/ / Language: Русский / Genre:sf, / Series: Рассказы

Любовь И Невесомость

Пьер Буль


sf Пьер Буль Любовь и невесомость ru fr Ф. Мендельсон Black Jack FB Tools 2006-03-12 Фйл с книжной полки Несененко Алексея D5BE29F1-2FB4-4F9B-888E-DD2A06268D6B 1.0

Пьер БУЛЬ

ЛЮБОВЬ И НЕВЕСОМОСТЬ

«А желние все возрстет»

Пьер Корнель

Посвящется любителям нучной фнтстики[1]

* * *

После того кк орбитльня стнция с бешеной скоростью прокрутилсь целый месяц вокруг Земли, был проведен смен экипжей.

Первые «орбитльцы», кк и было предусмотрено, вернулись н ркетоплне и блгополучно приземлились неподлеку от Нью-Йорк. Восторження встреч ожидл пионеров космос, и смые крупные гзеты, не скупясь н доллры, оспривли друг у друг прво взять у путешественников первое интервью.

Однко их отчеты не удовлетворили любопытств просвещенной публики. Ученые и техники уже двно вычислили все, что могло произойти во время этого эксперимент, и потому то, что тм случилось, уже было предвидено до последнего штрих и всякому известно зрнее. И вскоре всем стло ясно, что новя информция был не более чем подтверждением теоретических рсчетов. Орбитльня стнция собирлсь в космосе. Отдельные ее чсти доствляли н место ркеты. Единственным недосттком было то, что не прибыл ркет с оборудовнием, которое должно было придвть стнции врщтельное движение, что в свою очередь компенсировло бы отсутствие земного тяготения и, тким обрзом, сделло бы пребывние космонвтов н стнции более комфортбельным. Из-з этого космонвтм пришлось целый месяц жить в состоянии невесомости. Но и это было уже всем известно. Со времен Уэллс дже дети знют, к чему может привести невесомость. Бесчисленные ромны и кинофильмы поведли нм о космонвтх, которые, случйно ткнув пльцем в одну стенку, тотчс окзывлись у противоположной или при кждом шге подпрыгивли до потолк.

Моя профессия журнлист толкл меня н поиски неизведнного, однко я не нходил ничего, кроме изрядно зтскнных штмпов. И тогд я пристл к одному из пссжиров орбитльной стнции, ндеясь выудить у него ккие-нибудь пикнтные подробности.

— Должн же был эт невесомость привести к кким-то необычным ситуциям! — нстивл я.

— Д нет, что вы. Уверяю вс…

— И все же?..

Он здумлся н секунду. Я чуть было не встл перед ним н колени. Тогд он нхмурился.

— Был, пожлуй, один случй… — нчл он. — Но я об этом не стну рсскзывть… Ни з что! Порсспросите Джо…

Н орбитльной стнции Джо числился простым уборщиком, тк скзть чернорбочим. Поскольку все предметы тм были невесомы, то тк нзывемя физическя рбот почти не требовл усилий, и он один неплохо со всем спрвлялся.

Однко по возврщении н Землю Джо срзу же куд-то исчез. В отличие от других героев космос, которые ездили с прием н прием без передышки, Джо испрился из Нью-Йорк, не дв ни одного интервью. Впрочем, роль его был тк скромн, что никто и не вздумл его рзыскивть.

— Порсспросите Джо, — повторил мой собеседник. — Только он и может вм рсскзть нечто збвное, ведь вм именно это и нужно?

«Порсспросите Джо», — с досдой скзл мне другой пссжир орбитльной стнции, когд я здл ему подобный вопрос. «Порсспросите Джо, — бросил мне нчльник стнции, когд я добрлся и до него. — Что ксется меня, то я не желю слышть ни об этом типе, ни об его истории. Это просто кошмр для всей экспедиции, a pain in the neck [2]».

Я был зинтриговн и отпрвился н поиски Джо. Отыскть его мне удлось вдли от Нью-Йорк и от всех втострд, в мленьком городишке, где он поселился по возврщении из космос. Джо окзлся эдким здоровым млым с круглым лицом. В его голубых доверчивых глзх не было и тени недоброжелтельств, ноборот, внимтельный нблюдтель мог срзу определить, что хозяин их — невиння жертв, из тех, кто непременно попдет в сети, которые нгел Стрнного и Необычного рсствляет бесхитростным душм. Поэтому я не стл с ним луквить и срзу предствился корреспондентом крупной гзеты, мечтющей опубликовть его воспоминния. К моему невырзимому изумлению, он нотрез откзлся со мной говорить. Но я нстивл. Тогд он рссердился и выствил меня з дверь. Еще более зинтриговнный, я позвонил в редкцию — зручиться мтерильной поддержкой. Вернувшись к Джо, я не дл ему рскрыть рт и срзу предложил з его доверительные сведения весьм знчительную сумму. Будь Джо один, он бы нверняк откзлся, но при ншем рзговоре присутствовл Бетти, его жен, мое предложение ее соблзнило, и он что-то зшептл мужу. Джо долго колеблся, но в конце концов Бетти его убедил.

Я перевел рсскз Джо кк можно точнее и жлею только, что мне не удлось сохрнить все крсочные особенности мерикнской рзговорной речи.

