/ Language: Русский / Genre:love_contemporary,

Полуночный Шепот

Патриция Симпсон

Роман «Полуночный шепот» - это необычайная история любви, полная самых неожиданных приключений, загадок, тайн, интриг, - любви между земной девушкой и привидением, которое обитает в старом доме. Страшное преступление, совершенное сто лет назад, протягивает свои щупальца в наши дни. И главным героям предстоит нелегкая борьба за свое счастье.

Патриция Симпсон

Полуночный шепот

Перевод с английского Т. Шишкиной.

Роман «Полуночный шепот» - это необычайная история любви, полная самых неожиданных приключений, загадок, тайн, интриг, - любви между земной девушкой и привидением, которое обитает в старом доме. Страшное преступление, совершенное сто лет назад, протягивает свои щупальца в наши дни. И главным героям предстоит нелегкая борьба за свое счастье.

1.

Лос-Анджелес

– В чем дело, Джейми? Проклятая головная боль? Или ты опять просто замечталась?

Саркастическая нотка в голосе Бретта прорезала тишину зала заседаний и испугала Джейми. Она огляделась. Куда все подевались? Заседание окончено? Джейми стояла у конца полированного малахитового стола, смутно сознавая, что пожимает руку Ноэля Конде, создателя духов «Интим», наиболее популярных после «Шанель № 5». Ноэль Конде редко позволял кому-либо касаться своей кожи, а еще реже пожимать руки. И все-таки рука Джейми была в его руке, он чуть приподнял ее, легко коснувшись пальцев губами. Любая другая женщина пожелала бы оказаться на месте Джейми и уловить многозначительный блеск глаз Конде. Но Джейми даже не заметила такого внимания к себе с его стороны. Она была слишком обеспокоена состоянием здоровья своего брата и нервничала из-за неизбежного возвращения в Макалистер-хаус.

– Джейми! - отрывисто рявкнул Бретт, бросая блокнот со своими записями в кожаную папку. - Да что с тобой?

– Что? - она обернулась к своему компаньону. Тонкие пальцы, которые поцеловал Ноэль Конде, скользнули по ее бледной мраморной щеке. На коротко обрезанных ногтях не было и следов какого-либо ухода за ними.

– Что с тобой происходит? - прошептал Бретт, стараясь, чтобы его не услышал кто-либо из проходивших мимо. - Да ты просто отключилась, стояла словно столб, забыв обо всем на свете. Если бы старик Конде так не благоволил к тебе, мы бы остались в дураках.

– Извини меня, Бретт!… - И не окончив фразы, Джейми подхватила свою сумку. Та была не застегнута, но Джейми даже не обратила на это внимание. Содержимое сумки посыпалось на пол, в том числе и таблетки от головной боли. Упаковка с четырьмя таблетками валиума закатилась под стул. Джейми, опираясь на одну руку, погрузила ладонь в мягкий изумрудного цвета ковер.

– О Боже! Джейми! Возьми себя в руки! - послышался сиплый шепот Бретта возле ножки стула. - Быстро подбери эти таблетки, пока никто не увидел.

Джейми бросила лекарство в сумку, а сверху запихнула бумаги и ручки. Если уж Бретт так беспокоится насчет благопристойности, то почему не поможет ей? Не хочет мять свой костюм? Она вспомнила, как однажды во время какого-то приема он так и не садился, боясь оставить складки на шелковом пиджаке. Джейми выпрямилась, спрятав гнев и обиду под маской спокойствия, и встретила недовольный взгляд Бретта.

Он покачал головой.

– После утреннего телефонного звонка ты ведешь себя, как зомби.

Джейми повернулась к нему спиной. Она не имела никакого желания обсуждать сейчас этот телефонный звонок.

– Пошли, Бретт.

– Минуту, - он взял ее за локоть. - Что это был за звонок? Тебе отказала «Галерея»?

– Нет. Это была не «Галерея». - Она попыталась высвободиться, но Бретт держал ее крепко.

– Тогда что же?

– Это насчет моего брата.

– О Боже! - Бретт отпустил ее локоть. - Что же на этот раз нужно Марку?

– Видишь ли… поэтому я и не хотела говорить тебе. Ты всегда реагируешь подобным образом.

– Твой брат вымогатель.

– Мой брат гений, - возразила Джейми. - И на этот раз, во всяком случае, речь шла не о деньгах.

– Неужели? Что-то новенькое. Что же ему нужно?

– Он болен. - Джейми старалась говорить спокойно. - Звонила его домоправительница. Бретт, он действительно болен. Я очень беспокоюсь.

– Положи его в больницу. В Нью-Йорке хорошие врачи.

Джейми покачала головой и опустила взгляд на ковер.

– Он ненавидит больницы. Половину своего детства он провел в них. И потом, он не в Нью-Йорке, а в штате Вашингтон, где работает над проектом.

– Ну, в штате Вашингтон тоже хорошие врачи. - Бретт сделал шаг к двери, но остановился, поняв, что она не идет за ним. Раздраженный, он обернулся. - Хм. Так что же ты хочешь сказать?

Кончиком языка Джейми облизнула губы. Ее верхняя губа была полной и чуть приподнятой. Один человек как-то заметил, что у нее самый сексапильный рот, когда-либо им виденный. А затем стал настаивать, чтобы она спросила его, что это значит. После этого случая Джейми редко красила губы и выбирала прически и платья, скрадывавшие ее женственность, например, костюмы серо-зеленого цвета и строгие шиньоны.

– Бретт, я должна поехать к нему.

– Да будь ты посерьезнее! Не сейчас же!

– Я должна.

Бретт снова взял ее за локоть.

– Послушай, Джейми. Ты не можешь ездить куда попало. Ноэль Конде благоволит к тебе. Ему нравится твоя работа. Ему нравится твой стиль. Ему понравятся и наши рекламные объявления. Их распространят по всему миру. Духи «Интим». О нас заговорят. Это великолепный шанс.

– Знаю, Бретт, но сейчас мне нужно ехать. Всего на несколько дней.

– Джейми, ты не можешь.

– Я должна. - Она отбросила его руку и поспешила к выходу. - Билет на самолет я достану в течение часа. Ты подбросишь меня до аэропорта, или мне взять такси?

– Возьмешь такси, - буркнул Бретт. - Кто-то из нас ведь должен работать.

Через несколько часов Джейми уже вела машину по ухабистому склону дороги, соединявшей паромную станцию Кликитат с городом Порт-Таунсенд, конечным пунктом паромного сообщения. Доехав до ровной площадки, где парковались машины, она включила задние фары. Страх обуял ее, когда она проезжала мимо станции, залитой огнями прожекторов, направляясь к Уотер-стрит. Ей совсем не улыбалось попасть в Макалистер-хаус ночью. Но она опоздала на более ранний паром, который прибывает на место засветло. Теперь же в половине десятого вечера октябрьское небо над ней было темным и мрачным.

Джейми приняв валиум, чувствовала себя более-менее спокойной. Она не смогла бы увидеть Макалистер-хаус, когда ее нервы на пределе истощения. Ну, а о том, чтобы уснуть в старом особняке, не могло быть и речи. Джейми была уверена, что не сможет в этом доме и глаз сомкнуть.

Она обогнула подошву обрывистого холма и стала подниматься по узкой дороге в верхнюю часть Порт-Таунсенда, граничащую с величественными домами викторианской эпохи, построенными на рубеже веков. Неотступный страх все больше охватывал ее, когда она, съехав с главной дороги, направила машину по неосвещенной улочке. Может быть, ей следовало переночевать в мотеле и подъехать к дому утром, когда светло и чувствуешь себя в безопасности.

– Трусиха, - пробормотала она про себя.

Джейми повернула руль и осторожно обогнула въезд на Полк-стрит. Фары высветили кустарник вдоль неосвещенной улицы, взгляд устремился к строениям в конце квартала.

Впереди маячила цель ее путешествия - Макалистер-хаус - видневшийся над верхушками деревьев и точно поднявшийся на цыпочки и надзирающий за ее приближением. Джейми медленно проехала вниз по улице. Деревья и дом постепенно росли и росли, пока не стали нависать над ее головой. Под колесами заскрипел гравий, когда машина затормозила. Трепеща от страха, Джейми выключила двигатель и погасила фары. Стало тихо. И очень темно.

Она ущипнула себя за переносицу и коснулась лбом прохладного руля. Голова ее раскалывалась. В висках пульсировало. Боже, это уже не мигрень. И только бы не теперь, когда ей предстояло увидеть этот дом.

Она сунула руку в сумочку, нашла валиум и отодрала пробку пузырька. Набрав слюны, положила в рот маленькую голубую таблетку. Потом, все еще не имея охоты войти в дом, посидела в машине, ожидая действия лекарства.

Джейми взглянула на большой дом. В темноте он неясно вырисовывался перед ней со всеми своими выступами, куполами, тремя этажами пряничных завитушек и резных украшений. Круглое окно мансарды уставилось на нее точно огромный глаз, наблюдая за ней, поджидая ее. Она не была здесь двадцать лет, но помнила каждый поручень, каждое окно. Двадцать лет назад она оставила этот дом, но дом не оставил ее. Он был центром притяжения всех ее ночных кошмаров.

Фонарь на подъезде мигнул, оторвав ее от пугающих воспоминаний. Лекарство еще не оказало на ее нервы успокаивающего действия, но и оставаться дольше в машине, когда ее приезд уже замечен в доме, представлялось невозможным. Джейми открыла дверцу. Порыв ветра с залива Пьюджет-Саунд откинул ее русые волосы и даже проник через жакет. Почему она не захватила с собой что-нибудь потеплее?

Просто забыла, каким холодным и сырым бывает северо-западный ветер в октябре.

Придерживая жакет, Джейми подхватила свою сумочку и фотокамеру. Потом сделала несколько шагов по старой узкой дорожке к ступенькам входа. Едва Джейми ступила на порог, как пожилая женщина открыла перед ней входную дверь.

– Миссис Гипсон? - спросила ее Джейми.

– Да. А вы, должно быть, мисс Кент?

– Пожалуйста, зовите меня Джейми. - Она чуть улыбнулась домоправительнице, а затем через ее плечо взглянула на главный холл. Ничего не изменилось. Те же самые раздражающие глаз зеленые с золотом обои на обшитых панелями стенах. Те же самые персидские ковры на деревянном полу. Та же самая обстановка ее бабушки, - неуклюжий ореховый гарнитур с парчовыми сиденьями - просматривалась в плохо освещенных нишах холла. Знакомые издавна вещи заставили ее почувствовать себя дома. И Джейми, страдая от дурных предчувствий, принудила себя переступить его порог.

Миссис Гипсон слишком уж широко растворила перед ней дверь.

– Входите, дорогая. Вы, верно, очень устали.

– Да… - голос Джейми замер, едва она вошла в главный холл. Лестница на противоположной от нее стене, изгибаясь, исчезала в тени двух верхних этажей. Ее ступеньки всегда представлялись Джейми в детстве большими и темными. Она, сколько себя помнила, сбегала по ним, точно за ней гнались с мансарды чудовища. Теперь же, став взрослой, она думала, что лестница уже не покажется ей такой страшной. Но с возрастом ничего не изменилось. Ступеньки были все такими же большими, а темнота наверху еще более мрачной.

Джейми быстро перевела взгляд на приветливое лицо домоправительницы.

– Надеюсь, я не разбудила вас, миссис Гипсон.

– Конечно, нет. Я решала кроссворд.

– Я опоздала на более ранний паром. - Джейми снова ущипнула себя за переносицу. Я сейчас просто упаду. Еще один взгляд на это старое барахло, и я упаду, думала она.

– С вами все в порядке, дорогая?

Джейми открыла глаза.

– У меня болит голова.

– Дать вам аспирин?

– Нет, спасибо. Мои таблетки в… - Джейми нахмурилась. - О, нужно принести чемодан из машины. - Она положила сумочку и фотокамеру на стоявший рядом диван. - Я сейчас вернусь.

Когда она возвратилась, то увидела, что миссис Гипсон поднимает с пола свой журнал и ручку. Джейми остановилась между кожаным чемоданом и плоской черной сумкой.

– Марк наверху?

– Нет. Он рано ложится в эти дни.

– Ему не стало хоть немного лучше с тех пор, как вы звонили?

– Не очень. Худеет с каждым днем. И кашляет все сильнее. Если бы только он лег в больницу…

– Он ненавидит больницы.

– Знаю. Но он очень болен. Поэтому я и решила, в конце концов, позвонить вам. Может быть, вы сумеете убедить его полечиться.

– Попытаюсь.

Джейми подняла свою тяжелую поклажу.

– Есть ли у вас комната для меня?

– Спальня рядом с комнатой Марка, вы же знаете, с окнами на залив. Марк сказал, что это ваша старая комната. Там для вас все приготовлено. Чистые полотенца в ванной.

– Спасибо. - Джейми подхватила сумочку и фотокамеру.

Миссис Гипсон проводила ее до лестницы.

– Может быть, вам чего-нибудь захочется? Перекусить? Или выпить?

– Нет, благодарю, миссис Гипсон. Я сразу лягу. Увидимся утром.

Джейми втащилась по лестнице на свой этаж. Ступеньки заскрипели под ее ногами. Она старалась не смотреть на темные углы и двери. Проходя мимо комнаты Марка, она заметила чуть приоткрытую дверь. Осторожно опустив свою ношу на пол, она скользнула в комнату и на цыпочках подошла к его кровати. Свет еще горел, и она увидела, что Марк не спит.

– Эй ты, молодчага, - позвала она тихонько.

– Эй ты, детеныш, - послышался ответ. - Что ты тут делаешь?

Вместо ответа Джейми обняла брата. Марк был ее единственным единоутробным братом, единственным живым родственником, и она обожала его. Только он помогал ей, когда в детстве с ней случались истерические припадки. Джейми платила ему любовью за его поддержку в самые тяжелые моменты, за то, что он подарил ей фотокамеру, и она занялась фотографией. Она долго хранила его фотоаппарат, потом поменяла его на другой, потом на третий, четвертый, получив, наконец, «Хасслеблад». Таким образом, благодаря брату, в ней пробудился интерес к фотографии, который перерос в успешную карьеру.

Марк похудел еще больше. Лопатки и позвонки просто выпирали из него, а голова казалась слишком большой для его тела. Рубашка a la Альберт Эйнштейн, в которой он был, совсем не скрывала его впалую грудь и костлявые руки. Обнимая его, Джейми подумала о том, каким образом она сможет убедить его заботиться о своем здоровье. Порой он забывал есть или спать, особенно, когда был поглощен работой над новым проектом. А заболев в разгар работы, он подвергал свое здоровье двойному риску.

– Что привело тебя сюда? - повторил он свой вопрос.

– Просто так приехала, - ответила Джейми с нерешительной улыбкой сев прямо. - Думала, что могу составить тебе на некоторое время компанию.

– Ты? Приехала просто так? Меня не проведешь. Ни за что.

Джейми протянула руку и убрала прядь темных волос со лба Марка.

– Никогда не удавалось перехитрить тебя, молодчага.

– Это все пронырливая миссис Гипсон постаралась?

– Марк! Миссис Гипсон приятная старая женщина, которая заботится о тебе.

– Слишком пронырлива. - Он положил журнал со схемами компьютеров на ночной столик. - Ну, она звонила?

– Да. Считает, что тебе нужно полежать в больнице. Марк! Что с тобой происходит? Это не гемофилия?

– Нет. - Он расправил одеяло. - Всего лишь бронхит. - Лицо его посветлело. - И все же я рад, что ты приехала. Ты можешь помочь мне в лаборатории. Помнишь разработку, о которой я рассказывал тебе несколько месяцев назад?

– Когда ты еще был в Нью-Йорке? Связанную с голографией?

Марк кивнул.

– Я почти закончил ее. Не могу дождаться, пока ты не увидишь ее в действии.

– Марк! Думаю, что тебе следует немного повременить с этим. Ты не выглядишь так уж хорошо.

– О, это ничего не значит. Кроме того, то, что я делаю в лаборатории, не требует особых усилий. А теперь, когда ты здесь, то сможешь выполнять всякую тяжелую работу.

– Премного благодарна.

Костлявая рука Марка коснулась ее рук.

– Это всего лишь шутка.

Он фыркнул. Их взгляды встретились. Мгновение Джейми смотрела в его глаза, чуть сужающиеся над скулами, как у нее. Оба они были похожи на свою мать, особенно глаза. И все же Джейми вновь поразил этот пронзительный агрессивный блеск зеленых глаз Марка, столь не похожий на осторожный взгляд карих глаз, который она встречала каждое утро в зеркале.

Джейми смотрела на Марка взглядом фотографа, отмечая отблеск света от лампы на его верхней губе и мочке уха, световое пятно на волосах, отливающих золотом на фоне темноты за его плечом. На него можно было обратить внимание. Он весь состоял из света и тени, напоминая картины Караваджо.

– Рад встретиться с тобой, детеныш, - пробормотал Марк, сжав ее руку. - Рад, что ты приехала.

– Я тоже, - соврала Джейми, поднимаясь с кровати.

Джейми чувствовала бы себя в большей безопасности, если бы спала в одной комнате с Марком. Но взрослые женщины не ночуют в комнате братьев.

Пожелав Марку спокойной ночи, она потащилась со своими вещами в комнату с окном на залив. Она подошла к отворенному окну. Далеко за обрывистым склоном берега она могла видеть улицы Порт-Таунсенда, крошечные огоньки автомобилей, петлявших по Уотер-стрит, яркие витрины на Таун-Таверн, ресторан Лидо и прожекторы новой конечной станции парома в южной части города.

На другой стороне залива, где виднелись темные холмы, огней почти не было. Лишь звезды мерцали над низкими холмами. Джейми удивленно взглянула на небо без искусственных огней - ни телевизионных башен, ни спутников, ни реактивных самолетов, ни вертолетов. И тогда она услышала тишину, благословенное отсутствие уличных «пробок», автомобильных гудков, людей, орущих на улице, никому не нужной музыки и телефонных звонков.

Вдруг какой-то мотылек ударился о стекло прямо перед ней. Неожиданный хлопок испугал ее. Джейми отпрянула, душа у нее ушла в пятки.

Вздохнув, она опустила занавеску. На какое-то мгновение забыв свой страх перед домом. На какое-то мгновение избавившись и от стресса, возникшего как результат ее жизни в Лос-Анджелесе. На какое-то мгновение почувствовав покой. Но только на мгновение. Головная боль возобновилась со страшной силой.

Когда Джейми накинула на себя плед, была уже полночь. Но все равно дрожать от холода она не перестала. Еще с детских лет она всегда ожидала, что в полночь может случиться что-то нехорошее. А в этом доме, как она знала, могло произойти всякое. За окном ветер гулял по крыше, завывая и скуля между пряничными завитушками, лишь усиливая в Джейми чувство беспокойства. Она зарылась в плед почти с головой, пытаясь согреться. Как долго еще снотворное не возымеет действия? Ей следовало бы научиться терпению. А может, просто стоит попробовать другое лекарство.

Она посмотрела на лица, изображенные на лепнине потолка, пытаясь не думать о домах, посещаемых привидениями. Она так же боялась уснуть, как и оставаться в этом доме, потому что сны всегда пугали ее. В них все происходило, как в жизни, и вселяло страх. Доктор объяснил ей, что такие сны видят особенно способные и творчески одаренные натуры. Но Джейми не поверила психоаналитику. Ни одно нормальное человеческое существо не могло, как она, находиться столько времени во власти нечеловеческого страха.

И эта ночь не стала исключением. Джейми подскочила на своем ложе и обернулась. На сей раз это не было видение Макалистер-хауса. Это была женщина в голубом одеянии, длинном голубом платье со старомодным турнюром. Она поманила Джейми, приглашая следовать за собой. Джейми бежала и бежала, но так и не могла догнать женщину. Ее ноги налились свинцом, перспектива стала туманной и какой-то дырявой, точно на глаза ей налипла старая магнитофонная лента.

Джейми последовала за женщиной через лужайку перед домом - это был Макалистер-хаус - на улицу, где нелепо перемещалось множество лошадей, экипажей и малолитражек. Наконец, на вершине крутого холма женщина остановилась и обернулась к Джейми. Ветер отбросил назад ее волосы. У женщины не было лица. Пораженная, не в состоянии двинуться с места, Джейми смотрела на женщину, указывавшую на что-то за холмом. Ветер раздувал одежду на Джейми, подталкивал ее к краю холма все ближе, где, Джейми знала, она провалится в пустоту. Джейми посмотрела вниз: там, на расстоянии тридцати метров темнела крыша. Голубое платье колыхалось у ног женщины. Ветер подтолкнул Джейми еще ближе. «Дерево Небес», - произнесла женщина. Джейми старалась сохранить равновесие. Голубое платье облепило ее колени. «Дерево Небес». - Джейми не могла спасти себя. О Боже! Она падает! Падает…

Джейми резко села на постели, обливаясь холодным потом. Откинула влажные волосы и огляделась вокруг, не узнавая окружающей обстановки. Где она? Джейми беспомощно заморгала и вдруг вспомнила. Она в Макалистер-хаусе. Пыталась спокойно заснуть в этом доме, забыв, что это невозможно.

Вздохнув, Джейми опять положила голову на подушку и уставилась в потолок. И как прежде, она не смогла забыться хотя бы на несколько часов.

Утром Джейми поджарила на сковородке огромный омлет и отнесла поднос с едой в комнату брата. Она надеялась, что один вид пищи вызовет у него аппетит. Она сидела, скрестив ноги, у задней спинки его кровати, удерживая поднос на левой коленке.

– Какой огромный омлет, сестренка, - заметил Марк. Но Джейми обратила внимание на то, что он лишь передвигает с места на место куски омлета, а главным образом пьет апельсиновый сок.

Когда Джейми взяла в руки вилку, солнечный луч скользнул по кольцу на ее пальце. Марк сразу обратил на него внимание. И отставил еду в сторону.

– Что это за кольцо? - он вытянул шею, чтобы получше рассмотреть бриллиант.

– Многие считают, что такое кольцо дарится при помолвке.

– А ты что считаешь?

– Это своего рода именно такое кольцо, - Джейми посмотрела на сверкающий камень, слишком большой и бросающийся в глаза, по ее мнению. Она предпочитала более скромные маленькие бриллианты или же вообще никаких камней. - Но я еще не ответила «да».

– Тогда почему же ты носишь кольцо?

– Бретт настоял, чтобы я взяла его, хотя я еще окончательно не приняла его предложения. Решила подождать, пока не поговорю с тобой.

– Прекрасно. Ответь «нет».

– Я, по правде говоря, совсем не хотела брать это кольцо, во всяком случае, не такое. Но он отказался принять его обратно.

– Похоже на Бретта.

– Взяла без каких-либо условий.

– Ну да. - Марк покачал головой. - Что меня удивляет, так это то, что он не предложил тебе просто переехать к нему и обойтись без всякого замужества.

И сделал, но Джейми не хотела говорить об этом брату. У Марка не должно быть лишнего повода, чтобы ненавидеть Бретта.

– Боже, - сказал Марк, взяв ее левую руку. - Взгляни, какой он огромный. Ты можешь кормить на него весь «Третий мир» в течение всего года. У Бретта есть мозги? Или хотя бы совесть?

Джейми отдернула руку.

– Думаю, что он хотел выразить свои чувства.

– Не будь наивной, сестренка. Бретт думает только о себе. Ему что-то от тебя нужно.

– Это не так! - Джейми вскочила на ноги. - Почему ты предполагаешь худшее? Почему ты не можешь отнестись к нему хорошо?

– Потому что он обманщик.

– Марк, выражайся понятнее.

– Выражаюсь как могу, - Марк пожал плечами. - Если я думаю о Бретте, то сразу вспоминаю компьютер фирмы «Макинтош», который с первого же захода может поломать все твои задумки.

– Не могу понять, почему. Бретт всегда хорошо ко мне относился. Он много сделал для меня.

– Конечно, особенно теперь, - Марк разгладил одеяло на своей груди. - Все идет именно так, как ему хочется. Он получает тебя, когда хочет, и ты зарабатываешь для него деньги. Маленькая фотопроститутка Бретта Йохансена!

– Проститутка! - Джейми побледнела.

– Да-а! Ты проституируешь свой талант, занимаясь коммерческой рекламой, когда можешь делать что-то более стоящее.

– Неужели? Моя коммерческая реклама оплачивает твои научные изыскания. Ты что? Забыл об этом?

– Нет, не забыл, - резко ответил Марк. - Бретт никогда не позволяет мне забыть о том, что я транжирю твои деньги. Но не думай, что мои проекты оправдывают твою работу в Лос-Анджелесе. И не прячься за спину Бретта. Я тебя хорошо знаю, Джейми. Быть на вторых ролях тебя не устроит.

– Что значит «на вторых ролях»?

– Джейми, ты всегда была первой. В школе. В делах. И я не устану повторять тебе - ты замечательный художник. И все же ты работаешь на Бретта Йохансена. Это непостижимо!

Джейми сердито взглянула на Марка. Затем с силой поставила свою тарелку на ночной столик и подошла к окну. Аппетит у нее пропал. Она раздвинула занавески и стала наблюдать, как горячие солнечные лучи медленно пробиваются сквозь толщу серого утреннего тумана.

– Все меняется, - сказала она просто.

– Например? - Марк повернулся на бок, чтобы лучше видеть ее.

– Ну… я, - Джейми быстро провела рукой по складке занавески. - Раньше моя работа меня удовлетворяла. Она вселяла в меня энергию, интерес. Но не теперь. Не знаю, что происходит - но мне просто необходимо делать что-то еще.

– Выйти замуж за Бретта? - резко спросил Марк. - Не вижу необходимости.

Джейми не обратила внимания на его слова.

– Возможно, это мои биологические часы отсчитывают время, а может, это просто пустые мечты. Но я хочу иметь детей, Марк. И Бретт даст их мне.

– Черт побери, любой мужчина может дать тебе детей.

Джейми уже болыпе не смотрела на туман за окном. Она сознавала лишь, что глубоко внутри нее разгорается новое чувство, поглощающее все ее существо, иссушающее ее сердце. Она опустила занавеску.

– Я и не ожидала, что ты поймешь меня, Марк. У тебя есть твои проекты, твои компьютеры, твоя логика. - Она взглянула на него. - Но я одинока, я так одинока, что внутри у меня скоро останется лишь пустота и мрак.

– И ты думаешь, если выйдешь замуж за Бретта, это поможет тебе?

Джейми пожала плечами.

– Не знаю. Я еще не встречала человека, который заполнил бы этот вакуум. А возможно, это жажда материнства, которая сейчас охватила меня. Я только об этом и думаю. А Бретт человек спокойный. Нам хорошо работается вместе. Он единственный, кого я могу принимать в расчет.

– Чего я не могу понять, так это почему ему захотелось именно теперь жениться на тебе. Почему так скоропалительно.

Джейми нахмурилась.

– Может, он наконец решил, что любит меня?

– Нет, все не так просто. - Марк покачал головой и поднял руку. - Минуту, дай подумать. О, да. Он просил тебя выйти за него замуж, погоди-ка, десятого октября.

– Откуда ты знаешь? - едва выдохнула Джейми, удивившись.

– Разве не девятого октября ты узнала, что нью-йоркская «Галерея» заинтересовалась твоей работой?

– Да, но…

– Так. Запомни это число и накинь еще один день, необходимый Бретту для кое-какого серьезного обдумывания.

Джейми помолчала. Весьма странно, что Бретт сделал ей предложение через день после того, как ей позвонили из «Галереи». Она была так счастлива в тот день. Она вспомнила, как схватив Бретта за руки, принялась в восторге кружиться по комнате. И это было так разительно непохоже на ее обычную сдержанную манеру поведения.

– Ну, это просто совпадение, - заметила Джейми.

– Я так не думаю. Бретт понял, что ты ускользаешь от него и попытаешься что-то делать сама. Это его и обеспокоило.

– Почему же?

– Да потому, что ты талант, который скрывается за вывеской фирмы «Джи Кей продакшнс». И Бретт это знает.

Джейми отошла от кровати, испытывая неловкость от темы разговора.

– Я только половина «Д. К. продакшнс». Бретт же ведет все дело. Без него я была бы просто голодающим художником в какой-нибудь мансарде. - Говоря это, она свернула джинсы Марка и положила их на стул у окна.

– Бретт всего лишь ноль без твоего таланта, Джейми. Он знает это. Все знают это. Кроме тебя. Вот так.

– Где бы я была без Бретта? Мы нуждаемся друг в друге. Марк, я только хочу, чтобы ты это понял и отнесся к нему благосклонно. - Джейми повернулась и пристально посмотрела на брата.

Двумя большими пальцами он уперся себе в грудь.

– Чтобы я отнесся к нему благосклонно? Ну и ну, я не тот человек, который должен жить с этим парнем.

– Да, конечно. Но он станет членом нашей семьи. И важно, чтобы он нравился тебе.

– Джейми, куда более важно, чтобы он нравился тебе. Вообще-то ты должна любить его. А ты не любишь. Разве не так?

Любила ли она Бретта? Джейми посмотрела на холодный блеск бриллианта. Этот камень похож на ее жениха. С внешней стороны Бретт - идеальный мужчина: красивый, холеный, прекрасно одетый. Играет в теннис, посещает благотворительные мероприятия и оперу, водит компанию с приличными людьми. Но под лощеным фасадом Бретта таится незнакомец. Он никогда не говорит о своих чувствах. Говорил ли когда-нибудь Бретт, что любит ее? Она не могла припомнить.

Джейми медленно подняла голову.

– Я думаю, что люблю Бретта. В известной мере.

– В известной мере? Звучит не утешительно.

Джейми перевела взгляд с лица брата на часы, стоявшие на ночном столике.

– На меня это чувство никогда не сваливалось, как снег на голову. Никакой эйфории…

– Ты напоминаешь мне Мел Торми. Боже, у меня начинаются галлюцинации. - Марк театрально откинулся назад. - Моя сестра превратилась в Мел Торми. Убейте меня! Прекратите мои страдания!

Джейми подскочила к Марку, запустив подушкой ему в лицо. Они корчились от смеха, пока Марк не начал кашлять. Через минуту, уже успокоившись, он попытался слабо улыбнуться. Джейми склонилась над ним, обеспокоенная тем, что слишком далеко зашла. Наконец он перевел дух.

– Все в порядке - прошептал он. - Все в порядке.

– Ты уверен?

– Да-а.

– Марк, тебе необходимо посетить доктора. Возможно, у тебя пневмония или еще что-нибудь. Почему я не могу позвать к тебе врача?

– Мне не нужен доктор. Мне нужно только немного отдохнуть.

– Ты уверен?

– Да-а.

Джейми взяла поднос с едой, стоявший на ночном столике.

– По крайней мере, я могу что-нибудь сделать для тебя? - спросила она, став у его кровати.

Он покачал головой.

– Сегодня утром я передохну. А днем мы отправимся с тобой в лабораторию.

Джейми улыбнулась ему и пошла к двери.

– Ну, детка?

Джейми остановилась.

– Да?

– Не выходи за Бретта, если не любишь его. Я говорю серьезно.

Джейми попыталась забыть замечания Марка, но всю дорогу вниз по лестнице у нее в ушах звучал его голос. «Не выходи за Бретта, если не любишь его. Не выходи за Бретта, если не любишь его».

В кухне Джейми поставила поднос с тарелками в раковину и поднялась в главный холл. Но перед этим она задержалась у лестницы, взглянула вниз, в темный холл, в направлении двери в кабинет. Она проделывала это в своих ночных кошмарах сотни раз. Холодок пробежал у нее по спине, и волосы на голове зашевелились. В своих сновидениях она никогда не могла заставить себя отказаться подойти к кабинету, где снова и снова на нее мог напасть ужас.

Рука Джейми скользнула по колонне винтовой лестницы. Сейчас она не спала, а бодрствовала. Все происходило средь бела дня. Ничто не могло причинить ей вред. И она знала, что если хочет, чтобы ее ночные кошмары никогда больше не повторились, ей необходимо осмотреть кабинет. Она шагнула к затемненному холлу.

Дерево Небес.

