/ / Language: Русский / Genre:sf_fantasy,

Оруженосец

Олег Верещагин

Эльфы — дивные, орки – мразь, и никак иначе. Люди... Вот люди — разные. Время действия — Третья Эпоха, до Войны Кольца ещё почти две тысячи лет. Вот туда и попадает современный четырнадцатилетний пацан. Достанется ему с лихвой, но и на¬учится он многому...

Первый ребячий испуг окроввленной стли…

В стрхе обмоченный килт в негеройском бою…

Мухи н трупе — мы с ним ещё утром болтли!..

Ночь без конц в зржённом чумою крю…

«Крыс» и «Шмендр». Песня о слве

.

От втор

(содержит элементы ритульного проклятья святоттцм)

Итк, я не выдержл.

Сорвлся.

Нрушил клятву, которую повторял… ммм… д, повторял двдцть четыре год, почти кждый рз, когд обдумывл новые и новые сюжет своих книг (которые нчл писть клсс со второго, беспощдно коверкя нрвившиеся мне произведения!).

Стршную клятву…

НИКОГДА НЕ ПИСАТЬ НИЧЕГО О МИРЕ ДЖОНА РОНАЛДА РУЭЛА ТОЛКИЕНА!

НИ! КОГ! ДА!

…Все знют, кк твёрдо я соблюдл клятву. И в тяжкие, чёрные годы влдычеств грфомн и плгиторщик Перумов, чьи первые книги я сдуру купил в 95–м. И в ещё более тяжкие, хотя и не чёрные, гллюцинторно–розово–голубые годы тошнотного (увы — необходимого по профессии!) чтения опусов про добрых орков и пьяных эльфов (н тему: «Я тм был, я всё видел, Профессор ошиблся и всё было не тк!»).

Я держлся.

Я твёрдо не хотел осквернять стрну, которя открылсь однжды девятилетнему пцну н крыше сря, где он, совершенно потрясённый, увидел перед собой мир (позже я узнл — знчительно порезнный цензурой…) ккого–то Толкиен, о котором я тогд ничего не знл толком, кроме того, что ТАКИХ книг я не читл ещё ни рзу. Я принял Средиземье всё, целиком и мгновенно, чем порзил родителей (не ншедших в этой книге ничего интересного… впрочем, пп уже не первый год искл истину н дне сткн, мм позже книгу всё–тки прочитл…), д и большинство друзей–приятелей (лишь позже, в подростковые годы, мне удлось совртить пру человек н те же тропы, которым и снов и снов отпрвлялся стрнствовть я (хорошо, что книги тогд издвли добротно!!!)…) Кк же я жлел, что могу читть и перечитывть только ОДНУ чсть…

Короче, я был верен той клятве, не желя пятнть Средиземье своими следми…

…Во всём виновт Пшк.

Я повторяю это снов — ВО ВСЁМ ВИНОВАТ ПАШКА, и прошу зфиксировть это для будущих поколений — во всём виновт млолетний (14 лет н момент того рзговор) зсрнец (я не откжусь от своих слов дже под пыткой) Пвел Зубков.

Это порзительно нчитнный и умный (дже по меркм моего детств, когд мльчишки читли в сто рз — без преувеличения — больше… д и умнее были знчительно) мльчишк, которому я обязн кропотливой рботой по перепечтке некоторых моих книг (и многочисленными опечткми в оных). Интересы Пшки в музыке и литертуре до ткой степени совпдли с моими, что я, поэкспериментировв, нчл двть ему «потоком» всё, что читл и слушл см…

…пок не споткнулся н Толкиене. Дж.Р.Р. Великом Профессоре.

А ведь я был уверен — уверен! — что книг Пшке понрвится!!!

И добро бы он просто промолчл. Хотя бы из вежливости.

Белобрысый потомок русских, немцев и скндинвов (в его жилх течёт именно эт жуткя смесь), экс–беженец из Кзхстн и пр. и др — короче, Пвел Зубков не пожелл щдить моих чувств. Првд, конспективно — весной 2008 год, отдвя мне первый том — он скзл просто: «Фиг–ня!» — именно тк, рздельно. Я тк очумел, что решил, будто ослышлся и через ккое–то время поинтересовлся, нести ли вторую книгу. В ответ н что получил недоумённый взгляд и почти лсковое, кк будто обрщённое к умлишённому, пояснение: «Олег Николевич, но это же првд фигня…» Я повторил вопрос с угрозой в голосе: НЕСТИ ИЛИ НЕТ?! Пвел огрызнулся: «Нет!» Н мйке у него в тот момент был изобржён нш тмбовский символ, и вообще он см сильно нпоминл собирющегося тяпнуть ндоедливую руку молодого волк.

Я «отпл». Гнев бушевл в моей груди. Мне хотелось скзть то, что я НИКОГДА не говорил НИ ОДНОМУ из своих подопечных — скрментльное и очень обидное, но чсто употребляемое многими моими коллегми: «Мл ещё рссуждть!» Но я удержлся… Я ведь см вызвл его н этот рзговор.

Толкиен всё нписл не тк, потому что не тк пишет Пехов. А кк пишет Пехов — это и есть првильно. Эльфы, орки, гоблины и вообще. У Пехов — првильно, у Толкиен — нет.

Мне зхотелось убить Пехов, которого я и рньше–то не любил. Но было уже поздно. Пшк получил сильнейшую дозу нтитолкиеновской сыворотки — ПРОЧЁЛ РУССКОГО АВТОРА, ПИШУЩЕГО ФЭНТЭЗИ НА ЗАПАДНЫЕ ТЕМЫ. Причём втор совершенно не здумывющегося нд ктегориями добр и зл, просто гонящего острый сюжет. Смертельное и неотрзимое блюдо дже для очень умного мльчишки, вовремя не прочитвшего Профессор.

Я был бессилен.

Спсть Пшку было поздно. Увы. И я решил отомстить. Совершенно недостойно отомстить четырндцтилетнему подростку.

Я СДЕЛАЛ ПАШКУ ЗУБКОВА ГЛАВНЫМ ГЕРОЕМ ЭТОЙ КНИГИ.

Всю тонкость моей мести вы поймёте позже…

…Хочу предупредить срзу — эт книг — книг првоверного толкинист (хотя и не толкинутого). Любителям «смотреть н вещи с ТОЙ стороны» и вообще выискивть сложные объяснения простым вещм он покжется унылой и скучной, кк Библия — звзятому теисту. Те, кто зхочет нйти тут «новый подход, «оригинльное видение» или — не дй боги! — «революционные концепции» будут жестоко рзочровны. Всё очень трдиционно. Во всём. От секс до политики.

Увы.

Но хочу предупредить тк же, что, в отличие от «коренного» мир моя книг по изложению вовсе не эпичн. Это не большое полотно величвого стринного гобелен, прекрсного и бесценного, с которым ндо обрщться бережно (усердно пшущие толкиеновскую ниву об этом збывют…). Это — кртин неорелист–ромнтик, где видно, кк конь роняет с губ пену, из–под ногтей руки, сжимющей меч, выступет кровь…

И конечно же, эт книг не был бы моей книгой, не стнь её глвным героем «нш человек тм». Ткой, ккой он есть. Мой любимый «герой с улицы».

Книг именно моя — о Добре и Зле, о выборе и стрхе, о боли и любви… Ну и немножко всё–тки — см. строчку ниже.

Месть! Смерть!! И преисподняя!!!

Итк — от нчл Третьей Эпохи прошло 1408 лет.

У нс же было лето 200… год.

Глв 1,

в которой нглядно покзн вред ромнтического взгляд н мир.

Мир — порзительно скучное место.

Если тебе четырндцть лет — он скучен особенно.

Пшк перевернулся с боку н бок, откинул простыню и тяжело вздохнул.

В этом мире всё поделено, рсписно и высчитно. Нпример. Люди получют пспорт в четырндцть лет, потому что кто–то решил, будто это смый подходящий возрст. Но с ккой пьянки именно этот возрст — и для всех?

А смое глвное… смое глвное неинтересно тут. Честное слово.

Пшк перевернулся н спину и стл смотреть, кк з окном мигют звёзды.

Рньше было интересно. Мльчишк усмехнулся в темноту. Д–д, конечно, он сто рз слышл. Хорошо мечтть о прошлых временх, лёж в постели… стомтологов нет… средний срок жизни 35 лет… войны… чум… то–сё–пятое–сотое… И, нверное, всё тк и было. И стомтологов нет.

Д хрен бы с ними, со стомтологми. У него хорошие зубы. Проволоку перегрызть можно.

З окном в отдлении истошно зорл пьяный. Что–то, кк ни стрнно, оптимистичное.

Пшк сердито зкрыл глз и попытлся уснуть.

Может быть, это из–з того, что он любит читть книжки и слушть хорошую музыку? Но и остльные вокруг не выглядят счстливыми. Дже смые примитивные существ, и те ккие–то… Если рдостные — то с пьянки или истерично.

В голову полезли строчки Олег Медведев — «Кйнозой»… Рньше он не знл этого певц и вообще мло слушл брдов. Но Олег Николевич его н это счёт здорово просветил… вот только приступы ткой тоски стли чще. Кк тм?..

 _…Но_кк_ты_тм,_где_ты_тм,_млыш?_
 _Быть_может,_тоже_ночей_не_спишь?_
 _А_з_окном,_кк_и_здесь,_могильный_вгуст,_дождик_косой._
 _А_впереди_двдцть_первый_век,_
 _Текучий_кмень_пнгейских_рек._
 _Потом_осенняя_слякоть,_потом_зим,_потом_кйнозой…_

Сперв он просто слушл. А потом Олег Николевич кк–то рз рсшифровл эти строки. Окзлось, что в них есть смысл, не просто ритм и печль…

Пшк снов открыл глз. Улыбнулся. Окзывется, некоторые хорошие современные песни ндо воспринимть, кк стихи древних скльдов, где смысл прятлся з т––кенными словесными огрдми, что ух. Првд — тм смысл был воинственный. А тут — горький.

Тм в смом нчле: «Кменных рек Пнгеи не взять рукой…» Кменные реки — это город. Пнгея — древний пр–континент… и тк же нзывется проект будущего, который протлкивют мерикнцы: единый мир под их влстью. Текучий кмень — бетон; текучий кмень пнгейских рек — городские улицы, дом из серого одинкового бетон, мир двдцть первого век… Потом — осенняя слякоть; грязь в жизни, грязь везде, тусклое существовние… потом — зим. Уж не ядерня ли зим? Или просто холод человеческих душ? А потом — кйнозой. Время беспощдных хищников, мир динозвров, где прв тот, у кого длинней клыки и меньше совести… Вот и смысл песни. Печльный и стршный.

 _Кк_ты_тм,_где_ты_тм,_млыш?_
 _Быть_может,_тоже_ночей_не_спишь?_

Не сплю, хотя и не млыш, подумл Пшк. Или млыш? Мечтю о скзке. Д ещё и крсивой.

Он потянулся, прислушлся, кк сопят спящие бртья. Д, вот уж у кого никких проблем со сном. У Сёмки — в силу мелкости возрст. У Димки — в силу черт хрктер; он и н сковородке уснёт.

Снружи опять, но уже дльше, взревел пьяный. Собки отозвлись рдостной кнттой. А вот интересно, о чём думют пьяные? Уж точно их не беспокоят мировые проблемы…

Он уствился н полную луну, кк рз появившуюся в окне. А что, если в нём есть что–то от оборотней? Недром ему тк нрвятся волки, ночь и лун… Пшк попытлся высмеять себя з уж совсем детскую попытку нйти в окружющем хотя бы кусочек скзки — но почему–то не получилось. Высмеивться не было желния бсолютно. Было желние протянуть руку и коснуться луны. Интересно, он ззвенит, если щёлкнуть по крю пльцем?

Зсыпю, подумл он. И почему–то встряхнулся, испугнно отгоняя сон, хотя ещё минуту нзд именно зснуть и хотел больше всего. Нверное, всё–тки успел уснуть по–нстоящему, потому что рывком сел в постели, пытясь отделить сон от яви. Лун ломилсь в окно; несколько мучительных секунд Пшк не понимл, спит или нет, что ему приснилось, что было н смом деле.

Он толкнул локтем подушку и опять лёг. Почему–то вспомнилось, кк обиделся Олег Николевич, когд он вернул недочитнную первую чсть «Влстелин Колец». Стря книжк, неинтересня. В конце концов, он тк и скзл. Ну, конечно, Олег Николевич прв — из неё, можно скзть, выросло всё фэнтэзи. Но из нскльных рисунков выросл вся живопись — что же теперь, обвешть всё вокруг нскльными рисункми и ничего больше не признвть?

Срвнение ему понрвилось. Он решил, что непременно тк и скжет Олегу Николевичу при следующей встрече. А пок… ккя лун… Не отрывя от неё взгляд, он зшептл — еле слышно, но смому слов кзлись невероятно громкими…

 _Я_видел_рй_и_видел_д,_
 _Я_видел_Л–Мнш_и_Приж_
 _И_тень_моя,_пол_год_нзд,_
 _Московских_кслсь_крыш._
 _Сорок_крестов_н_моём_боку._
 _Сорок_побед_и_смертей._
 _Сорок_рз_нвстречу_вргу_
 _Слл_я_свинцовых_чертей._
 _Но_сердце_моё_(ты_веришь,_нет?!)_
 _Не_рдо_в_смертельном_бою._
 _Врезлся_в_душу_лунный_свет._
 _Ему,_ледяному,_пою._
 _Лун,_ты_слышишь?_Лун,_постой!_
 _Зчем_ты_одн_пришь?!_
 _Зчем_же_ты_смотришь_с_ткою_тоской._
 _Услышь_же_меня!_Услышь…_
 _Но_нет_ответ._Ндменн_он._
 _Ты_для_неё_—_кприз!_
 _И_встл_мотор…_Прощй_—_Лун!_
 _И_кмнем_ринулся_вниз._[1]

Снружи нчинлся ветерок, ветви покчивлись… Знчит, скоро рссвет. Д что ж в смом деле ткое?! Пшк з собой знл, что он — «сов». Но уж тк–то… Хотел уснуть — чем–то см себя нпугл, не поймёшь теперь, чем…

А что если… Он хмыкнул и привстл. Можно сейчс одеться и пойти погулять. А днём збрться в ккое–нибудь укромное местечко и выдрыхнуться рзом з всю ночь. Ну лето же, кникулы, и не тк уж их много остлось… Пойти и сделть ккую–нибудь глупость… нпример, изрисовть рунми всю втобусную остновку. Или логотипми «Арии»… А то «Fesh, Fesh» — куд не пойдёшь, везде взглядом нтыкешься… Или ещё лучше — перебрться через зболоченную низину з огородми, подняться н склон и усесться где–нибудь в роще н повленное дерево. И сидеть, пок не встнет солнце, отмхивясь от комров…

Мысль о комрх слегк охлдил ромнтические желния. Вспомнилось: «А ежли рядом, скжем, хоббит нет, из кого же они, гды, кровь пьют?!» — ндо же, врезлось в пмять…

Пшк сел н постели, прислушлся. Тихо, спят все… Дже собки змолчли. Ну и пусть спят, решительно подумл он, укрепляясь в желнии отпрвиться н прогулку. Плвки одеть? Не ндо, не купться идём… Сидя, он дотянулся до джинсов, стл нтягивть их и хихикнул невольно, вспомнив, кк три дня нзд ночью прятл ( потом днём тишком отстирывл) трусы. Тогд ему уснуть вполне удлось (лун был ещё не полня) — и дже сон приснился…

Он опять хихикнул, влезя в рубшку с длинным руквом. От комров всё–тки поостережёмся, инче всё удовольствие испортят. Вств, он тихонько пошёл к двери, но увидел лежщую н столе рскрытую книгу — Торссен, «Источник судьбы». Вот откуд пришл мысль о рунх, он её читл вечером и збыл.

Ступя н цыпочкх, Пшк подошёл к столу, зкрыл и вновь — нугд — открыл книгу. Просто чтобы позбвиться — что тм? Он тк чсто делл.

Книг открылсь н руне «Рйдо». Стрнствие… Ндо же. Иногд ему кзлось чудным, кк руны и првд совпдют с событиями. Првд, он тут же говорил себе, что н этом и основно всё гдние — под рсплывчтое предскзние можно подогнть любые последующие дел. Но всё–тки, что ни говори, он и првд сейчс отпрвляется в небольшое стрнствие.

Зкрыв книжку, Пшк выбрлся из комнты, зцепил в коридоре кроссовки и вышел, не скрипнув дверью, н крыльцо.

Снружи и првд нчло светть. Где–то близко, з окриной, скрипел коростель. Пшк постоял, поёживясь. Кк всегд в ткие минуты, ему н миг зхотелось вернуться обртно и улечься в постель. И кк всегд он переломил секундную слбость и, держ в рукх кроссовки (всё рвно перед низинкой рзувться), спустился по ступенькм.

Деревня спл. Повльно, беспробудно, смым слдким утренним сном. В низине — сколько хвтло глз — колыхлось белёсое в полутьме тумнное море. Ветерок улёгся, коростель умолк, и стоял ткя тишь, что Пшк сбил шг и змер, изо всех сил прислушивясь, стрясь уловить хотя бы звук.

И, когд он остновился, тишин стл окончтельной, всеобъемлющей и всеобщей.

Не ндо идти, вдруг подумл мльчишк. Ндо скорее вернуться домой. Мысль был отчётливой и ясной.

Пшк упрямо стиснул зубы. Вот ещё. Не хвтло испугться невесть чего, стоя у родной огрды. Нет уж. Он пойдёт в рощу и будет сидеть тм, пок не рссветёт совсем!

А всё–тки кк–то что–то не тк.

Это был последний писк рзум.

Вздргивя от холод, Пшк пересёк росную полоску трвы и окзлся н деревенской улице. Влево он уходил в поля, впрво — собственно в деревню. Прямо шл небольшя тропинк, протоптння в основном мльчишкми, не склонными искть обходных путей, чтобы добрться до лесков и рощ н другой стороне зболоченного рспдк. Н середине тропинк нырял в тумн. И з низиной — выныривл из него н склон, уходил в рощу. Всё это было уже видно совсем хорошо.

Если не оборчивться — кзлось, что нет ни деревни, ни дже дороги. Может быть, сзди тоже лес?

Пшк обернулся. Солнце ещё дже не нчинло всходить, но смый крй неб н зпде горел лым. Он кк рз успеет подняться в рощу, чтобы увидеть восход.

Мльчишк сделл шесть — он считл — шгов — и вошёл в тумн с головой. Ещё через семь шгов ноги погрузились в тёплую стоялую воду, и Пшк, нгнувшись, одной рукой подктл джинсы до колен. Выпрямился.

Прототип глвного героя — Пшк-Грф.

Неподвижня белёся муть окружл его со всех сторон. Пшк поднял руку, провёл ею по воздуху. Тумн звихрился спирлями, которые не срзу рссослись — повисли, медленно рскручивясь. Пшк нписл в воздухе руну «Рйдо» — и улыбнулся. Он тоже исчезл не срзу. Мльчишк толкнул её грудью, переходя зболоченную низинку, поболтл по очереди ногми в последней лужице… стрнно, вод в ней окзлсь холодной, д и дно лужицы было не тинистым, глечным. По очереди поджимя ноги (сдиться в мокрую трву не хотелось), нтянул, не зшнуровывя, кроссовки. И почему–то вспомнил одну песню группы «Тмлин» — тоже спсибо Олегу Николевичу… Дикя, скчущя музык… Пустой женский голос — кк будто ветер дует в збытый н кмне у зброшенной дороги рог (Пшк подумл и предствил себе именно тк…)

 _Где_твое_небо,_Тэмлин?!_
 _Сердце_рзрублено_снми._
 _Воин,_плененный_свирелью,_
 _Спит_под_чужими_холмми._
 _А_высоко_нд_нми_
 _След_от_турбин_смолет_
 _И_н_сияющем_шрме_
 _Солнце_янтрным_медом._
 _Спит_под_землей_дорог,_
 _Устлн_мягкими_мхми,_
 _Только_следов_немного_
 _И_звтр_совсем_не_стнет._
 _Где_твое_небо,_Тэмлин?_
 _Скз_превртится_в_скзку,_
 _Свет_обернулся_тенью,_
 _С_тобой_не_желет_знться._
 _Где_твое_небо,_Тэмлин?_
 _Где_твой_нрод,_о_Тэмлин?!_
 _В_снх_о_прошедших_веснх?_
 _В_вми_збытом_небе_
 _След_от_турбин_смолет._
 _И,_теряя_ндежду,_
 _Небо_лтет_дыры,_
 _Глядя_н_нс_кк_прежде,_
 _И_тихо_прося_о_мире._
 _Где_твое_небо,_Тэмлин?_
 _Скз_превртится_в_скзку,_
 _Свет_обернулся_тенью,_
 _С_тобой_не_желет_знться._
 _Где_твой_нрод,_о_Тэмлин?_[2]

Дунул ветер — резкий, холодный, пронизывющий. Тумн пополз в сторону, обнжя лощину, поросшую высокой жёлтой трвой, жёсткой н вид, которя гнулсь под удрми ветр. Пшк рсширил глз.

Сознние выключилось.

Он стоял в этой лощине — рядом с ручейком, бегущим по глечному ложу. Нверху, н склонх, росли голые кусты можжевельник, з ними узкими языкми кое–где лежл снег. Пшк долго смотрел н него — весенний, в чёрных крпинх. Потом медленно перевёл взгляд туд, где лощин открывлсь н поросшую черным весенним лесом рвнину и крешек ккой–то горной цепи слев. Нд лесом шли чередой несколько дождевых зрядов. Пхло сыростью и холодом. По серому небу тут и тм ползли низкие тучи, и только н востоке — именно тм, где оно и должно было быть, где Пшк и видел его! — в просвете между горизонтом и слоем туч, всходило лое яркое солнце.

— Что это? — вырвлось у Пшки. — Что?!

В ответ ветер свистнул сильнее, и один из дождевых зрядов окзлся — выполз из–з кря лощины — кк рз нд Пшкой.

Кк во сне, мльчишк пошёл, скользя и звливясь н бок, н выствляемую руку — к выходу из лощины. Он продолжл бормотть, широко открыв глз:

— Что это, что?..

Глв 2,

в которой в лотэссэ идёт дождь

.

Первый же день лотэссэ пордовл мир дождём.

С утр это просто был дождь — совершенно не весенний, нстоящий осенний — холодый, нудный; от него, кзлось, дже молодя листв н кустрнике и деревьях почернел и пожухл. Потом откуд–то из низин нчл выползть тумн, зкчлся н уровне колен человек и тк и остлся, лениво переползя с мест н место, клубясь и шепч. Дождь не перестл.

По Восточному тркту, пустынному, нсколько хвтло взгляд, ехли двое. Огромные кони то отчётливо щёлкли подковнными копытми по кмню, которым в незпмятные времен был выложен тркт, то глухо месили грязь тм, где кмни исчезли, стёрлись или ушли в землю.

Всдники ехли молч, ндвинув н глз кпюшоны длинных чёрных плщей, нсквозь промокших, из–под которых только и виднелись что руки в высоких кожных перчткх, д вствленные в стремен поднятые носки спог.

Плщи укршли скрещённые серебряные мечи — герб Крдолн. У сёдел, кроме двух прных больших сумок, выглядевших довольно тощими, были зкреплены треугольные щиты в чехлх, поднимлись длинные пики, укршенные обвисшими вымпелми. У того, который ехл спрв, з седлом крепился большой лук в чехле и зкрытый длинный тул.

Кони месили тумн. Кзлось, что они рздвигют его с трудом.

Всдники молчли.

Лес вокруг звучл шёпотом дождя.

Жителям Крдолн — стрны, где зелёных лугов и весёлых рощ н речных и озёрных берегх горздо больше, чем дремучих лесов — должно быть, было неуютно в дождливом лесу н смой грнице Рудур.

— Проклятое место, — скзл тот, что спрв. У него окзлся звонкий, хотя сейчс словно бы отсыревший мльчишеский голос. — Мне тяжело дышть, Эйнор. Кжется, что зхлёбывюсь.

С этими словми он откинул кпюшон.

Лицо мльчишки лет пятндцти — узкое по–нуменорски, с упрямым подбородком, но чуть веснушчтое — было устлым и осунувшимся. Длинные светлые (кк рз совсем не нуменорские) волосы потемнели под промокшим кпюшоном. Серые большие глз смотрели змучено.

— Кк тут можно жить? — почти с отчяньем спросил он спутник.

— Тут мло кто живёт, — отозвлся тот. Голос второго всдник тоже был совсем молодым. — Врг и чум опустошили эти мест, Фередир. А когд–то по этому тркту шли и шли путники и крвны из Линдон в Рздол и обртно, и дже дльше… В лесу стояли деревни, лежли поля и дже цвели сды… З утро мы встретили бы множество гномов, эльфов и людей… [3]

— «Множество людей»! — пробурчл светловолосый, поглживя шею блгодрно похрпывющего коня. — Пусть мой Азр покроет меня вместо кобылицы, если мы не рискуем встретить тут множество орков или холмовиков — но только не людей.

— Ты и впрвду считешь, что холмовики не люди? — стрший, кк видно, уже привычно пропустил мимо ушей обычную для уроженцев южного Эридор грубость и тоже откинул кпюшон. Он и впрвду был стрше — лет семндцти–восемндцти — и выше своего спутник, но при этом производил впечтление чего–то более хрупкого: длинные чёрные волосы, тонкие черты лиц, тоже серые, но более пристльные глз — в общем, это был чистокровный нуменорец, и хрупкость его был столь же кжущейся, кк хрупкость стльного клинк.

Эйнор сын Иолф - _Пьер_Юбер_.

— Конечно нет, — убеждённо ответил млдший. — Холмовики, лоссоты, дунлндцы… Всё это не люди. Скжи ещё, что люди — встки и эти чёрные уроды с юг, которые рзмлёвывют себя, кк… кк… кк… — он не ншёл срвнения и здрл нос: — Встки, фэ! Они пьют кобылье молоко прямо из сиськи.

— А холмовики живут в пещерх и сношют дырки в кмне, — покивл темноволосый. Вздохнул и устло продолжил: — Ты говоришь глупости, Фередир. Тем более смешные, что в твоих жилх течёт кровь Людей Сумерек.

— Мой дед ткой же нуменорец, кк и твой, рыцрь! — огрызнулся, крснея, Фередир и толкнул обиженно вскинувшего голову коня кблукми.

— Рыцрь восьмого князя Крдолн Абтрик Изрэ взял в жёны Селди, родившуюся в Ирисной Низине. Их же сын Фэл ншёл себе жену у нрод мтери и звли её Нхльд. Первенцем у них родился Фередир. Это ведь из вшей Книги Семьи?

В голосе Эйнор не прозвучло нсмешки, и рздувший было ноздри Фередир смущённо пробормотл:

— Ну… Люди Сумерек — это почти Люди Зпд…

— Дже Люди Тьмы — всё рвно люди, — печльно зключил Эйнор. — Когд мы бьёмся друг с другом — кому это н руку? И когд кто–то из нс говорит: «Не люди те, кто не ткой, кк я!» — кому?

— Прости… — в конец упвшим голосом скзл Фередир. — Но скжи… рзве кровь ничего не знчит?

— Многое, — обронил Эйнор. И ничего не стл объяснять.

Фередир вздохнул. Вот он всегд тк. Прошло уже три год с того момент, когд крепящийся (очень хотелось плкть!) мльчишк, родившийся тм, где в море впдет Сероструй, уехл из родного сел з молодым, только–только посвящённым рыцрем Эйнором — служить одинндцтому князю Крдолн Нрку. Уехл, не оглянувшись, чтобы никто потом не скзл, что он девчонк, которя плчет, покидя родной дом. Плкл он потом, ночью, вцепившись зубми в плщ. Плкл, пок чья–то лдонь не коснулсь волос…

 _Не_плчь,_когд_поют_свирели,_
 _В_дворце_с_зкрытыми_дверями,_
 _З_облкми,_з_горми,_
 _Куд_ведет_троп_пустя._
 _Не_плчь,_когд_поют_свирели,_
 _В_осколкх_сердц_отржясь,_
 _Пусть_плчут_тучи_нд_домми,_
 _Дождем_холодным_проливясь._
 _Зштопй_сломнной_иголкой_
 _Прорехи_в_небе_с_облкми._
 _Тебе_сегодня_нужно_только_
 _Немного_поигрть_со_снми…_[4]

А утром почти невозможно было поверить, что это Эйнор сидел ночью рядом с плчущим млдшим мльчишкой и нпевл в точности ту песню, ккую пел мльчишке мм всего з день до этого. И через неделю, когд они уже третий день ехли через безводную степь, и вся вод был в бурдюкх — тёпля, пхнущя кожей — н привле Фередир присослся было к костяному горлышку, Эйнор съездил его по уху. Подождл, пок мльчишк поднимется — со звоном в голове и слезми н глзх — и спокойно объяснил, что в тких местх сперв поят коней.

Тот удр (не последний, кстти) Фередир простил двным–двно. З три год он, кзлось, нучился понимть Эйнор. Но временми рыцрь ствил оруженосц в тупик. Просто в тупик. Или словом. Или жестом. Или просто взглядом… Кто–то из стрших воинов скзл кк–то: «Чему ты удивляешься, прень? Он — ЧИСТОКРОВНЫЙ…» И тоже ничего не объяснил.

Впрочем, эти мысли сейчс недолго знимли оруженосц. Он посмотрел н вершины дубов, облизнул губы от дождевых кпель и спросил:

— Эйнор, кк ты думешь — кто ткой Ангм…

Рыцрь, не глядя, прихлопнул его губы лдонью:

— Не нзывй его. Тем более — тк близко от грниц. Говори просто — Он или Чёрный Повелитель.

— А что, Он… — Фередир огляделся. — Он может тут появиться?!

Эйнор зсмеялся:

— Ну конечно… С крыльями, кк у Турингвэтиль из древних времён… Нет, конечно, Фередир. Ему нши с тобой дел слишком мелки. Но вот щёлкнуть в ншу сторону пльцми он и впрямь может озботиться. И нлетим мы и првд н шйку орков. Или ещё что случится.

— То есть, докричться до Него нпрямую невозможно? — уточнил Фередир. Эйнор стрнновто посмотрел н млдшего:

— Д нет. Можно. Почему нельзя. Он ведь был когд–то человеком. Нуменорцем, кк я. Но стоит ли его звть?

— А что же Влры? — Фередир опять посмотрел в небо. — Нши предки ничем не провинились перед ними. Рзве они не видят, кк пустеют нши земли, кк нс теснят врги? Когд ты обрщешься к Эру, о чём ты его просишь, Эйнор?

— Я ни о чём его не прошу, — пожл плечми под плщом юный рыцрь. — Я просто говорю с ним, чтобы Эру знл: я верю в его блгость и мудрость, я приму то, что он пошлёт. А просить… Просить у Эру — всё рвно что торговться с собственной совестью.

— Знчит, Эру не может нм помочь… — здумчиво протянул Фередир. И увидел построжвшие глз Эйнор. Рыцрь рздельно проговорил:

— Эру — Творец. Он создл нс и дл нм волю, рзум и совесть. Чего ты хочешь ещё, Фередир сын Фэл? И что ещё нужно человеку? — подумв, он добвил: — Среди нс, Людей Зпд, было немло тех, кто продвл себя Злу. И зло им помогло, нделяло стршным могуществом. Ты и см знешь историю ншего нрод. Но, когд против тких «могущественных» со всей решимостью и верой выступли отвжные люди — зло всегд бросло своих. Всегд. Влстелин зл — лжец и предтель, те, кто служит ему в ндежде н его силу — лишь его орудия. И я не зню ни одного из них, чью смерть можно было бы нзвть достойной.

— Достойня смерть… — пробормотл Фередир. Эйнор кивнул:

— Умереть в стрости в постели, среди скорбящих родичей и слуг, поняв в последний миг, что тебе нечего стыдиться в прожитом — достойно. Умереть в бою, среди сверкния клинков и боевых кличей, сжимя в руке меч и видя, кк вьются в небе нши стяги — достойно. Никто из продвшихся злу не умер тк. Для них смерть был бесконечным ужсом и бездной стрдния. Кк для нших несчстных предков в последние годы Нуменор…

— Мы победим, Эйнор? — требовтельно спросил Фередир. — Ответь. Я не говорю — сейчс. Может быть, через сто лет. Через тысячу лет. Мы ведь победим?

— Конечно, — кивнул Эйнор. — Чёрный Повелитель пдёт. Пдёт и его господин. А будем ли при этом мы — д тк ли вжно, дружище?

Он стукнул оруженосц по плечу перчткой и понукнул коня.

Дльше ехли молч.

Он не знет, кк я его люблю, думл Фередир. Больше своих бртьев, больше своего отц. Он смый хрбрый и смый умный среди всех рыцрей Крдолн. Пусть он прикжет — и я брошусь н меч. Н тысячу вргов. Поеду в Ангмр один и вызову н поединок Чёрного Повелителя. И ничего не испугюсь…

— Впереди и чуть спрв — человек. З кустми, — негромко скзл Эйнор. Фередир почувствовл, что бгровеет от стыд — првя сторон был его стороной, и он, змечтвшись, не уследил з ней! Но стыд тут же сменился нпряжением. Зсд?! Доспехи в мешкх… От орочьего лук доспех зщитит, от большого можжевелового — нет… Взять щит н првую руку?.. Срзу догдются, что их рскрыли… Уже не вжно… Коня — вперёд, зкрыть им и собой Эйнор… Откуд будут стрелять?.. Откуд нпдут?..

Внутренности, кк всегд перед боем, скручивло в тугой, болезненный ком. Д где же этот лежщий, чего не всккивет?!. Где зсд?..

— По–моему, он один, — по–прежнему спокойно скзл Эйнор, остнвливя своего Фион. — Пойди посмотри.

Фередир соскочил н рзмокшую обочину. Отодвинул плщ, вытянул меч — не рнорский, ткой, ккими пользуются к востоку от Мглистых Гор, доствшийся от дед. И, рздвигя нстороженным клинком кусты, пошёл туд, где теперь уже и см рзличл лежщее в густой трве тело.

— Эй, это прень ккой–то! — послышлся через минуту его удивлённый голос. — Человек, в лохмотьях… Эйнор, слышишь?!

— Слышу, — Эйнор уже подходил тоже, ведя под уздцы обеих лошдей и держ в првой свой меч — отковнный ещё в Нуменоре Бр. — Гляди–к. У него волосы, кк у тебя… — рыцрь передл поводья оруженосцу, поймл, не глядя, ножны клинком и опустился н колено около лежщего ничком человек. Осторожно перевернул его. — Мльчишк, моложе тебя. Хм… что–то эльфийское в лице… но это не эльф, точно.

— Нверное, и првд из йотеод или из северян, — Фередир нклонился опять. — Он мёртвый?

Эйнор стщил зубми перчтку, положил пльцы по обе стороны грязной шеи нйденного.

— Жив… Стрнно одет. Смотри, ккие штны.

— Стрнно, — соглсился Фередир. — Смешно. Похоже н прусину, кк н корблях Гондор. Только синяя. А рубх обычня. Ни ремня, ни нож… Может, ненормльный?

— Или… — Эйнор продолжл вертеть тело. — Погляди, что у него.

Зпястья мльчишки были рссечены круговыми рнми — кож стёрт до мяс. Н спине сквозь дрную грубую ткнь проглядывли длинные рубцы.

— От верёвки и от плети, — тихо скзл Эйнор. — И ноги — босой, всё в кровь рзбито.

— Бежл из плен! — воскликнул Фередир и с увжением посмотрел н лежщего. — Нверное, нгмрцы схвтили его у истоков Андуин, по ту сторону гор… — оруженосец стл отстёгивть плщ. — Возьмём его с собой?

— Конечно, — Фередир положил пльцы н виски мльчик. Нжл.

Мльчишк открыл глз срзу — серые, невидящие. Что–то негромко скзл. И опять то ли впл в збытьё — то ли просто опустил веки.

Глв 3,

в которой мы знкомимся с Грвом.

Я не умер?

Нет, кжется, не умер.

День. Небо это серое… Н чём это я лежу? Это не трв… и небо ккое–то… половинное…

Д нет, просто ндо мной что–то нтянуто.

Меня подобрли, всплыл ясня мысль.

Кони фыркют. Д, кони… Кони?!

Кто подобрл?!

ОПЯТЬ?!?!?!

Молнией пролетели в мозгу обрзы рспрв нд беглыми. Неужели, неужели?!. Он попытлся вскочить — руки и ноги были свободны — но предтельскя слбость подкосил, в голове тонко зпели нудные струны, внутри всё противно ухнуло — и Пшк повлился обртно н плщ.

Плщ… Он лежит н плще. И нд ним нтянут плщ — от дождя. Беглого положили н плщ — стрнно…

Послышлся голос — мльчишеский, вопросительный. Нд Пшкой склонилось веснушчтое лицо — длинные светлые волосы свисют до плеч, весёлые серые глз… Мльчишк пхнул мокрой ткнью, метллом, конским и своим потом, кожей одежды. Он улыблся. Опять что–то спросил. Потом, нхмурившись, спросил снов — уже н другом языке, явно подбиря слов. Пшк узнл слов, похожие н слов язык, н котором говорили ТЕ.

— Не понимю, — ответил он и сглотнул.

— Йе пониму? — переспросил мльчишк. Пшк кивнул и рсплклся.

Он плкл, судорожно сотрясясь всем телом, глотл эти слёзы, икл, кшлял, слёзы збивли горло, душили — Пшк слепнул от них, ощущя только громдное, почти убивющее облегчение. Он понял одно — этот прень никкого отношения не имеет к ТЕМ. А знчит — спсён.

Спсён.

Мльчишк не успокивл его — сидел рядом н корточкх и смотрел в сторону. Постепенно Пшк успокоился, вытер рукой лицо, судорожно вздохнул — и увидел, что возле нтянутого плщ стоит ещё один человек. Тоже почти мльчишк, темноволосый и сероглзый, одетый в вытертую чёрную кожу, с мечом и длинным кинжлом н перевязях широкого пояс.

Не сводя пронзительных серых глз с лиц Пшки, он здл ккой–то вопрос. Млдший, подняв лицо, помотл головой и что–то скзл. Черноволосый нхмурился, скзл что–то ещё н одном — третьем уже — языке.

— Не понимю я, — пробормотл Пшк. Подумл и добвил: — I don't understand, sorry… — и снов вздрогнул нервно, подумв, что слов нглийского язык звучт тут ещё стрннее, чем русский — кк нпоминние, что он учился в школе и учил нглийский — не во сне, првд!

Ребят переглянулись. Млдший — уже неуверенно — повторил вопрос н том языке, н котором говорил второй рз — медленно и рздельно:

— Uskka yer, du spikka yothejd?[5]

«Спросить… говорить…» — послышлись Пшке искжённые нглийские слов.

— No, — покчл он головой, — I don't speak… I'm Russian, — и в безумной ндежде добвил: — Russia… Moskow…

— Рхн? — поднял брови стрший. — Носс?[6]— он пожл плечми, вздохнул, кк бы смиряясь со скзнным Пшкой. — Эйнор, — он укзл н себя. — Фередир, — укзл н светловолосого.

— Пш… Пвел, — Пшк покзл н себя и только теперь увидел, что зпястья у него перебинтовны. Эйнор высоко поднял брови и покчл головой кк–то осуждюще[7]. Спросил:

— Wirra du? Yothejd, imma Asgaroth?[8]

Пшк опять пожл плечми. Н этот рз он вообще не понимл, о чём речь.

— Где я? — с отчяньем спросил он в свою очередь. — Я ничего не понимю, честное слово.

— Йе пониму, йе пониму, — повторил светловолосый. Зсмеялся необидно. Что–то скзл стршему, тот кивнул. Светловолосый поднялся, отошёл туд, где были привязны большущие лошди и лежли сумки. Звозился, поглядывя через плечо. Эйнор продолжл сидеть, глядя н Пшку в упор. В рукояти меч поблёскивл, кк бесстрстный кошчий глз, большой зелёный кмень, огрненный в виде многоконечной звезды.

Пшк сглотнул и спросил тихо, неуверенно поведя рукой вокруг:

— Ангмр?

Лицо темноволосого стло нстороженным. Он коротко ответил:

— Вaw…[9] — потом усмехнулся и добвил: — Si Cardolan…[10] Wom dennat Angmar, wom Cardolan.[11]

Пшк пострлся сесть удобнее. В происходящее по–прежнему не верилось, но всё, что с ним происходило, не могло не быть рельным, знчит… Неизвестно, до чего ещё он бы додумлся, но тут светловолосый Фередир принёс большой ломоть серого хлеб и ткой же — копчёного мяс. Рот у Пшки мгновенно нполнился слюной. Он уже и не помнил, ккя он н вкус — нстоящя ед! А Фередир скзл, протягивя хлеб и мясо:

— Itta.[12]

— Eat? — переспросил Пшк по–нглийски. Фередир и Эйнор переглянулись, и Эйнор кивнул:

— Eat…

…Глядя, кк нйдёныш двится от ждности и ест, Эйнор рзмышлял. Мльчишк не мог быть подствой — слишком уж всё изощрённо выглядело. Кроме того, его ещё можно будет рсспросить, в Ангмре не могут не знть, что нуменорц почти невозможно обмнуть. Скорее всего, беднягу и првд схвтили н востоке от Мглистых гор, гнли в рудники з Крн Думом, он сбежл. Ткое случлось не тк уж редко. А что язык, н котором он говорит, не слишком понятен — кто знет, ккие племен живут дльше н востоке и северо–востоке? Если бы Эйнор и првд был в обычном птруле, он бы не пожлел времени и доствил нйдёныш к ближйшему посту погрничной охрны. Но бросить своё дело Эйнор не мог, путь его лежл н восток, знчит, и прню придётся идти н восток. Если встретятся погрничник Крдолн или отряд из Рздол — отлично. Если нет — можно будет, когд он немного придёт в себя, рсспросить кк следует, снбдить его едой, вещми ккими–никкими — и пусть себе шгет н юг. Не зим, и мест чем дльше, тем безопсней. Доберётся до родины, никуд не денется.

Решение было принято. Эйнор встл и, придерживя меч, пошёл к коням.

* * *

— Д не тк, нет! Смотри! Бьют отсюд, ты отбивешь сюд — не просто подствляешь, оттлкивешь изо всех сил и см бьёшь, смотри — р–рз!

Эйнор, сидя н седле с зписной книжкой в рукх, под рстянутым плщом, с блуждющей по губм улыбкой нблюдл з тем, кк Фередир муштрует стрнного нйдёныш. В обрз учителя он вжился срзу, немедленно и прочно — кжется, ему доствляло удовольствие гонять кого–то.

«Нвязлся, — без рздржения подумл Эйнор, зкрывя блокнот и всовывя крндш в крмшек н кожной обложке. — Кто же он ткой? Синдрин или хоть дунйк не знет вообще. С трудом понимет язык северян, см отвечет н невероятно искжённом… Првд, быстро учится. Недели не прошло, он уже более–менее болтет… Но вот родной язык вообще непонятен. Ни н что не похож. Рзве что отдельные слов — нет–нет д и мелькнут еле–еле схожие с тем же северным. А по внешности — северянин и есть. Или йотеод. Имя совершенно дурцкое, хотя вроде кк рз н синдрине.»

Кстти, Фередир уже к вечеру первого дня стл кликть нйдёныш Грвом. Сзди н его стрнных штнх окзлсь кожня ншивк — очень крсиво вытисненный оскленный волк. Глупо и неосторожно нзывть человек «триндцть», вот Фередир и приклеил нйдёнышу — Грв[13]. Потыкл в ншивку, скзл, и тот кивнул и стл откликться…

Собственно, только т ншивк от строй одежды у нйдёныш и остлсь. Остльное пришлось выбросить ( всё–тки стрння у него был одежд…) Ростом он был ниже Фередир (и уж тем более — Эйнор), но кое–что из зпсной одежды н него пошло. Дже вторые фередировы споги; Грв кк–то по особому нмотл поверх шерстяных чулок отодрнные от своей строй одежды прямоугольные лоскуты — и ничего, сели споги и не болтлись. Вот только ехть ему приходилось с Фередиром вместе. Ни Фередир, ни его Азр ничего против не имели. А см нйдёныш почему–то дико смущлся и что–то бормотл, повторяя стрнное слово «хрмовники». [14]

Эйнор зсмеялся. Млдшие оглянулись н него. Об взмокли — и не от дождя. Фередир сдувл с нос кпли пот. Грв улыблся, грудь ходил ходуном. Хм, кжется, улыблся первый рз з все дни знкомств.

— Тк, ну–к, — рыцрь поднялся н ноги. — Двйте–к об н меня со своими плкми… — он сделл приглшющий жест. — Ну, что встли? Двйте, двйте, только всерьёз — ну?!

— Ты спрв, я слев, — быстро скзл Фередир и покзл нйдёнышу рукой. Тот кивнул. Мльчишки нчли приближться, держ длинные тяжёлые плки, кк мечи. Кстти, отметил Эйнор, кк бы то ни было, нвыки обрщения с оружием у Грв есть. Есть, отчётливые. Не превосходные, но зученно–средние. Те, с которыми можно отмхться от двух–трёх орков. Или от ткого же среднего воин–человек.

Лдно.

… — Ой! Ты чего?! М…

Грв тоже что–то изумлённо крикнул по–своему.

Эйнор стоял нд поверженными телми. Плку Фередир он крутил в пльцх левой. Плку Грв держл н плече.

— Подъём, — негромко скомндовл он. — Держите оружие… Грв, — он кивнул нйдёнышу, — принеси мне вон тот шест.

— Шест? — повторил Грв н синдрине. И, укзв н плку, подпирвшую плщ, поднял брови. Эйнор кивнул. Мльчишк принёс шест бегом, ккуртно зкрепив снятый с него крй плщ з сучок дерев. Передл шест рыцрю.

— Знчит, смотри. Зщит от клссического прямого укол. Пря–мо–го, понимешь?..

… — Я пойду отдохну, — Эйнор воткнул плку в землю. мльчишки, тяжело дыш, переглянулись. Фередир спросил, потиря плечо:

— А нм?..

— А вы будете готовить обед и собирться. Пор и дльше. Пообедем и выезжем.

Эйнор отпрвился под нвес, стщил споги и улёгся…

… — Ф–феодл, зверь… — с чувством произнёс Пшк. — Пошли рботть, то без обед остнемся.

… — А? — не понял русского Фередир. Повторил, коверкя, з нйдёнышем несколько слов и зсмеялся, мхнул рукой: — Не понимю… Учись по–ншему скорей. Вот: пошли готовить еду. Готовить еду.

— Еду, — повторил Грв. Покзл н себя. — Я. См. См приготовлю.

— Првд?! — обрдовлся Фередир. — Ну тогд я пок… — нд его мкушкой просвистел спог. — Я пок тебе помогу, — попрвился он и, вздохнув, отпрвился з спогом.

* * *

Сидя около быстрого холодного ручья, Фередир и Грв отчищли мелким белым песком миски и котелок. Рбот шл быстро.

— Д! — Фередир обернулся через плечо. — Ты сегодня помойся потщтельней.

— Зчем? — Грв поднял брови.

— Ну, я думю, что честно будет нм с тобой теперь спть с Эйнором по очереди…

— Ч–что? — нйдёныш зстыл нд ручьём. — В кк–ком смысле… спть?

— В смом обычном, — пожл плечми Фередир. — С нми же нет женщин… д и потом… — он понизил голос, — Эйнор чистокровный нуменорец, у них чсто ткое бывет… понимешь? Выверт природы. Читл «Акклбет»? А, нет, конечно…

— Н–не… не понимю… — Грв быстро белел, глз стекленели от обречённости.

— Ну это, — Фередир звучно хлопнул двумя пльцми првой руки по лдони левой. — Д ничего стршного, немного потерпишь… только не кричи, ему это не нрвится. Ну кк, договорились?

— Й–… нет, не х–х–хочу–у… — Грв сглотнул. — Ты что, я не хочу, я не буду…

— Тогд придётся тебя связть, — Фередир вздохнул. — Может, не стоит? См соглсишься?

— Д нет же! — белый, кк стенк, Грв вскочил н ноги. — Ни з что, я… — и остолбенел, глядя, кк Фередир ндул нконец щёки и сделл то, от чего удерживлся с смого нчл рзговор — рсхохотлся.

От его хохот в лесу зшумело. Грв стоял, ощущя, кк всё тело кк будто поклывет иголкми — сперв немного, потом сильней, сильней, сильней… Фередир посмотрел н нйдёныш — и зхохотл снов, опрокинулся н спину, колотя по воздуху пяткми и чуть ли не звывя:

— Ой… о–ой… видел бы ты свою… свою ро–жу–у… Я по–шу–тил, ты что?!

— Ах ты скотин… — процедил Грв и вдруг прыгнул н Фередир.

Оруженосец не успел дже опомниться, кк получил дв полновесных удр — сперв прямо в нос, потом — в ухо, отчего нполовину оглох. Попытлся отпихнуться, но от рзмшистого тычк в горло зкшлялся, от удр ребром лдони под ухом ощутил, кк всё вокруг поплыло. Между тем Грв ещё дв рз врезл ему по лицу, и только после этого очумевший и рстерянный Фередир нчл сопротивляться по–нстоящему. Сбросить с себя Грв — хотя он был ниже ростом и не ткой крепкий — окзлось нелегко, тот дрлся свирепо, что–то шипя — и только после того, кк Фередир, изогнувшись, збросил ногу н шею озверевшему нйдёнышу, ему удлось окзться нверху. Он попытлся схвтить Грв з руки и прекртить дрку миром, но в блгодрность получил сильнейший пинок коленом по почке и удр кулком под дых, после чего рзозлился и, зрычв, см нчл молотить нйдёныш кулкми, не обрщя внимния н сыпвшиеся в ответ яростные и очень точные удры.

Мльчишки ктлись по трве, ожесточённо хрипя. Если бы сейчс их спросили, из–з чего нчлсь дрк — они бы, нверное, в ответ зляли бы, кк рзъярённые псы. Поэтому появившийся из–з деревьев Эйнор несколько секунд стоял, созерця побоище рвнодушными глзми, потом, подойдя к ручью, стщил спог, зчерпнул им воды и, вернувшись, выждл ещё полминуты, после чего вылил воду н ктющийся по берегу комок, уже совершенно ничего общего не имеющий с людьми.

— Й–у!

— В–в!

Мльчишки отлетели друг от друг, мотя головми, плюхнулись н пять точек и воззрились н Эйнор освирепелыми глзми. У обоих были рзбиты губы, из нос текл кровь; у нйдёныш зплывл левый глз, у Фередир кровь кпл с првой брови. Хм, Грв–то, похоже, левш… В бою очень опсен левш…

— Что это з схвтк молочных щенят? — холодно осведомился Эйнор. — Почему у тебя рож в крови, Фередир?

— А у него?! — почти взвизгнул оруженосец, мотя головой в сторону снов подобрвшегося Грв, рзбрызгивя с лиц воду и кровь.

— Его я не зню, — зметил Эйнор. — Почти совсем. Но тебя я учу три год не для того, чтобы любой встречный–поперечный мог зпросто отделть тебя до крови. Может быть, мне оствить при себе его, тебя отослть н юг?

— Что–о–о–о?! — Фередир взвился с песк; Грв тоже подскочил и зкричл что–то н своём языке, явно рстеряв весь свой синдрин. Потом сделл неожиднно понятный жест — поднял от пояс првую руку и согнул её в локте, потом вильнул здом в сторону Фередир. Тот с рёвом ринулся вперёд — и нлетел н выствленную в пх ногу Эйнор. Грв тоже рвнул добивть пвшего — и тяжело отлетел, получив точно ткой же пинок.

— Теперь то же смое, но н понятном языке и членорздельно, — кк ни в чём не бывло прикзл Эйнор.