— Необычйные ситуции, говорите? — нчл Джо. — Лдно, будут они вм. Я не хотел об этом рсскзывть, потому что хвлиться особенно нечем, но уж если н то пошло, то я не виновт, что тк оно получилось, и, рз есть люди, готовые зплтить, чтобы узнть, кк все было н смом деле, не ткой я дурк, чтобы откзывться от денег. Только вот что, не мстк я рсскзывть, д и случй этот немного того, с зквыкми.

— Вляйте, Джо! Я уверен, именно ткие истории зинтересуют нших читтелей. Не думйте обо мне и рсскзывйте, кк умеете.

— Ну лдно, поехли. Все нчлось с этой выдумки Бетти, моей Бетти…

— Вшей жены, Джо?

— Д, сэр, моей жены. Он был в экспедиции горничной, вы, нверное, об этом не знете, в гзетх про это не писли. А моей невестой он стл еще до полет этой штуки, «стеллит», кк они ее нзывли. Мы двно собирлись пожениться. Тк вот, пришл ей в голову рспрекрсня идея отпрздновть ншу свдьбу в этой штуковине. Ткое, клянусь, только женщине и может прийти в голову, хотя пончлу идея был вроде кк идея, не глупее любой другой. Выгоды я в этом не видел никкой, но и убытков не ожидл. Чтобы доствить Бетти удовольствие, поговорил я с боссом, нчльником экспедиции, — он ко мне хорошо относился. Босс не стл возржть, ноборот, ему это вроде бы понрвилось.

— С нми должен лететь пдре, вот он вс и обвенчет, — скзл он, — см я, кк кпитн, скреплю гржднский брк, кк бывет иной рз н корблях. — Похоже, все это очень его збвляло.

Знчит, все были соглсны и решили поженить нс, когд «стеллит» соберут и в нем можно будет поселиться. Босс, нверное, думл, что это прибвит мне усердия.

Лдно. Полетели мы. Кк проходил полет, мне незчем рсскзывть, вы и тк все знете. Прибыли мы в нзнченное место в космосе и нчли крутиться вокруг Земли посреди чстей «стеллит», зброшенных туд рньше нс.

Вышел я из ркеты в скфндре и принялся з рботу, повторяя себе: чем рньше зкончится монтж, тем скорее я женюсь н моей Бетти и буду с ней миловться до возврщения н Землю.

Монтж шел быстро. Ндо вм скзть, что без этой хреновины, или кк его тм, тяготения этого, рботть мне было горздо легче. Внчле, првд, голов млость кружилсь, когд под ногми нет ничего, где-то тм Земля и окены мелькют, кк сумсшедшие, но мне все кк следует рстолковли, тк что я не очень удивился, потом и вовсе перестл обрщть внимние. Тут еще нужно было координировть свои движения, штук, скжу вм, не простя. Тм, нверху, если ты изо всех сил толкешь железную блку, то кувырком отлетешь нзд, когд звертывешь гйку, то нчинешь вокруг нее крутиться. Но глвный мехник объяснил мне, кк ндо пользовться рективным пистолетом, чтобы компенсировть всякие промшки, и скоро я уже орудовл всеми этими инструментми кк своими и ничего не боялся.

Знчит, собрл я чсти этого «стеллит» вокруг себя и нчл их подгонять и прилживть. Рбот эт збвлял меня; з пять дней мы все зкончили, и я ни кпельки не устл. Конечно, мысль о ншей свдьбе прибвлял мне сил. Мне кзлось, что я зрбтывю прво н мою Бетти.

Всего пять дней, сэр, и ни одним больше, пондобилось, чтобы собрть стнцию. Вы знете, ккой он формы, все гзеты ее описывли: ткое здоровенное колесо, в котором все пссжиры нходятся в ободе, конечно достточно большом и, конечно, герметичном. Недоствло лишь одной детли. О ней мло говорили, но прошу отметить: кк рз этот мехнизм должен был врщть нше колесо, кк волчок. Тк вот, его и не окзлось. Ркет с ним не прибыл. Может, он свернул к Луне. Может, свлилсь в окен. Короче: не было ее, и точк!

— Ничего стршного, — скзл мне босс, когд я доложил о пропже. — Кк-нибудь обойдемся. Прожили мы без тяготения пять дней, и никто не жлуется. Ндо только быть внимтельнее. Я предупрежу экипж.

И вот собрл он нс всех и нчл рсскзывть об ощущениях, которые возникют при этом смом отсутствии тяготения. Все его слушли вполух, особенно я, потому что думл о Бетти. К тому же все это мы уже знли по кино и по первым тренировкм. Но босс нш любил читть нствления, и многие его слов я потом припомнил. «Это принцип действия и противодействия, — примерно тк говорил он. — Это физик. Кждый толчок отбрсывет вс от препятствия в сторону, противоположную нпрвлению толчк. Вы можете полететь вверх или вниз, нпрво или нлево, потому что нет больше тяготения, чтобы вс удержть».

Мы ему скзли, что все хорошо поняли. И тогд меня нчли поздрвлять и хвлить з быструю сборку «стеллит». А я думл про мою Бетти и про обещния босс. Он понимл это. Он человек что ндо. И вот с соглсия пдре он решил отпрздновть открытие стнции, зодно и ншу свдьбу. Чтобы был одн торжествення церемония. Я был доволен и горд, чего уж тм говорить. Мне кзлось, это я см построил дом для себя и моей Бетти. И ккой дом! Спутник Земли, сэр. Ни много ни мло! Вроде мленькой Луны. Помнишь, Бетти, кк мы все тогд рдовлись?

