/ Language: Русский / Genre:sf_fantasy, / Series: Восхождение пламени

Восхождение пламени

Павел Мороз

Всё в этом мире имеет своё начало и свой конец… жизнь и смерть, рождение и увядание, с начала времён продолжается движение по кругу, всё предрешено и не в человеческих силах изменить устои мироздания… Но, попытаться-то можно?! Особенно, если на твоей стороне Сила магии. Боги, демоны, ночные твари и порождённые магией существа, разбойники и высокомерные аристократы, даже смерть не остановит Харлафа из Больших Петухов на его пути к истинной силе — силе, способной изменить судьбу Мира.

Павел Мороз

Восхождение пламени

Часть I. Запретное пламя

Глава 1

Всем привет! Позвольте представиться: меня зовут Харлаф сын Брамака, из деревни Большие Петухи, мне семнадцать лет, и да, если вам интересно — я маг… вернее, собираюсь им стать в ближайшем будущем, если удастся пережить этот день. Очень уж недобро смотрят мне в спину бывшие односельчане, молчаливой толпой собравшиеся на краю деревни… того, что от неё осталось.

Здесь, наверно, стоит разъяснить ситуацию. Если вам ещё не понятно по остающемуся за моей спиной пейзажу — я собираюсь стать магом Огня. И шансы у меня есть, причём очень неплохие, по крайней мере, опыт в поджогах имеется богатый. За все годы жизни в Больших Петухах (которые давно следовало бы переименовать в Горелые Петухи), не было ни одного месяца, чтобы по моей вине не случалось хоть самого завалящего пожара. Причём, по мере того как я рос, росла и моя способность портить жизнь соседям, так как сила огня прямо пропорционально зависела от силы испытываемых его источником эмоций, которые в свою очередь во многом зависели от расстояния между мной и симпатичными представительницами противоположного пола. И особенно дочери нашего старосты… с амбара которого и начался вчера пожар.

Не знаю, каким чудом отцу удалось успокоить собравшихся у нашего дома рассерженных крестьян и уговорить их не поднимать меня на запасливо прихваченные вилы (в это время я храбро прятался в подвале). Но то, что вместо вил я получил лишь затрещину от отца, говорило о немалом авторитете бывшего десятника Третьего легиона Брамака из Кунга среди односельчан. Действительно, уважать отца было за что: начав жизнь крепостным крестьянином одного из мелких пограничных баронов, отец, спустя двадцать пять лет беспорочной службы королю и легиону, получил вольную, помилование за побег и небольшую сумму денег на обустройство в мирной жизни. Что он с успехом и сделал… Бравый ветеран, в свои сорок пять мог дать фору многим двадцатилетним — это он и доказал вскоре, женившись на первой красавице деревни, дочери трактирщика Бригите.

А через девять месяцев родился я: милый мальчуган с волосами цвета воронова крыла и серо-голубыми глазами, которые в сочетании с аристократическими чертами (что передалось мне от матери, в предки которой во время одной из войн затесался неизвестный благородный) и упорно не поддающейся загару кожей, разбили впоследствии немало сердец. Естественно, на одной только внешности далеко не уедешь, но и с других сторон я выглядел для деревенских девиц очень привлекательно: сын и наследник трактирщика (дед умер через три года после моего рождения, не оставив других наследников), богатейшего человека в деревне, магические способности имею, обучен грамоте… Одно это выделяло меня из общей массы деревенских парней и позволяло с невероятной для них скоростью убалтывать на прогулки под звёздами даже самых неприступных красавиц. Конечно, попытки поучить жизни «бледного колдуна» со стороны недовольной общественности имели место быть, как же без этого, но ежедневные изнурительные занятия на протяжении более чем десяти лет с одним из лучших мечей легиона, явно пошли мне на пользу. Мой нос до сих пор ни разу не подвергся надругательству.

Ладно, хватит самолюбования, продолжим экскурс в славную историю моей семьи. Итак, я родился. Целый год всё было отлично, но затем появилась на свет моя сестра, в оплату за жизнь которой, боги забрали мать, умершую родами… Видимо, это и определило мою судьбу — отец, совершенно не умевший обращаться с детьми, но отлично управлявшийся с солдатами, твёрдо решил сделать из меня образцового легионера, что ему, конечно, не удалось, ибо я был твёрдо убеждён — Харлаф и армейская жизнь несовместимы. Тупые приказы и беспрекословное подчинение я терпеть не мог, хотя с понятием дисциплины и был знаком. Отец привил его мне с помощью ежедневных трёхразовых розог по особо важным местам.

По правде сказать, отец не долго горевал по поводу непутёвого дитяти — открывшийся у меня в семь лет (на два года раньше стандартного) магический Дар, направил его мысль в иное русло, что меня, естественно, обрадовало. С этого времени приличная доля средств семьи начала уходить на найм для нас с сестрой учителей по так называемым общим дисциплинам: грамоте, счёту, истории и географии. И теперь, когда мечта отца сбылась и я счастливо (хоть и не совсем добровольно, так как должен был это сделать лишь через год, по причине скудости семейного бюджета на данный момент) отбыл в столицу, поступать в Академию магии, то был уже неплохо подготовлен. А для крестьянина, так и вовсе прекрасно. Отец в прошлом году даже возил меня в Стратон и за большие деньги добился в одной из самых престижных столичных школ для третьего сословия, чтобы там у меня приняли экзамен. Который я успешно и сдал, получив аттестат с отличием. К тому же, так уж совпало, что терпение моих односельчан лопнуло как раз незадолго до первого дня весны — дня начала вступительной кампании в Академию магии. Я решил не спорить с Судьбой.

Всё вышеперечисленное внушало мне уверенность в своих силах и держало настроение на высоте, жизнь была хороша. Помахав на прощание угрюмым односельчанам, я крепко обнял тёмного как грозовая туча отца, поцеловал в щёку сестру и уверенно зашагал вперёд, к лучшему будущему.

— Удачи, Хар! — немного грустно произнесла мне вслед Эльвира, тоненько всхлипнув в рукав. Я, не оборачиваясь, помахал в последний раз рукой и, поправив переброшенную через плечо кожаную сумку, ускорил шаг. Все слова были сказаны ещё вчера.

Вскоре родные Петухи остались далеко позади, а затем и вовсе исчезли из виду. Зато впереди показалась другая деревня, немного поменьше нашей, победнее, и населённая не вольными землепашцами, а зависимыми крестьянами, полновластной собственностью графа Улафа фор Цвейхе. Вроде бы точно такие же дома, такая же одежда и такие же люди, но атмосфера… ощущение безнадёжности и затаённой лютой злобы, запомнившееся мне по прошлым посещениям, настолько угнетали, что я не решился пройти Крупки насквозь, а сделал широкий круг и обошёл стороной. Эта чувствительность (особенно она развилась в последние месяцы), наряду с белой кожей, резко контрастировавшей с крепким деревенским загаром моих сверстников, также часто служили причиной насмешек, но я не особо расстраивался по данному поводу, ведь это плата за магический Дар. Я просто более полно чувствовал Мир во всём его многообразии.

Быстро обогнув Крупки стороной, я снова вышел на дорогу, а она, спустя пару часов ходу, вывела меня на широкий торговый тракт, который должен был через два-три дня привести уже в саму столицу. По нему я и двинулся, обгоняя медлительные крестьянские телеги, уступая дорогу каретам и всадникам и даже не пытаясь напроситься к кому-нибудь в попутчики. К пешим походам я привычен и могу шагать не особо уставая от рассвета и до позднего вечера, благо у нас, в центральной провинции, с разбойниками получше, чем на приграничных территориях. Кстати, ночевать я собирался просто у дороги — цены на постоялых дворах из-за близости столицы кусались и я считал, что лучше сэкономить деньги и помучаться, чем спать с комфортом, но быть задушенным огромной гнусной жабой. А холодные ночи… так всегда можно прибиться к разделявшим моё мнение запасливым крестьянам, возившим с собой достаточно дров для небольшого костра.

Так, как-то незаметно, за размышлениями и мечтами о великом будущем, день закончился, тракт опустел, а передо мной в полный рост встал вопрос о привале. Впрочем, он скоро отпал сам собой, впереди, шагах в пятистах дальше по дороге и немного в стороне, я приметил костёр.

— Стой, кто идёт?! — окликнул меня один из сидящих у костра мужиков, поднявшись на ноги и положив руку на длинный, максимально позволенного размера для третьего сословья, кинжал на поясе. Остальные мужики лишь повернули головы в мою сторону, даже не потянувшись к оружию.

— Путник, — честно признался я, выходя в создаваемый костром широкий круг света. — Можно присоединиться?

Недолгая пауза, во время которой на лице самого активного мужика отразились все перипетии его непростых взаимоотношений с мыслительным процессом, заставила меня напрячься. Но мужик, наконец, до чего-то додумался:

— Проходи, — и уселся обратно на полено.

— Да будут милостивы к вам боги, — вежливо поблагодарил я хозяев, выбирая себе из кучи полено поудобнее и присаживаясь поближе к костру. Из сумки я достал флягу с вином, припасённую специально для подобных случаев, и передал её «активному».

— Ух, доброе вино, — резюмировал спустя пару минут мужик, передавая флягу по кругу. — Что ж, путник, вежество ведаешь. Меня Казимиром прозывают, — дальше он начал представлять своих друзей по кругу, указывая рукой. — Это Славен, Юрась, Араз…кхм-м… Янек и Дударь. А тебя как звать-величать?

— Харлаф сын Брамака, из Больших Петухов.

— Кхм… Харлаф говоришь, чудное имя.

— Родители назвали, не сам выдумал, — пожал плечами я.

В этот момент мне в руки всунули флягу, вино в которой плескалось уже на дне. Я сделал маленький глоток, сразу же передавая практически пустой сосуд дальше.

— Ага… Куда ж ты путь держишь, ежели не секрет? — Казимир, быстро, в несколько глотков допив вино, снова протянул флягу мне.

Флягу я засовывал в сумку нарочито медленно и сосредоточенно, обдумывая в это время ответ. С одной стороны, можно сказать правду, но тогда неизвестна реакция мужиков, мне бы не хотелось из-за крестьянских предрассудков остаться без тёплого костра под боком, а с другой — маг я или не маг?! Ну, ладно, пока не маг, но ведь буду! Что же мне это скрывать, тут гордиться надо!

— В маги иду учиться, — всё же признался я, с интересом наблюдая за реакцией людей на такое признание. Казимир удивлённо крякнул, немного отшатнулся, но сразу же успокоился и посмотрел с любопытством, пригладив левой рукой бороду. Один из его товарищей, кажется Янек, вытаращил глаза от ужаса, но остался сидеть (просто ноги отказали, скорее всего). А вот остальные вскочили на ноги и согнулись, то ли собираясь бежать с низкого старта, то ли кланяясь. Уважение к магам (читай благородным), было впитано этими людьми с молоком матери.

— В маги? А разве ж господин благородный? — осторожно поинтересовался Янек, и мне стала понятна причина поклонов. Также я понял, что умом мои новые знакомые не отличаются — я ведь представился, а из имени ясно видно, к какому сословию человек принадлежит.

— Нет, третьего сословья, — не стал присваивать себе чужие заслуги я (простолюдин, назвавшийся благородным, подвергался серьёзному наказанию, вплоть до смертной казни).

— А разве ж такое бывает, что б простой человек магичить мог?

— В Академию принимают не только благородных, — веско возразил я. — Любой свободный человек может туда поступить!

В ответ Янек пренебрежительно махнул рукой, несколько снисходительно и покровительственно взглянув на меня:

— А разве ж то маги, то колдуны получаются, — мне стала понятна странная оговорка «активного» при представлении этого… молодца.

— Ага, — поддакнул Дударь, болезненного вида худощавый мелкий мужичок, усаживаясь обратно на бревно с независимым видом. — Ты б малец, не трепал языком попусту.

Каким чудом я сдержался и не врезал мужичонке в глаз, я и сам не знаю. Но не врезал. Сдержался, а вскоре разговор сам собой затух и все разбрелись спать. Через несколько минут ночную тишину уже разрывал многоголосый раскатистый храп… лишь я лежал и, глядя в глубокое звёздное небо, размышлял над словами Дударя. Смогу ли я стать магом, хватит ли силы Дара? Я и раньше думал об этом, но всегда гнал плохие мысли прочь… Вот и сейчас сделаю то же самое! Всё у меня обязательно получиться! Спать!

Проснулся я рано, ещё до рассвета и, тихо собравшись, осторожно покинул небольшой лагерь. Если потороплюсь, то успею в столицу к вечеру. И пусть вступительные испытания в Академию только через три дня, но лучше потратить время с пользой в столице, чем болтаться без дела по тракту.

Второй день моего путешествия, также как и первый, прошёл без происшествий, если не считать чуть не сбившего меня всадника. Близилась ночь, из-за горизонта виднелась уже лишь половина кроваво-красного шара Мистеля и тьма с каждым мгновением укрепляла свои позиции, заставляя меня нервничать — не хотелось бы ночевать за городскими стенами. Но вскоре опасения развеялись — вдали показались стены Стратона. Я расслабился, предвкушая горячую пищу и тёплую ванну (привычка часто мыться выделяла меня из массы односельчан и вызывала перешёптываний о ненормальности едва ли не больше, чем поджоги), как вдруг шагах в тридцати впереди, откуда-то из оврага у обочины, раздался заунывный волчий вой. Что за бред? Какие волки в этих местах?

Оказалось, самые обычные. На двух ногах и с бандитскими рожами. И конечно, они охотились стаей — шестеро спереди и шестеро сзади. Оп-па! Повезло… И как это я их не заметил? Тьма! Дюжина бойцов это серьёзно, к тому же четверо из них с луками… без шансов (стрелы я отбивать не умею, увы, хотя отец и рассказывал о способных на такое умельцах, но я не слишком в это верил). А у меня только жалкий кинжал… да даже будь это полноценный меч, я бы всё равно ничего не смог сделать — мои таланты мечника не простирались настолько далеко.

— Сымай одёжку, бросай сумку на землю и проваливай, — пробасил украшенный косым шрамом от переносицы через всю щёку смуглый здоровяк с добротным мечом на поясе и в кольчуге до середины бёдер. — Я сегодня добрый.

Я начал раздеваться. А что ещё оставалось делать? Только запоминать. Что я и делал, внимательно всматриваясь в лица бандитов и стараясь запомнить их в мельчайших подробностях (на память я никогда не жаловался), с некоторым удовольствием отмечая как под моим взглядом некоторые бандиты поёживаются и нервно бледнеют, покрепче стискивая оружие. Никогда бы не подумал, что способен взглядом кого-то испугать, но со стороны виднее.

Через пару минут я уже стоял возле кучки вещей в одних подштанниках и хмуро наблюдал за главарём. Тут уж рулетка, или убьют или нет, как карты лягут.

— Подштанники сымай, — ощерился из-за плеча главаря мелкий крысомордый субъект. — Гнида, — веско добавил крысоморд.

Я не шелохнулся. В принципе, раздевшись, я ничего не потерял в плане боеспособности: в одежде или без, защита у моего организма абсолютно одинакова, а кинжал лежит сверху на куче тряпья и схватить его проще простого. Пару уродов положить я успею наверняка.

Главарь осклабился:

— Крыс, заткнись! — видимо, мой взгляд отразил пронёсшиеся в голове мысли и решимость идти до конца. — Ещё раз вылезешь — прикончу! Пусть молодой человек сохранит что-нибудь в память о родном доме… — и уже мне. — Понял, сосунок? Это тебе подарок за хорошее поведение, запомни мою доброту! Ха-ха-ха!

— Я запомню, — процедил я, глядя бандиту прямо в глаза.

Бугай нахмурился.

— Отойди на два шага.

Я подчинился.

Едва я отошёл, как крысоморд подбежал и воровато схватил мои вещи в охапку.

— Кнут, давай его прирежем, а? Не нравиться он мне. Ай! За что?

— Я тебе сказал, не лезь! — обтирая с кулака кровь платком, произнёс Кнут. — Мне не нужны ловчие маги на загривке. Пошли!

Спустя минуту я остался на дороге один… Один, без денег (между прочим, в сумке было целых десять золотых, со скрипом собранных отцом мне на жизнь в отнюдь не дешёвой столице), без одежды и самое главное, без документов. Вот это попадос! Хуже и не придумаешь — в город мне теперь хода нет, мало того, что не пропустят в таком виде и без пошлины, так ещё и арестуют. Ведь документа, подтверждающего вольный статус у меня нет, а с беглыми холопами разговор короткий. Пока суд да дело, разбирательство. Приём в Академию закончится. Да и будет ли кто разбираться? Любой благородный рад приписать себе лишнего раба…

Выход один, проследить за разбойниками и попытаться вернуть свои вещи.

Все эти размышления заняли у меня буквально несколько мгновений и, приняв решение, я неспешно пошёл вслед за бандитами. Они не могли уйти далеко, кого им бояться? Да и рабочее время ещё не закончилось… Я оказался прав — рыцари дубины и топора действительно не удосужились отойти далеко, нагло устроив лагерь буквально в сотне метров от дороги, в овраге.

С зубовным скрежетом я наблюдал за дележом своего имущества. Уж как мне хотелось придушить гадов, кто бы только знал! Жаль, я не какой-нибудь герой баллад, повергающий врагов одной левой. А как бы хотелось! Эх, не было б у них луков! Тогда я, может быть, и попытал счастья. И то не знаю… я ведь ещё никогда не убивал людей, весь мой боевой опыт состоял только из схваток с отцом. Правда, с ним я шёл почти на равных, выигрывая в скорости и ловкости и проигрывая в опыте. Но разве можно определить свой уровень, сражаясь всегда только с одним партнёром? Других же мне как-то в жизни не попадалось, если не считать таковыми деревенских увальней с оглоблями.

Спустя полчаса делёж добычи плавно перешёл сначала в драку (впрочем, Кнут быстро успокоил бузотёров), а затем, вполне закономерно, в пьянку. Я уж было понадеялся, что сволочи перепьются и заснут прямо здесь, предоставив мне шанс на реванш, но Кнут держал своих шакалов в ежовых рукавицах. Немного поворчав, бандиты собрались и отправились занимать позиции у дороги.

Едва только последний разбойник скрылся в темноте, как я поднялся и, пригнувшись, быстро перебежал к стоянке. Костёр, естественно, был потушен, но и света от углей мне вполне хватило — в небольшой кучке мусора, предназначенного для растопки, я заметил свиток. Дрожащими руками, не веря в свою удачу, я развернул бумагу и облегчённо вздохнул, по крайней мере, документы вернул, уже хорошо. И, как говорится, хорошенького понемножку, не буду испытывать Судьбу. Уж чего-чего, а терпения мне не занимать и память у меня очень длинная. Когда-нибудь мы встретимся с Кнутом на узкой дорожке.

Я скрылся в темноте.

Через полтора часа я достиг городских стен и, конечно, по закону подлости, ворота закрылись прямо у меня перед носом, показав напоследок гнусно ухмыляющуюся рожу стражника. Надеюсь, не стоит говорить, что раньше срока ворота мне никто не откроет, не такая уж я большая шишка. Придётся ночевать за стенами. Ублюдочные разбойники, да и стражники не лучше! Тысячу демонов им в грызло!

Пришлось возвращаться обратно — шагах в трёхстах дальше по дороге стоял постоялый двор, как раз для опаздунов вроде меня… или же для тех, кто хочет шумно отдохнуть за пределами города.

Последняя мысль пришла мне в голову только когда я вошёл в трактир при постоялом дворе — зал оказался буквально забит людьми под завязку, причём людьми вооружёнными… Наёмники! Вот так повезло…

Растерявшись, я застыл прямо в дверях, не решаясь войти. В мою сторону посыпались шуточки. Что же делать? Предчувствие у меня не самое хорошее, но выбора всё равно нет. Единственный шанс попасть в город это напроситься на постоялый двор на работу. За оставшиеся до начала набора в Академию дни, я должен каким-то чудом заработать на более-менее приличную одежду.

Надо идти.

Глава 2

Весь день у Харальда Рагнарсона, даже несмотря на праздник, было на редкость паршивое настроение — возглавляемый им отряд наёмников гулял с самого раннего утра, с упорством, достойным лучшего применения, пропивая свой месячный заработок. Вокруг Харальда трактир ходил ходуном, то тут то там раздавались крики, лязг оружия и кубков. В углу трое наёмников избивали какого-то доходягу, решившего стащить кошель у одного из них. Ещё двое, опёршись руками о стол, вели разговор на повышенных тонах с охранниками жирного купца, вжавшегося в стену и обильно потевшего. Всё как всегда, но сегодня привычные развлечения казались Харальду глупыми и совсем не веселили, заставляя лишь угрюмо заливать в себя один кубок вина за другим.

Внезапно гул в зале немного притих. Сидящий рядом лейтенант, ткнул Харальда в бок локтем и кивнул на дверь. Харальд поднял взгляд и не поверил своим глазам: в дверях трактира застыл молодой парень, одетый в одни лишь серые шерстяные подштанники. Капитан окинул взглядом нежданное развлечение и в первый раз за день усмехнулся. И не он один, в адрес паренька тут же посыпались шуточки. Полупьяные солдаты нашли себе хорошее развлечение. Если чудо в кальсонах не прислушается к голосу разума и сейчас же не уберётся подальше, то неприятности ему обеспечены.

Харальд недовольно поморщился… Глупый сопляк сдвинулся с места и, стараясь держаться поувереннее, пошёл по образованному крепкими телами солдат коридору. И конечно, без инцидентов не обошлось. Где-то на середине зала, Тругге Весельчак, записной «юморист» отряда, провернул один из своих номеров, резко выставив ногу в сторону… Но, ожидаемого всеми эффекта не получилось, каким-то чудом успев заметить препятствие, парень ловко перепрыгнул ногу Весельчака и, как ни в чём не бывало, продолжил путь. Со стороны бойцов раздалось несколько одобрительных возгласов и шуток, только теперь уже в адрес Весельчака. Тругге, обожавший издеваться над другими, шуток в свой адрес не терпел, побагровев, он резко вскочил на ноги, в несколько шагов догоняя парня.

— Стой, дерьмо! — проревел Весельчак, хватаясь своей лапой за плечо юнца. — Извинись!!

— Мне не за что извиняться, — спокойно произнёс мальчишка, движением плеча сбрасывая руку наёмника и пытаясь продолжить путь.

А дальше события понеслись вскачь…

Тругге, взбешённый поведением наглого сопляка, злобно ощерив зубы, снова схватил того за плечо. Захват руки, залом… и удар коленом в лицо отбросил Весельчака на соседний стол. На несколько мгновений в зале настала ошеломлённая тишина. Подгулявшие наёмники долго осмысливали случившееся, слишком стремительно для их заторможенного алкоголем восприятия всё произошло.

— Ах, ты… — первым среагировал один из друзей Тругге, гневно приподнимаясь из-за стола. Но больше ничего сделать он не успел: одним широким плавным шагом парень переместился к новому противнику и, выбив у того ногой из-под задницы табурет, с размаху впечатал головой в стол. И завертелось. Разворот… удар в печень… локтем назад… бросок через плечо… серия ударов по корпусу… головой в горбатый нос Анвара Орла и… на этом удача от молодого воина отвернулась.

Теперь, немного понаблюдав за схваткой, Харальд совсем по-другому рассматривал странного гостя. У того была очень неплохая школа боя: движения экономные, без лишних широких замахом, прыжков, кувырков и прочей туфты — каждый удар нанесён наверняка, чтобы нанести максимально возможный урон противнику и потратить как можно меньше сил. Парня явно учил кто-то из бывших вояк, скорее всего какой-нибудь ветеран-легионер, их школа.

Пока Харальд размышлял, его волки успели свалить юнца на пол, начав со смачным хеканьем пинать ногами.

— Прекратить! — Харальд не собирался позволять обозлённым наёмникам запинать парня до смерти. — Прекратить, я сказал!

— Капитан! Да этот сучонок Кладеру руку сломал… понял, понял, — отступил под взглядом командира возмущённый боец.

Воины расступились.

— Жив?

— Жив, — через несколько секунд произнёс отрядный лекарь, нащупав на шее у паренька пульс. — Но досталось хорошо. У него крепкие мышцы, да и закрылся грамотно, а то всё могло бы быть намного хуже. А вот о смазливой внешности ему придётся забыть надолго.

— Хорошо… Эй, хозяин, живо организуй одну свободную комнату, — крикнул Харальд. — А вы, — взмах рукой. — Тащите его за трактирщиком. Живо!

*****

Очнулся я от бившего в глаза яркого света Мистеля. И застонал — всё тело было одним сплошным комком боли. Что случилось?.. У-у-у! Так, кажется вспоминаю: ограбили… в город не успел… наёмники… драка. Ох, здорово же мне досталось! А где это я, интересно? На Небеса не похоже… О! Одежда. И откуда? Хотя какая разница, халява же ж.

Я, постанывая, начал одеваться. Хм, а кальсоны где? И пахнет от меня очень знакомо, мазью… сам такую делать умею. Синяки сводит за неделю, проверено. Стоп! А день-то, сейчас какой?

Испуганный мыслью об опоздании на экзамен, штаны и куртку я натягивал как молодой, хотя и чувствовал себя девяностолетней развалиной. Правда, на то, чтобы спуститься без проблем по лестнице, сил уже не хватило. Едва не сверзившись прямо со второго этажа, я, при поддержке подоспевшего мальчугана лет двенадцати, всё же спустился в злополучный зал и, усевшись за ближайший стол, перевёл дыхание.

А через минуту передо мной стояла полная миска овощного рагу и пиво. Я вопросительно взглянул на служанку.

— За всё заплачено господином капитаном, — мило улыбнулась девушка.

Каким ещё капитаном?

— Каким ещё капитаном?

— Командиром… тех наёмников… Господин Харальд приказал отнести вас в комнату и прислать лекаря. Он хороший, — мечтательно вздохнула служанка и добавила строго. — Ешьте. Капитан сказал, придёт вечером после заката, тогда и наговоритесь. Вам лекарь вообще запретил вставать ещё пару дней.

— Сколько я пролежал? — я приступил к трапезе.

Девушка нахмурилась, но ответила:

— Два дня, — и ушла.

Вот блин горелый! Завтра начинаются вступительные испытания в Академию. Чуть было не пропустил. Ещё немного и всё, жди следующего года. Вообще-то, набор в Академию длится три дня, но для поступления третьего сословия, выделён только самый первый.

Рагу было мною буквально сметено с тарелки, настолько я оголодал. Не испортила удовольствие даже неприятно ноющая челюсть. Залпом допив пиво, я отправился обратно в комнату. Раз уж ситуация более-менее прояснилась, можно пока лечь поспать…

Проснулся я от тихого стука.

— Войдите! — дверь открылась.

В комнату вошёл крупный мужчина в лёгком доспехе и с мечом на поясе, но без шлема. Средней длины борода его была завита в три косицы, с головой выдававшие в нём коренного жителя Норка — только северяне заплетали бороды, у них это считалось отличительной чертой воина. А вот, видимо, и Харальд.

Я сдвинулся на кровати, приняв положение полусидя.

— Да будет с тобой милость богов, — поприветствовал меня, как хозяина жилища, воин.

— Благодарю. Присаживайтесь, будьте моим гостем, — я убрал одежду с табурета и бросил на кровать.

Харальд осторожно присел, с опаской прислушиваясь к скрипу под собой.

— Вы и есть Харальд?

Харальд поморщился.

— Ты это брось! Я же не конунг, чтобы меня на вы. Просто Харальд, Харальд Рагнарсон, — и напомнил. — Кстати, ты не представился.

— Харлаф из Больших Петухов, сын Брамака.

Брови наёмника поползли вверх.

— Как? Харлаф? Странное имя для этих мест.

Да что все к моему имени-то прицепились? Сам знаю, что необычное!

— Отец назвал меня Харлафом по просьбе своего побратима, а он был родом из Норка.

— Ты знаешь, что означает твоё имя? — с интересом спросил воин и пояснил. — «Хар» на северном языке — вождь, господин, повелитель. А «лаф» — огонь, пламя… Ты не знал? — догадался Харальд, заметив на моём лице выражение крайнего удивления.

Я молчал.

— Нет. Не знал, но… демона мне в зад! Как же подходит! Неужели это был не просто сон?

Харальд заинтересованно придвинулся.

— Ты о чём? Что за сон? Какое совпадение?

— Понимае…шь, я пришёл в Стратон, чтобы поступить в Академию магии, — я быстро натянул штаны и, потянувшись до хруста в суставах, встал. — Причём на факультет Огня.

— Вот как, — задумчиво протянул северянин, оглаживая бороду. — Не зря говорят: как драккар назовёшь — так он и поплывёт. М-да… Подожди, а сон-то здесь при чём?

Я, превозмогая боль, начал делать разминку. Нужно разогнать кровь, тогда и синяки быстрее заживут, ответил:

— У моего отца во время службы в легионе был побратим, норкский рунный жрец. Уж не знаю, где и как они побратались, но так уж случилось, — я закончил разминку и приложился к стоящему на столе возле окна кувшину с каким-то травяным отваром. Хм, неплохо! — Потом побратим уехал на родину и больше они с отцом не виделись. Но, однажды, в ночь перед моим рождением, он явился отцу во сне и посоветовал назвать сына Харлафом. Конечно, отец согласился, брат плохого не посоветует… Вот и вся история.

Харальд потёр лицо ладонями.

— Как его звали?

— Кого? Побратима? Не знаю, — я сел на кровать. — А что?

— Только очень сильный жрец может прийти во сне к человеку, и такие жрецы известны каждому в Норке… Я думаю, ты связан со жрецом узами крови. Потому он и узнал о твоём Даре и решил дать имя.

— Но зачем?

— В Северных землях вообще большое значение придаётся именам. Скорее всего, просто суеверие, но некоторые относятся к этому очень серьёзно.

— Ясно. Не знал… И ещё, спасибо что спас, я у тебя в долгу.

— Да брось ты! — махнул рукой Харальд, поднимаясь на ноги. — Это же мои орлы тебя оприходовали. Кстати, это отец тебя так драться научил? Грамотно.

— Отец. Он меня в легионеры готовил, а я вот решил в маги податься… — я усмехнулся, тут же поморщившись от боли.

Уже возле самых дверей северянин, немного поколебавшись, сказал:

— Зря ты это затеял, Харлаф. Никуда ты не поступишь…

— Да у меня…

— Плевать все хотели на твой Дар! Для высокородных ты всего лишь быдло… — я вскинулся. — Подожди, я не хочу тебя обидеть! — примиряющее произнёс Харальд. — Знаешь, давай сделаем так… завтра я пойду с тобой.

— Не на…

— Надо. А чтобы ты проникся, подойду-ка я лучше ближе к концу дня. К тому времени все иллюзии у тебя уже пропадут.

— Нет у меня никаких иллюзий! Я всю жизнь в трактире проработал и прекрасно знаю особенности сословных отношений Эсхара. Но ведь в правилах поступления ясно сказано…

— Забудь этот бред! Эти правила составлены из-за имперцев… — заметив моё недоумение, пояснил. — Между вашей Академией магии и арранским Университетом Всех Стихий подписан договор о сотрудничестве и обмене опытом. В результате, имперцы получают рычаги влияния в Эсхаре, а ваши маги приобщаются в новейшим достижениям магической науки. Выгода для всех.

— А причём здесь правила приёма в Академию? — высказал я крутившуюся в голове мысль.

— Всё просто, в Университете учиться может любой свободный с достаточно сильным Даром, а потом он возводится в дворянское достоинство. Понял?

— Не-ет.

— Боги! — Харальд вознёс руки к небу, сетуя на непонятливость собеседника, но вернулся и сел обратно на табурет. — Что здесь не понятно?! Арранцы потребовали ввести те же правила приёма в Академию, что и у них. И, конечно, ваши согласились, допустив к поступлению всех свободных людей. Но и здесь нашлась лазейка. Да, формально, каждый, имея достаточно сильный Дар, может поступить… вот только на деле за сто пятьдесят лет, прошедшие с подписания договора, ни один представитель не первого сословия не смог поступить на факультеты Стихий.

Вот здесь я уже запутался. Откровенно говоря, всё, что я знал об Академии, я мог изложить буквально за несколько минут неспешной беседы. И, видимо, моих знаний не хватало. Нужно расспросить Харальда, раз уж он столько всего знает.

— Подожди. А как же адеры?

— Ладно, объясню тебе всё в подробностях, — вздохнул воин. — Запоминай, может и пригодится. Как ты уже, наверняка, знаешь, существует семь Первооснов Мира или Стихий, как их ещё называют: Огонь, Вода, Земля, Воздух, Тьма, Свет и Жизнь, — я кивнул. — Так вот, учитывая, что обучение владению Светом и Тьмой производиться при храмах богов соответствующей направленности, есть пять стихийных факультетов, по одному на Стихию, плюс Рунный факультет, которые и составляют Академию.

— Я пока ничего… — прервал я Харальда, не совсем понимая, куда он ведёт.

— Поймёшь… Так уж сложилось, что на факультетах Стихий обучаются одни лишь благородные, оставив Рунный на откуп другим сословиям. Вот выпускники этого факультета и получают звание колдуна и приставку к имени «адер», что с древнего наречия значит «приближённый». Звание же мага получают только выпускники стихийных факультетов. И, предвещая твой вопрос, скажу — разница огромна: срок обучения магов составляет пять лет, а колдунов всего год. Чему можно за это время научиться? Вот и выходят неумехи, способные лишь на простейшие действия. К тому же, как боевые чародеи колдуны абсолютно несостоятельны, их магия слишком слаба и медлительна.

— Я не понимаю, — возмутился я. — Ведь государству должно быть выгодно, если у него много высококвалифицированных чародеев!

— Так-то оно так, но ты не учёл страха потери власти и косности мышления большинства благородных. Они искренне верят в собственную избранность!

— Хорошо, допустим, боевых магов из простонародья они боятся растить, — заходил по комнате я, в запале почти не чувствуя боли. — Но ведь рунных-то вполне можно обучить полноценно, если они так слабы в бою.

— А зачем рисковать? Для бедноты вполне хватает и того, что могут предложить колдуны, а богачи имеют возможность приобрести необходимый артефакт у гномов. Вот уж, где великие мастера по рунам.

— Получается, шансов стать боевым магом у меня нет? — разочарованно спросил я… Харальд говорил очень убедительно и складно и я поверил. — Тогда остаётся Рунный факультет…

— Здесь шансы есть, но небольшие. Если ты ещё не понял, государственный строй Эсхара полностью прогнил: благородные ненавидят и презирают второе сословие, богатые купцы презирают свободных крестьян и горожан, а те в свою очередь презирают крепостных. На Рунном учатся только люди второго сословия. Почему ты решил, будто тебе позволят стать с ними вровень?

— Что же делать? — я начал отчаиваться, слишком уж безрадостную картину нарисовал собеседник.

Харальд молчал, раздумывая.

— Пожалуй, я смогу помочь… А теперь спи, завтра утром тебе рано вставать, — капитан резко поднялся на ноги и вышел, я не успел даже спасибо сказать.

Что ж, спать так спать. Возражений не имею.

*****

Рано утром, едва только взошел Мистель и открылись городские ворота, я уже входил в Стратон, направляясь к видневшемуся в центре города комплексу зданий Академии. Улицы столицы гудели: скакали верхом на великолепных лошадях благородные, старательно демонстрируя всем свои гербовые перстни, степенно проходили жрецы в плащах чёрного и белого цветов, окаймлённых алой полосой… а уж сколько вокруг мельтешило простонародья.

Дважды меня толкали и отгоняли в сторону сурового вида купеческие охранники, защищая обвешанную шелками и драгоценностями, как древо желаний, тушку хозяина. Один раз чуть не затоптал лошадью высокомерный дворянин, сначала с удивлением уставившийся на меня, оценивая мою внешность. Мы были похожи внешне: одинаково снежно-белая кожа, высокий рост, оба жгучие брюнеты, а затем презрительно скривился, не увидев у меня на пальце перстня. Я поспешно ретировался, затерявшись в толпе. Лучше не искушать судьбу, мало ли что фору взбредёт в голову. Вокруг море людей (в Стратоне проживало около ста тысяч человек), но ни один и пальцем не пошевелит, если дворянин меня прямо на улице прирежет. А оправдаться он сможет. Проходили.

Лишь спустя минут сорок я подошёл к воротам Академии, сегодня, по случаю приёма абитуриентов, открытыми настежь. Никто меня задерживать не стал, даже документов не спросили, хотя на городских воротах промурыжили долго, в конце стребовав двойную плату за вход.

И вот я внутри.

Сразу за воротами, метрах в тридцати, было расположено огромное здание учебного корпуса, которое занимало больше половины объёма двора, с одной стороны подступая к стене, а с другой оставляя небольшой промежуток для мощёной мрамором дорожки, уходившей вглубь двора. Что там расположено, я мог только гадать.

Огромные, тяжеленные с виду двери с надписью «Главный вход», открылись с потрясающей лёгкостью, никак не сочетавшейся с их внешним видом. Я вошёл. Внутри было пусто, лишь несколько пышно одетых парней и девушек, в окружении охранников и слуг бродили по залу, а в креслах у стены восседали надутые от собственной значимости их родители. Ни одного благородного не было, хотя, естественно, и они могли сегодня попробовать поступить. Но, сдавать экзамен вместе с простолюдинами? Фи!

— Благородный фор, позвольте узнать ваше имя?! — подобрался ко мне сзади, одетый в расшитую серебром чёрную ливрею, служащий, принявший меня по ошибке за дворянина (спасибо Харальду за одежду).

Здесь стоит немного объяснить сложившуюся ситуацию. Дело в том, что в Эсхаре наблюдается один любопытный феномен — чёткое разделение благородных и простолюдинов по внешнему виду…

Случилось это шесть столетий назад. В королевстве эльфов Ночи, чьи владения располагались на другом конце материка, в результате государственного переворота произошла смена правящей династии. Проигравший и изрядно поредевший бывший правящий род Рроуниссилл, отправился в изгнание… Спустя год в Эсхаре появилась новая королева, отнюдь не человеческих кровей. Естественно, скоро примеру короля последовали и его подданные.

Так в среде эсхарских дворян появились полукровки, перенявшие от своих эльфийских родителей более высокий рост (в среднем на голову выше коренастых и смуглых простолюдинов), густые чёрные волосы, белую, не поддающуюся загару кожу, утончённые черты лица (хотя и вполне себе человеческие), возможность прожить до ста пятидесяти лет и, превосходящие людские ловкость, скорость реакции и силу. Правда, на этом общее с эльфами Ночи у полукровок и заканчивалось: оранжевые глаза с вертикальными зрачками и приличной длины когти с клыками, а также заострённые уши, потомкам беглецов не достались, как и ночное зрение с повышенной регенерацией. Хм… я, кажется, отвлёкся.

Дальше же всё понятно. Хотя эльфов было всего полтора десятка, и они породнились только с несколькими родами но, учитывая браки благородных в своём узком кругу, спустя шестьсот лет девяносто процентов благородных Эсхара щеголяло белой кожей — эльфийская кровь оказалась сильна и не желала сдавать свои позиции даже спустя столько столетий. Ах, да, род Рроуниссилл однажды ночью поголовно вырезали Ночные Тени — элитные убийцы Тёмного Престола.

— Харлаф сын Брамака, из Больших Петухов, — ошарашил я чиновника.

Что началось дальше, нужно было видеть — на лице несчастного за несколько мгновений отразилась целая гамма чувств, от удивления и досады, до злости и крайнего раздражения. Как бы его не хватил инфаркт от таких страстей!

— Хорошо, — играя желваками и украдкой оглядываясь по сторонам, буквально выплюнул писарь, небрежно чёркая что-то пером в небольшой книжице. — Тебе налево.

Я пожал плечами и поспешил последовать совету, направившись к стоящим у стен креслам… Где и просидел следующие десять часов. Мимо меня в дверь экзаменационного покоя проходили всё новые и новые люди, кто-то выходил обратно улыбаясь и едва ли не приплясывая, кто-то, с трудом сдерживая слёзы, а моё имя никак не выкрикивали, продолжая упорно игнорировать. Попытка поспорить окончилась ничем — моё возмущение разбилось о холодное презрение секретаря и угрозу выпроводить за дверь.

Внезапно, удар колокола оповестил об окончании испытаний через час. Я решительно встал и направился к стойке секретаря, решив на этот раз идти до конца:

— Когда настанет моя очередь проходить испытание? — еле-еле сдерживая ярость, полным льда голосом поинтересовался я. — В конце концов, я жду уже с самого утра.

Секретарь, тощий, болезненного вида человечек, окинул меня уничижительным взглядом и начал листать журнал.

— Как зовут?

— Харлаф из Больших Петухов, — с проклюнувшейся надеждой произнёс я.

Мужичок пролистал журнал в самое начало… Как он умудрялся так долго и со вдумчивой степенностью листать четыре листа, я не понял.

— Нет такого в списке.

Я не поверил своим ушам.

— Как нет?! — перегнулся через стол я, вырывая из рук гниды-секретаря журнал. Моего имени там действительно не было. — Меня же спрашивали!

— Ничего нет, — силой возвращая журнал обратно. — Шёл бы ты отсюда ку…

— Идти?!! — я заорал, хватая ехидно ухмылявшегося уродца за грудки. Ухмылка слетела с него в мгновение ока. — Да я тебя!

— Охрана! Взбесившийся смерд меня убивает! — завизжал секретарь и в ответ на его крик из боковой дверцы в зал тут же вбежали двое охранников с обитыми железом дубинками.

— Не нужно возмущаться, — неожиданно послышался у меня за спиной спокойный, чуть хрипловатый голос. Харальд! — Думаю, мы сможем уладить это маленькое недоразумение. Я прав?

Я отпустил секретаря и повернулся к Харальду.

— Ты был прав, я и не представлял, насколько это сложно.

— Ничего. Разберёмся, — и уже секретарю. — Ты знаешь кто я?

— Конечно, господин капитан, — мелко закивал головой мужичок. — Кто же не знает начальника стражи Нижнего города.

Однако! Оказывается, Харальд начальник стражи. Интересно, неужели в Эсхаре нет своих желающих стать стражниками, что приходится нанимать на стороне?

— Тогда познакомься. Это мой друг Харлаф. И ты знаешь, чего я хочу.

— Извините, капитан, но время регистрации уже закончилось и… — попытался было увильнуть тощий, но у него ничего не вышло.

— Ты мне здесь не лепи, я знаю ваши правила, — прорычал Харальд, опершись кулаками о стойку. — Будешь юлить, я поговорю со своими друзьями в Арране и устрою вашей кодле весёлую жизнь. Пиши!

— Хорошо, — неожиданно легко сдался секретарь, поморщившись как от головной боли. — Проходи, — это уже мне.

Я тут же рванул к дверям.

— Харлаф, подожди! — остановил меня у самого входа Харальд. — Нужно поговорить.

— Но…

— Подождут, — отмахнулся наёмник. — Послушай… Что бы они там ни говорили, теперь, когда тебя допустили к испытанию, всё зависит только от тебя. Дело в том, что на испытании присутствует представитель Аррана, контролирующий выполнение договора. И, если у соискателя достаточно сильный Дар то, согласно всё тому же договору, принять в Академию его просто обязаны. Но на стихийные факультеты можешь не рассчитывать.

— Ты не можешь помочь? — осторожно поинтересовался я.

Харальд хмыкнул.

— Нет. Во-первых, я блефовал, нет у меня никаких друзей в Арране. Во-вторых, даже если бы и были, они бы ничего не стали делать. Империи просто не выгодно твоё поступление на стихийный факультет.

— Но почему? Ведь в договоре…

— А что договор? Договор можно и заключить. Почему бы не получить рычаги влияния на соседа? Всё равно же никто его соблюдать в точности не будет. В Арране не дураки сидят. И, пользуясь глупостью ваших властей, арранцы могут, обещая возведение в дворянское достоинство и прочие льготы, спокойно сманивать к себе одарённых и амбициозных магов-простолюдинов, неудовлетворённых своим статусом в Эсхаре.

Ого! Да это же гениально!

— Хорошо, я понял, почему имперцы требовали позволить учиться в Академии простолюдинам. Я понял, почему они закрывают глаза на запрет таким как я учиться на боевиков — зачем им усиление противника (да и недовольство нагнетается, ведь как раз потенциальные боевики не довольны вынужденной учёбой на Рунном факультете), но я не понял, почему наши этого не понимают?!

Харальд покачал головой.

— Всего три слова: страх, коррупция и глупость. Вот те киты, на которых держится Эсхар. И это только малая доля. А теперь иди!

И я пошёл, а вернее, очень быстро пошёл.

— Здравствуйте, — я вошёл в экзаменационный покой и осторожно прикрыл за собой дверь.

В средних размеров комнате находилось всего три человека. Слева, в кресле у стены, сидел светловолосый и голубоглазый мужчина крепкого телосложения, явный имперец, справа — настолько же явный эсхарский аристократ, со скучающим видом полирующий ногти на левой руке, а в центре, за небольшим овальным столиком, разместился ещё один, самый старший из троих, одетый в чёрную ритуальную мантию Академии. Маг.

— Имя? — спросил «Мантия», едва я сел напротив него, спрятав руки под столом. Прикоснуться к странному столу, с нарисованными на нём рунными кругами (одного большого и двух маленьких, расположенных по обеим сторонам от центрального), я не рискнул.

— Харлаф сын Брамака, из деревни Большие Петухи, — выдал я. Экзаменаторы зашевелились: арранец заинтересованно придвинулся вперёд, рассматривая меня, аристократ в недоумении взглянул на «Мантию», а тот, скривившись, бросил короткий взгляд на имперца и что-то прошептал. Подозреваю, проклятья.

— Третье сословие? — поинтересовался имперец. Я кивнул. — Интересно…

— Положи руки на малые круги, — скомандовал «Мантия», не желая слушать разглагольствования иностранного коллеги. — Закрой глаза и представь, что погружаешься внутрь себя, найди источник своего Дара, он выглядит как шаг энергии, висящий в пустоте, и соедини его мысленно с центральным кругом…

Я послушно закрыл глаза. И тут же меня дёрнуло, потащило куда-то вниз с умопомрачительной скоростью, понесло в полыхающий огненный шторм. И я нырнул… Большего наслаждения я в жизни не испытывал, этого просто не передать словами… Только спустя долгое мгновение я с ужасом вспомнил о цели своего прихода сюда. И перед моими глазами тутже медленно вертелся круг из семи разноцветных символов. Я потянулся мыслью к первому, зелёному символу… выделил мыслью и протянул к нему тонкий огненный жгут… но ничего не вышло. Связь никак не желала создаваться, натыкаясь на незримую стену… Та же судьба постигла и ещё пять символов, чему я не удивился совершенно. Только последний, ярко-оранжевый, пылающий диким огнём знак, наконец, открылся, принимая соединение. Ритуал был завершён. И как только я это понял, чудесный мир исчез, схлопнувшись, и я снова вернулся в реальность.

— …не может быть!!! — первым, что я услышал после проявления в реальном мире, был изумлённый вскрик «Мантии».

Открыл глаза. На высоте десяти сантиметров, прямо над большим рунным кругом, висел вращающийся и выбрасывающий во все стороны крохотные языки пламени огненный шарик размером с кулак. Ого! Но гораздо больше сейчас меня заинтересовала реакция экзаменаторов: на лице «Мантии» застыло удивление пополам с растерянностью, на лице аристократа отразились те же чувства плюс ещё нешуточная злоба, а вот имперец меня порадовал — напомнил вставшую в стойку охотничью собаку… Спустя секунду контроль над эмоциями вернулся, и лица экзаменаторов снова стали невозмутимы.

— Ну что ж, Дар у тебя определённо есть, — медленно начал «Мантия». — Ты можешь быть зачислен в Академию на факультет Рунной магии, — имперец едва уловимо удовлетворённо улыбнулся. — Но сначала нужно уплатить сто золотых лир за обучение.

Я едва не упал со стула. Сто золотых! Невозможно! У меня нет таких денег. Десять золотых составляет зарплата рядового легионера за год, а семья из пяти человек может прожить на эти деньги пару лет, если особо не шиковать! Стоп! Стоп-стоп-стоп!! Точно, легионеры! Отец же мне как-то упоминал о подобном случае.

— Прошу простить меня, благородный фор, но у меня нет таких денег, — начал я. «Мантия» фальшиво-сожалеюще скривился, но это он зря… — Я бы хотел пройти обучение за счёт военного ведомства. Такое возможно?

— Да, — нехотя выдавил экзаменатор. — Условия просты: военное ведомство оплачивает обучение, а после окончания Академии ты должен отслужить десять лет в одном из легионов королевства. В это время у тебя из оплаты будут вычитаться по десять золотых в год, — угу, я буду служить, да ещё и деньги с меня будут снимать. Поражаюсь жадности родного государства. — Согласен на условия?

Естественно, я был согласен, выбора всё равно нет, но спросить я должен:

— Погодите, ведь зарплата легионера составляет как раз десять золотых! На что же мне жить?

— Служить начнёшь в звании десятника, а им платят вдвое больше, — раздражённо буркнул аристократ, передавая мне лист бумаги с договором. Ага, так значит он от военных! Видимо, ждёт завтрашних будущих боевых магов, но и сегодня я ему подкинул развлечение. Не думаю, что купеческие дети часто соглашаются на контракт подобный моему. За такие гроши (в их понимании) ни один купчина служить не пойдёт, есть и более надёжные способы заработать, а сотня золотых для купца первой гильдии не деньги.

Я внимательно прочитал и подписал договор. Взял один экземпляр себе, а второй вернул.

— Всё, ты зачислен. Поздравляю, — выдавил из себя «Мантия». — Держи документы. Иди по дорожке, что обходит учебный корпус справа. Сзади за этим зданием есть пятиэтажное серое строение, тебе туда. Это общежитие. Там спросишь куда дальше…

— До свидания, — попрощавшись, я выбежал из кабинет прочь. Пусть не стихийный факультет, но и этого могло не быть. А там посмотрим!

Главное не сдаваться.

Глава 3

Окрылённый, я выбежал из здания учебного корпуса и помчался по дорожке в указанном направлении… Но к зданию общаги подошёл неторопливо, стараясь выглядеть как можно более уверенным в себе. Произвести правильное впечатление в первые минуты знакомства всегда очень важно, будь то армия, тюрьма или студенческое общежитие — как себя поставишь, так к тебе и будут относиться. А вот переломить негативное отношение очень и очень трудно, зачастую и невозможно.

Я открыл дверь и вошёл внутрь.

— Здравствуйте, — поприветствовал я сидящего за столом посреди холла молодого человека, скорее всего студента-старшекурсника. — Я поступил…

Парень поднял на меня угрюмый недовольный взгляд, а затем, проведя быстрый осмотр моей тушки и, не обнаружив на пальце гербового кольца (у него кольцо как раз таки было), сморщился, словно съел лимон, и спросил:

— Имя? Факультет?

— Харлаф сын Брамака, из Больших Петухов, Рунный факультет. А…

Студент-мученик (я никогда не поверю, что даже самый захудалый дворянин добровольно согласиться на такой унизительный пост), быстро записав мои данные в здоровенную книгу и на крохотную карточку, протянул мне карточку и напутствовал:

— Это отдашь кастеляну, прямо по коридору и поворот направо, — махнул рукой себе за спину фор. — У него возьмёшь постельные принадлежности. Твоя комната номер пятьсот десять, пятый этаж, от лестницы налево, в конце коридора.

Я понятливо кивнул, но страдалец уже не обращал на меня внимания, снова погрузившись в переживания.