— Я… — Фередир густо покрснел и, глядя под ноги, пробурчл: — Я пошутил…

— Смотри в глз и говори, — прикзл Эйнор. Фередир вскинул глз:

— Я… клянусь честью, это был шутк… Эйнор… Я скзл ему, — кивок головой, Фередир лдонью рзмзл по лицу кровь, — что ты спишь с мльчишкми и что теперь… ну, теперь его очередь…

— Что ты скзл? — Эйнор склонил голову нбок. Фередир сопел и вытирл кровь. — А что. Это хорошя мысль, — кивнул Эйнор. — Я никогд этого не пробовл. Иди–к сюд.

— З… — Фередир подвился воздухом, его глз стли огромными. — Зчем?..

— Хочу попробовть, кк это. Не думю, что мне понрвится, д и ты в восторге не будешь… Иди сюд и снимй куртку.

— Я… я… — Фередир помотл головой. — Не ндо, я… ты ведь шутишь?! Ты же не можешь!!!

— Снимй куртку, — холодно скзл Эйнор, рсстёгивя перевязь меч. Грв, стоя неподвижно, только переводил взгляд с Эйнор н Фередир и обртно. — Я не делл этого уже почти дв год и думл, что с этим у нс покончено. Но, видимо, нет.

— Ты будешь меня пороть? — лицо Фередир обмякло, он здёргл шнуровку, подходя ближе. Видно было, что у оруженосц подкшивются от облегчения ноги.

Эйнор с кменным лицом сложил перевязь вдвое, выпустив нружу чекнную серебряную пряжку. И тут Грв перехвтил руку рыцря.

— Нет… нет, не ндо… не тк… — нйдёныш путл слов, мотл головой, двился ими. — Я… дрться нчл… я нчл… не бей его…

Фередир, стоя со снятой курткой, недоумённо смотрел н вновь побледневшего Грв и не понимл, что к чему. Ну — десяток удров. По првде скзть, он их зслужил. Фередир см рскивлся, не понимя, кк ему только пришло в голову тк шутить с прнем, который сбежл из орочьего плен. Дубовя бшк, морёный чурбн… Ясно же, что Грву эт шутк покзлсь продолжением кошмр…

— Д не ндо, ты чего? — пробормотл Фередир. Эйнор легко высвободил руку, но Грв теперь вцепился в ремень:

— Не бей его! — крикнул он. — Ну… я прощю! Я нчл дрться, он только глупо пошутил, не бей его, не бей!!!

Эйнор вновь легко освободился, но опустил руку.

— Не можешь збыть, кк били тебя? — спросил он прямо. Грв зкусил губу. Потом кивнул и опустил голову. — Прости, я не подумл… Кк ты ухитрился тк рзукрсить этого болвн? — он кивнул в сторону Фередир и прикзл ему мельком: — Оденься… Он неплохой рукопшник и очень хороший рубк.

— Меня… учили, — ответил Грв, помедлив. — Немного. Куд бить и кк бить… И с мечом тоже. Только меня тренировли с плкой.

— Кто? — поднял подбородок Эйнор, подпоясывясь. Грв пожл плечми:

— Ну… учитель.

— Вот что, — Эйнор помедлил и кивнул в ответ н ккие–то свои мысли. — Тебе ндо всё рсскзть. Я не могу тщить с собой неизвестно кого. И не имею желния, если честно. Но второй спутник, который умеет неплохо дрться, мне бы пригодился.

— Я могу рсскзть, — Грв поморщился. — Теперь могу, слов хвтит. Но ты не поверишь. Я и см не верю.

— Ну, если см не веришь — то это скорее всего првд… — Эйнор мхнул рукой: — Домывйте посуду и собирйтесь. Едем. А по пути рсскжешь… — он повернулся было идти, но потом усмехнулся и взял з плечо: — В Пригорье — есть ткое место — живёт Гннель, дочь Грвстур. Он нмного крсивей тебя и этого болтун, — он покосился н Фередир, шнурующего куртку. — Можешь мне поверить.

Глв 4,

в которой мы узнём, нконец, с чего всё нчлось.

В Зимру, столицу княжеств Крдолн, пришл весн.

В этих южных крях весн приходил не чинясь, без стук. Ещё неделю нзд дул с север промозглый ветер, и тучи неслись нд морем, тким же серым, кк они сми, грозя дождём. И вдруг в предутренний глухой чс ветер переменился, море с рдостным рёвом пошло н прибрежные склы, и ковные из крсной нетускнеющей меди флюгер город рзом повернулись н север. Не прошло и трёх дней — и суровый бело–чёрно–крсный город, тут и тм рссеянный по склм горстями домов, весь — от прибрежных рыбцких жилищ до Трёхбшенной Крепости н Олло Нэлтиль — оделся в яркую молодую зелень, окутлся ромтом прослвленных вьющихся роз, ств розово–золотисто–лым от бесчисленных побегов н стенх домов.

В одном из внутренних дворов Трёхбшенной Крепости, н крю мрморной чши уже несколько веков иссякшего фонтн, извянного в виде цветк гленс, сидел, поствив н колено лютню золотисто–чёрного дерев, одетый в серый плщ певец. Его голос звенел среди укрытых розми кменных стен — то бросясь к открытым воротм, то поднимясь к высоким стрельчтым окнм. Лицо поющего, его голос — безошибочно выдвли эльф. Кзлось, он не змечет, что его слушют — и поёт лишь для себя.

Эльф-менестрель.

А между тем его слушли. Слушли не меньше дюжины юношей и мльчиков, одетых тк, кк одевются в Крдлолне, д и н всём Северо–Зпде: чёрные с серебром туники н белых свободных рубхх с тяжёлыми золотыми зпястьями, чёрные штны, удобные для верховой езды, споги из мягкой коричневой кожи, подбитые стлью… Н поясх у всех слуштелей висели длинные мечи. Большинство слушли стоя, и лишь один юнош — чёрные волосы и черты лиц выдвли чистокровного нуменорц — присел н крй чши фонтн и, подвшись вперёд, поствил подбородок н кулк руки, упёртой локтем в колено. Серые глз юноши зстыли; кзлось — он ушёл в печльную песню няву…

 _В_плмени_ночи_горят_клинки._

 _Свет_их_погснет_нс_проводив._

 _Больше_не_будет_битв,_

 _Больше_не_будет_нс._

 _Больше_не_петь_нм_под_россыпью_звезд._

 _Ты,_если_сможешь,_скжешь:_«прощй»._

 _Слезы_зстлли_мир,_

 _Болью_коснулись_глз._

 _Может_для_нс_это_время_не_в_счет._

 _Кончилось_все_и_срок_подошел._

 _Ветер_стирет_следы,_

 _Ветер_уносит_нс._

 _Будут_з_этим_днем_сотни_лет,_

 _Будут_еще_золотые_век._

 _И_все_збудешь_ты,_

 _Горько_только_пок._

 _Пишет_конец_чернилом_судьбы_

 _Ншей_легенде_чья–то_рук._

 _Змок_рзрушен_и_вырублен_лес_

 _Мельницы_пьют_облк._

 _Воля,_—_неволя_—_рзницы_нет._

 _Движется_солнце_и_снов_зкт._

 _Хоть_никогд_не_поймут_и_не_примут_

 _Нс_может_быть_простят._[15]

Из высокого окн точно нд фонтном смотрел вниз рыжеволосый, рыжебородый мужчин. Его одежд ничем не отличлсь от одежды молодёжи внизу, но н волосх плотно сидел тонкий серебряный обруч, укршенный спереди скрещёнными мечми. Лицо мужчины было здумчивым и печльным, синие глз смотрели пристльно и почему–то слегк рстерянно.

Нрку, одинндцтому князю Крдолн, было около сорок лет.

Нрк, 11-й князь Крдолн, с дружиной - _Ю.Кштнов_

В небольшой комнте, стены которой покрывли пнели из светло–жёлтого морёного дуб — отчего он кзлсь больше и солнечней, чем н смом деле — не было ничего, кроме двух больших шкфов со свиткми и книгми, широкого стол, н котором стояли ковный витой светильник, чернильниц, подствк для перьев, узкогорлый кувшин и дв серебряных кубк — и двух стульев с резными высокими спинкми. Всю мебель когд–то изготовили из чёрного дерев, отчего он резко контрстировл с фоном стен.

Кроме князя в комнте нходился ещё один человек.

Высокий, седой кк лунь, но не выглядевший дряхлым стрик сидел в кресле, к спинке которого был прислонён чёрный посох с небрежно висящей н нём серой шляпой. Серой был и остльня одежд стрик — ккя–то бесформення хлмид; лишь побитые грубые споги, выглядыввшие из–под её нижнего кря, очевидно, изнчльно были чёрными. Глз стрик, цвет которых трудно было рзобрть под нвисшими кустистыми бровями, тем не менее очевидно и неотрывно следили з князем.

— Жлею, что не звл тебя и не слушл твоих советов, — Нрк повернулся от окн и в несколько стремительных шгов окзлся у стол. Сел, жестом предложил гостю вин (тот нкрыл кубок лдонью и медленно покчл головой), нлил себе. — Но поверь — мне дорогого стоило это решение.

— Рзве не твой отец сржлся вместе с князем Арвелегом н Буреломном Угорье? — голос стрик трудно было нзвть стрческим, он звучл сильно и сурово. — И рзве не ты см водил своих людей вверх по Бесновтой, чтобы помочь Рздолу?

— Мой отец оствил княжество мне, — покчл головой Нрк. — Я волен зключть и рсторгть союзы тк, кк мне по душе. Это одно дело. Но то, н что я решился… Во дворе мой сын, мг, — Нрк снов встл, отошёл к окну. — Олз. Что я должен ему скзть?

— Я видел твоего сын, князь Нрк, — спокойно и неспешно ответил стрик. — Он достточно взрослый и умный, чтобы понять. Или ты хочешь Крдолну судьбы Рудур?

Нрк изменился в лице.

— Нет, — коротко ответил он. — Об этом я и думл в первую голову. Нет. Пусть мой род пресечётся н корню, но — нет.

— Твой род не пресечётся, — неожиднно горячо возрзил стрик, вствя и тоже подходя к окну. — Неужели менее достойно служить могучему Королю Зпд, чем гордиться титулом, который того и гляди стнет пеплом? Хотя… — и он ссутулился, покчл головой. — Хотя некоторые думют и тк.

— Жизнь человек коротк, — ответил Нрк. — Может быть, тебе трудно это понять. Но я дл слово. И обртно его не возьму.

— Это поступок истинного првителя… Скжи мне, князь — кто вон тот юнош? — вдруг с интересом спросил стрик. — Я вижу, он чистокровный нуменорец…

— Это сын моего погибшего друг и мой воспитнник, Эйнор, — Нрк тепло улыбнулся. — Ишь кк сидит и слушет этого эльф — кк будто гончя учуял след… — но тут же Нрк снов посуровел. — Мой сын будет готов, кк только…

— Нет, — покчл головой стрик. — Не твой сын. Он слишком молод и… Если уж ты выслушл один мой совет — то выслушй и другой…

… — Довольно, Эйнор, пойдём! — рыжеволосый, с дерзкими и беспечными синими глзми мльчишк лет шестндцти дружески, но нетерпеливо потянул з плечо не спешившего поднимться с кря фонтн черноволосого юношу. Остльные крдолнцы уже отошли в дльний угол двор — тм рздвлись взрывы смех и взблёскивл стль. Эльф–певец спокойно пковл лютню. — Ну слышишь меня? Пошли! Ты обещл потренировть со мной тот удр. Или ты хочешь, чтобы меня прикололи в следующей схвтке? Не всегд же ты будешь рядом тк удчно!

— Спсибо тебе, Эрегдосс, — нехотя поднявшись с кмня, Эйнор поклонился улыбнувшемуся в ответ эльфу. — Не тяни меня, Олз, я иду, иду… Ты и минуты не можешь посидеть спокойно. Ткие хорошие песни…

— Неплохие, — рыжий н ходу уже доствл меч. — Только грустные. Жизнь и тк короткя штук, тут ещё грустить, слушя эльф?! Уволь…

— Эйнор!

Голос из верхнего окн зствил поднять головы всех, нходившихся во дворике. Светлые, рыжие, несколько тёмных голов склонились — полными собственного достоинств движениями, лишь Олз вскинул руку:

— Отец!

— Эйнор, поднимись, — Нрк, кзлось, не повышл голос, но он слышлся отчётливо.

— Отец, мы хотели… — нчл Олз, но князь жестом остновил его. Олз ндул губы и тихо скзл, толкя Эйнор локтем: — Возврщйся скорее, я пок погоняю по двору Нрвэйн и Фрз. Не упускй ткое зрелище… — и, мгновенно повеселев вновь, пошел через двор, громко выкликя товрищей.

Внутри здния, н кменной лестнице, сейчс црил прохлд ( зимой дже в смые сильные холодные ветр не было холодно). Эйнор н ходу подствил лдонь под тонкую струйку воды, пдющую из сифон в виде дрконьей головы в чшу — рскрытый розовый бутон; попил, отряхнул руку. Придерживя рукоять Бр — знменитого отцовского меч, отковнного ещё в Нуменоре — открыл дверь в кбинет.

— Позволь войти, князь?

Нрк был один — сидел з столом, широко рсствив ноги и держ в одной руке свиток, в другой — кубок. Но Эйнор мог бы поклясться — ощущение было тким же невидимым и явственным, кк ветерок — что только–только в кбинете был ещё кто–то. И этот кто–то — не был человеком.

Эйнор вспомнил, что вчер вечером видел — в Трёхбшенную приехл мг, которого нзывли Серый Стрнник. В Крдолне большинство людей не слишком–то привечли этих стрнных существ; никто дже толком не мог скзть, сколько их бродит по Средиземью — три? пять? семь? — и чего они хотят. Д и Нрк до недвнего времени не очень–то их жловл, деля исключение рзве что для Рдгст — великого знток лошдей и собк. Првд, Серый Стрнник был чстым гостем в Артедйне, д и Эйнору он — по ощущению, юнош видел его рз пять или шесть, не говорил — ни рзу — скорее нрвился…

— Сдись, — Нрк отствил кубок, отложил свиток. «Песнь об Эрендиле» — успел Эйнор прочесть выписнное ровными скруглёнными знчкми Тив зглвие прежде, чем свиток свернулся в привычную трубку. Пмять срзу подскзл: «В Арвэниэле свой корбль сооружл Эрендил…» Стрнно. Князь никогд не был большим любителем чтения, хотя и не прочь был послушть бллды…

Эйнор сел, привычно положив меч н колени и не сводя глз с Нрк, который молчл — молчл долго, глядя з окно, где ветер кчл зелёные верхушки тополей. Юнош вздрогнул, когд князь зговорил нконец:

— Мы гибнем. Чья во мне кровь? Я нзывю себя князем Крдолн, но чья во мне кровь, Эйнор?

— Мне всё рвно, — ответил юнош спокойно. — Ты ведь не только мой князь, ты — мой воспиттель. Я не буду говорить, что ты зменил мне отц. Отц нельзя зменить. Но ты мой воспиттель и мой князь.

— Всё не тк просто… — Нрк сделл жест — кк будто хотел нлить себе ещё вин. Но остновил руку. — Если бы всё было тк легко… Тебе известно о том, чего хочет Арвелег Артедйнский?

— Д, — кивнул Эйнор. — Корону Арнор.

— И что ты думешь об этом?.. — Нрк перебил см себя: — Не ндо, не отвечй. Я зню, что ты — нуменорец и тоже мечтешь о возрождении Арнор. И что ты крдолнец и верен мне — зню тоже…

— Зчем этот рзговор? — угрюмо спросил юнош.

— Арвелег — прямой потомок Элендил, — словно не услышл его Нрк. — Его предки были полководцми и вождями ещё когд мои псли коней тут, в Эридоре, и не знли, что ткое железо… Прво Арвелег — не только н корону Арнор, но и — прервись род королей н юге — и н корону Гондор…

— У короля Влкр есть сын, — нпомнил Эйнор.

— Нполовину йотеод… — тихо ответил Нрк. — Я не нуменорец, у меня не бывет предвидений… но я князь — и вижу без них: в этом злог будущих рспрей у нших южных соседей…

— Зчем этот рзговор?! — повторил Эйнор нстойчиво. Нрк молчл. Юнош поднялся н ноги и, подойдя к князю, встл около него н колено, положил руку н локоть Нрк. — Что тебя гнетёт, воспиттель? — тихо и учстливо спросил он.

— Принятое решение, — Нрк вздохнул. — Я передм влсть Арвелегу Артедйнскому.

Эйнор вздрогнул, изумлённо отстрняясь.

— Влсть?

— Я передм влсть Арвелегу Артедйнскому, — повторил Нрк. — Артедйн и Крдолн объединятся. Потом мы присоединим Рудур и згоним холмовиков обртно в Эттенблт. А объединёнными силми можно будет спрвиться с Ангмром. Ну дльше… кто знет, может быть, сын или внук Арвелег будет првить возрождённым Арнором и Гондором — и тяжёлые времен кончтся.

— Влсть… А кк же Олз? — Эйнор встл и придерживлся рукой з спинку сиденья князя.

— Ты знешь моего сын не хуже меня. Он обожет помхть мечом и быстро поймёт, что я прв… В моих жилх едв восьмя чсть крови нуменорцев. Но я должен перешгнуть через свои мелкие желния хотя бы рди этой одной восьмой.

— Но зчем ты позвл меня? — тихо спросил Эйнор. — Я не твой советник. Я дже не лучший твой рыцрь.

— Я позвл тебя потому, что сперв хотел говорить с Олзой, — Нрк повернулся к юноше. — Но Серый Мг скзл мне, что ты больше подходишь для этого рзговор. Хотя это похоже н подлость — словно я хочу сберечь сын и подствить под меч тебя.

— Глупец тот, кто тк подумет, — искренне скзл Эйнор. — Но я всё–тки не понимю, о чём ты говоришь.

— Я говорю о Рудуре, — князь поднялся, толчком руки рзвернул н столе крту, прижл её кубкми и кувшином. — В Рудуре првит Руэт. Он вождь эттенблтских холмовиков и н словх окзывет обычям нуменорцев всяческое почтение, живущим в Рудуре немногочисленным твоим родичм — блговолит. Но это н словх. Н деле, судя по всему, обстоит инче. Мне нужен человек, который рзузнет, кк обстоят дел в Рудуре и Эттенблте. И, возможно, добрлся в Рздол с моими словми… Но моих рыцрей хорошо знют в тех местх… — Эйнор улыбнулся. — Тебя — едв ли.

— Олз не спрвится, — скзл Эйнор спокойно. — Стрнно было дже, что ты подумл о нём; он зтеет скндл в первом же месте, где ему поддут вчершнее пиво.

— Я подумл о нём, потому что он — мой сын, это дело смертельно опсно. Северней Восточного Тркт человеку пропсть ничего не стоит.

— Я готов ехть, — скзл Эйнор.

— Тогд слушй и зпоминй, — Нрк положил н крту лдонь. — Поедешь через дв дня. Не один. Возьми с собой одного–двух человек, которым веришь, кк себе. Но и им не скжешь ничего о цели пути.

— Возьму Фередир, — решил Эйнор. Нрк мельком посмотрел н воспитнник:

— Своего оруженосц?.. Возьми, он и впрвду ндёжный мльчишк… Сперв, — плец князя проехл по крте, — вы отпрвитесь в Аннуминс.

— В Аннуминс?! — н этот рз Эйнор дёрнулся, словно его встряхнули з плечи. — Но тм же…

— Тм вс будет ждть Трлнк сын Миндр. Он твой родич — из рудурских нуменорцев. От него подробно узнешь, кк обстоят дел в Рудуре. Если ты, что он рсскжет, покжется тебе достточным — поедешь дльше по Восточному Тркту в Рздол. И тм просто перескжешь мстеру Элронду сегодняшний нш рзговор. В Рздоле узнешь об эттенблтских и нгмрских новостях. И левым берегом Бесновтой вернёшься сюд. Если же… — Нрк здумлся. — Если же того, что скжет Трлнк, покжется тебе мло, ты тоже поедешь в Рздол. Но у Буреломного угорья свернёшь н север, в Рудур и Эттенблт. Посмотришь всё см. Дльше Эттенблт збирться не смей. Гляди в об глз, слушй в об ух и дыши через рз.

— Буду слушть в четыре ух и глядеть в четыре глз, — спокойно ответил Фередир. — Но что мне делть, если я встречу ртедйнскую стржу? Ануминс — их земля.

— Ничего не делть, — ответил Нрк. — Артедйнцы отвернутся. А случись что — помогут.

Эйнор кивнул. Нрк помедлил, рзглядывя своего воспитнник. Потом снял с левого укзтельного пльц перстень — широкий серебряный обруч испещряли чёрные витки орнмент, в центре рскрытой лилии лежл голубовтя жемчужин. Эйнор быстро повёл глзми — если что–то и было в Крдолне священным для всех, то это Венец Мечей, лежвший н волосх князя; Кьюлл — родовой меч, который держли в своих рукх ещё прямые нследники Элендил, првившие когд–то Крдолном… и эт вещь. По легендм Клн Айр был срботн кем–то из сыновей Фенор и неведомыми путями, кто знет н чьих рукх добрлся в Средиземье. Предок Нрк, третий князь Крдолн Голлор, принял Клн Айр из рук умирвшего от орочьей стрелы Мгор, последнего из потомков Элендил, првивших княжеством… Это было двно. Очень двно. Но перстень–то был куд древнее — он пережил Нуменор, он пережил великие земли н Зпде, которые тоже, нмного рньше, поглотило море — и в которые мло кто и верил уже… Жемчуг живёт недолго — две, три, ну — четыре сотни лет, не больше. Но в Клн Айр был вделн вечный жемчуг. Жемчуг с берегов Влинор.

Эйнор верил. Поэтому здержл дыхние, когд Нрк взял его руку и ндвинул перстень н тот же плец, н котором носил см. Стрнное дело. Пльцы князя были почти вдвое толще пльцев юного нуменорц, и перстень не был князю тесен… но не болтлся и н пльце Эйнор. Пришёлся впору. Точь–в–точь.

— Всё, что ты скжешь и сделешь — скжу и сделю я, — скзл князь и положил руку н плечо Эйнор, обтянутое тугой кожей. — Последний князь Крдолн. Иди теперь. Иди.

Князь толкнул Эйнор в плечо и пошёл к окну.

Глв 5,

в которой Эйнор и Фередир узнют кое–что неприятное об Аннуминсе.

В этом пути Эйнор был один.

Он ничего не рсскзл и не собирлся рсскзывть Фередиру, см оруженосец не спршивл ни о чём — ему было вполне достточно того, что он, Фередир, едет почти стремя в стремя со своим рыцрем. Поэтому Эйнор остлся один со своими мыслями и со словми князя — стрнными, необычными. Почти пугющими…

Фередир.

Кк и все нуменорцы, Эйнор, конечно, мечтл о древней слве Арнор, что и говорить. Но это были именно мечты. Потомки рыцрей Нуменор жили долго — почти вдвое дольше Людей Сумерек — но уже и прдед Эйнор не помнил дней единств. Крдолн кзлся вечным. И Эйнор в глубине души был твёрдо уверен — тк будет и дльше. Он умрёт или пдёт в бою, но и его внуки и внуки его внуков будут служить князьям Крдолн.

И вот… Впрочем, нверное, все большие вещи делются вот тк просто и обыденно. Большие слов и великие поступки выходят вперёд потом, когд уже никто не помнит мелочей, збывть всё–тки не хочется…

…Они првым берегом Сероструя выбрлись н Южный тркт и двинулись по нему н северо–зпд. Мест эти всё ещё были довольно густо нселены, встречлись не только многочисленные путники — в одиночку и группми — но и поселения, придорожные трктиры и постоялые дворы… Шли дни — один, другой, третий… пятый… восьмой… двендцтый… и уже двно остлсь позди грниц Артедйн и Мост Кменных Луков, по которому перебрлись, зплтив пошлину, через Брндуин. Почти срзу после выезд из Зимры Эйнор повернул перстень жемчужиной внутрь, к лдони. И обртно уже не поворчивл. Ни к чему видеть кому ни попдя Клн Айр. Фередир — тот видел, когд выезжли. И сделл большие глз, восхищённо уствился н своего рыцря.

Артедйн жил тк же, кк и Крдолн — пробуждющейся после зимы жизнью. И люди были ткие же, и язык, и всё остльное. И, если честно, Эйнору кзлось, что нет никкого поручения князя, есть просто ккой–то обычный выезд, сколько их было…

Однко, з древним селением Пригорье нчинлсь зпустевшя земля. Столиц Артедйн — Форност Эрйн — и людные земли вокруг неё оствлись по првую руку и позди.

Они последний рз зночевли под крышей — дльше живых поселений не было — в большом трктире «Грцующий Пони». Местные жители были непохожи ни н нуменорцев, ни н северян — невысокие, черноволосые, нпоминвшие дунлндцев с юго–восток. Но тоже считли себя верными подднными ртедйнского князя — и уж конечно, влдельцу трктир Нркиссу не было дел до того, кто ткие постояльцы — лишь бы плтили д не безобрзили. А комнты у него всегд были н любой вкус и в полном порядке…

…Утро, когд они выезжли из трктир, было тёплым, мокрым и тумнным. Тумн лежл густющий, слоистый.

— Через шесть дней будем у Морок, — Эйнор подтянул подпругу Фион, провёл перчткой по крупу. Хозяйские рботники принесли вьючные сумы с продуктми. Для них рыцрь и оруженосец ехли в Форност Эрйн — срезя по течению Брндуин к Северному Нгорью. Возле конюшен несколько ртедйнских погрничников выводили своих коней, переговривлись; н высоком крыльце трктир стояли двое эльфов — в серых с переливчтой зеленью плщх, оттопыренных мечми, тёмные волосы схвчены обручми, з плечми — луки, лёгкие узкие споги зляпны грязью, кк и низ плщей. Под плщми мерцли двойного плетения кольчуги с нгрудникми. Вчер вечером эльфов среди постояльцев не было… Плечи лучников укршл серебряный корбль Кирдэн, влстелин Гвней. Через весь Артедйн добирлись сюд — зчем? Эльфы опирлись н длинные «ушстые» копья и смотрели вокруг блгожелтельно и немного нсмешливо. Вещи, видимо, лежли в номере, кони стояли в конюшне. Точно — Эйнор вспомнил двух рссёдлнных — рослых и тонконогих — жеребцов–меров под синими с белым попонми, которые стояли в конюшне. Вечером их не было — г, знчит, эльфы приехли ночью. Или дже под утро — не почистились.

— Ну поехли, ? — тоскливо скзл Фередир, подводя коней.

— Д чего ты тк зторопился? — Эйнор поглдил морду Фион и взлетел в седло, привычно откинув плщ. Фередир поспешил последовть примеру рыцря и прошептл:

— Эльфы…

— Ну и что? — Эйнор, уже проезжя мимо стоящих н крыльце, поднял руку — две руки поднялись в ответ, ртедйнцы просто внимния не обртили.

— Д ну их… — буркнул оруженосец. Передёрнул плечми. — Не люблю.

Об этом отношении своего оруженосц к эльдрм Эйнор знл двно, но всё время збывл. Ему смому с детств эльфы кзлись притягтельными — величвыми, грустными и отвжными. Но он уже тогд зметил, что большинство людей н них смотрят тк же, кк Фередир. И двно отчялся переделть оруженосц. Вот и теперь тот не сккл глопом подльше от постоялого двор только потому, что не хотел опережть рыцря.

— Глупо, — зметил Эйнор, пришпорил коня и Фион привычно пошёл ровной иноходью. Фередир тут же нгнл своего рыцря, держсь в седле, кк влитой.

— Поедем шгом, — попросил он. — Рсскжи мне дльше «Лэр Ку Белег»[16], ?

— Я уже рсскзывл, — усмехнулся Фередир.

— Ну, всё рвно…

* * *

В следующие дни тумн почти не рссеивлся. Временми — редел, временми — сгущлся опять… но дже если нчинл дуть ветер — с север или северо–восток — он только тскл этот тумн с мест н место. Мир огрничился до десятк шгов — и дже когд они выбрлись из лес н холмы — не стл шире. Особенно резким был ветер по ночм. В лесу ещё можно было збрться под выворотни могучих древесных корней. А в холмх… путники ствили по бокм от бивк коней, рстягивли кк стенки плщи — зпсные — рзводили костёр и ночевли, звернувшись в свои плщи и поствив под голову сёдл. Огонь горел плохо, в холмх вдобвок почти не стло топлив. Тонкя путниц веток кустрник и вереск сгорл то слишком быстро, то ноборот — рзбухшя от влги, никк не хотел рзгорться. Утро нступло только внутри, в голове — вокруг црил тот же серый сумрк. Эйнор с трудом восстнвливл в пмяти путь — временми в мозгу тоже возникл ккой–то тумн, и зученные и пройденные крты путлись. По ночм, првд, не было того, чего он опслся — шёпот. Те, кто бывл тут чсто, говорили, что он случется по ночм, кк будто к костру кто–то подсживется — и… Если слушть или, хрни Влры, нчть отвечть — можно потерять рссудок. Тк бывет чсто в тких местх, где жили люди, потом ушли не по–доброму.

— Тут вообще бывет лето? — спросил Фередир н шестое утро. — Не могу поверить, что тут рньше стоял столиц королевств.

— Стоял, — Эйнор оглядывлся. Ему тоже не нрвился тумн. — И погод был несколько иной. Нееееет… Эти тумны приходят из Ангмр.

— Почему никто не сторожит грницу? — возмущённо бросил Фередир. — У нс грницы с Артедйном стерегут лучше, чем тут нгмрскую!

— Ну, до грницы–то ещё длеко, — зметил Эйнор. — А тут… что тут стеречь? Д и потом… — он не договорил, но Фередир понимюще зкончил:

— …сюд никого н постоянную стржу не згонишь. — Эх, всё, не могу больше, противно — тумн! — мльчишк мхнул рукой и скзл: — Спою струю!

И првд зтянул не просто струю — древнюю песню, которую пели, нверное, его предки, кочуя н востоке — в те дни, когд Нуменор ещё не встл из волн и не ушёл под воду Белеринд…

 _Из–з_кургн_бед_

 _Глзми_волчьими_глядит…_

 _Тм_бродит_гнусный_встк_—_

 _И,_верно,_будет_мной_убит!_

 _Чтоб_угодить_небесм_—_

 _Ему_бшку_я_снесу._

 _И_вржий_череп_отдм,_

 _Д_в_др_Крылтому_Псу–у–у–у–у–у–у!_[17]

Фередир дже в стременх приподнялся, подвывя, кони дружно зпрядли ушми. Эйнор искос посмтривл н оруженосц. В песне говорилось о временх, богх и делх, которые Фередиру были незнкомы, и его отцу незнкомы, и деду, и прдеду, и пр–пр–щурм уже не были знкомы. Но оруженосец пел, его лицо рскрснелось, и дже тумн, кзлось, отступил… Стрнно, подумл рыцрь. Мы, нуменорцы, гордимся своей кровью. Но вот он — тоже кровь. Ведь он жил в другом мире, в мире, который построили нши предки со всем тщнием вспоминя Эленну. Он ткой же, кк я, по воспитнию. Но вот он поёт про дикие обычи и дикие времен — и в глзх его восторг… Верно — првы те, кто говорит: нш кровь тет в жилх млдших нродов, и их волны скоро скроют её — кк волны моря скрыли Нуменор. И что можно с этим поделть? Рзве только ндеяться, что этот бурный поток впитет ншу чсть… и через тысячу лет будут петь и нши песни тоже, и уцелеет нш вер и нш обычй — пусть и в других людях…

Оруженосец между тем перевёл дух после нивно–кровождной и первобытно–крсивой песни и покосился н Эйнор. Лукво предложил:

— А ты спой тоже. Дорог будет короче и тумн реже, — повернувшись в седле, оруженосец плюнул в белую муть.

— Орть, чтобы услышли все в округе? — хмыкнул Эйнор. Фередир продолжл поднчивть:

— Ткую, чтоб не орть. Я уже з двоих норлся.

Эйнор промолчл. И Фередир уже решил было, что, нверное, не дождётся песни и подумывл снов спеть смому. И вздрогнул, услышв голос рыцря, который пел бллду, сложенную — по преднию — смим Анрионом, когд он пытлся отговорить своего друг детств, Изинди, кпитн Великого королевского флот, от поход н Зпд вместе с обезумевшим Ар–Фрзоном…

 _Брось,_Кпитн,_оствь_его._

 _Видишь_—_он_уже_умер._

 _Посмотри,_ккой_холодный_песок_—_

 _Я_обжег_об_него_лдони,_

 _Глз_слезми_обжег._

 _Ты_помнишь,_кк_мы_стояли?_

 _В_лдонях_дрожли_клинки,_

 _Плмя_в_глзх_тнцевло,_

 _Бежли_в_стрхе_врги._

 _Ты_помнишь,_мы_не_боялись_

 _Ветр_и_боли_рн._

 _Когд_мы_смеялись_—_мы_плкли,_

 _И_плкли_—_смеясь._

 _Ты_помнишь,_кк_мы_любили?_

 _Ты_помнишь,_кк_мы_дрлись?_

 _Мне_кжется,_мы_дже_не_жили_—_

 _Мы_создвли_жизнь!_

 _Нет,_Кпитн,_не_бойся,_

 _Им_не_достичь_зри._

 _Смотри,_кк_пдют_в_бездну_

 _Последние_корбли._[18]

К озеру они выехли через дв чс.

— О–ох… — вырвлось у Фередир. Эйнор промолчл, но лишь потому, что видел руины Аннуминс рньше. Првд, с другого кря. И тумн не было…

А сейчс тумн лежл и здесь, дже нд озером, ндо всем. Но тут и тм нд его ровным слоем поднимлись округлые белые купол и резные мосты, похожие н детские игрушки — ткие сборные конструкции делли для богтых семей н зкз гномы из Мории, и рзвлеклись ими не только дети. У Эйнор тоже был ткя, из неё можно было собрть всё, что угодно. Почти всё… Куд делсь т игрушк, подумл Эйнор? Он был беспечен, кк и все дети, много поломл, но оствлось тоже немло… Подрил кому–то? Или просто здвинул куд–то в своей комнте во дворце? Стрнно, не помню, подумл Эйнор, рссмтривя Аннуминс.

Тк и здесь. Кзлось, что нуменорский ребёнок выстроил из тонких куполов и журного плетения мостов свою мечту из книжки об Эленне, потом — ушёл. Безлюдье лишь усиливло сходство, нельзя было уловить истинные рзмеры сооружений. И не срзу стновилось видно то пролом в куполе, то рзрыв в невесомом полёте мост… Город не штурмовли, не жгли, не рзрушли. Просто время кк всегд окзлось сильнее всех.

— Едем, — Фередир тронул кблукми бок Фион. — Тут должн быть дорог…

…Дорог ншлсь быстро — подковы коней неожиднно звонко цокли по плоским кменным плиткм рзмером с человеческое лицо. Нет. Дорогу время не смогло победить. Пок. А вот сттуи по её сторонм — в дв ряд змершие воины из белого кмня в крылтых шлемх — уже поддлись. Видимо, когд–то у кждого из них было своё лицо, но время стёрло черты, кк и вязь тенгвр н невысоких кубических постментх. Доспехи воинов были не очень похожи н современные, и Эйнор гдл — удобней они или нет? Похоже, эти доспехи деллись не для конного боя…

— Ух, крсиво, — выдохнул Фередир. Он вертел головой, сидя в седле. — Послушй, но почему ткое место бросили?!

— Д просто меньше стло людей, и три княжеств долго решли, кому держть здесь столицу, — очнулся Эйнор. — И, чтобы не дрться из–з пустеющего город, решили его оствить… Фередир, если увидишь прозрчную ткую тень или что–то услышишь — не обрщй внимния. Это дневные призрки, они неопсны.

— Призрки?! — Фередир не столько испуглся, сколько зртно зозирлся ещё сильней. — Я ничего не вижу!

— Ну и хорошо, — рссеянно ответил Эйнор. Кони вступили н мост. Когд–то его огрждли по крям висевшие н кменных столбх цепи. Но от цепей ничего не остлось, н одном из столбов сидел ворон. Фередир злихвтски свистнул, и он рухнул вниз, к чёрной воде, выпрвилсь, легл н крыло, нгдил н мост и ушл куд–то в тумн. Фередир хихикнул.

— Смешно тебе, — укоризненно скзл Эйнор. — Это всё–тки великя столиц…

Оруженосец подтянулся — всерьёз, выпрямился в седле и принял кменный вид. Но тут же спросил, обрщясь к нсущному:

— А где мы будем ночевть?

— Я рссчитывю, что нигде и что нс уже ждут, — ответил Эйнор. — Но если что — не беспокойся, опять н постоялом дворе. Брошенном.

— Всё–тки лучше, чем в кмнях или под корнями, — философски ответил Фередир.

— Лучше? — Эйнор чуть привстл в стременх. — Ну, может, и тк.

Впереди посвистывло. И, когд они доехли почти до конц мост, Эйнор увидел, что это свистит в пробившей один из столбов сквозной дыре ветер…

…Н улицх — внизу — тоже окзлся тумн. Дже гуще, пожлуй, чем в холмх — может, потому что тут не окзлось ветр, дувшего н озёрном берегу. А шги и вовсе глохли, кк будто едешь по толстому слою ткни. Кони тоже присмирели, опустили головы, и Фередир притих и озирлся.

— Где ж тут постоялый двор? — пробормотл он. Эйнор несерьёзно хихикнул:

— Что, поедешь ночевть обртно в холмы?

Фередир сердито помотл головой, потом лдонью убрл со лб мокрые пряди.

— Здесь, — Эйнор, не остнвливя коня, перекинул обе ноги н одну сторону, плвно соскочил, поймл повод и пошёл рядом. — Вот тут, — он кивнул н рочные ворот.

Оруженосец тоже соскочил и здрл голову.

Конечно, н привычные ему постоялые дворы это кменное здние ничуть не походило. Вернее, кменным был только первый этж, второй, должно быть, всё–тки деревянным — «должно быть», потому что от второго этж ничего толком не остлось. Зто н первом и окн, и дверной проём были обведены зтейливой кменной резьбой, кменный кронштейн для фонря нд въездом во двор был сделн тоже из кмня в виде протянутой руки. Дворец…

— Зводи коней, тм есть конюшня, — Эйнор здрл голову, прищурился. — Я буду н первом этже, оружие и сумки туд знеси.

Фередир удивлённо посмотрел н рыцря. Что это он? Объясняет, кк будто первый рз… А потом оруженосец осторожно спросил:

— Ты беспокоишься?

Эйнор, не глядя, увесисто пихнул Фередир в грудь кулком. Пригнулся и вошёл внутрь, придерживя меч…

…Во дворе и првд окзлсь конюшня — огромня и тоже кмення. Фередир покрутил носом. Держть животных в кменных здниях, с его точки зрения, было опсной глупостью. Увжение к древней столице резко упло, хотя, слов нет, конюшня был крсивой и удобной. Но уж больно гулкой, холодной и пустой.

— Не будет сегодня трвы, — скзл Фередир. Он рсседлл коней и теперь поцеловл Азр в морду, и почесл ндглзья. — Овёс… Плохо, что кмень кругом? Потерпи…

Фион, оскорблённый тем, что н него не обрщют внимния, цпнул мльчишку з плечо. Фередир прилскл и его, нсыпл коням в ясли овс, нлил воды — колодец окзлся прямо тут же, в дльнем углу помещения, вод стоял вровень с крем кменной трубы. Оруженосец нтскл её склдным кожным ведром, ещё рз прилскл коней (обоих), проверил привязи и, собрв в охпку вещи, пошёл в здние…

…Эйнор выбрл небольшую комнту с одним окном, в котором уцелели все стёкл. И кровти тут тоже были, хотя и без мтрсов и прочего. Рыцрь, не чинясь, уже успел нвести порядок и см переоделся в сухое. Кивнул Фередиру:

— Переодевйся, я нкрою. Голодный?

— Угу, — сев н кровть, Фередир нчл стскивть споги.

После шести дней и ночей в тумне ткое помещение может покзться смым лучшим н свете. В комнтке был дже кмин, но дров не имелось, д и не тк уж холодно, в конце концов. Особенно если одет в сухое и хорошо поел. Фередир, поев, потянулся было к оружию, но неожиднно зевнул. И сообрзил, что уже поздний вечер, почти ночь.

— Ложись, — отрывисто бросил Эйнор. Он сидел з столом, не двигясь. — Будем ждть.

— Ты рзбудишь н смену? — уточнил Фередир, дже не пытясь возржть (кровть с рзостлнным плщом и вещмешком вместо подушки мнил, кк перин). Эйнор ничего не ответил, только мотнул головой н кровть…

…Кк нзло, уствший до предел и только что мечтвший лечь Фередир спл плохо. И не то, чтобы не сплось — в том–то и дело. Зсыпл, потом вновь ккя–нибудь мелочь, н которую и внимния не обртишь, будил, словно резким толчком в бок. То скрипнули стропил, то блох укусил (вот кого они тут кусют обычно–то?!), то словно бы прямо в комнте рздётся отчётливый чужой голос… то и вообще — словно бы кто–то знкомый ясно окликет, ясно и тревожно. Фередир не вскидывлся, только открывл глз, обводил взглядом комнту, чтобы убедиться, что всё нормльно, снов провливлся в сон — и опять всё повторялось зново.

Просыпясь, оруженосец снов и снов змечл, что Эйнор неподвижно сидит з столом. В одной и той же позе — голов сбычен и повёрнут к окну, длинные пльцы сплетены под подбородком. Сперв Фередир подумл, что Эйнор говорит с кем–то. Но нет. Когд рыцрь говорил, то его лицо было отсутствующим. Сейчс — угрюмым и сосредоточенным.

Эйнор слушл. И то, что он слышл, ему не нрвилось.

Седьмой или восьмой рз Фередир проснулся — он не помнил. Н этот рз его рзбудил сон (это он сейчс понял, что — сон, тк кзлось — явь.) Ккя–то сводчтя зл, кк в княжеском дворце, но мрчня, стршня, вдоль стен холодно пульсируют голубые огни…

…Фередир, бесшумно ступя, подошёл к кувшину, ждно нпился. Вздохнул, подсел к столу. Эйнор н него дже не покосился, не пошевелился, но при этом спросил:

— Сон?

— Угу, — буркнул Фередир, рсплстывясь щекой н прохлдных доскх столешницы.

— А ты знешь, что ты видел? — Фередир отрицтельно повозил щекой по столу. — Вот и я не зню, — вздохнул Эйнор. — И это плохо… Вот что, — он повернул голову, и Фередир здержл дыхние: зрчки рыцря были огромные, сожрвшие серую рдужку, — одевйся. Будем ждть, — Фередир не стл спршивть ничего, встл, нчл одевться, но Эйнор см объяснил: — Сегодня всё и решится. Человек, которого я жду… он где–то близко, но… но с ним что–то не то. У меня скверное предчувствие.

Звязывя пояс, Фередир подошёл к двери, собирясь выглянуть в коридор… и обнружил, что возврщется к кровти. Он помотл головой, повернул к двери… и увидел перед носом окно.

— Не пытйся, — спокойно скзл Эйнор. — Сюд никто не войдёт, отсюд никто не выйдет, пок я не зхочу. Сядь. Мне нужно, чтобы вошедший подумл, будто я здесь один.

— Ясно, — кивнул Фередир и, отойдя к столу, сел в углу кровти. Тк его нельзя было увидеть от двери срзу…

…До сих пор Фередир не знл, что ткое ожидние. Ему кзлось, что в жизни он успел немло прождть. И не всегд ожидние было приятным. Но только сейчс он понял, что всё это было тк — безделк. Мелочи.

Обострившийся слух улвливл звуки, которые жили н грни слух — или дже з нею. Летучя мышь з окном пискнул, хвтя в полёте ночную ббочку. Обычные мыши скребутся где–то в стене. И снов скрипят, ходят половицы в коридоре, ступеньки н лестнице. Впору поверить, что по ним уже идёт кто–то невидимый. Или првд идёт?

Стрнно. Ведь тот, кто должен придти — он их союзник. Почему же тк тянет… тянет… з что? З сердце? З душу? В теле у человек и мест ткого нет, которое сейчс ноет. Чушь ккя–то — нет, ноет…

Фередир посмотрел н Эйнор, н его неподвижное лицо, чуть приподнятые плечи под кожной поддоспешной курткой, глубокий блеск обод Клн Айр н пльце.

Фередир подумл, что, когд он думл о подвигх и приключениях, то не знл — кково это: сидеть в тёмной комнте мёртвого город и ждть, ждть, ждть, глядя в бездонные глз своего рыцря? Приключение ли это и можно ли сложить об этом песню? Или это просто жизнь? Песни пишут о ком–то одном. Великом. О чём–то одном. Великом. Никто не нпишет песен о десяткх людей, которые вот тк сидели в комнтх или у костров и — ждли.

В дверь постучли. Просто постучли.

— Кто? — спокойно, отрывисто и быстро спросил Эйнор.

Молчние.

Они сидели ещё несколько минут. Потом Эйнор поднялся, широкими шгми подошёл к двери, рспхнул её. Поднял с коридорного пол кожный мешок с плотно зкрытой горловиной. Зкрыл дверь и, вернувшись к столу, положил н него глухо стукнувший мешок.

— Интересно, — вполголос скзл он.

— Что это? — пошевелился Фередир.

Эйнор достл кинжл, полоснул звязку, рздёрнул горловину и перевернул мешок.

Фередир вскочил, опрокидывя стул и отпрыгнув почти к окну — рсширившиеся глз мльчишки, не отрывясь, смотрели н предмет, покчивющийся н столе. Эйнор тоже вскочил, но плвно, мягко. Его верхняя губ приподнялсь, в древнем, животном движении стрх и ярости обнжились зубы.

— Ч–ч–ч–что это? — Фередир с трудом спрвился с прыгющими губми, не в силх отвести взгляд от стеклянных глз мёртвой головы, приндлежвшей молодому мужчине лет двдцти пяти. Длинные чёрные волосы отблёскивли неживым. Тонкие черты лиц, высокий лоб, чёткий подбородок — это был нуменорец. Н невероятно ровном срезе шеи не было крови. Фередир рзличл довольно толстое кольцо кожи, слоистые мышцы, чёрно–лые трубы ртерий, горл, белый диск позвоночник…

— Трлнк сын Миндр, — скзл Эйнор негромко, но ясно. Перектил голову туд–сюд, потом тяжело вздохнул. — Не ткой вести я ожидл… но и это тоже — весть.

— Это тот, кого мы должны были встретить? — спросил Фередир тихо.

— Он смый, — Эйнор потёр лоб. — Итк, ОН знет, что мы интересуемся вестями с север. ОН знет, кого послли з вестями. ОН знет, кто должен был их нм передть. ОН знет, что мы — здесь. Проще говоря, ОН знет ВСЁ.

Глз мёртвой головы плвно повернулись в глзницх.

Чёрные губы скривились в усмешке.

Рот открылся.

Мощнейший удр швырнул Фередир в угол. Он с ткой силой приложился зтылком о брёвн, что ккое–то время совершенно ничего не сообржл. Просто видел, кк изо рт головы вырвлсь плотня, веществення струя плмени, чёрно–бгрового и стршного, прошл в том месте, где он только что стоял — и исчезл в стене, не оствив и след. Сбивший оруженосц с ног Эйнор мягко кувыркнулся через плечо, стновясь н колено и вытягивя вперёд руку, левую — с перстнем. Голов снов поворчивлсь, скля зубы, но Фередир что–то крикнул. Рздлся короткий, утробно–стршный гром, отчётливо зпхло горелым. Глз головы окрсились крсным — нет, згорелись крсным, между зубов высунулся язык, по которому сбегл серя пен. Чёрные губы шевелились, они силились что–то произнести, и Фередир, лёж н полу, с отчётливым холодным ужсом спокойно понял: если это будет произнесено — всё. Они отсюд не выйдут живыми.

Лицо Эйнор потемнело от прилив крови и искзилось тк, что блгородные черты нуменорц обрели сходство со стршной мской с юг. Он тоже силился что–то произнести, но — тоже не мог. Его руки дрожли. Комнту зполняли две волны сияния: лое — исходящее от глз головы, голубовтое — идущее от рук Эйнор.

— Ме… ч… ме… ч… — прохрипел Эйнор. Из нос у него двумя ручейкми потекл кровь. — Б… р… Б… р…

Фередир, опомнившись, метнулся к кровти, возле которой было сложено и стояло оружие. Выхвтил из ножен клинок и швырнул его Эйнору, который, перехвтив оружие в полёте првой, мхнул клинком:

— Прочь!

Вибрирующий вой с ткой силой врезлся в уши, что Фередир тоже зкричл, зжв их лдонями. Он отнял руки от головы только когд штющийся Эйнор, рзмзывя кровь по лицу, толкнул его ногой и скзл:

— Дй умыться.

Глз у него зпли, губы побелели. Он добрлся до постели Фередир и рухнул н неё, прислонившись к стене и уронив веки — тк, словно они были сделны из свинц.

Фередир метнулся к фляге. Эйнор бормотл:

— Кк же я не зметил… неужели?!. Это ужс… ужс, если тк…

Мльчишк подбежл к рыцрю с кувшином, и тот, припв к горлышку, нчл дже не пить — вливть в себя воду. Остток выплеснул в лицо, вытер кровь кожным руквом… и, отпихнув Фередир в сторону (тот повлился н кровть, выронив флягу), подскочил к столу. У мльчишки вырвлся сдвленный вопль, когд он увидел, что стршный предмет н столе не успокоился — глз жили, губы плясли и кривились. Но только сейчс в глзх было стрдние — ткое зпредельное, ткое бесконечное, что мльчишк зжмурился. И услышл голос Эйнор:

— Говори. Ну же, говори!!!

Ему ответил голос — глухой, без выржения, кк будто говорил не человек:

— Я не могу уйти. Я не могу уйти. Он не отпускет. Он держит. Он меня поймл. По–мо–гхххххх…

— Открой глз, — послышлся устлый голос Эйнор. — Не бойся, — в нём не было нсмешки, — всё кончено. По крйней мере — здесь, сейчс и для нс… — Эйнор держл голову в руке, и Фередир увидел, ккое печльное у него лицо. Он ккуртно опустил голову в мешок, зтянул кое–кк рзрезнные звязки, добрлся почти волоком до кровти и рухнул н неё. Подышл тяжело, посмотрел н оруженосц. — Удивительно, что ты вообще остлся в созннии. К нм ведь пожловл см Чёрный Повелитель… — Эйнор хмыкнул.

— Я просить хочу, — хмуро скзл Фередир. — Если случится тк — то ты сделй, чтобы я не окзлся в рукх у этих.

— Я всё сделю, — спокойно и буднично ответил Эйнор. — А теперь двй спть. Сегодня больше ничего не будет. Ничего…

…Утром в конюшне Фередир обнружил Фион и Азр згннными — тк, словно н них сккли всю ночь глопом. Кони штлись, зктывли глз, их покрывл пен. Мльчишк, охнув, змер, потом рвнулся н помощь и приводил коней в порядок не меньше чс, бормоч лсковые слов и оглживя несчстных животных. Эйнор несколько рз зглядывл в конюшню, но в первый рз оруженосец н него звопил, что «никуд не поедем!», и рыцрь, покчв головой, ушёл. Фередир крем ух слышл, что он ходит по двору, что–то бормочет, уходит в дом и выходит нружу и н улицу… Оруженосец спешил, конечно, но, когд зкончил обихживть коней, выяснилось, что теперь не спешит уже Эйнор — он ходил по улице туд–сюд и что–то искл. В ответ н робкое: «Ну, можно ехть…» — огрызнулся н квэнья. Потом зявил, что он голоден. (Ели, сидя н крыльце.) А ещё потом отпрвился куд–то с жутким кожным мешком и вернулся только когд Фередир уже извёлся до предел.

В результте выехли только к полудню.

— Едем н восток, — отрезл Эйнор, взлетя в седло. Фередир уточнил:

— В Рздол?

— Н восток, — повторил Эйнор. И пустил Фион шгом, прочно о чём–то здумвшись.

Глв 6,

в которой мы узнём, чем всё обернулось для Пшки…

По мокрому поросшему необычно зелёной и сочной для этого времени год трвой склону, хлюпя носом, скользя и то и дело пдя, под дождём шлёпл мльчишк в нсквозь мокрой и до лкировки грязной одежде.

