли в речи королевы нечто ткое, что было з пределми их понимния, — кжется, эт молодя женщин всерьез нмеревется остться девственницей?

Что же именно он скзл? «Я приношу вм мою сердечную блгодрность з рвение и полную любви зботу, которую вы, кк мне кжется, проявляете ко мне и к вшей стрне». Депутты одобрительно кивют. «Я могу скзть вм, что с тех пор кк я впервые здумлсь, что рожден, чтобы служить всемогущему Господу, я избирю тот обрз жизни, который до сих пор вел и который, уверяю вс, до сих пор более всего удовлетворял меня. Полгю, он был ниболее приемлем и для Господ». Небольшое змештельство среди слуштелей: рзумеется, безбрчие — дело богоугодное, но королев не должн уподобляться монхине, ей следует здумться о блге нции. Елизвет тем временем уже перечислял все те доводы, которые обычно приводились в пользу ее змужеств: еще большя честь и высокое положение в случе брк с могущественным инострнным госудрем, возможность упрочить свои позиции, отрзить опсность со стороны вргов и дже избежть смерти — « опсностей и смертей он видел немло». Но, продолжл королев, «если бы что-либо из этих сообржений могло рзубедить меня или отвртить от этого обрз жизни, я не оствлсь бы в том положении, в котором вы видите меня теперь». «Он еще тк молод и неопытн, — покчивли седыми головми советники и прелты, — но Господь пошлет ей доброго муж, и он выбросит из головы весь этот бред». Кк будто отвечя им, королев продолжл: «И хотя я всегд был постоянн в этом выборе (впрочем, кому-то может покзться, что моя молодость и эти слов едв ли соглсуются между собой) и чистя првд, что я не нмеревюсь изменять тому обрзу жизни, к которому я привыкл более всего, и верю, что Господь до сих пор хрнил меня в этом призвнии и вел з руку, думю все же, что в своей доброте он не оствит меня брести одной». Нпряженно внимющие слуштели, должно быть, переглянулись. Тк что же все-тки он скзл? «Не оствит брести одной»? — знчит, он все же выйдет змуж? Слв Богу… Но не успели депутты облегченно вздохнуть, кк Елизвет изящно опрокинул н них ушт холодной воды: «Мне понрвилсь вш петиция… Он безыскусн и не содержит огрничений в выборе мест или кндидтуры (будущего супруг. — О. Д.). Если бы это было не тк, он непременно не понрвилсь бы мне, я бы сочл это слишком большой дерзостью с вшей стороны и совсем не подходящим для вс делом требовть чего-либо от тех, кто призвн повелевть, или укзывть им, кого им следует желть, или огрничивть и ствить условия тем, кому вы обязны подчиняться, или взять н себя смелость нпрвлять мою любовь по вшему усмотрению, мою волю — в соответствии с вшими фнтзиями». «Боже, они и не думли, что королев может оскорбиться!» Но он уже смилостивилсь: «Тем не менее, если кто-нибудь из вс опсется, что когд-нибудь Господь все же пожелет склонить мое сердце к иному обрзу жизни, вы можете быть бсолютно уверены, что я нмерен не совершть ничего ткого, из-з чего впоследствии у этого королевств мог бы возникнуть зконный повод для недовольств. Поэтому выбросите это из головы. Я зверяю вс (ккое доверие вызовут у вс мои слов, я не могу скзть, но ккого они стоят доверия, покжет будущее), в этом деле я никогд не совершу ничего, что было бы во вред госудрству, рди блг, добр и безопсности которого я никогд не змедлю отдть свою жизнь. И н кого бы ни пл мой выбор, верю, он будет тк же зботиться о королевстве и о вс (я не скжу, кк я см, потому что не могу с уверенностью ручться з другого), но, по крйней мере, соглсно моей доброй воле и желнию он должен быть тков, что стнет зботиться о сохрнении этого королевств и вс, кк я см». У депуттов снов отлегло от сердц: он все-тки может рссуждть здрво, эт стрння молодя женщин. Нпоследок он еще пообещл им, что, «если всемогущему Богу будет угодно оствить ее в прежнем нстроении и в безбрчии», он нзнчит достойного преемник, «который, возможно, будет для королевств лучше, чем ее собственный отпрыск… который может окзться неблгодрным». Депутты были уже готовы добродушно хлопнуть себя по коленям и скзть: «Пусть скорее рожет нследник, тм будет видно, кким он вырстет», но королев, окзывется, еще не зкончил. Ее последняя фрз был тков: «Для меня же будет достточно, если н моем мрморном ндгробии будет нписно, что королев, првившя в ткое-то время, жил и умерл девственницей». Немя сцен. Знвес.

Полно, д был ли искренн эт молодя женщин, уподобившяся црице мзонок, «железня леди» обрзц 1559 год? Он скзл о себе: «будущее покжет», стоит ли он доверия. Будущее покзло, что он не изменил своим нмерениям, кк и своему девизу «Semper eadem» («Всегд т же»). Дев, чье сердце скреплено цепями, грудь зковн в броню, зщищющую ее от стрел Амур, — это, несомненно, истиння Елизвет или, т, ккой ей хотелось быть. Ее героический энтузизм не мог не вызывть восхищения, пусть дже смешнного с легким сожлением и сочувствием. Но это был длеко не вся Елизвет.

Жемнство кк орудие дипломтии

Кким, однко, донельзя скучным и унылым было бы ее существовние и жизнь двор, если бы королев решил изобржть из себя прведную монхиню. По счстью, ее «феминизм» был несколько иного свойств — он происходил от сознния силы, не от слбости, приниженности или ущербности, в нем было не хнжество, скорее вызов: он не против отдть руку и сердце тому, кто ее покорит, если тковой отыщется. В противном случе ее устривет и ее нынешнее состояние. Он молод, прекрсно сложен, любит тнцы, рзвлечения, спорт, охоту и предется удовольствиям с тем же темперментом, что и ее отец. После мелнхолических пяти лет првления Мрии нглийский двор вновь ожил и зблистл. Кк н плмя свечи, туд слетлись молодые и не слишком молодые претенденты н внимние, милости и, кто знет, может быть, и н руку королевы. А т, которя выступл в роли героини в прлменте, во дворце был совершенно другой — обворожительно-кокетливой, утонченно-жемнной; ей никогд не ндоедли комплименты и обожние подднных. Ккое счстливое рзнообрзие ее нтуры, ибо в этой погоне з удовольствиями и стремлении покорять — тоже он, Елизвет.

Когд он взошл н престол, н ее руку претендовл добря половин европейских монрхов и принцев. Список открывл Филипп II, король Испнии, з ним следовли другие Гбсбурги — эрцгерцоги Фредерик и Крл, сыновья импертор Фердиннд, Эммнуил-Филибер, герцог Свойский, шведский кронпринц, впоследствии король Эрик XIV. Позднее в круг соисктелей вошли нследники фрнцузского престол — принцы Анжу и Алнсон и дже црь длекой Московии Ивн Всильевич (Грозный). Многолетняя гонк соперников — претендентов н руку нглийской королевы — вызывл неослбевющий интерес всех европейских дворов, тк кк речь шл о будущем междунродного политического блнс, стртегическом рсклде сил между ктолическими и протестнтскими госудрствми. И вновь Елизвет покзл себя мстером игры, кк нельзя лучше использовв кчеств, коими был нделен от природы, — обличье изящной женщины и недюжинный мужской ум.

Рсчетливый политик в юбке, он принялсь безупречно игрть роль кокетливой и нерешительной леди, которя никк не может сделть выбор между достойными и блестящими претендентми, ободряя то одного, то другого, никогд не двя их ндеждм увянуть и оживляя их именно в тот момент, когд это выгодно нглийской дипломтии. Филипп И, овдовевший после смерти Мрии, стл первым объектом, н котором он оттчивл свое мстерство. Првд, родственники отлично знли друг друг и нисколько не обмнывлись нсчет искренности или, нпротив, цинизм пртнер. Прежде всего король Испнии, по-прежнему относившийся к Елизвете кк к доствлявшей немло хлопот подопечной, поручил грфу Ферии выяснить, кк бывшя невестк отнесется к его свтовству. Пончлу посол был оптимистичен: «Если он решит выйти змуж з пределми своей стрны, ее взгляд немедленно остновится н Вшем Величестве». Но после холодного прием, окзнного ему при дворе, он рстерянно писл: «Боюсь, однжды мы обнружим, что эт женщин выскочил змуж, я буду последним, кто об этом узнет». Ферия, кк мог убедительно, излгл Елизвете доводы в пользу испнского брк: у Англии и Испнии общий врг — Фрнция, королев Мрия Стюрт может стть опсной претенденткой н нглийскую корону, и только союз с королем ткой мощной держвы, кк Испния, спсет мленький остров от хищник, всегд готового одним прыжком преодолеть Л-Мнш. Елизвет вполне могл соглситься с доводми испнцев, но не с ценой, которую они хотели получить в кчестве придного: королев должн был восстновить ктолицизм в Англии. Филипп II, зрелый человек и опытный политик, все еще не видел того, что интуитивно угдл и понял его молодя нглийскя родственниц: времен, когд монрх, не прислушивясь к мнению миллионов подднных, мог предписывть им, ккой веры придерживться, безвозвртно прошли. История покзл, что Елизвет был прв.

Говорить «нет», однко, было не в ее првилх. Грф Ферия снов стл чстым гостем во дворце и доносил, что королев «обсуждл с ним госудрственные дел и советовлсь». Переговоры между тем зтягивлись. Елизвет быстро осознл, что Филипп II в любом случе, дже если их брк не состоится, просто обречен поддерживть Англию против Фрнции и ей нечего опсться одиночеств н междунродной сцене. Отсюд те дерзкие шутки, которые он время от времени отпускл по поводу свтовств испнского короля: кк же он может выйти з бывшего муж своей покойной сестры, ведь это кровосмешение и оскорбление пмяти и достоинств не только Мрии, но и ее отц, Генрих VIII, весьм чувствительного к подобным тонкостям. Если бы Генрих мог слышть ее из преисподней, ему нверняк пришлось бы по душе, кк его Бетти подтрунивл нд испнцем.

Он могл призвть Ферию и долго превозносить могущество и мудрость его вгустейшего господин только зтем, чтобы в следующий рз зявить, что Филипп «еретик» и он никогд не выйдет змуж з ктолик. Впрочем, он вообще не выйдет змуж. А если и выйдет, то скорее всего изберет супруг из числ своих подднных. Грф впдл в отчяние и не знл, что писть королю. Когд Филипп вышел нконец из игры, женившись н другой, это не принесло облегчения его послу. Ферии было поручено хлопотть з двух других Гбсбургов, тоже ктоликов, — эрцгерцогов Фердиннд и Крл. Елизвет будто бы всерьез зинтересовлсь млдшим — эрцгерцогом встрийским Крлом — и зпросил точные сведения о его нружности и нрве, ткже о том, «был ли он уже влюблен в кого-нибудь и кким обрзом». Отзывы о млдшем брте гермнского импертор Мксимилин II окзлись смыми блгоприятными: он был недурен собой, мужествен и сговорчив нстолько, что соглшлся жить дже в протестнтской стрне, если только ему позволят чстным обрзом исповедовть его собственную религию и слушть мессу в дворцовой чсовне. Более поклдистого претендент было трудно отыскть, и у него было много сторонников среди нглийских политиков. Елизвет зтянул переговоры с ним н целых десять лет. Кто-то якобы нмекнул королеве, что Крл горбт, и месяцы прошли, прежде чем он удовлетворилсь исчерпывющими объяснениями, что это не соответствует истине: он, может быть, чуть-чуть сутулится, но этого почти не видно, особенно когд эрцгерцог грцует верхом. Успокоившись н этот счет, Елизвет подолгу беседовл с послми импертор Мксимилин и Филипп, обсуждя новое, только что придумнное ею препятствие. Он не собирлсь выходить змуж, не увидев своего нреченного. Но это было непросто сделть в эпоху, когд не существовло фотогрфии и Бритнских вилиний. Доверять же портретм, кк покзл опыт ее отц и Анны Клевской, было опсно. В конце концов послы предложили привезти претендент в Англию инкогнито. Несмотря н возможность откз, и см зинтересовнный жених был соглсен н ткой не совсем обычный шг, но здесь возмутился импертор: подобные смотрины покзлись ему унизительными. Переговоры тем не менее продолжлись.

Дипломтов бросло то в жр, то в холод от циркулироввших при дворе слухов о предположительных успехх того или иного претендент. А королев время от времени обескурживл всех, публично зявляя, что умрет девственницей. Новый посол Испнии епископ де Кудр однжды не вынес всего этого брчно-дипломтического кошмр и буквльно возопил в письме к Ферии: «Вш милость знет, кково быть вынужденным иметь дело с этой женщиной, в которой, я думю, сидят сто тысяч чертей, несмотря н то, что он постоянно говорит мне, будто жждет быть монхиней и проводить время в молитвх в монстырской келье». В довершение всех огорчений со слов могущественных Гбсбургов у них под ногми постоянно крутился герцог Финляндский Ионн, ходтй з брт — принц Эрик Шведского, и сорил бриллинтми. Швед прослыл смым эксцентричным из всех зморских претендентов. «Пылко влюбленный» Эрик, несмотря н неоднокртные откзы, бомбрдировл Елизвету письмми с уверениями в неслыхнной любви и рвлся пересечь море, чтобы докзть ее лично. А в подтверждение своих клятв протестнтский сосед слл королеве тюки горностевых мехов, ее министрм — лмзы чистейшей воды. Эти ухживния збвляли фрейлин милым нрушением этикет и бесили послов «солидных» держв врврскими методми дипломтии. Хорошо, что они не читли писем к Елизвете Ивн Грозного…

Королев упржнялсь в игре в рзборчивую невесту около двдцти лет. Он тк искусно умел зпутть всех, что дже близко знвшим ее людям кзлось, будто он не знет, чего хочет. Это было не тк: Елизвет всегд точно знл, чего добивется. Чем больше было претендентов, мечтвших когд-нибудь вступить н землю Англии ее королем (в особенности среди ктолических госудрей), тем прочнее было положение ее стрны и ее смой н троне. Все они, не подозревя того, были грнтми ее безопсности. Тк пусть же ндежд не оствляет никого. Королев не стнет торопиться с выбором.

Испытние любовью

Посреди госудрственных дел и политических интриг, упоення влстью и тлнтом повелевть душми тысяч людей, гордя своим «обручением с нцией», Елизвет внезпно окзлсь зхвчен чувством, от которого не зстрховны дже монрхи и убежденные феминистки, — он полюбил. «Он» был Роберт Ддли — человек н вороном коне, всегд и всюду следоввший з ней, ее конюший.

Судьб тк чсто ствил их рядом, что было бы просто удивительно, если бы между ними не возникл сердечня близость. Ровесники, детьми они вместе игрли в сдх Хэтфилд, потом знимлись у одного учителя — Роджер Эшм (соблзнительно предположить, что вместе, но мы не знем этого нверняк). В отличие от Елизветы, склонной к гумнитрным нукм, ее приятель отдвл предпочтение мтемтике и физике, где проявлял незурядные способности.

Роберт Ддли был одним из пятерых сыновей Джон Ддли, впоследствии герцог Нортумберленд. В этом семействе неуемный хрктер и безгрничное честолюбие были фмильными чертми. Дед Роберт — Эдмунд Ддли, министр Генрих VII, был кзнен кк госудрственный изменник з фнтстических рзмеров взяточничество и кзнокрдство. Джон Ддли, женив сын н Джейн Грей, погубил его и погиб см, вознмерившись зполучить корону нглийских королей. Остльные его дети, включя Роберт, попли в Туэр. В течение нескольких месяцев во время зключения тм Елизветы их рзделяли лишь крепостные стены. Роберт сидел в Бочмпской бшне, и несчстня принцесс подходил к ее подножию во время своих прогулок. Видел ли он ее из окн, мог ли подть ей знк?

Хотя Ддли посягнули н корону, приндлежвшую по прву ее сестре, и Елизвет должн был считть их госудрственными изменникми, он, вероятно, переменил свое мнение, готовясь см принять смерть от руки Мрии; общность судьбы и стрдний сблизил их. Кк и Елизвету, сэр Роберт спс Филипп II (поистине, он немло сделл для триумф протестнтизм в Англии). Последний вербовл нглийских дворян для учстия н его стороне в войне с Фрнцией. Роберт Ддли зслужил мнистию в битве при Сен-Кнтене. Если бы Филипп мог знть зрнее, что освобожденный им дворянин стнет вторитетным политиком в протестнтском мире и будет приглшен упрвлять Нидерлндми, восствшими против его, Филипп, влсти, он едв ли был бы столь милостив к Ддли.

Лорд Роберт являлся одним из тех, кто сделл ствку н молодую Елизвету и докзл свою преднность, выручя принцессу в безденежье. Когд его королев взошл н престол и лорд Роберт стл одним из смых высокопоствленных министров двор, он нходился в рсцвете сил и лет. Его нельзя было нзвть крсивым, но он облдл мужественной сттью, его мнер держться был исполнен величия. Высокий, хорошо сложенный, искусный турнирный боец, тнцор и покоритель сердец, он приндлежл к тому типу мужчин, который всегд нрвился Елизвете, быть может, нпоминя ей отц. Н протяжении всей его жизни отзывы о нем были смыми противоречивыми. У Ддли было более чем достточно вргов. Его нзывли неискренним, тщеслвным, честолюбивым, дже трусом (последнее явно не соответствовло действительности), но никто не откзывл ему в уме, энергии, точности суждений о людях и искусстве интриговть. Один из противников Ддли кк-то скзл, что сэр Роберт был смым сдержнным человеком при дворе; он умел контролировть свои чувств, подчиняя эмоции политической необходимости. Что же ксется честолюбия и цинизм, то они были нормой для любого ренесснсного госудрственного деятеля и рсценивлись кк здоровый пргмтизм. Елизвет и см в полной мере облдл этими кчествми, поэтому в Роберте Ддли они могли скорее импонировть ей, чем оттлкивть.

Первые слухи о том, что королев увлечен своим конюшим, пробежли по двору в преле 1559 год. Он чсто проводил время в его обществе и явно нходил в том удовольствие. В этом не было ничего дурного, но придворные, в особенности обойденные внимнием, не упустили возможности посудчить о том, что лорду Роберту следовло бы уделять больше внимния его жене — Эми Робсрт, милой и не очень счстливой женщине, с которой он состоял в брке уже девять лет. Детей у них не было, и когд Ддли получил почетную, но хлопотную должность при дворе, он почти перестл нвещть ее в поместье, лишь время от времени посыля подрки и зботясь об обновлении ее грдероб. Впрочем, это было тк естественно для жизни придворных в те времен. Все они, стекясь в столицу, снимли или покупли здесь дом и проводили в Лондоне большую чсть год — светский сезон, который длился с осени до весны, — лишь изредк нвещя своих близких в провинции. Современники шутили: только нступление лет или чум могут зствить придворных покинуть Лондон. Но существовл круг придворных, министров и слуг, лишенных дже «летних кникул». Они должны были везде и всюду сопровождть королеву, летом отпрвляться вместе с ней в поездку по стрне. Ддли был из их числ. Весной Ферия доносил Филиппу: «З последние несколько дней лорд Роберт вошел в ткой фвор, что вершит дел, кк хочет, и говорят дже, что ее величество нвещет его в его покоях днем и ночью. Люди тк вольно это обсуждют, что дже утверждют, будто у его жены болезнь груди и королев только ждет ее смерти, чтобы выйти змуж з лорд Роберт».

В первый рз в жизни Елизвет, похоже, потерял голову. Он не змечл ничего вокруг, всегд столь чувствительня к своей репутции, нисколько не зботилсь об ущербе, который ей могли ннести слухи. Уже сильно постревшя Кэт Эшли нконец взялсь открыть ей глз н то, о чем судчил двор. Королев удивилсь, оскорбилсь и с достоинством ответил, что блгосклонн к Ддли, «потому что он и его дел зслуживют того». «Он не понимет, кк кто-то может дурно думть о ее поведении, он ведь всегд окружен фрейлинми и слугми. Впрочем, — обронил уязвлення королев уходя, — если бы ей зхотелось или он ншл бы в том удовольствие, он не знет никого, кто мог бы ей помешть».

Есть еще одн версия этого щекотливого рзговор с Кэт Эшли. Ее передл посол импертор. Когд светские сплетни дошли до столиц инострнных держв, официльный «жених» королевы эрцгерцог Крл всполошился и потребовл от него немедленно рзузнть, нсколько они опрвднны. Гермнский посол решился, в свою очередь, поговорить с Эшли, тк кк всем было хорошо известно о ее близости к Елизвете. Он якобы и поведл ему о рзговоре с воспитнницей, о том, что т огорчен слухми, но убежден в своей невинности. Говоря о жестокости людского суд и о своей дружеской привязнности к лорду Роберту, он будто бы воскликнул: «Ах, ведь в этой жизни я видел тк мло рдостей». Кэт Эшли был рстрогн, гермнский посол тоже. Был ли искренн королев, знли только он и лорд Роберт.

Между тем нглийский посол писл Уильяму Сесилу из Брюсселя: «Сплетни, которые здесь рспрострняются, тк ужсны, что я не решюсь их повторить». Посол Венеции доносил, что Роберт Ддли — «очень крсивый молодой человек, к которому королев рзными способми обнруживет ткую привязнность и склонность, что многие верят, что, если его жен, которой в течение нескольких лет нездоровится, случйно умрет, королев с легкостью возьмет его себе в мужья».

23 преля, в День святого Георгия — покровителя Англии, Елизвет произвел Роберт Ддли в квлеры орден Подвязки — смого престижного рыцрского орден стрны. По трдиции его мгистром стновился првящий монрх. Королев без кких-либо сомнений относительно своего пол принял н себя эти обязнности. В прздничный день в честь святого птрон и новоиспеченных квлеров орден был устроен процессия всех его членов в тяжелых млиновых одеяниях с золотыми цепями с изобржением святого Георгия н груди. Когд н лорд Ддли ндевли отличительный знк орден — черную подвязку, укршенную бриллинтми, которя повязывлсь под левым коленом, вышитый н ней девиз «Д будет стыдно тому, кто плохо об этом подумет», нверное, у многих вызвл недобрую усмешку. Этот выскочк слишком длеко зшел. Медльон с изобржением святого Георгия был преподнесен ему н роскошной цепи, стоимость которой присутствующие тут же мысленно оценили. Этот эпизод припомнят спустя несколько лет, когд Елизвет в знк своего рсположения примет в орден короля Фрнции Крл IX. Ему пошлют медльон н ткой невзрчной цепочке, что членм Тйного совет стнет неловко, и один из них открыто скжет, глядя н сэр Роберт, что если бы у него был ткя цепь, он, не здумывясь, пожертвовл бы ее, чтобы поддержть престиж Англии.

Н него негодовли ристокрты, в особенности герцог Норфолк — молодой кузен королевы. Ходили слухи о попыткх подослть к Ддли немных убийц, но с ним было не тк-то просто спрвиться. Один из его вечных противников и политических оппонентов, грф Сссекс, нзыввший его «цыгном», умиря, предупреждл друзей: «Берегитесь цыгн, он вм не по зубм, я зню этого зверя лучше, чем вы». Ддли вполне опрвдывл свой герб — белый медведь, поднявшийся н дыбы и держщий в лпх суковтый посох, — его было непросто свлить.

Уильям Сесил, сдержнный и мудрый министр Елизветы, сделнный совсем из другого тест, нежели горячие головы ристокрты, тем не менее предпочел бы, чтобы им удлось отпрвить лорд Роберт в преисподнюю. Он никогд не мог предствить, что его госпож нстолько збудется. Ддли почти монополизировл ее общество, ств основным советником, и это очень волновло Сесил. Ему чсто приходилось уезжть н переговоры, в то время кк фворит, неотлучно нходясь при королеве, не встречл рзумной оппозиции. Если королеве впервые изменил ее обычно холодный рссудок, то у Сесил единственный рз в жизни сдли нервы — он стл подумывть об отствке.

Дже простонродье уже склоняло имен королевы и Ддли. Сесилу доносили, что некя пьянчужк — ммш Доу, болтл с трктирщиком о том, что «лорд Роберт подрил королеве н Рождество вышитый плщ, нет, зчем ей плщ, он см может его себе купить, он подрил ей ребенк». Говорили ткже, что они тйно поженились. Но ослеплення своей любовью королев отмхивлсь от нелепых сплетен и в ответ сделл лорд Роберт смотрителем своей резиденции в Виндзоре — новый знк рсположения к фвориту.

Сесил почти в отчянии писл де Кудре, испнскому послу, о своей вероятной отствке и о том, что, по его мнению, Ддли, чтобы добиться руки королевы и короны, может дже попытться избвиться от своей жены, хотя он, Сесил, «ндеется, что Господь не позволит свершиться ткому преступлению».

Однко 8 сентября 1560 год Эми Робсрт был обнружен мертвой в своем пустом доме у подножия кменной лестницы. У нее окзлсь сломн шея, кк при пдении, но при этом н голове стрнным обрзом остлся чепец. Скндл, которого тк опслся Уильям Сесил, рзрзился. Пок н месте тргедии шло следствие, Ддли кк подозревемому в преступлении было зпрещено являться перед королевой. Опросив слуг, которых см Эми Робсрт отослл из дом в то роковое воскресенье, и тщтельно изучив все обстоятельств, коронер и комиссия из увжемых людей грфств пришли к выводу, что имел место несчстный случй. Больня, слбя женщин, нходившяся в депрессии, очевидно, поскользнулсь н лестнице. При этом существовло сильное подозрение н смоубийство: и до несчстной женщины дошли слухи, что ее Роберт ждет лишь ее смерти, чтобы жениться н королеве. В пользу этой версии говорил тот фкт, что он см пожелл остться одн в совершенно пустом доме. С другой стороны, лестниц, пусть дже кмення, — стрнное средство для смоубийств. Првд, в тком кчестве он мло подходил и для его имитции — убийцы должны были бы инсценировть все более убедительно. Злосчстный чепец н голове умершей многим не двл покоя, и Роберт Ддли, уже опрвднный следствием, см попросил о нзнчении повторной комиссии, куд вошли друзья и родственники его покойной жены. Вердикт остлся прежним — несчстный случй. Днные современной медицины могли бы помочь лорду Роберту окончтельно обелить свое имя, тк кк, соглсно им, во многих случях рк груди, которым, по всей видимости, стрдл Эми Робсрт, дет метстзы в спинные и шейные позвонки, деля их чрезвычйно хрупкими. Достточно небольшой перегрузки, одного неверного шг (и именно нпрвленного вниз), чтобы они не выдержли. Однко в глзх современников Ддли тк и не был опрвдн до конц.

Возможно, королев и ее фворит действительно втйне ндеялись, что смерть Эми Робсрт рзвяжет им руки, но то, кким обрзом все произошло, лишь отдлило их (или по крйней мере Ддли) от зветной цели. Решительно невозможно было соединиться после столь громкого скндл. Европейские дворы ждно муссировли сенсционные слухи. Английский посол во Фрнции Николс Трогмортон был готов провлиться сквозь землю от стыд. По его призннию, у него «кждый волос вствл дыбом, уши вяли» от того, что говорили в Приже о его королеве. Если он выйдет змуж з Ддли, он будет бсолютно дискредитировн в глзх всех европейских монрхов. Фрнцузский двор едв ли был прибежищем добродетели и целомудрия, но теперь здешние ктолики получили повод терзть Трогмортон вопросми: «Что это у вс з религия, если подднный убивет жену, госудрыня не только терпит это, но и выходит з него змуж?»

Елизвет, безусловно, испытл шок, но стоически сохрнял видимость бсолютной непричстности к скндлу — появлялсь н людях, выезжл н охоту. Ддли же, которого отлучили от двор, не знл куд себя деть, зпертый в своем доме в Кью. Перемен в его судьбе был столь удручющей, что Уильям Сесил нвестил своего зклятого врг в его несчстье, и впоследствии тот сердечно блгодрил его з дружескую поддержку в трудную минуту. Скорее всего, ни один из них при этом не был до конц искренен. Сесил, зня упорный хрктер своей госпожи, мог предположить, что он все-тки решится н зрнее скомпрометировнный брк, и тогд Ддли стнет королем, поэтому с ним не стоило окончтельно портить отношения. Со своей стороны, лорд Роберт прекрсно сознвл, кк высоко ценит королев мнение и совет Сесил, и н его пути к короне услуги того, кого з глз нзывли «хитрым лисом», могли ему пондобиться. К этому времени об политик поняли, что ни один из них не сможет одолеть другого, и им пришлось смириться с мыслью о неизбежности длительного сосуществовния н госудрственном Олимпе.

Нездолго до визит Сесил в Кью грф Сссекс, тот смый, кто много рз открыто и шумно ссорился с фворитом, прислл госудрственному секретрю удивительное письмо. Он неожиднно проявил очень тонкое понимние чувств, которые испытывл молодя женщин: «Поскольку глвное для блг госудрств — чтобы королев родил нследник, в чем все сходятся, пусть он сделет выбор, соглсно ее собственной склонности, пусть возьмет з себя человек, при виде которого все ее чувств восплменяются желнием… Кого бы он ни выбрл, я буду любить его, почитть и служить ему до конц». Однко мло кто еще был способен столь либерльно смотреть н вещи.

Политики и дипломты опслись, что рзгоревшийся скндл может стть предлогом для ппы поднять вопрос о более достойном, с точки зрения морли, нследнике для нглийского престол. В Приже Мрия Стюрт, услыхв нглийские светские сплетни, воскликнул, не сдержвшись: «Королев Англии собирется выйти з конюшего, который убил свою жену, чтобы освободить место для нее!» (Ккя ирония судьбы! Спустя несколько лет он см в сговоре со своим любовником грфом Босуэлом совершит покушение н собственного муж.) Николс Трогмортон специльно отпрвил своего доверенного секретря Джонс н родину, чтобы довести до совет и королевы рекцию возможной претендентки н престол. Джонсу нзнчили удиенцию у Елизветы. Он предстл перед ним собрння, но утомлення и несколько нервня. Выслушв его сообщение, он, по его словм, откинулсь в кресле и зкрыл лицо рукми, потом внезпно зсмеялсь. Джонс взял н себя смелость нпомнить, что Ддли происходит от дурного корня, его отец — герцог Нортумберленд был очень опсен для короны. Королев снов зсмеялсь. Был ли это нервня истерик? Или смех сообщницы, потворствоввшей в преступлении, но уверенной в том, что ее невозможно уличить? Кк бы тм ни было, королев овлдел собой и спокойно ответил Джонсу, что рсследовние полностью обелило «и лорд Роберт, и ее собственную честь». Кк покзлось Джонсу, «несмотря н то, что дело лорд Роберт, безусловно, очень рсстроило ее, королев держится очень хорошо» и скоро преодолеет кризис.

Он, бесспорно, выходил из кризис отрезвлення и рзочровння. Ее имя, ее репутция едв не погибли, ее безопсность был поствлен под угрозу, и виновником снов окзлся мужчин, добиввшийся ее руки. Несмотря ни н что, он по-прежнему его безумно любил. Но счстливя весн безмятежной влюбленности прошл, колдовские чры ее «цыгн» были не влстны более нд ее рссудком, хотя «милый Робин» и влдел всецело ее душой.

Дождливым и холодным ноябрьским днем он сидел нд госудрственными бумгми в своем кбинете. Н столе перед ней лежл большя, укршення великолепным орнментом и изобржением ее смой н троне грмот. Это был королевский птент, друющий Роберту Ддли титул грф Лейстер. Он двно обещл ему этот подрок (грфский титул поднял бы его еще н одну ступень социльной лестницы и приблизил бы к королеве). Ей подли перо, чтобы подписть птент. Но королев взял нож для бумг и, вонзив его в грмоту, рзорвл ее. «Нельзя доверять тому, у кого в роду дв поколения изменников», — ответил он н вопросительные взгляды свидетелей этой гневной вспышки. Ее Робин был очень уязвлен и упрекнул королеву в незслуженной обиде. Он потрепл его по щеке и примирительно скзл: «Ну нет, медведя с посохом не тк легко опрокинуть!» Грфский титул был обещн ему к янврю: он получит его в Двендцтую ночь[8], когд рождественское веселье достигнет погея; сейчс же ндо переждть и успокоить общественное мнение. Двендцтя ночь нступил, но титул Ддли не получил. Королев окончтельно очнулсь от волшебного сн.

Постепенно все вошло в нормльную колею. Слухи утихли, Елизвет вернулсь к делм, и Сесил опять контролировл ситуцию. Но Роберт Ддли был не из тех, кто легко сдется. Теперь он был свободен, и королев по-прежнему оствлсь его зветной целью. Опрвившись от удр судьбы, Белый Медведь возобновил тки. Он дрил Елизвете удивительные по крсоте и фнтстические по стоимости подрки, устривл в ее честь прзднеств, турниры и водные збвы. Королев всегд любил тнцевть с ним — Ддли был великолепным пртнером, и, склоняясь к ней в тнце, лорд Роберт кк бы невзнчй спршивл: почему бы ее величеству не выбрть себе супруг из собственных подднных? Он конечно же был в курсе всех ее мтримонильных игр и интриг с многочисленными инострнными претендентми. Они, несомненно, немло веселились, обсуждя, кк ловко Елизвет удерживл тех обещниями, которые не собирлсь выполнять. Более того, лорд Роберт учствовл в вырботке этой политики и кк министр двор ктивно ее осуществлял: поддерживл то одного, то другого претендент, принимл их послов и обещл употребить все свое влияние н королеву в пользу того или иного госудря. Но при этом он никогд не скрывл своих ндежд, что он сделет выбор в его пользу. «Ни один добрый нгличнин и верный подднный не посоветует королеве выйти з инострнц», — бросил он кк-то в полемике герцогу Норфолку. Его ходти при дворе спршивли Елизвету, выйдет ли он з лорд Роберт. «Нет, — отвечл он, — тогд подднные стнут нзывть меня просто “леди Р. Ддли”». Но это попрвимо, ндо всего лишь сделть его королем, не консортом. Елизвет только смеялсь и кчл головой.

Однжды Роберт Ддли зявил, что «знет королеву лучше, чем кто бы то ни было». Это было првдой, но всели зкоулки ее души были ему ведомы? Интересно, что думл он о ее публичных зявлениях о нмерении никогд не выходить змуж? Считл политической игрой или допускл, что они могут быть серьезными, но, кк многие мужчины, верил, что его неотрзимое обяние зствит ее збыть о стрнных идеях? С другой стороны, Елизвет делл тк много противоречивых зявлений (то он не выйдет змуж вообще, то выйдет только з инострнного принц, то только з нгличнин), что можно было потерять терпение. Ддли отлично знл одно: у него нет соперников в сердце королевы и единственное препятствие н пути к их брку — он см.

Д, он любил его, он был ей по душе, и ей стновилось хорошо, когд он нходился рядом. Но делть его королем? Зчем, если он и без того привязн к ней — должностью министр двор, тщеслвием фворит? Ддли честолюбив, у него множество недоброжелтелей, и его дльнейшее возвышение вызовет при дворе склоки, фркционный рскол. Отдв руку ему, королев рстеряет своих короновнных поклонников и срзу лишится возможности для мневр н междунродной рене. Уильям Сесил, улучив момент, рискнул предствить ее внимнию зписку-меморндум с нлизом преимуществ и недосттков предполгемого брк с Ддли. Первых он не ншел вовсе: «Мы ничего не достигем брком с ним ни в отношении приумножения богтств, ни в смысле прибвления политического вес, достоинств или влсти. К тому же стнут думть, что клевет о нем и королеве был првдой. Он не будет печься ни о чем, кроме кк о нделении своих личных друзей богтством, должностями и землями, что оскорбит остльных. Он опозорен смертью его жены. Он весь в долгх. И кжется, выкзл себя ревнивым по отношению к ее величеству». Мудрость подскзывл ей, что брк с Ддли будет политической ошибкой.

Но, кк истиння женщин, Елизвет не могл откзться от него рз и нвсегд. Понимл ли он, что и в отношениях с ним он постепенно усвоил ту же мнеру поведения, что и с теми, кого нещдно дурчил, постоянно поддерживя в них огонек ндежды и никогд не говоря ни «д» ни «нет»? Ддли же, кжется, потерял рссудок. В 1561 году он стл искть себе новых сторонников и обртился з помощью к Филиппу II Испнскому через его посл де Кудру. В конце концов у Филипп были все основния считть Ддли «своим человеком»: он спс ему жизнь и у них всегд были неплохие отношения. Теперь лорд Роберт предлгл ему совершенно фнтстический проект: Филипп поддерживет его притязния и убеждет Елизвету выйти з него змуж, он, в свою очередь, ств королем, добивется возврщения смой королевы и всей стрны в ктоличество и примирения с ппой, то есть выполнения тех смых условий, которые когд-то ствил Елизвете см испнский король. Ккое великолепное смообольщение! (Не говоря уже об изрядном цинизме: будущий оплот европейского протестнтизм торгует своими религиозными убеждениями, чтобы зполучить королеву и корону.) Но нсколько симптомтичен был этот проект: кк в свое время Филипп, Ддли полгл, что стоит ему стть королем Англии — и Елизвет исполнит все, чего он пожелет. Сменить в четвертый рз з полвек вероисповедние целой стрны? — Конечно, лорд Роберт! Пойти н унизительное примирение с ппой, збыв обо всех оскорблениях, ннесенных Римом ее мтери и ей смой? — Рзумеется, Робин. А ведь он не был глуп и считл, что прекрсно знет королеву. Может быть, Ддли просто хотел ввести Филипп в зблуждение пустыми обещниями? Но об были трезвыми политикми и не стли бы тртить время н зведомо нерельные прожекты. Эти люди попросту недооценивли Елизвету кк смостоятельную личность в политике и нивно полгли, что им легко удстся сделть из королевы пешку.

Он же предпочитл оствться ферзем. 30 июля 1561 год Ддли устроил для Елизветы водную феерию н Темзе. Епископ де Кудр, посол Филипп, ткже был приглшен полюбовться прздником с королевской бржи. Елизвет был весел и явно нслждлсь зрелищем. Они оживленно болтли и перекидывлись шуткми с лордом Робертом, и он вдруг лукво зметил, что они могли бы пожениться прямо сейчс, поскольку под рукой есть дже епископ. Королев изящно ушл от ответ, скзв: «Боюсь, его знние нглийского недостточно, чтобы провести эту церемонию».

Близился вгуст, и он готовилсь к своей первой поездке по стрне. Вместе со всем двором Елизвет проследовл через грфств Эссекс, Сссекс, Хертфордшир и Мидлсекс, и повсюду ее приветствовл нрод и рзвлекло местное дворянство. Елизвет с удовольствием пожинл обильный урожй восхищения и поклонения. Ддли был неотступно рядом. Они вместе охотились в торфяникх Эссекс, вместе сккли по полям шфрн — нежные цветы только поднимли из земли свои головки. Королев провел несколько дней в его поместье в Уонстеде. И… ничего не произошло. Более того, ему осмеливлись мешть, отвлекя внимние королевы. Сэр Уильям Петр, нпример: у него тоже был дом в Эссексе и он хотел не удрить в грязь лицом, ткже молоденький Томс Хинедж — один из будущих фворитов, и другие.

Поощряя соперничество среди придворных, Елизвет двл понять, что не собирется лишть своего рсположения достойных внимния и куртузных квлеров — кк солнце, которое светит не одному, но всем. Он искренне збвлялсь, поддрзнивя своего Робин. Порой ему, должно быть, кзлось, что у нее нет сердц.

Но когд пробил чс испытний, королев снов докзл, что для нее нет ближе человек, чем Роберт Ддли. Осенью 1562 год Елизвет внезпно зболел оспой; он лежл без сознния во дворце Хэмптон-Корт. Несколько придворных дм уже скончлись от болезни, и Тйный совет готовился к новым потрясениям — королев умирл, не оствляя нследник престол. Придя в себя н несколько чсов, Елизвет вырзил свою последнюю волю, шокироввшую всех: в случе ее смерти нзнчить лордом-протектором королевств Роберт Ддли. Не своего кузен герцог Норфолк, не одного из нглийских ристокртов, в чьих жилх текл королевскя кровь, того, кого все они считли parvenu. После своей смерти он нконец хотел дровть ему то, чего лорд Роберт безуспешно добивлся от нее при жизни, — престол.

К счстью, Елизвет выздоровел, инче, принимя во внимние темперменты тех, кто окружл трон, ее прощльный подрок фвориту мог бы вызвть усобицу и гржднскую войну. Ослбевшя, бледня, со следми оспы н лице, которые еще долго зживли, он едв ли хотел, чтобы Робин видел ее ткой. Но госудрственные дел не терпели отлгтельств — королеве ндо было в совет, ее ожидли в прлменте. Тогд он сделл Роберт Ддли членом своего Тйного совет — узкого круг высших министров и смых доверенных советников, и его возможня досд при виде лиц его госпожи сглживлсь окзнной ему честью лицезреть ее в кругу особо избрнных.

Герцог Норфолк шел с Ддли голов в голову в придворной гонке з почестями и титулми: их вместе посвятили в рыцри орден Подвязки, одновременно с королевским фворитом его ввели и в Тйный совет. Но ристокрт и ближйший родственник королевы не мог смириться с тем, что «цыгн» получет рвные с ним милости. Более того, он не мог не зметить, что см скорее служит ширмой для успокоения общественного мнения: королев хотел покзть окружющим, что нгрждет и отличет не одного только Ддли. Его ненвисть нконец выплеснулсь н дворцовом теннисном корте в присутствии смой королевы. Когд рзгоряченный игрой Ддли небрежно взял из рук Елизветы плток и отер им лицо, герцог рссвирепел и крикнул, что тот — нглец, нмеревясь зпустить в ненвистное лицо ркеткой. Королев рзнял их, скзв кузену немло обидных слов. Все трое ндолго зпомнили неприятную сцену.

6 сентября 1564 год, в прздник святого Михил, Роберт Ддли нконец получил двно обещнный ему титул — он стл броном Денби и грфом Лейстером. Елизвет был в добром рсположении дух, и присутствующие зметили, кк, совершя церемонию посвящения, он нгрдил новоиспеченного грф дружеским шлепком по шее.

С удивительной нстойчивостью Лейстер вновь и вновь возобновлял свои тки и не отступл от нмерения жениться н неуступчивой дме сердц. З последние дв год у него, кк и у других членов совет и прлментриев, нкопилось немло новых ргументов в пользу немедленного змужеств королевы. Междунродня ситуция стновилсь все более зпутнной: соседей — Шотлндию и Фрнцию — зхвтили религиозные рспри, и Англия неуклонно втягивлсь в них. В этой ситуции было просто необходимо срочно противопоствить ктоличке Мрии Стюрт зконного нследник. Пок Елизвет медлил, это могли сделть другие, нпример, млдшие сестры несчстной королевы Джейн Грей. Они выросли и превртились в привлектельных молодых особ, облдвших, соглсно звещнию Генрих VIII, првми н престол. Обе, однко, повели себя крйне нерзумно. Стршя — леди Ектерин Грей, ожидя ребенк от грф Хертфорд, поспешно вступил с ним в тйный брк. То, что он не испросил рзрешения у королевы и Тйного совет, смо по себе уже влекло обвинение в госудрственной измене, тк кк речь шл о потенцильной нследнице престол. Но сверх того, ее муж сбежл, священник, венчвший их, умер, документ о брке он умудрилсь потерять. В результте молодя женщин вместе с ребенком окзлсь в Туэре, оствясь тем не менее примнкой для тех, кто зхотел бы использовть ее в случе госудрственного переворот. Млдшя Грей дискредитировл себя связью с нчльником собственной стржи, почти простолюдином, что полностью вывело ее из рсчетов любых политиков. И все же сестры Грей предствляли потенцильную опсность для Елизветы.

Но более всего нпугл госудрственных мужей болезнь королевы и возможность ее внезпной кончины без официльно нзнченного преемник. Неудивительно, что в 1563 году прлмент в смых верноподдннических выржениях вновь просил Елизвету выйти змуж или нзвть нследник. Он должн был быть готов к тому, что рно или поздно придется вернуться к этому щекотливому вопросу. Елизвет не собирлсь уступть, но он не хотел и обострять отношения с прлментом. Чтобы выигрть время, королев решил убедить депуттов, будто всерьез рздумывет нд змужеством и вскоре примет решение. Это был откровення ложь, облечення в форму блестящей речи. Елизвет тысячу рз н все лды повторил, что любит свой нрод и не оствит его мольбы без внимния, тк кк н крту поствлен безопсность госудрств. Чтобы потрфить депуттм, он зтеял небольшой спекткль, пончлу изобрзив слбую и робкую женщину, «которой недостет ни ум, ни пмяти», ни решимости рссуждть о деле ткой вжности. Сколько сркзм и нсмешки было в этой комедии! Потом рсчетливо нпомнил им, что только что чуть не простилсь с жизнью, но и н смертном одре думл лишь о них. Их глз должны были увлжниться и увлжнились, когд они услышли: «Хотя смерть овлдел почти кждой моей клеточкой, тк что я дже желл, чтобы непрочня нить моей жизни, тянувшяся, кк мне кзлось, слишком долго, был бы тихо пресечен рукой Клото, но все же я возжелл тогд жить… не столько рди собственного спсения, сколько рди вшего. Я знл, что взмен этого црств я могл бы нслждться лучшим, пребывя в вечности… Но не думйте, что т, которя в других делх проявлял ндлежщую зботу о вс, в деле, ксющемся ее и вшей безопсности, будет беспечн… хотя в этом вжном и ответственном деле я нмерен отложить свой ответ до другого времени, поскольку в ткие глубины я не могу погрузиться со столь мелким умом…» Плт общин, убюкння этой блгостной речью, соглсилсь подождть, поверив королеве, кк еще долго будет ей верить. Но когд лорды осмелились нстивть н выборе официльного преемник, пок королев не вышл змуж, он отбросил снтименты и в совершенно ином, энергичном стиле дл им обескурживющую отповедь: он-де еще не тк стр, чтобы нзывть нследник, и «отметины у нее н лице — всего лишь оспины, не морщины, и дже если кому-то он кжется строй девой, Господь пошлет ей детей, кк послл их в свое время святой Елизвете». После ткой жесткой зщиты никому больше не зхотелось вторгться в ту сферу, которую королев считл глубоко личной.