В комнату я взобрался только спустя полчаса, выдержав изматывающий бой за новые простыни и буквально вырвав из рук дородного мордатого дядьки ключи от комнаты. Промучившись с дверным замком минут десять, пока не догадался слегка приподнять дверь за ручку, я вошёл внутрь… А ничего, небольшая уютная комнатка пять на восемь шагов, кровать, шкаф, стол и стул, тумбочка и подсвечник со свечой, на полу почти новый ковёр. Большое окно, выходящее на учебный корпус, совмещённый с душем туалет и небольшая кухня. Неплохо живут колдуны!

Будем располагаться…

Проснулся я часов в семь утра, что было для меня уже довольно поздно, но напряжение вчерашнего дня, видимо, взяло своё. Натянул штаны, взял полотенце и двинулся умываться. По-быстрому освежившись, приступил к тренировке. Конечно, в моей скромной комнатке особо не разгуляешься, но что же делать? Через два часа, закончив разминку и приняв душ, я направился на поиски столовой… Аппетит был зверский.

Столовая нашлась совсем рядом с общежитием и, заплатив всего пять медяков, я набрал себе такую гору еды, что из-за подноса выглядывала только голова, на которую с удивлением таращились все служащие и немногочисленные посетители столовки… Ещё больше они удивились, когда я всё это съел.

С трудом дожевав последний бутерброд с колбасой, я развалился на стуле, не в силах сдвинуться с места, но по этому поводу я не расстраивался. Всё равно заняться нечем, разве что разведать территорию? М-да, это может быть интересным… на территории Академии располагались не только учебные корпуса и общежития, но и различные магические лаборатории и даже полигоны для испытания маломощных заклятий. А вот это может быть действительно интересно!

Но, моим грандиозным планам не суждено было сбыться. В зал впорхнула стайка, весело о чём-то между собой щебетавших, девушек. И четвёртым, на что я обратил внимание, стали странные тетради в их руках. А уж слова «библиотека» и «выдали», произвели на меня прямо чудесный эффект. На девушек я ещё успею насмотреться (и не только), а вот увидеть самые настоящие магические книги я хотел прямо сейчас.

Расспросив дорогу до библиотеки, которая располагалась в небольшом трёхэтажном квадратном здании позади учебного корпуса, я весело вломился в резную дверь строения и обмер. Нет, не так в моих мечтах выглядела Великая Библиотека Ужасных Магических Книг. Я представлял её чем-то донельзя величественным и прекрасным… реальность же оказалась значительно… скучнее. Прямой коридор со стенами, обшитыми панелями из какого-то дерева, пяток самых обычных дверей по обе стороны этого самого коридора, лестница на второй этаж, в конце. И всё.

В первую от входа комнату, с говорящей надписью на дверях «Выдача магических книг», стояла очередь из трёх богато одетых парней и одной симпатичной девушки. Высокой зеленоглазой блондинки в охотничьем костюме, обтягивающем спортивную фигурку, и с тонким мечом на поясе.

При моём приближении парни сначала насторожились, посчитав опасным конкурентом, а затем, рассмотрев скромную, но добротную одежду и отсутствие кольца у вновь прибывшего, снова начали наперегонки что-то рассказывать девушке. Вернее, попытались, пока троица неудачливых ловеласов оценивала меня, подошла очередь и девушка вошла в кабинет.

— Кто последний? — широко улыбаясь, спросил я… и тут же пожалел. Взгляды, которыми меня наградили «ловеласы» не обещали ничего хорошего. Я внутренне подобрался, готовясь к неприятностям. Но всё обошлось, дверь кабинета открылась и, попрощавшись с невидимым мне собеседником, девушка танцующей походкой направилась к выходу. Ловеласы хвостом поплелись вслед за ней.

Мне же и лучше.

— Доброе утро, — я поздоровался с сидящим в кабинете за столом, заваленным тетрадями, человеком лет тридцати и с круглыми очками на носу. — Я пришёл за книгами.

— Добрый день, — кивнул мне мужчина. — Ваше имя?

— Харлаф из Больших Петухов.

— Та-ак, — водя карандашом по страницам, начал что-то искать в журнале библиотекарь. — Есть такой. Вот, держи! — и протягивает мне тоненькую, не толще десяти листов, тетрадь со снежно-белой обложкой. Да и размеров скромных: прямоугольник со сторонами две на две с половиной ладони, в моём представлении магическая книга должна быть размером локоть на два или того больше. А это?

Я взял тетрадь, задумчиво покрутил её в руках и тупо спросил:

— А книги где?

— Какие книги? — невозмутимо поинтересовался очкарик.

— По которым я учиться буду, — неуверенно разъяснил я, чувствую подвох.

— Всё что тебе нужно, я уже дал.

— И это всё?! Всё, чему меня может научить Академия? — возмутился я.

— Ты что, идиот… Харлаф из Грязных Петухов…

— Больших! Больших Петухов! — прервал я чиновника… И чуть не обделался.

— Не смей меня прерывать! — заорал внезапно очкарик, зажигая на ладони огненный шарик размером в два кулака. Уй-йо! Да он маг! Вот это я попал! Меня подвела нетипичная для благородного внешность и отсутствие кольца… — Скажи спасибо, что мы не в Арране, а то я бы приказал тебя выпороть!

— Э-э, извините, — пошёл я на попятный, ссориться с магом себе дороже.

— Ничего, — к моему удивлению, махнул рукой маг, быстро остывая. — Сорвался. Это ты меня прости, оговорился.

А вот здесь у меня просто глаза на лоб полезли. Чтобы благородный извинился перед простолюдином?! Быть того не может!

— Я пойду, а? — осторожно поинтересовался я, пятясь к двери. — Спасибо за э-э книгу.

— Подожди. Ты, правда, не знаешь ничего об этой книге? — пригласил меня жестом присесть маг.

— Нет, — я присел.

— Я думал это общеизвестный факт, ведь при поступлении с новичками проводится инструктаж.

— Меня, видимо, забыли пригласить, — буркнул я, ёрзая на стуле.

— Ну-ну, знаю я ваши порядки, — сочувствующе взглянул на меня имперец. — Знаешь, я ведь и сам из крестьян… Что ты так удивляешься? В империи всех обладающих сильным магическим Даром возводят в дворянское достоинство. Сначала, по окончании магической школы ненаследственное, а потом, после обязательной государственной службы — наследственное. Так вот.

— Я слышал об этом, но не верил, слишком невероятно звучит…

— Да уж поверь, — усмехнулся маг. — Ладно, расскажу тебе о книге… Открой.

Я открыл.

На первой странице оказалось оглавление:

1. Магия Огня

2. Магия Воды

3. Магия Воздуха

4. Магия Земли

5. Магия Тьмы

6. Магия Света

7. Магия Жизни

8. Рунная магия

9. Немагические дисциплины

10. Для личных заметок

— Интересно. А немагические дисциплины здесь зачем?

— А куда ты собираешь записывать рецепты лечебных мазей, к примеру? Знание трав магу иногда, ой как необходимо, магическая энергия имеет обыкновение заканчиваться.

— Вы правы, не подумал, но ведь книга и так, вон какая тонкая…

— Тонкая? А, прости, ты же не знаешь… — неожиданно начал экскурс в историю маг. — С древнейших времён, с самого момента зарождения магии, основной проблемой для адептов магического искусства оставалась проблема сохранения знаний. Дело в том, что всякое более-менее сложное заклинание создаётся магом при помощи Форм — трёхмерных магических знаков, описывающих последовательность действий, производимых магической энергией для достижения необходимого магу эффекта. Но, проблема Форм в том, что их запись на материальный носитель чрезвычайно сложна. И, в результате, не только значительно усложняется процесс накопления и передачи знаний между магами, но и возникает опасность потери информации, что неоднократно и происходило. Двести лет назад, одним из лучших умов того времени, Магистром Эльдором Саворитом, было предложено замечательное решение этой проблемы, — маг указал пальцем на стопку тетрадей на столе. — Вот эти самые книги. Мало того, что обработанная по специальной технологии бумага позволяет без труда записывать в данную книгу Формы, причём простым мысленным усилием (пусть для этого и нужно долго и упорно тренироваться), так ещё при заполнении одного, в книге автоматически появляется новый чистый лист. Не спрашивай, как это сделано, я не знаю, — опередил мой вопрос арранец. — И это одна из главных тайн империи.

— Неужели никто не пытался раскрыть тайну?!

— Отчего же? Пытались, — усмехнулся маг. — Но на книге стоит надёжная, постоянно обновляемая система защиты.

— Понятно. Получается, мне не нужно даже носить с собой перо, всё и так в книгу запишется? — с надеждой спросил я.

— Нет. Эта функция относится только к записи магических знаков: Форм и рун. Остальное придётся записывать вручную. Но, сначала нужно привязать книгу к себе. Возьми.

Я взял из рук мага серебряное шило.

— Уколи палец и капни каплю крови на обложку, — я, немного поколебавшись, уколол палец. Капля крови, попав в центр обложки, сначала просто впиталась внутрь, не оставив следов но, спустя мгновение, из обретшего невероятную глубину и объём листа, начал всплывать к поверхности тяжёлый искрящийся туман. А через несколько секунд в этом тумане появились сначала тусклые, а затем всё более и более яркие искры огня, вскорости полностью поглотившие обложку… У меня в руках оказался словно кусок настоящего пламени… Ещё мгновение и всё закончилось, а в моих руках оказалась обычная тетрадь. Черноту обложки разрушали лишь горящие огнём буквы имени. Моего.

— Ого! Настоящая магия! — обрадовался как ребёнок я, рассматривая книгу со всех сторон.

— Открой.

Я, дрожащими от нетерпения руками, приподнял лист… и не разочаровался. В оглавлении, вместо десяти, теперь было всего четыре пункта:

1. Магия Огня

2. Рунная магия

3. Не-магические дисциплины

4. Для личных заметок

— Она изменилась, — в благоговении погладил я свою магическую книгу.

— Если нужно добавить ещё один раздел, то просто допиши, а если убрать — проведи пальцем по ненужной строке и пожелай удалить. Всё просто.

— Спасибо, — в прострации произнёс я. — Она теперь моя, да?

— Твоя, — кивнул маг, усаживаясь обратно за стол. — Но, после твоей смерти книга будет возвращена в империю, где будет очищена для последующего использования.

Я понимающе кивнул. Теперь понятна причина благотворительности. Имперцы бесплатно распространяют книги среди магов, а те после смерти фактически передают Арранской империи все накопленные ими за годы жизни и работы знания. А главное, все довольны.

— Прощайте.

— Скорее, до встречи, — мягко улыбнулся маг, провожая меня взглядом.

Выйдя из библиотеки, я сразу же направился за пределы Академии. Негоже носить такую ценную вещь просто в сумке, да и, лучше чтобы она всегда была под рукой. Нужно посмотреть, что могут на этот счёт предложить лавки Стратона — потратить подаренные мне Харальдом десять золотых. Какой-нибудь футляр или что-то вроде того.

По рынку я проболтался часа два, но разыскать нужную мне вещь оказалось не так-то легко, причём в основном потому, что я и сам толком не знал, чего хочу. К концу второго часа я уже отчаялся подобрать себе вещь по вкусу, только по инерции заглянув в ещё одну из множества лавок кожевенника. И мне всё же повезло… Широкий, с ладонь, чёрный пояс из шкуры какого-то чешуйчатого гада, с креплениями для меча и кинжала и твёрдым футляром как раз под размер книги, на правом боку (причём, закрывался футляр при помощи трёх кнопок — новомодного изобретения гномов). Я, буквально со входа в лавку, взглядом прикипел к поясу.

— Доброе утро, фор. Вас интересует пояс? — подошёл ко мне хозяин лавки, ничем не примечательный смуглый мужчина лет пятидесяти. — Великолепный выбор, пояс сделан специально под заказ для студента Академии. Очень жаль, что он не смог забрать свой заказ, — хозяин снял с витрины и подал пояс мне. — Как видите, здесь можно укрепить меч, кинжал, флягу… вот здесь, сзади. Специальный футляр для книги заклинаний, а ещё крепления для метательных ножей и заметьте, внутрь вкладывается до пятидесяти монет, прекрасная защита от воров. Разрезать кожу пояса практически невозможно, — хозяин гордо подбоченился. — Я специально использовал для его изготовления кожу саламандры, огонь моему изделию также не страшен.

С каждым словом продавца, жажда приобрести пояс во мне всё больше разгоралась. А вот после оглашения стоимости, я резко охладел. Пятьдесят золотых. Мне такие деньги и за пару лет не заработать, теперь понятно, почему заказчик не пришёл за покупкой. Жаба победила.

— Извините, — хмуро сказал я, разворачиваясь к выходу. — У меня нет таких денег.

В общагу я шёл не в самом лучшем настроении и с твёрдым намерением никуда кроме столовой до начала занятий более не выходить. Благо, занятие у меня было. Я собирался досконально изучить СВОЮ магическую книгу, чем собственно и занялся.

Следующий день весь прошёл в трудах и экспериментах, и к вечеру голова у меня шла кругом (конечно, ведь спать я не ложился), а глаза слипались, но зато я понял основные принципы работы с книгой. На самом деле, никаких особых умений для работы с ней не было нужно — лишь жёсткий самоконтроль и предельная концентрация. Экспериментировал я в написании единственной известной мне доподлинно руны — «Соор» (Защита), добрым словом вспоминая выпивоху-колдуна, ставившего защиту на отцовский сейф. За кувшин вина тот с радостью рассказал мне о рунах, пока не свалился под стол, что и произошло после третьего стакана.

Лёг спать только в четыре часа ночи… и что же странного в том, что проснулся я без пяти восемь, всего за пять минут до начала первой пары. Показав чудеса одевания на скорость, с лёгкостью побив в этом плане даже гвардейские нормативы, я выбежал из комнаты и помчался сломя голову на занятия. Вот где пригодились ежедневные тренировки. Проклиная лень, убедившую меня отложить изучение расписания занятий на потом, я взбежал на второй этаж учебного корпуса, к доске с расписанием.

— Та-ак, что у нас здесь, — я начал торопливо изучать расписание.

Расписание занятий для первого курса Стихийных факультетов

Теория магии (общая)

Теория магии (специализация)

Практические занятия (по специализациям)

Практические занятия (по специализациям)

Фехтование

Ксенология

— Нет, это не моё… Ага! А вот моё!

Расписания занятий для факультета Рунной магии

Теория магии (общая)

Рунная магия

Рунная магия

Травничество

Ксенология (факультатив)

Фехтование (факультатив)

Ксенолингвистика (факультатив)

Теория магии, аудитория номер пятьдесят четыре. И где искать эту аудиторию?! Я суматошно завертелся, пытаясь найти хоть какую-нибудь подсказку. Наугад по учебному корпусу можно бродить день и ничего не найти — не здание, а настоящий лабиринт. И тут мне просто тупо повезло. Взгляд наткнулся на аудиторию номер пятьдесят, значит и нужная мне где-то рядом!

В аудиторию я буквально влетел, со всей дури врезав дверью о стену. Взгляды всей группы тут же скрестились на мне, за мгновения изучив до мельчайших подробностей и, не найдя на пальце гербового кольца, резко охладев. Из уважаемого фора я стремительно скатился в ублюдки, а кем ещё может быть человек с внешностью благородного, но без гербового кольца? Кто-то скривился, словно унюхал кучу навоза, кто-то просто отвернулся, а кто-то презрительно поморщился… м-да, похоже, отношения с группой будут не самыми простыми.

Окинув взглядом аудиторию: доска на стене, полтора десятка парт, стулья. Стандарт. Естественно, свободной оставалась только первая парта, та, что ближе всего к учительской. Я присел на свободное место. И, едва я сел, как дверь открылась, и в класс вошёл высоких худощавый мужчина лет пятидесяти, в очках и со стопкой бумаг в руках.

Все встали.

— Здравствуйте, — поздоровался преподаватель, взмахом руки разрешая нам сесть. — Меня зовут адер Андрес Компт, я буду читать вам лекции по теории магии. Каждый день, на протяжении полугода. В конце экзамен… Вопросы? — гробовое молчание. — Вопросов нет. Тогда приступим, откройте ваши книги и достаньте перья, — по всей аудитории раздалось шебуршение и разговоры. Как всегда, кто-то что-то забыл и теперь в панике уговаривал соседей поделиться. — Сразу говорю, чтобы потом не было вопросов — записывать в магическую книгу нужно только основное, конкретику.

Итак, начать лекцию стоит с определения того, что же такое магия… Записываем… Магия — способ воздействия на реальность, посредством управления первоосновами Мира или, иначе говоря, энергиями Стихий. Далее… Всего Стихий существует семь… кто может их назвать? — адер внимательно всмотрелся в лица боязливо прятавших глаза студентов. — Никто. Тогда записываем. Стихии есть следующие: Воздух, Земля, Вода, Огонь, Тьма, Свет и Жизнь. Записали?.. Хорошо, вопросы?

Из заднего ряда медленно и неуверенно поднялась рука.

— Слушаю, — несколько удивлённо произнёс преподаватель.

— А почему вы не назвали рунную магию? — я фыркнул… м-да, кто это там такой гений? Какая рунная магия? Речь же идёт не о направлениях магического искусства! Собственно, то же самое сказал и преподаватель, видимо, уже составив мнение о нашей группе, а особенно, о её отдельных представителях.

— Не стоит путать Стихии и направления магии, — покачал головой наставник. — Хотя это и не мудрено для профанов. Начинаем записывать… условно, в магическом искусстве выделяют десять направлений или школ. Можно называть как угодно. Школы Огня, Воздуха, Воды и Земли — это так называемые боевые школы, из магов имеющих предрасположенность к перечисленным направлениям выходят лучшие боевые маги. Далее идут магия Тьмы и Святая магия — два антагониста, непримиримые противники. Особенностью данных направлений является работа со Стихиями не напрямую, а посредством обращения к божественным сущностям соответствующей полярности. Поэтому, вполне естественно, что обучение адептов этих направлений происходит при храмах. Святая магия это: экзорцисты (специализируются по изгнанию демонов и других сущностей Тьмы), клирики (жрецы Светлых богов и целители), паладины (специализируются на убийстве адептов Тьмы и тёмных тварей).

В магии же Тьмы не всё так однозначно… В ней существует два течения — поклонение тёмным сущностям и колдовство при их поддержке и, колдовство, где маг опирается только на силу своего Дара. В Арранском Университете Всех Стихий даже есть факультет, на котором осуществляется подготовка магов по тёмным специальностям: некромантии, оборотничеству, демонологии, малефицизму и химерологии, — адер недовольно поджал губы. — Следующим направлением является магия Жизни, основанная на манипулировании Стихией Жизни. С ней тоже всё очень не просто, способностями к магии Жизни обладают лишь люди и Светлые эльфы (Ночные длинноухие владеют магией Тьмы). Но, существуют различия между магами Жизни этих двух рас: эльфийские чародеи имеют большую предрасположенность к такой стороне магии Жизни, как управление живой природой и называются друидами, способности к исцелению у них среднего уровня. Маги же людей наоборот, довольно посредственны в управлении природой и сильны на целители, потому обычно и называют их просто целителями, а факультет Жизни — Целительским.

А вот теперь мы вплотную подошли к рунной магии, которая, кстати, подразделяется на артефакторику, големостроение и алхимию, хотя последняя и причислена сюда чисто символически. Адептами рунной магии могут стать одарённые с предрасположенностью к любой Стихии. Рунным заклятьям абсолютно безразлично, энергией какой Стихии их запитывают.

И последние направления: магия Крови и магия Пространства. Это самые редко встречающиеся школы. Магия Крови по причине её повсеместного запрета, а магия Пространства из-за чрезвычайной сложности — на данный момент ею владеют всего около сотни разумных во всём Мире. Это настоящая Высшая магия, доступная только магам не ниже Магистра. Зато, какие возможности она предоставляет: создание порталов, пространственных карманов, «длинных шагов» (ускорения передвижения, путём стягивания пространства), и много ещё чего интересного… Кстати, ваши магические книги во многом стали возможны благодаря этому направлению Искусства. А теперь извините, моё время истекло, — неожиданно закруглился Андрес и, взяв так и не пригодившиеся бумаги, поспешно вышел. Однако!

— Ну и скукота, — с изумлением услышал я не самую лестную характеристику так увлёкшей меня лекции. Как кому-то может такое не понравиться?

На меня внимания никто не обращал, старательно игнорируя. Не самое приятное ощущение. Хвала богам, длилось это не долго и вскоре в аудиторию вошёл следующий наставник. В классе наступила просто гробовая тишина. Новый преподаватель оказался гномом. Ну да, кому же ещё читать рунную магию?

— Доброго утра, — пробасил гном, окидывая взглядом стоящих студентов. — Садитесь… Меня зовут Трор Дрослир, я буду вести у вас курс рунной магии. Как теорию, так и практику. Две пары в день. В конце года экзамен… — уже второй преподаватель начинал свою речь подобным образом. Традиция у них такая, что ли? — Что ж, с организационными вопросами определились… Ты, — протянул мне стопку листов гном. — Раздай… Как вы можете видеть, — произнёс он спустя пару минут, прохаживаясь между рядами. — На розданных вам листах изображен рунный круг из двадцати девяти рун: большой круг из двадцати одной руны, в который вписан круг из семи рун. В центре всей конструкции расположена последняя, двадцать девятая руна.

Я с любопытством стал изучать любезно предоставленный мне учебный материал, благо расшифровка значения каждой руна было приведено тут же, у левого края и внизу листа.

— Посмотрели? Тогда продолжим, — гном уселся за стол. — В течение полугода вы должны будете выучить начертание рун и их значение наизусть и записать это всё в свою книгу. Надеюсь, вам о ней хоть что-нибудь объяснили на вводной лекции.

Снова несмело поднял руку любознательный паренёк с последней парты.

— Да?

— Вы хотите, чтобы мы записали руны в книгу мысленно? Я вчера пытался записать таким образом одну из известных мне рун и у меня ничего не вышло…

Гном поморщился.

— Во-первых, не «записать мысленно», а спроецировать изображение. Во-вторых, я бы очень удивился, если бы у кого-то получилось спроецировать руну в первый же день. Клянусь молотом!

Ну-ну, лучше бы ты помалкивал, дядя. Я едва сдержал улыбку, представив лицо коротышки, когда он узнает о моих успехах. Впрочем, лучше я буду помалкивать.

— Что ж, с этим разобрались. И теперь я хочу сразу ответить на вопрос, который мне обязательно задают каждый год. Нет, Академия, и я в частности, не скрываю и не собираюсь скрывать от кого бы то ни было своих знаний, а слухи о якобы боязни стихийных магов появления конкуренции им со стороны рунных — чушь. Чтобы раз и навсегда закрыть этот вопрос, я разъясню вам, почему рунная магия в исполнении людей так сильно уступает магии гномов… отнюдь не потому, что вас не хотят учить. Всё дело в структуре Силы каждой расы. Как бы лучше объяснить… — некоторые мои одногрупники начали откровенно зевать, но гном уже настолько увлёкся своим рассказом, что не обращал на это никакого внимания. — Каждая руна это своеобразный резервуар, наполняемый магом энергией Стихии и посредством этого воздействующий на реальность. А теперь представьте себе — вы вливаете в руну Силу, но она не наполняется, так как энергия просто уходит в никуда. Вы спросите, что же делать? И я отвечу… ничего. Эта проблема не решаема в принципе. Вы опять-таки спросите, а почему тогда заклятья гномов сохраняют работоспособность годами и даже веками? Ответ прост: как я уже сказал, дело в структуре Силы. Если провести аналогию, то Сила людей это спокойная река на равнине, медленно и уверенно несущая свои воды к океану. Сила же гномой это густая, вязкая и клейкая масса, движущаяся вперёд со скоростью черепахи. Говоря простым языком: там, где магическая энергия людей медленно утекает прочь, Сила гномов застревает, — ухмыльнулся коротышка.

И опять поднялась рука из заднего ряда.

— Погодите, если всё так плохо, то почему всё же мы здесь учимся? Причём на рунных магов.

Гном смутился и, огладив бороду, произнёс:

— Кх-кхм, я немного не так выразился. Люди всё же способны создавать рунную вязь низшего порядка — до десяти рун включительно. Причём заклятья с пятью рунами и меньше, у вашей расы ничем не отличаются от наших и потерь энергии нет. Но уже вязь в шесть-семь рун, начинает проигрывать аналогичному заклятью гномов и, в отличие от него, требует периодической подзарядки. Заклятья же с восемью-десятью рунами имеют возможность использовать только маги, так как они требуют постоянной и беспрерывной подпитки Силой.

— Э-э, — неожиданно для себя решился задать вопрос я. — Извините. А как же норкские рунные жрецы?

Наставник Трор с интересом посмотрел на меня.

— Ты прав, норкцы действительно уникальны, но их уникальность объясняется очень просто — соседством с моим народом. Среди горцев довольно велик процент полукровок.

— Это правда, что у орков вообще нет рунных магов? — процесс пошёл. К разговору подключился загорелый жилистый парень, типичный житель пристепных южных земель. Бьюсь об заклад, он не понаслышке знаком с орочьими набегами.

— Да, правда. Магия Рун доступна только людям, гномам и гоблинам. Остальные абсолютно не имеют к ней способностей. Если продолжать сравнение с реками, то орочий Дар это бурная горная река, Дар эльфов — весёлый и стремительный ручей, а Дар гоблинов — болото. О вампирах, троллях и драконах даже говорить не стоит, так как эти расы полностью лишены магических способностей или же имеют свою, специфическую, магию.

— А как же… это? — южанин достал из-под одежды висящий на тонкой серебряной цепочке, похожий на стеклянный шарик размером с горошину, предмет. Ого! Эльфийский защитный амулет. Я такой однажды видел у останавливавшего на постой графа.

— Эльфийские амулеты работают по другому принципу. При их создании используются не руны, а Формы, помещённые в Слезу Хот. Формы — энергетические конструкции, используемые стихийными магами для создания заклинаний, — пояснил наставник. — Всего Форм, описывающих характеристики заклинания, сорок… по энергозатратности одна Форма равна трём рунам внешнего круга или одной руне внутреннего круга.

Я быстро в уме кое-что подсчитал и спросил:

— Получается, энергоёмкость максимально возможного для людей рунного заклинания это 3,3 Формы, так?

— Нет, ты не учитываешь, что в рунном заклинании обязательно указывается Имя Стихии, к Силе который обращаешься, в отличие от заклинания на основе Форм, где указывать Имя — тип энергии, необходимости нет, так как она всегда по умолчанию та, к которой имеет предрасположенность маг. Значит, у твоего максимального заклинания энергоёмкость равна четырём Формам. Если тебе интересно, закончить любое из известных мне магических учебных заведений и получить право называться полноценным магом, имеет право лишь тот, кто способен создать заклинание не менее чем из пяти Форм. Вам же, — обвёл рукой аудиторию гном. — Необходимо для сдачи выпускного экзамена показать уровень владения энергией равный одной Форме. Конечно, с такими мизерными резервами Силы вы будете способны не на многое, и придётся активно использовать накопители Силы. Но постепенно ваш Дар разовьётся до нормального уровня.

— А если нет? — робко поинтересовалась миниатюрная брюнетка, сидящая прямо за мной. — Вдруг у меня Дар не настолько силён?

— Если нет, то тогда ты просто зря потеряешь год. Но вы можете не волноваться, все из здесь присутствующих имеют достаточно сильный Дар, чтобы при условии ежедневных упорных медитаций к концу года достичь необходимого уровня. По такому принципу и высчитывается минимум для поступления в Академию.

— Наставник, а как можно узнать… уровень силы Дара? — опять доходяга с последнего ряда.

— Способ есть, — кивнул Трор. — На второй паре мы перейдём в помещение для практических занятий и там любой желающий сможет пройти тест, — ребята весело загомонили.

— А если у кого-то окажется Дар, достаточно сильный для досрочного выпуска из Академии? — поинтересовался я, мне вспомнился висящий над столом огненный шарик и ошарашенные лица экзаменаторов.

Гном покровительственно глянул на меня.

— Поверь, если бы у кого-то из вас оказался настолько сильный Дар, вы бы учились не здесь, а на стихийном факультете, — я удивлённо посмотрел на гнома. Он что, издевается? Или действительно настолько оторван от реалий нашего королевства. — Но, если всё же такой человек найдётся, то я лично готов просить Архимага о досрочном экзамене. Ведь такому гению здесь делать нечего — на самом деле, основное время обучения занимают медитации и практические занятия для развития Дара. Начиная с первой медитации и на протяжении следующих пяти-семи лет — период наиболее активного развития Дара, а затем этот процесс замедляется в несколько раз, именно поэтому так важно уделять как минимум по шесть часов в сутки на медитации. Если не хотите остаться никчёмными слабаками. А теорию, на уровне выпускника, вполне реально освоить за месяц — для рунной магии и полтора-два года, для Стихийной.

— Так нам что же, придётся каждый день медитировать? Но это же скучно! — к разговору начали подключаться всё больше и больше людей, последняя фраза принадлежала вихрастому подвижному парню. Слово «проказник» как нельзя лучше подходило этому персонажу.

— Ничего не поделаешь… В начале всем приходиться медитировать очень много но, если вы разовьёте свой Дар достаточно, чтобы создавать боевые заклинания, то можно тренироваться и так. Постоянно создавая заклинания и опустошая ядро Дара, вы будете развиваться даже быстрее, чем при медитации. Вернее, время медитации сократится до двух-трёх часов в день — для восстановления потраченной энергии. Правда, есть у этого способа и несколько минусов: такие тренировки жутко изматывают мага физически и на долгое время он остается практически беспомощен.

— Нельзя ли как-то ускорить рост Дара, ведь есть же зелья ускоряющие рост мышц, может…

Гном поморщился.

— Способ есть, — было видно, что рассказывать об этом наставник не хочет. — Светлые эльфы торгуют одним зельем, называется вирар. Оно ускоряет рост Дара… но и у него, конечно, есть несколько недостатков. Во-первых, цена — золотой империал за дневную дозу, причём принимать вирар необходимо каждый день. Во-вторых, если прекратить принимать зелье хотя бы на три дня, то Дар безнадёжно деградирует и вчера ещё могучий чародей, будет не способен даже свечу зажечь. Выводы делайте сами… Ладно, — хлопнул ладонями по столу гном, поднимаясь на ноги. — Хватит вопросов. Идите за мной, пора приступать к практическим занятиям.

*****

Вопреки моим ожиданиям, зал для практических занятий оказался не угрюмым глухим подвалом, расположенным глубоко под зданием Академии, а самой обычной комнатой, не отличимой от сотен таких же, если бы не отсутствие мебели. Усадив всех на ковре в три ряда в позу пирамиды (ноги скрещены, спина выпрямлена, глаза закрыты, а руки свободно и расслабленно лежат на коленях) наставник, неторопливо прохаживаясь между рядами, начал объяснять нам принципы передачи энергии из источника магического Дара к заклинанию из десяти рун, начертанному на лежащем перед каждым листе бумаги.

Уже спустя минуту я внутренним взором увидел тонкую, с волос, нить Силы, соединившую моё сердце с центром рунного круга. Я, как-то незаметно для себя отстранился от мира и потерял счёт времени… происходящее вокруг отошло на второй план. Но, в то же время, я отчётливо видел и слышал всё, что происходило в комнате, даже за спиной. Такого полного и чёткого видения мира у меня не было ещё никогда.

— Не получается…

— Ого! Смотрите, оно светится…

— А у меня вспышка…

— Молодец, — похвалил гном, сидевшего в последнем ряду паренька, кстати, того самого «активиста», задававшего больше всех вопросов.

Постепенно, один за одним, все мои одногрупники закончили тестирование, и я остался в одиночестве.

— Что он так долго? — возмущённым шёпотом спросила тощая, с нездоровым цветом лица и стянутыми в хвост на затылке волосами девица, у своей маленькой и пухлой соседки, над которой возвышалась на две головы. — Если нет Дара, сколько не сиди, всё равно ничего не высидишь. Впрочем, чего ещё можно ожидать от навозника, — фыркнула стервочка.

Похоже, я окончательно спустился в иерархии группы на самое дно. Ничего, переживу! Чего бы действительно не хотелось, так это опаздывать на следующую пару (одногрупники уже покидали зал). Что там у меня, травничество, кажется? И пусть я довольно хорошо разбираюсь в изготовлении различных мазей и эликсиров, помогающих при травмах, ограничиваться только этой узкой областью не стоит.

Но, к моей радости, огненный шарик Дара перед моим внутренним взором начал тускнеть, истощаясь, и уже спустя минуту совсем исчез, оставив после себя только пустую оболочку-тень. Последняя капля Силы перетекла в руны. Я открыл глаза и распростёр ладонь над листом, мысленно приказав заклятью активироваться, как и учил гном.

Дрослир, до того напряжённо наблюдавший за моими действиями, в удивлении выпучил глаза и, с невероятной для своих коротких ножек скоростью, подбежал ко мне. Рунный круг в это время засветился ярким светом, подёрнулся светящимся туманом и из его центра на высоту человеческого роста поднялся тонкий столбик света, в мгновение разросшийся до самых краёв круга… и тут же осыпавшийся искрами.

— Молот мне в зад! — ошарашено, словно ему дали любимым молотом по черепу, прохрипел коротышка, с силой дёргая себя за короткую (для гнома, конечно) бороду и выдирая клок чёрных волос. — Невероятно! Клянусь бородой Подгорного Хозяина, это невозможно!

Я скромно молчал, стремительно, как рыба-пузырь на берегу, надуваясь от собственной значимости. Знай наших!

— Ты почти активировал заклинание! — рыбка резко сдулась. — Ты уже где-то учился? — подозрительно прищурился коротышка.

— Нет.

— Ты хочешь сказать… у тебя такой сильный Дар от рождения?! — я кивнул. — Так… Когда испытываешь сильные чувства… Дар как-то проявляется?

— Да. Меня и из деревни вытурили за постоянные пожары… — нехотя признался я.

— А как у тебя с эмпатией? — спросил гном какую-то чушь. Поиздеваться решил, недомерок?!

— Чего?

— Ты когда-нибудь чувствовал то же, что и другие люди? — терпеливо разъяснил Дрослир.

— В последние пару месяцев постоянно, с некоторыми даже говорить не могу, противно (чужие эмоции были подобны разноцветным светящимся запахам, а я стал собакой с великолепным нюхом — негативные эмоции, даже запрятанные глубоко-глубоко внутри, пахли очень неприятно, и это ещё мягко сказано). А девушки… э-э, — наставник понимающе кивнул, и я обрадовано заткнулся. Не рассказывать же, что от большинства бывших подружек меня стало откровенно воротить… хотя, не от всех, конечно. Были среди них и нормальные, с чьими недостатками мой «нюх» смог свыкнуться, пусть и далеко не сразу. Амбар старосты тому доказательство.

Гном, успокоившись, некоторое время молчал, задумчиво почёсывая под бородой.

— Вот что, парень, я от своих слов не отказываюсь, и буду ходатайствовать о твоём досрочном экзамене. Но ты ещё должен изучить теорию, — наставник подошёл к стоявшей в углу кожаной сумке и стал там копаться. — Сейчас… я дам тебе свой конспект… — Дрослир наконец-то достал из сумки довольно потрёпанную тухлую тетрадь. — Здесь собран весь необходимый тебе материал, но особо обрати внимание на правила сложения рун.

— Правила? — я встал и начал разминаться — всё тело ужасно затекло.

— Да, существуют руны, которые ни в коем случае нельзя объединять в одну цепь, иначе заклинание пойдёт в разнос. И есть руны, усиливающие друг друга… много чего ещё есть. А ты думал, всё так просто?

— Выучу, на память я никогда не жаловался, — ответил я, листая исписанную мелким неразборчивым почерком тетрадь. Хорошо хоть не на подгорном языке!

— И ещё, не забывай медитировать и записывать руны в книгу заклинаний. Понял?

Я поморщился.

— Всё равно нужно руны в книгу… проецировать? — вспомнил я сказанное наставником умное слово. Блеснул интеллектом, что называется.

— Конечно. Ты думаешь, я это просто так придумал? Нет. Мало того, что проецирую руну в книгу ты намертво её запоминаешь, так ещё и облегчаешь себе этим жизнь в будущем, — Трор достал откуда-то из-за спины свою книгу и, раскрыв на странице с рунным кругом, начал объяснять. — Скажи, как ты представляешь себе процесс создания рунного заклятья?

— Берёшь перо и пишешь, — пожал плечами я. — Это же очевидно.

— А вот и нет, — выпятил бороду гном. — Смотри.

Наставник, удерживая в левой руке книгу, пальцем правой начал нажимать на руны в круге, задерживаясь на каждой по несколько мгновений. А затем перевернул страницу.

— Я только что записал новое заклинание, — продемонстрировал мне гном записанное там заклинание из семи рун, выглядевшее действительно каким-то… свежим что ли?

— Но… как? — ошарашено пробормотал я.

— Просто. Касаешься пальцем нужного тебе знака: руны или Формы, без разницы, затем тянешься к ней мыслью и приказываешь перенестись на другую страницу… Теперь смотри, — Дрослир грубо выдрал лист с новым заклинанием из книги — на месте вырванного тут же появился новый, чистый лист. — Это заклинание Усталость Камня, самое простое в моём арсенале. Теперь можно просто провести ладонью по рунной вязи, и она перейдёт на нужный тебе объект. Останется только напитать руны энергией.

— И долго это? — вопрос интересный. Я заполнял заклинание из десяти рун почти три часа. Отсюда вопрос: это я такой тормоз или так и нужно?

— Что? Передача энергии? — переспросил гном. — По-разному… у меня или других из подгорного народа, минут десять-пятнадцать, а человек или гоблин справиться и за полминуты, — я невольно загордился своей расой, а то ишь ты — рунная магия не для нас! Правда, собственные успехи на этом поприще меня пока не вдохновляли. — Всё из-за вязкой структуры Силы. Да и, по большому счёту, маги Стихии Земли не самые быстрые, даже у людей… Ты не волнуйся, низкая скорость вывода энергии обычное дело для новичка, — словно прочитал мои мысли наставник. — Почему, ты думаешь, боевые маги постоянно тренируются в создании заклятий? Тренировки не только помогают до автоматизма разучить заклинание, но также развивают и скорость закачки в них энергии.

— Понятно, — настроение поползло вверх. — Ваши маги других школ…

— Только Стихия Земли, — прервал меня гном. — Другие Стихии нам недоступны, также как Светлым эльфам — все Стихии кроме Жизни.

— А орки?

— У орков лишь Огонь и Тьма, у гоблинов шаманизм, у Ночных эльфов — Тьма… ну и, магия Крови всем доступна, не скрою… Что с тобой?! — встревожился Дрослир, подхватывая меня у самой земли и поднимая на ноги.

Что случилось? Я в обморок упал что ли?!

— Всё нормально… слабость накатила… резко… — я с трудом сделал пару шагов. — Спасибо… я пойдя… на следующую пару… уже.

Я медленно побрёл к выходу. А ведь ещё по лестнице подниматься… блин.

— Да погоди ты! — схватил меня за рукав наставник. — У тебя же откат пошёл. Отдохни немного, к этому нужно привыкнуть.

— Нет… Я пойду, — я вежливо вырвал руку. — Не хочу… пропускать… До свидания.

*****

До нужной аудитории я добрался лишь спустя десять минут. Естественно, преподаватель уже был там, вернее была. Милая старушка лет семидесяти. Только взглянув на меня, она сразу всё поняла и без лишних вопросов разрешила войти. Я тут же занял уже закрепившуюся за мной парту, и сразу словно выпал из Мира. Нет, я всё слышал, всё понимал, даже вёл конспект, но в то же время находился как будто не здесь. Впрочем, ничего нового я на первой лекции не узнал, но всё равно записал — конспект был необходим для сдачи зачёта.

Насколько я понял из объяснений адеры, мне вовсе не придётся наизусть заучивать все четыре сотни рецептов зелий. На зачёт нужно будет предъявить лишь подробный конспект и приготовить один из тридцати наиболее употребляемых эликсиров… Ерунда. Самым трудным я считал не это… Для приготовления этих самых эликсиров необходимо научиться распознавать различные травы и другие ингредиенты, подчас довольно экзотические.

Где-то на середине пары я просто потерял связь с реальностью, полностью отрешившись от Мира. И очнулся только спустя два часа (судя по положению Мистеля на небе)… я шёл по двору Академии в сторону невысокого здания с огороженной глухим забором площадкой. От удивления я впал в ступор, резко остановившись, от чего в меня сзади кто-то врезался, недовольно пискнув и мимо, одарив наглеца негодующим взглядом, прошмыгнула неудачливая одногрупница. В руках у меня была книга заклинаний… Неужели в этом состоянии я ещё и что-то писал?! Я судорожно начал листать книгу (впрочем, из-за её скудного объёма, это не продлилось долго). В разделе «не-магические дисциплины» появился подраздел «ксенология»… память услужливо подбросила расшифровку. Наука о чужих расах… Та-ак, и что я записал? Интересно…

«Орки — средний рост около 190 см, ширококостные, мускулистые, имеют серо-зелёную кожу и глаза с красными белками.

Эльфы — средний рост 185 см, тонкокостные, жилистые. Отличительные черты: острые уши и пышные светлые волосы у лесных (Светлых) эльфов и черные либо молочно-белые у Ночных. Также Ночных эльфов отличает вертикальный „кошачий“ зрачок, более длинные, чем у светлых собратьев клыки и бледная, не поддающаяся загару кожа.

Гоблины — рост 150 см, серая кожа, мелкие, щуплые, лупоглазые,

Гномы — рост до 160 см, крупные, ширококостные, широкоплечие, имеют обязательную бороду.

Тролли — рост до 5 метров, поросшие чёрными или рыжими волосами по всему телу, обладают огромной мышечной массой, имеют большие надбровные дуги, крупные зубы и плоский широкий нос, низкий интеллект.

Драконы — ящеры с длиной тела до 35 метров, чешуя чёрных или коричневого цветов, четыре лапы с когтями, перепончатые крылья, на спине и голове (у самцов) шипы.

Вампиры — отличительные черты: длинные клыки, бледная кожа, огромная физическая сила.»

Что ж, кратко и ясно. Я закрыл книгу и засунул в карман. Все мои одногрупники уже вошли внутрь необычного здания. Судя по расписанию, здесь должен был проходить факультатив по фехтованию. Я торопливо зашёл внутрь и закрыл за собой калитку. Группа уже выстроилась в шеренгу посреди засыпанной песком площадки и теперь внимала словам прогуливавшегося перед строем мужчины лет пятидесяти, слегка прихрамывавшего при ходьбе. Я, стараясь быть как можно незаметнее, пристроился в конец строя. Но не тут-то было.

— Я думаю, молодой человек, с вашей недисциплинированностью Вам здесь не место, — сурово взглянув на меня, произнёс наставник. — Как я уже сказал вашим товарищам, мой предмет идёт для вашей группы как факультатив и посещать занятия не обязательно.

Я тихо выругался. Вот же повезло! Испортил отношения с наставником, даже не начав заниматься.

— Прошу меня простить, Мастер, но вы не правы, — брови наставника в изумлении взметнулись вверх, и он взглянул на меня удивлённо, даже с некоторым уважением. — Моё место как раз здесь.

— Ты будешь со мной спорить?! — я невозмутимо кивнул. — Ладно! Я устрою тебе испытание. Если ты его пройдёшь, то можешь оставаться, но если нет — вышвырну тебя из своей школы пинком под зад. Уяснил? — я опять кивнул. — Тогда иди в оружейную и надень самый тяжёлый из имеющихся там доспехов… Быстро!

Я сорвался с места и трусцой побежал в здание, хвала богам, слабость почти прошла. Как можно быстрее, я натянул на себя кольчугу и чешую, надел наручи, поножи и шлем, а в довершение ещё и прикрепил за спиной ножны с длинным мечом. Получилась почти полная копия моего оставшегося дома доспеха. Разве что немного тяжелее.

Спустя всего пять минут я вышел обратно на тренировочную площадку. А там произошли серьёзные изменения: строй моих одногрупников сильно усох — из двадцати восьми человек в строю осталось стоять лишь семеро. Вернее стояло пятеро, а ещё двое сидели на земле. Причина этого стала мне ясна очень скоро: из строя выдвинулся очередной несчастный и, судорожно вцепившись двумя руками в меч, пошёл на расслабленно стоящего наставника. Три удара… и ещё одно тело ощупывает пятой точкой песок.

— Хорошо, — похвалил Мастер пострадавшего. Стоявшая следующей в строю, знакомая мне пухлая подружка «стервочки», смертельно побледнела и сделала шаг вперёд. Но тут наставник заметил меня. — А-а, ты уже готов? Резво. Я хочу, чтобы ты пробежал вокруг здания Школы пятьдесят кругов… Вперёд!! И постарайся управиться с этим до завтра.

И я побежал. На самом деле, пятьдесят кругов вокруг Школы Меча, судя по её размерам, это километра три-четыре. Немало, но вполне реально, я и не столько пробегал. Мне вдруг вспомнился один давний спор с отцом, который являлся ярым поборником старых традиций, в частности, он не признавал недавно пришедшую в Эсхар и теперь стремительно завоёвывавшую лидирующие позиции новую систему измерений, заменившую наши футы, ярды и мили. Эта система измерений появилась в Арранской империи всего лет тридцать назад и быстро вытеснила все другие меры длины и веса, чему способствовали активные меры со стороны канцлера империи. Имя у него такое необычное… Владиемир Викторович Демьянов… кажется.

За размышлениями я и не заметил, как пятьдесят кругов подошли к концу. Пробежку я закончил задолго до темноты и даже задолго до конца пары. Наградой мне стал заинтересованный взгляд Мастера и удивлённые товарищей. Конечно, я ведь не производил впечатления силача. Так, крепкий парень.

— Молодец, — хмыкнул Мастер, указывая рукой на вкопанные вдоль стены в произвольном порядке столбики различной толщины и высоты. Сейчас заставит прыгать, понял я, у отца была точно такая же дорожка. Дело привычное. — Слева направо на левой ноге, обратно на правой, — не обманул моих ожиданий наставник. Кстати, как я услышал из разговора между замученными одногрупниками, звали его Ронгар, Крон Ронгар. — А вы что расселись?! — рявкнул наставник на, свалившихся кулями с мукой на землю, страдальцев (исключение составлял лишь запомнившийся мне ранее южанин, он-то выглядел почти свежим). — Встали и побежали!

В это время я уже прыгал… Раз-два, раз-два, смена ноги, раз-два, раз-два, соскок — всё просто. Как я и думал, особой проблемы для меня это испытание не составило, через пару минут я снова стоял перед наставником. И, судя по его довольному лицу, свой пинок я сегодня точно не получу.

— Возьми меч, — я снял со спины ножны с мечом и, достав клинок, отбросил их в сторону. — Нападай.

Я не заставил себя ждать.

Широким шагом приблизившись к наставнику, я нанёс стремительный удар наискосок сверху вниз… А дальше началось избиение: на все мои атаки и финты у Мастера самым необъяснимым образом находился ответ, а его атаки с каждым разом становились всё опаснее — любая из выстраиваемых мною защит раскалывалась под диким напором как гнилой орех. Каким чудом я продержался целую минуту и не получил при этом ни одной условно несовместимой с жизнью раны, можно было только гадать. По уровню мастерства Ронгар явно превосходил отца, а ещё эта неестественная быстрота. Несколько раз я замечал, как в моменты наибольшей опасности Мастер Меча словно размывался, с удивительной лёгкостью уходя от атаки… И вот снова движения наставника стали текущими и плавными, он размылся в пространстве и в мою сторону последовал молниеносный выпад. Практически разрывая мышцы и связки, я с трудом парирую удар… пытаюсь закрыться от следующего, но просто не успеваю…

— Кх-м… сойдёт, — старательно пряча довольную улыбку и убирая меч от моего горла, произнёс наставник. — Вот что, на сегодня всё. Отдыхай. А завтра утром за полчаса до рассвета я тебя жду здесь.

— Хорошо, — я удивился, но возражать не стал, до конца пары ещё добрых полчаса, но отдохнуть я не против. Только зачем в такую рань приходить? А-а, Тьма с ним, не буду спорить! Всё равно рано встаю. Я, быстро скинув броню и, попрощавшись с Мастером, быстрым шагом пошёл в столовую. Свободное время нужно использовать с умом.

*****

Определённо, хорошая еда творит чудеса. Сотворила она чудо и в этот раз — усталость как рукой сняло. Это и сыграло со мной дурную шутку, энергия, бившая через край, требовала выхода и я бегом, перепрыгивая через ступени, мчался по лестнице. Свернул за угол…

— Сс-ш, — зашипел от боли оказавшийся за углом человек. Бедняга присел завязать шнурки, довольно неудачно присел… и моё колено это доказало… Тьма! Аристократ, вот это я попал!

— Извините, — попросил я прощения, судорожно вытаскивая из кармана носовой платок и протягивая пострадавшему, безуспешно пытавшему остановить кровь, льющуюся ручьём из разбитого носа. — Я был невнимателен. Ещё раз про…

— Ублюдок!!! Как ты посмел?! — срывающимся на визг голосом прокричал молодой фор, запрокидывая голову верх и прикладывая платок к носу, а второй рукой выхватывая меч. — Убью!

— Стоять! — раздался сбоку спокойный, буквально промораживающий до костей голос, принадлежащий высокому худому мужчине с костистым злым лицом и колючими, пустыми глазами. В руке он держал длинный посох. — Драки запрещены в этих стенах, — я испытал к незнакомому магу чувство благодарности, пусть с виду он и надменная сволочь, но жизнь мне спас. Нет, аристократика я не боюсь, но вот обойтись без крови у меня вряд ли бы получилось. За пролитие же крови аристократа простолюдину полагается смертная казнь через колесование… Я только надеюсь, разбитый нос не считается.

— Смерд меня оскорбил! Я хочу, чтобы он сдох!

— Мне плевать! — осадил маг возмущённого фора. — Все драки только за пределами Академии.

— Значит, я выведу его за пределы Академии, — маг безразлично пожал плечами и направился прочь. — Пошли! — это уже мне. Ага, счаз! Делать мне больше нечего.

Это я благополучно и высказал, приблизительно в таких же выражениях.

— Что-о? — аристократика словно молния ударила, он застыл на месте, а затем, медленно повернувшись, в крайнем изумлении посмотрел на меня. Как?! Какой-то смерд не выполнил его приказ?! — Трус! Ты не мужчина! — Я скромно промолчал. Я, конечно, не древний герой Патрокл Бесстрашный, но сомневаюсь, чтобы и он согласился идти на верную смерть ни за что. И уж поверьте, мне ни капли не стыдно. Глупо сдохнуть из-за какой-то фигни в мои ближайшие планы не входит уж точно. — Я вызываю те…

— Закрой пасть! — неожиданно прорычал не успевший отойти далеко маг. — Прежде чем трепать языком, подумай сперва своими куриными мозгами о последствиях…

— Да как ты смеешь! — возмутился парень, такого он от неизвестного мага стерпеть уже не мог. — Я граф фор Мерула, старший сын герцога… — я начал мысленно выбирать себе обивку для гробика. Есть у норкцев, кажется, такая пословица: о силе человека суди по его врагам. Если пословица не лжёт, то тут впору задуматься о моём божественном происхождении. Какой-нибудь бог Вселенской Тупости или что-то в этом роде… три раза зловеще ха-ха… Блин! У меня истерика что ли? Дожил.

— А я Магистр Зэтр! И я плевать хотел на то, кто твой отец! — бесцеремонно прервав графа, Магистр схватил его за грудки и притянул к себе. — Вызвать на поединок чести можно лишь равного по положению, вызывая смерда, ты тем самым признаёшь его равным себе!

— Я…

— Не здесь! — маг окинул недобрым взглядом столпившихся вокруг зевак. — Вы… пшли вон! — видимо, у Магистра была серьёзная репутация, потому как толпа начала стремительно рассасываться.

Смылся под шумок и я.