Вообще, если бы он знл о том, где нходится, то сообрзил бы — в этих местх человек тк же уместен, кк белый в блхоне Ку–Клукс–Клн н тусовке «чёрных бртьев». «Идёт человек по Эттенблту…» — ткое нчло рсскз обеспечило бы гомерический хохот и слву остряк рсскзчику в любом трктире. Но Пшк — это был именно он — знть не знл, что это Эттенблт (и очень хорошо!). Он дже не змечл, что нвылет промок и вывозился в грязи, кк поросёнок. Хотя бы потому, что ни промокнуть, ни вывозиться он не мог в принципе, потому что всего этого не могло быть.

Первые полчс своего пребывния в этом мокром, холодном и неуютном мире Пшк знимлся тем, что изо всех сил зжмуривл и широко рспхивл глз, зствляя себя проснуться. Он пребывл в полной и отчянно–хлднокровной уверенности, что всё это сон. Дже интересный. Дже… МАМААААААА!!!

Потом ккое–то время Пшк вопил и бился головой о землю, истерично требуя, чтобы его «впустили» — с чего–то решив, что вход… куд?.. рсположен именно в земле. Потом рз десять туд и сюд форсировл проклятый ручей, выкрикивя рзную чушь, от одного упоминния которой в обычное время просто рссмеялся бы. Потом долго орл «помогите!», «пожр!» и дже скрментльное «ммочк!», пок см не услышл, что его голос обрёл монотонность муэдзин.[19]

После этого Пшк хлопнулся пятой точкой в трву и ещё долго сидел, глядя н свои кроссовки. Пок до него не дошл всё–тки вся рельность резкого ветр, сырого холод и дождя, который то перествл, то нчинл моросить снов.

Тогд он встл и побрёл по склону.

Почему он шёл туд, куд шёл — Пшк не смог бы объяснить дже под пыткой.

Потом пошёл снег. Не пошёл — повлил, моментльно скрыв всё вокруг, кк будто белой плотной шлью зкутло мир. Но шль–то тёпля. А снег был рельно холодный — и, когд тял, преврщлся в воду, которя, кзлось, был ещё холоднее снег. Тял он в основном н Пшке, н трве преврщлся в нстоящий кток. Н этом ктке мльчишк в конце концов хлопнулся крепко и съехл по склону вниз метров н двдцть — прямо в болотце, покрытое снежной кшей. Встл, но с трудом, и понял, что руки почти ничего не чувствуют…

— Блин, — всхлипнул Пшк, — ну что ж это ткое–е–е?!

Он сунул руки под промокшую рубшку. Тело обожгло холодом, мльчишк дже вскрикнул. Но руки постепенно нчли шевелиться — сперв пльцы, потом все лдони. Пшк хотел выкрбкться обртно, но потом плюнул и побрёл низинкой, чвкя кроссовкми по жиже. Ноги постепенно перествли что–либо чувствовть, и их–то отогревть было негде…

Змерзть не хотелось. Но Пшк не знл, что можно сделть и кк спстись. Поэтому он просто тупо тщился, перествляя ноги — и почти не поверил, когд увидел в склоне — между двумя скльными зубцми, ощерившимися из мокрой трвы сквозь то слбнущую, то вновь нбирющую силы метель — чёрную щель.

— Пещер! — выдохнул он. И полез — нискось по откосу, пдя, сктывясь обртно и крбкясь вновь. Пшк не думл о том, что у него нет огня, что в пещере, в конце концов, может кто–то жить — кто–то тип медведя… Глвным было уйти из–под снег.

Вблизи щель вход окзлсь не ткой уж щелью — дв крепких мужик пройдут плечо в плечо. Пшк ввлился внутрь… и тут же остновился. Его собственное дыхние вернулось к мльчишке эхом откуд–то из чёрной непроницемой глубины. Пшк вгляделся — и немедленно покзлось, что тм что–то шевелится.

Он подлся нзд. Но снружи влил снег…

Скзть по првде — он рсплклся. От стрх и беспомощности. Мльчишк стоял н «пороге» и всхлипывл, не в силх войти глубже или выйти нружу… холод между тем ждно выссывл из него кпельки жизни.

Тогд он сел н месте, сжлся в комок и обнял коленки рукми…

…К счстью для Пшки, снружи всё–тки был не нстоящя зим. Не нстолько холодно, чтобы можно было змёрзнуть нсмерть, потому что в ближйшие несколько чсов Пшк не двиглся. Более того — он здремл, кк это ни стрнно. Здремл от устлости, призрчного ощущения хоть ккого–то тепл и непонимния происходящего, порядком истрепвшего нервы. А проснулся от того, что дрожл — непрестнно и неостновимо.

Снружи вышло солнце — светило резко и тревожно, снег дымился, исчезя, лежли чёткие тени. По–прежнему дул ветер.

Мир больше не оствлял сомнений в своей рельности. Кк бы дико это не выглядело.

Пшк со стоном поднялся н ноги и вскрикнул. В неподвижности он кое–кк прогрел своим телом прилегвшую одежду. Теперь же к телу прилипли мокрые, почти ледяные учстки.

Пшк медленными движениями обшрил крмны. И см удивился. В левом крмне он нткнулся н бндну — чёрную, с белой головой волк. А спрв внутри брючины висел в смодельном чехле туристский нож со сменными лезвиями — собственно нож, пилк, уширенное лезвие, отвёртк… Нбор был тм всегд, Пшк про него и не помнил толком. А в монетном крмне окзлсь зжиглк!!! С глогеновым фонриком!!!

Включив его, мльчишк повёл лучом и убедился, что пещер довольно большя, глвное — обжитя. Синевтый призрчный луч нткнулся н кострище. И — чёрт! — сложенные рядом дров, сушняк и полешки. Ну что стоило — осмотреться срзу, кк вошёл сюд! Что стоило?! Бррррн!!! А теперь будет воспление лёгких, угрюмо подумл мльчишк, уже поспешно склдывя костёр — привычными зученными движениями.

Дров окзлись сухими. Пшк, сидя н корточкх, подклдывл, сдерживя нетерпение, веточки побольше — и вскоре с длинным громким выдохом протянул лдони почти в огонь. Посидел с полминуты и стл выбирть ветки, н которые можно повесить одежду. А потом рскочегрил второй костёр — в двух метрх от первого вглубь пещеры…

…Через пять минут Пшк сидел н корточкх в окружении сушщихся вещей между двумя кострми и приходил в себя.

Не оствлось сомнений — кким–то чу… вывертом природы, чудом это нзывть не хотелось — он окзлся перенесён… куд? Ккие–то горы, предгорья… и глвное — погод не летняя. Не то весн, не то осень… То есть… то есть ткого в принципе нигде н Земле быть не может, если н Тмбовщине — июль!!!

Не, может. Ккое–нибудь плто Путорн. Или Ислндия. Првд, неясно, кк же всё–тки… Пшк помотл головой. Поёжился и несколько рз ткнул себя кулком в висок, чтобы выколотить из головы мысли о том, что творится дом. Хотя… может, ещё ничего и не творится. Решили, что спозрнку умотл гулять. И до вечер не хвтятся — не Москв, мло ли, где может ошивться четырндцтилетний прень? Но потооооооом…

— Д нет, не ндо! — Пшк снов сунул себя кулком в висок. Поймл себя н том, что это ккой–то нехороший жест и зствил себя опустить руку. А то ещё чокнешься…

Но всё–тки — куд выбирться? Мльчишк рссеянно пощупл висящую одежду — он ктивно сохл, и простуды, кжется, не нблюдлось. Повезло. Хоть в этом. Зхотелось смеяться, но Пшк кое–кк спрвился с этим смехом… и тут же понял, что опять пихет себя кулком в висок.

А что если это не Земля?

В смысле — не его время… или не его прострнство?

Что если сбылсь–тки его мечт?

— Ну к чёрту, — пробормотл Пшк. Этого просто не могло быть. Фнтстические книжки — они и есть фнтстические книжки. Их не бывет в рельности, их вторы выдумывют. Но теперь он просто не мог отвязться от этой мысли, хотя, морщсь, продолжл нжимть н висок снов и снов. В голову лезли смые неприятные моменты, связнные с попднием в чужие миры земных подростков. — Не может этого быть! — вскрикнул Пшк. И снов дико уствился нружу, где по солнечной трве неслись резкие тени облков. — Не, я тк с ум сойду, — подвёл он итог.

Вообще Пшк был не тк уж длёк от истины. Человеческий рзум вполне может выкинуть ткую штуку, попв в непривычные или стршные условия. Мльчишк понял, что понимет это — и немного успокоился.

Бесконечно сидеть в пещере было совершенно бессмысленно хотя бы потому, что зпс дров невелик, еды нет вообще. Обсохнув и согревшись, Пшк, кстти, ощутил жуткую жжду. Нстолько нестерпимую, что дже хныкнул — ему покзлось, что в горло зснули до желудк длиннющий ёршик для мытья посуды и при кждом глотке неспешно, вдумчиво поворчивют.

Мльчишк оделся и, подумв, перевязл волосы бндной, нож вывесил открыто. От прикосновения горячей одежды к телу н секунду дже подумлось, что и снружи тепло…

Но нет. Не было снружи тепло, дул по–прежнему холодный ветер, хотя тучи–облк почти снесло. И вообще Пшк кким–то шестым чувством понял: нет, это всё–тки весн. Только рнняя или холодня.

Стоя у пещеры, он опять огляделся, но уже внимтельно. Нигде — ни единого признк человеческого жилья или просто след человек (но в пещере–то было кострище…) Кругом были горы, холмы, блестящие известняковые выходы, тундр ккя–то. И только н юге — длеко–длеко — синел призрчня полоск. Скорей всего, это был лес. И Пшк решил, что пойдёт туд и только туд. Он и см не мог бы объяснить, почему его туд тянет. Скорей всего, это был генетический зов русского человек: в лесу — безопсность, н открытом месте — бед, в горх — зло…

— Может, я сошёл с ум? — дже с некоторой ндеждой спросил Пшк. Ему не хотелось никуд идти. Ясно было, что кроссовки промокнут опять с первых же шгов, редкие летящие по солнечному небу редкие клочья в кждую секунду могут смениться прежними тучми.

Првд, делть всё рвно было нечего. Пшк несколько рз выруглся погже и зшгл н юг — к лесу…

…Спустя три чс, когд солнце перевлило зенит и тихо ползло н зкт, мльчишк всё ещё шгл — ни рзу з это время не остновившись — по мокрой рвнине, где под жухлой трвой тут и тм прятлись лужи, лужицы, то и целые озерц. Плюс у всего этого был один — в первой же луже Пшк нпился от души. Вод был ледяной, но зто рстворил ёршик в горле.

Пустошь не был безжизненной. Тут окзлось полным–полно всякой рзной птицы… и мысли мльчишки стли обрщться в сторону голод. Не скзть, что он хотел есть тк же, кк недвно пить… но всё–тки ел он последний рз вчер вечером. В довершение всего — Пшк нет–нет, д и оглядывлся — н севере появилсь и неуклонно ползл следом во всё небо чёрня туч. Крёв у которой — кроме переднего, движущегося с медленной угрозой — не нблюдлось… Что тм тщил эт туч в себе — чёрт его знет, но явно ничего приятного для одинокого и не по сезону одетого пцн.

В этой кртине было столько неприятного, что Пшк рздумывл было — нддть бегом к лесу. Но вовремя сообрзил, что бежть до этого смого лес ему придётся дня дв, не меньше — всяко туч окжется тм рньше, и трепыхться уже нечего. Првд… был вринт вернуться нзд, в пещеру. Но что он тм збыл и сколько тм придётся просидеть?

По здрвом рзмышлении, он и в лесу ничего не збыл, предстоящую ночь явно придётся провести в этой… тундре. Но Пшк не желл мыслить здрво, желл, чтобы поскорей хоть кк–то рзъяснилсь ситуция.

Солнце и тучи н небе одновременно — это неприятно выглядит, тревожно. Но что–то подобное Пшк видел в жизни впервые. Ярко блестел вод во многочисленных лужх и лужицх. Одн из тких лужиц окзлсь–тки озером, по которому курсировли толпы гусей и уток. Перейти его вброд было бы, нверное, возможно, но после этого темпертуры было не миновть — и мльчишк пошёл в обход.

Озеро тянулось, кк будто специльно хотело отрезть Пшке путь к лесу. Более того — кким–то вывернутым мнером оно повело Пшку — против его воли! — обртно к горм. Когд он это понял, то нчл ругться — громко и смозбвенно.

Кк ни стрнно, это помогло. Рньше Пшк точно вспомнил бы, что в древности ругнь использовли кк зщиту от неудч и происков нечисти. Но сейчс он просто облегчённо выдохнул. Очевидно, эт чёртов луж был не осттком зимнего тянья, , тк скзть, постоянной. Поэтому через неё зботливо нлдили гть. Кто–то нвлил широкую полосу хворост, сверху нстелил скрученные хлыстми из мятых прутьев бревенчтые стлни. По гти вполне могли пройти дв квлерист в ряд, не то что один пеший мльчишк.

Пшк зспешил по гти. Именно зспешил — почему–то не хотелось н ней здерживться. Но дже н ходу он обртил внимние н вещь, которую зметил с смого нчл, но кк–то пропустил мимо сознния.

Н гть не ушло ни грмм желез и не снтиметр синтетического трос.

Олег Николевич пру рз рсскзывл про мест, при демокртической влсти сктившиеся в первобытность. Но кк–то не верилось в это (чуть ли не меньше, чем в переносы в прострнстве–времени). И, глядя н гть, ровно и увесисто подргивющую под ногми, Пшк кк рз и поверил в ткой перенос…

…Его уверенность получил сокрушительно подтверждение, когд до конц гти оствлось метров двдцть, не больше. Рзбрызгивя воду и стремительно приближясь, из–з скльной гряды, в которую слев утыклось это чёртово озеро, вылетели глопом пятеро всдников. Пшк обмер. Смо по себе в нше время встретить пятерых конных — уже почти невозможно. А эти, кроме всего прочего, совершенно не походили н звсегдтев ккого–нибудь элитного клуб. Под ними были невысокие, большеголовые и очень лохмтые рыжие лошди в простой, грубовтой (нсколько мог судить Пшк) сбруе. Клетчтые плщи совсем не крсиво — тяжело и мокро — бухли по спинм и конским крупм. Всдники шпорили своих коняшек низкими уляпнными грязью спогми, жёлтые — явно тоже кожные — штны тк же покрывл грязь. Рыжие длинные волосы и ткие же длинные усы всдников были зплетены в косы, крючконосые, зверовтые лиц — сосредоточены. Все пятеро ритмично охживли коней короткими плёткми. Пшк изумлённо увидел н поясх всдников мечи, з спинми под плщми — круглые щиты — и отскочил н смый крй.

Все пятеро пронеслись мимо, едв не спихнув с трудом удержвшего рвновесие преньк в воду и обдв его зпхми конского пот и мокрой ткни. Дже не обртив н него внимния!

— Эй! — рстерянно и сердито крикнул вслед Пшк. Просто кк крикнул бы зляпвшему его грязью втомобилю. И дико уствился в конские крупы и мотющиеся нд ними плщи.

Смешно, но одновременно с удивлением ему стло почему–то полегче. Это были явно люди. А знчит, он тут не один, в этом мокром холодном мире.

Првд, сми по себе всдники ему не понрвились. Но с другой стороны — они, если исключить одежду — были ничуть не более неприветливы, чем обычные взрослые люди в Пшкином мире, спешщие куд–то — и нткнувшиеся н сунувшегося под ноги пцн.

— Знчит, всё–тки првд всё, — подумл вслух Пшк, отколупывя лепёшки свежей грязи со своей джинсовки — поверх той грязи, что высохл у костр в пещере. Конечно, можно было нчть ктться по мокрой земле и громко визжть (кстти, н пру секунд ткя мысль покзлсь мльчишке очень привлектельной). Но с другой стороны, если хорошенько подумть (но только хорошееенько, кк говорил Отец Тук в фильме «Айвенго») — чем это поможет? И тк всё пршиво — офигеть…

Пшк дже не подозревл — нсколько всё пршиво. Кк и не подозревл, что ткое — грниц пусть и формльно незвисимого, но всё–тки! — Рудур — и Ангмр.

Собственно, шнсов у него не было.

* * *

Туч Пшку тк и не догнл. Он остновилсь, зняв полнеб — нверное, поверху дул встречный ветер. А тут, внизу, стло, пожлуй, душновто дже — солнышко под зкт припекло, ветер улёгся, откуд–то взялись толпы комрья, вод испрялсь н глзх.

— Что з погод чёртов. — ворчл Пшк, уже без рзбор снов плюхя по лужм. — И вообще провлилось бы оно всё…

Есть ему хотелось уже всерьёз. Местми н более–менее сухих проплешинх встречлись полянки перезимоввшей клюквы, но несться ею было невозможно, кислятиной сводило челюсти, хотя мльчишк время от времени всё–тки перехвтывл ягоды.

Мысли то сккли к дому (уже ищут или ещё нет?), то к тем всдникм (кто ткие… выглядят всё же неприятно), то возврщлись к вопросу: где же он всё–тки?! — то к ещё более бесполезной теме: кк он сюд попл–то?! В общем, думл он ни о чём и обо всём, и мысли от устлости были короткими. Собственно, Пшк не знл, ккие вообще проблемы ему решть и можно ли их решить. Он поствил перед собой здчу — дойти до лес — и теперь стремился выполнить именно её и только её… хотя, возможно, это просто не имело смысл.

Что до лес в этот день точно не дойти, Пшк понял, когд солнце коснулось нижним крем горизонт, резко покрснело, и по долине легли кроввые отблески и длинные тени. Ночевть н мокрой рвнине не имело смысл, и мльчишк решил сворчивть в склы и рзвести ккой–никкой костёр.

Собственно, это было его глвной ошибкой. Но Пшк знть об этом не мог — вряд ли бы понял, в чём он зключется, дже если бы знл, где нходится. Он просто повернулся и побрёл к склм — кк мог быстро. Ноги в кроссовкх скользили, кк н ледяной горке.

С пещерой н этот рз не повезло. Но удлось нйти несколько стволиков деревьев, пробившихся между кмней, потом — рсщелину, точнее — нишу между скл. Сопя, Пшк подрубил деревц ножом, потом зло нломл их о кмни и долго мучился, рзводя огонь; когд у него это получилось (зжиглк совсем рзогрелсь и готов был, кзлось, взорвться) — окзлось, что совсем темно. Мльчишк со вздохом поствил к огню сушится кроссовки и носки, н ноги пониже нтянул штнины и сжлся около костр, стрясь знимть кк можно меньше мест. Он почувствовл, что очень устл. Пожлуй, тким уствшим Пшк не был никогд в жизни, ни в одном походе. Устлость, голод, мокря одежд, холодный кмень вокруг, неизвестность впереди… Больше всего н свете мльчишк сейчс хотел одного — попсть домой. Чтобы это окзлся длинный и тяжёлый сон.

Хотя, подумл он, будь это сон — его можно было бы вспоминть кк приключение, честное слово. Что же мне делть–то? Просто выйти к людям? Аг, к кким ещё попдёшь… Из истории он знл, что слвяне и гермнцы к путникм–чужестрнцм относились гостеприимно. Но во–первых, эти всдники сегодня гостеприимными не выглядели (Пшк поёжился, только сейчс поняв, ккой опсности избежл — ведь могли здержться!!!). А во–вторых — д пусть будут хоть сто рз гостеприимными! Вряд ли они смогут ему помочь вернуться домой. Если только у них тут ткие переносы — обычное дело… Хорошо бы.

Он вздохнул, подложил деревяшек в трещщий огонь. Сырые полешки–обрубки горели медленно, но жрко, не только потрескивя, но и посвистывя кк–то дже. Пшк привлился плечом и виском к кмню и решил: усну. Ндо поспть. А звтр…

Кмень неожиднно передл Пшке стрнную пульсцию — кк будто подргивнье шло изнутри гряды. Мльчишк выпрямился, кк ужленный — и зстыл. Неужели ещё и землетрясение н его голову?! Потом осторожно приложил ухо к кмню вновь…

Нет, н этот рз ничего. Покзлось? Может, он уже стл зсыпть — и, кк иногд бывет, приснился ткой вот толчок? Пшк осторожно перевёл дыхние. С чего он вообще тк испуглся? Нет, точно — приснилось…

Он вздохнул и пошевелил плечми, устривясь удобнее. Похлюпл носом, проверяя — не простыл ли всё–тки. Сунул в огонь ещё пру полешек подлинней — концми в сторону от себя, чтобы горели потихоньку, но до него огонь не добрлся, не хвтло подплить штны во сне.

Костёр был рзложен првильно, двл много тепл, которое отржлось от стен и улетучивлось нружу медленно — в общем, мльчишк и првд здремл. Дрём перешл в глубокий, хотя и беспокойный сон — тк спят очень уствшие физически и морльно люди, котореы не могут проснуться, дже если понимют, что — ндо. А между тем, «првильный» костёр был рзложен совершенно без учёт мскировки. И любой из людей в этой чсти мир скзл бы Пшке, что лучше трястись всю ночь от холод среди кмней, чем дть себя выдть пляшущими н них лыми отблескми, зметными чуть ли не через всю болотистую рвнину!!! Првд, Пшк–то и см это знл. Но от устлости и тоски просто збыл — збыл, мир кзлся ему пустым, всдники, виденные днём, вновь превртились в полусонное воспоминние.

Впрочем, долин–то и впрвду был пуст. Большинство поселений рудурских и нгмрских холмовиков нходились или южнее, или зпднее, или сильно восточнее. В общем, мльчишке «повезло» — холмовики, хоть и слвились угрюмым хрктером и мерзкими (с точки зрения южн или людлей из–з Мглистых гор) привычкми, но гостеприимство у них было святым делом. Это подтвердил бы любой, дже смый зядлый их недоброжелтель.

Те же, кто нселял эти внешне безжизненные отроги, имели совсем иные предствления о гостеприимстве…

…Две жутковтые хри — похожие то ли н китйцев, то ли н негров, то ли н обезьян, то ли н плод скрещивния этих рзновидностей примтов — зглянули в рсщелину одновременно, отсвечивя белёсыми глзми–плошкми со щелевидными крсными зрчкми. Одетые в ккое–то невообрзимое рвньё (оно, тем не менее, делло тврей почти невидимыми в кмнях — скорей их можно было обнружить по вони, похожей н вонь прогоркшего жир), с ндвинутыми н низкие лбы кожными кпюшонми, тври сжимли в лпх… или всё–тки рукх?.. недлинные ятгны грубой ковки с петлями, обрзовнными тонким концом клинк, вместо рукоятей… Невысокие, с Пшку ростом, хотя и кряжистые…

Орки смотрели н человек со смесью злордств, злости, стрх и змештельств. И не торопились нпдть. Они видели, что перед ними мльчишк. Но хорошо знли счёт: з человек–воин можно отдть четверых своих. Берёт больше — ндо бежть. Н сонного можно нпсть втроём, если хочешь убить. Но тут их было двое… однко, перед ними — мльчишк… но с ножом н поясе и цветом волос, кк у людей из–з Мглистых гор, свирепых и бесстршных бойцов… кроме того, рядом были земли холмовиков, Повелитель нстрого зпретил зтевть свры с ними… В общем, невеликие мозги уруков были збиты этой противоречивой кшей, и решения они принять не могли. Они высунулись из пещеры ночью только потому, что внизу было нечего жрть. По крйней мере, для них — молодых и ничем не отличившихся. Повелитель нбивл подземелья всё новыми и новыми толпми, орки приходили из–под Мглистых, и всем нужны были пищ, место, смки… Местные с трудом отстивли то, что им было оствлено — временми вспыхивли схвтки, несмотря н то, что после кждой ткой появлялся отряд холмовиков и именем Повелителя вешл «зчинщиков» (кто был порнен и не успел спрятться) у входов в пещеры. Н кой Повелителю столько орков — никто не понимл. Никто не думл дже, что их вообще столько есть в мире. Зто отыгрывлись н тех, кто послбее — иногд дже жрли, уж пинли и отбирли всё, что можно, н кждом шгу, не вздохни.

— Сожрём, — нконец не выдержл тот, что покрупней из прочки. — А?

— Аг, сожрём, — протянул другой. — Тебя сожрут. Кто он ткой, чего тут?

— Не узнет никто ничего, сожрём. Жрть хочу.

— Убьёт ещё. Проснётся и убьёт.

— Ну кк?!

— Двй других приведём.

— Ну иди, веди остльных, чего отддут–то?! Н пол–укус! — прошипел зло крупный. Видно, этот ргумент был неотрзим. Орки подобрлись и стли тихо проникть в пещерку — держсь у стенок, подльше от огня…

…Пшк проснулся именно от зпх. И первое, что сделл — зорл от ужс, почти одновременно подумв, что, конечно, это сон–кошмр и сейчс он откроет глз или его рстолкет Димк, кк было пру рз, когд он вопил по ночм.

Но стршные существ, пролезшие в пещеру, не исчезли — хотя и шрхнулись обртно, вопя ещё громче Пшки. Для них всё выглядело не менее жутко, но логично — стршный трк проснулся (или совсем не спл, хитро крулил бедных орков, которые умирют от голод!!!) и сейчс поотрубет обоим головы огромным ножом (вчетверо короче их ятгнов), висящим н поясе.

Будь н месте Пшки его ровесник из местных — орков ждл бы именно ткя судьб. Дже мльчишк холмовиков не преминул бы прирезть обоих «союзников» — просто из вечной вржды людей и орков. Но Пшк просто вскочил — и бросился вслед з этими чудищми. Не в погоню, нет — движимый лишь стремлением выбрться из пещеры (любой местный, сложись тк дело, остлся бы внутри, держ в одной руке нож, в другой — фкел или плку потолще).

Прямо з порогом мльчишке покзлось (зримо вполне, он дже выруглся удивлённо, что збыл открыть) — нлетел лбом н дверь. Пшк рухнул н спину, въехв обртно в пещеру — чуть ли не в костёр.

И, услышв нд собой хриплое рычние кого–то зверя, отключился окончтельно. Честно скзть — просто от стрх, не от удр…

…Н смом деле, крупный урук–хй[20], ловко свливший Пшку удром щит, просто спросил у трясущихся возле кмней уруков, которые ещё не верили, что спслись от ужсного трк — дже вполне спокойно:

— Кого вы тут испуглись, мелкот зсрння? Эгой, д это человек!

Глв 7,

в которой Пшк узнёт себе цену…

Вообще горные орки не держт рбов. Когд–то двно их предки–кочевники брли людей в рбство — кк вьючных животных, женщин — чтобы «улучшть породу». Но те времен двно были збыты. Попвшие к ним женщины кк првило быстро умирли от примитивного многокртного нсилия, детей тк же быстро съедли, мужчины ненмного переживли детей и женщин — их зствляли рботть в шхтх. Это не было рбством в привычном, «нормльном» смысле слов, когд рб может прожить и десять, и тридцть, и сорок лет у хозяин — здесь человек просто рботл н износ и умирл з ккие–то недели, иногд — дни…

Сейчс решлся вжный вопрос, кто ткой Пшк — мужчин или ребёнок. Большинство, вожделевшие просто пожрть, нстивли, что рз он без бороды, то он точно ребёнок, что довольно крупный для ребёнк — тк это и хорошо, можно поесть от пуз. Другя чсть, пеллируя всё к той же бороде, змечл, что многие люди бороду кк рз бреют, для ребёнк Пшк великовт, Повелитель требует от кузниц выполнять урок по нконечникм стрел, кому железо–то и уголь в шхтх бить?! Третья групп — смя млочислення, состоявшя из, по мнению прочих, «зжрвшихся до рыгчки», урук–хйев — придерживлсь особого мнения: человек, невжно, кто он, нужно просто продть в Крн–Дум, в тмошние рудники — из птриотического долг и чтобы зрботть; звтр всё рвно придут оттуд. Был ещё прочк орков, которые утверждли, что если зкрыть глз и отвернуться, то Пшк сойдёт з женщину. Но нд ними издевтельски посмеялись все три основные группировки спорщиков, один из урук–хйев дже произнёс вдохновенную, хотя и крткую речь о нрвственности и слвных трдициях орочьего племени, которые не допускют ткого грязного скотств — и о том, кк рстлевющее влияют человеческие пороки н неокрепшие умы слвной пещерной молодёжи.

Кк водится в тких сообществх — победил демокртия, то есть те, кто был лучше сплочён и вооружён. Урук–хйи.

Оценить своего везения — или кк бы уж он н это взглянул — Пшк не мог в силу нескольких причин. Во–первых, он не понимл язык орков (впрочем, они и сми друг друг с трудом понимли). Во–вторых, ему было элементрно стршно. Тк стршно, что стрх зтормозил — к счстью — все рекции и восприятие действительности. Мльчишке кзлось, что он видит сон — окружющее дже стло нерельным. Пещер, вонь, фкел, костёр, жуткие хри, визг, кменный мешок с деревянной решёткой, духот — всё было непрвильным и несуществующим.

Кк его сюд волокли — он не помнил нчисто. Куд делсь одежд — н мльчишке оствлись джинсы и мйк — тоже было неясно, во всяком случе, никто в этой ужсной толпе не щеголял трофеями.

Д что же это со мной?! Кк проснуться?!

Нверное, мльчишк сошёл бы с ум — тихо и незметно, кк бывет в тких случях и со взрослыми людьми (д со взрослыми дже чще). Но к его плечу прикоснулись.

Пшк медленно повернул голову. Ему, собственно, было всё рвно, просто привычк: хлопют по плечу — обернись.

Окзывется, в пещере он был не один был. Мльчишк испытл неожиднное и резкое облегчение уже просто при виде обычных человеческих лиц, хотя ещё недвно они вряд ли покзлись бы ему ткими уж «обычными».

Его трогл з плечо прень н три–четыре год стрше смого Пшки — в одних дрных кожных штнх, с длинными волосми нерзличимого от грязи цвет. У стены пещеры сидел, положив руки н колени, мужик ещё н десяток лет стрше, бородтый и тоже в одних штнх. Он в сторону Пшки дже не смотрел.

— Где я?! — с истеричной требовтельностью спросил мльчишк. — Что это всё ткое?!

Прень свёл брови. И Пшк вдруг понял: он не понимет русского.

Тк знчит — всё првд!!! Это н смом деле иной мир, эти тври… о господи, эти тври — ОРКИ!!! Кк в книжке!!! Д точно же!!! Пшк схвтился рукми з голову, чтобы мозги, превртившиеся в кшу, не выплеснулись через уши. И зжмурился, умоляя, чтобы он окзлся сейчс в больнице с черепно–мозговой трвмой — н него нлетел КАМАЗ, и он получил множественные переломы и сотрясение мозг, он до конц лет провляется в больнице — пусть! Но только не это!!!

Для длинноволосого прня, впрочем, действия Пшки выглядели вполне логичными и понятными: отчянье попвшего в плен к оркм человек. Он похлопл мльчишку по плечу и мягко, но нстойчиво, перетщил ближе к стене, где окзлсь нбросн ккя–то тухля солом. Усдил между собой и бородчом (тот рвнодушно подвинулся). И снов что–то спросил. Пшк всхлипнул (нет, он не плкл, просто тк вырвлся воздух из горл) и скзл:

— Я не понимю… — потом кивнул н толпившихся и глдевших снружи существ: — А это… орки?

— Ork, — кивнул прень и отбросил со лб волосы обеими рукми. И опять повторил ккую–то длинную вопросительную фрзу. Голос у него был чуточку гортнный, в кино тк говорили немцы. Пшк тяжело вздохнул и покчл головой:

— Не понимю я… Где мы? Ну это… где, где? — он нрисовл зчем–то в воздухе рукми шр, но прень, кк ни стрнно, понял и что–то ответил. Вот только ответ Пшк не понял ни фиг и вздохнул. В пещере было душно и ужсно воняло, но откуд–то по полу тянуло холодом — мльчишк рссеянно, мшинльно пострлся поглубже зрыть ноги в солому, снов вздохнул и поствил подбородок н коленки, обхвтив поднятые ноги рукми поплотнее.

Кк видно, прень сообрзил, что Пшк ничего не понял. Он покзл н себя, н бородч, н смого Пшку и поднял к лицу сведённые вместе в зпястьях руки, сжтые в кулки. Пшк понял — плен. Потом прень сомкнул обе своих руки кольцом н шее. Пшк понял — рбство. Потом — неожиднно знкомым жестом потёр друг о друг пльцы. Пшк понял — проддут. Стло чуточку легче — не убьют и не съедят.

— Куд? — мльчишк сделл вопросительное лицо, поболтл рукой, потёр пльцми. Прень и это понял. Мхнул неясно в ккую сторону:

— Аngmar.

У Пшки был хорошя пмять. Дже н книги, которые ему не нрвились.

«…королевство Арнор… ртной силой его, может, и не одолеть, но одолело злое чродейство, ибо колдуны влдели тогд северным нгмрским крем.»

Но этого просто не может быть!!! Толкиен — ПИСАТЕЛЬ. ПИ–СА–ТЕЛЬ. Он ВЫДУМАЛ свой мир. И всё!!!

Орки глдели.

В пещере воняло.

Ноги мёрзли.

— Арнор… — неуверенно скзл Пшк. Прень отпрянул удивлённо:

— Arnor?! — он рссмеялся и покчл головой. Опять убрл с лиц волосы. Потрепл Пшку по плечу. Хлопнул себя по груди: — Тunnas… — потом добвил ещё то ли фмилию, то ли ещё что: — Rhudaur… — и почему–то тяжело вздохнул, но тут же снов улыбнулся. Видно было, что прень он неунывющий, и Пшке стло ещё н кпелюшку полегче. Он покзл н себя:

— Пшк.

— Pashka, — повторил Туннс. И улыбнулся ободряюще, кивнул.

Пшк не знл, что слышит своё имя из чужих уст в сущности в последний рз…

…В пещере было душно, но всё–тки тепло, нмного теплей, чем у костр или, тем более, н сырой рвнине. Снружи стоял глубокя ночь, по мнению Пшки смое время было спть — и он уснул. Уснул, кк это ни дико — уснул, зрывшись по возможности в солому, спиной к спине с улёгшимся рядом Туннсом. Может, и не совсем уснул, просто отчсти потерял сознние от устлости, голод и переживний — но тк или инче, из рельности он выпл кпитльно…

…Его рзбудил скрип клетки — всего через кких–то полчс, кк рз в тот момент, когд мльчишке нчл сниться дом — и тм, во сне, пришл умиротворяющя светля убеждённость, что сном было кк рз всё то, что произошло с ним з последний сумсшедший день.

Орк рвнул мльчишку з волосы н себя — Пшк вскрикнул, кругом згоготли, из глз сми собой брызнули слёзы… когд он проморглся — его уже выволокли из клетки, зпястья и большие пльцы рук уже были скручены кким–то хитрым узлом з спиной. Другой верёвкой — пропустив её Пшке между ног — двое орков примотли спереди тк же связнные з спиной руки Туннс, к нему — молчливого бородч.

Пшк вытер слёзы о плечо, о мйку — и опустил глз. Перевёл дух, покрутил головой. Хотелось приглдить волосы, чтобы избвиться от ощущения этой мерзкой лпы н них. Он никогд не любил смотреть себе под ноги, в жизни всегд смотрел прямо. И сейчс секунду тоскливо глядел в кменный пол, потом вскинул голову и посмотрел н стоящего слев орк. С вызовом — тк получилось непроизвольно.

Орк осклился. И — н спину Пшки обрушилсь длиння витя из трёх ремней плеть н короткой рукояти. От неожиднности мльчишк вскрикнул рньше, чем ощутил боль — и тут же получил второй удр, боль от которого нложилсь н нхлынувшую первую. Пшк зорл — крик вырвлся см, уже нстоящий крик боли. Третий удр сшиб мльчишку н колени, но Пшк зствил себя зткнуться и только скрипнул зубми. З молчние получил ещё один удр, который снёс молч (и откуд взялось это упрямство?!) после этого его — снов з волосы — вздёрнули н ноги.

От боли в глз мутилось. Пшк гдл — до крови или нет? Ему кзлось, что удры сорвли со спины и мйку, и кожу, и мясо — до позвоночник. И нельзя было ни потрогть, ни посмотреть — можно было только терпеть и ждть, пок боль уйдёт. Он не спешил, но всё–тки немного отступил. Зто пришёл стрх. Что же делть?! Ведь если будут бить вот тк и чсто — нверное, соглсишься делть, что угодно, лишь бы не били. Пшку ни рзу в жизни не «нкзывли физически», кк это говорится. Неизбежные побои в дркх — вообще другое дело: бьёшь ты, бьёшь тебя, глвное — не трусить и рботть кулкми, то и ногми — и дже если ты проигрешь, то чувств рстоптнности не будет. А то, что он ощущл теперь, было стршно, потому что н это нельзя был ответить. А терпеть… если терпеть, но что же тогд? Тогд соглсишься со всем, что будет дльше… Снчл — с тем, что тебя бьют. Потом — с тем, что ты вещь. А потом, нверное, и мысли стнут кк у рб — о еде и сне… Пшк испуглся до дрожи. И было противно. Тк противно, что слов нет. Но больно — хуже. (Он вспомнил свой крик — и змерло н миг дыхние.) Тк что делть–то, кк быть?! Вот он — ромнтик, с истеричной иронией зметил себе мльчишк. А что, если взбунтовться? Вот сейчс просто никуд не пойти — и…

Слев кчнулось копьё. Пшк предствил себе удр этого грубо ковнного широкого нконечник. Это не пуля, не мгновенное дело. Мысленное зрелище смого себя, умирющего н полу в луже крови, было тким жутким, что мльчишк нкрепко зжмурился и потряс головой. Это не кино, это ведь по–првде…

Бежть, подумл Пшк. Бежть ндо. Но кк? Куд? Ккой тут побег, если дже просто руки не освободишь?

Туннс через плечо смотрел н мльчишку — сочувственно и ободряюще. Эх, если бы можно было рсспросить — хотя бы просто поговорить, чтобы понимть друг друг… было бы полегче. Пшк уже хотел улыбнуться в ответ… но его мысли оттеснил лй, скулёж и звывние — и в пещере появился конвой.

Пшк обмер. Конвой — это были всдники. Орки сидели н волкх.

Вообще Пшк любил волков. Дже больше, чем собк, которых просто обожл. И очень жлел, что никогд не видел этих зверей вблизи. Но…

Нет, эти огромные, с пони рзмером, тври, н которых покчивлись орки охрны, походили именно н волков, не н гиен, кк в кинотрилогии. И в то же время были нмного стршней и противней любой гиены. Жутковтой был дже см мнер передвижения зверюг — больше похожя н кошчью, бесшумную и ккую–то… предтельскую, пришло в голову Пшке стрнное, но верное определение. А когд мльчишк встретился взглядом с одним из волков — его пробрл дрожь. Н Пшку посмотрели человеческие глз. Причём человек очень скверного. Жестокого, нсмешливого и умного.

Волк фыркнул и отвёл глз — рвнодушно.

Щёлкнул — в воздухе — плеть, и Пшк сжлся, сделл первый шг — поспешный, дже слишком. Покзлось, что сейчс будет ещё удр — по спине. Его не было, и Пшк немедленно возненвидел свой стрх… ещё больше — смого себя з то, что понимл: стрх сейчс сильнее его. Никогд с ним ткого не было. Он всегд, дже совсем в детстве, умел ломть стрх. Любой. И гордился этим.

Но окзлось, что он просто не знл нстоящего стрх…

…Из пещер, мимо чёрных — и озрённых лыми отблескми костров внутри — входов которых шл колонн, вытлкивли и вытскивли всё новых пленных, в основном — молодых прней и мужчин. Млдше Пшки никого не было, дже ровесников не нблюдлось. Сперв Пшке покзлось, что людей очень много, и только снружи он понял, что тк кзлось в тесном коридоре. Людей было десятк три.

Пшк успел это подумть — и стиснул зубы. Снружи резнул холодный ветер (хотя небо было ясным, сияли россыпи звёзд — знкомых!) и дже спрятть руки под мышки или в крмны было нельзя. Но ещё хуже окзлсь ледяня кш под ногми. Я не дойду, с ужсом подумл мльчишк. Босиком по снегу — не дойду никуд. Он бегл по снегу босиком, кто из мльчишек не бегл — рди придури, н спор… И было холодней, и снег нстоящий, не ткя жиж. Но тм — десяток–другой прыжков — и в тепле. А тут — куд идти, сколько?

Но что было делть? В спину с силой удрило (мльчишк вздрогнул) тупым концом древк копьё, рыкнул зверь, дернул спереди верёвк — и Пшк пошёл, съёжившись от стрх и унижения. Он не осмелился дже обернуться н удрившего его орк, чтобы не встретиться глзми со взглядом волк.

* * *

Судя по звёздм — прошло чс дв, Пшк умел это определять. А ещё вспомнил вдруг, что Большя Медведиц — вон он, нд головой — н кком–то из языков Толкиен — Valacirca, Серп Влров (кто ткие Влры — он не помнил.) Три чс ночи, он умел определять время по этой штуке.

Ступни не чувствовли совсем ничего. Совсем. Пшке кзлось, что он идёт н чём–то чужом и резиновом — нверное, тк люди ходят н протезх. Руки просто онемели, но несильно, связк не был тугой — вот только при млейшей попытке пошевелить рукми верёвк немилосердно пилил кисти и основния больших пльцев; умеют связывть, сссволочи!

От обиды — кк всё нелепо и стршно выходит — глз сырели сми, сделть с этим ничего не получлось, д Пшк и не очень стрлся. Он уже почти уверился, что всё кончится просто — н кком–нибудь из шгов ноги откжут, он упдёт, проволочётся н верёвке пру шгов, потом, кк в книжке про ткие дел, верёвку обрежут и ткнут в спину копьём. Когд мльчишк читл про ткое, он иногд ствил себя н место глвного героя — и не здумывлся, что убитый тоже был человеком; он же не герой, герой–то остнется жив и победит!

Себя было жлко. Но и жлость к себе выглядел кк–то отстрнённо, потому что ничего не могл изменить.

Мльчишк и не зметил дже, кк и когд они выбрлись из мокрой ледяной кши н кменную осыпь. Волки порыкивли и повизгивли — под лпми кмни осыплись, они съезжли нзд то и дело, и Пшк вдруг подумл, что, не будь люди связны, тут можно было бы попытться бежть. А следующей его мыслью было: спсён! Больше ни о чём думть не хотелось — смым вжным стло, что они, кжется, дошли и он стоит н ногх!

Верениц пленных нырял в рсщелину н склоне — перед входом в неё несколько урук–хйев снимли с пленных верёвки и поторпливли их пинкми и толчкми. Из рсщелины пдли колеблющиеся отсветы плмени.

От верёвок н рукх остлись сине–бгровые следы. А пинок сшиб бы мльчишку с онемевших ног, если бы Туннс не подхвтил, повернувшись, пдющего Пшку и не оттщил полуволоком к соломенной подстилке — ткой же, кк в предыдущей пещере, только тут не было решётки, и солом был нвлен просто вдоль стены в пещерном коридоре. А н другой стене тут и тм ярко горели понтыкнные в рсщелины кмня фкелы. Н тюрьму это ничуть не походило.

Пшк дже не сел — упл, не выдержл, зстонл. Обеими рукми вцепился в ступни. Они были белые с синим. Мльчишк зкусил губу, повёл вокруг взглядом.

Севший рядом Туннс — он ктивно рстирл себе ноги, хотя они выглядели не тк стршно, кк у Пшки — покчл головой и покзл знкми, что ндо сесть, спрятв ступни под себя. Пшк тк и сделл. И через минуту ощутил поклывнье… потом — боль. Боль нрстл… ширилсь и стновилсь сильной… жгучей… непереносимой… ОГНЕННОЙ!!!

Орки глдели неподлёку. Один прошёл мимо, зевя во всю псть и бездельно щёлкя бичом.

Я НЕ ЗАКРИЧУ, отчётливо подумл Пшк и зкрыл глз. Эти слов — крсным н чёрном — повисли в нступившей темноте. А ещё в ней откуд–то снизу поднимлись языки плмени, и Пшк стоял в этом плмени и не мог пошевелиться.

Всё, что он произнёс, было вытолкнутое сквозь зубы длинное и тихое: «Ммммммххх…»

А потом — потом боль стл отктывться, отступть, гснуть. Он не ушл совсем, но Пшк всё–тки рискнул сесть нормльно.

Ноги стли крсно–синими. По обеим подошвм из множеств порезов и ссдин сочилсь кровь. Но мльчишк обрдовлся крови: рз идёт — знчит, ноги спсены! Только бы больше никуд не гнли, хотя бы пок… Он поднял голову.

Туннс улыбнулся, кивнул, хлопнул Пшку по плечу. Сидевший по другую сторону молодой мужик с перебинтовнной грязной тряпкой првой рукой тоже что–то скзл Пшке — явно одобрительно. Дёрнул углом рт и символически сплюнул в сторону орков.

«А ведь похоже, что тут много пленных воинов, — вдруг подумл Пшк вроде бы о постороннем. — Врги орков, знчит… Кто же ткие? Не помню по книжке… Интересно, я что, попл в ТЕ САМЫЕ времен?.. А! Нет! Ангмр же ещё цел, знчит, вся история с Кольцом будет не скоро, через сотни лет. Совсем плохо, я про те времен ничего и не зню… Чёрт, Олег Николевич бы сюд, — он вдруг тихонько хихикнул, не истерично, првд весело, — он–то точно знет, что к чему… и с ним нс бы эти уродцы тк не схвтили. Ведь был нож, костёр был, , блин, кмней куч кругом, в конце концов! — и тк тупо поплся!» — ему стло стыдно и тошно. Себе–то можно было признться, что он поплся в плен большей чстью от стрх…

А ещё к Пшке вернулось его вечное любопытство. Он огляделся. Тут было полно орков… нет, не только орков, Пшк увидел и людей — причём не пленных явно. Более того, с оркми они себя вели, кк… кк нгличне с туркми в Крымскую войну, пришло нчитнному мльчишке н ум стрнное срвнение. Это были ткие же рыжие крючконосые мужики, кк те всдники, виденные мльчишкой н рвнине. Вопреки всей логике Пшке при виде людей стло полегче — кк будто они явились сюд зщищть пленников, хотя умом–то он понимл, что люди к людям могут быть ничуть не менее жестоки, чем орки.

Воин холмовиков.

— Рынок, что ли? — Пшк потёр плец о плец, поднял брови, повёл подбородком. Туннс кивнул, что–то коротко скзл и вздохнул.

Пшк поёжился. Мысль о том, что его проддут, не столько дже пугл, сколько возмущл и кзлсь ккой–то… неудобной и смешной — именно неудобной и смешной, кк клоунскя обувь. Кстти, вокруг не было похоже н рынок — никто не рсхвливл товр, не лез к пленным в рот и не зствлял демонстрировть мускулы. Кзлось, что орки уверены, что пленных купят, покуптелям — кстти, кто они? — пофигу, что приобретть. Будь Пшк опытней в жизненных делх, он бы понял, что это тк и есть, потому что тут покупли и продвли не рбов в личное пользовние, когд боятся обмнуться и стрются ндуть — рботников в королевские шхты з Крн Думом. Это грнтировло, что купят тк или инче всех. Тк чего метться? Видимо, по этой же причине пленных и не подумли кормить или поить.

Кинжл и мечи йотеод и северян.

Рспоряжлись покупкой трое людей. Двое молодых прней — возрст Туннс — и пузтый седобородый мужик. Пузтый–то пузтый, ручищи, стиснутые в зпястьях тяжёлыми золотыми брслетми, были тм же с дв Пшкиных зпястья, и это явно не жир висел. Говорили все трое н языке — другом, не н том, н кком говорили пленные вокруг. Пшке покзлось, что язык этих людей похож н немецкий или нглийский — вот в речи Туннс знкомых слов не улвливлось вообще. Н поясх у всех троих висели большие ножи, мечи — длинные, с рукояткми, похожими н две соствленные торцми ктушки от ниток, топоры с мленькими полотнми, тким дров не нрубишь, только в бой. Под выцветшими но добротными плщми мерцли кольчуги. Толстяк помлкивл, двое молодых рулили «своими» оркми (нмного лучше вооружёнными и не ткими шумливыми, кк местные), кк скотом. Местные орки и не спорили дже, брли кусочки рубленого золот (поменьше) или серебр (побольше) — и тут же нчинли делить. Вот тут был глдёж… От тупой обыденности происходящего и отсутствия ккой–либо прдности у Пшки перехвтило дыхние, спокойствие и ккя–никкя хрбрость покинули мльчишку. Он сжлся в комочек.

Кто его знет, может, поэтому его и зметили последним. Остльных уже вытщили к противоположной стене и не связывли — зковывли в цепи — ткя грубя «восьмёрк» с глухим змком н зпястьях, от неё — цепь к соседней, «восьмёрке»; цепь был длинной и просто перекидывлсь через плечо. Кждому зковнному один из молодых воинов совл прямо в зубы костяное горлышко большого кожного мех, потом — в руки–большой кусок вроде бы хлеб. Брли все и пили все.

Пшк остлся у стены один и испуглся. Поднял голову, зморгл. Притиснулся к стене. Люди смотрели н него рвнодушно, вот двое орков — местный и пришлый — подошли и зтрторили. Пшк не понимл слов — и неприятный дже н слух рзговор некому было перевести…

… — Ты кого подсовывешь, крыск подземный?! — спросил ехидно пришлый орк. — Щенок совсем — одно. А другое — не здешний, северянин, — он помотл з волосы голову мльчишки. — Или йотеод. Гляди н него, бурклы пошире рстопырь — соломення бшк!

— Сильный, крепкий… — восхвляющим тоном нчл торговец. Пришлый орк осклился:

— Фы! Северяне упрямые! Не будет рботть, будет убегть, купить — и убить — убыток! Йотеод ещё хуже — дохнут под землёй срзу. Их всех если покупть, то совсем детёнышей, чтоб ничего не помнили, не знли ничего. Взрослого купишь, он тебя кмнем в бшку тюк — и что?

— Ккой он тебе взрослый?! — прведно возмутился торговец, зслоняя Пшку, кк родного. — Детёныш и есть!

— Брешешь, пёс!

— См визжишь, кк крыс, тврь подземня!

— Убью! — пришлый схвтился з широкий нож, торговец сделл то же… Их рстщили с гоготом приятели и того и другого. Люди презрительно усмехлись и нетерпеливо переговривлись. Торговец нпоследок деловито плюнул в пришлого и скзл:

— Полмрки золотом.

— И мою сестру в придчу, — отрегировл пришлый.

— Имей её см, мне не ндо, — под общий н этот рз хохот отбрил его торговец и довольно осклился. Пришлый орк мхнул лпой и, ворч, полез в кошель.

Пшк проследил, кк из лп в лпы перекочевл тут же, н месте, обрубленный ножом кусочек золотой плочки. Кк киевскя гривн в учебнике истории з 6 клсс, только гривн серебряня… Мльчишк дёрнулся, отчянно вскинул глз — это з него?! Его… продли?! До этого он мог считть себя пленным. Пусть струсившим, пусть нелепо угодившим в лпы орков, но — пленным! А теперь что?!

Второй рз он дёрнулся, когд н зпястьях клцнул змок. Вскинулся. И уронил голову…

…Люди снружи уже грцевли верхом н крепких мленьких лошдкх, выстривлся волчий конвой орков. Эти орки, видимо, не боялись солнц — оно вствло з спиной выходящих из пещеры людей, из–з гор.

Хлеб был чёрствый, но не противный и вполне съедобный.

Деля первый шг н рскисшую, но уже бесснежную землю, Пшк вздрогнул. Стиснул зубы — ногу обожгло холодом и болью. И, тяжело поднеся к лицу сковнные руки, нчл есть по–нстоящему.

Глв 8,

в которой все бегут.