Джейми посмотрела через плечо. Кто это говорит с ней? Она взглянула вверх, на лестницу. Затем обернулась в сторону холла. Нигде никого. Откуда же все-таки послышался голос? И так реально! С опаской и волнением она стала приближаться к двери кабинета.

2.

По мере того, как Джейми приближалась к кабинету, шарообразная ручка двери постепенно становилась все больше и больше. На какое-то мгновение ей вдруг вспомнилась мелодия «Радость мира», вырвавшаяся из глубины ее сознания. Затем музыку прорезал крик ребенка, отзвук прошлого, заставивший Джейми вздрогнуть. Крик все продолжался, пока Джейми не превратилась в истеричную десятилетнюю девочку, какой была когда-то. Страх привел ее в знакомое до боли состояние транса, перенеся в прошлое, хотя она и знала, что бодрствует.

– Нет! - рыдала она, спускаясь к холлу и пытаясь подавить сидевший в ней страх, который даже двадцать лет спустя все еще охватывал ее. К тому моменту, когда она распахнула дверь в кабинет, она уже буквально задыхалась и была покрыта потом, хотя в доме чувствовалась прохлада.

– Разреши мне жить! - скулила она. - О, Господи, только оставь меня жить!

После взрыва рыданий она замерла на пороге кабинета, закрыв уши руками. Ей все еще слышалась рождественская музыка, перекрывающая какофонию из звуков клавесина, колоколов, голосов Барбары Стрейзанд и Перри Комо. Одна лишь музыка могла свести ее с ума. Но были еще и свечи, сотни свечей, красных и белых, ярко горевших, вспыхивавших с треском, отбрасывавших причудливые тени на стены и потолок. От них можно было ослепнуть.

Джейми зажмурилась, чтобы избавиться от наваждения. Она стояла в пустом кабинете, всего лишь в старом кабинете, заставленном покрытыми плесенью книгами в кожаных переплетах. И это было не Рождество 1970 года, а октябрь 1990. И она уже не десятилетняя девочка, которая только что потеряла родителей, погибших на шоссе, а взрослая женщина. Теперь я уже настоящая женщина. Настоящая женщина.

Она отняла руки от ушей. Потом заставила себя посмотреть в сторону балконной двери, открывавшейся в запущенный сад. Здесь она впервые увидела привидение. Здесь очень давно этот дух, возникший при отблесках свечей в разгоряченном воображении ребенка, впервые в канун Рождества принял материализованную форму.

Сначала она решила, что это дух ее отца. Она и думать не могла о том, чтобы бояться его. Однако ей было всего лишь десять лет. И мысль о том, что умерший отец посещает ее, приводила ее в ужас. И все же видение, мелькавшее перед ней, не походило ни на отца, ни на мать. Это был человек, одетый в странный черный костюм со старомодным шейным платком, заколотым красивой булавкой. У Джейми мурашки забегали по коже, когда она вспомнила, что видение обратилось к ней по имени. Она все еще видела эти серые губы, произнесшие ее имя, эту руку, протянутую к ней. - Джей-ми, Джей-ми!

Она была твердо уверена, что это Хэзард Макалистер, привидение, по всей вероятности, посещавшее особняк Макалистер.

Ее бабушка рассказывала ей о Макалистере, о том, как он построил этот дом, а затем убил двух человек в этом самом кабинете. Брат же не уставал напоминать ей о привидении, пугая ее тем, что Хэзард Макалистер поджидает ее в уборной. Хэзард Макалистер схватит ее, когда она пойдет в ванную комнату в полночь. Хэзард Макалистер пролезет под дверью в ее спальню, даже если дверь будет на замке. Джейми, которая всегда чего-то боялась и которой всегда чудились какие-то звуки, верила россказням брата и все ночи в доме бабушки тряслась от страха.

Музыка стала совсем громкой. «Маленький городок Вифлеем» и «Колокольчик Белл Рок», Рой Кларк и Тони Беннетт. Ребенок закричал снова - нет, это кричала она сама. Свечи, музыка, свечи, музыка.

Джейми прислонилась к полкам с книгами.

Бабушка обращалась к ней по имени, гладила ее по лицу, умоляла рассказать о том, что с ней произошло. Но она не могла говорить, а только не переставала пронзительно кричать.

– Дорогая, что случилось?

Джейми вдруг пришла в себя, осмотрелась и увидела миссис Гипсон с полотенцем в руках.

– Я услышала ваш крик. Что произошло?

Джейми облизнула губы. О чем она могла поведать домоправительнице? Что когда ей было десять лет, она увидела привидение и с тех пор нервы у нее не в порядке, главным образом, потому, что никто ей не поверил, ни бабушка, ни доктора, ни детские психологи? Вместо того чтобы внимательно ее выслушать, они пичкают ее успокаивающими лекарствами и отсылают к бесчисленным психотерапевтам, пытающимся объяснить ее состояние печальными семейными проблемами.

После общения с психотерапевтами, Джейми потеряла веру в свою способность правильно судить о том, что действительно реально, а что нет. Никто из взрослых никогда не верил ее рассказам. Она, должно быть, ошиблась, уверяли они ее. Привидений не существует. Она просто истеричный ребенок. Безусловно, что-то она видела, возможно, чье-то отражение. Джейми слышала эти аргументы очень много раз и даже стала сомневаться в том, что она действительно что-то видела. И когда в последующие годы у кого-то возникали подозрения в правильности ее суждений, она становилась нерешительной, будучи не уверенной в себе.

Даже сейчас она не была убеждена в том, что действительно что-то видела или слышала, что было реальностью, а что воображением.

– Извините, миссис Гипсон, я… - Она замолчала, точно вспомнив о своем злополучном детстве.

После «случившегося» ее отправили жить к тетке в Санта-Барбару в штат Калифорния.

Марка, увлеченного и поглощенного своими солнечными элементами и компьютерными компонентами, отослали в подготовительную школу в Нью-Йорк.

На первых порах Джейми решила, что тетя Эвелин лучшая из теток, какая вообще может быть у девочки. Преуспевающий адвокат, красивая и незамужняя. Все это было для Джейми необычным и вызывало восхищение. По приезде в Калифорнию Джейми показали ее новую спальню, украшенную букетами лаванды и мяты, со множеством кукол и зверушек. В стенном шкафу было полно дорогих платьев и слаксов, а комод с зеркалом был набит нижним бельем, отделанном кружевами, там же она обнаружила яркие свитера, самую модную спортивную одежду. Ее даже отдали в привилегированную частную школу, где обучали верховой езде, о чем Джейми всегда мечтала.

Но скоро вся эта прелесть новизны улетучилась. Джейми поняла, что она лишь пленница, которой тешится тетя Эвелин. Когда ей захотелось влезть в свою прежнюю одежду, потому что ее джинсы были гораздо удобнее, чем шерстяные слаксы на подкладке сверху донизу, то тетя Эвелин возразила: «Не глупи. Это не годится». А когда она попыталась сказать тете, что не любит играть в куклы Барби, то тетя Эвелин заявила: «Не глупи, Джейми. Всем твоим маленьким подругам это нравится». И Джейми перестала обращаться с просьбами к тете Эвелин, потому что та никогда не соглашалась с ней. Тетя Эвелин принадлежала к числу женщин, которые твердо знают, чего хотят не только они сами, но и все остальные.

Лишь потом Джейми поняла, что ее тетка была слишком занята своей карьерой, чтобы посвящать много времени одинокой маленькой племяннице. И, кроме того, тетя Эвелин не обладала интуицией. На деле она была убеждена, что ночные видения Джейми это всего лишь уловка, чтобы привлечь к себе внимание. И потому она наказывала Джейми, когда та с криком выбегала из своей спальни в ужасе от ночных кошмаров. И, кроме того, часто тете Эвелин просто неудобно обнаруживать ночью в своей спальне ревущую десятилетнюю девочку.

Была ли миссис Гипсон немного понятливее?

Предоставленная собственным переживаниям, Джейми росла в одиночестве, подавляя в себе желания, запросы и страхи. Училась она усердно и в школе преуспевала, проводя наедине с собой почти все свободное время, гоняя на велосипеде и делая фотосъемки. Друзей у нее было не много, и не потому, что она не нравилась людям: просто она боялась, как бы другие девочки не подумали, будто она какая-то полоумная.

В колледже Джейми была также одинока. Но девочка буквально расцвела, когда начался курс гуманитарных наук и она стала специализироваться по фотографии. Она очень любила эти занятия и уходила в них с головой. Во время пребывания в колледже она пережила сильное увлечение профессором, преподававшим скульптуру. Поэтому Джейми и не встречалась со своими сверстниками. Было гораздо легче мечтать о человеке, старшем по возрасту, который никогда не окажет ей знаков внимания, нежели довольствоваться романтическими знакомствами с сокурсниками. Хотя юноши и обращали на нее внимание, Джейми не переставала думать о своем профессоре, мечтая о дне, когда он придет к ней, чтобы признаться в любви. Но он, конечно, никогда этого так и не сделал.

Итак, что она должна была сказать миссис Гипсон? Правду? Едва ли!

– Я… я видела что-то… мышь. Она пробежала по ковру и скрылась в этой книжной полке. - Дрожащей рукой Джейми указала на полку.

Миссис Гипсон покачала головой.

– Ох уж эти мыши. Я везде расставила мышеловки. Они всегда появляются в доме перед началом зимы.

– У меня панический страх перед мышами. Я боюсь их до смерти.

– Я тоже. - Миссис Гипсон потрепала Джейми по руке. - Если когда-нибудь мышь пробежит по моему башмаку, со мной случится инфаркт.

Хэзард Макалистер. Джейми ущипнула себя за переносицу и достала из чемодана два тома «Истории штата Вашингтон» и свернутую в трубку записную книжку. Книги она положила на письменный стол, а записную книжку открыла, уставившись на имя своего мучителя, нацарапанное ее неразборчивым почерком. Хэзард Макалистер. Это имя расплывалось перед ее глазами, словно их пронзила острая боль. После того, что произошло в кабинете, она приняла несколько таблеток, но головная боль не прекратилась. Джейми вздохнула.

Что заставило Хэзарда Макалистера совершить жестокое убийство своей предполагаемой невесты и компаньона в торговом деле? Он оскорбил Нелли Макмарри, потом хладнокровно застрелил ее, после чего покончил со своим давнишним партнером, а затем исчез с лица земли, прихватив значительную сумму денег горожан.

Джейми взяла одну из книг по истории штата Вашингтон и открыла ее на странице с фотографией Макалистера, единственной, которую она смогла отыскать. Он смотрел на нее тусклыми невыразительными глазами и не выглядел таким уж кровожадным. И, право, он показался ей довольно скучным со своими напомаженными волосами, закрученными усами, в черном костюме с измятыми лацканами. Но внешность бывает обманчива.

Джейми уселась за письменный стол и взяла ручку. Несколько недель назад ей пришла в голову мысль, как помочь самой себе. Она хотела раз и навсегда избавиться от Хэзарда Макалистера, не отрицая его существования, как советовали доктора, а написав его биографию. Она была уверена, что если узнает жизнь преступника и увидит его лицо, то сможет отделаться от своих видений, отправив их в прошлое, где им и место. Тогда она; наконец, обретет свободу и создаст нормальную семью с Бреттом. Если дети решат проблему ее одиночества, она должна разделаться со своим прошлым, прежде чем станет матерью. Но она никогда не станет хорошей матерью, пока не оставит позади одинокое и вселяющее страх детство.

Джейми взглянула на фотографию, снятую с передержкой. Как мало ни удалось ей выяснить о том, что касалось Макалистера, это оказывало на нее какое-то гипнотическое влияние. Он родился где-то в середине 1800-х годов в Данвегане, в Шотландии, на острове Скай, и принадлежал к клану гордому, но с каждым поколением становившемуся все беднее. Не имея никакой надежды получить подобающее образование или наследство, Хэзард должен был отправиться за море. Ему едва исполнилось двадцать, а он уже был капитаном собственной шхуны, курсировавшей по маршруту Сан-Франциско - Сиэтл - Аляска. А к тридцати - владел целой флотилией пароходов, быстро становясь одним из самых богатых людей на восточном побережье. В 1888 году он построил на холме Макалистер-хаус и попросил красавицу Нелле Макмарри разделить с ним богатство и счастье.

Потом эта сказочка пошла наперекосяк. Что-то заклинило в Хэзарде Макалистере. В Сочельник 1889 года он пустил пулю в лоб Нелли, а затем и своему компаньону Уильяму Беннетту, оставив их лежать внизу в кабинете. Был ли это любовный треугольник, который потерпел крах? Никто этого так и не узнал.

При мысли о кабинете у Джейми мурашки поползли по телу. Хэзард ведь явился ей в Сочельник. Она сжала зубы, чтобы не вспоминать его безжизненное лицо, так испугавшее ее. И все же Джейми не могла избежать встречи с ним. Хэзард из-под ее пальцев смотрел на нее со страницы книги. Я теперь взрослая девушка. Взрослая девушка, Хэзард Макалистер. Вы больше не испугаете меня. Джейми не могла не взглянуть через свое плечо на дверь спальни и на темную прихожую позади. Там в тени что-то двигалось? Прохладным воздухом повеяло на нее от окна, рядом с которым стоял письменный стол. Джейми обхватила плечи руками.

– Джейми, посмотри, - Марк повернулся в кресле, стоявшем перед его компьютером фирмы «Макинтош» и протянул ей видеокассету. - Вот небольшой клип, который я сделал вчера. Тут миссис Гипсон.

– Интересно, - ответила Джейми, лениво оглядывая заставленную большую спальню хозяина дома. Марк собрал тут отечественные компоненты компьютеров, видеоплейер, странного вида фотоаппарат на штативе, зеркала, лазеры, призмы. Все это было беспорядочно соединено между собой проводами и алюминиевыми трубками.

– Смотри, - сказал ей Марк, вставляя кассету в аппарат. Он встал с места и подключил лазер, затем и дистанционное управление.

– А где телевизор? - спросила Джейми.

– Телевизора нет. Смотри сюда. - Марк указал на небольшое пятно перед лазерами, и в этот момент там возникла миссис Гипсон, которая смахивала пыль со стульев в столовой светящимися венчиками из розовых перьев. Совсем как в жизни. Джейми даже открыла рот от изумления.

– Это голограмма? - пробормотала она. - Как в жизни.

Марк кивнул. Он едва сдерживал волнение, обхватив свою худую грудь костлявыми руками, чтобы, как казалось, не дать волю словам.

– А разве голограммы не светятся странным зеленоватым светом?

– Мои - нет.

Миссис Гипсон наклонилась, чтобы поднять с пола монету. Она посмотрела на год выпуска монеты, пожала плечами и сунула ее в карман передника. Джейми выглядела ошеломленной.

– Коснись ее, - сказал Марк. Она бросила на него вопросительный взгляд, подозревая какую-нибудь проделку брата. Она ведь знала, что голограммы нельзя коснуться. Ее рука пройдет сквозь нее. Даже если изображение окажется трехмерным, в нем не содержится субстанции. Голограммы представляют собой оптическую иллюзию, которую дают кристаллы и лазерные лучи при искусном применении зеркал.

– Давай, давай. Коснись ее. - Марк не мог не усмехнуться.

Джейми нерешительно приблизила руку к миссис Гипсон. Похлопала ее по плечу и почувствовала под своими пальцами плоть. И отдернула руку, точно обожглась.

– Марк! Она… Марк, я потрогала ее!

Марк кивнул. Его глаза сияли.

– Она трехмерная. Она воспроизведена в 256 великолепных колерах. Обладает массой. Температура ее тела составляет 33 градуса. И она хранит в себе массу информации.

Джейми только молча удивлялась. От благоговейного трепета она просто онемела.

– Голограмма миссис Гипсон может принести тебе стакан молока с бисквитом, если подумаешь об этом. Действительно, она может взять стакан молока и дать его тебе. Я, правда, еще не проработал эту безумную идею - как направить голограмму на выполнение поставленной задачи - но скоро возьмусь и за это.

– Марк… я никогда не предполагала… это просто невероятно.

Он щелкнул кнопкой дистанционного управления, выключил видеоплейер, и миссис Гипсон исчезла. Джейми уставилась на брата.

– Ты удивлена, каким образом все это у меня получается, - заметил Марк, подходя к фотоаппарату на штативе и улыбаясь своей ошеломленной сестре. - Господи, да я же люблю компьютеры! А ты их разве не любишь?

– Марк…

– На деле весь секрет заключен в этом фотоаппарате. Это специально сделанный экземпляр фирмы «Брауни», сестренка.

Джейми подошла поближе к штативу.

– Как же он работает?

– Фотоаппарат фиксирует три вещи - выделение энергии, независимо от ее величины и маловажности; расстояние от камеры до источника энергии и количество выделяемого тепла. Это легко. Я просто использовал инфракрасную технику.

– Марк, я знала, что ты гений, но это… - она развела руками, не в силах найти нужное слово.

– Это радикально! - воскликнул он. - Как говорят в Лос-Анджелесе, это оригинально! Классный успех! Хочешь попробовать?

Она взглянула на него, умирая от любопытства.

– Можно?

– Коне… о, - протянул он, как Керли в «Трех козлах отпущения», когда сидел перед своим компьютером. Джейми улыбнулась, покачав головой. Как мог такой клоун создать такую передовую технологию?

– Контрольное устройство как в видео. Автофокус и все прочее. Хотя, подожди минутку. Вложу фотоаппарат прямо в видеоплейер.

– Могу я снова посмотреть миссис Гипсон?

– Конечно. Но не думаю, что это классный материал. Уж разреши мне начать первому.

Джейми посмотрела в объектив. Шторы и обои совсем не интересовали ее. Ей нужен был человек. Она оглядела комнату. Ее взгляд остановился на брате.

– Марк, дай мне снять тебя. И тогда ты сможешь показать мне, как голограмма взаимодействует с реальным миром.

– Блестящая идея, детка. Блестящая. - Марк пробрался через провода и аппаратуру и стал перед фотоаппаратом.

– Как голограмму я даю тебе это, - и он вынул из кармана джинсов кусочек ногтя. - Готова?

– Да.

– Включи видеоплейер.

Джейми нажала на дистанционную кнопку и повернулась к фотоаппарату. Она очень волновалась, приближая свой глаз к видоискателю. Затем нажала кнопку записывающего устройства и посмотрела в ту сторону, где был пучок лазеров. Марк, широко улыбаясь, возник в виде голограммы.

– Марк, подайся назад, чтобы я могла видеть тебя всего. Сейчас я не вижу твою руку.

– А теперь? - Марк отступил назад.

– Еще немного. - Она махнула ему рукой. - Еще чуть-чуть.

Вдруг Марк споткнулся, его нога зацепилась за провод, и он упал на пол. Изображение исчезло. Не выключая фотоаппарат, Джейми взглянула на брата. - С тобой все в порядке? - Да. Проклятые провода! Когда он поднялся на ноги, то источники света замигали и компьютер загудел так громко, что Джейми поспешила к нему. Монитор издавал свистящий звук, а экран становился то голубым, то черным. Марк уже был рядом. - Господи, что я натворил? Это, должно быть, резкое увеличение напряжения.

Неожиданно какое-то движение рядом с лазерами привлекло ее взгляд. И Джейми лишилась дара речи. Это был шок. Она могла лишь схватить брата за руку, вцепившись в нее ногтями.

– Черт побери! - выругался Марк. - Пусти меня, Джейми! - Он отдернул руку и бросился к предохранителю, стоявшему на полу. От него отходило множество проводов. Марк рванул красный, чтобы выключить ток, и оглушительный свист постепенно прекратился, поскольку компьютер перестал работать. - Может быть, взорвалась приборная доска, - прошептал он раздраженно.

– М… М… Марк! - заикаясь, произнесла Джейми, пытаясь опять схватить его за руку. Марк рассердился, но все же посмотрел туда, куда она указывала рукой, в направлении лазеров. - Это он!

Марк выпрямился.

– Господи, - прошептал он. Джейми почувствовала, как холодеет от ужаса. Она не могла пошевелиться. Она снова была во власти видения.

Там, в окружении лазерных лучей, стоял Хэзард Макалистер, так сказать, точно во плоти.

3.

Охваченная ужасом и удивлением, Джейми не могла оторвать взгляда от голограммы Хэзарда Макалистера. Он же, видимо, не менее удивленный, ощутил плотность своей груди и оглядел руки, поворачивая их ладонями вверх. Затем он пошевелил ногой и посмотрел прямо на Джейми. Ей хотелось кричать, хотелось выбежать из комнаты, но шок приковал ее к месту.

Она хорошо знала это лицо. Она уже видела его словно в туманной дымке и потом на фотографии в книге, лежавшей у нее в комнате на письменном столе. Но ни одно из этих лицезрений не подготовило ее к зрелищу Макалистера в трех измерениях и в цвете живой плоти.

Физическое присутствие мужчины поразило ее более всего. Она никогда не подозревала, что Макалистер столь внушительных размеров. Он был более двух метров роста - широкоплечий, длинноногий. От него так и исходила энергия, особенно от лица, да и от позы, словно он вот-вот большими шагами устремится вперед. Буйная грива на голове была цвета темного золота, чуть светлее закрученных усов. Годы, проведенные на море, окрасили его белую кожу в цвет бронзы с красивым отливом. А глаза были точно блестящие голубые искорки, совсем не такие, как на фотографии.

– Господи! - повторил Марк в изумлении.

Джейми вышла из своего транса.

– Выключи его, Марк! Выключи, Бога ради!

– Выключено! Все выключено!

Ледяной ужас обуял Джейми. Что имел в виду Марк под словами «все выключено»? Как это может быть? Голограмма была перед ними такой же величины, как и сам ирландец. Если компьютер выключен, то откуда тогда голограмма?

И тут Макалистер выпрямился.

– Слава Святому Эндрю! - рявкнул он. - Я живой! - Он перевел взгляд с Джейми на Марка и снова похлопал себя по груди. - Я действительно живой, Я дышу! - В его баритоне слышалось шотландское картавое произношение. Он криво усмехнулся, показав два ряда ровных белых зубов.

Прежде чем Джейми успела сделать хоть какое-то движение, она увидела, как Макалистер вышел из круга лазерных лучей, сделав это так же легко, словно он ходил по грязной палубе корабля. Сердце Джейми тяжело билось в груди. Это пришло. Это конец. Хэзард Макалистер нашел, наконец, возможность схватить ее. Так почему же она не двигается с места?

Не веря своим глазам, Джейми смотрела, как он приближается к ней.

– Нелле! - позвал Макалистер. - Это ты, Нелле!

Джейми шагнула назад, боясь того, что он может сделать. Почему он зовет ее Нелле?

– Уходите, уходите! - заикаясь, произнесла она.

Макалистер остановился.

– Да не бойся. Ты же знаешь меня, милочка. Это же я, Хэзард. - И он протянул к ней ладони. Его руки были длинными, а пальцы тонкими.

Тут Джейми опять отступила назад.

– Я вам не милочка! - хрипло произнесла она. - Я не Нелле.

Он опустил руки и наклонил голову, оглядывая ее, точно она сказала неправду.

– Тогда кто же вы?

Джейми скрестила руки на груди.

– Меня зовут Джейми Кент. Эллен Джейми Кент.

Лицо его выразило изумление. Неужели он действительно осознал, что это ее настоящее имя? Словно завороженная, она смотрела, как он оглядывает ее, от носков кожаных ботинок до светлокаштановых завитков на голове.

– Вы Джейми? - спросил он. - Джейми Кент?

– Да. - Ее имя еще никогда не казалось ей столь незнакомым, когда его произносило это привидение-голограмма. А то, что привидение знало ее имя, заставило ее содрогнуться.

– Джейми Кент! - воскликнул Хэзард. - Ну и поделом мне, милочка! - Он осклабился, глядя на нее. В его улыбке было столько физически ощутимой убедительности, что Джейми отступила еще дальше. - А ты изменилась, Джейми, малышка. Выросла. Стала просто красоткой!

– Кто вы? - потребовал ответа Марк. - Откуда вы знаете мою сестру?

– Я Хэзард Макалистер. - Он поклонился. - Давно умерший Хэзард Макалистер.

– Привидение, - уточнил Марк. - Вы привидение, которое однажды видела моя сестра.

– Ну, да. - Макалистер опять ухмыльнулся. Казалось, его приводила в восторг эта ситуация.

Марк поглядел на видеоплейер, хотя и знал, что тот выключен.

– Это какая-то оптическая иллюзия.

– Почему?

– Ну… - Марк бросил на него подозрительный взгляд и снова взглянул на аппаратуру. - Точно не знаю, но привидения появляются не каждый день. Понимаете, о чем я?

– Да вы что? Не верите мне? Почему, Марк?

– Откуда вы знаете наши имена? Кто сделал вас таким?

Хэзард чуть выступил вперед.

– Вы что-то там намудрили с вашей штуковиной и извлекли меня из воздуха. Что до вашего имени, Марк… ну, я слежу за вами вот уже несколько месяцев с тех пор, как вы тут появились. - Тут его взгляд упал на Джейми, и он одарил ее, как ему, вероятно, представлялось, приветливой улыбкой. Но такое внимание заставило ее похолодеть от ужаса. - Я знаю Джейми еще с того времени, когда она раньше жила здесь. Хотя вы, милочка, выросли и изменились.

Глаза Марка сузились.

– Должно быть, кто-то придумал эту штуку. Вы фокусник? Как вы попали в этот дом?

Хэзард фыркнул и покачал головой.

– Мой мальчик, я пребываю в этом доме гораздо дольше, чем вы живете на свете. Я тут стоял и смотрел, как Джейми трогает этот прибор на треноге, а вы отошли и приземлились на свой зад, когда я увидел этот вихрь. Только так это и можно назвать. Голубой вихрь налетел на меня и куда-то потащил. Я и двинуться не мог. Отдался на его волю. На меня словно что-то излилось, не могу сказать что. Словно теплое масло. И я почувствовал, как мою кожу покалывает и щекочет, а волосы на голове шевелятся. А потом, слава Богу, все прояснилось, гуденье прекратилось, и вот вы тут, а я перед вами!

– Прямо из воздуха! Думаете, я поверю? - Марк помотал головой. - Это выдумки!

– Это правда.

– Я верю ему, - пробормотала Джейми. Марк обернулся к ней.

– Что?

– Думаю, что он говорит правду. Думаю, это и есть Хэзард Макалистер. Он выглядит, как и тот. Это правда, Господи, помоги мне!

Непроизвольно Джейми схватила брата за руку, точно он мог защитить ее от внушительной фигуры Макалистера. Злобный огонек сверкнул в глазах ирландца. На фотографии он не выглядел сердитым. Даже если кадр был снят дальним планом.

– Я не верю! - сказал Марк.

– Вы не верите в привидения? - Макалистер на шаг приблизился к ним. - Марк, а вы никогда ничего не замечали, наблюдая за чем-нибудь уголком глаза? Не чувствовали прохладное веяние воздуха?

Джейми не раз сталкивалась и с тем, и с другим в Макалистер-хаусе. Но никому ничего не говорила.

Марк пожал плечами.

– Каждый сталкивается с этим хоть изредка.

– В основном это бывают привидения. Но вы оказались не в настроении и потому не обратили внимания. Иное дело Джейми.

Джейми выпрямилась. Хэзард снова смотрел на нее.

– Одни ведь более восприимчивы, другие менее. Джейми же вообще редкий случай. Она ощущала меня не один раз. Так ведь, милочка?

Джейми молча кивнула. Она разговаривает с привидением. Она стоит здесь и разговаривает с привидением? Неужели она и вовсе потеряла рассудок?

– И вы еще видели меня в Сочельник. Я не хотел напугать вас. Вы плакали, и я просто решил узнать, что же это так надрывает вам душу. Бедная малышка. Они отправили вас отсюда, прежде чем я это понял.

– Пожалуйста… - умоляющим тоном сказала Джейми. - Пожалуйста, оставьте меня в покое.

– Итак, - вмешался Марк, наконец, преодолев свои сомнения. - Все эти годы вы находились здесь, блуждая вокруг и ожидая момента испугать людей?

– Блуждая вокруг, ох! Думаю, я был тут в ловушке.

– А теперь вы стали голограммой, - заметил Марк. - Или хотите, чтобы я считал вас голограммой. Какой бы эта голограмма ни была.

Марк хотел подойти к Макалистеру, но Джейми оттащила его назад.

– Не подходи к нему! - сказала она.

– Мне просто интересно…

– Он убийца! - Джейми оттащила брата от голограммы еще дальше, пытаясь приблизить его к двери.

– Не уходите, милочка. - Макалистер ринулся вперед, чтобы задержать ее.

Охваченная ужасом, Джейми вскрикнула, и Марк встал на пути голограммы.

– Эй! - громко сказал он. - Не трогайте мою сестру!

Макалистер остановился, хотя глаза его побелели от гнева.

– Вы дали мне жизнь приятель, так не раздражайте меня.

– Не прикасайтесь к ней! - задыхаясь, прохрипел Марк. Последняя сцена и вовсе лишила его сил. Приступ кашля согнул его в три погибели.

Макалистер воззрился на Марка.

– Она назвала меня убийцей. Я хочу знать, почему.

Кашель душил Марка. Его лицо стало красным.

– Марк! - закричала Джейми.

– Мой в… - он упал на колени. - Принеси мой ингалятор…

– Где? - спросила она громко.

– Спа…

Джейми выбежала из комнаты, пересекла холл и стала среди газет и журналов в спальне Марка отыскивать ингалятор. Нащупав холодный металл, она схватила его и из последних сил поспешила обратно в лабораторию. Ноги едва несли ее. Там она увидела, что Марк сидит на полу, а Макалистер его поддерживает. Наклонившись, Джейми приложила ингалятор к губам Марка. Его глаза были закрыты. Он задыхался.

– Дыши! - скомандовала она. Он с трудом повиновался. Его грудь чуть вздымалась.

– Дыши, Марк!

Через несколько мгновений Марк стал дышать глубже и глубже. Постепенно дыхание его восстановилось, Он был бледен как полотно и, видимо, не сознавал, что покоится на руках голограммы, которую сам и сотворил. Глаза его то открывались, то закрывались. Приступ кашля совсем лишил его сил.

– Его нужно уложить в постель.

– Можете ли вы… Можете ли вы отнести его туда?

– Да.

Джейми отняла ингалятор от губ Марка и поднялась на ноги.

– Идите за мной. - Она движением руки указала Макалистеру путь. Макалистер легко поднял изможденное тело Марка и тихонько, словно ребенка, покачал его на руках. Затем он вышел из лаборатории, спустился в холл и подошел к спальне Марка. Джейми быстро привела в порядок постель брата.

Макалистер осторожно положил Марка на постель, поддерживая его голову, когда опускал ее на подушку. Затем уложил ноги Марка прямо, снял обувь. Джейми же стояла у противоположной стороны постели, в изумлении глядя, как высокий Макалистер бережно обходится с ее братом.

Хэзард выпрямился во весь свой рост.

– Имеется ли у него доктор?

– Он не хочет их видеть.

– Но ему нужен доктор.

Джейми заморгала. Она обсуждала медицинские проблемы с Хэзардом Макалистером. Это было выше всякого разумения. Но прежде чем она успела что-то сказать, Марк поднял руку.

– Никому… - он почти шептал. Джейми склонилась над ним. Марк говорил неразборчиво.

– Никому…

– Что? - спросила Джейми.

Марк открыл глаза и пристально посмотрел на сестру.

– Не говори.

– О нем? - спросила Джейми, указывая на Макалистера. Марк чуть кивнул и закрыл глаза. Его рука коснулась ингалятора.

Джейми посмотрела на Макалистера. Конечно, она никому ничего не расскажет. Ведь хранила она в себе правду о Макалистере двадцать лет, чтобы люди не подумали, будто она сумасшедшая.

– Приведите доктора, - заметил Макалистер. - Я останусь с вашим братом.

Джейми не знала, как ей поступить. Можно ли доверять ему? А что если он убьет Марка, когда ее тут не будет? А потом и ее? Зачем она отпустила миссис Гипсон после полудня?

– Я не причиню ему вреда, милочка.

Будучи не в состоянии придумать какой-то иной выход из положения, Джейми направилась к двери.

– Я только пройду через холл в лабораторию, - предупредила она. - Я смогу увидеть, правду ли вы говорите.