На ксенолингвистику я всё же успел, забежав в аудиторию одновременно со звонком. Преподавателя ещё не было, также как и большей части студентов. Лишь пятеро мрачных индивидуумов сиротливо расползлись по разным углам кабинета. Я занял как всегда первую парту и неторопливо начал раскладывать на столе письменные принадлежности, попутно рассматривая причудливое убранство кабинета. Не знаю, какое отношение к ксенолингвистике имеют чучела зверей, но здесь их было очень и очень много. И я бы не сказал, что этот вид доставлял мне эстетическое удовольствие, скорее наоборот. Я и представить себе не мог, что существуют где-то подобные омерзительные твари, а уж что кому-то придёт в голову их собирать, и подавно.

— Здравствуйте, — в кабинет вошла женщина лет пятидесяти на вид, одетая в мантию преподавателя, но без гербового кольца. — Садитесь. Меня зовут адера Мив Гореш (интересное имя, не эсхарское), я буду обучать вас языкам не-людских рас, а также любым другим, по желанию. Курс моего предмета не имеет чётких временных рамок, зачёт я буду принимать по мере вашей готовности. А теперь я бы хотела провести небольшое тестирование… — адера достала из небольшого портфеля тонкую стопку бумаги. — Сейчас я раздам вам по листу с объёмными картинками… Внимательно всмотритесь в каждую картинку и постарайтесь запомнить её в мельчайших подробностях…

Получив свой лист, я начал сосредоточенно всматриваться в рисунки, ощущая как с каждым мгновением у меня в голове нарастает жжение, ставшее после третьей картинки просто нестерпимым и я, не выдержав боли, прервал пытку и откинулся на стуле, тяжело дыша. Осмотрелся по сторонам. А неплохо! Я закончил тест предпоследним, отстав лишь от южанина, но и он через пару минут сдался, также откинувшись на стуле и вытирая платком вспотевшее лицо.

— Прекрасно, — похвалила нас спустя десять минут адера, закончив изучать что-то на собранных листах. — Я думаю, теперь мне стоит вам кое-что объяснить.

Да уж, хотелось бы! Потому как мои мозги, словно корова пожевала. Неприятное, я скажу вам, ощущение!

— Дело в том, что вам просто невероятно повезло, — а вот здесь я почувствовал подвох, так как был полностью уверен, что с везением у меня в последнее время туговато. — У вас есть шанс стать первыми, кто испробует на себе действие нового, недавно разработанного нашими магами метода обучения. Теперь нет надобности в долгом и кропотливом изучении языка, так как вся необходимая информация загружается прямиком в мозг. Сразу скажу, это метод абсолютно безопасен, — ну-ну, с каких это пор быть подопытной крысой стало безопасно? — Естественно, могут присутствовать некоторые побочные эффекты, наподобие лёгкой головной боли… Но более серьёзные последствия абсолютно исключены — для того мы и проводим предварительное тестирование, которое определяет какой объём данных возможно единовременно загрузить в мозг человека.

— И что же показало тестирование? — поинтересовался южанин, массируя виски.

— Всё очень неплохо, а у вас и Харлафа из Больших Петухов так и вовсе прекрасно. А теперь, я бы хотела узнать, вы согласны принять участие в эксперименте? Несогласных прошу подписать подписку о неразглашении государственной тайны и покинуть помещение, — на край стола адера положила следующую стопку бумаги. — Те, кто согласен на участие в эксперименте, также должны дать подписку, — это лишь мне и южанину, так как остальные студенты оказались умнее.

Я, подписав документ, несколько секунд постоял в нерешительности, но всё же вернулся на место, так как на фоне образовавшихся у меня буквально несколько минут назад проблем, опасность стать беззаботным идиотом не так уж и ужасает.

— Что ж, теперь, когда все лишние люди покинули помещение, я могу объяснить всё более подробно, — адера махнула рукой, приглашая нас с южанином сесть вместе и поближе к ней. — Сразу скажу, методика наша на данный момент чрезвычайно дорога, так как для заполнения лишь одного камня, — Мив достала из портфеля и положила на стол небольшую матовую пирамидку. — Требуется совместная работа мага высокого уровня и высококлассного лингвиста на протяжении трёх дней. Поэтому, мне позволено загрузить каждому подопытному лишь по три стандартных камня с данными… для чистоты эксперимента. В связи с этим я предлагаю вам выбрать три самых необходимых с вашей точки зрения языка.

Я задумался. И что бы выбрать? Особых предпочтений у меня нет.

— Вы не могли бы что-нибудь посоветовать, — попросил я. Южанин (кстати, стоит с ним всё же познакомиться) согласно кивнул.

— Хорошо… Учитывая вашу специализацию, я советую вам взять подгорный язык, так как большинство трудов по рунной магии написаны на этом языке. Далее, урук-хае — язык орков, соседи всё-таки, — ухмыльнулась колдунья. — И третьим, я бы предложила язык древних, так как на нём записывают свои труды маги Арранской империи.

Насколько я знал, древний (или иначе аанский), это язык существовавшего около двух тысяч лет назад государства, объединявшего все современные человеческие страны и оказывавшего огромное влияние на не-человеческие. Язык-то мёртвый, да только на его фундаменте созданы все современные людские языки, а особенно к нему близок арранский, насколько это, конечно, возможно, спустя две тысячи лет.

— Может выбрать эльфийский?

— Не стоит, эльтиари слишком сложен, — покачала головой женщина. — Одно и то же слово в этом языке может иметь несколько значений, в зависимости от интонации, места расположения в предложении, личности произносящего… и многих других причин. Нет, если вы хотите, можно взять и эльтиари, но тогда от изучения остальных языков придётся отказаться, — мы с южанином синхронно замотали головами. — Хорошо.

— Скажите, ваша… методика, позволяет выучить что-то ещё… например, теорию магии или травничество? — просто ради интереса спросил я.

— Конечно, пусть способ обучения и несколько другой: при обучении языку используется принцип словаря, то есть слово и соответствующий ему образ соотносятся со словом и образом из другого языка, при обучении же травничеству просто необходимо внедрить в сознание большое количество последовательно расположенных образов.

У меня дыхание захватило от предстающих перспектив.

— Великолепно! Какие возможности для обучения! Всего за несколько дней любой человек может изучить всё, что угодно…

— Не стоит так радоваться. Обучение лишь одному подгорному языку, довольно простому, кстати, стоит почти семь сотен золотых империалов, — я почувствовал как мои глаза вылезают на лоб. — Увы, но наш метод пока непригоден для широкого использования. К тому же, обучение происходит не настолько быстро, как вы подумали. Конечно, перенести знания из камня в мозг это дело нескольких минут но, как я сказала ранее, знания можно передавать лишь порциями, размер которых у всех разный. Затем следует период адаптации, когда информация усваивается мозгом обучаемого — для этого мы с вами будем ежедневно встречаться и практиковаться в языках. Только после окончания адаптации возможно внедрение новой порции данных.

Мы с южанином перекинулись ошарашенными взглядами, оказывается не всё так просто и нам всё же придётся немало поработать. А я уже свыкся с мыслью о халяве…

— У вас ещё есть ко мне вопросы? — нетерпеливо спросила адера. — Нет? Отлично… Харлаф, дай мне левую руку.

Из аудитории я вышел спустя десять минут, пошатываясь как пьяный и неся раскалывающуюся на куски голову, словно драгоценную вазу. Следом за мной, в точно таком же состоянии, вывалился из дверей и мой товарищ по несчастью.

— Я Мирсен Норлот, — протянул мне руку южанин. Смотри ты, не побрезговал! — Можно просто Мирс.

— Харлаф из Больших Петухов… Хар, — я ответил на крепкое рукопожатие. — Ты с юга?

— Да, из Гернола, — я всё-таки не ошибся, Мирс действительно южанин, южнее просто некуда.

— Орков видел?

— Видел, — недовольно буркнул парень, отворачиваясь. — На караваны отца пару раз нападали… Ладно, пойду я… Пока.

— Пока, — я привалился плечом к стене. Поговорили называется… кто же знал, что это у парня больная тема… Всё, пойду спать, пока не упал прямо здесь.

Спокойной ночи.

Глава 4

Крепкий и здоровый сон — залог крепкого здоровья, так мне говорила бабушка, когда я был маленький. Что ж я бабушку-то не слушаюсь, а? Только же лёг и опять пора вставать… И не отдохнул почти, разве что голова уже не болит. Вяло, в полусне, поднявшись с постели и приведя себя в порядок, я двинул к мастеру Ронгару, раз уж обещал.

Лёгкая предрассветная прохлада и влажный от росы песок тренировочной площадки… благодать. Самое время для тренировки. Я закрыл за собой калитку и побрёл к сидевшему у стены на коврике наставнику.

— Присаживайся, — не открывая глаз, Мастер кивнул в сторону второго коврика, в полуметре от себя. Я присел, скопировав положение тела наставника — всё та же незабвенная поза пирамиды, что используется и в медитациях магов. Только на коленях Мастера Меча (о его ранге говорила серьга с рубином в мочке левого уха — в Арранской империи это отличительный знак бойца высочайшего класса, дающий право на получение дворянства) лежал длинный меч на полторы руки, с испещрёнными мелкими рунами крестовиной и узким прямым лезвием. В центре гарды находился янтарный кругляш размером с золотой империал, заточённый в круг из рун. Чудовищно дорогое оружие, а, учитывая, что выкован меч из голубой гномьей стали, стоить он должен как целый замок с несколькими деревнями в придачу.

— Расскажи о себе.

Я замялся.

— Что рассказывать-то?

— Всё: кто, откуда, кто отец, кто мать…

— Зовут Харлаф, родом из вольной деревни Большие Петухи, мать умерла, когда мне было год отроду, а отец, Брамак из Кунга, жив до сих пор и держит постоялый двор в деревне. Есть младшая сестра.

— Где ты научился обращаться с мечом? — наконец проявил хоть какие-то чувства наставник.

— Отец обучил. Он бывший легионер.

— Какой легион?

— Третий. Первый десятник третьей сотни первой тысячи Третьего легиона.

— Ого! Серьёзно, — уважительно прищёлкнул языком Ронгар.

Реакцию Мастера можно понять, если знать положение дел в королевстве: в Эсхаре на данный момент существует пять легионов, в каждом по шесть тысяч шестьсот человек. Много конечно, но очень уж беспокойные соседи вокруг. По традиции, Первый легион расквартирован в столице и её окрестностях, Второй легион разбросан по крепостях страны и никогда не собирается в полном составе, Четвёртый легион располагается на границе с Лантаром, а Пятый — на границе с Арранской империей. Третий же легион прикрывает самый опасный участок границы — со стороны орков, непрерывные набеги держат его в постоянном тонусе, не позволяя расслабляться личному составу. И, пусть Первый легион считается самым сильным из пяти, но на деле это уже давно не так, а всё из-за огромного количества холуёв и лизоблюдов, оказавшихся недостаточно родовитыми, чтобы попасть в королевскую гвардию и вынужденно осевших в легионе.

Соответственно, Третий легион на данный момент самых боеспособный из всех, элита. Но и среди этой элиты выделяются свои лидеры. Лучшей считается первая тысяча, а худшей — шестая, тот же принцип применяется и для сотен с десятками. Исключение составляет лишь третья сотня — первая и вторая сотни каждой тысячи это личный резерв командования, лучшие бойцы тысячи… в строю. Третья же сотня выполняет совсем другие задачи, как-то рейды вглубь вражеской территории, диверсии, разведка, охота за головами и много ещё чего другого. Вот такой у меня отец.

— Скажите, Мастер, очень сложно получить серьгу? — решился всё же спросить я.

Наставник улыбнулся кончиками губ, вопрос его, видимо, не удивил.

— Сложно. Пока что ты на это не способен, — а то я не знаю!

— Просто на будущее… что для этого нужно?

— Знаешь, это не так-то просто объяснить, — поморщился наставник. — Вообще, в Арране существует своеобразный культ воинского мастерства, с сопутствующим ему законодательством и ранговой системой. Во-первых: обучаться владению оружием в империи можно лишь в Школах Меча, имеющих государственную лицензию или в армии. Во-вторых, право на ношение оружия имеют только выпускники этих самых школ, что обеспечивает определённый энтузиазм в поступлении туда со стороны широких масс населения. И хотя, фактически, девяносто процентов учеников просто стремятся сдать экзамен и получить заветное серебряное кольцо воина на большой палец руки, оставшиеся десять процентов это тысячи и тысячи неплохих мечников, гордость империи.

Среди этих десяти процентов существует деление по уровню мастерства на два ранга… Воин, продолживший обучение в Школе Меча, имеет право на сдачу следующего квалификационного экзамена — на ранг Мечника, и в случае успеха получает серебряный перстень с гербом своей Школы и магическую татуировку на запястье. Если же его постигла неудача, то он может снова попытать счастья через год. И второй ранг — Мастер Меча. Отличительным знаком Мастера Меча является та же татуировка, — наставник вытянул вперёд руку и я с изумлением увидел, как у него на запястье проявляется, словно всплывает из-под кожи, татуировка, вписанный в круг, расположенный рукоятью вверх на фоне восходящего Мистеля, меч. — И серьга с рубином в мочке левого уха…

В твоём случае, так как ты не обучался в Школе Меча, получение ранга дело несколько более сложное: либо ты платишь за возможность сдачи экзамена тысячу империалов, либо предоставляешь экзаменаторам рекомендации от признанного Мастера Меча. Надеюсь, что из себя представляет квалификационный экзамен, объяснять не нужно? — я промолчал, вопрос был явно риторическим. А дальше началось. Целый час Мастер мучил меня самыми различными вопросами по самым неожиданным темам, начиная с моего любимого цвета и заканчивая вопросом о сексуальных пристрастиях… К чему был этот допрос, я не совсем понял но, в конце концов, и он закончился.

Я облегчённо вздохнул.

— Хорошо, — неожиданно произнёс наставник Ронгар, поднимаясь на ноги и направляясь в дом. Я недоуменно уставился ему в спину, но с места не двинулся. Вернулся мечник спустя десять минут, неся в руках длинный свёрток. Моё сердце на секунду замерло, а затем понеслось бешеным галопом. Я уже знал, что находится в свёртке. И не ошибся… вскоре моему взору предстал великолепный меч, почти полная копия клинка учителя, разве что рунная вязь поскромнее. — Держи.

Я несмело, дрожащими от волнения руками взял меч… и чуть не упал. В мой разум неожиданно хлынул поток невероятных образов…

Орден Аан …основан две тысячи лет назад императорскими гвардейцами недавно распавшейся в результате гражданской войны империи Аан …возглавляет Магистр …Круг Мастеров …Мастер — рыцарь Ордена воспитавший ученика, ставшего рыцарем …рыцарь — воин, которого меч Духа признал достойным… воин Ордена — новичок с ученическим мечом …мечи куют гномы в благодарность …отряд гвардейцев, сопровождавший приехавшего с визитом к гномам принца, погиб, сдерживая прорвавшихся из недр Калиона демонов …гномы создают лишь заготовку меча Духа …Мастер копирует часть своего сознания в заготовку: боевые навыки, представления о мире, опыт… учитель отбирает ученика без гнильцы, вручает ему меч, а тот со временем решает, достоин ли воин стать рыцарем …ученический меч остаётся для будущего ученика, а сам он едет к гномам и берёт чистый клинок …меч рыцаря Ордена мощное руническое оружие, признающее только одного хозяина, так как в нём находится часть его души… — не знаю, сколько я так простоял, окаменев и отрешившись от внешнего мира, но поток образов постепенно начал ослабевать и блекнуть, что и позволило мне вынырнуть в подзабытую уже реальность.

— Я смотрю, ты познакомился со своим новым другом, — окончательно привёл меня в чувства голос наставника.

— Вы хотите, чтобы я стал вашим учеником?

— Да, — не стал отрицать очевидного Мастер. — А ты против?

Я задумался. Шанс великолепный, но нужен ли мне этот непонятный Орден? Хорошо, попробую…

— Я согласен. Где нужно расписаться кровью? — пошутил я.

Мастер хмыкнул.

— Кровь тебе ещё пригодиться. Всё, что нужно, уже сделано, если меч тебя признал, значит, ты в Ордене.

— Как всё просто. А если бы я не согласился? — просто ради интереса спросил я.

— Я бы забрал меч и начал искать нового ученика, — пожал плечами Ронгар. — Через пару лет меч точно нашёл бы своего хозяина.

— Через пару лет? Да любой согласиться…

— Согласиться любой, только не любой подойдёт. Лишь человек без гнили в душе, может вступить в Орден, — учитель поднял руку, пресекая мою попытку задать вопрос. — Это не просто прихоть, а вопрос выживания. Самим Творцом наш Орден поставлен хранить этот мир от разрушения, — я скептически поморщился. Ну что за бред? Ладно ещё один псих, возомнивший себя мессией и спасителем мира, но целая организация? — Я понимаю, сейчас ты мне не веришь, но со временем ты к этому обязательно придёшь.

— Может быть, — не стал я разочаровывать учителя. Нравиться ему верить во всякую чушь — пусть верит. Мне от этого хуже? Лишь бы учил. — Так, когда мы приступим к тренировкам?

— Собственно, мы уже приступили. Ведь ты же знаешь, что в мече находится часть моего сознания, отвечающая за боевое мастерство… Меч подскажет тебе всё что нужно, останется только довести движения до уровня рефлексов, но и это будет намного проще, чем раньше. К тому же, не так много я могу тебе дать — твой отец поистине великолепный мечник, не знаю, кто обучал его владению мечом, но это, наверняка, один из членов нашего Ордена. Очень уж у тебя чистая техника, не придётся даже переучивать…

— Получается, вы мне и не нужны? — ехидно поинтересовался я.

— Если ты так и хочешь остаться просто хорошим мечником, то не нужен, — Мастер Ронгар усмехнулся. — Но, если желаешь стать кем-то большим, то списывать меня со счетов ещё рановато.

— Ладно, так уж и быть, — милостиво махнул рукой я, вызвав очередную ухмылку учителя. — Так чем мы займёмся? — я перешёл на серьёзный тон.

— Во-первых, ты должен научиться общаться с мечом осознанно… возьми его в руки и потянись мыслью к камню…

Я, с некоторой опаской, взял меч в руки и представил, что погружаюсь в центр янтаря, растворяясь в нём полностью и без остатка… В тот же миг в моё сознание снова ворвался поток образов. Но на этот раз я уже был готов, а потому, спустя долгие мгновения запредельных усилий, мне всё же удалось сформировать свой вопрос. И, конечно, я задал вопрос о будущем обучении…

…каждое утро на восходе Мистеля медитация два часа …в это время самая чистая энергия …1/20-ю часть энергии в камень меча, остальное на подпитку организма …самое сложное здесь, научиться перерабатывать энергию дневного светила (древние называли его Аан — отсюда и пошло название Ордена и их империи) в собственную жизненную силу …боевой транс — мозг это своеобразный предохранитель, не даёт телу раскрыть свои силы …мать поднимает вековое дерево, придавившее ребёнка …опасно, для поддержания этого состояния используются жизненные силы человека и он может умереть …энергия, накопленная во время медитации, позволяет воину находиться в боевом трансе несколько минут …сила, накапливаемая в камне — резерв в бою, заживляет раны, снимает усталость и… — я, чувствуя как сознание начинает мутнеть и словно подрагивать, с трудом прервал слияние, едва не свалившись на землю. Не представляю, как буду это делать в бою… Тренироваться придётся долго.

Кстати, интересный факт: и у магов и у воинов в процессе тренировок есть такой элемент, как медитация. Медитация для магов это погружение внутрь, к ядру Дара и слияние с ним, а у воинов всё наоборот — сливаться необходимо с внешним миром и тянуть энергию уже оттуда… Стоп!

— Учитель, — раз я назвался учеником, то и называть Мастера должен соответственно, а не нейтральным «наставник». — Скажите, тренировки у вас не помешают мне колдовать?

— Что за чушь? — возмутился Крон, даже повернув голову в мою сторону, хотя до того разговаривал со мной сидя на коврике полностью неподвижно. — Среди рыцарей Ордена полно сильных магов… Да что далеко ходить за примером? Смотри, — Мастер вытянул перед собой руку и сосредоточился — в сантиметре над его ладонью начал медленно расти ярко-оранжевый огненный шарик, источающий вокруг невероятный жар. Я отодвинулся в сторону, опасаясь за свои брови. А вот учитель даже не поморщился, значит, правду говорят, что магически созданный огонь самого мага не обжигает. Спустя две минуты фаербол был завершен, став размером с кулак.

— Ого! — я с интересом рассматривал магический снаряд, подзабыв даже об опасности лишиться волос. — Научите меня, — не смог я упустить шанс изучить боевое плетение. — Пожалуйста.

— Нет, — покачал головой учитель. — За изучение боевой магии тебя могут исключить из Академии…

— Плевать! Я сюда не закорючки рисовать пришёл, а боевым магом стать!

— Изучив плетение фаербола, боевым магом не станешь, — вполне резонно возразил Мастер. — Ни одной же Формы я не знаю. Я и фаербол-то научился создавать лишь спустя пять лет тренировок. К тому же, времени на тренировки в боевой магии у тебя всё равно нет.

— Я найду время. Буду приходить сюда, к вам, после занятий и тренироваться.

— Этого мало, несколькими часами в день ты погоды не сделаешь.

— Я сдам другие предметы досрочно! — совсем обнаглел я. Учитывая предстоящие нагрузки на рунной магии и лингвистике, замахиваться на нечто большее это уже был предел наглости. Впрочем, теорию магии и ксенологию учить наизусть не обязательно, достаточно иметь общее представление о предмете и конспект.

— Хорошо, — сдался учитель. — Но на многое не рассчитывай… Я вижу, ты всё равно не успокоишься… Вытяни перед собой руку. От ядра Дара через руку мысленно протяни четыре нити Силы, выведи из ладони и сплети из них каркас для фаербола, а затем проведи по ним в созданную конструкцию энергию из ядра. Понял?

— Да, — я сосредоточился, погрузил разум в пылающий шар Дара и… конечно, ничего у меня не вышло. Только начавшие выползать из ядра тонкие усики энергетических нитей, просто истаяли по непонятной мне причине. Я вздохнул, предвкушая долгие и изнурительные тренировки. Лишь бы только не пять лет…

Промучившись ещё около часа над созданием фаербола и так ничего и не добившись, я угрюмо поплёлся на пары, пытаясь проанализировать свои действия и понять, где совершил ошибку. Что-то там понималось, но как осуществить это на практике, мне пока ясно не было.

Не знаю, заметили ли мою отстранённость одногрупники, но адер Компт постоянно бросал в мою сторону странные взгляды, спасибо хоть не трогал и не дёргал вопросами. Интересно, уже вся Академия в курсе вчерашних приключений моего колена? На самом деле, в понимании большинства студентов и преподавателей я уже должен быть где-то далеко от Академии, сидеть в стогу и дрожать от страха в ожидании праведной мести графа. Не удивлюсь, если моя личность и поступок стали одними из самых обсуждаемых в Академии за последние часы. Все, видимо, ожидали от меня каких-то действий, метаний и криков, сопровождаемых вырыванием волос из шевелюры и из задницы, а я, стыдно признаться, даже как-то подзабыл о произошедшем. Убегать я не собирался, что-то пытаться предпринимать в отношении целого графа тоже бесполезно, остаётся только положиться на случай и удачу. По большому счёту, если я буду безвылазно сидеть на территории Академии, то предпринять в отношении меня что-либо фору будет очень сложно. Вот и буду сидеть, заняться есть чем, а уж жить-то как хочется!

Кстати, почему бы мне не тянуть из ядра один большой жгут Силы, разделив его на мелкие только непосредственно перед созданием плетения. Тогда у меня проблем с контролем стабильности потоков быть не должно… А ведь должно получиться!

— Молодой человек, вы меня слышите? — выдернул меня в реальность густой тяжёлый голос. Ну, ничего себе задумался! Даже не заметил, как сменился преподаватель.

— А? Да, конечно, адер, — ляпнул я. Гном поморщился, такое обращение было ему явно неприятно — у подгорного народа нет такого жёсткого деления на сословия и формально у них все равны.

— Повторите, что я сказал.

Я растерянно заметался взглядом по аудитории, пытаясь найти там подсказку. Удивительно, но я даже заметил несколько направленных на меня сочувствующих взглядов.

— Я не могу, — признался спустя несколько секунд я, понимая, что выкрутиться не получиться.

Гном недовольно поджал губы.

— Кто может помочь молодому человеку, — неожиданно с места поднялась знакомая мне «пышка», сопровождаемая удивлённым взглядом сидящей рядом стервочки и всей группы.

— Вы предложили нам в рамках курса рунной магии выбрать себе специализацию: артефакторика, големостроение или алхимия. Каждая из предложенных специализаций имеет свои плюсы и минусы. В големостроении человеку невозможно достичь сколько-нибудь серьёзных успехов по причине неподходящей структуры Силы, максимум, что может сотворить колдун это детская игрушка или несложный механизм вроде часов… Данную специализацию стоит выбрать людям с небольшим Даром. Следующая — алхимия, наиболее подходит для нашей расы, но в результате определённых преобразований Дара, алхимики теряют способность создавать боевые заклинания. И, последний из предложенных вариантов — артефакторика, здесь ограничений нет, но желательно иметь уровень Дара выше среднего… Всё.

— Хорошо. А теперь я прошу поднять руки тех, кто желает специализироваться по големостроению… семеро. Запишите свои имена на листе, — пустил по рукам лист бумаги гном. — Алхимия… четырнадцать, — ещё бы, конечно большинство захотело стать алхимиками, это ведь самая прибыльная профессия. Далее лист перешёл к будущим артефакторам и почему-то я не удивился, когда среди них почти в полном составе оказались те, кто вместе со мной занимался у мастера Ронгара. Вот они, будущие перебежчики, счастливые жертвы имперской пропаганды.

Я вписал своё имя в список и передал его наставнику, а когда тот отвернулся к столу, нашёл взглядом «пышку», оказавшуюся обладательницей совсем не подходящего к её мягкой внешности имени Лоран и кивком поблагодарил, дождавшись в ответ дружелюбного взгляда. И что стало причиной такого ко мне отношения с её стороны? Ничего кроме вчерашнего происшествия с фором мне в голову не приходило. Что же ей сделали благородные, раз девчонка даже решила податься в боевые маги?

— Теперь открываем магические книги и записываем… А вы, молодой человек, можете быть свободны, у вас уже есть задание, — обратился ко мне наставник. — Зал для практических занятий открыт, — я послушно поднялся из-за парты и направился прочь из класса, провожаемый холодно-презрительными взглядами одногрупников (они явно решили, будто меня отправили на дополнительные тренировки из-за слабого Дара… я ведь так долго сидел над рунным кругом). Интуиция подсказывала, что с этого момента моя лёгкая жизнь закончилась.

Глава 5

Каждый человек знает, что алкоголь вреден для здоровья. Он не только разрушает мозг и печень, но и имеет обыкновение втравливать своего поклонника в самые разнообразные неприятные неприятности. И, если для обладателя магического Дара первые два пункта не представляют особой опасности, то третий, по крайней мере, для одного конкретного обладателя Дара, опасен втройне. Учитывая же крайнюю усталость этого самого обладателя и полное отсутствие ранее практики в поглощении данного вещества, то шанс вляпаться в неприятности достигает ста процентов…

— Привет, красотка, как ты относишься к неспешной прогулке по городу, плавно переходящей в ни к чему не обязывающий завтрак, — выдал подошедший к нашему столу и склонившийся над Лоран молодчик…

Остроумие оценено не было.

Последовавший далее мордобой описывать смысла нет, да я его и не вспомню. Помню лишь, что в ответ на крики молодчика, решившего угрожать мне местью отца, я ответил крохотным фаерболом… сидеть он теперь не сможет долго. Порадоваться успеху я не успел — по закону подлости именно в этот момент в ресторанчик за каким-то демоном занесло одного из младших преподавателей Академии (судя по форменной серой мантии).

Протрезвел я мгновенно.

— Завтра после обеда зайди в деканат забрать документы, — неспешно подойдя ко мне, произнёс маг и, не говоря больше ни слова, спокойно направился к пустующему столику в углу зала.

— Вот и отметили, — подытожил, спустя минуту тяжёлого молчания, произошедшее Мирс, с сумрачным видом разливая остатки вина по бокалам.

Прошло четыре месяца с тех пор как я учусь в Академии. Четыре месяца непрерывной зубрёжки и изматывающих тренировок. Начиная со счастливого дня выбора специализации, я начал добровольно измываться над самим собой, а как ещё можно назвать круглосуточные тренировки и медитации, изредка прерываемые коротким сном? Итогом этого дикого марафона стала досрочная сдача экзамена по рунной магии и зачёта по ксенолинглистике, что и стало причиной похода в ресторан с друзьями.

Мирс и Лоран, оказавшаяся дочерью купца второй Гильдии Артенса Нунка, торговца шерстью из Довера, были единственными из группы, кто поддерживал со мной дружеские отношения, так что отказаться от их предложения я просто не мог. Тем более что Антонис, граф фор Мерула, с моего лёгкого колена получивший прозвище «Нос», два месяца назад покинул стены Академии в неизвестном направлении, не выдержав перешёптываний за спиной. Перед отъездом он, с нехорошей ухмылкой на лице, пообещал сделать мне подарок, в связи с чем я две недели спал в обнимку с мечом. Но, видимо, ничего у моего врага не вышло и, в результате, опасаться за свою жизнь я стал меньше, чему поспособствовали также и успехи в боевой магии.

Хвала богам, пяти лет мне для изучения плетения фаербола не понадобилось, хватило и месяца. Далее же, за неимением нормального наставника, учебников и имея в копилке знаний только плетение огненного шара, я начал проводить эксперименты над этим самым плетением, занимаясь самообразованием. Добившись неплохих результатов.

Первым моим заклинанием, если его можно так назвать, стал Всполох, получившийся у меня случайно в результате неудачной попытки создания фаербола. Всполох активировался простым взмахом руки, вызывая на фронте очерченном рукой мага, всполох пламени. Это заклинание было не смертельно, оставляя лишь лёгкие ожоги на теле жертвы, но против лошадей или для дезориентации противника просто незаменимо. К тому же, вызывалось оно мгновенно. Вторым заклинанием стал, конечно, стандартный фаербол размером с кулак, используемый обычно против бездоспешного противника. Он также создавался мной довольно быстро, всего за две секунды, а вот дальше всё было намного хуже.

Большой фаербол, в три раза крупнее стандартного, приспособленный против защищённого доспехами противника (я долго экспериментировал, высчитывая оптимальное сочетание между количеством Силы, необходимой для уничтожения стального панциря, и скоростью создания плетения), уже создавался около десяти секунд, и пока никакие тренировки мне не помогали ускорить этот процесс — скорость закачки Силы в плетение всё равно оставалась низкой. Что же тогда говорить о других моих заклинаниях: Снежок (крохотный белый шарик, состоящий из сжатого до невероятной плотности огня и приспособленный для прожигания прикрытых рунной защитой низшего уровня доспехов) и Огненное Копьё (два закручивающихся друг вокруг друга фаербола, выпущенные из двух рук одновременно, которые при подлёте к цели сближаются и сливаются в огненное сверло длиной метра три, идеальное плетение против плотного и глубокого строя противника. Конечно, заговорённые доспехи оно не пробивает, но три-пять человек в обычных — в лёгкую) создаются уже около минуты, для боя время просто запредельное.

И последние два плетения, самые энергоёмкие в моём арсенале: Светляк (огромный, почти полметра в диаметре огненный шар, предназначенный для борьбы против большого скопления врагов — при попытке создать фаербол большего размера, силовой каркас заклинания просто рвётся), максимально возможной для меня силы плетение. Таких я могу создать только штук пять подряд, что заставляет меня гордиться собой, ведь каждый Светляк по энергоёмкости лишь чуть меньше Формы. И последний — Огненный Щит (щит из огня, созданный по примеру Всполоха, который помогает против стрел, но от заклинаний защищает слабо и, хотя создаётся почти мгновенно, в отличие от пяти минут Светляка, но тянет такую прорву Силы, что на деле практически бесполезен). Всей моей энергии хватает только на две минуты поддержания щита… и это если никто не атакует.

Естественно, я пытался расширить свой арсенал, дополнить другими плетениями, но пока ничего не получалось, а скоро мне станет вообще не до экспериментов. Также как сейчас не до продолжения банкета. Но, самое странное, вместе с разочарованием и досадой я испытывал и некоторое облегчение, словно гора с плеч свалилась. Напряжение последних месяцев спало, и я смог вздохнуть спокойно, а учёба… демон с ней. По большому счёту, в нашей Академии мне делать больше нечего. Тот мизер знаний, который здесь давался, я практически усвоил. Ксенолингвистику и магию Рун сдал, травничество собирался сдавать через неделю, поэтому также проштудировал весь курс. Конспект по теории магии попрошу у препода (а точнее, попросит мастер Ронгар). Что же касается ксенологии, то здесь я мог дать сто очков вперёд любому преподавателю, наши с Мастером ежедневные «разговоры обо всём» прилично подковали меня в этой теме. Успел учитель попутешествовать… О экспериментах с боевой магией даже говорить не стоит — после исключения здесь вырисовываются только жирные плюсы.

Единственное о чём я жалел по-настоящему, так о том, что не закончил обучение у мастера-мечника. Накопление энергии у меня получалось уже неплохо, мастерство фехтовальщика значительно выросло, но с трансом были пока проблемы. Я из него постоянно вываливался. Но, всё равно, один из пяти спаррингов с мастером я уже выигрывал… однажды, когда впервые применил в бою Всполох. Жаль, больше на этот приём учитель не попадался.

— Ладно, — подняв себе оптимистичными мыслями настроение, произнёс я. — Пойду я.

Друзья переглянулись. Именно друзья, ни я, ни Мирс, даже не пытались подкатывать к Лоран с предложениями перевести отношения в другую плоскость. У неё вообще не ладилось с мужчинами, и я догадывался почему. Найти бы ту скотину и оторвать лишнее…

— Конечно, пойдём, — сочувствующе взглянула на меня девушка.

— Да не смотрите вы так! — вспылил я. — Это же не Конец Мира. Я даже рад, что так случилось.

— Да? И что же ты собираешься делать дальше?

Я угрюмо посмотрел на южанина. Вот умеет же человек настроение окружающим портить!

— В легион пойду.

— Какой легион?! Ты с ума сошёл?! — практически заорал Мирс. — Да тебе с твоим Даром прямой путь в Арранский Университет! С руками оторвут.

— Знаю я, не ори! Я контракт подписал, что десять лет отслужу после учёбы.

— Но ведь ты не закончил!

— И что? Деньги-то военное ведомство за четыре месяца всё равно уплатило. В договоре этот пункт прописан чётко, так что придётся мне отслужить четыре года. Причём простым легионером.

— А ты не пытался выплатить… кх-м, — осёкся Мирс, словив два красноречивых взгляда. — Понял, не дурак.

— Девушка, счёт, пожалуйста! — позвал я официантку и, расплатившись, мы направились в Академию.

Мне ещё предстояло обрадовать учителя.

— Ты идиот! — обрадовался учитель, бросая в меня первым, что попалось под руку (а попался ему кувшин с ламповым маслом). — У тебя только начало получаться!

— Да ладно Вам… — я слегка замялся. — Что мне-то теперь делать?

— Иди, собирай вещи и приходи сюда, а я пока пойду поговорю с твоими преподавателями.

— Зачем? — удивился я.

— Затем, что пока ты официально не исключён, должен успеть сдать экзамены по остальным предметам.

— Всё равно мне никто аттестата не даст, — воспротивился я… это ж, сколько мне нужно будет вызубрить за одну ночь?!

— Дадут. Игнорировать официальные печати никто не решится, проблем с Арраном потом не оберёшься.

— Да я не справлюсь! — всё ещё пытался отвертеться я.

— Справишься, сам же говорил, только теория магии осталась… Или ты хочешь лишиться своей книги заклинаний?

— Н-нет, — искренне испугался я, резко приобретая стимул к учёбе.

— А придётся! Чародею без печати об успешном окончании официально зарегистрированной магической школы, нельзя её иметь… Всё, иди!

— Через час буду здесь, не сомневайтесь, — прокричал я, выбегая из ворот Школы.

Учитель только головой покачал.

Добежал я до общежития мигом и, птицей взлетев по лестнице, вломился в комнату. Вещей у меня было откровенно мало, да и из тех я собирался половину выбросить, оставив себе лишь комплект дорожной одежды, купленный недавно и почти ненадёванный, и приобретённый также на днях чёрный костюм с серебряной вышивкой. Надо же мне было в чём-то на экзамены ходить? Порядком износившуюся повседневную одежду я просто оставил на кровати. Запихнул в сумку свой магический фолиант (это я так, слегка преувеличил для солидности) и несколько смен нижнего белья. Запрятал в пояс оставшиеся у меня после всех покупок жалкие гроши, оставшиеся от выигранных в споре десяти золотых.

Спор, кстати, был очень поучительный: как-то раз, во время моей тренировки с Мастером, проходившей на полигоне для занятий боевых магов — учитель там обучал меня стрельбе из лука в состоянии боевого транса… ох и нелёгкое это дело, я вам скажу. Зато результат… обострённые трансом до предела чувства позволяли почти в два раза увеличить дистанцию поражения, а о скорости стрельбы вообще не говорю. Я, и раньше неплохой стрелок (с таким-то отцом!), теперь просто творил чудеса… кривенькие и куцые, если сравнивать с учителем, но всё же. Так вот, как-то раз, один из припозднившихся на полигоне студентов-стихийников то ли первого, то ли второго курса, скептически высказался в адрес лука как оружия… Пока фор создавал фаербол, я успел сбить в полёте десяток монет, которые после признания фором поражения, и перешли в моё пользование. Наглядная демонстрация пользы гармоничного развития, ведь полагаться только на магию просто глупо, тем более, если ты создаёшь фаербол так долго, что даже безногий сифилитик успеет к тебе подбежать и прирезать.

Я кубарем скатился по лестнице и, всучив ключ от комнаты опешившему коменданту, побежал к Школе Меча. Естественно, Мастер ещё не успел вернуться, но скучать мне времени не было. Я раскрыл книгу и начал повторять травничество.

Мастер вернулся спустя час, в сопровождении взволнованной травницы и с объёмными конспектами в руках. Ну, в способности учителя добиваться желаемого я и не сомневался. Не знаю, что он пообещал старушке, но уже спустя десять минут я любовался печатью с четырёхлистным клевером в своей книге. Впрочем, за этот экзамен я и не волновался: конспект у меня был, а любое из предложенных в билетах зелий я мог приготовить с закрытыми глазами.

— Ты должен успеть переписать конспект по теории магии до десяти утра, Андрес обещал зайти в это время. К одиннадцати подойдёт Дэрик, его конспект можешь не переписывать, просто просмотри. Для зачёта должно хватить, — я кивнул и, прихватив сумку и конспекты, пошёл в здание школы. Здесь уже давно был мною оборудован уютный рабочий кабинет… а где прикажете хранить чертежи по боевым плетения? В общаге?

Утро я встретил злой и раздражённый, пальцы на руках болели — кто переписывал конспект за целый курс всего за одну ночь, поймёт. Но я справился. К десяти часам всё было готово.

— Это ты у нас боевой магией балуешься? — с места убил меня адер.

— Откуда вы узнали?

— Не волнуйся, официального приказа об исключении ещё нет, совещание по твоему вопросу в полдень. Крон сказал, ты уже получил почти все печати, молодец. Давай книгу, — адер достал печать и шлёпнул в книге. Даже не спросил ничего… и зачем я всю ночь мучился?

— Затем, что конспект — доказательство, — я что, вслух сказал? М-да, заработался… — Поверь мне, кто-нибудь захочет тебя проверить. К тому же, знания лишними не бывают… Удачи.

— Почему вы это делаете? Почему помогаете? — остановил я уже развернувшегося было, чтобы уйти, адера.

— Восьмая Стихия, парень, — хлопнул себя по сыто звякнувшему кошелю колдун.

Что ж, этого стоило ожидать.

C зачётом по ксенологии у меня проблем также не возникло… Восьмая Стихия, однако. И самая вездесущая из всех.

*****

— Сим объявляю, что студиозус факультета Рун Харлаф из Больших Петухов, исключён из рядов достойных студиозусов Академии магии королевства Эсхар, — хорошо поставленным голосом зачитал решение Архимага и Магистров, древний высокий старик в роскошной мантии. Этот ходячий переносчик маразма подвизался на должности секретаря Совета Магистров вот уже почти двести лет, давно став своеобразным талисманом. — Также… — старик запнулся. — В связи с досрочной сдачей всех дисциплин, Харлаф из Больших Петухов удостаивается звания адер и переводится во второе сословие, — маг взял со стола свиток и развернул. — Выбери себе второе имя, — произнёс старик, обмакивая перо в чернильнице. Я улыбнулся, недовольство, прямо написанное на лице вредного деда (он таки проверил конспекты), пролилось мне бальзамом на душу.

Ещё бы, столь резкая смена человеком статуса для Эсхара вещь редкостная. Вообще, переход между сословиями происходил постепенно, на протяжении нескольких поколений, и добивались его люди ценой огромных усилий и затрат. А какой-то сопляк сделал это за несколько месяцев!

— Бледный, Харлаф Бледный, — сумел я удивить старика. По обычаю, вторым именем все выбирают себе название родного города. Логичнее было бы выбрать имя отца или другого предка, но здесь была одна закавыка — имя отца, а после замужества отца мужа, по традиции к своему имени добавляли только женщины.

Маг недовольно поморщился, блюститель традиций… молот ему в зад. Харлаф Большой Петух… счаз, только тапки одену. Вообще, у меня не было проблемы с выбором фамилии, а в моём случае скорее прозвища, по примеру арранских магов из простонародья. В детстве меня постоянно обзывали «бледным колдуном», что ж, теперь это можно делать на вполне законных основаниях и без риска получить по кумполу, если обращаться вежливо и с почтением. И пусть шутку пойму разве что только я, но ведь смешно же? Особенно учитывая мою внешность.

Старик протянул мне свиток и, хотя выдирать бумагу из его цепких костяшек пришлось с силой, я поблагодарил деда скупым кивком. Но вредный старикан ещё не закончил:

— Согласно договору между Харлафом Бледным и военным ведомством, — со злорадством начал читать следующий документ секретарь. — Вышеназванный Харлаф Бледный, ранее именовавшийся Харлаф из Больших Петухов, обязан прибыть в крепость Дортверн для прохождения службы в звании рядового. Срок службы четыре года, — я мысленно послал проклятье и деду-гаду и всему военному ведомству скопом. Второй легион, граница с Лантаром. Да я же там со скуки сдохну! А о практических испытаниях боевых плетений можно точно забыть — войн с Лантаром не случалось уже лет сорок.

Настроение испортить мне всё же смогли, сволочи. Я развернулся, чтобы уйти, но вспомнил важную вещь:

— Когда я обязан прибыть к месту службы?

— Через двадцать три дня ты должен прибыть в Довер, — ответил мне незнакомый маг с явно военной выправкой. — Поедешь в Дортверн вместе с новобранцами. Моё настроение от такой новости опять резко пошло вверх, ведь по подсчётам выходило, что я успею перед отбытием на службу заехать на недельку-другую домой, порадовать отца и сестру. Да и, чего уж там греха таить, покрасоваться перед земляками хотелось.

За дверью меня ждала делегация по встрече: Мастер, Мирс с Лоран… и толпа человек в пятьдесят, гудевшая подобно пчелиному рою, так оживлённо они меня обсуждали. Едва я вышел, гул тут же стих и все с интересом уставились на меня.

— Всё хорошо, — старательно игнорирую толпу, успокоил я друзей. — Мне приказали покинуть пределы Академии в течение часа.

— Мы проведём тебя до ворот, — неловкое молчание.

— Пошли, чего тянуть?

Спустя несколько минут я уже стоял за пределами Академии, метрах в десяти от ворот. Было грустно… но не очень. А дальше настало время прощаний и напутствий — я расцеловался с Лоран, крепко обнялся с Мирсом, со всей дури похлопав его по спине и пообещав заехать в гости поохотиться на орков. И повернулся к учителю:

— Спасибо вам за всё, Мастер.

— Всегда пожалуйста, — сжал мою ладонь своими тисками мечник. — Ты мой лучший ученик, но не забывай тренироваться каждый день, — наставительно произнёс Крон. — Особенно уделяй внимание удержанию в трансе. Эта проблема хорошо известна многим воинам — со временем всё получится, — учитель протянул мне нечто завёрнутое в ткань. Я в недоумении взглянул на него, осторожно развернул сверток… и онемел. Это был тот самый пояс, который мне так приглянулся в день поступления. Помнится, я как-то рассказывал об этом случае учителю… — Зачем? Это же дорого.

— Ничего, деньги у меня есть, а вот тратить их некуда.

— Спасибо, учитель. Я…

— Не надо, это подарок, — прервал меня Ронгар. — И вот ещё, держи свиток, это мои рекомендации в имперские Школы Меча.

— Спасибо… — я одел пояс, сбросив старый Мирсу на руки. Вместе с чёрным с серебром костюмом пояс смотрелся просто великолепно, я даже залюбовался. Повесив ножны с мечом Духа и рассовав мелочи по разнокалиберным кармашкам, я пару раз подпрыгнул на месте, поправил метательный нож и, не сказав больше ни слова, развернулся и пошёл прочь. Меня ждала где-то там новая жизнь, не известно, хорошая или плохая. Главное — новая, а это уже хорошо.

Глава 6

Снова передо мной знакомая дорога — немного позади скрылся памятный трактир, а впереди показалось место моего позора. Хотя, если подумать, то благодаря этому ограблению я и смог стать, кем стал… Кстати, Кнуту я так и не отомстил, правда, он бы со мной не согласился — подчинённые Харальда на протяжении двух месяцев травили его банду как волков и в довершение совершили удачную облаву на воровскую хату, уничтожив практически всех бандитов. Сбежать удалось лишь главарю и парочке его ближних… Жаль, Харальд не смог продолжить поиски — его контракт с магистратом Стратона закончился и он вынужден был покинуть пост главы стражи. При последней встрече капитан говорил, что собирается закончить с наёмничеством и вернуться на родину, в Норк. Приглашал в гости.

Так, размышляя и планируя свои дальнейшие действия, я и не заметил, как наступил вечер. К этому времени я уже прошёл почти половину пути… не знаю, что было тому причиной — то ли более длинный летний день, то ли я шёл быстрее, а может имел место эффект знакомой дороги?.. Ведь не секрет, что знакомая дорога всегда короче, чем незнакомая. Если всё будет хорошо, то завтра к вечеру я уже буду в Петухах… Эх, если б знал, то вместо парадного костюма купил лошадь… уже дома сидел бы. Я начал вертеть головой, высматривая остановившихся на ночёвку путников, теперь-то уж ни один крестьянин не посмеет пренебрежительно высказаться в мой адрес (меч говорил о статусе человека лучше любых слов).

Спустя пару минут осмотра я заметил немного в стороне от тракта небольшой костёр и весёлым шагом направился туда, что ни говори, а целый день на ногах, к тому же после бессонной ночи и больших переживаний, вымотают кого угодно. К костру я подошёл, ступая как можно тише, не стоит сломя голову бросаться в объятья незнакомцев, мало ли? У костра, спиной ко мне, сидело пятеро самого обычного вида мужиков, разве что оружия при них было больше, чем требуется. Впрочем, времена сейчас опасные… я собрался уже обозначить своё присутствие, но тут, метрах в десяти не доходя костра, почувствовал неладное.

За последние месяцы я не только развил свои способности эмпата, но и научился неплохо закрываться от Мира. Только сильные эмоции, а особенно агрессия и ненависть, направленные на меня самого, пробивались сквозь броню контроля чувств. И сейчас в мою сторону были направлены не самые приятные эмоции со стороны пятёрки сидящих около костра людей.

Конечно, умнее было бы сейчас пуститься бежать, но тут во мне неожиданно взыграли гордость и азарт.

— Кто вы такие? — спокойно спросил я. Один из мужиков вздрогнул, но остальные повели себя более уверенно и с большим самообладанием. Где-то немного в стороне, метрах в двадцати я услышал шорох — ещё один «мужик». Какие-то они странные…

— Мы путники, идём в Стратон, — поднимаясь с бревна и поворачиваясь в мою сторону, с дружелюбной улыбкой на изуродованном шрамом лице, произнёс один из незнакомцев. Хотя почему незнакомцев? Я не поверил своим глазам — передо мной стоял и улыбался… Кнут.

Видимо, мой взгляд не остался бандитом незамеченным, так как он нахмурился, сделав тем самым своё лицо особенно уродливым. Это он так думал, я полагаю… Жесть.

— А-а, старый знакомый! — обрадовался разбойник. — Братва, гляньте, это ж наш цыплёнок, несущий золотые яйца, — я заскрежетал зубами. — Решил опять помочь бедным голодным разбойникам денюжкой? Ты, я смотрю, разбогател, костюмчик новый прикупил. Молодец, а то мой совсем поизносился… Видишь, Крыс, правильно я тогда не дал его убить, сколько пользы он ещё нам принесёт!

Я злорадно ухмыльнулся. Ну-ну, ребята, пользы, говорите?!

— Вы, как я погляжу, сменили стиль работы. Уже даже лень на дорогу выходить? — Кнут зло сверкнул глазами.

— Зачем? Ты и сам к нам пришёл, верно?

— А я думал вы просто стражи боитесь… извините за неуважение, — шутовски поклонился я.

— Что ты об этом знаешь?! — прорычал бандит, подходя ко мне практически вплотную. — Говори, гнус, и я тебя, может быть, оставлю в живых!

— Не так уж и много, — покорно произнёс я. — Только то, что ты трусливо сбежал, когда твоих людей вырезали наёмники, — Кнут шумно засопел. — А я ведь просил взять тебя живым… зря убегал.

— Так это ты? Из-за тебя я потерял всё, из-за тебя вынужден прятаться в лесу как барсук?! — бандит медленно потянул из ножен меч. И при чём здесь барсук, вообще? Я что-то не понял? Они же вроде в норах прячутся… — Убью! — остальные разбойники во время нашего разговора уже разошлись полукругом и приготовили оружие, двое лучников положили стрелы на тетивы.

Дожидаться атаки бандитов я не стал. Соскользнув в транс, я привычно плавным движением взмахнул рукой, и разбойников захлестнуло волной ярко-оранжевого пламени. Вот и испробовал Всполох на практике. Ошеломлённые и обожжённые бандиты заорали и завизжали на разные голоса, им, видимо, показалось, будто они горят. Что ж, очень похоже. Не медля ни секунды, я извлёк меч из ножен и стремительным движением вспорол Кнута от паха до подбородка, вскрывая его как кабана. Великолепный клинок даже не почувствовал сопротивления не прикрытой доспехами плоти.

Следующим ударом я полоснул, бестолково размахивавшего в ужасе во все стороны коротким клинком, ослеплённого коренастого бандита… и в этот момент выпал из транса… Как же не вовремя! Ничего, и так справлюсь. Промелькнувшая возле самого уха стрела, заставила меня отбросить мысли прочь. И спустя пять секунд лучники валялись на земле безжизненными тушками, единственным оставшимся в живых был подраненный мною попутно крысоморд… хотя нет, я же совсем забыл о сидевшем в засаде бандите!

Я убрал щит концентрации и полностью открылся Миру: в моё сознание сразу же хлынули потоки новой информации, но я справился, выделив из десятков светящихся комков один, самый большой, источающий вокруг себя на много метров прямо-таки животный ужас. Он убежал уже довольно далеко, но это было не важно. Вызвав из памяти плетение фаербола и быстро напитав Силой, я метнул его вдогонку последнему бандиту. Со скоростью превышающей скорость арбалетного болта, огненный шар ударил в спину беглеца, прожигая дыру в его спине и зажаривая внутренние органы. Ого! Мощно. Фаербол пролетел ещё метров десять и просто потух прямо в воздухе.