— Было бы из-з чего! — огрызнулсь Бетти. — По мне, тк любой срй лучше.

— Дй же мне рсскзть… Никогд я не збуду эту свдьбу, сэр. Все вошли в «стеллит». Здрили люки. Кондиционеры рботли хорошо. Все было прекрсно. Все было прекрсно, но только не было тяготения. Хвтясь з стены рукми, мы кое-кк доплыли до своих кют. Договорились, что соберемся через чс в слоне для торжественной церемонии. Не буду говорить, кк я нмялся, пок переодевлся. Но все же мне это удлось. Выхожу я в коридор и кк рз встречю Бетти, которя тоже вышл из своей кюты. Когд я увидел ее, сэр, то чуть не умер.

— Но почему, Джо?

— Потому что он висел вверх ногми, вниз головой, зцепившись з люстру! Вот ккой увидел я мою Бетти, сэр, в нряде новобрчной, который окружл ее словно белое облко. Клянусь вм! Помнишь, Бетти?

— Это ты стоял вверх ногми! — скзл Бетти. — Думешь, меня это не потрясло?

— Нет, это он был вверх тормшкми, поверьте мне, сэр. И шл по потолку, что бы он сейчс ни говорил. И конечно, едв зметив меня, он нчинет вопить кк резня и упректь меня, что, мол, я не могу вести себя пристойно дже в день ншей свдьбы. Я не мог больше этого слышть. И оттолкнулся и поднялся к ней. Перевернул ее, кк блин н сковородке, потом еще одним толчком спустил вниз, где и следовло быть новобрчной. Но он, знете ли, упрям. Он не хотел соглситься, что это я был в нормльном положении. Пришлось покзть ей, где нходится прибитый ковер, где светильники. Нконец он успокоилсь, и, цепляясь з что попло, мы добрлись до слон.

А тм, сэр, шло свое кино. Члены экипж только что прибыли и никк не могли договориться, где у них верх, где низ. Вы скжете, что тм был мебель. Конечно, стол и стулья были привинчены к полу, если бы не это, не зню уж, чем бы все кончилось. Но попробуйте уговорить людей, которые потеряли голову! А тут еще этот, кк его, дух противоречия, который всегд рзыгрывется в тких случях неизвестно почему! Короче, половин из них держлсь н потолке головми вниз и уверял, будто именно они и есть нормльные. Особенно пдре — тот и слышть не хотел, чтобы перевернуться. Он орл, что в тких непристойных позх не может дть блгословения. Говорю вм, мы потеряли н споры добрую четверть чс, пок нконец все не приняли более или менее вертикльное положение.

Но вот все устроилось, и нс обвенчли. Пдре, следом з ним босс произнесли свои речи о том, что, мол, теперь мы с Бетти соединены нвечно и д пребудем вместе в рдости и в печли. Не стну вспоминть, ккой чудной у них был вид, когд они говорили все это и многое другое, цепляясь з стулья. И про свдебный ужин тоже нечего говорить: попробуйте-к поесть, глвное — выпить в невесомости! Но обо всем этом мы знли зрнее и кое-кк спрвились с помощью тюбиков и соломинок. Д и не об этом я хотел бы рсскзть.

Когд мы зкончили пировть, было уже поздно. Моя

Бетти и я мечтли нконец остться одни. В экипже посмеивлись и подмигивли нм, кк это бывет н всех свдьбх н Земле. В общем, пришел чс, когд все сделли вид, будто уже не обрщют н нс внимния. И тогд мы с моей Бетти, цепляясь з что попло и друг з друг, удлились в ншу спльню.

Тут Джо умолк и долго сидел, вперив взгляд в прострнство, словно звороженный кртинми, которые всплывли в его пмяти.

— Продолжйте же, Джо! — взмолился я. — Глвное, не смущйтесь. Рсскзывйте все подряд. Весь мир жждет воспользовться вшим опытом.

— Д уж, опыт был что ндо! Ну вот, знчит, входим мы в спльню, которую я см убрл и приготовил. Босс скзл, чтобы я взял, что зхочу, уж в смысле комфорт н «стеллите» было все… кроме тяготения!

Лдно. Вошли мы. Я зпирю дверь. Ведь я человек простой! Обнимю Бетти и нчиню ее целовть. Скжите, это естественно, ? Я столько мечтл об этой минуте, и он, моя Бетти, тоже был не против. И вот мы целуемся, милуемся и голов идет у нс кругом — вм ведь известно, кк это бывет. И одной руки, мне кжется, уже мло, и я выпускю дверную ручку, д и вы бы тк сделли н моем месте. Я уже ни о чем не думл, д и Бетти тоже. Мы збылись… Мы решили, что…

Э, д что тм говорить: продолжлось это недолго, всего несколько секунд, не больше. Мы очнулись от удр… Д еще ккого! Меня словно хвтили дубинкой! Я думл, бшк рзлетится… Ккие уж тут поцелуи! Никогд не збуду лиц Бетти. У нее, нверное, искры посыплись из глз…

— У меня до сих пор зуб штется, — скзл Бетти.