– Теперь вы утверждаете, что я лгун. Не так ли? - сердито спросил он. В глазах его вспыхнул огонек. - Лгун и убийца. Вот кто я. Да? Может, еще что-нибудь присовокупите к моим преступлениям?

– Только не трогайте моего брата. И не двигайтесь с места! - Джейми поспешила к двери. - Я сейчас же вернусь.

Вслед ей раздался голос Хэзарда.

– Джейми, деточка, после ухода доктора нам надо поговорить.

Она остановилась на пороге комнаты и обернулась. Он стоял, освещенный послеполуденными солнечными лучами на фоне окна. Контуры его тела сливались с мерцающими золотыми бликами и танцующими в воздухе пылинками. Джейми подумала, что если долго смотреть, не отрываясь, то можно будет видеть и через него.

Хэзард также внимательно изучал ее. Что он видел? Видел ли он в ней Нелле Макмарри? Джейми выбежала из комнаты.

Когда доктор уехал, солнце уже село, забрав с собой весь свет из огромного старого дома. Проводив доктора, Джейми зажгла все лампы и заперла входную дверь. Она посмотрела из лестничного пролета на второй этаж, раздумывая о том, что же ей теперь делать. Макалистер любезно не появлялся, пока в доме находился доктор. Видимо, он также, как и она, хотел сохранить в тайне свое присутствие, что едва ли являлось удивительным, поскольку он был преступником, никогда не представшим перед правосудием. Все время, пока доктор осматривал Марка, Джейми смотрела то на доктора, то на Макалистера у дальней стены холла. Теперь же, когда доктор уехал, как же ей следовало поступить с Макалистером?

Джейми взбежала по ступенькам лестницы, обеспокоенная тем, чтобы скрыть от миссис Гипсон тайну пребывания в доме Макалистера. В данный момент домоправительница находилась в отдаленной части дома. Она не принадлежала к числу женщин, которые могут не заметить появление в доме незнакомца.

Тем или иным способом действия Хэзарда Макалистера в доме следовало как-то ограничивать. Иначе как же еще они смогут обезопасить себя от него? Никакого оружия в доме не хранилось. А без него Джейми не сумела бы одолеть человека столь внушительных размеров. Сама она роста небольшого, гораздо ниже голограммы.

Поднявшись на второй этаж, Джейми замедлила шаг, не зная, в какой комнате находится Макалистер. Заглянула к Марку - он спокойно спал. Доктор дал ему какие-то антибиотики от пневмонии и настоятельно советовал пригласить его снова, если положение ухудшится. Макалистера в комнате Марка не было.

В лаборатории, находившейся через холл, виднелся свет. По ковровой дорожке Джейми осторожно пошла в этом направлении и заглянула через дверную щель в лабораторию. Хэзард стоял перед компьютером, спиной к двери. Однако он услышал ее шаги и обернулся через плечо.

– Посмотрите сюда, Джейми. Это машина Макинтоша. Веселый шотландец воскресил меня. Кто бы мог подумать!

Джейми захлопнула дверь и повернула ключ, который Марк оставил в замочной скважине. Она слышала, как Макалистер ринулся вперед.

– Выпустите меня, милочка! - кричал он, колотя в дверь.

– Ни за что!

– Милочка, выпустите меня!

Джейми, приложив ключ к губам, отскочила от двери. Макалистер пришел в бешенство. Что он сделает с ней, если она его выпустит? В голове у нее стучало. Что она может предпринять? Доверять Макалистеру она не могла, вызвать полицию тоже, черт возьми, Марк. И почему это именно сейчас ему надо было слечь? И что же делать ей, пока Марк не поправится, как отослать Макалистера туда, откуда он явился?

Внизу хлопнула дверь. Миссис Гипсон. Джейми подошла к двери лаборатории.

– Спокойно, Макалистер! Кто-то пришел.

Он перестал колотить в дверь, и Джейми спустилась вниз, чтобы, как ни в чем не бывало поздороваться с миссис Гипсон. Ей хотелось, чтобы в этот вечер миссис Гипсон находилась как можно дальше от передней части дома, на случай, если вдруг Макалистер пожелает ее ослушаться.

Поздним вечером позвонил Бретт. Джейми разговаривала с ним, свернувшись клубочком на софе в маленькой гостиной. Поначалу звук его голоса показался ей желанной нотой здравомыслия в этот безумный день. Она даже похвалила себя за то, что ей удалось скрыть от него свое бедственное положение. И Бретт не понял, что стряслось что-то неладное. Она смотрела на подаренное ей кольцо, когда он торопливо интересовался, как она добралась до места и как чувствует себя Марк. Ответы ее были односложными, поскольку его болтовня мешала ей сосредоточиться. Затем он пустился в рассуждения насчет того, как много работы в студии и что через день-другой ей следует вернуться.

– Бретт, я не могу вернуться, не сейчас.

– Почему? - Его голос был словно жужжание на другом конце провода.

– Марк болен. Сегодня он потерял сознание.

– Джейми, послушай меня! Я знаю, как ты любишь своего брата. Но, Бога ради, положи его в больницу или найми сиделку. Ты же не доктор, а фотограф. Это же лучший выход. И если твое прелестное личико не предстанет здесь передо мной и ты не снимешь эту серию духов, мы упустим выгодное дельце.

Пока он говорил, Джейми поворачивала кольцо на пальце, пока оно не оказалось со стороны ладони. Так кольцо выглядело гораздо лучше, просто золотой поясок. Бретт все что-то бубнил ей в ухо. С тех пор, как она начала сотрудничать с ним, он всегда оказывал на нее давление. Каждая их совместная работа проходила трудно. Каждая съемка чуть ли не приводила к экстремальной ситуации. Но его слова и угрозы не так уж много для нее значили. Она устала от этих экстремальных ситуаций. А сегодня вечером все это уже было не так важно для нее, когда ее полумертвый брат лежал наверху, а что-то действительно мертвое было заперто на ключ в лаборатории.

– Джейми, ты слушаешь меня?

– Извини, Бретт. Ты должен отложить съемку. Я сейчас не могу возвратиться.

– Джейми! Душечка! Не огорчай меня! После всех моих усилий заполучить такого клиента.

– Пусть все сделает Лори. Она хороший мастер.

– Но они хотят, чтобы снимала ты. Ты.

Джейми потерла свои виски.

– Я не могу. Это окончательно, Бретт.

– Ты губишь меня, Джейми, должен тебе сказать. Но ты вредишь и себе. Такая удача выпадает не каждый день.

– Бретт, я должна идти. Я устала. У меня страшно разболелась голова.

– Конечно. Пока, - сказал он и дал отбой.

Джейми медленно положила трубку на рычаг. Почему Бретт не может проявить больше чуткости? Неужели он не понимает, что здоровье брата для нее важнее, чем еще одна коммерческая реклама?

Джейми пошла на кухню и положила таблетки на кухонный стол рядом с раковиной. Белая таблетка «перкодан» была от головной боли, голубая «валиум» - чтобы успокоить нервы, а красная и желтая «далмейн», чтобы заснуть, невзирая на то, какие страшные вещи она могла бы себе вообразить. Совесть мучила ее не только из-за работы, она тревожилась за Марка, да и Хэзард Макалистер напугал ее до смерти. Три причины привели к тому, что она всю ночь не сомкнет глаз, обливаясь холодным потом. Если же она не выспится, то начнет нервничать, станет бестолковой и невнимательной, короче говоря, сделается жертвой жестокого шотландца. Она не должна переутомляться.

Джейми проглотила пилюли и устало потащилась в комнату Марка. Ей не хотелось оставлять больного брата одного на всю ночь, да еще когда Макалистер находится поблизости. Джейми взяла плед со своей постели и бросила его в кресло в комнате Марка. Заперев дверь на ключ изнутри, она устроилась на ночь в кресло. Не отрываясь, Джейми стала смотреть на потолок, ожидая действия таблеток. Почему Хэзард Макалистер называет ее Нелле? Разве она похожа на Нелле Макмарри, предполагаемую невесту Хэзарда? Джейми вздрогнула. Хэзард ведь убил Нелле. Может, он и ее убьет?

Наконец она заснула и проспала ночь без всяких сновидений. Но на заре ее разбудил ружейный выстрел.

4.

Джейми проснулась, не понимая, где находится. Почему она спала в комнате брата? И что это был за шум? Протирая слипшиеся от сна глаза, она вылезла из кресла, на секунду почувствовав в ногах шаткость. От принятого вечером снотворного у нее кружилась голова. По дороге к двери она взяла халат и натянула его поверх ночной рубашки. Шум был похож на ружейный выстрел. Может быть, он раздался из лаборатории? Там происходило что-то вроде борьбы. Она остановилась, чтобы хоть как-то привести в порядок свои спутанные мысли. Допустим, Хэзард ввел ее в заблуждение. Он мог расшвырять вещи по комнате, чтобы она подумала, будто кто-то еще находится там вместе с ним.

Она стояла в коридоре, лихорадочно думая о том, что же ей предпринять, когда услышала, как незнакомый голос громко произнес: «Прочь от меня!» Это был голос не Макалистера и явно человека, выведенного из себя.

Джейми бросилась в свою комнату за ключами от лаборатории. Едва она вставила ключ в замочную скважину, как раздался звук чего-то, падающего около двери. Джейми отскочила назад. И тогда она услышала, как знакомый голос Макалистера прорычал: «Ну, ты, трус!» Началась борьба. С кем же он борется?

Трясясь от страха, Джейми повернула ключ в замке и открыла дверь. Там, приперев к стенке незнакомца, стоял Макалистер. У незнакомца в руках было ружье. Но по выражению ужаса на его лице было понятно, что его ружье не произвело никакого действия на голограмму. Он взглянул на Джейми. Лицо незнакомца было мертвенно-бледным, из носа текла кровь, а под левым глазом уже красовался фонарь.

– Уберите его от меня! - воскликнул он умоляющим тоном, в то время как Хэзард вырывал ружье из его рук.

Макалистер бросил на него злой взгляд и повернулся к Джейми. В его глазах сверкал все тот же злой огонек. - Вот как выглядит убийца, Джейми. Этот человек пытался прикончить меня!

– Уберите его от меня! - снова воскликнул незнакомец. Это был небольшого роста человек средних лет в черном пиджаке и слаксах. Что-то в его одежде, возможно, ее покрой, да и блестящие башмаки, вызвало удивление Джейми. Простому вору они явно не подходили. Незнакомец напоминал тайного агента из полицейского телесериала. Однако этот человек схватился не с преступником из полицейского сериала. Он боролся с привидением.

– Уберите его от меня! - все кричал незнакомец. - Он сумасшедший.

– Настоящий мужчина не празднует труса.

– Вы не настоящий мужчина! - воскликнул незнакомец. - Кто вы?

– Дух давно прошедшего Рождества, жалкий ты тип.

Джейми просто не знала, что делать. Когда Макалистер шагнул к незнакомцу, тот испуганно отшатнулся и, толкнув Джейми, бросился бежать. Он миновал дверь и устремился в холл. Макалистер преследовал его по пятам. Джейми слышала, как они топали по ступенькам. Она последовала за ними и увидела, как незнакомец широко распахнул входную дверь, а Макалистер спрыгнул с последней ступеньки. Джейми сбежала с лестницы, придерживая одной рукой халат, и остановилась на пороге. Макалистер нырнул в темноту, пытаясь настичь незваного гостя.

– Ради Бога! Что случилось? - раздался визгливый голос миссис Гипсон, ворвавшейся в главный холл. Халат на ней был не завязан, красные бигуди торчали на голове во все стороны.

– Кто-то пытался проникнуть в дом.

– О Боже! Я вызову полицию.

– Не надо! - резко возразила Джейми, но тут же осеклась. У миссис Гипсон не должно возникнуть никаких подозрений. И Джейми, овладев собой, даже слабо улыбнулась миссис Гипсон ободряющей улыбкой. - Это вовсе не обязательно, миссис Гипсон. Ничего не украли. Думаю, что тот, кто влез в дом, интересовался аппаратурой в лаборатории брата.

В этот момент Хэзард появился на дорожке перед домом. Он был без куртки, волосы всклокочены, рубашка разорвана. У миссис Гипсон широко раскрылись глаза.

– А это кто?

– Ах… - Джейми поморщилась. Хэзард поставил ее в невероятно затруднительное положение. Его увидела миссис Гипсон, которая тут же разнесет новость по всей округе, если узнает, что Хэзард Макалистер воскрес из мира духов. Что же она могла сказать миссис Гипсон вместо правды? Как можно объяснить присутствие в доме этого высокого, необычно одетого человека? Джейми сейчас же следует что-то выдумать, своего рода «легенду» для голограммы, чтобы миссис Гипсон ничего не смогла заподозрить. К счастью, растрепанный вид Хэзарда до некоторой степени позволил не заметить, что одежда его и прическа выглядят несколько несовременно. Было темно, и миссис Гипсон засыпала на ходу. Может быть, ее удастся провести.

– Это… это… мистер Макдугал, мой друг, - заметила Джейми неуверенно, - и Марка. Он появился после полудня, когда вас уже не было. Довольно неожиданное для нас появление.

Макалистер широко улыбнулся, увидев Джейми, и поспешил к освещенному порогу.

– Упустил этого типа, - сказал он. - Извините, Джейми, милочка.

– О, - воскликнула миссис Гипсон, улыбаясь. - Какой у вас приятный выговор.

– Гастингс Макдугал, - представился он, глядя на нее с улыбкой. - Честь имею представиться, мэм.

Миссис Гипсон хихикнула и протянула ему руку.

– Эдна Гипсон. Зовите меня Эдна, мистер Макдугал.

Он пожал ей руку. Изумленная Джейми смотрела, как легко Хэзард стал личностью, которую она сама выдумала. Он не колебался ни секунды. Будучи преступником, он, возможно, привык быстро соображать и жульничать. Джейми понимала, что должна быть с ним вдвойне осторожной.

Миссис Гипсон завязала пояс на своем халате.

– Как насчет чашечки чая для вас обоих? После такого происшествия я бы от одной не отказалась.

– О, я не думаю… - начала было Джейми, но Хэзард перебил ее.

– Прекрасная мысль, Эдна. Пошли. Я закоченел.

Джейми воззрилась на него, но он лишь подмигнул ей в ответ, когда они следовали за миссис Гипсон на кухню. Как ей вернуть Хэзарда обратно в лабораторию? И теперь, когда миссис Гипсон познакомилась с ним, какой предлог следует изобрести, чтобы держать его там под замком? Джейми все еще беспокоилась насчет согласованности действий в этой ситуации, когда миссис Гипсон поставила перед ними чай. Макалистер поднял свою кружку.

– За страну гор, лесов и болот!

– О, мистер Макдугал, - хихикнула миссис Гипсон, - как интересно вы говорите! Джейми бросила на него сердитый взгляд.

После чая Макалистер объявил, что возвращается в лабораторию, чтобы проверить, все ли там на месте. Джейми тут же поднялась, намереваясь следовать за ним, чтобы не спускать с него глаз, пока она не решит, как ей поступать с ним дальше.

– Я пойду с вами.

– Как знаете.

Джейми обратилась к миссис Гипсон.

– Почему бы вам не прилечь? Ведь еще только половина седьмого.

– Что? После такой встряски? Я и глаз не сомкну! - Она поставила кружки в раковину. - Я приготовлю вам прекрасный завтрак.

– Не нужно, миссис Гипсон.

– Но мне так хочется. Как вам приготовить яйца, мистер Макдугал?

– Яичницу-глазунью, пожалуйста.

Он словно завороженный смотрел, как из пластиковой бутылки она вылила в раковину зеленую жидкость для мытья посуды. Он поймал себя на том, что, не отрываясь, смотрит на это и улыбается.

Джейми осторожно наблюдала за Макалистером. Кривая проказливая улыбка Хэзарда обезоруживающе действовала на миссис Гипсон. Но Джейми не так легко было одурачить. Хэзард - преступник, убийца, и никакие колдовские чары не заставят ее забыть о его преступлениях.

Перед ступеньками лестницы Хэзард настоял, чтобы она шла впереди него. Боясь, что он может что-то натворить за ее спиной, Джейми запротестовала. Макалистер упер руки в бока. Его рваная рубашка распахнулась. Прежде чем Джейми успела отвести глаза, она мельком увидела его развитую грудную клетку и часть плеча.

– Послушайте, милочка. Вы заперли меня в комнате наверху. Я этого болыпе не потерплю. Бояться нечего. И покончим с этим.

– Черта с два, - возразила Джейми, прибегая к его же лексике. Он помрачнел. Но она уже пожалела о сказанном. Не следует его раздражать и сердить. Неизвестно, чем это еще может кончиться.

– Если бы я хотел причинить вам вред, - проворчал он, - то уже давно сделал бы это. Но вы всего лишь маленькая худенькая женщина.

– Так вы считаете, что я должна доверять вам? - спросила она недоверчиво. - Вы ведь привидение. Вы даже реально не существуете. И вы убили двух человек. А может, и болыпе, насколько я могу предполагать.

– Ну, вы опять за старое. Почему вы называете меня убийцей? Я не убийца. Однажды я убил человека на дуэли, но это была борьба честная и справедливая.

– А вы забыли о бедняжке Нелле Макмарри? Ваша память за сотню лет вам изменила?

– Нелле? Убита? - спросил он прерывающимся голосом.

– И ваш компаньон. Как его звали? Уильям…

– Билл Беннет? - воскликнул Хэзард, схватившись рукой за перила лестницы. - Я не убивал его. Зачем мне было убивать его? Он был моим лучшим другом. - Он уставился на Джейми. - А Нелле? Господи, я же любил ее.

– Ну, кто-то же убил их. Да еще украл кучу денег. Поскольку вы не появились на похоронах и вообще когда-нибудь и где-нибудь, то все решили, что вы и убили их.

Хэзард и взаправду выглядел потрясенным. Он провел рукой по волосам. Джейми помолчала немного, а потом буквально в одно мгновение поверила в то, что он действительно озадачен. Но тут же она упрекнула себя за собственную наивность, зная, что не отличается особой проницательностью в отношении других людей!

– Джейми, - начал было Макалистер, - вы должны… - Его прервал резкий телефонный звонок. Он быстро оглянулся.

– Это телефон, - объяснила Джейми уже по дороге в маленькую гостиную. Он медленно последовал за ней и стал на пороге как раз в тот момент, когда она подняла трубку.

– Привет, дорогая! Это Бретт, - услышала она голос на другом конце провода, хотя ей трудно было что-то разобрать из-за помех на линии. Бретт, должно быть, звонил из автомата. Почему он так рано на ногах?

– Бретт? - Джейми бросила взгляд в сторону Макалистера. Она хотела бы поговорить без свидетелей, но Макалистер остался стоять на пороге, наблюдая за ней. И это действовало ей на нервы. - Почему ты звонишь так рано?

– Мы уже в аэропорту, Джейми.

– Кто? - Джейми опустилась на диван.

– Тиффани, Дэн, Джек и этот парень из агентства…

– Боб Фиттро? Писатель?

– Ну да. Я звоню, чтобы предупредить тебя. О, я тоже должен идти. Они уже садятся в самолет.

– Подожди минутку, Бретт! - Джейми прижала трубку к уху. - Что происходит?

– Мы летим к тебе, чтобы снимать, дорогая. Я придумал это прошлой ночью. Гениально, правда?

– Бретт…

– Пока, Джейми. Увидимся после обеда.

– Бретт… вы не можете сюда приехать.

Секунду в трубке слышалось жужжание, прежде чем она поняла, что Бретт уже дал отбой. Она медленно положила телефонную трубку, оцепенев от изумления и гадая о том, что же может произойти, дабы еще более усложнить ситуацию. Потом взглянула на Хэзарда - причину ее мучений.

– Кто такой Бретт? - спросил он, быстро приближаясь к ней.

– Это мой… - сказала Джейми и посмотрела на левую руку, где должно было быть кольцо. Она забыла надеть его, когда вчера перед сном занималась вечерним туалетом. Испытывая угрызения совести, она поднялась с места. Макалистер не отошел в сторону, чтобы уступить ей дорогу, и у нее появилось ощущение, будто он пригвождает ее к месту, дабы она ответила на его вопрос. Ей бы очень хотелось, чтобы он оставил ее в покое.

– Бретт - мой компаньон в делах, - ответила она. - Мы владеем фотостудией в Лос-Анджелесе в Калифорнии.

Она плотнее запахнула халат, вдруг почувствовав неловкость из-за того, что она в ночной рубашке.

– Вы владельцы фотостудии?

– Да. Меня считают неплохим мастером. Удивление и недоверие отразились в его глазах. Уязвленная этим, она добавила:

– И я довольно хорошо зарабатываю!

– Я бы и не сказал иначе.

– А я поняла, что означает ваш взгляд, мистер Макалистер. - Джейми проскользнула мимо него. - В ваше время мужчины были невысокого мнения о женщинах. Не так ли?

Ну, а теперь вас многое удивит, мистер Макалистер, потому что в наш век женщины не довольствуются тем, чтобы ходить босиком и рожать детей.

– Совсем босиком, а? - и Хэзард перевел глаза на ее голые ноги. Джейми совсем забыла, что выбежала из комнаты Марка без тапочек, Она вспыхнула, когда он окидывал взглядом ее ноги, тонкую фигуру, и, наконец, лицо. Улыбаясь, Хэзард заметил: - Маленькие ножки. Мне нравятся женщины с маленькими ножками.

– Мистер Макалистер, мне все равно, какие ноги вам нравятся. Я только хочу, чтобы вы отправились туда, откуда явились.

– Ах, милочка, не говорите так. - Хэзард сел на чересчур жесткое кресло рядом с диваном. - Вы, так сказать, не понимаете, что значит для меня оказаться здесь. Даже не представляете, что можно чувствовать, снова став мужчиной. - Он наклонился вперед, все также уперев руки в бока. - Это же просто замечательно, когда впервые выскакиваешь оттуда в… - Он посмотрел на нее. - Между прочим, какой нынче год на дворе?

– Тысяча девятьсот девяностый.

– Святой Эндрю! Целый век прошел! - И он уставился на стену, погруженный на какой-то момент в свои мысли. Джейми наблюдала за ним краешком глаза, не упуская его из вида.

– Целый век, милочка: Я был узником этого дома целых сто лет. И вы еще хотите снова запереть меня в тюрьму. Это бесчеловечно!

– Мистер Макалистер, вы же не человек. Вы не мужчина. Вы можете чувствовать как человек и трогать окружающие вас предметы, смотреть на них, но вы продукт компьютера и высокоточного научно-технического программирования. Вот и все.

Он вздохнул.

– Ну, Джейми, неважно, кто я есть. Важно, что вы не можете вернуть меня обратно. И я не хочу этого. Я буду бороться с вами не на жизнь, а на смерть. А кроме всего, я и не знаю, как мне вернуться обратно, даже если бы и захотел.

– Я тоже думала об этом, - Джейми нахмурилась. - Но ваше присутствие в доме ставит меня в очень трудное положение, особенно когда тут появится Бретт со своей командой.

– А почему, кстати, ваш компаньон приезжает сюда?

– Потому что он считает, что мы должны на этой неделе отснять здесь целую серию фотографий для коммерческой рекламы, иначе мир погибнет.

– Что такое коммерческая реклама?

– Это… - Джейми замолчала и посмотрела на Хэзарда. Как она может объяснить тому, кто никогда не видел телевизионный экран, что такое коммерческая реклама. И почему она обязана что-то объяснять привидению, да еще отвечать на его вопросы. - Это своего рода объявление, - ответила она, запинаясь.

– Вы ведь не хотите, чтобы здесь появился этот Бретт? Не так ли?

– Да. Чем больше людей увидит вас, тем больше это осложнит обстановку.

– Осложнит? - Макалистер сел. Узкие штанины старомодных брюк не могли скрыть мускулов на ногах. - Почему?

– А вы как думаете? - Джейми подошла к окну.

И Хэзард повернулся в ее сторону.

– Что если кто-нибудь узнает, кто вы есть на самом деле?

– А почему это должно произойти? Я Гастингс Макдугал. И между прочим, Джейми, милочка, как это вам пришло в голову это имя?

– По чистой случайности. А вы что же думали? - Она скрестила руки на груди. - Понимаете, чтобы защитить вашу личность, я должна буду придумывать всякого рода россказни насчет вас. - Она в упор посмотрела на него, и он удивленно поднял брови, столь же выразительные, как и его кривая усмешка. - А я просто не в состоянии делать это.

– Но у вас это хорошо получается.

– Если это удалось с миссис Гипсон, то не обязательно удастся с Бреттом и другими.

– Не понимаю, почему?

– Вы не понимаете? Посмотрите на себя! - Джейми повернулась и жестом указала на его высокую худую фигуру. - Ваш костюм точно из немого кинофильма, ваши баки и усы - это же допотопное парикмахерское искусство, вы ничего не знаете о радиотелефоне и телевидении. И вы еще думаете, что можете долго морочить голову людям?

– Джейми, вы могли бы достать мне кое-какую одежду, а также показать, как побриться и причесать волосы? Об остальном я позабочусь сам.

– И все это за один день? Хэзард, сегодня во второй половине дня здесь будут люди.

– Сегодня? Вы же сказали, что ваш компаньон в Калифорнии.

– Да. Но он летит сюда на самолете.

– «Летит», вы сказали?

Джейми чопорно кивнула, надеясь, что он поймет тщетность своих попыток стать современным человеком.

– Летит, - повторила она, подделываясь под его тон.

Макалистер встал с места.

– Ну, тогда нам нужно спешить, как на пожар, а не плестись шагом, а, Джейми, милочка?

Джейми вздохнула.

– А не лучше ли вам оставаться на третьем этаже, куда никто никогда не заглядывает?

– Ну, вот, вы хотите, чтобы я опять стал узником. Да?

– Но ведь так будет лучше.

– А кто починит окно в лаборатории, если туда опять влезет незваный гость? И кто будет защищать вас, милочка, в следующий раз?

– Я не нуждаюсь в вашей защите!

– Ну, а я хочу этого, Джейми. - При этих словах взгляд его смягчился. - Я стольким обязан вам, после того, как долго пугал вас.

Ей вдруг вспомнился призрак, поманивший ее рукой тогда в Сочельник. Но на этот раз у него было пышущее здоровьем лицо реального человека. Она удивилась, что при этом воспоминании ее, как прежде, не обуял страх. На деле ее вдруг пронзило острое чувство печали, поскольку она поняла, как страшно меняет смерть лицо человека, лишая его прелести жизни.

Хэзард стал говорить тише.

– И Джейми, милочка, вы так похожи на Нелле…

– Джейми! Гастингс! - На пороге возникла миссис Гипсон. Увидев Джейми у окна в маленькой гостиной, она произнесла. - А! Вы здесь. Завтрак для вас готов.

– Спасибо, Эдна. Мы идем. - Хэзард жестом показал Джейми, чтобы она шла первой. Она сделала несколько шагов и посмотрела на него.

– Я не доверяю вам, мистер Макалистер. Но в данный момент я еще не знаю, что могу предпринять.

– Это значит, что меня нужно отправить обратно на сто лет назад?

– Да! - Рассердившись, она юркнула мимо него. - Я схожу с ума.

5.

– Вот эта бритва годится к употреблению. - Джейми взяла пластиковую упаковку, и Хэзард открыл ее перед зеркалом, стоя позади нее в небольшой ванной комнате. На его голые плечи было наброшено полотенце, а волосы намочены для стрижки. Он только что отрезал ножницами свои усы. Когда Джейми встретила его взгляд в зеркале, он улыбнулся. Это так взбудоражило ее, что она быстро схватила тюбик с кремом для бритья и выдавила его себе на ладонь.

– Это крем для бритья. В нем содержатся лекарственные вещества. - Она отдала ему тюбик и хотела взять полотенце с вешалки, чтобы снять крем с ладони.

Хэзард, увидев, что она собирается делать, заметил:

– Нет, Джейми. Так нельзя. Намажьте крем на мою щеку. - И он наклонил голову.

Меньше всего ей хотелось дотрагиваться до Хэзарда Макалистера, но она боялась показаться грубой. Она вдруг забыла, что имеет дело не с реальным человеком. Ощущая неловкость, она намазала белую пену ему на щеку и почувствовала, как краснеет.

Он наблюдал за ней с живым огоньком в глазах, как бы радуясь ее смущению.

– В течение ста лет ко мне не прикасалась рука женщины, - проговорил он. - У вас нежные руки, Джейми.

Слегка взволнованная, она отодвинулась, чтобы он мог подойти к раковине и зеркалу. Она должна была бы уйти из ванной комнаты, но почему-то не ушла. Вместо этого она стала расправлять полотенце и делать вид, что старательно вешает его на вешалку. Когда она снова взглянула на него, он размазывал крем по щеке ладонью. Он посмотрел на нее, продолжая втирать крем в кожу сильными ловкими движениями.

– Вы что, язык проглотили? - спросил он.

Джейми покачала головой и уставилась на него. Она ничего не могла с собой поделать. Хэзард являл образец мужской красоты, и у него была великолепная фигура, какую она вообще когда-либо видела. Это был человек с хорошо развитой мускулатурой. Его широкая грудная клетка сужалась к талии на уровне пояса, и вся фигура свидетельствовала о том, что он не один час провел в гимнастическом зале. Хотелось бы ей знать, чем же он занимался в своей прошлой жизни, если у него такое телосложение. Хорошо бы у нее под рукой был фотоаппарат, чтобы запечатлеть его на фотопленку.

Он положил тюбик с кремом на край раковины и посмотрел на ее отражение.

– Когда девушка смотрит на мужчину так, как смотрите вы, Джейми, то он может это неправильно истолковать.

Джейми снова вспыхнула.

– Я… я только… - она сложила руки на груди и выругала себя за глупое поведение. - Мистер Макалистер, я ведь фотограф. Когда я смотрю на что-то, то мысленно представляю, как это будет выглядеть на фотографии. Это чисто профессиональный интерес.

– А-а, профессиональный. - Он, чуть посмеиваясь, сощурил глаза и взял в руки бритву. - Профессиональный, это слово относительно дам в мое время имело другое значение.

Джейми стояла позади него, чувствуя, что оказалась в дурацком положении, и надеясь, что он больше не будет прохаживаться насчет ее поведения.

– Ну, Джейми, теперь покажите мне, как подстричь бакенбарды.

Довольная, что разговор зашел о другом, она подошла поближе и легко наметила линию около его уха, показав таким образом, где он должен сбрить волосы.

– Так высоко? - запротестовал он. - Я почувствую себя голым.

– Если вы хотите выглядеть, как сто лет назад… - начала было она.

– Ладно. - Он вздохнул. - Ну, что ж, приступим.

Он провел бритвой по коже, сбросив мыльную пену в раковину. Джейми стояла и наблюдала за его действиями. Раньше она никогда не видела, как бреются мужчины, даже Бретт. Подняв голову, Макалистер натянул кожу у линии шеи и проделал целый ряд замысловатых движений, когда сбривал волосы около рта и носа, уничтожая свои похожие на велосипедный руль усы. Джейми глядела на все это, как зачарованная, изумляясь интимности момента.

Хэзард взял полотенце и вытер им остатки мыльной пены на лице. Когда он поднял на нее глаза, то увидел, что она опять уставилась на него. Без усов он выглядел совсем другим человеком. Джейми просто онемела от изумления. С усами и баками Хэзард напоминал ковбоя-кантриста или водителя грузовика из штата Монтана, Теперь же лицо его стало иным. Гораздо моложе и красивее, чем Джейми могла себе представить.

– Что? Я порезался? - задал он вопрос, видя ее реакцию. - Что, кровь идет?

– Нет, но вы выглядите совсем другим. - Она решила, что будет не очень-то благоразумно упоминать о его обезоруживающей привлекательности.

– Держу курс на современность. ~ Он засмеялся и взглянул на свое отражение в зеркале. - У меня были усы с юношеских лет. Сейчас же я и на себя-то не похож.

– Подождите еще, когда я отрежу ваши волосы… - Она взяла в руки ножницы. - Вы готовы, мистер Макалистер? - И подняла ножницы над его головой.

– Да, милочка. Можете меня обкорнать. - Он вышел из ванной комнаты и уселся на стул с прямой спинкой, который Джейми вытащила на середину комнаты.