Я медленно повернулся к тихо скулящему и баюкающему культю Крысу, попытавшемуся уползти прочь, что у него не сильно получалось, так как страх превратил мышцы ног в кисель.

— Ну, здравствуй ещё раз! — крысоморд мелко задрожал, а его зубы начали отбивать чечётку. — А скажи-ка ты мне, дружок, — я ткнул бандита мечом с бедро, вызвав этим громкий взвизг с его стороны. — Где вы храните награбленное? — а что, нужно же мне возместить убытки, полученные в результате их деятельности?!

— Нету у нас ничего… не убивай меня, я тебе всё отдам… возьми… у атамана в поясе золото есть… не убивай, — я подошёл и начал обшаривать пояс Кнута, впрочем, долго мне этим заниматься не пришлось. Монеты я нашёл почти сразу. В поясе оказалось всего семь золотых монет и полтора десятка серебра, не много, но и не мало.

— Что ещё ты можешь предложить за свою жизнь? — с интересом посмотрел я на Крыса. Наверняка же что-то припрятано ещё, если бы нет, я бы не ощущал тот букет эмоций, которым сейчас благоухал бандит: жадность, ненависть, страх…

— Больше ничего нет, клянусь!

— Ты врёшь, — спокойно произнёс я, с поразившим меня самого хладнокровием отрубая крысоморду ногу в колене. Я вовсе не забыл, как вёл себя мелкий бандит, когда сила была на его стороне… Это давало крепкий иммунитет к жалобным стонам и взглядам, не производившим на меня ровно никакого эффекта. — Я чувствую ложь, — перекрывая истошный визг, со стальными нотками в голосе произнёс я, прижигая Всполохом рану.

— Это всё, правда! Кнут нам не доверял и держал все деньги при себе, но у меня есть камень… Я его… одолжил, ещё до разгрома ватаги стражей.

— Проще говоря, ты его украл, — расставил я всё по своим местам. — Где камень? Только не говори, что не с собой! — я с угрозой поднял меч.

— С собой!!! — в ужасе заорал бандит, срывая голос и дрожащими пальцами вынимая из потайного кармашка пояса небольшой рубин…

— Где вы его взяли? — с подозрением поинтересовался я, рассматривая камень, очень знакомый камень.

— Из серьги достали, — полностью оправдал мои подозрения крысёныш.

— Вы смогли справиться с хозяином серьги в бою?!

— Не совсем, он просто неосмотрительно зашёл в один трактир… немного яда и не нужно рисковать своими жизнями, — от кровопотери Крыс сильно побледнел и голос его стал тише. Из последней фразы я почти ничего не расслышал.

Зато я расслышал другое, звук обрадовавший меня невероятно — где-то неподалёку заржала лошадь.

— Вы добирались сюда верхом?

— Да, мы живём в лесу, верстах в пяти отсюда. В охотничьем домике.

— Я возьму лошадей, ты не против? — обходя стороной лужу крови, натёкшую из разбойников, спросил я. — Они тебе всё равно не понадобятся.

— Ты же обещал меня не убивать! — чуть не заплакал крысоморд.

— Когда это? Не помню… а впрочем, не стану я тебя убивать, — бандит громко выдохнул. — Сам сдохнешь, от кровопотери.

— Помоги! — взмолился Крыс, протягивая руку в мою сторону.

— Хорошая шутка… — я улыбнулся. — Прощай.

Спустя полчаса, когда я проехал мимо костра, ведя за собой небольшой караван из четверых заводных лошадей, крысоморд уже был мёртв. И червячок сожаления во мне даже не шевельнулся.

Здраво поразмыслив, я решил не оставаться ночевать возле трупов, а продолжить путь. Благо, теперь не на своих двоих. В двух часах езды отсюда, насколько я помнил, располагался небольшой постоялый двор. Там и остановлюсь…

*****

К постоялому двору я подъехал уже за полночь и, поколотив в ворота рукоятью меча пару минут, был всё же впущен внутрь. К моему удивлению, несмотря на поздний час, на постоялом дворе во всю кипела жизнь. Сдав на руки подбежавшему мальчишке лошадей и бросив ему медяк за услуги, я вошёл в зал. Все посетители резко замолчали, повернув головы в мою сторону, но через мгновение всё вернулось на свои места. Я внимательно огляделся, стараясь определить степень опасности временных соседей, просканировал их на предмет враждебных чувств по отношению ко мне и, не заметив ничего предосудительного, подошёл к стойке.

— Что вам угодно? — уважительно спросил хозяин, протирая стойку тряпкой.

— Ужин, комнату на ночь и продать лошадей.

— Э-э, извините? Лошадей?

— Да, лошадей! Это такие твари с копытами и хвостом, на них ещё ездят обычно, — ехидно ответил я, раздосадованный непонятливость собеседника.

— И где они?

— У меня в мешке, — удивлённый взгляд трактирщика на мой заплечный мешок. — В конюшне, конечно!

— О, конечно, пойдёмте посмотрим, что там за лошади…

— Три золотых, — назвал свою цену после внимательно изучения животных трактирщик. — И ни медяком больше!

— Да каждая из них стоит три! — возмутился я. Действительно, где это видано, чтобы верховая лошадь стоила одну монету… вот скряга!

— Два, два золотых они стоят, но я возьму за один, потому что знаю, кому они принадлежали, — ошарашил меня толстяк. — Меня не волнует, каким образом лошади оказались у тебя но, я так понимаю… претензии ко мне предъявить некому?

Я ухмыльнулся.

— Некому, лошади достались мне честным путём… С их хозяевами я расплатился сполна.

— Тогда держи деньги, — протянул в мою сторону руку с заветными кругляшами трактирщик.

— И я бесплатно ночую сегодня.

Хозяин широко улыбнулся.

— Конечно, я даже за ужин ничего не возьму, — я, больше не колеблясь, взял золото и бросил в заплечный мешок… потом в пояс переложу. — Прошу, проходите…

Проснулся я на следующий день поздно, часов в десять. Быстро одевшись и умывшись из стоящего в углу на табурете кувшина, я спустился вниз. Зал был практически пуст, все путники покинули трактир ещё на рассвете. Заказав на завтрак яичницу с ветчиной и быстро её умяв, я вышел во двор. Мои лошади уже были оседланы, а довольный мальчишка-конюх нетерпеливо топтался на месте. Я бросил ему медяк и, дождавшись пока откроются ворота, выехал наружу. По большому счёту, до Больших Петухов ехать было всего ничего, часов за пять доберусь.

*****

Да, всё-таки передвигаться на чужих четырёх (а если точнее, то даже на восьми, так как я периодически, прямо на ходу, пересаживался на заводню лошадь и обратно) намного удобнее, чем на своих двоих, и быстрее. Как я и думал, уже к трём часам дня я проехал Крупки… Слез с лошади и переоделся в парадный костюм, а что? Имею право!

Но мой въезд в деревню не произвёл ожидаемого эффекта. Встреченные по дороге односельчане испуганно шарахались в стороны и отводили глаза, проходя мимо не поздоровавшись. Да что случилось-то?! Сердце тревожно ёкнуло, и его словно сжала холодная когтистая лапа. В голову полезли нехорошие мысли… я пришпорил лошадь, в несколько мгновений домчался до центра деревни и… застыл на месте.

— Два месяца назад это случилось, — заставил меня вздрогнуть голос подошедшего незаметно старосты.

— Где отец? Эля? С ними всё хорошо?

— Брамак погиб… А Эльвира… — староста замялся, по примеру свою подчинённых отводя глаза в сторону.

Я даже не заметил, как вошёл в транс.

— Она жива? — прорычал я прямо в испуганное лицо дядьки Церко, с лёгкостью поднимая довольно-таки упитанного мужика правой рукой в воздух.

— Жива. Её уже ведут… от… пус… ти… задохнусь ведь.

— Как это произошло? Пожар? — я, взяв себя в руки, опустил старосту на землю.

— Нет, — помотал головой несчастный, массируя руками передавленную шею. — Два месяца назад налетели люди. Молодой аристократ с солдатами… ворвались в трактир. Твой отец пытался сражаться, но один из солдат оказался сильнее… так же быстро двигался как ты сейчас… Твоего отца схватили… — староста замолчал, не решаясь говорить. Но, испуганно взглянув на меня, продолжил. — Распяли на стене трактира, а потом аристократ начал над ним издеваться… Твой отец настоящий воин, его пытали целый час, а он не проронил ни слова. Нас всех заставили смотреть, как ему кишки на кол наматывают… Мы ничего не могли сделать! — оправдался Церко. — Приказчик графа сказал, что его светлость разрешил… да два десятка графских воинов с ним… что мы могли?! Потом они подожгли трактир и уехали.

— Ты ничего не сказал о моей сестре, — внезапно я осёкся, ко мне, в сопровождении жены старосты, приближалась Эля, наверное… некогда обворожительная и весёлая девушка теперь превратилась в уродливое подобие человека… Абсолютно седая, с пустыми бессмысленными глазами, она что-то беспрестанно шептала, а стоило старостихе отпустить её руку, застыла на месте и начала раскачиваться вперёд-назад. Боги…

Внезапно на Мир опустилась ночь. Чернильная темнота, разрываемая кровавыми всполохами, заволокла всё вокруг, дикая ярость и исступлённая ненависть пробили броню удерживаемого с огромным трудом ледяного спокойствия… Перед моим взором стояло лишь безносое, изуродованное ожогами и шрамами лицо сестры. Теперь-то я понял, какой подарок приготовил мне фор Мерула. Как же я жалел, что не убил тогда эту тварь!..

Не знаю, сколько я находился не в себе, но наваждение всё же закончилось, разбитое пробившимся из реальности ощущением текущих по моему лицу слёз… Я очнулся. Вокруг меня, на расстоянии пятидесяти шагов, под действием невероятного жара земля просто сплавилась в твёрдую как камень массу. Огромное чёрное пятно, результат потери мною контроля над собой, во второй раз изуродовало землю. Но всё было не так уж и плохо: ярость пламени не смогла дотянуться ни до одного из домов, превратив в пепел лишь парочку заборов и старое, побитое молнией дерево. Люди также не пострадали — староста и его жена проявили недюжинные способности в беге на короткие дистанции, что их и спасло. Единственной, кто словно и не заметил произошедшего, была Эля, всё так же продолжавшая стоять в двух шагах от меня. Огонь не причинил ей ни малейшего вреда. Я провёл пальцем по щеке, подхватывая горячую каплю… Кровь. И ядро опустошено практически полностью.

— Эль, сестрёнка, ты меня узнаёшь? — я осторожно взял сестру за плечи… и тут же отдёрнулся, на меня смотрели пустые, заполненные беспредельным ужасом глаза. Меня словно молния ударила.

— Не трогал бы ты её, сынок, — успокаивающе поглаживая руку сестры, произнесла старостиха, неизвестно как снова оказавшаяся рядом. — Она теперь всех мужиков боится.

— Они её… — я запнулся.

— Да. Я и не думала, что люди могут быть такими зверьми. А ведь одного из тех солдат я хорошо знаю, хороший парень… был.

— Имена… скажите мне имена. Сколько их было?

Женщина понимающе кивнула.

— Два десятка солдат графских, приказчик его же был, Иглеасом кличут. Молодой благородный за главного, а с ним ещё четыре воина, маг не из наших и воин с волосами, в мелкие косицы заплетёнными, да с двумя кривыми мечами. А как кого звать, откуда мне знать-то?

— Спасибо, — поблагодарил я старостиху, протягивая ей вырученные за лошадей деньги. — Это вам за заботу о сестре… И ещё, где похоронили отца?

— На кладбище, возле твоей матери, как он и хотел.

— Спасибо, если вам не трудно, приглядывайте за могилой… хорошо?

— Конечно, сынок, пригляжу, как не приглядеть. Ты иди, с отцом попрощайся.

— Если не трудно, соберите вещи Эльвиры, я зайду за ней через час.

— Ты что ж, с собой её заберёшь? Совсем не в себе она, на лошади не усидит, — всплеснула руками женщина.

Действительно, об этом я и не подумал.

? — Дядька Церко, — крикнул я голове старосты, видневшейся из-за угла дома. — Телегу свою на лошадь сменяете?

— Сменяю, — оживился, почувствовав выгоду, староста. — Ты лошадок оставь, я сам впрягу.

Я согласно кивнул головой, оно и понятно, после таких фокусов ко мне подойти не каждый рискнёт.

— Спасибо.

Я никогда не любил ходить на кладбище. Нет, это вовсе не из-за какой-то глупой боязни оживших мертвецов или призраков, ну какому некроманту есть дело до засиженных клопами Больших Петухов? А чтобы мертвецы поднялись сами, нужно столько злой энергии, что все жители близлежащих деревень умерли бы, не дожидаясь прихода покойников. Я не любил ходить на кладбище потому, что там мне в голову всегда лезли посторонние мысли, какие угодно, но только не об усопшем. Возможно, подсознательно я считал себя виноватым, словно совершал постыдный поступок. Вот и сейчас, стоя на могиле отца, я думал вовсе не о нём.

В моей голове завязался самый настоящим спор. Одна часть меня, с криком и пеной у рта, призывала немедленно пойти и убить обидчиков, не взирая ни на какие трудности и опасности. Другая же часть, словно бездушный механизм атаковала фактами, призывая затаиться и ждать, накапливая силу и информацию, чтобы потом, спустя годы, отомстить. Этот странный спор длился вот уже полчаса, но я не мог прийти к однозначному выводу. С одной стороны, я больше всего на свете сейчас хотел вырвать сердца ублюдков поднявших руку на мою семью, но с другой, идти мстить сейчас, когда я всего лишь слабый колдун-неумеха, это просто изощрённый способ самоубийства. Я презирал себя за такие мысли, но постепенно всё же жажда жизни пересилила ненависть. Единственное, что я мог себе позволить, это выведать имена.

И я даже знал как…

Но, первоочередной задачей была вовсе не месть… Месть может подождать. Единственный оставшийся у меня родной человек — сестра, намного важнее мести. Нельзя оставлять её страдать, забывшись в угаре ненависти. И пусть сделать я для неё могу не много, но буду стараться изо всех сил!

Снова мне предстоял путь в Стратон, только там я мог найти помощь. Единственные, кто может помочь моей сестре это служители Светлых богов (целители-«жизнюки» с лёгкостью лечили раны тела, но душевные раны были им не по плечу и считались епархией жрецов). Именно к ним я и собирался направиться.

— Прощай, отец, — я поклонился. — Прости, если сможешь.

И ушёл.

*****

Ровно через три дня, в три часа пополудни, я вновь увидел перед собой стены Стратона, но теперь, в отличие от прошлого раза, в моей душе не было даже искорки ликования и предвкушения, лишь злоба и боль. Трое суток я мучался, наблюдая за страданиями Эль и пытаясь найти себе оправдание, что, правда, не очень хорошо получалось. Дни пути прошли для меня как в тумане, перед глазами постоянно крутились картины, которые рисовало воображение… и злоба в результате вспыхивала с новой силой. Каким чудом мне удавалось контролировать себя и не сжечь единственное средство передвижения, я и сам не знал.

Наша телега медленно плелась вслед за караваном из двух десятков точно таких же телег, гружённых самыми разнообразными продуктами, начиная от бочек с пивом и заканчивая клетками с живыми, истошно визжащими и отчаянно брыкающими друг друга поросятами.

Наконец, спустя почти час, подошла и моя очередь. Стражник у ворот мельком посмотрел на меня, долгим оценивающим взглядом окинул сестру и, поворошив мечом сено в телеге, спросил:

— Кто такие, зачем в столицу?

— Адер Харлаф Бледный, — стражник недоверчиво прищурил глаза, но всё же документы требовать не стал, заметив дорогой меч. Действительно, после бессонных ночей и в мятой одежде я не производил должного впечатления. — Везу сестру в Храмовый город на излечение.

— С вас десять медяков за въезд в город, адер, — я молча достал деньги и высыпал их в руку стражника, добавив сверху пару кругляшей.

Но, едва только въехав в город, я сразу понял, какую ошибку совершил. Не стоило мне заезжать в Стратон вот так просто, на телеге — за всеми событиями я просто запамятовал, что крестьянские телеги в центральную часть города не пропускаются. Им по дороге вдоль стены выделен прямой путь на Нижний рынок. Там, в отличие от Верхнего, вы не найдёте ни оружие, ни тонкие вина, ни чужеземные ткани, но если вам понадобилось приобрести зерно, свиней, коров или другую животину — милости просим на Нижний рынок! Всё, что может дать земля, можно найти на Нижнем… вот только, Храмовый город совсем в другой стороне.

Я резко осадил лошадь.

— Стой!.. Эй, уважаемый, — это я уже обратился к подъехавшему ко мне впритык бородатому крестьянину в грубой добротной одежде и с внушительных размеров ножом на поясе. — Сколько за лошадь с телегой дашь?

Мужик нахмурился, со смачным скрежетом почесав поросшую жёстким волосом шею. На редкость волосатый экземпляр. И, наконец, разродился:

— Пять серебрушек, — я чуть не задохнулся от возмущения, если учесть, что в одном золотом двадцать серебряных монет, то предложенная цена это форменный грабёж.

— Хорошо, — заскрипев зубами, согласился я, хотя вся моя сущность и протестовала против такого транжирства — что ни говори, а я всё же сын трактирщика и бережливость у меня в крови, так проматывать деньги как это делают благородные, я не смогу никогда. Воспитание не позволит.

Но сейчас времени на споры или поиск другого покупателя не было. Успокаивающий настой, прозванный за свой эффект студентами «зомбозельем», который я дал сестре, закончит действие спустя два часа, повторно же принять его можно лишь спустя сутки… Что произойдёт с Эль, когда она очнётся в окружении такого количества людей, я даже предсказывать не берусь.

Забрав деньги, я повернулся к сестре и скомандовал как можно чётче:

— Иди за мной в двух шагах и не отставай, — секрет управления человеком находящимся под воздействием «зомбозелья» прост — чёткие и недвусмысленные команды, хотя человек выпивший зелье и находится без сознания, но его тело может выполнять простейшие действия. Главное, отдать приказ, без приказа зомби (это, конечно, зомби не в том смысле, который вкладывают в него некроманты — поднятый свежий мертвец, но в остальном сходство полное) просто застынет на месте.

Так, медленно продвигаясь по улицам и улочкам, иногда проталкиваясь сквозь толпу, наша странная пара достигла ворот Храмового города. Вернее даже и не ворот, а просто высокой арки из чёрного и белого камня, украшенной двадцатью тремя символами — выполненными из золота и серебра символами Старших богов. В самом верху арки, в месте слияния чёрного и белого камня, располагался простой круг — символ Отца богов Пресветлого Орвуса, а вниз по ней тянулась цепочка символов-имён остальных Старших.

Во мне зашевелилась надежда. Ведь не может же быть, чтобы никто не смог мне помочь? Верно?

…Оказалось, не верно… Нет, помочь-то мне могли, вот только цена… Три тысячи империалов — годовой доход не бедного баронства, причём, это ещё самая низкая из озвученных сумм. И, как я ни старался, несмотря на все уговоры, скинуть её не получилось.

Входя в дверь очередного, пятого по счёту храма (к тому времени все мои надежды на излечение сестры оказались разрушены, да к тому же, действие зелья заканчивалось и, что делать с Эль дальше, если и здесь откажут, я не имел ни малейшего представления), на успех я уже не надеялся, действуя скорее по инерции и от безысходности — без денег жрецы и пальцем не пошевелят… правильно я в богов не верю… Или верю, тут уж вопрос философский.

Для большинства людей слова «вера в богов» это синоним слов «поклонение богам», то есть молитвы и принесение жертв какой-нибудь божественной сущности. Мне же всегда претило поклонение кому бы то ни было, пусть даже и богу, поэтому я могу твёрдо сказать — я не верю в богов. Если же рассматривать слова «вера в богов» как «вера в существование богов», то в таком случае я в богов очень даже верю, глупо было бы не верить, учитывая какие толпы аватар этих самых богов бродят по миру туда-сюда, туда-сюда… как тараканы. А уж чудеса, творимые жрецами, и вовсе можно увидеть в каждом более-менее приличном храме.

Дубовая дверь легко провернулась на петлях, и я вошёл в небольшую комнатку со стенами облицованными белым мрамором. Осмотрелся. У противоположной от дверей стены комнаты стоял стол, за которым сидел и, зажмурившись от удовольствия, ковырялся мизинцем в ухе довольно упитанный круглолицый жрец, одетый в традиционную для этого сословия одежду — белую (для жрецов Тёмных богов чёрную) хламиду. За спиной жреца находилась двухметровая статуя бога Анива, который держал в вытянутой правой руке кубок, а левую приложил к сердцу… если б я не знал, что Анив — бог-покровитель всех находящихся в пути, ни за что бы не догадался… Нельзя было отобразить сущность бога поточнее?!

— Вход в молитвенный зал с другой стороны здания, — недовольно буркнул жрец, с явным сожалением вынимая палец из уха и с интересом рассматривая налипшее на него содержимое. На меня он даже не взглянул.

— Знаю, — я подошёл к столу. — Я по поводу излечения.

Толстяк сразу оживился и его лоснящееся от жира лицо расплылось с улыбке… при виде которой меня посетило неожиданное и не свойственное мне желание ударить незнакомого человека ногой в лицо. Очень уж гадостно ухмылялся жрец, хотя сам он, наверное, думал как раз наоборот.

— Позвольте… э-э, — жрец долгим намекающим взглядом посмотрел на меня, а его губы скривились в едва заметной презрительной ухмылке.

— Адер Харлаф Бледный, — правильно расшифровал я взгляд толстяка. — А это моя сестра Эльвира.

— Хе-эх, — шумно вздохнул жрец, с трудом поднимаясь на ноги и выходя из-за стола. — Позвольте, адер, — толстяк подошёл к Эль и начал внимательно её изучать. — Интересно… вы напоили её зельем Зорна?

— Да… она несколько не в себе после случившегося, — что удивительно, клирик, хоть и не производил такого впечатления, но врачом, судя по всему, оказался неплохим.

Жрец на несколько секунд погрузился в раздумья.

— Мы можем помочь вашей сестре, — я подался вперёд. — Но это будет стоить три тысячи золотых империалов.

— У меня нет таких денег! — да они сговорились что ли?!

— Тогда ничем не могу помочь, — глаза и тон клирика охладели на несколько градусов. — Братьям тоже нужно на что-то существовать.

— Существовать?!! — я не выдержал, срываясь на крик. — Да ты на себя в зеркало посмотри! Другая свинья меньше сала на себе носит!

Лицо клирика начало стремительно багроветь, а сам он надуваться как мыльный пузырь, гневно раздувая ноздри.

— Да как ты смеешь, сопляк?! Как смеешь ты говорить такое жрецу самого Анива! — ага, как же, самого… этот Анив просто один из второсортных божков, каким-то чудом поднявшийся в Старший пантеон. Правда, вслух этого я сказать не решился — всё, что сказано в храме бога, сказано богу. Мне не хотелось наживать себе врага среди небожителей. Я скрипнул от злобы зубами, а затем просто развернулся на месте и вышел, потянув вслед за собой сестру. Я уже знал, что просить и уговаривать бесполезно, также как и предлагать отдать долг со временем или отработать… Эх, если бы не моя предстоящая служба легиону…

За пределы храмового двора я вышел в препаршивейшем настроении… Все надежду рушились как карточный домик… И, к тому же, «зомбозелье» прекращало действовать. Я в отчаянии заметался взглядом по улице, судорожно пытаясь найти выход из ситуации.

— Я вижу, вам нужна помощь, — внезапно раздался сбоку тихий, мелодичный голос. Я от неожиданности вздрогнул, обернулся. Рядом со мной стояла симпатичная девушка лет двадцати, одетая в традиционную белую одежду жрицы. Как она смогла незаметно подойти ко мне так близко?!

— Да, — несколько ошарашено произнёс я, с тревогой наблюдая, как веки моей сестры начинают дрожать — первый признак окончания действия зелья. — Моей сестре необходимо лечение, но никто не соглашается помочь. Честно говоря, я не совсем понимаю, как бог называющий себя Светлым может…

— Не стоит таить злобу на богов, не все из них безразличны к страданиям смертных, — прервала меня незнакомка. — Моя богиня увидела страдания вашей сестры и решила помочь.

— У меня нет денег, — почему-то с вызовом, даже немного грубовато, ответил я, хотя должен был уже начать благодарить. — Что твоя богиня просит взамен? — не подумайте, обычно я не грублю незнакомым людям, но сейчас просто такое настроение что… да и жреческое одеяние подействовало на меня как красная тряпка на быка. — Кстати, как её имя? — я насторожился, среди Светлых богов всего три женщины и храмы всех их я уже посетил.

— Мою Госпожу зовут Орисса, — не без гордости произнесла жрица.

Я в недоумении, тупо уставился на девушку.

— Никогда не слышал о такой богине, — жрица смутилась, опустив глаза. — Она Тёмная или Светлая?

— Светлая, конечно, — гневно топнула ножкой девушка. — Просто… она ещё очень молода и о ней мало кто слышал…

— Так… что же хочет ТВОЯ богиня за излечение Эльвиры? Учти, миссионер из меня аховый, а…

— Нет! От тебя Госпоже не нужно ничего!

— Значит ей что-то необходимо от моей сестры, — убеждённо произнёс я. — Что?

— Дело в том, что Госпожа остро нуждается в верных жрицах…

— Жрицах?! — в крайнем удивлении, не совсем вежливо, прервал я свою собеседницу. — Но это каждый человек должен решить сам, а она сейчас не в том состоянии… — и тут неожиданно меня осенило. — Почему именно она? У Эль есть Дар?

— Да, и довольно сильный. Что же касается добровольности посвящения богине… как только Эльвира будет здорова, она сама решит, как ей поступить. Но я уверена, решение будет правильным.

— Хорошо. Я не против, — на самом деле, такой шанс упускать нельзя. Это величайшая удача для обычной девушки — стать жрицей а, учитывая наличие Дара и почти полное отсутствие конкуренции, это даёт реальный шанс в будущем занять высокое место в храмовой иерархии.

— Отлично! Я рада, что ты согласен. Иди за мной, — жрица грациозно развернулась и буквально поплыла над дорогой вперёд.

Спустя десять минут ходьбы, наша маленькая процессия наконец-то подошла к месту назначения. Им оказался самый обычный, скромных размеров домик… М-да, эта богиня действительно… если уж главный храм больше похож на лавку горшечника, то даже призрачный шанс заполучить новую жрицу с Даром она точно не упустит. За сестру можно не волноваться, её в храме будут опекать как величайшую драгоценность.

— Кх-м… скромно, — тактично произнёс я, делая шаг по ступеням вверх.

— Мы только месяц как основали храм в Эсхаре, — смущённо оправдалась девушка. — Проходи.

Действительно, месяц как основали. Единственное в этом, с позволения сказать, предбаннике, что намекало о его принадлежности к храму, была небольшая, по пояс, статуэтка, стоявшая на табуретке(!) в углу. Я едва сдержал смех, закрыв себе рот рукой, но всё равно сдавленный смешок предательски вырвался наружу. Скорлупа отчуждения, отделившая меня от Мира после известия о случившемся с семьёй, дала трещину.

Жрица бросила на меня гневный взгляд, но я уже успокоился, с преувеличенным уважением взглянул на статуэтку и глубоко вдохнул, пытаясь не заржать.

— Великолепный храм, — с серьёзным лицом произнёс я.

— Спасибо, — вежливо прошипела девушка, сжимая кулачки. — Всё, дальше мужчинам хода нет! — а вот мне интересно, это она только что придумала или так и есть на самом деле? Что ни говори, а язык когда-нибудь доведёт меня до расцарапанного лица. Поэтому я его и прикусил…

— Но как я могу быть уверен, что с Эль всё в порядке? Я…

— Клянусь Именем Госпожи, никто из слуг Её не причинит вреда твоей сестре! — я в изумлении вытаращил глаза — статуэтка Ориссы после слов жрицы засветилась тихим голубовато-золотистым светом, который словно омыл своим сиянием всё вокруг, преображая неприглядное помещение и превращая его в нечто невыразимо прекрасное. Ни одно творение рук смертных никогда даже не приблизится к подобному.

На несколько секунд я впал в ступор.

— Простите за недоверие, жрица, — поклонился я, придя, наконец, в себя. Одно дело знать о существовании чего-то, а совсем другое воочию это увидеть… никогда бы не подумал, что увижу в действии Высокую клятву. — Я попрощаюсь с сестрой.

— Конечно. Вы можете её навещать в любое время, — я внутренне вздрогнул. Я даже себе не хотел признаваться, что не хочу, а вернее не могу, находится рядом с последним родным человеком — чувство вины не давало мне покоя. Ведь именно из-за меня произошло… то, что произошло.

И теперь это останется со мной навсегда.

— Вряд ли это возможно, — подойдя к сестре, я слегка приобнял её за плечи. Внимательно вгляделся в лицо, запоминая, а затем, коротко поцеловав в лоб, вышел, даже не попрощавшись со жрицей.

Ненавижу долгие прощания…

Глава 7

Из города я выехал лишь спустя три часа. Приобретённая на Нижнем рынке лошадь, весело рысила вперёд всё по той же хорошо знакомой дороге. Дороге, которая должна меня привести прямиком к замку Цвейхе, точнее, не к самому замку, а к городку Химм, возле которого и стоял замок (или наоборот, если смотреть по времени основания). Там я надеялся найти графского приказчика и разузнать у него кое-какие подробности нападения… В частности, имена сообщников моего врага.

Но сначала нужно найти тихое местечко, где я мог бы подготовиться к этой встрече. Не зря же я потратил целых два часа на поиск и покупку одного дефицитного корешка: очень дорогого, очень редкого и в то же время обладавшего очень интересными свойствами. Этот корень, как ни что другое подходил для моей цели, вот только для приготовления эликсира на его основе нужны определённые навыки, место для работы, а главное — время. Не меньше двух суток. Впрочем, время есть. Заодно и отдохну, к тому же пора бы мне, как всякому порядочному колдуну, обзавестись набором зелий на все случаи жизни. Да и какой-никакой амулетик стоит сварганить, а то получаюсь как в пословице: сапожник без сапог. Наброски для амулета у меня были, я собирался его создать после сдачи экзамена, но просто не успел.

Собственно, основа для амулета уже подготовлена. И, хотя для этого мне пришлось отдать кузнецу большую часть серебра, оставив себе лишь немного на дорожные расходы, я был доволен. В притороченной к седлу сумке лежал ещё тёплый после печи серебряный кругляш диаметром пять с половиной сантиметров и толщиной в два миллиметра, на тонкой стальной цепочке. Заготовка моего первого настоящего амулета. На одной стороне жетона будет располагаться заклинание на пять рун, защищающее хозяина от атак стрелами, камнями и другим метательным инвентарём с массой не больше килограмма, на постоянной основе. От удара мечом или даже ножом амулет не спасёт, но с этим я уж как-нибудь и сам справлюсь. А на другой — заклинание из десяти рун, которое прикроет хозяина от атак магией. Минусом этой вязи является необходимость ежедневного вливания в неё примерно десятой части имеющейся у меня сейчас энергии. Недостаток серьёзный, но тут уж ничего не попишешь. От мощного магического удара амулет, опять-таки, не закроет, но стандартный фаербол отразит с лёгкостью. Лучше такая защита, чем никакой, верно?

Только вечером, когда из-за темноты продолжать путь стало рискованно, я нашёл подходящее для моих целей место. Небольшой постоялый двор, расположенный почему-то в полукилометре от главной дороги, на небольшом от неё ответвлении. Какой идиот догадался построить там трактир? Впрочем, мне же лучше — цены в таком месте должны быть значительно ниже стандартных.

— Добрый вечер, — поприветствовал я крепкого звероватого вида мужика, коловшего дрова во дворе трактира и вооруженного кроме колуна ещё и огромной лопатообразной бородой, в ответ услышав только невнятное бормотание. Мужик, не говоря ни слова, взял лошадь под уздцы и повёл в прилепившееся к основному зданию нечто. Когда-то это была, безусловно, конюшня… Когда-то очень давно… — Э-э, извините, вы уверены, что заходить внутрь ЭТОГО безопасно?

— Б-ур-р!

— Ага… Ладно…

С опаской взобравшись по безбожно скрипящим, чёрным от старости ступеням, я вошёл внутрь не внушавшего доверия здания собственно постоялого двора. Выглядело оно получше конюшни, но не намного. За традиционной стойкой стоял тощий мелкий мужичонка… Оч-чень нетипичный трактирщик… хотя для этого заведения самый подходящий.

— Здравствуйте, я бы хотел снять комнату, дня на два-три.

— О-о, доброго вам здоровья, вы правильно зашли, у меня вы найдёте комнаты, каких и в столице не видывали! — начал заливаться соловьём доходяга. — И всё это всего за один золотой в день!

— Ы-ы?! — я почувствовал, как мои глаза вскарабкиваются на лоб. — Золотой?

— Верно, всего один золотой, плюс отдельная оплата за еду.

Я некоторое время осмысливал услышанное. Признаться, с чувством юмора у меня обычно всё нормально, но сейчас я в прикол не въехал. А потому решил быть посерьёзнее.

— Десять медяков за всё.

— Один серебряный… и отдельно за обед, — резко смирил аппетиты трактирщик.

— Пойдёт! Но еда должна быть нормальной, — окинув помещение опасливым взглядом и с сомнением взглянув на хозяина, на всякий случай уточнил я.

— Конечно-конечно, всё сделаю в лучшем виде, не сомневайтесь… э-э…

— Адер Харлаф Бледный.

— Да-да, не сомневайтесь, уважаемый адер… Марыся! Где тебя носит?! У нас гость, подготовь ему угловую комнату!

— Чего орёшь?! — спустя пару секунд откуда-то из глубины трактира раздался ответный дикий рёв, видимо, это и была та самая Марыся. — Всё готово!

— Тогда веди гостя!

Вскоре из двери за спиной хозяина выдвинулось тело. Ростом на голову выше меня, шире в плечах раза в полтора и в два раза тяжелее… я нервно сглотнул.

— З-зрасвуй… кх-м… хм… здравствуйте, меня Харлафом зовут, — опасливо отступая на шаг, пролепетал я.

— Марыся я… Нет, среди моих предков не было троллей! — сжав кулачище и поднеся его к самому моему носу произнесла… э-э… женщина.

— Да я даже и не думал спрашивать, — нагло соврал я.

— Ладно, — недоверчиво прорычала хозяйка, всё же немного смягчившись. — Иди за мной.

На следующее утро я проснулся, как и положено воину Аан, за полчаса до рассвета. Быстро умывшись и проведя во дворе разминку, схему которой давно заучил до автоматизма под руководством учителя, я расстелил свой ставший уже родным коврик для медитаций и уселся на него, подставив лицо первым лучам Мистеля и на два часа выпав из реальности…

Жаль, ничто хорошее не может длиться вечно. Закончилась и медитация — медитация Харлафа-воина, зато медитация Харлафа-мага только началась. Я отложил меч в сторону и продолжил…

Спустя ещё четыре часа я встал на ноги и, разминаясь, с хрустом потянулся. Во время медитации тело устаёт не так сильно, как если просто сидеть на коврике, но всё же усталость имеет место быть. И какое лучшее средство от усталости? Правильно! Усиленная тренировка! Мои навыки погружения в боевой транс оставляют желать много лучшего и сами собой они явно не вырастут. Вот и совместим приятное с полезным…

…Тренировку я прервал только тогда, когда вся собранная на утренней медитации энергия оказалась израсходована и настала пора заняться делами насущными. Но в трансе я продержался на целых три секунды дольше предыдущего рекорда.

Попросив трактирщика вынести на улицу стол и табурет (кстати, увидев, что я вытворял на тренировке, тот стал относиться ко мне с определённой опаской), я достал из сумки книгу, заготовку, другие необходимые для создания амулета инструменты и ингредиенты и, разложив всё это на столе, на несколько минут застыл неподвижно, собираясь с мыслями и настраиваясь на работу.

Вначале создам вязь из десять рун, как более сложную и энергоёмкую. Потом медитация часов пять-шесть для восполнения сил, и можно приступать ко второму этапу. Вообще, восстановление запаса энергии в ядре с нуля, занимало у меня чуть больше суток. И это было моим больным местом: если по запасам энергии я уже сейчас равен слабенькому-хиленькому, но дипломированному магу-стихийнику, то моя скорость закачки Силы в ядро, оставляла желать много лучшего. Тот же объём энергии более опытный маг восполнил бы в три-четыре раза быстрее. Меня только успокаивало, что ещё два месяца назад и этот результат казался мне пределом мечтаний.

С заклинанием щита, защищавшего от магических воздействий (слабых, естественно — максимум пары фаерболов) я справился примерно за полтора часа, а что? Вязь стандартная, ничего нового изобретать не нужно, будь у меня побольше опыта в передаче энергии, я бы и быстрее закончил. Но устал я прилично.

Плотный обед, оказавшийся очень и очень недурственным, пополнил мои телесные силы и позволил с новыми силами взяться за медитацию. Такова доля мага, а особенно боевого, ведь только идиоты думают, что жизнь боевика это сплошные битвы и веселье. Отнюдь нет! Жизнь боевого мага это бесконечные медитации. Вот только ни один маг никогда не откажется от этого, кроме чисто практической стороны — восполнения Силы, у медитации есть и другая сторона… Ничто в Мире не сравнится с тем сладостным чувством, которое ощущает одарённый, сливаясь со своим Даром, что и послужило, кстати, почвой для анекдотов о колдунах-импотентах. Сразу скажу — для мага такой проблемы не существует, просто для познавших полноту слияния с Даром, плотские наслаждения кажутся непередаваемо пресными… Наслаждение доставляют лишь яркие чувства. Бывали даже случаи, когда маги полностью уходили в себя, погружаясь в Дар и забывая о внешнем мире. Если никто вовремя этого не замечал, то такой маг просто умирал от истощения.

Как всегда время в медитации пролетело одним мгновением, усилием воли вынырнув в реальный мир, я шумно вздохнул. Пора приниматься за вторую сторону амулета.

Пересев с коврика за стол, я стал производить ту же последовательность действий, что и с утра: приложить медальон к чистой странице книги, обвести пером, очертив размеры рунного круга, спроецировать в получившуюся окружность необходимые руны — одну большую и четыре маленькие вокруг. А затем вырвать страницу и приложить к жетону. Всё, осталось только напитать рунную вязь Силой…

На этот раз процесс прошёл значительно быстрее, уже через полчаса я облегчённо откинулся от стола. До полного истощения ядра не дошёл и это хорошо, откат мне совсем ни к чему.

А сейчас пойду спать — завтра у меня по плану зельеварение, все нервы истреплю, к демонам.

*****

В путь я отправился через три дня, без всякого сожаления оставив несчастный трактир догнивать. Свою функцию он уже выполнил. Я нащупал под рубахой прохладный кругляш амулета и улыбнулся. Всё шло по плану, два первых пункта которого я уже выполнил. Особую гордость у меня вызывал второй пункт — два сваренных вчера зелья под безобидными названиями «Лучший друг» и «Одуванчик». Это чтобы никто не догадался…

Отдохнувшая и отъевшаяся за дни отдыха лошадь, вздымая копытами клубы дорожной пыли, бодро несла меня вперёд. А я жалел, что не предусмотрел в амулете защиту от этой самой пыли. Дождя не было уже неделю, что при наступившей жаре неблагоприятно влияло на состояние дороги, а изредка проносящиеся мимо кортежи дворян и одинокие всадники об этом словно и не знали. Один особо «летучий» отряд чуть не получил от меня в спину фаербол… ну нельзя же настолько наплевательски относиться к другим людям! Эти люди тоже хотят дышать чистым воздухом и одежду им чистить лень! А вот попрактиковаться в стрельбе по движущимся целям НЕ ЛЕНЬ! Очередной всадник-торопыга обдал меня клубами пыли. Вот гад!

— Успокоиться, успокоиться, — я нежно погладил себя по руке. — Это ничего, что ты похож на земляного элементаля, они тоже имеют право на существование.

Только ближе к вечеру, когда я походил уже скорее не на элементаля, а на песчаного голема, я с облегчением заметил впереди шпиль замка Цвейхе. Через полчаса пыльный и злой всадник въезжал в Химм.

Пора было начинать претворять в жизнь третий пункт плана…

*****

Большие города, безусловно, имеют множество преимуществ перед своими менее крупными собратьями, это очевидно каждому. Впрочем, имеют они и множество недостатков. Совершенно точно, что найти человека в большом городе намного сложнее… а этим я сейчас и занимался. Причём довольно успешно.

Но начнём с начала.

Городок Химм, как мог бы подумать чужак, не знакомый с реалиями Эсхара, был вовсе не главным городом графства Цвейхе, хотя и располагался возле самого замка графа. Нет, главным поселением графства считался Нерис, город с населением пятнадцать тысяч человек, что и дало ему право выйти из подчинения феодала и перейти под непосредственный контроль короля (поселения с населением свыше десяти тысяч человек не могут принадлежать никому, кроме носителя верховной власти страны). Химму же до этой счастливой цифры ещё очень далеко, причём по довольно простой причине — граф своим приказом ограничил рост населения городка.

Кое-что о графском приказчике я смог разузнать уже во втором посещённом мной трактире (всего их в Химме пять). Оказалось, этот самый приказчик довольно известная личность — ещё бы! Человек настолько приближённый к самому графу… и человек настолько приближенный к званию морального урода. Приказчик Иглеас оказался порядочной сволочью, если, конечно, верить моим источникам информации (трём забулдыгам найденным в невменяемом состоянии возле стены трактира).

Впрочем, одно положительное качество, с моей точки зрения, у этого субъекта всё же было — он жил не в замке графа, а в собственном доме в городе. И пусть дом больше походил на небольшую крепость, меня это не смущало. Осмотрев высокий каменный забор и поморщившись при виде стальных ворот, покрытых рунной вязью, я направился в ближайший трактир (расположенный как раз на пути следования цели), ожидать возвращения Иглеаса из замка, что должно было произойти ещё очень не скоро, так как обычно он приходил домой ближе к полуночи.

С уверенным видом войдя в трактир я, в поисках свободного стола, окинул помещение и немногочисленных посетителей высокомерным взглядом (нужно же тренироваться, учитывая, что планы по получению титула у меня есть). На счастье, стол в углу у окна оказался свободен, его я и оккупировал, первым делом расположив на видном месте меч, чтобы не было лишних вопросов и неприятных ситуаций… А затем выгреб из кармана последние завалявшиеся там медяки и устроил пир — заказал гречневую кашу со свиными рёбрышками себе и овса коняге. Подкрепиться перед делом не помешает. Нужно ли говорить, что умыться я попросил в первую очередь?

*****

Вышибала нервничал. Ему очень не нравилась сложившаяся ситуация: с одной стороны хозяин визжал, брызгал слюной и, топал ножками, требуя выпроводить из трактира засидевшегося гостя… дело привычное — городские выпивохи часто вот так сидели за столом часами, в ожидании щедрого спонсора, но только до тех пор, пока не наступал вечер и зал не заполнялся. Тогда-то Грук и производил перебазирование засидевшихся посетителей наружу. Но теперь случай был особый. За самым лучшим, угловым столом, вот уже часов шесть сидел не слишком богато одетый мрачный господин, ничего не заказывал и только наблюдал в окно за проходящими мимо людьми. Зал давно заполнился людьми, но странный человек и не думал уходить. Мало того, одним своим видом он отпугивал всех посетителей, да и самого Грука тоже, чего греха таить.

Тяжёлый, давящий взгляд серо-голубых глаз, от которого немногих смельчаков, вознамерившихся согнать парня из-за стола, мгновенно бросало в пот и они могли лишь лепетать нечто невнятное, внешность чистокровного благородного, чудовищно дорогой меч… связываться с таким типом не хотелось. Но хозяин уже исходил пеной. Решившись, вышибала собрался с духом и направился к опасному гостю… в этот момент произошло чудо. Молодой аристократ радостно встрепенулся, мрачно улыбнулся и, вскочив на ноги, быстрым шагом вышел на улицу.

Грук облегчённо выдохнул, твёрдо намереваясь напиться до поросячьего визга. Судя по шумному вздоху, пронёсшемуся по залу, ему будет легко найти себе компанию. И пусть хозяин идёт к демонам!

*****

Ждать Иглеаса пришлось долго, очень долго, но мне торопиться было некуда. Зато это время я провёл с пользой. Действительно, по здравому размышлению, лучшего места для отработки одного интереснейшего приёма и не найти…

Эмпатия. Способность, сопутствующая магическому Дару, побочный эффект от взаимопроникновения души человека и души Мира (что и является, собственно, сутью Дара магии). И конечно, также как и Дар, она различается по силе: способности к эмпатии у разных людей различны и имеют прямо пропорциональную зависимость от силы Дара, но дальше пути двух способностей расходятся. Не имеет значения, насколько сильно маг путём тренировок развил своё энергетическое ядро — эмпатические способности у него всё равно останутся на уровне пробуждения Дара… Если их также не развивать.

Вот развитием этой чрезвычайно полезной способности я занялся. Ещё во время учёбы я научился контролировать проникновение эмоций в меня извне, устанавливая своеобразный эмоциональный барьер, научился по собственному желанию сканировать окружающее пространство и отделять эмоции разумных существ от эмоций животных, попутно даже определяя местонахождение объекта. Это было неплохо, очень полезные навыки, но всё же один пробел в моём образовании был. И очень серьёзный — эмпатия позволяла не только принимать чужие эмоции, но и транслировать свои, причём не обязательно настоящие, а это прямой путь к управлению людьми.

Я сосредоточился и начал экспериментировать.

За точку отсчёта я принял ощущения, испытанные во время первого нападения банды Кнута. Помнится, тогда я удивился реакции бандитов на мой взгляд. Что ж, попробуем повторить эффект…

Приблизительно в половине первого ночи Иглеас, в сопровождении двух телохранителей, наконец-то прошёл возле облюбованного мной окна. Времени терять было нельзя. С некоторым сожалением я прервал трансляцию эмоций. Впрочем, эксперимент можно назвать удачным и, хотя настраиваться на нужное состояние пришлось почти два часа, я мог гордиться своими достижениями. Пусть криво и косо, но у меня получилось создать «тяжёлый взгляд», умение, доступное только сильнейшим из магов. Не ниже Мастера магии.

Троицу своих будущих жертв я догнал возле самого дома, как раз в тот момент, когда Иглеас деактивировал рунный замок на воротах. Толстый стальной лист с тихим хрустом разделился на две части, впуская хозяина внутрь, а вместе с ним и меня… Телохранители среагировали на появление чужака слишком поздно: воин, стоявший ближе ко мне, возле самых ворот, успел только схватиться за меч, когда мой нож воткнулся ему под подбородок, не позволяя закричать и отправляя в госте к демонам. Второй телохранитель не намного пережил своего товарища, выронив меч и схватившись руками за торчащий из глазницы нож он, гремя доспехами, плашмя рухнул наземь. С поразившим меня самого равнодушием я переступил через труп. Если у меня и были угрызения совести по поводу убийства двух незнакомых человек, то где-то очень глубоко. Возможно, потом я и буду мучиться, но явно не сейчас.

— К-к-тто т-ты т-так-кой?! — взвизгнул Иглеас, дрожа всем телом и выпучив от страха глаза. Попыток убежать он даже не предпринимал… похвально.

— Как? Ты меня не знаешь? — делано удивился я.

— Н-нет, я впервые тебя вижу!

— Однако это не помешало тебе убить моего отца и изуродовать сестру!!! — бешено заорал я, швыряя под ноги поганому уроду небольшой фаербол.

— А! А-а-а! — Иглеас в ужасе отскочил на два метра назад. — Но это не я! Мне приказали просто провести друзей графа. Я даже не знал, что так будет! Что я мог сделать?!

— Что ты мог сделать?! Почему вы все думаете, будто это вас оправдывает?!! Ты! Тварь! Сейчас ты назовёшь мне имена всех, кто принимал участие в нападении… или, клянусь, я сожгу тебя живьём!

— Но я никого не знаю!

— Этого не может быть! — прорычал я. — Они должны были как-то друг к другу обращаться… Вспоминай!

— Хорошо, я попробую вспомнить, только не убивайте меня, пожалуйста!

— Вспоминай, — с напором произнёс я. — И побыстрее, моё терпение не безгранично.

— Да-да, господин, я вспомню… — а вот, судя по разнёсшемуся вокруг запаху мочи, с угрозами я переборщил. Блин! — Самого главного, молодого аристократа, звали граф фор Мерула, я сам слышал, как он представлялся, — что ж, в этом я и не сомневался, но всё же…

— Что он предложил твоему хозяину за… услугу? Кто ещё из фор Цвейхе был в курсе дела?

— Кроме графа о договоре знал только его старший сын Эрлих, младший служит в королевской гвардии и дома почти не бывает, — и зачастил, видя моё нетерпение. — Граф фор Мерула предложил моему господину… помочь в устройстве Эрлиха при дворе, как вам известно, отец графа фор Мерула имеет большое влияние.

— Известно, — что ж, мой чёрный список пополнился кроме Антониса, также его отцом и графом Цвейхе, вместе со старшим сыном. — Продолжай. Расскажи о сопровождавших вас людях.

— Но я не знаю никого… нет! Не надо, я расскажу! — я разрушил структуру фаербола, развеивая его искрами в воздухе. — Вместе с молодым графом прибыло шестеро: четыре воина в цветах герцога, их имён я не знаю, со странными жёлтыми глазами, и ещё двое — маг не из наших… огненный маг, — бросил опасливый взгляд на мою руку приказчик. — Лет сорока на вид, толстоват, лицо круглое. Граф называл его Сол. А второй — мечник… странный, высокого роста, жилистый, смуглый, с двумя кривыми мечами за спиной и волосами, заплетёнными в мелкие косицы.

— Сколько косиц? Что в них было вплетено?! — меня посетило неприятное предчувствие, если я правильно помнил один из рассказов учителя, то…

— Много косиц, не меньше дюжины, — Иглеас в раздумье наморщил лоб. — Вплетено… на конце каждой косицы коготь какого-то зверя.

— Как коготь скреплён с волосами? Вспоминай!

— Серебряными нитями, — в недоумении промямлил приказчик. Действительно, непосвящённому ни о чём не говорят эти, казалось бы, мелочи. Но я-то непосвящённым не был, Ронгар просветил.

Косицы, когти и серебряные нити, являлись отличительным знаком шаррагарцев — элитных воинов султаната Ахар, второго по силе и влиянию людского государства Калиона. В султанате воинское искусство почитается даже больше, чем в Арране, что и приносит свои плоды. Наравне с выпускниками лучших имперских школ, воины, обучавшиеся в школах боя Ахара, считаются лучшими. И особое место среди них занимают именно шаррагарцы…

В расположенных на севере султаната непроходимых Шаррагарских горах, по слухам (так как расположение школы является самой большой тайной Ахара), расположен замок, где их и готовят. Собирая подходящих для их целей малолетних детей со всей страны, мастера Замка затем обучают их при помощи жестоких, но чрезвычайно эффективных методик. Получившиеся в результате воины поступают на службу в личную гвардию султана… либо сдаются в аренду. Естественно, спрос на мастеров двуручного боя огромен (именно оберукость и является отличительной чертой выкормышей Замка), а, учитывая их абсолютную преданность нанимателю и беспрекословное исполнение его приказов, люди готовы платить за найм любые деньги. Вот с таким воином меня и свела судьба, да не просто воином, а лучшим из лучших — всего в иерархии шаррагарцев двенадцать рангов и меня угораздило связаться с наивысшим из них. Но, по крайней мере, магом он не был. Если бы нить оказалась золотой… даже думать не хочу, что было бы.