— В ту минуту, сэр, я подумл, что кто-то из приятелей сыгрл с нми злую шутку. Но ккие тм шутки! Мы здесь были одни. Просто в збывчивости мы чуть-чуть приподнялись н носки, и толчок от пол отпрвил нс по прямой линии к потолку, в который мы и врезлись головми. Точно, кк рсскзывл босс. Всякий толчок посылет вс в противоположном от препятствия нпрвлении. В соответствии с првилми физики, кк он говорил. Но если это случится с вми, сэр, в подобную минуту, плевть вм будет н все првил физики, это я вм грнтирую.

— Понимю, Джо. Я вм сочувствую. Ну дльше?..

— Сейчс узнете. Погодите, н чем это я остновился?..

Аг, знчит, когд я все понял, я пострлся успокоиться и успокоить Бетти, которя, смо собой, нервничл. Я снов обнял ее. Оперся одной рукой о потолок. Рссчитл силу толчк. Прицелился и спустился с моей Бетти точно н большое кресло. Здесь я был спокоен: кресло было крепко привинчено к полу и не могло взлететь. Отдышлся я и говорю Бетти:

«Ничего, беби, не волнуйся. Мы позбыли об этой чертовой невесомости. Ндо только привыкнуть. Скоро мы и змечть ее не будем». «Ох, Джо, — зхныкл он, — мне тк чудно: все время ндо з что-нибудь цепляться! Тк чудно…»

Должен скзть, сэр, я тоже чувствовл себя не в своей трелке. Ккой тут комфорт? Ндо вм объяснить: я усдил ее себе н колени и держл з тлию првой рукой. А левой, черт побери, мне приходилось держться з ручку кресл, и ндо было не збывть об этом, потому что инче нм грозило новое вознесение. Я тк этого боялся, что не мог по-нстоящему думть о ней, моей Бетти. И он тоже; когд я пробовл ее лскть и поддрзнивть, он вся нчинл дергться, и я терял голову и уже не думл о проклятом кресле и о том, что нужно з него держться. Понимете? Ну и вот! Если моя левя рук отпускл кресло, мы вдвоем взлетли к потолку, если моя првя рук пытлсь ее поглдить где-нибудь кроме тлии, он, моя Бетти, кждый рз взлетл с моих коленок и едв не уносилсь от меня куд-то в смых невероятных нпрвлениях. Поверьте, сэр, я едв успевл поймть ее з волосы, з пльцы, з ноги — з что только мог уцепиться. Скжу вм, это очень меня рздржло.

— Понимю вс, Джо.

— Не думю, что это можно понять, пок см не испытешь. Эти руки, ноги и прочее, когд все выскльзывет у тебя из рук, словно ящериц, могут вс довести до ткого — ой-ой-ой! — вы себе и предствить не можете. Я по хрктеру скромный прень, клянусь вм. И не хотел быть с моей Бетти грубым… А ей вся эт чепух вроде дже нчинл нрвиться.

— Тоже мне, придумешь! — зпротестовл Бетти.

— Ничего я не придумывю. Ей это вроде было смешно. Он плвл себе в комнте, кк в внне. Он мне никк не помогл, и я один должен был делть все, я истекл кроввым потом. Я уже испробовл все положения. Зцеплялся ногми з ножки кресл, чтобы хоть обе руки у меня были свободными, — вы предствляете? С ум можно сойти! И никкого толку. Все время приходилось думть о невесомости и о Бетти, о Бетти и о невесомости, и это было свыше моих сил.

— Я полгю, н вшем месте никто бы не вышел из положения лучше вс, Джо. Продолжйте, пожлуйст!

— Ну д, длилось все это ккое-то время со взлетми и пдениями, кк я вм и говорю. А потом я скзл себе: хвтит миндльничть! Чего уж тм притворяться, и мне и моей Бетти…

И вот, держсь кое-кк з кресло, нчл я ее рзоблчть. Ндо вм нпомнить, что был он одет в свой брчный нряд с финтифлюшкми всякими — очень ей тк хотелось, несмотря н обстоятельств: плтье длинное, вуль, венчик с флердорнжем и прочее. Через минуту все эти штучки змелькли по комнте, отсккивя от стен и возврщясь к нм, когд я их отпихивл слишком сильно, потом нчли плвть посередине. Точно помню. Ведь свет-то горел… А кк же еще? В тких условиях темнот был бы слишком опсной. Тк вот, все это белое и прозрчное летло туд и обртно перед лмпочкми, словно облчк, гонимые ветром. Кк сейчс помню. Похоже было, будто солнце кждую минуту скрывется и снов появляется! Умереть от смех! Помню, взглянул я вверх и увидел вуль с цветочкми в метре нд ней — ну в точности нимб, кк нд ликми святых. Я прямо облдел!

— Но кк это было поэтично, Джо!

— А я рзве говорю нет? Только я думл не об этом. Меня другое знимло. В ту минуту, понимете, я хотел любой ценой добрться до постели. Я уже говорил вм: человек я деликтный. Но мне все же не хотелось провести свою брчную ночь в кресле. Поэтому из-з этой проклятой невесомости нужно было все рссчитывть.