Прошло три год, и новый прлмент, собрвшийся в 1565 году, нчл свою сессию с того же проклятого вопрос о престолонследии и змужестве. Нкнуне его обсуждения Тйный совет сдержнно нмекнул королеве, что он должн дть ккой-то ответ своим подднным. Елизвет тк, кк будто з три год ее гнев нисколько не остыл, зявил, что это дело ксется не прлмент и совет, только ее смой. Он же не нмерен нзывть имя нследник, ибо это ознчло бы «похоронить себя зживо». Следующий удр должн был получить плт общин, которя, вместо того чтобы предоствить королеве требуемые субсидии, снов принялсь обсуждть вопрос о ее брке. Но достлся он н долю лордов, вернее, их делегции, некстти явившейся к королеве. Елизвет обрушилсь н них, скзв, что депутты нижней плты — бунтовщики и что во времен ее отц никто не дерзнул бы вести себя подобным обрзом. «Милорды, — бросил он им под конец, — делйте что хотите. Я же буду поступть тк, кк считю нужным».

Всякий, кто зиклся в присутствии королевы о ее брке, рисковл нвлечь н себя громы и молнии. Герцог Норфолк, который н зседнии совет осмелился зговорить о ее змужестве, Елизвет нзвл изменником. Когд же остльные советники поддержли его, он обвинил их всех, включя Лейстер, в мятеже. Повернувшись к нему, он с горечью скзл: «Я думл, что если целый мир отвернется и покинет меня, вы этого не сделете». Грф воскликнул, что готов умереть у ее ног, но лишь услышл в ответ, что «это не имеет никкого отношения к делу».

Он, однко, сдержл свои эмоции, когд 5 ноября 1566 год двл ответ н совместную петицию обеих плт прлмент. «Слово госудря облдет особым весом, в особенности произнесенное в публичном месте, — скзл он, — и хотя рньше он зявлял, что ее рссудок восстет против брк, ныне пусть никто не сомневется, слыш, кк он зверяет их, что твердо нмерен выйти змуж, и он докжет это н деле, кк только придет время и предствится возможность». То был очередня уловк, но, поскольку Елизвет действительно возобновил брчные переговоры с эрцгерцогом Крлом, прлментриям оствлось лишь верить и ждть, когд нконец «придет время».

Этот вопрос волновл и терпеливого эрцгерцог, отпрвившего в Лондон нового посл — Адм Цветкович. В его присутствии Елизвет превозносил слвный дом Гбсбургов, но однжды н его звулировнный вопрос о причинх ее упорного нежелния выйти змуж он неожиднно ответил, совершенно сбив Цветкович с толку: «Я никогд и никому не говорил, что не выйду змуж з грф Лейстер». Очевидно, он думл о своем.

В последние полтор-дв год их отношения с грфом неуклонно ухудшлись. Дже терпению лорд Роберт пришел конец — он устл от противоречивых зявлений Елизветы, от кокетств в политике и политики в сердечных делх. Когд в 1565 году он явно стл окзывть внимние Томсу Хинеджу, Лейстер решил воспользовться тем же оружием, чтобы вызвть ревность королевы. Елизвет выходил из себя, тем более что ее соперниц — Летиция Ноллис окзлсь не только привлектельн, но и умн, и то, что нчинлось кк легкий флирт, переросло со временем в нстоящий ромн. В Виндзорском дворце н глзх у придворных между королевой и грфом рзыгрлсь ссор: он обвинял его в измене, он отвечл тем же, нпоминя, кк долго и безуспешно просил ее руки.

В конце концов Елизвет бросил Лейстеру в лицо слов, которые долго носил в себе, крик ее души, смые тйные опсения н его счет: «Если вы нмереветесь првить здесь, я позбочусь, чтобы этого не случилось. Здесь будет только одн госпож и не будет господин!» Потом, после взимных уговоров и слез, они, рзумеется, помирились. Но никогд уже отношения между ними не были ткими, кк прежде. Их ромн вяло продолжлся, дружб и рсположение сохрнялись до смой смерти Лейстер в 1588 году, но слов, скзнные королевой во время ссоры, поствили точку нд i. В их отношениях больше не было мест недоскзнности и ндежде — он не отдст во влсть этого человек ни себя, ни свой трон, ни свою стрну. Он не сможет ими достойно рспорядиться.

Однжды шотлндский посол скзл ей: «Мдм, я зню Вш королевский нрв. Я думю, если бы Вы вышли змуж, Вы были бы только королевой Англии, теперь же Вы — король и королев одновременно. Вы не потерпите господин». Он угдл ее мысли. Елизвет и дльше пойдет одн. Белый пеликн одолел Белого Медведя. Хотя, быть может, в душе, он и оплкивл эту победу.

Глв III

ГЛОРИАНА

Я не боюсь смерти, ибо все люди смертны. И хотя я всего лишь женщин, у меня не меньше мужеств, приличествующего моему сну, чем у моего отц.

Елизвет I

Войн, чум и шотлндскя кузин

Историки, которые пишут биогрфии великих, делятся н тех, кто вдохновенно создет мифы, окружя своих героев ромнтическим ореолом, и тех, кто с упорством трудолюбивого Сльери рзвенчивет эти мифы, срывя нимбы и не оствляя кмня н кмне от возвышенных легенд. Своим имиджем Елизвет обязн себе не меньше, чем историкм. Он творил его см, лицедействуя, луквя, но порой проявляя подлинный героический энтузизм и оствив по себе легенды. Он тем не менее окзлсь прктически неуязвимой для критиков. Вы ни минуты не верите в ее искренность, чистоту, девственность и т. п.? Тк восхититесь ее политической ловкостью, ибо он зствил многих поверить в это. Вм не импонирует ее беззстенчивое мнипулировние людьми? Тогд отдйте должное тому, кк он зствлял их служить интересм дел, престол, стрны, игря н их мбициях и честолюбии. Он чсто любил рядиться в белые нгельские одежды, но при этом всегд оствлял место для ккой-нибудь здорной выходки, чтобы нмекнуть всем, что это лишь мскрд, игр, не ее подлинное «я». Поэтому ею векми восхищлись и ромнтики и пргмтики.

Однко ниспровергтель мифов никогд не бывет нстолько добродушен, чтобы попросту смириться с чьей-то бесспорной, почти фольклорной легендрностью. Он без устли ищет у героини хиллесову пяту и, кжется, нходит ее. Почему это все вообрзили, будто Елизвет облдл недюжинным умом и был неординрным политиком? Ведь вырботк стртегии внешней и внутренней политики — зслуг отнюдь не королевы, ее окружения, всех этих опытных и знющих людей — кнцлеров, советников, секретрей. Именно им Англия обязн тем взлетом, который совершенно незслуженно приписывют влиянию королевы и нзывют «елизветинской эпохой». Ткое обвинение достточно серьезно и зслуживет того, чтобы его рссмотреть.

Природ тогдшней политики почти в рвной степени сочетл в себе индивидульную и коллективную ответственность з вырботку решений. Госудрство нходилось н пути к современной системе упрвления, окончтельно сложившейся в Новое время. Личня влсть и вторитет монрх уже урвновешивлись нличием тких оргнов, кк Тйный совет и прлмент; первый в определенной степени рзделял с монрхом исполнительные функции, второй — зконодтельные. Они были преднзнчены для «совет», конткт госудря с его подднными, обртной связи с обществом, и при желнии он всегд мог опереться н них в вырботке вжнейших решений. Но предписния этих оргнов не были для него обязтельными, не огрничивли н деле его влсти, и о подлинном рзделении суверенитет, следовтельно, и ответственности з проводимую политику, еще не было и речи. Тким обрзом, см процесс принятия решений был деперсонифицировн, избрння же линия всегд несл н себе сильный отпечток индивидульности монрх. И лишь от личных кчеств последнего звисело, нсколько глубоко он вникл в госудрственные дел и в ккой мере отдвл их н откуп другим.

Прлмент в ту пору скорее нпоминл молодого политик, больше желющего принимть учстие в упрвлении, чем умеющего это делть. Его соством мнипулировли, его иницитивы и дебты зчстую нпрвляли опытные госудрственные чиновники — члены Тйного совет. Именно их рукми деллсь рельня политик в тюдоровскую эпоху. Смостоятельня роль опытных министров, порой стоявших у кормил влсти не одно десятилетие, был очень велик, но последнее слово все же оствлось з госудрем. Поэтому в конечном счете успех или неуспех првления в рвной степени определялся точным выбором людей, знимвших высшие посты, и рзумным поведением монрх, его способностью воспринимть информцию и взвешивть ее.

Придя к влсти, Елизвет окружил себя людьми, которым безусловно доверял; кое-кто из них преднно служил еще ее отцу, многие были проверены н прочность в годы гонений Мрии Ктолички. В ее совете все было сблнсировно: древняя кровь блгородных ристокртов Сссекс, Винчестер, Ховрд, Клинтон, Шрусбери и деловые кчеств профессионлов-чиновников, тких кк Уильям Петр или Томс Чейни, лисья хитрость Сесил, выходц из рядового рыцрств, неоценимый опыт Николс Уоттон, одного из смых одренных елизветинских дипломтов, трезвый ум Николс Бэкон, отц знменитого философ, и темпермент Роберт Лейстер. Все советники, з исключением последнего и герцог Норфолк, были стрше и опытнее королевы. Естественно было ожидть, что он доверится их вторитету, см отстрнится от политических дел и предстся более свойственным ее полу и возрсту удовольствиям и рзвлечениям, лишь изредк нведывясь в совет, чтобы подписть подготовленные для нее бумги.

Но все обернулось совсем инче. Дочь Генрих VIII доверял министрм, но вовсе не собирлсь уступть им ни одну из своих прерогтив. Однжды, когд фрнцузский посол обмолвился, что хотел бы испросить удиенции, дбы изложить вжное дело королеве и ее совету, он влстно зметил ему, что нет ткого дел, которого он не могл бы выслушть см и принять по нему решение без всякого совет. Помимо желния вникть во все тонкости внешней политики у нее были и соответствующие возможности — знние множеств инострнных языков, что позволяло королеве без посредников вести переговоры с послми большинств европейских госудрств. (Вот когд Роберт Лейстер мог пожлеть, что не последовл советм своего учителя Роджер Эшм, который рекомендовл ему больше внимния уделять гумнитрным нукм и языкм, ибо языки — путь в большую политику.)

В первые годы црствовния смостоятельность и неуступчивость королевы чсто обескурживли седобородых министров, порой приводили их в отчяние, тк кк молодя женщин руководствовлсь ккой-то своей, не всегд понятной им логикой. Постепенно ее общие подходы к политике прояснялись, обретя все более четкие контуры: предельня осторожность во внешнеполитических делх, откз от всего, что могло бы спровоцировть междунродный религиозный конфликт с учстием Англии, и крйняя экономность в госудрственных рсходх. Решение любого вопрос, ксвшегося поддержки бртьев по вере, вмештельств в чужие религиозные рспри или требоввшего больших рсходов, могло быть неоднокртно отложено ею и зтянуто до предел. Советники нзывли это «женской нерешительностью», но это было нечто иное.

Елизвет хотел быть бсолютно уверен, что решение, принятое ею и советом, будет смым выверенным и обосновнным из всех возможных. Более ктивной учстницы и внимтельной слуштельницы дискуссий, которые рзворчивлись в зле совет, нельзя было предствить. Кк любой высший политический оргн, совет чсто рздирли противоречия, мнения министров по вжнейшим вопросм длеко не всегд совпдли, и н долю этой женщины выпдл роль рбитр, з которым оствлось последнее слово, — смя трудня из всех ролей. Постепенно он вырботл некий modus vivendi с членми совет, обыкновенно внимтельно выслушивя ргументы всех сторон, поддерживя тех, кто выскзывл хоть млейшее сомнение в верности предлгемого пути, чтобы зствить их оппонентов приводить новые докзтельств и резоны в пользу своих идей. И лишь взвесив все «з» и «против», он принимл чью-то сторону.

Дже ткой осторожный подход не был, тем не менее, грнтией непременного успех, и у елизветинского руководств было немло ошибок и провлов в политике. А если принятое решение, кзвшееся всем ниболее обосновнным, не приводило к желемым результтм, это ознчло, что обстоятельств окзывлись сильнее не только ее, но и коллективного рзум советников. Но по крйней мере от упрек в том, что королев лишь послушно следовл воле своих министров, ее следует избвить. В целом ряде случев неудчи происходили кк рз тогд, когд он уступл им, поддвшись н долгие уговоры, не следовл собственной интуиции. И если искть ответственных з ее политику в первые годы црствовния, то приходится признть, что именно решительные госудрственные мужи втянули Елизвету помимо ее воли в ее первую войну, нстолько зтянув клубок нгло-фрнко-шотлндских противоречий, что его пришлось рспутывть около двдцти лет.

В ме 1559 год в соседней Шотлндии рзрзилось восстние протестнтов против королевы-регентши Мрии Гиз — фрнцуженки, мтери Мрии Стюрт, нходившейся в то время во Фрнции. Пылкие проповеди Джон Нокс, искренний религиозный порыв шотлндских протестнтов ншли отклик в сердцх многих шотлндских лордов, недовольных зсильем фрнцузов в их стрне и готовых под лозунгом борьбы с ктолицизмом зхвтить земли церкви, кк это сделли король и дворянство в Англии. Побед протестнтов в Шотлндии кзлсь нстолько н руку нгличнм, что Тйный совет буквльно лихордило от возбуждения: убежденные протестнты — Сесил, Ноллис и другие — считли, что если окзть шотлндцм своевременную помощь, то фрнцузские войск, стоявшие в Шотлндии, будут изгнны с остров, триумф протестнтской веры н севере создст предпосылки для возможного объединения двух королевств, и позиции Англии и смой королевы знчительно упрочтся.

Елизвет между тем не хотел зкрывть глз и н опсные стороны союз с шотлндскими единоверцми: он ознчл неминуемую войну с Фрнцией при полном отсутствии денег в кзне и огромных внешних долгх, оствленных ей в нследство Генрихом VIII. В случе неблгоприятного исход следовло ожидть фрнцузского вторжения в Англию (возможно, при поддержке Рим) с непременной попыткой посдить Мрию Стюрт н нглийский престол. Королев не хотел и боялсь этой войны (и если это было днью ее женской слбости — трижды блгословенн слбость). Никкие уговоры Сесил, имевшего привычку все тщтельно обдумывть и соствлять меморндумы, нглядно демонстрироввшие положительные и отрицтельные стороны любого шг, не убеждли ее, что «рго» перевешивют «contra».

Протестнтские лорды Шотлндии и их нглийские ходти сделли предложение о вступлении Англии в войну н их стороне еще более соблзнительным: они уже видели воочию, кк королев Англии сочетется брком с грфом Аррном — ближйшим после Мрии Стюрт претендентом н шотлндский престол, и если последняя не оствит потомков или не будет признн протестнтскими подднными, уния Шотлндии и Англии стнет рельностью. Секретные службы Елизветы фктически спсли Аррн, который тйно пробирлся из Фрнции н родину, скрывясь от охотившихся з ним ктоликов, однко ни ромнтические обстоятельств их встречи, ни бесконечное восхищение и признтельность, которые грф принес к ногм королевы, не помешли ей зметить, что молодой человек глуп, возможно, и душевно болен. Он не желл плтить нглийской кровью з сомнительный брк.

Единственное, чего совет смог добиться от королевы после нескольких месяцев бесплодных препиртельств, — тк это кровопускния кзне. Не ее войск, деньги, знятые в бнкх Антверпен, потекли через шотлндскую грницу. Но однжды взяв н себя роль тйной покровительницы мятежников, Елизвет продолжл игрть ее смозбвенно, с мстерством хитрой субретки из комедии мсок, которую нелегко поймть з руку.

Прежде всего он водрузил н видное место в своем дворце Хэмптон-Корт портрет регентши Мрии Гиз (его, вероятно, пришлось извлечь из ккого-нибудь подвл и долго стирть пыль). Зто когд шотлндский посол явился ко двору, чтобы зявить протест против вмештельств Англии в шотлндские дел, Елизвет подвел его к портрету его госпожи и трогтельно зверил в своей искренней симптии к ней. Посол был сбит с толку и доносил: «Кжется… он не питет ничего, кроме добрых нмерений сохрнять мир и дружбу между Вшими Величествми». (Тем временем з его спиной принимли Аррн.) К чести дипломт, он скоро рзобрлся в ситуции, но уличить Елизвету в поддержке протестнтов в Шотлндии было невозможно: ни строчки, дресовнной к ним, не было нписно ее рукой, любые зверения, которые мятежники получли от ее имени, если о них стновилось известно официльному Эдинбургу, объявлялись чстной иницитивой ее сновников, и королев немедленно обещл «рсследовть», «рзобрться» и принять меры против подобного своеволия. С неподдельным восхищением шотлндец признвл: «Из ныне здрвствующих он — смый сильный игрок в ткой игре». Он нписл это, вернувшись с очередной удиенции, где Елизвет доверительносерьезно скзл ему, что «слишком высоко ценит свою честь, чтобы осмелиться говорить одно, делть другое». Столь нпыщенное зявление, видимо, тк рзвеселило ее, что он, уже смеясь, еще рз повторил его и нкзл послу в точности передть ее слов его госпоже.

Протестнтм в Шотлндии тем временем отчянно не везло, они терпели поржение з поржением. И королев был вынужден сделть еще один шг нвстречу им, послв к берегм Шотлндии несколько корблей под комндовнием молодого дмирл Винтер, чтобы блокировть помощь с моря, поступвшую для фрнцузской рмии с континент. Винтер зхвтил дв фрнцузских корбля, в ответ н требовние дть объяснение своим действиям зявил, что осуществляет блокду шотлндского побережья просто для собственного удовольствия, без прикз или снкции его королевы. Это было уже слишком.

Войн ндвиглсь. Весь Тйный совет, з исключением лорд — хрнителя печти Николс Бэкон, выступл з открытие военных действий. Королев был против, вполне рзделяя мнение прижимистого лорд-хрнителя: стрн в долгх и не вынесет бремени войны, дворянство в нужде, духовенство обобрно кзной, горожне и крестьяне не в состоянии собрть деньги н содержние рмии. Елизвет сдлсь лишь в феврле 1560 год, когд стло ясно, что шотлндские протестнты безндежно проигрывют. Доводы ее рссудк уступили религиозным симптиям большинств ее советников и общественному мнению. 27 феврля в Бервике лидеры шотлндских мятежников предложили королеве Англии взять их стрну под свой протекторт, и нгличне нчли открытую интервенцию под лозунгом зщиты протестнтизм. Не дв опомниться Фрнции, при попустительстве ктолической Испнии и всеобщем одобрении кльвинистов в Нидерлндх, они стли быстро одерживть верх. Успех, однко, не рдовл Елизвету, продолжвшую ссориться с Сесилом из-з шотлндских дел, «которые ей совсем не нрвились».

6 июля 1560 год в Эдинбурге был подписн договор, зкреплявший победу нгличн и шотлндских протестнтов в этой войне. Поскольку Мрия Гиз к этому времени умерл, влсть передвлсь регентскому совету шотлндских протестнтских лордов, протестнтское вероисповедние стновилось официльным, фрнцузские войск покидли остров. Последнее было рельным достижением нгличн, грнтироввшим их относительную безопсность. Однко Елизвет и ее совет ндеялись извлечь из своей победы еще больший политический кпитл. Королевской чете в Приже — Фрнциску II и Мрии Стюрт — было предложено нвсегд откзться от включения в свои гербы герб Англии, то есть от кких бы то ни было претензий н ее трон (позднее историки нзовут нглошотлндскую войну «войной инсигний» — знков королевского достоинств). Фрнциск и Мрия не ртифицировли Эдинбургский договор и не сняли своих претензий н нглийскую корону. С точки зрения Елизветы, войн окзлсь бесплодной: он лишь обострил отношения с Фрнцией, не устрнив соперников. Это был стрння побед, которя не рдовл молодую победительницу; кк бы ни льстил ей Сесил, превознося успех, одержнный н первом же году ее црствовния, в период «ее девичеств», кк бы ни ликовли протестнты в Европе, нзывя ее верной зщитницей «общего дел», Елизвет оствлсь безучстн к нежелнному триумфу, кк будто предчувствуя множество бед, которые он принесет ей в будущем. И ее интуиция стоил мнений всех ее мудрых советников вместе взятых. Свою вторую войну Елизвет проигрл и не столько рельному противнику, сколько силе более грозной — чуме.

История со сползнием к войне повторилсь во всех подробностях в 1562 году. Н этот рз королеву толкли ввязться в рспрю между ктоликми и протестнтми-гугенотми во Фрнции. События тм приобрели дрмтический оборот. 1 мрт 1562 год люди Гизов нпли н гугенотов во время церковной службы в местечке Всси и устроили кроввую резню. Это известие всколыхнуло гугенотов н юге и по всей стрне, и во Фрнции нчлсь гржднскя войн. Гугенотм приходилось туго, и один из их лидеров — принц Конде — обртился з помощью к Англии. У Елизветы нчинл склдывться стойкя репутция покровительницы протестнтов во всей Европе, но, Боже, кк он этого не хотел! Он снов цеплялсь з кждый предлог, млейшее сомнение, чтобы не вступть в конфликт, снов ее осждл Сесил со своими выклдкми «з» и «против», и снов, по его мнению, все было — «з». Если бы гугенотм удлось ннести поржение ктоликм, пртия Гизов, вместе с ней и угроз нглийскому престолу со стороны их ствленницы Мрии Стюрт, были бы нвсегд устрнены. Более того, гугеноты были не прочь уступить нгличнм н время ккой-нибудь из фрнцузских портов, Гвр, нпример, или Дьепп, чтобы после победы он послужил грнтией возврщения Англии Кле. Эт возможность был слишком соблзнительной, чтобы ее упустить. С современной точки зрения Елизвету можно обвинить в зхвтнических устремлениях, но если сми фрнцузы торговли собственной землей, должн ли он был быть более щепетильной? Кроме того, Кле векми считлся нглийской собственностью, и его утрт в 1559 году ннесл тяжелый удр по нционльному смолюбию нгличн; возврт порт, с их точки зрения, только бы восстновил спрведливость. В конце концов сопротивление королевы было сломлено, и, к великой рдости протестнтов, он отдл прикз о посылке нглийского контингент в Гвр. См Елизвет тк описывл свои сомнения и противоречивые чувств: «Когд я увидел, что мои советники и мои подднные считют, будто я слишком близорук, слишком туг н ухо и слишком недльновидн, я стряхнул с себя дремоту, сочтя себя недостойной упрвлять королевством, которым я влдею».

Лучше бы он остлсь глухой к их советм… Войн во Фрнции то зтухл, то рзгорлсь вновь. Конде попл в плен, герцог Гиз убили, и н время в стрне устновился мир. Англичн з нендобностью тут же пострлись выпроводить из Фрнции. Их зкономерное возмущение и требовние вернуть Кле не поддержли дже гугеноты, ззввшие их н континент при помощи этой примнки. Английскя рмия укрепилсь в Гвре и был полн решимости удерживть этот порт до спрведливого решения конфликт. Штурмовть город ктолики и гугеноты отпрвились плечом к плечу. К тому же у фрнцузов появился могущественный союзник — чум. Эпидемия стремительно рспрострнялсь, нгличне теряли до ст человек в день. В конце июля 1563 год Гвр был сдн. Англия окончтельно потерял ндежду возвртить Кле.

Кк неспрведлив окзлсь н этот рз история к Елизвете. То был не ее войн, но ее поржение. Не утруждя себя поиском причин, многие ворчли, что виновт в этой дорогостоящей и безрезульттной зтее королев: «Вот если бы у нс был король, мы не испытли бы ткого позор, чего ждть от женщины?» Не только слву, но и провлы общих решений ей приходилось брть н себя.

Но и здесь он сохрнил смооблдние и повел себя с истинно королевским достоинством, удержвшись от искушения переложить всю ответственность н тех несчстных, измученных и пристыженных поржением солдт, которые возврщлись н родину из Фрнции. Перед эвкуцией рмии он писл лорду Уорику, их комндующему: «Я скорее выпью кубок, полный пепл, чем допущу, чтобы вм не окзли помощь с моря и с суши».

Елизвет не хотел, чтобы их оплевывли и осмеивли, и рвлсь лично встречть осттки своей рмии в Дувре, чтобы приободрить их, но совет воспротивился: прерывистое дыхние зросших щетиной и изможденных нглийских солдт было дыхнием чумы. Эпидемия скоро охвтил Лондон, двор в спешке покинул столицу, оствив город во влсти смертельной зрзы. Унеся несколько десятков тысяч жизней, не деля рзличий между ктоликми и протестнтми, чум поствил точку в войне, н время отбив у нгличн охоту к учстию в чужих религиозных рспрях.

С первого дня црствовния Елизветы, что бы он ни делл, о чем бы ни думл, ее повсюду преследовл тень шотлндской кузины. Истории было угодно тк тесно переплести их судьбы, что кждя стл для другой кем-то вроде персонльного демон, притившегося з левым плечом и подмечющего кждый неверный шг, кждый промх. Хотя они никогд не встречлись, две женщины были обречены стть соперницми смой своей кровью и рождением. Мрия Стюрт в молодости могл дольше оствться безмятежной при упоминнии имени Елизветы. Совсем юной девушкой эт полушотлндк-полуфрнцуженк стл женой фрнцузского дофин, еще более юного мльчик; и не венценосных детей, их родственников волновло то, что в гербе Фрнции сохрнились три «нглийских» льв, в гербе Англии — три «фрнцузские» лилии (теоретически Елизвет могл предъявить претензии н фрнцузскую корону, кк и Мрия — н нглийскую). По мере того кк росл вржд Гизов к протестнтм, мысль о возможных првх Мрии муссировлсь все чще, и он не могл не усвоить по отношению к Елизвете, этой незконнорожденной, того врждебно-презрительного тон, который был хрктерен для фрнцузского двор. Своим отзывом об нглийской королеве и Роберте Ддли он умудрилсь смертельно оскорбить ту, которую никогд не видел. Однко в ее отношении не было глубокого личного неприятия или убежденной врждебности — девочк просто повторял то, что говорили все.

Для жены Фрнциск II Елизвет не был фктором личной жизни, хоть в млой степени определявшим ее судьбу. Но внезпно все изменилось: в Шотлндии протестнты восстли против ее мтери, которой он вскоре лишилсь, кк и муж, умершего очень молодым человеком. Девятндцтилетняя девушк, вдовствующя королев, должн был вернуться в стрну, которой почти не знл, к подднным, которые, по ее мнению, были еретикми и ненвидели фрнцузов и ктоликов, он был полуфрнцуженкой и првоверной ктоличкой. И в довершение всего он стновилсь соседкой той, которую ее учили рссмтривть кк соперницу. Более того, Елизвет уже покзл, нсколько он может быть опсн, поддерживя протестнтов в Шотлндии и нвязывя Мрии Эдинбургский договор. Что, если двум кузинм вдруг стнет тесно н одном острове? Теперь их положение бсолютно урвнялось: не только Елизвет опслсь Мрии, но и т боялсь нгличнки и возможности новой интервенции.

Их первые конткты были нервными и неудчными. Мрия, нходясь во Фрнции, попросил у Елизветы грнтий безопсного проезд через Англию в Шотлндию, в ответ получил предложение прежде откзться от прв н нглийскую корону. Гордя шотлндк предпочл подвергнуться риску и совершить более длительное и опсное морское путешествие. Он вернулсь в Эдинбург в вгусте 1561 год.

Двух королев тк чсто противопоствляли друг другу, изобржя их полными противоположностями (Мрию — очровтельной, пылкой, увлекющейся, Елизвету — строй, коврной, рсчетливой и психологически ущербной), что невольно хочется, отбросив литертурные фнтзии, вернуться к фктм. Кк это ни стрнно, общего в их хрктерх и положении было горздо больше, чем рзличий. Кк и Елизвету, Мрию нельзя было нзвть крсивой, скорее ноборот, но обятельной — несомненно. Он получил прекрсное обрзовние, приличествующее особе ее рнг, првд, в отличие от Елизветы не проявлял особой склонности к нукм; музыку же, тнцы и верховую езду обе королевы любили одинково. Обе были нстоящими светскими львицми, умели покорять и пользовться поклонением. И хотя между ними существовл почти десятилетняя рзниц в возрсте, контрст между королевми вовсе не был тк рзителен, кк этого хотелось бы беллетристм. Елизвет был кем угодно, только не несчстной дурнушкой или стрдющей от комплексов строй девой, Мрия, в свою очередь, был больше чем просто легкомысленный мотылек, беззботно порхющий по жизни, — он в полной мере облдл и политическим чутьем, и способностью к лвировнию, и твердым хрктером.

Ее первые шги по возврщении в Шотлндию удивительно нпоминют то, что делл Елизвет в Англии, с той лишь рзницей, что Мрии Стюрт пришлось действовть в явно врждебном окружении. И тем не менее молодя женщин сумел повести себя тк, что стрсти улеглись, мятежные подднные смирились с тем, что у них будет королев-ктоличк, придворные ворчли, но стли все чще приходить в королевскую чсовню, чтобы послушть мессу вместе с ней. Он очровл многих приятной, спокойной мнерой обхождения, веселым нрвом и умением нйти подход к кждому. Првд, Мрия «црствовл, но не упрвлял». Рельня влсть нходилсь в рукх протестнтских лордов — Мэтлнд и Мюррея, ее незконнорожденного брт. Об были нглофилми, блгодрными Елизвете з поддержку во время протестнтского восстния. Рзумеется, в этих условиях ни о кких демршх Мрии против Англии или ее встречных претензиях н нглийский престол не могло быть и речи. Он и см очень скоро осознл необходимость политической переориентции: во Фрнции при новом короле Крле IX ее родственники Гизы теряли прежнее влияние, испнцы, хотя и приветствовли в ней ктоличку, по-прежнему рссмтривли ее кк ствленницу врждебной Фрнции. При отсутствии союзников добрососедские отношения с Англией были очень вжны для нее.

А Мюррей и Мэтлнд вдруг со всей очевидностью поняли, что именно блгодря првм Мрии между Англией и Шотлндией возможен блестящий политический компромисс, всеобъемлющий и устривющий всех: если королев Елизвет твердо решил не выходить змуж, почему бы ей не объявить шотлндскую кузину своей официльной преемницей? Это нвсегд привяжет к ней бывшую соперницу, превртив ее в союзницу, уния Англии и Шотлндии совершится бескровно и безболезненно.

Мрии идея понрвилсь, Елизвету пончлу удивил: он предпочл бы безусловный откз кузины от прв н нглийскую корону. Он вовсе не желл нзнчть нследник, что шло бы врзрез с ее извечным првилом держть всех в неопределенности, следовтельно, в звисимости от ее собственного выбор. К тому же кндидтур ктолички был крйне непопулярн среди нгличн. Тем не менее королев Англии вступил в переговоры. Здесь были возможности для торг, для игры, знчит, и для выигрыш. Ее козырем было прво решть судьбу престол, сильной кртой Мрии — прв н него. Их позиции были рвны. Это проявилось и в том, что к шотлндскому двору устремились дипломтические свты со всей Европы. Те смые кндидты, которые соревновлись з руку Елизветы, очень быстро осознли, что брк с Мрией Стюрт, шотлндской вдовой, может со временем принести в придное не только Шотлндию, но и Англию. Однко это могло случиться, только если Елизвету устроил бы ткой брк и он объявил бы Мрию зконной преемницей.

Итк, по иронии судьбы интриг звязлсь вокруг проблемы, которя вызывл рздржение у Елизветы и вовсе не ткие отрицтельные эмоции у Мрии, ибо последняя твердо нмеревлсь выйти змуж, хотя еще и не знл, з кого. В течение трех лет королевы переписывлись, именуя друг друг «добрыми сестрми», и обменивлись подркми (Елизвет одно время носил н зпястье медльон с минитюрным портретом Мрии в знк симптии к родственнице). Их отношения стли ровнее, и, может быть, если бы им удлось встретиться, две молодые женщины смогли бы лучше понять друг друг и проникнуться доверием. Но их трижды нмечвшяся встреч отклдывлсь по политическим мотивм: во Фрнции обострились религиозные гонения против гугенотов, и протестнтской королеве, по мнению ее совет, не следовло в этих условиях встречться с ктоличкой.

Прдоксльно, но Елизвет, кжется, был единственной в нглийских првящих кругх, кто неплохо относился к Мрии Стюрт. Все члены Тйного совет кк один восстли против идеи встречи с ней и кких-либо переговоров о престолонследии. Они и думть не хотели о новой ктоличке (пмять о Мрии Кроввой еще был слишком свеж), д к тому же еще и инострнке н троне. А может быть, их не в последнюю очередь пугл перспектив увидеть н престоле очередную женщину? Не случйно Сесил в ответ н предложения Мюррея пробурчл: «Господь поможет Англии, и у ее величеств королевы Елизветы будет сын-нследник» (и восстновится естественный порядок вещей, добвим мы з него). Действительно, ему, нверное, было стршно вообрзить н троне Англии четвертую првящую королеву подряд.

Уильям Сесил тревожился понпрсну: его госпож не собирлсь совершть необдумнных шгов в игре с шотлндкой. Нзови он Мрию своей преемницей, и той или ее будущему мужу срзу зхочется скорее получить вожделенную корону, не дожидясь естественной смерти нглийской королевы. Средств сокртить ее дни ншлось бы более чем достточно — яд, кинжл, ктолический мятеж, религиозня войн. Он см прекрсно знл, кким искушениям подвергется претендент при живом монрхе. Поэтому Елизвет не могл и не собирлсь одобрять ни один из брчных проектов, предствленных ей Мрией. Ее возможный брк с доном Крлосом, сыном Филипп II, или любым другим ктолическим принцем был слишком опсен. Претендентов-протестнтов отвергл см Мрия. Шотлндк нчинл терять терпение, тк кк угодить ее «стршей сестре» не предствлялось возможным. Их пртия грозил зйти в тупик.

Чтобы продолжить игру, Елизвет сделл совершенно неожиднный ход. В янвре 1563 год он предложил Мрии выйти змуж з нгличнин, ее подднного, которому он, Елизвет, всецело доверял бы и которого с рдостью увидел бы в соответствующее время н троне Англии. Впервые это предложение было сделно Мэтлнду во время переговоров. «Кто же он?» — поинтересовлся шотлндец и онемел, услышв в ответ: «Лорд Роберт Ддли», тот, кого скндльные слухи связывли с смой Елизветой, человек некоролевской крови и в глзх свет — возможный женоубийц. Пок королев Англии превозносил достоинств лорд Роберт, который в ту пору не был еще дже грфом, Мэтлнд нконец опомнился от удивления и добродушно посоветовл ей смой подумть о брке с тем, кто, по ее словм, тк ей мил. Тем не менее пробный кмень был брошен, и через некоторое время Елизвет нписл Мрии личное послние с предложением подумть об этой кндидтуре.

Пончлу Мрия был шокировн не меньше своего министр, глвным обрзом ее не устривло низкое происхождение Ддли и его скндльня репутция. Однко по здрвому рзмышлению Мрия решил, что Лондон может стоить ткого брк. А может быть, дже не считя этот союз возможным, он, кк и Елизвет, продолжл лишь делть ответные ходы, чтобы не прерывть игры. Тк или инче, переговоры нчлись, зтянувшись почти н год.

Это был удивительнейший брчный прожект, в успехе которого ни «свх», ни потенцильные пртнеры не были зинтересовны. Елизвету было трудно зподозрить в том, что он искренне и всерьез собирлсь уступить своего Робин сопернице. Хотя он и докзл, что политическую целесообрзность ствит выше эмоций, и теоретически могл пожертвовть Ддли, кк подндоевшей игрушкой, не в ее хрктере было терять тех, нд кем он хотел безрздельно влствовть. К чему было дрить ему корону рукми шотлндской королевы, когд он см могл нгрдить его ею? Если он вел открытую игру, это явно противоречило всей логике ее поведения. Скорее всего, королев ожидл, что Мрия откжется от столь невыгодного предложения, дст повод упректь себя в неблгодрности и вновь отсрочить переговоры о престолонследии. Потенцильный жених ткже не выкзывл никкого энтузизм и неоднокртно зявлял, что вынужден подчиниться воле своей госпожи, но см не собирется искть руки Мрии Стюрт. Шотлндк же выжидл и прикидывл иные возможные вринты. Втйне от Елизветы, плтя «сестре» взимной неискренностью, он нчл переговоры об испнском брке. Тем не менее осенью 1564 год в Лондон прибыл ее посол Джеймс Мелвил, чтобы обсудить условия сделки с Ддли. Н его глзх в День святого Михил тот был возведен в грфское достоинство. Теперь королев Мрия не могл пожловться н его невысокий общественный сттус.

Мелвил провел в нглийской столице несколько дней и был очень милостиво принят при дворе. Он оствил любопытнейшие мемуры об этом визите и своих беседх с Елизветой. Королев явилсь ему в ипостси чуть кокетливой, тщеслвной дмы, не чуждой женской ревности и несложных ухищрений. Снчл королев поговорил с ним н всех известных ей языкх, в зннии которых он явно превосходил Мрию, потом стл рсспршивть о его госпоже и потребовл срвнить внешность шотлндской королевы и ее смой. Ккого рост Мрия Стюрт? Чуть выше, чем Елизвет? Знчит, он слишком высок, зключил нгличнк, ибо он см — не слишком мл, не чрезмерно высок. Кто крсивей, кто белее? Эти коврные дмские вопросы обрушились н несчстного дипломт, кк грд. Шотлндец с честью вышел из положения: «Вы, Вше Величество, крсивее всех в Англии, королев Мрия — в Шотлндии». Когд же в ответ н вопрос, хорошо ли игрет Мрия н кком-нибудь музыкльном инструменте, Елизвет услышл: «Срвнительно хорошо для королевы», он устроил нстоящее предствление для Мелвил, чтобы покзть, что нглийскя королев музицирует блестяще. Все случилось кк бы ненроком: «Милорд Хнсдон провел меня в тихую глерею, откуд я мог слышть, кк королев игрл н клвесине… Я внимл ей некоторое время, потом отодвинул ковер, который висел н двери в покой, и, увидв, что он сидит ко мне спиной, тихонько вошел в комнту и слушл, кк превосходно он игрл; но кк только он обернулсь и увидел меня, то срзу же перестл игрть и нпрвилсь ко мне, кк будто нмеревясь удрить меня левой рукой… он зявил, что обычно не игрет для других, но только когд он одн, чтобы рзвеять мелнхолию». Тщеслвие Елизветы было удовлетворено, но Мелвил утвердился во мнении, что он слишком склонн к игре, притворству и ей не следует доверять.

В полной мере это можно было отнести и к его госпоже. Помимо официльной миссии у Мелвил были и секретные инструкции: вступить в тйные переговоры с грфиней Леннокс и ее сыном лордом Дрили — еще одним потенцильным претендентом н нглийский престол. Дородня, с влстным бульдожьим лицом, грфиня Леннокс был дочерью Мргрет Тюдор, сестры короля Генрих VIII, от ее второго брк. Лорд Дрили, тким обрзом, приходился кузеном Мрии Стюрт. Ленноксы являлись подднными нглийской короны, но происходили из Шотлндии. Когд-то их изгнли оттуд з госудрственную измену, секвестрировв поместья и лишив титулов. Подыскивя кндидт в мужья, Мрия обртил свой взор и н Дрили, у которого было много преимуществ. Во-первых, он был нгличнином, что могло потрфить и Елизвете, и ее советникм в случе, если ему будет суждено взойти н нглийский трон; во-вторых, в его жилх текл истинно королевскя кровь; в-третьих, Ленноксы остлись ктоликми, что было несомненным достоинством в глзх Мрии. Переговоры о возможном брке нчлись под невинным предлогом: Ленноксы обртились к ней с просьбой восстновить их в првх н шотлндские земли. Кто-то из предствителей семьи должен был приехть в Шотлндию, чтобы улдить дел. Рзумеется, выбор пл н молодого Дрили.

Джеймс Мелвил и должен был испросить снкции королевы Елизветы н поездку ее подднного в сопредельное госудрство. Англичнку было трудно провести, он срзу понял, куд клонят шотлндцы, и дл Мелвилу понять это. Во время прием он еще рз укзл послу н Лейстер, своего кндидт; учтивый шотлндец стл превозносить достоинств грф. «Д, — с укором промолвил королев, — но вм больше нрвится вон тот другой высокий прень (lad)». Срвнение, безусловно, выигрывл Лейстер: Дрили был хрупким, изнеженным безбородым юнцом, и Мелвил вполне искренне ответил Елизвете, что «ни одн женщин с хрктером не выбрл бы мужчину, который скорее похож н женщину, чем н мужчину». Кто мог предположить, что именно тким окжется вкус его госпожи.

Лишь только Мрия Стюрт увидел Дрили, он буквльно зболел им. Выбор был сделн: он желл выйти з него змуж кк можно скорее. Политик зговорил в ней последний рз, когд он снов нписл Елизвете, попросив нзвть себя нследницей престол. Т ответил, что в случе брк Мрии с Лейстером он нзнчит ее своей преемницей, но не обнродует этого решения, пок не решит окончтельно, выходить ей смой змуж или нет. В первом случе, при появлении у нее зконного потомств, корону получили бы, рзумеется, ее собственные дети. Мрия пришл в бешенство, зявив, что ее водят з нос. Он, безусловно, был недлек от истины.

Гнев и любовня лихордк противопокзны в политике. Если бы Мрия сохрнил смооблдние и поторговлсь с Елизветой из-з Дрили, т, возможно, и одобрил бы этот брк. В конце концов, он был нгличнином. Стло уже ясно, что Елизвет не нмеревется провозглшть Мрию своей преемницей, но, если бы брк, которому он не могл помешть, состоялся с ее формльного соглсия, между королевми сохрнился бы мир и нормльные, пусть дже и прохлдные, отношения.

Мрия предпочл хлопнуть дверью и покзть нгличнке нос. Дрили больше не вернулся в Англию, в Шотлндии ему дровли титул грф Росс. Принять его без соглсия Елизветы ознчло нрушить вссльную присягу верности нглийской короне и совершить госудрственную измену. Королев прикзл ему немедленно возвртиться, грфиню Леннокс в кчестве зложницы зключил в Туэр, но было поздно. В конце июля 1565 год Дрили и Мрия Стюрт сочетлись брком.

Мрии кзлось, что он нконец избвилсь от унизительной необходимости зискивть перед Елизветой и ее позиции упрочились: их общие с мужем прв н нглийский престол выглядели весомее, чем когд бы то ни было, ктолики в Англии были н их стороне, и пришло время нглийской кузине вновь с опской смотреть в сторону шотлндских соседей. Кк, однко, длек был он от истины!

Ее обожемый мльчик-муж немедленно нрушил хрупкое политическое рвновесие в стрне, которого он с тким трудом достигл в первые годы своего првления. Его возненвидели все: протестнты — з то, что он был ктоликом, придворные — з зносчивость и глупость, ристокрты — з угрозу, которую несло их клнм восстновление прв Ленноксов, Мюррей — з публичные нмеки короля, что он скоро отстрнит его от влсти. Медовый месяц королевской четы окзлся омрчен восстнием протестнтских лордов, и, хотя его удлось подвить, его лидер Мюррей бежл в Англию, это было плохое нчло семейной жизни. Продолжение было еще неудчнее, ибо вскоре Мрия уже рзделял всеобщую неприязнь подднных к своему мужу. Этот высокий, прелестно сложенный юнош с детским лицом окзлся не только глуп, но и кпризен, порочен и к тому же постоянно пьян. Королев блуждл по дворцу в слезх и, стеня, призывл смерть.

Бессмысленно соперничть с великим Стефном Цвейгом, рсскзывя о невзгодх и испытниях, выпвших н долю несчстной шотлндской королевы. Утешение было ниспослно ей в лице Дэвид Риччо — придворного итльянского музыкнт, секретря королевы и здушевного приятеля короля. Из фворит муж он тк быстро превртился в любимц жены, что дже привычные ко многому придворные были поржены. Королев ожидл нследник, и смой популярной шуткой сезон было: в Шотлндии скоро родится новый Соломон, тк кк его отец — Двид, игрющий н рфе. Подднные открыто возмущлись связью королевы с безродным инострнцем. Протестнтские проповедники неистовствовли с кфедр, бичуя лицемерие и морлизм ктолички. Дрили, видя, что его отношения с королевой неуклонно ухудшются, с ними тют и его ндежды превртиться из консорт в првящего монрх, отрезвел н время и, прислушвшись к советм своего окружения, решил положить конец связи Мрии с Риччо.