— Его имя?!

— Я не знаю точно… — опять начал юлить гадёныш. — Но я слышал, как маг называл его Ксар… не надо! Я больше ничего не знаю!

— Вас сопровождал отряд воинов графа. Я хочу знать имена всех.

— Я не знаю их по именам… Но могу взять список у казначея.

Я усмехнулся.

— И для этого тебе нужно попасть в замок.

— Конечно… — мелко закивал хитрец. — Я никому не расскажу о вас, клянусь!

— Я тебе верю. Мы же с тобой подружились? Да?

Иглеас широко фальшиво улыбнулся.

— Да-да, вы мой лучший друг!

— Отлично, тогда пей! — я достал из сумки склянку с «Лучшим другом». — Четверть склянки.

— Н-но… я-а-а, — затрясся подонок.

— Это не яд, клянусь всеми богами! — поклялся я одной из сильнейших клятв, преступить которую не решится ни один здравомыслящий человек.

— Х-хор-рош-шо… йа-а выпью, — трясущейся рукой Иглеас взял склянку.

— Половину, — услужливо произнёс я. — Молодец… А теперь слушай меня внимательно… Я твой лучший друг… Ты считаешь меня практически своим братом… Мне нужна помощь… ТЫ предложил принести списки десятков, участвовавших в нападении на Большие Петухи.

— О, мой друг! Как давно мы не виделись?! Я принесу тебе списки, даже не думай отказываться! — глупо заулыбался Иглеас, глядя на меня радостно-тупым взглядом. Хм, неплохо действует, даже быстрее чем я рассчитывал!

— Но я не хочу, чтобы у тебя были неприятности из-за меня, друг. Лучше никому не говорить, зачем тебе списки, и обо мне тоже.

— Да, да! Я никому не скажу. Я принесу…

— Стой! Сначала переодень штаны, — не сдержал улыбку я. Действие «Лучшего друга» оказалось в чём-то очень забавным.

— Да-да-да! Я быстро! — через пару минут Иглеас уже бодро бежал в новых, но одетых задом наперёд штанах, в замок.

Ждать возвращения «друга» мне пришлось не долго. Около часа. За это время я успел прибраться, скинув трупы в колодец (предварительно освободив их от ценностей), и теперь сидел на крыльце, погрузившись в медитацию. Я был заполнен почти под завязку, но не стоило пренебрегать даже крохами Силы, всё же опасность разоблачения велика. Знающий человек (а на службе графа наверняка есть маг, пусть и не эсхарец по происхождению, но это отнюдь не делало его слабее, даже наоборот) легко сможет определить воздействие «Друга» и тогда в гости ко мне вместо радостного идиота заявятся злые солдаты.

Но мои опасения оказались напрасны.

Иглеас вбежал во двор всё с той же дурацкой ухмылкой на лице и стопкой бумаг в руках.

— Вот, — протянул мне бумаги «друг». — Это личные дела воинов десятков Грамма и Ролта.

— Спасибо, — я аккуратно положил бумаги в сумку. Кстати, а места-то там почти не осталось, всё же заплечная сумка не безразмерна. По уму, стоило бы купить заводную лошадь для перевозки вещей. Вот только за что?.. — Друг, мне нужны деньги, ты ведь отдашь мне свои, да? И от лошади я бы не отказался.

— Для тебя всё что хочешь! Я сейчас принесу деньги, но лошади у меня нет, — искренне огорчился приказчик. — За ней некому присматривать, — м-да, характеристика, данная Иглеасу забулдыгами, оказалась более чем точной: трус, подлец и сквалыга, но «Лучший друг» располагает к щедрости даже таких как он. Надо же, на слуг денег пожалел! И как только на собственный дом расщедрился и на охрану? Ах да, он же трус, а в замке графа не всегда безопасно.

— Вот, здесь сто двадцать империалов, — я от удивления присвистнул. Неплохо! Очень и очень неплохо. Если учесть, что империал на треть тяжелее лира, то деньги просто огромные.

— Я знал, что на тебя можно положиться, — кошель с деньгами отправился в мою сумку, сразу приятно потяжелевшую. — Но я хочу тебя тоже отблагодарить за всё… добро. Выпей. Это зелье называется «Одуванчик», — Иглеас выхватил у меня склянку с эликсиром и залпом выпил. — Тебе понравилось? — кивок. — Да? Вот и хорошо, я пойду. Даже немного жаль, что ты завтра всё забудешь… — одним из полезных свойств «Лучшего друга» было стирание из памяти жертвы последних трёх часов жизни, как бы иначе шпионы его использовали? Им ведь следить нельзя… Спасибо родной Академии, а также наставнику Ронгару, с его неиссякаемой восьмой Стихией, добившемуся для меня разрешения на ознакомление с рецептами зелий, запрещённых к широкому ознакомлению.

Спустя десять минут я выезжал из Химма прочь, а стражник у ворот удивлённо смотрели вслед странному чужаку (ощупывая и разглядывая со всех сторон серебряную монету), решившему глубокой ночью покинуть безопасные пределы поселения. Я же просто больше не мог там находиться, боялся сорваться. Жгучее желание отомстить вспыхнуло с новой силой и доводы разума с трудом сдерживали меня от совершения глупостей. Одна часть парня по имени Харлаф рвалась вернуться в дом приказчика и разрезать того на мелкие кусочки, наслаждаясь мучениями и криками, а другая её успокаивала: не имеет значения, как умрёт враг — смерть от «Одуванчика» тоже не назовёшь лёгкой. Коварное зелье воздействует строго на один орган в теле жертвы — печень, которая просто переставала функционировать и очищать кровь от ядов, человек умирал медленной, мучительной смертью. Поэтому зелье и названо «Одуванчик» — по цвету жертвы перед смертью. Жёлтому.

К тому же, установить причину поражения печени обычному врачу, не магу, очень сложно, а уж вылечить вообще невозможно. С этим мог справиться разве что клирик или маг Жизни. И, в данном случае, цены на лечение меня устраивали. Вряд ли граф расщедрится на полтысячи золотых для своего холуя, проще нанять нового. А если чудо всё же свершится, то мне в будущем просто добавится приятной работы ножом. В далёком будущем.

Пока же придётся вспомнить, что жизнь продолжается.

Глава 8

Славного города Довера, столицы герцогства Донкар и крупнейшего поселения северных территорий Эсхара, я достиг лишь спустя две недели после своей незабываемой встречи с «другом»… мог бы и вдвое быстрее, но зачем? Я за эти дни натренировался, намедитировался и наглазелся на достопримечательности вволю, а заодно наржался и наудивлялся. Нет, я читал, конечно, что девяносто процентов названий населённых пунктов северных земель начинается на «до», но одно дело читать…

Как только не выёживались северяне в попытках сохранить свои «великую самобытную культуру и великие традиции» нетронутыми. Доходило до полного абсурда вроде: деревня Дододолог или Дордордор… большего бреда я в жизни не встречал! Впрочем, говорить это северянину в лицо не советую никому — легко можно нарваться либо на драку, либо на долгую нудную лекцию (а возможно сначала на одно, а затем на другое) о величии великого народа великих донгеров, некогда спустившегося с гор, пронёсшегося по просторам материка войной в поисках новой Родины и нашедшего её в нынешнем Эсхаре. А уж если какой-нибудь умник-историк решит всё же раскрыть пылкому патриоту глаза на историческую правду, то такого дурака и не жалко. И правильно, зачем лишать людей отдушины? Им и так не легко живётся, места на севере не самые дружелюбные.

Итак, я достиг славного города Довер (пешком, кстати, так как продал лошадей в ближайшем к городу трактире, вполне резонно рассудив, что лошади мне либо не пригодятся, либо будут предоставлены за счёт легиона, а деньги лишними никогда не бывают, особенно учитывая мои недавние траты). Двадцать тысяч человек населения, славится кузнецами по всему королевству, столица самого маленького и самого богатого герцогства страны — вот в принципе и всё, что я знал о месте предстоящей службы. Если кратко: горы, холод, кузнецы и горные бараны. Красота!

— Кто таков? — неожиданно остановил меня у ворот города дюжий бородатый воин, в кольчуге до середины бедра и со здоровенным двуручным мечом. Назвать этого монстра стражником у меня просто язык бы не повернулся. И с кем воюют? Вроде как войны нет. Или я чего-то не знаю? — С какой целью в город? — подозрительно спросил бородач. Ну, точно я не знаю! Опять во что-то вляпался! Знать бы только во что. Да что же за невезение в последний месяц-то, а? Одно к одному.

— Адер Харлаф Бледный, прибыл на сборный пункт…

— Проходи, — не совсем вежливо прервал меня бородач. Я благодарно кивнул. — Понабрали сопляков, — буркнул воин, не успел я отойти и на пару шагов. Откровенно говоря, я сперва опешил. Да я с этим верзилой даже не знаком, а он оскорбляет!

— Послушай, ты! — бородач медленно, мне даже показалось со скрипом, повернулся и удивлённо вскинул бровь, взглянув на меня как на говорящее насекомое. — Забери свои слова обратно, или я заставлю тебя их забрать, — ух ты, круто сказал, даже самого пробрало «забери свои слова обратно, или я заставлю тебя их забрать», мощно! Могу же, когда захочу!.. Но, справедливости ради стоит признать, что эту фразу я взял из одного недавно прочитанного приключенческого романа. Жаль только, так впечатлившие меня слова не оказали на бородача ровно никакого эффекта.

— Чё-о-о?!! — воин схватился за меч и медленно начал его вынимать, сурово поигрывая бровями и скаля зубы. Запугать решил? Нет, здесь что-то не так… И внезапно до меня дошло — бородач просто играет роль, слишком его движения были… на публику что ли (которая, кстати, не замедлила появиться, причём в основном это были крепкие мужчины в доспехах и с оружием). Зачем и почему играл не ясно, но это и не важно. Я уже не собирался отступать.

— Как ты меня назвал, тварь?! — я перешёл в наступление. Возможно этот бугай и хороший воин, но не лучше меня. Надеюсь… Пришла видно пора проверить свои навыки в реальном бою. Поэтому я и не стал применять фокусов с эмпатией, хотя мог бы при их помощи легко охладить пыл задиры… Убивать я его, конечно, не буду, но вежливости научу, заодно и пар спущу. Мужику просто не повезло — в данный момент я ощущал острое желание набить кому-нибудь морду, не сдерживаясь выплеснуть накопившееся за последние недели напряжение и злость на такую вот поганую рожу. Не стоит копить в себе злобу, ведь эта бомба может взорваться в любой момент и, как обычно, самый неподходящий. — Я вызываю тебя! — воин опешил, от неожиданности уронив меч обратно в ножны. То ли это были его слова, то ли до такого вообще не должно было дойти, но он растерялся. Особым умом и сообразительностью бугай явно не блистал. — Здесь и сейчас! — я сбросил сумку наземь.

— Послушай парень, перестань, это просто проверка, — неожиданно пошёл на попятный воин, высматривая кого-то в толпе — Мы тут все из Дортверна.

— И что, я должен расплакаться, обнять тебя и напоить пивом до блевотни? Так? — я стянул с себя куртку, оставшись только в облегающем сером свитере, утеплённых штанах из плотной ткани и крепких ботинках. Этот набор, более подходящей к местным реалиям одежды, я прикупил два дня назад, заменив им уже порядочно износившийся старый дорожный костюм, оставив себе только пояс, но зато навесив на него дополнительный груз. Теперь у меня сбоку слева висел длинный узкий нож, даже скорее стилет, дюжина небольших метательных ножей спереди, в специальных кармашках по обе стороны приличных размеров стальной пряжки и, конечно, футляр с книгой справа, который я уже просто не замечал, так как он стал практически частью меня. Ах да, сзади ещё крепилась фляга с самогоном, в горах без этого никак. Холод дикий.

— В круг… гнида, — бородач опешил, он явно не ожидал такого поведения от хлипкого по сравнению ним паренька, а затем в его глазах появилась нешуточная злоба.

— Я не хотел калечить тебя, сопляк! Но ты сам напросился! — бородач наконец-то достал свой… меч, наверное. Вообще, у меня на этот счёт было два варианта: или меч, или безжалостно выдранное крыло мельницы, но раз уж ЭТИМ собираются драться… — Один удар и ты труп, сопляк! — прорычал «актёр».

Я только хмыкнул. По мне ещё попасть нужно.

Присев на корточки, я отвязал от сумки свёрток с мечом. Дело в том, что в герцогстве Донкар всем людям, не находящимся на государственной службе и не принадлежащим к первому сословию, было запрещено носить оружие открыто, закон предписывал закручивать его в ткань и перевязывать верёвкой. Мера, принятая королём после одного из восстаний донгеров, решивших в очередной раз создать «великое государство великого народа».

— Что здесь происходит? — неожиданно отвлёк меня от развязывания упорного узла чей-то чуть хрипловатый голос, раздавшийся практически над самым ухом. Судя по уверенному тону и властным ноткам в голосе, это был кто-то из командиров.

— Сотник, — браво отрапортовал бородач. — Этот сопля… — определённо, его в детстве или обидел сопляк, или его самого так дразнили, но «Борода» просто не знал других слов. — …человек вызвал меня на поединок.

— Да-а? — бросив оценивающий взгляд на меня, протянул сотник, высокий подтянутый мужчина в дорогой кольчуге и с великолепным мечом на поясе. Великолепным, но не в сравнении с моим. Хотя сейчас этого и не скажешь, потому как ещё две недели назад я замаскировал меч, обернув рукоять полоской кожи, а ножны обтянув тканью. Зачем искушать разбойников видом безусого (да, волосы на лице у потомков Ночных эльфов росли плохо) юнца с жутко дорогим мечом. Мне лишние неприятности ни к чему. — Ты, как обычно, решил проверить новичков?

— Я просто…

— Молчать, — «Борода» мгновенно заткнулся. Да, видно сотник мужик серьёзный. — Парень, как тебя зовут? — обратился ко мне мой будущий командир.

— Адер Харлаф Бледный, прибыл на сборный пункт для последующего несения службы в крепости Дортверн, сроком на четыре года, — попутно разогреваясь, отчитался я… и замолчал, наткнувшись на взгляд сотника, напряжённо наблюдавшего за моими разминочными движениями.

А вот «Борода», да и остальные воины, смотрели за моими действиями с презрительно-покровительственной усмешкой. Воины видели перед собой лишь пытающегося выглядеть крутым юнца. Как же, они же все ветераны, прошли огонь и воду, невместно им заниматься подобным… срамом. А вот я разминкой пренебрегать не стал, если есть возможность, то лучше размяться, чем потом залечивать растяжения и порванные мышцы. Тем более что в транс без разогрева лучше не соваться, ведь там нагрузка на связки и мышцы просто запредельная …

— Хватит дёргаться! — не выдержал мой противник. — Давай начинать! — признаться, я последние несколько секунд просто дурачился, наблюдая за физиономиями зевак и за задумчивым сотником, теперь уставившимся на мой меч. Явно пытался вспомнить, где уже видел подобный клинок. Молодец.

— Ладно… Условия, — «Борода» явно хотел ляпнуть «до смерти», чтобы потом надо мной поиздеваться, вынуждая просить о сохранении жизни, но сотник его перебил, глядя на меня с удивлением и неверием в глазах:

— До первой крови… — бугай возмущённо вскинулся. — Не смей мне перечить!.. Круг, — зеваки расступились, образуя круг шагов пятнадцать в диаметре, тем самым, загораживая проезд в город что, естественно, не убавило числа любопытствующих.

Борода что-то неразборчиво пробурчал, но возмущаться не решился. Я, как можно равнодушнее, пожал плечами — не спорить же со своим будущим начальством. К тому же, наши взгляды на условия поединка полностью совпадали.

— Давай Борода, поучи сопляка вежливости! — хм, как я с прозвищем-то угадал.

— Покажи ему Борода!

— Порви его! — естественно, бугай после таких слов воодушевился, заревел, поднял меч высоко над головой и медленно пошёл на меня, зловеще ухмыляясь. Здесь я должен был, наверное, упасть на колени и просить о пощаде… ага!

Бугай всё ещё думал, будто это игра. А вот мне такое недвусмысленное пренебрежение и неуважение (да к тому же и непростительная беспечность) очень не понравились. Я даже в транс входить не стал — природной скорости вполне хватало для боя с этой неповоротливой тушей. Зря бородач не придал значения внешности противника, а может быть, он просто забыл о преимуществах, дарованных мне эльфийской кровью…

Два быстрых шага, и я оказываюсь вплотную с пышущим звериной силой и яростью телом… Удар ногой в ничем не защищённую голень… правая рука, с зажатым в ней обратным хватом клинком, ударом снизу вверх со всей дури, набалдашником меча разносит на мелкие кусочки челюсть бугая, а левая наносит удар ножом в бедро… И в довершение уже совсем не нужный удар головой в нос, просто так, из моей природной злобности.

— Аф фы, фопфя… — схватившись левой рукой за лицо, прохрипел Борода (нужно отдать ему должное, меч он не бросил, используя его как костыль).

— Закрой пасть! — сотник просто подошёл и врезал здоровяку в ухо, без лишних нотаций. И проорал. — Концерт окончен! Расходимся! — толпа вокруг мгновенно рассосалась. Авторитет — страшная сила. — Иди за мной, парень. Меч можешь не прятать, — я только пожал плечами, мило улыбнувшись своему противнику. Тот впрочем, не оценил, бросив в мою сторону злобный взгляд. Могу поспорить, бородач считает свой проигрыш случайностью, и скоро стоит ждать продолжения банкета…

— Ладно.

— Борода… если ещё раз тебя здесь увижу — повешу. Пошли, — это уже мне.

Идти оказалось совсем не далеко, здание, выделенное властями города под сборный пункт, находилось буквально в пяти минутах ходьбы от городских ворот. Эдакий барак с расположенной рядом загородью а-ля загон для скота. Внутри которой, под чутким руководством седого матёрого десятника, сейчас обливались потом три десятка новобранцев. Это сколько же воинов пойдёт в Дортверн? Посчитаем: полтора десятка возле ворот, три десятка здесь и, наверняка, я ещё не видел где-то половину. Будем считать сотня… неплохо.

Мы вошли внутрь.

— Присаживайся, — предложил мне стул сотник, усаживаясь за стол в кресло. Я благодарно кивнул, но не стал падать на предложенное место, а сначала достал из сумки свиток и передал его начальству. Документы прежде всего, да и, честно говоря, мне просто было лень что-то объяснять. И так вопросов будет более чем достаточно.

— Исключение из Академии за неподобающее поведение? — удивлённо приподнял бровь воин. — Служба простым легионером сроком на четыре года? Но в то же время звание адер, что за бред? Какой идиот определил дипломированного колдуна в строевые легионеры?! Ладно, в крепости разберёмся… Ну, и что ты такого неподобающего натворил? Залез под юбку дворянке, — сотник ухмыльнулся. — Или наступил на ногу преподавателю?

— Почти. Я занимался запрещённой магией.

— Запрещённой?! Магией Крови, что ли?

— Нет, просто боевой.

— Да-а, — спустя пару секунд задумчиво потёр подбородок сотник. — И что же ты умеешь? Кстати, где ты учился драться?

— Умею… — я сосредоточился, вытянув перед собой руку и сформировав над ладонью небольшой фаербол. — Вот примерно в таком ключе. А владеть мечом меня учил отец, а затем наставник Ронгар, — лицо сотника вытянулось. Оказывается учитель-то известная личность.

— Кх-м… да? И ты… вы в Ордене? — а он неплохо осведомлён!

— Если вы имеете в виду Орден Аан, то да. Я воин Ордена.

— Вот же… — откинулся в кресле сотник. — И задали вы мне задачку, адер. Вы понимаете, что я просто не могу оставить бойца такого уровня, да к тому же колдуна… не бесполезного, рядовым легионером? Вот что, легионер Харлаф Бледный, вы повышаетесь в звании до десятника, — встал и протянул мне руку сотник. — По прибытии в крепость начальник гарнизона решит, отправить вас инструктором или же отдать в распоряжение гарнизонного мага… Хотя, у него и так два ученика-мага и три колдуна в подчинённых, хватит с него.

— По вопросу устройства на постой обращайтесь к десятнику Антонису Кругу… Всё, можете быть свободны, — отпустил меня сотник, но уходить я не торопился.

— Господин сотник…

— Да?

— Можно вас попросить… Я бы хотел пока сохранить свои возможности мечника и мага в секрете. Это возможно?

— Да, конечно… но зачем?

— Так я смогу лучше узнать своих будущих сослуживцев… все их хорошие и, особенно, плохие стороны…

Сотник ухмыльнулся.

— Хорошо, я пока не буду никому о вас рассказывать.

— Спасибо.

*****

Насколько мне повезло с повышением по службе, я понял, только войдя в барак. Это… м-м-м… здание, явно не было рассчитано на проживание в нём аж целой сотни здоровых мужиков, максимум пятидесяти. А потому о комфорте и речи не шло. По крайней мере, для рядовых легионеров. Барак, по сути, был всего лишь коробкой из четырёх стен — одной огромной длинной комнатой, сплошь заставленной трехъярусными койками. Мне оч-чень повезло с повышением, ведь я не буду ночевать здесь. Для проживания десятников была отведена небольшая комнатушка в торце здания, тоже не королевские апартаменты, но лучше, чем ЭТО.

Вообще, десятник с таким ненавистным мне именем, оказался вполне себе нормальным мужиком лет пятидесяти, он сразу же, без лишних вопросов, мне всё объяснил и выдал, хотя я в постельном белье не особо и нуждался — одну ночь можно и так поспать. Попутно десятник рассказывал последние новости, найдя во мне благодарного слушателя. Оказывается, уже завтра в шесть утра колонна новобранцев должна выйти за пределы города, с тем расчетом, чтобы вечером четвёртого дня прибыть в Дортверн… А ещё я узнал об обострившихся отношениях между Эсхаром и Лантаром.

Похоже, я всё-таки смогу испробовать свои плетения на практике.

*****

И действительно, спустя четыре дня пути по горным дорогам и перевалам, колонна из сотни человек и трёх десятков вьючных лошадей подошла к месту назначения. Крепость Дортверн предстала передо мной во всей красе. Откровенно говоря, я в своей жизни повидал не слишком много крепостей и замков, но этот был самым внушительным из всех. Насколько я знал из истории, давным-давно, ещё во времена империи Аан, преодолеть Серые горы, разделяющие нынешние Эсхар и Лантар, считалось настоящим подвигом, на который решался не каждый отчаянный горец. Естественно, торговле это не способствовало, и тогда купцы со всей империи послали прошение императору, дабы он решил эту проблему. И император откликнулся (ещё бы, купцы явно не поскупились на такое дело) на слёзные мольбы подданных и запряг в работу магов, которые принялись отрабатывать деньги на полную катушку и, особо не заморачиваясь, прорезали в горе дорогу длиной десять километров и шириной полкилометра. Получилось самое настоящее ущелье с абсолютно ровными стенами высотой в несколько километров… Нынешним повелителям Силы подобные масштабы и не снились.

Уже значительно позже, после распада империи на множество кровоточащих кусков, ушлый эсхарский король Эдгар I Весельчак смог подсуетится и вместе с принцессой Лантара (тогда он назывался, правда, иначе) Лоритой прихватил и это самое ущелье (в приданое), оперативно построив в нём крепость и тем самым, не только наложив лапу на единственный торговый путь, но и значительно облегчив себе задачу охраны границ с соседом-соперником. Ведь, кроме как через Зеркальное ущелье, из Лантара в Эсхар можно попасть либо козьими тропами через горы, либо обогнув эти самые горы — пройдя по территории орков…

Так и была построена одна из ключевых в системе обороны королевства крепость — Дортверн, или Ласточкино Гнездо, как её называют по-простому. Действительно, общие черты определённо были: крепость представляла собой половину огромного восьмигранника (с гранями длиной более ста метров и высотой около тридцати), словно выросшую из правой стороны ущелья а, учитывая, что основные её помещения находились внутри скалы… Штурмовать Ласточкино Гнездо пытались много раз, но всегда безуспешно, ведь взять с наскока подобное укрепление чрезвычайно сложно, а осада невозможна из-за непрерывного обстрела лагеря осаждающих из гигантских катапульт, установленных на четырёх башнях крепости, и станковых арбалетов, имевшихся в Дортверне с избытком.

Вот в таком месте мне и предстояло провести следующие четыре года.

Дортверн встретил прибывшее пополнение с холодным безразличием древнего колосса, давно переставшего обращать внимание на копошение ничтожных мошек в своём исполинском теле и погрузившегося в тягостнее раздумья о вечности. Зато люди оживились, и скоро на расстоянии метров двадцати от строя новобранцев образовалась внушительная толпа.

Послышались смешки и подколки.

Но всё тут же прекратилось, когда на площадь, в сопровождении четырёх воинов охраны, вышел высокий мужчина, явно благородного происхождения, с волевым лицом и волосами, обильно украшенными сединой. Судя по знакам отличия, тысячник. Высокое начальство соизволило выйти к простому народу, ай-яй!

— Воины! — начал толкать речь офицер, с его зычным, хорошо поставленным голосом это было не сложно. — Вы все с этого момента вступаете в ряды доблестной армии Эсхара, в ряды Второго легиона Его Величества короля Конрада III. Ура!

— Ура! Ура! Ура! — нестройно прокричали новобранцы. Губы ветеранов при этом искривились в презрительной ухмылке.

— Завтра утром вы все примете присягу и станете полноправными воинами короля, поздравляю!.. — а затем просто развернулся и ушёл. Даже обидно слегка.

— Та-ак, слушайте внимательно, вы, дети баранов! — заорал на несчастных вояк, споро подбежавший к нашему строю коренастый, с неприятным, побитым оспой лицом, десятник. — Сейчас вы десять… не ты придурок, ты в другой десяток, мне идиоты не нужны… бегом и молча! Если хоть один недоносок отстанет, я лично его кастрирую, всем ясно?

— Так точно!!! — удивительно слаженно проорали легионеры, трясясь от страха как камыш на ветру.

— Ты! Кто ты такой?! Сукин сын! Почему не слушаешь, когда я говорю?!

— При всём уважении, лэр, — я вовремя вспомнил, как в армии положено обращаться к старшему или равному по званию офицеру. — Если вы ещё раз позволите себе высказаться подобным образом о моей матери, я вас убью.

Десятник на мгновение опешил:

— Что-о-о?!!! Что ты вякнул, мелкий кусок де…?! — воин опрометчиво потянулся рукой к мечу и сделал несколько шагов в мою сторону. Определённо, отношения с сослуживцами у меня не заладились.

— Отставить, десятник! — остановил смертоубийство холодный голос подошедшего во время нашей ссоры сзади к десятнику человека в гражданской одежде и с прямоугольным футляром на поясе. Книга заклинаний, определённо… Гарнизонный маг. — Этот молодой наглец мой подчинённый.

— Но…

— Ты меня не слышал? — выразительно приподнял бровь маг.

— Так точно, есть отставить! — вытянулся во фрунт десятник, наградив меня злобным взглядом.

— Пошли, — резко бросил мне маг и направился прочь, не обращая больше ни на что внимания.

— Интересно… исключили за неподобающее поведение, — неожиданно улыбнулся маг, уже с удобством расположившись в своём кабинете за письменным столом.

— Дворянок я не трогал, — решил сразу прояснить ситуацию я.

— Да знаю я, за что тебя исключили: не ты первый, не ты последний, — махнул рукой маг. — Все более-менее талантливые одарённые из простонародья, рано или поздно начинают интересоваться боевыми аспектами Стихий, — мои брови помимо воли поползли вверх, а челюсть упала на колени… благородный, мало того, полноценный маг, похвалил простолюдина… Чудеса! — Здесь сказано, что ты прошёл годичную программу за четыре месяца… Неплохо.

— Там нет ничего сложного, — почему-то начал оправдываться я. В этот момент раздался стук в дверь и, дождавшись разрешения, в комнату один за другим вошли пять человек. Ага, а вот и ученики, о которых упомянул сотник — колоритные личности кстати: лет двадцати-двадцати трёх на вид, они определённо были близкими родственниками, я даже почти уверен, что близнецами. Почему я так решил? Всё очень просто — эти двое были довольно известными людьми. Нет, о существовании конкретно этих людей я до сего момента и не догадывался, но о подобных им слышал…

Никто точно не знает, почему так происходит, но иногда в семьях носителей крови Ночных эльфов рождаются близнецы, причём всегда мальчик и девочка. Оба они имеют редкие даже для чистокровных эльфов снежно-белые волосы и уникальный магический Дар. Каждый из таких детей по отдельности не имеет ни малейших способностей к магии, но вместе… мало того, что близнецы обретают Дар огромной силы, так ещё и получают возможность оперировать всеми семью Стихиями сразу. Рождение таких детей огромная радость не только для родителей, но и для государства. Жаль только, рождаются они не чаще чем раз в сто лет…

Близнецы, казалось даже не обратив на меня внимания, вошли и молча уселись в кресла вдоль стены. Ну да, при таких размерах кабинета, можно сделать вид, что просто не заметил, находящегося на другой стороне комнаты, человека. Это шутка конечно, но очень близкая к правде. Следом за близнецами в кабинет с опаской зашли трое колдунов — определить их принадлежность к этой не совсем уважаемой профессии я смог простым вычитанием: пятеро подчинённых у гарнизонного мага, из них два ученика уже в наличии, значит оставшиеся — колдуны. Но и без высшей математики различия между магами и колдунами очевидны. Какая-то боязливость и неуверенность, ощущение неполноценности что ли, витали в воздухе вокруг этой троицы. К тому же, три мужика, одетые в форменные тёмно-серые балахоны колдунов выглядели откровенно… не совсем, особенно на фоне шикарно приодевшихся благородных. Колдуны, внешностью и так больше походившие на чахоточных доходяг с глазами побитой собаки, в этой одежде вообще превратились в придаток к великим и ужасным магам. Эту серую мерзость я на себя ни за что не одену!

— Что ж, Харлаф, будем знакомиться… Меня зовут Виктор, барон фор Седар, Мастер магии Воздуха. Это, — барон указал рукой на близнецов. — Трисс и Триан фор Мерк, кто они такие, я думаю, ты уже понял, — маги синхронно кивнули. — А это мои новые подчинённые: адеры Карс Шолит, Горан Мегрис и Андрес Кант, — колдуны по очереди поклонились. — Нашего нового товарища зовут адер Харлаф Бледный, — представил меня Мастер.

— Приятно познакомиться, — улыбнулся как можно приветливей я. — Извините Мастер, но почему вы сказали «новые подчинённые»?

— Почему? Да потому, что магом крепости Дортверн я стал всего месяц назад. Мой предшественник скончался от… естественных причин, а я с учениками как раз прибыл на Родину после долгого отсутствия. Мы больше десяти лет пробыли в Арране, вот наше родное государство и отправило нас сюда, на усиление, как мне сказали.

Теперь ясно, почему я не ощущал исходящего от магов презрения, перевоспитались в империи. Впрочем, особого дружелюбия я также не заметил, ну да ничего… разберёмся. Зато колдуны представляют собой яркий пример затюканного подчинённого, они, наверное, сами себя считают людьми второго сорта. Что ж, это их проблемы. Кстати, а ведь здесь собрался отличный контингент для испытания проявившегося у меня недавно (два дня назад) умения — я научился видеть ауры живых существ, приобрёл так называемое Истинное зрение (для обретения этой способности необходим определённый уровень развития Дара, потому я раньше ауры видеть и не мог).

Очень полезное умение, между прочим, помогает отличать живое от неживого, иллюзию от реальности, определять уровень Силы магов… да много ещё чего. Я, конечно, не достигну таких высот в манипулировании тонким телом как клирики или некоторые тёмные маги, просто направленность Дара не позволит, но защититься от вторжения в своё тело духов или тех же клириков вполне смогу.

Та-ак, попробуем рассмотреть ауры… Ого! Очень интересно, а ведь ауры одарённых и обычных людей сильно различаются. Если у бездарей аура это скорее тусклое разноцветное свечение вокруг головы и слабый ареол вокруг тела, то ауры магов горят, подобно Мистелю в зените, а в центре у них находится ослепительно светящийся шар ядра Дара, невероятно. Аура барона фор Седар просто ослепляет, вот что значит Мастер магии… и ядро у него полупрозрачное, нежно-голубого цвета… значит, каждая Стихия имеет своё цветовое отражение… Не понял, аура Мастера пропала. Я быстро сменил зрение на обычное, испугавшись… опытный маг понимающе улыбался. Да он почувствовал наблюдение и просто замаскировался! Я в ответ обезоруживающе улыбнулся и пожал плечами.

Продолжим.

Ага! Колдуны, откровенно говоря, не впечатлили, если учесть их возраст, а значит и срок работы над Даром, то они просто слабаки — все приблизительно на моём нынешнем уровне… Зато близнецы меня ещё как впечатлили — их аура была почти такой же огромной и насыщенной как и у Мастера, мало того… у них была одна аура на двоих и общий Дар, два шара, соединённые каналами Силы.

— Ну что, изучил? — напомнил о себе Мастер.

— Да, — я очнулся, возвращаясь к обычному зрению. Колдуны, о чём-то перешёптывавшиеся в углу, прекратили разговор и обернулись ко мне, а каких эмоций удостоили! — Господа колдуны, сдерживайте, пожалуйста, эмоции. Я вам ничего плохого не сделал, — все три моих коллеги скорчили одинаковая гримасы недовольства и презрительно отвернулись. Ну и ладно…

— Если изучил, тогда… адер Мегрис, — маг голосом особо выделил звание. — Проводите, пожалуйста, молодого человека в его комнату.

— До свидания, — я слегка поклонился, прощаясь, и отметил, что все три мага также слегка склонили головы, в отличие от колдунов. Эти меня проигнорировали. А что вы хотели? Отсутствие нормальной фамилии явно говорит о моём низком происхождении, и никакие звания исправить такое не могут. Я сразу же просчитал эту троицу, охарактеризовать их можно лишь одним словом — шакалы. Лебезят перед стоящими выше по социальной лестнице и презирают нижестоящих. На этом держится их мир.

Как оказалось, комната, в которой мне предстояло провести следующие четыре года, находилась буквально в двух шагах от кабинета начальства и, как я понял, от комнат всей остальной магической братии. Глубоко внутри скалы.

— Вот твоя дверь, — подойдя к двери, заговорил скрипучим голосом до того молчавший как рыба проводник. — За форменной одеждой зайдёшь…

— Я это уродство не одену, — констатировал факт я, проворачивая в замке ключ, торчавший там в ожидании хозяина. — Спокойной ночи.

— Тебя накажут! — запылал праведным гневом адер. — Прекращай дерзить благородным, ты ещё совсем не знаешь жизни, чтобы так себя вести… Не смей захлопывать дверь, когда я с тобой разговариваю! — колдун в гневе пару раз ударил в дверь ногой и, осыпая меня не самыми приятными словами, ушёл прочь. Я пожал плечами — в последнее время мне на пути попадаются одни недоумки, если обращать внимание на всех… И вообще, что-то я совсем обнаглел, раньше я бы не стал нарываться на неприятности ни с воином у ворот, ни с этим колдуном. Общеизвестно, что у молодых магов часто портится характер, стоит им почувствовать Силу и свою исключительность… упоение силой, будь оно неладно. Это просто нужно пережить.

А теперь спать, что-то я совсем умотался с этими походами по горам. Тут никакого здоровья не хватит.

Всё, меня нет…

Глава 9

— Тревога! — крик часового с крайней правой башни и последовавший за ним перезвон тревожного колокола, заставили меня мгновенно сбросить оковы сна. Несмотря на то, что вчера я лёг довольно рано, а может как раз и по этой причине, я не выспался и чувствовал себя вконец разбитым — подняться на медитацию мне стоило нечеловеческих усилий. Конечно, резерв жизненной энергии у меня есть, ведь я уже четыре дня полноценно не уходил в транс, а только пополнял запасы, но всякое может случиться… вот это всякое и случилось. Я грязно выругался, словив при этом уважительный взгляд пробегавшего мимо легионера, и бросился обратно в комнату, если это нападение, то стоило экипироваться по полной программе.

Всё же, не зря я переборол жадность и свернул в сторону — дорога в Довер проходила как раз мимо известного на всё королевство посёлка кузнецов-оружейников и я не удержался от искушения. Свернул, зашёл и потратил практически все средства на различные колюще-режущие игрушки, вкупе с прочим барахлом той же направленности. Часть своего арсенала я уже продемонстрировал широкой общественности, а теперь собирался предстать перед этой самой общественностью во всей красе. Со всей возможной скоростью я распотрошил свою заплечную сумку, бросая вещи прямо на пол, быстро оделся, и уже в полной готовности выбежал наружу. Признаться, я даже немного отвык от ощущения меча на поясе, что ни есть хорошо… Ничего, привыкну, к хорошему привыкают быстро.

— Стоять! — уже на выходе остановил меня гневной окрик. Я обернулся, позади стоял незнакомый десятник лет двадцати пяти на вид и недовольно рассматривал меня любимого. — Почему без брони?! Думаешь, свитер и полотняные штаны защитят тебя от стрел?! И кто ты вообще такой? Я раньше тебя не видел, — десятник окинул подозрительным взглядом мою нестандартную экипировку: на поясе слева полуторный меч, брони нет (решение отказаться от доспеха далось мне, откровенно говоря, не легко, но логика победила). Те доспехи, денег на которые у меня хватало, не давали сколько-нибудь значительной защиты телу, но зато прилично замедляли движения, так что от них я отказался, сделав ставку на амулет и собственную скорость. Единственное, что можно было с очень большой натяжкой назвать доспехом, так это мой старый добрый пояс. Стилет я прикрепил к голени правой ноги, повесив на его место на поясе меч.

Я бросил быстрый взгляд на стену, пока всё спокойно, можно особо не торопиться. К тому же, защитников на стенах и так, более чем достаточно.

— Адер Харлаф Бледный, новый гарнизонный колдун, — дружелюбно начал я, не всё же мне отношения с сослуживцами портить, надо для разнообразия и налаживать. — Лэр, вы не знаете, что случилось?

— Извините, адер, — произнёс воин. — Я не знал, что у колдовской братии пополнение, я…

Что там десятник хотел сказать дальше я не услышал — моё сознание затопила жуткая боль… Очнулся я стоя на коленях и уткнувшись лбом в лужу собственной блевотины.

— Что за… — прохрипел я, обтирая лицо рукавом. Единственное, что всплывало в памяти, это нахлынувший на меня внезапно коктейль из дикого ужаса и запредельной боли.

— Посмотри на стену, — произнёс прямо у меня над ухом знакомый голос. Так и есть, Триан. Маг, кстати, тоже выглядел, мягко говоря, не ахти.

Я поднял глаза вверх.

— Молот мне в зад, — я с раздражением отметил присутствие в своём голосе панических ноток. — Кровавый Туман.

— Точно, — подтвердил мои опасения маг. — Сейчас полезут, — это он про лантарцев, конечно.

Я мотнул головой, отгоняя малодушные мысли. Каким бы сильным не был противник, сдаваться ещё рано. Это я так себя успокаивал, на самом деле шансы на выживание у гарнизона Дортверна призрачные. Заклинание Кровавого Тумана относилось к заклинаниям высшего порядка в магии Воды. Магистру Воды мне просто нечего противопоставить, а разделять судьбу той сотни воинов, которая сейчас висела кровавой взвесью над стеной, не хотелось.

Маг оказался прав, буквально через несколько секунд после его слов из тумана вынырнула первая фигура вражеского воина, окутанная дымкой магической защиты — без специальных амулетов находится внутри Тумана, очень не рекомендуется. Я поднялся на ноги. Что ж, пришла пора испытать себя в бою с настоящим противником.

— Я на стену.

— На стену? Ты с ума сошёл, иди к колдунам и помогай запитывать стрелы Силой!

— Сейчас я нужнее на стене, — я грубо прервал мага. — Колдуны справятся и без меня.

— Погибнешь зазря.

— Не думаю. Смотри, наше начальство уже начало действовать, — и ещё как действовать. Пятёрка воинов, выбежавшая из тумана на чистый воздух, тут же осыпалась кровавыми ломтями, а Туман в мгновение ока сдуло вниз со стены… где послышались дикие крики лантарцев, стоявших в задних рядах и не экипированных амулетами. У меня сегодня появился великолепный шанс увидеть бой двух виртуозов магии. Вода или Воздух? Вот в чём вопрос. Естественно, в данном конкретном случае, я всеми конечностями за Воздух.

— Закрыть брешь! — голос тысячника, казалось, пронёсся по крепости ударной волной, отработанный годами упорных тренировок командный рык внушал уважение. И этот рык произвёл прямо-таки магическое действие на подчинённых, легионеры, до того хаотично метавшиеся по крепости, сразу же очухались и стали походить на солдат, а не на стаю перепуганных кур. На башнях заработали катапульты, станковые арбалеты начали посылать в наиболее опасных врагов зачарованные болты-переростки… Я вихрем взлетел на стену, сходу включившись в драку.

Активная рубка на стене продолжалась всего минут пятнадцать, а затем лантарцы отступили, оставив под стенами горы трупов — даже просто упавший с тридцатиметровой высоты воин, гарантированно превращался в труп. Сил магов врага, видно, не хватило ещё и на спасение любителей недолго полёта — вся энергия уходила на поддержание в рабочем состоянии гигантских лестниц. Интересное решение, кстати, обычная лестница ни за что не смогла бы дотянуться до края стены Дортверна, но вот обработанная рунными магами… К тому же, оторвать такую лестницу от стены усилиями простых легионеров не получалось, как они ни старались, колдовская конструкция будто вросла в камень. Мои попытки сжечь лестницу сначала тоже терпели полный крах, пока я не разозлился и не пульнул Светляком. Огромный фаербол буквально испарил находившихся в тот момент на лестнице солдат врага, а также всех стоявших в радиусе тридцати метров на земле возле неё. Естественно, сама лестница превратилась в кучу головешек.

И вот тогда для меня началось настоящее веселье — из толпы вражеских воинов вылетело три воздушных кулака (по сути тот же шар, только сжатого воздуха, а не огня), один фаербол и светящаяся синяя сосулька, устремившиеся ко мне. Видя такой праздник, мой амулет разом практически истощил свои запасы Силы, но хозяина спас… что не скажешь о находившихся рядом со мной легионерах. После разрушения структуры плетения от столкновения с защитой, высвобожденная энергия трёх Стихий в долю мгновения превратила пять здоровых и пышущих жизнью мужиков в изуродованные трупы. Меня едва не вырвало… Но я сдержался — не стоило разрушать сложившееся обо мне впечатление а, судя по взглядам окружающих, впечатление я произвёл что надо. В следующий же миг мне стало не до размышлений о впечатлениях — в мою сторону уже летела очередная волна мелких, но от того не менее смертоносных заклятий.

— Сколько тебе нужно времени для создания следующего шара? — присел рядом со мной под защиту каменного зубца полусотник.

— Около пяти минут, — я присел на корточки, вытянул ладони перед собой и стал собирать между ними энергию, наполняя плетение.

— Долго… Ладно, работай, парень. В этот раз, может, и отобьемся, — полусотник бросил взгляд налево. На двух средних башнях бушевала настоящая буря — Мастер и его ученики-уникумы отчаянно отбивались от атак врага, изредка даже отвечая, причём довольно результативно. По моим подсчётам, всего у врага около тридцати тысяч солдат, против шести сотен защитников, а сейчас уже, наверное, и четырёх сотен не наберётся. Но, главное, у лантарцев было подавляющее превосходство в магии. Против наших Мастера, двух магов и четырёх колдунов, противник выставил минимум одного Магистра (что уже больше наших совокупных сил в несколько раз), четырёх Мастеров и десятка три магов различного калибра. Просто чудо, что гномья рунная защита на стенах ещё держится, но накопители Силы в крепости не безграничны.

По уму, в Дортверне сейчас должны бы уже сидеть все четыре эсхарских Магистра и Архимаг — ректор Академии, ведь о скоплении на границе с Лантаром войск было известно даже последнему лавочнику на северных территориях. Только, что-то я никого из этих уважаемых господ рядом не наблюдаю.

Наконец, Светляк был готов. Я медленно, осторожно встал, выглянул из-за края зубца… и сразу же сел обратно. На моём участке стены находилось ещё пять лестниц. Я, пригнувшись, разгоняя в стороны легионеров, осторожно перебежал к ближайшей лестнице. Пару раз глубоко вдохнув и сосредоточившись, я нырнул в транс — так больше шансов увернуться от шальной стрелы или слишком резвого солдата, хотя их сейчас и сшибали из арбалетов защитники, не экономя болты.

А дальше меня ждал сюрприз. Когда я встал и сделал шаг из-за зубца, подняв руки с вертящимся между ними фаерболом над головой, то глаза в глаза встретился с взобравшимся уже почти на самый верх пареньком лет шестнадцати. Гадать, каким образом этот ловкач взобрался незамеченным так высоко, я не стал, скорее всего, отвод глаз… или что-то из маскирующих заклятий Воздуха. Нет, точно отвод, это объясняет также, почему только я один мог видеть хитреца — просто аура у меня оказалась мощнее. Откровенно говоря, я никогда особо не интересовался заклятиями сокрытия, и слабо представлял, как работает тот же отвод глаз, знал лишь, что для этого нужно уметь отлично манипулировать аурой и иметь предрасположенность к Свету или Тьме.

Наглый взгляд паренька, который видно думал, что я его не вижу и просто смотрю насквозь, сменился сначала недоумением, а затем страхом, когда он заметил мою ехидную ухмылку и срывающийся в полёт в направлении его лица фаербол… Как оказалось, парень всё же не понадеялся только на невидимость, справедливо опасаясь шальной стрелы — защитные амулеты на нём также имели место быть. Причём довольно мощные.

Светляк не смог уничтожить защитное поле, создаваемое неизвестным амулетом, а банально снёс парня вместе с его защитой вниз, испепеляя по пути лестницу и ползущих вверх воинов. Своё дело моё мощнейшее творение сделало отлично, но я был недоволен — парень, попавший под удар Светляка в упор, выжил, хотя его и унесли из-под стены в подгоревшем состоянии. Ценный кадр, видимо.

На этот раз я спрятался прежде, чем маги врага успели что-то понять и попытаться меня убить. Но радовался я зря. Лантарцы вовсе не собирались просто так отпускать доставившего им столько неприятностей субъекта. Воздух вокруг моей тушки сгустился, заставив меня застыть на месте, а затем вспыхнул бело-оранжевым пламенем… Комбинированная атака Воздуха и Огня, требующая потрясающей слаженности в действиях магов, либо же таланта сразу к двум Стихиям, что случается очень и очень редко.

Спасся я лишь благодаря везению. Те крохи Силы, что оставались в амулете, дали мне мгновения, необходимые для создания Огненного Щита. Всё же, врагу явно не хватало боевого опыта — в тот момент, когда воздух вокруг меня вспыхнул, воздушные тиски перестали действовать. Действительно, зачем тратить энергию, если сквозь огненный вихрь невозможно прорваться, по крайней мере, дилетантам вроде меня… так они думали. Огненный Щит является моей уникальной разработкой — магам, оперирующим Формами, просто нет необходимости использовать Щит, ведь при помощи Форм можно создать намного более совершенную и гораздо менее энергоёмкую защиту. Нужно отдать должное магам противника, сработали они отлично, но всё предусмотреть невозможно. И этот радует.

Единственное преимущество Щита перед защитой на основе Форм, это скорость его создания. Маги заранее создают и навешивают на себя защитные заклятья (не активируя, естественно), ведь времени, необходимого для их создания с нуля, в бою нет. Посчитав, что защиты на мне нет (даже не активированное заклятье для опытного мага прекрасно различимо Истинным зрением), лантарцы ударили эффективным, но не самым мощным заклятьем из своего арсенала. Спасибо им… Щит, пусть и плохо прикрывающий хозяина от магических атак (однако, несколько секунд жизни я с его помощью всё же выиграл, так как заклятье врага должно было сжечь меня за секунду), но помог обмануть противника, который похоронил меня слишком рано, убрал воздушные тиски и позволил мне прорваться сквозь кокон огня и прыгнуть со стены вниз…

Когда моя изрядно прожаренная и поломанная тушка пошевелилась, пробегавший мимо молодой легионер чуть не обделался, приняв меня за ожившего мертвяка. А после того, как прямо на его глазах начали заживать ожоги и открытые переломы ног (собирать кости руками и без обезболивающего оказалось крайне неприятно) якобы трупа, легионер вообще начал смотреть на меня как на бога во плоти.

Я вскинул голову вверх и невольно присвистнул. Одно дела, знать, что тридцать метров это высоко, а другое — прочувствовать на своей шкуре.

— Спасибо, учитель, — тихо поблагодарил я. Если бы не уроки у Ронгара, научившего меня правильно падать даже с такой высоты — лежать мне горячим трупом. Даже энергия в мече Духа не помогла бы. Кстати, а ведь камень-накопитель почти пуст. Та-ак, и с магией всё плохо. На Снежок хватит, но вот на большее…

В свете новых обстоятельств возникает вопрос… Мне возвращаться обратно на стену и почти гарантированно погибнуть, или же идти помогать колдунам в зарядке рунной вязи на болтах и стрелах? Никто не осудит, если я поступлю именно так, да я и сам себя не осужу…

— Господин маг, — подбежал ко мне легионер, исполнявший, видимо, обязанности посыльного. — Полусотник просит вас оказать магическую поддержку.

— Вашу маму! — в сердцах выругался я. — Что случилось? — я поднял взгляд вверх. На стене дела были совсем плохи, две тройки вражеских оберуких воинов буквально вырубали защитников одного за другим, не обращая внимания на стрелы и болты, а за их спинами уже скопился приличных размеров отряд лантарских латников. — Молот мне в зад! — снова припомнилось мне любимое выражение наставника Дрослира.

Я сломя голову побежал вверх по лестнице, выскребая последние крохи Силы и запитывая ею Снежок. Спустя минуту моё сильнейшее пробивное плетение было готово, но возникла проблема — я просто не мог его бросить, мешали свои же воины. Думал я не долго, погрузившись в транс, размытой тенью я взметнулся на ближайший зубец и бросил Снежок в ближайшего шаррагарца, удачно попав тому в плечо у самого основания шеи. Мечник упал замертво, даже четыре косицы не помогли… Я не стал проверять, есть ли у врага ещё и защита от магии, а сразу ударил наверняка.

Впрочем, на достигнутом я останавливаться не стал. Пусть Силы на создание огня у меня и нет, но в трансе ещё секунд десять продержусь. А потом пару минут можно работать чисто на энергии своего тела… прежде чем умереть от истощения. Чего бы, откровенно говоря, очень не хотелось.

Совершив прыжок метров на пять над головами воинов (намереваясь приземлиться аккурат между вражескими латниками и шаррагарцами) и чудом разминувшись при этом с гигантской светящейся от Силы сосулькой, я ещё в полёте хлестнул по шаррагарцам волной ужаса (приём известный, но действующий только против неподготовленного противника), заставляя на секунду отвлечься и замереть на месте. И это принесло плоды — кто-то из легионеров в заднем ряду не растерялся и метнул боевой молот, снеся одному из шаррагарцев половину черепа и забрызгав своих товарищей его мозгами и кровью. Защитный амулет элитного наёмника оказался практически копией моего, только защита от магии послабее. Стрелы и прочий метательный мусор он с лёгкостью уводил в сторону… но, как и для моего амулета, это касалось только предметов весом до килограмма. Стандартный амулет — стандартные решения, в каждом десятке легионеров есть один особо здоровый и меткий воин, специально тренирующийся метать молот в таких хитрецов как я, решивших вырвать себе у Судьбы лишний шанс на выживание. А против боевого молота в голову, было только три варианта действий:

а) уклоняться от этих довольно медлительных снарядов, что и делали шаррагарцы до моего появления.