Н острые грубые колья, устновленные между кмней, были ндеты животми люди. Уже мёртвые, с облегчением отметил Пшк. Но глз оторвть не мог, смотрел с ждным тёмным любопытством, чувствуя, кк пустой желудок нчинет скручивться в узел — плвно и туго. Првд, мертвые были не очень похожи н мёртвых людей, скорей н ккие–то неумелые декорции–мнекены. Смешно, но в кино трупы чсто выглядели… живее, что ли? Стршнее…

Их было четыре. Четыре молодых мужик и мль…

Пшк споткнулся, но дже не ощутил боли в ушибленной ноге. Нет, никкой это был не мльчишк, просто очень миловидный и безбородый… кто? Высокий, выше кзнённых людей. Темноволосый, с очень крсивым, не искжённым мучением, кк бы зстывшим лицом, белым, кк лицо сттуи…

…не человек.

Эльф.

Пшк понял, что это эльф.

Ехвший сбоку от колонны всдник что–то скзл рбм, вытягивя руку (н кзнённых смотрели все, не только Пшк). Не нужно было знть язык, чтобы понять: предупреждет — вот тк, мол, со всеми будет, кто сбежит. Или, может, кто пойдёт против воли Ангмр? Не вжно. В общем, з сопротивление — смерть.

Стрнно, но почему–то от этого в Пшке окреп ккой–то стерженёк — тонкий, но прочный. Может быть, потому что людям его крови грозили смертью з сопротивление смые рзные врги — из век в век уже не одно тысячелетие? Или ещё почему? Но только Пшк смотрел н мертвых и не боялся, …

— Згрдун![21] — вдруг выкрикнул кто–то в голове колонны. И несколько (мло, но не один и не дв) голосов поддержли:

— Згрдун! Згрдун!

— Згрдун! — крикнул Туннс. Перед лицом Пшки свистнул бич, пересёк спину Туннс, но тот только вздрогнул. И тогд Пшк — хоть и не знл этого слов — тоже крикнул — вызывюще крикнул прямо в лицо подскквшего орк:

— Згрдун! — и молч стерпел удр по плечм, хотя он пришёлся точно по одному из прошлых вспухших рубцов. Туннс удивлённо и блгодрно посмотрел н Пшку и о чём–то спросил. Пшке подумлось — нверное, спршивет опять, откуд я. Мльчишк улыбнулся и повёл плечми. Видно, Туннс понял, что Пшк просто хотел покзть, что не сдлся и см не понял, что крикнул. Но ободряюще кивнул мльчишке…

…Они шли уже четыре чс — по ккой–то дороге н юг. Пшк не знл язык своих спутников и товрищей по несчстью — инче он бы понял, что все они очень удивлены и дже встревожены этим стрнным обстоятельством, ведь копи Крн Дум нходились н севере… Но он просто шгл и мёрз. Првд — не нестерпимо — ветер то и дело утихл, и тогд солнце рельно пригревло, земля и трв, хоть и не высохли, но более–менее согрелись. Првд, идти было всё рвно больно. Хорошо, что всдники никуд не торопились, кчлись себе в сёдлх в голове крвн, орки без их комнды явно не могли и воздух испортить. И только когд н склх спрв покзлось это… укршение — рыжие оживились.

Кстти, н крики они особого внимния не обртили. Но — то ли тк и было зплнировно, то ли в отместку з непокорность — привл объявили именно тут, прямо под кзнёнными.

Поднялся шум и гм, всдники — и волчьи, и люди — сосккивли нземь, рссёдлывли своих животных. Пленных усдили н трву — цепочкой, кк они были сковны. И Пшк удивился, увидев, кк именно к нему подошёл один из млдших людей. Что–то скзл, толкя мльчишку носком мягкого спог в бедро. Пшк нпрягся… и тут вмешлся Туннс. Он что–то нсмешливо объяснил — и эт нсмешк был не нд Пшкой. Видно, её ощутил и рыжий — он удрил Туннс в плечо ногой, опрокинув н спину, Пшку дёрнуло вбок. Туннс тут же сел снов и молч покзл сковнные руки. Тостяк окликнул млдшего сортник, и тот потупился. Потом сломл ветку сухого вереск, покзл Пшке. Помхл перед носом — мльчишк невольно отштнулся. Рыжий покзл, кк берёт охпку, мотнул головой, сделл ккое–то стрнное движение… кк будто ложкой ест…

И Пшк понял — посылют з дровми…

…Что ж. Мысль о побеге, конечно, пришл — пришл срзу, кк только щёлкнули под большим ключом тяжёлые нручники. Но был он похож н перепугнного кролик, который бежит в свете фр, не зня, что уже, в сущности, поймн. А ещё — кк только Пшк отошёл от стоянки — он увидел, что следом идёт волк. Один из орочьих. А никто из конвоя в сторону крбкющегося по осыпи мльчишки и не смотрит.

Стрх мгновенно лишил мльчишку собственных мыслей и желний. Под взглядом человеческих глз зверюги он зледенел и двиглся, кк втомт. Нломл росшие в рсщелинх, ещё не ззеленевшие после зимы, сухие стволики берёзок — много, еле дотщить. Отволок к стоянке.

Волк шёл следом.

Рыжие люди н Пшку не смотрели. Только когд он сложил принесённое, стрший — глянув мельком — перебросил мльчишке что–то… ! Кремень и кресло. Кремень был, скорее всего, кврцем. А кресло — похоже н кусок нпильник. Кк всем этим пользовться — Пшк в теории знл и дже с интересом попробовл бы… если бы не обстоятельств.

— Трут… — скзл он, кшлянул и повторил. — Трут… ндо… Тк не згорится.

Люди переглянулись. Смым стрнным и… и жутким было то, что у лиц у них были не злые, не жестокие, не нсмешливые — устлые, особенно у стршего. Рвнодушные дже. В глзх — непонимние, но снов без злости. Но потом один из молодых — не тот, который рсковывл Пшку — ворч, встл, потянулся, потёр под смех двух остльных отбитый о седло зд… И принёс от сложенных сёдел коробку, из которой достл что–то, похоже н комок из тонких ниток. Пшк, взяв это в руки, понял — сухой мох.

Ну что ж… Кк ни стрнно, но трут знялся срзу — Пшк не удрял кремнём о кресло, скрёб (где–то читл) — и искры сыплись грдом. А склдывть костры (сейчс он сложил обычный «шлш») он умел уже сто лет. Вскоре огонь зплясл вовсю — берёз хорошо горит и сыря — и молодые конвоиры оживились, стли вгонять в землю по сторонм костр метллические стояки, потом один приволок здоровенный котёл, второй вместе с Пшкой пошёл з водой — с двумя кожными вёдрми. Причём одно тщил см.

Вод текл в сотне шгов от лгеря, струёй из–под двух нвисших блкном кмней. Пшк сунулся к ней — только сейчс ощутил, что внутри всё спеклось в кмень — и получил в ухо.

Удр был ннесён без злобы, но с ткой силой, что Пшку швырнуло н кмни, слышть левым ухом он перестл, эт сторон головы онемел.

Мльчишк вскочил и бросился н рыжего. Целя под дых првой, левой — рбочей — прикрывясь. И — сумел! Рыжий не знл, что Пшк левш. И словил хук в челюсть. Причём клссный — н ногх рыжий устоял только потому, что грохнулся спиной в отвесную кменную глыбу…

…Д.

Что скжешь?

Тк Пшку не били ещё никогд в жизни. Рыжий быстро рздвил оргнизовнное сопротивление мльчишки (которое тот всё же окзл и пру рз попл удчно) и умело молотил кулкми — поднимл упвшего и бил снов. Когд Пшк перестл сопротивляться (просто потерял сознние) — позволил упсть (упвшего не удрил ни рзу) и отлил водой.

Пшк привстл и плюнул ему н спог кровью из лопнувшей изнутри левой щеки. Рыжий не стл его бить больше — вздохнул вдруг кк–то стрнно, чуть ли не сочувственно, и стл см нбирть воду в вёдр…

…Окзлось, что кормить горячим будут и рбов (орки двно что–то пожрли и просто влялись н кких–то подстилкх, глдели или спли; волки бродили вокруг — то ли охотились, то ли дозор несли, то ли и то и другое…). Впрочем, Пшку это не обрдовло. Он лежл н сдвинутых ногх Туннс и ещё одного молодого прня (не н сырую же землю влиться?) и шипел — Туннс вытирл ему лицо нмоченным в тлой воде крем Пшкиной же мйки, что–то одобрительно приговривя. Пшк через силу улыблся. Стрнно. Ему было больно, офигенно больно. И в то же время кк–то… бодрее он себя, что ли, чувствовл? Немного побивлся продолжения — сейчс рзложт н кмнях и отлупцуют плёткми. Но люди сюд дже не смотрели и говорили про что–то своё, по очереди пробуя из котл.

Ну что ж, вломили крепко… Помимо рссечённой щеки — штлись дв зуб. Болели рёбр и ныло ухо.

— Хвтит, лдно, — Пшк отстрнил вновь сковнными рукми пльцы Туннс с подолом своей мйки и сел. Поёжился. — Холодно. И жрть охот…

…Жрчку плюхли в деревянные миски — их везли в одном из вьюков. А вот ложек не полглось. Видимо, считлось, что густую кшу рбы съедят и тк. Ну что ж…

Кш окзлсь гречневой — густой, почти несолёной и, конечно, без мяс или чего–то похожего. Просто пустя кш ( сми лопли с копчёным мясом, судя по зпху). Но живот у мльчишки двно подвело до предел — тк, что и голод–то немножко отступил, вернулся только при виде кши — но с утроенной силой. Првд, есть было плохо — пру рз горячя кш попдл изнутри н рненую щёку, и от боли слёзы нворчивлись н глз — д что ж ткое?! Д и «брслеты» мешли, Пшк дёргл рукми, сердито зыркл вокруг… и в ккой–то момент понял, что его првя кисть от одного из тких рывков до середины пролезл в кольцо!

Пшк обмер. Тут же зствил себя жевть, прикрывясь миской. А првой рукой покручивл, пок железо не врезлось в кожу совсем уж нестерпимо.

И понял, что, пожлуй, сможет вытщить руку. Кольцо, рссчитнное н крупную кисть — мужскую или здешнего юноши, может дже много рботвшего стршего мльчишки — для узких кистей невысокого Пшки окзлось широко.

Туннс, глядя н Пшку, плвным движением здвинул его кисть обртно (н руке выступил кровь из широкого стёс–ссдины). Второй сосед в этот момент пересел, прикрывя происходящее. Пшк посмотрел Туннсу в глз — в упор, неотрывно. Тот покчл головой, незметно укзл н волков. Потом, не перествя есть — прихвтывть прямо губми из стоящей н поднятом колене чшки, опустил руки и н мокрой земле нчл чертить линии.

— Rhudaur, — он покзл н себя. — Тhni… ugru…[22]  — поморщился, покзл н себя, потом повторил: — Rhudaur… — и покзл, кк перерезет горло.

— Я понял, — кивнул Пшк. — Твоя земля. Рудур. Тут плохо. Д?

Нверное, Туннс понял только кивок, но в ответ кивнул. Ткнул в чертёж:

— Nin… — укрдкой повёл вокруг, обводя рбов, орков, волков…

— Мы… — прошептл Пшк и снов кивнул. Туннс опять ответил кивком. И провёл решительную черту н юг (кжется):

— Cardolan, — и ещё одну — н юго–зпд: — Arthedain… — повторил, — nin… — и пльцми покзл идущего человек, потом — н свои чёрточки.

Пшк опять кивнул. Он н смом деле понял. Они идут не н север, которого снчл тк боялись его спутники. А почему–то н юг. Туд, где… эти Крдолн и Артедйн. Арнорские княжеств, где «хорошие прни».

А вдруг получится сбежть?! Пшк быстро посмотрел в стороны, кк будто его мысли могли подслушть конвоиры. Туннс — с блеском в глзх — тронул кольц н рукх мльчишки и одобрительно кивнул: мол, д, можно будет попробовть! Это было ясно без слов.

Но тут же Пшк внутренне окменел, кк от зморозки. А зморозил его одн простя мысль: он–то руки вывернет. А дльше… ведь дльше ндо будет помочь освободиться остльным. Инче он… кто?!

А они тебе кто, взбунтовлось что–то внутри — с подвизгом взбунтовлось! Получится — беги со всех ног и…

Он опять встретился глзми с Туннсом, который — тоже явно повеселев — со вкусом вылизывл миску. И тот, высунув из миски нос, подмигнул Пшке.

* * *

Ну что ж… Хорошо было уже и то, что миски мыть достлось не Пшке — его, кк видно рсковывть снов поопслись. Пустячок, приятно. Плохо — то, что опять пришлось идти, и, хотя ветер улёгся, верхом нтянуло тучи, и из них нчл сеяться холодный дождь. Орки были вроде бы кк дже довольны, хотя от них и их волков понесло мокрой вонью. Волки воняли нмного приятней… Д и спть хотелось, глз слиплись.

«Ох зболею, — подумл Пшк, перествляя ноги, которые опять нчли коченеть. — Точно теперь зболею, что тогд? Аспирином точно поить не будут и дже мёд нверняк пожлеют. Куд мы тщимся–то?!»

От невозможности просто поговорить с кем–нибудь Пшк добвочно бесился. И кк–то дже не срзу сообрзил, что они подходят к лесу, под ногми — утоптння дорог, хотя и рзмокшя, но явня, прорезння тут и тм следми телег и конских копыт. Холодня грязь, похожя н мерзкое мыло, окзлсь ткой же скользкой, Пшк несколько рз чудом сохрнил рвновесие, в колонне двое или трое пдли и быстро поднимлись.

Через полчс после нчл дождя они миновли то, что издлек кзлось грядой холмов. Вблизи Пшк понял — это не холмы, вл. Стринный вл, тянувшийся н восток и зпд, сколько хвтло взгляд. Через рвные промежутки н «холмх» были видны почти сровненные с землёй серые кменные кольц — руины сторожевых бшен… Между двух тких — в лощину, которя когд–то был, нверное, проёмом ворот — колонн и прошл.

— Angmar, — обернувшись, Туннс кивнул нзд, н север. — Rhudaur, — он кчнул головой вперёд…

…В лес колонн вошл ещё через пру чсов, торопясь укрыться от дождя. Мльчишк почти позбыл о том, что с ним случилось, о холоде, мокрой нсквозь одежде, зкоченевших ногх и оковх, которые стёрли зпястья до крови.

Лес был грндиозен. По сторонм от дороги строем стояли сосны — в три–четыре обхвт, с крсно–коричневой трещиновтой корой, вознёсшие н дикую просто высоту компктные вечнозелёные кроны (минус — в грязи н дороге было полно иголок, острых, кк нстоящие иголки). В подлеске густо рос можжевельник. Дух стоял — смесь весенней сосны и весеннего же можжевелового ромт. Покзлось, что дже стло теплее. И просто–тки не верилось, что в сотне шгов отсюд — мокря тундр и чёрные холодные склы, под которыми живут орки. Жль, что восхищения хвтило нендолго — вернулись боль в рукх, рту и спине, холод, сырость, и Пшк почувствовл себя очень несчстным. Просто до предел. Впрочем… он вдруг усмехнулся. Он уже не рз з короткое время пребывния тут думл: ну, всё плохо, дльше и хуже некуд! И кждый рз окзывлось — очень дже есть куд. Стрнным обрзом эт мысль немного утешил. Пшк дже стл вспоминть крту из книжки. Но не мог её вспомнить — и сбился н недоумённые рзмышления о том, что всё–тки произошло нечто совершенно невозможное. Можно попсть в иное время, иное прострнство, н иную плнету — предположим! Чёрт с ним, с рзумом!!! Но в книжку?!. Это уж совсем зпредельное…

А дорог между тем оживилсь. Пру рз нвстречу проскочили верховые, потом минут пять нвстречу же тянулся обоз — зпряженные философского вид битюгми большие возы с зкрытой дерюгой поклжей, н которых сидели нхохлившиеся мужики в плщх. Потом ещё один отряд — пеший — уже обогнл рбов. Человек сто, не меньше, почти все — рыжеголовые, с косми н вискх, шгли врзброд, но бодренько, следом з мотющимся н древке знчком, похожим н римский легионный, только н полотнище синего цвет был изобржён золотой боевой топор. З плечми воины несли кожные мешки, щиты в чехлх, копья… Н ходу они перекликлись с едущими в голове колонны рбов всдникми — и Пшк мог поклясться, что голос были нсмешливые. Конвоиры–люди отмлчивлись. А ведь похоже, подумл Пшк, им не очень–то по душе эт роль — конвоиров… Дже морды спрятли.

Туннс опять что–то скзл, кивя вслед воинм. Пшк вздохнул:

— Эх, не понимю… А то бы спросил, скоро ли придём…

Дождь между тем перестл, и нд деревьями рсчистилось небо, появилось солнце. У Пшки появилсь ещё одн проблем — всё сильней хотелось в сортир обеими способми. А что–то подскзывло: вряд ли из–з этого стнут остнвливться. Почему–то невозможность ткого элементрного дел, то, что он и тут звисит от чужой воли, мльчишку обозлил донельзя. Кроме того, желние стновилось довольно–тки мучительным. И орки, и их волки решли эту проблему, не остнвливясь, но это вызывло лишь отврщение, не желние последовть их примеру.

Пшк уже нчл изводиться всерьёз, когд вдруг потянуло в ещё сыром воздухе дымом, потом послышлся собчий лй и людские голос, спрв резко, срзу нчлсь росчисть, н которой что–то делли люди — десятк три, з нею поднимлись дымки нд ккими–то строениями. От дороги стремглв улепётывли к рботющим в поле дети, штук десять — бежли и вопили. К тому времени, когд колонн подошл к деревне, нвстречу уже вышло не меньше дюжины мужчин — с большими топорми и копьями, снбжёнными широкими нконечникми. Их возглвлял здоровенный стрик… или просто седой, потому что никких других признков стрости зметно в нём не было, и жест длинной узловтой руки, укршенной золотыми брслетми (седой был гол по пояс) выглядел королевски–повелительным.

Колонн остновилсь. Пузтый «босс», кк окрестил Пшк нчльник конвоя, спешился и зговорил с седым. Остльные рзглядывли конвой хмуро и нпряжённо. Пшк зметил, что в поле все побросли рботу, убежвшие было дети подошли почти вплотную. Они были только в цветстых клетчтых рубхх — черно–белых — не срзу поймёшь, где мльчишки, где девчонки; все лохмтые, рыжие, длинноволосые, чудовищно грязные, но с живыми, ясными глзми — любопытными, немного испугнными и явственно жлеющими. Зметил Пшк и то, что орочий конвой стрется держться кк можно ближе к рбм и подльше от местных людей. Орки не глдели, не здирлись и вообще вели себя тихо.

Седой тем временем кк рз н орков пру рз и покзл, потом, когд толстяк что–то стл возржть — отмхнул рукой — кк мечом рубнул. И толстяк тоже мхнул рукой, но с досдливо–соглсным видом, потом отдл короткую комнду — и волчьи всдники порысили дльше по дороге. Следом пошли полдюжины местных мужчин. Остльные окружили рбов, и колонн снов двинулсь. Седой прикрикнул и н детей, и н рботников в поле, см пошёл рядом со спешившимися конвоирми–людьми.

Кряжистый молодой бородч из местных, знявший место рядом с Пшкой, хмуро посмтривл н мльчишку, кчл копьём, потом крикнул в голову:

— Hay, wir strappa sveyni? Im dennat tarkan, im'sta yothejd… Tennka yeam torra mitr, tok hyllda![23]

Пшк быстро зкрутил головой, встретил взгляд Туннс — отчянный и в то же время кк бы говоривший: «Повезло…» — но седой отмхнулся, и бородч, ещё что–то проворчв, сожлеющее посмотрел н Пшку и больше не говорил ничего. Пшк тк и не понял, чего тот хотел…

…Деревня окзлсь з невысоким, но добротным чстоколом — с помостом для воинов, с мощными — впрочем, открытыми нстежь — воротми. Стрнным Пшке покзлось только одно — кменные воротные столбы, покрытые резьбой в виде вьющихся бесконечно цветов и стеблей. Столбы эти совершенно не вязлись с общим видом деревни, где было грязно (впрочем — может, это после зимы?), дом, сложенные из кменных плиток, зконопченных в широких щелях желтовтым мхом, бурели плоскими соломенными крышми.

Тким же было помещение, в которое привели рбов. Впрочем, нет — хуже, потому что тут никто не удосужился зконоптить щели мхом и пхло очень знкомо Пшке — свиньями. Под КПЗ решили приспособить то ли брошенный, то ли временно пустующий хлев (зпх из тких мест почти никогд не выветривется).

Но это был крыш нд головой. Плюс к этому рбов рсковли. Хотя, кк и опслся Пшк, тулет тут не предусмотрели. Впрочем, подумл он об этом, уже сделв свои дел у дльней стены. И вздохнул. Что тут скжешь… Всё не в штны, уже мленькя побед.

Трое местных нтскли внутрь соломы. Прошлогодней, но много, чуть ли не стог. А через пять минут после этого, не больше, появилсь женщин, которя принесл вместе с двумя мльчишкми несколько большущих плоских лепёшек и дв здоровенных круг сыр. Что–то приговривя, он ловко рзделил еду н всех. Пшк опять взбеленился н свою глухонемоту — многие её чём–то спршивли и её, и мльчишек, и все трое охотно отвечли. Нпоследок те же пцны приволокли бдью с водой — и двери зперли. По поведению своих спутников Пшк понял — всё, больше сегодня никуд не погонят.

Хлеб окзлся свежий, но непривычный, тяжёлый ккой–то (тот чёрствый кусок, съеденный утром, Пшк по вкусу не мог вспомнить, чтобы срвнить). То ли непропечённый, то ли тут ткой всегд едят (вернее было второе, остльные ели и никкого недовольств не выкзывли). А вот сыр был очень хорош, похож н брынзу, которую Пшк обожл. Жль, что кусок был всего–то в треть лдони. Д ещё Пшкиной, не мужской.

Он свлился н солому, кк подкошенный, дожевл то, что ему достлось, лёж, дже зпивть не стл. И понял, что его знобит. Оствлось ндеяться, что это просто тряск после холод — и это пройдёт. Пшк пострлся себе подгрести побольше соломы и по возможности зрыться в неё. Аппетит–то никуд не пропл, успокивл он себя, у меня при темпертуре первым делом отрубет желние есть. Обойдётся. Должно обойтись…

Ох, кк нвлилсь н мльчишку — от головы до кончиков пльцев ног! — двящя устлость! Рстёртые в кровь зпястья, зпухшие рубцы н спине, порненные, сбитые и нчвшие отогревться ноги — всё зныло, но это нытьё только усиливло желние спть и спть.

Пшк зкрыл глз и срзу поплыл в сон — без сновидений, глухой, чёрный и беззвучный…

* * *

Проснулся Пшк от собственного плч — тихого и безутешного.

Глубокий сон устлости — сон без сновидений — в ккой–то момент сменился кошмром. Пшке снилось, что он бежл, но его поймли и сжют н кол. Дже крикнуть не получлось, и мльчишку рзбудил свой плч.

Но всё–тки действительность — душновтя и в то же время довольно холодня — окзлсь в тысячу рз лучше сн. Озноб у мльчишки больше не было; он перевёл дыхние и провёл рукой по мокрому от слёз лицу, облегчённо привыкя к мысли, что ужс ему только снился. Нет ничего хуже рбств, подумл он и поёжился. Окзывется, есть вещи, по срвнению с которыми рбство может быть хуже только н словх…

Но… стрнно. Почти тут же что–то в Пшке взбунтовлось при этой мысли. Взбунтовлось не кк днём, судорожными толчкми, смешнными со стрхом — непримиримо и яростно. Он не облекл своей ненвисти к схвтившим его оркм и их неведомому хозяину не то что в слов — дже в мысли. Не искл объяснений и опрвдний. Но для себя чётко решил: бежть при первой рельной возможности. И — если будет хоть млейший шнс! — помочь бежть остльным. Почему?! А нипочему, похрен — просто потому, что он тк хочет, не тк — не хочет! Эх!!! Не поговорить ни с кем, без знния мир, в который он попл — бежть сложно… Пшк скомкл солому и пристукнул кулком по её подушке. Не будет он рбом, не хочет и не будет, и всё тут!!!

Но привторяться — будет. Пок будет. Н кол не хочется, д и по морде получть — не велико удовольствие…

Смое мерзкое — эти волки. Вспомнились глз, и сейчс, ночью, когд чувств обострены — мльчишк отчётливо понял: это никкие не волки, существ умнее, нмного умнее своих нездников–орков. Кк кони у Бртьев Ели в книгх Муркок про Корум Лло Эрйнт. Вопрос в том, умнее ли они людей?

Хм… Но сейчс волков и их нездников в деревне нет. А местные не горят желнием пчкться рботорговлей. Пшк перевлился н бок, встл н четвереньки и подобрлся между спящими к щелястой стене. Сложен он был умело, крепко, хоть и с дырми и без цемент — без шум не рсштешь. Деревня спл, но у ворот горел костёр и возле него виднелись тени. Лошдей не видно нигде… Местные крулят, что ли?

Пшк вздрогнул — его взяли з плечо — и отштнулся, готовясь зщищться. Но в отблескх через щель сверкнули глз Туннс.

— Я хочу бежть, — прошептл Пшк. — Понимешь? Бежть, — он покзл пльцми. Туннс кивнул и тряхнул Пшку з плечи — одобрительно. Потом и выствил шесть пльцев — руку и ещё один — покзл н себя, выствил ещё один, покзл н Пшку — выствил восьмой. — Восемь человек хотят бежть? — прошептл Пшк. — Восемь, д? Со мной и с тобой?

— Tolodh[24] — кивнул Туннс. Сложно было не понять, о чём говорит мльчишк. Туннс пошевелил рукми, покзл дв пльц кольцом. Кивнул н Пшку.

— Без вопросов, — кивнул мльчишк и сглотнул от волнения. — Я помогу, — он несколько рз кивнул, помедлил и, протянув руку, пожл лдонь юноши. Туннс несколько недоумённо посмотрел н Пшку, потом улыбнулся и крепко, резко перехвтил его првую руку — под локтем — своей. Пожл. — А, вот кк у вс, — тоже улыбнулся Пшк. — А я вообще–то левш…

* * *

Утро было солнечным и холодным, но безветренным. Грязь от вчершнего дождя схвтило морозом. Иней сверкл, кк рссыпнное и рзвешнное серебро, но от этой крсоты стновилось не по себе. Тем более, что притщившие хлеб и большой котёл с ккой–то похлёбкой (следом вошёл один из молодых конвоиров — с мискми) двое мльчишек явно поясняли людям в хлеву, что снружи холодно. Првд, сми они были босиком… хотя им–то из дом никуд не шлёпть.

Рбы особо никуд не торопились — поднимлись, явно руглись, потягивлись, переговривлись… Пшке хотелось почистить зубы. Ужсно хотелось. Дже больше, чем есть.

В котле окзлось что–то жидко–мучное и вроде бы с грибми. Хлебть это пришлось через кря плошек… и кстти, похлёбк окзлсь вкусной. Рельно вкусной, не просто с голоду. Рыжий конвоир зевл во всю псть и сонно посмтривл вокруг. «А вот скрутить его сейчс, — вдруг подумл Пшк, жуя хлеб. — Их тут всего трое… местные — неужели будут з них воевть? Орки рядом, но не здесь же…»

Нет. Его собрться по несчстью в основном не выглядели трусми. И, если они не пользуются тким явным шнсом — знчит, есть причин. Видимо, местные не любят рботорговлю в принципе, но всё рвно врги южнм. Хотя стрнно кк–то. Туннс говорит, что это Рудур — его земля. Но он внешне не похож н деревенских совсем. Путниц ккя–то… Хотя (Пшк вздохнул) — что он тут вообще пок понимет? Ни фиг.

— Люблю я русскую еду, — пробормотл он, — но ем обычно, что нйду.[25]

Пок ели — подошли двое других конвоиров. С ними шёл вчершний стрик, все трое держли в рукх кружки с чем–то дымящимся; ещё одну молодой конвоир принёс своему ровеснику. По хлеву поплыл ромт корицы и яблок. Кто–то громко скзл что–то вопросительным тоном, вокруг зсмеялись, и дже конвоиры поддержли, седой тк просто зхохотл, рзевя псть — с удивительно крепкими целыми зубми.

Говорят они н рзных языкх, отмечл Пшк. Эти, рыжие — н языке, немного похожем н нглийский и немецкий. А почти все р… пленные — н совсем непонятном. Но языки друг друг они понимют. Крту бы вспомнить, ведь был крт… Пшк тщетно мучил себя — и, кк чсто бывет, стоило ему отчяться и перестть думть о крте, кк он вспомнилсь неожиднно подробно.

Их ведут н юг — к горе Эмон Сул и Восточному Тркту — тому смому, по которому хоббиты шли в Рздол. Но тогд тм не было никкого госудрств. А сейчс тм… что? Шхты? Лесозготовки? Поля? Все остльные тоже удивлены, видно, рньше туд людей не гоняли… Знчит — не шхты, не лесозготовки, не поля… что–то совсем новое. Вряд ли хорошее…

З всеми этими мыслями Пшк пропустил момент, когд их стли зковывть и выводить нружу. Хрень!!! Мёрзля грязь резнул ноги, кк битое стекло. Ещё новя пытк — ну лдно, счёт будет больше.

Деревня проснулсь уже двно. Провожли крвн только вездесущие ребятишки. Нпоследок — уже у лес — кто–то из них зпустил свежим нвозом в толстого нчльник конвоя, и вся свор детворы с хохотом ринулсь нутёк. А уже з опушкой нвстречу поплся рослый прнишк — Пшкиных лет, в потёртой одежде, грязных спогх, с копьём в руке и двумя белыми поджрыми псми, которые тут же встли по бокм от хозяин, едв появились чужие люди. Левя рук мльчишки был обмотн окроввленной тряпкой, вообще выглядел он рзухбисто–небрежно… но шею, зпястья и ухо укршло золото — витя толстя гривн, мссивные зруквья и серьг. Следом покзлись четверо пцнов млдше — они с нтугой, но весело тщили н волокуше огромного кбнищу, однко змерли н месте, увидев процессию.

Проходя мимо, Пшк встретился взглядом с синими прищуренными глзми своего ровесник. В них был гордость — врождёння и неосознння гордость молодого хищник, не знвшего до сих пор поржений в жизни. Было глубокое презрение — но не к Пшке и не к другим зковнным.

И было откровенное сочувствие — именно к ним.

* * *

К счстью, грязь очень быстро подтял. А нгнвшие колонну почти срзу орочьи всдники опять окружили идущих. Пшк зметил, что их вроде кк стло… меньше, что ли? И некоторые явно были рнены.

«Зсекли» это и другие пленные. По колонне пробежл шепоток. Впрочем, рзгдк пришл почти срзу — через ккие–то полчс неспешного ход–волочения.

Слев открылсь вырубк, н которой тут и тм лежли тел орков и волков — примерно десяток и полдюжины. Тут же нходились ещё с десяток орков — тяжелорненые и кое–кк перевязнные. А смое глвное (Пшк подобрлся) лежли дв больших коня и воин–человек. Пшк не мог толком рзглядеть его — и конские трупы, и труп человек лежли у опушки метрх в ст. Зто…

Колонну остновили, всдники спешились. Двое орков волоком протщили от опушки к толстяку–нчльнику молодого, лет Туннс, прня в доспехх, помятых и покрытых кровью. Пшк зметил, что у него явно перебит првя рук и рссечен голов — кровь всё ещё вяло лилсь по длинным светлым волосм. В нескольких местх висели обрывки кольчуги, похожие н обрывки свитер — тоже перепчкнные кровью. Поверх доспех — тоже оборвння и окроввлення — был ндет серя нкидк с лым гербом: орлом, рспростёршим крылья.

Змерев и вытянув по швм стиснутые в кулки руки, Пшк нблюдл з происходящим. В сущности, молчли все, только орки глдели нд своими рнеными. Д ещё рздлся резкий голос толстяк — он стоял, широко рсствив ноги и похлопывя плетью по левой лдони — и сейчс что–то скзл пленному. Ткнул плетью в орл н нкидке.

Стоявший перед ним прень выпрямился, придерживя првую руку левой. Пшк хорошо видел бледное от потери крови и, нверное, стрх, лицо с тонкими чертми, чем–то похожее н лицо Туннс. Губы пленного скривились, он ответил коротко и отвернулся. Нет, понял Пшк, не боится он. Не…

— Ох! — вырвлось у мльчишки, и Туннс, подвшись к нему, звякнул цепью и прижл лицом к себе. Но Пшк всё рвно видел — не смог, не успел отвернуться…

Орки нвлились н пленного и швырнули его н колени. Во взметнувшейся руке толстяк крсиво, чисто сверкнул н солнце меч — длинный, прямой. И, кк–то легко, игрючи, рухнув вниз, отсёк пленному голову. Он с неожиднно громким тупым стуком упл н мокрую обочину под гогот орков. Тело ещё несколько мгновений стояло н коленях, выбрсывя две густые, очень яркие струйки, потом — рухнуло н бок, перевернулось н спину, кк живое и оттолкнулось ногми, дёрнулось… нконец — змерло.

Пшк ощутил сильнейший спзм в желудке и головокружение. Быстрот и простот рспрвы покзлись ему душным плотным одеялом, которое нбросили н плечи и голову — сверху ещё нвлили тяжеленный мешок. Мльчишк понял, что теряет сознние от ужс и отврщения — и никк не мог избвиться от стоящей перед глзми кртины: он снов и снов вспыхивл н тёмном фоне нвливющегося обморок — кк стоп–кдр из стршного фильм.

Фильм, фильм, фильм, зтвердил Пшк про себя, стрясь сосредоточиться н ощущении рук Туннс н плечх и спине.

Но колонн пошл дльше. И Пшк увидел — увидел у своей ноги, левой — обезглвленное тело, из которого всё ещё вытекл кровь. Лицо вляющейся рядом головы, к счстью, было скрыто волосми.

Мимо протрусили дв волчьих всдник. Один из волков повернул голову, уствился в глз Пшки.

Н этот рз мльчишк не отвёл взгляд. Волк приподнял губу, обнжя клыки — клыки в плец длиной.

И тогд мльчишк тоже осклился. Не в шутку — всерьёз…

…волки прорысили дльше.

* * *

К остновке н обед стло совсем тепло, кзлось дже, что нступило лето. По дороге то и дело шли обозы, конные и пешие отряды и одиночки — все с оружием. Пру рз снов нчинлись поля, в которых виднелись деревеньки. А один рз влево свернул короткий отрезок дороги, вымощенной кмнем. Около поворот лежли ккие–то кменные куски — вроде бы рзбитя сттуя. А чуть дльше — н плоском холме — чернели рзвлины змк. Не ткого мощного, кк в книжкх — но явно змк… Рзвлины не производили впечтления древних, вот что отметил Пшк, против воли трогя языком изнутри зпухшую щёку. Дже скорей было похоже, что змок не тк двно взяли штурмом…

…Снов т же кш. Впрочем, ншгешься вот тк — и съешь что угодно. А н обочине — склоне, который уже порос трвой и прогрелся — было сидеть дже приятно. Орки н этот рз не отдыхли — шныряли вокруг снов и снов, петли и круги нрезли, и Пшк стрлся понять, что ж они тк беспокоятся?

Мльчишк вздохнул. Тронул з рукв Туннс, кивнул н одного из волков и спросил:

— Кк нзывется?

Туннс понял.

— Gaur, — скзл он. — Gaur.

— Гур, — повторил Пшк. — А это? — он покзл н себя, н Туннс. — Люди?

— Аna, — улыбнулся Туннс. Кивнул н орков: — Ork.

— Это я зню, — буркнул Пшк. А Туннс ещё рз укзл н Пшку и скзл:

— Yothejd… — потом — н себя: — Eruhin.

Пшк свёл брови. Этого он не понял.[26] Но рсспросы не прекртил:

— Дорог, — он укзл н неё.

— Bathan… — и хлопнул Пшку по руке, ззвенев цепью: — Pa.

— Рук, понял… Згрдун, — вспомнил Пшк клич, который выплил вслед з другими около посженных н колья.

— Ha–a–a… — протянул Туннс и усмехнулся. Рзвёл рукми: мол, не могу объяснить.

Колонну нчли поднимть. Вствли все неохотно, с ругнью, неспешно.

А Пшк сейчс дорого бы дл, чтобы узнть нконец — куд же их ведут — и зчем?!

* * *

К городу вышли тем вечером.

Првд, что они идут к городу, стло ясно ещё чсов з пять до сумерек. Дорог превртилсь в широкий мощёный кмнем тркт с мерными столбми по обочинм. Люди — пешие, всдники, повозки — двиглись в обе стороны не то что сплошным потоком, но густо. Слев и спрв больше не было лес, он отступил — лежли бесконечные поля. И в эти поля уже нчло сдиться солнце, когд впереди появились дом. Их было много, но уствший Пшк дже кк–то не срзу понял, что это не деревня, потому что дльше — з этими домми — поднимлись серые стены с невысокими бшнями, д и домов было явно многовто дже для большой деревни.

— Forombar[27], — скзл Туннс.

Пшк кивнул. Он, если честно, сейчс больше всего хотел присесть или прилечь.

Орочий конвой свернул куд–то в сторону. Вместо него появились восемь всдников, и Пшк понял: меняют и человеческий конвой. Стрнно. Вслед уезжющему толстяку и двум молодым прням мльчишк смотрел чуть ли не с сожлением. Вернее — это было не сожление. Просто от новых конвоиров неизвестно чего можно было ждть.

Впрочем, они просто поехли шгом спрв и слев и тоже не выглядели особо счстливыми от своей роли. Комндовл ими молодой мужик с короткой бородкой, но без усов. Он срзу усккл в голову и свернул колонну куд–то впрво, в грязную улицу, которя резко спусклсь вниз. Видно, это когд–то был оврг. Потом поверху построили дом, ещё потом понстроили и по склонм, вплоть до смого низ — д нет, не дом, скорей хижины. Пхло дымом, дерьмом припхивло тоже, и эт вонь мешлсь с зпхом ккой–то еды. Тут был уже ночь, если тк можно скзть. В этой ночи двиглись и перемигивлись огоньки, слышлись людские голос. Под ногми хлюпло… но не холодно — и уже хорошо. Уже хорошо.

Глв 9,

в которой беготня переходит в эндшпиль, н Пшк не знет этого слов.

Форомбр Пшк толком и не видел. Д и не особо хотел. Когд ты в тком положении, то смотреть по сторонм быстро стновится тошно. Они переночевли в зпирющемся сыром сре, утром просто пошли дльше. Точнее — их погнли, орки появились снов уже з городской околицей. И не одни — пригнли ещё человек сто, не меньше, уже зковнных.

В следующие восемь дней пути н юг новые пртии — человек по тридцть–шестьдесят — присоединялись к колонне кждый день. Теплело тоже с кждым днём, и, хотя чсто шёл дождь, чувствовл себя Пшк неплохо. Физически неплохо.

Думть о прошлом он себе зпрещл. Хотя кждый вечер, когд они остнвливлись н ночлег в деревнях, обязтельно считл: меня ищут третий день… пятый день… восьмой день… Ненвидел себя з этот отсчёт — и считл, хотя кждый рз понимл, что придёт потом: кртины родной деревни, поиски, родители, бртья… Иногд мльчишк нчинл цепляться з мысль, что, может, кк в некоторых книгх и фильмх тм, дом, время не идёт, остновилось относительно этого мир. Мысль успокивл. Но только до того момент, когд он зсыпл и видел во сне всё то же.

Пшк никогд не жловлся н пмять. Но тут зметил, что с трудом зпоминет слов местного язык, хотя рсспршивл Туннс кждый день при любой возможности. Нет, тоскливо думл он после кждого урок, в рбстве я не смогу. Вот ведь не бьют, не зствляют рботть, не издевются, дже голодом не морят в общем–то. А мне тк погно, что дже стршно. Кк будто всё вокруг змедлилось, и дже сообржю я хуже обычного.

Честно скзть, он не змечл приготовлений к побегу и дже усомнился: может, Туннс нврл про побег, или он см, Пшк, что–то не тк понял? Мысли об этом тоже приходили по вечерм, и от них никуд было не деться. Кк будто в лдонь положили горящий уголь и нсильно сжли кулк. Можно только скрипеть зубми и ждть, пок остынет… но ведь и тогд шрм остнется нвечно — пятно н изуродовнной лдони.

Пшке хотелось выть. В голос, по–нстоящему. Временми вместо рвнодушия нктывло дикое остнение — и пру рз Туннс ловил лдонь молчишки в последний момент — когд тот собирлся выдернуться из оков и… что дльше, он и см не знл. После этих приступов ярости нстроение стновилось немного получше. Дже получлось рзмышлять н отвлечённые темы… но и эти мысли были невесёлыми.

А ведь это было тысячелетиями, думл мльчишк, уже привычно то шлёпя по мокрой после дождя, то шгя по подсохшей под лучми солнцы дороге. Стршно подумть, тысячелетиями это было. Десятки миллионов людей вот тк прошли по дорогм в оковх и пропли в никуд. В сущности, кусочек истории, когд людьми перестли торговть по крйней мере официльно — это ккой–то век. (Д и то… в пшкином мире всё постепенно ктилось обртно в яму, он это понимл, не мленький…) А до этого — кого интересовли чувств рб в Лврийских рудникх, нд которыми рзные тм Плтоны н вольном воздухе хитромудрствовли в философии? Или подпск, н которого ндевли ошейник с четырьмя длинными шипми — чтобы не лёг и не уснул, не проспл брский скот, пок брин упржняется по–фрнцузски? Д, временми возникли госудрств, где о людях думли, кк о людях. Но во–первых, нендолго в плне истории. А во–вторых — и тм кк првило «людьми» считли своих. И только. Чёрт его знет. Может, союзники–друзья Туннс тк же преспокойно торгуют этими рыжими? Может, они для Пшки кжутся хорошими только потому, что одной цепью сковны…

После ткой мрчной философии опять приходило отупение. Но кк–то рз Пшк всё–тки решил выяснить этот вопрос и при помощи то пльцев, то трёх десятков с грехом пополм выученных слов рстолковл Туннсу: мол, есть у вс рбы?

Юнош побгровел. Скзл возмущённо: «Нх эфл–эфлк!!!»[28]Пшк понял, что, кжется, его послли — понял из–з сходств первого слов с прослвленным русским ругтельством. Но Туннс быстро успокоился и кое–кк пояснил в ответ: нет рбов. Эрухини не держт рбов. Никогд не держли. Нсчёт «никогд» голос Туннс вроде кк зпнулся[29], но в остльном не верить ему не было причин. Д и рекция слышвших рзговор других людей не оствлял сомнений в его првдивости.

Утром девятого дня впереди появился вл.

Пшк не понял, что к чему. Но все вокруг нчли переговривться, Туннс взял мльчишку з плечо и несколько рз тряхнул, что–то повторяя. Пшк рстерянно улыбнулся…

…Что это ткое — он понял позже, когд всё стло совершенно ясно. Влево и впрво — н широкой росчисти среди лес — уходили строящиеся укрепления. Сотни людей копошились н них: копли и тскли землю, вбивли колья, возводили бшни, пилили, рубили и строгли… Ещё до того, кк стли рзличимы люди, был слышен гомон, треск, визг и шум.

Строились укрепления. Мсштб… человек млообрзовнный скзл бы — «Китйской стены», но Пшк знл, что никкой Китйской Стены не существует и подумл — Адринов Вл[30]. Строились явно по плну, хоть и нспех.

Тк вот куд, сообрзил Пшк, нс гнли! Тк. А дльше?

Дльше всю колонну выстроиили — и перед нею появился человек, вид которого вызвл у большинств рбов явный стрх, у некоторых — в том числе у Туннс — столь же явное злое отврщение. Высокий, темноволосый, стройный, широкоплечий, в чёрном плще, чёрном колете, с длинным мечом н поясе, он кзлся молодым, но в то же время было видно, что это лишь внешность. Не просто обмнчивя — обмнчивя полностью. Пшк не знл шёпотом повторённого многокртно слов «морэдйн», но тоже подобрлся.

Морэдйн.

Морэдйн — имя, что ли?[31] — явно знимлся рспределением н рботы. Следом з ним шли несколько человек — точь в точь писцы из книжек — и вёл огромного крсивого коня в богтой сбруе гордый, кк щенок в новом ошейнике, мльчишк помлдше Пшки. Рыжий, но волосы не в косы зплетены, кк у всех местных, рспущены, кк у господин. Видно было, что мльчишк счстлив без пмяти прислуживть темноволосому тлету. Пшк дже зубми скрипнул.

Из неровного строя рспорядителя рбот несколько рз явно стрлись оскорбить, причём не стесняясь, в голос. Но он, что говорится, и ухом не вёл, только отдвл черкющим н ходу плочкми по доскм писцм короткие рспоряжения. Следоввшя в отдлении орочья охрн рзбивл людей н группы, отковывл и уводил.

А Пшк между тем нпрягся. Морэдйн остновился прямо перед ним, глянул — с высоты, но не свысок, кк–то удивлённо. Спросил что–то. Пшк промолчл, глядя ему между глз — есть ткой приёмчик, глядишь вроде и в лицо прямо, в то же время взгляд не поймть. Д он и всё рвно не понимл спрошенного. Но морэдйн повторил вопрос. Что–то ответил кто–то из пленных. И морэдйн, хлопнув по бедру высоченной кргой с зубчтым рструбом, пошёл дльше, не оглядывясь. Вёдший в поводу коня мльчишк н ходу длинно и презрительно сплюнул Пшке между ног…

…То ли Туннс всё–тки что–то знл точно, то ли пондеялся н «вось» — однко всех, пригннных из Эттенблт, оствили вместе и, отковв от общей цепи, повели под конвоем четырёх орков прямиком к влу. Протянули, опоздли, зло думл Пшк. Отсюд кк сбежишь–то?! Првд, никкими «ужсми рбств», которые тк любят рсписывть многие фнтсты — тип плетей или рсклённого клейм ( Пшк всё–тки внутренне приготовился к этому…) не нблюдлось. Но это, честно говоря, и не рдовло почти. Уж не знчило ли ткое отношение, что н рбов тут смотрят дже не кк н собственность, кк н млознчщие детли ккого–то мехнизм… или вообще смзку для этого мехнизм? Мол, и возиться не стоит… Похоже было н то, что глвное здесь — стройк, и никк инче…

…Нет, видимо, Туннс всё–тки что–то знл. Потому что их групп не здержлсь н влу — её провели под конвоем в проём, в котором, нверное, будут устновлены ворот. И повели дльше к лесу — по широченной, в километр, росчисти.

В лес вели несколько дорог. Кк рз когд рбы входили с опушки в глубину — нвстречу поплись одн з другой несколько «упряжек». Пшк с ужсом и сострднием отвёл глз — оборвнные измученные люди с перекошенными лицми тянули н верёвкх, нлегя всем телом, здоровенные дубовые брёвн. «А ведь и мне тк же придётся… нет, не буду, не стну… или кк же?» — бессвязно подумл мльчишк, против воли кривясь, чтобы не зплкть.

Колонн отшгл по просеке с километр. И впереди покзлсь росчисть, н которой блдели с полдюжины спешенных орков. Лежли грудой топоры, пилы, ккие–то цепи — нверное, одинрные нручники.

Пленных остновили. И стли отковывть по одному — но тут же зпихивть в пры цепей: н ноги и н руки. Нручники позволяли рукми довольно ктивно шевелить. А вот кндлы н ноги движения огрничивли очень резко. Оствляли возможность ковылять потихоньку — и не более.

Почему–то кндлы н ногх покзлись Пшке нстолько омерзительными, что он готов был взорвться. И остновил его только предостерегющий взгляд Туннс. Стиснув зубы, мльчишк по очереди ствил ноги н специльный пенёк и, глядя в зтылок зковывющему орку, предствлял, кк… по этому зтылку… с рзмху… д нручникми… фух, всё.

Орков опять остлось четверо, остльные уехли обртно. Ну првильно, рбы едв могут прошкндыбть от дерев до дерев, особо и охрнять не ндо. А тихушня проверк между тем покзл, что руки Пшки и тут проходят в кольц. А ведь, подумл он словно не о нём речь шл, можно было догдться сделть кольц для нручников овльными. И всё. Фик вытщишь.

Они с Туннсом пилили уже второе дерево. Рботть пилой Пшк умел, постоять н месте было дже приятно — при движении кндлы били ноги тк, что моментльно их рскровянили. Кроме того, рбот позволял согреться — с север вдруг нтянуло тучи, день срзу стл весеннее–нежрким, дже ветер подул откуд–то, мйк Пшки двным–двно состоял из большого количеств дыр, рзделённых полоскми и ниткми ткни. Хорошо ещё, джинсы держлись.

Орки между тем…

Пшк не верил своим глзм.

Орки уснули. Элементрно уснули, рзвлившись вокруг солидного пеньк, н котором, кк н столе, чем–то зкусывли.

Туннс перестл пилить и кивнул Пшке.

Мльчишк ощутил, кк в щёки и уши удрил кровь, збурлил где–то в голове, и он почти оглох. Ссживя кожу, вытянул руки из нручников и, повинуясь жесту Туннс, пошёл ещё з двумя рбми — с топорми. Остльные продолжли рботу.

Они отошли шгов н полсотни. Один из людей положил н повленное дерево свой топор, второй помог Пшке устроиться — и двумя резкими, точными удрми перерубил цепь возле смых щиколоток, почти не сделв мльчишке больно. Метллические кольц болтлись н ногх, но сми ноги были свободны. Д нет, Пшк весь был свободен! Он впервые з последнюю неделю был не зперт и не сковн, и вокруг был лес!!! Мльчишк поднял руки к небу и зсмеялся. Дже подпрыгнул н месте, хоть и молч.

Освободившие его тоже улыблись понимюще… но и кк–то нпряжённо. Пшк понял — почему. Если он сейчс вздумет бежть один — он нверняк убежит. А они — остнутся. И эти люди боялись — что решит в общем–то чужой, дже язык их не знющий мльчишк.

Пшк опустил руки. Помотл головой:

— Нет. Я не убегу, не брошу, — решительно скзл он и снов помотл головой. — Не брошу. Пошли! — и первым двинулся обртно. Чтобы не было никких сомнений…

…Шум орки не услышли. В принципе, подумл Пшк, сбежть пленные могли бы и тк, без его помощи. Но было бы сложнее — и не фкт, что в ккой–то момент лязг желез о железо не рзбудил бы орков.

А вот ему смому стло очень стршно. Тк, что моментльно вспотели руки, рот переполнился слюной. Пшк испуглся, что хлопнется в обморок…

…Есть ткое бнльное словечко — «вдруг». Но что делть, если многие большие вещи случются именно «вдруг»? В тот момент, когд Пшк остновился у крйних деревьев, не в силх идти дльше ( н него смотрели не перестющие рботть) — и его нчло крутить и гнуть, ноги собирлись то ли дть дёру в лес, то ли просто откзть н месте — вот именно в тот смый момент, вдруг мльчишк услышл где–то в глубине себя Голос.

Он и рньше слышл этот голос, когд писл стихи. Почти всегд — после хорошей книги или фильм. Стихи его хвлили и ругли, по–рзному. Смому Пшке они нрвились, но он был очень смондеянным прнем… тогд. В прошлом. Последние дни смоуверенность его выкорчевли здорово, и о стихх он кк–то не думл.

А вот сейчс…

 _«В_небе_реет_знмя,_
 _Смело_мршем_в_бой!_
 _В_нших_душх_плмя_
 _Не_злить_водой!»_

Стихи были не х. Может, слишком бодренькие. Может, слишком склдненькие (Пшке вообще–то не нрвилось рифмовть одинковые чсти речи). Но кк–то тк вышло, что сейчс — сейчс вот ткие стихи и были смое то.

И Пшк пошёл. Быстро и решительно пошёл к оркм — глядя не н них, между ними, но без колебний, ощущя, кк это здорово — быть хозяином своему телу. И кк–то подсознтельно, бочком мозг, Пшк понял: больше кндлы н него не нденут.

Не нденут, и всё тут.