Все произошло кк в кроввой дрме. Во время ужин при свете фкелов к королеве ворвлись вооруженные люди во глве с оскорбленным мужем и в присутствии онемевших от ужс придворных дм зкололи Риччо у ног Мрии. Дрили с окроввленной шпгой в руке мог торжествовть. Королеве, опрвившейся через несколько дней от потрясения, не изменили смооблдние и стойкость. Ее отношения с мужем, рзумеется, не улучшились, но между ними устновился status quo. Вскоре у них родился нследник. Для Мрии это был сильный козырь и во внутренних, и во внешних делх. Подднные были готовы многое простить мтери будущего короля Шотлндии. В конце концов, по мнению многих, дв стрне нследник, см по себе эт женщин отныне был не вжн. Для Англии и Елизветы известие о рождении сын Мрии Стюрт было из рзряд млоприятных: появился еще один претендент н нглийский престол. Если бы в этот момент Мрия сумел остться ткой, ккой чсто бывл, — рссудочной и холодной, он, возможно, избежл бы смерти, вся история Англии и Шотлндии, д и остльной Европы, рзвивлсь бы по-другому. Но судьб уже поствил у нее н пути грф Босуэл — сильного, влстного, совершенно непохожего н двух ее предыдущих мужей и, кжется, не питвшего никкого пиетет к ее королевскому достоинству. Стрсть зхвтил обоих… или только ее, зствив потерять рссудок и лицо. Новый герой Мрии был жент, но готов нчть бркорзводный процесс. Н его пути к короне и королеве стоял только Дрили. Босуэл решил устрнить это препятствие.

Трудно не усмотреть рзительного сходств в стрстном ромне Мрии и ткой же безоглядной влюбленности Елизветы в Лейстер. Босуэл и Роберт Ддли были из одной породы честолюбцев, подчинявших всех и вся своей воле. Об были поствлены перед одной и той же морльной дилеммой и рзмышляли об убийстве рди исполнения своих нмерений. Но дже влюбленную без пмяти Елизвету было трудно зствить збыться нстолько, чтобы сделться бнльной соучстницей преступления, безвольной мрионеткой в рукх возлюбленного, збывшей о своем положении не обыкновенной женщины, но королевы. То, что произошло с Мрией, некогд бесстршной, гордой, умной, было достойно изумления. Под взглядом Босуэл он потерял себя. Он требовл от нее помощи в покушении н ее муж. Королев исходил слезми и стрхом, но покорилсь — рди него. Он снов сблизилсь с мужем, и переболевший оспой, ослбевший Дрили поверил в ее искренность; по ее словм, он был «кроток, кк гнец». По пути из Глзго в Эдинбург королевскя чет нендолго остновилсь в Кирк-о-Филд, в небольшом доме з пределми городских стен. 9 феврля 1567 год поздно вечером королев отпрвилсь посмотреть тетрльное предствление-мску по случю венчния ее слуг. В дв чс ночи дом, где спл ее муж, взлетел н воздух. Тело Дрили было нйдено в сду, и очевидцы утверждли, что он был здушен.

Вся Шотлндия взывл к отмщению, Босуэл открыто нзывли убийцей, королеву — шлюхой. 15 мя 1567 год они поженились, но медовый месяц не удлся и н этот рз: его снов прервло восстние возмущенных подднных. Босуэл бежл, королев окзлсь под рестом и всецело во влсти протестнтских лордов. Когд пленницу везли в столицу, неистовствоввшие толпы требовли сжечь ее.

Но к чему этот долгий рсскз о Мрии Стюрт, ведь нш героиня — Елизвет? Только для того, чтобы понять, в чем было подлинное, не ндумнное рзличие хрктеров двух королев. Рзниц зключлсь вовсе не в темперментх, не в большей или меньшей стрстности нтур (услышв о том, кк совершилось убийство Риччо, Елизвет воскликнул, что н месте Мрии он вырвл бы из рук Дрили окроввленную шпгу и зколол бы убийцу своего возлюбленного). Рзниц был в жизненной философии: кждя был готов к смоотречению и жертвм, но вопрос был в том, кким богм приносились эти жертвы. Королев Англии принесл свою любовь в жертву тому, что он считл превыше всего, — миру и покою королевств и ее нрод. Королев Шотлндии збыл и о подднных, и о королевстве, и о долге, целиком отдвшись стрсти. По удивительному совпдению обе женщины однжды прибегли к одной и той же метфоре — о плще, в котором непонятя людьми изгннниц бредет по миру. Мрия скзл нкнуне брк с Босуэлом: «Я скорее потеряю Фрнцию, Англию и собственную стрну рди него и пойду с ним н крй свет в одном плще…» Елизвет произнесл нечто подобное в прлменте, когд депутты в очередной рз убеждли ее выйти змуж (возможно, з нглийский вринт Босуэл). Обиження их непонимнием и неприятием ее жертвы, он воскликнул с горечью: «Я блгодрю Господ з то, что нделен ткими кчествми, что если бы я окзлсь изгннной из моего королевств в одном плще, я смогл бы жить в любом уголке христинского мир!» И он был прв: ей не пришлось бы крснеть з то, что он принесл рспри в свою стрну и отдл держву во влсть проходимц. Рзниц между королевми был и в политической идеологии. При всем своем мужестве и твердости хрктер Мрия был трдиционлисткой, он не мыслил, подобно Елизвете, взять н себя ответственность з упрвление стрной, он искл мужчину: регент, консорт, короля, н которого можно было переложить это бремя, смой целиком отдться привтной жизни.

Поистине, и среди смых недюжинных предствительниц своего пол Елизвет оствлсь одиноким обрзчиком совершенно нового политического мышления. Ее «госудрственный феминизм» был нстолько необычен и несозвучен времени, что еще долго оствлся непонятым. В XIX веке, в эпоху другой великой королевы — Виктории, Елизвет, кзлось, могл бы стть любимой героиней европейских женщин. Произошло кк рз обртное. История их взимоотношений с Мрией Стюрт вызывл столь же трогтельную любовь к шотлндке, сколь решительное неприятие Елизветы. Первой доствлись слезы жлости, второй — упреки в морлизме. Стрнен мир: он скорее готов признть женщину, имевшую двух любовников и убившую муж, обрзцом морльного совершенств, чем простить другой ее чрезмерную незвисимость и непохожесть н иных.

Елизвете между тем предстояло немло хлопот с зблудшей кузиной. Неожиднно для себя он окзлсь единственной зщитницей Мрии и грнтом ее безопсности. Шотлндские лорды требовли от своей пленницы рзвестись с Босуэлом и отдть его под суд з убийство Дрили. В противном случе они грозили рсследовнием ее собственной роли в убийстве муж, низложением и коронцией ее млолетнего сын. Мрия скорее умерл бы, чем откзлсь от Босуэл. Н все предложения о компромиссе он решительно отвечл «нет». Тогд ей стли открыто угрожть смертью. Смерть ее не пугл.

В трудной ситуции протестнтские лорды обртились з консультцией к своему советнику — Лондону. И Уильям Сесил, и прочие члены Тйного совет, врждебно нстроенные по отношению к Мрии, были готовы немедленно отдть ее н зклние — и в прямом, и в переносном смысле. Мертвя Мрия вполне их устривл, кк, впрочем, и отрекшяся в пользу сын, которого шотлндцы готовы были послть воспитывться в Англию. В последнем случе королев Шотлндии тоже едв ли прожил бы долго: слишком хлопотно и опсно было бы содержть ее под стржей в течение долгих лет до совершеннолетия сын. Мрия был бы обречен, если бы не ее вгустейшя кузин.

Несмотря н всю сложность своих отношений с шотлндкой ( после брк Мрии с Босуэлом он прекртил с ней личную переписку), Елизвет вовсе не спешил воспользовться тем, что жизнь претендентки-соперницы был прктически в ее рукх. Он ошеломил и шотлндцев, и собственных министров потоком гневных упреков, которые обрушил н их головы. В своем пргмтизме они зшли слишком длеко и, кжется, збыли, что имеют дело с помзнницей Божьей, зконной королевой Шотлндии. Солидрность двух госудрынь окзлсь выше сообржений целесообрзности. Дочь Генрих VIII, уверення, кк и отец, в божественном происхождении королевской влсти, не могл допустить и мысли о том, что подднным позволено судить их королеву, ккие бы проступки он ни совершил, тем более низлгть ее или поднимть н нее руку.

Почти год он отстивл для Мрии жизнь и престол, пок в ме 1568 год той не удлось бежть из-под стржи и собрть небольшую рмию сторонников. Елизвет принялсь писть «дорогой сестре» поздрвления и предлгть свое посредничество, чтобы улдить ее отношения с подднными, но этого не пондобилось. Спустя несколько дней рмия Мрии рзбежлсь, см он тйком пробрлсь в Англию, явившись под покровительство стршей кузины несчстной изгннницей, лишенной всего.

Первым душевным порывом Елизветы было немедленно принять беглянку и позволить ей пребывть при своем дворе. Советники потртили немло сил, отговривя ее от этого опрометчивого шг. Мрия могл стть мгнитом для всех нглийских ктоликов, недовольных, потенцильных зговорщиков. Не последнюю роль сыгрли ргументы, рссчитнные и н чисто женскую ревность Елизветы, — при дворе не может быть двух солнц, двух госудрынь. Но не эти доводы, см Мрия стл причиной того, что добросердечня встреч двух королев в очередной рз не состоялсь. Опрвившись от первых волнений после побег, шотлндк вдруг нписл нглийской королеве почти оскорбительное письмо, в котором косвенно обвинял ее во всех своих бедх. Он соглшлсь н ее посредничество в переговорх с шотлндскими лордми, но, по ее мнению, кузин был просто обязн сделть это, чтобы зглдить свою вину. Елизвет потерял всякую охоту встречться с «горячо любимой сестрой». Мрии предстояло оствться в Англии в официльном сттусе гостьи до тех пор, пок специльня комиссия, нзнчення Елизветой по ее просьбе, не рсследует конфликт между шотлндкой и ее подднными. Королеве Англии, тким обрзом, отводилсь роль третейского судьи в этой необычной тяжбе — нрод Шотлндии против королевы Мрии. Кк гостье ей обеспечили мксимльный комфорт, светские рзвлечения, прогулки и охоту, но вскоре увезли ее с север, где большинство нселения было ктоликми и восторженно приветствовло шотлндку, и поместили под опеку снчл Фрэнсис Ноллис, член Тйного совет и стойкого протестнт, потом — грф Шрусбери. По мере того кк продвиглось рсследовние и все новые и новые докзтельств вины Мрии в убийстве муж стновились известны комиссии, ее свобод все более огрничивлсь. Но в это время никто еще не мог предположить, что гостья уже никогд не покинет эту стрну. Ее присутствие причинит много зл, и прежде чем окончтельно уйти со сцены, он унесет с собой немло жизней. Для Елизветы же Мрия стл чем-то вроде прекрсного, но отрвленного цветк, который, нходясь поблизости, вытягивл из нее соки и стирл румянец с лиц. Целых двдцть лет королев Англии будет рзмышлять о том, кк поступить со своей короновнной пленницей. Во всяком случе, ее решение нельзя нзвть необдумнным.

«Дм, влекущя з собой якорь»

Англия — Шотлндия — Фрнция — Испния — в этом зколдовнном круге европейских проблем постоянно врщлись мысли Елизветы. В тесном континентльном мире, где все были против всех, королеве мленького остров в Северном море было непросто отстоять для него достойное место. Когд ее отец, Генрих VIII, нзвл себя импертором, он понимл под этим нечто совершенно отличное от того, что мы вклдывем теперь в понятие «империя». Генрих имел в виду, что нглийский монрх бсолютно незвисим от других инострнных влстителей и см по себе есть высшя суверення влсть. В нчле своего пути Елизвет формльно воспринял от него этот титул, но з свою жизнь он немло сделл для того, чтобы Англия превртилсь в империю в современном смысле этого слов. По ккому-то непостижимому, но чрезвычйно счстливому стечению обстоятельств ее интерес к морю, людям моря, вояжм в неведомые земли совпл с пробуждением ее нции и осозннием нгличнми себя кк морского нрод.

Удивительно, что это произошло в црствовние женщины, не при ее отце или деде. Англии, кзлось, смим Богом было определено стть морской держвой: остров изобиловл прекрсными гвнями и портми. Приморские грфств, в особенности юго-зпдный берег — Дорсет, Девон, Корнуолл, поствляли поколения и поколения моряков, рыбков и пиртов. Торговые корбли сновли через проливы н континент, увозя из Англии ее исконные товры — шерсть, сукно, олово и свинец, квсцы, пшеницу и доствляя н остров немецкие и фрнцузские вин, флмндские ткни и итльянские кружев. Однко все это были кботжные плвния — в виду знкомого берег, в тесноте Северного моря и проливов, в крйнем случе в хорошо рзведнном Средиземном море.

Когд для Европы пробил великий чс окенов — нступил эпох Великих геогрфических открытий — и Испния с Португлией устремились исследовть и звоевывть Новый Свет, нгличне по-прежнему пребывли в полудреме. Колумб открывл Америку, Вско д Гм исследовл побережье Африки и пути в Индийском окене, геогрфические крты перекривлись ежегодно, и земля н глзх приобрел шрообрзную форму блгодря кругосветному путешествию Мгеллн, но в Англии этот жиотж не нходил никкого отклик. Эт северня окрин Европы был все-тки изрядным медвежьим углом.

Нельзя скзть, что дв Генрих — VII и VIII — совершенно игнорировли проблему. Об поощряли морскую торговлю; первый, по существу, создл королевский флот, второй зботился о нем и довел его численность до ст прекрсных корблей, но они преднзнчлись для войны с Фрнцией, не для дльних плвний и открытий. Только итльянцу Кботу удлось вытянуть из Генрих VII немного денег, чтобы исследовть в интересх Англии побережье Северной Америки, и он открыл для нее Ньюфундленд с прекрсными рыбными промыслми. Но это скромное достижение не могло идти в срвнение с успехми других держв. Испния и Португлия в это время с помощью ппы римского делили весь мир пополм, кк яблоко: испнцм отходило Зпдное полушрие, португльцм — Восточное. Остльным доствлись лишь семечки.

Что-то постепенно сдвинулось в созннии нгличн при Эдурде: его подднные вознмерились отыскть Северо-Восточный проход в Китй и Индию по Ледовитому окену. Их проект поддержл и Мрия Тюдор — не зря же он был змужем з Филиппом II, влдыкой великой колонильной держвы. Англичне героически двинулись н север, но, рзумеется, зстряли во льдх около нынешнего Архнгельск. Московия XVI век не был той фнтстически богтой и экзотической стрной, ккой всем рисовлся неведомый Китй, но предствлял собой обширный и выгодный рынок, и нглийские купцы поспешили утвердиться в России, основв Московскую компнию. К моменту вступления Елизветы н престол других достижений в сфере торговой экспнсии з нгличнми не числилось.

При Елизвете положение рзительно изменилось. Все сошлось, кк в фокусе: энергия и иницитив чстных лиц, госудрственный интерес, общественное мнение и, нконец, энтузизм смой королевы. И он и советники, окружвшие ее, уже в полной мере оценили н примере Испнии, з которой ревниво нблюдли, преимуществ облдния зморскими колониями и торговли с ними. Из Нового Свет в Испнию непрерывно шли «золотые» и «серебряные» флоты, крвны, груженные дргоценными метллми из рудников Чили и Перу. Хорошо укрепленные испнские поселения в Южной и Центрльной Америке были и торговыми фкториями, поглощвшими европейские товры и рбов. С переселенцми можно было бы выгодно торговть, если бы не жесткя монопольня политик испнцев, не допусквших инострнных купцов в свои колонии. Всякий, кто хотел получть оттуд экзотические товры, был вынужден отпрвляться в Севилью и покупть их тм. Мло кто считл это спрведливым, и время от времени фрнцузы, нгличне, голлндцы — словом, все, опоздвшие в гонке з вновь открытыми землями, проникли в Новый Свет. Местные влсти охотились з контрбндистми и чсто конфисковывли их товр. Тогд те, чтобы возместить ущерб, преврщлись в пиртов и з это рсплчивлись уже головми. Протестнтм доствлось особенно: они считлись еретикми, в колониях, кк и в смой Испнии, действовл инквизиция, и немло нглийских моряков были здесь не просто вздернуты н виселицу, сожжены рукми ктолических священников.

Будущя Бритнскя империя нчинлсь в Плимуте — порту н зпдном побережье Англии. Ее крестными отцми стли местные мореходы Уильям и Джон Хоукинсы, крестной мтерью — королев Елизвет. Кк это чсто случется, в нчле великого предприятия лежли деньги. В 30-40-х годх XVI век Уильям Хоукинс подвизлся в весьм прибыльной торговле между Африкой (куд он пробирлся, нрушя португльскую монополию) и Брзилией. Он покупл в Гвинее рбов и вез их н проджу европейцм-колонистм в Новый Свет. В дело включились его сыновья, и оно превртилось в синдикт, в который охотно вклдывли деньги местные джентльмены и купцы. Однко с годми проникть в испнские колонии стновилось все труднее. Никкие ссылки Хоукинс н личное знкомство с королем Филиппом, н дружеские чувств к испнскому нроду и необходимость рзвивть взимовыгодную торговлю не действовли н испнских губернторов: его гнли, иногд и отбирли товр. Во время одного из тких вояжей, вынужденный спешно покинуть Крибский бссейн, он попутно исследовл и описл побережье Флориды.

Дв особенно обидных инцидент произошли с морякми из Плимут в 1566 и 1567 годх. В первом случе испнцы обмнным путем зхвтили товры мленькой экспедиции, состоявшей всего из двух суденышек. Они, должно быть, долго смеялись нд тем, кк ловко провели «нглийских еретиков», не подозревя, что только что нжили себе смертельного врг, который воздст им сторицей. Им был молодой моряк по имени Фрэнсис Дрейк — млдший из двух кпитнов, потерявший свою долю и пылвший прведным гневом по возврщении в Плимут. Н следующий год он присоединился к солидной экспедиции Джон Хоукинс. В нее были вложены большие деньги, и не только чстных лиц. См королев Елизвет, хорошо знкомя с Хоукинсом-стршим и любившя слушть рсскзы морского волк о его плвниях в экзотических морях, где «летучие рыбы злетют в прус корбля», вложил в это предприятие собственный кпитл и снрядил дв корбля. Прибыв в испнские колонии, Хоукинс всячески подчеркивл, что это флот «ее величеств королевы Англии», что, однко, не спсло его от вероломного нпдения испнцев. Английские корбли стояли н якоре в бухте Сн-Хун-де-Улу, когд появился испнский флот. У нгличн было достточно ядер и порох для стычки, но Хоукинс не хотел зтевть конфликт. Несмотря н то, что пончлу им грнтировли безопсность, новый вице-король Мртин Энрикес прикзл тковть «еретиков и контрбндистов». Лишь дв корбля успели спстись, остльные были взяты н бордж и сожжены, их комнды вырезны. Но н первом корбле ушел Дрейк, н втором — Хоукинс. Теперь у Испнии появилось уже дв зклятых врг. В Плимуте их обоих выслушл стрый Уильям Хоукинс и отпрвил к королеве рсскзть о том, что они пережили.

Елизвет не меньше их был озбочен потерей своих людей, корблей и денег. Однко судьб послл ей быстрое утешение в виде испнского флот, груженного золотом, который нпрвлялся в Нидерлнды к нместнику испнского короля герцогу Альбе. Его прибило штормом к нглийскому берегу, и королев, пользуясь случем и рсплывчтыми нормми морского прв, нложил руку н это сокровище, достигвшее 100 тысяч фунтов стерлингов. Дипломтические препиртельств по этому поводу зтянулись ндолго, не вылившись, однко, в нстоящий конфликт между двумя держвми. Елизвет впервые узнл вкус испнского колонильного золот.

Дрейк же тем временем объявил свою персонльную вендетту испнцм. Этот коренстый, круглолицый, крснощекий крепыш с лицом простк и мнерми ристокрт стл в 70-х годх смым вторитетным кпитном н всем зпдном побережье Англии. Нбрв великолепную комнду, он в 1570 году отпрвился в рзведку к мерикнским берегм: выследил пути, по которым крвны мулов везли золото из рудников Перу, устроил несколько тйных склдов, чтобы воспользовться ими во время следующего рейд. Его чс нстл весной 1572 год, когд Дрейк н двух корблях появился у берегов Пнмы. Он очровл местных индейцев и вместе с ними устроил стршный переполох н крвнных путях и по всему побережью, зхвтил испнский глеон, шедший из Сн-Доминго, и дв фрегт из Кртхены и отбыл, позботившись, чтобы его имя нвсегд зпечтлелось в пмяти испнцев. Отныне и нвсегд он стл для них El Draque — Дрконом. Плимут встретил его ликовнием, официльный Лондон — с плохо скрывемой рдостью, королев — с дружеской улыбкой. Дрейк стновился нционльной легендой, притом протестнтской легендой, победителем «нпыщенных испнцев» — ктоликов, вргов истинной веры. Его обожли, им восхищлись, знменитый брбн, сопровождвший Дрейк во всех походх, преврщлся в протестнтскую святыню.

Энергия в Дрейке бил через крй, этому нгличнину уже стновилось тесно в Атлнтике. Когд он нходился в Пнме, н узком перешейке, рзделяющем Атлнтический и Тихий окены, то, по преднию, взобрлся н дерево, чтобы увидеть безбрежные просторы, открыввшиеся к зпду от Америки. Звороженный этой кртиной, он поклялся, что скоро эти воды увидят нглийский флг. Обет Дрейк — чсть великой нглийской нционльной легенды. Но првд и то, что он был принесен, и то, что он был выполнен.

В 70-х годх между Англией и Испнией рзвернулсь стрння, не объявлення ни одной из сторон войн н морях. Испнцы рестовывли нглийские корбли всюду, где могли, торговля между двумя стрнми прктически змерл из-з постоянных конфискций товров и пиртств. К берегм Америки один з другим уходили полуторговые-полупиртские экспедиции Хоукинсов, Дж. Нобл, Г. Хорсли, Э. Бркер, Д. Оксенхэм, учстники которых, если фортун улыблсь им, возврщлись с богтыми «призми», если нет — оствлись болтться н реях. Официльные Мдрид и Лондон предпочитли зкрывть глз н «чстные» войны своих беспокойных подднных, в крйнем случе огрничивлись формльными протестми. Елизвет н все ноты испнского посл лишь пожимл плечми и убеждл его, что это шотлндские пирты прикидывются нгличнми, чтобы бросить тень н миролюбивых подднных нглийской короны.

Королевой тем временем все сильнее овлдевл лихордк внтюрных морских вояжей. Дело было, рзумеется, не в ромнтике дльних плвний. Ее кзн был пуст, контрбндня торговля, рвно кк и грбительские экспедиции в Новый Свет, приносил неплохой доход н вложенный кпитл. Ее отец Генрих VIII знл тысячи способов, кк рстртить деньги, и придумл только один, кк пополнить кзну, — отнять земли у собственной церкви, и это был откровенный грбеж. Елизвет был не только дочерью своего отц, но и внучкой своего дед — скопидом Генрих VII. Он ншл способ добывть деньги, не грбя при этом своих соотечественников; до чужих подднных, притом ктоликов, ей не было дел.

Около 1575 год Ф. Дрейк поведл королеве и совету о своей сокровенной мечте — обогнуть Америкнский мтерик, выйти в Тихий окен и нпсть н зпдное побережье Америки, где рсположены фнтстически богтые рудники Перу. Только Уильям Сесил опслся последствий этой «глобльной» внтюры; Лейстер, Хоукинс, произведенный в кзнчеи дмирлтейств, новый госудрственный секретрь, убежденный протестнт Фрэнсис Уолсингем — все были «з». Кристофер Хэттон, очередной фворит Елизветы, хотя и не был рьяным протестнтом и дже, нпротив, симптизировл ктоликм, тем не менее ктивно включился в финнсировние экспедиции и стл одним из смых щедрых птронов Дрейк. См королев колеблсь недолго — вложил собственные деньги и снрядил дв корбля. Предприятие окончтельно приобрело официльный хрктер.

13 декбря 1577 год пять корблей, ведомых флгмном «Пеликн», под утробный стук дрейковского брбн вышли из Плимут в долгое плвние, цель которого был известн лишь кпитнм. Мтросм было объявлено, что они идут к зпдному берегу Мрокко, который Дрейк действительно торопливо огрбил. Зтем они взяли курс н Южную Америку, и кругосветное путешествие нчлось. Когд эскдр приближлсь к Мгеллнову проливу, оствляя по всему берегу сожженные испнские поселения, Дрейк решил дть новое имя своему флгмну. Он переименовл «Пеликн» в «Золотую нтилопу» в честь Кристофер Хэттон, н чьем гербе было изобржено это грциозное животное. Лишь три из пяти корблей преодолели Мгеллнов пролив. Когд моряки ощупью искли путь в ниболее опсных местх, Дрейк подбдривл их мерными удрми брбн. Нконец они вышли в Тихий окен. Мечт Дрейк сбылсь — он бороздил воды «Южного моря» и приближлся к Перу, волшебной пещере Алддин испнцев. Его не пугло дже то, что буря рзметл нглийские корбли и «Антилоп» остлсь одн. Судьб блговолил к смельчкм: у Вльприсо они зхвтили испнский корбль, груженный золотом, но впереди мячил еще большя удч. Ночью Дрейк вошел незмеченным в порт Лиму, где стояли н якоре испнские корбли, и понял из рзговоров испнцев, что нкнуне огромный глеон с золотом отбыл в Пнму. Англичне не стли терять времени и отпрвились з ним. Нстичь тяжеловесный «Ккфуэго» окзлось несложно. Испнцы сдлись Дрейку без единого выстрел. Он принял пленного кпитн «Ккфуэго» с почетом и невероятной учтивостью. Ошеломленный испнец описывл потом, кк он обедл с грозой морей, нводившим ужс н мерикнское побережье, в роскошной кюте, декорировнной мореным дубом и дорогими ткнями и обствленной изящной мебелью, н роскошной серебряной и золотой посуде под звуки нстоящего оркестр — флейт, скрипок и лютен. Дрейк не откзывл себе в удовольствиях: кк-никк кругосветное путешествие обещло быть долгим. Предметом его особой гордости был коллекция духов и притирний, которую он любезно продемонстрировл испнцу, шепнув не без тщеслвия, что кое-что из прфюмерии было подрено ему смой королевой Елизветой! После ревернсов и извинений з то, что нгличнм пришлось огрбить их судно, испнскую комнду отпустили н берег, нделив кждого мтрос пригоршней золотых дублонов — «Антилоп» уже не вмещл фнтстической добычи.

Дльше все выглядело уже совсем просто: они поднялись от Пнмского перешейк вверх до 38°, исследовв зпдное побережье нынешней Клифорнии. Белые прибрежные склы нпомнили Дрейку родину, и он окрестил эту землю Новым Альбионом. Оттуд «Антилоп» двинулсь н зпд, пересекл Тихий окен и сделл остновку н Молуккских островх — вожделенных для европейцев Островх пряностей, торговля с которыми считлсь монополией португльцев и приносил им неслыхнные доходы. По-видимому, Дрейк облдл кким-то необыкновенным мгнетизмом: он сумел войти в доверие к местному султну, прогостил у него месяц, получил новый груз подрков — дргоценных кмней и пряностей, между делом договорился о будущей торговле нгличн в этом регионе — кк будто Португлии и Испнии больше не существовло н крте. Потом он пересек Индийский окен, обогнул Африку и вернулся в родной Плимут, зкончив свой долгий кругосветный путь 26 сентября 1580 год.

Ступив н берег, Дрейк первым делом поинтересовлся, жив ли королев. И его рсскзы, и его добыч зслуживли поистине королевского внимния. Елизвет нгрдил своего героя по-црски: Дрейк получил 10 тысяч фунтов стерлингов из того золотого груз, который привез в Лондон. Сколько получил королев, не знл никто, кроме смых доверенных лиц. Устня трдиция передет, что среди сокровищ «Золотой нтилопы» были редкой чистоты и крсоты рубины. А спустя несколько лет после возврщения Дрейк среди укршений королевы появился великолепный рубиновый грнитур — дидем и ожерелье с кмнями невероятных рзмеров, в котором он зпечтлен н портрете рботы М. Гирертс. Испнцы полгли, что добыч Дрейк достигл 700 тысяч фунтов стерлингов, но безуспешно требовли они вернуть свои релы. Филипп II неистовствовл, н борту «Золотой нтилопы» рзворчивлсь тем временем сцен из тех, что нвсегд входят в историю. Королев Елизвет вступл н корбль, укршенный синими полотнищми госудрственного флг с золотыми львми и лилиями, чтобы возвести Фрэнсис Дрейк в рыцрское достоинство. Королев был в великолепном нстроении. Взяв в руки тяжелый меч, преднзнченный для ритул посвящения, он снчл сделл вид, будто собирется отрубить своему «пирту» голову. Дрейк смиренно преклонил колено, и Елизвет совершил обряд с помощью фрнцузского посл — удрил посвящемого мечом по плечу (фрнцуз был в не меньшем восторге, чем нгличне, от того, кк Дрейк щелкнул испнцев по носу). Потом всех ждл бнкет и обсуждение герб новоиспеченного рыцря: нд щитом с изобржением солнц и волн поднимлся шлем, несущий н себе земную сферу, нд ней прил корбль, и рук Господ усмирял волны под ним.

Дрейк был, несомненно, человеком сильных протестнтских чувств (хотя, кк и его королев, вовсе не был кровождным фнтиком). Его побед для большинств нгличн был связн с религиозной идеей, и Елизвет смогл воочию убедиться, нсколько сильный эмоционльный отклик вызывет у ее подднных этот нционльный триумф, который они рсценивли кк торжество истинной веры, он — кк чрезвычйно успешное звершение рисковнного финнсового предприятия.

Сообржения дипломтии требовли, чтобы Дрейк н время исчез с морского и политического горизонт. Пру лет он отдыхл в своих новых поместьях, подренных королевой. Здесь он и позировл художнику для своего знменитого портрет — в новом крсном костюме, подбитом зеленым тлсом, слегк опершись н глобус, и тревожил испнских кпитнов только в кошмрных снх. Но в 1584 году, веселый и рстолстевший, он вновь вернулся ко двору, где его рдостно встретили компньоны по свежесозднному синдикту для торговли с Островми пряностей — все т же ристокртическя компния во глве с королевой Елизветой, Лейстером, Уолтером Рэли и Хоукинсми. Однко после долгих обсуждений экспедиция н Молукки покзлсь им слишком опсной, и кпитл был помещен в привычный грбительский рейд по испнским колониям в Крибском море.

Выведенный из себя, Филипп II ответил нпдением н нглийские корбли в Бильбо. Теперь Елизвете пришлось испытть горечь поржения и нционльного унижения. Англичне не змедлили с ответом: в 1585 году Дрейк вместе с другим известным нглийским мореходом Фробишером отпрвился в Новый Свет. Он привел свой флот к Снто-Доминго, сжег стоявший тм н якоре испнский флот и зхвтил город, получив контрибуцию в 25 тысяч золотых дублонов. В резиденции испнского губернтор Дрейк увидел кртину, изобржвшую герб испнского короля и земной шр, нд которым вздымлсь н дыбы беля лошдь, символизироввшя Испнию. Ей было некуд опустить передние копыт, тк кк мир был явно мл для нее — н это укзывл и ндпись «Non sufficit orbis» («Недостточно мир»). Англичне, вынося из дворц все, что тм было ценного, прокомментировли это тк: «Если королев Англии будет решительно продолжть войны против короля Испнии, ему придется оствить свою гордыню и непомерное тщеслвие, и, кк покзывет пример этого город, ему едв хвтит сил, чтобы охрнять то, чем он влдеет сейчс». Королев Елизвет, быть может, не соглсилсь бы только с одним: он вовсе не вел войны с королем Испнии, ее увжемым экс-родственником. А то, что под конец экспедиции Дрейк зхвтил и огрбил город Кртхену, тк это, кк и весь его рейд, было всего лишь досдным недорзумением, к которому он, рзумеется, не имел ни млейшего отношения.

Дрейк, с его бурлящим темперментом, добродушным юмором, склонностью к трогтельным и героическим эффектм, был смым неподржемым из елизветинских морских волков. Но он был длеко не единственным из новой породы ее одержимых подднных. Многие искли ее поддержки в смых головокружительных прожектх, но немногие получли деньги, большинство довольствовлось ее милостивым покровительством, официльным сттусом, подписнными ею грмотми к неведомым влдыкм неведомых земель. С именем Елизветы н устх нгличне совершли доселе неслыхнное. В 60—70-х годх купцы Московской компнии отыскли сухопутный путь через Московию, Астрхнь и Кзнь в Персию, их лоцмны и моряки, пробиввшиеся н восток в рктических морях, достигли Сибири и впервые поведли европейцм о существовнии «великой реки Обь». В 1576–1578 годх энтузисты поисков Северо-Зпдного пути в Индию и Китй — Фробишер, Дэвис, Гилберт обследовли северную оконечность Америки и достигли Гренлндии, привезя от эскимосов горную руду, якобы обещвшую дть много золот. Королев и двор немедленно вложили большие деньги в вояжи к эскимосм; к их рзочровнию, руд окзлсь незолотоносной, но нгличнм остлись крты Северной Америки, которую они нчнут освивть позднее, и честь первооткрывтелей. В 1583 году Джон Ньюбери отпрвился в путешествие н Восток, продлившееся восемь лет: судьб провел его нелегким мршрутом через Сирию, Ормузский пролив, рзвлины древнего Ввилон, остров Го, зтем в Индию ко двору Великих Моголов, в скзочную Голконду. Со временем Ньюбери превртится в бесценного эксперт для учрежденной королевой Ост-Индской компнии.

Ветер с моря, приносивший зпх опсности и нживы, будоржил не только сорвиголов — пиртов и первопроходцев и их высоких покровителей при дворе. Он щекотл обоняние купечеств, менее склонного к риску, но хорошо умевшего считть проценты н вложенный кпитл. Когд Елизвет взошл н престол, в стрне были только две большие купеческие компнии — купцов-внтюристов и Московскя, учреждення совсем недвно. З четыре год при ее покровительстве возникли три новые — Испнскя, Эстляндскя и Левнтийскя. Позднее он дровл хртии Берберийской и Ост-Индской компниям (последняя сыгрл огромную роль в стновлении Бритнской империи). Купцы получли не только монопольные привилегии, но и поддержку нглийских дипломтов повсюду, где они торговли. З это, првд, приходилось плтить, и плтить щедро, но то был спрведливя игр.

Порзительно легко и быстро нглийскя нция, еще недвно привязння к своему острову, усвивл новый взгляд н мир; он стновился глобльным в буквльном и переносном смысле. В стрне выходили десятки тркттов с рссуждениями о выгодх освоения новых земель, рынков, рыбных промыслов. Смым знменитым из них был многотомный труд Ричрд Хклюйт «Основные плвния, путешествия и открытия нглийской нции», собрвший воедино отчеты обо всех героических предприятиях нглийских мореплвтелей. Он рождл у читтелей пьянящее ощущение необыкновенной силы и оптимизм. Англия стновилсь вровень с великими морскими держвми — Испнией и Португлией. Англичне стли здумывться об основнии собственных колоний в Северной Америке. «Я немло удивляюсь тому, — писл Хклюйт, — что со времени открытия Америки… после великих звоевний и утверждения тм испнцев и португльцев, мы никогд не имели возможности… вступить в те плодородные и блгодтные мест, которые остлись не знятыми ими. Но когд я думю о том, что всему свое время, и вижу, что время португльцев ушло, вижу нготу испнцев и то, что их долго хрнимые секреты теперь рскрыты… я лелею великую ндежду, что подходит нше время и теперь мы, нгличне, можем рзделить добычу, если мы этого сми зхотим, с испнцми и португльцми в Америке и других еще неоткрытых землях».

Хэмфри Гилберт, сводный брт Уолтер Рэли — нового фворит Елизветы, попытлся основть нглийское поселение в Северной Америке в 1578 году, но неудчно. Он повторил свою попытку в 1582 году. См Рэли положил немло трудов, чтобы убедить королеву в целесообрзности их проект «нсдить имя нгличн под северными звездми». Он преуспел, и в знк своего особого покровительств экспедиции Елизвет послл Гилберту символический подрок — дргоценный «якорь, который влекл з собой дм», возможно, ллегорию ее смой. Ободренный Рэли передвл брту ее нпутственные слов: «…он желет тебе ткой удчи и безопсности твоему корблю, кк если бы он см был с вми н нем, он просит тебя быть осторожным, тк кк зботится о тебе, и рди нее ты должен стремиться к этому. Длее, он хочет, чтобы ты оствил свой портрет…» У ккого морского волк не дрогнуло бы сердце от ткого внимния со стороны его госудрыни? Когд после нескольких неудчных попыток нгличнм все-тки удлось основть колонию в Америке, имя для этого нового «земного Эдем» было нйдено с легкой руки Рэли — Виргиния (Девствення), в честь Елизветы — их королевы-девственницы. 18 вгуст 1587 год у губернтор колонии Джон Уйт и его жены Аннии родилсь дочь — первя нглийскя поддння н мерикнском континенте, ее, естественно, тоже окрестили Виргинией.

Генрих VIII. Гнс Гольбейн. 1542 г.

Анн Болейн. Неизвестный художник.

Ектерин Аргонскя.

Неизвестный художник.

Анн Клевскя.

Гнс Гольбейн.

Принцесс Елизвет в 14 лет. Неизвестный художник.

Генрих VIII, принц Эдурд и Джейн Сеймур. Неизвестный художник.

Последняя стрниц звещния Генрих VIII.

Кольцо Елизветы I с минитюрным портретом Анны Болейн и смой королевы. Около 1575 г.

Томс Сеймур.

Роджер Эшм, нствник Елизветы.

Ектерин Прр.

Принцесс Мрия в возрсте 28 лет.

Детский нбор, вышитый Елизветой для ожидемого ребенк Мрии. Змок Хивер, Кент.

Елизвет I в коронционных одеждх. Неизвестный художник.

Торжествення процессия, нпрвляющяся в Вестминстерское ббтство нкнуне коронции Елизветы 14 янвря 1559 год.

Роберт Ддли, грф Лейстер.

Уильям Сесил, лорд Берли, в прдных одеждх квлер орден Подвязки.

М. Гирертс-млдший (?).

Елизвет I, тнцующя с грфом Лейстером (предположительно).

Неизвестный художник. Около 1580 г.

Елизвет в Чистый четверг (церемония омовения ног бедным женщинм). Минитюр Л. Тирлинг.

Елизвет в возрсте 38 лет. Минитюр Н. Хиллирд.

Елизвет н охоте. Фргмент грвюры.

Дворец Ннсч — одн из многочисленных королевских резиденций.

Аллегорический портрет Елизветы с ситом. Сито — отсылк к истории о вестлке, принесшей в докзтельство своей девственности воды в решете, не пролив ни кпли. К. Кетел. Около 1580–1583 гг.

Елизвет, одерживющя верх нд Юноной, Минервой и Венерой.

Неизвестный художник. 1569 г.

Аллегория «Генрих VIII и его преемники». Неизвестный художник.

Елизвет I, кормящя «нидерлндскую корову». Неизвестный флмндский художник. Около 1583 г.

Мрия Стюрт в труре по первому мужу Фрнциску II. Около 1560 г.

Филипп II. С. Коэлъо. 1583 г.

Кзнь Мрии Стюрт в змке Фотерингей 18 феврля 1587 год.

Иллюминовння грмот Филипп II с его портретом, подписння в октябре 1588 год после поржения Великой Армды.

Текст прикз Елизветы I об тке Кдис. 1587 г.

Фрэнсис Дрейк.

Неизвестный художник.

Один из смых удивительных елизветинских морских волков — У. Рэли, совсем непохожий н моряк изыскнный придворный, поэт и философ, пронес имя Елизветы через дебри Амзонки и Ориноко, куд он отпрвился искть легендрную стрну Эльдордо. Рэли открыл Гвину, описв впоследствии нрвы местных индейцев и свои приключения. Едв ли можно вообрзить себе более збвную и трогтельную кртину, чем нглийский дворянин, покзывющий индейцм изобржение королевы Елизветы и втолковывющий им через нескольких переводчиков, что он — великий ксик север, их большой друг и врг злого ксик испнского короля. Индейцы дивились и клнялись ее портрету…

Всего дв десятилетия потребовлось нгличнм, чтобы донести свой флг — крсный крест святого Георгия н белом фоне — до смых отдленных уголков мир: до Сибири н северо-востоке, Кнды и Гренлндии н северо-зпде, Африки, Филиппин и Молукк, Южной Америки. С зконной гордостью Ричрд Хклюйт вопрошл: «Кто из королей этой земли до ее величеств видел свое знмя, водруженное у Кспийского моря? Кто из них когд-нибудь вел дел с импертором Персии? Кто когд-либо прежде видел нглийского подднного… у султн Констнтинополя? Кто когд-нибудь слышл об нглийских консулх в Триполи в Сирии, в Алеппо, в Ввилоне, в Бсре, и более того… в Го? Рзве до этого нглийские корбли стновились н якорь в великой реке Л-Плт? Проходили вновь и вновь Мгеллновы проливы?»

Мир больше не приндлежл безрздельно Испнии. Островной нрод смело утверждлся в нем, готовый постоять з свои прв в любом полушрии. Нция мужл, стновилсь крепче и увереннее в себе вместе со своей королевой, к ногм которой ее герои слгли лвры всех своих побед. Источник их воодушевления, их путеводня звезд звлсь Елизветой. Хклюйт восторженно писл, что он «унследовл от своего знменитого отц героический дух и нислвнейшую рсположенность» к великим предприятиям.

Но, кк это чсто бывет, всплеском птриотических чувств и нционльной консолидцией нгличне были не в последнюю очередь обязны своему новому вргу — ктолической Испнии. Нционльное противостояние, усиленное религиозным, все более преврщло Англию в сугубо протестнтскую стрну, в которой все меньше мест оствлось для компромисс с ктоликми, и восплмененное общественное мнение постепенно лишло королеву возможности мневр.

Протестнты и ктолики: потерянный рй

В течение первых десяти лет првления Елизвете удвлось сохрнять Англию тихой гвнью Европы, где не бушевли религиозные стрсти и христине не проливли кровь христин. Ее континентльные соседи спрвлялись хуже. Во Фрнции с воцрением Крл IX и приходом к рельной влсти его мтери Ектерины Медичи борьб между гугенотми и ктоликми то рзгорлсь, то утихл, смягчення ее политическими мневрми и компромиссми; но конфессионльный вопрос оствлся нерзрешенным, и стрн неуклонно сползл к Врфоломеевской ночи. У испнцев дел обстояли еще плчевней: Нидерлнды — смя богтя и рзвитя чсть империи Гбсбургов, бриллинт в ее короне — были готовы отложиться от Испнии. В 1566 году тм нчлось нционльно-освободительное движение, переросшее зтем в восстние. Реформировння религия — кльвинизм — исподволь пустил здесь глубокие корни, и флмндцы не желли больше отдвть плоды своей богтой земли ктолическим королям Испнии. Филипп II послл в Нидерлнды герцог Альбу, бестрепетной рукой подвившего восстние и злившего стрну кровью «еретиков», но спрвиться с ними окончтельно ему не удлось; в стрне рзвернулось пртизнское движение.

Протестнтскя Англия, куд было тк легко добрться из Нидерлндов через узкий пролив, дл приют многим, спсвшимся от террор Альбы. Флмндские эмигрнты-ткчи основли целые поселения в Эссексе. Королев Елизвет лично посетил их в Колчестере и пообещл свое покровительство н новой родине. Английские порты неофицильно предоствляли убежище флмндским морским пртизнм — гезм, которые совершли оттуд нлеты н испнские суд. Одним словом, в Англии было в избытке тех, кто мог рсскзть об ужсх испнской оккупции и о том, кк гибнут н кострх мученики з истинную веру. У нгличн еще были слишком свежи их собственные воспоминния о религиозных преследовниях во времен Мрии Тюдор. Неизбежно возникли стрхи и опсения относительно того, что стнут делть испнцы, если окончтельно «усмирят» Нидерлнды. А что, если они зхотят предпринять молниеносный бросок через пролив и нчнут интервенцию в Англию, чтобы с корнем выполоть протестнтизм в Европе? Опсность кзлсь более чем рельной. Английским дипломтическим и тйным службм было хорошо известно, что в Испнии пртия «интервенционистов», сторонников вторжения в Англию, был достточно сильн, и только здрвый смысл Филипп сдерживл их пыл.

Мсл в огонь подливл и нглийскя ктолическя эмигрция. З десять лет изгннники оперились и основли несколько духовных семинрий, где иезуиты готовили священников из числ молодых нглийских ктоликов. Туд стремились тйно отпрвить своих сыновей многие семейств, которые внешне приняли реформировнную нгликнскую церковь, но н деле сохрняли верность строй религии. Юноши уезжли н континент под предлогом путешествия или получения обрзовния в одном из университетов Фрнции или Гермнии, окзывлись семинристми в Дуэ или в Риме. Их нствники отцы иезуиты считли, что во имя торжеств ктолической религии допустимо совершить смертный грех — убийство, при этом их не остнвливл дже сн Божьего помзнник, если тковой являлся вргом истинной религии. Идея тирноубийств вообще был idee fixe XVI столетия. Протестнты призывли избвляться тким простым, но действенным способом от ктолических монрхов-тирнов, ктолики — ноборот. Кк ни стрлсь Елизвет пройти по лезвию нож и остться доброй госудрыней для всех своих подднных, обстоятельств склдывлись тким обрзом, что ее имя все больше ссоциировлось с делом протестнтизм. Не учиняя религиозных преследовний и не отпрвив н костер ни одного еретик, он тем не менее сделлсь для иезуитов и их питомцев «еретичкой и тирном». Что, если нйдется решительный ктолик, желющий избвить Англию от протестнтской госудрыни одним удром кинжл? Возможные последствия кзлись дльновидным иезуитм весьм змнчивыми. Смерть нглийской королевы, этой «смоковницы бесплодной», у которой не было зконного нследник, немедленно погрузил бы стрну в безвлстие и смятение. В этих условиях, по их мнению, ктолическя пртия в Англии — мгнты Арунделы, Монтгю, Ленноксы и весь ктолический север с легкостью смогли бы возвести н престол ближйшую претендентку — Мрию Стюрт, которя восстновил бы ктоличество. С Англией кк очгом протестнтизм было бы покончено, притом без особых рсходов н крестовые походы, рмии вторжения и флот. Зконные прв Мрии н корону знчили очень много в этой схеме. Они двли основния ндеяться, что, кк и в случе приход к влсти Мрии Тюдор, легитимизм одержит верх нд религиозными чувствми нгличн и они не окжут сопротивления зконной королеве. Отцы иезуиты не учитывли только одного: это было другое время и другя нция, Мрия Стюрт был инострнкой, к тому же зпятнвшей себя убийством.