б) выложить кучу денег и купить себе эльфийский амулет (в отличие от более распространённых амулетов гномьего и человеческого производства, созданных на рунной основе и действующих по принципу отклонения предметов в сторону, эльфийские амулеты обволакивают владельца плёнкой защитного полога, непроницаемого как для магии, так и для физических атак).

в) стать магом и развернуть вокруг себя защиту.

Тьма!.. Что-то я совсем не ко времени стал размышлять на отвлечённые темы… Враг ещё отнюдь не был мёртв. И к нему на помощь спешил десяток злобных латников, настроенных порубать оказавшегося между молотом и наковальней глупца на гуляш. Я окинул шаррагарца оценивающим взглядом: четыре косицы, серебряные нити, движения стремительные но, определённо, в транс входить не умеет. И вообще, судя по всему, уровень владения мечами у него не очень высок. Приблизительно тот же, что был у меня полгода назад, до встречи с учителем. Неплохо, но не более того. Правда, быстро убить его также не получится…

Но мне и не пришлось. Ветер Ножей снова доказал свою эффективность — четыре десятка воинов врага, в великолепных доспехах и защищённые амулетами, превратились в месиво из кровоточащей плоти и железных опилок. А громкий треск, пронёсшийся вдоль стены, оповестил защитников об окончании штурма.

Я подошёл к стене и, с некоторым отупением от усталости (откат меня всё же догнал, а в плюс к нему ещё и истощение жизненных сил), посмотрел вниз… ни одной лестницы. Враг выдохся, чем Мастер сразу же и воспользовался, показав всё, на что способен.

На сегодня штурм закончен. Жаль, только на сегодня…

— Адер, — всё тот же легионер-посыльный, переживший-таки штурм, встретил меня на середине лестницы. — Вам приказ от господина мага явиться к нему в кабинет, — чего от меня хотят, я понял далеко не сразу — несколько секунд бездумно смотрел на начавшего стремительно бледнеть посыльного.

— Хорошо.

До кабинета барона я доплёлся лишь спустя минут десять…

— Почему так долго? — возмутился, устало развалившийся в кресле у стены, адер Мегрис. — Мало того, что занимался неизвестно чем во время штурма, так ещё и…

— Помолчите, адер! — грубо прервал излияния подчинённого Мастер. — У меня нет к адеру Бледному никаких претензий.

— Но…

— Вам что-то не понятно? — голосом мага стало возможно замораживать птиц на лету.

— Н-нет, всё понятно, фор, — пролепетал побледневший колдун, вытирая платком выступивший на лбу пот.

— Вот и хорошо. Тогда по делу. У меня есть хорошая и плохая новость. Начну с плохой… враг имеет подавляющее преимущество в магии. По моим подсчётам там, — барон махнул рукой в сторону лагеря лантарцев, расположенного в километре от крепости, вне зоны досягаемости крепостных метательных машин. — Работают пять Магистров магии и около десятка Мастеров… комментарии, я думаю, излишни. Я держался лишь благодаря Силе, собранной в накопителях, и рунной защите крепости, но запасы Силы уже истощены больше чем на половину.

— Когда ждать помощи? — спустя несколько минут тягостного молчания, поинтересовался адер Кант, выразив витавший в воздухе вопрос.

— Не раньше чем через неделю. Наше родное начальство сильно просчиталось. Согласно плану, в случае нападения лантарцев на Дортверн, Совет Магистров в полном составе должен был телепортироваться в крепость, как обычно, — маг недовольно поморщился. — Никто даже и предположить не мог, что король Сигурд решится оголить защиту границ и отправить в Эсхар всех своих высших магов, ведь границы Лантара также не образец спокойствия. А теперь лантарцы просто блокируют перемещение телепортом в крепость и активно используют своё численное преимущество… Всё, на сегодня хватит. Лучше используйте это время для восполнения сил и отдыха. Свободны.

— Извините, Мастер, — решил всё же повременить с отдыхом я. — Но вы сказали, у вас ДВЕ новости. Какая же хорошая?

— Хорошая? Я её уже озвучил… — маг криво усмехнулся. — Помощь придёт через неделю…

Слов у меня на это просто не нашлось. Если уж ЭТО хорошая новость, то я даже и не знаю… Возможности продержаться такой длительный срок у нас нет. Взять, к примеру, меня: физически я здоров, если не считать усталость (восстановиться мне поможет здоровый сон), но вот в плане энергетики всё намного хуже. Запас Силы я не успею полностью восстановить, как бы ни старался, это же относится и к жизненной энергии. После восхода Мистеля прошло около часа, хотя в бою время и пролетело одним мгновением… хорошо, если накоплю на пару минут транса, и это в лучшем случае.

Ладно, нечего предаваться пессимистическим мыслям — нужно действовать… Я выбрал место возле самой скалы, чтобы почище было, да людей поменьше бродило, и погрузился в медитацию. Нужно успеть взять от Мира всё, что он может предложить…

*****

Проснулся я от невнятного чувства тревоги. Голова болела, хотя я и лёг спать шесть часов назад, а до того целый день только медитировал.

— Что случилось? — я помассировал виски. — Всё вроде бы тихо… Нервы ни к демону, — я упал обратно на подушку, ещё часа два можно поспать.

— Тревога!!! Враг в крепо… — крик часового, усиленный магией, раздался из небольшого рунного круга на стене. А вот то, что он резко оборвался, мне очень не понравилось. — Что значит, враг в крепости?!! — через пару секунд я, уже в полной боевой готовности, выбегал из комнаты.

Долго гадать над причиной переполоха мне не пришлось. Едва различимая в скудном освещении размытая фигура, до того вырезавшая беспорядочно выбегавших из казармы легионеров, повернулась и с потрясающей скоростью бросилась ко мне. Ну ладно, потрясающей это слишком громко сказано, но двигался человек действительно быстро. Лишь чуть медленнее меня. Для обычных же солдат этого было более чем достаточно.

Первый неумелый удар тени я с лёгкостью отразил, даже немного растерявшись. Человек явно находился в трансе, но в то же время он совсем не владел мечом, размахивая им как пьяный крестьянин оглоблей. Я презрительно хмыкнул и нырнул в транс, активировал Всполох прямо в лицо подбежавшему неучу… но, моим планам по быстрому убийству этого… существа, не суждено было сбыться. Я просто растерялся. Ведь не каждый день встречаешься с существом из детских сказок и кошмаров. Честно сказать, вампира я увидеть не ожидал.

Бледное лицо, кроваво-красные шары глаз, с крохотной точкой зрачка по центру, быстрота и сила… точно, вампир… интересно, а они действительно так не убиваемы, как о них говорят? Любопытство мигом вытеснило прочь и нерешительность, и детские страхи, и робость перед ужасом ночи. Остался лишь молодой и глупый упырь.

— Ну-ка, посмотрим, что у тебя внутри, — пробормотал я. — Иди ко мне, малыш, дядя даст тебе конфетку, — в ответ это клыкастое хамло зашипело. — Эй, а вот орать на меня не надо!

Оказалось, вампиры почти ничем не отличаются от людей. Разве что крови маловато вытекло и та чёрная да вонючая. Хотя, что можно с точностью сказать, если половина груди «кролика» разворочена фаерболом? Вампир не продержался и пары секунд, попавшись на первый же обманный финт мечом и получив фаербол в подарок.

— У-и-и-и!!! — внезапно сиреной завыло что-то справа. Хм, похоже, откликнулся папочка нашей лабораторной мышки. И это проблема. Судя по состоянию внутренних органов, ещё не полностью сформировавшихся, для убитого мной упыря сегодня была первая кормёжка. Во какой я гад, младенца убил!

Дальше мне стало не до рассуждений. Я, наконец, понял, как выгляжу для обычных людей, находясь в состоянии транса. Примерно такая же разница в скорости оказалась у меня и «папули». Ещё один оберукий, с грустью констатировал факт мой мозг, получив заряд боли от разрубленного левого бока. Второй клинок, который должен был снести мне голову и я только чудом смог его остановить.

— Тварь! — зашипел от боли я, возводя вокруг себя Огненный Щит — слабая защита от вампира, но отличный крик о помощи. Настолько быструю и сильную тварь мне одному не победить… ему ведь никак не меньше трёхсот лет. Учитель в своё время просветил меня насчёт кровососов. Потягаться человек (Мастера Меча не в счёт, они исключение из правила) мог лишь с молодым кровососом, возрастом лет до ста пятидесяти. И это я, у которого скорость передвижения в трансе одна из высочайших в Ордене, спасибо тёмноэльфийской крови.

Оскаленная морда, вынырнувшая из огня, показала решительность упыря в вопросе моего убиения. Но сейчас у меня было преимущество — окружённый щитом, я был скрыт от врага, а потому один меч вампира просвистел высоко над моей головой (я, не будь дураком, заранее присел), а второй, планировавший распахать меня от паха до челюсти я, пусть и с трудом, сблокировал кинжалом. Хлынувшая из разрубленной в колене ноги кровь и дикий визг твари, пролились бальзамом на мою душу. Вампир отпрыгнул в сторону и издал очередной визг, любят же повизжать, гады. Три ближайших тени прекратили развлечение и понеслись ко мне.

Жалкий фаербол, выданный мной от отчаяния, совсем не произвёл на упырей впечатления — они примитивно и даже с пренебрежением уклонились. Поморщившись от боли, я двумя руками покрепче ухватил рукоять меча — создать даже слабый фаербол я просто не успевал… Зато Мастер успел создать свой неоригинальный Ветер Ножей, в который раз продемонстрировав мне не самое приятное зрелище… Кучи вонючего мяса отнюдь не украсили утренний… э-э… ночной пейзаж.

Гибель четырёх сильных бойцов сразу, оказала деморализующее действие на кровососов. Пронзительный клич, пронёсшийся над крепостью, заставил пять ещё живых теней ретироваться, за пару секунд с лёгкостью вскарабкавшись на стену игнорируя лестницы и спрыгнув вниз. Тьма! Неужели весь этот погром и куча трупов, работа всего десяти клыкастых?

— Адер, вы ранены, — подскочивший ко мне медик, бесцеремонно разрезал уже и так пострадавший свитер ножом и полил чем-то рану.

— Не надо, я сам…

— Не сомневаюсь, — кивнул медик. — Вы способны сами о себе позаботиться, но мы сделаем это быстрее.

— Ладно, — сдался я, решив не проявлять глупую строптивость. — Пошли.

*****

— Тяжёлый, блин! — незнакомый, раздражённый и скрипучий голос пробился сквозь тяжёлую, липкую вату, заполнившую моё сознание. Это ещё кто такой? Последнее, что я помнил, была горечь сонного зелья, несмотря на все возражения, влитого в меня санитаром. — Бросай его! Надоело! — короткий полёт и тупая боль от удара головой о землю. — Лантарцы могут нас догнать в любой момент, а мы тащим эту тушу!

— Эй! Он шевелится, смотри! — обозначил себя второй человек, продолжавший держать меня за ноги.

— Вы, там! Чего застряли?! — ещё один голос, на этот раз смутно знакомый.

Я с трудом разлепил глаза. Находился я, почему-то, не в палате лазарета, а в каком-то длинном коридоре, погружённом в полумрак. Тьма рассеивалась лишь тусклым свечением эльфийского мха, покрывавшего стены. Где это я?

— Очнулся, колдун? — надо мной склонилась рожа того самого десятника, с которым у меня вышел конфликт в первый день пребывания в крепости. — Очнулся, глазами-то лупаешь! Эх, если б не приказ лэра Кавера.

— Так ведь, помер лэр, — с недоумением произнёс скрипучеголосый.

— Заткнись, недоумок! Лэр преставился, а приказ остался, если я его не выполню, ты первый донесёшь, — презрительно процедил десятник.

— Как можно, лэр! Вы мне как отец родной! — я поморщился, актёр из подхалима неважный.

— Заткнись! — не я один здесь был тонким ценителем актёрского мастерства. — Колдун, можешь идти?

Я на секунду задумался, оценивая своё состояние. Бок, конечно, болел но, в целом, всё было нормально.

— Могу, — я, с трудом, никто даже и не подумал помогать, поднялся на ноги и сделал первый пробный шаг. — Что случилось, где мы?

— Случилось?! — далее последовала длинная фраза, состоящая из грубых, не оригинальных, нецензурных выражений, суть которой состояла в том, что крепость мы потеряли. — С рассветом лантарцы снова полезли, тысячник вывел всех боеспособных на стену, да там они и подохли, — десятник сплюнул на стену, густой жёлтый плевок начал медленно сползать вниз. — Маг закричал, чтобы все спасались и начал в воздухе что-то рисовать… А потом люди на стенах высыхать стали, их это марево высасывало… я такие трупы только в пустыне видел… когда полежат, подсохнут.

— Марево? — спросил я неожиданно охрипшим голосом. — Как в сильную жару?

— Да… Ты знаешь, что это было, колдун?

— Знаю, — я кивнул. — Это Полуденный Зной, одно из сильнейших заклятий, использует сразу Стихии Воздуха и Воды. Для него необходима слаженная работы двух Магистров этих Стихий… Значит, они решили рискнуть и на время перестали блокировать порталы, а наши, как обычно, упустили шанс. Уроды!.. А мы как выжили? Насколько я знаю, деревянная дверь Зною не помеха, высушит в мгновение, — десятник поморщился.

— Я совсем рядом с лазаретом был, когда началось, успел добежать и спрятаться, а лэр сотник показал тайных ход и приказал уводить выживших, — я окинул взглядом небольшую группу раненых, с трудом переставлявших ноги людей. Шестнадцать человек.

— Где он сам? — сколько я ни всматривался, никого званием старше десятника не заметил.

— Преставился, он на стене стоял, когда волна пришла… доспехи на нём были гномьи, они и помогли прожить дольше других, — десятник бросил подозрительный взгляд сначала на товарищей, а затем на объёмный мешок на спине идущего первым легионера. Ясно теперь, где доспехи… — Да только, силы их совсем немного не хватило… Помер уже внутри, у нас на руках..

— Что с магом?

— Пропал чародей, в воздухе растворился, — десятник намекающее взглянул на меня. — Только хлопнуло что-то — и нету нашего мага.

Ясно. Мастер телепортировался, не слишком красивый, но правильный поступок. Людям в крепости уже было ничем не помочь.

— Долго нам идти?

— Я откуда знаю? Я об этом ходе и не слышал до сего дня! — раздражённо прорычал десятник, отбив у меня всю охоту что-то ещё спрашивать. Ну и ладно, что мне нужно я уже выяснил, а беседа с таким «высококультурным» человеком была не самым приятным делом.

Долго ждать окончания пути мне пришлось — минут пять спустя коридор закончился тупиком, но это только на взгляд не сведущего в таких делах человека. Светящийся мягким голубым светом рунный круг, начерченный в центре стены, явно указывал на дверь.

— Эй, колдун, сюда иди!

— Что случилось? — я включил дурака.

— Ты должен открыть дверь, — десятник порылся у себя в кошеле на поясе. — На, держи, — в руках у меня оказался кусок жёлтой бумаги с начертанными на ней явно дрожащей рукой рунами. Теперь понятно, почему меня оставили в живых и не бросили. Чтобы открыть дверь, не имея ключа (имевшегося лишь у тысячника), нужен обладающий Даром. Это, а вовсе не приказ мёртвого командира сыграло решающую роль.

Я медленно набрал шифр, вливая в каждую руну чуть-чуть энергии… Сперва ничего не происходило, солдаты за моей спиной начали недовольно ворчать. В этот момент стена едва заметно вздрогнула и тихо сдвинулась вперёд и в сторону, открывая нам путь на небольшую, скрытую от чужих глаз небольшими скальными гребнями, площадку. Выхода из гигантской чаши не было, видимо, нам предстояло взбираться по практически отвесным стенам наверх, что для некоторых раненых абсолютно невозможно, а верёвки, чтобы их втащить, у нас нет.

О чём думали строители? Впрочем, вряд ли кто-то из строителей мог даже представить подобное случившемуся. Даже в случае прорыва врага в крепость, кто-то из офицеров, осведомлённых об особенностях хода, должен был позаботиться о верёвке… Или здесь есть какой-то секрет?

— Смотрите! — раздался слева радостный голос одного из солдат, который стоял у стены и смотрел вверх.

Всей толпой мы рванули на крик.

В стене были выдолблены удобные для восхождения выемки для рук и ног. Логично, их почти не заметно не то, что снаружи, но даже и изнутри чаши. Идеально, если нужно сохранить секрет хода от случайно забредшего охотника или пастуха. Но вопрос с ранеными всё равно оставался открытым.

Первым наверх полез один из молодых бойцов, через полминуты уже сидевший наверху и махавший нам рукой. Процесс пошёл… Мой черед подниматься настал практически в самом конце — внизу остались лишь пятеро раненых, не способных на самостоятельный подъём.

А наверху меня ждал сюрприз…

— Положи меч на землю и отойди на три шага, — арбалет, направленный мне прямо в лицо, удобно расположился в руках воина с решительным волевым лицом и тяжёлым взглядом, одетого в незнакомую форму с вышитым в центре груди парящим орлом со змеёй в когтях. Молот мне в зад! Да это же герб специальных частей Лантара! Как они вычислили тайный ход?!

Я медленно повернул голову, осматриваясь. Здесь, как минимум, десяток воинов врага, и у всех либо лук, либо арбалет. А все мои сослуживцы уже сидят со связанными за спиной руками. Вояки… их просто перехватывали по одному… Представляю удивление десятника. Он же планировал выгодно продать доспехи командира и зажить как сыр в масле, а здесь такой облом. Ха-ха!

Я медленно снял ножны с мечом с пояса (кстати, маскировку я с оружия так и не убрал) и аккуратно положил на землю. Сделал три шага в сторону.

— Подними руки вверх, и без глупостей! — я послушно поднял руки, позволяя меня обыскать. Эх, жалко ножей, похоже, с ними я вижусь в последний раз.

Через минуту я уже сидел в толпе пленных со связанными за спиной руками и с бессильной злобой наблюдал, как командир лантарских горных егерей складывает мои вещи в свой мешок, уделив особое внимание магической книге и сбросившему массировку мечу. Что ж, в плену я никогда не был, а мой отец правильно говорил: пока не попробуешь — не узнаешь. Может мне там даже понравиться? Главное, чтобы кормили хорошо…

Глава 10

Нет, в плену мне решительно не нравится. Кормят отвратительно, вернее вообще не кормят, потому что есть бурду, гордо именуемую здесь похлёбкой, я не стал. Лучше поголодать, чем уподобиться другим пленникам, источавшим жуткую, режущую глаза вонь — они не успели добежать до отхожей ямы в углу загона…

Привели нас в этот загон, бывший некогда местом содержания скота, два дня назад, пинками загнали внутрь, не удосужившись даже развязать руки, видно, предоставив нам право сделать это самим или при помощи уже находившихся внутри собратьев по несчастью, которых накопилось в загоне прилично, человек тридцать. В основной массе это были простые солдаты, но встречались и исключения, хотя лучше бы не встречались. В дальнем углу, отдельно от всех сидела троица благородных: двое с виду безземельных дворянчиков и их друг-покровитель, мужчина лет двадцати двух-двадцати трёх, с надменным лицом и блокирующим магию ошейником, братом-близнецом украшавшего мою шею. Маг, пусть и совсем слабый, судя по ауре (единственное, что оставил мне ошейник-блокиратор из былых способностей — возможность видеть ауры), но отнюдь не это послужило причиной особого отношения к нему со стороны охраны, выражавшегося в лучшей еде и отсутствии присутствия тумаков. Мой невольный сосед оказался бароном и сыном одного из ближних советников герцога Донкарского.

— Эй, колдун! — позвал меня Худой — огромный, жирный до безобразия мужик, главарь группы из шести таких же наглых и тупых уродов, захвативших власть среди быстро превратившихся из солдат в толпу, пленных. — Иди сюда.

Даже странно, что два дня я, идеальная мишень для ненависти и издевательств, жил спокойно. Одна только моя внешность вызывала неприязнь у окружающих — причиной её была извечная нелюбовь бесправного простолюдина к высокомерному фору, глядящему на него как на коровью лепёшку под сапогом и дерущему налог в три шкуры. Правда, смелости выплеснуть эту ненависть на настоящего аристократа (даже трёх, имевшихся в наличии совсем рядом) у злобствующего быдла уже не было, вот они и нашли им замену в моём лице. А два спокойных дня объяснялись просто: Худой оценивал жертву на предмет опасности, присматриваясь к отношению ко мне со стороны охраны — лучшему мерилу социальной значимости человека на данный момент.

— Ты оглох?! Иди сюда, ублюдок! — жирдяй начал заводиться, такое демонстративное пренебрежение ему не нравилось. — Ну, ты сам напросился! — толстяк, а вслед за ним и вся банда, медленно поднялся на ноги.

Увы, но планам Худого по моему моральному уничтожению не суждено было сбыться. Наступило время обеда и в загон вошли три охранника: двое несли стопки с чёрными от старости и грязи деревянными мисками, а третий, почему-то весело улыбаясь, два ведра с бурой дрянью, заменявшей здесь еду. Следом за троицей «кормильцев» вошёл их десятник, в руках которого была небольшая кастрюлька, со вкусно пахнущим мясом содержимым, и столовые приборы для благородных.

— Подходи, — буркнул охранник, постучав черпаком по ведру и с ухмылкой наблюдая как пленные вскакивают на ноги и, расталкивая друг друга локтями, бегут занимать очередь. Худой, сопровождаемый по пятам своими шакалами, тут же изменил маршрут и вальяжно двинул сквозь толпу в начало очереди. Попытавшийся было возмутиться крепкий бородатый легионер, тут же получил в зубы и пошёл отплёвывать их в уголок, сегодня ему стало не до обеда.

— Ты! Почему не подходишь за едой? — голос подкравшегося сзади десятника охраны, заставил меня вздрогнуть и оторваться от созерцания процесса насыщения окончательно скатившихся к откровенно скотскому состоянию людей… Не самое приятное зрелище: присев на корточки или согнувшись, словно пытаясь обхватить миску всем телом, пленники руками запихивали в рот вонючую бурую массу, злобно зыркая исподлобья на соседей. То тут, то там возникали драки… я и представить раньше не мог, до чего легко можно превратить вчера ещё нормального человека в тупое животное, а всего-то и нужно, что толпа таких же людей вокруг и голод. — Я наблюдал за тобой, ты ещё ни разу не брал еду… Иди жри, я не собираюсь отвечать за труп в своей камере (это у нас камера такая оригинальная, оказывается! никогда бы не догадался)! Или тебе тоже не нравится наша еда? — охранник бросил недовольный взгляд на неспешно обедавших в углу форов, с откровенным презрением наблюдавших за оскотинившимися простолюдинами. Что ж, в данном конкретном случае я с ними солидарен.

— Не нравиться, — честно признался я. Не объяснять же ему, что я не голоден, так как постоянно погружён в медитацию, а жизненной силы, накапливаемой мною по утрам, вполне хватает, чтобы комфортно существовать без еды. Бесконечно я так, конечно, не проживу, но недели две легко, если двигаться поменьше.

— Все жрут, — десятник оскалился, показав жёлтые зубы. — И ты будешь! — ох, сильно его достал барон сотоварищи, сейчас что-то будет.

Я подобрался, начиная подниматься на ноги… И в этот момент получил страшный удар по голове… Очнулся я от похлопывания по щекам, очнулся на земле и в компании четырёх донельзя вонючих бугаёв: услужливые и вежливые товарищи моего пухлого друга старательно удерживали меня за руки и ноги, а главарь стоял в ногах и гадостно ухмылялся. Но, главной неприятностью была летящая в мой раскрытый (при помощи грязной пятерни) рот жирная капля противоестественного гибрида сочной зелёной сопли и, вонючей от употребления жевательной коры, слюны десятника, увлечённо втягивавшего в себя следующую порцию предназначенного мне десерта.

Сказать по правде, от открывшегося зрелища я сначала настолько растерялся, что даже забыл войти в транс, лишь судорожно дёрнул головой в сторону. Сопля весело стекла по щеке.

— Не дёргайся, тварь! — брызгая слюной, проорал охранник, совсем потеряв чувство меры от всеобщего внимания и явственного одобрения своих действий стадом людей.

Я приготовился убивать, о чём честно и предупредил…

Жаль, исполнить угрозу у меня не получилось (прямо заговор посетителей какой-то, я же, если никого особо жестоко не убью, спать спокойно не буду… м-да). Как раз в этот момент в наш родной загон за каким-то демоном занесло делегацию в составе высокого военного и колдовского начальства и пары непонятных личностей. Десяток воинов из охраны высоких гостей быстро согнали толпу пленных в компактную кучу, в дальний от барона и его друзей угол, прихватив за компанию и любителя поплевать.

Минут десять посетители что-то оживлённо обсуждали с бароном, активно жестикулируя, а затем так же быстро, как и пришли, двинулись к выходу, взяв с собой счастливчиков-аристократов.

— Кто это такой? — внезапно остановился напротив меня глава «делегации». Ого! Судя по пылающей ауре, маг рангом не меньше Магистра! Вот это сила! А ещё и рубиновая серьга в ухе! Невероятно…

— Один из пленных колдунов, господин, — поспешно ответил начальник лагеря, дистрофичный субъект с кожей нездорового жёлто-зелёного цвета, блеклыми глазами и тонкими бледными губами. — Из неблагородных.

— Однако, для колдуна у него мощный Дар, — предполагаемый Магистр скосил глаза на барона. Презрительно так скосил.

— Пф-ф! Сиволапое мужичьё никогда не сможет в Искусстве сравниться с человеком благородных кровей, — сморщил нос барон, его дружки угодливо визгливо заржали.

— Но, по крайней мере, этот, — маг выделил голос последнее слово. — Колдун, сильнее тебя, — барон побагровел.

— И что? Бык тоже сильнее меня, но я могу забить его одним ударом! — Магистр не обратил на слова аристократа никакого внимания, повернувшись ко мне.

— Как тебя зовут, парень?

— Адер Харлаф Бледный, — с готовностью ответил я. Вот и шанс выбраться из этой клоаки, причём шанс реальный. Нет, я, конечно, мог в любой момент войти в транс, перепрыгнуть стену — охрана даже выстрелить не успеет, но что дальше? Лагерь военнопленных находился буквально в двух шагах от другого лагеря — лантарского военного. Сражаться одному против тысячи — не наш вариант. Сбежать же незамеченным не получится, так как при несанкционированном пересечении периметра на нарушителя автоматически вешается магический маяк…

— Странная фамилия, скорее прозвище…

— Это и есть прозвище, ещё совсем недавно я был Харлаф из Больших Петухов, — все три эсхарских и подавляющее число лантарских аристократов, скривились, будто учуяв рядом кучу свежего свиного навоза. Да пошли вы все лесом, уроды! Я гордо вскинул голову, с вызовом взглянув Магистру прямо в глаза. Тот понимающе улыбнулся, удовлетворённо кивнув каким-то своим мыслям.

— Сколько тебе лет, Харлаф? Двадцать пять? Тридцать? — немного даже обидел меня маг. Неужели я выгляжу настолько старше своего возраста? В отличие от сверстников, я вовсе не стремился выглядеть старше, чем есть. Для подобных мне, носителей капли эльфийской крови, время течёт немного по-другому — некоторые, особо упорные полукровки, не наделённые Даром, доживали до почтенных двухсот лет, в то время как чистокровный человек редко дотягивал до ста. Учитывая же неслабый магический Дар (срок жизни мага прямо пропорционален силе его Дара), я вообще могу рассчитывать на очень и очень долгую жизнь.

— Недавно исполнилось восемнадцать, — лицо предполагаемого Магистра нужно было видеть. У него разве что челюсть не отвисла от удивления…

— Неужели в Эсхаре начали обучать магии детей? Это же опасно! — в возмущении повернулся маг к барону.

— Не-ет… Вернее, я не замечал, — растерялся фор.

— Это почему это детей?! — нет, ну совсем дядя обнаглел! Ладно ещё старше, но младше-то я почему вдруг стал? На восемнадцать я выгляжу, не больше и не меньше! — Мне почти восемнадцать было, когда я в Академию поступил! — возмутился я. После этой фразы Магистр ненадолго завис, как голем-шахтёр перед поворотом, так и хотелось послать сигнал реактивации, он же пинок под зад.

— То есть как… восемнадцать? Когда ты первый раз вошёл в медитацию? — Магистр подался вперёд.

— Полгода назад, — на этот раз Магистр молчал минут пять, не обращая внимания на нетерпеливо переминавшихся и с непониманием рассматривавших меня спутников.

— Он идёт со мной, — не терпящим возражений тоном произнёс маг, слегка повернув в сторону начальника лагеря голову.

— Но-о… хорошо, сейчас я прикажу одеть на него кандалы…

— Никаких кандалов, снимите с адера ошейник…

— …и отдайте имущество, — продолжил за Магистра я. То, что моего мнения никто не спросил, меня как-то даже не задело. Не на казнь же ведут?

Магистр кивком подтвердил моё требование.

— Хорошо, — со вздохом согласился начальник лагерь. — Фрол, принеси вещи адера.

Кстати, дисциплина у лантарцев железная, командир горных егерей, оказывается, не прикарманил моё имущество… Похвально. Да и оперативность выполнения приказов на высоте — уже через пару минут я, под ошеломлёнными взглядами воинов из свиты Магистра, застегнул на себе ставший родным пояс с мечом Духа. Быстро пробежался руками по поясу, порылся в сумке, проверяя наличие вещей. Золота, ни в сумке, ни в потайных карманах поясе, не было. Архуд (тёмный бог, один из владык Нижнего мира, покровитель воров и убийц) с ним, не стану возмущаться, пусть это будет наказанием за глупость.

Начальник лагеря расстегнул мой ошейник.

«Блин, почти тридцать золотых, ничего себе наказание!» — возмутилась жаба и принялась меня увлечённо душить. Я отбивался. И довольно успешно, пообещав этой назойливой твари в следующий раз завести счёт и чековую книжку в банке. Нужно только до империи добраться. Или до гномов.

— Идём, — приказал маг, разворачиваясь. — Тебе, наверное, интересно узнать, зачем ты мне понадобился.

Я хмыкнул.

— Ну, я думаю, лично Вам, я без надобности, а вот Аррану мог бы и пригодится, — Магистр застыл на месте.

— С чего ты взял, будто я из Аррана?

— Просто я умею думать головой, — начал набивать себе цену я. — Достаточно проанализировать информацию, полученную от наблюдений за вашим, ваших подчиненных и лантарцев поведением. Хотя, по большому счёту, выдали вас телохранители. В следующий раз берите с собой мечников-лантарцев. Знающий человек с первого взгляда определит, не только принадлежность воинов к Аррану, но и скажет, какую именно школу боя они окончили.

— Понятно, — довольно улыбнулся маг, собираясь продолжить путь. — Я в тебе не ошибся.

— Извините, Магистр, — маг снова довольно улыбнулся. Значит, я угадал с рангом. — Позвольте… мне нужно завершить здесь одно дело.

— Только не долго.

— Это не займёт много времени, — я зловеще ухмыльнулся, окинул взглядом переминавшихся с ноги на ногу в углу солдат и, выискав среди них испуганно сжавшегося охранника и Худого сотоварищи, медленно двинулся к ним. Под моим взглядом (подкреплённым доступной теперь эмпатией), толпа начала выдавливать из себя «сотоварищей».

— Не надо, — тихо попросил Худой, растеряв весь свой гонор, а любитель поплеваться упал на колени и тихо заскулил. Немного в стороне мелькнуло бледное лицо другого десятника, нашего незабвенного проводника по тайным проходам. Демон с ним, не хочу мараться.

Я подошёл к трясущимся от ужаса подонкам на расстояние пяти шагов… Взялся рукой за меч… но вытащить его не смог, противно стало. Эти гнусные твари и не люди даже… не могу. И просто так я уйти нельзя… Соскользнув в транс, я размытой тенью переместился к продолжавшему стоять на коленях охраннику и нанёс удар коленом в зубы — подонок завыл и повалилась мордой в грязь, обильно смачивая кровью землю.

— Теперь ты, — я перестал транслировать на Худого страх и он тут же замотал головой, багровея от злости.

— Щенок! — туша главаря начала движение в мою сторону.

Я окинул Худого оценивающим взглядом: огромная масса, рост под метр девяносто, колоссальная сила, но слабая скорость реакции… Это мне и нужно использовать. В транс я входить не стал из принципа, неужели не смогу справиться с этим линялым боровом просто так? Конечно, без транса его жировую броню не пробить, но кто сказал, что обязательно месить студень? У человека столько замечательных уязвимых мест…

Бесцельно молотить в живот кулаками я не стал (как это делали некоторые из противников жирдяя совсем недавно) — два скользящих шага и я оказываюсь на расстоянии, необходимом для удара. С лёгкостью уклонившись от размашистого удара здоровенной ручищей, я оттолкнулся от земли и буквально взмыл в воздух, нанося сцепленными в замок руками удар сверху по голове противника… Сперва мне показалось, что удар не произвёл на «ударяемого» никакого эффекта — Худой всё так же, не поведя ни единым мускулом под слоями сала, продолжал стоять на месте. Целых десять секунд… А затем плашмя повалился наземь, мордой в грязь.

Вот и всё… удар за удар… а ничего, кстати, ударчик-то получился, мощный. Такого кабана завалить многого стоит!

— Ты закончил? — поинтересовался Магистр, даже не подумав спросить о причинах избиения.

— Да. Теперь я готов вас выслушать, — ответил я, пристроившись рядом с магом.

— Что ж… — арранец сделал небрежный пасс рукой. Наверняка, возвёл защиту от подслушивания… — Я кратко изложу варианты твоего дальнейшего существования. Как ты уже знаешь, я арранец и, насколько я понял, ты согласен выйти из-под покровительства эсхарской короны и перейти под руку моего императора, — я ухмыльнулся. Ага, покровительства… Какого покровительства?! Да меня в Эсхаре и за человека-то не считали. А переезд в империю — великолепный шанс обрести знания, доступ к которым в Эсхаре для меня закрыт… Шанс отомстить.

— Согласен.

— Тогда вариант первый: ты ожидаешь полгода до следующего набора в Университет Всех Стихий и поступаешь туда, для тебя это проблемы не составит. Второй вариант: находишь себе индивидуального наставника и обучаешься у него. И третий вариант — поступаешь на службу в Тайную стражу, рекомендации я дам…

Вот так номер! Я, конечно, догадывался о принадлежности моего освободителя к этой мощнейшей в мире тайной службе, но чтобы получить подобное предложение… не ожидал, честно скажу.

— Естественно, в случае твоего согласия на этот вариант, ты сначала отправишься на полугодичную подготовку в школу при… э-э-той службе. А в дальнейшем, как молодой и перспективный сотрудник будешь приписан учеником к одному из лучших специалистов, что гарантирует тебе изучение самых передовых, включая даже засекреченные, заклинаний, — вот скажите, какой нормальный маг может отказаться от такого? — К тому же, — продолжил соблазнять меня Магистр. — Со временем ты сможешь перейти из Тайной стражи в Серебряную гвардию (ровно тысяча великолепных воинов и магов, мощнейшее воинское соединение империи), а затем и в Золотую — личную охрану императора (дюжина лучших воинов-магов империи — в магии рангом не ниже Мастера, а во владении мечом — обладателей рубиновой серьги). А это титул барона или даже графа, естественно, с прилагающейся к нему землёй. Согласись, неплохой шанс для крестьянина из захолустного королевства выбиться в люди.

Конечно, соглашусь, шанс просто великолепный!

— Я выбираю третий вариант, — подумав минуты две, ответил я. За это время я успел прокрутить в голове все возможные варианты — у каждого из них были свои плюсы и свои минусы.

Вариант первый: в случае поступления в Университет, я через пять лет окажусь перед той же проблемой, что и недавно в Академии — обучение в Арранском Университете бесплатное для всех, но каждый его выпускник обязан отработать на благо государства десять лет и, могу поспорить, меня опять-таки определят в тайные, а значит, я просто потеряю зря пять лет. Если же выбрать второй вариант — обучение у индивидуального наставника, то ещё неизвестно, насколько квалифицированным тот окажется, к тому же, в этом случае существует риск не сойтись характерами с наставником и тогда уж учёба точно не будет ни продуктивной, ни приятной. Мне нужен этот риск? Нет… Вот так и получилось, что остался лишь вариант Тайной стражи.

— Отлично, — улыбнулся уголками губ Магистр. — Будем считать, что с этого момента в книге твоей жизни начинается новая глава.

— Тогда скорее уж новая часть… Вторая часть.

Часть II. Свой среди чужих

Глава 1

— Отлично! На сегодня хватит, — капитан (звание, эквивалентное сотнику в строевых частях) Карс подал мне руку, помогая подняться на ноги. — Сегодня ты показал всё, на что способен, молодец, — я поморщился. Это «всё, на что способен» помогло мне лишь один раз из пяти условно убить Мастера (причём в реальности я бы также умер от ран, только немного позже) и один раз свести бой в ничью (мы оба погибли). Так что, способен я на не слишком многое. Казалось бы, я должен при помощи меча Духа и заключённых в нём знаний Крона Ронгара если не выигрывать, то уж точно не проигрывать с треском такому же Мастеру Меча, но всё оказалось не так просто.

Конечно, меч Духа помогает владельцу намного быстрее овладеть новым приёмом боя, но всё же меч — просто хранилище знаний, пусть и обладающее своим примитивным сознанием. А воин, использующий в бою тупо заученные приёмы, уязвим для более опытного противника, уязвим своей предсказуемостью. И есть только один способ избавиться от этого недостатка — научиться чувствовать Рисунок боя: импровизировать, чувствовать противника и предугадывать его действия на несколько шагов вперёд.

За прошедшие полгода, после моего поступления на службу в Тайную стражу я, под руководством Мастера Карса и других инструкторов, избавился от своего главного недостатка — перестал самопроизвольно вываливаться из транса. Кроме того, я увеличил объёмы накапливаемой в теле энергии Мистеля и, соответственно, время нахождения в трансе с десяти до двенадцати минут (при том, что Мастер Карс мог находиться в трансе около получаса, а Ронгар больше сорока минут, мне ещё было куда расти), поднабрался опыта в боях с десятками, даже сотнями самых разнообразных противников, освоил десятки новых приёмов боя. Но увидеть Рисунок так и не смог… Этому никто меня научить не мог — у каждого свой путь.

— Могу с точностью сказать, — инструктор забрал у меня тренировочный меч и деактивировал — туманное лезвие развеялось, оставив в руках капитана лишь покрытую рунами рукоять. — Что ты сейчас находишься на уровне Мечника, и больше мне нет смысла тебя учить. Дальше ты можешь только самосовершенствоваться. Тренируйся, сражайся, и однажды ты сможешь увидеть Рисунок боя, а значит, стать Мастером Меча.

— На это уйдут годы, — вздохнул я, бросив унылый взгляд на серьгу в ухе Карса. Я не хотел признаваться даже сам себе, но я страстно желал стать дворянином. Не удивительно, когда с детства тебя считают человеком третьего сорта — стремишься доказать всем свою значимость… Жаль, ранг Мечника не предусматривает получения дворянского титула. Вообще, в империи нет такого чёткого деления на сословия, как в Эсхаре. Здесь все люди делятся только на простолюдинов и благородных. Простолюдином считается как купец Первой Гильдии, так и забитый крестьянин-арендатор, а благородным как безземельный лар (отсюда, кстати, пошло и армейское лэр), так и титулованный лорд.

— Не стоит расстраиваться. Что такое несколько лет? Они пролетят одним мгновением. Подумай лучше вот о чём — достичь того, чего достиг ты, большинству людей просто не суждено. Даже лучшим нашим бойцам требуются годы, десятилетия, чтобы научиться входить в транс, но на это способен лишь один из тысячи, — я прикинул в уме. Если брать численность населения Арранской империи по последней переписи — шестьдесят пять миллионов человек (против полутора-двух миллионов в Эсхаре), то получается около шести-шести с половиной тысяч воинов, способных выйти в транс. В идеале… На практике же хорошо, если наберётся тысяча человек.

— Не так и мало, — мы с Карсом направились в раздевалку. — Между прочим, я ведь до сих пор не сдал экзамен на ранг.

— Ты действительно этого хочешь? — приподнял бровь Мастер.

— Конечно!

— Дело твоё… Что ж, через неделю заканчивается стажировка, один выходной день у тебя будет. Используй его с умом.

*****

Всего полгода назад, принимая предложение Магистра, я и представить не мог, во что выльется согласие служить в Тайной страже… Спустя всего час после разговора я, находящийся ещё под впечатлением от телепортации, обездвиженный, уже сидел в зловещего вида кресле, а мой мозг увлечённо потрошила троица хмурых субъектов с рыбьими глазами и такими же лицами, записывая на матовую пирамидку запоминающего кристалла мои самые сокровенные воспоминания… Начиная с первой детской неожиданности и заканчивая трёхэтажным матом с самими мозговыми вивисекторами и их родственниками (вкупе с обитателями королевского зоопарка) в главной роли. Всё это было изучено с пугающей серьёзностью и подозрительностью но, в конце концов, я был переведён из разряда «опасных и вредных» в «подозрительные и наглые». Но, могу поспорить, ментальным извращенцам очень хотелось поставить мне печать Подчинения, подобную тем, что ставят каторжникам и рабам.

Не поставили… очень уж приметная штука эта печать, первый же встречный маг донесёт в гильдию Охотников за головами о шастающем в округе беглом каторжнике или, если посамоуверенней, то и сам попробует захватить беглеца. Хороший бы секретный агент из меня получился.

Из кресла я сам встать не смог, пришлось просить о помощи предусмотрительно вызванных экзекуторами слуг (да-да, на секретной учебной базе тайных, гордо прозываемой ими Центром, были слуги! ну не магам же и элитным бойцам уборкой и готовкой заниматься, не строевые, поди!). Спустя пять минут я сладко похрапывал на койке в своей комнате, дав, наконец, отдых своему многострадальному мозгу.

На следующий день мучения продолжились, только вместо ментальных извращенцев мною занимались психологи-садисты. Десятки самых разнообразных, порой глупых и совершенно бессмысленных тестов, сотни вопросов и просьб рассказать о себе… я чуть не рехнулся. Но, в конце дня меня ждал приятный сюрприз: оказалось, я абсолютно не подхожу для работы шпионом, ликвидатором или расследователем, патологически ненавижу подчинение и приказы, что исключает моё использование в качестве бойца отряда специального назначения (ни один командир боевой пятёрки не возьмёт в свою команду эдакого героя-одиночку, плюющего с высокой колокольни на приказ, если тот кажется ему идиотским, и постоянно рвущегося на подвиги). Зато я вполне могу сгодиться службе в качестве как раз героя-одиночки… который вполне себе может следовать совету пословицы и, абсолютно не смущаясь, двинуть в обход или сдать назад и спрятаться. В этом ключе меня и стали готовить, урезав до минимума обучение шпионским штучкам (оставив лишь краткий курс актёрского мастерства), убрав из программы занятий тренировки по слаженности в группе и прочую лабуду и сделав упор на индивидуальные боевые навыки.

*****

Ещё учитель прочитал мне длинную и очень увлекательную лекцию о расах и их особенностях в плане боевых способностей и специфических умений, заставив всё это тщательно законспектировать, за что я ему теперь был очень благодарен. По крайней мере, я знал, чего мне ждать от противников, и неприятного сюрприза у злобных инструкторов не вышло… Когда на следующий день, после медитации и разминки, в помещение, где я мирно избивал своё тень, вошёл лысый и безбородый гном в одних штанах и с молотом на длинной рукояти в руках, я почти не удивился.

Хотя на гнома в Рунном Доспехе и не рассчитывал… По всему телу широкоплечего коротышки, начиная с пальцев ног, по голеням и бёдрам, поднимаясь вверх по животу, груди и лицу через веки на лоб, а затем по голове на спину и дальше, замыкая круг снова на среднем пальце ног, проходили две параллельные полосы из множества мелких рун. Та же история повторялась и с руками: рунная полоса шла по внешней стороне руки, начинаясь на кончике среднего пальца, далее по плечам и шее через голову к другой ладони. Снизу же, проходя по внутренней стороне руки, руны переходили в кольцо, опоясывавшее грудь, и шли по бокам вниз, пересекая ещё четыре пояса рун на груди и животе, а затем проходя по стопам на внутреннюю сторону бёдер и заканчиваясь в паху. Рунный Доспех — величайшее рунное плетение из ныне известных…

Несмотря на внешнее сходство гномов и людей, различия между нашими народами кардинальны. Различия на уровне энергетики. Дело в том, что такая способность как транс, с успехом используемая мной, для подгорного жителя недоступна.

Если использовать так полюбившиеся мне по лекциям наставника Дрослира сравнения, то жизненная сила людей заключена в колбу с клапаном, регулирующим подачу энергии в организм и подающим её понемногу, в количествах необходимых для функционирования организма. Погружаясь же в транс, человек полностью открывает этот клапан. С гномами ситуация совсем иная — в процессе эволюции у них запасы жизненной энергии разделились на две части: основную, которая по функциям почти идентична человеческой, но без возможности принудительного открытия выпускного клапана, и резервную, обычно закрытую от использования и доступную лишь в случае экстремальной ситуации (естественно, самой распространённой такой ситуацией для жителей подземелий является обвал). Казалось бы, различий с людьми нет — и там и там организм получает вброс энергии для преодоления образовавшегося препятствия, но здесь есть один нюанс… какая главная задача попавшего под завал? Правильно, дождаться помощи. Вот природа и придумала способ, как максимально продлить существование организма — гномы получают возможность использовать резерв только после истощения основных запасов жизненной силы (которые намного больше, чем у людей и потому гномы живут до трёхсот лет).

Что-то я отклонился от темы… Естественно, гномы не могли оставить без внимания эту свою особенность и предоставляемые ею возможности. Они создали Рунный Доспех… Это заклинание создаёт искусственный клапан на резервном хранилище жизненной силы, позволяя использовавшему его, стать время настоящей живой крепостью: гномы получают огромную физическую силу, потрясающую регенерацию и великолепную выносливость, но их скорость реакции остаётся на прежнем уровне (правильно, зачем она под завалом?). И, конечно, у этого заклинания есть побочный эффект — вторжение в отлаженную систему организма не проходит для носителя Доспеха бесследно. Из-за того, что восполнение запасов в резервном хранилище происходит из основного, при частом и длительном использовании Доспеха его носитель стремительно стареет, ведь он не может пополнять свои силы подобно человеку, от Мистеля.

Не знаю, насколько сильно они стареют и был ли прав учитель, но этот конкретный гном старости явно не боялся — он с таким остервенением принялся махать своей двухпудовой киянкой, что я, как ни старался, не смог придумать, как бы мне подобраться к нему на расстояние удара и при этом не сдохнуть. Попадёшь под такой удар, и слуги будут долго и весело соскребать тебя щётками со стены в детское ведёрко. Проанализировав ситуацию, попутно бегая от воодушевлённо сопящего гнома по всему не маленькому залу, я понял только одно — без транса мне ловить здесь нечего…

Как оказалось спустя минуту, и в трансе из меня ловец не ахти. Тренировочный клинок, почти идеально имитирующий меч Духа, не смог даже оцарапать гнома. Тело коренастого коротышки по крепости не уступало камню, как такого удалось добиться подгорным умельцам, я даже не представлял, но это явно выходило за пределы возможностей даруемых жизненной силой даже сотни гномов… Оказывается, у Доспеха есть и другие полезные свойства.

Наши с коротышкой танцы продолжались минут пятнадцать — я, периодически вываливаясь из транса, жалил голый торс гнома своим клинком, попутно уклоняясь от методично и безостановочно вертящегося молота, а гном занудно бегал за мной и, соответственно, этим молотом вертел. Причём признаков усталости я у него не замечал, хотя сам бы упал уже после пары минут работы этим монстром в таком темпе, даже несмотря на транс.

Что ж, всему хорошему рано или поздно приходит конец. Пришёл конец и накопленной мной с утра энергии — я окончательно вывалился из транса, с грустью отмечая, что движения демоновой киянки из медленных и тягучих, как под водой, ускоряются, и гном окутывается грозно шелестящим коконом. Всё, теперь не подобраться! Неужели у него нет уязвимых мест?! Такого просто быть не может! И почему учитель об этом не рассказал? Хотя воины Ордена же с гномами не воюют. Лучшие друзья… только, что мне делать с этим конкретным другом?

— Интересно… — мне в глаза неожиданно бросилась одна мелочь в поведении противника. И как я раньше этого не замечал? Приблизительно раз в тридцать секунд его движения буквально на мгновение чуть-чуть замедляются, словно молот становится тяжелее… или сам молотобоец слабее. А вслед за этим мгновением слабости гном зажмуривается… Та-ак, что же это получается, Доспех действует не постоянно?! Вот оно, уязвимое место! Нужно бить только в момент, когда энергия, зачерпнутая коротышкой из накопителя, заканчивается. Это всего доля секунды, но если я буду в трансе, то шанс вполне реальный.

Жаль, я понял это слишком поздно.

— Спасибо, тан, — я слегка поклонился, всё же передо мной стоял самый настоящий гномий аристократ — гном, даже из самого захудалого клана, решивший стать Стражем Гор и получивший Доспех, автоматически становится равным старейшинам кланов, пользуясь небывалым для них почётом в народе. — Признаю своё поражение.

Гном тут же остановился, удивлённо уставившись на меня.

— Так легко сдаёшься?

— Я просто не вижу смысла продолжать, — я деактивировал тренировочный меч. — Я смогу убить вас, но при этом и сам погибну. Без транса моей скорости недостаточно, чтобы нанести удар и покинуть зону досягаемости вашего молота.

— И как же ты собрался меня убивать? — недоверчиво ухмыльнулся коротышка.

— В то время, когда действие Доспеха прекращается, нужно нанести его владельцу удар в жизненно важный орган, — зрачки гнома от удивления слегка расширились.

— Только мозг, парень, — спустя несколько мгновений молчания, произнёс гном, одобрительно хмыкнув. — Даже удар в сердце для Стража не смертелен… А ты молодец, сам смог понять.

— Тан, скажите, почему в системе защиты Доспеха такая дыра? Неужели нельзя было сделать действие заклятья постоянным?

Страж сверкнул в мою сторону глазами.

— Вначале так и было. Но, первые три воина, отважившиеся принять Доспех, умерли… В случае непрерывного действия Доспеха, жизненная энергия владельца, вливаясь в него непрерывным потоком, истощается в течении пары минут. Поэтому маги и изменили Доспех, дав владельцу возможность прерывать его действие. Той капли энергии, которую заклятье успевает зачерпнуть и отдать носителю за время функционирования, вполне хватает для боя. И, хотя возможности носителей второй версии Доспеха в бою на порядок ниже, чем у предшественников, она признана Стражами лучшей, — гном ухмыльнулся. — Жить-то всем хочется. Ну а, в крайнем случае, всегда есть возможность активировать заклятье на более длительный срок.

— Понятно. Спасибо. Что ж, в таком случае остаётся надеяться на магию.

— Тогда тебе стоит поскорее стать Магистром, — усмехнулся тан.

— Я это учту.

В общем, гном оказался не единственным сюрпризом. Ещё много самых разнообразных подарков я получил от родных инструкторов, которые задались благородной целью за предельно короткий срок дать мне опыт в боях с различными противниками. После гнома (на следующий день), которого я, кстати, больше никогда не видел, ко мне в гости забежал милый и симпатичный орк. По крайней мере, таким он был сначала… а вот после того, как я выполнил его просьбу и со всей дури засандалил ему по серо-зелёной морде, орк стал отнюдь не милым и отнюдь не зелёным, а вовсе даже багровым. Ну, на самом деле, чего я ещё хотел? Конфетку с ликёром? Как бы не так… максимум, на что хватило доброты инструкторов, так это на берсерка.