Я обнял Бетти покрепче. Рссчитл свой толчок… Д-д, сэр, приходилось рссчитывть, и у меня уже от этого рсклывлсь голов! Я оттолкнулся от кресл и ухитрился приземлиться вместе с моей Бетти точно посреди одеял. Я уцепился з ночной столик. Осторожненько уложил мою Бетти н одеял и скзл: «Не шевелись, беби… глвное, не шевелись! Ни одного движения! Лежи, вытянув ноги, кк в море, будто ты поплвок. Только не дыши глубоко. Зкрой глз и жди меня. Сейчс я к тебе приду».

Он сделл, кк я ей велел, сэр, я отлетел к креслу и тоже кое-кк рзделся. Не хотелось мне пугть ее, сэр, дже при этих проклятых обстоятельствх, — ведь он был невиння девушк!

— Подобные поступки делют вм честь, Джо. Продолжйте!

Он зколеблся и н некоторое время умолк.

— Д рзве ткое можно рсскзывть? — вопросил он нконец.

Стрясь быть кк можно терпеливее, я убедил его, что можно. И он продолжил свой рсскз:

— Тк вот, сэр, должен признться. Когд я снял с себя все, что можно, и был голым, кк червяк, и когд я увидел мою Бетти, тихонечко лежщую н постели в тком же нряде, я почувствовл что-то вроде электрического рзряд. Я потерял голову, говорю вм честно. И, ни о чем другом не думя, бросился к Бетти. Ведь мы же обвенчлись, — ккого черт?

— Понятно, Джо. Отпускю вм все вши прегрешения.

— Понять-то оно, может, и можно, но кк это было неосмотрительно с моей стороны. Я снов збыл об этой, будь он проклят, невесомости! И снов не рссчитл свой рывок! Д по првде скзть, и не пытлся, все было, кк это, инстинктивно. Я пролетел нд ней и дже ее не коснулся. Пролетел, кк плнер, нд ее горячим телом и не смог ни з что зцепиться. Он лежл в одном метре от меня, и я не мог ее коснуться. Я врезлся головой в перегородку нд кровтью и отлетел к перегородке нпротив. Предствляете, сэр? Я думл — лопну от злости!

— Д, вы, нверное, были в ярости, Джо. Ничего себе, ситуция!

— Не зню, кк вы можете меня понять. Это не тк-то просто. Сейчс я вм объясню, сэр, рз уж вы хотите знть все подробности.

Тк вот, тректория моего полет, кк мне потом объяснил мтемтик ншего экипж, был горизонтльной. А это знчит, попросту говоря, что я летл прллельно кровти в метре от Бетти, от одной стенки к другой… Тм не было ни верх, ни низ, потому что не было этого проклятого тяготения. Все это я говорю, чтоб вы поняли, где был кровть, н которой моя Бетти лежл кк пиньк, зжмурив глз. И я не мог думть ни о чем другом, сэр.

— Понимю вс, Джо. Он был центром вшей вселенной.

— Вот-вот… Знчит, мотюсь я от одной перегородки к другой, зметьте, сэр, н этой высоте обе перегородки были голые и глдкие, ни единой зцепки! А это знчит, для тех, кто понимет в физике, что я не мог изменить свою, кк ее, тректорию… Понимете? Я мог только летть между перегородкми — пролетел рз двдцть с лишком! — внизу все это время лежл моя Бетти, до которой мне было не дотянуться. Я сходил с ум!..

— Предствляю себе вше состояние, Джо. Кк же вы вышли из этого ужсного положения?

— С помощью рссуждений, сэр… Погодите, я вм все объясню. Когд мне ндоело стукться то мкушкой, то пяткми об эти стенки, я перестл мельтешить и нчл рссуждть. И тут вроде скорость моя снизилсь. Тот смый мтемтик мне потом объяснил: из-з легкого трения с искусственным воздухом в ншей стнции. И под конец я звис н одном месте. Но это было ничуть не лучше.

— Ничуть не лучше, Джо?

— Во сто рз хуже, сэр! Послушйте и пострйтесь предствить. Когд я остновился, устлый и избитый, я звис кк рз нд кровтью, нд моей Бетти, и не мог уже дотянуться ни до ккой перегородки, чтобы оттолкнуться и сдвинуться с мест… То есть мой центр тяжести оствлся н месте. А все мои, кк их, конечности, могли шевелиться, сгибться и рзгибться, кк у пук н конце путинки или у ббочки, пришпиленной к невидимой доске. И должен скзть, эти мои конечности дерглись во все стороны, тк я был взволновн. Голый, кк червяк, если вы помните, я плвл пузом вниз — нет, висел из-з этой дьявольской невесомости всего в кком-нибудь метре нд моей Бетти! Ну лдно. И что, по— вшему, дльше? А дльше, сэр, моя Бетти открывет глз…

— Он открыл глз, Джо?

— Ой, господи! Если бы вы видели ее личико! До сих пор помню, ккую он скорчил рожу и кк звопил! От ее визг я совсем потерял голову. Уверяю вс, он срзу снов зжмурилсь, словно нд ней подвесили болвнку из рскленного желез. Но мне от этого легче не стло.

— А ты думешь, мне приятно было смотреть, кк ты висишь и дрыгешься ндо мной? — возмущенно скзл Бетти. — Никогд бы не подумл, что ткое стршилище вообще может быть! И похож ты был вовсе не н ббочку и не н пук, н смого что ни н есть осьминог! И дже осьминог рядом с тобой покзлся бы мне человеком. Клянусь вм, сэр! Никогд ни одной девице в брчную ночь… Вот уж не думл, сэр, что увижу ткое кино!..