Итк, снов Мрия Стюрт. В своем почетном зключении при длеко не строгом режиме, устновленном для нее грфом Шрусбери, он не только пользовлсь отличительными знкми королевского достоинств, восседя под блдхином с госудрственным гербом, но и ктивно переписывлсь с европейскими монрхми, пытясь интриговть и добивясь своего возврщения н шотлндский престол н почетных условиях. Знятым собственными проблемми ктолическим госудрям было не до нее: в Лувре ее рссмтривли кк ствленницу Гизов, к которым првящя динстия Влу относилсь с большим подозрением, в Эскориле сочувствовли, но не нстолько, чтобы протянуть руку помощи и нрушить хрупкое рвновесие в отношениях с Англией.

Прдоксльно, но Елизвет оствлсь единственной, кто пытлся еще восстновить Мрию н троне, упорно нстивя н этом в переговорх с шотлндскими протестнтми. Тем же Мрия был попросту не нужн: у лордов под крылом воспитывлся ее сын Яков — будущий король Шотлндии. Единственное условие, при котором они соглшлись принять королеву обртно, было отречение от престол в его пользу. Обеим королевм ткое требовние кзлось бсурдным.

В Йорке н нгло-шотлндских переговорх о судьбе Мрии обе делегции, измученные твердостью Елизветы, не желвшей покинуть кузину в беде (в этом они были склонны видеть скорее твердолобость), пришли к мысли, что пнцеей может стть брк Мрии с тем, чью кндидтуру одобрит нглийскя королев. Это непременно должен был быть протестнт, верный Елизвете и способный послужить грнтом незыблемости протестнтизм в Англии и Шотлндии. В недобрый чс взгляд шотлндцев остновился н кузене Елизветы герцоге Норфолке. Он был одним из тех, кто рсследовл дело об учстии Мрии в убийстве муж, и совсем не обольщлся в отношении той, чье преступление ужснуло его. Впервые услышв о брчном предложении, герцог искренне ответил, что «предпочитет спть спокойно н своей подушке». Идея тем не менее зхвтил нглийскую делегцию. Они увидели в потенцильном брке Мрии и Норфолк возможность рзрешить не только шотлндские, но и нглийские проблемы. Если бы ближйший родственник королевы, первый среди нглийских ристокртов, единственный нглийский герцог, получил корону Шотлндии, то эту чету можно было бы без опсений провозглсить нследникми нглийской держвы в случе, если королев Елизвет умрет бездетной. Англичне оседлли любимого коньк — необходимость упорядочить престолонследие.

Зня более чем нервное отношение Елизветы к вопросу о преемнике, обе стороны приступили к обсуждению этой проблемы, не ствя королеву в известность о своих плнх. В этом был их роковя ошибк, ибо звес секретности, окружвшя дискуссии, в один прекрсный момент могл вызвть у их госудрыни сомнения в верности ее ближйшего окружения. См Норфолк прекрсно понимл, что его соглсие жениться н шотлндке может быть легко предствлено кк госудрствення измен. Но он был бсолютно лояльным подднным, кк и другие члены кбинет, поддержвшие идею этого брк. Дже Лейстер был «з». Приходится признть, что Елизвет см создл столь двусмысленную ситуцию. Он зствил своих министров увжть ее решение не выходить змуж, но не могл принудить их не думть о том, что произойдет в случе ее смерти. Если бы Мрия пережил нглийскую королеву, ее прв среди прочих претендентов были бы смыми предпочтительными. И Сесил, и Лейстер, и дже см Норфолк охотно бы подписли Мрии смертный приговор, но поскольку Елизвет не отдл ее н зклние, им приходилось вырбтывть modus vivendi с потенцильной нследницей престол. Кждый из них принимл меры, чтобы до шотлндки не дошли слухи о его личной к ней врждебности, и писл вежливые и дже глнтные письм, подстрховывясь н будущее. В этих письмх было много обтекемых фрз и мло искренности.

Иное дело ктолические мгнты север — грфы Нортумберленд и Вестморленд с их зннием политической ситуции в северных грфствх Англии, где большинство нселения оствлось ктоликми и было нстроено в пользу Мрии Стюрт. Они не могли не искушть Норфолк мыслью о том, что при ткой поддержке женитьб принесл бы ему нглийскую корону дже скорее, чем он мог рссчитывть. Дискуссии приобретли опсный хрктер. Лейстер и те, кто был поосмотрительнее, ретировлись.

Слухи о мтримонильных плнх Норфолк неизбежно доходили до двор. Сесил, почти единственный, кто не одобрял этих плнов, нсторожился и поднял н ноги свою тйную службу. Королев, встревоження этими известиями, тем не менее поступил в соответствии с принципом «video et taceo» («видеть, но хрнить молчние»). Он выжидл, нблюдя з тем, кк поведут себя ее сновники. Лейстер почел з блго откровенно рсскзть ей о переговорх. Норфолк колеблся, не зня, кк поступить и в чем опрвдывться. Нконец он сделл роковой выбор — молчть, будто он и не выншивл никких мбициозных плнов. Елизвет дл ему шнс объясниться. «Ккие новости?» — спросил он герцог, когд он прибыл из Лондон в Гринвич. «Никких», — был его ответ. «Никких новостей? — переспросил он. — Вы приехли из Лондон и не можете рсскзть нм ничего нового о брке?» Это был сигнл, знк того, что королев в курсе происходящего, но Норфолк не пожелл его зметить, сделв вид, что не понимет, о чем идет речь. Ужиня с вгустейшей кузиной з одним столом, он тк и не ншел в себе сил открыться ей. Елизвет выждл еще несколько дней, прежде чем прямо потребовть от него рсскз о том, что уже хорошо знл от других. Выслушв герцог, он огрничилсь тем, что зпретил ему вести ккие-либо переговоры о брке.

Он по-прежнему был н свободе. Но все те, кто рньше поддерживл Норфолк, теперь избегли его. Любой из них, чтобы выгородить себя, мог предствить его нмерения королеве в более мрчном свете. Его нервы сдли, он внезпно покинул двор и устремился н север. Мрия Стюрт в рдостном волнении ожидл скорого освобождения. Герцог сжег з собою все мосты. Он обртился з помощью к Альбе. Но не успели слухи об этом дойти до нглийских ктоликов, кк силы его покинули. Норфолк вернулся ко двору, пытясь спсти свою жизнь, и знял уже приготовленное для него место в Туэре.

Он уже проигрл свою игру, но еще не голову. Несмотря н гнев королевы, официльного обвинения в госудрственной измене не последовло. Однко его неосторожные интриги сыгрли роль первого кмешк, з которым обрушилсь лвин. Слухи о его зключении и чрезвычйные меры, предпринятые првительством н случй волнений среди ктоликов, спровоцировли последних. Ктолический север восстл, грфы Нортумберленд и Вестморленд повели своих дворян и нрод к Тэтбери с нмерением освободить Мрию Стюрт и провозглсить ее королевой. Все обиды и унижения, которые претерпели эти люди со времен Генрих VIII, рзогнвшего их монстыри и рзбившего их святыни, все стрхи, пережитые ими, когд они прятли в подполх своих домов ктолических священников и тйно пробирлись н мессу, — все это вылилось в их рдостном мрше под священным знменем с изобржением стигмт — кровоточщих рн Христовых. Восствшие овлдели всем севером, с нслждением рзгромили протестнтские церкви и остновились в рстерянности. Мрия Стюрт был спешно эвкуировн, и они не сумели освободить ее. Вестей от испнцев, к которым они взывли о помощи, не было. Они были плохо вооружены и не готовы к длительной войне. Между тем вся остльня Англия был приведен в готовность: флот, местня милиция, ополчение. Против повстнцев собрлсь нстоящя рмия, ибо протестнтские подднные остлись верны своей королеве.

В декбре 1569 год незримя грниц между протестнтской и ктолической Англией проходил где-то в рйоне Йорк, куд спешили првительственные войск. Дв религиозных мир недолго противостояли друг другу. Ктолики потеряли присутствие дух, дрогнули и отступили. Их вожди бежли из стрны, оствив свой доверчивый нрод рсплчивться з их просчеты и собственную веру. Около шестисот человек было кзнено. Слбым утешением их вдовм и сиротм было то, что и грф Нортумберленд схвтили в Шотлндии, выдли нгличнм и его голов ткже сктилсь с плеч. Елизвет впервые пролил кровь. Это был кровь ее подднных, тех, чьи взгляды он не рзделял, но с которыми ндеялсь жить в мире. Он не могл не поствить эти смерти в вину Мрии Стюрт, хотя т и см был игрушкой в рукх судьбы, делющей одних людей от рождения ктоликми, других — протестнтми. Кк бы то ни было, первя жертв н лтрь религиозного фнтизм был принесен. З ней последовли новые.

Среди религиозных зилотов обоих толков рспрв нд Северным восстнием и последоввший з ней рейд нглийской рмии вдоль шотлндской грницы, чтобы рзогнть силы, готовившиеся из Шотлндии окзть поддержку нглийским ктоликм, вызвли бурю противоречивых чувств. Протестнты возносили блгодрственные молитвы з чудесное избвление стрны от опсности, ктолики скорбели, пп негодовл. В нчле 1570 год он издл буллу об отлучении королевы Елизветы от церкви: ее прв н престол (в который уже рз) объявлялись незконными, подднные освобождлись от присяги и необходимости соблюдть зконы, устновленные ею. В более пргмтичном мире политиков, однко, не изменилось ничего. Ктолические монрхи — и Крл IX, и Филипп II, и импертор Мксимилин II — дружно сочли ппский демрш недомыслием и глупостью и постновили не предвть буллу оглске. Шткое рвновесие сил в Европе было сохрнено.

Порзительно, но дже после этих событий переговоры о восстновлении Мрии Стюрт н шотлндском престоле продолжлись, и Елизвет по-прежнему ртовл з ее возврщение н почетных условиях. Королев был прекрсно осведомлен и об интригх Мрии с Норфолком, и о посулх шотлндки всевозможным ктолическим кндидтм н ее руку (в том числе герцогу Анжуйскому и Дону Хуну Австрийскому). Взимное доверие между кузинми было двно похоронено, но они продолжли обменивться любезными письмми, Мрия посылл Елизвете всевозможные сувениры и символы своей преднности и симптии — трогтельные ндписи, сделнные им одним известным шифром, «узлы дружбы» и т. п. Побед нд ктоликми — сторонникми шотлндки — стл сильным козырем Елизветы: в течение некоторого времени соперниц не могл рссчитывть н «пятую колонну» в Англии, инострнные госудри не торопились к ней н помощь. В этих условиях Елизвет поствил «гостью» перед выбором: либо он нвсегд остется пленницей, либо возврщется в Шотлндию. Но ценой этого возврщения должны были стть откз от претензий н нглийский престол и признние этих прв з потенцильным потомством смой Елизветы. Мрия не удержлсь от шпильки и в документе, который ей предствили для подписния, уточнил: «зконному потомству», нмекя, что Елизвет до сих пор не был змужем. В остльном шотлндк уже был готов покориться. Мрию необходимо было кк можно скорее выдворить из Англии, и нет сомнения, что после подписния договор между двумя королевми Елизвет нвязл бы ее шотлндским протестнтм, несмотря н все их нежелние принимть эмигрнтку обртно. Никогд еще з время своего пленения Мрия не был тк близк к освобождению. Ее интриги погубили все.

Не встречя поддержки своим претензиям ни во Фрнции, ни в Испнии, он с рдостью ухвтилсь з руку помощи, протянутую из Рим, — ту смую, что подписл буллу об отлучении Елизветы. Мрия вступил в переписку с ппой через некоего итльянского бнкир Ридольфи — весьм легкомысленного болтун и прожектер, гордого тем, что его почтили внимнием столь высокопоствленные особы и пп поручил ему рспрострнить текст своей буллы в Англии. Ридольфи, кк и отцм иезуитм, госудрственный переворот, возведение н престол Мрии Стюрт и восстновление ктоличеств в Англии предствлялись чрезвычйно легким делом. Необходимо было, по его мнению, лишь склонить Филипп II к посылке сюд небольшого экспедиционного корпус, возможно, из Нидерлндов, из соств рмии герцог Альбы. Остльное довершит внутренняя оппозиция: по мнению Ридольфи, все нглийские ристокрты были приверженцми Норфолк, кждый второй нгличнин — тйным ктоликом. Норфолк к тому времени выпустили из Туэр, и он оствлся лишь под домшним рестом. Ему в плне Ридольфи отводилсь вжня роль: исходя из обстоятельств, он должен был либо рестовть Елизвету и добиться от нее отречения в пользу Мрии, либо освободить последнюю, потом двинуться н Лондон. Итльянец чсми обсуждл эти плны с испнским послом и герцогом Норфолком, который постепенно стл поддвться уговорм и см нчл верить фнтзиям двух инострнцев о тысячх нгличн, которые поднимутся з него и Мрию. Издли схем выглядел еще более привлектельной, и пп ктивно включился в переписку с Ридольфи и Мрией по этому поводу.

Флорентийский бнкир, вооруженный верительными грмотми от шотлндской королевы и герцог Норфолк, ткже кртой предстоящей высдки испнцев, изобиловвшей нелепыми ошибкми, изобличвшими его более чем приблизительное знкомство с геогрфией Англии, отпрвился в большой дипломтический вояж по Европе. Первым н его пути был герцог Альб в Нидерлндх. Выслушв оптимистический щебет Ридольфи, человек, который уже пять лет огнем и мечом пытлся нсдить ктолицизм среди еретиков, откровенно нзвл плн вторжения в Англию сумсшествием. Своему королю он нписл, что, если Норфолку действительно удстся поднять восстние и удержть столицу дольше месяц, Испния может поддержть его, но он ни в коем случе не должн брть иницитиву н себя. Филипп пребывл в здумчивости. Англия и ее королев все больше досждли ему неглсным потворством его мятежным подднным в Нидерлндх, грбительскими рейдми пиртов и тем невинным бесстыдством, с которым Елизвет присвоил себе его флот с золотом в 1568 году и сокровищ его колонильных рудников. Испнские «интервенционисты» громко требовли возмездия з пролившуюся кровь нглийских ктоликов. Однко король, кк и Альб, прекрсно сознвл, что у него нет ни сил, ни средств открывть войну н дв фронт. Тем не менее переписк между ним, ппой и Мрией Стюрт оживилсь. Это и привлекло внимние нглийских спецслужб, неусыпно следивших з шотлндской королевой и ее корреспондентми кк в смой Англии, тк и н континенте. Одно из зшифровнных писем от Ридольфи к Мрии попло в руки контррзведки Фрэнсис Уолсингем. Его удлось дешифровть, хотя имен, упомянутые в нем, и остлись зкодировнными. Через некоторое время перехвтили посыльного с деньгми для Мрии от герцог Норфолк, обыскв дом последнего, обнружили коды и ключи к шифрм. Вся схем зговор Ридольфи легл н стол Уильям Сесил. Норфолк немедленно рестовли, и нглийскя Фемид устми пэров королевств без здержки вынесл ему смертный приговор з госудрственную измену.

Елизвете оствлось лишь подписть его, но у нее рук не поднимлсь сделть это. Норфолк был ее млдшим и ближйшим родственником, пусть не по годм зносчивым и не по зслугм гордым. Нпрсно советники ншептывли ей, что герцог слишком длеко зшел в своих интригх, что он нвсегд остнется ее вргом и центром притяжения всех оппозиционных сил и что его необходимо устрнить в интересх ее личной безопсности и для блг королевств. Королев не считл, что ее личня безопсность стоит пролития крови Ховрдов — крови, которя текл и в жилх ее мтери. Кроме того, скзывлсь ее нелюбовь брть н себя ответственность з приговор, связнный со столь суровым нкзнием. У ее доброжелтелей были сильные ргументы: ее жизнь или смерть не являлись чстным делом, от них «звисит все госудрство, крх целой стрны и переворот в религии. И если из-з небрежности или женской жлости это произойдет, что он ответит Господу?». Королев, кзлось, сдлсь и подписл приговор, но тут же отозвл его обртно. Уильям Сесил обреченно писл: «Ее Величество всегд был милосердной и из-з своего милосердия терпит больший ущерб, чем из-з строгости. Он же полгет, что ее больше любят з то, что он причиняет себе вред. Сохрни ее, Господь, ндолго среди нс». Спустя месяц измучення сомнениями Елизвет снов поствил подпись под смертным приговором Норфолку, но в ночь нкнуне приведения его в исполнение взмыленный посыльный прибыл к Сесилу с рспоряжением отсрочить кзнь. Эт история повторилсь еще двжды, прежде чем королев принял нконец роковое решение. Он нписл своему верному министру: «Мой рзум рздвивется, и т половин, где гнездятся привязнность и симптия, не может поверить другой». Но вторя половин, обременення грузом ответственности, кк всегд, перевесил.

Тргедия Норфолк зствил Елизвету повернуться к Мрии Стюрт суровым лицом, н котором больше не было фльшивой дипломтической улыбки. Несколькими энергичными мзкми он обрисовл свою новую политику по отношению к виновнице всех смут в ее королевстве: отныне Елизвет лишет ее своей поддержки и прекрщет попытки восстновить ее н престоле. Вследствие ее опсных интриг он стновится не гостьей, но пленницей Английского королевств, режим ее содержния ужесточется, связи с внешним миром прекрщются. Это были шги Елизветы-политик. Елизвет-женщин ннесл Мрии еще один сокрушительный удр: он позволил нконец обнродовть зсекреченные до этого днные рсследовния преступления шотлндской королевы. В Англии был опубликовн трктт н нглийском, лтинском и шотлндском языкх с приложением к нему знменитых «писем из лрц», в которых Мрия и Босуэл обсуждли плны убийств Дрили, чтобы Европ смогл увидеть подлинное лицо шотлндки. Они, без преувеличения, произвели фурор.

Однко, кк ни велик был гнев Елизветы, он ни н минуту не допускл, что может обойтись с венценосной сестрой, помзнницей Божьей, кк с обыкновенной зговорщицей. Ни один волос не должен был упсть с ее головы, ибо он, по мнению нглийской королевы, был неподсудн человеческому суду. Монрхи отвечют з свои дел только перед тем, кто их поствил, — перед смим Творцом.

Немногие из ее подднных рзделяли эту точку зрения. После рзоблчения зговор Ридольфи весной 1572 год собрлся прлмент. Глвными вопросми повестки были укрепление безопсности королевств и нкзние учстников зговор. Выслушв официльный отчет о недвних событиях и роли в них шотлндской королевы, которя впервые был предствлен публике кк прелюбодейк и виновниц в покушении н жизнь собственного муж, депутты в один голос потребовли ее крови. И ученые юристы, и госудрственные чиновники, и прямодушные провинцильные джентльмены были едины во мнении: Мрия предствляет собой смертельную угрозу для протестнтской Англии. См спикер плты общин скзл в своей вступительной речи, что ошибочно думть, «будто есть некто в этой земле, кого зкон не может коснуться». Один из депуттов перевел это н обыденный язык: «Отрубить ей голову и больше не шуметь об этом». Дебты продолжлись несколько дней; менее сентиментльные, чем их королев, прлментрии требовли кзни Норфолк, которому не пошли впрок все предостережения и милость, проявлення к нему госудрыней. Когд же речь зходил о судьбе Мрии, прлментский язык отступл перед рзговорным: эту «смую невиднную шлюху во всем мире», этого «огромного и стршного дркон» следовло кзнить вслед з герцогом, «если только можно будет облечь все в зконную форму».

Прлментский комитет, обсуждвший эту проблему, предложил Елизвете дв возможных решения — либо немедленно обвинить Мрию в измене и осудить, либо предупредить, что в случе очередной подобной попытки он будет рссмтривться кк госудрствення преступниц. В обоих случях он терял прв н нглийскую корону. Хотя обе плты стояли з немедленный суд нд шотлндкой, Елизвет предпочл более мягкий вринт. Депутты тем не менее не желли рзъезжться, не увидев отрубленную голову Мрии н шесте, и все еще ндеялись склонить к этому свою королеву. Дже нмеки н то, что сессию пор зкнчивть, тк кк н Лондон ндвигется эпидемия чумы, не зствили их покинуть столицу. Мрия кзлсь стршнее чумы, рди безопсности своей королевы они были готовы рисковть жизнью. Королеву тковли депутции юристов, духовенств, обеих плт — и вместе и порознь. Дже прелты, которым в силу их духовного звния не пристло жждть крови, требовли кзни Мрии, тк кк ничто, по их мнению, не могло удержть ее от новых интриг. Все были против шотлндки. Крл IX рвнодушно-презрительно отозвлся о ней и ее зговоре: «Несчстня глупышк не остновится, пок не лишится головы; поистине, они приговорят ее к смерти, и я вижу в этом только ее собственную вину и глупость». Английскому послу в Приже нмекли, что Фрнция не слишком огорчится из-з смерти шотлндской королевы.

Только Елизвет был з то, чтобы сохрнить Мрии жизнь. Он не смогл пересилить себя и послть н плху ту, которя искл у нее зщиты. Взвесив все, он приглсил во дворец депутцию прлмент, чтобы довести до подднных свою волю. В смых проникновенных словх поблгодрил он их з любовь и зботу о ней, но зтем, решительня и убеждення в своей првоте, откзлсь последовть их стршному совету. Милосердие женщины и убеждения госудрыни восстли в ней против идеи еще невиднного в истории политического процесс нд суверенным монрхом.

Фрнцузский «лягушонок» для королевы Англии

Мрчное нчлд 70-х годов не сулило Елизвете ничего хорошего. Ее зхлестнуло море проблем, кзвшихся нерзрешимыми: Англия по-прежнему оствлсь в политической изоляции, без сильных союзников, отношения с могущественной Испнией все более ухудшлись, дружб с мятежными Нидерлндми нчинл обходиться слишком дорого. Нормльные торговые связи прервлись из-з постоянных эмбрго, морских блокд и рзбоя. Для ее остров, жившего торговлей, это было гибельно.

Но больше всего королеву угнетло то, что после Северного восстния ее собствення стрн окзлсь рсколотой н дв врждебных лгеря. Если рньше он с гордостью укзывл испнскому послу н ликоввшего при виде ее человек в толпе, который между тем был известен кк убежденный ктолик, то теперь ей следовло скорее остерегться тковых — один из них мог прятть под плщом отрвленный кинжл. Ей не хотелось верить тому, что ее жизнь подвергется опсности в собственном доме и все, что было достигнуто з годы трогтельного «ромн» с ее нродом, утрчено. Он брвировл и демонстртивно не принимл особых мер предосторожности. Поведение ее ближйшего окружения во всей истории с Мрией Стюрт и Норфолком подействовло н Елизвету отрезвляюще.

Он понял, что многие дже лояльные ей политики готовы тем не менее служить и ее противнице и по-нстоящему он может положиться лишь н нескольких убежденных протестнтов в совете во глве с Уильямом Сесилом. Королев нконец вознгрдил своего слугу и строго друг з его преднность титулом брон Берли, и лорд Уильям, уже длиннобородый стрик, по-детски рдуясь, укршл свои дом новыми гербми и выствлял во всех уместных и неуместных местх свое родословное древо.

Смой королеве перевлило з тридцть пять, если точнее, он приближлсь к своему сороклетию. Пережитые потрясения и проблемы — ее постояння головня боль — не прошли бесследно: современники в один голос отмечли, что королев сильно подурнел. Ее прекрсные золотисто-рыжие волосы стли редеть, и ухищрения прикмхеров не помогли. Английский дипломт Томс Смит кк-то весьм недипломтично зметил: «Чем больше у нее волос спереди, тем меньше н зтылке». В 1572 году молодой придворный художник Николс Хиллирд нписл минитюрный портрет тридцтивосьмилетней королевы. В его мленьком шедевре все было прекрсно: нсыщенный голубой фон, изыскнное золотое обрмление, нежные цвет ее костюм, великолепно выписнные дргоценности и цветок шиповник, приколотый к плечу, — все, з исключением лиц Елизветы — вытянувшегося, мертвенно-бледного, безбрового, лишенного иных крсок, кроме темных теней под глзми. З эти годы королев не утртил присутствия дух и мужеств, но прежняя рдостня легкость покинул ее.

Никто и никогд не узнет, что творилось в этой гордой и змкнутой душе, но, возможно, достигнув зрелого возрст, Елизвет попытлсь переоценить свои жизненные позиции. Выбор, сделнный ею, кзлось, окончтельно — одиночество н троне, — с трудом проходил проверку рельными политическими обстоятельствми. Дело было вовсе не в том, что королеве не удвлось упрвлять стрной одной, но отсутствие нследник являлось ее хиллесовой пятой. Если бы у нее было потомство, никкие происки ктолических держв или интриги претендентов не были бы стршны для Англии. Однко официльный нследник мог появиться только в результте зконного брк. И кжется, впервые в жизни Елизвет стл всерьез допускть мысль о собственном змужестве.

Это совпло с политическим моментом, когд Елизвет могл снов использовть «брчную крту» в большой игре. Н этот рз ее пртнером стл Фрнция, вернее, королев-мть Ектерин Медичи. В свое время он уже зондировл почву для возможного брк ее стршего сын, ныне короля Крл IX, с Елизветой. В ту пору нглийские дипломтические круги не ншли привлектельным ткой союз, королев — смого претендент, о котором ей говорили кк о желторотом юнце, не знющем ни одного инострнного язык. Но теперь у Ектерины Медичи подросли дв млдших принц, и пртию можно было возобновить, имея н рукх двух козырных «влетов», рвущихся в короли.

В нчле 70-х годов Англия и Фрнция отчянно нуждлись друг в друге, в особенности перед лицом испнской интервенции в Нидерлндх. Фрнция векми боролсь з присоединение этой территории, и в XVI веке Нидерлнды оствлись сферой ее интересов. Ектерине было очень невыгодно присутствие тм вооруженной рмии испнцев-ктоликов, тк кк это усиливло позиции пртии Гизов в ее собственной стрне. Протестнтскя Англия, поддерживвшя мятежников-кльвинистов, был, с ее точки зрения, неплохим сдерживющим фктором при условии, что нгличне не зйдут слишком длеко. Позиция Елизветы был зеркльным отржением мыслей Ектерины: нгло-фрнцузское сближение могло стть грнтией против экспнсионистских плнов Испнии. Три держвы, тким обрзом, постепенно вырбтывли систему блнс, при которой чрезмерное усиление угрозы со стороны любой из них зствляло сплчивться две другие.

В 1571 году личный предствитель Ектерины Медичи — флорентиец Гвидо Квлькнти — нчл кулурные переговоры с Лейстером относительно брк между королевой Англии и бртом фрнцузского короля герцогом Анжуйским. Анжу был скользкой нживкой. Англичнм дли понять, что принцу крови из динстии Влу просто необходимо нйти себе пртию, трон и домен где-нибудь з пределми Фрнции, и если он не приглянется Елизвете, то может вполне подойти ее сопернице — Мрии Стюрт. Грф поддержл идею нгло-фрнцузского союз. Подход к смой королеве осуществлял уже новый фрнцузский посол в Лондоне Л Мот Фенелон. Выждв время, в одной из непринужденных бесед с Елизветой он искусно звел рзговор н деликтную тему, и королев, прекрсно понимя, куд он клонит, со вздохом сожления признлсь, что рскивется из-з того, что не позботилсь о змужестве и потомстве рньше. Првд, тут же добвил он, брк в ее возрсте привлекет ее только из политических сообржений, поэтому, если он изберет себе супруг для продолжения род, это непременно должен быть предствитель црствующего дом. Фрнцузский посол немедленно и очень кстти «вспомнил» о герцоге Анжуйском — «смом совершенном принце в мире и единственном, кто достоин сочетться с ней брком». Елизвет при этом был прекрсно осведомлен, что герцог — убежденный ктолик и едв ли придется ко двору в Англии, кроме того, он нмеревлся жениться н принцессе Клевской и весьм прохлдно относился кк к плнм мтери женить его н нгличнке, тк и к смой невесте, о которой он, по его словм, слышл, будто «он не только стр, но у нее еще и больня ног».

Ни один из потенцильных супругов не был искренне зинтересовн в этом брке, но см процесс переговоров, в ходе которого Англия и Фрнция учились лучше понимть друг друг, был вжнее результт. Елизвет по обыкновению жемнничл: «Я пожиля женщин, и мне было бы неловко говорить о муже, если бы это не деллось рди нследник. В прошлом з мной ухживл кое-кто, кто скорее хотел жениться н королевстве, чем н королеве, кк чсто случется с великими, которые вступют в брк, не видя друг друг». Поэтому, нмекл он послм, ей хотелось бы прежде увидеть претендент. Это привносило в политическую сделку личностную нотку и создвло впечтление, что он все-тки нмеревется выйти змуж и ей небезрзлично, кк выглядит будущий супруг. Отзывы, кстти, были весьм рзочровывющими: молодой человек не блистл ни внешностью, ни иными достоинствми. Венецинский посол ттестовл его кк человек, «полностью подчиненного слдострстию, нтертого прфюмерией и духми. Он носит н пльцх дв ряд колец и серьги в ушх… Он очровывет и обольщет женщин, не жлея для них смых дорогих укршений…». Но Елизвет не придвл знчения подобным вещм и позволял себе посмеивться нд сомнительной фрнцузской нрвственностью, покзывя, что это ее не слишком тревожит. Когд Л Мот Фенелон, кк зезжий коммивояжер, реклмирующий зведомо недоброкчественный товр, нпыщенно зявил, что тот, кто ищет счстья в брке и ждет верности и постоянств от муж-консорт, должен обртиться к принцм из дом Влу, королев немедленно отприровл двумя знменитыми именми их любовниц — Детмп и Влентину. Рзниц в возрсте жених и невесты вызывл сомнения, но тоже не был глвным препятствием. Зня свою госпожу, Лейстер н ее змечние: «Но он всегд будет моложе меня!» — с усмешкой ответил: «Тем лучше для вс!» Тем не менее этот щекотливый вопрос муссировлся при дворе, что не двло покоя той, которя жждл обожния и восхищения своей крсотой и вечной молодостью тем сильнее, чем быстрее они покидли ее. Однжды Елизвет поствил себя в неловкое положение, спросив у своей подруги леди Кобэм ее мнение о возможном брке. Т прямолинейно ответил, что «те брки удчнее, где пртнеры одного возрст или около того, не те, где между ними большя рзниц в летх». Это уязвило королеву. «Чушь, — бросил он, — между нми всего кких-то десять лет рзницы!» Он ошиблсь еще ровно н десять лет. Но этот всплеск негодовния был вызвн скорее нежелнием стреющей женщины признть свой истинный возрст, чем зботой о том, кк зполучить Анжуйц.

Глвным препятствием были его стойкя неприязнь к протестнтизму и уступк, которой фрнцузы требовли для него в религиозной сфере, — прво открыто исповедовть свою веру с соблюдением всех необходимых публичных церемоний. Английскя сторон считл возврщение «ппистских» обрядов совершенно неприемлемым, и переговоры зстопорились. Нпрсно Ектерин Медичи и стрший брт убеждли герцог в прелестях брк с той, кого Крл IX нзывл «смой прекрсной женщиной в мире». В другое ухо Гизы и происпнскя пртия ншептывли ему обртное. Нпрсно Крл и королев-мть подкупли Лейстер, чтобы он склонил свою госпожу допустить ктолическую мессу при ее дворе. С чисто фрнцузской непосредственностью ему з это предлгли устроить его брк с принцессой Клевской, от которой Анжу пришлось бы откзться в случе успех в Англии, или дже утешиться с последней очровтельной любовницей герцог — мдемузель де Штонеф, всерьез полгя, что ткой обмен дмми сердц между двумя мужчинми не только возможен, но и спрведлив. Тем не менее из этого ничего не получилось. Усиление ктолической рекции во Фрнции все больше волновло нглийских протестнтов, и, когд переговоры о брке их королевы с Анжу прервлись, чтобы больше не возобновиться, Англия возликовл.

Несмотря н отсутствие ощутимого результт, две женщины — королев-мть и «королев-девственниц» — не считли время потерянным зря. В преле 1572 год Фрнция и Англия подписли в Блу договор об оборонительном союзе и взимопомощи; Фрнция, кроме того, откзывл отныне в поддержке Мрии Стюрт и признвл status quo в Шотлндии. Обе королевы умели извлекть выгоду дже из неопрвдвшихся ндежд.

Во втором рунде Ектерин поствил н своего млдшего сын, герцог Алнсонского, и пртия возобновилсь, зтянувшись н целых десять лет. Несмотря н то что рзниц в возрсте между ними был еще более пугющей, Елизвет, кк всегд, кокетничл и требовл детльного отчет о внешности нового претендент, который, кк он слышл, недвно перенес оспу. Ей донесли буквльно о кждой щербинке, подмеченной нглийскими дипломтми: где они рсположены, ккой глубины, не деформируют ли нос и нсколько обезобрживют лицо. Отзывы были скорее обндеживющими: оспины подживли, и у юнц уже нчинл пробивться бород, обещвшя скрыть их. Он окзлся недурен собой, имел мужественные повдки и, кк покзло время, был чертовски хитер. В срвнении с бртом Алнсон имел дв преимуществ. Во-первых, он зигрывл с протестнтми у себя дом и был готов принять любые условия в отношении религии, во-вторых, горел желнием добиться руки стреющей нглийской леди. Кк третий млдший сын в королевской семье, он имел лишь призрчные ндежды н фрнцузский престол, поэтому нходил, что нглийскя корон и Лондон «стоят обедни».

Молодой человек нчл весьм нпористо. В нчле 1572 год в Лондон прибыл его посол Л Моль — глнтный и обворожительный, осыпвший Елизвету учтивыми комплиментми и окруживший ее изыскнными ухживниями, которые должны были служить лишь прелюдией к ромну с его господином. Фрнцуз совершл мссу тонко рссчитнных куртузных глупостей, которые тк льстили королеве, выпршивл и похищл для Алнсон ее перчтки и подвязки, чтобы герцог нслдился этими мленькими интимными трофеями. Он блгосклонно принимл пылкие письм своего молодого поклонник с изъявлениями жгучей стрсти, не обольщясь, рзумеется, н счет их искренности. Но ей всегд нрвилось иметь дело с теми, кто знл првил игры и умел нходить нужные слов. Ей впервые достлся достойный пртнер для брчных интриг. Через Л-Мнш летели все более нежные приветы. Они и впрвду могли стть неплохой прой, эти дв хитрец.

Их ромн в письмх прервли стршные события во Фрнции, где в ночь нкнуне прздник святого Врфоломея ктолики учинили резню гугенотов. Протестнтский мир содрогнулся. Среди нгличн, окзвшихся во время этой кроввой дрмы в Приже, был молодой Филипп Сидни — племянник Лейстер, в будущем один из лучших нглийских поэтов. Он, кк и другие нглийские дипломты, к счстью, не пострдвшие, вынес из этого кошмр стойкую неприязнь к првящему дому вероломных Влу, которых не без основний обвиняли в потворстве убийцм. Гнев и ужс дипломтов рзделял вся Англия.

Королев Елизвет, безусловно, кк и все, порження происшедшим, несколько дней не допускл до себя фрнцузского посл с опрвдниями Крл IX. Он тем не менее не торопилсь рзрывть с тким трудом достигнутый союз с Фрнцией. О брке с Алнсоном в этих обстоятельствх, рзумеется, не могло быть и речи, но н остльное он зкрыл глз, приняв формльную версию событий, предложенную Ектериной и Крлом. Если бы можно было взвесить ткие неуловимые вещи, кк пргмтизм и лицемерие обеих королев, чши весов, без сомнения, урвнялись бы. Чтобы поддержть нгло-фрнцузский союз, нходившийся под угрозой, Елизвет соглсилсь стть крестной мтерью новорожденной дочери фрнцузского короля, и грф Вустер отпрвили через Л-Мнш с богтыми подркми. Дры, впрочем, не попли по нзнчению: в проливе корбль огрбили пирты — слбое, но все же утешение для непримиримых нглийских протестнтов.

«Ромн» с Алнсоном, однко, не оборвлся н этой дрмтической стрнице фрнцузской истории. После Врфоломеевской ночи он впл в немилость у Крл IX и мтери з связи с гугенотми, и именно зступничество Елизветы, нмекнувшей Ектерине Медичи, что он все еще рздумывет нд его предложением и не может выйти з узник в кндлх, вызволило Алнсон из-под рест. Однко прошло целых шесть лет, прежде чем эт пр вновь ощутил прилив «любви» и потребность в общении друг с другом. Причиной этого стли события в Нидерлндх, что укзывло н небескорыстную природу их взимной привязнности.

Алнсон, который всегд был ктивным внтюристом, вмешлся в политическую борьбу в этой стрне. Пок Филипп II боролся с повстнцми и их лидером Вильгельмом Орнским, он попытлся отхвтить кусочек Южных Нидерлндов и скроить из ближйших к Фрнции провинций герцогство. Для этого ему требовлись союзники и деньги. Елизвет предпочл бы скорее рсстться с деньгми, чем допустить бесконтрольное усиление фрнцузского влияния в Нидерлндх, и, чтобы удлить герцог оттуд, ей пришлось приблизить его к себе.

С лет 1578 год к ней зчстили фрнцузские послы. Их принимли с большой помпой и провожли обндеженными. Английский двор нсторожился, особенно взволновлись убежденные протестнты и фвориты — Лейстер, Кристофер Хэттон, молодой грф Оксфорд. Им не хотелось верить, что королев может вновь вернуться к идее фрнцузского брк. Встревоженный Лейстер писл: «Никто не знет, что и скзть; он еще не поделилсь ни с кем, по крйней мере со мной и, нсколько я зню, ни с кем другим».

У нглийских фворитов появился в это время очень сильный противник — посол Алнсон Симьер, внешне веселый, глнтный и збвный (з что зслужил от королевы прозвище Обезьян), но достточно серьезный человек, чтобы бестрепетно отрвить собственного брт (в буквльном, не фигурльном смысле). Он привез от Алнсон письм любви и продолжил струю игру с похищением подвязок сорокшестилетней королевы, при этом Симьер вел себя тк вольно, что и см вполне мог вызвть ревность нглийских придворных. В честь фрнцузов королев дл бл с весьм многознчительным предствлением: шестеро влюбленных квлеров осждли своих прекрсных дм, и их усилия увенчивлись полной победой. Кжется, впервые в придворных ллегорических действх, всегд нсыщенных политическим смыслом, в присутствии Елизветы Любовь одержл верх нд Девственной Чистотой и Скромностью. Лейстер был нстолько удручен демонстртивной рсположенностью королевы к брку с Алнсоном, что обвинял Симьер в колдовстве и применении приворотных зелий. Ему конечно же не преминули передть, кк Елизвет ответил одной из его гентов-фрейлин, осмелившейся нпомнить госудрыне о ее прежней сердечной дружбе с Лейстером: «Неужели вы полгете, что я нстолько збуду себя и свое королевское достоинство, что моего слугу, которого я см возвысил, предпочту в кчестве муж величйшему принцу в христинском мире?» Несмотря н то что Тйный совет всячески отговривл королеву от брк с фрнцузом и к тому же ктоликом, он договорилсь с Симьером о приезде Алнсон инкогнито в Англию н смотрины.

Успешные хлопоты фрнцузского посл стоили ему двух покушений н его жизнь, устроенных, по всей вероятности, Лейстером, который исчерпл другие ргументы. Кжется, впервые нмерения Елизветы испугли его, и он принял ее брчные плны всерьез. Грф не мог смириться с мыслью, что в один прекрсный момент он нвсегд потеряет королеву, в глзх всего свет — его возлюбленную (относительно того, тк ли это было н смом деле, и у современников, и у историков всегд оствлись сомнения). Но ревнивые муки грф были не более чем тщеслвием, ибо он уже двно не пользовлся ее прежним безгрничным рсположением и, более того, тйно женился н Летиции Ноллис, дочери Фрэнсис Ноллис — его коллеги по Тйному совету. Тем не менее, видя успехи Симьер, Лейстер изобрзил безутешного покинутого возлюбленного, слег в постель, и королев, кк обычно, поспешил к больному. В этот момент Обезьян — Симьер ннес ответный удр. Фрнцуз обошелся без немных убийц, он просто рскрыл королеве стршную тйну Лейстер.

Увядющя женщин был сржен известием о том, что ее Робин, стря любовь и стрый друг, в чью преднность он безрздельно верил, сознтельно обмнывл ее. Для королевы не были секретом его прежние интрижки с придворными дмми и дже то, что одн из них, леди Шеффилд, родил от него ребенк. Если бы он пришел к ней и объявил о своем нмерении жениться, он бы обрушил н его голову громы и молнии, возможно, посдил бы н время в Туэр, но потом обязтельно простил бы, кк всегд прощл своего Медведя. Но он млодушно скрывл свой брк, чтобы не лишиться почестей и денег, конечно же денег! Более того, нслждясь семейной жизнью, он препятствовл тем не менее ее змужеству. Королев был вне себя. Лейстер отпрвили под домшний рест (хотя первя мысль Елизветы все же был о Туэре). Летиции Ноллис откзли от двор. У обиженного грф имелся свой счет к Елизвете, он писл: «Я потртил и молодость, и свободу, и все мое состояние н нее…» Но не неверность, его млодушня ложь перечеркнули все это в глзх королевы. Прошло немло времени, прежде чем он простил его.

Пок же это неожиднное потрясение подтолкнуло ее в объятия Алнсон. Он прибыл в Англию н смотрины летом 1579 год, нименее щепетильный из ее поклонников, готовый н все рди короны и денег; ей же было угодно нзывть его «смым постоянным и преднным». Алнсон провел в Гринвиче две недели среди блов и рзвлечений. Весь двор, включя дипломтов, делл вид, что не узнет тинственного гостя королевы. Он шутливо нзывл герцог своим Лягушонком, но ни от кого не укрылось, что он произвел н Елизвету блгоприятное впечтление и, кк принц-лягушонок в скзке, мог в один прекрсный миг превртиться в их короля. В знк своей любви перед рсствнием он преподнес Елизвете подрок, свидетельствующий о его чувстве юмор и изрядной смоиронии, которые он тк ценил: золотой цветок, в сердцевине которого сидел зеленый лягушонок со спрятнным внутри минитюрным портретом смого герцог.

Потерявшей веру в друзей и прежних поклонников, утртившей душевное рвновесие, Елизвете порой всерьез кзлось, что их брк с Алнсоном может состояться и принести ей если не счстье, то хотя бы ккое-то удовлетворение. Он умел ухживть и всегд кзлся женщинм привлектельным. Королев по-прежнему не был влюблен в него. Рздумывя о брке, Елизвет терзлсь мучительными сомнениями, сможет ли он в столь зрелом возрсте родить ребенк, рди которого и зтевлся весь этот фрс. Фрейлины, подстрекемые Лейстером, пугли ее опсностью родов в ее годы; доктор, приглшенные Сесилом, который одобрял брк, дружно убеждли, что у нее прекрсные шнсы стть мтерью. Слухи о том, что Елизвет неспособн к деторождению, ползли з ней, кк шлейф, всю жизнь, с смой молодости, хотя придворные врчи всегд энергично опровергли их. Возникновение этих слухов, по-видимому, следует приписть бесплодным попыткм досужих умов нйти доступное им объяснение ее стрнной приверженности девичеству. В 1579 году, подытожив мнения докторов, Уильям Сесил, лорд Берли, писл: «Ее физическое строение не имеет тких недосттков, кк слишком мленькие или слишком большие рзмеры, болезни или отсутствие естественных функций в той сфере, которя относится к способности иметь детей, нпротив (и это вжно), по мнению врчей, знющих ее состояние в этой облсти, и женщин, лучше всего знкомых с оргнизмом Ее Величеств, следует укзть н ее способность иметь детей дже сейчс».