Орки, подобно гномам (а также гоблинам, эльфам, вампирам, троллям и ещё демон знает каким расам и видам), не способны выходить в транс, но это им и не нужно — природа дала зеленорожим замену транса — Ярость, или как говорят сами зеленорожие, Огненную Кровь. Стоило только кому-то разозлить орка (самый лёгкий способ это ударить его или оскорбить), как вполне себе вменяемый субъект тут же превращался в машину для убийства. Даже среди своего народа берсерков откровенно побаиваются и отселяют в специальные военные поселения за пределы городов, использую их для затравки битвы и прорыва обороны противника. Не чувствующие боли и усталости, сильные и быстрые, берсерки, периодически устраивая набеги на граничащие с Ордой страны и веселясь там от души, наводят дикий ужас на приграничные территории.

И теперь я понял, почему… Красный ураган в первый момент меня едва не смёл, а удары топором слились в тусклое мерцание… Я растерялся, не ожидая такого напора, но растерянность длилась не долго… Да, возможности берсерка значительно превосходят возможности обычного воина, но я-то обычным как раз и не был! Как и в случае с гномом, стоило мне войти в транс, как движения противника сразу же замедлились, но не настолько, чтобы я мог расслабиться. Берсерк остаётся берсерком, чрезвычайно живучей тварью.

Есть только два способа победить в моей ситуации: либо подождать пока схлынет ярость (она просто активирует организм, а затем способность подпитывается эманациями смерти врагов, если же у берсерка не получается никого убить, то ярость спадает прежде, чем его организм погибает от истощения), либо нанести смертельный удар в голову, повреждая мозг. Конечно, я выбрал второй вариант: используя своё преимущество в скорости, я приблизился к орку на расстояние удара и, уклонившись от прошелестевшего буквально в миллиметре от левого плеча топора, коротко рубанул наискось мечом, отрубая ему голову вместе с поднятой в защитном жесте рукой (условно, конечно, но от этого не менее болезненно).

— И мне ещё говорили, что я могу тебя чему-то научить, — потирая шею, произнёс орк, пролежавший парализованным на полу минут пятнадцать и теперь с трудом приходивший в норму. Ярость ушла, и он снова превратился в нормального чело… разумного.

— Харлаф, — представился я, протягивая орку руку, чтобы помочь подняться. К его чести, он не стал строить из себя неизвестно кого, а просто принял помощь.

— Гарт… — представился орк, с трудом поднимаясь на ноги. — Хорошо ты меня приложил, — я пожал плечами.

— Не скажу, что это было просто, но с гномом справиться труднее было, значительно.

— У каждого свои плюсы: у людей транс, у гномов Рунный Доспех, у эльфов многовековые тренировки, опыт и более высокие, в среднем, физические данные, — Гарт почесал шею, кривя лицо в недовольной гримасе. — Гоблинские шаманы могут подселять духов в тела воинов и, хотя те впоследствии умирают, победить одержимого почти невозможно. Я уже не говорю о вампирах, с их возрастающей с возрастом силой, скоростью и живучестью, а также врождёнными способностями зачаровывать и превращаться в туман. Тролли и драконы вообще особый вопрос… Орки же хороши в битве, а не в поединке. Находясь рядом с умирающими или недавно убитым врагом, берсерки получают приток сил, прямо пропорциональный количеству эманаций смерти разлитых вокруг.

— Понятно, — я тактично не стал говорить своему новому болтливому знакомому, что прекрасно знаю всё это и сам… — А ты какими судьбами в тайные попал?

— Так я полукровка, — пожал плечами Гарт. — Родился в результате одного из набегов орков на приграничные территории. Не сказать, чтобы детство у меня было радостным, а после того как, во время следующего набега, орки вырезали всю мою семью, так и вовсе… забрали меня в государственный приют с военным уклоном, а оттуда сюда. Да что там! Больше половины сотрудников службы прошли моим путём.

— Я не знал… Спасибо.

— Не за что, — Гарт протянул мне руку, сворачивая разговор. — Пока.

— До встречи.

Не знаю, может встреча и будет когда-нибудь, но больше я, за время обучения в Центре, Гарта не видел. А сказать по правде, времени на разговоры и не было. Инструктора отдыха не давали совсем — каждое утро я, после медитации и разминки, проводил бой с новым противником: гномы, орки, люди, эльфы… кого только не было… разве что драконов. Некоторые из противников доставляли мне проблемы, вроде огромного вонючего тролля, некоторые с треском проигрывали, но были и те, кому проигрывал я. И тогда после боя я под руководством инструкторов делал работу над ошибками.

В итоге, на изучение магии, времени почти не оставалось, за полгода я смог изучить лишь пять Форм, которые было возможно сложить всего в одно, но зато очень нужное заклинание — Сферу Огня — простое, и в то же время эффективное. Подобно аналогичным заклятьям на основе других Стихий — Сферам Воды, Земли и Воздуха, оно создавало силовое поле, окружающее мага со всех сторон и отражающее физические и магические атаки до третьего класса включительно. Называлось заклятье Сферой Огня лишь потому, что для его создания использовалась преобразованная энергия Стихии Огня, то же самое касалось Сфер Воды, Земли и прочих. Как оказалось, в империи недавно была введена система градации заклинаний по мощности и эффективности, до Эсхара она просто не успела дойти, а если точнее, то дойдёт в следующем году. Так вот, согласно новой классификации, заклинания подразделяются на шесть классов…

Все мои заклинания: фаербол, Снежок и прочие, относятся всего лишь к пятому, низшему классу. И вот теперь у меня появилось заклинание третьего класса, предельной для меня энергоёмкости, но и это неплохо (Сфера является потолком возможностей обычного мага, выпускника-середнячка Академии или Университета).

В общем и целом, эти полгода я провёл с пользой. Главное, я теперь был готов сдать экзамен на ранг Мечника. Да и то правда, некоторые мои сверстники-дворяне, начавшие заниматься фехтованием в том же возрасте что и я, получили этот ранг ещё в шестнадцать лет. Причём, как я узнал, для этого вовсе не обязательно уметь выходить в транс — лишь пятнадцать-двадцать процентов Мечников умеют это делать. Остальные восемьдесят процентов приходятся на форсеров…

Странно, но учитель мне ничего не рассказывал ни о форсерах — улучшенных при помощи магии людях (удовольствие очень дорогое и его могут себе позволить лишь дворяне и богатые купцы), ни о крэксерах… Крэк — сложнейший, созданный при помощи магии наркотик, за изготовление и продажу которого в империи и других человеческих государствах положена смертная казнь через колесование. Почему только человеческих? Да потому, что на орков и гномов он не оказывает ровным счётом никакого эффекта, а эльфов только слегка бодрит и вызывает лёгкую эйфорию. Люди же приобретают зависимость от крэка после первого приёма, что вызывает полную деградацию личности наркомана и разрушение мозга в течение трёх-пяти лет. Дрянь страшная, но у неё есть одно полезное свойство — при приёме дозы, в десять раз превышающей обычную дневную, организм человека начинает стремительно себя уничтожать… путём принудительного выхода в транс. Крэксеры — основная боевая сила Ночной гильдии. При нужде воровские старшины могут поставить в свои ряды сотни бойцов, способных при должном везении справиться даже с Мечником, контролируя их с помощью небезызвестной мне печати Подчинения.

И уж конечно, я не слышал о симбионтах, новой разработке магов, увидевшей свет буквально в этом году. Гигантская, размером с мою ладонь, полупрозрачная склизкая амеба, которая проникала в мозг человека и сливалась с ним, а получившееся новое существо получало возможность входить в транс на непродолжительное время (до пяти минут) без риска погибнуть, а срок его жизни возрастал до трёхсот лет (по прогнозам магов-исследователей). Единственным недостатком симбионтов была их цена — около пяти тысяч золотых империалов. По карману такое не многим. Что ж, пяти тысяч у меня нет, зато есть транс и воля к победе. Через неделю я покажу, на что способен…

Пока же стоит подумать, как провести последние дни в Центре с максимальной пользой для себя.

Глава 2

Княжество Аргос, маленькое и ничем не примечательное государство у восточных границ империи, вернее, почти ничем не примечательное — для обычного человека. Зато среди людей, посвятивших себя служению Мечу, об этом княжестве известно всем и каждому. Чем же так прославилось крохотное государство с мизерными возможностями и невероятными амбициями? А вот этими замечательными боевыми серпами, которые, атакуя из самых неожиданных мест, заставляют меня на протяжении последних семи с половиной минут сидеть в глухой обороне и лишь изредка пытаться контратаковать их владельца! Среднего размера серпы, заточенные лишь с внутренней стороны, были грозным оружием в руках умельца, а способность наносить удары на расстоянии, при помощи тонких цепей, выскакивавших из полых длинных рукоятей, позволяла лучшему ученику Мастера Рамиреса с лёгкостью гонять меня по залу. При всём при этом, учитывая мою усталость после двух поединков с другими учениками Школы Рион (полное имя наставника и владельца Школы Меча было Игнасио Рамирес Рион), мне нужно закончить бой с Мечником как можно быстрее.

Первого воина, вооружённого внешне похожим на меч Духа оружием, я победил быстро, секунд за десять, буквально раскатав его тонким слоем по полу, а вот второй, неплохо владевший саблей, успел меня порядком утомить, прежде чем признал поражение… А третий стал настоящим препятствием.

Во время тренировок в Центре, мне приходилось несколько раз сражаться и со жнецами, как казалось мне тогда, виртуозно владевшими серпом, но как же сильно я ошибался… Моего мастерства явно не хватало для победы над этим жнецом, далеко мне ещё до Мастера Меча, даже в ничью я бой свести, скорее всего, не смогу. Эх, жаль, меч тренировочный и запасов жизненной энергии в нём нет.

— Стоп! — неожиданно раздался хриплый голос Мастера. — Бой окончен! — Мой соперник, высокий мускулистый шатен в простой, но удобной одежде свободного покроя, тут же вложил серпы в ножны за спиной и коротко поклонился. Я поклонился в ответ. — Идите за мной, Мечник, — моё сердце ёкнуло. Сдал! От радости я, позабыв об усталости, буквально побежал вслед за Мастером, уже вошедшим в скромную дверь в противоположном конце зала. И оказался в небольшой комнатке, три на два метра, где из всей мебели были только стол да два стула, и один из них занимал маг, на столе перед которым, на чистой тряпице, лежали инструменты для нанесения татуировки, а рядом стояли флаконы с разноцветными жидкостями и какая-то коричневая деревянная коробочка.

— Присаживайтесь, — маг указал рукой на пустой стул. — Вашу руку, пожалуйста, — я закатал рукав, обнажая запястье.

— Насколько я знаю, вы не являетесь учеником Школы Рион и обучались на дому… В таком случае, я бы хотел узнать, какой именно герб вы желаете внести в свой знак Мечника?

— Я являюсь воином Ордена Аан, — у мага от удивления слегка расширились зрачки, но больше он ничем себя не выдал.

— Вот оно что, — маг помассировал переносицу пальцами. — Ясно. Значит Аан… меч на фоне восходящего Мистеля, кажется…

— Абсолютно верно.

— Хорошо. Какую татуировку вы предпочитаете, обычную или «невидимку»? «Невидимка» стоит сто золотых, обычная бесплатно, за счёт казны.

— «Невидимку», — я достал из кармашка на поясе овальную стальную пластину — жетон, его мне выдали вчера, как знак принадлежности к Тайной страже. Жетон представлял из себя обычный овал из чернёной стали, и отличался от точно таких же блях городских стражников отсутствием на нём какого-либо изображения, вернее, отсутствием какого-либо видимого обычному человеку изображения. Жетон тайных — чрезвычайно сложный амулет, в обычном состоянии он выглядит так, как сказано выше но, после определённого воздействия на него Силой, раскрывается, предоставляя для всеобщего обозрения информацию о своём владельце. Я активировал жетон. — Пожалуйста, — маг без вопросов начал готовить инструменты. Для тайных «невидимки» за счёт казны.

Спустя пять минут на моём запястье красовалась татуировка, похожая на виденную когда-то мной у учителя, но с некоторыми отличиями. Если у того меч и половинка Мистеля были вписаны просто в круг, то у меня знак был несколько сложнее: в круге сначала помещался треугольник, а уже в нём сам герб.

— Я не вижу здесь рун, — с интересом рассматривая татуировку, произнёс я. Дело в том, что татуировка Мечника это не просто рисунок. Мало того, что её невозможно подделать, так она ещё является своеобразным магическим документом, содержащим данные о владельце и его номер в государственном реестре. Вот только я никак не мог понять, где это всё записано. С виду просто рисунок.

— А их и нет, — маг достал из шкатулки серебряный перстень, повертел его в руках и положил обратно. — Перстень, я так понимаю, также «невидимку»?

— Да.

Маг достал из шкатулки другой перстень, почти неотличимый от предыдущего, а затем взял в руки иглу.

— Мне необходима капля вашей крови, — я, не колеблясь, снова протянул руку. Укол, короткая боль, и перстень, с медленно впитывающейся в него красной каплей, оказался у меня на левой руке. Я внимательно присмотрелся — то, что все называют перстнем, было на самом деле печаткой (насколько я понимаю, перстень это кольцо со вставленным в него драгоценным камнем, а здесь вместо камня просто ровная круглая поверхность), причём печать на ней уже была — моя, в точности повторяющая рисунок татуировки. И когда только маг успел всё сделать? Чудеса… — Готово.

— Спасибо, — я, вспомнив всё, что знал о перстне-«невидимке», мысленно приказал ему преобразиться, и он тут же замерцал, исчезая, а вместо него появилось тонкое серебряное колечко, причём не на безымянном, как перстни Мечников, а на большом пальце — как и положено простому воинскому кольцу. — До свидания.

Маг благосклонно кивнул.

Я вышел за дверь и остановился, ощупывая и рассматривая кольцо и татуировку со всех сторон, полностью отрешившись от Мира, потому и не сразу услышал, что меня кто-то зовёт. А когда очнулся, недовольно завертел головой, тут же наткнувшись взглядом на смуглое лицо Мастера Меча, разглядывавшего меня с понимающей улыбкой.

— Вот, возьми, — Мастер протянул мне мой свиток с рекомендациями от учителя и ещё один, точно такой же. — Тебе это ещё пригодится… Здесь рекомендации от меня.

— Спасибо, Мастер, — коротко поклонившись, я заткнул свитки за пояс — свою вездесущую дорожную сумку я оставил в раздевалке вместе с курткой, мечом Духа и сапогами. Ну да, на дворе ведь ранняя весна… совсем недавно был год, как я покинул Петухи. Ладно, не будем о грустном — буквально вчера куратор сделал мне подарок — предоставил полный список всех напавших на мою семью подонков (сделал он это, чтобы прекратить мои попытки выведать эту информацию самостоятельно, что я делал довольно активно), включая и имена оставшиеся неизвестными мне.

Оказывается, фор Мерула сейчас обучается на втором курсе Арранского Университета… Узнав это, я едва не сорвался с места, мстить, остановила меня лишь клятва, данная именем Изиды, в том, что пока я на службе империи, мстить ни самому графу, ни его отцу, я не буду… без разрешения. Отец Антониса, герцог фор Неймар, был чрезвычайно выгоден для империи самим своим существованием, так как являлся властолюбивым ублюдком и мечтал о троне, всячески интригую против правящей династии Эсхара и дестабилизируя обстановку в королевстве.

Впрочем, клятва не распространялась больше ни на кого из кровников. Вот только, достать их сейчас нет никакой возможности: после поступления графа в Университет, маг вернулся обратно в Эсхар, шаррагарец закончил контракт и исчез где-то за границами империи, а оборотни (те четыре воина с необычными глазами, оказались истинными оборотнями) нанялись в охрану арранского купца Первой Гильдии и путешествуют вместе с ним по всей империи, а у меня просто нет времени на игру в догонялки… Очень жаль. Кстати, Иглеас всё-таки откинул копыта, причём сделал он это в мучениях, что не могло меня не порадовать.

Школу я покинул спустя десять минут, направившись к видневшемуся вдалеке пятиэтажному зданию банка «Серапио и сыновья»… не самый лучший банк империи, но и не второсортный, вполне себе нормальное заведение средней руки. Я решил выполнить обещание, данное жабе в загоне для военнопленных, и положить-таки деньги в банк, благо, за полгода службы у меня скопилось целых шесть десятков золотых империалов, пять из которых я собрался оставить на хранение.

Вообще, в городке Бунт, возле которого, километрах в десяти, и располагался Центр, было целых два банка — тот, куда я иду, и одноэтажное покосившееся строение, вызывающее своим видом сомнения в возможности оттуда выйти. В принципе, на городок с населением в пять тысяч человек даже и много. Это же не Школа Меча, куда в любом городе очереди выстраиваются.

Поднявшись по ступеням, я вошёл в вестибюль: четыре кресла вдоль стены, сейчас пустующие, охранник-амбал, старательно изображающий пустое место и двустворчатая дубовая дверь напротив входной… не густо, откровенно говоря.

— Здравствуйте, чем я могу Вам помочь? — подбежал ко мне служащий банка, едва я вошёл во вторую дверь.

Я огляделся: три низких столика с креслами в разных углах зала, стойка у противоположной стены и лестница наверх… сойдёт.

— Я бы хотел побольше узнать о вашем банке, — решил я прощупать почву.

— Конечно, лар, — польстил мне человечек. — Я с радостью всё Вам расскажу… Банк «Серапио и сыновья» основан шестьдесят лет назад отцом нынешнего хозяина, господином Валерианом Серапио. Был он основан здесь, в Бунте, на родине господина Серапио. И уже спустя десять лет открылся первый филиал нашего банка в Радионе, а затем и в столице. На данный момент наш банк насчитывает пятнадцать отделений во всех столицах провинций империи и здесь, в Бунте. Также, если вы желаете открыть счёт, то должны знать, что у нас заключены договора с другими банками империи и даже соседних стран, и вы сможете снять свои деньги в любом из них…

— Вы правы, — прервал я затянувшуюся речь клерка. — Я хочу открыть счёт, — я достал из сумки кошель с полусотней золотых. — Здесь пятьдесят империалов, — человечек довольно улыбнулся и жестом предложил мне располагаться в кресле возле ближайшего столика.

— Какой счёт вы хотели бы открыть? — клерк сбегал к стойке и прихватил оттуда приличных размеров журнал, пару листов бумаги и перо с чернильницей. — До востребования? Накопительный?

— А в чём разница?

— Счет до востребования — счет, на который вы можете класть деньги в любой день и снимать также в любой день. Проценты по счету до востребования не начисляются, — клерк положил передо мной буклет с описанием видов счетов. — А при накопительном вы получаете рост в десять процентов годовых, но не можете снимать средства со счёта в течение полугода. В дальнейшем, на вашем счету не должно оставаться менее десяти процентов от суммы первоначального вклада. Оба эти счёта пополняются в любой момент.

Я задумался. С одной стороны, хотелось бы и в рост положить, но вдруг деньги срочно понадобятся? Эх, мне бы что-нибудь среднее между тем и тем… Я внимательно прочитал буклет, все два абзаца. М-да, выбор небольшой. Или — или.

— Я выбираю накопительный, — кошель с деньгами плавно перекочевал в руки клерка, где были молниеносно пересчитаны, а ко мне придвинут договор и перо.

— Прочитайте и распишитесь, пожалуйста, — я начал вдумчиво читать, ошибку некоторых особо доверчивых товарищей я повторять не собирался. — Ого! Десять империалов просто за открытие счёта?! Что-то многовато.

— Увы! Мы бы и рады сократить эту сумму, но одна только зачарованная чековая книжка стоит семь золотых. Зато никто без Вашего разрешения не сможет с её помощью снять деньги со счёта!

— Хорошо, — я с силой опустил каблук прямо на жабу, снова подавшую голос. Сама напросилась… И нечего меня душить! Поздно отступать!

Из банка я вышел спустя полчаса. В сумке теперь, вместо довольно тяжёлого золота, лежала небольшая, с ладонь, серебристая книжечка. Что ж, это радует, особенно, учитывая, что завтра я покидаю Центр и отправляюсь на своё первое задание. Причём добираться мне до места (города Калнос) придётся почти месяц, всякое может случиться за такой длительный срок. Да и на месте…

От главы тайных Калноса (а точнее, того, что осталось от этого и так небольшого подразделения) пришло паническое письмо с просьбой о помощи. В окрестностях городка вот уже два месяца пропадают люди и скот и, в лучшем случае, от них потом находят пару костей. Все попытки городской стражи и местных тайных найти и уничтожить похитителя своими силами, привели лишь к уничтожению самих охотников. Окрестности Калноса и сам город погрузились в пучину ужаса — после гибели лучших из лучших защитников города, люди начали исчезать прямо из домов по ночам, оставляя после себя только лужи крови.

В общем, без посторонней помощи там обойтись оказалось невозможно. Вот и послали меня разбираться с монстром. Самонадеянно? Безрассудно? Может быть, но, в чём в чём, а в здравомыслии моему начальству не откажешь. В Калносе я наконец-то встречусь со своим наставником… как мне и обещал Магистр, агитируя поступать на службу в Тайную стражу, у меня всё же будет индивидуальный наставник (и по совместительству командир с напарником) по боевой магии. Кто он такой и что из себя представляет, я понятия не имел, знал лишь, что его зовут лорд Кассий Бернард, граф Верона, и он последние пять лет находился вне пределов империи с каким-то секретным заданием.

Кстати, о секретных заданиях… а не обмыть ли мне начало трудовой деятельности хорошим вином? Я завертел головой вокруг в поисках трактира, каковой не замедлил найтись. Предвкушая приключения на то место которым сижу, я направился за своей дозой алкоголя.

— Ты слышал? Уже третий караван разграбили, — раздался справа громкий шёпот. За соседним столом разговаривали (а точнее, говорил один, а второй лежал мордой в блюде с полуобглоданными свиными рёбрышками и громко храпел) два затрапезного вида мужичка. — Купцы от страха сбиваются в большие караваны. Говорят, разбойники все сплошь маги и Мечники, никого в живых не оставляют. А что Гильдия Охотников? Пробовали они уже, все погибли, кто пошёл. Сейчас отряд собирают, да только когда его ещё соберут? У нас же не столица, Охотников раз два и обчёлся, а чужаки пока ещё приедут. Не буду я в этот караван наниматься, хоть и платят там хорошо, да больно жирный он. Никак его лиходеи не пропустят.

— Куда караван идёт? — неожиданно подал голос, не поднимая лица из объедков, второй забулдыга.

— В столицу, — услышав это, я тут же я сделал стойку, как охотничья собака. Я большим глотком допил вино и, поставив кубок на стол, направился в гости к соседям. Если всё сказанное, правда, то мне бы тоже не помешало прибиться к каравану до Валора. Недельку попутешествую в безопасности, а там посмотрим. И вообще, откуда здесь разбойники? Куда смотрят в Центре? Не могут же они не знать, что у них прямо под боком твориться? Ничего, я просвещу, мне не тяжело.

— Здравствуйте, уважаемые, — говорливый забулдыга испуганно шарахнулся в сторону. — Можно присесть? — я, не дожидаясь разрешения, сел, жестом подзывая служанку. — Вина моим друзьям, — на лице «первого» расплылась благодушная улыбка, «второй» что-то одобрительно пробулькал, так и не подняв головы.

— О, светлый лорд, — начал безбожно льстить мне забулдыга, потянувшись обниматься — Благодарю, — я брезгливо отстранился, не позволяя себя обслюнявить.

— Не за что. Скажи-ка… любезный. То, что ты рассказал о разбойниках, правда?

— Правда, чистая правда! — жадным взором впился пьянчуга в приближающуюся бутылку в руках служанки. — Мамой клянусь! Господин… Охотник?

— Нет. Господин… купеческий приказчик, — на ходу придумал я легенду. — Мне нужно попасть в столицу… Ты говорил, туда скоро отправляется караван.

— Да-да, мой лорд, — забулдыга дрожащей рукой налил себе и товарищу вина. Я от предложения отказался. — Завтра рано утром отправляется. Большой караван. От северных ворот.

— Спасибо, — я поморщился — «второй» наконец-то поднял лицо, всё запачканное слюнями и подливой. Но это его абсолютно не смущало, первым делом он опрокинул в украшенную пеньками гнилых зубов пасть, вино. А я решил побыстрее покинуть сие благородное общество. Не попрощавшись (впрочем, забулдыги вовсе не обиделись на мои манеры, увлечённо заливая зенки), я выбежал на улицу.

Хватит с меня на сегодня развлечений.

*****

Вот и всё, стажировка закончилась. Осталось позади неприметное двухэтажное здание Центра — с виду, типичная дворянская усадьба средней руки, если не считать восьми подземных уровней… Я обернулся, бросив прощальный взгляд на Центр и заодно лишний раз проверив наличие заводной лошади, рысившей на привязи за моим Угольком. А Уголёк буквально рвался в бой, застоялся бедняга в стойле. Таким темпом я догоню караван меньше чем за час, хорошие всё-таки лошади у тайных, ещё и магией обработанные. Просто сказка.

Отправление каравана назначено на шесть утра, а сейчас всего-то восемь… Ну, не мог же я, учитывая опасность нападения разбойников, отправиться в путь, не поднакопив энергии так, чтобы из ушей хлестала! Да и Сферу вокруг себя возвести полезно для здоровья, зато теперь я мог в любой момент активировать заклинание и минут на десять его хватит, чтобы защитить не только себя, но и людей, находящихся на расстоянии двух шагов от меня.

Интересный факт, оказывается, заклинания на основе Форм и плетения фаерболов создаются совершенно по разным принципам. Если фаербол я создаю снаружи тела, сплетая из нитей Силы каркас нужной конфигурации и наполняя его энергией, то с Формами всё наоборот — заклинания создаются внутри, в самом сердце Дара, погрузившись в медитацию. И держать заклинания не активированными можно если не бесконечно, то очень долго, причём без особых потерь энергии. Вот я и держу, благо, других заклятий не знаю и вопросом: что бы подвесить, не мучаюсь. Учитывая же, что на Сферу уходят почти все мои запасы Силы, то для создания другого заклинания мне нужно сначала разрушить Сферу, и только затем с нуля сплести новое, что займёт минут десять, огромное время в бою.

Эх, когда я уже вырасту настолько, чтобы хватило Силы подвесить второе заклятье? Впрочем, вопрос риторический — согласно формуле подсчёта магического потенциала (метод Ришара), в течение первых пяти-семи лет после инициации, рост Дара осуществляется на пятьдесят процентов в год, но затем замедляется и начинает удваиваться лишь через двадцать, сто, тысячу, десять тысяч и так далее лет. Хотя, это лишь теория и при среднем возрасте магов-людей около трёхсот лет и максимальном зафиксированном в две тысячи сто шестнадцать, проверить данную теорию на практике полностью, не представляется возможным. В общем, всего лет через двадцать-двадцать пять я имею все шансы стать Архимагом… Всего-то и осталось, что подождать… и выжить. Но, что-то я слишком ударился в самолюбование. Пока что мне гордиться нечем… почти.

Итак… Центр позади, монстр впереди, но ещё далеко впереди, зато неспешно плетущийся караван очень близко… По крайней мере, самый высокий «караванщик» мне уже виден — тролль. Я, конечно, слышал, что в некоторых отрядах наёмников содержат троллей (существа, тролли, довольно агрессивные, и потому, единственным способом удержать их в повиновении является печать Подчинения — в Центре тролля-тренажера содержали именно так), но увидеть не ожидал. Сильно разбойники купцов перепугали, если они решили раскошелиться на тролля, эту прожорливую скотину.

— Надеюсь, его хотя бы моют, — пробормотал я себе под нос. Очень уж у троллей пот вонючий, в чём я однажды и убедился. — Ладно, хоть путешествие пройдёт в безопасности и комфорте. Напасть на караван с троллем решатся только полные идиоты.

Отдохнём.

Глава 3

Насчёт отдыха я оказался прав. Уже третий день я двигался в составе каравана, медленно, но верно, продвигаясь к Валору… и ни одного происшествия, если и были здесь разбойники, то они давно разбежались во все стороны, только заслышав сопение и хрипение тролля, очень уж громкое и раздражающее, особенно по ночам. Никогда не думал, что собственными глазами увижу такое чудо — единственного в мире тролля-астматика. Но мылся он самостоятельно, на это его куцых мозгов хватило. А что? Логическая цепочка проста: моешься — кормят, не моешься — получаешь разряд тока из шокового шеста в задницу от доброго дяди-поводыря.

В общем, путешествие проходило тихо и мирно. Я тренировался, постоянно находясь в медитации (сидя на лошади приноровиться это делать было не легко) и пытаясь в малейших подробностях воспроизвести в ядре своего Дара Форму Наг, последнюю Форму, которую мне показали в Центре и которую я ещё не успел усвоит, но скоро должен. И тогда я стану значительно сильнее, и смогу наконец-то записать в книгу несколько интересных заклятий, хотя можно и не записывать — запись заклинаний, состоящих менее чем из пятнадцати-двадцати Форм, по большому счёту, не требуется.

Для чего предназначена магическая книга? Правильно, для записи заклинаний и более быстрого их воспроизведения. Вот только заклинания из трёх (минимальное число Форм в заклинании, при меньшем их количестве структура заклинания чрезвычайно нестабильна и быстро саморазрушается, иногда с летальным исходом для мага), пяти, десяти Форм маг способен сплести самостоятельно, без помощи костылей. Книга в этом случае лишь немного ускоряет процесс — погружаясь в медитацию, маг словно ныряет в ставшую объёмной при концентрации на ней страницу книги, вбирая разумом плавающие в пустоте Формы и перенося их в центр Дара. То есть, записывать в книгу имеет смысл только заклинания второго и первого классов, а также мифические А-класса:

Пятый класс — заклинания или, как их чаще называют, плетения, для создания которых не используются Формы, а только нити Силы, сплетённые в каркас, заполненный чистой энергией Стихии.

Четвёртый класс — заклинания, состоящие из одной-двух Форм, объединённых с плетением. Отличаются от просто плетений более высокой скоростью создания, большей мощностью, но и большим энергопотреблением.

Третий класс — заклинания, созданные только на основе Форм, в количестве от 3 до 10.

Второй класс — от 11 до 25 Форм.

Первый класс — от 26 до 50.

А-класс (А — от абсолют) — от 51 до бесконечности, но, в реальности, мощнейшее известное на данный момент заклятье Гнев Стихии (для каждой Стихии своё, в частности для меня — Гнев Огня), состоит всего из 107 Форм.

На самом деле, сама по себе идея разделить заклятья на классы не нова. Точно такое же деление существовало давным-давно, ещё во времена империи Аан. И это заставляет задуматься… прошло больше двух тысяч лет, а мы, маги, топчемся на месте… Пусть! Классы, ранги… прочая муть, это всё ерунда. Но ведь и в Искусстве современные чародеи только теперь сравнялись, если сравнялись, с древними! Кровавые столетия, наступившие после распада Аан и продлившиеся до зарождения и возвышения Аррана, не прошли бесследно для Искусства.

Но не буду о плохом, лучше подумаю о хорошем. О том, что меня ждёт буквально через неделю-полторы, когда закончу изучение шестой Формы…

Усиленный на двадцать процентов Светляк, с соответствующим увеличением энергозатрат на десять процентов, который я смогу создать всего за десять секунд (не считая трёх минут на создание и помещение Формы в ядро Дара — основное время уходит на закачку в Форму энергии, а вернее, погружение Формы в источник). Улучшенное Огненное Копьё, хотя скорее уж Огненный Клинок, способный разрезать любые созданные людьми рунные доспехи на расстоянии до двадцать метров, но потребляющий вчетверо больше Силы, чем Копьё… Только эти два заклятья я смог пока просчитать, без возможности проверить расчеты на практике.

Остальные же плетения совершенствовать оказалось не выгодно: улучшив какой-нибудь из фаерболов, я получу просто тот же Светляк, ведь энергоёмкость Формы определяет силу заклятья, а она неизменна. Вот усовершенствовать Снежок было бы очень выгодно, но я просто не представлял себе, как сжать энергию Формы в компактный шарик, увеличив тем самым его температуру и возможности в прожигании препятствий, без применения ещё одной Формы, что делало использование улучшенного Снежка нецелесообразным… слишком энергоёмко и выполняет те же функции, что и Огненный Клинок. Огненный Щит и Всполох вообще переделывать глупо… Это только то, что я смог придумать сходу.

Но, кое-что я вызнал из книг. Оказывается, заменив всего одну Форму в Сфере на Наг, можно получить заклинание с поэтическим названием «Дыхание Дракона», а по-простому — жидкий огонь, потушить который, без помощи магии, невозможно — он сожжёт всё, на что попал.

От благостных размышлений меня оторвал истошный возмущённый визг. Высунув из окна кареты голову, кричала «вобла», как её прозвали охранники. Дело в том, что вместе с караваном шли не только мелкие купцы или одинокие путники вроде меня, присутствовали в нём и представители, так сказать, знати, в частности, леди Арлет, старшая дочь барона Комола, одного из местных владетелей. Путешествовала эта особа, естественно, не в окружении сотен придворных и солдат, а в сопровождении всего четырёх воинов и одного слабенького мага, если не считать «воблу» (то ли гувернантку, то ли няньку, что более подходит по возрасту этой старой стерве) и молоденькую служанку. Леди ехала в Валор. Что там собиралась делать эта более молодая и более злобная копия «воблы», было понятно — женихов искать, конечно. Точнее, одного конкретного жениха — младшего сына императора, принца Весана. Собственно, это она и озвучила в первый же день, сразу как вышла из кареты. Мы все здорово посмеялись.

Мне было искренне жаль несчастных охранников леди Арлет, как они выдерживали постоянные придирки и капризы, было выше моего понимания. Впрочем, основной удар капризной хозяйки принимали не они, а несчастная служанка. Я поражался безграничному терпению этой совсем молодой девушки, звали которую, кстати, Энис или, если полностью, Энисиллия (довольно распространённое женское имя в Арране). Ну да, я уже успел с ней познакомиться, не всё же мне… медитировать, тем более, что она была полной противоположностью своей злобной и некрасивой госпожи, но имела и один большой недостаток — не могла отойти ни на шаг от хозяйки без её разрешения, а меня охрана и близко не подпускала к карете. И, правда, нечего жалкому купеческому приказчику «портить виды» такой важной особе! В итоге, всё наше общение с Энис свелось к паре коротких разговоров.

А в то время как я предавался бессмысленным размышлениям, события стремительно развивались… Начальник каравана, по неосторожности проезжавший в этот момент возле кареты, теперь со страдальческим видом вынужден был выслушивать нытьё «воблы», сетовавшей на отсутствие в караване музыкантов и хамское поведение простолюдинов, которые и не думали кланяться карете госпожи проходя мимо. М-да, в империи, конечно, нет тех дебильных порядков, что в Эсхаре: крестьяне уже не собственность феодала, а арендаторы его земли, нет чётких и практически неизменных сословий, больше гражданских свобод и возможностей простолюдину пробиться наверх, но всё же люди не равны. Впрочем, равенство невозможно в принципе, и это хорошо — больше стимулов, таким как я, стремиться вверх по социальной лестнице. Главное, чтобы была возможность подняться, возможность поднять голову и вздохнуть полной грудью…

Мои философские рассуждения были прерваны самым прозаическим образом и на самом интересном месте — взвыло предчувствие опасности. Я машинально, не задумываясь ни на миг, спасибо инструкторам Центра, высвободил ноги из стремян и спрыгнул наземь, одновременно разворачивая Сферу. И сделал это не зря… меня со всех сторон окружила туча крохотных чёрных жуков, облепив защиту словно мухи де… пчёлы медведя-террориста. Молот мне в зад! Я с ужасом отметил, что из меня вытекает Сила, вливаясь в защитное поле, а из него уходя в стремительно раздувающиеся брюшка жуков. Сволочи! И ведь ядовитые, наверняка! Ждать, пока всю Силу сожрут, я не собирался. Пришла пора помахать мечом.

Соскользнув в транс, я удовлетворённо ухмыльнулся — в который уже раз я наблюдал похожую картину: быстрые и смертельно опасные противники, казавшиеся непобедимыми, стоило мне войти в транс, сразу же становились милыми и пушистыми. И, пусть жуки пожиратели Силы милыми не стали (их создатель всё же был тёмным магом-химерологом, а не восьмилетней девочкой с бантами), но здорово теперь напоминали мух на морозе. Такие же медлительные и неповоротливые… шансов у них против меня нет. Меч духа заблистал под лучами Мистеля весёлыми зайчиками, создавая вокруг своего владельца серебристо-стальной вихрь, и жуки градом посыпались на землю, источая вокруг себя оранжевое сияние вырвавшейся на свободу Силы Огня.

Порадоваться успеху я не успел — в поле моего зрения появился хозяин гнуса, высокий бледный мужик с худым костистым лицом и лысым черепом. А наличие рядом двух невероятно уродливых тварей-телохранителей, некогда определённо бывших боевыми псами, явно указывало на его принадлежность к химерологам, редкой разновидности магов Тьмы… Вот и папочка зверья. Я оглянулся, оценивая ситуацию, и еле сдержал крепкий мат, если на нас напали разбойники, то я балерина. Ни один разбойник не будет уничтожать свою добычу, зато нападавшие делали это с чистой совестью.

Треть каравана уже была уничтожена — трупы людей и животных, кучи гнилья и древесной трухи на месте товаров и телег, обглоданные костяки и гниющая плоть, и всё это дело рук лишь трёх магов. И от тролля помощи не дождёшься — из безголового помощник слабый? Какое-то мощное заклятье примитивно взорвало бедняге голову, оставив телу на память только нижнюю челюсть, болтающуюся на лоскуте кожи.

Да, тролль был бы сейчас вовсе не лишним. Помимо шнырявшего повсюду и нападавшего на людей изменённого зверья (даже из-под земли нападали какие-то, то ли змеи, то ли чешуйчатые червяки с четырьмя челюстями, усыпанными зубами-иглами), «детишек» химеролога, охрану каравана оттесняли от кареты леди Арлет три десятка оборванцев, бестолково, но очень резво размахивавших корявыми железяками, заменявшими им оружие. Более чем резво… Одержимые, крэксеры? Вероятнее всего, одержимые — один из атаковавших караван магов, похоже, имел немалую толику гоблинской крови, что не только отразилось на его внешности не лучшим образом, но и позволило освоить специфическую магию этой расы. Чтобы контролировать сразу три десятка одержимых, нужен не только талант и сильный Дар, но и кровь — для вызова и удержания в нашем мире призванных духов. Много крови. Отсюда и вырезанные караваны. Вот только зачем магам, и неслабым, понадобилось выходить на большую дорогу? Бред.

Итак: химеролог, шаман и… кто? Третий противник был сильнейшим из всех, именно он убил тролля и одного из наших магов — тот даже пикнуть не успел, за пару мгновений, вместе с лошадью, истаяв как кусок сахара в кипятке, съеденный серой хмарью. Второму магу, исполнявшему обязанности поводыря тролля и отрядного колдуна караванной охраны, повезло ещё меньше. Силы на создание Сферы у него не было, и он пережил своего питомца всего на несколько секунд — пока поводырь стирал попавшие на лицо мозги и кровь тролля, змеечерви не спали. Стремительно высунувшись из земли на метр-полтора, один из них вгрызся в спину чародея в районе поясницы, быстро проделав в нём дыру размером с кулак и наплевав на защитный амулет. А затем его чешуйки завибрировали, быстро опускаясь и поднимаясь, и тварь скользнула внутрь жертвы… Живот мага заходил волнами, изо рта потоком хлынула кровь и он упал на колени, извергая наружу обрывки кишок и куски органов. Но самое страшное — в этот момент маг всё ещё был жив, так как его лицо исказилось в страшной муке, рот широко открылся, словно для крика… и из него выскользнул порядком поправившийся червь, который тут же как нож в масло нырнул в землю… А нечего пешком ходить, вредно.

Все эти события заняли несколько мгновений, а дальше мне стало не до наблюдений. Рот третьего мага-разбойника широко открылся, да так, что нижняя челюсть опустилась до середины груди, и из него хлынул серо-чёрный густой туман, в котором мельтешили и противно шелестели какие-то существа. Демона мне… стоп! Поминать демона СЕЙЧАС не самая лучшая мысль, если я правильно определил принадлежность этих тварей…

Туман волной налетел на карету и десяток её защитников… Хм, какой знакомый стиль боя у возниц, и оружие великолепное. Вот же куратор… гад, когда я ему доложил о разбойниках, он ещё отчитал меня за то, что я зря потратил его время на ерунду, а на самом деле в караване уже сидели подсадные из тайных — самая настоящая боевая пятёрка. Но, на ТАКИХ разбойников, они явно не рассчитывали.

Что было дальше, я уже не видел, потому как химеролог начал действовать, натравив на меня своих уродских собак. Ну-ну, умник, видно, судьба клопов-мутантов ничему тебя не научила. Первую химеру я встретил фаерболом прямо в разинутую пасть, без удивления отметив довольный блеск в её глазах. Ну, конечно, если уж жуки навострились Силу жрать, то «собачкам» сами боги велели. Но всё же, отбросить тварь на пару шагов назад мне удалось, использовав при этом возможность расправиться со вторым существом на полную катушку. Безусловно, собаки обладали великолепной скоростью реакции, но я был быстрее, и у меня был меч. С некоторым сопротивлением, но меч Духа разрубил череп шустрого пёсика, лишь самую малость не успевшего разминуться со смертью.

Второй пёс, прокатившись кубарем по земле и снова поднявшись на ноги, грязный и с жёлтой пеной, капающей из пасти, медленно двинулся ко мне. Опрометчиво бросаться в атаку уродец не стал, печальный опыт коллеги, его, видно, чему-то научил. Какая умная зверушка, даже слишком! Да уж, слишком!

Тихий шелест оповестил меня об опасности снизу — ноги сработали без указки мозга, подбрасывая меня с места вверх. Выросшие подо мной три извивающиеся и злобно шипящие червезмеи, подтвердили правоту интуиции. Изогнувшись в воздухе, как акробат, я рубанул вниз мечом, сокращая поголовье тварей на одну единицу, а подзабытая уже «собачка», чуть было не сократила меня, взвившись в воздух в нужный момент и попытавшись схватить меня в воздухе как Тузик кость… Схватила она только нож в шею, но некрасиво упасть мне, всё же, пришлось — последовав примеру своего обидчика, я немного прокатился по земле. Не понравилось… а ещё больше мне не понравилось, что нож в горле не оказал на химеру никакого эффекта — рана мгновенно зажила и нож из неё просто выпал. Только теперь я понял, как же мне повезло с первой тварью, если б я сразу же не раскроил ей череп, мало бы мне не показалось.

Помолиться что ли?

Не знаю, то ли химере надоело со мной играть, то ли у неё появились неотложные дела, но тварь решила ещё больше увеличить свои шансы на победу… Вздрогнув всем телом, химера начала раздуваться, наращивая мышечную массу, из просто крупной собаки стремительно превращаясь в сплошь увитого мышцами монстра, с загрубевшей и очень прочной на вид угольно-чёрной кожей. Но и это оказался ещё не конец — под моим изумлённым взглядом, из позвоночника существа стали выдвигаться острые шипы, становясь неплохим довеском к выросшим втрое когтям. И, конечно, всё это богатство хотело, прямо-таки жаждало порвать простого и безобидного меня на мелкие-мелкие кусочки, а я ещё даже на ноги встать не успел, настолько быстро развивались события. И, судя по всему, уже не успею — химера приготовилась к прыжку. Единственное, что я мог ещё сделать в данной ситуации, так это выставить перед собой клинок но, даже если каким-то чудом я и попаду твари в жизненно важный орган (хотя вряд ли такие есть, кроме мозга), она успеет меня распластать когтями на ремни.

Не успела.

Тонкий, едва слышный свист, раздавшийся со стороны мага, заставил его «деток» прекратить атаку… Я облегчённо вздохнул… и пощупал штаны между ног, неотрывно глядя вслед удаляющему бесхвостому заду собаки, галопом припустившей вслед за хозяином, который вместе с друзьями спешно ретировался в лес. Повезло, я оказался крепче, чем думал… и удачливей.

— Ладно! Не расслабляться, — я поднялся на ноги. Огляделся: бой прекратился, оборванцы-одержимые валялись на земле не подавая признаков жизни, а больше никого из врагов рядом видно не было. Впрочем, и толп друзей тоже. С двух концов каравана к карете леди Арлет медленно приближались немногие выжившие стражники и самые смелые из купцов. Хотя никто и не спешил, не было смысла. Не знаю, что там находилось в тумане, но поработало оно на славу — ни одного живого человека я возле кареты не заметил… хотя нет, чья-то аура ещё не успела полностью потухнуть! Жаль, я не целитель, человеку ещё можно помочь. И тут меня осенило. Почему бы не попробовать перелить свою жизненную силу, которой у меня оставалось ещё много, умирающему? Если рана не слишком сложная, может получиться!

Я встрепенулся, стартуя с места и бегом направляясь к карете… умирающим в луже крови человеком оказалась Энис. Я на секунду растерялся, не зная, что делать — у девушки оказалась страшная рана на шее, из которой лишь слабой струйкой текла кровь, а её аура уже начала распадаться. Нужно действовать быстро! Но, проблема в том, что я просто не знал с чего начать. Сколько я не пытался, мой организм отказывался отдавать часть своей жизненной силы непонятно на что, с его, эгоистичной, точки зрения.

Меня пробил пот. Что делать?

И внезапно меня озарило — я выхватил метательный нож и коротко резанул себя по ладони, тут же приложив её к ране Энис. Получилось! Сначала медленно, с трудом, а затем всё быстрее и быстрее, подчиняясь моей воле, мой организм начал переливать жизненную энергию в тело и ауру девушке. Очень быстро переливать, да так, что через несколько секунд мне пришлось схватиться за меч Духа, распечатывая резерв.

А дальше, после того как моя жизненная сила заполнила тело и ауру девушки, образовав по сути одну ауру на двоих, заживляя раны и попутно восстанавливая её энергетику, с моим Даром начало твориться нечто непонятное… Я, помимо воли, провалился в состояние медитации и с ужасом заметил, что ядро Дара начитает терять свою идеальную шарообразную форму, его буквально разрывало на части! Такого не должно быть!.. Почему?! Я запаниковал, но быстро взял себя в руки.

До рези в глазах я всматривался в окружающую меня иллюзорную реальность, пытаясь определить причину катастрофы. И мне это, в конце концов, удалось. Сперва я заметил лишь небольшое изменение внешнего вида моего внутреннего мира — кое-где, сочные красные и оранжевые цвета Огня начали заменяться голубыми и белыми цветами Воздуха. Да что происходит?! И тут я понял… Энис оказалась неинициированным магом Воздуха, и теперь её Дар предпринимал попытки проникнуть на вновь появившуюся «жилплощадь» и выжить оттуда старого квартиранта.

Ну уж нет, так просто я не сдамся! Мгновенно приняв решение, запредельным усилием я заставил реальность закрутиться водоворотом и вспыхнуть, выжигая и уничтожая чужеродные вкрапления. А затем, напряжением всех сил преодолевая сопротивление встречного ураганного ветра, направил всю свою Силу в то место, где голубые цвета уже вытеснили цвета огненной Стихии.

— Я — ОГОНЬ!!! — дико заорал я, ощущая невероятный прилив Силы…

И огонь вспыхнул, родив из ярости человека и Силы Стихии ужасающий по своей мощи огненный шторм, поглотивший моё сознание.

Глава 4

— Лысые, говоришь… Интересно… Дальше, — продолжил допрос лорд Кассий, мой напарник, новый наставник и, как оказалось, брат по Ордену, вальяжно развалившись в кресле, попивая вино из бокала и цепким взглядом оценивая малейшее подёргивание мышц моего лица. Хотя и считалось, что это лишь дружеский разговор, но мне он таковым не показался.

— Я объединил свою энергетику с энергетикой девушки и стал переливать жизненную силу в её тело и ауру, — я отхлебнул вина из бокала и поерзал в кресле. — Сначала всё шло нормально, но затем что-то непонятное произошло с её Даром…

— И он начал атаку на твой, — перебил меня граф и веско добавил. — Ты идиот.

Я удивлённо взглянул на собеседника. Раньше я с его стороны подобных выражений в свой адрес не замечал, впрочем, знакомы мы были всего-то часов десять.

— Тот приём, которым ты попытался излечить девушку, известен с давних пор. Да, он эффективен, но есть одно «но». Его нельзя применять по отношению к обладающим Даром! Объединяя энергетику и ауру с аурой пациента, ты тем самым пытаешься объединить и Дар, а это НЕВОЗМОЖНО. Ты думаешь, никто не пытался таким образом увеличить свою силу? Пытались, да только ничего не вышло. Мало того, один из участвовавших в процессе слияния умирает. Ведь это и произошло с девушкой?

— Да, — я скрипнул зубами, вспоминая события трёхнедельной давности. — Её аура и энергоканалы тела просто сгорели, да я и сам едва не погиб.

— Тебе повезло, — наставник кивнул. — Ты был достаточно силён, чтобы выжить.

— Значит, у меня не было шансов её спасти?

— Спасти — нет, а вот приобрести кое-какие бонусы с этого ты мог, — выдал несколько противоречившую своим же словам фразу Магистр Огня. — Столетия экспериментов всё же позволили магам разработать способ стать сильнее за счёт других

— Вот как? И что же это за способ?

— Скажем так, при помощи заклинаний и набора артефактов мы можем пусть и не усилить основной Дар чародея, но дать ему возможность обращаться к другим Стихиям.

— Универсалы? Я думал это сказки, — проблеял я ошарашено, откидываясь в кресле.

— Нет, конечно! — возмутился граф. — Что за чушь? Маг, прошедший через ритуал Слияния, вовсе не приобретает способность обращаться к другой Стихии… столь же полно, как к основной. Предрасположенность к приобретённой Стихии мала, на уровне обычного человека и, к тому же, сателлит (граф вставил незнакомое мне слово) не способен развиваться самостоятельно. Он растёт только вместе с ростом основы — в прямо пропорциональной зависимости от неё.

— Но, что это даст? Если приобретённый Дар настолько слаб, — недоуменно спросил я.

— М-м… возьмём, к примеру, тебя… Ты чрезвычайно силён, даже я, лучший выпускник Университета за последние тридцать лет, значительно тебе уступаю по уровню слияния со Стихией… раза в полтора где-то. А потому, для тебя сателлит — вовсе не бесполезный груз. Лет через семь он сможет уже вместить целую Форму, а через сто — все три.

— Немало… получается, для мага слабее Магистра, сателлит бесполезен?

— Верно. К тому же, обеспечить слишком большое количество магов сателлитами невозможно в любом случае. Ведь донор в результате обряда умирает, отличий в этом плане у разработки магов и твоей… импровизации, нет. Для обряда используются маги, приговорённые судом империи к смертной казни, каковых не очень много. Я стою в очереди уже три года.

— Да-а… занятно, — я встал на ноги и начал в задумчивости прохаживаться за спинкой кресла, меряя шагами комнату и анализируя полученную информацию. — Какое предельное количество сателлитов возможно?

— Я понял, о чём ты подумал. Нет, набрать пару сотен сателлитов у тебя не получится при всём желании, — криво усмехнулся Магистр. — Даже тебе не потянуть больше пяти-шести. Нынешний рекорд — четыре, и Магистр Саворит погиб, пытаясь добавить пятый.