Осторожно, пытаясь не коснуться его кожи, Джейми обмотала полотенце вокруг его шеи, чтобы отрезанные волосы не падали на одежду.

Джейми взяла в руки прядь его волос. Она помнила, что на фотографии в книге его длинные волосы были зачесаны надо лбом назад, разделены посередине пробором и здорово напомажены. Быстрыми движениями ножниц она отхватила ему волосы сантиметров на семь. Они упали на полотенце. Сначала Джейми чувствовала себя неловко, стоя так близко к нему и прикасаясь к его голове, но потом за работой она забыла о своих страхах. Она прошлась ножницами по его голове, стараясь не задеть уши. И к тому времени как она закончила, его волосы уже почти высохли. Ее удивило, что они мягкие, словно у ребенка, и отливают золотом под ее пальцами. Джейми зачесала их назад, разделив пробором слева. Она усмехнулась тому, что его волнистые волосы оказались непослушными, и подумала, что он и сам такой, особым послушанием не отличается.

За этим занятием прошло почти полчаса. Сердце ее учащенно билось, когда она, окончив работу, поинтересовалась, нравится ли ему результат. Потом она осторожно причесала волосы над его левым ухом и отошла в сторону. Макалистер поднялся с места, провел рукой по волосам, повернул голову вправо, потом влево и уставился на свое отражение в зеркале.

– Святой Эндрю! Слишком коротко!

Джейми кивнула, но заметила:

– Надеюсь, не слишком.

– Ну, во всяком случае, я не желаю их помадить. Терпеть не могу помады.

Джейми затаила дыхание, когда он опять принялся инспектировать ее работу. Вероятно, он не старше ее брата, а тому только тридцать пять. Теперь, когда у него опрятный вид и загорелое лицо, никто не сможет отрицать, что Хэзард Макалистер весьма привлекательный мужчина.

Он улыбнулся и убрал с плеч полотенце.

– Здорово, милочка. Мне нравится.

– Теперь - одежда.

– Да. Но у нас нет времени для портного. Так ведь?

Джейми покачала головой.

– Я отправлюсь в магазин в центре города и куплю вам кое-что.

– Я не желаю, чтобы вы покупали мне одежду.

– Что же вы наденете? Вот это? - И она жестом указала в сторону его рваной рубашки и измятых брюк.

Хэзард осмотрел себя.

– Ну уж нет. Женщина еще никогда мне ничего не покупала.

– И со мной такого не случалось. Я никогда прежде не покупала одежду для привидений.

– Я не привидение, Джейми. Не знаю, кто я на самом деле, но уверен, что не привидение.

– Ну уж, конечно, не человек из плоти и крови.

Он молча смотрел на нее, сжав зубы. И Джейми почувствовала себя виноватой. Неужели ее слова обидели его? Она свернула полотенце, положив на него ножницы, в надежде занять руки, в то время как ум ее лихорадочно работал. С какой стати она должна беспокоиться из-за его переживаний? Ведь он стал причиной всех ее мучений, созданием, превратившим ее жизнь в сплошные неприятности. И, кроме того, он не был реальным человеком. Он даже и человеком-то не был! И ей нечего огорчаться из-за него.

– Вы можете назвать мне ваши размеры?

– Но у меня нет денег.

– Мистер Макалистер, - Джейми вздохнула, хотя чувствовала себя более уверенно, вступая с ним в спор, нежели когда глазела на его изменившуюся внешность. Ее влечение к нему весьма смущало ее: - Я делаю это больше ради себя самой, а не ради вас. Если вы не будете выглядеть надлежащим образом, то кто-нибудь может усомниться в вашей подлинности. И потому я намереваюсь купить вам кое-какую одежду. Либо вы назовете мне ваши размеры и цвет, какой предпочитаете, либо мне придется догадываться об этом самой.

Он прищурился.

– А вы, оказывается, упрямая девушка. Не так ли?

– Я? Упрямая? - Джейми никогда об этом не думала.

Необычная ситуация, в которую она попала, заставила ее проявить больше твердости, чем обычно. Если бы Бретт назвал ее упрямой, она бы обиделась. Но в устах Хэзарда Макалистера это слово больше походило на комплимент, чем на критическое замечание. Джейми пожала плечами, не показывая того странного удовольствия, которое почувствовала при этих словах.

– Ну, возможно, немного. Джейми вышла из комнаты и бросила полотенце в корзину с грязным бельем. Она прихватила с собой и ножницы, опустив их в карман своего джемпера. И почему это она раньше не подумала о них? Все-таки лучше, чем быть безоружной. Хотя она знала, что в случае с Хэзардом ружье бесполезно, но почувствовала себя в большей безопасности с маленькими острыми ножницами в кармане. Если их всадить туда, куда надо, то они ранят страшнее, чем пуля. Эта мысль успокоила Джейми, но все же ей хотелось знать, нужно ли опасаться Хэзарда Макалистера. До сих пор он не сделал ей ничего плохого, только улыбался, глядя на нее. Она сунула руку в карман и потрогала ножницы. Лучше обезопасить себя, чем потом огорчаться. Прежде, чем отправиться в город, Джейми заглянула к Марку, который проспал почти все утро. Она дала ему лекарство, привела в порядок постель и покинула дом.

Через два часа Джейми возвратилась с тремя большими сумками. Она была благодарна миссис Гипсон, которая не спросила ее о том, куда она отлучалась, поскольку готовила комнаты для гостей и была очень занята.

Джейми нашла Хэзарда в лаборатории. Он заколачивал окна досками и как раз забивал последний гвоздь, когда вошла Джейми.

– Думаю, это будет надежная защита, - объяснил он. - Вор теперь нелегко сможет забраться сюда.

Джейми окинула взглядом лабораторию.

– Вы полагаете, он может вернуться?

– Но он же не получил того, за чем приходил прошлой ночью. Я слышал, как он пытался проникнуть сюда, и схватил его, когда он лез через окно.

– Уверена, что он хотел взять фотоаппарат Марка.

Макалистер, держа молоток в своей правой ручище, пересек комнату и подошел к ней. Джейми посмотрела на молоток и подумала, что он вполне может служить оружием. Несколько ударов по черепу таким молотком, и она станет еще одной жертвой Макалистера.

– Я… я… я привезла вам одежду. Вы должны переодеться до того, как сюда прибудет Бретт со своей командой.

– Хорошо. - Он положил молоток рядом с компьютером. - Где я должен переодеться?

– У вас ведь нет своей комнаты. Не так ли?

– Нет. Но на третьем этаже есть кровать и комод. Я претендую на них, пока еще тут не появился ваш друг Бретт. Там довольно тихо.

– Вот, возьмите. - И Джейми вручила ему сумки. - Постельное белье для вас я возьму у миссис Гипсон.

Он принял у нее сумки, и она поспешила вниз, понимая, что время не ждет.

Несколько минут спустя, она, тяжело дыша, взобралась на последний этаж, куда не заходила ее бабушка. Хэзард выбрал для себя комнату в башенке, в самом конце темного коридора.

Дверь в комнату была распахнута. Джейми остановилась на последней ступеньке. При виде этой двери ее охватил страх.

Она прижала к себе постельные принадлежности. Два безумных дня перевернули вверх дном все ее представление о мире. Вместо того чтобы испытывать панический страх перед привидением, она отправляется покупать ему одежду. Абсурд. Но у нее ведь нет выбора. Спотыкаясь, Джейми пошла вперед, не зная, чего еще может испугаться. Притащившись к двери, она тихо постучала.

– Входите, Джейми, - послышался глубокий грудной голос Хэзарда. Джейми переступила порог. И увидела Хэзарда в синих слаксах, голубой с зеленым рубашке и синевато-сером шерстяном свитере, под цвет его глаз, на что она ориентировалась, выбирая ему одежду. Он был просто великолепен.

Джейми не смогла сдержать одобрительной улыбки.

Хэзард неумело пытался застегнуть рубашку на верхнюю пуговицу.

– Чему это вы улыбаетесь? - поинтересовался он.

– Глядя на вас! - Она положила постельные принадлежности и подошла к нему. - Так не застегивают, - наставительно произнесла она. И не долго раздумывая, подняла руки и расправила воротник рубашки поверх свитера. Макалистер изумленно смотрел на нее с высоты своего роста. Неожиданно до нее дошел весь смысл ее поведения: как это не похоже на нее, опекать незнакомого мужчину, дотрагиваться до его груди, расправляя свитер.

– Вы… вы не застегивайте рубашку на верхнюю пуговицу, если на вас нет галстука или чего-нибудь вроде этого, - произнесла она, пытаясь скрыть свои мысли и бросая на него беспокойный взгляд. Он же все продолжал смотреть на нее. Глаза его потеплели, он улыбался. Он почти был готов утешить ее. Джейми отошла назад.

– Мне нравятся вещи, которые вы купили для меня, - заметил он. - У вас хороший вкус.

– Благодарю, - она сложила руки на груди, не зная, что с ними делать.

– Очень удобно. Воротничок ведь не накрахмален? Да?

– Думаю, что нет. Мы теперь не часто крахмалим рубашки.

– Это то, что я называю прогрессом. - Он подмигнул ей. Джейми, улыбнувшись, повернулась в сторону кровати, чтобы его обаяние больше не действовало на нее.

Пока Хэзард убирал свою новую одежду в комод, Джейми постелила постель и положила сверху теплое маленькое одеяльце. Она взбила подушки и расставила их у изголовья кровати. Кончив работу, она обернулась и увидела, что Макалистер наблюдает за ней. Однако он быстро отвернулся и наклонился, чтобы поднять пластиковую упаковку и ценники от одежды, валявшиеся на полу. С чувством неловкости Джейми осталась стоять у кровати, гадая о том, какие мысли могли возникнуть у Макалистера в голове.

Тут она услышала доносившиеся с улицы возгласы и шум захлопывающейся дверцы автомобиля. Хэзард подошел к круглому окну и выглянул на улицу.

– Приехали, - сказал он, взглянув Джейми в глаза.

Она отошла от кровати и подняла палец.

– Хочу сказать вам одну вещь, мистер Макалистер. Ничего не пытайтесь предпринимать. Даже не думайте об этом. Бретт - обладатель черного пояса каратэ.

– А что это такое?

– Это означает, что он является экспертом в области боевых искусств. - Джейми взялась за дверную ручку. - Это означает, что он может бросить вас на пол так, что вы и ахнуть не успеете.

– Звучит устрашающе, - медленно процедил Хэзард.

– Смейтесь, смейтесь! Но только попробуйте, - ответила она колко. - Он может убить вас голыми руками.

Хэзард не отрываясь смотрел в окно, оценивая взглядом каждого мужчину, выходящего из фургона.

– Ну, я и не хочу связываться с вашим компаньоном. - По-видимому, он и не очень-то принял в расчет угрозу.

Джейми хлопнула дверью, но ухмыляющаяся физиономия Хэзарда еще долго стояла перед ее глазами.

Она спустилась вниз в тот момент, когда миссис Гипсон открывала гостям двери. В дом ввалилась целая команда с чемоданами, фотоаппаратами, осветительной аппаратурой, магнитофонами, костюмами и сумками с гримерными аксессуарами. Тиффани Денэ, звезда коммерческой рекламы, замыкала шествие в манто из серебристой лисы. В руке у нее была только сигарета. Джейми увидела, как Тиффани остановилась на пороге и окинула взглядом главный холл.

– Надо же! Здесь прелестно! - воскликнула она, затянувшись сигаретой. - Бретт, да здесь просто прелестно, не так ли?

– Подлинное очарование Старого Света, - ответил Бретт, снимая защитные очки. - Джейми! - он протянул к ней обе руки и поцеловал ее. Она была рада его видеть, даже испытывала к нему чувство благодарности, поскольку он охранял ее от Хэзарда. От Бретта чуть попахивало джином. Он не любил летать на самолетах и всегда в таких случаях, чтобы успокоить нервы, выпивал парочку коктейлей.

Поцеловав Джейми, Бретт положил левую руку ей на плечи. Он уже не казался таким высоким, как раньше, стоя рядом с ней, когда его рука покоилась поверх ее плеч. Она заметила кольцо с печаткой у него на мизинце, и это напомнило ей о ее собственном кольце, забытом на полочке в ванной комнате. Надеясь, что Бретт не заметил отсутствия кольца, она сунула руку в карман джинсов.

В воздухе был разлит запах дорогого одеколона Бретта.

– Как поживаешь, дорогая?

– Прекрасно. Как долетели? - Джейми кивнула парню, который делал копии с их рекламы. - Привет, Боб.

– Привет, Джейми. Уютный старый дом.

– Спасибо.

Бретт положил шоферские перчатки на стол. - Долетели замечательно. По дороге видели вулкан. Как он называется?

– Гора Святой Елены.

– Да. Верно. - Он огляделся. - А куда мы должны положить все наши вещи?

– Может быть, в гостиную? - И Джейми указала комнату. - Первая дверь налево. Думаю, там все и поместится.

– Отлично. - Бретт повел в гостиную остальных членов команды, когда они разгрузили фургончик. Тиффани медленно сняла меховое манто и вручила его миссис Гипсон. Та с видом оценщика ощупала мех руками. - Настоящий? - поинтересовалась она благоговейно.

Уязвленная Тиффани смерила миссис Гипсон презрительным взглядом.

– Еще бы. Терпеть не могу искусственного меха.

– Тиффани, это миссис Гипсон, наша домоправительница.

– Привет. - В красивых голубых глазах Тиффани затаились холод и неприязнь, не говоря уже о неизменной скуке. Она повернула голову, и ее густые рыжие волосы, собранные в «конский хвост», упали ей на шею.

– Джейми, где тут дамская комната?

– Под лестницей, направо.

– Черт возьми! Мои контракты просто убивают меня. Вставать на рассвете, проспав всего два часа, а потом тащиться сюда - все это губительно действует на мои глаза. Я готова убить Бретта. Они здорово покраснели?

– Нет, - Джейми помотала головой, - они прекрасны.

– Да они как будто песком засыпаны. - Тиффани с недовольной гримасой засеменила мимо, холеная и соблазнительная в черных леггинсах и короткой гофрированной юбочке. После нее в воздухе остался смешанный запах лака для волос, ванили и сигаретного дыма.

Прибывшая команда начала осваиваться в доме: захлопали двери, везде слышались голоса, зазвучала громкая музыка. Потрясенная происходящим, миссис Гипсон воззрилась на Джейми.

– Миссис Гипсон, - сказала та, положив ей руку на плечо. - Потерпите неделю, и вы не останетесь в накладе.

6.

После обеда Бретт, Джейми и Тиффани удалились в маленькую гостиную, где кто-то уже зажег камин. Бретт занялся стереоаппаратурой, сложенной у окна, а Джейми принесла стереопроигрыватель. Тиффани слонялась по комнате, разглядывая предметы антиквариата, собранные бабушкой Джейми, от старинных увеличительных стекол до красивых вышитых бисером кошельков. Не вынимая изо рта сигареты, она брала в руки одну вещь за другой. Джейми, краешком глаза наблюдавшая за ней, боялась, как бы Тиффани не уронила пепел на что-нибудь ценное.

Не один раз за обедом Джейми спрашивала себя, где сейчас находится Макалистер и что он делает. Она и не ожидала, что он постарается попасться кому-нибудь на глаза. Но где-то в глубине ее души возникло беспокойство, когда Бретт принимался строить планы насчет съемок завтра утром.

Бретт обнял ее одной рукой и притянул к себе.

– Ты выглядишь прекрасно, дорогая, - сказал он. - Холодный северный ветер, видимо, пошел тебе на пользу.

– А я думаю, это потому, что здесь нет такого сумасшедшего уличного движения и людской кутерьмы.

– Точно. Что же, кроме шуток, произошло с городком Порт-Таунсенд? Он словно вымер.

– Но выглядит привлекательно, - заметила Тиффани, глядя на Бретта. - Разве ты так не считаешь, Бретт, дорогой?

– Здесь есть места, где можно и повеселиться, - вмешалась Джейми. - Например, джаз-клуб у холма.

– Неужели? - Тиффани встала с места, затянувшись сигаретой. - Почему бы нам туда не отправиться?

– Поезжайте, если хотите, но я должна остаться с Марком.

Тиффани засеменила к дивану и, низко наклонившись, так что Бретт мог не спеша обозреть соски ее круглых грудей, обратилась к нему.

– Как ты думаешь, Бретт? Почему бы нам не заглянуть в клуб? Чтобы немного потанцевать? Может быть, Боб и Дэн тоже поедут?

Бретт поставил на столик чашечку с кофе. Джейми взглянула на его светлые волосы, подстриженные по последней моде с маленьким хвостиком на шее. Надо лбом торчала челка. В Лос-Анджелесе он всегда выглядел модным со своей стильной стрижкой, шелковыми рубашками и мешковатыми брюками. Но в этом старом доме его подчеркнуто модный вид был неуместен, почти нелеп. Джейми упрекнула себя за излишнюю придирчивость. Но ей всегда не нравились слишком претенциозные рубашки, джинсы и свитера, утрировавшие модель дизайнера.

– Давай поедем, Бретт, - упрашивала Тиффани.

– Ну, я не знаю…

– Почему бы тебе не поехать? - вмешалась Джейми. - Я не возражаю.

– Ты уверена, дорогая? - спросил Бретт. - Мне бы не хотелось оставлять тебя здесь в одиночестве.

– О, я буду не одна, - ответила она, не подумав. - Остается ведь миссис Гипсон, - она сдержала зевоту. - У меня был нелегкий день.

– Страстью к ночным гулянкам вы ведь никогда особенно и не отличались, - заметила Тиффани, точно Джейми произнесла что-то кощунственное.

Бретт поднялся с места.

– Ну, если ты не возражаешь…

– Конечно. Я хочу подготовить аппараты для съемок и потом отправлюсь на боковую.

Она наклонилась к Бретту, чмокнула его в Щеку, а Триффани в это время взяла его за руку.

– Пошли, дорогой.

Джейми видела, как они отъезжали. Вся команда погрузилась в автофургончик, быстро направившийся к дороге у подножия холма. Потом она поднялась в комнату Марка. Здесь к ее радости царили покой и тишина. Она никогда не чувствовала себя уютно в компании, только что отъехавшей от дома. Особенно это касалось Тиффани Денэ. Тиффани представляла искусство в виде женского сладострастия, и это вызывало у Джейми чувство неполноценности, точно она андроген.

Джейми подошла к постели Марка и посмотрела на него. Он спал, но, казалось, ощущал ее присутствие рядом. Спустя мгновение глаза его приоткрылись.

– Привет, братец, - обратилась она к нему.

– Привет, - отозвался он.

– Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо. Но мне бы не хотелось сегодня вечером играть в рэкетбол, если ты это имеешь в виду.

Джейми села на кровать.

– Дать тебе что-нибудь?

– Стакан воды.

Она поднесла ему стакан с водой и стала смотреть, как он пьет. Его рука была очень худой, а локоть таким костлявым, что она даже смотреть не могла. Когда же она повернула голову, то увидела Макалистера. Он стоял в дверях, головой почти касаясь верхней перекладины дверного проема.

– Макалистер, это вы? - спросил Марк.

– Да. - Хэзард подошел к задней спинке кровати Марка. - Как вы себя чувствуете?

– Словно грузовик вывалил на меня ядерные отходы.

Хэзард, не поняв ответа, вопросительно взглянул на Джейми. Она покачала головой.

– Не спрашивайте, - сказала она.

Марк попытался сесть в постели. Джейми помогла брату, подоткнув ему под спину подушки, а он сам в это время с интересом оглядывал голограмму.

– Что это вы сотворили с собой? - спросил Марк.

– Я обрел новую личность. Идея Джейми. Чтобы ни у кого не возникало подозрений.

– Черт возьми! - воскликнул Марк. - Вы здорово выглядите.

– Теперь я человек девяностых. Гастингс Макдугал, друг вашей семьи. - И Хэзард отвесил насмешливый поклон.

Марк засмеялся и снова закашлялся. Джейми смотрела на него с тревогой в глазах и еще раз дала ему стакан с водой.

– Марк, может быть, ты уже устал?

– Нет. - Он оттолкнул ее руку. - Это же замечательно. Ваши усы отрастают? - Хэзард дотронулся до верхней губы.

– Пока нет.

– Как насчет других функций организма?

– Я выпил немного чая. О! И позавтракал.

– Какие-нибудь проблемы с едой?

– Пока ничего не заметил.

– Я тут лежал целый день и все думал, каким же образом вы были созданы. Не могу себе этого представить. Вы же голограмма, но и гораздо больше, чем голограмма. - Марк облизал потрескавшиеся губы. - Мое единственное предположение заключается в том, что ваш дух составляет какое-то энергетическое поле и что, контактируя с фотоаппаратом и компьютером, он принял материальную форму.

– Это представляется вполне вероятным, - сказал Хэзард.

– Чувствуете ли вы голод? Боль? Можете ли осязать предметы?

Хэзард кивнул.

– Все осталось по-прежнему. Как у нормального человека. - Он подчеркнул последнее слово, выразительно посмотрев при этом на Джейми. Та застенчиво улыбнулась. - Единственное исключение было, когда прошлой ночью незваный гость выстрелил в меня. Пуля прошла прямо через меня, не задев. Но я не думаю, что во мне нет крови.

– Незваный гость?

– Мы считаем, что он охотился за твоим фотоаппаратом, - объяснила Джейми. - Проник в лабораторию через окно.

– Я заколотил все окна досками, так что он не сможет влезть снова таким же образом.

– Хорошо. Мы должны хранить все это дело в строгом секрете. Я пока не собираюсь обнародовать свое открытие. Слишком много людей с дурными намерениями могли бы воспользоваться им и принести вред.

– Если вы прикажете Джейми не запирать меня, я мог бы предотвратить ограбление. Возможно, даже схватить вора.

Марк взглянул на Джейми.

– Ты что, запирала его?

– А что же еще я могла сделать? Он ведь преступник.

Джейми приняла душ, надела ночную рубашку и халат, прежде чем вспомнила о своем намерении подготовиться к завтрашним съемкам.

Она спустилась вниз, вытирая копну русых волос полотенцем, а затем в гостиной проверила аппаратуру. После этого она направилась в маленькую темную гостиную, где заметила кого-то тихо сидящего у окна.

– Хэзард, это вы? - спросила она дрожащим голосом. Человек пошевелился. - Да, милочка. - Его голос был хриплым, и на какой-то момент Джейми насторожилась.

– Ну, входите же! - вдруг рявкнул он. Джейми ступила в комнату, с опаской глядя на Хэзарда.

– Где вы были всю вторую половину дня, мистер Макалистер? Вы так затаились, что я даже начала беспокоиться.

– Я ведь взрослый человек, Джейми.

– Вы не должны исчезать, не предупредив меня. Что, если с вами что-нибудь случится? Он усмехнулся.

– Чему быть, того не миновать, милочка.

– Но Марк не хочет, чтобы вы…

– Тихо! - рявкнул он, вскочив на ноги так быстро, что Джейми отшатнулась, боясь за свою жизнь. Она укрылась за диванчиком, готовясь выбежать в коридор при первых признаках опасности.

Хэзард воззрился на нее.

– Хватит с меня этих проклятых вопросов.

Джейми впервые обратила внимание на его глаза. Хэзард не сердился. Он был взволнован, но не сердит. В его глазах отражалось беспокойство, а не гнев. Джейми положила руку на спинку диванчика.

– Хэзард, что случилось?

Какой- то момент он всматривался в ее лицо, как бы решая, можно ей довериться, или нет. Затем откинулся в кресле и вздохнул.

– Так вы хотите знать, где я был?

Джейми подошла ближе.

– Да.

– Я ходил на кладбище.

– Зачем?

– Чтобы увидеть самому. - Его плечи поникли, и сочувствие, охватившее Джейми, стеснило ей грудь.

– Я ведь не поверил вам, Джейми, когда вы сказали, что Нелле была убита.

Джейми обошла диванчик, чтобы лучше видеть его лицо. Его строгий профиль, прямой нос, выдающаяся вперед челюсть ясно вырисовывались в угасающем свете.

– Вы не поверили мне? - спросила она. - С какой стати мне говорить неправду о таких вещах?

– Как знать, милочка, как знать.

– Следовательно, вы видели ее могилу.

– Да. Ей было двадцать пять лет. Двадцать пять! И если вы еще раз обвините меня в том, что я убил ее, то, хотите верьте, хотите нет, я расправлюсь с вами, Джейми, хотя вы и похожи на нее!

– Я лишь повторяю то, что написано о вас в книгах по истории. Он прищурился.

– А что же там говорится о Хэзарде Макалистере?

– Что вы убили двух человек в Сочельник в этом самом доме, прямо в вашем кабинете. Затем вы скрылись вместе с деньгами, которые были собраны для постройки железной дороги, и никто вас больше никогда не видел.

– А что еще там написано?

– Больше ничего. Разве есть еще что-то?

– Еще, вы спрашиваете? Точно вся моя жизнь ничего не значит? Итак, история расценивает меня как убийцу и негодяя, так? Они там не нашли ничего лучшего, чтобы сказать это о шотландском переселенце, который пытался стать более добродетельным. - Он покачал головой, им владело горькое чувство. - И ничего не изменилось, Джейми. Совсем ничего. Шотландец опять берет на себя вину. За то, чего никогда не совершал.

– Но вы же скрылись. Именно это вызвало подозрения.

Гнев в глазах Хэзарда заставил Джейми испытать чувство жгучего стыда.

– Разве я похож на убийцу? - решительно спросил он, вставая с места. - А вы-то, Джейми, тоже считаете меня убийцей? - Он развел руками. - Посмотрите на меня.

Джейми взглянула на него. Щеки ее горели.

– Ну, трудно сказать - характера-то вам хватает.

– У каждого, кто чего-то стоит, есть характер. Только бесчувственные люди должны быть предметом вашего беспокойства. Как раз бесчувственный человек может убить и взвалить вину за преступление на невиновного человека.

– Тогда кто же это сделал? Хэзард развел руками.

– Я не знаю! Господи, как бы я хотел это знать! Я бы сам прикончил негодяя, убившего Нелле! Но я немного опоздал. Так ведь? - Он помрачнел. - А еще вы, милочка Джейми, стоите тут бледная, как полотно. Вы ведь ни чуточки не верите мне? Не правда ли, милочка?

– Трудно поверить, не имея доказательств.

– Но ваше сердце. Что оно говорит вам?

– Мое сердце? Мистер Макалистер, я ничего не принимаю на веру.

– Но вы вовсе не должны подозревать меня. В противном случае вас бы тут не было. Вы бы спрятались за спину этого Бретта Йохансена и тряслись там от страха.

Он подошел к окну маленькой гостиной. Минуту он стоял молча, точно наедине с собой переживая гнев и печаль. Потом засунул руки в карманы и вздохнул.

– Все еще великолепный вид, - пробормотал он. - Хотя теперь это уже город-призрак. Джейми встала рядом с креслом, где он сидел раньше. В глубине души она больше не боялась Хэзарда Макалистера, хотя объяснить это не могла. И что еще более удивительно, она вовсе не торопилась прекратить их беседу. Она тоже посмотрела в окно.

Далеко под обрывом холма мигали огни города. За ними светились огни парома, приближавшегося к пристани, и совсем на большом расстоянии вспыхивали светящиеся точки на острове Уидби. Покачиваясь на волнах прилива, два больших корабля у мыса Вильсона на крайней точке полуострова тихо удалялись в открытое море.

– Точно светлячки на бархате, - прокомментировал Хэзард.

Джейми в изумлении посмотрела на танкеры. Никогда не находила в них ничего поэтического. Она не сказала ни слова, но почувствовала, что ей совсем не трудно продолжать разговор. Прислонившись к спинке диванчика и скрестив руки на груди, она с удовольствием стала смотреть на открывшуюся ее глазам ночную панораму с блестками огней.

– У ночи тысячи глаз, - произнес Хэзард. - у ночи тысячи глаз, а у дня лишь один. И все же свет мира умирает, когда заходит солнце.

Джейми закрыла глаза, вслушиваясь в его низкий голос. Как это ни странно, он действовал на нее успокаивающе.- Ум имеет тысячи глаз, а сердце лишь один. И все же свет жизни гаснет, когда уходит любовь. - Его голос как будто все еще звучал в комнате, когда он снова садился в кресло.

– Прекрасные слова, - заметила Джейми тихо. - Вы их написали?

– Нет, это Будийон, французский поэт, которого я когда-то любил. Некоторых поэтов забыть невозможно.

Джейми чуть подвинулась на диванчике.

– Вы не возражаете, если я спрошу вас о чем-то личном?

– Валяйте, милочка!

– Что значит - быть привидением?

– Ну… - Хэзард поскреб подбородок. - Это точно сон. Я мог слышать, но в каком-то немом варианте. Я мог видеть, но опять же, как в тумане. Физических сил, чтобы что-то сделать, у меня не было. И я то вплывал в этакое дремотное состояние, то выплывал из него, но всегда возвращался в этот дом и никуда более. Это было какое-то печальное и унылое место. И мне не хотелось быть там. - Он уткнулся взглядом в пол и замолчал. - Это счастье, Джейми, возвратиться в сей мир, быть снова с людьми. Я так благодарен Марку.

Джейми печально опустила голову, вслушиваясь в слова, которые она и сама могла сказать о своей собственной жизни в Лос-Анджелесе. Она всегда плыла по течению, не имея настоящего друга, которому можно было бы доверить свои невзгоды. Ее талант фотографа окунул ее в круговорот жизни столь же призрачной и неясной, как и видения Хэзарда. Она никогда не чувствовала себя на месте не только среди актеров и агентов по рекламе, с которыми ей приходилось работать, но ей не нравилась и самодовольная своекорыстная манера поведения, которая была неотъемлемой частью преуспевающего общества в Лос-Анджелесе. На первых порах она думала, что это происходит потому, что жизнь в этом городе чужда ей. Но с годами она чувствовала себя все более и более одиноко, все более и более не на своем месте. Слова Хэзарда что-то задели в глубине ее души. Она понимала, о чем он говорил. Растерянность и одиночество были ее постоянными спутниками. Ком застрял у нее в горле, и она быстро заморгала, чтобы удержать слезы.

– Простите, я не имел в виду какой-либо пустяк.

Джейми робко улыбнулась.

– Все правильно. Мне кажется, я понимаю вас.

Он погрузился в молчание, словно вспоминая свое вековое заключение в мире привидений. А, может быть, просто смотрел на ночной пейзаж за окном. Она не знала этого.

– Если вы не возражаете, - произнесла Джейми, - как… вы умерли?

– О, это интересный вопрос. - Хэзард встал и засунул руки в карманы слаксов. - Верите ли, но я не могу вспомнить сам этот факт.

– Вы не знаете, как вы умерли?

– Нет. Знаете, как это бывает, вы забываете плохое, что хотите забыть.

– Вот уж не подумала бы, что вы могли бы забыть факт собственной смерти.

– Просто я не знаю, что меня уложило в гроб. Это уж точно. - Он взял в руки дистанционное управление стереопроигрывателя и стал его рассматривать.

– Что это такое, милочка?

– Дистанционное управление. - Она объяснила, как им пользоваться, и Хэзард направил его на проигрыватель.

Он нажимал кнопки, пока в комнате не раздался рев.

– Уменьшите звук! - воскликнула Джейми, улыбаясь при виде его испуганной физиономии.

Хэзард щелкнул кнопкой настройки, но у него ничего не вышло. Джейми вскочила с места и направила дистанционное управление на аппарат. Хотя она знала, что температура его тела такая же, как и у всех остальных людей, ее все же удивила его теплая кожа.

– Нажмите кнопку, Хэзард! - настоятельно сказала она.

Он повиновался, и музыка стала тише.

– Нажмите кнопку, регулирующую звук, - продолжала она.

Он послушался. Оглушительную музыку рок-н-ролла сменил тихий гитарный перебор. Хэзард криво усмехнулся.- А вы, должно быть, боялись, что из-за меня штукатурка с потолка посыплется?

Усмехнувшись, Джейми взглянула на него.

– Я бы не удивилась.