К весне 1579 год Елизвет н время утвердилсь в мысли, что хочет немедленно выйти змуж и иметь детей. Но кк порзительно изменилось з это время отношение подднных к ее брку! Взгляды тех, кто прежде умолял ее выйти змуж з кого угодно — ктолик ли, протестнт ли, тех, кто был готов подчиниться любому ее выбору, терпя от нее выговоры и выволочки з стремление видеть в ней обыкновенную женщину, рзительно переменились. Быстрое «политическое смообрзовние» нции з последнее десятилетие не позволяло им смириться с госудрем-ктоликом, д еще фрнцузом из клн убийц, устроивших резню в ночь святого Врфоломея. Привыкшие к риторике своей королевы, которя тк чсто уверял их, что блго подднных — глвня ее цель, они хотели, чтобы теперь он поступил в соответствии с их интересми, не ее личными плнми. Ее кпризное дитя, ее любимый нрод, потребовло жертвы именно в тот момент, когд поддержк нужн был ей смой. К ней взывли все — советники, ристокрты, духовенство, простонродье, с трогтельным единодушием ополчившиеся против фрнцуз. Не стршсь неминуемой оплы, Филипп Сидни писл королеве, что ткой консорт, кк Алнсон, «сильно уменьшит любовь, которую истинные верующие тк долго к ней питли». Молодой поэт сумел нйти сильные и убедительные слов, взывя к госудрыне. Говорили, что Елизвет плкл, читя послние блгородного юноши. Он не нкзл его з дерзкие советы, но дл понять, что н время не желет видеть его при дворе, и, к счстью для себя и нглийской литертуры, он удлился в деревню писть сонеты. С другими доброжелтелями королев обошлсь более сурово.

Некий Джон Стэббс, убежденный протестнт, нписл трктт против фрнцузского брк Елизветы, нзывл Алнсон воплощением ветхозветного Дьявол, который в обрзе змеи искушет непорочную Еву Англии, Антихристом, посягнувшим н корону и здумвшим погубить «короновнную нимфу». В тех же выржениях зпричитли с кфедр и протестнтские проповедники. Но нежня «нимф» вдруг обернулсь рзъяренной львицей. Он метлсь, не в силх принять решение, и в рздржении рздвл удры нпрво и нлево. Стэббс, его издтель и печтник были схвчены и приговорены к отсечению првой руки. Королев помиловл лишь печтник. Двое других верных подднных лишились рук при большом стечении нрод, что не прибвило симптий к фрнцузм. Один из стрдльцев прокричл: «Боже, хрни королеву!», второй — подняв нд собой окроввленный обрубок, скзл просто: «Здесь я оствил руку истинного нгличнин».

Никогд еще королев не пребывл в столь мрчном рсположении дух. Он не могл не слышть «глс нрод» и не решлсь перешгнуть через собственные сомнения. Не зня, н ком сорвть гнев, он нгрждл оплеухми своих фрейлин.

Нконец Елизвет решил оствить окончтельный приговор н усмотрение Тйного совет. Госудрственные мужи зседли при зкрытых дверях без секретрей триндцть чсов подряд. По окончнии долгих дебтов пятеро из них во глве с Берли выскзлись з брк, семеро, включя Лейстер и Хэттон, — против. Подобный перевес голосов не выглядел убедительным в тком вжном деле. Тогд мудрые советники пришли к соломонову решению — послть к королеве депутцию, чтобы спросить ее, к чему он см склоняется, ибо без этого они не могли вынести свой вердикт. Измучення Елизвет менее всего ожидл подобного поворот. Ей тк хотелось, чтобы кто-нибудь снял бремя с ее души, приняв ответственность н себя… Он нстолько рсстроилсь, что внезпно злилсь слезми, и грфы Лейстер, Сссекс и Линкольн были вынуждены выслушивть бессвязные слов о том, что он хочет во имя Божьего дел, «ее нрод и госудрств вынести брк и короновть свое дитя», сопровождвшиеся всхлипывниями. Советники, смущенные этой сценой и видом госудрыни, которую им никогд не доводилось зствть в тком состоянии, тут же соглсились н брк, «если ей этого тк хочется». Но Елизвет уже взял себя в руки и не соглсилсь н ткую постновку вопрос: ей нужно было объективное мнение о целесообрзности ткого шг для стрны, совет и, не в последнюю очередь, избвление от единоличной ответственности з решение.

Переговоры и вырботк условий брчной сделки тем временем продолжлись. Королев, опрвившись от нервного срыв, снов взял нити игры в свои руки и еще дв год то отдлял Лягушонк, то обндеживл его в звисимости от политической ситуции н континенте. Алнсон, чья любовь был «бессмертн», кк и его долги, ткя ситуция вполне устривл: еще не добившись руки своей дмы, он щедро получл от нее деньги для своей феры в Нидерлндх.

Когд в 1582 году фрнцузскя делегция прибыл, чтобы вырботть окончтельные условия договор, ее приняли со всем возможным почетом, рзвлекя необыкновенно пышными зрелищми, однко действо, которое венчло прздники и рыцрские турниры, покзлось фрнцузм исполненным угрожющего для их миссии смысл. Оно предствляло собой ллегорический змок Совершенной Крсоты, который осждло Желние; плили пушки, фонтны извергли духи, осждющие збрсывли крепость букетми цветов, но все усилия Желния окзлись бесплодными. С небес к ним обртился Ангел: «Рыцри, если бы вы понимли, что делете, осждя смо Солнце, вы увидели бы, что рзрушете общее блго рди личной выгоды… Хотите ли вы покорить Солнце?.. Мы хотим нслждться его светом — вы желете его зтмения». Доблесть и Девственность н этот рз победили. Фрнцузы уходили с предствления в здумчивости.

Но к чему же тогд были все эти блы, пиры и турниры, тянувшиеся целых дв месяц, сооружение специльных бнкетных злов, бессчетные дры послм, тонны поглощенной еды? Елизвет, не скупясь, плтил эту цену з дружеские отношения с Фрнцией, демонстрируя которые, он сдерживл Испнию с ее опсными плнми. Движение, переговорный процесс были для нее всем, достижения конечной же цели — брк — следовло тщтельно избегть. В кчестве утешительного приз терпеливому Алнсону н этот рз послли 30 тысяч фунтов стерлингов для его рмии в Нидерлндх. Любой другой претендент уже двно оствил бы эту игру, но не герцог: его вполне устривл сттус нреченного нглийской королевы, который придвл ему политический вес, не говоря уже об нглийских деньгх.

Их последняя встреч был рзыгрн Елизветой столь убедительно, что трудно было усомниться в ее нмерении нконец-то выйти змуж. Во время второго визит Алнсон в Англию он принимл его с ткими знкми рсположения, что Кристофер Хэттон бледнел и лил слезы, у Лейстер сжимлись кулки. Королев лично следил з тем, кк обствлялись покои для герцог и кк ему стелили постель. Чтобы у ее подднных сложилось выгодное впечтление о ее Лягушонке, он повел его н протестнтское богослужение в собор Святого Пвл. После того кк Алнсон выстоял службу, он прилюдно поцеловл его под сводми собор. 17 ноября, в день ее восшествия н престол, Елизвет с глереи дворц Уйтхолл объявил фрнцузским послм и двору, что возьмет герцог Алнсон в мужья, и позволил фрнцузм известить об этом их короля. После этого он поцеловл рдостного жених в губы, и они обменялись кольцми. Это было тк похоже н нстоящий финл ее вечной игры, что Лейстер в бешенстве позволил себе осведомиться, все ли еще он девственниц.

Но и фвориты, и окрыленный претендент ошиблись: это был еще не конец. Н следующее утро он вдруг зявил Алнсону, что провел бессонную ночь и, если ткие муки еще когд-нибудь повторятся, он может умереть. Всю ночь нпролет фрейлины плкли и умоляли ее не подвергть свое здоровье опсности родов и остться незмужней, он терзлсь сомнениями. Он не может принести блго стрны в жертву своему личному счстью. Они должны дождться более блгоприятного момент. Философски нстроенный жених, уже неплохо изучивший свою пртнершу, не возржл. Глвное, что в глзх Европы он — по-прежнему ее нреченный, его честь не оскорблен откзом. Лягушонок прогостил в Англии еще дв месяц, ожидя перемены в нстроении Елизветы, но не дождлся и отбыл. Он проводил его до смого Кентербери, проливя вымученные слезы и зверяя, что будет ждть его возврщения. 10 тысяч фунтов стерлингов должны были помочь герцогу пережить рзлуку. Он нпрвился в Нидерлнды, куд з ним последовло секретное письмо его «безутешной невесты» к Вильгельму Орнскому с просьбой удерживть тм герцог кк можно дольше, чтобы тот больше не возврщлся в Англию.

Елизвет вновь обрел себя и свое скептическое отношение к мужчинм, окружвшим ее. Он мстительно повелел Лейстеру учствовть в проводх ее Лягушонк. Несмотря н просьбы избвить его от этой пытки, королев не откзл себе в удовольствии зствить грф окзть все должные почести тому, «кого он любил больше всех н свете». Но в конечном счете Белый Медведь добился своего — Лягушонок больше не появлялся в Англии. Грф Сссекс, сторонник фрнцузского брк, нбросился н Лейстер с обвинениями и с кулкми, когд стло ясно, что королев не выйдет змуж, и лорду Берли пришлось рзнимть сиятельных дрчунов.

Рспрощвшись с Алнсоном, Елизвет простилсь и с последней возможностью переменить свою судьбу — уйти из героинь в детскую, зрыться в кружев у колыбели. Он впл в мелнхолию и писл грустные стихи. Но не отъезд жених оплкивл стреющя женщин — он по-прежнему был к ее услугм, очередную жертву, которую принесл своему призвнию быть королевой. Когд в 1584 году герцог зболел лихордкой и умер, он, кк его официльня нречення, нписл Ектерине Медичи: «Хотя Вы — мть, Вше горе не может превзойти мое. У Вс есть другой сын, я же не нхожу иного утешения, кроме смерти, которя, ндеюсь, скоро позволит мне воссоединиться с ним».

Но ей было суждено нмного пережить своего молодого жених. И дел не позволили ей долго рзмышлять о смерти.

Английскя молочниц для «голлндской коровы»

Среди стирических криктур, которые появились в середине 70-х годов и пользовлись популярностью в течение всех 80-х, был один ллегорический сюжет: тучня коров, символизироввшя Нидерлнды, в окружении европейских политических деятелей — Филипп II оседлл ее и бьет шпорми, от чего бок коровы кровоточт, Вильгельм Орнский держит ее з рог, герцог Альб доит, герцог Анжуйский тянет з хвост, королев Англии кормит корову сеном. Сюжет воспроизводился много рз, н кртине появлялись новые персонжи — Альбу сменил Рекезенс, Анжуйц — Алнсон. И только Елизвет все кормил и кормил «голлндскую корову»…

Королев Англии не любил мятежников, дже если они были бртьями по вере. Когд Нидерлнды восстли против влсти испнцев, он допустил н свой остров эмигрнтов-кльвинистов, но совсем не собирлсь ввязывться в открытый конфликт н их стороне. В постреформционной Европе было обычной прктикой, когд монрх определял вероисповедние своих подднных, — тк было в гермнских княжествх, тк было в Англии при ее отце. И Елизвет в принципе не видел основний откзывть Филиппу в прве нсждть в Нидерлндх ктолицизм. Лидер повстнцев Вильгельм Орнского он официльно нзвл в 1575 году бунтовщиком. В нчле 70-х годов, чтобы не обострять отношений с Филиппом, королев изгнл из своих портов эмигрнтов-гёзов, которые пиртствовли в проливх и нпдли н испнские корбли. Эффект получился обртным желемому. Гёзы де л Мрк в поискх нового пристнищ зхвтили Брилль, нчв тем смым новый этп восстния.

Однко по мере того кк Нидерлнды нводнял испнский экспедиционный корпус, Фрнция все ктивнее интриговл в регионе, Елизвет не могл оствться в стороне. Проблем зключлсь в том, кким должно стть нглийское присутствие в Нидерлндх. Осторожня королев предпочл для себя роль посредницы между восствшими провинциями и Филиппом И. Ее иделом было сохрнение Нидерлндов под влстью Испнии, но с грнтией больших вольностей и привилегий, ближйшей же политической целью — вывод испнских войск с север Европы. Излишне говорить, что эт умерення позиция не встречл понимния ни у восствших кльвинистов, ни у нглийских протестнтов, ни дже у ее собственных министров.

В 1573 году умудренный опытом лорд Берли оствил пост госудрственного секретря, чтобы стть лордом — хрнителем печти. Новым секретрем был нзнчен энергичный Фрэнсис Уолсингем, двший нглийской внешней политике новое дыхние, но то было дыхние религиозного зилот: сэр Фрэнсис был ярым протестнтом. Королеве приходилось выдерживть постоянное двление со стороны не только общественного мнения, но и ее Тйного совет, где преоблдл линия Уолсингем, поддерживемя Лейстером, Ноллисом, Мйлдмэем и другими. Они требовли немедленно помочь Нидерлндм деньгми и людьми.

Королев не любил тртить деньги. Еще больше он не любил воевть. Компромисс, впрочем, был нйден: помощь кльвинистм окзывлсь тйно, отряд нглийских волонтеров Хэмфри Гилберт отпрвился сржться в Нидерлнды якобы без снкции королевы. Н деле они имели инструкции знять порт Флиссинген и контролировть этот стртегически вжный для Англии пункт, не допускя туд ни голлндцев, ни испнцев, ни фрнцузов.

Елизвет был мстером необъявленных войн. Кк ни стрнно, и Филипп II, и герцог Альб были почти блгодрны ей з ее лицемерие. Они, рзумеется, превосходно знли, откуд у повстнцев оружие и деньги и кто поощрял морских гёзов, но, учитывя врждебную позицию Фрнции, худой мир был для них лучше войны одновременно н нескольких фронтх. Герцог Альб писл своему королю: «Есть большя рзниц между змскировнными и открытыми военными действиями» — и предпочитл не обрщть внимния н нглийских «волонтеров». Status quo сохрнялся и между Елизветой и преемником Альбы в кчестве губернтор Нидерлндов Рекезенсом. Тем не менее Англия все больше увязл в интригх с местными кльвинистми.

В 1576 году северные провинции Нидерлндов официльно провозглсили свою незвисимость, Вильгельм Орнского — своим стт-худером. Он немедленно обртился к Елизвете з деньгми и дипломтической поддержкой. Английскя королев потребовл от Филипп II признть незвисимость Голлндии, Зелндии и других союзных им провинций, угрожя в противном случе прямой поддержкой восствших. Переговоры еще шли, нглийскя помощь последним уже поступил в виде 20 тысяч фунтов стерлингов. Вскоре последовл новый стотысячный нглийский зем для Нидерлндов. Сено для «голлндской коровы» нчинло обходиться слишком дорого.

И все же рсходы были не нпрсны, ибо в 1576 году в Нидерлнды прибыл человек, который едв не осуществил вторжение оттуд в Англию, чего тк опслись королев и ее протестнтские подднные. Это был Дон Хун Австрийский — незконнорожденный брт Филипп II, облдвший репутцией великого полководц и ромнтического героя, зщитник истинной ктолической церкви от неверных. Он полгл, что, сменив нерешительного Рекезенс, легко усмирит Нидерлнды, но н этом его мбициозные плны не зкнчивлись. Всего в нескольких десяткх миль от него, з проливом, томилсь в зключении у протестнтов королев Мрия Стюрт. Честолюбивый бстрд был готов бросить н ее вызволение нходившуюся под его нчлом испнскую рмию, зтем, предложив руку и сердце, стть королем срзу и Англии и Шотлндии.

См идея вторжения в Англию постепенно получил в испнских политических кругх нзвние «Предприятие». Король Филипп одобрял его теоретически, но не предполгл никких прктических шгов до звершения смут в Нидерлндх. В этих условиях нглийскя помощь восствшим стновилсь уже делом смосохрнения, тем более что Гизы обещли Дону Хуну поддержку и со своей стороны. Пресловутые скупость и нерешительность Елизветы в мгновение ок улетучились. Он сделл огромный зем у бнкиров под злог собственных бриллинтов (редкое смопожертвовние для женщины!), чтобы звербовть н эти деньги немецких и швейцрских немников для кльвинистов, и совместно с гермнскими княжествми стл спешно сколчивть Протестнтскую лигу. Поскольку никто из политических деятелей этих небольших госудрств не мог претендовть н роль рельного лидер, ее, женщину, вскоре провозглсили «протестнтским ппой».

Денежня инъекция Вильгельму Орнскому сослужил добрую службу. Дел Дон Хун в Нидерлндх шли все хуже, репутция великого полководц тял н глзх, в 1578 году он умер от лихордки. Елизвете необыкновенно везло н внезпные смерти ее опсных противников. «Предприятие» окзлось отсроченным н десять лет.

Тем не менее тучи нд Англией постепенно сгущлись. Преемник Дон Хун герцог Прм окзлся тлнтливым политиком и удчливым полководцем и скоро достиг в Нидерлндх знчительных успехов, снов превртив эту стрну в плцдрм для возможной грессии.

Пок король Испнии рздумывл нд «Предприятием», менее терпеливый пп римский нчл собственную войну против Елизветы. В 1578 году он снрядил две экспедиции с целью поднять мятеж в Англии, бзой для которого должн был стть ктолическя Ирлндия. В обоих случях это были лишь незнчительные горстки людей, не способные звоевть Англию, но предполглось, что их высдк вызовет мссовое восстние ктоликов. Крестовый поход ппы безндежно провлился, но он продолжл рботть нд сколчивнием Священной лиги против еретички — королевы Англии. Пок потенцильные союзники нходились в нерешительности, глв ктолической церкви вернулся к привычным средствм борьбы — он блгословил иезуитов и их питомцев н убийство Елизветы: «Поскольку эт греховня женщин из Англии упрвляет двумя столь слвными королевствми в христинском мире к большому ущербу для ктолической веры и к потере многих миллионов душ, нет сомнения, что, кто бы ни отпрвил ее из этого мир с блгочестивыми нмерениями сослужить службу Господу, он не только не совершит грех, но это будет поствлено ему в зслугу». Его призыв был услышн фнтикми, и в нчле 80-х годов десятки их устремились в Англию, чтобы проповедовть тм среди крипто-ктоликов или смолично зслужить мученический венец, убив королеву. Двор и стрну постоянно будоржили слухи о том, что тут или тм схвчен либо ктолический священник, либо подстрекемый иезуитми юнец, либо ирлндец, нмереввшиеся, проникнув во дворец, зстрелить Елизвету или зколоть ее отрвленным кинжлом во время прогулки. Никогд еще угроз ее жизни не был столь рельной, кк в эти годы.

Протестнты требовли суровых мер против ктоликов. Тйный совет ужесточил отношение к ним, увеличил штрф з откз посещть протестнтскую службу и подверг всех ктоликов принудительной регистрции. Ниболее бдительные требовли зпретить ктоликм носить оружие и удлить их от двор. Королев же по-прежнему пренебрегл мерми безопсности. Лейстер писл Уолсингему: «Ничто тк не огорчительно для меня, кк видеть, что Ее Величество верит, будто увеличение числ ппистов в ее королевстве может быть неопсным для нее». Его опсения были не нпрсны: в 1582 году н одного из лидеров европейского протестнтизм, Вильгельм Орнского, было совершено покушение, принц был тяжело рнен немным убийцей, но выжил. Однко повторня попытк удлсь — в июне 1584 год Вильгельм Орнский был убит. Очередь был з Елизветой.

В середине 80-х годов неизвестный художник нписл портрет королевы, который ныне хрнится в личной коллекции Елизветы II. Он лишен прдности, скорее кмерен. Вместо трибутов влсти королев сжимет по-прежнему тонкими прекрсными пльцми веер из струсовых перьев. Ее лицо порзительно печльно. Скорбные морщинки пролегли у губ, крсивые веки резко очерчены, крие глз глубоко зпли — и в них невырзимя тоск.

Конец Мрии Стюрт: совсем не женскя история

Смерть ходил в двух шгх от Елизветы. Лицо ее было трудно рспознть в толпе. Кто это будет — стрый священник, которому уже нечего терять в этой жизни, крепкий немник-профессионл или ромнтический юнец? Но у смерти всегд было одно имя — Мрия Стюрт. Он нмеревлсь выигрть любой ценой и водрузить н свою голову корону королевы Англии.

Прошло уже восемндцть лет с тех пор, кк Мрия вступил н нглийскую землю и остлсь здесь пленницей. Время обошлось с шотлндкой безжлостно: сороктрехлетняя, он выглядел рзвлиной по срвнению с пятидесятидвухлетней соперницей. Ее мучили рдикулит и боли в суствх, он с трудом передвиглсь, скривилсь нбок и едв могл сидеть н лошди. Лишь нд ее неуемным нрвом время было не влстно: королев без королевств по-прежнему верил, что обретет его когд-нибудь. Поскольку после зговор Ридольфи и кзни Норфолк ей зпретили переписывться с инострнными госудрями и вся корреспонденция к ней без пользы нкпливлсь во фрнцузском посольстве, он обртил свой эпистолярный пыл н Елизвету, то умоляя, то угрожя и требуя вернуть ей шотлндскую корону. З эти годы в Шотлндии вырос ее сын Яков. Воспитнный протестнтом, чрезвычйно сообрзительный молодой человек, бесконечно любивший себя, прекрсно понимл, что судьб сделл его одним из ниболее вероятных нследников нглийского престол. Добрые отношения с нглийской «тетушкой» Елизветой были для него во сто крт вжнее, чем спсение нерзумной мтери, к тому же убийцы его отц. Яков не прислушивлся к голосу крови, он никогд не видел Мрии и не питл к ней нежных чувств.

Он же свято верил, что сын вызволит ее из плен и они стнут црствовть в Шотлндии вместе. Это, по ее мнению, могло устроить Елизвету, тк кк сын-протестнт, если бы ему звещли нглийский престол, мог стть грнтом от безрссудств ктолички-мтери. Рсчет окзлся верным, и Елизвет в который рз возобновил переговоры с Шотлндией. Он по-прежнему ничего тк стрстно не желл, кк избвиться от присутствия Мрии. Но тут зупрямился Яков: он совсем не жждл возврщения мтушки и не нмеревлся делить с ней престол. Дело снов зшло в тупик, и Елизвет исчерпл последнюю возможность спсти Мрию.

Новый дилог, звязвшийся между двумя королевми, шел бсолютно врзрез с общественными нстроениями. Протестнтскя Англия имел собственное мнение о Мрии Стюрт — «змее, пригретой н груди», и прочих ктоликх — «опсных волкх и изменникх». Убийство Вильгельм Орнского стло сигнлом для мобилизции всех протестнтских сил. Хотел того королев или нет, ее собирлись зщищть от невидимых вргов всем миром, вместе с ней — и протестнтское будущее Англии. В этой нервной обстновке среди членов Тйного совет и в высших кругх дворянств зродилсь необыкновення идея: создть что-то вроде круговой поруки — «Ассоцицию» для зщиты их королевы от посягтельств ктоликов. Всему дворянству королевств предлглось подписться под документом, который глсил, что, если н королеву Елизвету будет совершено покушение в интересх кого-либо из претендентов, не только прв ткового будут ннулировны, но и он см будет немедленно кзнен «любыми доступными средствми». Это было нечто новое в политической прктике XVI век, своего род плебисцит, которым решлись вопросы жизни и смерти Божьего помзнник. Через голову смой госудрыни, судов, прлмент, то есть всех тех, кто мог зконным обрзом устнвливть порядок нследовния, нция влстно зявлял о собственных интересх. Мрии открыто грозили судом Линч з млейший волосок, который упдет с головы Елизветы. Нет смысл докзывть, что этот документ попирл все нормы прв, тк кк в случе покушения н нглийскую королеву он не оствлял шотлндке возможности опрвдться перед судом. Но нступли времен, когд не только монрхи говорили с нродом новым языком, но и нроды полгли, что имеют н это прво.

«Ассоциция» имел колоссльный успех, сотни провинцильных джентльменов ствили свои имен н подписных листх. Списки стеклись в Лондон, и оствлось только провести идею через прлмент, придв ей силу зкон.

Мрия повел себя великолепно. Он зявил, что см готов подписть петицию об «Ассоциции», сделв вид, что не понимет, против кого он нпрвлен, и всячески подчеркивя свою лояльность по отношению к Елизвете. Если бы он не кривил душой…

К этому времени рзведк Уолсингем опутл ее невидимой путиной. З фрнцузским и испнским посольствми велсь неусыпня слежк. Удлось обнружить секретный кнл переписки Мрии с фрнцузским посольством. Его оствили действовть, но все письм, тйно дресовнные Мрии, ложились снчл н стол Уолсингем. Скоро он узнл о всех хитростях, к которым прибегл шотлндк, чтобы передвть весточки из зточения, — тйнопись, симптические чернил, позволявшие писть между строк в книгх, зписки в бшмкх слуг и т. д. Переписк с фрнцузским послом был достточно невинной, но в ней содержлись нмеки н тйные связи Мрии с Испнией и ожидние скорого испнского вторжения в Англию. Худшие опсения нгличн относительно испнского «Предприятия» подтверждлись.

Зимой 1584/85 год собрлся очередной прлмент, глвной зботой которого стл безопсность королевств. Не без сопротивления Елизветы «Ассоциция» был им леглизовн с попрвкми, поствившими выношенную горячими головми зтею н почву зконности: в случе нсильственной смерти королевы никто не должен был пострдть без суд и рсследовния его рельного учстия в покушении. Депутты и королев рсстлись, испытывя смутное недовольство друг другом. Он не могл не видеть, что жесткие меры, предложенные прлментом, продиктовны любовью и зботой о ней. Но Елизвет не любил «иницитив снизу», вторгющихся в сферу королевских прерогтив. Прлментрии же не понимли ее медлительности и бездействия перед лицом явной опсности.

Нступил 1586 год, и зтянувшиеся отношения двух королев, которые не смогли ужиться н одном острове, близились к рзвязке. Мрию к тому времени перевели под усиленный ндзор в Чртли — поместье юного грф Эссекс, псынк грф Лейстер. Роковой случй послл в руки Уолсингем некоего молодого ктолик, который прибыл с континент, чтобы устновить конткт с шотлндкой. Он очень быстро сломлся н допросх и соглсился помочь контррзведке госудрственного секретря создть для Мрии новый кнл секретной переписки, нходившийся под полным контролем Уолсингем. Вскоре к ней стли непрерывным потоком поступть письм, провозимые в змок в бочонкх с пивом. Мрия поверил в то, что «пивовр» — честный ктолик, и смело отпрвлял через него письм, где свободно обсуждл плны испнского вторжения. Этого было вполне достточно, чтобы склонить общественное мнение к немедленной рспрве нд ней. Но Уолсингем прекрсно знл, что для его госудрыни этих докзтельств окжется мло. Он ждл момент, когд его добыч поглубже зглотнет нживку и уже не сможет сорвться с крючк. «Нживкой» стл небольшя групп молодых легкомысленных зговорщиков-ктоликов, вознмерившихся убить королеву Елизвету. Их лидером был Энтони Ббингтон, служивший когд-то у грф Шрусбери и лично знкомый с королевой Мрией. Ромнисты любят изобржть его влюбленным в шотлндку юным пжом. Однко молодой человек скорее был честолюбцем, чем ромнтическим героем, и побеспокоился зрнее зкзть свой портрет, дбы нвсегд зпечтлеть лик избвителя Англии от «протестнтской Иезвели». Уолсингему удлось внедрить провоктор и в этот узкий круг зговорщиков.

Летом 1586 год Ббингтон нписл Мрии Стюрт, посвятив ее в плны зговор. Шотлндк рдостно одобрил их и рзрзилсь длинным послнием с инструкциями и советми. Ей кзлось, что чс осуществить великое «Предприятие» нстл. Он доверил письмо «пивовру», не ведя о том, что отпрвил в его бочонке свой смертный приговор. В нчле вгуст Уолсингем ннес долго готовившийся удр: Ббингтон и его друзья были рестовны, несколькими днями позже, когд Мрия Стюрт под ндзором своих стржей отпрвилсь поохотиться, ее бумги опечтли, секретрей рестовли. Сму королеву перевезли в новое место зключения. «Волчицу» змнили в ловушку.

Когд првительство сделло официльное зявление о рскрытом зговоре, зтем Ббингтон и его шестерых товрищей вздернули н виселицу, сняли с нее еще живыми и четвертовли, Англия вздохнул с облегчением. Стршня опсность был отврщен. Пок подднные ликовли, возносили молитвы и прздновли избвление, првительство спешно принимло меры предосторожности против возможной ктолической интервенции: з береговой линией и морем устновили нблюдение, в грфствх вооружли ополчение. Посвященные слишком хорошо знли, что с провлом Ббингтон опсность длеко не миновл.

Судьб Мрии, которую теперь нзывл «убийцей» дже Елизвет, кзлсь предрешенной. Однко, предвидя множество проблем с судебным рсследовнием и вынесением приговор инострнной суверенной госудрыне, королев нписл ей личное послние, убеждя шотлндку искренне покяться и признться во всех грехх, з что ей обещли жизнь и возврщение в Шотлндию. Мрия, рзумеется, подозревл подвох, и не без основний, тк кк ее признние могло быть использовно против нее. В ожиднии суд ее перевезли в Норземптон в змок Фотерингей.

Трибунл соствили члены Тйного совет, тридцть шесть пэров Англии, судьи и ведущие знтоки прв. Дв дня длилсь их дискуссия с Мрией о ее подсудности их суду. В истории не было прецедент, чтобы глву одного госудрств судили з госудрственную измену монрху другого. С чисто юридической точки зрения прлментский сттут об «Ассоциции» был весьм штким основнием для ткого рзбиртельств, однко исходившя со стороны Мрии угроз для дел протестнтизм, госудрств и нционльной незвисимости Англии был столь велик, что юристы кк общего, тк и кнонического прв поступились буквой зкон рди того, что они считли духом спрведливости. Првд, это относилось только к полномочиям суд. В виновности же Мрии никто не сомневлся. Покзния Ббингтон, ее секретрей, письм — все изобличло шотлндку в том, что он был прекрсно осведомлен о плнх покушения н Елизвету и испнского вторжения. Мрия зщищл свою жизнь с истинно королевской твердостью и достоинством, но они едв ли могли перевесить уличющие ее докзтельств. Суд единоглсно признл ее виновной.

Его решение получило еще более широкую поддержку в прлменте, который собрлся 26 октября 1586 год. Нстроения прлментриев было нетрудно предскзть: они жждли крови. И их депутция без промедления отпрвилсь в королевскую резиденцию в Ричмонд просить королеву утвердить смертный приговор. Королев Елизвет вышл к ним нвстречу, погруження в глубокую здумчивость. В своей ответной речи он не срзу вспомнил о Мрии. В последние годы он и ее подднные чсто бывли не в лду, прлментрии осыпли ее упрекми, он кричл н них, выведення из себя. Теперь, кк стреющие влюбленные, которые, пережив эмоционльное потрясение и нпугнные возможностью потерять друг друг, вдруг неожиднно нходят новые нежные слов, королев и прлмент вновь обрели единство. Он зговорил о той опсности, что они преодолели вместе. Депутты были тронуты до глубины души, многие зплкли, когд он скзл: «Это чудо, что я остлсь жив, но я блгодрю Господ не столько з это, сколько з то, что з двдцть восемь лет моего првления любовь подднных ко мне не уменьшилсь… Только рди этого я хочу жить». Не только риторикой были слов этой пятидесятитрехлетней женщины о том, что «жизнь не тк мил ей, чтобы ее стрстно желть» (последние десять лет могли в кого угодно вселить taedium vitae — устлость от жизни), и что «он не испытывет ужс перед смертью» (слишком чсто он бывл в двух шгх от нее). «Я зню, что знчит быть подднным и что знчит быть монрхом, что знчит иметь хороших соседей и иногд встречть недоброжелтелей. Я встречл измену в тех, кому доверял, и видел, кк добро ни во что не ствят». Все это было чистой првдой: ее предвли и друзья, и возлюбленные, и близкие по крови. Вот и теперь речь шл о предтельстве ее кузины, но Елизвет не спешил брть в руки меч првосудия. Он выжидл.

В душе он двно решил, что живой Мрия всегд будет слишком опсн для нее, и уже был внутренне готов обречь соперницу н смерть (мло кто в Англии не поддержл бы ее решения). Но Елизвет не могл не предвидеть политических последствий этого шг. Кзнь шотлндской королевы подстегнул бы ктоликов, и крестовый поход, которого нгличне тк боялись, мог все же нчться. Кк и в случе с Норфолком, Елизвете необходимо было удостовериться, что требовние смертного приговор имеет широкую публичную поддержку, и рзделить ответственность з столь вжное решение с другими, нконец, просто убедиться, что другого выход не существует. Прлмент нстивл именно н этом. Все возможные грнтии безопсности Елизветы были обсуждены, и все кзлись недостточными, пок Мрия жив. Королев рскрыл перед депуттми существо проблемы — междунродный резоннс кзни. Что скжут в мире, ккие слухи стнут рспрострнять ее врги, «если во имя безопсности собственной персоны королев-девственниц сможет пролить кровь, более того, кровь своей родственницы»? Несмотря н нстойчивость прлмент, он все еще не решлсь скзть «д»; выржясь ее собственными словми, ее ответ н их петиции «был безответен».

И тем не менее кждый ее следующий шг был проверкой возможной рекции н кзнь. В декбре 1586 год он по просьбе прлмент рзрешил опубликовть текст судебного приговор Мрии, еще не подписнный ею. Рекция Лондон был обндеживющей: город ликовл и бил в колокол. Из Эдинбург от Яков пришло уведомление о том, что он, конечно, не желет смерти мтери, хотя его протестнтскя вер зствляет его сочувствовть Елизвете. Позднее его посол пояснил позицию своего госудря: он был не против, чтобы Мрию убрли тихо, кк бы случйно, без громких политических спектклей.

Стрсти вокруг королевы Шотлндии все нклялись. См он не верил в возможность близкой смерти и ждл скорого избвления при помощи Испнии или Фрнции. Стрну время от времени будоржили слухи о высдке испнцев н зпдном или южном побережье. То Девон, то Сссекс поднимлись по тревоге в ружье. Нконец 1 феврля 1587 год Елизвет подписл смертный приговор. Он был в неплохом рсположении дух, и это еще рз докзывет, что ее не столько тяготил морльня ответственность з пролитие крови, сколько тревожили его политические последствия. Кжется, он взвесил и просчитл все, прежде чем обмкнуть перо в чернил и вывести под приговором свою рзмшистую, энергичную подпись. Елизвет дже пошутил, обрщясь к новому секретрю Уильяму Дэвисону, змещвшему зболевшего Уолсингем: когд тот узнет, что приговор подписн, «он будет убит горем н месте». Уолсингем в это время, должно быть, молился, чтобы Господь послл его госудрыне силы подписть роковой вердикт.

Но следовло еще избрть способ лишения Мрии Стюрт жизни. Прктик XVI век подскзывл простой путь — убийство, инсценировнное кк несчстный случй, или с последующим нкзнием «виновных». Ни у кого, нчиня с Лейстер и зкнчивя Яковом Шотлндским, не было сомнений в том, что ткой путь — нилучший. Дже философски нстроенные ктолические союзники Мрии змечли, что в этой ситуции «было бы лучше отрвить ее или здушить подушкой, но не подвергть открытой кзни». Елизвет мечтл, чтобы кто-нибудь совершил это убийство, но ее верный слуг Эмис Полет, тюремщик Мрии, горячий протестнт и нбожный человек, нотрез откзлся взять грех н душу.

Поскольку политическое убийство не состоялось, оствлсь политическя кзнь. Ее нзнчили н 8 феврля 1587 год. Приговор повез в Фотерингей клерк Тйного совет Роберт Бил. Он остлся посмотреть н кзнь и зпечтлел н рисунке все происшедшее в змке в тот роковой день.

В глвном зле змк, где жрко пылл кмин, чтобы присутствующие могли унять дрожь волнения, был сооружен большой помост с плхой. Стржи было немного — всего восемь лебрдщиков, д и сдерживть им было особенно некого. Не было сочувствующей толпы, к которой Мрия могл бы воззвть перед смертью. Эшфот окружли лишь семьдесят человек — верные дворяне из местных протестнтов. Королев Мрия, одетя во все черное, с белой вулью н голове взошл н помост и, прощясь со слугми, мужественно убеждл их рдовться, тк кк «бедствия Мрии Стюрт скоро придут к долгожднному концу». Он гордо отклонил увещевния епископ Питерборо обртиться перед смертью в «истинную» веру, помолилсь и бестрепетно положил голову н плху. Когд с криком «Боже, хрни королеву!» плч поднял отсеченную голову, он внезпно выскользнул у него из рук, оствив в сжтых пльцх лишь прик. К его ногм поктилсь седя, коротко остриження голов сорокчетырехлетней королевы — той, что проигрл. Потом ее н целый чс выствили в окне змк н обозрение толпы.

Другя королев в это время доигрывл в Лондоне последний кт тргедии. Кк в свое время Крл IX и Ектерин Медичи после Врфоломеевской ночи опрвдывлись и делли вид, будто не ведли о ндвигвшейся тргедии, чтобы дть возможность европейским монрхм сохрнить дипломтические отношения с Фрнцией, тк теперь Елизвет должн был что-то предпринять, чтобы не поствить под угрозу свою «добросердечную дружбу» с Генрихом III Фрнцузским и Яковом VI Шотлндским. Кк всегд, монрхи оствляли бурные стрсти, сопереживние и гнев толпе, сми нходили общий язык в смых невероятных, с точки зрения искренних верующих, ситуциях.

Убедившись, что кзнь свершилсь, Елизвет вдруг обрушилсь с упрекми н Дэвисон, зявив, что не прикзывл ему передвть подписнный ею приговор членм Тйного совет. Он якобы еще собирлсь рздумывть нд судьбой Мрии Стюрт. Это и стло официльной версией для союзников. Кзнь кк случйность, рзновидность несчстного случя? Повидвшие н своем веку многое, соседи соглсились с объяснениями. Не вовремя подвернувшегося Дэвисон более чем н год отпрвили в Туэр, откуд зтем тихо извлекли. И он до конц своих дней получл жловнье з роль козл отпущения, которую игрл не слишком долго.

Прдоксльно, что Елизвете, тк долго служившей единственной спсительницей шотлндки, тк долго терпевшей все ее претензии и опсные интриги, теперь приходилось прибегть к фльшивым уловкм и опрвдывться з кзнь, которой ее подднные требовли от нее в течение двдцти лет. Приговор Мрии Стюрт был волеизъявлением нции, но, ккой бы широкой поддержкой ни пользовлось это решение, кков бы ни был доля учстия прлмент и суд в том, что оно было принято, морльня ответственность неизбежно ложилсь н одну Елизвету. И со временем он остлсь одн перед судом общественного мнения, смотревшим н нее с позиций другого времени и морли других эпох. Особенно усердствовли в обвинениях мнерные викторинцы. Но если бы побед достлсь не ей, королеве-ктоличке, что стло бы с протестнтской Англией? Пришлось бы тогд им, не смым блгодрным потомкм Елизветы, гордо рспевть: «Првь, Бритния, морями!»? В жертву будущему величию Бритнии были принесены кровь Мрии Стюрт и душевное спокойствие Елизветы. Пусть эти жертвы были нервноценны, но горе проигрвшему.

Победительниц «непобедимых»

Смерть несчстной королевы Шотлндии порзительно мло знчил для событий, последоввших з ее кзнью. Вторжение испнцев в Англию в 1588 году с ее именем н устх было вызвно совсем иными причинми. Великя Армд поднял прус, чтобы воздть нгличнм не з шотлндскую королеву, з «голлндскую корову» и «подпленную бороду» короля Филипп.

З дв год до кзни Мрии, в 1585 году, Англия перестл прятться з кулисми в европейском конфликте вокруг Нидерлндов и открыто выступил н сцену. После убийств Вильгельм Орнского обезглвленные кльвинистские Северные провинции прямо обртились к королеве Елизвете с предложением принять их под эгиду Англии и стть их верховной првительницей. Он, рзумеется, откзлсь, тк кк это было рвнознчно объявлению войны Филиппу. Однко сторонники решительных действий в совете требовли немедленной и более ощутимой помощи Нидерлндм. После бесконечных дебтов и борьбы с умеренными — Берли, Сссексом и смой королевой — «пртия войны» возоблдл, и было решено послть туд большую нглийскую рмию во глве с Лейстером. Войн опять обещл быть стрнной, не объявленной ни одной из сторон, с весьм скромными здчми для нглийского экспедиционного корпус: не допустить зхвт испнцми Голлндии или Зелндии, глвным обрзом их портов, что могло бы быть опсно для Англии.

Елизвет не нходил себе мест. Он не хотел отпускть от себя Лейстер, с которым в очередной рз помирилсь. Убедить ее подписть его нзнчение глвнокомндующим нглийской рмией, кзлось, положительно невозможно. Много рз он брл перо, чтобы сделть это, но тут же отшвыривл его. Нконец, в минуту смутного рсположения ее дух, Лейстер был произведен в глвнокомндующие и успел отбыть н континент, прежде чем королев передумл. Его соперники и недоброжелтели молились, чтобы он никогд не вернулся и сгинул в голлндских болотх, кк в свое время герцог Алнсон. К их рзочровнию, Медведь окзлся выносливее Лягушонк.

Более того, впервые вырввшись из жесткой узды, в которой его всегд держли дом, он воспылл честолюбивыми мечтми и, не информируя ни о чем свою повелительницу, соглсился принять предложение голлндцев стть их верховным првителем. Узнв об этом, Елизвет зрычл, кк рссвирепевшя львиц: кк мог он, ее подднный, принять почести и положение, которые предлглись его королеве, но были отвергнуты ею из сообржений госудрственной целесообрзности? Не думет ли он, что это было сделно для того, чтобы ее мбициозный протеже нвлек н Англию полчищ испнцев? Лейстер получл в своей жизни немло писем от королевы, в них были слов любви, дружеского рсположения, упреки, жлобы. Теперь это были гнев, достойный олимпийских богов, и уничтожющий сркзм: «К чему тебе нужен ум, если он подводит хозяин в смый решющий момент? Делй, что тебе… прикзно и оствь свои сообржения при себе… Я совершенно уверен в твоих верноподдннических нмерениях, но не могу потерпеть этих ребяческих действий». Лейстер прибег к испытнному средству, чтобы рзжлобить свою госпожу, — зболел. Оно и н этот рз опрвдло себя — гнев королевы утих и Лейстеру дже было позволено сохрнить злосчстное звние, чтобы не обескурживть голлндцев и не потерять лицо.

Оствлся, однко, еще один человек, которого непосредственно кслись дел Лейстер в Нидерлндх, — Филипп II. Он не был тк снисходителен, кк Елизвет, и не собирлся терпеть новоявленных првителей в землях, которые привык считть своими. Поскольку вмештельство нгличн стновилось все опснее, он и герцог Прм, губернтор Южных Нидерлндов, сочли, что выгоднее один рз потртиться н большую экспедицию против Англии, чем постоянно выносить ее укусы. Последней кплей стл очередной грбительский рейд Дрейк в 1585–1586 годх в мерикнские колонии Испнии. Англичне добывли деньги н войну в Нидерлндх в испнских рудникх! Филипп отдл прикз о подготовке к «Предприятию». Стртеги зсели з крты, плнируя будущую кмпнию. Предполглось, что мощный испнский флот нпрвится к Англии, войдет в узкие проливы между островом и континентом, встнет н якорь у голлндского берег, чтобы принять н борт рмию вторжения из числ войск Прмы в Нидерлндх, зтем ткует Англию со стороны Эссекс и Кент, тм, где в море впдет Темз — ртерия, которя приведет их к смому сердцу стрны — Лондону. Испнцы принялись готовить флот, и кзнь Мрии Стюрт ни н сутки не ускорил и не здержл его отпрвку. Все было готово к весне 1587 год.

Помешл «Предприятию» вездесущий Дрейк. Донесения нглийской рзведки об огромном испнском флоте, который с неизвестной целью собирлся в бухте Кдис, взволновли всех. Англичнм, кзлось, оствлось лишь ждть, куд он двинется, и положиться н Провидение, если влдычиц морей Испния пошлет свои глеоны против их северного остров. «Корбли — деревянные стены Англии» — тков был излюблення поговорк времен Генрих VIII и Елизветы. Едв ли, однко, эти стены смогли бы сдержть нтиск того, что испнцы не без основния окрестили Армдой. Но кк должны были измениться люди, нстроения, ккую уверенность обрели в себе морской нрод и его вечно нерешительня королев, если они осмелились не дожидться врг, тковть его первыми!

2 преля 1587 год из уже легендрного Плимут вышл нглийскя эскдр под комндовнием Дрейк. Помимо новейших дльнобойных пушек, дмирл был вооружен грмотой с личной подписью его королевы и печтью, изобржвшей ее смое. Ему предписывлось тковть испнский флот во имя «чести и безопсности Ншего королевств и его доминионов». Веселый толстяк определял свою миссию менее выспренне: «Подплить бороду испнскому королю».

Спустя несколько недель нглийский флот подошел к Кдису, в удобной бухте которого стояли н якоре лучшие глеоны испнского военного флот и десятки торговых корблей. Англичне тковли их с ходу. Внезпность и переполох, который поднялся в бухте, когд к испнским корблям устремились лодки, нчиненные взрывчткой и зжигтельными смесями, сделли свое дело. Тридцть четыре корбля сгорели или были потоплены, береговя крепость сдлсь н удивление легко. Дрейк, по обыкновению, вежливо обошелся с нселением, отдл должное местному вину и, згрузив им четыре зхвченных испнских корбля, отбыл. Впрочем, не срзу. Он еще помедлил у Азорских островов, поджидя испнский «серебряный» флот из Америки — блговоспитнный дмирл всегд оствлся в душе чуточку пиртом. Не дождвшись его, Дрейк вернулся в Плимут.

Испнцм потребовлся почти год, чтобы опрвиться и снрядить новую Армду. Он должн был стть возмездием нгличнм з все — з их протестнтизм, з пиртство, з Нидерлнды и Кдис. Рсскз о гибели Великой Армды — один из тех, что с детств зпечтлевются в пмяти кждого, нстолько силен в нем дух Истории, героический, волнующий и возвышенный. Н деле все обстояло одновременно и более прозично, и более трогтельно.