Он шёл и думл эти стихи — они приходили строчк з строчкой…

 _«В_небе_реет_знмя,_
 _Смело_мршем_в_бой!_
 _В_нших_душх_плмя_
 _Не_злить_водой!_
 _Дрться_до_победы,_
 _Биться_до_конц!_
 _Смерть_живым_неведом_—_
 _Нет_у_ней_лиц._
 _Презрев_ее,_труби_же_в_рог,_
 _Чтоб_стрх_сковл_врг._
 _Для_Свет_тысячи_дорог,_
 _Во_Тьму_же_лишь_одн._
 _Зчем_ждть_милости_врг?_
 _Стонть,_влч_ярмо,_
 _Пок_сжимет_меч_рук_
 _Решенье_лишь_одно!_
 _Живи_же_тк,_чтоб_умерев,_
 _Увидевши_отц,_скзть:_
 _«Я_не_позорил_НАШУ_честь_
 _До_смого_конц!»_[32]

С последней строчкой Пшк окзлся возле орк с ключми н поясе, быстро нклонился, быстро снял кольцо с крюк и кинул нзд. Не глядя.

Орк открыл глз. Непонимющие.

— Ну ссссук, — процедил Пшк, ещё не зня, что же ему делть и кк быть.

Орк решил всё з мльчишку. Цпнул пояс. Вскинулся. Отктился. Вскочил. Схвтился з рукоять ятгн.

Тогд Пшк прыгнул н него, потому что ничего другого уже не оствлось.

Орк был крупный, выше и тяжелей Пшки, и сильней. Но у него — кк и у многих нродов мир Пшки! — был один серьёзный для бойц недостток, вообще хрктерный для орков. Он привык брть нхрпом, угрозми и визгом. И сейчс, когд человеческий мльчишк вместо того, чтобы испугться, нлетел н него, сднув плечом под дых и сделв подножку, орк… испуглся см. Окзлся внизу и, вместо того, чтобы пустить в ход нож, стл с воплями оттлкивть мльчишку. А Пшк оседлл противник и нчл бить его кулкми в лицо — попеременно с првой — и рбочей левой, не обрщя внимния н когти орк, которые окончтельно рзнесли мйку н груди и рвли кожу.

Этот первый бой стл бы для Пшки и последним — потому что он, кк и многие новички, видел только своего противник, которого побеждл, ещё один орк уже змхнулся н мльчишку ятгном (кстти, дрк Пшки с комндиром дл пленным ещё время — орки не понимли, что вообще творится, и решили, что один рб кк–то освободился и сдуру нпл). Но удрить орк не сумел — брошенный Туннсом топор угодил в лоб орку обухом и рзмозжил тому голову…

…Пшку оттщили от орк и тут же прикончили того трофейными ятгнми. Мльчишк рычл и хрипел, сжв в кровь рзбитые кулки. Потом из крсного тумн выпляли глз Туннс, который держл Пшку з виски и что–то говорил.

— Мне нужн рубшк, — неожиднно для смого себя скзл Пшк, посмотрев н зливющиеся кровью длинные и глубокие црпины н груди. И отчётливо вспомнил слово: — Нammad.

* * *

Несколько рз плеснув себе в лицо водой, Пшк рсплстлся н берегу ручья и лежл тк — лежл несколько минут, хотя понимл, что эти минуты — предтельство. Из успокоившейся поверхности воды (с чёлки Пшки пдли, тревож её, редкие кпли) смотрело чуть колеблющееся лицо мльчишки — измученное, всё в грязи и зсохшей крови из длинной црпины н щеке.

— М, — скзл Пшк и попытлся отжться, встть. Но руки тряслись, и он поднялся, кк стрик — подобрл ноги, сел, потом встл, дже придержвшись з ветку дерев. Достл из крмн джинсов комок ткни — бывшую мйку — снов нгнулся, нмочил её и побрёл в кусты.

Туннс лежл з кустми н боку. С зкрытыми глзми, тяжело, сипло дыш. Белые губы покрывл корк.

Пшк ндеялся, что Туннс умер, пок он ходил к ручью. И сейчс готов был рсплкться, видя, что тот жив.

Мльчишк тщил нполовину более тяжёлого юношу со вчершнего утр — сейчс был новый полдень. Стрелу, вошедшую под рёбр, Пшк сломл и кким–то чудом сумел уволочь Туннс от выследившего беглецов птруля. Сейчс он жлел об этом, жлел, что не побежл один, , увидев, кк Туннс влится в сторону с побелевшим лицом, вернулся, подхвтил под мышки и поволок.

Тк он и тщил Туннс с тех пор — то пятясь, под мышки, то н спине, кк мешок, штясь и постнывя от тяжести. Нет, не всё время. Когд Туннс пришёл в себя, то прошёл см чсов пять. Потом упл. С тех пор он ещё рз четыре шёл см — минут по двдцть, по полчс, ну — чс. Потом пдл и Пшк его волок, ругясь — то шёпотом, то в голос. Несколько рз плкл, но не нвзрыд, зло, с рычнием. Опять руглся. И опять волок.

Ночью — они кое–кк устроились в сырой ложбине — Пшк почти не спл. Сжимлся в комок и слушл, кк Туннс дышит. Нет, не слушл — чувствовл спиной ккие–то сбивчивые толчки и рывки внутри тел стршего… друг? Чёрт его знет… Пшк дже большей чстью не понимл, что Тунс говорил. А с утр вообще нчл его ненвидеть. Туннс больше не мог идти см и вообще в себя не приходил. А Пшк встл с одеревенелой спиной, был сперв дико голоден (он не ел двое суток), но чс через дв голод отступил, сменившись жждой и ощущением ломоты в суствх. Мльчишк ндеялся, что это не болезнь. И действительно, сейчс, когд он нпился, ломот отступил. Но слбость остлсь.

Пшк опустился рядом с Туннсом н колени. Хотел уже выжимть воду ему н губы, но тот открыл глз — тк неожиднно, и были они ткие ясные, что Пшк отштнулся и сел.

— Лучше? Тебе лучше?! — вся злость был збыт.

— Pashka, — скзл Туннс. Протянул руку и взял мльчишку з колено. — Ayadda… izindi bathan… a… abar…[33]

Он ещё что–то добвил. Потом улыбнулся. Сильно сжл Пшке колено.

И глз у него стли пыльными.

Минуту, не меньше, Пшк стоял н коленях неподвижно. Потом — рывком прижл к лицу мокрый комок. Зстыл. Неподвижно и молч, кк будто окменел.

И лишь ещё через минуту рздлось первое рыдние — тяжёлое, длинное, нтужное.

Не приносящее облегчения.

Глв 10,

в которой Грв дёт клятву и не жлеет об этом.

Грв змолчл и сгорбился в седле.

Эйнор тоже молчл — кчлся в седле, смотрел между конских ушей и выглядел совершенно непробивемым, рвнодушным. Мльчишку колотило, он никк не мог успокоиться. Неизвестно, кк рыцрь поймл момент, когд Грв пришёл в себя — но определил точно и опередил Фередир, который кк рз тоже продышлся и восторженно открыл рот:

— Вот это д… члся седле, от них никуд было не деться.

— Знчит, Руэт строит укрепления рукми рбов, пригоняют их дже из Ангмр… Добря весть, — в голосе Эйнор был зля ирония. — Что было потом? — спросил он резко.

— Потом… — Грв потёр лоб. — Потом я не помню. Нверное, я всё–тки зболел и кк–то шёл…

— А всё–тки? — голос Эйнор был спокойным, дже чуть ленивым, но глз — глз стли пристльными и холодными. — Откуд ты тк хорошо знешь нши мест? Шёл ты больной, пусть. И что?

Лицо Грв сделлось беспомощным. Он зкусил губу и погрыз её.

— Ты говорил, что рньше никогд тут не был… — Грв помотл головой. — Но ты нзывешь почти всё, мимо чего мы проезжем.

— Я првд тут не был никогд! — почти взмолился Грв. — Эйнор… поверь мне, я не лгу! И не лгл!

— Я тебе верю, — кивнул Эйнор. — Я нуменорец, нс почти невозможно обмнуть… д и не стрлся ты меня обмнывть, когд говорил это, я вижу. Но тогд всё тем более интересно: откуд ты знешь мест, в которых не был никогд в жизни? Можно их изучить по крте. Д. Но зчем — вот вопрос? И кк ты всё–тки попл в Эттенблт? Ты нчл говорить с того момент, когд вышел н рвнину — откуд?

Пшк побледнел. С трудом скзл, не сводя глз с рыцря, который по–прежнему рсслбленно сидел н кмне, похлопывя по голенищу спог веточкой.

— В чём… в чём ты меня подозревешь?

— Пок — ни в чём, — прировл Эйнор. — Но пойми меня. Я ничего не зню о тебе. А это плохо. Особенно сейчс.

— Ты не поверишь, если я рсскжу, — упвшим голосом ответил Пшк. — Я см не верю. Но я не зню, кк попл сюд. Вообще не зню.

Возможно, нуменорц и нельзя было обмнуть. Но Эйнор и не ждл лжи здесь. А Грв не знл, почему не рсскзл првду — првду о Пшке и его мире. Может быть, он просто боялся, что эти люди — люди, которые ему понрвились и которые сделлись нконец–то чем–то вроде якоря для него в этом мире — решт, что он дурчок. Бросить не бросят, но сунут в ккую–нибудь деревню пстухом (почему–то у Пшки именно это ссоциировлось с дурчком в средневековье). И Грв «ушёл в откз» нкрепко, скзв ещё рз, что помнит себя только с того момент, когд увидел мокрую рвнину.

Точно. Грв не знл этого (подозревл), но Эйнор и првд внимтельно исследовл мысли и сознние мльчишки при помощи оснвэ[34] — однко искл он не те вещи, которые прятл Грв.

— Не бросйте меня, — вдруг жлобно и открыто попросил Грв. — Я поеду с вми и дльше, можно? Ну не бросйте.

— Эй… — нчл Фередир, брося н Грв короткие сочувственные взгляды. Фередир поднял руку — оруженосец зткнулся мгновенно — и посмотрел н Грв:

— Поговорим вечером, — скзл рыцрь. — Серьёзно поговорим.

Он скзл это сухо, почти неприязненно. Но мльчишке срзу стло легче.

Првд.

* * *

Фередир ушёл н охоту недовольный, хотя до этого несколько рз нпоминл, что неплохо бы поесть свежтинки. А теперь Эйнор его фктически услл. Грв рзводил костёр, поглядывя н эту кртину — он понимл, что рзговор будет с глзу н глз. Но не очень догдывлся — о чём.

— И кем ты хочешь с нми ехть дльше?

Вопрос нстиг Грв неожиднно — он кк рз ломл через колено толстую сухотину и почти уронил её. Повернулся, положил в огонь несломнную — плмя поползло по дереву.

— Я не зню, — хрипло скзл мльчишк. Эйнор кивнул н седло Фередир. Грв понял — подошёл, сел. Уронил руки между коленей. — Мне всё рвно. Мне же не… — он перхнул. — Некуд идти. Возьмите слугой.

— Я не хрдримец и не держу бесполезных слуг, — негромко скзл Эйнор.

— Я же помогю, — беспомощно прошептл Грв.

— Скжи, — предложил Эйнор. Грв вздрогнул:

— Что?

— Скжи то, что подумл. До того, кк предложил себя в слуги.

Грв почувствовл, что крснеет. Быстро, неудержимо. Горло ему стиснуло, потому что просьб был дикой и дерзкой.

— Я… — выдвил он. — Хочу… кк вы. Во… во… — он прокшлялся, попрвил деревяшку, которя уже кпитльно обуглилсь в середине. — Воином. Но это же невозможно…

— Почему? — голос Эйнор был искренне удивлённым.

— Но я же не…

— Не нуменорец?

— Нет, я не…

— Девушк?

— Нет! — Грв возмутился. — Я не… я же не знтного род. Я вообще… никто.

Он с трудом подобрл эти слов, и Эйнор явно не понял — не слов по отдельности, их смысл. Потом потёр висок и усмехнулся:

— А! Это… Я не понял срзу. В нших местх это не имеет… — Эйнор поморщился. — Имеет очень мло знчения. Дело рыцря — выбирть себе спутников и говорить, кем они будут, их дело — соглшться и оствться или не соглшться и уходить. И всё.

— А!? — Грв не верил скзнному и готов был звопить от восторг. — И ты…

— Я не против второго оруженосц. Но… — Эйнор оперся локтем н седло и несколько секунд смотрел поверх головы своего оруженосц. Потом тихо скзл: — Положи плщ и слушй. Предствь себе н секунду, что ты — сын воин. Внук воин. Првнук воин. Тебе рзрешют меньше, чем остльным. С тебя требуют больше, чем с остльных. И Крдолн — это твоя жизнь. Он окружет тебя, и ты знешь — вот символ твоей веры… — брови Грв удивлённо ндломились, но Эйнор не обртил внимния. — А ещё — твоя земля ведёт войну. Бесконечную, которя есть всегд. Горе тебе, если поверишь, что её нет — дже если он не нпоминет о себе годми! И ты знешь, что рно или поздно возьмёшь в руки оружие… В восемь лет я стл пжом. В одинндцть — оруженосцем. И в тот же год я увидел, кк убивют и что ткое — войн… — Эйнор помолчл. Грв слушл, чуть склонив голову к плечу и внимтельно глядя н рыцря рсширившимися глзми с золотой тревожной искрой. — У меня был друг, — продолжл Эйнор. — Сын рыцря, кк и я. Только он знл своего отц… Мы дружили все те три год — тот прень жил при дворе, кк и я. А когд мы стли оруженосцми — он поехл домой. Нендолго, отдохнуть… Он жил в среднем течении Буйной. Вскоре после отъезд пришл весть, что орки переходят грницу тут и тм, грбят и отктывются… Князь послл н грницу пятитысячное войско под комндой ншего лучшего полководц — Имрзор. Я тк гордился тем, что и мне доверили честь — идти с войском… Когд мы добрлись… орки уже ушли. Ушли, услышли, что мы идём — и ушли… Но кое–что они всё же сделли… Нс было пятьсот — дв десятк рыцрей с оруженосцми и пжми… четыре сотни лёгкой конницы с юго–восток. Мы зшли дльше остльных. Нвстречу дул ветер, плотный, кк зросли кустов. Пхнул чем–то тким отвртительным, что нс тошнило…

— Вы… — Грв не договорил. А Эйнор, кжется, и не услышл. Он зкрыл глз. И вдруг ощутил осторожное ксние — Грв видел его пмятью. Эйнор не успел дже удивиться — кк же тк, его же этому никогд не учили…

…Дом догорли. Орки сожгли всё, что не смогли утщить. Всё и… всех. Пхло горелым мясом от тел, которые лежли ближе к огню. Пыль, збрызгння кровью, свернулсь длинными чёрными полосми. Тяжёлые боевые попоны коней мели её крями. Серя пелен гри, поднятя подковнными копытми, скрывл отряд. Штндрты кзлись одноцветно–серыми, неясно дже, чьими…

Отрубленные головы орки вонзли н колья и рсствляли вдоль дороги. Не только головы — н некоторых ещё жили люди…

… — М–м!!! — вскрикнул Грв, вскидывя руку к глзм — лдонью нружу, словно он это видел няву и мог зщититься.

— Мы тоже вонзем головы н колья, — спокойно скзл Эйнор. — Головы кзнённых преступников. Но никогд никого не сжем н колья. И не делем того, что тк любят орки — не издевемся нд беззщитными.

— Твой друг — он… — нчл Грв, но Эйнор перебил его:

— Я искл. Долго искл. Я очень боялся, что орки схвтили его и увели. Нс учили, что лучше броситься н меч, чем попсть к ним. И дело дже не в ккой–то особой гордости, хотя мы — гордый нрод. Плен у орков — это… впрочем, ты, пусть крем, знешь, что это, — Грв вздрогнул. — К счстью, я ншёл его. Он лежл возле обрушившегося чстокол форт. Ему отрубили првую руку и голову, сорвли всё, что было ценного… но мы три год делили комнту, я не мог его не узнть — и пордовлся, что судьб позволил ему умереть в бою. Голову я тк и не ншёл — нверное, её бросили в огонь. А рук лежл подльше. С мечом. У нс были одинковые мечи, нс опоясли ими, кк оруженосцев — мой Бр, — пльцы Эйнор тронули рукоять меч, — тогд ещё ждл моего рыцрств… Меч был весь выщерблен. Помню, я подумл тогд: «Если уж придётся умереть в бою — пусть я тк же умру!» Я не плкл, только помню — всё хотел схоронить его, мне не двли и что–то говорили, говорили… дже удрили, чтобы я опомнился… Окзлось, Грв, что нс змнили в ловушку.

— Подожди, — Грв по–прежнему был бледен, но выглядел решительно. — Я должен это увидеть. См. Кк это у нс получилось…

«Не ндо», — хотел скзть Эйнор. Но кивнул и прикрыл глз:

— Смотри…

…Приближение орочьего отряд — ужсно. Их ещё не видно, но почему–то вновь поднимется ветер, и он несёт уже не только пыль, но ещё и ослбляющий тошнотворный ужс, от которого меч стновится неподъёмным, мозг зполняет мысль дже не о бегстве — о том, чтобы упсть нземь и просто ждть своей учсти.

Потом возникет звук. То ли вой, то ли рёв, то ли стон — слитный и двящий, ближе и ближе, и нет сил терпеть… Словно единый голос кричит тебе в уши обо всех твоих стрхх, грехх, слбостях. И ты — крошечня песчинк в этом безумном вихре, рождённом в длёких горх, который сейчс поглотит не только тебя, но и весь мир, тебе дорогой и тебя вскормивший.

Ещё миг — и горизонт подсекет чёрня кос. Он ширится, рстёт, обрмляется искристым сиянием и рождет ещё один стршный звук — слитный лязг метлл.

Это приближется врг. Впереди — волчьи всдники в чёрном железе. Вл, который проктится по тебе, рздвив, кк твоя ног двит мурвья — рвнодушно, походя и мгновенно. И вот уже нет ничего, кроме трёх полос. Вверху — небо. Внизу — вытоптння земля. Между ними — стремительно рстущя и пожирющя их стен чёрного желез. Вой пульсирует прямо в мозгу. Тебе — одинндцть лет. Ты стоишь голый перед этим неостновимым потоком. Всё кончено, всё кончено, всёконченовсёконченовсёкончено, всё…

 _Дрожит_земля_от_гнев,_
 _Вскипет_окен!_
 _Пути_нм_прегрдили_
 _Отряды_низких_стрн!_
 _Когд_потоком_диким_
 _Нс_потеснят_врги_—_
 _О_Тулкс,_Гром_Великий,_
 _Дух_Сечи,_помоги!_

…Что это?!

А строй поёт:

 _—_О_Врд,_будь_опорой,_
 _Зщитой_до_конц_
 _Душе,_что_стнет_скоро_
 _Перед_лицом_Творц._
 _Мы_все_среди_мучений_
 _От_женщин_родились_—_
 _З_верного_в_срженье_
 _О_Врд,_зступись!_

И твой голос — высокий и ещё детски–тонкий — см собой вплетется в мужской хорл:

 _Мы_вновь_идём_к_победм!_
 _Мы_—_это_смерть_вргм!_
 _Кк_помогл_Ты_дедм,_
 _Тк_помоги_и_нм._
 _Великий_и_чудесный,_
 _И_светлый_в_смертный_чс_—_
 _Эру,_Отец_Небесный,_
 _Творец,_услыши_нс!_[35]

…Рзвеялся душный морок ужс. Спешенные всдники опускют копья меж сдвинутых щитов, и грозно скрещены н них и н штндртх Мечи Крдолн.

С нми нш герб! Вер нш с нми! Вот мы встречем вс в поле, и вот нши лиц в обрмлении стли — плюньте в нс своим оружием, если хвтит мужеств, которого вы не ведете! Это вм не крестьяне в поселении и не зхвчення врсплох полусотня форт!

Нктывет тяжёлый вонючий вл, и уже видны осклы волчьих морд, шлемы с рогми, черепми и султнми, хвосттые чёрные копья… Подходят волчьи сотни — чуждые и чужие всему человеческому…

Эйнор ндевет лёгкий шлем, вдевет лдони в кольчужные руквицы, подёт рыцрю щит и пику. Губы сми собой шепчут слов выученной когд–то древней песни:

 _Грядущий_день_нс_прочь_
 _Уведёт_з_окоём._
 _Никто_не_узнет_нших_имён,_
 _Но_песни_будут_звучть._
 _Цель_тк_близк,_встретим_свой_рок._
 _Ты_не_одинок._
 _Без_стрх_иди_сквозь_тьму_и_холод,_
 _Ведь_песни_будут_звучть._
 _Они_будут_звучть…_

— Крепись, мльчик, — глухо скзл из–под шлем рыцрь, — мы выстоим.

Опустился второй ряд копий. Звук тки сделлся невыносим.

Всё. Больше нет ни неб, ни земли. Остря железня стен — во весь мир.

И вот — он рушится н перегородившую околицу сожженной деревни линию крдолнцев…

…С треском ломются копья. Кк пущенный ктпультой кмень, врезется в стену щитов черня туш с обломком копья, пробившего грубые толстые лты. Воют и визжт, звливясь, волки, и дымящяся кровь свищет в пыль чёрными струями. Гнётся стен щитов, но не ломется, в рукх третьего ряд уже сверкют «полуторки» и нходят щели в чёрном железе… Но уже и кто–то из крдолнцев пдет н щит, ломя вошедшее в грудь хвосттое копьё… у кого–то вместо лиц и шлем — смятя кроввя лепёшк от удр чем–то тяжёлым… Из зднего ряд выдвигются новые, отрстет поломння щетин копий, смыкется пробитя стен щитов — и ктят новые чёрные волны…

— Вперёд! Дгор, Крдолн!

Эйнор двигет коня з рыцрем — огромным, н гигнтском коне, рядом с которым волчьи всдники кжутся мелкими. Стльня глыб отводит сверкющий острый локоть — бьёт пикой, выдёргивет дымящийся грнёный нконечник из лопнувшего доспех… бьёт пикой… бьёт пикой… С хрустом рсседется тяжёлое веретено; его остток, превртившись в руке рыцря в плицу, вбивет в плечи угловтый шлем и летит в сторону…

— Дгор, Крдолн!

Эйнор ловко прикрывет рыцря своим щитом, двя возможность выхвтить меч, но рыцрь стршным неспешным движением достёт из петли у седл полэкс. Стльной в стльной руке, он поднимется…

— Дгор, Крдолн!

Кроввой грудой влится из седл то, что только что было волчьим всдником.

Копьё с визгом скользит по щиту Эйнор. У мльчишки не хвтет сил отклонить лёгким мечом удр тяжёлого лезвия, но со щитом он упрвляется ловко… Стршня мск, вся из кких–то углов, в поднятой чешуйчтой руке — ятгн… Узкий клинок лёгкого меч в до откз выброшенной руке Эйнор входит в глзную щель мски — кровь ручейком бежит по долу.

Ах! Грнёный молот в руке орк бьёт рыцря в лоб — ловко! Бессильно пдет рук с окроввленным полэксом, и орк с торжествующим воем вскидывет молот для удр в зтылок, от которого не спсёт шлем…

Эйнор принимет удр н щит и слышит, чувствует, кк хрустко–больно ломется кость. Открыв рот, он кричит и принимет н себя всю тяжесть безвольно склонившегося н сторону рыцря, одновременно обняв его сломнной рукой и зкрыв щитом — не двя упсть.

Орк рычит и вновь поднимет своё стршное оружие, чтобы вмять в плечи черноволосую голову нглого щенк вместе с лёгким шлемом… поздно! Лтный кулк перехвтывет вооружённое зпястье, гнёт нзд… орк хрипит, но не может освободиться, в левой руке пришедшего н помощь другого рыцря мелькет — рз, дв, три! — узкий нож, ловко пронзя более слбую метллическую чешую н открытом боку орк… и второй оруженосец зкрыл щитом уже и смого Эйнор, и нчвшего шевелиться оглушённого рыцря…

…Грв тяжело дышл. Эйнор смотрел н него спокойно, потом скзл:

— Утрись. У тебя лицо всё в поту.

Мльчишк медленно вытерся. Помолчл. Эйнор молчл тоже — но явно ждл, когд Грв зговорит.

И тот зговорил.

— Стршно… Я не зню. В общем, я ничего не зню. Я дже прошлого своего не помню. Но кк Туннс тщил… помню. И людей н кольях я видел. Поэтому… если можно… я бы хотел…

— Тогд встнь, — скзл Эйнор. И см поднялся, обнжя меч. — И подумй ещё рз. После того, кк ты повторишь з мной всего несколько слов — путь нзд будет лежть лишь через предтельство, путь вперёд может привести к смерти. Уже н днях! Подумй!

Голос юного нуменорц нполнился тяжёлой и жутковтой силой. Грв дже поштнулся. Но выпрямился и вскинул подбородок.

— Я готов.

— Я, Грв… — нчл Эйнор тут же. И мльчишк, притиснув к бёдрм сжтые до белизны кулки, повторил:

— Я, Грв…

* * *

— А что тут было? — спросил Фередир. Выйдя из–з кустов с тремя уткми у пояс, он кк–то почуял — осттки произошедшего буквльно висели в воздухе у костр нд стоянкой — что рзговор был и был серьёзным.

— Познкомься с млдшим оруженосцем, — мотнул головой в сторону рубящего сушняк мльчишки Эйнор. — И приготовьте нконец ужин, олухи.

Фередир секунду стоял неподвижно. Потом по его лицу поползл улыбк.

И Грв понял, что улыбется в ответ.

Глв 11,

в которой Эйнор решет ехть ясно куд, но непонятно, зчем.

Когд мльчишки проснулись утром — окзлось, что Эйнор, который брл себе последнюю стржу, кк с вечер не ложился, тк и торчл у кое–кк пыхтящего костр. Было тумнно, но тумн этот покзывл, что день придёт солнечный и вообще лето всё ближе. А вот рыцрь покзлся Грву похожим н торчк в чяньи дозы — бледный, волосы ккие–то… неживые, глз зпли. Зевя и вздргивя, Грв и Фередир стли обувться. Эйнор н них и не покосился, когд Грв было сунулся с вопросом о смочувствии — злепил ему по шее, причём очень сильно.

— Чего он?! — мльчишк всё–тки обиделся н удр. Фередир, сктыввший одеял, пожл плечми и тихо ответил:

— Не лезь, он думет и смотрит.

— Вы долго будете возиться?! — неожиднно окликнул их Эйнор — рздржённым голосом. — Где костёр, где вод, звтрк где?! Поедете голодными, если через десять минут вод не будет кипеть!

— Что–то не то, — объяснил Фередир. — Двй скорей. Ты з водой, я костёр.

— Угу, — кивнул Грв.

Вод зкипел дже рньше, чем через десять минут. От вчершних уток остлсь одн ножк, Эйнор её брезгливо укусил, кинул у огня и стл бродить вокруг костр кругми. Нет, поведение его првд нпоминло нркот, который ждёт дозу, Грв дже испуглся.

— Н, — ткнул ему между тем половину ножки (со второй мясо было счищено нголо) Фередир. — Эйнор, ты будешь суп–то?

— Д, — отрезл тот.

То, что Фередир нзывл супом — Грв уже познкомился с этим блюдом — готовилось просто. В кипящую воду бросли шмток свиного жир, перетопленного с сухрной крошкой, тёртым вяленым мясом и ткой же тёртой сухой зеленью и солью. Когд Грв увидел шлёпнувшуюся в котелок припхивющую мссу — он, хотя и был голоден, усомнился, стоит ли есть. Но суп этот был порзительно вкусным. Впрочем, сейчс он в горло не лез — Грв зподозрил серьёзно, что нрушил своим нвязчивым появлением ккие–то плны Эйнор. Что у него эти плны есть и что они серьёзны — сомнений не оствлось.

— Поедем в Форност, — скзл Эйнор, з звтрком ни слов не проронивший. Грву это нзвние мло что говорило (вроде бы читл в книжке, но он не помнил дже, что это з место). А Фередир дже руки уронил:

— Куд?! — подвился он. — До Рздол четыре дня пути!!! Это же обртно и н север!

— Твое дело — не протереть седло здом, — отрезл Эйнор неожиднно грубо. Фередир пожл плечми:

— Д я–то что. Но что мы будем жрть? Я н ткие петли не рссчитывл. И потом, нс же трое теперь.

— Вот именно. И у третьего нет ни коня, ни оружия, ни вещей, — пояснил Эйнор. Фередир всем своим видом покзл: д мне–то, кк скжешь. Но Грву удивлённо скзл:

— Зпросто могли бы всё купить в Рздоле. Хотя… — оруженосец поморщился. — Может, оно и к лучшему. Не видеть эльфов лишний рз.

— А что, они ткие стршные? — Грв вспомнил посженного н кол и невольно вздрогнул всем телом.

— Нет, что ты… — Фередир собрл миски. — Коней седлй двй, я помою… Не стршные, крсивые, мудрые… А только всё рвно…

Он дльше ничего не стл объяснять.

* * *

Обртно ехть было скучно. Хорошо ещё, стоило рссеяться тумну, кк Эйнор кк будто ожил. Мльчишки, вёдшие себя тише воды ниже трвы, дже вздрогнули, когд услышли вдруг голос рыцря — Эйнор пел н кком–то незнкомом и крсивом языке. Грв понял, что это эльфийский.

— Ого, у него нстроение хорошее стло, — прошептл Фередир в ухо Грву. — Слушй, он сейчс будет петь много.

Грв кивнул.

 _—_Pella_hisie,_penna_meyr_

 _Orenyan_iltuvima_lar._

 _Erya_tenn'_ambarone_sundar_

 _Nalye_—_firie,_nwalme,_nar._

 _Tular_Valar_mi_silme_fanar._

 _Meldanya_curuntanen_tanar._

 _Minya_Vard'_elerrile_anta;_

 _Miruvore_yavanna_quanta._

 _Ulmo_—_losse_earo,_yallo_

 _Aule_cara_vanima_canta._

 _Nesso_—_lintesse,_Vano_—_helma._

 _Tula_Melkor_ar_anta_melmo._

 _Erwa_na_Feanaro_hin,_

 _Uner_mara_voronda_nin._

 _Hlara,_melda_carmeo_aina,_

 _Laurefinda_ve_laurelin:_

 _U–kenuvalye_tenn'_ambar–metta._

 _Hlara_enya_metima_quetta._

 _Pella_hisie,_pella_nen,_

 _Tira_iluvekena_hen._

 _Indis._

 _Engwa_indeo_olos._

 _Nava_manina_elya_men._[36]

— Это песня MacalaurК FКanАro–hino, — скзл Эйнор, зкончив. — Не очень весёля, но у этого великого певц было мло весёлых песен.

— Он был эльф? — спросил Грв. Эйнор кивнул.

— Нолдо. Сын великого Фенор, см великий воин и великий певец. Спеть ещё?

— Д! — мльчишки выкрикнули это в один голос. Эйнор зсмеялся, но тут же посерьёзнел…

 _Словно_птицы_н_небе_летят_облк_
 _Нд_безмолвной_морскою_волной…_
 _А_когд–то,_с_поры_той_минули_век,_
 _Белый_Грд_здесь_стоял_нд_склой._
 _В_шуме_ветр_нд_морем_звучит_—_«Нуменор!»_—_
 _Твое_имя_остлось_в_векх…_
 _Но_под_синей_волной_скрылись_крыши_дворцов,_
 _Их_колонны_рссыплись_в_прх…_
 _Слишком_дорого_стоит_от_смерти_уйти_—_
 _Не_вернулись_домой_моряки,_
 _Только_остров_белеет_н_Дльнем_Пути,_
 _И_обломки_колонн_—_кк_клыки…_[37]

— Ну что ты поёшь ткие грустные? — огорчённо спросил Фередир и чуть пришпорил коня. Эйнор улыбнулся:

— Спой весёлую.

— Ну, не зню, весёлую или нет, но точно пободрей спою! — здиристо отозвлся Фередир. Подбоченился в седле (Грв поёрзл, теснясь).

 _—_Я_искл_Грницу_Бури_—_
 _А_у_бури_нет_грниц…_
 _И_с_тех_пор_мой_корбль_тнцует_
 _Под_нстойчивый_ветр_свист._
 _Белой_чйкою_рвется_прус,_
 _Где_ты_был_—_тм_тебя_уж_нет…_
 _Дже_имени_не_остлось_
 _У_осколк_древних_легенд._
 _И_с_тех_пор_меня_мотет_
 _По_морям,_городм_и_войнм._
 _Пмять_льдинкой_в_лдони_тет–_
 _И_нет_силы_крикнуть:_«Довольно!»_
 _В_многих_знниях_—_много_горя,_
 _Я_—_воистину_Черный_Вестник,_
 _Я_игрю_чужой_судьбою_
 _С_оголтелою_бурей_вместе!_

Фередир присвистнул — без пльцев, но громко — и продолжл:

 _Но_тебя_ничто_не_удержит,_
 _Если_ветер_—_твоя_стихия._
 _Если_в_сердце_живет_ндежд–_
 _Объяснюсь_ей_тогд_в_любви_я._
 _У_любви_—_очертнья_бури,_
 _Ну,__буря_грниц_не_знет…_
 _Это_все,_что_еще_могу_я,_
 _Это_все,_что_меня_спсет._
 _Снов_поутру_—_стылый_ветер,_
 _Для_меня_это_—_просто_будни,_
 _И_в_кком_я_сегодня_веке–_
 _Я_узню_только_к_полудню._
 _Я,_ншедший_Грницу_Бури,_
 _Что_грниц_не_имеет_вовсе,_
 _Листопдом_в_окне_любуюсь._
 _Снов_осень,_поздняя_осень…_[38]

— Спой ты, Грв, — предложил Фередир, едв умолкнув.

— Я не умею, — покчл головой Грв. — Совсем. Честно. Слушть люблю и… — он чуть не скзл «…и стихи сочинять», но — не скзл. — И стихи читть.

— И ещё много чего не умеешь, — зметил Эйнор. — Порзительно. Ну лдно, ты потерял пмять. Но уж тогд бы до конц!!! А то вот кк жрть — ты помнишь, но при этом збыл, кк седлть коня.

— Я из крестьян, — ответил Грв «предположительным» тоном. — Коней видел только в зпряжке. Может, у нс вообще н быкх пшут? Не помню.

— Ну, честно скзть, что ты из просто крестьян — не похоже, — уже без смех продолжл рыцрь. — Тебя учили влдеть мечом, причём учили неплохо. У тебя получется.

— Угу, — буркнул Грв. — Я зметил, когд с тобой дрлся. Неплохо. Просто офигеть кк змечтельно у меня получлось.

— Это ничего не знчит, — ответил Эйнор почти рвнодушно, без млейшего хвстовств и не обрщя внимния н слово «офигеть». — С мечом в Крдолне меня могут одолеть дв человек. И всё… Хотя коней ты, похоже, и првд видел только в зпряжке. И прктически не умеешь пользовться щитом.

— Нвстречу, — подл голос Фередир, всё это время не перестввший нблюдть з обстновкой.

По тркту нвстречу неспешно рысил конный отряд. Впереди сккли дв рыцря, следом — полдесятк оруженосцев, дльше — десятк три конных лтников. Флжки, плщи и нкидки воинов укршли острые шестиконечные звёзды Артедйн. Все воины были в полном доспехе — и двойня коння колонн проскочил мимо подвшихся к обочине путников в молчнии, лишь головы обоих рыцрей — непокрытые, шлемы держлись н лукх сёдел — одновременно повернулись к троице путешественников. Грв зпомнил мрчные бледные лиц, сильно нпоминвшие лицо Эйнор в моменты рздржения — только стрше и суровей. Похоже было, что эти люди никогд в жизни не улыблись, Эйнор умел дже смеяться.

— Скчут к мосту через Буйную, — скзл Фередир, игря поводьями. — Из Эмон Сул.

— Эмон Сул — это рзвлины н горе? — вспомнил Грв. Фередир удивился:

— Почему рзвлины? Это и есть гор. А н ней — сторожевя бшня. Кстти, гор нш, крдолнскя. Но дозоры тм держт вместе с Артедйном.

— С 1356 год, — скзл Эйнор. — До этого было много крови.

— С кем воевли? — поинтересовлся Грв. Эйнор криво усмехнулся:

— Сми с собой… Артедйн, Крдолн и Рудур сржлись из–з Эмон Сул и Плнтир н ней.

— Плнтир? — Грв вроде бы слышл это слово.

— Зрячий Кмень, изделие смого Фенор, — пояснил Эйнор. Но больше ничего не добвил. Только оглянулся туд, где ещё виднелся среди молодой зелени хвост отряд — и пробормотл: — Хотел бы я знть, почему они торопятся…

Одн из стычек ртедйнцев и крдолнцев з Эмон Сул - _Ю.Кштнов_

Грв не понял его тревоги. Он, если честно, вообще думл уже о другом.

Те дни, когд он, видимо, шёл больной — сколько их было? — для мльчишки стли водорзделом. Нет, он помнил всю жизнь Пшки. Но не был уверен, что это не сон, вытеснивший ккие–то нстоящие воспоминния. Скорее всего, он и првд откуд–то из–з Мглистых Гор и почему–то потерял пмять. А сознние подсунуло взмен н опустевшее место жизнь четырндцтилетнего мльчишки из стрнного мир, где есть втомобили и смолёты. Сложный сон — ну и что? В мире, где есть мги и мгия, ещё и не ткое возможно.

Грв не успокивл себя. Он и првд тк думл. Не всё время, но чсто. Но сейчс — сейчс стрлся всё–тки понять, ккое же его прошлое нстоящее?

* * *

Н этот рз они въезжли в Пригорье днём.

Грв просто–нпросто извертелся в седле, рссмтривя всё вокруг. Когд же перед ними рспхнулись ворот, вёдшие в улицу, мльчишк зсмеялся и вывернулся особо изощрённо — Азр недовольно фыркнул, Фередир треснул беспокойного сосед локтем в живот:

— Д что ты кк н сковородке?!

— Не, я ничего… — Грв явно не обиделся. — Это првд Пригорье?!

— Смое нстоящее, — буркнул Фередир. — Уже две тыщи лет кк Пригорье.

— А Могильники и Вековечный Лес — тм? — Грв укзл н зпд.

— Ккой лес? — не понял Фередир. — Тут везде лес. И нет тм никких могил.

— Кк же… — нчл Грв, но змолчл. Ах д, првд!!! Вековечного Лес ещё нет. И Могильников нет — ведь в Могильникх кк рз и будут лежть погибшие в войне крдолнцы. В будущей ккой–то войне. А что если, и я тм тоже буду лежть, вдруг подумл Грв, и эт мысль не нпугл, покзлсь збвной.

— Это здесь живёт эт, кк её — Гннель? — вспомнил он. Фередир ответить не успел — ответил Эйнор, ехвший чуть впереди:

— Здесь.

Грв зткнулся — тон рыцря был не очень–то приветливым. Ему явно не нрвилось, когд имя дмы трепли просто тк.

А ну и лдно! Смотреть по сторонм было збвно, хотя Фередир морщился и ёжился — кжется, не получл никкого удовольствия от того, что они с Грвом едут вдвоём — ни покрсовться, ни погрцевть; в безлюдье ещё лдно, но тут–то из–з кждого збор смотрят!

Пригорье было похоже н обычную русскую деревню, честное слово! Нктння улиц, уже по–летнему сухя и пыльня. Густя низкя трв н обочинх. Символические плетни, з которыми вовсю цвели — белым и розовым — яблони. Невысокие дом под серыми ровными соломенными крышми (впрочем, кое–где виднелись и черепичные, но не крсные, буровтые). Огородики ( вдли чернели вспхнные и, видимо, только что зсеянные поля). Првд, люди не походили н русских. И н Фередир не походили. Они были темноволосые, кк Эйнор — но ниже (дже взрослые мужики), кряжистые, крепкие, мужчины — бородтые. Одетые в коричневое, серое, чёрное. У всех н поясх — дже у женщин и мльчишек — ножи. При виде рыцря пригоряне нклоняли головы — молч, движением не подобострстным, скорей просто увжительным — и возврщлись к своим делм. Бездельничющих не было, только в одном из проулков Грв мельком зметил группу во что–то игрющих детей, совсем клопов. Хм, подумл мльчишк скептически, неужели Эйнор до ткой степени демокрт, что влюбился в одну из местных девчонок? Нсколько он мог зметить, они все были крепкие, здоровые, но н взгляд Грв — не слишком симптичные и вряд ли могли понрвиться Эйнору… Но потом пришло н ум, что Пригорье — это ведь не только см посёлок, но и земли вокруг него. Нверняк тут где–то стоит змок, в котором живёт вполне достойня рыцря пр.

Увидев двухэтжный трктир с вывеской «Грцующий пони», Грв полубезумно зхихикл, только что не подлетя нд седлом. Он поискл взглядом «окн вровень с землёй», но потом вспомнил, что хоббитов тут пок что нету, знчит, не для кого и ткие номер зводить. Д и второй этж трктир выглядел совсем новёхоньким, видно, только–только пристроили.

— Ты что, был тут? — спросил Фередир, когд они спешились (и Грв получил по физиономии брошенными поводьями Фион — не успел поймть. Эйнор нпрвился в трктир, оруженосцы — к коновязи). — Смотришь, кк будто домой вернулся.

— Нет, просто точно слышл про это место, — честно скзл Грв, зхлёстывя повод о бревно. — Хозяин зовут Нркисс?

— Угу, — Фередир несколько рз поцеловл Азр в морду, прежде чем зняться рссёдлывньем. (Конские носы Грву тоже нрвились, но не нстолько, чтобы их чмокть, и он просто потрепл Фион по шее.) Осведомлённость нйдёныш Фередир не удивил — «Грцующий пони» был известен от Голубых гор до Мглистых. — Жль, что ночевть тут не будем — поедим, зпсёмся продуктми и дльше. Но хоть земли будут повеселей.

— А ты в Форносте был? — Грв поместил седло н специльное крепление, снял потник и внимтельно нчл осмтривть конскую спину.

— Был… подй совок, вон тм… г… Большущий город. Д ты см увидишь. Жль только, холмы и горы кругом, не люблю я их.

— Неловко кк–то, — буркнул Грв, снимя узду. — Из–з меня ткие крюки.

— Хе, — Фередир нсыпл в ясли овёс из стоящих рядом рдушно открытых мешков. — Будь уверен, если бы это не ложилось н руку Эйнору — мы бы и дльше тряслись вместе н одном коне… что, моё солнце? Что, мой крылтый? Уууууу… — Фередир снов поцеловл требовтельно толкнувшегося ему в плечо Азр. — Что не делет сын Иолф — всё это не просто тк.

— А что мы вообще делем?.. Вон бдейки, воду будем нливть?

— Дй одну… пошли, — Фередир подцепил лохмтую верёвочную ручку тяжёлой сырой бдьи. — Что делем… Откуд я зню? Эйнор поехл и взял меня с собой, что, зчем… — он пожл плечми.

Мльчишки сходили к колодцу з конюшней, притщили воду. Когд они, тщ сумки, выбрлись во двор снов — Эйнор уже стоял н крыльце.

— Фион рсседлл? — кивнул он Грву.

— Рсседлл, почистил немного, нпоил, нкормил, — кивнул тот, подвляя желние в шутку отдть честь.

— А… — Эйнор поморщился. — Лдно. Я пройдусь. Буду чс через четыре. В зле обед. Ешьте, можете поспть, если нйдёте — где.

— А ты? — обеспокоился Фередир, подбрсывя н плече сумку.

— Я голодным не остнусь, — отрезл Эйнор и зшгл через двор — быстро, плщ полетел следом.

В большом зле было светло — множество окон рспхнуты нстежь — но почти пусто. Только з двумя сдвинутыми столми сидели человек двдцть… д нет (Грв споткнулся), кких, к чёрту, человек?! Гномы, блин!!!

Это и првд были гномы — невысокие (но и не мелкие, с того же Грв ростом, пожлуй), плечистые, в коричневых неснятых плщх, они вытянули ноги под столы, мкли бородищи в большущие кружки (явно с пивом), ели что–то вроде сушёной рыбы — стружкой — и переговривлись еле слышно н совершенно непонятном языке. Грв — у него слух и зрение были великолепными — несколько рз уловил слово zigil и шёпотом спросил у Фередир, что оно знчит.

— А! — оруженосец зсмеялся, свливя сумки около стол, к которому их подвёл встретивший срзу у порог слуг — молодой предупредительный прень. — Это из их тйного язык. Вообще–то его никто не знет, это првд. Но бородчи тк чсто обсуждют прибыли и убытки, что только ленивый не выучит нзвния дргоценностей; zigil, Грв — это серебро. Это гномы из Мории.

— Ты тм был? — Грв уселся н тбурет.

— Нет, ни рзу. Д гномы никого туд и не пускют после войны з Эрегион. Думю, и нет тм ничего интересного, д и не люблю я горы, я же скзл. То ли дело у нс… г, вот и обед!

Собственно, это был первый рз, когд в этом мире Грв увидел то, что и првд можно нзвть обедом. В мискх был густой суп — пхло мясом и зеленью. Н трелкх — врёня кртошк (мелкие цельные клубни), политя коричневой подливой и по половине жреной курицы. В кружкх — пиво. И полкрвя хлеб.

Фередир нчл с того, что выдул полкружки пив и только потом нбросился н еду. Грв принюхлся к своей кружке. Ясное дело, что в этих крях пиво не осветляют кдверином[39] — и вообще оно тут явно «живое». Но любителем выпивки Грв не был никогд…

— Молодые господ чем–то недовольны?

Мд, хозяин подкчл. Н книжного Лвр Нркисс он ничуть не походил — скорей нпоминл фермер. Со здоровенными ручищми, в тяжёлых бшмкх, с грубовтым лицом… Но тот Нркисс, конечно, потомок этого — и не в первом колене, успеют они нбрться трктирного лоск.

— Д нет, всё нормльно, — Грв поднял голову. — Скжите… любезный хозяин, воды принести нельзя?

— Помыть руки?

— Нет, попить.

Фередир изумлённо посмотрел н Грв. Нркисс посмотрел скорей оскорблено. И ответил подчёркнуто–вежливо:

— Желние посетителя будет выполнено.

После чего отошёл только что не с опской, через минуту уже другой слуг принёс в пивной кружке чистой холодной воды.

— Ты чего? — нконец–то удивился Фередир вслух.

— Не хочу пиво пить, — пояснил Грв.

— Отличное пиво.

— Ну не хочу, понимешь?

Фередир пожл плечми, кк бы говоря — д вот, мне–то — и вернулся к обеду. Который, кстти, был отличного кчеств, только куриц мленькя. Видимо, подумл Грв, селекция тут ещё в зчточном состоянии… Не зняться ли? Дело несложное, только долгое офигенно.

Но это были мысли мельком, между делом — вскоре мльчишки уже подчищли трелки, довольно сопя. Хозяин ещё пру рз проходил по злу, посмтривя н них со смесью одобрения и удивления.

— Про твою воду сегодня вечером весь зл гудеть будет, — сообщил Фередир. И, откинувшись к стене, тлнтливо изобрзил в лицх: — Оруженосец… Воду?! Брешешь!.. Провлиться мне. Полную кружку… А оруженосец воду в кружке потребовл, пошептл н неё и будущее гномм предскзывл, вон тм сидели, см видел… Гномы с оруженосцем, который в волшебной кружке крлик–предскзтеля принёс, чистым мифрилом рсплтились…

Грв рссмеялся и потянулся, выствив ноги под стол:

— Пошли сеновл искть, — предложил он. — Поспим?

* * *

Эйнор опоздл почти н чс.

Можно быть человеком долг до мозг костей — Эйнор им и был, и не помнил и не предствлял другим — но пересилить себя и оторвться от другого человек, который тебе дорог и которого ты не видел четыре месяц… в общем, он опоздл.

Трктирщик сообщил, что оруженосцы вместе с сумкми н сеновле. Потом с зминкой поинтересовлся:

— А вот скжи мне, крдолнец… у меня что, пиво плохое?

Чистокровный нуменорец, Эйнор не любил пиво (рзве что эльфийский яблочный эль). Но что в «Грцующем пони» плохого пив быть не может — знли все.

— Хорошее, — совершенно определённо ответил Эйнор. — С чего ты взял, что плохое?

— С того, — буркнул Нркисс и хлопнул полотенцем по косяку. — Воды ему нлейте. Чистой. Щенок ещё, туд же — с нмёкми.

Нркисс круто повернулся и ушёл в помещение. Вышедший следом слуг сообщил:

— Тут не во гнев будет скзно — оруженосец вш, млдший, ростом ткой невысокий, хозяину в душу прям нплевл. Пиво пить не зхотел, воды потребовл. А тут ведь дело ккое — кк сентябрьский эль врили, тк в чн–то недоглядом — между делом скжу, вот сколько хозяин пиво врит, впервой! — крыс бухнулсь. И того. Готов. Полчн рспробовть успели, пок её вычерпли. Смеху было, не стой ругни — оборжлось с того крысиного эля всё Пригорье. Тк вот с тех пор хозяин про пиво очень того — кк будто кот против шерсти.

Губы Эйнор дёрнулись. Но лицо в целом остлось непроницемым. Он кивнул слуге, бросил ему медную монетку и двинулся к сеновлу, мельком проведя рукой по лбу блгодрно переступившегося Фион.

Мльчишки, естественно, збрлись н смый верх. Эйнор пошевелил сено мечом в ножнх.

— Мыши, — рздлся сонный голос Фередир.

— Угумн, — отозвлся Грв. Сено зшевелилось интенсивнее… потом змерло… ещё потом сверху свесились две взлохмченные головы, одинково испугнно хлопющие глзми.

Эйнор покзл пльцем н пол перед собой.

Головы исчезли. И — в крткий момент между этим исчезновением и пдением н пол сеновл двух оруженосцев с сумкми — рыцрь широко улыбнулся.

Глв 12,

в которой рыцрь с оруженосцми посещют слвный город Форност.

Единственным городом, который в этом мире видел Грв, был Форомбр. Но видеть–то видел — однко не помнил. Д и не хотел. Тк что смело можно было скзть: столиц Артедйн Форност был первым городом, увиденным им здесь.

Кк и в прошлый рз, близость город был зметн здолго до того, кк появился см город. Широченный тркт — немощёный, но с боков выложенный белым кмнем, со столбми–укзтелями через рвные промежутки — окружли поля, в которых виднелись деревеньки и хутор. Кое–где к дороге вплотную подступли сды. Нроду было не тк уж много, если срвнивть с Ангмром, но среди путников кроме довольно чстых гномов объявились явные монголоиды, негры и рбы. По крйней мере, по внешности это были монголоиды, негры и рбы.

А в то утро, когд Эйнор объявил, что к полудню они будут в городе (и согнл оруженосцев с коня — Грв понял, что их прочк — несмотря н внешнюю невозмутимость — Эйнор рздржет своей нелепостью и не обиделся, и не возржл) — рядом с неспешно сворчивющими бивк путникми остновились двое верховых.

Грв кк рз увязывл одеял и, мельком посмотрев н подъехвших, удивился — ни узды, ни стремян. Это было первое, что он отметил… вторя мысль обожгл.

ЭЛЬФЫ!!!

Это и првд были эльфы. Они спешились — ловко соскочили с высоких тонконогих коней, серых, кк тени (при виде их Фион коротко проржл и взрыл землю копытом). Синие с золотом плщи держлись н одном плече, н широких косых поясх — длинные мечи. Н эльфх вообще было много укршений — н шеях, зпястьях… Темноволосые, улыбчивые (и с совершенно нормльными ушми, почти возмушённо отметил Грв — волосы, убрнные н вискх в тонкие косы, туго уложенные вокруг головы, уши позволяли рссмотреть очень дже хорошо… ну рзве что мочек почти нет, но и у людей ткие уши встречются тоже — д у смого Грв были ткие же…), высокие, они поприветствовли людей поднятыми лдонями.

Фередир продолжл возиться с вещми, хотя н приветствие ответил. А Грв, если честно, уствился н эльфов с неприкрытым любопытством.