Заснуть Джейми не могла. Она слышала, как вернулся автофургончик, и из него с приглушенным смехом вылезла вся компания. Кто-то из них включил музыку в маленькой гостиной, как раз под ее комнатой, и тяжелые удары барабана не давали ей сомкнуть глаз. Жалея, что у нее нет затычек для ушей, она вылезла из постели. Если она не может заснуть, то, вероятно, не спит и Марк, которому, возможно, хочется с кем-нибудь поговорить. Она накинула на себя халат и спустилась в холл. Осторожно приоткрыв дверь в его комнату, она заглянула внутрь. Свет был выключен. Она слышала легкое посапывание. Джейми закрыла дверь, заперла ее на задвижку и чуть не вскрикнула, увидев Макалистера на пороге лаборатории.

– Не пугайте меня! - произнесла она шепотом.

Он развел руками.

– Я не хотел этого. Услышал, как кто-то вошел в холл, и поинтересовался, кто это там бродит.

– Не могу уснуть, - объяснила она, пытаясь завязать пояс на халате. - А еще этот шум внизу…

– Вы должны перебраться в другую комнату, Джейми. Я размышлял о местоположении вашей комнаты. Взгляните. - И он жестом попросил ее следовать за ним в ее комнату. Войдя, он подошел к окну и раздвинул занавески.

– В вашу комнату легко проникнуть с крыши. Посмотрите, как близко находится ваше окно от крыши над крыльцом.

Джейми подошла к окну. Да, он был прав.

– Я никогда об этом не думала. Но я не хочу перетаскивать все мои вещи, во всяком случае, не сейчас, - заметила она. - Вы можете как-нибудь загородить окно?

Хэзард оглядел оконную раму.

– Можно прибить небольшую доску со стороны верхнего оконного стекла. Тогда окно нельзя будет открыть.

– … Это представляется разумным.

– Я принесу кое-что из лаборатории. У вашего брата там много всякого хлама.

Он поспешил в лабораторию, а Джейми расчесала свои спутанные волосы. Она все еще занималась ими, когда Макалистер возвратился с парой деревянных досок. Они прекрасно подошли, точно были сделаны по заказу. Джейми стояла на пороге ванной комнаты, держа щетку для волос в руке.

– Каков глазомер, а? Ведь прикинул наугад, - довольно прокомментировал Макалистер.

– Да, подходят точно.

Хэзард задернул занавески.

– Теперь вы будете в чуть большей безопасности.

– Благодарю. - Она ожидала, что он тут же уйдет, но он замешкался, когда его взгляд упал на фотографию на ее ночном столике. В серебряной рамке стояла моментальная фотография, где она и Бретт были запечатлены во время вручения им премии Клио. Хэзард взял фото в руки и стал его разглядывать.

– Это вы? - спросил он.

Джейми кивнула. Ей никогда не нравились снимки, где она была запечатлена в костюме из черного атласа с длинными бриллиантовыми серьгами в ушах. Не то, чтобы она выглядела на них плохо, а просто это был не ее обычный будничный вид. Она хранила эту фотографию главным образом потому, что это был лучший моментальный снимок Бретта, который она имела.

– Это как раз перед вручением премии, - заметила она.

– Вы выглядите очаровательно. - Он посмотрел на нее и улыбнулся.

– Я могу быть привлекательной, когда потружусь над этим.

– Думаю, что вы и сейчас привлекательны.

Джейми покраснела. Она не ждала комплиментов от голограммы.

– Неужели? В этом старом халате?

– Вы выглядите как человек, нуждающийся в защите, как слабая женщина.

На какой- то момент она снова лишилась присутствия духа. Хэзард умел своим словам и голосу придавать какой-то магический смысл. Она никогда не слышала, чтобы столь очаровательные слова произносились бы так просто. Но более всего, однако, она расстроилась из-за того, что это была правда. И все же, кого он в действительности видел -Нелле Макмарри или ее?

Прежде чем она успела что-то ответить, в полуоткрытую дверь постучал Бретт.

– Тук, тук, мисс Кент. Обслуживание номеров.

Джейми очнулась и обернулась к двери. Там стоял ее жених в шелковом ручной раскраски халате. В руках он держал поднос с бутылкой вина и двумя стаканами. Он улыбнулся ей улыбкой подвыпившего человека, пытаясь очаровать ее мальчишескими манерами.

– Но… я не вызывала никого из обслуживания, - ответила она, опершись рукой на дверную ручку. С этого места, где стоял Бретт, нельзя было видеть Хэзарда Макалистера. Она не хотела, чтобы они встретились, и решила не впускать Бретта в комнату.

– Выпьем немного, Джейми. - Одной рукой он взял бутылку и при этом чуть не уронил поднос. Джейми успела подхватить стаканы, иначе бы они упали.

– Я взял это специально для тебя. Это твое любимое белое вино.

Джейми взглянула на этикетку и покачала головой.

– Не сегодня, Бретт. Судя по твоему виду, ты уже достаточно выпил.

Бретт помрачнел и опустил руку с бутылкой. Его волосы пропахли дымом от сигарет.

– С тобой не повеселишься, Джейми, - проворчал он. - Никакого веселья. Почему бы тебе иногда не расслабиться?

Он шагнул в комнату, напугав Джейми. Что если Бретт увидит Макалистера? Как она сумеет объяснить присутствие незнакомца в ее спальне? Она прислонилась к стене рядом с дверью, надеясь, что Бретт повернется спиной к Макалистеру.

Бретт поставил поднос рядом с туалетным столиком и обернулся к Джейми. Она пристально посмотрела на него, хорошо зная этот блеск в его глазах.

– Ну, Джейми, не сердись, - начал он и двинулся к ней. Он приложил ладони к стене рядом с ее головой, устроив ей ловушку. От него здорово несло джином. - Я только хочу поцеловать тебя. Ведь я не получил ни одного скромного поцелуя сегодня.

– Бретт…

Он наклонился к ней, но она отвернулась. Он переждал чуть-чуть, потом прижался к ней.

– Джейми, я чертовски…

– Бретт… - она оттолкнула его, оскорбленная его поведением. Неужели он ожидал, что она прыгнет с ним в постель? Она не была так уж этим озабочена, особенно теперь, когда он напился. Где-то в глубине ее сознания отпечатались слова тети Эвелин: «Не глупи, Джейми. Всем твоим маленьким подругам нравятся куклы Барби». А в данном случае куклы Кен, подумала Джейми, криво усмехнувшись. Она никогда не позволяла себе уступать заигрываниям Бретта. Что-то ее всегда останавливало. И потому она нередко терзалась из-за того, что не может ответить ему, объясняя это своей сдержанностью.

– Что тебе от меня нужно?

– Того, что может дать любая нормальная американская девушка. - Он наклонил голову и уткнулся носом в ее плечо. Джейми подняла глаза и увидела, что Хэзард наблюдает за ним с другой стороны комнаты. Она выпрямилась.

– Джейми! - Бретт начал целовать ее шею, но это никак не подействовало на нее. - Джейми, я хочу тебя. Хочу тебя уже много месяцев! Давай ляжем в постель. - Он стал ласкать ее левую грудь. - Момент подходящий.

Она оттолкнула его.

– Бретт! Перестань! - И, выскользнув из-под его руки, освободилась от его тисков. Но он схватил ее за руку, прежде чем она смогла убежать.

Бретт воззрился на нее.

– Будь я проклят, Джейми. Я долго ждал. А ты только дергала меня за веревочку. - Его глаза помутнели от пьяного гнева. - Как какую-то марионетку.

– Бретт! - вскрикнула она, когда он грубо притянул ее к себе.

– Хватит с меня твоих отговорок! - Он рванул на ней халат и ночную рубашку, обнажив ее плечи и грудь цвета слоновой кости. Рассердившись и испугавшись, она стала бороться с ним.

– Бретт!

– Подходящий момент, Джейми. - Он поцеловал ее, хотя она пыталась увернуться.

– Она же сказала вам «нет», - послышался голос с противоположной стороны комнаты.

Бретт встрепенулся.

– Какого черта… - выдохнул он, обернувшись на звук странного голоса с еще более странным акцентом. Не торопясь, Макалистер взял в руки фотографию Джейми и, перевернув ее, положил обратно на ночной столик, все еще не сводя глаз с Бретта.

– Оставьте девушку в покое, - приказал он.

Руки Бретта упали с плеч Джейми, и она отпрянула назад, все еще держа перед собой стаканы. Хэзард обошел вокруг кровати и остановился в нескольких шагах от Бретта и Джейми.

– Кто вы такой? - потребовал ответа Бретт.

Джейми переводила взгляд с одного мужчины на другого, стыдясь поведения Бретта, понимая, что они столкнулись из-за нее. Такое первобытное ощущение еще никогда не охватывало ее. Она была как-то странно возбуждена тем, что Хэзард встал на ее защиту, и чуть испугалась за Бретта.

– Меня зовут Гастингс Макдугал.

– Какого черта вы делаете в комнате Джейми?

– Я могу задать вам такой же вопрос.

Бретт быстро оглядел Хэзарда с головы до ног. Затем обернулся к Джейми.

– Дорогая, что это еще за деревенщина?

Джейми с ужасом увидела, как глаза Хэзарда загорелись от гнева. Она знала, что он может вспылить, за чем последует град ударов. И действительно, Хэзард сгреб халат на груди Бретта и чуть не сбил его с ног.

– Поосторожней, ты, попридержи свой чертов язык. - Голубые глаза Хэзарда угрожающе потемнели.

Бретт взглянул на рассерженное лицо голограммы и попытался освободиться. Но разомкнуть хватку не смог. Хэзард сжал еще сильнее, и Бретт чуть не задохнулся.

– Джейми сказала вам «нет». Она не шутила.

– Да ладно, мужик. - Бретт как-то нервически хихикнул. - Не шуми. Ты же знаешь, какие бывают женщины. Говорят «нет», а на деле «да».

– Черт возьми! Неужели?

И Хэзард швырнул его через комнату. Бретт приземлился на задницу, скользнув под туалетный столик. Ударившись о выдвижной ящик, он схватился рукой за голову.

– Черт побери! - выругался он, поморщившись от боли. Хэзард тут же подскочил к нему.

– Макдугал, не смейте! - закричала Джейми. - Он пьян, можете не сомневаться в этом!

Хэзард ловко поставил Бретта на ноги.

– Давай отсюда, - приказал он. - Пока я не разбил тебе голову! - И Хэзард с презрительным видом подтолкнул Бретта к выходу, но Бретт, подняв голову, качнулся назад.

– Скажи спасибо Джейми, что я не отделал тебя, как следует.

Джейми застыла посередине комнаты, не зная, должна ли она утешать Бретта или быть около Хэзарда. И потому она осталась стоять на прежнем месте, держа в руках два стакана, точно плохая копия греческой скульптуры.

Бретт сердито посмотрел на нее.

– Я хочу, чтобы ты объяснила, что все это значит, - сказал он.

– Вы этого не заслуживаете, - вмешался Хэзард.

Бретт бросил злой взгляд на высокого светловолосого человека, стоявшего рядом с Джейми и, пошатываясь, направился в холл.

Джейми смотрела ему вслед. Ошеломленная происшедшим, она не могла сдвинуться с места. Она пришла в себя только когда Хэзард коснулся ее руки.

– Джейми, с вами все в порядке?

– Думаю, что да. - Она слабо улыбнулась ему. - Благодарю вас.

Хэзард скрестил руки на груди.

– Я могу прибить доски к вашим окнам, но не могу забить вашу дверь.

– Все будет хорошо. Просто Бретт немного выпил. Вот и все.

Хэзард оглядел ее, словно хотел понять, действительно ли с ней все в порядке, и зашагал к двери. На пороге он обернулся.

– Так вы говорите, что у него черный пояс карате. Да?

Джейми неуверенно пожала плечами.

7.

– Нормально, дубль первый! Начали! - Джейми смотрела в глазок фотоаппарата, делая первый дубль коммерческой рекламной серии. Бретт стоял рядом, протрезвевший и злой из-за своего поведения прошедшей ночью. Он заявил, что у него и в мыслях не было принуждать к чему-то Джейми и что она и ее друг-шотландец неправильно истолковали его поступки. Джейми ему не поверила, но решила не противоречить. У нее и так голова шла кругом, даже без ее личных драматических переживаний.

Всю ночь она ворочалась в постели, будучи не в состоянии заснуть. Любовные домогательства Бретта потрясли ее. Она никогда не думала, что он вообще когда-нибудь так пренебрежительно отнесется к ее просьбе оставить ее в покое. Конечно, он был пьян, но это не значит, что он может насиловать ее. Если бы Хэзард не оказался в комнате, то Бретт ни с чем бы не посчитался.

При мысли о Хэзарде Джейми покраснела. Ее глубоко взволновало то, как он встал на ее защиту. Никто еще и никогда так не защищал ее. И вообще никто никогда особенно не помогал ей. Она не могла забыть и того, что говорил ей Хэзард, прежде чем Бретт прервал их разговор. Он сказал, что она выглядит привлекательной и нуждающейся в защите. Джейми помотала головой, надеясь забыть его голос. Хэзард Макалистер произносил некоторые звуки по-шотландски раскатисто, и самые обычные слова в его устах обретали поэтическую прелесть.

Джейми в десятый раз проверила экспозиметр, пытаясь отвлечь себя от мыслей о Макалистере. Но его слова прочно отпечатались в ее памяти: «Вы выглядите привлекательной. Вы выглядите как человек, нуждающийся в защите, как слабая женщина».

Неважно, как удалось Хэзарду разгадать ее натуру. Не его дело говорить ей подобные вещи.

Джейми нахмурилась. Она, наконец, оторвала глаза от аппарата, услышав женский голос. Это появилась Тиффани, чтобы приступить к работе.

Боб Фиттро руководил актерами, стоя сбоку. Рик Ковингтон, актер из Сиэтла, только сегодня утром прибыл на пароме. Джейми уже знала его по совместной работе, причем с самой лучшей стороны. И потому она предвкушала, что съемки пройдут легко и успешно. В коммерческой рекламе Рик изображал морского капитана, возвращающегося домой к своей жене после долгого отсутствия.

– Врывайтесь в дверь, - велел Фиттро.

Рик открыл дверь, ступил одной ногой на ковер и споткнулся. Присутствующие хмыкнули, и Рик конфузливо вернулся к порогу.

– Стоп!

– Дубль второй. Начали!

Рик опять распахнул дверь и ворвался в дом. На нем был синий китель, капитанская фуражка, высокие черные сапоги. Одет с иголочки. Застегнут на все пуговицы, на сапогах ни пылинки.

У лестницы, к которой он приблизился большими шагами, его встретила Тиффани. С развевающимися рыжими волосами она спустилась с первой лестничной площадки, вся так и сияя от радости.

– Теперь падайте в его объятия, - скомандовал Фиттро. - Обнимайте его, Тиффани. Вот так.

Тиффани попыталась обхватить его, но нахмурилась и покачала головой.

– Стоп! - сказала она. - Я не могу обнимать то, что не обнимается.

Боб Фиттро и Джейми обменялись понимающими взглядами. Им были знакомы штучки примадонны Тиффани Денэ. Даже если она снималась для коммерческой рекламы, то делала все вполне серьезно, воображая себя великой актрисой.

– Дубль три.

И так продолжалось все утро. Все время что-то не ладилось. Даже Бретт, который пытался ускорить дело, был не доволен. Джейми понаблюдала, как Рик Ковингтон обнимает Тиффани. Он был какой-то деревянный и неуклюжий, а сама Тиффани слишком высока для него. Джейми пыталась не осложнять проблему, сосредоточившись на крупных планах, но и у нее ничего не получалось.

Джейми повернула аппарат в противоположную сторону, и в объективе появилось изображение главного холла. Она удивилась, обнаружив, что Макалистер спустился вниз, чтобы посмотреть процесс съемок. Прислонившись к косяку, он взирал на происходившее с веселым огоньком в глазах. На нем был толстый вязаный свитер, какие носят рыбаки, и джинсы. Свитер как бы подчеркивал ширину его плеч, а джинсы красиво обрисовывали линию бедер и ног. Джейми навела объектив на его лицо, и какое-то мгновение изучала его. Он был красивый мужчина, с чуть грубоватой приятной внешностью, с несколько выдающимися красноватыми скулами, с мужественным подбородком.

Когда Джейми вернула аппарат в прежнее положение, то услышала, как Тиффани, жеманясь, к кому-то обращается.

– Ну, а теперь скажите… - и таким сладким голоском, какого Джейми отродясь не слыхала. Подняв глаза от аппарата, Джейми решила поинтересоваться, на кого направлены ее чары. Ей предстояло узнать, что рыжая красавица впервые узрела Хэзарда Макалистера.

– Кто вы такой? - воскликнула Тиффани, облокотившись на лестничные перила. Хэзард, поняв, что актриса обращается к нему, подошел ближе. Тиффани засмеялась низким горловым смехом. Возможно, такой манере поведения мужчины не могли сопротивляться. - Да, да, вы, Мистер Америка.

Краешком глаза Джейми увидела, что Бретт отхлебнул из бутылки с коктейлем «Кровавая Мэри».

– Меня зовут Макдугал, милочка.

– Ах, - вскинула голову Тиффани, - вы только послушайте этот ирландский акцент. Хэзард воззрился на нее.

– Это шотландский, смею заметить.

– Шотландский, ирландский, какой-бы то ни было, - засмеялась Тиффани и обольстительно изогнулась. Джейми с отвращением наблюдала эту сцену. - Почему бы вам не присоединиться к нам и не сделать пробный дубль?

– Мы зря теряем время, Тиффани, - вмешался Бретт. - А время деньги.

Тиффани состроила Бретту гримасу и снова повернулась к Хэзарду.

– Спорю, что такой человек, как вы, все знает насчет Интимности.

Хэзард пристально посмотрел на нее, чуть смущенный столь нескромной темой разговора с незнакомкой.

– Вы снова начнете работу? - коротко спросил он.

Довольная тем, что ей удалось смутить незнакомца, Тиффани медленно спустилась по лестнице, вцепившись ногтями в полированные перила, точно это была обнаженная грудь мужчины.

– Разве вы не знаете, что такое Интимность, мистер Макдугал? - насмешливо спросила она. Кто-то из окружающих приглушенно фыркнул, и Хэзард метнул взгляд в сторону, сообразив, что стал предметом шуток.

Тиффани хихикнула и подбежала к Хэзарду, подхватив по пути флакон с одеколоном, стоявший на маленьком столике у лестницы.

– Видите? - засмеялась она, брызнув немного жидкости на его шею. - Это одеколон.

– Ах! - Хэзард вытер щеку, поскольку крепкий запах пришелся ему не по вкусу. - Интимность никогда так не пахла для меня.

Боб Фиттро одобрительно засмеялся.

Тиффани, удивленная столь быстрой реакцией Хэзарда, поставила флакон с одеколоном на место. Возможно, она решила, что интересный шотландец был таким же толстокожим красавчиком, как большинство ее партнеров. А то, что котелок у него варил, выглядело, как приятное отступление от нормы. И голубые глаза Тиффани, ставшие восхитительно бирюзовыми, когда она вставила цветные контактные линзы, посылали ему огненные стрелы.

Джейми наблюдала ухищрения Тиффани с возрастающим презрением, к которому примешивалась ревность, что несказанно поразило ее. Почему она должна испытывать ревность, если дело касается Хэзарда Макалистера? Что из того, что Тиффани заставит его кровь - или что там течет в его жилах - волноваться? Это не ее забота.

И все же в душе она была довольна тем, как Хэзард ответил Тиффани. Это был не банальный ответ, который женщина слышит от мужчины. Хэзард не останавливал своего взгляда ни на ее гибкой фигуре, ни на пышной груди, ни на ее капризных губах. Он вообще не смотрел на нее, даже когда она взяла его за руку и что-то потихоньку от всех шепнула ему на ухо.

Джейми уже достаточно насмотрелась на все это. Она щелкнула аппаратом.

– Прекрасно. Все свободны. Перерыв. На кухне можно выпить кофе.

– Слава Богу! Я бы выпил чашечку, - пробормотал Бретт. - Джейми, где у тебя таблетки от головной боли?

– На подоконнике около раковины.

Бретт с трудом оторвал Тиффани от Хэзарда и увел на кухню, напоминая о работе, которую им всем предстояло сделать. Флирт с гостями дома подождет, пока они не закончат съемки. Рик Ковингтон последовал за ними, сетуя на свою роль.

Боб Фиттро отложил в сторону сценарий и снял очки, а Джейми засунула руки в задние карманы джинсов. Боб пересек комнату и подошел к Джейми.

– Что вы обо всем этом думаете? - спросила она.

Боб покачал головой.

– Хэгшенинг не получается. Мне представлялась романтическая фигура, увлекающая девушку. Не понимаю, что происходит. Рик хорош там, где требуется неподвижное изображение, но не тянет, когда нужен порыв.

– Согласна. Он точно манекен.

– Да, и, кроме того, ниже Тиффани.

– Я тоже это заметила. - Из-за плеча Боба Джейми увидела приближавшегося к аппарату Хэзарда.

– Доброе утро, Джейми, - поздоровался тот.

– Привет. - Она взглянула на него, все еще не избавившись от странного чувства ревности, охватившего ее несколько минут назад. Стараясь казаться спокойной, Джейми представила Хэзарду Боба.

Боб снова водрузил на нос очки.

– Мне понравилось, как вы обошлись с Тиффани, - заметил он. - Порой это сущая ведьма. Хотите сниматься?

Хэзард фыркнул.

– Никак нет.

– Это друг Марка, - заметила Джейми.

– А, любитель компьютеров.

– Нет, я моряк.

– Неужели? - Фиттро поверх очков смерил Хэзарда оценивающим взглядом. - И к тому же высокий. Мне нравится ваш акцент. Звучит, как настоящий.

– А он и есть настоящий, - ответил Хэзард. - Я родом из Шотландии.

– Скажите, мистер Макдугал, вот вы, что думаете о сцене, которую мы здесь пытаемся снять?

Джейми покачала головой, будучи уверена в том, что Хэзард ничего не знает об их утренних попытках что-то снять. Однако тот ответил весьма охотно.

– Ну, я вам скажу кое-что, мистер Фиттро. Если бы я был девушкой, то никогда бы не бросился в объятия этого человека.

– Да ну? - удивился Боб, мусоля во рту кончик очков. - Почему же?

– Это не тот человек, который может интересовать женщину. Он просто «баба».

– «Баба»?

– Да-да. Ни рыба, ни мясо. Коротышка. А женщины любят мужчин, в которых есть что-то загадочное и даже опасное. Порой их это даже немного пугает.

Джейми почувствовала, как у нее по спине забегали мурашки.

– Им нравятся мужчины, которые могут руководить ими, и не с помощью силы, обратите внимание, а чисто мужской воли.

Фиттро согласно закивал.

– Кроме того, я что-то не знаю моряка, который бы все время застегивал свой китель.

Моряк - это ведь вольная душа, человек действий, ему нужно пространство, он должен двигаться. И еще. Он ведь не нравится этой рыжей.

– Откуда вы знаете? - спросила Джейми. Хэзард взглянул на нее и улыбнулся.

– Чтобы узнать, нравится ли девушке парень, достаточно взглянуть, как она смотрит на него.

– О! - произнесла Джейми охрипшим голосом. Так Хэзард вообразил, будто она благоволит к нему, потому что она смотрела, как он брился? Интересно, заметил ли он, что она наблюдала за ним через объектив фотоаппарата? Ей следует прекратить глазеть на него так откровенно. Она бы не хотела, чтобы у него создалось о ней неправильное представление. Хотя Джейми и находила его красивым, но знала, что дальше этого дело не пойдет.

Боб выразительно посмотрел на Джейми.

– Вы думаете о том же, о чем думаю и я? - спросил он ее.

Джейми поняла, на что он намекает, но поверить в это она не могла. Хэзард в коммерческой рекламе?

Невозможно.

Во второй половине дня съемки продолжились. Рика Ковингтона отправили восвояси, пообещав вызвать в случае надобности. Бретт согласился дать опробоваться Макалистеру в коммерческой рекламе с единственной целью - посмеяться над ним. Бретт стоял сбоку и, прикладываясь к бутылке с «Кровавой Мэри», злорадствовал. Джейми забеспокоилась. Если и имелся верный путь унизить человека, так это во время съемок, когда он выставлен на всеобщее обозрение для критики и осмеяния. Джейми была против того, чтобы снимать Макалистера, но вся остальная съемочная группа нашла идею замечательной и не посчиталась с ее мнением.

– Дубль первый. Начали!

Хэзард ворвался в дверь. На нем был все тот же синий китель поверх свитера, только ни одна пуговица не была застегнута, фуражка лихо сдвинута на затылок, а вещевой мешок перекинут через плечо. Ворвавшись в дверь, он швырнул мешок на пол и посмотрел на Тиффани. Их глаза встретились, и мгновение они, не отрываясь, смотрели друг на друга, затем он бросился к лестнице, как раз в тот момент, когда она была уже на последней ступеньке. Она прыгнула в его объятия, и он прижал ее к груди, закружив от радости и целуя в шею, а потом и в губы, приподняв в воздухе. Губы их слились в страстном поцелуе, как будто они и в самом деле долго не виделись. Волосы Тиффани рассыпались по его широким плечам. В этот момент сквозь стеклянную дверь в холл проникли солнечные лучи, осветив их с ног до головы. Момент для съемок был самый удачный.

– Стоп! - распорядился Бретт.

Джейми впилась взглядом в сцену у лестницы. Она не могла не смотреть на Хэзарда, целующего Тиффани, она с изумлением видела, как он ласкает ее, как его руки охватывают ее под грудью, большими пальцами упираясь в мягкие округлости, а белые руки самой Тиффани сжимают его шею. Джейми почти представила свои руки вместо ее рук, свои губы, прижимающиеся к его губам.

– Стоп! - повторил Бретт.

Тиффани приникла к Макалистеру в страстном поцелуе и, запустив пальцы в его волосы, сбросила его фуражку на пол. Хэзард медленно опустил Тиффани на ступеньку лестницы и оторвался от ее губ.

– Стоп, черт возьми! - изо всей мочи заорал Бретт.

Вся съемочная группа, включая Джейми, была просто загипнотизирована этой сценой. Хэзард вел себя перед аппаратом совершенно естественно, и никто не мог этого отрицать. Кроме того, словно какая-то искра пробежала между Хэзардом и Тиффани. И потому Джейми была уверена, что второго дубля не потребуется.

– Разве нам нужен еще один дубль? - поинтересовался Боб.

– О, Господи, конечно! - Тиффани провела рукой по корсажу своего платья и поправила волосы. Она тяжело дышала, видимо, возбужденная поцелуем Хэзарда. - Думаю, что нам требуется дополнительное время на эту сцену, - Тиффани не сводила глаз с Хэзарда. Он улыбнулся ей в ответ, но не ответил ей таким же страстным взглядом.

– А ты как думаешь, Джейми? - спросил Бретт.

Джейми должна была сохранять самообладание. Вся эта сцена заставила ее сердце учащенно биться. Во рту пересохло. Колени дрожали. Она не ожидала, что эта сцена так сильно подействует на нее.

– Определенно здорово, - ответила она не сразу. - Что тут говорить. Хорошая работа.

– Макдугал может еще и озвучить, - вмешался Фиттро. - С его акцентом это вообще будет высший класс. Я перепишу сценарий, и он пройдется по нему завтра.

Бретт сердито смотрел, как Хэзард снимает китель. Ему не удалось посмеяться над Макалистером.

– Я сейчас перепишу это на видеопленку, - добавила Джейми, которой не терпелось посмотреть отснятый материал. Если он и вполовину так хорош, как она думала, то их ждет еще одна премия.

– Ну, а я хочу есть, - заметила Тиффани. - Этот поцелуй возбудил у меня аппетит.

– Сырой бифштекс? - растягивая слова, спросил Фиттро. Тиффани ухмыльнулась.

– Что думают об обеде остальные? Можно отправиться в маленький ресторанчик на воде. Бретт обернулся к Джейми.

– Не говори ничего… Ты должна остаться с Марком. Так ведь?

– Конечно. И мне бы хотелось немного поработать. Просто не терпится увидеть, как все это будет выглядеть.

– Мешай дело с бездельем, - и Тиффани погрозила Джейми пальчиком, - проживешь век с весельем.

– Она всегда такая, - заметил Бретт. - Тифф, идите переоденьтесь. - И он шлепнул Тиффани по мягкому месту.

Бретт искоса посмотрел на Джейми, чтобы узнать, какое впечатление его жест произведет на нее. Но она нисколечко не ревновала: Правда, Джейми заметила, что он недоволен, и отвернулась, вдруг осознав, что ее совершенно не интересует, как Бретт обходится с Тиффани, да и вообще с другими женщинами. Она понимала, что это должно ее беспокоить, и винила свою сдержанную натуру, совсем забыв о том, как только что она ревновала Хэзарда.

– А как вы, Макдугал? - спросил Боб Фиттро, укладывая очки в футляр, который он сунул в карман рубашки. - Присоединяетесь к нам?

– Который час? - поинтересовался Хэзард.

Бретт посмотрел на часы.

– Четыре. Хэзард кивнул.

– У меня есть одно дельце в городе, не подвезете меня? Джейми посмотрела на него с тревогой.

– Нет, Джейми, не стоит беспокоиться, - заметил он. - Я не буду долго отсутствовать.

Бретт слушал их разговор, нахмурившись. Джейми пыталась скрыть тревогу в своем голосе, и в то же время лихорадочно выискивала в голове предлог, чтобы заставить Хэзарда остаться дома. Макалистер собирается в город? Какие у него там могут быть дела? А вдруг с ним что-нибудь случится? А вдруг его кто-нибудь опознает?

Но Джейми не удалось скрыть свою тревогу. Бретт подошел к ней и положил руки ей на плечи.

– Джейми, посмотри на себя. Ты изводишь себя из-за ерунды. Когда, наконец, ты это поймешь? Этот дом не может причинить тебе вред. Здесь нет привидений.

– Но… - глаза Джейми расширились от испуга.

Бретт покачал головой.

– Ты сама поймешь это как-нибудь.

– Бретт, я не… - она замолчала, будучи не в состоянии объяснить причину своего волнения.

Он обращался к ней так, словно говорил с ребенком.

– Слушай, дорогая, Марк здесь и миссис Гипсон тоже. Ты ведь не останешься одна.

– Прошлой ночью тут был незваный гость, - вмешался Хэзард. - Вот чего девушка и боится. А не привидений. Их она совсем не боится.

– Черта с два не боится! - с сердитой насмешкой сказал Бретт. - Джейми полжизни спасалась от того, что, как она думала, было в этом доме привидением.

– Я бы так не сказал.

– Она одержима навязчивой идеей насчет этого привидения Макалистера. И я думаю, что ей нужно как-то покончить с этим. Прямо здесь и прямо теперь.

– Бретт, ты не знаешь, о чем говоришь! - возразила ему Джейми с пылающими щеками.

– Ты не избавишься от наваждения, написав биографию Макалистера. Единственный путь к освобождению - это остаться с этим домом один на один, пока ты не поймешь, что привидение существует лишь в твоем воображении.

– Очевидно, ты считаешь, что я должна просидеть всю ночь одна при свете единственной свечи, как в кино, - спросила она. Ее голос стал отчужденным. - В этом состоит ваша идея излечения, мистер Голливуд?

Бретт пристально посмотрел на нее.

– Ничто другое не поможет.

Хэзард при этих резких словах Бретта обнял одной рукой Джейми за плечи и осторожно прислонил к своей груди. Этот покровительственный жест согрел душу Джейми. Ее негодование против Бретта куда-то улетучилось. Впервые в жизни она почувствовала поддержку того, кто абсолютно верил ей и разделял с ней ее тайну. Общее чувство поддержки и товарищества наполнило ее сердце радостью. И та мучительная неуверенность в себе, которая одолевала ее с детства, почти покинула ее. Рука Хэзарда извлекла яд из раны, освободила ее от постоянной боли, угнетающе действовавшей на нее долгие годы. Она не хотела ни говорить, ни двигаться. Только стоять под прикрытием его руки, ошеломленная чувством, которое пробудили в ней и его объятие, и его присутствие, моля Бога, чтобы Хэзард не отошел от нее.

– Да вы не волнуйтесь, Бретт, - сказал Хэзард, и его голос прогрохотал у нее над ухом. - Джейми не боится привидений.