— Я, конечно, понимю, для новобрчной это похуже цирк. И мне было стыдно: я ведь хотел, чтобы все обошлось по-хорошему. Но ккой толк кричть «крул»? И вот я порзмыслил и говорю ей: «Послушй, беби. Глвное, не теряй голову. Ты меня видишь; вот он я. Может, не ткой, кк ты мечтл, но я тут ни при чем. Когд я буду рядом с тобой, все улдится, потерпи, это рсстояние тебя обмнывет и все путет, виновт все эт проклятя невесомость. Я не могу см никуд двинуться. Ндо, чтоб ты мне помогл. Зкрой глз, если хочешь, но делй, кк я тебе скжу. Протяни руку — только потихоньку! — и схвтись з крй ночного столик. Он стоит крепко. Когд схвтишься — но не рньше! — подними вверх ногу, словно ты делешь упржнение для живот. Понял? И тогд я схвчусь з тебя и спущусь к тебе и ты меня в прежнем виде больше не увидишь».

Пришлось говорить с ней тким нежным голосом, сэр, инче был бы истерик. Но помленьку он успокоилсь. Дже один глз приоткрыл, только срзу снов зжмурилсь. Но это все ерунд! Глвное, что под конец он все же сделл, кк я ее просил. Ухвтилсь з столик и поднял вверх ногу — Бетти у меня гибкя. Ног поднялсь высоко. Я сумел ухвтиться з большой плец. И вот я стл подтягивться — или спускться, это уж кк вм угодно, — вдоль ее ноги и под конец очутился рядом с ней н постели.

Вы, может, думете, этим все кончилось и мы были счстливы? Кк бы не тк! Нстоящее кино только нчинлось. Прямо не зню, сэр, кк вм об этом рсскзывть.

— Рсскзывйте, все рсскзывйте, Джо!

— Я долго лежл с ней рядом и стрлся не дышть. Я думл о ней. Мой вид мог испугть ее н всю жизнь, вы понимете? Он тогд стл вся крсня, потом побелел с головы до ног. Я ее успокивл и лскл потихоньку, о, совсем потихоньку, чтобы он опять рзогрелсь, д и я тоже. Он порозовел, и я ее чувствовл рядом, и под конец он осмелилсь открыть глз.

Ну что вм тут скзть, сэр? В эту минуту я снов потерял голову. Поймите меня. Он уже не боялсь, и я решил — пор! И опять я ни о чем не подумл, себе н беду. Я только о Бетти и думл. Не зню, кк вм еще объяснить.

— О, я прекрсно понимю, Джо. Все очень просто.

— Просто оно, конечно, просто, д только я опять збыл про трижды проклятую невесомость, и тогд это превртилось в кошмр.

Вы, нверное, помните, кк нш босс объяснял глвный принцип? Я должен был сто рз вспомнить его в эту пмятную ночь. «Кждый толчок отбрсывет вс от препятствия в сторону, противоположную нпрвлению толчк… нет больше тяготения, чтобы вс удержть». А говоря по-человечески, когд вы делете толчок вперед, вс откидывет нзд. Теперь-то вы поняли? Вижу, что поняли, потому что хохочете. Только понимть это н Земле, где вс прижимет свой вес, одно дело, когд вы проводите брчную ночь в рспроклятом «стеллите» — совсем другое. Н Земле оно, может быть, и смешно, но тм, когд вс отбрсывет, словно резиновый мяч, клянусь, в этом нет ничего смешного!

— Извините меня, Джо.

— Лдно, чего уж. Знчит, тк оно со мной и было. С первой попытки я отлетел вверх и в сторону и удрился здницей об угол потолк, д еще кк пребольно! — потому что рвнулся к Бетти со всей стрстью и меня отбросило от нее с ткой же силой. Н этот рз я взбеленился. Д, сэр. Поствьте себя н мое место.

— Я стрюсь, Джо.

— Тк вот, я ни о чем не думл. Я оттолкнулся здом и спикировл н нее, кк бомбрдировщик. Рз, и другой, и третий — и все повторялось снчл. Меня отбрсывло, кк теннисный мяч. И чем больше я нервничл, чем больше суетился, сгоря от нетерпения, тем быстрее я отлетл и сильнее стуклся здом о потолок. Рз пятьдесят я пробовл, сэр, пок вся здниц у меня не стл в синякх и шишкх. Но это все ничего по срвнению с тем, что творилось у меня в душе. Я чувствовл, что вот-вот рехнусь.

— А думешь, мне было приятно? — вмешлсь Бетти. — Если ты чувствовл себя, кк мячик, то мне кзлось, что я теннисня ркетк или это, кк его, бтут, н котором прыгют кробты в цирке.

— Я сходил с ум из-з тебя, Бетти. Понимете, сэр, он все лежл с зкрытыми глзми, но по ее лицу я видел, что он все больше удивляется и ничего не понимет. Попробуйте встть, то есть лечь н ее место! Конечно, он был неопытной девушкой, но мое поведение должно было покзться ей очень стрнным. Дльше тк продолжться не могло. И вот, когд я нкувырклся вдоволь, я понял, что одной стрстью тут ничего не добьешься, и дже ноборот. Тут нужно было думть, все время думть.