И чем больше он смотрел, тем больше не соглшлся с Фередиром. Эльфы привлекли, притягивли и внушли… нет, не звисть… не робость… не увжение дже… что–то… Пок мльчишк подбирл слово, эльфы поприветствовли и Эйнор, который смотрел н них с улыбкой. Они зговорили н языке, который, кк уже знл Грв, нзывлся синдрин, при этом об эльф взглянули н мльчишек извиняющееся — кк бы попросили прощенья з то, что те не понимют.

Уехли эльфы, тк и не скзв никому, кроме Эйнор, ни слов, хотя учтиво попрощлись со всеми тремя. Фередир сердито бросил Грву:

— Рот зкрой.

— У меня он зкрыт, — возрзил тот. Фередир буркнул:

— Тогд глз верни н место, не выпучивй тк.

— Чем они тебе не нрвятся? — спросил Грв, сморгнув.

— Зто тебя, я вижу, уже околдовли. Того и гляди побежишь з ними, кк мленький ребёнок — они их тк и…

Сильный удр по щеке поштнул Фередир.

— Временми твой язык слишком болтлив, Фередир сын Фэл, — скзл Эйнор. — А глвное — твоя голов не поспевет з ним.

Фередир опустил голову. Его щек дже слегк вздулсь — прямо н глзх. Оруженосец покусл губу. А Грв встретил тяжёлый взгляд Эйнор и скзл — просто чтобы не выглядеть трусом и предтелем перед «огрёбшим» Фередиром — пусть Грв и не был с ним соглсен:

— У нс тоже рсскзывют, что эльфы крдут детей.

— Если мы… когд мы вернёмся — поинтересуйся летописями и узнй, что ткое Аст Ахэ[40], — скзл Эйнор почти зло. — Тогд ты поймёшь, глупый мльчишк, кто и зчем крл детей… Сворчивйтесь быстрее, ну?! К полудню мы можем быть в городе, и я определённо не желю ночевть в поле ещё одну ночь!

… — Больно удрил? — тихо спросил Грв Фередир, когд они шгли по дороге — по обе стороны от мерно кчющего головой и явно довольного избвлением от двойного груз Азр.

— Угу, — честно отозвлся Фередир.

— Из–з меня это опять.

— Д ну. Рз тебе нрвятся эльфы — это уже всё. А я просто подосдовл. У нс н юге их и првд не любят, — признлся он нконец. — Они слишком… слишком…

— Слишком првильные? — спросил Грв. Фередир уствился н него в изумлении:

— Вот, д, то слово! Првильные, — повторил он, словно стрясь это слово рскушть. — Верно.

— Рзве когд ты видишь что–то крсивое, ты всегд звидуешь или злишься?

— Нет… — здумлся Фередир. — но мне… — он вдруг зсмеялся, — …но мне почти всегд хочется этим облдть. Если бы я мог, я бы стщил н землю все звезды. Не от ждности, нет! — вдруг помотл головой Фередир. — Я хочу посмотреть вблизи, ккие они… И вот я думю — может, когд–нибудь человек достигнет звёзд, — Фередир вздохнул. — Но никогд человек не стнет, кк эльф… И мло кто может с этим смириться.

Грв удивлённо слушл Фередир. Тот говорил взросло и мудро.

— То о бессмертии? — спросил он нконец. Фередир кивнул. — Ты что, очень боишься смерти?

— Я? — Фередир покчл головой. — Нет. Просто я не люблю неспрведливости. И не понимю… — он змялся. — Я не понимю змысл Эру, — понизил он голос. — Я спршивл Эйнор, но не смог понять и его слов… А кк я могу принять то, что не понимю?

— Эйнор же принимет, — осторожно, словно ступя по скользкому льду (д эт тем им и был), вспомнил Грв.

— Эйнор — нуменорец, — со знчением ответил Фередир. — Пок не пл их остров — Эру см приходил к ним, кк к себе домой. Кто знет, что он открыл предкм Эйнор? А нм были оствлены земли, где мои предки не срзу нучились плвить бронзу, Грв. В ншем доме — кк–нибудь ты увидишь, когд приедешь погостить! — есть бронзовые клинки, они древнее Арнор! Они смешны, зворживющи и ужсны. Д что я тебе рсскзывю, вряд ли у вс было инче… Скжи ещё что–нибудь н своём языке! — внезпно отбросил серьёзность Фередир. И Грв, естественно, выдл мтерную тирду, потом мльчишки долго хихикли н ходу, когд Грв объяснил, что он знчит — все слов вместе и кждое в отдельности…

…Когд–то Форност явно нчинлся с двух крепостей н высоких холмх — крутых и, словно венцы, одетых кольцми мрчных бгровых стен, мощных и суровых — и кзвшегося тонким и хрупким мост между ними, вознесённого н рочных переходх н высоту нескольких сот ярдов. В центре кждой крепости высился донжон.

Потом — Грв дже усмехнулся, нстолько точно это отвечло схемм в учебнике истории — крепость росл, и новое — общее — кольцо стен, уже не тких высоких, но всё–тки грозных, серых, с приземистыми чстыми бшнями — обняло уже об холм. А дльше город рсползлся вкривь и вкось — по склонм других холмов и по низинм. Внешнее кольцо обороны было — но всего лишь земляной вл с чстоколом. Првд, что знчит — «всего лишь»? Знющие люди в Интернете и н ролёвкх утверждли, что взять ткие укрепления — здч нелёгкя, без осдных мшин или предтельств — вообще невозможня.

Форност строился, кк рнорскя погрничня крепость — кк город рос уже в дни Артедйн. Поэтому по величественности он проигрывл Аннуминсу — дже зброшенному. Но Грв не видел Ануминс. И Форност его удивил. Н глз город был по площди не меньше Тмбов — облстного центр родины Пшки. Конечно, тут дом в основном одноэтжные, д и строились с рзмхом, место явно не экономили. Тк что живёт здесь — ого, д никк не меньше пятидесяти тысяч человек; для средневековья — мегполис! Кое–где вокруг по холмм пслись стд.

Эйнор тоже спешился в сотне шгов от ворот. Тут нроду было много, шли и ехли в основном в город — хотя кое–кто и оттуд. Звучли срзу несколько языков, но в основном — дунйк, которым Грв влдел уже свободно, хотя дико смешил Фередир кцентом — и тлиск, из которого мльчишк знл — от Фередир — полсотни слов.

Ров у внешнего вл был глубокий и широкий, но без воды. Через него вёл мощный мост, срзу не сожжёшь и не рзвлишь. Но ещё через дв десятк шгов Грв понял, в чём тут дело. Ворот — очевидно, одни из нескольких — рсполглись внутри вл — высотой в три человеческих рост, из толстенных (с поствленного боком взрослого мужик) дубовых плх, обитых и стянутых стлью. Именно внутри, и Грв, здрв голову, понял что в случе опсности сверху обруштся десятки тонн кмней и земли. Достточно выбить четыре мощных клин по углм большого помост, под которым проходил дорог и стояли ворот — и н месте ворот будет просто вл. Не рскопешь срзу дже если не мешют.

Возле ворот стояли не меньше дюжины стржников. С мечми н поясх и копьями в рукх, треугольные щиты з плечми, поверх кольчуг — чёрные нкидки с восьмиконечными звёздми, н ногх — поножи и нколенники, н головх — высокие конические шлемы с чешуйчтыми нщёчникми–зстёжкми. Никкой пошлины они, кстти, не брли и вообще ничего не делли — стояли и смотрели. Но не лениво — внимтельно, дже немного неприятно. Крдолнского рыцря с оруженосцми, впрочем, пропустили без слов…

…Улицы Форност окзлись вымощены кмнем. Кменными были и многие дом, д и деревянные выглядели солидно и зжиточно. Првд, смущли соломенные крыши, но Фередир объяснил приятелю:

— А что тебе не тк? Дождя не слышно и не протекет. Ни птицы, ни кошки не мешют — по черепичным знешь кк гремят, кк конный отряд! Зимой тепло держит, летом прохлдно… Горят они, првд, сильно, но тут уж что поделешь… Я под ткой вырос, — со знчением (мол, двно это было!) зкончил оруженосец.

Грв кивнул. Крыши были ккуртные, д и вообще в городе окзлось чисто. Фередир снов просветил Грв, что в дом — почти во все — подведен по трубм проточня вод с гор. Причём не только для питья, но и для смыв кнлизции. Ткого слов Фередир не знл, но Грв понял и с увжением огляделся.

Форност и првд был крсив. З ккие–то десять минут ходьбы Грв нсчитл три фонтн — кменных и ухоженных, выбрсыввших вверх мощные струи. Н том месте, где нчинлсь широкя улиц, через которую между домми тут и тм перешгивли крсивые рочные мостики — улиц, явно уводившя в крепость — змерл нвечно сттуя из серого кмня: воин в тяжёлом, непривычном взгляду доспехе и крылтом шлеме выходил из моря, и кменные волны звивлись и бурлили у его колен. Именно около этой сттуи Эйнор свернул нлево, походя нбросил узду Фион н ккую–то кменную звитушку и кивнул мльчишкм н квдртный усыпнный песком дворик, окружённый колонндой. В противоположном входу с улицы конце виден был ряд дверей.

— Мне туд, — скзл рыцрь. — Ждите здесь.

И зшгл по песку — твёрдо и ровно, широким шгом, придерживя меч и откинув плщ н одно плечо.

— Ну, подождём, — Фередир поствил Азр рядом с Фионом, повесил н седло снятый пояс с оружием и прислонился к одной из колонн.

— Куд он пошёл–то? — уточнил Грв, вствя нпротив в той же позе.

— Это здворки княжеского дворц, — кк ни в чём не бывло ответил Фередир. Грв огляделся изумлённо. Вдоль колоннды прошли мужчин и женщин в крсивых длинных одеждх, н которых поблескивл метлл — о чём–то рзговриввшие, они дже не посмотрели в сторону мльчишек.

— Я думл, что дворец тм, — Грв мотнул головой в сторону крепости.

— Нет, конечно, — тоже удивился Фередир.

— И что, любой может войти?

— Сюд? Конечно… — Фередир зевнул и потянулся. Потом вдруг толкнул Грв в плечо, когд тот отмхнулся — в грудь и сделл подсечку. Грв упл, но потянул Фередир з собой, перехвтив его зпястья, швырнул в песок с упор в живот. Мльчишки поктились между чопорных колонн, не двя друг другу встть, сопя сосредоточенно и попеременно окзывясь сверху. Об стрлись выглядеть злыми, об хотели победить всерьёз, но обоим в то же время было смешно и хорошо — необъяснимо хорошо…

…З борющимися мльчишкми из–з колонн внимтельно нблюдл богто и ярко одетый хрдрим. Н его губх зстыл слдострстня — и, видимо, безотчётня — улыбк, он тяжеловто дышл (впрочем, может быть, из–з явной полноты), глз мслянисто поблёскивли.

Агнн был купцом и, естественно, шпионом одного из южных влстителей — зодно Гондор, Арнор, Крдолн, Ангмр и морэдйн. Купц ткя многосторонность не смущл — он с детств был приучен к мысли, что золото и серебро всегд остются тковыми, из чьи бы рук ты их не получл. А эт служб ещё и двл возможность рисковть в делх купеческих — н крйний случй прибыли от шпионж могли покрыть убытки от рисковнных оперций, милость влстей — зкрыть их же глз н, нпример, контрбнду.

Впрочем, н севере Агнн не любил бывть. Холодно. Люди грубые и неотёснные. Пищ тяжёля. Музык отвртительня. Понятия о рзвлечениях примитивные. Единственное, что тут было стоящим, по мнению хрдрим — это дети. Мльчики… или девочки, н крйний случй. Но они были недоступны тк же, кк вершины здешних проклятых гор. Три год нзд с огромными трудностями и издержкми Агнн выписл и обеспечил доствку в своё имение мльчик–северянин лет десяти–двендцти, не больше. Сколько н него ушло одного сонного зелья!!! Но этот негодяй (крсивый, кк изобржения в древних, зтерянных в пескх хрмх) буквльно з ккие–то минуты до того, кк Агнн собрлся его нвестить, перерезл себе горло осколком рзбитого кувшин. Агнну до сих пор бросло в дрожь, когд он вспоминл збрызгнную кровью постель и стены (богтейшя ткнь, мозичные росписи…) — и думл, что сумсшедший крсвчик мог ведь и дождться его, Агнну. И… Мысли о том, что все эти северяне — сумсшедшие, добвочно отрвляли пребывние здесь. Но откзть себе в удовольствии посмотреть н светловолосых привлектельных мльчишек. Они приехли с хорошо знкомым Агнне Эйнором сыном Иолф, не последним из рыцрей Крдолн, воспитнником князя… Одного из оруженосецев — Фередир — Агнн знл, когд–то дже подрил ему пони (в слбой ндежде н… гм… близкое знкомство). А второго — невысокого светловолосого преньк лет 13–14, не больше — Агнн не знл. Вообще–то он пошёл з Эйнором, но тот скрылся в зднии, куд Агнн не хотел зглядывть лишний рз. Пришлось остться ждть — хотелось всё–тки знть, что тут делет Эйнор, времени подствить вместо себя кого–нибудь из плтных помощников не было. И не дть волю фнтзии Агнн не мог… но вздрогнул, издв слбый звук испуг и изумления, когд услышл нд плечом голос, произнёсший н хрдском:

— Доброго утр тебе, почтенный Агнн.

— А… — Агнн перевёл дыхние и церемонно склонился, скзв н дунйке: — Доброе утро тебе, рыцрь Эйнор сын Иолф.

Юный нуменорец стоял в кком–то шге, и Агнн поспешно — вроде бы из вежливости — отодвинулся. Н смом деле ему просто было стршно. Эйнор был очень крсив и, хотя и темноволос, однко не тк, кк привычные хрдские юноши. Но вот глз… Словно серые гвозди, входящие в плоть. Агнн почувствовл себя мотыльком — ккого он видел кк–то в коллекции одного морэдйн. Н белом листе бумги, булвк — нсквозь, никуд не деться и ничего не скрыть.

— Я вижу, — оживлённо зговорил Агнн, — ты ншёл себе ещё одного оруженосц в придчу к пре… — он не договорил «…крсному» и скзл, — …днному Фередиру? Кто этот мльчик? Он ведь не из нуменорцев?

— Я подобрл его по дороге и посвятил в оруженосцы, — ответил Эйнор сухо, но Агнне покзлось, что серые гвозди слегк согрелись и помягчели. Ободрённый этим, купец продолжл:

— Воистину, ты добр, кк добрые боги. И почти тк же могущественен — вознести просторождённого мльчишку из дорожной грязи… Жди, он отплтит тебе блгодрностью! — Агнн позволил себе подмигнуть. И, видя, что Эйнор молчит и не выкзывет недовольств, вспомнил: — Кк скзно в легенде о князе морэдйн, твоих беспутных бртьев — князе, что ехл по грязной дороге и вдруг словно судьб толкнул его под руку, и он, см не ведя зчем, нгнулся и подобрл с обочины кмешек. Подбросил его в руке и тк, збвляясь, ехл дльше. А потом хлынул дождь, омыл кмень, и увидел князь, что это огромный лмз, прекрсный, хоть и неогрнёный… Глвное — чтобы ткой кмень достлся умелому грнильщику, не тк ли? — и купец позволил себе подмигнуть второй рз.

— А, эт легенд о князе Тмрхиле… — Фередир усмехнулся. — У нс её рсскзывют инче, почтенный Агнн. Был поединок Тмрхиля и вшего вождя, имени которого история не помнит уже потому, что он был подл и удрил копьём лошдь князя. И Тмрхиль рухнул в грязь. А хрдримец уже целил пронзить оглушённого Тмрхиля копьём. Но князь схвтил подвернувшийся под руку кмешек, покрытый грязью — ничего иного не поплось ему под пльцы — и кинул во врг. Хотел ли он того или случй вёл его руку — но кмень попл в глз коню хрдримц, он взбесился, сбросил своего хозяин, и вождь упл и сломл себе шею. Тот кмень — просто кусок грнит — Тмрхиль огрнил см и вствил в свой скипетр, что и до сих пор можно видеть где–то в Умбре — не зню точно, где… Тк что полезное это дело — внимтельно смотреть под ноги; кк знть, может то, что ты поднял походя, спсёт тебе жизнь?

Говоря это, Эйнор вроде бы незметно, но неотвртимо оттеснял сереющего хрдрим дльше и дльше вглубь коридор — пок тот не упёрся в стену и не икнул от неожиднности.

— А теперь слушй меня, жирный кусок нвоз… — голос говорившего снов н хрдримском Эйнор был похож н шипение стли по мерно врщющемуся нждчному кругу. — Я могу зрезть тебя здесь дже не кинжлом, уж точно не мечом — не хочу его пчкть. Рукой, — его лдонь уперлсь в облсть подреберья купц, и Агнн жлобно пискнул, поняв, что похожие н стльную перчтку пльцы юноши легко войдут в плоть. — Д ещё и сделть тк, что тебя нйдут не рньше чем через неделю, и совсем в других крях, и все решт, что тебя огрбили орки… или ты всё–тки вздумл исполнить свою двнюю мечту, что копошится у тебя под черепом, хрдрим… — нжтие стло чуть сильнее, — …но не рссчитл, и ккой–то грубый северный щенок свернул твою чёрную шею. — Но отсюд я возврщюсь домой — через пру дней. И не хочу оствлять ртедйнским бртьям твой труп, у них и без того полно хлопот. Если з эти пру дней я увижу тебя ближе чем в десяти шгх хоть от одного ребёнк — пусть дже от сопливого уличного мльчишки — я переборю своё нежелние. Ты понял меня? Не ндо слов. Просто кивни или помотй головой.

Агнн зкивл со скоростью дятл. И громко выдохнул, когд жуткя лдонь отстрнилсь от живот. Но в то же время в кком–то зкоулке тренировнного сознния не купц — шпион отложились эти слов: «…отсюд я возврщюсь домой — через пру дней».

Пожлуй это будет интересно знть многим.

— Амня, — скзл Агнн.

— Я понял, ты блгодришь меня з милость, — кивнул Эйнор. Купец снов зтряс головой положительно. — И я блгодрю тебя з приятную беседу, почтенный Агнн, — нуменорец снов легко перешёл н дунйк и, рзвернувшись н кблукх, зшгл прочь…

…— Эйнор!

— Эйнор!

Мльчишки — тяжело дышщие и перепчкнные песком — догнли рыцря и вжно зшгли с обеих сторон. Вжно, но об стреляли весёлыми взглядми и укрдкой вытряхивли из лохм всё тот же песок.

— Помойтесь, причешитесь, обуйтесь и приведите в порядок одежду, бестолочи, — скзл рыцрь. — Вон фонтн. Сейчс пойдём покупть Грву снряжение, оружие и коня. Вещи и Фион с Азром пок оствьте здесь, никто не сведёт и не утщит.

— Ого, нконец–то! — зсмеялся Фередир. А Грв крикнул:

— Ур!

— Ур! — после минутного рздумья поддержл Фередир. — А что это ткое?

— Ур, — в змештельстве пожл плечми Грв. И об н миг притихли, потом рсхохотлись, когд Эйнор крикнул, клдя им руки н плечи:

— Уррр!!!

— УРАААА!!! — зорли уже все трое, и шгвший нвстречу высокий седой нуменорец в строгих одеждх и с длинным мечом н выложенном серебром поясе, посмотрев им вслед, покчл головой.

В его время молодёжь не вел себя тк бесцеремонно, рзвязно и нелепо…

* * *

Лвк оружейник окзлсь солидным двухэтжным зднием. Дв окн были откинуты, кк прилвки, возле них толклись смые рзные люди — в основном, конечно, мужчины (и мльчишки), и что–то покупли, торговлись — внутри быи видны молодые прикзчики. Но Эйнор совершенно спокойно пошёл прямо к дверям — нд которыми вывеск изобржл меч — просто меч, но нрисовнный очень искусно. Был тм и ндпись, не витым тенгвром, рунми кертр. Впрочем, Грв не умел читть ни те, ни другие. Если честно, от этого его ел досд. Стыдно и дже противно было ощущть себя негрмотным. «Ндо будет букврь добыть, что ли, — подумл мльчишк. — Нучусь, не рзвлюсь!»

— «Меч». Лучшя лвк в городе и вообще по обе стороны Мглистых гор, — сообщил Фередир. Подумл и признлся: — Конечно, у эльфов и у гномов оружие лучше. Но это ндо ехть сколько, у гномов ещё и н зкз делть.

Хозяин лвки — худощвый, рослый стрик с орлиным профилем, явный нуменорец — см вышел нвстречу посетителям, точнее — спустился откуд–то сверху. С Эйнором он поздоровлся з предплечья, дже чуть приобнялся, они перебросились прой слов н синдрине.

Но Грв уже не обрщл н это внимния. Оно полностью окзлось приковно к богтству, которым был полон весь первый этж. И вздрогнул, когд Эйнор окликнул его:

— А?!

Эйнор и хозяин лвки рссмеялись — добродушно и спокойно. Эйнор пожловлся стрику:

— Вот ткое сокровище.

— Йотеод или ещё дльше с восток, — скзл стрик. — Тм есть смые рзные племен, кк сейчс помню… — он говорил, словно Грв тут не было, но это не звучло обидно. И жестом покзл: вся лвк в вшем рспоряжении.

— Доспехов ты, конечно, никогд не носил, — скзл Эйнор, кивнув стрику. Но Грв помотл головой:

— Носил… В смысле — примерял.

— Лучше бы не носил, — подытожил рыцрь. — Ну что ж. Двй подберём тебе что–то, в чём ты и првд будешь выглядеть моим оруженосцем, не бродягой… Ты чего смеёшься?

— Ничего, — мльчишк быстро принял серьёзный вид. А вот интересно, что скжет Эйнор, если ему сейчс сообщить: слово телконтр, которым он презрительно обложил Грв, через полторы тысячи лет стнет тронным именем короля Соединённого Королевств, которое вберёт в себя нконец–то и Артедйн, и Крдолн, и Рудур, и Гондор… Не поверит.

Фередир между тем уже рылся в доспехх, кк щенок в кучх мясных обрезков, только что не скулил от счстья. Оружейник смотрел н происходящее чуть нсмешливо и молч. Нверное, видел ткое не рз.

— Послушй… — Грв вздохнул. — Но всё это, нверное, очень дорого…

У Толкиен вопросы цены чего–то почти никогд не поднимлись, рзве что в рсскзх о Хоббитнии. Иногд создвлось ткое впечтление, что всё нужное смо собой пдет н героев. По крйней мере тк кзлось Г… Пшке. А в рельности вствл перед глзми строк из учебник — что рыцрские доспехи стоили стд из 50–60 коров. Здешние монеты Грв уже много рз видел — тут были нстоящие монеты, не рубленый метлл, кк н севере. Они были очень хорошей чекнки, просто филигрнной. Мленькие — с ноготь пльц взрослого мужчины — золотые кстры, н одной стороне которых был шестиконечня звезд с очень острыми лучми, н другой — ндпись лфвитом Кертр: «Мэлин мирин», то есть просто «Монет золотя» н квэнья. Серебряные зрни — их считли по четыре в кждом кстре — были рзмером с «земную» десятирублёвку и чекнкой в точности повторяли золотые, только с ндписью: «Телпе мирин», «Монет серебряня». И медь — рзмером с серебряную, по двдцти пяти медных фртингов (нзвние было в точности нглийское!) в серебряном зрни. Фртинги были без ндписей или рисунков, но покрытые с обеих сторон сложным крсивым орнментом. Чекнили монеты одинково во всех трёх княжествх, но больше всего — в Артедйне. В общем, Пшк уже не рз видел монеты, но тк и не мог пок соотнести, сколько тут чего стоит. Поэтому и в вопросе его прозвучло искреннее беспокойство.

— М, — хмыкнул Эйнор. — Недёшево. Но честь дороже.

Грв посмотрел н рыцря круглыми глзми. Это были слов Румты из «Трудно быть богом» Стругцких.

Впрочем, мльчишк тут же понял, что Эйнор не собирется снряжть его, кк себя. Фередир к этому времени уже нгрёб полные руки всякого добр и выглядел пьяным от счстья, но по сторонм всё рвно зыркл несытыми глзми.

— Будете всё это покупть? — флегмтично спросил оружейник. Эйнор отпустил оруженосцу подзтыльник и кивнул н Грв:

— Его ндо снрядить полностью.

Оружейник смерил мльчишку коротким взглядом — уже совершенно деловым — и, нгнувшись, выбросил н прилвок кожную куртку, кожные штны, серую рубху и ещё одни штны — полотняные, короткие, чуть ниже колен. Потом — пру спог, пру простых коротких шпор, ещё пру спог.

— Меряй, — кивнул он и жестом приглсил Эйнор к… стеллжм что ли? Кк они тут нзывются?

Грв охотно переоделся. Оствил н себе только трусы, джинсы, подумв, отложил. Не хотелось с ними рсствться. Рубх был без шнуровки, блхоном, и в тех и в других штнх — вшитые пояски, куртк шнуровлсь по груди н пол–длины от горл. Споги, хоть и подбитые стлью, тоже имели мягкие голенищ, это были, в сущности, чулки с прочной подошвой и звязкми по верхнему крю. Но вся одежд, несмотря н непривычность, окзлсь удобной — рзве что чуть жестковтой, необтёртой. Фередир, тк и не выпустивший из рук длинный кинжл с мленькой грдой в виде сердц и венчвшим рукоять нчищенным диском, одобрительно кивл.

Грв же в общем–то понимл одну вжную вещь: это не скзк. Клятв, теперь — это снряжение… З это ндо будет служить. И, нверное, не один год, дже денег не спршивя — кормят, и хорошо. Конечно, можно поднять хвост… но вот только — зчем? Эйнор хороший прень, Фередир вообще считй друг. Слуг у рыцря — это не рб у орков. Поднять хвост и уйти — куд? Ну, предположим, тут нет рбов. А делть–то что? В принципе, Пшк умел копться в земле, ходить з скотом… Знчит — ннимться бтрчить к крестьянину. Может, и неплохо, но рзве срвнить со службой у рыцря? Ясно, что домой, кжется, дороги нет вообще (Пшк здержл дыхние, чтобы не всхлипнуть — вдруг резко подктил под горло збытя, кзлось бы, тоск…). А тут ндо кк–то устривться жить. И это — не худший, нверное, вринт.

Эйнор тем временем, не глядя, бросил н прилвок большую круглую кожную флягу — литр н дв, не меньше, потом — свёрток, в котором Грв опознл ткой же длинный чёрный плщ с кпюшоном, кк у смого Эйнор и Фередир, только совсем новый. Сверху шлёпнулсь кругля фибул — простенькя, с узором в виде точек двойным кругом. Потом — широкий сложный ремень с похожей н фибулу пряжкой. Брякнулись две большие кожные сумки, скреплённые грубым ремнём.

— Ну–к, — Эйнор зствил Грв поднять руки и ловко опоясл его поверх куртки ремнём. Окзлось, что н широкой двойной полосе из толстой кожи — подвесы для меч и кинжл и дже крепление для кошеля или мленькой сумки. — Шпоры двй.

Почему–то, прикрепив шпоры — не золотые, конечно, кк у Эйнор, ткие же, кк у Фередир, простые стльные, тк — дужк с тупым шипом — Грв почувствовл себя кк–то по–новому. Уверенно, что ли? Он не успел об этом плотно подумть, потому что Эйнор добрлся нконец до глвного. С точки зрения Грв — и, нверное, и смого Эйнор.

Мд.

Эйнор и првд не собирлся рзоряться н доспехх для своего слуги. Кольчуг — чуть ниже колен, рзрезння по подолу спереди и сзди тк, чтобы прикрывть сидящему верхом ноги, с широким руквом ниже локтя, без усилений тип оплечий или нгрудник (г, у смого–то есть!!!). Првд, плетение было мелкое и густое. Шлем — простым куполом, но с кольчужными же шрфом и брмицей — точнее, с единым тип комплексом, который оствлял открытым только овл лиц и дже плечи прикрывл; н нижнем крю овл болтлсь ккя–то широкя стрелк… , понял Грв, если её поднять вверх, то можно зцепить з нижний крй шлем спереди, тм вон и скоб есть — кольчуг тогд тоже поднимется, зкроет подбородок, эт стрелк — почти все губы и весь нос. Поножи — высокие, из двух половинок н ремнях. Потом — кожный дублёный жилет с острыми крыльями–оплечьями… г, это поверх кольчуги, не тк уж плохо. Кожные доспехи — вовсе не ткой примитив, кк некоторые думют… Крги — тоже из толстой кожи, со стльными блямбми н сгибх пльцев и костяшкх кулк и н тыльной стороне лдони — до середины предплечья. Треугольный небольшой щит без рисунк — деревянный, обтянутый чёрной кожей и обитый бронзовыми скрепми; изнутри — плотня подушк под руку и несколько ремней, один из которых позволял вешть щит н шею, три других — крепить его у локтя и у зпястья, плюс брть в руку. Меч — смый обычный, простейший и функционльный, кк ложк, выбрнный явно с учётом рост, вес и возрст нового воин — в черных ножнх из кожи и дерев, стянутых крсивыми фигурными, но всего лишь стльными скрепми. (Но дже при всей своей простоте по клинку бежл хрктерный именно для крдолнских мечей лый узор — Эйнор выбрл оружие с родины…) Кинжл — в сущности, уменьшення копия меч. Ещё один нож (кк Грв понял — столовый прибор «з всё») с удобной костяной рукояткой, грнёное шило, нпильник, кожный ремень — нверное, для «доводки» лезвий после зточки. Топор — обычный, рбочий, только полотно с оттянутым вниз концом отличло его от привычных Пшке. И копьё — не пик, кк у Эйнор и Фередир, именно копьё, метр дв длиной, с удобной обмоткой ремнём под руку и широким нконечником, которым при случе явно можно было неплохо рубить. Грв немедленно покрутил копьё с перехвтом, кк квотерстф[41] — и смутился было, но Эйнор одобрительно хмыкнул:

— Хорошо, молодец.

Ободрённый похвлой, Грв зпустил топором, ни слов не говоря, в попвшуюся н глз мишень для ножей — и угодил точно. Н этот рз не удержлся оружейник:

— Ого. Редкое здесь мстерство.

— Он и првд северянин, ты угдл, — гордо зявил Фередир.

Когд Эйнор прикзл примерить доспехи, Грв слегк сник. Н рукх всё было очень тяжёлым… но, облчившись, он понял, что Олег Николевич был прв, когд говорил, что доспехи в рукх и доспехи н теле — рзные вещи. А когд оружейник, что–то бормоч, произвёл непонятные мнипуляции с кольчугой — вес вообще стл кким–то… в общем, не тянущим. Грв пожлел, что нет зеркл. Но, едв он об этом подумл, кк оружейник снял ткнь с большого предмет в углу — и тм, кк по зкзу, окзлся лист зеркльно отполировнной бронзы. Мльчишк почувствовл, что крснеет от удовольствия. А, повернувшись боком, чтобы полюбовться, он увидел рядом с зерклом н полке хорошо знкомую штуку…

— Арблет можно? — Грв скзл «рблет» по–русски, но кивнул н укзнный предмет, и его поняли. Оружейник поднял брови. Эйнор усмехнулся. Фередир зинтересовлся:

— Умеешь?! Это рбот морийских гномов.

— Конечно, — кивнул Грв. — Хорошо умею.

Он уже понял по рекции всех троих, что это оружие тут не в почёте. А зря. Тем более стрнно, что сделн был рблет умело. Приклд, кк у ружья, мощные стльные упоры для «козьей ноги» (он см крепилсь к рблету снизу), удобня скоб спуск, стльной лук, стльня тетив… Арблет, првд, окзлся офигительно тяжёлым, кк хорошее охотничье ружьё–смозрядк. В жёстком туле — кжется, берестяном, обтянутым кожей — хрнились полтор десятк болтов: короткое толстое древко с трёхсторонним жёстким оперением из тонкой дрнки, метллическя проушин, нконечники у большинств — мссивня тупя шишк, но у трёх это были четырёхгрнные «гвозди» длиной в укзтельный плец, ещё у трёх — серповидные срезни шириной в лдонь.

— Покупю, — кивнул Эйнор…

…Коня купили через две лвки — вместе со всей сбруей. Фередир в это время ходил покупть продукты, потом — з конями и вещми, но вернулся быстро — зпыхвшийся, тяжело нгруженный и довольный. Он что–то жевл и, посмотрев, кк Эйнор выбирет жеребц, сунул Грву кусок чего–то липкого.

— Жуй.

Грв — он тоже увлёкся процедурой выбор — откусил и удивлённо скзл:

— Ой. Это же козинк.

— А? — удивился Фередир. — Это глирэд, — слово было явно эльфийское. — Вкусно?

— Угу, — Грв увлечённо жевл. Окзлось, что он дико соскучился по слдкому. — А шоколд у вс нет?

— Нет, — пожл плечми Фередир. — Ну… не слышл про ткое.

— Для кого я выбирю коня?! — окликнул Эйнор. — Эй, вы, двое!..

…Серого в яблокх хорошо объезженного жеребц–трёхлетку Грв нзвл Хсн. Сокрщённо от «х'снкор» — было ткое животное в одной читнной когд–то Пшкой книжке. Объяснять стрнное нзвние он не стл, хотя Фередир спросил изумлённо: «А что это ткое?!» Слово было короткое и крсивое. Чего ещё ндо. Грв был рд — тк рд, что дже см себе удивлялся. Он бормотл слов блгодрности, путя русские слов и слов дунйк, потом с величйшей осторожностью оседлл приобретение. Почему–то конь обрдовл его больше, оружия, больше одежды, больше всего вообще. Под смех Фередир и улыбку Эйнор Грв нконец обнял Хсн з шею и поцеловл прямо в нежный тёплый нос.

— Лдно, — скзл Эйнор. — Покжи, кк ты умеешь увязывть своё собственное добро — и пошли–к ужинть и устривться н ночлег. Мы проведём в Форносте пру дней.

— А куд пойдём? — деловито спросил Фередир.

— В «Гнездо кукушки», — скзл Эйнор.

Фередир в ответ н вопросительный взгляд Грв пожл плечми.

Глв 13,

в которой обнруживется кукушкино гнездо и происходят ещё некоторые события...

Внутри тверн «Гнездо кукушки», кк ни смешно, окзлось больше похоже н ретро–кфе — из недешёвых. Стены, обшитые светлыми и тёмными деревянными полоскми–пнелями вперемешку, большой открытый очг, высокие потолки, подпёртые деревянными ркми, с которых свисли н цепях потушенные днём светильники, выложенный лыми и серыми грнитными плиткми пол, квдртные столы н четыре мест кждый, стулья с высокими спинкми, выведенными в виде стилизовнной лилии — рсширенные кверху, н резных ножкх… Н небольшом возвышении в глубине зл сидели — првд, пок не игрли, тихо рзговривли друг с другом — музыкнты: рфист, флейтист и… скрипч, что ли? Четыре из кждых пяти столов были зняты, но хорошее место рыцрю и оруженосцм ншлось легко. Подошедшя девушк принял и вскоре принесл зкз. Эйнор не собирлся экономить н еде — ни для себя, ни для своих оруженосцев. Сковород с глзуньей из дюжины яиц с ветчиной, три жреных цыплёнк, полкрвя серого хлеб, листья молодого слт, хрустящие тонкие коржики, кувшин с вином, три тонкостенных кружки… В общем, поесть было что. Дже ножи и вилки были подны — метллические, нчищенные до блеск. И три чистых полотенц — с вышивкой. Д ещё н подходе, с улицы, видно было, что зведение пользуется немлой популярностью — во дворе у коновязи стояло десятк три коней.

Мльчишки нвлились н еду без церемоний. А вот Эйнор несколько мгновений молч смотрел н зпд, кк будто видел сквозь стену — когд знялся обедом, то ел изящно и дже крсиво. Но Грв н это поглядел лишь мельком. Он внезпно открыл, кк это здорово — есть ножом и вилкой з столом неспешно и умело приготовленую пищу. Дже лучше, чем в «…пони». Хотя Нркисс, несомненно, получил бы удр, скжи ему кто–нибудь об этом. А может — и дже нверное — перед этим удр получил бы критик. Обычный удр — кулком.

— Тебе кк — воды зкзть? — Эйнор вдруг, словно угдв, о чём думет оруженосец, подмигнул Грву. — Ты знешь, что почтенный Нркисс с твоими фокусми чуть не умер от гнев?

— Не ндо мне воды, — буркнул Грв и нлил себе вин. Оно было густое, крсное, но чуть–чуть с фиолетовинкой. И холодное — жесть кружки зпотел.

— Вино было сделно ближе к твоим родным местм, — Эйнор тоже пополнил свою кружку. — Н восточном берегу Рун.

— Эйнор тм был, — гордо зметил Фередир. Эйнор усмехнулся:

— Был. Ещё оруженосцем… Кстти, это вино тогд и сделли. Пять лет выдержки.

Грв отпил. Осторожно. Вино было и првд холодным… и не тк уж походило н прокисший компот ( именно тким был опыт общения мльчишки с вином). Оно чуть слдило, чуть горчило, чуть кислило… чуть вязло язык — и было, в общем–то, приятным. И, видимо крепким — через ккую–то минуту, несмотря н то, что Грв плотно поел, у него слегк поехло сознние. В общем–то это было не неприятно и не доствляло особых неудобств — скорей было дже збвно.

— Ты что, опьянел, что ли? — усмехнулся Эйнор. — Тогд пок хвтит, ешь.

— Не, больше не хочу, — ответил Грв. И не срзу сообрзил, что ответил по–русски. Повторил то же н дунйке, потом чувств постепенно пришли в норму. — Мы тут будем жить?

— Комнт с здней стороны. Снчл вм ндо будет коней устроить кк следует.

— А ты в город идёшь? — вмешлся Фередир. Эйнор кивнул. По столу — ловкими быстрыми движениями пльц — толкнул три зрни Фередиру, три — Грву. — Гуляйте, только чтоб с темнотой были здесь. Д, Фередир, — по столу скользнул золотой. — Проверьте всю сбрую кк следует и сумки зполните овсом.

— Конечно, — Фередир прибрл монету. Грв ктл по столу три свои, потом тоже убрл их в новенький кошелёк. Спохвтился:

— Тут кошельки не крдут?

— Если в збегловкх у Южной Стены нпивться в дым не будешь — не укрдут, — хмыкнул Эйнор.

Все трое змолчли и рсслбились. Грв посмтривл вокруг и ощущл невероятное спокойное умиротворение. То ли из–з вин — но скорей просто потому, что в его здешней жизни нконец всё определилось и он не просто ншёл место, но и обрёл, тк скзть, все внешние признки сттус. Ну и лдно, подумл Грв, ну и отлично. Вот тк всё и будет. Стну жить, словно ничего другого не было. Д и првд же — не было…

Подошедшя девушк убрл со стол, принесл Фередиру пив и всем — ржных сухрей с солью.

— З счёт «Гнезд кукушки», — весело скзл он. — Кк проживющим здесь.

— А почему «Гнездо кукушки»? — поинтересовлся Грв. Девушк улыбнулсь:

— А тут всегд кк в гнезде кукушки — много нроду, но никого постоянного. Рзве плохое нзвние.

— Грустное, — неожиднно для смого себя скзл Грв. Девушк посмотрел чуть удивлённо и с интересом.

— А ты крсивый, — скзл он вдруг, чуть нгибясь к мльчишке. — Тебе говорили, что ты немного похож н эльф?

— Говорили, — мльчишк решил не отстрняться. Смотреть н девушку вблизи было приятно, и он ощущл себя совсем взрослым и ещё — кк–то бесшбшно. — Ты тоже крсивя, тебе об этом говорили? — он, помедлив, выствил колено, и девушк н него уселсь. Эйнор н миг поднял глз, но ничего не скзл, Фередир подмигивл срзу обеими. Грв не соврл. Девчонк — чуть постршего его смого, белокожя, зеленоглзя и светло–руся, с уже очень неплохой грудью — был симптичной, одет ккуртно и со вкусом. Он гибким движением обхвтил мльчишку з шею, чуть отстрнилсь и поинтересовлсь:

— Ты оруженосец?

— Д–… — Грв подвёл руки под спину девчонки. Он зсмеялсь негромко, отнял одну руку от зтылк мльчишки (второй — потихоньку — поглживл ямку пониже зтылк; жутко приятно это было!!!), обмкнул кончики пльцев в кружку с недопитым вином и легко провел по губм Грв. Он облизнулся невольно и ощутил, кк нпряглось всё тело, кждя мышц. Слдко тк нпряглось — и чуть оглушюще, кк вино. Во чёрт, тк откровенно не вели себя девчонки дже в ег… мире Пшки. По крйней мере, н людях. Но, судя по всему, окружющим было нплевть. Д–, кто бы мог подумть, что в мире Толкиен есть ткие девушки… и ещё… хрень, неужели он — ткя крсивя и молодя совсем — проститутк?! И подёт здесь… что–то не сходится… Или я ей просто тк понрвился? Д ну… — А… — мльчишк провёл пльцми по шее девчонки — он улыбнулсь и потёрлсь щекой о тыльную сторону лдони Пшки. — Ты дорого берёшь?

Тресть!

Плюх!

Простучли шги. Хохот обрушился со всех сторон добвочным водопдом — к тому вину, которое было стремительно и метко выплеснуто в лицо мльчишки. Левя щек у него мгновенно онемел от рзмшистой плюхи, првя нчинл гореть см по себе без удр.

— Чччччччто это? — Грв потряс головой и фыркнул.

— Болвн, — хмыкнул Фередир. — Твоё счстье, что никто кроме неё не слышл этих слов.

— Я слышл, — скзл Эйнор. Он поднял глз от трелок и смотрел н Грв в упор. — Ты принял её з шлюху?

— Д, — Грв опустил глз. — Но рзве…

— Ты ей просто понрвился, ненормльный! — Фередир нлил Грву ещё вин. — Я тебе тк позвидовл… — он хихикнул и фыркнул.

— В моих местх девушки не усживются н колени незнкомым прням в кф… в твернх, если они не шлюхи или если эти прни не их близкие друзья, — сердито скзл Грв, с удовольствием зметив, что вспыхнувший интерес к происшествию тк же быстро угс.

— В нших тоже, — спокойно соглсился Эйнор. — Но тут большой город и очень вольные обычи. Кроме того, он из твоих, из северян — у них считется, что с кждым воином связн немля Удч. Не могу скзть, что мне всё это нрвится, но я прикзывю тебе…

— …я схожу и извинюсь, — Грв решительно поднялся, нчл вытирть лицо полотенцем. Эйнор совершенно спокойно, удовлетворённо кивнул и вернулся к еде. Фередир нхльно и довольно цинично прошептл:

— Не будь дурком, если простит — возьми её. Двй, удчи!

Грв отпрвился н поиски. Они окзлись недолгими — девчонк стоял у кмин и нблюдл з тем, кк жрится брнья тушк, с которой мльчишк лет двендцти рвномерно срезл слои мяс и уклдывл н блюдо, стоявшее рядом н трёхногом тбурете.

— Послушй… — Грв остновился рядом с девчонкой. Он обернулсь, но холодно, и глз были неприязненными. Тем не менее, Грв продолжл: — Я издлек. Я нездешний, понимешь… У нс совсем другие обычи. Я в мыслях не держл обидеть тебя. И сейчс прошу прощенья з ннесённое оскорбление. У нс з ткое, — приврл он, — берут виру или вызывют н поединок. Мне дрться с твоим бртом и отцом?

Мльчишк, резвший брнину, зсмеялся. Девчонк свел брови… но вдруг улыбнулсь тоже. Он увидел и понял, что Грв н смом деле смущён и рстерян.

— Отец не умеет дрться мечом. Это его корчм, и он имеет дело только с топором и ножми… А мой брт, — он кивнул н мльчишку, — хрбр и могуч, кк весенняя белк, — пцн скривился и покзл язык сестре, — но, боюсь, легковт для боя с тобой.

— Тогд вир? — Грв оперся высоко поднятой рукой о тёплую деревянную стену рядом с очгом, склонил голову н плечо.

— У тебя же пустой кошелёк, — нсмешливо, но не зло скзл девчонк. — Дже оружие и доспехи куплены твоим рыцрем. Могу поклясться в этом.

— Я могу нрубить дров или убрть хлев, — вполушутку предложил Грв. Если честно, он всегд робел девчонок — они кзлись нсмешливыми, нелогичными и шумными. Но сейчс почему–то было легко говорить.

Брови девчонки поползли вверх:

— И ты это умеешь?!

— А что тут ткого? Я из крестьянской семьи… Меня зовут Грв, — он чуть поклонился, — ты кто?

— Тзр, дочь Уризн, — девчонк чуть поклонилсь и повел рукой. Северянк или нет, но имен и у отц, и у неё были н дунйке. — Я прощю тебя з твою глупость, произошедшую от незнния и дикости.

Грв дже рот приоткрыл… но тут же понял, что девчонк смеётся нд ним — незло, тк, мленькя месть. И зсмеялся тоже…

…Ни Грв, ни Тзр не змечли, кк сидевший в углу недлеко от кмин мужчин — средних лет, в простой одежде — ловкими быстрыми штрихми угольной плочки нбрсывл н белом листе плотной бумги — рсстеленном н столе — эту сцену: кмин, огонь, смеющиеся мльчик–оруженосец и девушк из трктир — юные, крсивые, беспечные и немного «выствляющиеся» друг перед другом.

Человек звли Туив — и он был живописцем. Сейчс, когд он рботл нд нброском, перед его глзми уже был кртин — нстоящя кртин, двендцтя в серии «Люди Форност».

Художник здумчиво улыбнулся, не перествя рботть. Он был блгодрен этим подросткм и, нклдывя последние штрихи, привычно попросил Эру быть милостивым к его глупым и счстливым мленьким детям — ко всем н свете — и к этим, у кмин, хотя бы з то, что в нынешнем штком и больном мире они смеются тк, словно — бессмертны. И немного смодовольно подумл, что может кое–что добвить к милости Эру — н смом деле подрить своим невольным нтурщикм бессмертие…

…Эйнор успел уйти. Фередир, скучливо созерцвший потолок, оживился, когд Грв плюхнулся нпротив.

— Ну что?

— А ничего, — легко ответил тот и зсмеялся.

— Ясноооо… — Фередир рсплылся в улыбке. — Пошли к коням, потом я спть, темнеет уже, ты…

— Выдумл, — фыркнул Грв, снов поднимясь — кк н пружинх. — Пошли…

…В конюшне н отведённых местх Грв тк бурно нежничл с Хсном, что Фередир опять зсмеялся и толкнул друг в спину:

— Спокойней, спокойней, ты чего? Влюбился, что ли?

— Знешь, нет, — откровенно признлся Грв. — Я… в общем, не влюбился я… — Грв понизил голос. — Ты знешь, он во–первых симптичня и весёля. А во вторых я… ну это… ну, в общем… это кк бы…

— Хочешь её, что ли? — просто спросил Фередир. Грв покрснел. — Ну и иди, в чём дело–то. Я ж тебе срзу скзл. Только если ребёнк откуёте — придётся тебе его содержть. Инче нечестно.

— А? — Грв покрснел ещё сильнее. Фередир пожл плечми:

— У меня двое…

Грв вытрщился:

— Че–го–о?!

— Ну д, что? — не меньше удивился Фередир. — Одн рядом с Зимрой, второй н юге Арнор. Мльчишк подрстёт — может, возьму его к себе оруженосцем. Стну же я к тому времени рыцрем.

— А кк их зовут? — облдело поинтересовлся Грв. Фередир пожл плечми:

— Откуд мне знть? И зчем? Хвтит и того, что я про них смих точно зню и посылю им деньги…

— А Эйнор? — допытывлся Грв.

— Эйнор, — хмыкнул Фередир. — Эйнор нуменорец, они тк собой не рзбрсывются… Сколько тебя учить, кругми щётку води, кругми!!!

— Я сейчс тебя этой щёткой…

…В комнте, которую оплтил Эйнор, было четыре кровти — не три. Но н четвёртую оруженосцы бестрепетно свлили все вещи и теперь плесклись в большой медном тзу, по очереди поливя друг другу из кувшин. Повозишься с лошдьми — при всей любви к ним — и в тком виде не звливться спть в кровть, ни идти н свидние с девушкой не стоит.

— Вообще–то ндо бы тебе рубшку, — Фередир, фыркя, выпрямился и критически осмотрел друг. — Нкидку, штны не кожные… одни споги куд ни шло.

— Где я всё это тебе возьму?! — возмутился Грв, вытиря волосы и из–под полотенц сердито глянув н Фередир. — Гребень дй.

— Держи… — Фередир хлопнулся н кровть, збросил руки под голову и продолжл рзглядывть Грв, который сердито дёргл гребнем. — Иди тк, он тебя рсчешет кк рз.

Грв кинул в зхохотвшего Фередир гребнем и резко зтянул пояс. Подумл и привесил не только кинжл, но и меч. Он думл, что Фередир будет смеяться, но тот кк рз ничего подобного и не собирлся делть. Хотя нпутствовл довольно ехидно:

— Не рзочруй её…

…В зле нроду было полно и дым коромыслом. Пшк н секунду ощутил себя мльчишкой, зполночь явившимся в бр, где гуляют взрослые дяди. Но почти срзу сообрзил, что это он тк думет. А окружющие если и глядели н него, то мельком. Ну оруженосец. Ну идёт куд–то. Ну и что?

Уризн — хозяин «Гнезд кукушки» и отец Тзр — стоял возле кмин и руководил несколькими слугми — днём их Грв не видел (видимо, по вечерм семья отдыхл). Проходя мимо него, Грв внутренне съёжился — ему кзлось, что Уризн нсквозь видит, куд он, Грв, попёрся. И вообще ситуция покзлсь н миг невероятно глупой — мльчишк едв не вернулся в комнту. Но предствил себе ехидство Фередир — и решительно вывлился н крыльцо, геройски придерживя меч.

Во дворе, кстти, нроду тоже хвтло — уединяйся тут! И Тзр — стоявшя у коновязи, где опять было полно «свежих» коней — тоже был не одн, в компнии двоих прнишек. Между прочим, и повыше, и пострше, и покрепче Грв. Но, едв Грв, нрочито громко стуч стльными подковкми по змостке двор, подошёл ближе — кк те испрились. Причём это был, кжется, не стрх, — увжение. Именно нстоящее увжение к воину.

Хм. Это было приятно.

С этой мыслью Грв и подошёл к коновязи. И положил лдонь поверх руки Тзр, лежвшей н отполировнном бревне.

— Добрый вечер, — улыбнулся он. — Погуляем, или кк?

— А рзве твой рыцрь не велел тебе с темнотой быть здесь? — прищурилсь Тзр.

Больше всего Грву хотелось скзть, что он см себе хозяин и вообще уже взрослый… но здесь это было првдой — он был взрослый и должен был себя вести, кк взрослый. А взрослые не делют глупостей, чтобы докзть свою смостоятельность всему свету.

— Велел, — вздохнул Грв и подбросил серебряную монетку. — Что тебе купить? Или дочери хозяин всё это уже поперёк горл?

— Почему? — удивилсь Тзр. — Отец просто тк не угощет, инче мы всё съедим, посетителям и постояльцм ничего не остнется. Принеси чего–нибудь попить. И что см зхочешь, г?

Грв снов зглянул внутрь и вынес кувшин с яблочным элем и сухие печенья н меду. Кувшин достлся ему, печеньями немедленно звлдел и зхрустел.

— Вкусно. У нс лучшее в городе печенье, — объявил он.

— Дй–к и мне, — Грв успел спсти одно, остльные перекочевли куд–то вглубь юбки Тзр.

Позди дом был небольшой сдик — явно не для постояльцев. Но Тзр с решительностью хозяйской дочери повел Грв туд. Н ходу они сделли по пре глотков из кувшин — яблочный эль мльчишке понрвился дже больше вин, чем–то он нпоминл гзировку, чем–то — квс…

— А ты откуд? — спросил Тзр. Грв мхнул рукой:

— С восток. Я точно см не помню. Был в плену в Ангмре, пмять отшибло…

— Ты был в Ангмре?! — Тзр поёжилсь. — Тебя освободил тот рыцрь, твой нуменорец?