– Не боится? - усмехнулся Бретт, не-приятно удивленный фамильярностью, установившейся между его невестой и шотландцем. - А откуда вы это знаете, Макдугал? Вы что, можете превращаться в невидимку?

– Я друг этой семьи, Бретт. И очень старинный.

8.

Следующую ночь Джейми провела в тревоге за Хэзарда. Он не вернулся, и она не знала, что и думать. Беспокоить местные власти относительно исчезновения столетнего привидения в виде голограммы она не могла. Оставалось лишь ждать.

Утром она нашла Хэзарда в комнате Марка. Они заинтересованно обсуждали проблему компьютеров. По-видимому, Марк обучал Хэзарда начаткам новой технологии. Сейчас Хэзард осваивал принтер, который начал выдавать изображения. Он уже усвоил изрядное количество сведений и в разгоревшейся дискуссии высказывал свои соображения. А потому и не заметил присутствия Джейми. Она села на стул рядом с постелью Марка и попыталась заставить его съесть несколько подрумяненных на огне ломтиков хлеба с медом.

С пачкой писем для Марка в комнату вошла миссис Гипсон.

– А мне есть что-нибудь? - спросила Джейми.

– Нет, дорогая, - миссис Гипсон подошла к окну и раздвинула занавески. В комнату ворвался яркий солнечный свет. - А вы ждете какую-нибудь весточку?

– Только письмо из Нью-Йорка. Из «Галереи» Тафта.

– Это там ты хочешь устроить выставку своих работ? - поинтересовался Марк, рассеянно просматривая лежавшие перед ним письма. Он отложил в сторону дешевые рекламные объявления, которые Хэзард тут же стал внимательно изучать, особенно цветные фотографии культиваторов и газонных косилок.

Джейми кивнула.

– Это моя первая попытка пробиться в мир некоммерческой фотографии. - Тут она взглянула на миссис Гипсон. - Мечтаю вырваться из Лос-Анджелеса, из всего этого порочного круга, и сделать что-нибудь более значительное.

– Хорошо, буду следить за почтой из Нью-Йорка, - ответила миссис Гипсон с улыбкой. - Марк, могу ли я быть вам чем-нибудь полезной, пока я здесь?

– Нет, благодарю, миссис Гипсон, - он оторвался от письма, которое только что вскрыл, и улыбнулся ей в ответ.

Хэзард посмотрел на Джейми, когда миссис Гипсон покидала комнату.

– А какого рода некоммерческой фотографией вы занимаетесь, Джейми?

– Черно-белой. В основном портреты. Моя тема - настоящие люди. - Слабая улыбка показалась у нее на губах. - Думаю, это потому, что слишком много ненастоящих людей попадалось мне при моем роде деятельности.

– Если состоится выставка твоих работ, то мы прилетим посмотреть ее, - заметил Марк. - Устроим прием гостей. Кутнем.

– Конечно, Марк. Но ты и сейчас можешь увидеть большинство фотографий, предназначенных для выставки. Они со мной. Хотелось бы знать, что ты о них думаешь.

– Здорово, - он положил корреспонденцию на ночной столик. - Давай сейчас их и посмотрим.

– Прямо сейчас?

– Конечно. Макалистер, хотите взглянуть?

– Да, - кивнул Хэзард. - Было бы весьма поучительно узнать, что Джейми подразумевает под словом «настоящий». Посмотрим, что это такое, милочка.

Джейми притащила из своей спальни тяжелую кожаную сумку. От нервного напряжения ей стеснило грудь. А что если им не понравятся ее работы? Что если они ограничатся вежливыми фразами и не проникнут в самую суть образов, которые она запечатлела? Джейми был хорошо знаком страх, присущий художникам, независимо от того, сколько раз они показывали свои работы.

Одну за другой она прикрепляла к стене свои беспорядочно сложенные фотографии, все пятнадцать. Казалось, что Марк рассматривает их с каким-то веселым интересом. Джейми перевела взгляд на лицо Макалистера и дальше, не отрываясь, смотрела только на него, увидев одобрение в его глазах. Фотографии нравились ему, она была уверена в этом. Долгое время он не произносил ни слова, продолжая изучать ее работы. Он даже сделал несколько шагов вперед и снял пару фотографий со стены, чтобы получше их рассмотреть. Потом потер подбородок и обратился к Джейми.

– А вы беспощадны к ним, милочка.

– Я лишь запечатлеваю то, что вижу, - ответила она.

– Вы слишком много видите. Просто невероятно.

Джейми покраснела от удовольствия.

– Взгляните на этот дымок, поднимающийся вверх от лица мужчины. Что-то призрачное. Нечто само по себе.

– Его надежды и мечты, - пояснила Джейми.

– Да, его надежды и мечты, - согласился Хэзард, вкладывая в эти слова более глубокий смысл. Затем он взял снимок торговки с корзиной на фруктовом рынке, сделанный при закате солнца. Тени от другой корзины перерезали лицо и грудь женщины.

– А эта, - сказал Хэзард, держа фотографию на расстоянии вытянутой руки, - весьма необычна, точно женщина сама себя посадила в корзину.

– Вы уловили это? Здорово! - Джейми оглянулась на него через плечо. - Эта старуха так долго просидела на рынке, что и сама превратилась во фрукт.

– Да и похожа она на старое сморщенное яблоко, - закончил Марк.

– А вот эта, - и Хэзард указал на снимок рыбака на берегу озера, по поверхности которого стлался туман, - расскажите нам о ней, милочка.

И Джейми, переходя от одной фотографии к другой, давала Хэзарду либо короткое пояснение, либо просто роняла несколько слов о месте, где была сделана фотография. Хэзард пришел в восхищение от фотографий Джейми. Он выказал к ним неподдельный интерес, что она и отметила про себя, наблюдая за выражением его лица. Кроме того, она была удивлена тем, что мнение Хэзарда значило для нее больше, чем мнение Марка. Она даже поняла, что поэтическая натура Хэзарда воспринимала ее работы более глубоко, чем это мог сделать ее собственный брат.

В этот вечер Джейми спустилась в маленькую гостиную и подошла к уютному полукругу стульев и диванчиков, расставленных перед камином. Никого не было. Радуясь возможности согреться у каминного огня, Джейми плюхнулась на диванчик, стоявший в шести метрах от окон позади нее, которые насквозь продувались ветром. Минуту она прислушивалась к шуму дождя за окнами. Непогода помешала съемкам на берегу. И вся группа, промокнув, поспешила поскорее принять горячий душ и переменить одежду.

Джейми посмотрела на часы. Что так задержало Бретта? Она ожидала, что к этому времени он уже спустится вниз. Он упросил ее отправиться с ними пообедать. Там они могли бы и поговорить. Если он не появится в ближайшие минуты, то заранее заказанные им места в ресторане «Лидо» им уже не достанутся. Конечно, таким уж большим несчастьем это не было. Джейми даже вздрогнула, представив себе, как она будет сидеть в ресторане с мокрыми ногами. И ей не очень улыбалось провести время с Бреттом, учитывая его недавнее поведение.

Джейми стала смотреть на огонь. Она плохо спала с тех пор, как приехала в Порт-Таунсенд, в основном урывками. Сейчас же недостаток сна и усталость от долгого пребывания на холодном ветру сморили ее. Она задремала, обхватив себя руками.

Проснулась она, когда кто-то заговорил по телефону рядом с диванчиком, где она задремала. Она лежала тихо и все еще в состоянии дремоты, стараясь не прислушиваться к разговору, но все-таки слыша произносимые рядом с ней слова. Джейми узнала голос Тиффани. Тиффани, взяв телефон, стоявший рядом с диванчиком, прошла через всю комнату и встала у окон с видом на залив.

Тиффани была чем-то расстроена. Она то бранилась резким голосом, то тяжело вздыхала.

– Что вы имеете в виду, утверждая, что не можете… - произнесла она, стараясь сдержать крик. - Отправьте телеграмму! - Она помолчала, слушая ответ на другом конце провода.

– Почему нет? - И Джейми услышала, как каблучки Тиффани застучали по полу, когда она подходила к окну. Джейми не знала, что делать. Она могла остаться лежать на диванчике и слушать каждое слово, но могла встать и покинуть маленькую гостиную. В любом случае Тиффани придет в замешательство, обнаружив, что кто-то слышал ее разговор.

– Послушайте, я знаю, что подхожу для этого. У меня уже была подобная работа, да и другая будет вместе с Ричем, когда я вернусь. Черт возьми, да. И Бретт обещал мне, что другая…

Каблучки застучали снова. Потом наступила пауза.

– Черт подери, пришлите сюда. На какие шиши, вы думаете, я здесь живу? Морскими водорослями, что ли, питаюсь?

– О, я не знаю. Два или три дня. - Она вздохнула и закурила сигарету. Джейми почувствовала едкий запах табака. - Да, да. А что еще я должна делать? Бретт захватит меня в полночь. Мы вылетим на рассвете. Точно я и в самом деле готова узнать.

Джейми увидела, как белые колечки дыма поднимаются к потолку от сигареты Тиффани.

– Черт подери, обойдусь и без ваших советов. Нужно быть полной дурой, чтобы слушать вас. Он как раз то, что нужно…

– Так что насчет него?

Джейми была уверена, что разговор шел о Бретте. Тиффани сказала, что Бретт - это как раз то, что ей нужно. Но для чего? Джейми услышала, как Тиффани затаилась, и увидела, как дымок поднимается к потолку. Тяжелый, удушливый запах, как и духи Тиффани. У Джейми запершило в горле. Она понимала, что должна встать и выйти из комнаты, прежде чем у нее начнется приступ кашля. И все же ей не очень хотелось обнаруживать свое присутствие, особенно после фраз, сказанных о Бретте. - Ну, этого он мне не говорил. Это ложь, и вы знаете это. Он обещал эту роль мне! - Тиффани нагнулась над столом рядом с диванчиком. - Черт возьми, пришлите мне сейчас же деньги! - Она с силой положила трубку и швырнула телефон на стол так, что даже трубка соскочила с рычага. Тиффани наклонилась, чтобы положить ее на место, и увидела Джейми. Удивленная, Тиффани выпрямилась и буквально потеряла дар речи. Через некоторое время она пришла в себя и криво улыбнулась, как бы разрешая Джейми произнести несколько слов об услышанном телефонном разговоре. Но Джейми молчала. Что она могла сказать? Извините, я подслушивала? Извините, я опять стала свидетельницей того, что вы ведете себя, словно последняя тварь? Или почему бы вам не сообщить мне, что же все-таки обещал вам Бретт? Это что? Сделка, о которой он не хочет мне говорить?

Молчание Джейми, по-видимому, обеспокоило Тиффани, и она нервно затянулась.

– Шпионили? - спросила она.

– Я заснула.

– Конечно, конечно. - Тиффани ткнула окурок в пепельницу рядом с телефоном. Джейми встала с диванчика, чтобы не нюхать исходящее от окурка зловоние.

– Послушайте, Тиффани, если вам нужен аванс…

Презрительный взгляд Тиффани прервал слова Джейми.

– Я получу свои деньги. Не беспокойтесь.

Джейми точно дали пощечину. Она не знала, что ответить и не понимала, следует ли ей тут же выйти из комнаты. Однако это был бы бестактный жест. Да и удалиться, не произнеся ни слова, было бы трусостью, точно она спасовала перед более сильной Тиффани. Но и дать достойный отпор ей едва ли было по силам. Мстительные и грубые слова были чужды натуре Джейми, и потому к стычке с Тиффани она совсем не была готова. Обе знали это. Тиффани продолжала презрительно смотреть на Джейми. Воцарилось неловкое молчание.

Через несколько мгновений дверь распахнулась, и в дом поспешно вошла миссис Гипсон. С ее мокрого зонтика капала вода, а пластиковая сумка повисла у нее на руке бесформенным мешком. Джейми почувствовала огромное облегчение. Она отвернулась от Тиффани и обратилась к стоявшей на пороге миссис Гипсон.

– Какой дождь! - воскликнула миссис Гипсон, увидев женщин. - Просто ужасный.

Тиффани смотрела, как миссис Гипсон с трудом снимает с себя промокшую тяжелую одежду.

– Эта буря заставила нас быстренько собраться и поспешить в дом, - заметила Джейми. - Мы работали на берегу около паромной станции, и вдруг ни с того ни с сего хлынул дождь. Мы все промокли до нитки.

– Льет, как из ведра. Туча появилась из-за холма. Никто и не видел ее. - Миссис Гипсон сняла пальто и взглянула на Джейми. - Вы уже обедали где-нибудь?

– Нет. Я жду Бретта.

– А как насчет вас, дорогая? - спросила миссис Гипсон Тиффани. - Приготовить вам что-нибудь?

– Нет. Спасибо. - Тиффани покачала головой. - Думаю, что Гастингс спустится сюда с минуты на минуту. Хочу сегодня вечером показать ему город.

Сердце Джейми тревожно екнуло. Щеки вспыхнули. Ее реакция оказалась мгновенной и всепоглощающей. Джейми сжала кулаки, стараясь сохранить самообладание, хотя муки ревности терзали ее. Весь день она наблюдала, как Тиффани буквально вешалась на шею Хэзарду. Она изобретала тысячи маленьких уловок. То ей требовалась помощь Хэзарда, чтобы вытряхнуть песок из ее туфель, то притворялась, что ее испугала собака, появившаяся на берегу, то чайка, чуть не накапавшая ей на голову. Она висла на руке Хэзарда до последней минуты их пребывания на берегу, кладя голову на его плечо. Ее лицемерные ужимки казались Джейми отвратительными.

Хуже всего Джейми приходилось, когда во время съемок коммерческой рекламы Тиффани и Хэзарду нужно было целоваться. Это продолжалось бесконечно долго. Так, по крайней мере, казалось Джейми. Она отказывалась верить, что Хэзарду нравится целовать Тиффани. Какое удовольствие мог он находить в том, чтобы целовать сквернословящую женщину, дыхание которой отдает ментоловыми сигаретами? И все же его поцелуи представлялись вполне натуральными, если не сказать страстными. И потому Джейми не могла сказать, хороший он актер или просто это доставляет ему удовольствие.

Ей хотелось крикнуть ему: «Хэзард, не попадайтесь на эту удочку! Она же змея подколодная!» Но Джейми могла лишь терпеливо стоять у аппарата, терзаясь без всякой пользы, молясь о том, чтобы опыт общения с такими женщинами, как Тиффани, в портовых районах Сиэтла, Сан-Франциско и других городов научил бы его уму-разуму.

Впервые в жизни Джейми поняла, почему женщины теряют над собой контроль и цапаются, как кошки. Именно сейчас Джейми захотелось дернуть Тиффани за ее рыжий хвост и крикнуть в лицо, что она может иметь любого другого мужчину, но только не Хэзарда.

Но Джейми ни на шаг не приблизилась к Тиффани. Не в ее характере было вступать в споры. И потому она продолжала стоять около диванчика, глубоко запрятав ревность и разочарование, пока обуревавшие ее чувства немного улеглись в ее душе.

– Вы и Макдугал собираетесь отправиться в город? - хрипло произнесла Джейми. Тиффани кивнула.

– О, это очень мило, - вмешалась миссис Гипсон. - С тех пор, как он здесь, мистер Макдугал почти не выходил из дома. И я бы не сказала, что в этот раз ему было бы не интересно.

– Я знаю, - промурлыкала Тиффани. - Она уселась на спинку диванчика и принялась болтать одной ногой в воздухе. - Просто стыд какой-то, не так ли?

Миссис Гипсон с неодобрением посмотрела на ногу Тиффани и подошла ближе к Джейми.

– Я не хочу пугать вас, Джейми, но когда я была в центре города, то заглянула к Мэгги Нилсон. Это моя парикмахерша, вы знаете. И она мне кое-что рассказала.

– Да? - спросила Джейми и подумала, что же может парикмахерша в Порт-Таунсенде сообщить интересного для нее. - И что именно?

– Миссис Фишер, вы знаете, она служит в кафе на углу напротив паромной станции, ну так вот она рассказала моей парикмахерше, что в кафе сегодня заходили трое незнакомых мужчин. И они задавали всякие вопросы о Макалистер-хаусе и о мистере Макдугале.

– Да? - Джейми встревожилась и нахмурилась.

– Они были одеты как лесорубы - рубашки в клетку, джинсы, сапоги. Но все слишком чистое. Миссис Фишер сразу узнает рабочего человека. Но на этих людях была совсем новая одежда. Без единого пятнышка. Даже под ногтями не было грязи. Миссис Фишер подумала, что такие либо грабят банки, либо торгуют наркотиками.

Джейми подумала о том незваном госте, которого прогнал Хэзард. Он тоже показался Джейми каким-то странным, не просто мелким воришкой. Имел ли этот незваный гость какое-либо отношение к этим незнакомцам в кафе? Может, они пытались достать разработки Марка насчет голограммы? Но что бы Джейми ни заподозрила, она не могла делиться своими тревожными мыслями ни с миссис Гипсон, ни с Тиффани. Никто не должен знать о разработках Марка и о голограммах.

Джейми пришлось улыбнуться, хотя она чувствовала себя такой же обманщицей, как и Тиффани.

– Торговцы наркотиками? Невероятно, миссис Гипсон. А что им может понадобиться в нашем доме?

Миссис Гипсон дотронулась до булавки на своей шее, указала головой в сторону лестницы, и ее брови поползли вверх, точно она знаками передавала Джейми какое-то сообщение. Джейми не произнесла ни слова. Неужели любопытная миссис Гипсон пронюхала что-либо об управляемых голограммах в доме? Или она подозревала что-нибудь насчет наркотиков? Может, она решила, что незнакомцы из кафе продавали их кому-то в Макалистер-хаусе? Очевидно, миссис Гипсон так и решила, чем и удовольствовалась.

Джейми отважилась немного прояснить ситуацию, надеясь успокоить миссис Гипсон. Она дотронулась до руки домоправительницы и сказала:

– Миссис Гипсон, а может, это шпионы?

– Шпионы? - не торопясь спросила Тиффани. - О! Ваши друзья, Джейми? Возможно, старая любовь?

– Старая любовь? - спросил Бретт, большими шагами входя в маленькую гостиную. Рукава его просторной куртки были засучены. - Это мне нужно быть тут единственной старой любовью.

Джейми почувствовала скрытый смысл в этих словах Бретта, хотя они и были произнесены в шутку. Заметил ли Бретт ее растущее внимание к Хэзарду? Было ли это так же очевидно, как она сама ощущала?

Миссис Гипсон внимательно посмотрела вслед Бретту. Придирчивый взгляд на его спину убедил ее в том, что он употребляет наркотики.

– Добрый вечер, мистер Йохансен, - обратилась к нему миссис Гипсон.

– Привет, миссис Гипсон! Как поживаете? - И Бретт повернулся к Джейми, прежде чем миссис Гипсон успела ответить. - Готова, дорогая?

Джейми кивнула.

– А ты не выглядишь потрясающе, - заметила Тиффани. Она критически оглядела его шелковую рубашку и узкий галстук.

– Премного благодарен, Тифф.

– Куда направляетесь?

– В «Лидо». - Бретт улыбнулся, когда Тиффани взяла его за галстук и потянула к себе, заставив таким образом приблизиться к ней.

Ее нижняя губа выпятилась вперед, и ногти коснулись лица Бретта.

– Как? Без меня?

– Извини, Тиффани. Я знаю, что разрываю твое сердце на части. - Он хотел положить ей руки на плечи. Но ему это не удалось. Она отошла назад, выпустив из рук его галстук, словно заигрывая с ним.

– Очень хорошо, Бретт. Я тоже собираюсь вытащить Гастингса Макдугала куда-нибудь сегодня вечером. Возможно, встретимся где-нибудь и потанцуем.

– Идет. - Бретт поправил галстук. - Хотя я не уверен насчет Макдугала. Сейчас он над чем-то химичит в лаборатории. И, кажется, весьма увлечен этим.

– Да? - Тиффани взглянула в сторону лестницы. - Может быть, мне подняться наверх и убедить его сделать перерыв? - И она засеменила к выходу из комнаты.- Желаю повеселиться! - бросила она, полуобернувшись к присутствующим.

При этом серьги в ее ушах чуть звякнули.

Джейми заставила себя слабо улыбнуться. Она знала, что целый вечер будет гадать о том, как Тиффани проведет время с Хэзардом, и потому окажется весьма неподходящим собеседником для Бретта. Вздохнув, она взяла сумочку.

– Пошли, Джейми, - обратился к ней Бретт, направляясь к двери. - Нам следует поторопиться, чтобы не аннулировали наш заказ.

Бретт открыл перед Джейми дверь на улицу, но она остановилась на пороге.

– О, я забыла свой плащ. - Она опустила руку в сумочку и достала ключи. - Я сейчас вернусь, а ты пока прогрей мотор.

– Ладно. - Он не возражал. Возможно, чувствовал, что виноват, поскольку заставил ее так долго ждать. Джейми поспешила наверх. Ей совсем не хотелось, чтобы Тиффани слонялась по лаборатории, стряхивая пепел от сигареты на аппаратуру Марка. И ей вовсе уж не улыбалось, чтобы Тиффани увивалась за Хэзардом. Однако она совсем не знала, как удержать Тиффани и от того, и от другого.

Джейми взяла плащ из шкафа, перекинула его через руку и поспешила через холл к двери в лабораторию. Она увидела Хэзарда, сидящего перед компьютером. Рядом с клавиатурой лежал ворох бумаг. Тиффани стояла около Хэзарда, поглаживая его по груди обеими руками.

– Поедем, Гастингс, - умоляла она его. - Вы можете этим заняться завтра.

– Я не могу ждать, мисс Денэ.

– Называйте меня Тиффани. Мне очень нравится, как вы произносите мое имя. - Она наклонилась и прижалась грудью к его спине. Джейми увидела, как руки Хэзарда соскользнули с клавиатуры компьютера и опустились на его бедра.

– Тиффани, - сказал он, - я должен выполнить эту работу для Марка. Так что с вами я отправиться не могу, милая.

– Но, - она выпрямилась и тряхнула головой. - Но вы говорили…

– Я ничего вам не обещал, - заметил он. - Просто вы так приставали ко мне, что я перестал возражать. А теперь, если соблаговолите, я хотел бы продолжить работу.

– Черт! - рассердилась Тиффани. - Вы ведете себя, как Джейми. Работа, работа и только работа.

Джейми про себя улыбнулась. Хэзарда, видимо, не интересовали планы Тиффани. Не исключено, что его страстные поцелуи были всего лишь игрой. Джейми охватило удивительное чувство облегчения, когда она стояла у порога лаборатории, наблюдая эту сцену.

Но тут Тиффани изменила тактику. Она обошла Хэзарда, и неожиданно ее пальцы беспорядочно стали нажимать кнопки клавиатуры компьютера. На экране возник хаос.

– Прекратите, вы, чертова баба! - рявкнул Хэзард, схватив ее за кисти. Тиффани упала на него, игриво улыбаясь и делая вид, что хочет высвободить свои руки. Хэзард вскочил на ноги, повернулся и поднял ее руки вверх. Линия ее высокого бюста обозначилась очень резко. Какое-то мгновение он смотрел на ее соски, выпирающие из черной кружевной кофты. Тиффани засмеялась ему в лицо, наклонилась вперед, понимая, что наконец-то привлекла его внимание.

– Уж не собираетесь ли вы наказать меня теперь, голубчик? - упрекнула она его.

– Да я бы просто вздул вас, как следует! Пропала половина моей работы. Тиффани закудахтала:

– Ах, какая я плохая! - Потом прижалась к нему и сказала: - Если бы вы согласились куда-нибудь отправиться со мной, то я оставила бы вас на некоторое время в покое.

– Прямо сейчас?

– Конечно, и я буду паинькой. - Тут она встала на цыпочки и поцеловала его.

Джейми видела, как Хэзард, чуть поколебавшись, поднял руки и обхватил Тиффани. Облегчение, которое почувствовала Джейми минуту назад, уступило место холодному разочарованию и ревности. Она слишком понадеялась на Хэзарда. В конце концов, он подпал под чары Тиффани. Джейми отпрянула от двери и, спотыкаясь, спустилась в главный холл. Всю дорогу она упрекала себя, прежде всего за то, что принялась шпионить за ними, и старалась убедить себя не поддаваться своим истинным настроениям, то есть, не чувствовать себя обиженной, злой и обманутой.

9.

Обед прошел ужасно. Бретт только и говорил, что о Гастингсе Макдугале.

– Он зарегистрирован в отделе социального обеспечения или еще где-нибудь? - спросил Бретт, отпивая глоток вина. - У него есть разрешение на работу?

– Не знаю, - ответила Джейми, ковыряя салат вилкой. Этот разговор отбил у нее всякий аппетит. - Спрошу у него.

– А каким образом мы можем оплатить его труд? - Бретт взглянул через оконное стекло на залив. - Он снялся в коммерческой рекламе вчера и еще в одной сегодня на берегу. И озвучил их. Мы должны ему порядочную сумму денег.

– Бретт, разве нет иной возможности оплатить его работу? Наличными, например. Не похоже, чтобы он снимался в коммерческой рекламе регулярно. - Взгляд Джейми остановился на знакомом профиле Бретта. Высокий лоб, вздернутый нос, тонкая верхняя губа, с одной стороны чуть изогнутая. Джейми нередко думала, а не специально ли Бретт кривит губу, как это делал Элвис Пресли.

Когда она впервые встретила Бретта, то эта искривленная губа заинтересовала ее. Сардоническая усмешка как бы говорила, что Бретт знает все на свете. Когда же она познакомилась с ним получше, то поняла, что он скорее циничный и ловкий, а не умный человек. Особого удовольствия в жизни он не находил, простые, казалось бы, вещи выводили его из себя. Что бы он ни делал - играл ли в теннис, занимался ли бегом, коллекционировал ли билеты на бейсбольные матчи, работал ли - его главным стимулом было соперничество. И бизнесмен он оказался удивительно ловкий, сообразительный, пронырливый, настойчивый.

Половиной своего успеха Джейми была обязана Бретту. Она и минуты не сомневалась в том, что если бы не Бретт, она стала бы всего лишь обычным фотографом. Теперь наступило время вознаградить его, придать их отношениям постоянный характер. В качестве компаньонов они ладили хорошо. Почему бы им не поладить так же как мужу и жене? Конечно, ждать чего-либо необыкновенного от Бретта после свадьбы не приходилось. Сердечности ему не прибавится, и он не будет высказывать свои чувства на каждом шагу. Но он человек надежный, на него можно положиться.

Джейми посмотрела на Бретта. Ей следовало бы протянуть руку через стол и пожать ему руку. Сказать, что она выйдет за него замуж и проведет с ним всю оставшуюся жизнь. Она отхлебнула глоток вина и чуть не поперхнулась. Она не могла произнести этих слов. Отчужденность, возникшая между ними, стала особенно мучительной с тех пор, как в ее жизнь ворвался Хэзард. И Джейми задавала себе вопрос, могут ли логика, верность и долг сделать так, чтобы эта отчужденность исчезла.

Бретт смотрел, как паром рассекает волны, пенящиеся в заливе.

– Между прочим, на какие средства существует Макдугал?

– Точно не знаю, - ответила Джейми. Она положила руку на стол рядом со своей тарелкой. - Думаю, служит в торговом флоте.

– Ты не знаешь? - И Бретт, оторвав взгляд от окна, посмотрел на нее с упреком. - Я думал, что он старый друг вашей семьи.

– Он больше друг Марка, а не мой.

– Почему же ты ничего не говорила о нем раньше?

– Не знаю. - И Джейми уронила гренок в приправу с сыром. - Никогда об этом не думала.

– Хм… - Бретт дотронулся до ножки винного бокала. - В этом Макдугале есть что-то странное, но что - не могу сказать.

– Просто ты с самого начала взял неверный тон в отношении его. Вот и все.

Бретт сжал ножку бокала так, что пальцы его побелели.

– Кстати, а что он делал прошлой ночью в твоей комнате?

– Укреплял оконную раму. - Мочки ушей у Джейми покраснели. Но она надеялась, что Бретт этого не заметит.

Бретт внимательно посмотрел ей в лицо.

– Я не доверяю ему. Мне он не нравится. Думаю, ты должна избегать его.

Она так и намеревалась сделать. Если Хэзард принадлежит к тому типу людей, которые не могут устоять перед Тиффани, то ей и не стоит волноваться из-за него, даже думать о нем. Джейми постаралась казаться равнодушной.

– Он лишь пытался защитить мою добродетель.

– Что… от меня? Твоя добродетель его не касается. - Бретт наклонился над столом. - Мне все еще хочется как следует врезать ему по его замечательному шотландскому носу.

– Не делай этого, Бретт. Это не так важно. Поверь мне.

– Ладно, но я не хочу, чтобы он оставался в одном доме с тобой. Особенно, если ты бываешь одна. Когда я поеду в Лос-Анджелес, ты отправишься со мной, нравится тебе это или нет.

Джейми рассердилась. Ей совсем не хотелось, чтобы Бретт обращался с ней как со своей собственностью. Он привык отдавать распоряжения людям и иногда подобным образом вел себя и с Джейми. Но она уже не ребенок и не его подчиненный.

– Бретт, я не могу уехать теперь, когда Марк так болен.

– Тогда скажи Макдугалу, чтобы он убрался отсюда.

Глаза Бретта даже заблестели от гнева.

В порыве чувств Джейми отодвинула свою тарелку в сторону. Она совсем не думала, что их вечернее свидание пройдет в разговорах о Макалистере. Сегодня ей нужен был друг, который мог бы понять и разделить с ней ее заботы. Ее очень беспокоило состояние здоровья брата. Ей необходимо было обсудить этот вопрос. Она еще никогда не чувствовала себя с Бреттом столь отчужденно, как сегодня, и была огорчена из-за расхождения, которое пролегло между ними. Ей хотелось возобновить те доверенные отношения, которые были между ними, но единственным предметом их разговора стал Макалистер.

– Джейми, ты слушаешь меня?

– Да, - ответила она, хмурясь.

– Скажи ему, чтобы он убирался. Что он делает в твоем доме?

– О, - ответила она, - они с Марком трудятся над какой-то научной разработкой. - Джейми опустила глаза.

Ревность Бретта раздражала ее. Она устала. Ей хотелось поскорее добраться до дома и лечь в постель. Говорить же о Макалистере она больше не хотела. Да еще придумывать всякие лживые объяснения насчет него. Не хотелось ей и оставаться тут с Бреттом, особенно, когда он все время ходит вокруг да около. Она просто хочет лечь в постель и уснуть.

– Для Марка очень важно, чтобы он находился в доме.

– Марк. - Бретт допил вино и поставил бокал на стол. - В один прекрасный день, Джейми, тебе придется выбирать. Либо Марк, либо я. И этот день скоро наступит.

Джейми пристально посмотрела на Бретта. Он или был раздражен, или в нем говорила бесчувственность? Как он может предъявлять к ней такие требования, в то время как ее брат серьезно болен?

Позже вечером, когда они вернулись домой, Джейми заметила, что на том месте, где обычно стоял автофургончик, припарковался голубой «седан». Желая узнать, в чем дело, она, сняв плащ, позвала миссис Гипсон. Бретт повесил ее плащ на вешалку.

Миссис Гипсон появилась из кухни с журналом в руках.

– Я слушаю вас, дорогая?

– У нас гости?

– Какой-то человек приехал поговорить с вашим братом. Я просила его не беспокоить, но этот человек очень настаивал. Сказал, что у него для Марка важные новости.

– Он назвал себя?

– Его зовут Ллойд Эванс. Вам знакомо его имя?

Джейми где-то слышала его, но вспомнить не могла.

Миссис Гипсон нервно теребила в руках журнал.

– Марк сказал, что все в порядке.

– Марк всегда так говорит, вы же знаете. - Джейми нахмурилась и бросила взгляд на лестницу. - Пойду наверх и скажу этому человеку, чтобы он уходил. Марку нужен покой. Его нельзя беспокоить в такое позднее время. - Она посмотрела на свои ручные часики. - О, почти девять часов.

– Извините, дорогая. Я не должна была впускать его в дом, - сказала миссис Гипсон.