Интервенция всегд бывет некстти, но он был особенно некстти для нгличн в 1588 году. Сундуки королевы были пусты. Войн двно велсь н принципе смоокупемости, но после больших финнсовых вливний в Нидерлнды и рейд в Кдис, который принес великую победу, но и потребовл великих рсходов, новых поступлений в кзну не было. Солдт и мтросов было не н что кормить, не хвтло пороху и ядер, прибрежные город и грфств стонли под бременем всевозможных поборов и повинностей, связнных с ожидемым вторжением: нужно было вооружть и тренировть ополчение, дежурить вдоль всей береговой линии у биконов — сигнльных костров, поднятых н высокие столбы, чтобы при появлении Армды н горизонте, кк по телегрфу, немедленно оповестить всех. Только поддержние стрны в боевой готовности съедло столько средств, что измученный мыслями о деньгх лорд Берли взмолился нконец: «Если мир невозможен, пусть лучше врг не медлит… потому что ожидние нс буквльно поедет». Кк будто вняв его молитве, испнский флот покзлся н горизонте — 130 корблей, ведомых герцогом Медин-Сидония, с 18 тысячми пехотинцев н борту, не считя экипжей. Никто и никогд еще не видывл ткой силы. Испнцы отпрвлялись в свой крестовый поход против неверных с воодушевлением. Нкнуне выход из порт JIaКорунья они долго молились и дружно откзлись от услуг местных проституток. Что может лучше докзть серьезность их нмерений и веру в свою священную миссию?

Когд ккого-то события ждут слишком долго, оно, кк првило, зстет врсплох. Тк случилось и с нглийским флотом, собирвшимся встречть Армду совсем не тм, где это произошло н смом деле. Королеве удлось собрть не более ст корблей, и только ядро ее флот соствляли нстоящие боевые, построенные по последнему слову техники быстроходные корбли. Остльные приндлежли купцм или дворянм-волонтерм, поднявшимся по призыву Елизветы. Англичне явно уступли испнцм в количестве, но не в уверенности в себе. Кк и годом рньше, комндоввшие флотом дмирл Ховрд и вице-дмирл Дрейк собирлись выйти нвстречу Армде, перехвтить ее у берегов Испнии и рзбить в ее собственных водх. Несколько рз они пытлись покинуть Плимут, но Нептун н этот рз подыгрывл испнцм: сильными штормми и ветрми нгличн вновь и вновь прибивло к берегу. Для прусов испнцев тот же ветер был попутным.

Лето 1588 год выдлось н редкость ненстным, с непрекрщющимися ливнями и штормми. Полуголодные нглийские мтросы сидели в Плимуте и в буквльном смысле ждли у моря погоды, когд н горизонте покзлись корбли Медины-Сидонии. По преднию, Дрейк в это время игрл в шры. Услыхв крик дозорного, что испнцев зметили у мыс Ящериц — зпдной оконечности остров, он спокойно довел пртию до конц и лишь после этого прикзл сыгрть общий сбор. По всему побережью от Девон и Дорсет до смого Кент один з другим згорлись сигнльные огни, пробивясь сквозь тумн и оповещя Англию о том, что нстл долгожднный и стршный чс испытния. Грфств поднимлись по тревоге, стрики и мльчишки облчлись в кирсы. Вот когд Елизвет могл с гордостью скзть, что не нпрсно верил в своих подднных и что ее политик религиозной терпимости опрвдлсь. В момент нционльной опсности вокруг нее сплотились все. Уолтер Рэли, мореплвтель и цредворец, писл в те дни: «Пусть ни один нгличнин, ккую бы религию он ни исповедовл, не думет об испнцх инче, кк о вргх, которых он должен победить во имя ншей нции». И они ополчились против врг, и не стло ни ктолик, ни протестнт — все они были нгличнми.

Армд тем временем огромным угрожющим полумесяцем вползл в узкий пролив. Никто не знл, куд именно нпрвляется эт ущербня и грозня лун. Испнцы, в свою очередь, не ожидли встретить почти весь нглийский флот у вход в проливы, они рссчитывли достичь Дувр, не вступя в сржение. Обе стороны нходились в смятении, но нгличне, похоже, пришли в себя быстрее. Их эскдры рзделились: Ховрд отошел н восток, Дрейк остлся тковть врг н всем пути его следовния. С небольшой, но мобильной эскдрой он, кк бойцовый петух, нбрсывлся н испнцев и с удовольствием нблюдл со своего флгмн, носившего грозное имя «Возмездие», кк нглийскя ртиллерия один з другим выводит из строя испнские глеоны. Тктик испнцев и т концепция войны, которой они придерживлись, безндежно устрели. По большей чсти их корбли были гигнтскими и неповоротливыми трнспортми для пехоты, ртиллерия преднзнчлсь для осды н берегу, не для морских сржений. Они и собирлись воевть н суше, не среди волн. Английский Дркон явно чувствовл себя увереннее в родных водх. Првд, ему ктстрофически не хвтло боеприпсов и провинт, з которыми приходилось зворчивть во все попутные порты. Весь июль голодные нглийские морские волки трепли Армду, пок он нконец не оторвлсь от них и не пристл к фрнцузскому берегу около Кле.

Нступл решющий чс. В хорошую погоду из Кле виден нглийский берег и Дувр. Испнцев отделяли от них лишь несколько десятков миль, оствлось сделть последний бросок. Тм их готовились встретить лучшие корбли Елизветы — ее собственный «королевский флот», туд же стеклись эскдры Дрейк и Ховрд, с пробитыми прусми, зкопченные от порох, потрепнные штормми.

Ветер был третьим учстником сржения. Он упорно отгонял об флот н север. Но нгличне стояли н якоре в просторной гвни Дувр, квтории Кле испнцм явно не хвтло. Медин-Сидония ждл здесь известий от герцог Прмы. Связь с ним не удвлось нлдить — нерсторопности курьеров и фельдъегерей испнцы обязны своим поржением не меньше, чем нглийским морякм. Когд Прм со своими десятью тысячми солдт подошел к Дюнкерку, чтобы погрузиться н корбли, Армд уже снялсь с якоря и ветер угнл ее слишком длеко в Северное море. Однко поднять якоря ее все-тки зствили нгличне. Они тковли противник в гвни своими горящими лодкми, кк год нзд в Кдисе, и, чтобы избежть пожр, испнцы были вынуждены ретировться. Остльное довершил ветер: их бросило н мели около побережья Зелндии, с которых удлось сняться немногим, и понесло дльше, где уже не было гвней, пригодных для высдки. Не остлось ни сил, ни провинт, ни порох. Корбли, преследуемые нгличнми, обогнули Бритнские остров и с трудом возвртились домой, потеряв две трети из тридцти тысяч «непобедимых». Вдоль всего побережья мльчишки еще долго вылвливли из воды осттки их муниции — то, что море не приняло в жертву…

А что же королев? Для нее, кк и для всей стрны, нступил момент нивысшей опсности. Но кк бы ни сложились судьбы ее подднных в случе победы испнцев, ее собствення жизнь был бы обречен. Смертельня угроз вдохнул в нее новые силы. Королев, кзлось, сбросил лет тридцть: он был энергичн, решительно действовл и говорил, не обнруживя ни млейшего стрх, — истиння дочь Генрих VIII. Снов, кк в былые годы, королев и ее нрод черпли силы друг в друге. Опять ей удвлось нйти смые проникновенные слов для солдт, которые во глве с Лейстером шли знимть оборону у Тилбери. Здесь, в излучине Темзы, нглийскя рмия встл лгерем, готовя прегрдить испнцм путь н Лондон. Солдты шли умирть с песнями и именем Елизветы н устх. Последняя линия обороны проходил вокруг Сент-Джеймсского дворц, где нходилсь королев. Он вовсе не прятлсь з его стенми и, несмотря н опсность, по-прежнему появлялсь н людях. Именно в эти минуты мленький мльчик, будущий епископ Гудмен, услышл и нвсегд зпомнил ее слов: «У вс может быть более великий госудрь, но у вс никогд не будет более любящего». Неудивительно, что з нее хотелось умереть. Были ли в истории иные случи, когд солдты предлгли взятку, чтобы окзться в потенцильно опсном месте? И чтобы к тому же это был целый полк? Дорсетский полк был готов зплтить 500 фунтов стерлингов, чтобы войти в соств гврдии, стоявшей у Тилбери. Если бы испнцы прорвлись, дорсетцы все полегли бы тм…

В Лондоне кипел рбот. Стрый лорд Берли вооружл собственный отряд и посылл сыновей з подкреплением в дльние поместья. Лейстер ухитрялся успевть всюду: он без устли принимл и рзмещл пополнения, выбивл для них продовольствие и тонны пив, был и стртегом и интенднтом, действуя по принципу, который см провозглсил н зседнии Тйного совет: «Нельзя пренебрегть ничем, что поможет противостоять вргу, стучщемуся сейчс в ншу дверь».

В конце июля Лейстер предложил королеве Елизвете нвестить его рмию в Тилбери и подбодрить несчстных солдт, гнивших в окопх среди болот Эссекс. Зтея предствлялсь ему не слишком опсной, тк кк в случе появления испнцев королеву можно было эвкуировть в Лондон кк по суше, тк и по реке. Елизвет згорелсь этой идеей, но пожелл посетить войск н смом морском побережье, где ожидли высдки вржеского деснт. Грф со всей твердостью глвнокомндующего зявил, что не пустит ее дльше Тилбери, чтобы не рисковть ее персоной — «смым дорогим и священным, что есть у нс в мире». В то же время он писл ей: «Моя добря и миля королев, не меняйте своих нмерений… рди несчстных и бедных солдт, которые лежт в чистом поле, в полной готовности служить Вм и умереть з Вс».

8 вгуст 1588 год королевскя брж отпрвилсь от Вестминстерского дворц вниз по Темзе и к вечеру добрлсь до форт Тилбери. Солдты встретили Елизвету крикми рдости и восхищения. Н следующий день состоялись смотр войск и мневры. Елизвет восседл н своем гордом белом коне с мршльским жезлом в руке. Он кзлсь присутствующим црицей мзонок или смой Беллоной — богиней войны. Взволновння окзнным ей приемом и возбуждення опсностью (хотя и не столь большой посреди тридцтитысячной рмии), королев обртилсь к солдтм с одной из лучших своих речей. Он скзл: «Мой добрый нрод. Те, кто пекся о Ншей безопсности, убеждли Нс, что следует проявить осторожность, когд Мы предстнем перед множеством вооруженных людей. Но, уверяю вс, я не хотел бы жить, не доверяя моему верному и любящему нроду. Пусть боятся тирны. Я же всегд жил тк, что после Господ считл своей глвной опорой и зщитой верные сердц и доброе рсположение моих подднных. И посему, кк вы видите, я сейчс среди вс не для рзвлечения или збвы, но полня решимости в гуще сржения остться жить или умереть с вми, псть во прхе во имя моего Господ, моего королевств, моего нрод, моей чести и моей крови. Я зню, что нделен телом слбой и хрупкой женщины, но у меня душ и сердце короля, и короля Англии. И я думю, это грязня ложь, что Прм, или Испнец, или любой другой госудрь Европы могут осмелиться переступить грницу моего королевств. Это скорее, чем любое бесчестье, зствит меня взяться з оружие, я см стну вшим генерлом, вшим судьей и вознгржу кждого по зслугм н поле брни…»

Н следующий день текст речи был роздн кпеллнм, чтобы они переписли его и рспрострнили в чстях, и слово Елизветы дошло до кждого из тысяч ее зщитников. Слухи об отвжном поступке нглийской королевы и ее необыкновенной речи скоро рзнеслись по всем европейским дворм. Текст переписывли и читли повсюду, дже в Москве, откуд один из нглийских купцов, друг Дрейк, сообщл, что получил список и передл его русскому црю.

Лейстер был искренне восхищен своей королевой. Он устроил в ее честь бнкет неподлеку от лгеря. В рзгр обед пришло известие о том, что герцог Прм с сорок тысячми солдт ждет ближйшего прилив, чтобы перепрвиться в Англию, тем же вечером он мог уже высдиться. В лгере поднялся переполох, но Елизвет нотрез откзлсь покинуть его. К счстью, тревог окзлсь ложной. Н смом деле угроз со стороны испнского флот уже миновл: в это время он рзбивлся о зелндские мели.

Когд стло ясно, что все позди, Англия впл в эйфорию. Он, кк Двид, победил Голиф — Испнию. И в этом случе чудесное избвление было приписно божественному вмештельству. В честь победы Елизвет повелел отчекнить пмятную медль с собственным золотым ликом; н ее обороте был изобржен гибнущий испнский флот с многознчительной ндписью: «Господь дохнул, и они рссеялись». Никто, однко, не собирлся похищть слву у доблестных нглийских моряков. Это был их побед. Один из них, Уолтер Рэли, писл в дни триумф: «Испнцы более всего н свете жждут ншей крови, более чем крови любого другого нрод в Европе, потому что от нс они потерпели многие поржения и бесчестья, их слбость мы явили всему миру. Мы с горсткой людей и корблей рзбили и обесчестили их и у них дом, и з грницей, и в Европе, и в Индии, и н суше, и н море». Отныне Англия стновилсь подлинной влдычицей морей и действительно великой протестнтской держвой.

Гибель Армды произвел сильное впечтление и н вргов Англии. Узнв о печльной одиссее своего флот, Филипп II зтворился в Эскориле, не промолвив ни слов. Господь отвернулся от него, дровв победу еретикм. Было очевидно, что он гневется и нкзывет Испнию, испытывя ее в вере. И стрн погрузилсь в молитвы и трур.

В Риме же пп Сикст V повел себя в высшей степени стрнно. Он, конечно, поддерживл святое дело борьбы с нглийскими еретикми, но не мог скрыть удовлетворения от того, что нпыщенных испнцев щелкнули по носу. Глв ктолической церкви открыто и многокртно восхищлся Дрейком и спршивл окружющих: «Слышли, кк Дрейк со своим флотом нвязл бой Армде? С кким мужеством! Думете, он выкзл хоть ккой-то стрх? Он — великий кпитн!» Поистине, чудны дел Господ, если он зствил ппу симптизировть нглийскому пирту. Елизвет изумлял его не меньше, и Сикст V пропел ей нстоящие дифирмбы: «Он конечно же великя королев, и, если бы только он был ктоличкой, мы бы ее очень любили. Только посмотрите, кк хорошо он упрвляет! Он всего лишь женщин, хозяйк половины остров, но он зствляет Испнию, Фрнцию, Империю — всех бояться себя».

Англия предвлсь бесконечным прздникм, с шествиями, фейерверкми и блгодрственными молебнми. Ликовние длилось всю осень, и никогд еще 17 ноября, день восшествия Елизветы н престол, не отмечли с тким рзмхом и помпой. В глзх нгличн их королев, их «леди-суверен», зтмил всех героинь в истории. В нпыщенных тркттх, поэмх и бллдх ее именовли Глориной — воплощением слвы и победы. Елизвет н глзх преврщлсь в новое божество, северное солнце, озряющее своим сиянием души влюбленных и восхищенных протестнтских подднных.

Кк будто звидуя ей, Фортун вплел в симфонию победы мрчную мелодию: 4 сентября 1588 год умер грф Лейстер, ее Робин. Он подхвтил лихордку в лгере под Тилбери и зхворл. Н этот рз его болезнь не был притворством. З четыре дня до смерти он нписл Елизвете письмо, спрвляясь о ее здоровье — «смом дорогом для него». Об были уже немолодыми людьми, но ей было суждено пережить свою первую любовь. Спустя много лет, когд королев Елизвет умерл, придворные дмы открыли лрец, всегд хрнившийся у ее изголовья. В нем было несколько дорогих ей реликвий и среди них — предсмертное послние Лейстер, н котором ее рукой было выведено: «Его последнее письмо».

Они постоянно препирлись и ссорились, но величйший момент ее жизни, миг опсности, триумф и слвы, они пережили вместе, нерзлучные, кк в молодости. Судьб послл им возможность вновь окзться тм, где рзгорлсь их любовь, — среди шфрнных полей Эссекс. И слепому случю может быть присуще эстетическое чувство: поместье, которое Лейстер выбрл для ночлег королевы в Тилбери, нзывлось «Шфрновый сд». Тм он в последний рз зствил его искренне преклоняться, тм, у Тилбери, он сослужил ей свою последнюю службу.

Грф Лейстер всегд слвился мецентством и покровительствовл художникм. Одного из них, Гуэр, Елизвет приглсил к себе после победы нд Армдой и зкзл ему свой прдный портрет. Он изобрзил ее в лучших трдициях официозного жнр, окружив ходульными ллегориями. Н зднем плне — дв окн, открывющих вид н море, в одном — по светлым волнм гордо плывут нглийские корбли под флгми святого Георгия, в другом — рзъярення пучин поглощет испнский флот. По првую руку от Елизветы он поместил имперскую корону, по левую — няду с чешуйчтым хвостом, еще один символ моря. См королев в плтье, укршенном огромными жемчужинми, легко опустил изящную руку н глобус. Он исполнен достоинств, уверенности в себе и величия. Он — новя хозяйк окенов. И ее губы снов чуть тронуты улыбкой.

Глв IV

КОРОЛЕВА-СОЛНЦЕ

«Когд он улыблсь, это было нстоящее солнечное сияние, и кждый спешил погрузиться в него».

Дж. Хрингтон, придворный

Первя среди земных дев, вторя среди небесных

Необыкновенное воодушевление, переполнявшее нгличн после победы нд вргом, их уверенность в собственных силх создли то, что нзывют духом елизветинской Англии. Стрн снов стновилсь, кк ее любили нзывть встрь, «веселой Англией», обильной и рдостной, «цветущим сдом в огрде моря». Под счстливой рукой Елизветы многие подднные ощутимо богтели, сельскя округ лихордочно перестривлсь в соответствии с последними модми в рхитектуре. Один из инострнцев подметил, что «нгличне строят тк, словно собирются жить вечно, веселятся, будто умрут звтр».

Их королев и ее двор здвли темп этой энергичной, пульсирующей жизни. Эт женщин, кзлось, был неподвлстн времени. Он решительно не желл стреть, и порзительно, что это ей удвлось. Придирчивые нблюдтели, в том числе незвисимые инострнцы, в один голос утверждли, что в конце 80-х годов королев вдруг похорошел и стл дже привлектельнее, чем десять лет нзд. Что было причиной тому — новые ли моды и изменившийся покрой плтьев, который ей чрезвычйно шел, ухищрения ли гримеров и прикмхеров или вновь обретенное душевное рвновесие и подъем? Очевидно, все вместе. Ее здоровье, несмотря н периодические мигрени, боли в костях и кжущееся хрупким сложение, отличлось звидной крепостью. И в свои пятьдесят он по-прежнему много сккл верхом, легко тнцевл и был неутомимой охотницей. Придворные, величвшие ее Диной, могли не крснеть з эту мленькую лесть. В то же время Елизвет был способн рботть день и ночь, когд того требовло дело, и чсми просиживл с Берли нд госудрственными бумгми. Ее министры и фвориты стрели, мучились подгрой и желудочными коликми, их госпож, смеясь, црил среди поклонников новых и новых поколений. Когд королеве было уже з шестьдесят, кто-то из придворных стл умолять ее отложить летнее путешествие по стрне: все эти бесконечные переезды, ночевки вдли от дом, чужя кухня стновились слишком утомительными. Елизвет иронично скомндовл в ответ: «Стрики остются, едут только молодые!» — и возглвил процессию.

Ею невозможно было не восхищться. Двно прошли те времен, когд нгличне боялись, кк бы женщин н троне не довел стрну до грех, и лихордочно пытлись сосвтть ее. Он докзл свое прво упрвлять ими. «Нш дорогя леди-суверен» — именовли ее в выспренних политических тркттх, «доброй королевой Бесс» — звли ее в просторечье. «Ромн с нцией» продолжлся.

Именно в это время нчл склдывться «золотя легенд» о Елизвете, нд созднием которой потрудились и см королев, и ее официльня пропгнд. Он, кк опытня ктрис, умел чрезвычйно тлнтливо «подвть» себя — всегд в ниболее выгодном свете и смом лучшем ркурсе. Явления Елизветы перед публикой стновились все грндиознее, портреты изобржли ее с сияющим нимбом вокруг головы, он преподносилсь и воспринимлсь кк нстоящя богиня. Культ королевы более всего удивляет своей рзносторонностью. Не остлось ни одной ее черты или добродетели (подлинной или мнимой), которые не были бы обыгрны в срвнениях с богинями или героинями всех времен и нродов, языческими и христинскими. Он являл собой целый пнтеон, кждый мог избрть свой путь поклонения: в ней чтили Мть Отечеств, Прекрсную Дму, Минерву, Дину-Цинтию, Астрею, Титнию, но прежде всего символ Чистой Девственности — мистический тлисмн, оберегющий и спсющий Англию.

Ее «девственность» был креугольным кмнем пропгндистского миф о Елизвете. Почитние непорочной девы имело стойкую христинскую трдицию. В противовес женщине-Еве, вкусившей зпретного плод и ствшей орудием дьявол, погубительницей род человеческого, девственниц должн был спсти его. Дев Мрия был первой среди чистых богоугодных создний, возглвляя целую вереницу средневековых святых мучениц и героинь, подобных Жнне д’Арк. После победы нд Армдой многие уверовли в то, что их «Виргиния» был послн им свыше кк знк божественного блговоления к их острову и символ непоколебимой истинности протестнтской веры. Поэтому он и окзлсь способн явить миру чудо — отвртить от их стрны полчищ дьявол, пришедшие под флгом ктолической Испнии. И вот уже с той же уверенностью, с ккой Дрейк полгл, что его нция первя и сильнейшя в мире, нгличне поместили свою королеву-девственницу нд всеми остльными. Выше нее н лестнице, ведущей в небо, было позволено остться только Деве Мрии. Среди небесных дев Елизвет был вторя, «но среди земных — первя». Однжды в Лондоне поймли сумсшедшего, кких много везде и во все времен. Он нзывл себя Христом, в чем тоже не был оригинлен, но симптомтично, что несчстный полгл, будто родился от Бог Отц и королевы Елизветы. Это ли не успех тюдоровской пропгнды? Молодые женщины считли ее имя и изобржения тлисмном.

Нродное сознние исстри нделяло нглийских королей мгическими свойствми. Соглсно древним кельтским веровниям, истинный король должен был обнружить свою скрльную природу в целом ряде испытний, что грнтировло его нроду процветние и мир. Век христинств не смогли вытеснить эту веру, лишь видоизменив хрктер чудес, в которых король являл свою мистическую силу. Одно из них — исцеление золотушных. По обычю нглийские короли время от времени нлгли руку н выстроившихся в очередь больных или прикслись к вздувшимся лимфтическим узлм, излечивя, кк полгли, этот недуг. Поскольку король был Божьим помзнником, его целительня сил в глзх современников исходил от смого Бог, монрх, подобно священнику в церкви, служил лишь орудием Всевышнего. Со временем этот ритул стли приурочивть к Псхльной неделе, чтобы подчеркнуть эту связь. Однко немловжно, что до XVI век способность исцелять считлсь привилегией королей-мужчин, но никк не женщин, ибо, кк зметил Джон Фортескье, знток нглийского прв и обычя, «др этот не рспрострняется н королев».

Но времен изменились, и вслед з стршей сестрой Мрией Елизвет взял н себя смелость исполнять этот обряд. Он был необыкновенно вжен для нее в пропгндистских целях, тк кк свидетельствовл о зконности ее притязний н престол, о их снкционировнности свыше. Современники верили, что прикосновение королевы-девы должно быть особенно целительным, и он охотно и чсто знимлсь «врчевнием» золотушных — не только по религиозным прздникм, но всякий рз, когд к королевским докторм нкпливлось достточно много просителей, стрдющих этим недугом. Доктор исследовли его природу, дбы удостовериться, что речь идет именно о золотухе, не о ккой-нибудь другой болезни, и допускли стрдльцев к короновнной целительнице. Чутко улвливя возможность укрепить свой престиж во время публичной церемонии, Елизвет не оствлял эту милосердную прктику в течение всей своей жизни. Он же первой стл прктиковть «излечения» и во время своих поездок по стрне. Обычно же церемония происходил в Вестминстерском дворце в чсовне Святого Стефн. Королеве прислуживли, держ слфетки и тзики с водой, высшие должностные лиц — лорд-кзнчей, лорд-кнцлер и другие члены Тйного совет. Уже см эт обстновк должн был произвести глубокое впечтление н больных. Елизвет, по природе своей прекрсня ктрис, нделення црственной внешностью, умевшя подчинять людей своей воле и в то же время рсполгть их к себе, вполне могл блготворно влиять н впечтлительных больных. Достоверно, что перед кждым «сенсом» он внутренне нстривлсь и подолгу молилсь. Один из ее приближенных вспоминл: «Кк чсто я видел Ее блгостное Величество коленопреклоненной, душой и телом погруженной в молитву, кк чсто видел я, кк ее необыкновенные руки, те, что белее смого белого снег, без всякой зщиты прикслись смело к болячкм и язвм и лечили их. Кк чсто видел я ее осунувшейся от устлости, кк в тот день, когд он излечил тридцть восемь человек от их воспленных нростов». И кждый излечившийся (или полгвший, что излечился) больной был ее ргументом в споре с оппонентми-ктоликми и отцми иезуитми, со всеми, кто не признвл ее зконной королевой Англии. Если бы это было не тк, Господь не позволил бы ей врчевть.

Елизвет «соприкслсь» со своим нродом не только через золотушных. Существовл еще один полуцерковный-полусветский обряд, которому он неизменно следовл, ибо он нес в себе еще более вжный идейный смысл. Н Псхльной неделе, в Чистый четверг, множество простых людей, обделенных и стрждущих, стновились учстникми удивительно трогтельной церемонии. По примеру смого Христ, не погнушвшегося омыть ноги собственным ученикм, королев Англии в этот день совершл ритульное омовение ног ткому количеству бедных женщин, которое соответствовло числу ее лет. Существует прекрсня минитюр рботы Левины Тирлинг, изобржющя елизветинский Чистый четверг. Еще молодя королев, одетя в голубое плтье — символический цвет Девы Мрии, в сопровождении придворных дм в специльных фртукх и с полотенцми проходит вдоль двух рядов престрелых больных женщин, сирых и убогих вдовиц. Чисто и опрятно одетые по этому случю, они чинно восседют н специльных скмьях. Елизвет опусклсь перед кждой женщиной н колени н специльную подушечку, омывл ей ноги в серебряном тзу с ромтической водой и цветми, вытирл их полотенцем, целовл кждую ступню, зтем осенял ее крестным знмением. (Спрведливости рди ндо зметить, что до королевы им уже трижды мыли ноги чиновники двор, ведвшие рздчей милостыни.) После этого кждя из бедных женщин получл кусок сукн н плтье, пру туфель, еду, сткн вин и кошелек с медными монетми по числу ее лет, придворные дмы отдвли им фртуки, что были н них ндеты во время церемонии.

Когд в Риме во время псхльных служб пп провозглшл нфему еретикм-протестнтм, отступникм от истинной веры, Елизвет в Лондоне отвечл демонстрцией подлинного христинского смирения и блгочестия, уподобляясь в глзх зрителей смому Христу. Итк, женщин выполняет мистические обряды подобно священнику и дже подржет смому Богу — не чрезмерня ли это гордыня, не богохульство ли? Нет, считли современники, если эт женщин — их блгословення девствення королев, их Элиз. Если же возникли сомнения, немедленно нходились и те, кто мог н них ответить, кк лорд Норт: «Он — нш земной бог, и если существует совершенство во плоти и крови, это, без сомнения, Ее Величество!»

Тысячеликя богиня

Ренесснсня нук влствовть прочно включил в рсенл своих средств изобрзительное искусство. Англичне в этой сфере были послушными и сообрзительными ученикми итльянцев и фрнцузов. Отец Елизветы первым из нглийских монрхов по-нстоящему озботился созднием собственных прогрммных прдных портретов, служивших прослвлению его могуществ, и нвсегд остлся в пмяти тким, кким его зпечтлел Гнс Гольбейн. Потом с обрзцов, нписнных кистью великого мстер, изобржения короля копировли менее искусные нглийские живописцы, чтобы его «персон» появилсь в змкх и дворцх придворных, в университетских колледжх, н стрницх печтных Библий, н королевских птентх и грмотх. Тким обрзом, все больше подднных могли лицезреть своего монрх в том облике, который кзлся ему ниболее выигрышным. Ни Эдурд, ни Мрия не сумели существенно рзвить плодотворное нчинние отц. Откровенно говоря, у обоих не хвтило для этого ни внешних днных, ни вообржения, ни ртистических склонностей, но глвным обрзом — времени. Именно Елизвет з время своего сорокпятилетнего црствовния произвел нстоящий переворот в нглийской «визульной» пропгнде. Чутье женщины, любившей смотреться в зеркло и игрть н публику, ее не подвело, подскзв, сколь многого можно добиться, рзмножив свои отржения и рзослв их во все концы. А изобржений этих были сотни и сотни. Едв ли кто-нибудь другой из госудрей того времени имел ткую обширную глерею собственных портретов.

Ее пропгндистское искусство нчинлось с довольно тяжеловесных попыток рнних лет: первым шгом в вырботке официльного имидж стл новя госудрствення печть, которя привешивлсь ко всем вжным документм и, естественно, несл н себе изобржение госудрыни. Елизвет повелел отлить себя сидящей н троне с королевскими реглиями — весьм трдиционня композиция. Н оборотной стороне он же гордо грцевл н сккуне в окружении своих любимых символов — увенчнной короной розы и шиповник, ткже «фрнцузских» лилий — нмек н ее прв н фрнцузский престол. Вместо девиз своей сестры Мрии: «Истин — дочь времени», — явно укзыввшего н восстновление ктолической веры в Англии, Елизвет избрл многознчительные и более отвечющие ее политической прогрмме слов: «Pulchrum pro Patria pati» («Прекрсно стрдть з Родину»). Но все же н своих рнних портретх, грмотх и птентх королев выглядел совсем юным существом в горностевой мнтии с держвой и скипетром, едв ли способным внушить трепет или почтение.

Уже достточно скоро Елизвет перестл удовлетворяться примитивными изобржениями, схемтичными и без большого портретного сходств. И в 70-х годх появилось несколько больших ллегорических кртин с ярко вырженной политической прогрммой, где он был глвным действующим лицом. Все они обыгрывли одну и ту же идею: с приходом Елизветы в Англии воцрились мир, счстье, блгоденствие и истиння религия. Одно из этих произведений, условно нзывемое «Протестнтское нследовние» (1572), изобржет короля Генрих VIII сидящим н троне и вручющим меч бледному мльчику — Эдурду, преклонившему колено перед отцом. Спрв от короля, чуть-чуть отодвинутя н здний плн, не имея ни зрительного, ни осязтельного конткт с Генрихом, стоит Мрия Ктоличк, держ в руке букет из трех тюдоровских роз. Он ведет з собой своего муж Филипп II, з спиной которого мячит грозня фигур бог войны Мрс. Нмек втор более чем прозрчен — госудри-ктолики ввергли Англию в войну. Н первом же плне, по левую руку от короля, гордо стоит истиння героиня кртины — Елизвет, несколько бесцеремонно зслоняя своего ушедшего в небытие брт. З ней — ллегорическя женскя фигур в рзвевющихся одеждх. Это Мир, попирющий меч, копье и щит — трибуты войны. Кртину дополняет фигур с рогом изобилия в рукх. Смысл ллегории предельно ясен: Елизвет приносит с собой покой и процветние. В рзных вринтх эт идея обыгрывлсь многокртно. Нпример, в портрете Елизветы рботы Мркус Гирердсстршего, н котором королев изобржен попирющей меч, с оливковой ветвью в руке, или в многочисленных перепевх темы о кормлении «голлндской коровы».

Однко все эти сюжетные кртины, требоввшие внимтельного прочтения, были еще очень трдиционными с точки зрения искусств пропгнды. Нстоящие перемены нчлись в 80-х годх, когд у королевы появился новый художник. Его звли Николс Хиллирд. Сын ювелир и см искусный ювелир, он происходил из семьи убежденных протестнтов, эмигрироввших в Женеву при Мрии Тюдор. В 1572 году он впервые удостоился чести писть минитюрный портрет госудрыни. Грф Лейстер взялся покровительствовть молодому нгличнину, которому трудно было еще соперничть с инострнными мстерми, рботвшими при елизветинском дворе, — Мркусом Гирердсом и Федерико Цуккро, ткже с вторитетным соотечественником Джорджем Гуэром. Побывв во Фрнции, Хиллирд зметно прибвил в мстерстве и вернулся в Англию сложившимся портретистом, хотя из-з интриг Гуэр ему предоствили прво писть только минитюрные портреты королевы. Тем не менее именно он, Хиллирд, стл тем художником, чьи обрзцы пришлись Елизвете по душе; он любил позировть ему н открытом воздухе, «в хорошо освещенных солнцем ллеях прк». Именно Хиллирд прослвил Елизвету, создв ее кнонический обрз.

В портретх Хиллирд не было мест многословному ллегорическому рсскзу, в них доминировло лицо королевы — с изящными чертми, прекрсными крими глзми и живописными золотисто-рыжими локонми. Все дополнительные смысловые кценты рсствлялись очень точно и сводились к минимуму: это могли быть символические цвет или детли костюм — не более одного вжного трибут, несущего глубокий идейный смысл, — и моногрмм (обычно увенчнные короной буквы ER — Elizabetha Regina) или крсня роз. Это зствляло не только художник, но и сму королеву оттчивть язык иноскзний, достигть предельной вырзительности в костюме, используя причудливые головные уборы, вышивки, медльоны и прочие ксессуры. Тк, лютня в ее рукх отржл не столько тлнт Елизветы кк музыкнтши, сколько идею мир и грмонии, которые он несл с собой. Или совсем необычня детль — сито, в днном случе символизироввшее ее девственность (сито было трибутом одной из вестлок — служительниц богини Весты; чтобы докзть свою непорочность, он принесл в решете воды, не уронив при этом ни кпли).

Творческий рсцвет Хиллирд совпл с пиком популярности Елизветы и ростом куртузного, рыцрского поклонения ей. Его мстерскя бесперебойно производил реплики с любимых королевой обрзцов: и большие портреты, которые он дрил придворным в знк рсположения, и чрезвычйно модные минитюры в медльонх (Хиллирд выполнил ткой портрет Елизветы для грф Лейстер и портрет Лейстер для нее). Однко помимо этого уникльного, «штучного» товр, имевшего конкретного дрест и, кк првило, исполнявшегося в очень дорогом ювелирном оформлении, мстерскя производил и мссовую продукцию. Модные медльоны с изобржением госудрыни з срвнительно небольшую плту охотно покупли чиновники, горожне, мгистрты — все, кто хотел тким обрзом выкзть свою преднность ей. Продввшиеся в лвкх грвюры н меди или н дереве деллись только с прошедших личную цензуру королевы обрзцов. Срвнительно дешевые, они пользовлись большой популярностью.

Елизвету, кк никого из прежних монрхов, хорошо знли «в лицо». Ее портрет с хиллирдовского прототип укршл и новое издние Библии, и «Книгу общих молитв». Это был новый устоявшийся обрз. Н иллюминировнных грмотх он уже не выглядел робкой девочкой, придвленной мнтией, — н троне восседл уверення в себе женщин в роскошном одеянии, чуть мнерно рсствив локти и изящно придерживя скипетр и держву.

Н десяткх портретов, нписнных Хиллирдом в 80-х годх, лицо Елизветы почти не менялось, это был рз и нвсегд вырботння им «мск». В костюмх доминировли черно-белые цвет, ознчвшие верность и чистоту, и несметное количество дргоценных укршений — жемчугов, рубинов, бриллинтов. Он был по-королевски величественн в своих тяжелых нрядх и в то же время стройн и грциозн. И всякий рз взгляд звороженного этим великолепием зрителя притягивл ккя-то одн детль — будь то зколк с пеликном у нее в прическе (нмек н смоотречение во имя нции) или медльон н груди с изобржением другого излюбленного ее символ — птицы Феникс, вечно возрождющейся из пепл и неподвлстной времени. Вырботнный Хиллирдом язык использовли и другие художники: Уильям Сегр, нпример, втор знменитого портрет Елизветы с горностем, символом црственного достоинств и чистоты. Если перевести эти ллегории с живописного язык н политический язык эпохи, то ллюзии, которые нмеревлись вызвть елизветинские живописцы у зрителя, — это величие, могущество, достоинство, смопожертвовние, добродетель.

В 80-х годх и в живописи Елизвету все чще стли нделять трибутми божеств. Пончлу это был лишь придворный мскрд, в котором он примерял н себя одежды римских небожительниц. Н портрете, нписнном Хиллирдом в 1586–1587 годх, королев впервые предстл в облике Дины или ее ипостси — Цинтии, богини луны: с луком через плечо, небольшим полумесяцем в волосх и рсходящимися от него стрелми-лучми. Этот мифологизировнный обрз тк полюбился ей, что Хиллирд будет воспроизводить его снов и снов. Пройдет целое десятилетие, изменятся моды, стрелочки-лучи переместятся с прически н кружевной воротник, кокетливо укзывя н ее лицо и декольте, лунный серп в волосх по-прежнему остнется одним из смых любимых ее трибутов.

Однко если примерк нтичных одежд относилсь, скорее, к сфере придворных рзвлечений и куртузного культ, то дльнейшие поиски Хиллирд преследовли более серьезные политические цели и служили формировнию культ, имевшего более глубокую религиозную, протестнтскую окрску. В 1586 году он зкончил рботу нд новой госудрственной печтью. Королев Елизвет по-прежнему изобржен н ней восседющей н троне с неизменными реглиями, гербми, розми и лилиями. Но что это? С небес, рздвигя облк, к ней спускются руки Господ, поддерживющие ее горностевую мнтию. Мотив божественного покровительств ей стл особенно популярен после победы нд Армдой. В мстерской Хиллирд по этому случю изготовили формы для отливки пмятных медльонов, которые королев жловл отличившимся в кмпнии 1588 год. В одном случе ее золотой лик изобржен нфс, в другом — в профиль. Профильный портрет исполнен особого величия, и гордо вскинутя голов Елизветы н нем озрен сиянием неземных лучей. Н оборотной стороне медльон отчекнен Ноев ковчег, символизирующий протестнтскую церковь Англии, устоявшую против потоп (сиречь вржеского ншествия), и ндпись «Невредимя и спокойня среди волн».

В год Армды елизветинским живописцм пришлось с головой окунуться в политическую борьбу. Джордж Гуэр после официльно призннного успех портрет Елизветы н фоне гибнущей Армды передл его безымянным мстерм для воспроизведения, и вскоре срзу несколько копий его рботы укрсили придворные резиденции. По горячим следм он и см исполнил несколько портретов-близнецов королевы в костюме с «Портрет Армды», попросту рзворчивя зготовку-обрзец для лиц то левым, то првым профилем.

Н фоне этой официозной индустрии неожиднно свежо и по-любительски нивно выглядит нонимня роспись н деревянной пнели в одном из ббтств, посвящення приезду Елизветы в Тилбери. Однко если художнику-дилетнту не хвтло мстерств его собртьев придворных живописцев, то «идейного зряд» ему было не знимть. Елизвет н его кртине едет вдоль излучины Темзы н белом коне в окружении джентльменов, н втором плне изобржен форт, н зднем — горящие испнские корбли, которых, рзумеется, не могло быть видно из Тилбери. Нд головой королевы прит нгел, венчющий ее лвровым венком. Другя чсть росписи в той же примитивистской мнере изобржет коленопреклоненную Елизвету, молящуюся после победы. Ее поз неловк, молитвенно сложенные руки непропорционльно велики, но эти недосттки вполне искупет добря улыбк, которой нделил королеву живописец-протестнт. «Блгословен будь Господь», — говорит он.

С тех пор кк н портрете Гуэр Елизвет впервые возложил руку н глобус, живописцы без устли рзрбтывли тему ее триумф и имперского могуществ. Один из лучших обрзчиков этого род — тк нзывемый портрет «Дитчли», нписнный, очевидно, Мркусом Гирердсом-млдшим в нчле 1590-х годов. Постревшя, но величествення королев, одетя в элегнтное белое плтье, отделнное крсными рубинми, с тюдоровской розой, приколотой к воротнику, стоит н крте Бритнии. Кблуки ее туфель вонзились в Оксфордшир (по стрнному совпдению именно тм несколько лет спустя будет нзревть крестьянский мятеж). Небосклон з ее спиной причудливым обрзом поделен: одн половин его зтянут грозовыми тучми, но другя, куд королев простерл првую руку, уже прояснилсь. Однко не только Англия ковром рсстилется у ног великой королевы. Линия горизонт з ней резко искривлен, что создет живое впечтление, будто Елизвет стоит непосредственно н земной сфере. Рзмеры ее фигуры в срвнении с этим символическим глобусом колоссльны, и если королев сделет шг, то он с легкостью перешгнет через Атлнтику и окжется в Виргинии. Ощущение вселенских мсштбов придет кртине и небольшя детль нряд Елизветы: укршення рубинми подвеск н левом ухе, выполнення в виде строномической модели земной сферы. Королев Англии предстет нстоящей импертрицей, повелительницей земель и вод. Кк писл Джон Пил, возможно, имевший перед глзми этот портрет: «Елизвет, великя импертриц мир, I / Влдеющя всем тлсом Бритнии, / Звезд нглийского глобус, простирющя / Руку с могущественным скипетром / И црящя нд Альбионом».

З дв год до смерти Елизветы другой художник, предположительно Роберт Пик, изобрзил королеву следующей в триумфльной процессии в окружении квлеров орден Подвязки, джентльменов-пенсионеров и придворных дм. Он восседет н повозке-колеснице под блдхином, н ней роскошное плтье в бело-крсной гмме, которой он отдвл предпочтение в последние годы своей жизни. Вся сцен своей торжественностью вызывет ссоциции с триумфми римских имперторов. Елизвет — повелительниц, богиня. Ткой, и только ткой, должны были видеть ее подднные.

Последующие события, печльные и курьезные, покзывют, с кким внимнием королев относилсь к формировнию своего имидж. В 90-х годх выросло молодое поколение художников, лучшими из которых были Иск Оливер и Мркус Гирердс-млдший. Оливер учился у Хиллирд и превзошел учителя. Его творчество предствляло собой «новую волну» в нглийской живописи. Он был более релистичен, чем Хиллирд, и в то же время несрвнимо более лиричен, его персонжи не столько помпезны и величественны, сколько сдержнно-серьезны и здумчивы. Он любил помещть их н фоне естественного пейзж или в интерьере, в то время кк Хиллирд по-прежнему использовл плоскостный, чисто декортивный фон. Оливер искусно влдел полутонми, светотенью, тщтельно прорбтывя лицо портретируемого. Королев не могл не оценить тлнт молодого художник и в 1592 году приглсил его нписть свой портрет. Последовло несколько попыток, следов которых прктически не остлось. С точки зрения живописи результт был обндеживющим, с точки зрения смой королевы, это был ктстроф. Ибо Оливер нписл ее ткой, ккой воочию увидел пятидесятидевятилетнюю женщину: с ввлившимися щекми и уже по-стрчески зпвшим ртом, зострившимся и обвисшим носом и в рыжем прике — увы, он был вынужден носить прик! Елизвет впервые увидел свое отржение в зеркле, которое не хотело льстить. Выдержть это окзлось ей не под силу. Он рзбил зеркло: летом 1596 год по рспоряжению Тйного совет все изобржения королевы, выполненные с обрзцов Оливер, в том числе грвюры У. Роджерс и К. вн де Пссе, были уничтожены. Свет еще не видывл ткой рспрвы нд портретми здрвствующей госудрыни. Их рзыскивли в лвкх, изымли и сжигли, тк кк, выржясь официльным языком, «они причиняли Ее Величеству великое оскорбление».

Новя эстетик был принесен в жертву грубой, но эффективной пропгнде. Елизвет вернулсь к верному Хиллирду. Кк некий Дорин Грей, ноборот, он жждл видеть себя н своих портретх вечно молодой. И Хиллирд писл ее, шестидесятилетнюю, белокожей и юной, с рссыпвшимися по плечм девическими кудрями и нежной улыбкой. Он одевл ее в смые причудливые одежды, то чествуя госудрыню кк Звезду Бритнии, то кк Королеву Крсоты, то кк сму богиню крсоты и любви Венеру. Бесконечные Цинтии ткже продолжли появляться из-под его кисти. Один из его учеников нписл королеву в плтье, рсшитом обрзцми флоры и фуны подвлстных ей земель. Елизвет, укршення всевозможными гдми и рыбми, выглядел довольно нелепо, но зто был величественн и сттн. И несмотря н издержки живописи, ей удлось сделть тк, что именно ее величие и стть зпечтлелись в пмяти потомков.

В последнее десятилетие ее жизни европейскя мод был довольно рисковнной: дмы носили ткие глубокие декольте, что модницм из северной столицы это грозило пневмонией. Фрнцузский посол зметил кк-то, что нглийскя королев, нперекор годм, смело следует моде, едв прикрывя грудь. Пожлуй, экстрвгнтность ей дже шл, кк были к лицу новые светлые тон ее костюмов, прозрчные кружевные воротники и нити нежного жемчуг н шее. Одежд — всегд знк, способ смовыржения, и Елизвет посылл знк всем: двору, поклонникм, поэтм и дипломтм; он не нмерен уступть ничему — ни времени, ни стрости, ни смой смерти.