— Это тот, который…

— Да. Тот самый, что изобрёл книгу заклинаний, — Кассий указал пальцем на мой пояс. — Великий маг, один из сильнейших чародеев своего времени и, безусловно, искуснейший в магии Пространства.

— Почему же он тогда погиб?

— Всё просто. Всю жизни он работал над одним секретом древних, утерянным в Тёмные века… Искал заклятье межмирового перехода, — я в изумлении уставился на графа. Это шутка, что ли?! — И он его нашёл. Вот только, для создания межмирового портала требовался чрезвычайно мощный Дар, способный поддерживать заклинание на сто двадцать Форм (что для старых магов, в принципе, не проблема) и иметь предрасположенность ко всем семи Стихиям, что встречается намного реже. Количество сателлитов зависит не от того, сколько Силы имеет маг, а от того, насколько сильно его сродство со Стихией. Иначе основа, под воздействием сателлитов (здесь прослеживается сходство с планетами и их спутниками, да и внешне очень похоже — сателлиты летают по орбите вокруг основы, как спутники вокруг планеты) начинала деформироваться, терять стабильность и, в конце концов, ими уничтожалась. Собственно, Саворит от этого и умер.

— Понятно…

— Ладно, — пресёк мои дальнейшие вопросы Магистр. — Тебе ещё рано думать о сателлитах… Хотя, не думаю, что тебе придётся ждать очереди долго. Ты ведь потенциальный ходок.

— Кто?

— Ходок, курьер — так в Аан называли тех, кто мог передвигаться между мирами. В лучшие времена в империи было одновременно не больше трёх ходоков… Выводы делай сам… Всё! Давай, продолжай рассказ.

— Да что рассказывать? — несколько отстранённо начал я. — В сознание я пришёл спустя три дня, в госпитале тайных в Валоре, а на следующий день уже отправился в путь. Изучил Форму Наг, пополнил арсенал, благо добирался без приключений и мог спокойно работать. Прибыл в Калнос вчера вечером, зашёл в таверну, послушал слухи о нападениях и направился в магистрат, где полчаса выслушивал нытьё и причитания мэра о потерях — людских и финансовых. Ну, а потом вы… ты меня нашёл, — вспомнил я встречу с Магистром и его требование обращать к нему по имени и на ты, как к брату по Ордену (если точнее, то рыцарю Ордена). Впрочем, хотя граф и был старше меня на тридцать лет, но выглядели мы ровесниками, так что для конспирации «выканье» было бы не лучшим вариантом.

Совпадение или нет, но я попал в напарники именно к орденцу, и как раз в отдел Тайной стражи, занимающийся тем, на что и нацелен Орден Аан — уничтожением тварей Тьмы, хотя и не только. В зону непосредственной ответственности нашего отдела (состоящего из нескольких десятков двоек сильных магов и мечников, косящих под обычных охотников за головами, даже лицензия Гильдии Охотников есть), кроме охоты на монстров, демонов и прочую злобную нечисть, входило также уничтожение различных кровавых культов, магических Орденов, магов, преступивших закон, и так далее. Работка по мне, в общем.

— Что ты можешь сказать об объекте нашей охоты? — спустя некоторое время спросил граф.

— Пока ничего… разве что, здесь поработал не один монстр, а несколько, причём они явно обладали разумом, — высказал я сформировавшуюся у меня только что теорию. — Для более точных выводов пока нет информации.

— Неплохо. Что ж, я в этом городишке на сутки дольше, потому сразу скажу — мы имеем дело со стаей оборотней под предводительством тёмного мага.

— Оборотни? Если с магом, то проклятые, — я ещё помнил из лекций по Академии, оборотни делятся на три вида:

1) проклятые — обычные люди, превращённые магом в оборотней и подконтрольные ему;

2) истинные — оборотни, уже рождённые такими, потомственные, так сказать;

3) перевёртыши — маги Тьмы, способные оборачиваться.

— Проблема… Придётся искать и в городе, и в его окрестностях.

— Вот ты этим и займись, — Магистр залез рукой в карман и достал оттуда странную чёрную повязку, покрытую белыми и серебристыми рунами. — Держи. Повяжешь на глаза, и она поможет тебе не только оборотня определить, но и мага найти, как бы он ни скрывал свою сущность.

— Как она действует? — я со всех сторон рассматривал повязку. Работа гномов.

— По принципу действия похоже на тот артефакт, при помощи которого у тебя в эсхарской Академии Дар определяли, — блеснул знанием моей биографии граф. — Только намного сложнее.

— Как же ты?

— Обойдусь. Всё, давай за работу, и так уже время потеряли на разговоры. Переодевайся и вперёд, — я кивнул, соглашаясь, и направился в комнату, выделенную мне в здании представительства тайных Калноса (для непосвящённых — самый обычный постоялый двор).

Действительно, на стуле возле кровати висела одежда. Простая, без изысков и излишеств, самое то для охотника за головами. И герб их Гильдии, на груди пониже правого плеча, тоже был — стилизованная волчья голова в треугольнике.

Первое задание… круто!

*****

Оказалось, вовсе не круто… бесцельно прошлявшись по окрестностям городка три дня, облазив все близлежащие леса, деревни и просто укромные места, измазавшись как свинья и пособирав головой всю местную паутину, я, не солоно хлебавши, вернулся в город. А самое обидное, что и у Кассия тоже пусто, результата с наших усилий — ноль. Не понятно… ведь раньше стая с радостью нападала на охотников, даже на целые отряды, а теперь словно чего-то боится. Ну, не меня же? Как маг я уж точно ужаса внушить не способен… Загадка.

Я раздражённо бросил шарик переговорного амулета, зажатого в кулаке во время разговора с напарником, обратно в сумку.

— Твари! Куда ж вы пропали? Три месяца жили на одном месте, и вдруг ни с того, ни с сего, решили переехать… Единственный напрашивающийся вывод — стаю кто-то предупредил. Вот только кто, если о прибытии в город целого Магистра с учеником знали только два-три человека, и всё из тайных? Подозрительно, тем более на фоне провала нашей операции по ловле оборотней на живца (конечно, роль живца исполнял я, а ловушку должен был захлопнуть телепортировавшийся по моему зову Кассий).

Как ни неприятно было это сознавать, но в рядах тайных этого дрянного городишки оказался предатель. Что, кстати, объясняло такой лёгкий разгром охотничьих партий, ведь бойцы в них были отнюдь не слабаками и в обычной ситуации с оборотнями справились бы легко.

До города я добрался спустя два часа. Поздоровавшись со стражником на воротах и бросив в ящик, висящий на стене возле ворот, плату за вход, вошёл в город, сразу же направившись в трактир «Лысый боров», на встречу с графом.

— Эй, хозяин! Пива мне и моему приятелю! — хрипло проорал Кассий, разбивая кувшин из-под предыдущей порции хмельного напитка об угол стола. Да уж, граф вошёл в роль охотника за головами неплохо: трёхдневная щетина, перегаром несёт на три метра, побитая жизнью рожа и поношеная одежда — типичный охотник-неудачник.

— Не извольте беспокоиться, господин, — боязливо пробасил хозяин трактира, сверкая фигалом на поллица. Мда, вот это называется вжиться в роль, даже слишком.

— Давай бегом, чувырла!

— Оплату бы… Вы ж того, уже третий кувшин и…

— Что-о-о? Оплату?! — заревел Кассий, вскакивая на ноги и дёргая якобы застрявший в ножнах меч. — Да я тебя! Я пришёл твой город от монстра защитить, а ты… деньги?!

— Так вы ж никого не словили, — отпрыгивая с места на два метра назад (что, при его комплекции, видимо и давшей название трактиру, удивительно) пролепетал трактирщик. — Только сидите и зенки-то заливаете…

— Ах, ты! — натурально покраснел от гнева Кассий, делая шаг к хозяину. Остатки посетителей, и так жавшихся к противоположной стене зала, бодро выбежали на улицу и скрылись вдали.

Едва последний посетитель вышел, как Кассий сразу успокоился, усаживаясь на место и приглашая трактирщика присесть рядом.

— Нашёл? — оп-па, оказывается спектакль-то из двух актёров.

— Есть кое-что, — довольно кивнул толстяк. — Нападения начались приблизительно три-четыре месяца назад, но сначала всё было тихо-мирно, стая старалась не проявлять себя. А потом вдруг резко обнаглела. И вот что интересно, как раз в это время у нашего Лупатого (так, за глаза, называли главу местных тайных его подчинённые, причём называли именно за глаза. М-да, не пользуется командир уважением у своих подчинённых, да и на меня он впечатления не произвёл — с первого взгляда видно, что человек не на своём месте) появился новый заместитель, а у его жены новое рубиновое колье.

Кассий тихо выругался. В Тайной страже обычно не держат раздолбаев и не преемлют непрофессионализм, но в этом случае нам просто повезло. Лупатый оказался племянником одного из советников императора, который и добился для своего родственика прибыльного и непыльного места. Коррупция, однако…

— Проблема, — со скрежетом почесал щеку граф. — Допросить их нам не удастся, придётся отдавать дело Собственной Безопасности.

— Не думаю, что от сотника нам будет польза, а вот его зам наверняка что-нибудь да знает, — решил принять участие в разговоре я. — Может, зажать его в тёмном углу и пощекотать ножиком?

— Идея, конечно, хорошая, — усмехнулся Кассий. — Только не самая своевременная. Лэр Куснер вот уже три дня не появляется на работе, — значит, не только трактирщик умеет копать. — Странное совпадение, да?

— Ушли, сволочи!

— Да. Непонятно только, что они здесь вообще делали. Зачем было рисковать, нападая на людей внутри города, когда намного проще тихо, понемногу, вырезать путников по ночам!

— Магу было что-то нужно в городе.

— Это-то понятно, но что?

— Ритуал?

— Нет, не похоже. Часть тел нападавшие забрали с собой, но были и те, кого просто убили и съели. Не ритуал.

Внезапно мне в голову пришла интересная мысль.

— Они искали человека, — уверенно проинёс я. — Вы заметили, что все, чьи тела не нашли, были мужчинами в возрасте от восемнадцати до двадцати трёх лет? Вопрос только в том, нашли они кого искали, или мы их спугнули?

— Молодец! — Кассий улыбнулся, доставая из внутреннего кармана куртки стопку бумаг. — Ознакомься. Последняя жертва — Антон Верба, двадцать два года, пол мужской, переехал в Калнос неизвестно откуда, около полугода назад. Вёл себя тихо, работал в лавке горшечника продавцом, ходил в местную Школу Меча, отзывы о нём от наставника самые положительные. Только проблема, я проверил — в Галионе, откуда якобы он родом, ни о каком Антоне Вербе никогда не слышали.

— Значит, нашли… И кто он такой вы не знаете, — полувопросительно произнёс я, не обидевшись на устроенную проверку. Трактирщик и граф синхронно помотали головами.

— Пока нет, но мы должны это выяснить. У меня есть одна теория, но о ней говорить пока рано.

— Ладно… И какие наши дальнейшие действия?

— Лично я собираюсь проверить свою теорию. Ты будешь лазить по окресностям города и искать волчье логово, а Ровак, — граф кивнул в сторону трактирщика. — Будет проверять всех мужчин подходящего нам возраста, я не исключаю и вариант «спугивания». Возможно, объект охоты ещё в городе.

— Я уже всё облазил!

— Нужно расширить радиус поиска. А чтобы ты не скучал… дай руку, — я протянул руку через стол, уже зная, что будет дальше. Пусть только маги Стихий Света и Тьмы, имели способности к ментальной магии, но уж передать образ Формы при непосредственном контакте с учеником, могли все. — Форма Син… — граф улыбнулся, видя моё довольное лицо — ну, точь в точь, как у кота при виде ведра сметаны, густо замешанной на валерьянке.

— Спасибо… Я пошёл? — торопливо спросил я, мне не терпелось начать работу над усвоением Формы.

— Давай. И будь постоянно на связи.

Я вскочил из-за стола.

— Подожди, — неожиданно остановил меня Магистр. — Если найдёшь логово, сам туда не лезь. Вызывай меня, мало ли…

Через десять минут я выезжал из ворот города.

*****

Как я и думал, поиски логова двигались не очень резво и весело, если бы не изучение новой Формы, я бы вообще со скуки закис. Шляться по лесам и глухим деревням с их звероватыми жителями — то ещё удовольствие… И так уже пять дней… жуть. Учитывая же математические таланты, которые я применил, чтобы подсчитать, сколько мне понадобиться времени для изучения всех сорока Форм, вообще впору напиться с горя — при нынешних темпах обучения, магический алфавит я выучу только через два с небольшим года… Где бы только терпения набраться?

Я тяжело вздохнул, залпом выпивая мутно-белый самогон, предложенный мне хозяином — как раз сегодня к обеду я вышел к очередной деревне из двух-трёх домов (одну из построек я сомневался, что можно назвать домом, но люди там всё же жили — никогда не понимал прелести жизни в землянке, особенно если кругом один только лес, очень много леса) и решил съесть что-нибудь горячее, чтоб желудок вконец не доканать. А сердобольные хозяева угостили меня, кроме горячего, ещё и крепким. Спасибо им, конечно, но очень уж дрянное у них пойло… и из чего только делают? И ведь не откажешься — сидят и смотрят на тебя, не по себе даже как-то… К тому же, после обеда придётся долго и нудно рассказывать лесовикам обо всём, что случилось в цивилизованном мире за последние пару лет, если окружённый дремучими лесами Калнос можно назвать гордым словом «цивилизация». Честное слово, лучше бы они деньги брали… так нет, обычаи гостеприимства, будь они не ладны.

Но, неожиданно случилось чудо… и пусть его совершил мелкий сопливый пацанёнок, но от этого оно не стало менее чудесатым.

— Дяденька, дяденька, — мальчишка лет восьми с виду, упорно задёргал меня за рукав, пытаясь обратить на себя внимание. — А вы монстров ловите? — ошарашил меня таким вопросом малец… как он узнал? И откуда он знает, что это монстры, а не монстр, ведь информацию о численности тварей даже в городе пока не разглашали.

— Да-а… — подозрительно протянул я, плавно и как можно незаметнее опуская руку на меч. — А ты откуда знаешь?

— Я их видел, — я выпал в осадок от такого заявления, но тут же пришёл в себя и вскочил на ноги, забыв о еде.

— Где?! Покажи!

— Серебряный! — я ошалело взглянул на маленького шантажиста, краем глаза отметив довольную улыбку, промелькнувшую на лице отца семейства, тут же сменившуюся насупленными бровями. Видимо, законы гостеприимства на услуги проводника не распространялись…

Я, не раздумывая, залез в пояс, достал монету и, держа её двумя пальцами перед лицом мальчишки, повторил:

— Где?!

— Там, в лесу, — махнул рукой себе за спину пацан, впившись глазами в заветный кругляш. — Я проведу.

— Веди, — серебро перекочевало в заскорузлую лапу отца-лесовика.

Глава 5

— Значит одни трупы… шикарно, — голос Кассия был не самым довольным. Зуб даю, что у него также хорошими новостями и не пахло.

Трупы оборотней, сваленные кучей в овраге, я нашёл всего пять минут назад… что ж, по крайней мере, серебряную монету мальчишке отдал не зря…

— Мертвы приблизительно десять-двенадцать дней, — продолжал я докладывать обстановку. — Следов насильственной смерти нет… три десятка волков (от волков у этих тварей одно лишь название и небольшое внешнее сходство, на редкость уродливые создания) умерли одновременно и без сопротивления… просто перестали жить.

— Маг замёл следы, — буквально сорвал у меня с языка фразу напарник. — Могу поспорить, уходил он порталом.

Я, неспешно прогуливаясь во время разговора и изучая следы, как раз дошёл до места, где и был создан портал. Определил я это просто — следы трёх человек, до того довольно чёткие, здесь просто пропали. Я выругался… всё, упустили гадов… отследить, куда был создан портал, спустя почти две недели, абсолютно невозможно, максимум час-полтора. И только для специалиста экстра-класса, к каковым ни я, ни даже Кассий, не относились и близко. Впрочем, чего-то подобного я и ожидал, потому не сильно и расстроился.

— Что мне сделать с трупами оборотней? Сжечь?

— Да, только оставь парочку для исследований, — Кассий тяжело вздохнул. — Генерал нас за такой промах на лоскутья порвёт …

— Но мы же не виноваты! — возмутился я.

— Когда в игре ТАКИЕ ставки, виноват ты или нет, значения большого не имеет! — несколько заинтриговал меня граф. — Я покопался в доме последнего похищенного, ещё кое-что сделал… в общем… он иномирянин.

— Что?! Не может быть! — сказать, что я был потрясён — ничего не сказать. — Ты же сам говорил, что переходить между мирами способны лишь сильные маги! Оборотням такие не по зубам!

— Правильно, только наш клиент вовсе не по своей воле покинул родной мир, как и девяносто девять процентов всех «попаданцев», как называет их один мой знакомый. Природные порталы, проколы в реальности — если человеку «посчастливилось» оказаться рядом с такой аномалией, его вполне могло забросить куда угодно, даже в другой мир.

— И много этих… попаданцев?

— Я лично знаю троих и слышал ещё о парочке.

— Какие они? — я затаил дыхание.

— Обычные люди… гномы, эльфы… правда, со слабым или вообще без Дара, по крайней мере, ни один из известных мне иномирян магом не был… маг к природному порталу и близко не подойдёт, сам должен понимать. В этом и причина «неодарённости».

— Какая тогда от них польза? — не понял я.

— Огромная: каждый иномирянин — не только бесценный источник новых идей и знаний — технических, философских… да каких угодно, но и человек, который может дать ходокам ориентиры для перемещения в свой мир, — быстрый взгляд в мою сторону.

— Получается, тёмный поймал важную птицу… — мой рассеянный взгляд уловил нечто непонятное. — Подожди-ка… — я спустился в овраг и подошёл к одному из трупов — тот выглядел несколько иначе, отличался от других… большим человекоподобием, что ли?! Этот оборотень прожил несколько дольше других и даже успел отползти на полметра в сторону от трупов своих товарищей, но потом, видимо, решил бросить гнилое дело и заняться рисованием. Он когтем выцарапал на найденном булыжнике странный символ — глаз с тремя зрачками, расположенными треугольником… Конечно, рисунок так себе, да ещё и не закончен полностью но, в принципе, понятен. — Один из оборотней перед смертью нарисовал какой-то знак… глаз с трёмя зрачками, — ответом мне стало молчание. — Эй! Кассий, ты меня слышал?!

— Да, — спустя несколько секунд отозвался маг, а затем меня обескуражил. — Сжигай трупы и возвращайся. Нам здесь больше делать нечего.

— Не понял? Все трупы сжигать?

— Да, через пять минут я создам портал. Отправляемся в Валор, срочно.

*****

— Чей культ? — переспросил я удивлённо.

— Комола, — терпеливо повторил Кассий, устало взглянув на меня. Мы с графом сидели на лавочке в парке, окружавшем штаб-квартиру тайных в Валоре, и наслаждались тишиной и спокойствием, таким редким для нас явлением за последние три дня. Никогда бы не подумал, что в Тайной страже так вольготно себя чувствуют бюрократы, настоящие хозяева жизни… так и хочется обработать их всех огоньком погорячее.

— Никогда не слышал о таком, — признался я. — Какой-то мелкий божок?

Магистр криво усмехнулся.

— Мелкий… как же. Ты, я смотрю, не слишком набожен. В любом случае, упоминание о Комоле есть только в ныне запрещённых частях Священных Свитков. Согласно современной версии, отцом всех богов: и Светлых и Тёмных, считается Пресветлый Орвус, который создал наш Мир из Первородных Сил — Стихий, и населил его людьми и прочими народами… В старой же версии Свитков божественные братья Орвус и Комол, могущественные Светлый и Тёмный боги, пришли в уже созданный и населённый разумными существами Мир…

Но мир и дружба между братьями длилась недолго, по меркам богов, конечно, — амбиции божественных властолюбцев были велики и ни один из них не собирался терпеть рядом конкурента. Началось долгое противостояние, переросшее позже в войну. Комол проиграл и, вместе с тремя своими сыновьями, был заточён в недрах Мира, навечно… так было рассчитано. Тысячу лет назад скрепы на темнице Комола начали ослабевать, и он получил возможность влиять на внешний мир, в результате зародился его культ… самый неприятный, самый таинственный и самый живучий из всех — его несколько раз, с периодичностью в пару сотен лет, вроде бы уничтожали на корню, но он всё равно возрождался… Вот и снова появился, спустя сто пятьдесят лет забвения.

— Не понял, если Тёмных богов победили и заточили, то кто тогда сейчас сидит в пантеоне?

— Заточили лишь сильнейших из них, — отмахнулся Кассий. — Всякую шушеру, вроде нынешних божков-недомерков, никто трогать стал, ведь света без тьмы не бывает.

— Ясно… В принципе, цели сей компании сволочей мне понятны… — откинулся на спинку лавки я, хорошенько, до хруста в суставах, потянувшись. — А может, ну его, это культ. Пусть себе развлекаются, — шутя, произнёс я.

Кассий шутки не понял.

— Развлекаются?! — Магистр яростно сверкнул глазами. — Если ты думаешь, будто наши нынешние Тёмные боги жестоки, требуя несколько человеческих жертв в год, то ты сильно ошибаешься. Они сидят просто на голодном пайке! Комол же хочет, и получает, ежедневные, многочисленные человеческие жертвоприношения. И это, если забыть о войне богов, что снова разразится после его освобождения. Мало не покажется никому!

— Ладно, убедил… Они гады… как будем мочить? — попытался разрядить обстановку я.

— Чтобы «мочить», сначала нужно найти, — усмехнулся маг, успокаиваясь. — Этим сейчас занимается целый отдел службы. Культ больше не наше дело…

— А мы тогда чем займёмся? — недовольно буркнул я. Ещё бы мне быть довольным — забрали конфетку у ребёнка… изверги и садисты.

— Отправимся в провинцию Гент, — «обрадовал» меня Кассий поездкой в самую дальнюю и нищую провинцию империи. Насколько я помнил, там ничего, кроме унылой степи, грязных кочевников и цепи пограничных крепостей, не было. Периодически случавшиеся войны между империей и её извечным противником — Ахарским султанатом, делали Гент не самым популярным местом для проживания. — Поступили сведения о… непорядке, в одном древнем заброшенном храме. Кто-то там расшалился. Принёсшие сведения в крепость кочевники, были в ужасе и кричали о демонах и монстрах. Наш профиль.

— Угу. Профиль. Да нам туда добираться два месяца!

— Не будь пессимистом, я как-то раз, пару лет назад, уже побывал в одной из гентских крепостей, — резко поднял мне настроение граф. — Доберёмся до неё порталом, а оттуда, до храма, на лошадях. Дня за три.

— Так вперёд! Чего мы ждём? — вскочил на ноги я. — Бюрократы меня уже забодали, по коням!

— Сначала наведаемся на склад, — я удивлённо замычал, подталкивая таким образом напарника к объяснению своих слов. — Тебе сначала нужно получить одну… вещь.

— Вещь? — заинтриговал, однако.

— Увидишь. Пошли, здесь рядом совсем, — Магистр неспешно встал на ноги, небрежно отряхнул штаны и также неспешно направился к видневшемуся невдалеке за деревьями, ставшему таким ненавистным мне зданию штаб-квартиры. Я поспешно пристроился с ним рядом, сгорая от нетерпения и любопытства.

И действительно, склад был недалеко — спустя пять минут и двести метров пути, обогнув обитель бюрократии слева и оказавшись у неё «в тылу», мы подошли к неказистой, но очень прочной на вид двери… Ударив пару раз ногой в дверь, просто для приличия, граф Верона, не дожидаясь разрешения, пригнувшись и пробормотав что-то себе под нос, вошёл внутрь.

— Кассий, — неожиданно раздался справа недовольный голос и, непонятно откуда, передо мной появился коренастый, заросший рыжей бородой мужик, окинувший меня мимолётным взглядом и с прищуром уставившийся на Кассия. — Что ты опять здесь забыл?!

— Да вот, — граф подпустил в голос угрозы и положил руку на меч. — Решил повидать старого приятеля! — весело произнёс Кассий…

Обниматься и пытаться сломать позвоночники друг другу приятели перестали только спустя минут пять.

— Ты где пропадал столько лет? — возмущённо ревел рыжебородый, отстраняясь и внимательно разглядывая графа. — Я уж думал всё, отбегался побратим. А начальство молчит как рыба об лёд.

— Да так, были дела за границей, — туманно произнёс Кассий. Ясно показывая, что продолжение разговора в этом направлении — не самая лучшая идея.

— Понятно. Секретность, — недовольно буркнул кладовщик. — Это кто? — кивок в мою сторону.

— Напарник.

— Да-а?! Ты же говорил, что не нуждаешься в напарнике, — ехидно произнёс мужик.

— Я и не нуждаюсь, но случай здесь особый… Что ты можешь сказать о парне? — Блин, да они разговаривают так, будто меня здесь нет! Я громко кашлянул в кулак.

— Ничего особенного, — пожал плечами рыжий, ещё раз окинув меня взглядом, на этот раз более внимательным. — Обычный маг, не из сильных, конечно, но и не полное ничтожество. Он чей-то родственник?

— Родственник? — не понял Кассий. — А? Нет, мохнатые лапы здесь ни при чём. Если я скажу, что парень всего год назад начал постигать Искусство, ты поверишь? — рожу кассиева побратима в этот момент нужно было видеть. Если в трёх словах — крайнее удивление и неверие. Впрочем, я уже привык. Но всё равно неприятно.

— Кхм-м, — прокашлялся рыжебородый. — Плохо!

— Не понял? — удивился граф.

Я подался вперёд.

— Уже третий такой уникум за последнее время… Двое: водяник и воздушник, объявились полгода назад…

— Тьма! — выругался Кассий. И чего ругаться? Порадовался бы лучше, Арран ведь приобрёл сразу трёх сильных магов. — Плохо.

— Да чего плохого-то?! — не выдержал я. — Радоваться надо.

— М-м… не совсем, — неожиданно ответил мне рыжий. — В прошлый раз такой бум рождаемости сильных магов случился тысячу лет назад, когда печати на темнице Комола ломались… Знатная тогда драка вышла. Много людей полегло…

— Вы что же, думаете…

— Ничего я не думаю! Может это совпадение просто, но не в первый раз такое случается… и всегда рождение апостолов предшествует большой заднице, хищно кружащей над Миром и готовой вывалить на него своё ароматное содержимое… Чего пришли-то? — резко сменил тему разговора бородач.

Только я успокаиваться не собирался.

— Апостолов? Что ещё за…

— В работе одного малоизвестного ахарского философа, занимавшегося как раз этим вопросом, так названы маги, рождённые (по мнению Хурана аль-Расуна) самим Миром для борьбы с какой-то глобальной угрозой, — прервал меня Кассий. — Апостолы старого Мира… так он их назвал. По мнению аль-Расуна, наш Мир — живое существо и, также как все живые существа он борется за свою жизнь, вырабатывая антитела в ответ на угрозу-болезнь.

— Может это дело рук Орвуса и иже с ним?.. Ну, против брата…

— Рылом Орвус не вышел для такого… — грубо высказался в адрес Верховного бога Магистр. — Доволен ответом? — я кивнул, решив не доставать несчастных побратимов, хотя вопросов у меня накопилось множество. — Тогда пошли за покупками.

— Зловеще… — произнёс я спустя пару минут, стоя перед овальным зеркалом в мой рост и с интересом рассматривая отражавшегося там высокого человека в плаще с надвинутым капюшоном, почти полностью скрывавшим лицо. — Зачем он мне, я и без него неплохо обходился.

— Особый случай. Без этого плащика задание нам не выполнить, — я удивлённо взглянул на напарника. — Да не простой это плащ, не простой! Он скрывает хозяина от взгляда потусторонних существ, и от взгляда Истинным зрением, заодно. Определить в тебе мага теперь сможет разве что чародей уровня Мастера или даже Магистра. Пока не научишься самостоятельно скрывать свою суть, будешь пользоваться им.

— Ты об этой вещи мне говорил? — вспомнил недавний разговор я.

— Нет, это просто небольшой бонус… Бьярни, не томи!

Что-то проворчав, рыжебородый взмахнул рукой… и задняя стена исчезла, оказавшись очень качественной иллюзией. От открывшегося вида я впал в ступор — вдоль стены, закреплённые на специальной подставке, стояли посохи мага, полсотни посохов… Мечта, которую я и не думал осуществить, по крайней мере, в ближайшие десять-пятнадцать лет.

Если верить адеру Компту, посохи делятся на два вида: посохи-накопители и посохи-помощники. И отличаются они не только по внешнему виду: посох-накопитель выглядит так, как и должен выглядеть, по мнению далёких от Искусства людей, посох мага — массивная, покрытая рунами деревяшка с обсидиановым или же из Слезы Хот оголовьем, а посох-помощник скорее напоминает заготовку к своему собрату — размеры куда более скромные, никаких рун и камня, только четыре изогнутых когтя-держателя, будто удерживавших невидимый шар.

Да, отличия в самой сути. Если брать посох-накопитель, то принцип его действия таков: маг заполняет камень оголовья Силой и наполняет заклинаниями, увеличивая, таким образом, свои возможности в разы, такой посох может вмещать даже больше Форм, чем сам маг, и зависит его вместимость только от качества работы мастера-артефактора и от материалов, а значит — денег. Вот только, посохов-накопителей, вместимостью свыше тридцати Форм, не существует, что делает их популярными лишь в среде магов со средними и слабыми способностями.

Зато посох-помощник как раз для сильных чародеев — уровня Мастера и выше. Он сам тянет энергию от Стихии, не требуя от владельца подзарядки Силой. Этот посох нельзя уже даже назвать инструментом мага — скорее его частью, такой же, как рука или нога. Живое существо. И, также как любое живое существо, а не тупой инструмент, его необходимо учить: учить пользоваться Силой, учить творить заклинания… это сложный и длительный процесс, но и результат великолепен — мгновенное сотворение заклинаний любой сложности, передача Силы от посоха к хозяину, что вдвое увеличивает запасы магической энергии у мага (в отличие от накопителя, помощник не способен вместить Силы больше, чем имеет его владелец), ещё кое-что, по мелочи.

Как я уже сказал, минусом посоха-помощника можно назвать лишь длительное обучение: так как он всё же не обладает разумом в полном смысле этого слова, то и не способен выучить магический алфавит, подобно человеку и, следовательно, не составляет заклятья из Форм, а берёт из памяти целиком. Самое близкое сравнение — человек произносит идеально заученную, вплоть до малейших особенностей произношения, фразу на иностранном языке, не понимая смысла. Каждое заклинание необходимо заучивать с самого начала. Учитывая же, что на изучение заклятья из пяти Форм уходит около двух месяцев, владельцу нужно проделать поистине титанический труд.

— Выбирай, — широким жестом указал на посохи Кассий.

Не говоря ни слова, я двинулся к стоявшим в углу посохам-помощникам. Пять штук, абсолютно одинаковые внешне, в отличие от таких различных между собой накопителей, и такие же одинаковые внутренне… обычное дерево… ладно, не совсем обычное. Нет тяжёлого выбора, нет раздумий — он таков, каким сделаешь его ты сам. Решительно достав из крепления ближайший ко мне посох, я попробовал его в руке. Подходит… Поставил посох обратно, взял метательный нож, сделал глубокий надрез на ладони и провёл окровавленной ладонью по всей длине деревяшки, сверху вниз.

Посох мелко задрожал, волна тепла прокатилась по нему сверху вниз, устремившись в мою руку и дальше, в ядро Дара… В Истинном зрении я увидел, как вокруг ядра завертелся смерч Силы, спустя секунду преобразившийся… Я увидел своё ядро со стороны, а точнее его уменьшенную копию — между когтями-держателями вертелся огненный шар размером в два кулака, парящий в сантиметре над деревяшкой.

Я счастливо улыбнулся.

— Правильный выбор, парень, — довольно проговорил в бороду Бьярни. — Что ж, теперь он с тобой навсегда, пока жив ты, существует и твой посох.

Я отстранённо кивнул.

— Спасибо… Кассий, а у тебя я посоха не видел, — немного не к месту вспомнил я.

— Но это не значит, что его нет. Я немного разбираюсь в магии Пространства, и создать небольшой пространственный карман для меня не проблема, — Кассий нахмурился, вытянул руку вперёд, и в ней материализовался посох, похожий на мой.

— Ага, — кивнул я. — Ясно. Мне ты можешь такой карман сделать?

— Легко, но он будет вытягивать из тебя треть дневной нормы Силы.

— Нет, спасибо, не надо, — немного подумав, ответил я. Учитывая, что десятую часть я уже отдаю защитному амулету, это будет явный перебор. — Я лучше его потаскаю в руках, только мне бы не хотелось всем показывать, что я маг.

— Иллюзию могу навести, будет выглядеть как обычный пастушеский.

— Тогда я буду выглядеть подозрительно: с мечом, в неплохой одежде и с корявым дрыном в руках. Лучше замаскируй под копьё, — едва я договорил, как воздух вокруг посоха задрожал, и в моей руке оказалось короткое, до уровня глаз, копьё, с широким листовидным наконечникам. — Отлично.

— Раз отлично, — влез в разговор со стопкой бумаг Бьярни, куда-то ненадолго отходивший. — Тогда подписывай.

— Что? — не понял я, а потом, заглянув в подсунутые мне под нос бумаги, застонал. — Пять тысяч триста империалов?!

— Это льготная цена для сотрудников службы, — невозмутимо произнёс рыжий гад. — В счёт долга из твоей зарплаты ежемесячно будет вычитаться половина…

— Раньше нельзя было сказать? — раненым зверем зарычал я.

— А ты бы отказался? — удивлённо приподнял бровь кладовщик.

— Нет, — обречённо вздохнул я, нехотя подписывая бумаги. — Мы идём? — я заскрипел зубами при виде понимающей улыбки, промелькнувшей на лицах переглянувшихся побратимов.

— Идём… Увидимся, — протянул руку другу граф. — Дела, сам понимаешь.

Глава 6

Цок-цок, цок-цок, цок-цок… скачет всадник по ровной, широкой, мощёной камнем имперской дороге… трактиры, стража следит за порядком… счастливец! Как бы и я хотел по дороге, но реальность совсем не соответствовала мечтам — мы с Кассием вот уже третий день плелись по холодной, унылой, изрытой вдоль и поперёк какими-то землероющими тварями, степи. И даже редкие островки молодой зелёной травы, посреди моря пожухлой растительности, не спасали положения и не поднимали настроения. Вот такая она — «благословенная» гентская земля, расположенная под серым тяжёлым небом и населённая немытыми кочевниками (которые с завидным упорством и старанием следовали завету предков: до двух пальцев не грязь, а дальше сама отвалится). В общем, северные степи не самое лучшее место Мира. Конечно, о такой диковинке как снег здесь никогда не слышали, если не считать норкцев, служивших в приграничных крепостях, но и температура близкая к нулевой, тоже удовольствия доставляла мало. Особенно мне, привыкшему к тёплому, даже жаркому, по сравнению с ЭТИМ, климату Эсхара.

Но я разве ною? Нет! Я злюсь! Сильно. А ещё я хочу поскорее прикончить тварей, поселившихся в руинах храма, и убраться из Гента навсегда. Единственным, что меня утешало, была учёба. Работа над изучением Формы проходила успешно и, по завершении, обещала ещё больше расширить мой арсенал заклятий.

— Вот и они, — вывел меня из задумчивости голос Кассия.

Я поднял глаза.

Действительно, на грани видимости уже были различимы искомые руины — просто груда каменных блоков, но сколько же из-за неё проблем… Проблем действительно мы могли получить много, и совсем скоро. Вообще, в местах, служивших некогда для отправления культа бога или могущественного демона, очень часто возникают проблемы сходные с той, что предстояло решить нам — после ухода хозяина храма, прекратившего «сторожить дверь», эта самая дверь в иные пласты бытия оставалась открытой для различного рода сущностей. И никогда не угадаешь, что за тварь проникла в наш Мир, пока не уничтожишь, или пока она тебя не схарчит…

— Какой у нас план? Приходим, кричим погромче, а когда все твари повылазят, мочим? — спросил я.

Стыдно признаться, но планом операции я до этого момента не интересовался, оставив всё на откуп Кассию, а тот не спешил навязываться…

— План хороший, но мне просто лень убивать каждую паскуду по отдельности… Так что, тихо пробираемся в центр руин… а потом я жахну Спрутом, — я застыл с открытым ртом. Ого! Заклятье уровня Архимага!

— Ты способен его создать?!

— Да, — не стал отрицать очевидного Кассий. — Но потом я даже фаербол сплести буду не способен.

— Так может не стоит…

— Ты желаешь ползать по храмовым подземельям в поисках, неизвестно каких затаившихся там, чудовищ? — приподнял бровь Кассий. — Я — нет.

— Я подумал… может быть… мы найдём там что-нибудь ценное, — смущённо признался я.

— Бесполезно. Этому храму сотни, если не тысячи лет. Неужели ты думаешь, будто за время его существования искатели сокровищ не вытащили оттуда всё, что только возможно? — взмах рукой в сторону развалин.

— Ладно, — тяжело вздохнул я, признавая поражение. — Мне-то, что делать?

— Для активации заклятья нужно время, где-то… две минуты, — произнёс Кассий. — В это время я окажусь без защиты. Будешь прикрывать.

— Дай мне пару минут на подготовку, — я на несколько секунд задумался, решая, что же мне подвесить из заклятий. Но, учитывая мой объём Силы, выбор у меня не велик: три улучшенных Светляка (пусть будут Огоньками), итак, три Огонька, Огненный Клинок и… всё — энергии останется только на плетения. Сказано — сделано, причём быстро. Обожаю работать с Формами — такой фактор, как скорость закачки Силы, в этом случае почти не играет роли… Мне понадобилось всего четыре минуты, чтобы структурировать весь свой запас Силы. — Я готов…

— Начали!

*****

— Кушай на здоровье! — злобно крикнул я, засветив фаерболом прямо в левый глаз существа… существо недовольно зашипело, показав широкую, с зубами с три ряда, пасть. Я, никогда не видевший зубастых гранитных блоков, слегка опешил. Хотя, если уж у камня есть глаза, то наличию пасти удивляться, по меньшей мере, глупо. А уж лапы, на которые встал «стройматериал», вообще… не порядок. Вместе с пострадавшей от моей агрессии каменюкой, на ноги встали и пять её подруг, эдак плотоядно на меня перед этим взглянув… и сорвавшись с места со скоростью скачущей галопом лошади. Умеют же бегать… ящерицы — с каждым шагом маскировка тварей разрушалась и в тот момент, когда я превратил одну тварь в две её половинки при помощи Клинка, они уже превратились в почти обычных, но зато очень больших и зубастых ящериц. А я ещё надеялся, что всё обойдётся, дошли же мы до центра развалин без приключений? Да и Кассий почти закончил. И что им не сиделось?

Жаль, я так и не побывал в императорском цирке, пока был в Валоре, а ведь хотел же… проклятые бюрократы. Ага, к чему это я? Да к тому, что бой с различным зверьём был там одним из самых популярных номеров. И я бы хоть теоретически подковался в этом жизненно важном вопросе…

Пока же я был вынужден крутиться, что и делал довольно успешно: сразу за первой, Огненный Клинок хорошенько поработал над ещё одной ящерицей, срезав ей верхушку черепа и обнажив крохотные мозги, на этом энергия в заклятье и закончилась.

Не особо расстроившись, я один за один выпустил в двух дальних тварей, непредусмотрительно бежавших рядом, два Огонька — так, на всякий случай. Аромат жареного мяса, разнёсшийся вокруг, заставил меня сглотнуть слюну, а оставшихся ящериц остановиться и зачарованно уставиться на слегка подгоревший обед. Я облегчённо вздохнул, сбрасывая капюшон с головы, чтобы вытереть вспотевший лоб и наблюдая как существа, не обращая больше на нас с Кассием внимания, двинулись в сторону заботливо накрытого мной «стола». О, каннибализм, как много в этом слове!

Но приступить к трапезе ящеры не успели — Кассий завершил заклинание, а я, наконец-то, понял, почему оно называется Спрут. В поднятой над головой Магистра руке сначала загорелась тускло-оранжевая искорка пламени, мгновенно разгоревшаяся, завертевшаяся крохотным смерчем и… превратившаяся в обычный с виду фаербол. Впрочем, только с виду, так как в следующий момент шарик словно взорвался, выстреливая во все стороны струи пламени, тут же устремившиеся к моментально забывшим о еде тварям.

Двигавшиеся вроде бы лениво щупальца, поняв, что хитрые ящерицы пытаются сбежать, с потрясающей скоростью метнулись вперёд и, оплетя их, в мгновение ока разрезали на куски. А, судя по звукам, раздававшимся откуда-то из-под земли, их коллеги выполняли свою задачу так же успешно. Заточённый в клетке из Форм огненный элементаль, радостно принялся за дело, применяя все свои невеликие умственные и творческие способности для выполнения задания мага… Чтобы через минуту всё было кончено и щупальца втянулись обратно в уплотнившийся резко фаербол. Элементаль грустно мигнул и растаял в воздухе…

Как банально.

…Это было последнее, что я увидел, прежде чем на меня надвинулась тень, и сознание потухло…

*****

Очнулся я от ужасной вони… хотя, я где-то слышал, что во сне человек запахов не ощущает. Видимо, тот кто это сказал, никогда не бывал в гостях у кочевников… Вонь стояла в шатре жуткая, а что это именно шатёр, я понял, едва открыв глаза, вернее один глаз, потому как второй открываться упорно не желал, только веко дёргалось. Да что за?!.. Я попытался пошевелиться, встать на ноги. К моему удивлению, получилось это у меня с трудом, и отнюдь не по причине усталости. И вообще, какая может быть усталость?! Не слишком-то я в последние дни напрягался, откату тоже взяться неоткуда… тогда почему я сознание потерял?! Я почувствовал, что от беспорядочно скачущих мыслей моя голова начинает пухнуть, а в висках зарождается тупая боль. Но она была тут же забыта, едва я бросил взгляд на свою правую руку… вернее… не мою! Эта рука была худой, смуглой и… сухой, напоминая скорее куриную лапку, чем человеческую конечность. Но, самое страшное — я не чувствовал в себе огня магического Дара!

— Какого демона здесь происходит?! — заорал я, а кто бы не заорал, неожиданно поняв, что оказался не в своём теле? Причём теле не самого лучшего качества, когда рядом, в двух метрах, лежит твоё собственное, голое и изукрашенное какими-то непонятными закорючками — я только сейчас заметил эту «незначительную» деталь окружающего интерьера. У головы второго тела — МОЕГО тела (поверить не могу!), в землю был воткнут посох со злобно пульсирующим оголовьем. Естественно, я сразу же рванул к нему.

— На твоём месте я не стал бы этого делать, — раздался сзади насмешливый голос. Я резко повернулся и, зло прищурившись, уставился на вошедшего в шатёр невысокого, худого и смуглого старика в обносках, всего обвешанного амулетами из костей, перьев, сушёных трав и прочего… архаизма.

— Это Ваших рук дело?! — даже в такой ситуации стараясь оставаться вежливым, решительно заковылял я в сторону кочевника (судя по всему, шамана), подволакивая левую ногу, упрямо не желавшую гнуться в колене. Да что такое?! Это тело настоящая развалина, хотя, судя по состоянию кожи (скрытой под слоями грязи… удивительно, что я ещё запахи мог различать) и прочим признакам, было ему не больше двадцати лет.

— Я дал тебе шанс выжить, — несколько туманно ответил старик. — Тебе стоит сказать мне спасибо.

— За что?! За то, что оказался в чужом теле?! — возмутился я, но всё же взял себя в руки и постарался успокоиться и разъяснить ситуацию. Если я до сих пор жив… — Зачем? Что со мной произошло?! Кстати, а как вы это сделали? — во мне проснулось любопытство, главная черта характера любого уважающего себя мага.

— Даже если я скажу как, у тебя всё равно не получиться это повторить… шубга, — высокомерно произнёс шаман, в конце фразы добавив какое-то местное ругательство, подойдя ко мне (а конкретно, к лежащему на земле мне) и начав бесцеремонно рассматривать странным рассеянным взглядом. — Как я и думал, — тихо произнёс спустя пару минут старик, разворачиваясь и, как ни в чём не бывало, направляясь прочь из шатра.

И тут я не выдержал — банально сдали нервы… Так просто вонючий (в данном случае это не оскорбление, а констатация факта) старикашка от меня не отделается! Пусть у меня и всего одна рабочая рука, да и та оставляет желать лучшего, но умения-то никуда не исчезли! Короткий тычок сжатыми пальцами в одну интересную точку на теле, и наглец превращается в живую статую — парализованный и не в силах пошевелить даже пальцем, способный только выпучить глаза от страха и напрудить лужу вонючей мочи.

— Если ты думаешь, что я собираюсь тебя упрашивать и умолять всё мне рассказать, то сильно ошибаешься, — холодно произнёс я, направляясь к заботливо скинутой в кучу возле стены шатра одежде, в которой, как ни удивительно, оказался и мой пояс, с не украденными лишь каким-то чудом ножами. — Нет, ты сам мне всё расскажешь, — я достал два метательных ножа и, попробовав их остроту ногтем, направился обратно к кочевнику. — С удовольствием и искренностью. Поверь, я умею расположить человека к разговору, — я приставил нож к горлу старика. — И ни твой возраст, ни то, что ты якобы меня спас, тебе не поможет. Сейчас я дам тебе возможность двигаться и говорить, но если ты вздумаешь со мной шутить, я просто перережу тебе глотку. Ты меня понял?

— Д-да, — прохрипел шаман, едва только я вернул ему возможность двигаться, и рефлекторно потянулся руками к шее но, стоило мне слегка нажать и надрезать дряблую кожу под кадыком, сразу успокоился. — Я-а рас-скажу.

— Хороший мальчик… Начинай, — я устроился поудобнее на шкуре, вытянув больную ногу и пригласив шамана присесть рядом. Покосившись на метательный нож в моей руке, кочевник подчинился. — И не вздумай врать. Итак, почему я не в своём теле, а в этом… убожестве?

— Тебя вчера привёз в наше стойбище маг…

— Кассий? — скорее для проформы спросил я. Ну, кто это ещё мог быть?

— Не знаю, он не представился, — огрызнулся старик. — Он заплатил мне, чтобы я тебе помог, а сам ушёл… Но пообещал вернуться через три дня! — зачастил шаман, видя моё нетерпение и чувствую покалывание в бок.

— И за что же он тебе заплатил? — приподнял бровь я. — За вот ЭТО?! — я махнул рукой с ножом в сторону своего тела, едва не отрезав старикашке ухо.

— Нет, он привёз тебя со стороны проклятого храма, сказал, что в тебя вселился злой дух, — я в удивлении выпучил глаза. Какой ещё, к демонам, злой дух?!

— Я тебя предупреждал, — зло прошипел я, делая вид, что собираюсь нанести шаману удар ножом в живот.

— Это правда, — взвизгнул степняк… — Из развалин старого храма иногда выходят Проклятые души, вселяясь в подошедших слишком близко людей.

— Духи не могут вселиться в обладающего Даром! Это известно каждому, кто хоть немного понимает в магии!

— Они не могут вселиться в колдуна лишь потому, что у них не хватает на это сил, — оправдывался степняк. — Такие духи призваны шаманом и потому слабы, те же духи, Тени, которые прошли в наш мир из Нижних миров сами, через Врата и без призыва, способны захватить тело и пожрать душу даже сильного колдуна!

— Что-о?! — едва это услышав, я тут же попытался посмотреть на своё тело истинным зрением — уж если мою душу пожирают, увидеть это я должен… Но не увидел. Истинное зрение стало мне теперь недоступно. — Что со мной случилось? Почему я не чувствую Дар?

— Потому что мой ра… слуга им не обладал, — ответил степняк, немного отодвигаясь в сторону. — А твой Дар остался в старом теле. Я перенёс сюда, — старик ткнул пальцем мне в грудь (ну вот, я уже начал говорить «мне» о новом теле!). — Лишь ту небольшую часть души, которую обычно называют личность, сознание, — я удивлённо приподнял бровь. Старик меня удивил… для неграмотного кочевника он слишком умён. Ишь ты — «личность, сознание»! Не простой дедок… — Основная же часть души, её бессмертная, данная Творцом часть, всё ещё там, — взмах рукой в сторону моего настоящего тела.

— Но если ты говоришь, что Тень пожирает мою душу, почему не перенёс её полностью?

— Исчезновение пищи вовсе не означает, что дух уйдёт, — покачал головой старик. — Он просто завладеет телом и не позволит твоей душе больше туда вернуться. С новым же телом у тебя нет таких крепких связей… что будет дальше, я думаю, понятно.

— И какие у меня шансы на выживание? — я убрал нож, видя, что шаман не пытается увиливать или бежать. Да и отношение с его стороны ко мне явно изменилось на более благожелательное. Правильно говорил инструктор в Центре — кочевники уважают лишь силу.

— Слабые. Я смог спасти твой разум — первое, что страдает при одержимости, — пояснил старик. — Для полного поглощения души, даже такой сильной твари нужно время, учитывая же твой Дар и силу его сопротивления агрессии, я вообще сомневаюсь, что это возможно.

— Тогда мне нужно просто подождать, — облегчённо вздохнул я.

— Не выйдет. Пусть, стать обедом твоей душе не грозит, но и Тень, и ты сам, оба вы для борьбы черпаете энергию из твоего тела. Даже при его потрясающей живучести и возможных переливаниях жизненной энергии, у тебя есть две, максимум три недели. Далее — полное разрушение энергетической структуры тела и… смерть.

— Если тело умрёт, что будет с личностью?

— Раствориться, пусть не сразу… где-то дней через сорок, — не раздумывая, ответил старик.

— Проще говоря, я умру, — я задумался. — Хорошо… как я могу этого избежать?

— Способ один — попросить помощи у богов. Лишь божественное вмешательство может помочь в данном случае…

— Но… Здесь ведь есть «но»? Я прав?

— Откуда, ты думаешь, появляются у богов самые ревностные служители и последователи? Плата за помощь бога — твоя душа. Она прекратит движение по пути перерождений и станет лишь неиссякаемым вечным источником энергии для хозяина.

— Фактически, это ничем не отличается от продажи души демону, — произнёс я. — Только обёрткой… Нет, на это я не пойду. Раз уж угрозы полного уничтожения души нет.

— У тебя нет другого выхода. Пусть твой друг и думает, будто сможет найти помощь среди смертных. Твоя душа и злой дух так сплелись, что практически стали одним целым, не убив обоих, смертному разделить их не по силам. Ни один экзорцист своими силами не справится…

— В таком случае… Мне нужно успеть закончить кое-какие дела, — хмуро сказал я. — Ладно… Спасибо за помощь.

*****

Проснувшись на следующий день по привычке рано утром, я направился умываться… запамятовав об обычае кочевников мыться в лучшем случае под дождём и то, если спрятаться негде. На мой вопрос о воде для умывания, старушка, сидевшая у соседнего шатра и скоблившая шкуру, сначала несколько секунд напряжённо меня изучала, а затем, осенив знаком изгоняющим зло, шустро уползла на четвереньках в шатёр… из которого тут же вышмыгнули двое пацанят лет семи и начали с визгливыми криками бегать между шатров. Через пару минут вокруг меня образовалась толпа разновозрастного народа, с шумом, гамом и активной жестикуляцией что-то обсуждавшего и тыкавшего в меня грязными пальцами. Я напрягся — рука на, по привычке прихваченном с собой мече, сжалась так, что костяшки побелели. Сдаваться без боя не собирался, но в то же время реально оценивал свои возможности. Довольно скудные, скажем прямо.

Спасение пришло откуда я и не ждал — из соседнего с моим шатра выбежал шаман, тут же начавший ч