Бретт сунул голову в маленькую пустынную гостиную.

– Где все? - поинтересовался он. Миссис Гипсон была рада переменить тему разговора.

– О, все отправились в центр города. В джаз-клуб. Все, кроме мистера Макдугала. Он вышел прогуляться.

На этот раз отсутствие Макдугала было приятным сюрпризом. Хэзард вышел из дома один, без Тиффани? Неужели он все-таки устоял перед ней? Однако у Джейми не было времени раздумывать об этом, она поспешила наверх, зная, что Бретт идет вслед за ней. Уже достигнув последней ступеньки, она услышала голоса, раздающиеся из комнаты Марка. Один из них принадлежал Марку, в голосе же другого слышалось какое-то настойчивое нытье. Джейми подошла к приоткрытой двери и остановилась у порога.

– Вы сумасшедший, Кент, - говорил незнакомец. - Все это лишь пустая трата времени, никчемное занятие.

– Это мое решение, - ответил Марк.

– Послушайте, им хорошо известна ваша история болезни. Если вы ничего мне не сообщите, то все ваши труды просто пропадут.

– Эванс, есть вещи, которые лучше утратить, чем отдать их в руки ненадежных людей.

– Что вы имеете в виду? Какого рода вещи? Я также имею к ним кое-какое отношение, вы же знаете. И потом, не только эта разработка ваше любимое детище.

Марк закашлялся.

– Если вам известно так много, то вам нет во мне нужды. Не правда ли, Эванс? Но я вам нужен. Потому что разработка голограммы мое любимое детище. Так было всегда и будет до конца моих дней.

– Но подумайте, Кент. Десять миллионов.

– Знаете, в данном случае деньги для меня ничего не значат. Понимаете, что я имею в виду?

Джейми похолодела от страха. Что имел в. виду Марк? Он скрывает свою истинную болезнь? Он смертельно болен? Чтобы унять дрожь в коленях, Джейми оперлась рукой о косяк. Бретт, который шел следом за ней, заглянул через ее плечо в комнату, чтобы узнать, кому принадлежат голоса. Он постучал рукой о косяк.

– Марк, - позвал он, - у вас все в порядке?

И Бретт, не ожидая ответа, проскользнул в комнату Марка. Джейми, все еще не придя в себя, вошла за ним. Она узнала хозяина жалобного, ноющего голоса. Это был коллега Марка по научным разработкам.

– Этот человек побеспокоил вас? - спросил Бретт.

– Да нет. Он привез лекарства из больницы, - растягивая слова, ответил Марк. - Джейми, Бретт, - это Ллойд Эванс, мой бывший коллега.

Эванс лишь наклонил голову, явно недовольный неожиданным вмешательством.

– Пытаюсь заставить Марка рассуждать здраво, - сказал он. - Он может получить кучу денег, если будет поступать правильно.

Бретт скривил губы.

– Марк не интересуется тем, чтобы «делать» деньги, он только тратит их… если это деньги его сестры. - Он подошел к ним ближе. - Какова сумма сделки? Я случайно услышал, что вы сказали «десять миллионов».

– Ах! Наконец-то появился человек в здравом уме. - И Ллойд Эванс, сияя улыбкой, повернулся к Бретту. Джейми в замешательстве посмотрела сначала на Бретта, потом на своего брата, который с гневом в глазах слушал разговор двух мужчин.

– Джейми, уведи его отсюда, - пробормотал он.

Она преградила дорогу Ллойду Эвансу, когда тот попытался подойти к Бретту.

– Эта научная разработка принесет Марку состояние и славу, если он…

– Одну секунду, мистер Эванс, - прервала его Джейми, - если вы хотите обсуждать дела, то вам необходимо говорить с Марком. Но сегодня вечером он не в состоянии беседовать с кем-либо.

– Ты не желаешь узнать, каким образом можно заработать десять миллионов? - спросил Бретт, не веря своим ушам.

Джейми покачала головой.

– Марк сказал «нет». Значит, так тому и быть. Теперь же, с вашего разрешения, мистер Эванс, я провожу вас до автомобиля.

Эванс нахмурился и наклонился к Марку.

– Предупреждаю вас, Кент, так или иначе, но они получат научную разработку голограмм. Либо вы выиграете от этого, либо понесете огромные потери. Слово за вами.

– Кто это «они»? - спросил Бретт. - Что это за научная разработка, которая оценивается в десять миллионов?

У Джейми упало сердце. Бретт будет умирать от любопытства, если не узнает, в чем тут дело. И пока не добьется своего, превратит и ее жизнь, и жизнь Марка в пытку, изыскивая возможность извлечь выгоду из сулящего деньги предприятия.

И Джейми, проклиная Бретта за его пронырливость, выпроводила Эванса из комнаты. Бретт последовал за ним, беспрерывно задавая вопросы Эвансу.

– Что это за научная разработка, которой он занимается?

– Разработка голограмм, - ответил Эванс. - Что-то такое, что создает трехмерные предметы, которые обладают реальной массой. У нас с ним эта идея появилась еще лет пять назад, когда мы работали вместе.

Джейми, скрестив руки на груди, заметила:

– Мистер Эванс, эта разработка имеет отношение только к моему брату, Уходите, пожалуйста.

Бретт взял Эванса за рукав.

– Минутку. Кто хочет получить эту научную разработку?

– А вы как думаете?

– Дядя Сэм?

– Возможно.

Бретт прищурился.

– Зачем? Для какой цели?

– Голограмма, подобная той, которую разрабатывали Марк и я, может выполнять задачи, непосильные для человеческого существа. Голограммы можно будет посылать для исследования других планет. Они могут быть слугами, освободив человеку время для больших свершений.

– Вот даже как? - глаза Бретта загорелись, его лицо осветилось надеждой на потенциальную выгоду. Джейми был хорошо знаком этот вид Бретта, когда его увлекала какая-нибудь рискованная деловая авантюра. Но Джейми должна была выдворить Эванса из дома, чтобы Бретт больше не приставал к нему с расспросами. Сейчас она просто не знала, что ей делать. Оставалось лишь применить к Эвансу физическую силу. И все же почти все самое плохое произошло. Бретт узнал о научных разработках, касающихся голограмм. Секрет раскрылся.

– Ну, не только для столь благородных целей правительство хочет получить научную разработку Марка, - вмешалась Джейми.

– Что вы имеете в виду, мисс Кент?

– Голограммы могут стать на войне абсолютным оружием. Непобедимым солдатом. Разве я не права?

Эванс впился в нее взглядом. Затем выражение его лица смягчилось.

– Будь, что будет, но Кент украл идею и разработал ее самостоятельно. А теперь пытается избавиться от меня. Я могу обратиться в суд.

– Марк никогда ничего ни у кого не воровал. - Губы Джейми были крепко сжаты, когда она повернулась в сторону Бретта. - Бретт, проводи этого человека до двери.

– Подожди минутку, дорогая. - И Бретт чуть отстранил ее рукой.

Джейми медленно подошла к двери и распахнула ее. Холодный ветер дохнул на нее, но она не почувствовала его, хотя и была легко одета.

– Убирайтесь, мистер Эванс. Сейчас же.

Тот снисходительно улыбнулся, зная, что имеет слушателя в лице Бретта и ему не грозит опасность быть выброшенным из дома женщиной.

– Джейми, я просил подождать лишь минуту, - и Бретт сердито посмотрел на нее.

Эванс не обратил внимания на распахнутую перед ним дверь и повернулся к Бретту.

– Как я уже говорил Марку, он может извлечь выгоду из нашего изобретения. Но если он умрет, прежде чем разрешит кому-либо…

– Мистер Эванс! - закричала Джейми. - Убирайтесь!

Неожиданно в проеме двери возникла темная фигура. И из темноты прогремел голос:

– Делайте, что вам сказано.

Хэзард ступил в залитое светом пространство. Джейми никогда в жизни так не радовалась встрече с другим человеком. Она получила огромное удовлетворение, наблюдая, как Ллойд Эванс обернулся на звук голоса Хэзарда и узрел высокого мужчину. Сначала на его лице отразилось удивление, потом страх. Видимо, он осознал, что для Хэзарда не составит труда поднять его на воздух и вышвырнуть из дома. Теперь уже Эванс имел дело не с маленькой женщиной чуть более сорока пяти килограммов весом. Перед ним стоял гигант, который вовсе не был настроен к нему дружелюбно.

– Хорошо, хорошо. - И Эванс поднял руки в знак подчинения. - Я ухожу. Но если вы измените свое решение, то дайте мне знать. - И он протянул свою визитную карточку Бретту.

– Отдай ее обратно, Бретт, - потребовала Джейми.

– Что? - Бретт скептически засмеялся.

– Отдай ее обратно!

Бретт посмотрел сначала на Джейми, потом на Хэзарда, он медлил.

– Отдайте этому человеку его визитную карточку, - повторил Хэзард, приближаясь к Бретту.

Бретт сунул руку в карман.

– Ну, у нас свободная страна.

– Но вы не хозяин этого дома. Хозяйка здесь Джейми. Так что отдайте этому джентльмену его визитную карточку, чтобы он мог удалиться.

Бретт вложил визитную карточку в протянутую руку, раздраженно хмыкнув при этом. Ему вовсе не улыбалось расплачиваться за отказ подчиниться долговязому шотландцу.

Хэзард пристально поглядел на Эванса и кивком указал ему на дверь.

– Теперь выметайтесь. - И тот, подняв воротник пальто, заспешил прочь. Джейми захлопнула за ним дверь. Потом она повернулась к Бретту, ее щеки пылали от гнева.

– Ты просто негодяй, Бретт! - закричала она.

Бретт поднял руки.

– Подожди минуту. Я только хотел заключить выгодную сделку.

– Тебя это не касается.

– Джейми, дорогая! Я пытался соблюсти твои интересы. И как можно лучше. Десять миллионов. Подумай только, как ты сможешь ими распорядиться.

– Плевать я на них хотела. - Джейми была очень сердита. Она даже боялась, что жилка на ее виске вот-вот лопнет.

– Как ты мог, Бретт? Откуда у тебя столько наглости?

– Послушай, Джейми. Моя наглость сделала из тебя стоящего фотографа. Если бы я каждый раз слушал твои возражения насчет контрактов или переживаний клиентов, то мы бы не владели лучшей фотостудией в Лос-Анджелесе, а снимали бы только сопливых ребятишек в универмагах.

Джейми смотрела на него, пораженная взрывом его злобных чувств.

– И не смотри на меня, Джейми, точно я какое-то чудовище. Я бизнесмен. Бизнес требует определенной безжалостности. А если ты просто мокрая курица, то, может, тебе лучше выйти из дела. - И он ударил рукой по своей шее. - А я сыт по горло твоими переживаниями и обидами насчет твоего нахлебника-брата. - Затем он ткнул пальцем в сторону Хэзарда. - И еще этот твой друг семьи здесь.

Джейми точно окаменела.

Бретт большими шагами подошел к лестнице и положил руку на перила. Затем обернулся.

– Вот как меня отблагодарили за помощь, которую я хотел оказать твоему брату, и ты…

– И ты, стоя на этом месте, утверждаешь, что, как честный человек, пытался помочь Марку? - спросила Джейми задыхающимся от гнева голосом.

– Точно!

Хэзард подошел к лестнице. Он был выше Бретта, хотя тот стоял на второй ступеньке.

– Честный? - спросил Хэзард. - С таким же успехом можно утверждать, что я ваш брат. Но и то, и другое просто ложь.

Хэзард проскользнул мимо Бретта и большими шагами направился в кухню. Джейми готова была ударить Бретта. Это даже испугало ее. Она заставила себя стоять у лестницы и смотрела вслед Бретту, медленно поднимающемуся на второй этаж, Потом она и сама поднялась по лестнице, поспешив в комнату Марка. Увидев ее, он удивленно приподнялся и сел на постели.

– Почему же ты не говорил мне? - воскликнула она.

– О чем?

Джейми хлопнула дверью и подошла к Марку.

– Почему же ты не говорил мне, Марк? Что с тобой стряслось?

– Как утверждают врачи, у меня пневмония, - Марк пожал плечами.

Джейми так уставилась на Марка, словно пыталась вытянуть из него правду.

– Ллойд Эванс, видимо, полагает, что все обстоит куда серьезнее. И что ты сказал ему… насчет денег, которые болыпе для тебя ничего не значат. Ты действительно болен. Так ведь? И не хочешь, чтобы я об этом знала.

– Джейми, - сказал Марк, пытаясь дотянуться до нее. Но она отошла назад, сердясь, что он не доверял ей. Марк со вздохом опустился на подушки.

– Послушай, детка. Ты делаешь из мухи слона. У меня пневмония. Я ослаб. Меня лихорадит. Вот и все.

– Однако Эванс упомянул о твоей истории болезни. Почему?

– Кто знает? - Марк опять пожал плечами. - Возможно, он узнал больше, чем следовало.

Но Марк, когда говорил, не смотрел Джейми в глаза, вселив в нее тягостное подозрение, что все это неправда.

– Марк, ведь ты сказал бы мне, если бы действительно был серьезно болен. Не так ли? Я имею в виду, если бы ты был опасно болен? - Она вспомнила о его гемофилии, неоднократных переливаниях крови, чему сопутствовали ее страхи, не схватил ли он СПИД, еще до того, как был сделан тщательный анализ крови.

– Марк, ты ведь сказал бы мне?

– Конечно, детка. - Он посмотрел на нее и слабо улыбнулся. - А теперь дай мне немного поспать.

10.

Джейми сидела в маленькой гостиной, просматривая смонтированную видеоленту. Иногда ночью она спускалась сюда, чтобы поработать. Сейчас она была слишком обеспокоена состоянием здоровья Марка и слишком сердита на Бретта, чтобы спокойно уснуть. И потому ре-шила, что нет худа без добра. Уж лучше ей заняться монтажом коммерческой рекламы. В половине второго ночи она обозревала на экране результаты своей работы.

В маленькой гостиной было темно. Светился лишь телеэкран, где Хэзард и Тиффани обнимались и целовались. Какой воздушной выглядела Тиффани, когда Хэзард поднял ее и поцеловал. Как красиво они соединились в объятии. Тиффани казалась на экране такой хрупкой и эфемерной, что неудивительно, почему Хэзард нашел ее столь желанной.

Джейми, не отрываясь, смотрела на экран, борясь с желанием, которое в ней пробуждалось. Ни один мужчина никогда так не целовал ее. У Хэзарда был страстный, волевой и требовательный рот. Единственный мужчина, который целовал Джейми, был Бретт. Он быстро чмокал ее или же просто облизывал мокрым языком, когда напивался. Его губы никогда не возбуждали ее, ничего от нее не требовали. Джейми со щелканьем выключила телевизор, будучи не в состоянии смотреть на эту парочку. Телевизионный экран еще светился в темноте, когда она услышала чьи-то шаги на лестнице. Она обернулась, чтобы посмотреть, кто это. Хэзард пересек главный холл и остановился в дверях. Его высокая фигура всегда впечатляла ее. В этот раз ее охватила нервная дрожь. Она перестала думать о нем, как о привидении или голограмме. Она начала видеть в нем мужчину, снимавшегося в коммерческой рекламе, очень реального и очень мужественного.

– Привет, - отважилась произнести она, стараясь казаться спокойной.

– Джейми, милочка, - сказал Хэзард, неторопливо переступив порог. - Что вы тут делаете в темноте?

– Смотрела телевизор. - Она зажгла лампу, стоявшую на столе, и взглянула на его лицо, отливавшее в темноте золотом. - Хэзард, вам не следует выходить в город так часто.

– Почему же?

– Если с вами что-то случиться до того, как Марк сможет заняться с вами, он будет разорен.

Хэзард приблизился к камину.

– Но у меня есть дела.

– Какие дела могут быть в городе у столетнего привидения?

– Множество дел. Я хочу узнать, кто убил Нелле.

– После того, как прошло столько лет?

– В этом и состоит проблема. Я вполне допускаю, что никакого следа не осталось ни от нее, ни от меня. Никакого! Точно мы никогда не существовали. - Он наклонился к огню. - Я отдал этому городу всего себя, Джейми. Шотландец ничего не делает наполовину. И после всех усилий, трудов, мечтаний не осталось ничего. - Он прислонился к каминной доске. - Знаете, что теперь находится в здании конторы Макалистера? Не процветающая судовая компания, а какой-то комбинат бытового обслуживания. Что это еще такое?

– Место, где вы можете выстирать свое белье.

– Вот для чего используют прекрасное здание, - заметил он с саркастической улыбкой. - А библиотека, которую я построил для города? Уж она-то, я думал, останется как свидетельство моего дара обществу. Но она теперь называется как-то иначе, без какого-либо упоминания имени Макалистера. Это горькая пилюля, милочка, горькая пилюля.

– Ну, по крайней мере, есть этот дом. Он называется Макалистер-хаус. И, право, это очень известный дом.

– Ну да. Из-за привидения убийцы. - Он нахмурился и выпрямился. - И Нелле, бедняжка Нелле Макмарри. Все, что от нее осталось, так это могильная плита на старом кладбище. И никого, кто бы оплакал ее смерть или же носил ее имя.

Джейми увидела, как Хэзард взлохматил свои волосы. Сейчас она чувствовала себя с ним совсем свободно, так что могла задавать вопросы о Нелле. Она села на диванчик у дальнего конца стола.

– Вы говорили, что я похожа на Нелле. Как она выглядела?

Лицо Хэзарда тут же прояснилось.

– О, она была очень красива. Мечта шотландца. Белоснежная кожа, волосы цвета меда, глаза, словно изумруды. Я полюбил ее в тот же миг, как увидел.

– А где вы встретили ее?

– Она плыла в Порт-Таунсенд на моем корабле «Феникс». Возвращалась из Бостона, где проучилась несколько лет. Ей хотелось основать школу для девочек.

– Значит, она была вашей пассажиркой?

– Да. Мы сразу почувствовали друг в друге родственные души. Плавание из Сан-Франциско в Порт-Таунсенд показалось мне очень коротким. Я влюбился без памяти! Теперь я понимаю, что никогда не был так счастлив.

– Но что же произошло?

– Когда мы прибыли в Порт-Таунсенд, она сказала, что я не могу встречаться с ней.

– Почему?

– У нее была договоренность с Ричардом Вейтом, важной «шишкой» в городе. Они и раньше знали друг друга, еще до того, как она уехала из Порт-Таунсенда, они переписывались долгие годы. - Хэзард сунул руки в карманы и медленно прошелся по комнате. - Она сказала, что сначала должна честно и благородно расстаться с ним, а уж потом я могу ухаживать за ней. - Он помолчал и сел рядом с Джейми.

– И Вейту такое не совсем понравилось?

– Это мягко сказано, Джейми. Когда он узнал, что тут замешан презренный шотландец, то ему понравилось это еще меньше. Клянусь, он терпеть меня не мог. Я сам себе пробил дорогу в жизни, и Вейту пришлось не по нраву, что я отбираю у него не только его доход, но и его невесту. Однако Нелле не была его невестой. Беда заключалась в том, что его глупой голове этого было не понять.

– Что же он предпринял?

– Ах! - И Хэзард поднял руку. - Стал угрожать ей. Пытался откупиться от меня. Никак не хотел соглашаться с отказом. Сделал жизнь Нелле невыносимой. Она не могла достать денег, чтобы основать школу. Вейт позаботился об этом.

– Как злой колдун. Хэзард мрачно улыбнулся.

– Да. Злой колдун. Он никогда мне не нравился. А когда я увидел, как он обошелся с Нелле, то решил взять все в свои руки.

– И что же вы сделали? - спросила Джейми, наклонившись вперед, заинтересованная его рассказом.

– Ничего, Джейми, милочка. У меня никогда не было такой возможности.

– Потому что вы уже умерли?

Хэзард пожал своими широкими плечами.

– Насколько мне известно.

– Ричард Вейт убил вас!

– Возможно. Но почему он убил Нелле и Билла?

– Не знаю. - Джейми подумала немного, потом спросила: - Завоевать женщину, чтобы потом ее убить?

– Да-а, - прозвучал в тишине его голос. Глаза их встретились. Получалось, что Хэзард стал жертвой клеветы. В противном же случае ему пришлось бы здорово поломать голову, придумывая все эти россказни.

Джейми опустила глаза.

– Придется мне заняться кое-какими разысканиями, - отважилась произнести она, - чтобы найти доказательства в поддержку этого нового предположения.

– Так значит, вы начинаете верить мне?

– Я бы так однозначно не утверждала… - прервала его Джейми.

– Но где-то в вашей душе теплится эта мысль, милочка? Что в конце-то концов, я не лжец и не убийца. - Он усмехнулся. - И еще подумайте о том, что сейчас вы сидите рядом со мной, не опасаясь за свою жизнь.

– Не совсем… - когда она поднялась с места, Хэзард левой рукой обнял ее за талию.

– Сядьте, милочка. Пожалуйста, сядьте. - И он осторожно посадил ее на прежнее место. - Вы ведь начали доверять мне. Не так ли? Столь выдающееся событие необходимо отметить. - Он вскочил на ноги. - Найдется ли у вас в буфете что-нибудь выпить?

– Думаю, что там есть немного вина.

– Отлично.

– Еще есть немного замороженного шампанского в морозилке. - Когда он вопросительно посмотрел на нее, она пояснила: - Это в холодильнике. - Хэзард кивнул и жестом попросил ее оставаться на месте. Большими шагами он вышел из комнаты и вернулся вскоре с бутылкой вина, купленной Бреттом. Джейми почувствовала своего рода удовольствие, что вино наливал Хэзард, а не Бретт.

Хэзард передал ей бокал и, взяв себе другой, произнес:

– За пустошь и за холм, за вереск и за шотландский берег…

Джейми улыбнулась, слушая его, и подняла свой бокал, чтобы чокнуться с ним, но он отступил.

– И еще за милую девушку, которая знает, что я не лгу, что я никого не убивал. Джейми улыбнулась.

– И еще за шотландца, чары которого столь велики, что он может заставить меня поверить в старинные фокусы.

– Ах, милочка, вы задели меня за живое, - воскликнул Хэзард. Но видно было, что этот импровизированный тост обрадовал его. Он с удовольствием чокнулся с ней, отпил глоток вина, не сводя с нее глаз, в которых буквально плясало веселье.

Джейми отвернулась. Его магнетический взгляд смутил ее.

– Хотелось бы… хотелось бы вам посмотреть видеокассету с вашей коммерческой рекламой? - неуверенно спросила она.

– Что такое видеокассета?

– Ну… это вроде бы пачка фотографий, расположенных в ряд, одна за другой. Вот, посмотрите сами. - И она нажала на кнопку дистанционного управления.

– Я смонтировала кадры. Но это еще не все. Окончательный монтаж будет сделан в Лос-Анджелесе.

Хэзард прихлебывал вино и смотрел на экран телевизора. А Джейми наблюдала за ним. Его лицо преисполнилось какого-то благоговейного страха, когда он увидел себя, большими шагами приближающегося к лестнице и обнимающего Тиффани.

– Это выглядит чертовски реально! - воскликнул он в изумлении.

Джейми засмеялась и кивнула. На экране опять возникла сцена с поцелуем. Она поймала себя на том, что с волнением переживает этот момент: сердце ее билось как сумасшедшее.

– А, вы могли бы подумать, что я и правда страдаю по этой женщине, - прокомментировал увиденное Хэзард, указывая в сторону телевизора.

– Да, - ответила Джейми. - Вы ведете себя, как актер. Изображение расплылось, кассета кончилась.

– Можно посмотреть еще раз?

– Подождите. Есть еще одна кассета, это когда мы снимали на берегу.

Джейми перемотала кассету.

– Замечательно. Быть человеком девяностых годов просто замечательно.

Джейми поставила вторую кассету и в молчании смотрела на экран, где один кадр сменялся другим. И вот, наконец, финальный кадр. Опять поцелуи, объятия, и ветер раздувает их волосы. Джейми выключила звук у телевизора и включила радио. Тихая джазовая мелодия наполнила комнату. Джейми прислонилась к спинке диванчика и тоже стала прихлебывать вино, надеясь, что алкоголь поможет ей немного расслабиться.

– Интересно, знает ли Тиффани, что целует привидение, - пробормотала в раздумье Джейми.

Хэзард поставил пустой бокал на поднос.

– Не думаю, чтобы она могла даже допустить такую мысль.

– Вы считаете, что она не может почувствовать разницу между голограммой и живым человеком?

– Да. Ей это нравится. - Хэзард повернулся к Джейми и остановил взгляд на ней. Потом перевел взгляд на ее волосы, нос, губы. Джейми ощутила легкий трепет, точно он слегка прикоснулся к ней.

– Да, и я тоже не чувствую разницы, Джейми. Я испытываю все ощущения живого человека.

– О? - И по спине Джейми пробежали мурашки.

– Интересно, а вы бы почувствовали разницу?

Какое- то мгновение она смотрела на него, шокированная скрытым в его словах смыслом. Он что? Ждет, что она поцелует его? Считает, что каждая женщина готова броситься ему на шею?

Джейми, вспыхнув, медленно поднялась с места.

– Что вы сказали? - спросила она прерывающимся голосом.

Хэзард тоже встал и выпрямился во весь рост. Охваченная волнением, она подняла на него глаза, пренебрегая внутренним голосом, побуждающим ее повиноваться и поцеловать его, хотя ей самой очень хотелось этого. Но лишь глупцы поддаются таким порывам. Кроме того, она не была уверена, подействовало ли на нее таким образом вино или же это ее сознательный выбор.

– Вы знаете, что я имею в виду, Джейми, - низкий голос Хэзарда звучал удивительно задушевно.

Джейми немного отошла назад и сказала:

– Я не очень-то верю, чтобы поцелуй мог много сказать о мужчине в том или ином отношении.

– Значит, вы не так уж много целовали мужчин, если не заметили разницы.

– Как поется в песне, - ответила она, пытаясь скрыть растерянность с помощью остроумной догадки, - поцелуй всего лишь поцелуй. - Джейми повернулась, чтобы уйти, но Хэзард решительно взял ее за локоть.

– Песня лжет, милая Джейми. Поцелуй ничего не значит, если у вас нет никаких чувств к человеку.

– Вы имеете в виду ваши поцелуи с Тиффани? - спросила Джейми ледяным тоном, чувствуя, как Хэзард все крепче сжимает ее локоть.

– Всего лишь игра с Тиффани.

– Следовательно, поцелуи - часть игры?

– Иногда. Но вы можете понять, когда поцелуй настоящий. - Он смерил ее горящим взглядом, и у Джейми перехватило дыхание.

– Но Тиффани считает эти поцелуи настоящими.

– Она хочет, чтобы они были такими. Но это не тот случай, если вы понимаете, что я хочу сказать.

Хэзард посмотрел на губы Джейми, а потом прямо в глаза. Она стояла, не шевелясь, загипнотизированная близостью его тела.

– Джейми, я видел ваши работы, ваших «настоящих» людей. Вы понимаете, что такое реальность, а что нет. Вы видите самую суть вещей…

Джейми изумленно посмотрела на него. Еще никто и никогда так не хвалил ее.

– Поэтому я прошу вас, милочка, подтвердите истинность моего присутствия. Лишь одна вы можете это засвидетельствовать. - Он взял ее за руку, которая утонула в его ладони, и поднес к своей щеке, как раз к тому месту, коснуться которого так хотела Джейми. Его голубые глаза, словно искры лазурита, ярко блестели.

– Дотроньтесь до меня, Джейми, - прошептал он. - Скажите мне, кто я. Реальный мужчина или забытый призрак.

Его взгляд приковал ее к месту. Препятствовать ему она не могла. Его слова звучали скорее, как приказ, а не просьба. Нерешительно она провела ладонью по его подбородку, потом по щеке. Кожа была теплой, живой. На щеках выступил румянец, когда ее пальцы дотронулись до его губ. Глаза, не отрываясь, смотрели на нее. Джейми с сильно бьющимся сердцем продолжала гладить его лицо: от линии, как бы разделяющей подбородок, к мощной шее.

Джейми задержала руку, коснувшись его свитера, и, опустив глаза, увидела как Хэзард взял ее руку и приложил к своей груди. Закрыв глаза, она прижала обе руки к его груди и почувствовала, что она то опускается, то поднимается так же быстро, как ее собственная грудь. Почти перестав противиться самой себе, Джейми провела рукой по его торсу, следуя изгибам тела. Хэзард коснулся склоненной русой головы и прошептал ее имя. Его вибрирующий бархатный голос смел ее последние попытки сопротивления.

Джейми больше не могла подавлять свое желание. Ей хотелось обнимать его, гладить его волосы, спину, плечи. Ей хотелось, чтобы его губы прижались к ее губам, а его глаза закрылись в сладостном забвении поцелуя.

В одно мгновение руки Джейми обвились вокруг его шеи. И когда она посмотрела в его глаза, он стиснул ее плечи и прижал к своей груди. Ее голова отклонилась назад, а его рот прижался к ее рту, требуя страстного поцелуя.

Хэзард обнимал ее и прижимал к своему сильному крепкому телу, лаская ее спину и волосы. Джейми встала на цыпочки, поддерживаемая на весу его объятием.

– Ах, Джейми, - прошептал он, когда их поцелуй наконец кончился. - Разве вы не можете сказать, что я человек?

– Хэзард, - едва выдохнула она. Ее колени дрожали, сердце бешено колотилось. Бретт никогда так не волновал ее. Она откинула голову и пристально посмотрела на Хэзарда, полная смущения и желания. Она хотела целовать его, ласкать его тело, обжигать поцелуями. Но Хэзард был привидением. И она не должна забывать этого.

– Джейми, - еле внятно прошептал он опять, целуя ее. Он был настойчив и жаден, целуя ее губы. Его язык погрузился в ее рот, быстро обводя ее зубы и язык, точно желая попробовать ее на вкус. Джейми постанывала у него на груди, будучи не в состоянии противостоять его стремительному натиску и собственному исступленному желанию.

– Хэзард! - воскликнула она, отстраняясь от него. - Хэзард, я не могу…

– Вы не можете сказать, Джейми? Не можете? - спросил он, впиваясь в нее глазами.

– Нет, но…

– Это же не игра. С вами - нет.

Его слова поразили ее. Что он чувствует к ней? Или же он просто хочет завоевать ее симпатию и получить какую-то поддержку? Или же полагает, что целует Нелле? Джейми оттолкнула его. Ей следовало убежать, пока с его поцелуями не исчезли ее последние сомнения, пока она вообще еще в состоянии что-то понимать. Но губы и руки Хэзарда лишили ее свободы. Его губы она чувствовала везде - на своих губах, щеках, веках, шее. Его руки тоже были везде - в ее волосах, на ее спине. Джейми никогда не встречала такую силу, такой натиск. Она закрыла глаза, побежденная страстью. Дрожь восторга охватывала ее всякий раз, когда его губы прикасались к ее коже, а желание клокотало все сильнее, когда его руки ласкали ее. Возможно, Хэзард и был прав, когда говорил о поцелуях.

Желание все разгоралось в ней, заставляя забыть о добродетельности. Она жаждала его губ, его плоти. Джейми прижалась грудью к его свитеру. Сквозь грубую шерсть она чувствовала жар его тела. Он целовал ее шею, заставляя чуть отклониться назад в его объятиях, чтобы целовать ее у выреза платья. Его правая рука скользнула по ее ребру и легла ей на грудь, большой палец коснулся соска. Он стал твердым, а клокочущее внутри нее желание пронзило ее с такой силой, что она застонала.

– Ах, милая…- воскликнул Хэзард прерывистым от страсти голосом. Он не договорил, крепче прижав ее к себе. Его жаркое и учащенное дыхание коснулось ее шеи. Она ощущала каждую клеточку его тела. Желание, клокотавшее внутри нее, заставляло ее громко стонать.

– Милочка, я больше не могу!… - прошептал он ей в ухо. Его голос показался ей словно раскат грома.

– О, не надо! - хрипло произнесла она. Джейми прижала свои ладони к его груди и слегка оттолкнула его. Но она проигрывала сражение, подпав под его чары. Если он поцелует ее еще раз, то она полностью подчинится ему. Ее пальцы коснулись его щек и рыжеватых шелковистых волос. Но тут она вспомнила, какой опасной силой обладает этот мужчина, стоящий, как натянутая струна в ее объятиях. Если Хэзард мог швырнуть Бретта через всю комнату, то что-то подобное может произойти и с ней. Если он хочет иметь ее, то она не в силах будет остановить его. Сопротивление окажется бесполезным. Правда, она вовсе не была уверена, что захочет сопротивляться.