Пожлуй, смый великолепный из ее портретов поздней поры, нилучшим обрзом выржющий ее «я», — тк нзывемый «Портрет с рдугой» (он приписывется Иску Оливеру, но, возможно, приндлежит кисти Гирердс-млдшего). Елизвет предстет спокойной, умиротворенной, чуть улыбющейся, облченной в фнтстический ллегорический костюм, кждя детль которого несет в себе глубокий смысл. Ее корсж зткн рйскими цветми, к кружевному воротнику приколот минитюрня рыцрскя перчтк — символ преклонения и верности тинственного поклонник, причудливый головной убор венчет полумесяц, усеянный дргоценными кмнями — лунный знк. Н левом рукве извивется змея — ллегория мудрости. В зубх у нее рубиновое сердце, что ознчет: порывы этого сердц подчиняются мудрому рзуму. Великолепня золотисто-орнжевя мнтия королевы рсшит глзми и ушми — он всевидящ, ей ведомо все. Изящня рук Елизветы, зпястье которой укршено жемчужными нитями, держит прозрчную рдугу. Кто же он н этом портрете? Небольшя ндпись в првом углу глсит: «Нет рдуги без солнц». Он и есть смо Солнце.

Дворец кк сцен. Сцены во дворце

«Totus mundus agit comedionem» («Весь мир игрет комедию») — было нписно нд входом в один из смых популярных елизветинских тетров. С не меньшим основнием этот девиз можно было нчертть нд прдным въездом в любой из королевских дворцов. И дело дже не в том, что пребывние при дворе зствляло людей постоянно носить личины и скрывть свои истинные помыслы, чтобы добиться успех, в смом уклде дворцовой жизни, которя в кждом своем проявлении был публичной. Никто, нходясь при дворе, не оствлся недине с собой, но всегд — н глзх у десятков людей, в перекрестье чужих пристльных взглядов, от которых невозможно было укрыться дже в личных покоях и в смые интимные моменты. И чем выше был сттус придворного, тем меньше оствлось у него шнсов н подлинно чстную жизнь. Королев же невольно попдл в положение примдонны, кждый шг и жест которой привлекли повышенное внимние.

Дворец кк сред обитния был длеко не смым комфортбельным местом, особенно для женщины, провозглсившей себя королевой-девственницей. Ибо бсолютное большинство нселявших его людей были предствителями противоположного пол: охрн — йомены, соствлявшие внешнюю стржу дворц, и отряд телохрнителей королевы, церемонильный крул — джентльмены-пенсионеры, отборные крсвцы и искусные воины; слуги — повр, доктор, конюхи и т. д. (всего около полутор тысяч человек), женщин среди них можно было отыскть лишь н кухне или в прчечной; все должностные лиц и чиновники двор. Нконец, сми придворные — несколько десятков избрнных, которым были отведены покои прямо во дворце; среди них лишь горстк фрейлин и личня прислуг соствляли женское окружение королевы, ибо для остльных дм ее круг — жен и родственниц министров, членов Тйного совет и других приближенных, не отводилось мест для постоянной жизни при их мужьях. Это был мужской мир, скроенный прежними королями по их меркм, для их удобств — для госудрственных дел, спорт, пиров и холостяцких рзвлечений. Женщин с естественной для нее потребностью в большем уединении и чстном времяпрепровождении с трудом могл нйти для этого «экологическую нишу» в любой из королевских резиденций. Их было очень много у Елизветы, но излюбленными и ниболее чсто посещемыми оствлись: Уйтхолл — в смом центре Лондон; Ричмонд — в некотором отдлении от шумного Сити, рскинувшийся среди прекрсных прков; гринвичский дворец Плценция — место, где он родилсь, прекрсня летняя резиденция н берегу Темзы; строгий и величественный Хэмптон-Корт; роскошный Виндзор и несрвненный Ннсч, опрвдыввший свое нзвние — «нет другого ткого». Они могли отличться рхитектурой, убрнством, но концепция их плнировки оствлсь неизменной: дворец был открыт для внешнего мир и создн, чтобы ежедневно втягивть в себя сотни людей, прибыввших по делм к высшим должностным лицм и н удиенции к смой королеве; он принимл и извергл сотни слуг, курьеров, лкеев, тех, кто жил в дворцовых покоях, спешивших по своим делм или чужим поручениям. Он был центром госудрственной и политической жизни, но одновременно предствлял собой нечто вроде опрвы, рковины, преднзнченной являть публике дргоценную жемчужину, живущую в смом его сердце, — королеву.

Природ политической влсти той поры при отсутствии достточно рзвитых средств мссовой информции и коммуникции и не слишком рзвитой бюрокртической системе предполгл постоянный непосредственный конткт высших госудрственных чинов и смой «леди-суверен» с огромной мссой людей, горздо большей, чем приходится н долю современного политик. Все они, великие и млые, срвнительно легко попдли во внешние, тк нзывемые присутственные покои. Поскольку в тких условиях было непросто обеспечить безопсность королевы, эти злы обычно были нводнены охрнникми — вооруженными лебрдщикми-йоменми и джентльменми-пенсионерми. Их свободные от крул товрищи рсполглись неподлеку, рзвлекясь игрой в крты или кости, з вином или трпезой, преврщя соседние помещения в подобие кзрмы и оружейного склд одновременно. Когд дворец погружлся в сон, все телохрнители спли прямо в присутственной зле и их сковнные дремотой тел служили брьером против злоумышленников.

Кждый день в нзнченное время королев и члены Тйного совет выходили в присутственную злу, где собирлись весь двор, инострнные послы и все те, кому было дозволено прийти. Елизвет милостиво приветствовл собрвшихся, могл зговорить с одним-двумя присутствующими, решить н ходу несколько дел, принять петиции от просителей. В эти короткие минуты конткт с подднными вершились чьи-то судьбы: кого-то королев привечл, и это обещло успех, продвижение, рзрешение в его пользу тяжбы, к кому-то оствлсь холодн — и это могло быть чревто оплой и безвестностью. У Елизветы был острый глз, и он любил извлекть из толпы новых, незнкомых людей, рсспршивя, с чем они пришли к их госудрыне.

Срзу з присутственной злой рсполглсь тк нзывемя чстня плт, не опрвдыввшя, впрочем, этого нзвния, тк кк доступ туд был открыт многим придворным. Обыкновенно тм проходил королевскя трпез, во время которой дмы услждли слух королевы игрой н музыкльных инструментх и новомодными песнями или рзвлекли ее приличествующими обеду тнцми. Дюжин фрейлин постоянно несл свой нелегкий крул, дежуря посменно по шесть человек. Они неизменно присутствовли при беседх Елизветы с придворными (то, что в ту пору сходило з tete-a-tete, н смом деле было tete-a-sept), при ее отходе ко сну, пробуждении, утреннем тулете, принятии внны, н прогулкх следовли в нескольких метрх позди нее (при этом считлось, что королев гуляет одн). Если ей действительно было необходимо остться одной, следовло по меньшей мере избвиться от присутствия фрейлин, что немедленно двло им повод для сплетен. Они знли все, дже то, чего не видели, и чем меньше им удвлось увидеть, тем больше они строили домыслов и рспускли слухов. Уолтер Рэли однжды нзвл фрейлин королевы ведьмми: они могут причинить зло, но не в состоянии принести добр.

Помимо утонченных «ведьмочек» доступ в «чстную плту» имели члены Тйного совет и придворные высокого рнг. Остльным прегрждли дорогу джентльмены-пенсионеры. Однко плт, кк всякое социльно престижное место, притягивл тех, кому путь туд был зкрыт. Тогд возникл столь ожидемый фрейлинми скндл. В смом нчле црствовния Елизветы ее рсположение нендолго звоевл дипломт и умный цредворец Уильям Пэкиштон. Елизвете нрвился его юмор, он и см любил подтрунивть нд ним, нзывя сэр Уильям «здоровяк Пэкингтон». Двор стл немедленно подсчитывть его шнсы н успех, см он принял гордонеприступный вид и, чтобы подчеркнуть свою исключительность, стл обедть не вместе с остльными в бнкетном зле, в одиночестве, под звуки музыки. Одно это было способно вывести из себя многих. Когд же он однжды попытлся зпросто войти в личные покои королевы, ему прегрдил дорогу лорд-стюрд Арундел, который не откзл себе в удовольствии нпомнить здвле, что тем, кто не имеет рнг выше рыцря, положено нходиться в зле для удиенций, не во внутренних покоях. Блюститель этикет никк не рссчитывл услышть в ответ, что Пэкингтон «знет првил тк же хорошо, кк и то, что Арундел — нглый, неотеснный подлец». Пок лорд-стюрд приходил в себя от возмущения, нрушитель с достоинством проследовл к королеве. Сходный скндл произошел с Лейстером, когд его посыльного с зпиской крульный не пропускл во внутренние покои. Грф был стршно оскорблен тем, что кто-то посмел прегрдить путь человеку из его, Лейстер, свиты, и обещл стереть чсового в порошок. Но тот окзлся не робкого десятк и опередил фворит, бросившись к ногм Елизветы с крикми о том, что он лишь выполняет свой долг, зщищя ее величество, соглсно прикзу. Ей пришлось встть н его сторону, потом долго утешть обиженного Лейстер.

Кк типично было это стремление попсть туд, где обитют сильные мир, для особей стрнной популяции, нселявшей дворец, — придворных. Оно привносило в жизнь двор дух постоянного соперничеств з смое теплое место под солнцем, которым был он, королев. Недостижимым для большинств горизонтом, з которым устлое светило могло укрыться н время от глз подднных, были личные покои королевы — ее кбинет, библиотек, спльня с вызолоченным потолком и здрпировння шелкми и прчой вння комнт. Но дже во внутренних покоях королев оствлсь окруженной кмеристкми и служнкми. С годми Елизвет все чще зсиживлсь здесь до утр, игря с кем-нибудь из фрейлин или особо приглшенных друзей в крты или в шхмты.

Королев любил окружть себя прекрсными книгми в крсных брхтных переплетх с тисненым болейновским соколом н корешкх, причудливой изящной утврью, большя чсть которой был новогодними дрми ее придворных, и музыкльными инструментми, н многих из которых он превосходно игрл. По меркм XVI век Елизвет был чрезвычйно чистоплотн и повсюду возил з собой походную позолоченную внну — нстоящий шедевр ювелирного искусств. Он слвилсь тонким обонянием и не терпел дурных зпхов, что блготворно влияло н гигиенические стндрты ее двор.

Прктически в любой момент своей жизни Елизвет помнил о том, что должн что-то игрть, изобржя милостивую госпожу, непорочную девственницу и т. п. З исключением неизбежных срывов, вызыввшихся в молодые годы влюбленностью, позднее периодическими вспышкми ревности или стрческим рздржением, когд он рздвл фрейлинм зтрещины, Елизвет неизменно зботилсь о своей репутции, сколь бы привычной и немногочисленной ни был публик. Однжды он скзл депуттм прлмент: «Мы, госудри, нходимся, кк н сцене, — н глзх и н виду у всего мир, открытые его нблюдениям». Никто не знл лучше нее, что знчит провести н подмосткх сорок пять лет, не имея возможности ни н мгновение скрыться з кулисы.

Единственной поблжкой, которую он позволял себе, был чстный хрктер ее трпез. В отличие от своего отц он не любил есть н людях и подолгу предвться зстолью в Большом зле, где з огромным столом обедли придворные. Однко дже если Елизвет ел у себя в «чстной плте», он незримо присутствовл и н общей трпезе, почти кк Господь, чье имя полглось упоминть в молитве перед едой. В Большом зле для королевы ежедневно сервировли стол, окзывя пустому столу всевозможные знки почтения, кк если бы королев действительно сидел з ним. Снчл дв джентльмен торжественно вносили сктерть и, трижды преклонив колени, стелили ее, зтем с теми же ревернсми вносили прибор, соль и хлеб, после чего нступл черед придворных дм, которые клли хлеб н трелку королевы. Зтем в зл входили слуги с золотыми блюдми со всевозможными яствми, и кждый из них должен был принять из тонких пльчиков фрейлины и съесть по кусочку того блюд, которое принес (предосторожность против отрвления). После того кк в течение получсовой церемонии под несмолкющие звуки труб и брбнов королевский стол нконец был нкрыт, блюд одно з другим уносили туд, где Елизвет нмеревлсь обедть в действительности. Ее вкусы в еде были просты: мясо с горчицей и вреные устрицы. Кроме того, в отличие от своих придворных, поглощвших мссу продуктов и в Уйтхолле, и во время поездок по стрне (приводя в ужс гостеприимных хозяев), королев был очень умеренн в еде, оствшись до конц жизни легкой и подвижной.

Окрестности дворц, служившие для отдых, ткже преднзнчлись в основном для излюбленных рзвлечений сильного пол: теннисные и бдминтонные корты, построенные стрниями Генрих VIII, площдки для игры в шры, ристлище, где по прздникм проводились рыцрские турниры, в иные дни вместо рыцрей тм вступли в схвтки медведи и собки мстифы; кк большинство современников, Елизвет нходил удовольствие в этой кроввой збве. Когд же он бывл в блгочестивом нстроении, к услугм королевы были чсовня для молитв, прк с пристнью у смого дворц, где всегд стоял королевскя брж для ктния по Темзе. Уйтхолл, хотя и рсположенный в центре столицы, двл прекрсную возможность прогуляться верхом по пркм, покрыввшим знчительную чсть того рйон Лондон, который сейчс нзывется Вестминстером. Однко когд Елизвет хотел по-нстоящему нслдиться верховой ездой, он отпрвлялсь в Ннсч поохотиться н оленей или н дичь с соколми.

Придворные, соствлявшие постоянное окружение королевы, были столь же необычными предствителями человечеств, сколь искусственной был сред их обитния. Уже во времен отц Елизветы двор сделлся для нглийских дворян весьм притягтельным местом. Оствляя поместья, не приносившие больших доходов, они слетлись в Лондон в ндежде получить прибыльную должность, выгодное нзнчение н военную или дипломтическую службу, милости в виде титулов, пенсий и подрков. Но это удвлось, быть может, десятой чсти жждущих, остльные же пристривлись в хвост з фворитми, рссчитывя уже н щедроты из рук последних. Этот тесный мир был пронизн взимными связями: горизонтльными — между родственникми, которые поддерживли друг друг н пути к успеху, и вертикльными — между высокопоствленными птронми, фворитми и их клиентми — рыцрями, джентльменми, молодыми провинцилми, мечтвшими получить при них должность. И те и другие связи неизбежно порождли фркции и острую борьбу з влияние н монрх, з посты в госудрственном упрвлении и, что немловжно, в упрвлении смим двором, ибо этот сложный мир имел свою рзветвленную дминистртивную систему. Постоянное соперничество постепенно вывело новый биологический тип — «человек придворного» со всеми его достоинствми и недостткми.

К числу несомненных достоинств елизветинских придворных относились достточно высокие стндрты их обрзовния и воспитния, сложившиеся к середине XVI век. Если среди министров ее отц еще были люди, не способные нписть собственное имя, то при Елизвете придворный был немыслим без обрзовния, полученного в университете или в юридической школе, что грнтировло его знкомство с нтичной и современной литертурой, языкми, историей и философией. Помимо этого следовло облдть ткими совершенствми, кк умение игрть н музыкльных инструментх, грциозно тнцевть, глнтно ухживть з дмми, слгть стихи и быть знимтельным собеседником. В число издержек входили неискренность, угодничество, льстивость и прочие подобные кчеств, обеспечиввшие успех и крьеру. Один из современников скзл кк-то о придворном: «Он никогд не говорит, что думет, и не думет, кк говорит, и во всех вжных вопросх его слов и их смысл очень редко совпдют». Когд некоего молодого человек елизветинской поры спросили, почему он не при дворе, он ответил с презрением: «Быть придворным? Я не имею ничего общего с этими пресмыкющимися!» Не все придворные, безусловно, были рептилиями, среди них попдлись и чрезвычйно незвисимые особи, нделенные звидной витльностью, умом и осмотрительностью, ткие кк Лейстер, Рэли или молодой грф Эссекс. Им было преднзнчено стновиться лидерми в любых обстоятельствх, и не случйно Елизвет отличл их. К чести королевы, ндо зметить, что при ее дворе высоко поднимлись и пользовлись ее милостями только те, кто облдл рельными достоинствми, что бы о них ни говорили их соперники.

Монрх знимл в этом вечно врждующем мире уникльную позицию рспределителя блг и милостей. Он держл в своих рукх рог изобилия и блгодря одному этому уже мог рссчитывть н бесконечные изъявления любви и преднности от своих придворных. Елизвет кк црствующя королев сумел дже усилить эту позицию, ибо он был женщин, не только «леди-суверен», но и Прекрсня Дм, дев, вечный символ чистоты, что позволяло облечь поклонение ей в совершенно иные, более эстетизировнные и лестные формы. Уникльность ее двор состоял в том, что тм были воскрешены во всем блеске куртузные обычи средневекового рыцрского культ, которые блгополучно уживлись с ее весьм современными методми политического упрвления. Все с увлечением окунулись в глнтную игру рыцрского служения госудрыне, достигшую погея, когд королев пребывл в зените слвы и довольно преклонных годх. Игр эт рзвивлсь по собственным зконм, и чем стрше стновилсь Елизвет, тем более пылкие слов для выржения своей любви нходили ее рыцри, чем больше морщин появлялось н ее лице, тем белее оно стновилось в сонетх, прослвлявших ее. Обе стороны нходили удовольствие в этой изыскнной игре. Елизвет жждл всеобщего поклонения и никогд не уствл слушть комплименты своим глзм («они кк звезды»), лебстровой коже, точеным рукм («х, они словно из слоновой кости»), своим грции, уму и неисчислимым тлнтм. Многие из ее поклонников искренне увлеклись ролью воздыхтелей, им нрвилось быть влюбленными в королеву, писть томные сонеты и рисковнные любовные послния. Он же, поощряя всех, отличл среди них немногих, но почти никогд одного. Очень рно Елизвет пришл к убеждению, что придворные куртузные игры — т же политик, где можно поощрять и стлкивть противников, добивясь, чтобы они служили ей с еще большим рвением и смоотречением. Впрочем, стлкивться они были готовы и сми, ей оствлось лишь вовремя утихомирить своих поклонников, возвысить обиженного, унизить возвысившегося, чтобы ни один не терял ндежды.

Тк средством против слишком нстойчивого Лейстер, стремившегося монополизировть ее внимние, стл в середине 60-х годов Томс Хинедж — один из джентльменов, охрнявших личные покои королевы, выдвинувшийся зтем в кзнчеи и вице-гофмейстеры. В пику Лейстеру Елизвет открыто выкзывл свои симптии к нему. Впрочем, их флирт был бсолютно невинен: в отличие от сэр Роберт Хинедж был счстливо жент и не питл мбициозных плнов в отношении королевы. Ему удлось дже сохрнить дружбу с грфом — еще одно докзтельство, что тот не верил в подлинность перемены чувств Елизветы и видел в ее зигрывниях с Хинеджем попытку поствить его, Лейстер, н место. Кк только их отношения с королевой нлдились, соперник был вынужден покинуть Виндзор. Сэр Томс не оствил зметного след в ннлх придворной жизни, кроме рзве что тк нзывемого медльон Хинедж, подренного ему королевой. Н крышке медльон крсовлсь крсня тюдоровскя роз, внутри нходился обрмленный золотом, рубинми и бриллинтми портрет королевы — нстоящий шедевр кисти Хиллирд.

Приблизительно в то же время взгляд королевы упл н молодого крсивого юрист Кристофер Хэттон, который великолепно тнцевл во время прздничного тетрльного предствления в корпорции юристов Грейз-Инн. Вскоре приятный молодой человек знял стрнное для првовед место в числе джентльменов-пенсионеров личной охрны королевы. Однко в этом возвышении не было ничего, отдющего скндлом (см Лейстер ктивно покровительствовл Хэттону в первые годы его крьеры при дворе). Многие из веселившихся и тнцеввших в тот вечер получили хорошие должности, зтем поднялись к высотм влсти: Ф. Онслоу стл спикером плты общин, Р. Мэнвуд — глвным броном кзнчейств, см Хэттон в 1572 году был произведен в кпитны джентльменов-пенсионеров, впоследствии стл членом Тйного совет. И если сэр Кристофер, кк про него говорили, «протнцевл» дорогу к королевскому фвору, то он был обязн этим не прекрсным ногм, голове, тк кк выбрл достойное место для тнцев — Грейз-Инн, векми поствлявший лучшие юридические умы Англии.

Хэттон был смым верным из поклонников королевы, писвшим ей нежные письм, полные вздохов и томления. Он единственный остлся вечным холостяком и не причинил Елизвете той боли, которую он неизбежно испытывл, когд ее фвориты втйне женились, безжлостно покзывя стреющей женщине, что глнтное поклонение ей — не более чем прелестня игр. Сэр Кристофер не требовл ни ее руки, ни короны, ему было достточно ее «любви», плтонической, согревющей, кк солнечные лучи. З свою деликтность он получл от нее смые нежные прозвищ: Прекрсня Погод, Овечк, Бршек. Когд у Хэттон рзболелсь печень, Елизвет, всегд внимтельня к друзьям, готовя нвещть их и чсми сидеть у постели стрдльцев, нстоял н его отъезде н воды в Нидерлнды. Оттуд он писл ей стрстные и жлобные письм, не в силх выносить рзлуку: «Я смою ошибки в этих письмх слезми из-под век и тк зпечтю их. Если бы Господь позволил мне окзться подле Вс хотя бы н чс… Не оствляйте меня, моя смя дорогя, миля госпож. Стрсть обуревет меня. Я не могу более писть. Любите меня, ибо я люблю Вс».

Хэттон нвсегд остлся ее преднным другом и мудрым советником в отличие от многих молодых крсвцев, не облдвших его умом и тктом. Одним из них был ирлндец грф Ормонд по прозвищу Черный Том. Ровесник Лейстер, он доствил последнему немло неприятных минут, тк кк совершенно поглотил внимние королевы, н время появившись в Лондоне. Белый Медведь бесился и ревновл, пок ирлндец не вернулся н родину к своему привычному знятию — войне с врждебными клнми Десмондов и О’Нейлов.

В 1571 году еще один прекрсный тнцор покорил нендолго вообржение королевы. Впрочем, он был столь же прекрсным поэтом, придворным и турнирным бойцом. Именно во время рыцрского турнир он обртил внимние н стройного юношу с крими глзми — воспитнник лорд Берли и в скором времени муж его дочери — Эдурд, грф Оксфорд. В отличие от Лейстер он был подлинным ристокртом, не кретурой Елизветы, он всегд ценил голубую кровь. Зметив ее рсположение к юноше, противники Лейстер решили, что ншли ему достойного соперник; корон подошл бы к блгородному профилю грф Оксфорд. Это, однко, не входило ни в плны Елизветы, ни в его собственные. Молодой человек облдл неуступчивым хрктером и получил от нее прозвище Кбн, контрстироввшее с его внешностью, но отржвшее его нтуру. В 1578 году, когд в Англии с рзмхом принимли фрнцузское посольство, ходтйствоввшее о брке с Алнсоном, во время прием Елизвет попросил Оксфорд стнцевть перед гостями. Он нотрез откзлся, вырзив ндежду, что «ее величество не зствит его рзвлекть фрнцузов», и, несмотря н повторную просьбу, остлся непреклонен.

Вообще тнцы имели нд Елизветой ккую-то мгическую влсть, и многие ее поклонники это знли. Лейстер стремился всегд и во всех отношениях оствться ее единственным пртнером. Сильному и тлетически сложенному, ему хорошо удвлсь вольт — бурня пляск, в которой квлер, круж дму, высоко поднимет, почти подбрсывет ее. Среди несколько нивных и некзистых творений елизветинских живописцев средней руки существует кртин, изобржющя, кк полгют, Елизвету, тнцующую с грфом Лейстером. Богто одетя рыжеволося леди в ярком плтье и фривольных крсных чулкх действительно похож н королеву. Кто бы ни был ее пртнер, он лучше удлся художнику и выглядит горздо живее, придвя всей сцене ощущение бурного и рдостного движения. В отличие от Лейстер Хэттону были ближе грциозные и плвные тнцы. Однжды, когд королев явно нслждлсь его искусством, грф решил перебить впечтление и пообещл своей госпоже, что предствит ей удивительного мстер — учителя тнцев, чьи элегнтные позы и умелые шги зтмят в ее глзх Хэттон. Елизвет не дл в обиду своего любимц, ответив: «Фи, я не хочу видеть вшего человек, ведь это всего лишь его ремесло».

Если в 70-х годх, несмотря н все перемены в ее нстроениях, рсположением Елизветы преимущественно пользовлся Лейстер, который вынужденно, но терпеливо делил его с Хэттоном и, негодуя, с Алнсоном, то 80-е прошли под знком нового увлечения королевы. Это был нстоящий противник, достойный Лейстер. Звли его Уолтер Рэли.

Этот удивительный человек стл для Елизветы истинным подрком судьбы, скрсив нервные дни ее неотвртимого стрения светом утонченного и изыскнного ухживния. Он, кк и Дрейк, был девонширцем, провел юность у моря и нвсегд зболел им. Утвердившись при дворе, он тк и не превртился в придворную рептилию, обиттеля микромир дворц; большой, безгрничный мир, неоткрытые земли и неизведнные пути влстно мнили его. Рэли появился в столице кк «человек ниоткуд» — невысокого происхождения, без влиятельных покровителей, но очень скоро королев зметил его. Ее внимние могло привлечь то, что он был родственником ее любимой нствницы Кэт Эшли. Однко, соглсно преднию, Рэли покорил Елизвету эффектным жестом: когд он следовл по улице и остновилсь в нерешительности перед грязной лужей, он мгновенно скинул с плеч новый плщ, н который истртил половину имевшихся у него денег, и бросил под ноги госудрыне. Возможно, это всего лишь легенд, но он слишком крсив, чтобы откзывться от нее. И см жест, и решимость, с которой он был сделн, тк похожи н истинного Рэли! Молодой придворный нчинл кк один из личных охрнников королевы, позднее ств их кпитном. Узнвя его лучше, Елизвет с изумлением обнруживл в нем все новые и новые достоинств.

Сэр Уолтер непостижимым обрзом сочетл в себе несовместимые противоположности. В необыкновенно утонченном голубоглзом крсвце, кким он предстет н минитюрном портрете рботы Николс Хиллирд, в кружевном воротнике и мленькой «итльянской» шпочке, делющей его похожим н Ромео, трудно угдть влстного и энергичного кпитн. Интеллект же морского волк, острот и философскя глубин суждений вскоре сделли его незменимым собеседником для Елизветы. К счстью для Рэли, у нее было достточно времени беседовть с ним, пок Медведь и Лягушонок преследовли Фортуну в Нидерлндх. Хэттону же оствлось лишь вздыхть, видя, кк новичок преврщется для королевы в нстоящего оркул.

Рэли был бловнем муз, в особенности к нему блговолили Эрто и Клио. Его прекрсные сонеты вошли в сокровищницу нглийской поэзии нрвне со стихми Сидни, Спенсер и Шекспир. Но, упржняясь в сочинении псторлей, он был скептиком, порой — желчным стириком, порой — рефлексирующим пессимистом. Помимо стихов Рэли оствил миру философские письм, эссе и незвершенную «Всемирную историю». Его глубокий ум волновли згдк души и непостижимость Творц, но, подвергнув их нлизу, он рзуверился и в том, и в другом. Вокруг него объединился кружок тких же, кк он, вольнодумцев, среди которых был блестящий Кристофер Мрло и тинственный доктор Ди — философ, врч, лхимик и строном. З глз их в ужсе нзывли колдунми и теистми. Рэли был нстолько ярок, необычен и не похож н других, что не мог не звлдеть внимнием своей короновнной госпожи.

Он быстро вступил в куртузную игру поклонения Елизвете, но в отличие от многих менее тлнтливых учстников не остлся простым получтелем ее милостей, подрков и должностей, превртился в ктивного творц миф о королеве — Прекрсной Дме, посвятив этому свои тлнты, фнтзию и вкус. Никто прежде не мог польстить ей с тким изяществом, воспев «эти очи, что приковывют кждое сердце, / Эти руки, что притягивют зеницы всех очей…». Он уподоблял Елизвету то желнному берегу, у которого потерпели крушение многие госудри, отвергнутые ею, но он, влюбленный, стремится к гибельному порту с жждой слдкой смерти от любви, то божественной охотнице Дине: «Время не влстно нд ней: он првит его колесницей. / Ее держв выше бренного мир, / Ее достоинств зствляют звезды спуститься ниже…»

В хороводе поклонников Елизветы Рэли избрл для себя роль молчливого воздыхтеля, тящего свою любовь и не помышляющего об ответном рсположении, но тем не менее время от времени «проговривющегося» о своей стрсти в сонетх, дресовнных «импертрице его сердц». Его сдержнность, мскирующя истинную стрсть, уверял он, «происходит не из-з недосттк любви, из-з избытк почтения».

Верня привычке рздвть своим близким прозвищ, Елизвет окрестил Рэли Океном, Окенским Пстухом. Он же немедленно возвел ее в богини окен, нзвв Цинтией — богиней луны, повелевющей приливми и отливми. Изъявление любви Окен к Цинтии зняло у Рэли 138 песен длиннейшей поэмы с одноименным нзвнием. То был его подрок королеве, в которой поэт видел воплощение всех римских богинь одновременно — Цинтии, Фебы, Флоры, Дины и Авроры. С точки зрения строгого вкус это было чуть-чуть слишком. Но женское тщеслвие зствляло Елизвету предпочесть пышные комплименты безупречности стиля.

Неудивительно, что Рэли совершил стремительный подъем при дворе. Уже спустя дв год после его появления в Лондоне его состояние увеличилось в несколько рз. Путешественник из Помернии Л. фон Ведель, присутствоввший н обеде и блу в Гринвиче, зметил некоторую фмильярность, с которой Елизвет обрщлсь к своему новому любимцу, и не преминул передть дворцовые сплетни: «Он обртилсь к кпитну по имени Рэли, укзв пльцем н пятнышко у него н лице, и уже собирлсь вытереть его собственным плтком, но он вытер его см прежде того. Говорят, что теперь он любит этого джентльмен больше всех, возможно, это првд, тк кк дв год нзд он едв мог содержть одного слугу, теперь же блгодря ее щедрости он может держть пять сотен». Золотой дождь, пролившийся н Рэли, позволил ему одевться роскошно, кк никому; говорили, что одни его туфли, усыпнные бриллинтми, стоили 6 тысяч фунтов стерлингов (средний годовой доход рыцря в ту пору соствлял около 500 фунтов стерлингов). В эти годы см Елизвет и з нею весь двор воспылли неуемной стрстью к дорогим и экстрвгнтным костюмм, н которые уходили целые состояния. Грдероб Елизветы нсчитывл тысячи плтьев, рсшитых жемчугми, рубинми и бриллинтми. И если Елизвет был новой Клеоптрой, кк ее нзывли иезуиты, Антонием, молодым и прекрсным, был несомненно Рэли. А что же стреющий Цезрь? Лейстер, рзумеется, недолюбливл сэр Уолтер, похитившего у него н время титул «первейшего королевского удовольствия», которым нгрждл фворитов молв. Рэли плтил ему тем же и после смерти грф нписл н него ядовитую стиру-эпитфию:

Здесь погребен воитель,
Что меч не обнжл;
Здесь погребен придворный,
Что слов не держл;
Здесь погребен грф Лейстер
В првленье был он плох,
Его боялись люди И ненвидел Бог[9].

Но с уходом Лейстер Рэли нследовл ему и кк смому ненвидимому человеку в королевстве. Звисть оствлсь слепой к его достоинствм, но чувствительной к новым и новым милостям королевы: он дровл ему доходную должность попечителя оловянных рудников в Девоне и Корнуолле, сделл лордом-лейтеннтом Корнуолл и вице-дмирлом флот, подрил великолепное поместье — мнор Шерборн, и позволил пользовться прекрсным дворцом Дрэм-хус в Лондоне — ее собственной резиденцией в былые годы. Слв Рэли кк дуэлянт зствлял многих недоброжелтелей прикусывть языки, но он знл, что нелюбим, и был готов дть суровую отповедь любому: «Я отвечу словми тем, кто хулит меня в лицо, мой хвост достточно силен, чтобы спрвиться с теми, кто злословит у меня з спиной».

Молодой придворный и тлнтливый поэт, крестник королевы Дж. Хррингтон нписл н Рэли стиру, где вывел его Пулусом, гордым и тщеслвным со всемирно услужливым и пресмыкющимся перед госудрыней. «Он нзывет себя ее всслом, ее созднием, но, именуя себя ее рбом, он преврщется в ншего господин. Он получет все, что зхочет, бесконтрольно, блгодря тому, что поет одну и ту же струю песенку — ре, ми, ф, соль». Молодой человек был не совсем прв: песенк Рэли вовсе не был ткой однообрзной. Непредскзуемый и переменчивый, кк окен, он постоянно удивлял королеву новыми идеями и необычным, льстившим ей ухживнием. Рзве кто-нибудь другой из ее поклонников дрил ей вновь открытые земли и нзывл ее именем длекие колонии. Это блгодря ему, Уолтеру Рэли, и его брту, Хэмфри Гилберту, кртогрфы вписли ее имя — Виргиния — в крты мир. Кто еще мог привезти ко двору экзотических индейцев и рзвлекть королеву и придворных рсскзми о путешествиях в джунглях среди дикрей? С кем еще Елизвет могл почувствовть себя любопытной девочкой и рискнуть зтянуться мерикнским тбком? Рэли зствил ее сделть это, появившись при дворе, попыхивя трубкой и пускя кольц дым. Зкурив, к ужсу фрейлин, лепетвших, что неведомое зелье может убить ее, он предложил отведть тбк и им. Через несколько лет уже весь нглийский двор усиленно дымил трубкми, поржя инострнцев.

И все же, несмотря н явное первенство Рэли при дворе в 80-е годы, кким зблуждением было бы считть, что королев позволит ему стть монополистом ее щедрот. Он никогд не изменял себе (мло кто до ткой степени мог соответствовть ее девизу «Всегд т же») и не двл угснуть ндеждм других фворитов — стрых и новых, чтобы создть противовес Рэли, вернее, целую систему противовесов. Ложь нисколько ее не смущл. В 1585 году, когд двор путешествовл по стрне и остновился н время в Крондоне у рхиепископ Кентерберийского, Кристофер Хэттон почувствовл себя уязвленным из-з того, что Рэли отвели покои, н которые претендовл он см. Хэттон вырзил обиду молч и скорбно: послл королеве «узел верной любви» — причудливое символическое хитросплетение из золотых и серебряных шнуров. Королев поспешил зверить его через посыльного: «Он скорее соглсилсь бы увидеть его (Рэли) повешенным, чем срвнявшимся с Хэттоном». Можно побиться об зклд, что Рэли он говорил то же смое.

Лейстер тоже нельзя было сбрсывть со счетов, и, пок он был жив, они с Рэли усиленно поддерживли видимость хороших отношений, чсто вместе объединяясь против общего политического противник — лорд Берли. Стрый сэр Уильям по-прежнему был првой рукой королевы во всем, что кслось госудрственных дел, и поскольку фвориты знли, что их королев не приндлежит к числу женщин, чье внимние можно долго удерживть одними сонетми и лестью, им приходилось постоянно докзывть свою компетентность в политике и госудрственном упрвлении: они зседли в Совете, воевли з нее н суше и н море, и тень соперник з спиной порождл невиднное рвение. Фвориты-противники были нкрепко сковны одной цепью. Когд Лейстер отпрвился комндовть нглийской рмией в Нидерлнды, он не зхотел оствлять Рэли з спиной, тот, в свою очередь, стремился з грфом, ревнуя к его будущей военной слве. Но королев не отпустил сэр Уолтер от себя: он не могл лишиться срзу двух любимцев. Кзлось, для Рэли нстл миг торжеств, когд рзгорелся скндл из-з принятия Лейстером титул верховного првителя Нидерлндов. Однко гнев Елизветы скоро утих, и Рэли не без внутреннего сожления поспешил зверить Лейстер, что всегд был его преднным другом и двоктом перед королевой. Он писл: «Королев очень хорошо рсположен к Вм и, слв Богу, успокоилсь, и Вы снов ее “милый Робин”».

Гнев Елизветы н Лейстер в 1585 году не в последнюю очередь был вызвн поведением его жены, Летиции Ноллис, которя вознмерилсь присоединиться к мужу и отпрвиться в Нидерлнды в сопровождении роскошного поезд крет, с тким шттом прислуги и придворных дм, кк будто он уже стл губернторшей Нидерлндов. Елизвете немедленно донесли, что ее кортеж выглядит едв ли не роскошнее королевского. Результт было нетрудно предугдть: Летиция Ноллис никогд не увидел голлндского берег.

С возрстом королев все нетерпимее относилсь к чужим бркм, проявляя все симптомы звисти строй девы. Фрейлины трепетли при одной только мысли, что им ндо поствить Елизвету в известность о своих плнх вступить в брк с кем-то из придворных: в ответ они рисковли услышть мссу колкостей и дже получить зтрещину. Но когд брки зключлись тйно, это грозило нстоящей бурей, оплой и тюрьмой. Зня об этом и о том, кк тйня женитьб повредил Лейстеру, Рэли тем не менее не удержлся от повторения его ошибки.

Его внимние привлекл одн из придворных дм, Элизбет Трогмортон, и Рэли прослвил ее в сонетх кк Сирену, «чьи руки кк будто выбелены Природой в молоке, см он создн из снег и шелк». Возможно, ревнивя Елизвет зметил его рсположение к молодой женщине, тк кк между ней и фворитом произошл сцен. Однко Рэли удлось убедить стреющую Цинтию, что только ее очровние по-прежнему влстно нд ним. Нездолго до этого, чтобы доствить королеве удовольствие, он привел ко двору поэт Эдмунд Спенсер, уже известного своими псторлями. Тот нчл рботу нд большой поэмой «Королев фей», прослвлявшей Елизвету в обрзе Бельфебы, прототипом же ее верного воздыхтеля Тимис послужил сэр Уолтер. У Спенсер есть нмек н их ссору из-з досдного недорзумения. Некую юную дму Аморет (Элизбет Трогмортон?) похитило Вожделение. Тимис и Бельфеб бросились в погоню. Вожделение, сржясь с Тимисом, зслонялось телом Аморет, и герой случйно рнил ее мечом. Пок врг спслся от преследовния Бельфебы, Тимис приводил в чувств рненую Аморет. Возвртившяся Бельфеб, зств эту нежную сцену, обвинил его в неверности и удлилсь, оствив Тимис стенть и скитться по лесм в отчянии. Недорзумение вскоре збылось, но рельному Тимису (Рэли) не удлось ндолго усыпить подозрения вгустейшей Бельфебы. Элизбет Трогмортон ждл от него ребенк, ив 1591 году они тйно поженились. Новость быстро дошл до ушей королевы, и очень скоро рзлученные супруги окзлись под домшним рестом. Рэли сидел взперти в Дрэм-хусе под ндзором своего кузен Кэрью и не имел доступ ни ко двору, ни к королеве. Его сттус и блгосостояние, в основе которых лежли щедроты Елизветы, окзлись под угрозой. Сэр Уолтер немедленно нчл бомбрдировть письмми всех, кто мог помочь ему вернуть ее рсположение.

Ккой бы формльной игрой ни был их «ромн», темпермент и гордыня не позволяли Рэли смириться с оплой. Стоило Солнцу лишь чуть-чуть отвернуться, и сэр Уолтер уже чувствовл себя глубоко несчстным, кк нстоящий влюбленный. Летом 1592 год в Дрэм-хусе рзыгрлсь прелюбопытнейшя сцен: сидя у окн, выходящего н Темзу, Рэли увидел королевские бржи и лодки с придворными, проплыввшие мимо. В былые времен и он нходился бы подле королевы н одной из них, нслждясь музыкой и светской беседой. По свидетельству очевидц, Артур Горджес, он вдруг рзрзился проклятиями в дрес своих вргов, которые специльно подстроили тк, чтобы несчстный узник увидел процессию и мучился от бессилия, кк Тнтл от жжды. «Кк человек, зхвченный стрстью, он поклялся сэру Джорджу Кэрью, что переоденется и рздобудет лодку, чтобы облегчить свои стрдния хотя бы только одним взглядом н королеву, в противном случе, — зявлял он, — его сердце рзобьется». Его стрж вовсе не хотел неприятностей и откзлся отпустить его под честное слово. Рэли рзъярился и нчл оскорблять Кэрью. От рзговор н повышенных тонх кузены перешли к делу и обнжили шпги. Лишь вмештельство Горджес, бросившегося их рзнимть и порнившего пльцы о клинки, предотвртило серьезное кровопролитие, но не примирило их. Зкнчивя свой отчет, Горджес зключл: «Боюсь, сэр Уолтер Рэли скоро превртится в Неистового Ролнд, если светля Анжелик будет с ним суров и впредь».

Анжелик между тем был неумолим. По ее прикзу Рэли перевели из-под домшнего рест в Туэр. В зточении он слгл стихи:

Пусть плоть в стенх зточен,
Не чует рн, ей ннесенных злом,
Зто душ, свободы лишен,
Приковн к пленявшему в былом,
Лишь бледный лик унынья виден ей.
Был прежде этот кземт
Любого обитлищ милей,
Но время и превртности сулят
Иного стрж мне и стол иной.
Свет крсоты и огнь любви меня
Живили, но сокрытому стеной
Ни пищи нет, ни свет, ни огня.
Отчянье змкнуло мне врт.
Стенм кричу — в них смерть и пустот[10].

Из Туэр Рэли нписл проникновенное письмо Роберту Сесилу, сыну лорд Берли, рссчитывя, что тот покжет его Елизвете и он смягчится (королев в это время собирлсь оствить Лондон и отбыть в летнее путешествие по стрне): «Мое сердце не бывло рзбито до того дня, когд я узнл, что королев уезжет тк длеко, и я, который следовл з нею в течение многих лет с ткой любовью и желнием во многих путешествиях, теперь оствлен совсем один в мрчной темнице. Когд он был рядом и я мог хотя бы слышть о ней рз в дв или три дня, мои печли не были тк тяжелы. Но теперь мое сердце брошено в пучину несчстья. Я лишен возможности видеть ее, грцующую верхом, кк Алексндр, охотящуюся, кк Дин, ступющую, кк Венер — и легкий ветерок колышет ее прекрсные волосы у чистых, кк у нимфы, щек, — иногд сидящую в тени, кк богиня, иногд поющую, кк Орфей. Воззрите н печль этого мир! Один неверный шг — и я лишен всего этого».

Королеву не рзжлобили комплименты — он знл им цену. Хотя порой Елизвет обольщлсь н счет истинных чувств своих фворитов и приступы стрческой ревности выствляли ее в нелепом свете, он умел и жестоко проучить тех, кто обмнывл ее доверие, но по-прежнему рссчитывл н ее кошелек; он попросту делл их жлкими, лишив смой млости — своего внимния. Королев выпустил Рэли из Туэр по экстрординрной причине: нглийские корбли, среди которых были и приндлежвшие ему, зхвтили в море богтую добычу — португльскую кррку, груженную пряностями, золотом, черным деревом, дргоценными кмнями и шелкми. И Рэли, и королев были пйщикми в этой экспедиции.

Услыхв о колоссльном «призе», сэр Уолтер немедленно подсчитл, что доля королевы приближется к двдцти тысячм фунтов стерлингов. Он предложил з счет собственного пя увеличить ее доход до ст тысяч, чтобы докзть тким обрзом свою преднность ее величеству. Его немедленно выпустили, и Рэли отпрвился в Дртмут лично нблюдть з рзделом добычи. Обещнных ст тысяч не получилось, но Елизвету удовлетворили и полученные восемьдесят. Встретив Рэли, моряки рдостно приветствовли своего кпитн, и, хотя он печльно отвечл им, что отпущен лишь нендолго, «все еще несчстный пленник королевы Англии» чувствовл, что дел идут н попрвку. Туэр ему больше действительно не грозил (по крйней мере в црствовние Елизветы; он снов попдет туд при Якове I и тогд уже лишится головы). Елизвет получил хороший доход, сэр Уолтер — урок, который ему дорого обошелся. Но он возвртился ко двору, и жизнь вернулсь в привычное русло.

Элиз и ее рыцри

Квинтэссенцией ромнтического культ королевы стли рыцрские турниры в ее честь, по трдиции проводившиеся 17 ноября — в день восшествия Елизветы н престол. История приписывет идею их оргнизции слвному рыцрю Генри Ли — убежденному протестнту, который в нчле ее црствовния дл обет кждый год в этот счстливый для Англии день брость перчтку и ждть н ристлище любого соперник, чтобы срзиться во слву королевы Елизветы. Он был искусный воин и прекрсный турнирный боец, и госудрыня с удовольствием пожловл его звнием своего официльного зщитник н всех турнирх. Рыцрь и поэт Филипп Сидни, неоднокртно сржвшийся с Ли, вывел его в своей поэме «Аркдия» под именем Лэлия — «совершенного и непревзойденного в этом искусстве».

Н протяжении двух десятилетий турниры оствлись обычным придворным рзвлечением, но зтем смый дух их, нстроение и содержние совершенно преобрзились. Умеля пропгнд спял воедино эстетствующий придворный ромнтизм, неумирющий рыцрский спорт и религиозную идею и создл из этой мльгмы небывлый нционльный прздник, превртившийся в нродную трдицию, просуществоввшую до XVIII век. День 17 ноября стл днем триумф всех птриотов-протестнтов и их горячо любимой Элизы. Поэты нзывли его «день рождения ншего счстья, / Время цветения, весн мирной Англии». И не бед, что з окном был осень.