— Я см бежл, — гордо скзл Грв. — Нс бежло много… но всех перебили охотники з беглыми, — мльчишк вспомнил своих недолгих приятелей, умершего Туннс — и вздохнул. — А мне повезло. Эйнор ншёл меня прямо у дороги.

— Ты похож н йотеод, — решил Тзр. — Мой дед был йотеод… И ещё првд похож н эльф… — он взялсь рукой з усыпнную белеющими в темноте цветми яблоневую ветку. — Мы сми врим эль. Вот из этих яблок.

— Вкусный, вкусней вин, — признл Грв, деля ещё глоток, и Тзр улыбнулсь польщённо, взял кувшин и отпил тоже. Мльчишк потянулся и поцеловл её в губы — дже не поцеловл, ткнулся… но Тзр обвил его з шею одной рукой и не отпустил.

— Погоди, вот тк…

…Фух! «Вот тк» продолжлось с минуту, и Грв уже почти здохнулся — когд отстрнился, то губы горели. У Тзр был вкус эля, строго мёд и ккой–то трвы. Мльчишк облизнулся под смех глядящей девчонки и снов потянулся к ней:

— Ещё…

Н этот рз он прихвтил мльчишке нижнюю губу, и довольно беспощдно. Но боль почти не ощущлсь з нктыввшим волнми удовольствием от поцелуя. Путясь в юбке и не перествя целовться, мльчишк повёл по бёдрм Тзр.

— Подожди, — зсмеялсь он и фыркнул в ухо Грву. — Пояс, глупый.

— А, д… — мльчишк поспешно здёргл пояс. Тзр снов тихо зсмеялсь и положил руки Грв н свои бёдр.

— А тут, — прошептл он, — я см, — и знялсь поясом…

…Собственное неумение смущло Грв. Вся «теория» вылетел из опустевшей головы, в которой от виск к виску со звонким гулом рскчивлиь колокол, мир вокруг кружился, пхнул трвой и тёплой весенней землёй. Но Тзр был терпелив и спокойн. Он чутьём знл, кк легко унизить и дже исклечить душу мужчины, если посмеяться нд ним в тком случе и покзть своё превосходство. Кроме того, мльчик был крсив и првд ей понрвился. Всё, что он знл об этой стороне любви — он знл лишь н словх, Грв был у неё первым. Но, кк обычно, знние девушки в этом было выше знния юноши — вернее, мльчишки, решившего, что он взрослый.

Нет. Тзр ни о чём не жлел.

И уж тем более не жлел ни о чём стонущий — сил молчть не было — Грв.

* * *

— Покжи, — скзл высокий воин. Одетый в тёмно–синее с бледно–голубой восьмиконечной звездой, с короткой тёмно–русой бородкой и бледно–голубыми, почти прозрчными глзми, он больше походил н северянин, чем н нуменорц. Но Эйнор сын Иолф, рыцрь Крдолн, отлично знл, кк выглядит Арвелег сын Аргелеб, князь Артедйн и прямой потомок Элендил. Поэтому он поднял руку и повернул кольцо. Блики двух фкелов скользнули по поверхности Клн Айр, оствляя жемчуг холодным.

Арвелег Первый, князь Артедйн - _Ю.Кштнов_

— Ты знешь меня, князь, — в голосе Эйнор не было упрёк.

Из трёхсотярдовой пропсти, вытягивя вверх крсными копьями фкельное плмя, дул ветер — вечный и незметный внизу, в рспдке между холмов Эмин Крк и Эмин Экко, тм, где в болотх гнили остнки чудовищной орочей рмии, когд–то пытвшейся взять крепость Форност — тогд ещё не город и дже не рнорскую крепость — крепость Нуменор. В городе уже мло кто помнил об этом чудовищном клдбище, рзделявшем дв крепостных холм. Нуменорскя конниц втоптл тысячи вргов в рвнину вокруг холомов. И тысячи были згнны безжлостными остриями в гиблую болотину, откуд ещё с неделю слышлись стоны медленно тонущих вргов.

Мло кто знл и то, почему прекрсный и невероятный мост, словно эльфийским колдовством вознесённый нд миром, нзывлся Инт Кунив.[42]

Но это было хорошее место для встречи.

Кроме Эйнор и князя Артедйн тут же были — стояли поодль — дв эльф в серых плщх, приподнятых мечми. Золотоволосого тлет–нолдо, могучего и прекрсного дже для эльфов, звли Глорфиндэйл из дом Элронд и он был полководцем Рздол. Второй — синдр с пепельными волосми — был Гэлдор, Брд и Голос Кирдэн Киритн из Серебристой Гвни.

— Твои слов — слов князя Нрк? — Арвелег подошёл к обмнчиво–тонким перилм и оперся н них рукой в коричневой крге.

— Мои слов — слов князя Нрк, — повторил Эйнор, вств рядом. — Я должен был принести и слов нших рудурских бртьев. Но тот, кто должен был мне их передть, Трлнк сын Миндр, погиб — и Он звлдел его душой.

Стоявшие неподвижно эльфы пошевелились. Лежвшя н перилх рук князя сжлсь в скрипнувший кожей кулк.

— Мы почти не получем сведений из Рудур, — скзл князь тем не менее спокойно. — Почти все нши родичи погибли, кто жив — скрывются в лесх.

— Руэт строит укрепления недлеко от грницы, — Эйнор посмотрел в чёрную пропсть. — Н рботы нгмрские орки сгоняют рбов. Я привёз человек, который бежл с этих рбот.

— Что з человек? — Арвелег повернулся к юноше.

— Мльчик–северянин. Не волнуйся, князь, он чист и он не лжёт.

Арвелег кивнул:

— Мои люди сейчс говорят с теми из вождей клнов, кто недоволен Руэтой. Их тоже остлось мло, но я жду вестей к нчлу лет или чуть позже. Может быть, тогд мы сможем поговорить и с ншими бртьями… Что будешь делть ты теперь, когд передл слов своего князя?

— Что будут делть эльфы? — спросил Эйнор.

Глорфиндэйл и Гэлдор подошли ближе.

— Мы будем сржться, — скзл Глорфиндэйл. — Не только з Имлдрис.

— Кирдэн дст воинов, — ответил Гэлдор. — Не дожидясь, пок орки перелезут через Люну.

— Но из–з гор помощи не будет, — Глорфиндэйл покчл головой. — Что–то стрнное творится в Лихолесье. Тм хвтет своих збот. Люди уходят оттуд, дже звери убегют… Мстер Элронд пытется понять, что тм творится, но пок безуспешно — ккя–то звес скрыл те кря…

— Гондор пришлёт помощь, — скзл Эйнор. Лицо юноши слегк ожило, с него ушл кмення неподвижность. — Это слово Влкр.

— Тк куд же отпрвишься ты? — повторил вопрос Арвелег. Эйнор отметил, что князь нием не выдёт рдости при мысли, что скоро получит Крдолн. И Эйнор был блгодрен ртедйнцу з это. Ему — вот стрнно — было бы неприятно видеть сейчс рдость по этому поводу н лице Арвелег.

— Он не слышит нс, — усмехнулся Глорфиндэйл. Эйнор кивнул:

— Я зню. Недром мы выбрли это место для встречи… Я поеду н север и восток. К истокм Гвтло.

— Почему не срзу в Крн Дум?! — изумлённо и неверяще вырвлось у Арвелег. Эльфы переглянулись. Гэлдор покчл головой. Глорфиндэйл скзл рздумчиво:

— Я бы решился н ткое только рди спсения родич. Или рди исполнения клятвы. Кого хочешь спсти или ккую клятву исполняешь ты, нуменорец Эйнор сын Фэл?

— В городе я видел хрдримц Агнну, — ответил Эйнор. — Скоро н севере будут знть, что Эйнор сын Иолф с двумя оруженосцми неспешно возврщется н юг. И будут гдть, зчем он приезжл сюд — мотлся вдоль грниц, ездил в Аннуминс и околчивлся в Форносте. А ещё Он будет нблюдть з Рздолом, Гвнями, Зимрой, Форностом… Между тем Эйнор сын Иолф будет у Него под носом.

— Допустим, — уже спокойно скзл Арвелег. — Но зчем? Посчитть войск? Померить стены крепостей? Всё это сделют мои люди, и с куд меньшим риском.

— Трлнк, — тихо скзл Эйнор. — Я хочу, чтобы Трлнк сын Миндр отпрвился туд, куд должны уходить после смерти мы, люди. Ты прв, Глорфиндэйл из дом Элронд. Я спсю родич и исполняю клятву. Никто не впрве збрть у человек человеческую смерть.

Эльфы склонили головы и сделли шг нзд, покзывя, что ни спорить ни дже просто продолжть рзговор об этом не считют возможным. Арвелег сжимл и рзжимл кулк.

— Не получится ли тк, что вместо этого Он получит ещё одну душу нуменорц? — резко спросил князь. — И зодно — всё, что ты знешь и помнишь, Эйнор сын Иолф? Не дорогя ли цен?

— Ты говоришь, кк князь, Арвелег сын Аргелеб, — грустно и тихо скзл Эйнор. — Я же могу говорить лишь кк нуменорец. И у нс не принято мерить цену души. Дже одной, потому что он…

— …бесценн, — зкончил Арвелег и тоже опустил голову. — Прости меня, Эйнор сын Иолф. Ты прв. Я ошибся.

* * *

Юнош и девушк лежли под яблоней.

Н них пдли светящиеся в темноте белые лепестки.

Глв 14,

в которой оруженосцы терзют слвный город Форност, но в конце концов всё–тки его покидют вместе с рыцрем.

Оруженосцев Эйнор обнружил в непотребном состоянии.

Фередир сидел внизу вместе с музыкнтми, они пили эль (музыкнты — явно не н свои) и вместе горлнили ткое, что… в общем, Эйнор и здерживться не стл, блго, Фередир сидел спиной и дирижировл кружкой.

Но этот хотя бы был н ногх. А Грв обнружился спящим, хотя было уже к полудню. Он влялся н животе поверх покрывл — нискось кровти — в нижних коротких штнх, обнимл обтолкнную кулкми подушку и во сне улыблся тк, что Эйнору стло искренне звидно. Плечи мльчишки были в сочных зсосх, приоткрытые губы рспухли, спину укршли зсохшие прллельные црпины.

— Мд, — Эйнор громыхнул мечом о кровть.

— Мммммм… — промурчл, чуть пошевелившись, Грв, перевлился н спину, рскинул руки (грудь у него тоже был в синевто–жёлтых пятнх) и открыл глз — явно через силу. — Я сейчс… встну… — но тут же, сообрзив, кто перед ним, попытлся не встть — вскочить. Конечно, его повело, и он плюхнулся обртно с искренне удивлённым выржением н лице. Эйнор понял, что мльчишк выжт, кк виногрд прессом. И спокойно спросил, рздёргивя пояс:

— Понрвилось?

Грв нчл крснеть интересно — из рйон живот. Эйнор, продолжя рздевться и позёвывя, с любопытством нблюдл з процессом. Потом — когд нконец уши Грв зжглись, кк сигнльные мяки н побережье — скзл без поднчки:

— Прими совет. В ходе соития женщин берёт. Берёт много. И стновится только сильней — тков её природ, — Грв опустил голову и поствил ногу н ногу. — А мужчин отдёт. Это приятно, но мужчину это здорово ослбляет. И он вполне может довести себя до того, что не сумеет сесть в седло. Поэтому не выклдывйся тк, словно сржешься з княжеский… — голос Эйнор чуть дрогнул, — …княжеский трон. По крйней мере — не в походх… Оденься, приведи себя в порядок, принеси мне вин и рыбы. Я жутко устл, хочу есть и поспть. И скжи Фередиру внизу, чтобы он перестл поить музыкнтов.

— Д, конечно, я сейчс… — Грв встл — быстро, но теперь уже осторожно. Змялся и признлся: — У меня это было первый… — шумный глоток, — …рз.

— У всех когд–то бывет в первый рз, — рвнодушно скзл Эйнор, швыряя рядом с кровтью споги. — Я рд, что тебе понрвилось. Пок вы свободны, чсов н шесть. Когд высплюсь — зймёмся тренировкой, к вечеру — кк зхотите…

…Если честно — Грв боялся увидеть Тзр, ещё больше — её отц. Но их внизу не было, зто был Фередир. Он уже не пел, болтл в дверях с ккой–то девицей — но н Грв оглянулся, когд тот дёрнул его з плечо, без обиды:

— А, встл?

— Ты куд смотрел?! — прошипел Грв. — Эйнор пришёл!

— Ой! — Фередир округлил глз. — Нверное, з спиной прошёл… прости… Злится?!

— Прикзл вин и рыбы, говорит, что будет спть.

— Слушй… — Фередир змялся. — Отнеси ты. Он нверняк видел, кк я тут пел… ой–ой…

— Я и отнесу, — Грв мхнул рукой. — Не бойся. Я просто тк — предупредить. Он, кстти, скзл, что мы чсов н шесть свободны.

Тзр окзлсь н кухне, куд Грв зглянул з рыбой. Он кивнул, услышв зкз, и Грв тут же прижл её в углу. Девчонк зсмеялсь:

— Рыб сгорит. Угомонись. Вечером встретимся, потерпи…

— Угу, — Грв всё–тки поймл губми её губы. Было немного стыдно. Он ощущл, что не любит Тзр. Просто… в общем, попхивло чем–то нехорошим. Но в конце концов, он см–то не протестовл, ноборот… В этих мыслях мльчишк блгополучно зпутлся и, мхнув н них рукой, отволок Эйнору жреного крп и кружку белого вин — не крсного, кк вчер.

Эйнор, сидя н кровти, читл ккой–то свиток, хлопнул рядом по постели — Грв опустил поднос и, подумв, поствил кк следует вляющиеся споги рыцря, потом — уложил брошенную кк попло куртку. Прислушлся к себе — не противно прислуживть? И понял: нет, не противно. Просто потому, что… не противно, и всё.

— Иди, — Эйнор поднял глз. — Деньги вчер не все потртил?

— Нет, пяток медяков, — вспомнил Грв. — Больше ничего?

— Ничего, — улыбнулся Эйнор, сворчивя свиток. — Шесть чсов меня не беспокоить…

…Перепоясывясь н ходу, Грв вышел н улицу. Фередир нигде не было — не обнружилось его дже н конюшне, и Грв, поглдив по холке Хсн и проверив кормушку и поилку, усмехнулся: «Предтель, блин.» Но потом подумл, что это, может, и к лучшему. Вдруг зхотелось посмотреть Форност смому, одному — и просто тк, кк посмотрится. Чтобы никто ничего не объяснял и не говорил вообще.

Мльчишк попрвил пояс, приглдил волосы и решительно пошёл по улице — куд глз глядят…

…Большим недосттком Форност окзлось нличие в городе коней. Серъёзно. Кони неромнтично и безо всякого увжения гдили, где ни попдя. Рньше об этой стороне средневекового быт Грв кк–то не здумывлся.

Но это, пожлуй, был единственный недостток. В остльном город подтвердил вчершнее своё о нём впечтление — он был крсив и исполнен собственного достоинств. Дже н рынке — рынок рскинулся по площди у подножья одного из холмов и по окрестным улочкм — это достоинство ощущлось. Если, конечно, не подходить к лвкм хрдримцев. Оттуд одуряющее пхло пряностями и духми, тм были смые цветстые ткни и смые роскошные нвесы и вывески. Конечно, против ткого не могло устоять огромное количество женщин и девушек. Но Грву не нрвился ни внешний вид хрдримцев, ни их крикливя нпористость — они только что не хвтли покуптелей з рукв и явно ловили кйф от купли–проджи. Грв же (и Пшк) никогд не понимл людей, получющих удовольствие от процесс торговли. Торговть и торговться он не умел. И кстти — видел, что большинство местных мужчин смотрят н хрдримцев с тем же высокомерным презрением.

Здержлся мльчишк только у оружейной лвки, в которой торговец рсхвливл сбли и ятгны. По клинкм струился знменитый дмскский (интересно, кк его тут нзывют?) узор, рукояти и ножны были щедро усыпны кмнями и выложены дргоценными метллми. Язык у торговц был подвешен неплохо, его слушли с интересом, хрдримец тем временем — кстти, ловко игря сблей — стл рсхвливть «несрвненный клинок, который рзрубит любую стль, кк жлкую веточку».

Потом люди вдруг подлись в стороны, что–то коротко вжикнуло, хрустнуло — торговец присел, ошлело глядя н оствшуюся в кулке рукоять — и ровный обрубок клинк примерно в лдонь. Остльной клинок влялся н прилвке. В нступившей тишине сухощвый мужчин с острым лицом осмотрел кромки лезвия своего длинного меч (смого удр никто не зметил) и, не глядя вбросив оружие в ножны, другой рукой кинул н прилвок пять золотых монет.

— Это з кмни и золото н рукоятке, — скзл он хрустким голосом. — Клинок не стоит и одного фртинг. Пойдёмте, мльчики.

Четверо мльчишек — от 7–8 до 12–13 лет — одетые в тёмно–синее ккуртное плтье, восхищённо перешёптывясь, поспешили з мужчиной. Торговец молчл, только хлопл глзми. В толпе кто–то скзл:

— Это Адунрду сын Згрхор, — возбуждённо шепнул Грву ккой–то пренёк его лет, смотревший вслед уходящим, — Меч Северных Ворот. И его клинок Ару. Хрдримец просто ндутый дурк, инче перестл бы хвстться, только увидев Адунрду…

Грв невольно стиснул рукоять своего меч. И внезпно решил кое–что проверить. Просто рди интерес…

…— Крдолнскя рбот, — оружейник немного удивлённо посмотрел н мльчишку, стоящего перед прилвком. — Молодой меч.

— Что знчит — молодой? — переспросил Грв. Оружейник покчл головой:

— Ты не знешь? Молодой — знчит, отковнный не в Нуменоре и дже не в Арноре… Но это хорошя рбот, — он вернул оружие хозяину. — Очень хорошя.

— Скжи, почтенный господин, ты просто торгуешь оружием… — Грв убрл меч в ножны, — или…

Он не договорил. Оружейник улыбнулся без обиды:

— Я тридцть дв год сржлся, прежде чем нчть торговть. Рыцрем не был, но повидл всякое. Что ты хотел спросить, оруженосец?

— Кк нзывют мечи? Меч моего рыцря зовут Бр…

— Твой рыцрь — Эйнор сын Иолф? — поднял брови оружейник. — Тебе повезло, гордись… Но я боюсь рзочровть тебя в другом. Меч нельзя просто нзвть. Бывет — их имен рождются вместе с мечми — но не с ткими, кк у тебя, прости. Или, бывет, приходят в снх. Или н поле битвы. Или меч см говорит своё имя хозяину. Вот всё это может быть и с твоим мечом. Когд ккое–то слово вдруг придёт смо — кк удр молнии в дуб, кк рифм к поэту — тогд знй: это и есть имя твоего меч. А придумть ему нзвние просто тк — всё рвно, что всерьёз нзвть курицу орлом только потому, что тебе тк зхотелось. Нсмешишь людей и прослывёшь дурчком.

— Спсибо, — здумчиво скзл Грв. Зшрил было в кошельке, но оружейник покчл головой:

— Ну нет. Я не беру денег з приятный рзговор.

Грв ещё рз поблгодрил. Здумчиво. И снов вышел в толкотню рынк. Сунулся туд, где торговли рукописями — нстоящими книгми и свиткми. И вновь досдливо ощутил себя ущербным, негрмотным. Вот же гдство. К счстью, рядом шл торговля укршениями. Првд, тут было в основном то, что в мире Пшки нзывлось «бижутерия». Дутое золото, посеребренное железо, позолочення медь, полудргоценные кмни, то вообще явные стрзы (ндо же, умеют делть!)… Цены были, конечно, тоже мелочёвые, н фртинги, и Грв отошёл подльше, где торговли нстоящими вещми.

Тут, конечно, тоже рзные были вещи и рзные цены. Грв пробежлся взглядом по вещм — от лежвшей под локтем хозяин лвки дидемы — плетения золотой журной путинки с изумрудми и рубинми. Д уж.

Ценников тут не было, спршивть цену Грв стеснялся. Он спросит, ему ответят, стнет ясно, что не укупишь, и всем будет ясно, что у него просто не хвтет денег. И будет стыдно.

Тем не менее, он всё ещё водил взглядом — пок не нткнулся н простенький перстенёк. Явно женский. Серебряный. Тоненький ободок в виде стебля рстения, крсиво рскрытый — словно нвстречу солнцу — цветок… А в середине цветк мерцл прозрчный крсновто–коричневый кмешек — Грв не знл, что это гицинт. Недорогой, но при првильной огрнке — крсивый. А тут кк рз явно порботл мстер…

Ювелир — неожиднно полненький, невысокий, в лихом берете н седовтых волосх — вдруг нклонился нд прилвком и сообщил:

— Зрни и семь фртингов, оруженосец.

А вот интересно, подумл Грв, кк они все угдывют, что я оруженосец? Но тут же понял, о чём идёт речь и удивлённо спросил:

— Что?

— Этот перстенёк — зрни и семь фртингов. Девушкм нрвятся ткие вещи. И иногд ткой подрок нмного ценней любой дидемы, которую покупют нелюбимым жёнм — кк дополнение к крсивой сттуе.

Грв поднял глз.

У ювелир были добрые глз. Стрнно. Торгш… Но у него и првд добрые глз.

— Я… возьму, — с зминкой соглсился Грв. И полез в кошелёк. Ншрил монеты нощупь, чтобы не считть их н виду у всех — увидят же все, что тм и есть–то… Вообще–то мльчишке это кзлось — покуптели и зевки не смотрели н него. Почему–то посчитл про себя: остлось зрни и двендцть фртингов. Ну и нормльно!

Перстенёк ювелир упковл в мленький мешочек из тонкой кожи — н звязке. И с улыбкой передл мльчишке:

— Пусть ей понрвится.

— Спсибо, — кивнул Грв, бережно убиря мешочек в кошелёк. И пошёл дльше — пру рз оглянувшись и ощущя, что нстроение почему–то стло очень хорошее и беззботное.

Нискось от лвки ювелир шёл кулчный бой. Плотня толп окружл почти нстоящий ринг — по крйней мере, нтянутые н стойки верёвки нличествовли — н котором двое мужчин — голые по пояс — рботли кулкми. Голыми. Об были в крови, но кк рз когд Грвв протиснулся поближе, бой прекртился и противники пожли друг другу предплечья и дже обнялись, похлопли по спинм и отошли в сторону от толпы. Ешё двое — помоложе — тут же стли сливть н руки бойцм, те умывлись, фыркя. Между тем «н ринг» уже вылезл следующя пр, и Грв сообрзил, что бой любительский, просто мшут кулкми желющие. Честно говоря, смотреть н это было кк–то скучновто. Зто буквльно по соседству н почти ткой же площдке сржлись н мечх — двое н одного. Этот один был эльф. Судя по репликм в толпе, ткое встречлось редко.

Длинный меч эльф — полуторк с зметно листовидным клинком, н котором серел витиевтый узор — плёл вихревое кружево, удры и отбивы переходили один в другой незметно и быстро, кк волны н море. Он побеждл. Но Грв с огорчением и досдой подумл, что он и удры проигрывющих людей не рзличет. Ну кк тут нучиться? А ведь ндо. Это вещь совершенно необходимя, нсущня… Нет, ндо попросить Эйнор тренировться чще.

— Ay, yothejd, — вдруг коснулсь плеч Грв рук. Он обернулся и увидел рыжеголового кудрявого прня своих лет. В чёрной и коричневой коже, с переброшенным через плечо чёрно–жёлтым клетчтым плщом, он смотрел н Грв, держ лдонь н шйбовидном нвершии меч в богтых ножнх. — Jakt veytta? — и, видя, что Грв не понимет, повторил — громко, привлекя внимние окружющих: — Срзимся? Для интерес?

Голубые глз прня были не интересными. Они были злыми. Неясно, почему, но он был явно зол н Грв… хотя нет. Скорей всего, н йотеод. Вот чёрт, подумл мльчишк недовольно, ну вот же ж в чужом пиру… Отвечть з дел чужого нрод. Но вокруг уже прислушлись, рздвлись поощрительные выкрики, мльчишек только что не подтлкивли в спины. Судя по голосм, подвляющее большинство болели з Грв.

Грв смерил рыжего от головы до пят и обртно. Неспешно и внимтельно. Хмыкнул и нчл рстягивть пояс. Срзу протянулись несколько рук — принять пояс и куртку. Подумв, скинул и рубшку. В толпе прошёл шепоток — рзглядели ещё не совсем поджившие шрмы н зпястьях и спине. Нверное, рзглядели и ночные укршения… но стыдливя мысль об этом ушл срзу, кк только рздлся голос:

— Не вши прня пометили, рыжий? — спросил кто–то явно врждебно. Холмовик зверовто повёл глзми, тоже стскивя куртку — одетую н голое тело. Он был худой, кк щепк, но жилистый, н груди и плече слев синел вязь сложной ттуировки. Сбросив ножны с длинного серого клинк, холмовик полоснул воздух крест–нкрест. Грв повёл углом рт и вышел н крй площдки. Пригнулся, ощущя неожиднный зрт — это чувство нхлынуло волной и утопило всю рссудочность и все опсения. Хотелось дрться и победить.

— Обмотйте им мечи, — скзл вдруг эльф — он стоял в толпе, держ в руке кружку. — Это не шутки. Мльчишки порубят друг друг.

— Првильно, — поддержл кто–то. У Грв из рук потянули меч:

— Дй–к, дй, сейчс вернут.

Рыжий отдл меч явно неохотно, и Грв сообрзил: ведь првд хотел рнить. Или дже убить. Ну сволочь…

А мльчишкм уже вернули оружие — плотно обмотнное ндёжно зкреплённой тонкой ткнью, густо выпчкнной то ли углём, то ли сжей.

— Х! — выкрикнул рыжий, топя ногой — и тут же прыгнул влево — и ннёс удр впрво, в плечо. Причём тк, что воздух низко згудел — и, попди меч в цель, это был бы перелом плеч и ключицы. Но Грв чего–то ткого ожидл — отштнулся в сторону от удр и достл противник по колену. Мельком, несильно — но полос сжи остлсь. Рыжий осклил зубы, прыгнул ближе, целя Грву в живот — едв тот поднял клинок, кк меч рыжего стремительно отдёрнулся и тут же метнулся выше, в грудь. Грв опять ушёл — в сторону–вбок, сверху рубнул по вытянутой руке. Рыжий отскочил — кк в тнце, мхнул мечом н уровне живот. Но Грв не тковл — ждл. Ждл, только губы себя кк–то стрнно вели, сми по себе — рстягивлись, словно в улыбке, открывя не только зубы, но и дёсны. Грв ничего не мог с этим сделть.

Меч холмовик описл восьмёрку — и зкрутился с бешеной скоростью. Похоже было, что оружие, кк пропеллер, тянет з собой своего хозяин. Держ перед собой меч кк переклдину — прллельно земле н уровне груди — Грв сделл несколько шгов нзд по кругу. Врёшь, устнешь… Восьмёрк рзрядилсь стремительным броском в голову. Грв отклонился — еле успел убрть её, ветерком прошлось по щеке — и ткнул мечом перед собой вниз.

— Ав! — не выдержл рыжий — меч попл между ног. Толп рзрзилсь хохотом. Грв съездил рыжего по шее — плшмя, но довольно сильно — и нступил ногой н оброненный меч. Рыжий скорчился н коленях, прижимя руки к пострдвшему месту.

— Дгор, Крдолн!

— Крдолн!

— Крдолн!

— Згрдун!

До Грв не срзу дошло, что он победил. Тяжело дыш — ндо же, ккие–то секунды — тк зпыхлся — мльчишк вскинул меч. Плвно повёл им в сторону — и по дуге, потом поклонился слегк. Видно было, что ткое поведение пришлось людям по душе — одобрительный рёв, нчвший было стихть, всплеснул снов. Грв повернулся к своему противнику и подл ему руку.

Рыжий посмотрел тк, что рук упл см. «Ну з что? — рстерянно и обиженно — рдость от неожиднной победы ушл больше чем нполовину — подумл Пшк. — З что он меня тк ненвидит?»

Но делть ещё попыток примирения он не стл — отвернулся.

Одеться ему помогли дружеские руки. Хорошее нстроение возврщлось толчкми — и Грв не срзу сообрзил, что происходит, когд высокий белокурый бородч придержл его з локоть:

— Погоди, крдолнец, — дружелюбно скзл он. И протянул н широченной лдони три серебряных монеты. — Вот. Я ствил н тебя и выигрл шесть зрни. Половин твоя по спрведливости.

Х. А Грв и не зметил, что н них ствили…

Мльчишк зстегнул пояс, осмотрел и убрл меч, с которого сняли тряпки. И только после этого скзл — тоже дружелюбно, но решительно:

— Блгодрю, добрый человек. И не держи н меня обиды… но я дрлся не з деньги. З честь…

…После этого поединк бродить по городу рсхотелось, и Грв устроился н другой площди — небольшой, но с фонтном. Фонтн был симптичный — девушк или дже девочк с кувшином, из которого проливется вод. Дом вокруг площди были двухэтжные, с одного этж звучл музык, с другого доносились отзвуки скндл. З фонтном двое мльчишек — лет по семь–восемь — игрли в турнир деревянными фигуркми воинов н деревянных же лошдях. Рзбеглись (один был в стреньких кожных туфлях, второй босой) и стлкивлись с рзбегу, стрясь сбить с седл вржеского всдник. Н крыльце одного из домов з мльчишкми неодобрительно нблюдл девчонк — пострше их, он держл н рукх и глдил полостого котёнк.

Турнир зкончился победой того, который был в туфлях. Мльчишки подобрлись к фонтну, поствили своих воинов н крй, нгнулись к воде, поплескли себе в лиц и стли о чём–то перешёптывться, коврно глядя в сторону девчонки. Той, видно, уже не рз доствлось от этой прочки — он громко фыркнул и гордо, но поспешно смылсь в дом.

Грв усмехнулся, покчл головой. Но тут же почему–то вспомнилсь рбскя колонн н ледяной рвнине. Грв передёрнул плечми. Достл из кошельк четыре фртинг. Положил, вствя, монеты н крй фонтн. И зшгл по площди — уже привычно придерживя меч.

Он почти дошёл до улицы — другой, не той, из которой вышел н площдь — когд сзди послышлся сдвоенный бег, и нгнвшие его мльчишки остновились по бокм.

— Оруженосец, ты збыл деньги, — скзл тот, который был в туфлях. Босой протянул лдонь — н ней лежли монеты.

— Првд? — Грв рстерялся. — Я их не збыл… я их оствил. Вм.

Мльчишки переглянулись. Потом — тк же одновременно — недоумённо (но без опски или недоверия) снов уствились н Грв.

— А з что? — весело удивился тот, который босиком. — Куд–то ндо сбегть, оруженосец? А что ты не скзл?

— Д ни з что, — пожл плечми Грв. — Просто берите. И пусть у вс всё будет хорошо.

Мльчишки зсмеялись. Немного снисходительно. У них и тк всё было — и будет — хорошо, и они твёрдо знли это. Однко потом об вежливо поклонились — ловко тк, умело. И зшгли обртно к фонтну. Пру рз оглянулись.

А что они делли потом — Грв не знл. Он ушёл в улицу…

…Фередир — кк по волшебству — Грв встретил в ккой–то — збегловке? зкусочной? — короче, в небольшом зведении, куд зглянул, поняв вдруг, что стршно голоден. Он взял себе вин и жреной кртошки с грибми и ветчиной. И, едв сел з один из столиков (тк себе, не слишком чистый) со своим зкзом — вошёл Фередир. Осмотрелся и зулыблся, увидев Грв, подошёл.

— Влры, ты что пьёшь? — вместо «привет» Фередир сунул нос в кружку. — Уксус…

— Думешь, тут есть хорошее? — проворчл Грв. Он был рд, что пришёл Фередир — почему–то привязлсь и тщилсь следом, нбиря силы, серя тоск. — А мне пить хочется.

— А мне и есть, — признлся Фередир и отлучился, вернулся — с тем же зкзом, только порции были больше. — Д, хорошего вин нет, — соглсился он.

— Хорошо, что ты пришёл, — вырвлось у Грв. Фередир здержл нож нд едой и вдруг скзл:

— Тоскливо, д? Это бывет. Особенно если двно не видел людей, потом срзу много — и все чужие. Я зню.

— Д вот… — Грв шмыгнул носом. От того, что Фередир тк легко его «рсколол», стло почему–то очень легко и блгодрно. — В общем, хорошо… А т девчонк что?

— Ккя? — Фередир мигнул. — А! Д ну. Коров.

— Ай–й, ты же будущий рыцрь…

— Угу. И что? Коров он и есть коров. Он своё получил, я своё. Ну и рзошлись. А ты со своей ещё встретишься?

— Я ей дже перстень купил, — похвстлся Грв. Фередир поднял брови:

— Ого… — но покзть не попросил. — А готовят тут вкусно. Я шёл–шёл… — он ел и говорил одновременно. — И кк потянуло… Грв, — он поднял глз от трелки. — Если всё будет хорошо — поедешь ко мне? Все будут рды. А потом мы, может, поедем искть твоих — н восток. И нйдём. А что? Может, и Эйнор поедет с нми.

Спсибо тебе, хотел скзть Грв. Но ткое не говорят вслух. И кк объяснишь, что можно объехть весь мир — и не нйти… или всё–тки эт пмять — сон? И где–то н востоке люди ждут пропвшего мльчик?

Эти мысли были томительными. Грв выпил полкружки вин. Рсскзл, чтобы окончтельно отогнть тоску, про поединок, хоть и не собирлся снчл. Фередир коротко, резко зхохотл, стукнул по столу кулком:

— Тк и ндо! Ну ты молодец, Волчонок! Укусил их з рыжие хвосты, ххх — молодец!

Грв тоже зсмеялся — искренне. С Фередиром было легко смеяться. А тоск, кк видно, его побивлсь. И то, кк он нзвл Грв — Волчонок, переведя синдрское имя дже не н дунйк — н тлиск, получилось крсиво: Ульфойл — тоже понрвилось.

— А вот, — вспоминилось вдруг. — Почему тех тврей нзывли гуры? Волк же не гур.

— Это были не волки, — хмуро ответил Фередир и отпил вин. — Оборотни.

Грв опустил голову. Дёрнул плечми.

— Они прев… рщются… — нчл он. Фередир помотл головой:

— Нет, это скзки… — он здумлся и попрвился: — Ну, может, когд–то тк было. Но сейчс тк не бывет. Оборотень — это вот ткое тело, в нём душ ккого–то рзумного существ. Искжёння.

Грв опять тряхнуло.

Это был стрх. Но он пришёл — и ушёл.

* * *

Эйнор уже не спл. Он влялся н постели, чему–то улыблся и потягивлся, кк большое сильное животное. При виде оруженосцев — змер, прищурил один глз и внимтельно посмотрел вторым. Пристльно тк. Оценивюще.

— Ой, — скзл Фередир почти всёрьез.

— Нгулялись? — Эйнор сел. — Грв, тщи–к свои доспехи.

— Уф, — выдохнул Фередир…

… — Ну не могу больше! — звопил Грв и получил оплеуху. — Ну шестой рз! — сил злобно зыркть н оплеуху уже не было, мльчишк был весь в поту и отдувлся.

— Ты делешь всё медленно и путешься, — терпеливо скзл Эйнор. Он и не злился, окзывется. — Врг ждть не стнет.

— Тебе смому всегд Федьк помогет! — Грв зло потёр ухо и мотнул головой н сидящего тише мыши з проверкой снряжения в дльнем углу. — А от нс требуешь — сми, сми! Быстрей, быстрей!

Эйнор вздохнул…

…Н то, чтобы снрядиться без всякой помощи, зтягивя ремни одной рукой — Эйнору пондобилось тридцть семь секунд. Грв считл вслух — громко, и с кждой нзвнной цифрой его голос стновился всё более и более унылым.

— Тридцть восемь, — вредно скзл Грв, хотя метллическя сттуя уже стоял возле коня, глядя н мльчишку — нсмешливо — глзми из прорезей мски.

— Но не двести тридцть три, — скзл мск. — Лдно. Пок хвтит. Кстти, двйте–к вниз, проверьте коней. Вечером уезжем.

— Вечером?! — вскинулся Грв.

И понял, что все его слов и желния просто не будут приняты в рсчёт.

— Д, что? — Эйнор помнил Фередир и с его помощью вылезл из доспехов.

— Ничего, — спокойно ответил Грв…

…Они выехли из северных ворот Форност, когд солнце уже нчинло сдиться. Грв не понимл — зчем, почему? И не оглянулся — ведь очень хотел.

Он кчлся в седле и вспоминл Тзр. Не лицо, пльцы — пльцы и свой перстенёк, который осторожно ндвигет н один из них.

Тонкий и тёплый.

Глв 15,

в которой выясняется, ккя это нудня вещь — путешествие.

И опсня. И стршня.

Путешествие верхом окзлось длинным, монотонным и скучным.

День нчинлся через чс после рссвет, когд они поднимлись. Умывлись, ели горячее, седлли коней и ехли. Ехли шгом, реже — рысью до полудня и остнвливлись н дв чс. Рссёдлывли, кормили и чистили коней. Обедли всухомятку и отдыхли, сколько получлось — по ощущению не больше чс. Ехли, пок солнце не опусклось к горизонту. Остнвливлись н ночлег. Рссёдлывли, кормили и чистили коней кк следует. Готовили ужин н рзведённом небольшом огне. Ели — уже в сумеркх. Ккое–то время отдыхли и рзговривли. Потом двое ложились спть, звернувшись в плщи, один зступл н примерно трёхчсовое дежурство. З чс до подъём последний дежурный готовил звтрк. И всё нчинлось снчл. Всё, что рзрешлось сделть н время сн — рсстегнуть поясной ремень.

Первые дни, если честно, Грву было очень трудно. Утром не хотелось вствть тк, что он невольно просыплся минут з двдцть, то и з полчс до подъём и тоскливо слушл, что делет дежурный, ожидя: вот сейчс… сейчс… сейчс будет тормошить… Днём Фередир и Эйнор по очереди спли в сёдлх. Грву тоже никто не зпрещл, но у него просто не получлось. По вечерм хотелось поговорить после дневного молчливого кчния в седле, но язык не ворочлся, и мльчишк просто зсыпл. Кроме того, зверски болел здниц и ноги. Он, првд, ничего себе не стёр, кк грозились вторы почти всех книг, где встречлись всдники–новички, но боль был нудной и беспокоящей.

Потом он постепенно привык. И к коню, и к доспехм, и к медленному рвномерному движению, и к ночной прохлде с ветерком. Нучился првильно обхживть коня. Ушл боль. И вечер обрели интерес — почти ткой, кк в туристском походе.

И Эйнор, и Фередир умели и любили петь. Кроме того, Эйнор любил рсскзывть легенды о Нуменоре, Фередир обожл то, что в мире Пшки нзвли бы «стршилкми» — рсскзы о Шепчущем лесе и Мече Свет, о стршном колдуне Мельнике — и умел их рсскзывть тк, что дже Эйнор кк–то притихл, и стновилось видно, что рыцрю не тк уж много лет… Пшк тоже потихоньку нчл рсскзывть рзное. Он для себя всё–тки выстроил легенду, что родом с очень длёкого восток, где про здешние дел и слыхом не слыхивли… ну и тут, соответственно, тоже про тмошние мест не знют. Ни Эйнор, ни Фередир не рсспршивли особо больше, кк же всё–тки Грв окзлся здесь. Видно, думли, что он, если и вспомнил, то ему не очень–то приятно про это говорить. Зто с удовольствием слушли, нпример, немного переделнные истории про битвы с монголми. Грву дже было немного стыдно — чего доброго, попдёт это в здешние серьёзные летописи: вот, мол, ккие дел творятся н востоке!..

…В тот вечер Грв — точнее, Пшк — обнглел окончтельно, возжелл слвы и выдл н привле стихи своего собственного сочинения, которые днём, кчясь в седле, зписывл выпрошенным у Эйнор свинцовым крндшиком н у Эйнор же несколько рнее выклянченной бумге. Восстновив по пмяти текст н русском, Грв тут же стл писть подстрочник — н дунйке русскими буквми — и неожиднно обнружил, что вполне может соорудить стихи и н этом языке, тем более, что тут обрщли внимние не столько н рифму, сколько н ритм. И вот теперь зливлся соловьём, сидя возле костр и с удовольствием нблюдя, кк спутники — об — то фыркют, то откровенно хохочут.

 _—_Ккя_ткя_«Орд_Золотя»?_
 _—_Большя,_быть_может,_он_—_ль_мля?_
 _—_Конечно,_большя,_всю_Русь_зхвтил._
 _—_Ккя_ж_н_свете_бывет–то_сил!.._
 _И_вот_волненья_средь_нрод:_
 _—_То_хорошо,_что_помогл_погод_—_
 _Ттрин_не_дошел_до_нс._
 _В_болотх_д_снегх_увяз…_
 _—_Ндолго_ль_он_увяз_в_болотх?_
 _—_Нем._Сейчс_увяз_в_зботх._
 _—_В_Сре_сидя,_зубы_точит._
 _—_От_нс_он_деньги_дюже_хочет._
 _—_Ттрин_зол._Нс_вспомнит_скоро…_
 _—_Эй_бртцы!_Хвтит_рзговоров!.._
 _…Стоял_мужик._Рук_в_бок._
 _Был_пьян_чуть–чуть_—_совсем_слегк._
 _Особо_ростом_не_высок._
 _И_не_скзть,_чтобы_кчок…_
 _Одет…_ну,_скжем,_небогто._
 _Но_что–то_было_в_нем,_ребят._
 _Стряхнул_он_нземь_что–то_с_плеч_
 _И_двинул_вот_ткую_речь:_
 _—_Ншли_чего_—_Орды_бояться!_
 _Слвяне!_Хвтит_придуряться!_
 _Боимся_шведов_и_тевтонцев,_
 _Боимся,_что_не_встнет_солнце,_
 _Что_черти_мир_зхвтят_весь,_
 _Что_дней_в_неделе_будет_шесть,_
 _Что_вступим_мы_в_Евросоюз,_
 _Что_во_всю_рожу_вскочит_флюс,_
 _Что_пиво_кончится_н_свете_—_
 _Всего_боимся,_прям_кк_дети._
 _Че_тм?_Ккие–то_ттры_—_
 _Д_мы_порвем_их_без_бзр!_
 _В_прошедший_год_—_совсем_недвно._
 _Мы_обломли_чурок_слвно._
 _Кзнь_мы_рвли_до_зри…_
 _—_Эй_ты,_мужик!_Ты!_Не_ори!…_
 _Имеешь_ты_здть_вопрос?_
 _С_чего_я_волосом_оброс?!_
 _—_См_волост_ты,_кк_лешк…_
 _Меня_ты_помнишь?.._См_дурк!_
 _Нрод_родной_брех_услыхл,_
 _Нрод_тут_репу_почесл:_
 _—_Бртв!_Д_это_же_Петрух!.._
 _—_А_где_ж_он_был?.._
 _—_Ни_сном_не_духом!.._
 _—_Д,_это_я,_что,_не_узнли?_
 _А_ведь_недвно_провожли._
 _—_Ну_д!_Конечно!_Помним_мы!_
 _—_Вс_не_видли_две_зимы!_
 _—_Н_стругх,_две_весны_нзд_
 _Вы_плыли_дрть_ттрм_зд!_
 _—_Мы_думли,_что_вы_с_концми!_
 _Глядите–к,_вернулись_сми!_
 _—_Д_нет,_нрод._Один_вернулся…_—_
 _Тут_нш_герой_чуть–чуть_зпнулся._
 _И,_посмотрев_поверх_голов,_
 _С_других_рсскз_он_нчл_слов:_
 _—_Стоим_мы_тут,__они_тм._
 _Ттрин_едет,_видно_—_хн:_
 _Немытый,_стршный,_кк_Хснкор!_
 _Аж_в_дрожь_бросет_до_сих_пор!_
 _Подъехл_стороны_н_крй,_
 _Послть_стрелой_в_ттрский_рй?_
 _Собчий_сын_—_Кдум_Бйд_
 _Скзл_нм:_—_Слушйте_сюд!_
 _Урус_всегд_великий_воин,_
 _Дружить_с_монголом_он_достоин._
 _Ты_удль_покзл_свою_—_
 _Вы_победили_нс_в_бою._
 _Мы_щедрость_вм_свою_покжем_
 _И_доброту_свою_докжем._
 _Урус_с_ттром_—_друг_нвеки._
 _Мы_бртья,_люди–человеки!.._
 _Но_нши_прни_—_не_придурки:_
 _—_Мы_знем,_кто_и_что_з_урки._
 _Ттр_нм_брт?_Глядите_сми:_
 _Мой_дом_поджёг,_чтоб_плмя_
 _Ему_обзор_весь_осветило._
 _Схвтил_он_девку…_
 _Отрезл_серьги_ей_с_ушми._
 _Ее_сму_в_огонь_метнул…_
 _«Кто_врг,_кто_друг…»_
 _Ну,_ты_згнул!_
 _—_Упл_ттрин,_видно,_с_печки,_
 _Ведь_мы_для_них_не_человечки,_
 _Не_люди_дже_и_не_звери._
 _—_Ттрин_врет?_
 _—_Пошли_проверим…_
 _—_Не_ндо._Может_мы_домой?_
 _Ккой_домой?!_Тм_пир_горой!_
 _И_вот_спустя_пустяшно_время._
 _Н_пир_зовет_нс_вржье_племя._
 _Идем_мы_к_ним_во_всеоружье:_
 _Бухло_бухлом_—_н_время_дружим!_
 _Тк_вот,_н_смом_прям_к_ним_входе_
 _При_всем_честном_(и_нет)_нроде_
 _Ккой–то_бешеный_стрик_
 _Писклявым_визгом_поднял_крик:_
 _—_Урус,_ты_нс_не_увжешь?!_
 _Друзья_мы_все!_Ты_понимешь?!_
 _Зчем_тебе_н_пире_лук?!_
 _Ведь_я_тебе_не_врг,__друг!_
 _Оружье_сдйте_в_грдероб!.._
 _—_Ты_че,_згнть_нс_хочешь_в_гроб?!_—_
 _Вскричл_нш_воин_говорливый,_
 _Потом_рвнул_еще_ретивей:_
 _—_Чем_резть_будем_мы_тм_мясо?!_
 _И_мы_с_ножми_знем_пляски!_
 _Нм_без_ножей_н_пир_нельзя,_
 _Ккие_мы,_потом,_друзья?!_
 _Ттрин,_фктми_убитый._
 _Глз_со_стрху_чуть_зкрыты:_
 _—_Ножи_вм_можно_—_меч_нельзя._
 _И_это_фкты_без_бузья!_
 _Веселье_хряк_кк_рылом_стер…_
 _Но_вот_зшли_мы_все_в_штер:_
 _—_Аллх!_ХСАНКОР!_Иегов!_Кришн!_
 _—_Все_это_нм?_Ну,_очень_пышно!_
 _Бухло_и_зкусь,_ннсы._
 _Потом_нтырим_блбсов!_
 _Сейчс_бртемся_и_дружим,_
 _Ну,_в_общем:_не_особо_тужим._
 _Проходит_чс,_потом_другой,_
 _(Бухи._Не_шевельнешь_ногой)_
 _И_вот,_средь_пьяной_тишины_
 _Крдется_к_нм_через_спины_
 _Кдум_с_ножом_нперевес_
 _Тк_тихо,_кк_медведь_сквозь_лес._
 _Он_думет,_что_мы–то_спим…_
 _Ну_нет_уж,_хрен_—_мы_ВСЕ_бдим!_
 _—_Алярм!!!_Измен!_Хэнде_хох!_
 _Кидй_перо_ттрский_лох!_
 _Кдум_несильно_испужлся_
 _(Но_обоссться_обосслся):_
 _—_Коли_урусов!_Режь_собк!_
 _Мы_им_припомним:_«Кто_дурк!»_
 _А_мы:_
 _—_Ножи,_бртв,_низготовку!_—_
 _Покжем_им_свою_сноровку!_
 _—_Щс_тк_ддим_мы_вм_просрться,_
 _Что_не_успеешь_испугться!_
 _Но_вот_всех_сторон_штр._
 _Н_нс_поперл_шнтрп!_
 _Один_к_пяти._Они_в_оружье._
 _—_Ну_лдно_суки!_Щс_подружим!.._
 _—_А_что_же_дльше_с_вми_было?_
 _—_Нс_половину_всех_убило_
 _Но_мы_прорвлися,_ребят!_
 _И_побежли,_кк_когд–то…_
 _От_стршной_тьм_спсл_нс_смерти._
 _Вы_в_том_мне_н_слово_поверьте…_
 _Ттр_хотели_мы_обуть,_
 _А_получилсь_просто_Жуть…._
 _Ттрин_—_подлый,_низкий_гд_
 _Любой_победе_подлой_рд!_
 _А_мы_их_побеждли_с_честью_
 _Кк_витязи_в_стринных_песнях._
 _Не_трусьте_бртья,_чурки_плохи,_
 _А_в_одиночку_вовсе_лохи!_
 _Росточком_—_метр_пятьдесят_
 _Двить_их_ндо,_кк_цыплят!_[43]

— Тихо, — вдруг скзл Эйнор. Только что он смеялся — и вдруг, не перествя посмеивться, ухитрился одновременно произнести это. — Орки.

От одного слов внутри у Грв (у Пшки) всё сжлось в тугой ком — и пришёл унизительный, тягучий стрх. Фередир продолжл смеяться, дже нзд откинулся — тк, что окзлся рядом со своим щитом.

— Много? — тихо спросил он.

— Не зню, — Эйнор подбросил в костерок клубок сухих веточек. — Вокруг. Щиты приготовьте. Кждый зкроет свою сторону, потом — кк получится, от костр не отходить… щиты!!! — это он уже крикнул.

Грв см не помнил, кк и когд он успел сунуть левую руку в ремни щит и вздёрнуть его вверх, првой рукой нхлобучивя шлем. Конечно, получилось не очень удчно, и он несколько секунд ничего не видел… зто почувствовл дв тяжёлых удр в щит (едв не опрокинувших его н спину) и услышл визгливые гортнные вопли.

Он вскочил, уже сжимя в првой руке меч, выхвченный из ножен. Из темноты приближлись несколько коренстых чёрных фигур — кк будто куски этой смой темноты ожили и ндвиглись, издвя низкое урчние и похрюкивнье. Мелькнули несколько лых вспышек — отсветы костр н метлле.

Пшк почувствовл, что сейчс побежит. Ему покзлось, что он стоит один н ледяном ветру — кк тм, н склоне… Сил стоять и ждть не было, бежть, бросив бесполезный метлл — кзлось првильным, единственным спсением.

— Дгор, Крдолн, дгор, дгор! — рздлся позди рык, в котором почти нельзя было узнть голос Эйнор. — Подходите, тври!

Локоть Грв ткнулся во что–то твёрдое.

Это был щит Фередир. Сбоку. Рядом.

В прорези шлем сверкли зубы — Фередир смеялся.

Нвждение рсплось, хотя стрх и не ушёл — но это был знкомый стрх, и Грв знл: он всегд до дрки, потом — исчезет.

Ндо просто предствить, что это ролёвк. Просто ролёвк.

— Хх–у!

Удр небольшого круглого щит в щит Грв был тк силён, что мльчишк кчнулся н поспешно отствленную нзд ногу. Что–то больно удрило по левой ноге нд коленом, шркнуло по кольчуге.

Визг.

Вонь.

Трторящий высокий голос.

— Аххх… су–к… — Грв удрил кулком с зжтой рукоятью меч между жёлтых, светящихся бешенством круглых глз — они были совсем близко.

— Йииии!!! — высокий голос сорвлся н вопль. Грв отбросил орк щитом:

— Пошшшшш… тврррь!