О господи, думть в тком состоянии! Однко другого выход не было. Когд грубя сил ничего не дет, остется рссудок и хитрость. Но, к несчстью, рссудок это одно, любовь совсем другое, кк вы сми дльше увидите.

Тк вот, я перестл мотться между кровтью и потолком. Мне удлось уцепиться з Бетти. Отдышлся я и нчл обдумывть свою здчу.

«Я просто болвн, — скзл я себе. — Ничего тут трудного нет. Глвное, не терять хлднокровия, кк со мной сейчс было».

— Слушй меня, беби, — говорю я ей, хорошенько продумв свой плн. — То, что с нми случилось, не чсто бывет, я это призню. Но все будет в порядке, ндо только немного потерпеть. Мы с тобой в «стеллите». Тяготения больше нет. Ндо приспособиться к этим условиям. Кк я понимю, у этой здчи только одно решение. Нм ндо сцепиться.

— Сцепиться, Джо? — испугнно говорит он мне.

— Д, сцепиться. Не беспокойся, беби. Я все обмозговл з себя и з тебя. Тк вот. Ты сейчс вытянешь обе руки в стороны, словно лежишь н спинке, плвя в море. Првой рукой ты будешь держться з тот же ночной столик. А левой… погоди! Ты будешь держться з шнур, который я привяжу сейчс к креслу. Понял? Тут нет ничего мудреного. Твое дело смое простое. Ты должн держться, кк можно крепче, двумя рукми и не думть ни о чем другом. А я уцеплюсь з твои плечи, и ты уж потерпи, если я сожму их чуть посильнее. И держись, что бы тм ни случилось!

— Ох, Джо, — говорит он мне. — Не зню, смогу ли я. Никогд не думл, что моя брчня ночь будет вот ткой.

И тут Бетти, должен скзть, понял, что ей ндо тоже пострться. Немного нйдется тких сговорчивых женщин. Он меня послушлсь, сэр. Легл, кк я ей скзл, ухвтилсь з конец шнур, и я дже подумл, что он похож н мленькую девочку, которя собрлсь попрыгть через веревочку… Он меня послушлсь дже слишком быстро, сэр, потому что, кк я уже говорил и не устну повторять: любовь и рссудок — вещи прямо противоположные. После того кк я продумл свой плн, мне ндо было подождть, чтобы мозги прочистились, уж потом приступть к делу. Понимете?

— Я понял вс, Джо.

— Знчит, лежит он послушно и ждет терпеливо, тут уж ничего не скжешь. Лдно. Через некоторое время мы снов изготовились. Он крепко держится з дв ндежных «якоря», я — з ее плечи. Я уже думл, что ншел првильное решение. Тк вот, сэр, я ошибся! У нс ничего не вышло.

— Кк это, Джо? Ничего не вышло?

— Это было невозможно. Нш мтемтик объяснил мне, почему, когд я см уже убедился. Сейчс вы поймете. Ее дв сжтых кулчк были вроде двух неподвижных точек. Лдно. Две точки, кк он мне потом скзл, определяют прямую, ось. Ее две руки были осью. И мои руки н этой оси нисколько не делли нс устойчивее. А когд есть только одн неподвижня ось, все другие тел могут вокруг нее врщться: это геометрия. И кк вы увидите, нши дв тел должны были подчиниться общему првилу.

Это был нстоящя кробтик, сэр, ткое увидишь только в цирке! Мы держлись крепко, я уже не взлетл к потолку. Порядок? Д не очень. Теперь от кждого толчк все мое тело кждый рз описывло дугу вокруг оси ее вытянутых рук. И кждый рз я стуклся пяткми об стену з изголовьем кровти.

А что же моя Бетти? О, он не рзжимл рук, по крйней мере внчле. Но что еще можно было требовть от молоденькой новобрчной? Не мог же я зствить ее лежть неподвижно, кк бревно. Он тоже изгиблсь и оттлкивлсь, д это и понятно. И вот он в свою очередь взлетет, врщясь вокруг оси своих рук, с рзмху стлкивется со мной, и мы снов рзлетемся в рзные стороны. Предствьте себе крокодил, который зевет. Тк вот, сэр, мы были похожи н две челюсти ткого крокодил, которые зкрывлись и открывлись и снов зкрывлись н ккую-то долю секунды, не больше. Предствляете, кк это выглядело?

— Словно вижу своими глзми, Джо. Вы рсскзывете великолепно.

— Конечно, это не могло продолжться долго. Бетти, бедняжечк, не выдержл и рзжл руки. Но я-то ее не отпустил, нш «крокодил» кк рз в тот миг зевнул особенно широко, и мы об взлетели в прострнство ншей спльни для новобрчных.

Ох, ккое это было свдебное путешествие, сэр! Головою вниз, здом кверху и ноборот, мы вертелись, крутились, кружились, кувырклись, врщясь все время вокруг ншей общей оси, которя теперь врщлсь вместе с нми, стлкивлись то животми, то здницми, чтобы тут же оттолкнуться, словно нм было противно кждое прикосновение, и ни н миг не могли прижться друг к другу. Я мог тогд думть лишь об одном, прямо с ум сходил, дерглся до изнеможения, но от этого нм было только хуже. Мы крутились уже не н турнике, н ккой-то летющей трпеции, это был уже не кробтик, вольня борьб в воздухе, кетч в трех измерениях, и зтрудняюсь скзть, что еще. Не было больше ни верх, ни низ — ничего!