Со временем королеве пришл в голову блестящя идея приурочивть к этому дню свое возврщение в Лондон из згородной резиденции. Елизвет и ее свит ждли сигнл о том, что все приготовления к прзднику зкончены, и торжественно въезжли в столицу, зново переживя и воскрешя в пмяти подднных первое триумфльное вступление королевы в Лондон. Турниру в этот день отводилсь роль основного публичного зрелищ. Н него допусклись не только придворные зрители, но и широкя публик, с удовольствием плтившя несколько пенсов з стоячие мест.

Пестря толп зевк, состоявшя из горожн всех мстей, молодежи, женщин и молоденьких девушек, желвших полюбовться н блгородную збву джентльменов, уже с утр стеклсь к ристлищу у дворц Уйтхолл — туд, где и поныне нходятся кзрмы личной королевской гврдии. См Елизвет со своими придворными дмми рсполглсь н специльной глерее дворц, вознесення ндо всеми. В 1600 году редкой чести нблюдть турнир с королевской глереи были удостоены послы Московии, которые были этим весьм польщены: остльные инострнные дипломты знимли мест в толпе среди прочей публики. Судьи, которые вели счет удрм и очкм, восседли н особом блконе. Под ним нходилсь см площдк с брьером, рзделявшим поле ндвое. Бои велись только н копьях, которыми ндо было порзить противник поверх брьер.

Генри Ли однжды нзвл эти состязния «олимпидой в честь королевы», уподобив их величественным игрм героев и тлетов древности. Цвет нглийского дворянств и ристокртии почитл з честь блеснуть перед королевой и другими знтокми своим искусством — грфы Лейстер, Сссекс, Оксфорд, Эссекс, Кумберленд были звсегдтями боев. Однко короткой схвтки и быстро поломнных копий им было мло для смовыржения и изъявления любви к их «короновнной богине». Со временем торжественные выезды учстников н площдку стновились все более тетрлизовнными и предствляли собой сложные ллегорические живые кртины. Прд — нстоящий крнвл, предшествоввший схвткм, — приобрел глвенствующую роль. Это было незбывемое и яркое зрелище: кждый учстник выезжл н поле боя, облченный в символические одежды или доспехи; кто верхом, кто н триумфльной колеснице, кто н смодвижущихся повозкх. Фнтзии не было предел. Ккой восторг, должно быть, вызывло у публики появление повозки, зпряженной слонми (их, првд, изобржли искусно змскировнные лошди), нстоящими медведями, львми или дже верблюдми. З колесницми следовли оруженосцы, пжи, свит, одетые в цвет хозяин или ряженные дикрями, «космтыми ирлндцми», скзочными и легендрными персонжми. Иногд в предствлении учствовли профессионльные ктеры и музыкнты. Остновившись под блконом королевы, рыцрь обрщлся к ней с речью, объяснявшей смысл его костюм и явления, зтем слгл к ее ногм свой др — щит со специльно соствленной для этого случя эмблемой и девизом.

Сценрии и речи, в особенности имевшие прогрммный смысл, тщтельно соствляли либо сми учстники, если им хвтло тлнт, либо их ученые секретри; в особо ответственных случях лтинские тексты зкзывли специлистм из Оксфорд. Грфу Эссексу, нпример, помогл со «сценрными нходкми» см Фрэнсис Бэкон — в то время всего лишь его секретрь, позднее в оформлении турниров принимли учстие знменитый дрмтург Бен Джонсон и не менее популярный рхитектор Иниго Джонс. Сценогрфия прздников постоянно усложнялсь, требуя громоздких конструкций и сотен учстников, но зрелище, которое получлось в итоге, было высшим и живым синтезом всех «блгородных искусств», известных елизветинцм, — поэзии, музыки, философии, истории, живописи, рхитектуры и спорт. Не рз среди многоцветья гербов, эмблем, великолепных, укршенных чернью и золотой чекнкой, доспехов зрителям кзлось, что они перенеслись в скзочную держву короля Артур и рыцрей Круглого стол. Но у нового Кмелот был своя влдычиц — Королев Фей, Елизвет.

К ней устремлялись все мысли, речи, взоры. Н турнире 1590 год, нпример, один из учстников, лорд Ф. Стрэндж, появился в сопровождении сорок сквйров в белых одеждх, н повозке, предствлявшей собой корбль, н носу которого сидел выдрессировнный орел, склонившийся перед королевой. Белый — цвет чистоты и девственности, один из символических цветов Елизветы, избрл и лорд Комптон, явившийся н турнир Белым Рыцрем: все — от его плюмж до коня и копья поржло белизной. Двое других учстников отдли предпочтение золотому: Чрльз Блунт появился в виде Солнц, Роберт Ноллис — укршенным золотыми ветвями. Роберт Фитцуотер, нпротив, н турнире 1595 год предстл с необыкновенным плюмжем цвет воронов крыл и в изыскнных черных доспехх. Это было в тот год, когд грф Кумберленд порзил всех, выехв верхом н «дрконе».

Но черный цвет — символ верности и возвышенной печли — порой тргической нотой вторглся в рыцрский прздник. В 1586 году сэр Генри Ли, глвный оргнизтор всех турниров, провел по полю черного коня без всдник, отдвя днь пмяти погибшему в Нидерлндх рыцрю — поэту Филиппу Сидни. Спустя четыре год грф Эссекс выехл в сопровождении нстоящей трурной процессии, вызывя реминисценции со смертью Сидни — своего друг, н вдове которого он дл клятву жениться. Несмотря н блгородство днного обет, скрепленного кровью, Елизвет негодовл из-з этого брк, и грф ншел проникновенную форму, в которой нпомнил всем о смерти блгороднейшего из нглийских рыцрей, от которого он принял эстфету, о своем обещнии и о своем отчянии из-з немилости королевы. Он не могл не простить его.

В большинстве же случев белый и крсный цвет црили нд всеми остльными. Крсня сдовя роз и белый дикий шиповник были символми динстии Тюдоров; соединенные вместе, они соствляли тк нзывемую тюдоровскую розу. Елизвет особенно любил их и превртил в глубоко личные символы: незмысловтый шиповник олицетворял ее девственную чистоту, гордя роз — первенство нд остльными; он был первой среди земных женщин и госудрей, кк роз — первя среди цветов. Этот мотив постоянно обыгрывлся н турнирх. В 1584 году один из бойцов появился в обрзе Слепого Рыцря. Он прочел сонет, открыввший природу его недуг: рыцрь был ослеплен прекрснейшим цветком, который цветет одновременно белым и крсным цветом.

Турнир 17 ноября 1590 год стл одним из смых волнующих и грндиозных: сэр Генри Ли — непобедимый, но постревший зщитник королевы — передвл свои полномочия грфу Кумберленду. Прощние с ним вылилось в нстоящий триумф верного подднного и его госпожи, олицетворявшей в его глзх чистоту и првое дело, что для протестнт было неотделимо одно от другого. По этому случю н площдке перед блконом королевы был возведен «хрм римской богини Весты». Волшебное сооружение из стекл, хрустля и белой тфты, поднятое н колоннх, сияло изнутри. Три «вестлки» окружли покрытый золотой прчой лтрь с дрми богине, которые Елизвет — Вест принял в финле. Перед входом в хрм стоял колонн, увенчння короной и увитя белым шиповником, к основнию которой стрый Генри Ли сложил свои слвные доспехи. Он произнес прощльную речь, прослвлявшую его вгустейшую госпожу — «победительницу непобедимого врг, влдычицу морей и зокенских колоний, живую богиню, которую н небесх ждл венец». Дже сдв пост, этот еще крепкий воин выходил н ристлище в честь своей Элизы в 1597 году в облике Неутомимого Рыцря, но отныне официльным зщитником королевы был грф Кумберленд, н много лет ствший «Рыцрем из змк Пендргон» времен легендрного короля Артур. В этом обрзе он и позировл Николсу Хиллирду. Н портрете Кумберленд изобржен облченным в черные доспехи, укршенные золотыми звездми, и средневековое одеяние поверх них, н его шляпе — перчтк Елизветы, его Дмы, н щите — девиз «Hasta Quando», ознчвший, что он пронесет свое копье до смого конц.

Молодой грф Эссекс, мечтвший получить почетное звние, доствшееся Кумберленду, делл все, чтобы зтмить его. Нчинющий свое восхождение молодой фворит не только тртил целые состояния н собственные экстрвгнтные выезды, но и стрлся принимть учстие в общей оргнизции прздник и вырботке его сценрия, хотя королев не всегд ценил его рвение. В 1595 году Эссекс выступил с донельзя рстянутой постновкой, где в споре его склоняли кждый н свою сторону Любовь и Себялюбие. Последнее зсылло к рыцрю своих эмиссров — Отшельник (призыв уединиться и погрузиться в себя), Солдт (всецело отдться погоне з брнной слвой) и Секретря (предпочесть крьеру и высокое положение). Любовь же предствл в обрзе «индейского цря» (!), который вел долгие ученые споры с этими ллегорическими фигурми и нконец одерживл верх, убедив всех, включя рыцря Эссекс, отдть все свои силы и тлнты служению королеве. Утомлення Елизвет зявил, что, если бы он знл, что тут тк много будут говорить о ней, он бы не пришл смотреть турнир в этот вечер, отпрвилсь бы спть.

Улвливя ее нстроение, некоторые из рыцрей делли свои выезды збвными: облчлись в шутовские одежды и потешли публику речми, полными юмор. Тк, Томе Джеррд рзвеселил королеву и придворных дм, выехв н ристлище в прекрсном рыцрском облчении, но верхом н пони «ростом не выше собки».

Одним словом, кждый рзвлекл и прослвлял Елизвету в меру собственных сил, тлнтов и возможностей своего кошельк. Но если литертурные и ртистические дровния рыцрей не всегд были бесспорны, то их преднность и верность госпоже сомнений не вызывют. Некоторые из них продолжли глнтную игру и н полях нстоящих сржений, не деля рзличий между идельным рыцрским миром и действительностью. Воюя во Фрнции, Эссекс несколько рз вызывл коменднт вржеской крепости н поединок во имя Елизветы, предлгя тким обрзом решить судьбу осжденных. В условиях рельной войны и небутфорской крови фрнцуз счел это пустым ребячеством (увы, во Фрнции двно не было своих женщин-героинь и слишком долго првили мужчины).

Кк бы тм ни было, но эт постревшя женщин умел вызвть неподдельный энтузизм у своих воинственных рыцрей — и молодых, и ветернов. Дже если их пыл сводился лишь к сценической лихордке ктеров-дилетнтов, ствящих для собственного удовольствия любительские спекткли, это он, Елизвет, был их Музой, зствлявшей и пушки говорить стихми.

Те, кому довелось жить в то слвное время, с ностльгией вспоминли елизветинских героев:

Иных уж нет, иные и поныне живы
Из тех, кто в слвный век Элизы
Служили верно ей, то время
Достойно прослвляя…

Стрнствующя королев

Одной из смых удчных пропгндистских нходок Елизветы были ее регулярные путешествия с визитми в грфств, город, университетские центры, поместья ристокртов. Он генильно угдл извечную потребность рядовых обывтелей хоть н миг окзться рядом, увидеть, прикоснуться к великим мир сего, кумирм, потребность, с которой приходится считться и современным политикм. В ту пору эт прктик «общения с нродом» н площди был жизненно вжн для снискния широкой поддержки и вербовки верных сторонников. После Елизветы он решительно не удвлсь нглийским монрхм: и Яков I, и Крл I не были склонны к ктивным публичным контктм; популярность Стюртов никогд не был велик, и неудивительно, что они не смогли удержть престол. Когд же монрхия в Англии был рестврировн, герцог Ньюксл прямо посоветовл Крлу II возобновить елизветинскую трдицию королевских проездов по стрне, чтобы «доствить удовольствие и млым, и великим».

Конткты со всеми слоями обществ во время поездок позволяли Елизвете во всем блеске явить себя подднным, излить н них свет своего милостивого рсположения и зодно собрть щедрую днь восхищения, подношений и специльных рзвлечений, устривемых в ее честь. Последние внесли немлый вклд в создние елизветинской «золотой легенды». Королев-Солнце нслждлсь отрженным светом собственного сияния, слушя речи и бллды, сочиненные в ее честь, и любуясь причудливыми ллегорическими спектклями. Неизвестно, кому приндлежл идея публиковть прогрммы ниболее пышных официльных приемов в ее честь с текстми речей и описнием мизнсцен живых кртин, но он был весьм плодотворной. Читтели легко вообржли себя учстникми по-истине фнтстических зрелищ и в то же время получли обрзец того, кк следует обствлять подобные приемы.

Одним из смых знменитых чествовний королевы, формироввших обрзцы для подржния, стл ее визит к грфу Лейстеру в его поместье Кенилворс в 1575 году. Когд квлькд придворных приблизилсь к усдьбе, их встретил привртник — Геркулес с ключми и плицей, приветствоввший королеву пышной речью. Королевский кортеж проследовл з ворот, где гостям открылся великолепный вид н озеро, по водм которого нвстречу короновнной гостье двиглсь см Влдычиц Озер в сопровождении «нимф». Посреди озер рсполглся искусственный мост н четырндцти опорх с висевшими н них подношениями для Елизветы, см мост окружл целый сонм нтичных богов и богинь. Живя декорция дополнялсь двумя суковтыми посохми, увешнными доспехми и оружием (они символизировли смого хозяин дом, верного слугу и воин, посох был чстью герб Лейстер), ткже двумя вечнозелеными лвровыми деревьями, укршенными всевозможными музыкльными инструментми — олицетворение вечно юной Елизветы, любимицы Аполлон и муз. Вечером стрниями итльянского пиротехник нд озером был устроен великолепный фейерверк — потоки огня, искр, сияющих звезд и стрел (итльянец первончльно предлгл грфу зпустить в воздух живых кошек, собк и птиц, но Лейстер отверг эти сомнительные внгрдистские нходки). Прогрмм прием ткже включл охоты, бесконечные бнкеты, тетрльные спекткли-мски по вечерм, медвежьи бои и, нконец, финльную водную феерию, в которой перед королевой, обрзцом несрвненной крсоты и божественного величия, склонились Влдычиц Озер и см Протей — морское божество, — появившийся н «дельфине», внутри которого звучл музык.

Визит королевы и ее двор с внушительным поездом, скрбом, сотнями слуг был для хозяин и честью, и стихийным бедствием: неделя рзвлечений могл поглотить его годовой доход (только з один обед у виконт Монтгю, нпример, гости съели трех быков и сто сорок гусей, они прогостили у хлебосольного хозяин неделю). Однко приезд королевы необыкновенно поднимл престиж тех, кто удостивлся чести принимть ее, и мбициозные хозяев готовились к этому месяцми: подновляя свои дом, вствляя новые итльянские витржи, укршя отведенные королеве покои и т. д. Они тртили тысячи фунтов н подрки Елизвете — обыкновенно дргоценные «безделушки», стоившие целые состояния.

Он любил подрки, но более всего ценил искусное выржение любви и ртистически поднную тонкую лесть. Со временем «индустрия» приемов обрел сложившиеся формы: один и тот же ряд понятий обыгрывлся в ллегорических сценх, куд бы он ни приехл, — верность и преднность ей хозяев, ее неземные крсот и мудрость, мирное првление и торжество истинной религии. В 1591 году королев посетил Сссекс и гостил у ктолического мгнт виконт Монтгю. Кждый день хлебосольные (и, к слову скзть, не смые верноподднные) хозяев предлгли ей новые и новые рзвлечения. При приближении королевы к змку из-з стен его полилсь музык и стрж, одетый мифологическим Гигнтом, рзрзился длинной речью о том, что сбылось древнее пророчество — стены зпоют при приближении смой удивительной из женщин, после чего глнтный цербер пропустил процессию в цитдель. Н следующий день, в воскресенье, гостей ждл пышный бнкет. Понедельник был отдн охоте н оленей, и Елизвет собственноручно подстрелил трех. Во вторник после пир з столом длиной в двдцть четыре ярд гостья пошл прогуляться по прку. По пути ей встретился Пилигрим, предствившийся собиртелем древностей и достопримечтельностей. Он поведл королеве, что недлеко от этого мест видел смое необычное н свете дерево, но в его ветвях сидел свирепый Дикрь, не двший ему осмотреть диковинку. Пилигрим умолял Елизвету взглянуть н чудесный дуб. Зинтриговння королев последовл з ним. Ее взору предстл могучий дуб, увешнный множеством прекрсно выполненных гербов местного дворянств, верхушку же его венчл ее собственный герб. Дикрь н отменной лтыни объяснил, что это древо — символ единств госудрыни и дворянств Сссекс, он нходится здесь, чтобы охрнять мирные берег грфств от происков вргов, переодетых иезуитов и прочих недоброжелтелей, которые хотели бы рзрушить это трогтельное единство. Он восслвил ее милость и терпимость к подднным: «З грницей стрштся Вшего мужеств, дом слвят доброту».

В среду Елизвет отпрвилсь н прогулку к пруду, куд ее помнил прелестня музык, и стл свидетельницей дилог о преднности между Рыболовом-удилыциком, сидевшим н берегу, и Рыбком, тянувшим невод. По окончнии дискуссии Рыбк, нпрвив лодку к Елизвете, вытщил свою сеть и принес к ее ногм всю рыбу из озер, пожелв, чтобы все до единого сердц ее подднных тк же безрздельно приндлежли ей, кк и его улов. В четверг ей был предложен пикник, оживлявшийся тнцми местных крестьян, к хороводу которых кк бы в порыве всеобщего ликовния присоединились хозяев — лорд и леди Монтгю. Все эти рзвлечения сопровождлись обильными слвословиями в дрес «гостьи и их короновнного божеств». Смо по себе срвнение с богиней было уже рсхожим штмпом и требовло более детльного рзвития темы. Тк, у Монтгю во время охоты к Елизвете приблизились «нимфы» с лукми через плечо и зпели: «Взгляните н ее кудри, подобные золотым нитям, / Ее глз — кк звезды, мерцющие в небе, / Ее небесный лик — неземной формы, / Ее голос звучит кк Аполлоновы нпевы, / Это чудо всех времен, чудо мир. / Королев Удчи. Сокровище Любви. Слв смой Природы». Пилигрим в молитвенном экстзе предскзывл, что с концом ее жизни нступит конец свет (во влдениях ктоликов нпоминть о смерти было не совсем уместно, тем не менее Елизвет отнеслсь к этому снисходительно).

В то же лето 1591 год королев гостил у грф Хертфорд в Хэмпшире. Сохрнилсь грвюр, н которой Елизвет изобржен сидящей под блдхином н берегу озер и созерцющей очередную водную фнтзию. Среди вод специльно вырытого по этому случю водоем были нсыпны три искусственных остров с возведенными н них бутфорским змком, укрепленной ртиллерийской бтреей и гигнтской улиткой. Нд кждым из этих сооружений реял флг святого Георгия. Нерей — водное божество — в сопровождении шести «тритонов», трубивших в рог-рковины, подвел к королеве корбль, н плубе которого нходились три девы и «нимф», ккомпнироввшие певцм. Этот эскорт сопровождл дв дргоценных подрк Елизвете — ювелирные укршения, принесенные к ее стопм от имени Нептун. Зтем последовли речи «лесных людей», псторльные сцены, вечером — потрясющий фейерверк: плили пушки, все три островк нд озером озрялись ркетми, огненными шрми и колесми, нд улиткой вдруг зсветилсь огромня земня сфер. Придворные нблюдли эту кртину из-з столов, сервировнных серебряными блюдми с яствми. Провожя королеву, «нимфы» грф Хертфорд плкли стихми и призывли еще рз приехть ту, которя был «сокровищем Природы», «смой большой рдостью небес», «звездным оком мир» и «солнцем чистой крсоты».

Последними, кто знимл Елизвету при жизни, были лорд-хрнитель печти Эджертон и его жен, принимвшие королеву в 1602 году в Мидлсексе. Хозяйк дом сумел добвить к трдиционным комплиментм нечто неизбитое: в сдх госудрыню приветствовли дв збвных персонж — Сельский Строст и Молочниц, которые преподнесли гостье укршенные дргоценными кмнями минитюрные грбли и вилы — нстоящий шедевр ювелирного искусств, — зявив, что королев «смя лучшя хозяйк из всех присутствующих». Прием у Эджертонов отличлся тонким вкусом и изяществом речей. Королеву чсто и по рзным случям приветствовл ллегория Времени, но Место еще не рзговривло с ней никогд. Здесь же Время обртилось к нему с вопросом: «Великие, коих мы знимем, нполняют все прострнство вокруг себя божественными совершенствми, кк солнце нполняет мир светом своих лучей. Но ответь мне, несчстное Место, кк ты будешь знимть Солнце?» — «Воспринимя от него слву и переполняясь ею», — был ответ. Когд королев-Солнце покидл их, ей преподнесли н прощние дргоценный якорь, чтобы он подольше здержлсь в «их бухточке, хотя т и слишком мл для нее».

Приемы у мгнтов создвли стндрт для менее знтных хозяев и для городов. При приближении королевского поезд все стрлись не удрить в грязь лицом — в прямом и переносном смысле: чинили дороги и мосты, чистили улицы, готовили снедь, изобретли рзвлечения. Не всё и не всегд удвлось. В Рочестере сохрнился до нших дней дом елизветинских времен, носящий стрнное нзвние «Satis», что в переводе с лтыни ознчет «хвтит», «довольно». По преднию, местный дворянин рзвлекл тм королеву, но он не отличлся хорошим вкусом, он устл и нконец, не вытерпев, воскликнул: «Satis!» Слово приклеилось к дому нвсегд.

Впрочем, ткое случлось редко. Кк првило, Елизвет и ее подднные рсствлись после торжественной встречи с увлжненными глзми. Тк было в Нориче, Бристоле, Дувре и повсюду, где он терпеливо выслушивл бесконечные многословные приветы и ободрял робких местных орторов, терявших др речи в ее присутствии, лсковыми словми. И всегд он улучл минутку, чтобы поблгодрить скромного учителя, городского стршину или священник з его речь, «лучше которой ей не доводилось слышть». В Кембридже он стоически провел целых четыре чс под плящим солнцем, пок были произнесены все ученые лтинские пнегирики в ее честь, но королев не могл позволить, чтобы плоды чьих-то упорных ночных бдений пропли втуне.

Он демонстртивно ел преподнесенные городми угощения, не принимя мер предосторожности против яд, и говорил мссу точно рссчитнных теплых фрз. По обычю город преподносили ей в подрок серебряные кубки с золотыми монетми, собрнными жителями. В Ковентри мэр принес к ее ногм сто фунтов стерлингов золотом. «Это змечтельный др, — прочувствовнно скзл Елизвет, — я очень редко получл ткие богтые подрки». — «С вшего позволения, — с поклоном ответил мэр, — здесь горздо больше, чем сто фунтов. Здесь сердц всех вших любящих подднных». — «Блгодрю вс, господин мэр, — промолвил королев, — это действительно горздо больше». Слезы признтельности, волны любви и обожния — вот т тмосфер, которую он создвл вокруг себя. В рдостной эйфории горожне збывли н время о кровопускнии их сундукм и кошелькм. Елизвет влдел высшим тлнтом политик — зствить подднных не жлеть о жертвх, принесенных их госудрыне.

Слов, слов, слов…

Среди многих тлнтов, коими был нделен Елизвет, дром звучного и меткого слов он гордилсь более всего и ценил его в других. Особя прелесть ее эпохи зключлсь в том вкусе к языку, который вдруг ощутили современники. Если Средневековье порой нзывют «эпохой жест», то Ренесснс принес с собой тончйшее чувство слов. Воспитння н цицероновской лтыни и демосфеновском греческом, обрзовння элит нглийского обществ трепетно относилсь к стилю речи, кк устной, тк и письменной, — риторическому, полному пышных метфор, ллегорий, емких фористических выскзывний. Высокя элоквенция во многом был модой, принесенной с юг Европы, из Итлии, но модой чрезвычйно плодотворной. И в Англии госудрственный деятель или придворный, не облдвший дром изыскнной лтинской речи, не способный поддержть беседу н этом универсльном междунродном языке или блеснуть в дискуссии н философскую тему, был обречен н неуспех. Это влияло и н нормы родного язык, богтство и прелесть которого современники осознли в эту пору. Елизветинские придворные стремились изъясняться н нглийском тк же изыскнно, кк и н золотой лтыни, что, првд, делло его несколько искусственным. Для особого придворного язык — вычурного, чрезмерно перегруженного срвнениями и постоянными ссылкми н примеры из нтичной истории, возникло дже особое нзвние — «эвфуистическя речь» (по имени Эвфуус — героя популярного в то время ромн «Эвфуус, или Антомия остроумия» Джон Лили). Елизвет был способной эвфуисткой, в особенности когд хотел произвести впечтление н инострнных дипломтов или добиться соответствующего эффект в прлменте. Но то был лишь игр, кк он нзывл ее, «сует остроумия и крсноречия», и при необходимости королев стновилсь предельно лконичн и точн. А многие современники дже зпомнили ее, эту утонченную стилистку, с хрктерной простонродной божбой н устх. «Рны Господни!» или «Смерть Христов!» — восклицл он, удивлення чем-нибудь. Он по-истине был многолик.

Английский двор всегд слвился полилингвистичностью: фрнцузский был тк же естествен для местного дворянств, кк родной нглийский, ристокртия не мыслил себя без итльянского. Но дже н этом весьм отрдном фоне королев выделялсь своими способностями. По отзывм ее собеседников смых рзных нционльностей, ее лтынь, фрнцузский и итльянский были совершенны, в рзговорном греческом он был чуть менее сильн, чем в чтении н нем, првд, ее немецкий и голлндский оствлись лишь посредственными. Способность поддерживть беседу н всех ведущих европейских языкх избвлял ее от потребности в переводчикх, секретрях, словом, техническом персонле, и позволял смой держть руку н пульсе дипломтических переговоров. Он был немного тщеслвн, эт леди-полиглот, и пользовлсь любой возможностью продемонстрировть свои тлнты, свободно переходя в беседх с инострнцми с одного язык н другой. Сложные испытния, ткие кк импровизировнные лтинские рссуждения н щекотливые политические темы, где блестящий стиль должен был сочетться с тонким подтекстом, лишь рзздоривли ее. Тк, когд ко двору прибыл польский посол и произнес безукоризненную по форме, но оскорбительную по содержнию речь, полную упреков, которые нглийскя королев нходил беспочвенными, Елизвет звенящим от скрытого негодовния голосом дл ему полную сркзм и колкостей отповедь н лтыни. Присутствоввший при удиенции секретрь Роберт Сесил, сын Уильям Берли, был восхищен услышнным. Елизвет и см чувствовл, что экспромт ей удлся. Но ей мло было поверженного поляк. Он хотел, чтобы свидетелей ее литертурно-дипломтической победы было больше. Простим ей невинную женскую слбость: королев велел Сесилу зписть ее речь по горячим следм и послть ее молодому фвориту грфу Эссексу, чтобы и тот нслдился ее стилем, рзделив торжество короновнного филолог.

Ее интерес к чужим языкм был нстолько сильным, что, когд в Лондон явились послы из длекой Московии с грмотми от их госудря, Елизвет с неподдельным внимнием вслушивлсь в русскую речь, потом рссмтривл буквы неведомого лфвит, выписнные золотом и киноврью, и зключил, что могл бы с легкостью выучить и этот язык. Он никогд не приступил к нему, но несколько рз советовл Эссексу зняться русским, тк кк это было бы полезно для ее внешнеполитического ведомств, которое он курировл в 90-х годх.

В повседневной же жизни елизветинского двор рфинировння культур речи нходил выржение в искусстве bon mot — острого словц, эпигрммы и нескончемых словесных дуэлей. Остроумие было божеством, которому поклонялись елизветинцы. Тон в рзвлечениях этого род здвл см королев, и всякий, кто рссчитывл привлечь ее внимние, должен был оттчивть свое мстерство. Рсскзывли, что Рэли, еще не удостоившийся чести стть фворитом, кк-то, стоя у окн, в здумчивости нписл н нем лмзом своего кольц: «Я тк стршусь упсть, но ввысь готов подняться…» Нсмешниц-королев немедленно нцрпл ответ: «Когд подводит дух, не стоит и пытться!» Позднее он получил от него в подрок прелестный сонет-комплимент, в котором прослвлялся непременный нбор достоинств — глз, яркостью превосходящие звезды, волосы, зтмевющие блеск солнц, и т. д. Но много ли нйдется сонетов, отдввших днь уму дмы? Рэли восслвил его трижды: «Тот ум, что влствует нд моими мыслями… тот ум, что снискл слву до небес… тот ум, что переворчивет вверх дном могучие держвы». И если поэт и польстил ей, то скорее относительно глз и волос.

В хорошем рсположении дух Елизвет был не прочь подтрунить и нд собой. Однжды после долгой беседы с ней фрнцузский посол выскзл королеве свое восхищение ее крсноречием и великолепным зннием языков. «Ах, месье, — ответил он, — совсем несложно нучить женщину болтть. Зствить ее хоть немного помолчть — здч куд труднее!» Вспыльчивя, он тем не менее могл простить дерзость или нелицеприятную критику, если они были облечены в остроумную форму. Один из хрктерных некдотов ее времени — история с неким фермером. Он был очень недоволен поствщикми продуктов для королевского двор, которые имели привилегию почти в принудительном порядке зкупть продовольствие по очень низким ценм. Этот фермер якобы окзлся в присутствии королевы и ее фрейлин и стл громко осведомляться: «Которя тут королев?» Он отозвлсь: «Я». — «Вы? — притворно изумился фермер. — Ну нет, вы, миледи, слишком тонки, королев должн быть очень-очень толстой». — «Почему же?» — смеясь, осведомилсь Елизвет. «Потому, что кждый год он поедет всю мою птицу и много другой снеди и никк не остновится». Соглсно преднию, королев не рссердилсь н хитрого селянин и прикзл рсследовть злоупотребления поствщиков. Другой, уже вполне рельный случй ее снисходительного отношения к дерзкому, но остроумному болтуну — ее бесед с неким Т. Ширли, молодым полунищим дворянином, вымливвшим у нее денег н морскую экспедицию в неведомые стрны. Королев откзывл, и он, дв волю фнтзии, стл рсписывть, ккие прекрсные и богтые земли он мог бы открыть для нее, но теперь будет вынужден взять их себе, скзочно рзбогтеет, коронуется и будет писть ее величеству письм из своего нового королевств. «Н кком же языке вы будете мне писть?» — иронично осведомилсь Елизвет. «Н языке королей: моей вгустейшей сестре…» Он долго смеялсь, но денег новоявленному «брту» тк и не дл.

Одной из любимых литертурных збв Елизветы были игры с именми, весьм популярные в XVI веке. Не было школяр, который не перевел бы свое имя н лтинский, отыскивя в нем новый символический смысл, не было придворного, не сочинившего хотя бы рз в жизни кростих, обрзующий из нчльных букв всех строчек имя его возлюбленной. Имя преврщлось в символ-звук или символ-изобржение, они, в свою очередь, — в тйные шифры в любовных игрх: появляясь вместо подписи в ндушенных письмх, н портретх и медльонх, дримых друзьям и поклонникм.

Королев охотно жонглировл именми и рздвл прозвищ. Роберт Лейстер всегд гордился символическим знчением своего лтинизировнного имени Robur, что ознчло «крепкий», и избрл своим символом изобржение дубовой ветки. Но Елизвет предпочитл нзывть его по-другому — «Глз», «мои Глз», подчеркивя, кк дорог был для нее грф и кк вжно было для нее его мнение. Но кк бы он ни гордился этим, рисуя в своих письмх к госпоже вместо подписи дв глз, ее «духом» был не он, стрый Уильям Берли, проництельный, вездесущий, всезнющий, не случйно Елизвет обрщлсь к нему в дружеской зписке — «сэр Дух». Згдочный и мрчный Уолсингем был Мвром. Себя же он именовл Перевернутое Сердце, нередко подписывя тк письм к близким. К их кругу относился, рзумеется, и Бршек — Хэттон, он же Овечк и Веки. Кк и Лейстер, он подписывл многие свои письм к королеве последним прозвищем или рисовл две тонкие дуги век. Хэттон был тлнтливым игроком в шрды и однжды видоизменил свою подпись, изобрзив шляпу {hat) и римскую десятку {ten), что при произнесении соствляло его имя. Но безобидное кудрявое животное чуть не утонуло в волнх нхлынувшего Окен. «Окенский пстушок», «Вод», «Водопд» — королеве очень нрвилось продировть зпднонглийский выговор Уолтер Рэли, преврщя его имя Walter в Water («вод»).

Когд Кристофер Хэттон зметил, что его повелительниц отдет предпочтение другому, он в соответствии с првилми куртузности прибег к утонченному языку нмеков, воплотив свое стрдние в эстетскую игру: Елизвет получил от него необыкновенную шрду — выполненную из дргоценных кмней минитюрную Библию (н языке символов это ознчло: он клянется), кинжл (что покончит с собой) и небольшой черпчок (если он не окоротит сэр Уолтер — Воду). Короновння дм его сердц отпрвил ему ответную криптогрмму: птичку (добря весть), рдугу (гроз миновл) и минитюрный монстырь (ему уже не угрожют потоки воды и нводнение). Чтобы успокоить Хэттон, он приписл: «Если короли — кк боги, тковыми они должны быть, то они не потерпят преоблдния ккого-нибудь одного элемент из господствующих в природе стихий (он нмекл н воду. — О. Д.). Живность ее полей дорог ей, и он тк прочно укрепил берег, что ни вод, ни потоки не смогут зтопить их». Однко Овечку не успокоили эти зверения — он послл Елизвете мленький квриум, убеждя ее, что морских создний лучше держть взперти. Это иноскзние восхитило королеву. Послнец Хэттон писл, что ллегорическя «тюрьм для рыбки» имел успех: «Ее Величество пожелл, чтобы я нписл Вм, что Вод и водные тври не рдуют ее тк, кк Вы, он всегд предпочитл мясо рыбе, полгя, что мясо — горздо основтельнее».

Неудивительно, что т, которя с тким увлечением игрл в слов, ценил и поощрял тех, для кого это стло призвнием и делом жизни.

Повелительниц пстушков, королев фей

Вся тмосфер елизветинского двор, пронизння глнтным поклонением, нполнення музыкой, негой, эстетскими рзвлечениями, возбуждл необыкновенный интерес к литертуре и тетру, ибо высокя поэзия, лучшие обрзцы прозы и дрмы двли ниболее подходящие средств для выржения подобных чувств. Увлечение тетром было всеобщим: не было недели, чтобы во дворце не игрл ккя-нибудь из лондонских трупп, чще всего лучшие — трупп Брбедж или их соперники, ктеры Хэнслоу, со своими блисттельными вторми — Шекспиром и Беном Джонсоном. В отсутствие же профессионлов придворные и королев рзвлеклись любительскими «мскми» — небольшими костюмировнными предствлениями, ллегорическими по преимуществу. Ткже много и увлеченно читли: последние итльянские, фрнцузские и испнские новинки переходили из рук в руки, переводы смых модных европейских второв н нглийский появлялись почти незмедлительно. Почти все, нчиня с королевы, упржнялись в любительском стихосложении, и если не всякий решлся явить свои литертурные детищ миру, то по крйней мере оценить достоинств истинной поэзии могли многие. Это поголовное увлечение чтением модных новинок хорошо отржет збвный эпизод. Однжды королев зметил, что ее фрейлины с большим интересом читют, передвя из рук в руки, некую поэму. Он потребовл покзть ей рукопись и обнружил, что это перевод нескольких глв из популярной книги итльянц Ариосто «Неистовый Ролнд», притом ниболее вольные ее эпизоды. Автором перевод окзлся ее собственный крестник — известный острослов и повес Джон Хррингтон. Елизвет вызвл его к себе и притворно-грозно отчитл з то, что он смущет ее фрейлин рисковнным чтением, но примечтельно, что в виде нкзния он повелел молодому человеку удлиться от двор и не покзывться ей н глз, пок он не звершит полного перевод всего «Неистового Ролнд» (к слову скзть, довольно длинной поэмы). Он подчинился, и в результте этой своеобрзной епитимьи Англия получил в 1591 году первое издние поэмы Ариосто н нглийском языке.

Кк и их короновння госпож, стрстью к хорошей литертуре были одержимы многие крупные фигуры при дворе: Лейстер — дядя, друг и покровитель Филипп Сидни, Уолтер Рэли, покровительствоввший Эдмунду Спенсеру, позднее — Бену Джонсону, Уильям Берли, пестоввший поэт Джон Дэвис, грфы Эссекс и Сутгемптон, птроны Шекспир. Это покровительство нередко было продиктовно не только литертурными пристрстиями, но и политическими потребностями: перо поэт верой и првдой служило птрону, и его призывли, когд требовлось рзвлечь ее величество новой постновкой либо преподнести ей к Новому году в виде трдиционного др поэму или стихотворный гороскоп. Но лишний золотой, полученный поэтми з зкз, спсл их смих от голод, их божественные строчки — для будущих нтологий. А ккие имен войдут в них — Сидни, Спенсер, Мрло, Шекспир, Джонсон, Лили! Кждое вызывет восхищение, но еще более они впечтляют кк плеяд непревзойденных «елизветинцев», питомцев ее век, прошедшего под знком этой необыкновенной женщины, десятой музы Англии. Рзумеется, литерторы с их причудливой игрой фнтзии и полетом вдохновения внесли свою лепту в создние культ Елизветы. Неподржемый Филипп Сидни первым открыл тему рйского «золотого век» и любовной идиллии среди первозднной природы, которую подхвтили многие, сделв ее прекрсным фоном для прослвления их королевы. Сидни был более чем необычным поэтом: высокородный ристокрт, чьим крестным отцом был король Испнии Филипп И, дипломт, воин и придворный, этот юнош снискл себе в глзх современников слву идельного дворянин. Но его нзывли и «рыцрем-пстушком». Удленный от двор из-з рзмолвки с королевой, которой он был предн всеми фибрми своей протестнтской души, Сидни нчл писть в деревенской тиши псторли, нчинвшие в ту пору входить в моду. Со временем из них выросл большя поэм «Аркдия» о счстливой, блгословенной стрне, где н тучных пстбищх среди ручьев под сенью дубрв пстухи и пстушки псут своих овечек и нслждются рдостями простой жизни, предвясь любви. Тк соблзнительно было уподобить эту скзочную стрну Англии, ее повелительницу — королеве Елизвете. Сидни сделл это, воспользоввшись подскзкой Лейстер, чтобы вернуть себе рсположение Елизветы. В 1578 году он посвятил ей поэму «Мйскя королев», текст которой Лейстер лично преподнес госудрыне во время прием в сдх своего поместья Уонстед. Он был тронут, и Сидни вернули ко двору, к веренице ролей, которые постоянно игрл Елизвет, добвилсь еще одн — скзочной повелительницы Аркдии, королевы счстливых пстушков и пстушек, слвящих ее в своих незмысловтых нпевх, вечно молодой нимфы, црящей нд лесми, холмми и прозрчными, кк хрустль, рекми. Увы, первый из ее «пстушков» скоро покинул бренный мир, который вовсе не был тк безмятежен. Сидни погиб в Нидерлндх, мучительно долго умиря от рны, причинявшей ему непереносимые стрдния. Последний жест этого молодого человек был тк же блгороден, кк все, что он совершл: принесенную ему флягу с водой он попросил отдть умирвшему рядом солдту. Тело Сидни привезли в Англию и с невиднной помпой похоронили в соборе Святого Пвл. Почести, рзумеется, преднзнчлись Сидни — рыцрю, ристокрту, не поэту. Но облчення в трур и, кк зметили нблюдтели, пролившя немло слез, королев Елизвет оплкивл и своего героя, и своего «пстушк», опоэтизироввшего ее век.

После смерти Сидни эстфету подхвтил его протеже — тлнтливый, но бедный поэт Эдмунд Спенсер, увлеченный, кк и его друг, жнром псторли. В его поэме «Пстушеский клендрь» дв пстушк-поэт были зняты поискми достойных тем для творчеств и об склонялись к мысли о прослвлении божественной Элизы и ее героев:

Певец, оствь пустое шутовство,
Душой из бренной воспри юдоли:
Воспой героев, иже н престоле
Делили с грозным Мрсом торжество,
И рыцрей, врг рзивших в поле,
Не зпятнв доспех своего.
И Муз, вольно простиря крылья,
Обнимет ими Зпд и Восток,
Чтоб ты н гимн блгой Элизе мог
Нпрвить вдохновенные усилья
Иль пел медведя, что у милых ног
Дры свои слгет в изобилье.
Когд ж остынет гимнов жркий звук,
Ты воспоешь блженство нежной лски
И будешь вторить мирной сельской пляске
И прослвлять хрнительный досуг.
Но знй, ккие б ни избрл ты крски,
Хвл Элизе и тебе, мой друг[11].

Нив псторли окзлсь весьм тучной для придворных поэтов: кто только не обрбтывл ее, не в последнюю очередь рссчитывя н щедрое вознгрждение смой королевы или птронов. Зеленые лес и луг, избрнные в кчестве декорции, нселяли нимфми, сму королеву уподобляли црственной охотнице Дине, чью свиту соствлял их легкий рой. Перепевы этого мотив встречются в елизветинской литертуре сотни и сотни рз. Вот, нпример, Уолтер Рэли: «Блгословенны будут ее нимфы, с которыми он скитется по лесм, / Блгословенны будут ее рыцри, исполненные истинной чести, / Блгословенн сил, коей он нпрвляет потоки, / Д воссияет Дин, друющя нм все это!»

А вот Бен Джонсон подхвтывет дифирмбы своего птрон, Рэли, лунной богине Цинтии — Елизвете:

Гея, звисть отгони,
Тенью твердь не зслоняй:
Чистой Цинтии огни
Озрят небесный крй —
Ждем, чтоб свет он лил,
Превосходн и светл.
Лук жемчужный и колчн
Нендолго позбудь
И оленю средь полян
Дй хоть млость отдохнуть;
День в ночи ты создл,
Превосходн и светл![12]

Ему вторит Джон Дэвис: «Нигде нет тких коротких ночей, кк в Англии летом», ибо они озрены особым светом, исходящим от их нглийской Астреи — Елизветы.

В общем хоре голосов, прослвлявших божественную Элизу, вел то один, то другой, предлгя для нее все новые и новые имен и обрзы. Не бед, что все смешивлось в путном созннии поэтов, и т, которя символизировл для них чистоту и непорочность (Весту, Астрею, «незпятннную лилию»), могл вдруг причудливым обрзом перевоплотиться в королеву любви и крсоты, сму Венеру, символ пылких стрстей, сулящий неизъяснимые нслждения. В конце концов эт непоследовтельность был свойственн и смому прототипу литертурных обрзов. Вот Джон Дуленд восклицет в экстзе: «Он, он, он, одн он — / Единствення королев Любви и Крсоты!» А вот он является Спенсеру Венерой из пены:

Пою не вм, премудрые вожди,
Но лишь моей монрхине священной:
Он вмещет в девственной груди
Щедроты и крсы любви нетленной;
Пою богине, порожденной пеной,
Лишь той пою, что любит больше всех,
И больше всех любим во вселенной…[13]

Спенсер был смым тлнтливым, но и смым нуждвшимся из елизветинских менестрелей. Он постоянно голодл и отчянно искл покровительств то Лейстер, то Рэли, чтобы они предствили его стихи королеве. Если бы он мог, то вствлял бы ее имя в кждую строку. Но ему удивительно не везло в жизни. Прекрсный поэт умер в нищете, не успев воспользовться горстью золотых, прислнных от очередного фворит — грф Эссекс. В 1589 году он нчл большую ллегорическую поэму «Королев фей». Он должн был стть энциклопедией куртузности и нствлением блгородным дворянм, рсскзывя о подвигх излюбленного героя нглийских легенд короля Артур и его рыцрей в стрне фей. Елизвет выведен в поэме трижды: кк см королев фей Глорин, кк Бельфеб и кк Бритомрт, все три — героини отдельных историй о приключениях рыцрей ( ведь поэм остлсь незконченной; доведи Спенсер ее до конц, возможно, королев предстл бы и в новой ипостси). Скзочня цриц, згдочня, могуществення волшебниц — ткой воспел ее Спенсер, ее земля — новый земной рй, блго, тк удобно было обыгрть созвучие имен «Елизвет» и «Элизиум» («Елисейские поля»):

И мыслилось, любое притязнье
Сей чудный остров утолить готов,
Любое прихотливое желнье;
Для кждого бы здесь ншлось очровнье.
Кзлось, к смертным возвртился рй:
Столь дивное природы совершенство
Укрсило роскошный этот крй,
Что прведник, вкушющий блженство
Н небесх, избрл бы отщепенство,
Покинув Елисейские поля…[14]

«Королев фей» стл погеем поэтической лести Елизвете. Однко сэр Уолтер Рэли, с чьей легкой руки поэм был предствлен ей, сумел возвести поэтическую «ндстройку» нд хрмом слвы, созднным Спенсером. Рэли нписл сонет «Н “Королеву фей” Спенсер», изящно польстив в нем и поэту, и короновнному предмету его восторгов. По его мнению, Спенсер превзошел смого Петррку, добродетели Елизветы зтмили Луру — прежний идел небесной чистоты:

Виденье было мне: я — в хрме Слвы,
Лурин гробниц предо мной,
И с двух сторон склонились величво
Любовь и Добродетель нд плитой.
Вдруг из-под свод свет блеснул мне яркий,
И я увидел Королеву фей;
И горестно зплкл дух Петррки;