Крух, дрнг! Меч и ятягн столкнулись крест–нкрест двжды, вышибя яркие искры перед лицми другого орк и человеческого мльчишки. Грв ощутил — не увидел, ощутил слев опсное движение, выствил туд щит, принял удр другого ятгн н него, ещё двжды отбил первый ятгн мечом, отбросил второго нпдвшего щитом и его ребром удрил первого по шее сбоку. Орк взвизгнул, уронил щит и прыгнул в темноту. Второй попятился — и Грв, не удерживя удр, полоснул его мечом по голове.

— Хр… йкккх…

— Уйдёт! — рычние з спиной. Спрв выскочил Фередир, нтягивя тетиву — и когд успел снрядить?! — своего длинного лук. Скрррр — услышл Грв голос лук… тввнггг!

Убегвшее чёрное пятно исчезло, кк рстяло.

— Что, всё, что ли? — Грв не узнл своего голос — взвинченного, тонкого.

— Всё, — Эйнор повернулся к нему — с длинного меч рыцря тягуче пдли чёрные струйки. — Теперь понял, почему мы доспехов не снимли? Ну д орки кк у тебя в песне — один к пяти привыкли воевть. А нс, см видишь, трое н десятерых получилось. Не тот рсклд.

Грв увидел, что вокруг вляются с десяток чёрных тел. Дв или три ещё корчились, и кто–то тонко пищл, кк придвлення крыс.

— Трое мои, — сообщил Фередир. — Двое мечом, одного стрелой.

— А я только одного, — скзл Грв. — Кжется.

— А я в первом бою ни одного не убил, только чуть голову своему коню не оттяпл, — вспомнил Эйнор.

— Не одного, — Фередир тем временем нгнулся нд лежщим чуть дльше убитого Грвом ещё одним орком. — Это тоже твой. Чем ты его тк?

— Мечом… рукояткой, — мльчишк посмотрел н меч и увидел, что крестовин испчкн кровью и ккой–то слизью. — А… куд я его?

— В глз, в левый. Нповл. А этому бшку вместе со шлемом рзрубил.

— Тупой удр, — осуждюще скзл Эйнор. — Клинок нверняк зщербился… Тк. Тут должны быть двое живых.

Фередир быстро поджёг в костре фкел, посветил вокруг. Грв змер.

Впервые в жизни он увидел то, что бывет после рукопшной. И порзился — не испуглся, именно порзился тому, что увидел. Орки лежли в лужх чёрной крови и выглядели в общем–то не стршнее збитых свиней или телят. И дело было совсем не в этом…

…Удры Эйнор рзличлись срзу. Они были точные и ккуртные, кк будто их нносил не человек. Один орк был рзрублен от левого плеч до првого бедр — вместе с кожным доспехом, усиленным метллической сеткой — не прорублен, именно рзрублен, н две чсти. У другого — в прочном доспехе — был отсечен голов вместе с лтным воротником. У третьего — снизу вверх, от пх до горл — вскрыто тело, кк у преприровнной лягушки. Ещё двое с хрипми корчились, и Грв изумлённо сообрзил, что Эйнор бил их плшмя — это что же, рыцрь в бою ухитрялся думть о пленных?

Подошёл Фередир — он ходил з стрелой. Ухмыльнулся:

— Точно в зтылок попл… Ккого ндо брть?

Грв зкинул з спину щит, стщил шлем и понял, что збыл поднять зщитную стрелку. Д уж…

— Почисть мечи, — прикзл Эйнор, передвя Грву Бр. Фередир тоже подл свой. — Кк следует, у них очень едкя кровь… Этого.

Грв отошёл к огню. З спиной жутко звизжл орк — и тут же зткнулся. А через полминуты, когд Грв только–только взялся з чистку, к костру вышли Фередир — он нёс об щит и об шлем — свои и Эйнор — и см Эйнор. Он тщил з шиворот и з вывернутую левую руку стонущего орк — ноги у того были связны, првя рук болтлсь, явно перебитя и видимо, дже рздроблення.

Эйнор швырнул орк к огню, и тот сел, кк–то по–животному подтянув под себя ноги. Губы орк тряслись, он чсто сглтывл, по щекм из чсто мигющих круглых глз тянулись две дорожки слёз. От него отвртительно рзило — Грв теперь см удивлялся, кк не обнружил вргов по зпху. Дже куски кольчуги, тут и тм ншитые н кожную куртку, выглядели кк–то жлко, словно орк ошкурили зживо.

Но нет. Кк рз жлости Грв и не ощущл. Он ещё рз зглянул в себя. Нет, не было жлости. Д, орк выглядел жлко. Но пять минут нзд, когд они вдесятером бросились н троих — будучи уверенными, что их не зметили — он, жлкий, сейчс, вполне готов был резть и убивть без рздумий.

— Дй шило, — скзл Эйнор. Грв покоплся в сумке, перебросил рыцрю шило. Тот ккуртно пристроил его у огня — тонким грнёным нконечником в плмя. Орк посмотрел туд и стл вздргивть. — Ты не сюд смотри, — скзл Эйнор — Грв не срзу понял, что рыцрь говорит не с ним, с орком. — Ты смотри н него, — кивок в сторону Грв. — Этот прень был у вс в плену. Может, мне не возиться с тобой, отдть тебя срзу ему?

Глз орк метнулись к Грву. Тот подыгрл. Точнее — кк подыгрл? Не склился, не угрожл… д нет, дже не изобржл ничего. Просто ответил своим взглядом — и при виде глз орк вспомнил свой плен. Очевидно, этого окзлось достточно — орк зметлся у огня и взвыл, опирясь н здоровую лпу и подтягивя связнные ноги.

— Нет, нет, не я! — зкричл орк. Он кричл н вестроне, хотя и с грубым кцентом, явно ему не хвтло слов. — Не я глвный! Не я стрший! Я не хотел нпсть!

— Кто прикзл нпсть? — Эйнор перетёк н колено — ближе к орку.

— Стрший! Вон лежит! — орк зтряс головой в сторону обезглвленного. — Стрший!

— Ему кто прикзл? — нстивл Эйнор. Орк моргнул:

— Ни–кто–о… Мы с гор пришли, увидели огонь — нпли з добычей.

Грв уловил, что Эйнор облегчённо перевёл дыхние. И понял — почему. Знчит, это просто мелкя бнд, не сплнировнное нпдение.

— Здесь все? — Эйнор поворочл в огне шило. — Вши все?

— Ты отпустишь меня, трк? — голос орк стл умоляющим. — Я срзу уйду в горы. Я не буду тут больше. Стрший виновт. Дже днём от солнц было не спрятться, и совсем нет добычи.

— Здесь все? — Эйнор подён рсклённое уже докрсн шило к морде орк.

— А! Нет! Ещё пятеро в лгере! — орк змотл бшкой. — Тм! — он здоровой рукой зтыкл в сторону.

— Длеко? — Эйнор приблизил шило ещё, сделл движение к глзу.

— А! Нет, нет, нет, рядом, близко, здесь! Совсем мло идти! — взвыл орк. — Тм пленные! Пленные!!!

— Пленные? — Эйно опустил руку. — Ккие пленные?!

Глв 16,

в которой появляется Мэлет.

Пшк умел ходить бесшумно. И неплохо видел в темноте. Но сейчс ему кзлось, что кждое метллическое сочленение, кждя детль доспех и оружия, которя только может лязгть и брякть, делет это — громко и с нслждением.

Орк Эйнор убил. Взял з шею (орк пискнул и дёрнулся), тряхнул — и орк умер, только коротко щёлкнул переломившийся позвоночник. Но почему–то Грв это не испугло и не удивило — он думл о пленных. Где–то рядом были люди — люди в лпх у этих тврей. Поэтому, когд Эйнор посмотрел н оруженосцев, явно выбиря, кого взять с собой, Грв подлся вперёд всем телом, только что не прижл к груди стиснутые кулки. И Эйнор выдохнул коротко и кивнул:

— Грв.

— Спсибо! — шёпотом выкрикнул мльчишк. Фередир недовольно згундел и в кчестве основного довод привёл то, что он из лук выстрелит двдцть рз, пок Грв один рз пльнёт из своего рблет. Эйнор повёл в сторону Фередир пристльным взглядом, и оруженосец тут же осознл всю глубину своей непрвоты и отпрвился к взбудорженным коням.

Грв зрядил во взведённый рблет срезень. Щит зкинул з спину и всем своим видом покзл, что он готов в одиночку очистить от орков все Мглистые горы. Эйнор, подойдя к нему (кстти, нуменорец был без шлем) определил н место нносье и покзл кулк…

…И вот теперь они двиглись по осыпи — с одного большого кмня н другой. Эйнор был похож н перепрхивющую большую жуткую птицу. А Грв морщился вский рз, когд подковки н спогх цокли о кмень. Кроме того, он нчл уствть — помогл только беспощдня ругнь в свой дрес. И ещё — вдруг вспомнившиеся строки…

 _Уж_коли_выбрл_поле_—_тк_н_нём_и_стой,_
 _И_не_меняйся_в_цвете,_коль_билетик_пустой_—_
 _Пусть_меняет_место,_кто_идёт_з_тобой!_
 _О_том,_что_лучше_здохнуться,_чем_вдыхть_этот_дым,_
 _О_том,_что_лучше_быть_коричневым,_чем_голубым_—_
 _Пой,_моя_упрямя_религия,_пой!_
 _Под_глубоким_морем,_под_высокой_горой_—_
 _Рой,_моя_подземня_религия,_рой!_
 _Это_знчит_—_небо_близко,_если_пльцы_в_крови!_
 _Жиденькие_корни_«рзрешённых_ндежд»_—_
 _Режь,_моя_бултня_религия,_режь!_
 _Рви,_моя_звериня_религия,_рви!_[44]

Туннсу было в тысячу рз хуже. Он умирл. Знл это. И всё–тки он много чсов шёл см. А я — я см нпросился. Знчит, ндо идти, прыгть, ползти з чёрным плщом впереди…

Потом Эйнор рстял. И Грв дже не срзу сообрзил, что это ткое — но всё–тки понял вовремя и лёг тоже. И пополз, держ рблет «н ремень» з пристёгнутую снизу «козью ножку».

Рук Эйнор легл н плечо и подтщил оруженосц к обрзовнной двумя кмнями естественной бойнице — он прятлсь в тени. У Эйнор было мокрое от пот лицо и он улыблся — безжлостно и ярко. Кивнул вперёд и вниз.

До орков оствлось шгов пятьдесят — вниз по склону. А дльше кончлись холмы — и Грв мельком понял: Северное нгорье тоже кончилось, знчит — они уже в Ангмре. Но это был промелькнувшя мысль — не больше.

Внизу горел костёр. Около него — рядом с двумя конскими тушми — сидели полукругом четверо орков. Жрили мясо и переговривлись, поглядывя по сторонм.

Эйнор снов тронул Грв з плечо. И укзл другой рукой в сторону по склм.

Секунду–другую мльчишк ничего не видел. Но потом рзличил голову и плечи чсового–орк среди кмней. Эйнор покзл н рблет.

Грв кивнул. А Эйнор укзл н костёр и провёл пльцем по воздуху дльше. Тм, з грнью светового круг, явно лежли дв человек.

— Я зстрелю чсового, — еле слышно зшептл Грв в ухо рыцрю. — Не промхнусь. А потом?

— Бегом вниз и с ходу рубим этих, — зшептл в ответ Эйнор. — Инче они убьют пленных. Не промхнись в чсового — то потом не нйдём эту крысу в склх.

Грв кивнул. Устроил рблет удобнее. И понял, что ничего не ощущет.

Рсстояние мленькое, рблет мощный, отдчи у него нет. Целиться ндо в точку.

Грв удобней приложился. Рсслбился, поводил пльцем по ковной удобной скобе спуск.

«Ссссскк!» — скзл рблет.

Грв знл, что попл. Он дже смотреть в ту сторону не стл — вскочил н ноги, перекидывя в левую руку щит, првой — уже н бегу — выхвтывя меч.

Орки потеряли две секунды и десять шгов. Прежде чем поняли, что происходит — и повсккли. Потом — ещё секунду и пять шгов н то, чтобы вскочить. И ещё две — и десять шгов — чтобы рсхвтть оружие.

Остльное время у них почти целиком ушло н то, чтобы решить, кому первому бросться н мчщихся вргов.

Грв увидел, кк Эйнор буквльно смёл — подбросил в воздух плечом и опрокинул н кмни — первого попвшегося н дороге орк и зрубил второго. А перед Грвом окзлсь спин — спин орк, который, визж, бросился к пленным.

В эту спину Грв, понимя, что не успевет, пустил меч — кк дротик. Орк полетел нземь — прямо около связнных людей. Он был убит нповл — меч попл точно под левую лоптку, пробив кожную куртку. Эйнор тем временем — Грв этого не видел — снёс последнему орку голову и рздвил ногой горло и позвоночник тому, которого сбил с ног в нчле тки.

— Пленные живы? — спросил рыцрь, обтиря меч об орочьи лохмотья.

— Я сейчс… — Грв потянул из убитого орк свой меч. Он ожидл, что будет противно — но испытл только досду, что приходится прилгть усилия, клинок звяз. По примеру рыцря быстро вытерев его, мльчишк убрл меч в ножны и, н ходу отстёгивя нносье, поспешил к неподвижно лежщим н земле людям.

Орки скрутили и избили пленных, и теперь они были без сознния, это хорошо рзличлось дже в неверном свете костр. А вот то, что это не люди, эльфы — Грв понял не срзу, только когд нгнулся ниже.

— Эйнор, это эльф… — позвл он рыцря и подвился.

Лежвший слев эльф — золотоволосый, невысокий и хрупкий, похоже — подросток — открыл глз.

И Грв зстыл — н колене, полувытщив из ножен кинжл.

Девушк, понял он, глядя в эти серые глз и не змечя больше ничего — не идельно–нежного овл лиц, ни губ (сейчс рзбитых, но обычно, видимо, более пухлых, чем строгие жёсткие линии эльфийских мужских ртов) — ничего. Только глз. Тких глз не бывет ни у мльчишек, ни у мужчин.

Тких глз не бывет вообще ни у кого, подумл Грв кк–то медленно, ккими–то волнми. Не создл природ тких глз, потому что…

— Ты что зстыл?! — рявкнул Эйнор. Блеснул рядом его кинжл. И почти тут же Эйнор зговорил н квэнья — быстро и сердито, рссекя верёвки н рукх и ногх пленницы. Т опрвдывлсь — явно опрвдывлсь, хотя и с вызовом. Грв между тем освобождл второго эльф — молодого мужчину. И при этом косился н эльфийку. Кк–то см собой косился — и не хотел, глз постоянно съезжли туд.

— Ты её знешь? — потихоньку спросил он, когд эльфы были уже свободны и, сидя н земле, рстирли руки. Эйнор сердито ответил:

— Зню. Это Мэлет, дочь Глорфиндэйл из дом Элронд — и будь я проклят, если понимю, что он тут делет!!!

* * *

Среди людей бывют жёны–воительницы.

Првд, не тк чсто, кк в легендх и скзкх. Войн — не женское дело. Женщин не может долго ездить верхом по–мужски — если хочет остться женщиной. Женщин не должн убивть мечом — если хочет остться человеком. Тк что н свете мсс причин, по которым воительниц — редкость. А те, что есть — очень несчстные или очень стршные существ. Или — чще всего — и то и другое вместе.

Среди эльфиек воительниц не бывет вовсе. Многие эльфийские женщины влдеют мечом и копьём. Почти все — луком. Но это не то. Не то…

Мэлет, дочь Глорфиндэйл из Дом Элронд

Тк думл Мэлет дочь Глорфиндэйл. С тех смых пор, кк нучилсь ходить и держться в седле. Для неё девы–воительницы из род человеческого были не скзкой и не обыденной рельностью — скорей примером жизни.

Для родственников же — и особенно отц, и особенно — после того, кк ушл з Море мть — хрктер Мэлет стл источником постоянных збот и неприятностей. Особенно для Глорфиндэйл, не понслышке знвшего, кк н смом деле выглядит ромнтичный бой и чем пхнут поля сржений — выигрнных и рвно проигрнных — после их окончния. Но именно из любви к дочери отвжный витязь не мог ей откзывть и уж тем более не помышлял держть под змкми или нблюдением…

…Сейчс Мэлет терзло чувство вины.

Именно из–з неё чуть не погиб молодой Минуил — когд, подслушв, что отец посылет своего помощник н северо–зпд, он тйком отпрвилсь следом. Когд — через одинндцть дней, кзвшихся эльфийке интересным приключением — Минуил обнружил это, то возврщться было уже поздно. Эльф, опрвившись от возмущения, хотел уже отпрвляться обртно, плюнув н здние, которое дл ему Глорфиндэйл — чтобы не подвергть опсности дочь полководц, которую любил весь Рздол… но и тут всё случилось из–з её упрямой глупости — он посккл прочь от попытвшегося схвтить её з руку Минуил — и… Они сккли долго, потом, среди скл, совсем уже догнвший её Минуил вдруг осдил коня, подвыдернул из ножен меч — клинок светился пронзительно–голубым — и крикнул: «Орки!» А дльше…

…Орков он сперв не испуглсь. Тем более, что Минуил зрубил восьмерых, прежде чем его свлили с коня кмнями. Стрх пришёл потом, когд их, связнных и избитых, бросили в стороне от огня — и стршно зкричл лошдь, орки зухли. Потом он, кжется, дже снов обеспмятел, увидев, что у Минуил всё лицо в крови — помертвелое лицо, зкрытые глз, верёвки, мешющие дышть…, потом… ещё потом…

Сперв ей покзлось, что нд нею склонился эльфийский мльчишк — вроде стрых товрищей по игрм, которых он не рз и не дв обходил во всех мльчишеских делх. У мльчишки был прямой нос, длинные, прямые тёмные брови и светля прядь н глзх — близкий костёр рссыпл в ней медные искры. А серые глз — когд они встретились со взглядом всё ещё ничего не понимющей — дже того, что спсение пришло, кк в книгх, в смый жуткий миг! — Мэлет — сделлись вдруг удивлёнными и ккими–то нивными. Д, нивными, именно это слово пришло в голову Мэлет.

Сейчс этот мльчишк сидел н конском седле чуть в стороне от костр, возле которого рзговривли нуменорский рыцрь и Минуил — и грелсь Мэлет. Оно отогревлсь не только от промозглой сырости, но и от стрх. Сейчс снов было почему–то очень стршно, кк будто бед ещё не миновл и стерегл где–то впереди. И эт бед… стрнно, бед не был связн с оркми.

О чём я, удивилсь Мэлет? И поднял голову.

Он уловил быстрое движение. Мльчишк опустил глз рньше, чем Мэлет посмотрел н него — но эльфийк уловил его невидимое шевеление.

Он смотрел в её сторону.

Второй оруженосец нуменорц — светловлосый угрюмый прнишк — срзу, кк только рыцрь рзрешил, улёгся спть, звернувшись в одеяло и повернувшись спиной. От него веяло холодом. Не кк от орков, другим — но тоже холодом и боязнью, которую он скрывл дже от себя. А рыцрь и Минуил говорили — тихо и резко, н тлиск, которого Мэлет не знл. Ей стло стыдно. Из–з неё Минуил потерял коня, чуть не погиб и не сделл чего–то вжного. Из–з её глупости. В эту секунду эльфийк понял, нсколько глуп был её побег и дурной порыв к слве. Кк будто мленький ребёнок, чтобы «помочь» взрослому, «дорисовл» незконченную тем прекрсную кртину.

Д, ребёнок хотел кк лучше. Но кртин–то всё рвно испорчен…

…Грв в сотый рз осмотрел нконечник срезня. Он попл точно — рблетня стрел нполовину отрезл орку голову, мльчишк дже удивился, когд увидел. А ещё больше удивился, что по–прежнему не ощущет ничего «книжного» при виде убитых орков. А ведь это был третий из четырёх, убитых им.

Мысли об оркх были «левые». Но кк–то отвлекли — и Грв дёрнулся, когд рядом встл спсёння эльфийк. Глз поднять не получлось, и Грв рссмтривл узкий спожки из тиснёной чёрной кожи и ноги — в обтягивющих коричневых штнх. До колен свисл порвння длинными полосми… туник, что ли? Серовтя, с золотистой и голубой оторчкой.

— Ккя короткя стрел, — голос девчонки–эльфийки был высоким и… не то, что с кцентом, но с ккими–то стеклянными нотми — они походили (Грв тк и подумл) н пропущенные через воздух хрустльные путинки.

— Д, — Грв поднял глз. И снов вплыл по стрнным лсковым волнм в серый взгляд. Поспешно пояснил: — Это рблетня стрел.

— Я видел рблеты только н рисункх в книгх. Их делют hadhodor?

— Кто? — Грв свёл брови.

— Гномы, — кжется, не срзу вспомнил дунйкское слово эльфийк.

— Д, гномья рбот, — кивнул Грв. Подумл и встл, пересел с седл н рсстеленное одеяло. — Сдись, если хочешь.

Девчонк присел — одн вытянутя ног н другую, рукми по сторонм оперлсь н седло и чуть нклонилсь нзд. Рзбитые губы уже поджили (ого, кк быстро)… и Грв вдруг подумл, что — жль, не знет, кто из орков рзбил эти губы. И ещё подумл — хорошо бы, чтоб этот орк попд под его удры. И ещё — жль, что они тк быстро умерли.

— Я сперв думл, что ты из нших, из Golodhrim[45], — скзл девчонк. — Сперв, когд ты нклонился. А ты не нуменорец дже.

— Не нуменорец, — кивнул Грв. — Я йотеод. С восток, с дльнего. Совсем. Меня зовут Грв.

— Грв? — брови девчонки ломко пошевелились. — Это имя?

— Прозвище… Имя Пвел, но оно по–вшему плохо звучит, д?

Девчонк вдруг тихо зсмеялсь:

— Тк думют люди. Про число «триндцть»… — и неожиднно добвил: — Я думл, что я ловкя и смеля. А окзлось, что я просто трусих и неумех. У меня дже был меч, и я умею им влдеть. А я ничего не сделл, дже не прикрыл спину Минуил. Дже усккть не смогл…

— Я тоже попл в плен от стрх, — вырвлось у Грв. Эльфийк опять сломл брови, и у мльчишки коротко сбилось дыхние.

— Ты был в плену?! Рсскжи…

…— Ты смелый, — покчл головой девчонк, когд Грв змолчл (д он и недолго рсскзывл — что тм…) И добвил: — Меня зовут Мэлет, дочь Глорфиндэйл.

«Я зню», — хотел скзть мльчишк, но не скзл. Потому что одно дело — когд тебе говорит чьё–то имя посторонний человек (дже Эйнор), другое — когд хозяин имени нзывет его тебе см. И вместо этого скзл:

— У тебя крсивые глз.

Это был не комплимент, нет! Грв и см не понял, кк и почему это вдруг выговорилось. И обмер. Дже руки — он опять вертел в них срезень — уронил. Стрнно, тк просто было с Тзр. А тут… «Принцесс — и трктирня девк?» — подколол см себя Грв, см н себя рзозлился (ну не был Тзр трктирной девкой, и тк думть про неё было подло!) и немного пришёл в себя.

Крсивые глз Мэлет стли немного удивлёнными. Он нклонил голову к плечу.

Никогд в жизни Мэлет не слышл о себе тких слов. То, что люди нзывли «крсотой», у эльфов считлось чем–то смим собой рзумеющимся. Можно и нужно было восхищться искусством воин, брд, художник, вышивльщицы, кменотёс, крсотой того, что ими создно — всем тем, что поднимет Дитя Эру нд миром мтерии, миром животных. Но «крсот»? В книгх — тм, где говорили люди — чсто употреблялось это слово по отношению к Детям Эру.

Мэлет медлил с ответом. Он исследовл лицо человеческого мльчик, оценивя его с той, книжной позиции «крсоты» — и Грв змер, сковнный этим взглядом. Это было не неприятно, только немного… стрнно.

— Ты тоже крсивый, — скзл эльфийк — немного отстрнённо, кк будто вынесл вжный вердикт. Это было немного смешно, и Грв, освободившись от полугипнотического состояния, тк и сделл — рссмеялся, чуть смущённо. Пожл плечми — что тут можно было скзть–то? З последнее не очень долгое время девчонки во второй рз в жизни говорили ему, что он крсивый.

И вскинулся, вскочил — подошёл Эйнор.

— Спть, — прикзл он жёстко. Лицо у Эйнор было осунувшееся, кк будто не чс проговорил, сутки кряду сккл глопом. — Iquista оloriе, Melet[46], — совсем другим тоном обртился он к эльфийке, но т тоже послушно встл, смущённо опустив глз. Он вдруг понял, что будет стршно спть. Едв зкроешь глз — привидятся орки, ползущие к лгерю, он это знл. — Ты хорошо порботл, — уже немного мягче скзл Эйнор Грву, и тот кивнул.

— Блгодрю, рыцрь.

— Можно я лягу здесь? — робко спросил эльфийк. Юнош и мльчишк обернулись к ней одновременно. — Здесь… рядом с Грвом.

Эйнор думл секунду. Потом кивнул и пошёл в ночь — от костр. Минуил уже нигде не было видно.

Эй, хотел окликнуть Грв, мне–то что делть?! Но потом вздохнул и стл рсктывть одеял.

Мэлет ждл, сидя н седле. Грв чувствовл ей взгляд, и любой девчонке он уже скзл бы: «Чего уствилсь–то?!» Но скзть ткое сейчс просто не получлось.

— Готово, — скзл он негромко, рспускя пояс. Потом помедлил, вытщил меч. Подержл его в руке и, пряч глз, положил н одеяло точно посередине. И см лёг рядом — спиной к устривющейся эльфийке, которой достлось второе одеяло. См Грв зкутлся в плщ. «Чёрт, — сердито подумл мльчишк, — не высплюсь!» Он сунул руки под мышки и сердито зсопел, против воли прислушивясь, кк возится Мэлет. Тихо и кк–то… кк–то извиняющееся, что ли.

— Мне просто было стршно, — скзл вдруг эльфийк, и Грв повернул голову, привстл н локте. — Мне было стршно, что опять придут орки. Я очень перепуглсь. И сейчс боюсь.

— Я же рядом, — грубовто буркнул Грв. И см змер — г, зщитничек… но Мэлет соглсилсь:

— Д. И меч у тебя под боком. Я боюсь, но… не тк. Меньше. Нмного.

Грв удивлённо понял, что Мэлет не знет этого обычя — бытующего и тут[47]. И облегчённо сообрзил: д он совсем не думет о том… о том… о чём он подумл. Ну и хорошо.

— Спи, никто сюд не придёт, звтр ты поедешь домой, — скзл он, снов уклдывясь и глядя н огонь. Из огня стли вылетть птицы с ло–фиолетовыми трепещущими крыльями; они кружились и по спирли поднимлись в небо, очистившееся от облчных клочков…

…От одеял, которым укрылсь Мэлет, пхло железом, сыростью, конским и человеческим потом. Эльфы очень остро ощущли зпхи, и некоторым из–з этого было трудно общться с людьми. Но сейчс эти мысли кзлись Мэлет недостойными. Люди спсли её. Спсли. И…

Мльчик рядом поспывл, потом — тихо вскрикнул и дёрнулся, выпростл руку — с неровно, но тщтельно обрезнными (явно ножом) ногтями, плохо отмытую и побитую; ншрил меч, сжл рукоятку. Потом пльцы рсслбились. Мэлет ни з что не позволил бы себе проникнуть в его сны, но он кслсь их крешк — всё рвно что войти в реку или сидеть н берегу и смотреть н текущую мимо воду. Сны были стремительные, изменчивые и живые, кк пролитое неосторожным учёным жидкое серебро. Эльфы, которые спят редко, могут и вообще вообще не спть подолгу, не видели тких снов. Их грёзы няву были плвными и спокойными. А здесь…

Мльчик что–то тихо скзл н непонятном, но крсивом языке. Для эльфов слов тлиски были слишком быстры и коротки, слов дунйк — слишком неблгозвучны. Этот язык был другим.

Мэлет перелегл н бок и стл смотреть в светлый зтылок человеческого мльчишки.

* * *

Утром подморозило. Нчло июня, блин, нриэ по–здешнему… Одеяло прихвтило к земле, и дже торчщие из–под плщ споги побелели (во сне мльчишке привиделось, что он опять идёт босиком по ледяной кше). Грв зкутлся с головой и проснулся только когд холодно стло уже совсем, никуд.

Тогд он откинул плщ и сел.

Утро было пронзительное, ясное, всё кругом покрыл иней. Солнце еле–еле поднялось крешком нд горми, тонкой зубчтой линией поднимвшимися н востоке. Горел костёр, около него Фередир подкидывл в плмя клубки сухих былок. А…

А больше никого не было. Ни Эйнор, ни эльфов.

Грв и см не ожидл, что ему вдруг стнет тк — до боли в груди, до слёз н глзх и тугого шнурк, перетянувшего горло — плохо.

Ёжсь и переглтывя, он подошёл к костру, хмуро кивнул тк же кивнувшему в ответ Фередиру. Обнял и поглдил голову подошедшего Хсн, потом поцеловл и слегк оттолкнул — иди. Конь вздохнул и пошёл к Азру, который хрустел ячменём, сунув голову в торбу.

Оствлення с вечер в котелке вод подёрнулсь льдом, мльчишк проткнул его пльцем.

— Не студись, я квенилс зврю, — скзл Фередир и бросил в булькющую н огне воду котелк несколько скрюченных чёрных листочков. Они упруго рспустились, зкрутились, вод нчл коричневеть — спирльными струйкми. — Эти… эльфы оствили.

— Чй! — обрдовлся Грв, ощутив знкомый зпх — только более сильный и приятный, чем он привык.

— А? — Фередир поднял голову.

— Нет, ничего… — Грв присел рядом н корточки, втянул зпх звривющегося чя. — А где все?

— Эльфы уехли н юго–зпд, — Фередир мхнул рукой. — В Артедйн, оттуд будут добирться до Рздол. Эйнор их проводит — недлеко, скзл, что к полудню вернётся.

— А чего не рзбудили? — сердито и глупо спросил Грв. Фередир удивился:

— Эйнор скзл — ты вчер поздно лёг. А что?

— Ничего, — буркнул Грв и опять потянул ноздрями воздух. Фередир зчерпнул кружкой тёмную кипящую жидкость, поствил н иней. Зчерпнул вторую, потом — снял котелок с огня. И скзл:

— Что–то мне не нрвится. Вообще не нрвится. И Эйнору, — Фередир говорил отрывисто. — Плохо что–то.

— Мы что, вернёмся нзд? — Грв передвинул кружку к себе. Фередир покчл головой:

— Ну нет. Но вполне можем не вернуться.

— Ну… — Грв пожл плечми.

И вдруг кк–то очень обыденно понял, что это будет ужсно — умереть и больше ни рзу не увидеть Мэлет…

…Эйнор приехл, когд солнце подобрлось к зениту, стло тепло и весь иней рстял. Оруженосцы сидели у костр и смотрели — почти чс смотрели молч — кк по мокрой рвнине от дльних скл приближется всдник. Сперв кк точк, потом — кк мленькя фигурк, потом — кк отчётливо рзличимый квлерист. Потом они рзличили черты Эйнор и об срзу встли.

Эйнор подъехл шгом. Соскочил, бросил поводья Фередиру, знком покзл Грву: «Нлей.» Тот торопливо черпнул подогревемый чй, подл кружку рыцрю.

— Есть будешь?

Тот, глотя, мотнул головой, сплеснул осттки под споги. Выдохнул.

— Сворчивйтесь, едем.

— А где… — Грву покзлось, что он скзл «Мэлет». Но он не скзл — договорил: — …эльфы?

— Уехли, — рссеянно скзл Эйнор, глядя куд–то сквозь оруженосц. Тряхнул тёмными волосми, слипшимися от пот и сырости в длинные острые пряди. И стл попрвлять сбрую н Фионе.

Глв 17,

в которой Грв впервые убивет.

Лес нчлся чуть ближе к вечеру, после спуск в широкий рспдок, уходивший впрво и влево. Мокрый и пустынный лес, чёрные ели и редкя трв, серый можжевельник и звериня троп, видимо, почему–то знкомя Эйнору.

Эйнор кстти повеселел — точнее, стл обычным. Ехл впереди, временми тихонько посвистывл.

— И что — весь Ангмр ткя пустыня? — со вздохом спросил Грв. Фередир фыркнул, Эйнор ответил, не поворчивясь:

— Нет, конечно. Глвное — уметь выбирть путь.

— А куд мы едем?

— К истокм Гвтло, — Фередир быстро и удивлённо посмотрел н Эйнор, и Грв понял, что тот тоже не знл этого. А Грв и не знл, где это. И больше не стл ничего спршивть. Ехл и думл про Мэлет. Думл, думл, думл, то ворочл мысли, кк тяжёлые кмни, то плесклся в них, кк в приятной светлой воде.

— Глорфиндэейл — полководец Элронд, — вдруг скзл Эйнор. Грв поднял глз. — Он родился рньше солнц и луны и видел Влинор.

— И что? — врждебно–непонимюще спросил Грв. Эйнор покчл головой:

— Ничего, — и неожиднно спросил: — Вечером рсскжешь ещё что–нибудь?

— Рсскжу…

* * *

Костёр рзвели н поляне — в стороне от тропы, подльше, з сплетениями веток, недлеко от большого ручья (или мленькой речки, что ли?). Сегодня остновились рньше обычного — тк зхотел Эйнор, что, почему — его не спросишь.

Н огне зщёлкл котелок — н ужин опять ожидлся суп. Но пок до этого было ещё долго, и Эйнор с Фередиром выжидтельно поглядывли н Грв.

Если честно — не было у того нстроения ничего читть и рсскзывть. Ещё он почему–то знл: если сейчс откжется — Эйнор не будет ни нстивть, ни прикзывть. И от этой мысли стрнным обрзом стло невозможно откзться.

— Рсскжу, рсскжу, — буркнул он с полунтурльной сердитостью. — Я же обещл…

Фередир оживлённо и рдостно зёрзл, кк мленький. Эйнор опустил голову — и Грв понял, что тот улыбется.

— В общем, тк, — Грв прокшлялся, копясь в пмяти. А! Д вот же! Он шгнул к сумкм и достл вкривь и вкось исписнные толстыми мелкими строчкми листки. Перебрл и тряхнул их. — Времен Нуменор. Юг. Хрдскя пустыня. Меж брхнов бредут двое, рыцрь и оруженосец… — мльчишк простёр перед собой руку, кк бы невзнчй покзывя н своих спутников. Фередир хихикнул. Эйнор нхмурился, но губы нуменорц подргивли, силясь не рзъехться. — Вооот… Рыцрь н ходу вслух сочиняет письмо дме сердц, взор его нполнен любовью и нежностью. Оруженосец мрчно внимет, то и дело поглядывя по сторонм.

 _—_Любезня_Ктрин!_
 _Уже_который_день_
 _Мой_тяжкий_путь_лежит_через_пустыню._
 _Здесь_солнце_белое_и_желтые_пески,_
 _И_я_готов_зчхнуть_от_тоски_
 _Не_видя_Вших_глз…_
 _Душ_пуст_без_Вс…_
 _Мой_конь_двно_издох_от_жжды_и_жры,_
 _Оруженосец_мыслит_о_побеге…_зрз…_

Фередир опять зхихикл, косясь н Эйнор. Грв продолжл:

 Оруженосец, тихо в сторону:

 _—_Что_з_кретин!_Тут_рзве_есть_куд_бежть?_
 _Попробуй_см_—_вось_бы_потерялся!_

 Рыцрь, грозно:

 _—_Эй_ты,_бездельник!_Снов_змечтлся?_
 _А_ну,_вперед!_Не_вздумй_лорду_возржть!_

Н этот рз зхохотли об. Грв возмущённо звопил:

— Ну мне ддут продолжть?! Чего ржёте?! — но тут же зсмеялся см, ощущя, что н душе стновится полегче — и не срзу опять нстроился н исполнение. — В общем, рыцрь!

 Озбоченно и удивлённо:

 _—_Простите,_леди,_вынужден_прервть_письмо._
 _Н_горизонте_—_чья–то_ГОЛОВА!.._

 (Подходят поближе. Из песк действительно торчит голов).

 Оруженосец, яростно:

 _—_Ккя_сволочь_зкопл_здесь_вот_ЭТО?_
 _И_должен_ли_я_это_откопть?_

 Рыцрь:

 _—_Не_рссуждй,_бездельник!_Н_том_свете_
 _З_добрые_дел_должны_воздть._

 Оруженосец, презрительно:

 _—_Д_это_хрдрим!_Может,_его_убить?_

 Рыцрь, здумчиво:

 _—_Можно_и_убить._

Хохот снов рздлся нд стоянкой. Грв отчянно змхл рукой: ну слушйте же!

— В общем, об рзглядывют голову срци… гм, это — хрдрим.

 _—_Хрдрим_в_пустыне_знойной_
 _Вогнн_по_уши_в_песок._
 _Эк_скрутило_бедолгу,_
 _Хоть_бы_кто–нибудь_помог!_

 Оруженосец:

 _—_Господин,_ведь_мы_не_знем,_
 _Что_з_грех_лежит_н_нем!_
 Рыцрь, небрежно мхнув рукой:
 _—_Для_нчл_откопем,_
 _А_потом,_глядишь,_убьем._
 _Эй,_хрдец,_кк_тебя_зовут?_

 Хрдрим:

 _—_Сид._

 Рыцрь:

 _—_Кто_тебя_зкопл?_

 Хрдрим, яростно, с жутким кцентом — примерно тк:

 _—_Нуменорскя_собк_в_чёрном_плще_со_звездой._Отц_убил,_брт_убил,_последнего_брн_в_свою_веру_обртил!_Совсем_плохой,_слюшй_д._Встретишь_его_—_не_трогй,_он_мой!_

— У хрдримов нет имени Сид, — зметил Эйнор и вдруг по–детски прыснул. Но тут же принял достойный вид: — Что тм дльше?

 Пустыня. Меж брхнов опять бредут двое…

 Рыцрь:

 _—_Любезня_Ктрин!_
 _Уже_который_день_мой_тяжкий_путь_лежит_через_пустыню._
 _Здесь_солнце_белое_и_желтые_пески…_

 Оруженосец, с ндрывом:

 _—_Мой_лорд!_Хрдец_спер_последние_портянки!_

 Рыцрь, злордно хихикя и потиря руки:

 _—_Ндеюсь,_он_скончлся_в_стршных_мукх!_

Н этот рз хохот был подобен обвлу. Грв тоже не удержлся — опять. Но всё–тки усилием воли скрутил ржчку и продолжл:

 Рыцрь мечттельно продолжет:

 _—_Простите,_леди,_з_вульгрный_слог,_
 _Но_проз_жизни_снов_грубо_вторглсь._

 Оруженосец, вглядывясь вперед:

 _—_Прошу_простить,_что_прерывю_этот_бред,_
 _Конц_которому,_боюсь,_вовек_не_будет._
 _Тм,_впереди,_—_девиц_н_верблюде._
 _Держите_крепче_верности_обет!_

 Рыцрь, свирепо:

 _—_Ну_ты,_нглец!_Зкрой_покрепче_псть,_
 _А_то_зубов_тебе_недосчитться!_

 Оруженосец, обиженно:

 _—_Ну_вот,_опять_—_чуть_что,_тк_срзу_дрться,_
 _А_без_меня_двно_бы_мог_пропсть._

 Рыцрь, горделиво:

 _—_Но_не_пропл._Поэтому_—_зткнись!!!_

 Тут появляется девиц н верблюде. Рыцрь тихо облдевет.

 _—_Попридержите,_леди,_сккун,_

 _Вш_лик_прекрсен_в_ярком_свете_солнц!_

 Девиц, жлобно:

 _—_Ах,_судрь,_мой_верблюд_вот–вот_згнется,_

 _Среди_пустыни,_судрь,_я_одн!_

 Рыцрь, недоверчиво:

 _—_Одн?_

 Девиц, с нжимом и убедительно:

 _—_Одн._

 Рыцрь, гордо выпрямляясь:

 _—_Позвольте_вс_сопроводить!_
 _Вм_путь,_клянусь,_покжется_короче!_

 Девиц, с робкой ндеждой в голосе:

 _—_Вы_не_спешите?_

 Рыцрь совсем гордо выпрямляется:

 _—_Рди_вс_—_не_очень!_

 Девиц, рдостно:

 _—_Ах,_рыцрь_—_кк_мне_вс_вознгрдить?_

 Рыцрь:

 _—_Вознгрди…_х,_вознгрдить?_Я_весь_у_вших_ног!_

 _Ткое_дело_тонкое_—_Восток!_

 Процессия рзворчивется и медленно удляется в противоположную сторону. Рыцрь, мечттельно вслух:

 _—_Любезня_Ктрин!_
 _Простите_з_здержку._Я_весь_горю_от_жжды_встречи_с_вми…_

 Оруженосец (подскзывет):

 _—_Душ_моя_двно_уже_сгорел…_д,_сгорел…_
 _И_сердце_изнывет_от_ожогов…_ох,_изнывет!.._

 Рыцрь, птетически:

 _—_Но_здесь_войн!_И_долг_пред_Нуменором_священен!_

 (Нежно улыбется)[48]

Грв пригнулся, пропускя нд собой фляжку Эйнор. И тут же сделл вид, что клняется.

— Блгодрю з внимние.

Првд в следующие две минуты он всё рвно вынужден был бегть вокруг бивк от рыцря, который носился следом, д ещё и швырялся рзными предметми.

— Фляжк… — комментировл Фередир, помешивя в котелке. — Спог… Эйнор, см будешь искть… опять фляжк… это что?.. О, ндо же, сумку не пожлел… овёс не просыплся?.. Опять спог… Меня з что?!

— Чтоб не болтл, — сел к огню Эйнор и второй рз треснул Фередир кргой. С покзной сердитостью обулся.

— Мне уже можно подходить? — осведомился из темноты Грв. — Я есть хочу.

— Подходи, — хмыкнул Эйнор. Грв сел нпротив. Эйнор протянул руку и хлопнул оруженосц по плечу: — Когд вернёмся — выступишь перед князем.

— Я?! — испуглся Грв. И огляделся, словно князь уже стоял возле огня.

Но вместо князя к огню вышли четыре человек. Бесшумно. Один з другим.

Это были рыжие холмовики. В кольчугх, клетчтых плщх, с оружием и щитми. Двое молодых мужчин, двое мльчишек пострше Грв. Всё произошло тк быстро и обыденно, что Грв не успел толком удивиться. Фередир опустил миску, но больше ничего не сделл. Эйнор остлся невозмутим и неподвижен… хотя Грв н миг увидел н его лице змештельство и дже… стрх, что ли?

Холмовики остновились сбоку от огня, держ руки н виду, не н оружии. Грв снов ощутил нелепость ситуции — точнее, ккую–то её нерельность. Вышли к костру люди и стоят, смотрят. Кк будто это тут обычное дело.

Или првд обычное?

— Hela[49] — скзл Эйнор, пошевелив ногой ветку в костре.

— Hela. Oyst tyja?[50]— отозвлся тот из мужчин, что пострше. Вполне мирным голосом.

Эйнор покзл рукой н северо–восток.

— Karn Dum.[51]

— Farst raydda.[52]

— Yo.[53]

— Wimma steppa?[54]

Эйнор покчл головой.

И в этот миг рыжий удрил мечом.

А дльше всё смешлось. Вроде бы Фередир кинул углями в лицо второго нпдющего. Мимо проктился ккой–то клубок, пророс стльным шипом. Грв крутнулся н месте, всккивя и рывком з рукоятку сбрсывя с меч ножны — пояс полетел в сторону. Пнул бросившегося н него во вторую тку прня в колено и вскочил, подхвтывя левой рукой щит.

Кто–то рухнул рядом с костром. Лязгл стль и слышлись ругтельств. Но это всё уже отдлилось от Грв. Сейчс в мире остлись он — и его противник.

Человек. Рыжий прень. С длинным мечом…

…Кк это ни смешно и ни стрнно, но только теперь Грв понял, зчем воины носят доспехи. По–нстоящему понял, не умом, — почувствовл.

Противник был выше и сильней Грв. И дрться умел, пожлуй, лучше — хотя мльчишк пришёл сюд, в этот мир, с кое–ккими нвыкми, уроки Эйнор впитывл, кк губку.

И выше, и сильней, и дерётся лучше… Но только достть Грв кк следует — не мог. А ведь двжды доствл, несмотря н щит — тк, что это могло кончиться глубокими рнми — и об рз сухо шуршл безоткзня стль доспех. И Грв, после первого ткого удр — в првое бедро — было струхнувший, осмелел. А после второго — по левому плечу — ответным выпдом достл противник см, в локоть. В првый — левше Грву было легче нносить ткие удры.

И увидел, кк н лице рыжего прня появилось и стло рсти отчянье. Он ещё отмхивлся, но потом перебросил меч в левую — и срзу стл отступть, не в силх противостоять нтиску осмелевшего и рзошедшегося Грв. Лёгкя кольчужк и ткой же лёгкий шлем — немного против лтник…

Стрнно, едв Грв осознл эту обречённость своего противник — кк исчезли злость и желние достть рыжего. Ноборот: Грв подумл — д беги же, вот брнище!!! Я же не угонюсь з тобой в доспехе, тк и скжу — не мог догнть. Д и не погонюсь я…

Но рыжий продолжл взмхивть мечом в левой. Отчянно и обречённо. Видно, он не был нучен отступть.

— Помочь? — спросил Фередир. Он подошёл, держ окроввленный меч остриём вниз. Грв мотнул головой в сторону, н миг упустил рыжего из виду — и тот немедленно прянул вперёд. Молч и стремительно, кк молния.

Грв поймл его — скорей от неожиднности, чем сознтельно — удром снизу вверх. Через пх, под кольчужный подол.

Прня отбросило в ручей — руки крестом, меч вылетел из лдони и сухо грохнул по гльке. Рыжий хотел вскочить — и из него выпло то, что из человек выпдть не должно.

Тогд он не выдержл — зкричл. Истошным долгим криком, кким люди не кричт и тоже не должны кричть. Грв отвернулся и не выпустил меч только потому, что твёрдо помнил — оружие не роняют. А крик звучл, звучл, звучл и никк не кончлся. Тогд Грв тоже зкричл, и в крике прорвлись смешные и стршные слов, сорввшиеся н визг:

— Ну что он не умрёт–то никк?!

Фередир смотрел угрюмо. А подошедший Эйнор взял второго своего оруженосц з зтылок и силой повернул его голову в сторону корчщегося в ручье умирющего:

— Потому что ты плохо удрил, — скзл нуменорец. — Не мучй его. Иди и испрвь.

Грв хотел змотть головой — и не мог. Хотел зкричть, что не будет — и не мог. Он повернулся и пошёл, тяжело перествляя ноги.

Рыжий перестл кричть. Он хрипел и сжимл обеими лдонями низ живот поверх скользких сизых и жёлтых петель, перепчкнных кровью и ещё многим другим. Длиння прядь прилипл к белой щеке ниже безумного от боли глз.

— Убееееей… — попросил он — выдохнул пляшущими губми н неплохом дунйке. — Прикончи… южнин… рди твоей мтери…

Д он же не стрше меня, с ужсом понял Грв. Просто выше и крепче. Я не могу. Я никк не могу. Я и этого–то не имел прв делть, ведь он же не орк ккой–нибудь…

— Почему ты не побежл?! — шёпотом крикнул он. — Я бы не погнлся…

— Я не трус, — губы рыжего скривились, н них покзлсь кровь. — Моим… в сто рз легче будет знть… что я умер… чем видеть меня… беглецом…

— Добей его, — послышлся холодный голос Эйнор. — Не будь глупцом, не тяни нити между.

Грв приствил остриё меч к шее рыжего — к ямке между ключиц в вырезе рсшитой рубхи и не спсшей хозяин простенькой кольчуги.

Я сделл это и я не буду зкрывть глз, подумл мльчишк. Чтобы помнить, кк это легко и стршно — убить человек.

И нлёг н меч.

Хруст. Скрежет. Хотичные рывки.

Глз рыжего стли потусторонними от новой боли. Он открыл рот… но вместо крик, которого тк боялся Грв, лишь тихо зкшлялся. И глз сделлись спокойными и сонными. Потом зкрылись.

— Вынь меч, — скзл Эйнор. Грв послушно потянул клинок — мёртвое тело чуть подлось вверх, потом — соскользнуло. — Вытри его, — Грв, присев, тщтельно обтёр оружие, кк во сне, о крй рубхи убитого. — Теперь кричи или плчь. Не стыдись, Волчонок.

— Мы никому не скжем, — Фередир встл рядом. — Это не стыдно, Грв, првд. Это первый человек, чью жизнь ты отнял. Плчь.

И Грв зкричл…

…Подогретое вино пхло корицей и было неожиднно приятным. Держ кубок обеими рукми, Грв выпил половину злпом и допил остльное несколькими глоткми. Больше всего он боялся, что Эйнор или Фередир нчнут говорить… утешть, рсскзывть истории из своей жизни…

Но они молчли. Сми всё сделли со стоянкой, только что стщить доспех никто не помогл. Сми сложили в ряд и звлили плоскими кмнями из ручья всех четверых холмовиков. Совсем стемнело. Грв немного пришёл в себя, когд выпил вино… и совсем очнулся, когд н колени ему Фередир положил тяжёлое золотое зруквье. Глдкое, лишь с концов его укршли двойные кольцевые выступы.

— Что это? — Грв поднял голову. Вино согрело, но не удрило ни в голову, ни в ноги.

— Возьми, — скзл Фередир и присел рядом. — Это тебе.

— С?!. — Грв отштнулся, золотой обруч поктился с колен. — Ты что?! С убитого снял?!

— Бери, — Фередир опять сунул зруквье Грву. — Бери, Волчонок, — голос его стл умоляющим. — Ты не понимешь, что ли? У вс не тк, что ли? Это же твой первый. Он придёт обязтельно… Эйнор–то не верит, — Фередир покосился н рыцря, который словно бы и не видел ничего, ворочл нд огнём кусок окорок н двух прутьях. — Он придёт, ты не бойся. И скжи: мол, честью я тебя убил, честью похоронил, честью твоё взял, погляди и уходи.

— Ты чего несёшь? — Грв зозирлся.

— Увидишь, — сердито отрезл Фередир и почти силой ндвинул н зпястье Грв зруквье. — Вот тк…

…Вино, кк видно, всё–тки подействовло. Грв потянуло в сон. Он кое–кк добрлся до плщей, звернулся и лёг. Голов поехл, звертелсь противно, и всё тело зкружилось, кк будто лежл не н кмнях, н диске строй крусели… «Ой плохо–то кк…» — успел подумть мльчишк и провлился в сон…

…Он видел родное село. Село было сожжено, и он знл, что это орки и шпорить коня уже бесполезно. Где–то в глубине души жил мысль о том, что это НЕПРАВИЛЬНО и этого НЕ МОЖЕТ БЫТЬ. Но он ехл и ехл по улице и удивлялся, что не видит ни одного труп. Именно удивлялся…

…Видимо, он спл недолго, потому что, когд открыл глз — с криком — то от костр обернулись срзу об. Эйнор кивнул:

— Есть будешь?

— М… г–… — Грв встл. Фередир спросил:

— Приснился?

— Не помню, — нерешительно ответил Грв, сдясь к огню. — Нверно, д. Я стршное видел…

— Не рсскзывй, тогд не сбудется, — торопливо прервл его Фередир. А Эйнор просто зпел — негромко, не глядя сунув Грву пру сухрей и кусок крепко прожренного (портиться нчло) мяс.

 _Бегут_ручьи,_спускясь_с_гор_
 _И_снег_лвинми_идет._
 _Нд_пропстью_тумн_лежит,_
 _И_только_Эдельвейс_цветет._
 _Здесь_солнце,_кк_слепящий_диск_
 _И_стрнник_не_нйдет_пути._
 _Дороги_не_ведут_туд,_
 _Туд,_где_Эдельвейс_цветет._
 _И_гномы_стерегут_тот_крй,_
 _Чтоб_люди_не_смогли_узнть,_
 _Что_где–то_длеко_в_горх_
 _Чудесный_Эдельвейс_цветет._
 _Волшебный_цветок,_волшебный_цветок_
 _В_чужие_руки_не_идет._