Может быть, вы скжете: тк это и есть решение здчи? Збыть о тяготении, о верхе и низе, збыть обо всем? Не думть о постели, о мебели, о поле и потолке, сцепиться рукми и ногми и знимться этим смым в воздухе? Можете говорить, что хотите… Мы все испробовли, сэр, уверяю вс. Но знимться любовью в свободном прострнстве, врщясь вокруг собственного центр тяжести, — вы дже не предствляете, что это ткое! Все время что-нибудь д не лдится. Никогд я не думл, что для этого мне нужен кждый кусочек ее тел. Если мы держлись з руки, рзлетлись ноги. Если ноги не рзлетлись, бедр куд-то провливлись, словно в пуховую перину. И дже если все было вроде н месте, то вокруг мелькли стены, мебель, светильники, и у нс до тошноты кружилсь голов. Убедился н собственной шкуре, сэр. Ведь не н что было опереться, ничего прочного… Хотя бы моя Бетти был поопытнее, но чем он могл мне помочь тогд, бедняжечк? Он только плкл и грозилсь вернуться к своей ммочке…

Мы все перепробовли, сэр. Н Земле всякие мудрецы болтют о рзных позх. Тк вот, сэр, мы с моей Бетти в ту ночь испробовли столько поз и положений, сколько не снилось всем рзвртникм н ншей и н других плнетх, вместе взятых. Только подумв об этом, до сих пор крснею. Черти в ду и те сгорели бы от стыд. Мы делли все, говорю вм. Держлись з руки, цеплялись ногми. Один рз дже зкутлись в вуль новобрчной, которя все еще плвл в воздухе. И все время что-то не получлось. И тогд нм пришл блестящя мысль. Мы збрлись под кровть. Но тм было слишком тесно, хуже чем срдинкм в бнке. Тк под кровтью мы и зснули рядышком, словно млые дети, которых укчло в море, — вот кк это было.

— Пожлуй, вот и вся моя история, сэр, рз уж вы хотели ее знть. Ничего другого не было, но и этого, думю, достточно. Следующие ночи проходили по тому же сценрию с вринтми, но все кончлось воздушным блетом, после которого мы зсыпли под кровтью, измученные и побежденные. Ничего нельзя было поделть. Тогд я решил посоветовться с господми учеными из ншего экипж. Внчле меня слушли терпеливо и дже кк бы с интересом. Они нм сочувствовли. И дже пытлись помочь.

Мтемтик объяснил мне подробно, с нучной точки зрения, почему и кк все происходило. Физик пошел еще дльше. Он сделл мне сложный ппрт с электрическими и мгнитными полями, который должен был создвть что-то вроде искусственного тяготения. Но вся бед в том, что эти поля действовли только тогд, когд я ндевл изобретенный им костюм со всякими метллическими бляшкми, пряжкми и плстинкми, похожий н смирительную рубшку. И жрко в нем было, кк в печке! Мой приятель, глвный мехник, присоветовл мне лишь одно: чтобы я пользовлся рективным пистолетом. Все дело в координции, говорил он мне. Я и это испробовл, но ни рзу не смог добиться нужной координции.

Дже пдре вмешлся в это дело. Он не мог спокойно смотреть, кк я убивюсь. Однжды отозвл меня в сторонку и произнес длиннющую речь; я не все, првд, понял, потому что он все время вствлял лтинские словечки, но, в общем, о том, что, учитывя исключительные обстоятельств, церковь, может быть, посмотрит сквозь пльцы н всякие нши позы, которые не совсем соответствуют зконм Господ Бог. И, может быть, он зрнее отпустит мне грехи, если я ему все объясню по порядку. Не зню, соответствовли этим зконм нши позы или нет, зню только, что, когд я нчл ему рсскзывть в подробностях, — ой, что было! Он см рз десять взлетл к потолку, кк большя летучя мышь, — нстолько его это рзволновло. А потом погрузился в молитвы и больше уже не промолвил ни слов.

А со временем все члены экипж нчли меня избегть. Вид у всех был озлобленный и оскорбленный. Я понял, что моя история бросет тень н их слвную экспедицию, и перестл об этом говорить. Мы с Бетти решили потерпеть до возврщения.

Джо ндолго змолк, погруженный в свои мысли. Потом снов зговорил:

— Понимете, сэр, они не могли признться, что эт их штуковин, их «стеллит», не был совершенством из совершенств во всех отношениях, кк они рструбили в гзетх. И вот к чему я пришел, сэр.

Когд они говорят, что это тк, они все врут, могу вм поклясться, и Бетти тоже. Их «стеллит», эт хреновин без тяготения, может быть, рспрекрсня штук для нучных нблюдений, превосходня для того, чтобы смотреть н звезды, великолепня для улвливния космических лучей, — с этим я соглсен. Но что ксется любви, то тут они допустили грубую и непростительную ошибку. Это последнее место в мире, ккое я бы посоветовл новобрчным, рзве что у них изврщенные вкусы. Можете мне поверить, Джо никогд не врет. И я прошу нпечтть это в вшей гзете смыми крупными буквми, чтобы мой горький опыт принес хоть ккую-то пользу.

— Договорились, Джо.