Трепеща, она опять прижалась к нему. Что она делает? Неужели она потеряла над собой контроль? Вероятно, такие же слова Хэзард говорил и Тиффани. Она боялась даже представить себе, что Тиффани могла проделывать с Хэзардом.

Ну, она- то не Тиффани. И не Нелле. И она не собирается так быстро уступать Хэзарду. Джейми пришла в ужас от того, что утратила контроль над собой, она оттолкнула его, когда он наклонился поцеловать ее еще раз.

– Нет, Хэзард! - Джейми вырвалась из его объятий, испуганная собственной слабостью и силой его обольщения. - Я не могу! - Она должна уйти. Уйти от Хэзарда и не возвращаться.

Хэзард позволил ей удалиться от него на расстояние вытянутой руки, однако не отпуская ее совсем.

– Вы избегаете меня, - выдохнул он. - Почему?

Джейми попыталась привести свою одежду в порядок.

– Потому! - воскликнула она. - Пожалуйста, Хэзард, разрешите мне уйти. Со вздохом он отпустил ее.

– Я опять напугал вас, милочка? - тихо спросил он, взъерошив свои волосы. Джейми посмотрела на него. Его точно лихорадило. Глаза блестели. Лицо горело от неутоленного желания.

– Не знаю, что нашло на меня, Хэзард. Я не должна была так вести себя с вами.

– Потому что я не реальный человек. - Горечь в его словах заставила ее опустить голову. - Но чувства, которые я испытываю к вам, это же чувства реального человека. Не так ли?

– Я вообще не должна была разрешать вам целовать себя.

– Почему? Разве это преступление?

– Потому что я связана своего рода обещанием с одним человеком.

– Связаны обещанием?

– Почти помолвлена.

– Помолвлена? - взвыл от изумления Хэзард. - Не с этим ли типом Бреттом? - Когда она кивнула, то Хэзард воззрился на нее почти в бешенстве. - Вы это серьезно?

Она покраснела до корней волос.

– Я знаю Бретта много лет, гораздо дольше, чем вас.

– Но ведь вы не любите его!

Джейми расправила плечи.

– Думаю, что вас это не касается, мистер Макалистер.

Он помрачнел.

– Вы не можете любить этого человека и целовать меня так, как целовали вы. Вы же просто умираете от желания, милочка. Все ясно, как Божий день.

– Это вы умираете от желания. Это вас обуревает столетней давности либидо.

– Столетней давности что?

– Либидо. Сексуальная озабоченность.

– Значит, я старый распутник. Да? - И он скептически посмотрел на нее. - Таким вы считаете меня?

– Да. Вы ведь сказали, что я похожа на Нелле. И, вероятно, все время воображали, будто я - это она.

Джейми отвернулась от Хэзарда. Она не могла смотреть на оскорбленное выражение его лица.

– Все обстоит куда более серьезно, милочка. Куда более серьезно. - И поскольку она направилась к двери, он пошел вслед за ней. - Вы знаете, что я имею в виду, Джейми. Мы ведь как два магнита, нас тянет друг к другу.

В дверях она обернулась.

– Макалистер, ваша присказка стара, как мир.

Он скрестил руки на груди.

– Джейми, это не присказка. В вас есть что-то, что задело меня вот тут. - И он кулаком указал на свое сердце. - Что-то родственное моей душе. Клянусь, я знаю вас. Тем или иным образом, но я всегда знал вас.

Джейми изумленно посмотрела на него. В его словах было какое-то опасное созвучие тому, что она сама чувствовала к нему.

– Как вы могли знать меня? - пробормотала она.

– Я не знал вас, Джейми. Просто такое чувство возникло у меня.

– Одно из этих внутренних чувств?

– Да.

Джейми протянула руку к двери и распахнула ее.

– Хэзард, я уже и раньше говорила вам, что не очень-то доверяю внутренним чувствам.

11.

Джейми вбежала в свою комнату. Раздеваясь, она вспомнила, как руки Хэзарда ласкали ее. Она никогда болыпе не должна разрешать ему целовать себя и самой никогда не целовать его. Она вела себя глупо. Когда она медленно укладывалась в постель, то обещала себе больше не оставаться с ним наедине.

Этой ночью Джейми опять видела во сне женщину в голубом платье. И опять она повела Джейми к обрыву холма. Опять фигура, не имевшая лица, взмахнула рукой и произнесла: «Дерево Небес». Но Джейми не увидела никакого дерева. Она вообще ничего не могла видеть из-за клубившегося над обрывом тумана. Дерево Небес. Джейми попыталась выбраться из обволакивающего ее тумана, отойти назад. Но с края обрыва она упала в бурлящую туманную глубину, пронзительно крича, пока не коснулась дна.

Вздрогнув, Джейми проснулась. Ее ночная рубашка промокла от пота и темными пятнами прилипла к телу на груди. Даже волосы ее были влажными. Она точно слышала, как кто-то кричал. Незнакомый приглушенный голос шел откуда-то из глубины дома. И это заставило ее думать, будто она все еще спит. Джейми прислушалась, похоже, что спорили в соседней комнате. Низкий мужской голос кого-то неистово бранил. Слова сливались в один непрерывный крик. Джейми ничего не могла разобрать. Но по тону голоса она поняла, что кому-то угрожают.

Джейми встала и зажгла ночник. С испугом оглядела все вокруг. Кроме нее никого больше не было. Она подошла к двери, распахнула ее и выбежала в коридор. Вдруг она поняла, что в холле все спокойно. Шум прекратился. Тяжело дыша, Джейми постояла на ковровой дорожке, обняв себя за плечи.

Холодок ночного дома был просто ничто по сравнению с леденящим удушьем, которое она почувствовала.

Что происходит? Опять ее сновидения становятся проблемой, превращая ее в лунатика? Она могла поклясться, что слышала реальные голоса. Но в коридоре около лестницы лишь тикали часы ее дедушки. Джейми посмотрела на дверь в комнату Марка, полагая, что и он мог проснуться. Но дверь была закрыта, и из-под нее не выбивалась полоска света. Она заглянула в лабораторию, думая, что там случайно мог оказаться Хэзард. Но и в лаборатории было темно и пусто.

Джейми возвратилась в свою комнату и закрыла дверь на задвижку. Едва это произошло, как она услышала голоса. Тот же самый орущий мужской голос, который предостерегал и угрожал. С сильно бьющимся сердцем Джейми прислонилась к двери. Голос вселял в нее ужас. Она отвела руки за спину и, трясясь от страха, схватила дверную ручку. Но, еще не успев повернуть ее, она заметила какое-то движение в большом зеркале на двери ее уборной.

Кто- то был в ее комнате! И Джейми, забыв о том, что она безоружна и полуодета, выбежала на середину комнаты, полная решимости узнать, из-за чего весь этот ужасный шум. Она посмотрела в зеркало, светлую полосу в окружающей темноте. Там что-то двигалось, что-то отражалось. Джейми оглянулась, но за ее спиной не было никого, кто мог бы двигаться. Джейми подошла к зеркалу ближе.

И увидела фигуру женщины. Но не свою. Джейми нерешительно сделала еще шаг к зеркалу. Фигура женщины предстала теперь перед ней более ясно. Перед Джейми была женщина в голубом платье. Женщина из ее сна! Джейми испуганно впилась взглядом в эту фигуру, а тем временем голос в соседней комнате ревел и орал, Женщина в голубом быстро приблизилась и прижала свою голову без лица к самой плоскости зеркала на его обратной стороне, буквально вдавив в серебристую поверхность свой профиль. Казалось, что ее нос, лоб, открытый в беззвучном крике рот обтянуты пластиковой оберткой.

Джейми в ужасе отпрянула от зеркала, боясь, что женщина будет давить на стекло, пока оно не рассыплется на куски и она не упадет в комнату Джейми.

Мужчина все еще бушевал. Губы женщины в голубом сделали какое-то движение, и Джейми показалось, что она услышала слабый женский голос. Она наклонилась вперед. Губы снова сделали какое-то движение, и две руки, соединившись пальцами, протянулись через зеркало. Джейми услышала полный муки крик и безудержный душераздирающий плач.

– Кто вы? - потребовала ответа Джейми. Руки женщины, словно в каком-то безумном порыве, сцепились крепче, точно ее куда-то тащили. Джейми устремилась вперед, поняв, что женщине в голубом что-то угрожает, и она тщетно пытается освободиться от кого-то, возможно, от мужчины, который кричал на нее. Не раздумывая, Джейми схватила руку, протянувшуюся через зеркало. Рука погрузилась в зеркало до локтя, ничего не обнаружив, кроме леденящей сырой пустоты, как в насосной станции. Испугавшись, Джейми отдернула руку.

Вдруг мужчина перестал кричать, точно вторжение Джейми в зазеркалье прервало его. Женщина в голубом удалилась от зеркала. Но Джейми все еще могла слышать ее рыдания. Они надрывали ей душу, точно печалился тот, кого она любила.

– Кто вы? - спросила Джейми трепещущую фигуру. - Кто вас обидел? Что произошло?

Джейми увидела, как женщина в голубом подняла глаза, она увидела страшно бледное искаженное болью лицо.

– Хэзард! - произнесла женщина так жалобно и умоляюще, что это навсегда впечаталось в память Джейми.

– Кто вы? - снова настойчиво спросила Джейми, горя желанием помочь женщине. - Скажите мне, кто вы?…

Женщина в голубом наклонилась ближе, один из ее пальцев даже прошел через зеркало. Джейми, словно завороженная, смотрела, как женщина выводит пальцами буквы справа налево. Джейми следила за рукой женщины, когда та писала буквы Е-Л-Л-Е-Н. Джейми в изумлении посмотрела на женщину. Значит, женщина в голубом, заключенная в страшный мир духов, ставший ее собственным миром, это Нелле Макмарри.

– Так вы Нелле! - воскликнула Джейми. Слепое лицо повернулось в сторону Джейми, оно мерцало и светилось. Вдруг Джейми увидела один глаз. Вот появился нос, а потом и очертания полных губ и круглый женственный подбородок. Джейми смотрела на нее, не отрываясь, и ее руки медленно тянулись к ее щекам. Теперь у Нелле Макмарри было лицо. Но его черты были точно такими же, как у Джейми.

Дерево Небес.

Вдруг фигура в зеркале исчезла, оставив после себя лишь буквы в зеркале. Джейми прочитала их слева направо, как если бы они были написаны в правильном порядке. Е-Л-Л-Е-Н. Ее имя. Джейми почувствовала, будто погружается в зеркало, в глубину, такую холодную и темную, что она никогда не сможет вынырнуть обратно на поверхность. И Джейми закричала. Она не могла остановиться. Крик прорывался через ее губы, саднил горло, нарушал тишину большого дома. А она все падала… падала… падала…

Когда Джейми проснулась, то снова была в своей постели. Сквозь щель в занавесках пробивался свет. Она сощурилась и повернулась, чтобы взглянуть на часы. Час дня! Она проспала так долго! Половину дня проспала. Как она могла так непозволительно тратить и свое и чужое время, проспав все утро?

Джейми откинула одеяло в тот момент, когда в комнату входил Бретт. Она совершенно не хотела его видеть: она все еще была зла на него из-за его разговора с Ллойдом Эвансом.

– Ты проснулась, - сказал он, улыбаясь, - наконец-то.

– Привет, - ответила Джейми хриплым после сна голосом. Она потрогала рукой шею, удивляясь, почему у нее саднит горло. Потом заметила отражение своей руки в зеркале напротив. При взгляде на зеркало она похолодела, вспомнив о своем мучительном сне.

Джейми встала.

– Бретт, почему ты не разбудил меня?

– Тебе необходимо было отдохнуть. Я действительно не понимал, какого нервного напряжения тебе стоит пребывание в этом доме.

Джейми взглянула на него и, пошатываясь, отправилась в ванную комнату, чувствуя себя неуверенно. Бретт пошел за ней.

– Ты ведь так сорвалась вчера вечером!

– Да? - Джейми выдавила зубную пасту на щетку, открыла кран. Ей хотелось, чтобы Бретт оставил ее в покое.

– Разве ты не помнишь? - Он, прислонясь к косяку, наблюдал в зеркале, как она чистит зубы. - Ты правда не помнишь? Я дал тебе целую кучу снотворных таблеток, чтобы ты заснула. Возможно, они слишком здорово подействовали на тебя.

Джейми прополоскала рот.

– Ты, не переставая, кричала. Я нашел тебя в комнате на полу, ты странно кричала. Несла что-то абсолютно бессвязное. Абсолютно.

Дерево Небес.

Джейми стремительно обернулась, и Бретт даже поглядел через свое плечо, чтобы узнать, что так привлекло ее внимание.

– Е чем дело?

– Ты слышишь это?

– Нет. - Бретт нахмурился, вглядываясь в ее лицо. - Я ничего не слышу. А что слышишь ты?

Джейми поглядела в комнату и уже потом поставила зубную щетку на место.

– Ничего, - ответила она, чувствуя легкое головокружение. Отрывки ее сна всплывали в ее памяти, как беспорядочная череда видений и звуков, вызванных только что сказанной фразой.

– Джейми, с тобой все в порядке?

Она кивнула и пошла в свою комнату, оглядываясь по сторонам, точно никогда тут не бывала. Бретт с беспокойством наблюдал за ней. Она приблизилась к зеркалу и с минуту смотрела в него, не отрываясь.

– Я видела сон об этом зеркале.

– О, неужели?

– И там кто-то был, и это была я.

– Конечно, это была ты. - Бретт засмеялся и крепко сжал ее плечи. - А кто же еще мог там быть?

Джейми продолжала говорить, точно пропустив его слова мимо ушей.

– Я услышала, как кричит этот ужасный мужчина, и тогда… - она внезапно замолчала, увидев буквы, все еще нацарапанные на зеркале.

– Джейми, что с тобой? Она протянула руку и очень осторожно потрогала буквы своими пальцами.

– Это был не сон, - прошептала она в благоговейном страхе. - Я знала это! Это был не сон! Она на самом деле приходила ко мне.

– Кто это на самом деле приходил к тебе? Что все это значит? - Бретт схватил ее за руку и повернул к себе лицом. - Джейми, что ты придумываешь?

Джейми отпихнула его, стараясь освободиться.

– Это был не сон, Бретт! Я точно слышала эти голоса! Посмотри на зеркало.

Поверх ее плеча Бретт взглянул на зеркало.

– Ну и что?

– Разве ты не видишь эти буквы?

Он стал всматриваться, наклонив голову, чтобы ему не мешал яркий свет.

– Что-то вижу, какие-то царапины. - Он отпустил ее руки и приблизил лицо к зеркалу. - Что это такое, Джейми? Какие-то детские проделки?

– Что ты имеешь в виду?

– Твое имя, нацарапанное на зеркале. Посмотри! Ты испортила зеркало! Знаешь, ты можешь выкинуть еще что-нибудь и похуже, когда бродишь, словно лунатик. Ты когда-нибудь думала об этом?

– Но, я…

– С этим надо кончать. Я собираюсь увезти тебя отсюда. И очень скоро. До того, как ты навредишь себе или другим.

– Но, Бретт…

– Послушай, Джейми. - Он с силой сжал ее плечи. - Ты не можешь оставаться здесь. Я не буду мешать тебе, как только ты вернешься в Лос-Анджелес. Возьми с собой своего брата, миссис Гипсон, кого хочешь… но оставаясь здесь, ты сойдешь с ума.

Джейми осознала, что Бретт никогда не поверит ей и не поймет ее. Он даже не очень-то и вглядывался, чтобы увидеть эти буквы, нацарапанные на покрытой серебром обратной стороне зеркала, а не на его поверхности. Она просто физически не могла нацарапать эти буквы. И в знак покорности она опустила руки. Бретт не поверил ни одному ее слову и, конечно, не поверит ее рассказу о Нелле Макмарри. - Ты прав, Бретт. Как только мы завершим съемки, я уеду из Порт-Таунсенда.

– Вот и молодец. - Он поцеловал ее в щеку и взял в руки ее халат. - Так-то лучше, моя дорогая. - Он накинул халат ей на плечи, обнял ее, ткнувшись носом в ее спутанные волосы. - Ты вела себя очень странно в последнее время. Я рад услышать, что у тебя хватило здравого смысла изменить свое решение.

Выпив чашку кофе после легкого завтрака, Джейми поспешила к себе в комнату, чтобы одеться. Предстояло еще много работы, особенно на берегу, где проходили съемки. Джейми натянула джинсы, свитер с высоким воротом, жилетку. Потом причесала щеткой волосы и стянула их на затылке. Возиться с ними у нее не было сил.

Положив щетку для волос на стол, она мельком посмотрела на свое отражение в зеркале. Вспомнив о случившемся накануне, она побледнела, как полотно, и сидела так, ослабев, ни жива, ни мертва, сама похожая на привидение. Она взяла коробочку с пудрой и румянами и немного подкрасила щеки. Потом покусала губы, чтобы к ним прилила кровь. И все же она выглядела бледной. Ее большие глаза казались усталыми и испуганными. Бретт был прав. Ей нужно уехать из этого дома.

Мысли Джейми были прерваны словами миссис Гипсон, раздавшимися из холла:

– Марк Аврелий Кент, как вы думаете, что вы делаете?

Джейми оторвалась от зеркала. Что там с Марком? Почему он не в постели? Джейми выбежала из комнаты.

Хэзард Макалистер стоял в дверях лаборатории, держа Марка на руках. На Марке были халат и пижама, а в руках лист бумаги, который он рассматривал, пока домоправительница ругала его.

На какое- то мгновение Джейми поверх головы брата встретилась взглядом с Хэзардом. Он не улыбался Джейми, как раньше, и яркий румянец окрасил ее щеки.

– Что тут происходит? - потребовала она ответа.

Миссис Гипсон повернулась в сторону Джейми, уперев руки в круглые бока.

– Я пришла сюда, чтобы поговорить с мистером Макдугалом. Но, как вы думаете, где я нашла его? В лаборатории вместе с вашим больным братом!

– Марк! - укоризненно произнесла Джейми.

Он мельком взглянул на нее и опять стал изучать листок, который держал в руках.

– Матрицы ошибаются, вот в чем дело.

Матрицы.

– Марк! - Джейми в два шага оказалась перед Марком и Хэзардом. - Почему ты не в постели?

– Я только должен был кое-что проверить. Но я уже все закончил, сестричка, все закончил.

– Ты закончишь тем, что угодишь в больницу. Мистер Макдугал, вы могли бы отнести Марка в его комнату?

– Да. - Хэзард прошмыгнул мимо нее и большими шагами направился в комнату Марка.

Постель Марка была завалена книгами, тетрадями, компьютерными распечатками. Джейми вздохнув, убрала все это, а Хэзард опустил Марка на постель. Миссис Гипсон наблюдала эту сцену, качая головой.

– Таковы мужчины! - воскликнула она.

– Марк, я просто не могу поверить своим глазам, - добавила Джейми. - С чего ты взял, будто достаточно хорошо себя чувствуешь и можешь подняться с постели?

– Да мне тут кое-что пришло в голову, Джейми. И просто не дает покоя. Я не могу лежать, точно какой-то чурбан.

Хэзард, по указанию Марка, положил книги на ночной столик. Джейми пыталась игнорировать присутствие Макалистера, но его долговязая фигура чуть не сводила ее с ума. Она в сердцах выхватила лист бумаги из рук брата. - Марк, ты, видимо, не понимаешь, насколько серьезна твоя болезнь. Тебе необходим постельный режим. Все остальное не важно.

– Это касается меня, - Марк потянулся за листком бумаги, но Джейми подняла его над своей головой. Марк покорно вздохнул, закрыл глаза и облизал потрескавшиеся губы. - Это касается меня, - тихо добавил он.

Миссис Гипсон подошла ближе.

– Извините, мистер Макдугал. Вас ожидает внизу мистер Фиттро. Он готов. Он готов записать ваш голос на пленку.

Хэзард посмотрел на Джейми и удивленно поднял брови. У Джейми задрожали колени от одного взгляда на него.

– Еще одна запись, мистер Макдугал. Помните? Он хочет, чтобы вы озвучили и вторую рекламу.

– О, с этим вашим произношением это будет просто замечательно, - улыбнувшись, заметила миссис Гипсон. - Мне так нравится, как вы говорите, мистер Макдугал.

– Благодарю вас, Эдна, - сказал Хэзард и повернулся к Марку. - Я вернусь. - В ответ Марк поднял руку, а затем тяжело опустил ее на одеяло.

Миссис Гипсон, в отчаянии всплеснув руками, как обычно перед уходом спросила:

– Марк, могу ли я быть вам чем-нибудь полезной? - Марк покачал головой.

Джейми посмотрела в сторону миссис Гипсон.

– Почта сегодня была, миссис Гипсон? Та отрицательно помотала головой.

– Нет, дорогая. Из Нью-Йорка ничего не было.

Джейми скороговоркой поблагодарила ее. После этого Хэзард и миссис Гипсон, которая что-то щебетала у его локтя, удалились из комнаты.

Джейми села в кресло рядом с постелью брата. Вздохнув, посмотрела на его бледное лицо, больше беспокоясь о нем, чем сердясь на него.

– Этот Макалистер, - заметил Марк, слабо улыбнувшись, - какой молодец!

– Он бы лучше не таскал тебя по дому.

– О, не ругай его, сестричка. Я просил его об этом. Ты знаешь, он ведь никогда не спит. Ему, видимо, вовсе не требуется отдых. Он ночи напролет читает, помогая таким образом мне.

– Ты шутишь.

Марк покачал головой. - К тому же он еще и здорово соображает. Я говорю ему что-то один раз, только один раз, и он все запоминает. Ты должна сама увидеть, как он здорово обращается с этим старым компьютером.

– Неужели? - Джейми расправила одеяло на постели Марка, стараясь казаться равнодушной. - Он разбирается в технике?

– Никаких проблем. Он родился в неподходящий век. В одну минуту он усваивает больше знаний, чем большинство людей за год. Это современный вариант человека эпохи Ренессанса. У него удивительная память. Мне бы хотелось устроить ему несколько тестов, чтобы узнать, как его энергетический трансфер влияет на его интеллект, на его способность запоминать.

– Что за тесты?

– Точно не знаю. Хотя стоит подумать об этом.

– Марк, как ты думаешь, - Джейми опустила глаза, - он может остаться здесь? Или это его новое воплощение носит временный характер?

– Не знаю, сестричка. Мы вторгаемся в абсолютно новую область. Пионеры в сфере вычислительных процессов! Я люблю такие вещи. - Он улыбнулся и взглянул на нее. - Даже трудно поверить, что он не обычный человек. За исключением острого ума. Но возможно, что этот малый просто одарен природой и был таким же сто лет назад, - Он тебе нравится, правда?

Марк пожал худыми плечами.

– Он всегда под рукой.

– Это говорит о многом, если исходит от тебя.

– Да, - Марк скрестил руки на груди. - Большинство мужчин любят выпить пива да посмотреть футбол. Хэзард, слава Богу, не таков! Поэтому, Джейми, сделай мне одолжение, не позволяй ему смотреть телевизор.

Джейми улыбнулась.

– А у него и времени на это нет. Днем он занят в съемках, а ночью помогает тебе.

Марк наклонился вперед и взял Джейми за руку.

– Бретт ведь ничего не подозревает. Да? Он не задавал тебе никаких каверзных вопросов насчет Макалистера? Нет?

– Пока нет.

– Хорошо. Продолжай в том же духе. Бретт - это еще один человек, который может воспользоваться данной ситуацией. Чем скорее ты поймешь это, тем лучше будет для тебя. Как скоро он собирается обратно в Лос-Анджелес?

– Когда мы закончим работу. Возможно, через несколько дней. - Она похлопала рукой по одеялу. - А пока, Большой брат, оставайся в постели, набирайся сил. И не выкидывай никаких номеров.

Марк проглотил слюну и прикрыл глаза рукой.

– Мне нужно спешить, Джейми. Иначе я не смогу завершить эту разработку.

– Чепуха. Это подождет. Марк не отнял руки от своего лица. Джейми могла видеть лишь кончик его носа и губы.

– Возможно, и нет. Каждый день я ожидаю, что ее выхватят у меня. Джейми уставилась на него.

– Что?

– Некоторые люди хотят знать технологию голограмм. Страшно хотят. Они даже пойдут на убийство ради этого.

Он отнял руку от лица и взглянул на Джейми. На месте глаз и щек были лишь темные провалы. Джейми успела взять его руку, пока он опять не закрыл ею лица. - Они могут убить тебя из-за этого?

– Или тебя. Поэтому я и не хотел, чтобы ты приезжала. Правда, сейчас, когда рядом Макалистер, я чувствую себя в большей безопасности.

Джейми выпустила его руку.

– Марк, ты должен забыть об этой разработке и приложить все силы, чтобы поправиться. И тогда мы перевезем тебя из Порт-Таунсенда в какое-нибудь более безопасное место. - На его лице появилось протестующее выражение, и она погрозила ему пальцем. - Марк, я говорю серьезно. Если ты не перестанешь так изнурять себя работой, то я скажу доктору, что тебя необходимо отправить в больницу. Вот там ты точно не сможешь работать.

И я сделаю это!

– Сестричка, ты не понимаешь…

– Я все понимаю. - Она встала. - Если в следующие два дня дело у тебя не пойдет на поправку, то я засуну всю твою аппаратуру в ящики и отправлю в Чикаго.

– Через мой труп.

Джейми рассердили его слова, и она пристально посмотрела на него.

– Все твои шуточки. Не так ли? И мне они совершенно не кажутся остроумными.

12.

В оставшуюся часть дня на берегу шли съемки. Хотя погода им вполне благоприятствовала, Джейми так и не смогла полностью сосредоточиться на работе. Мысли о Марке не покидали ее, и ей стоило больших усилий прятать беспокойство от окружающих. Если у Марка действительно СПИД, то об этом должны знать лишь самые близкие люди. А кого она могла назвать среди таких? Бретта? Едва ли. Джейми не переставала думать и о Хэзарде, и о явившемся ей видении Нелле Макмарри. Во время съемок она старалась избегать Хэзарда, а когда снимала его, тон профессионализма, к которому она прибегала, создавал между ними невидимую стену.

И в Макалистер-хаус она возвратилась с новым приступом головной боли. Поставив аппаратуру в гостиной, чувствуя себя эмоционально и физически истощенной, она остановилась в холле, массируя себе виски, а остальная часть труппы сновала мимо нее, торопясь привести себя в порядок и отправиться в центр города пообедать. Бретт пробежал мимо, взъерошив ей волосы и не обратив внимания на ее вид. Джейми все еще сердилась на него из-за инцидента с Ллойдом Эвансом. Она видела, как Бретт поднялся наверх в поисках Тиффани. Почему-то в этот момент стычка с Эвансом показалась ей очень и очень далекой.

Таблетки от головной боли были на кухне. Джейми услышала, как Хэзард разговаривает там с миссис Гипсон. Хотя она и обещала себе избегать Хэзарда, но все же потащилась на кухню, уверенная в том, что в присутствии миссис Гипсон она будет в безопасности.

Однако на кухне она оказалась с Хэзардом наедине. И это испугало ее. Джейми в нерешительности остановилась, не зная, как ей поступать. Хэзард не слышал ее шагов, и какую-то минуту Джейми наблюдала, как он готовил себе кофе в автоматической кофеварке. Он наклонился, чтобы достать фильтр, но не знал, как открыть крышку. Джейми улыбнулась про себя. Сумел справиться с компьютером, но не понял, как достать фильтр. Тоже мне, герой!

– Нажмите на маленькую ножную педаль, - посоветовала она.

Хэзард удивленно поднял глаза.

– На полу. - И Джейми показала рукой на жестяную коробку. Хэзард нажал на педаль, и крышка с шумом открылась.

– Чудеса! - воскликнул он удивленно. Он бросил использованный фильтр в жестяную коробку и улыбнулся ей. - Даже для мусора необходимо, как вы это называете, дистанционное управление.

Джейми чуть улыбнулась, слишком уж она устала. Он внимательно оглядел ее лицо, когда она стояла перед ним, и его голос был полон участия, когда он спросил:

– Что вас беспокоит, милочка?

– О, ничего. - Какой-то ком точно застрял у нее в горле, а потом прорвалось рыдание. Она прикрыла глаза правой рукой, смущенная тем, что Хэзард мог видеть ее слезы. Но она не могла унять их.

– О, все! - в конце концов, ответила она, потеряв самообладание.

Хэзард подошел к ней и притянул к себе, положив руку на ее золотистые волосы. Она, всхлипывая, приникла к его груди, но обнять его побоялась. Ее плечи тряслись от рыданий.

– Джейми, - пробормотал Хэзард. - Ах, милочка! - И он потрепал ее по волосам. Это был удивительно успокаивающий жест. Как и раньше, прикосновение Хэзарда исцеляло ее. Мало-помалу она перестала плакать и отстранилась от него, вытерев последнюю слезинку.

– Извините! - произнесла она. Хэзард все еще держал ее за плечи.

– Вам вовсе нет необходимости извиняться, - сказал он.

– Обычно я не теряю над собой контроль.

– Нет ничего плохого в том, чтобы время от времени терять над собой контроль, - сказал он ей с доброй улыбкой, и сердце Джейми сильно забилось.

– А теперь, милочка, расскажите мне, что так расстроило Джейми Кент?

Джейми устроилась на одном из стульев, а Хэзард налил ей чашку кофе.

– Спасибо, - поблагодарила она. Но в ее глазах было страдание.

Хэзард прислонился спиной к краю раковины и пристально посмотрел на нее.

– Скажите мне, что вас сейчас так мучает?

– Думаю, что, прежде всего, болезнь моего брата.

– Он что, серьезно болен?

– Да, - Джейми вздохнула. - И, кажется, он что-то скрывает от меня. Что если он смертельно болен? И умирает? Если бы миссис Гипсон не вызвала меня, я бы никогда так и не узнала, что он заболел.

Хэзард, помрачнев, кивнул.

– А, может быть, он просто не хотел беспокоить вас? Но хотел, чтобы вы не тратили драгоценное время, ухаживая за ним.

– Это же безумие! А если бы я осталась в Лос-Анджелесе, не зная, что он здесь, в штате Вашингтон? Я ведь могла и живым его больше не увидеть. - Джейми отхлебнула кофе, опять чуть не плача. Затем поставила чашку на стол и взглянула на свои руки. - Почему он не доверяет мне?

– Джейми, поймите, Марк ведь ученый. Он думает совсем иначе, чем вы или я… Он взвешивает в своем уме все то, что имеет для него практическую ценность, и все, что считает сентиментальным, а потом принимает решение. Вы не должны винить его в том, что он поступает в соответствии со своей натурой.

– Хорошо, и все же, - она пристально посмотрела на Хэзарда, - Марк должен мне сказать, если он серьезно болен.

– Да.

Джейми вздохнула. Однако ее беспокоило не только здоровье Марка. Явившееся ей прошлой ночью видение все еще будоражило ее воображение, и она отгоняла от себя мысль, что в этот раз она на самом деле спятила. Ее отношения с Бреттом приняли весьма затруднительный характер, и она не знала, нужно ли их продолжать. Более того, она уже не сможет в будущем избегать Хэзарда.

Джейми отбросила все эти мысли и посмотрела на Хэзарда. Какую-то секунду она оставалась в нерешительности, но затем отважилась.

– Есть еще одно обстоятельство, которое беспокоит меня. - Она встала и засунула руки в задние карманы джинсов. - Хэзард, я должна извиниться перед вами за свое поведение прошлой ночью…

– Прошлой ночью? - Он махнул рукой. - Нет, вы не должны этого делать, Джейми.

– Но оно не было правильным. Я не должна была этого допускать. Моя вина… Хэзард покачал головой.

– Я не хочу слушать эту чепуху, Джейми.

– Я вела себя неприлично. Возможно, это произошло из-за выпитого вина, но не только. - Затем с серьезным видом добавила: - Беру на себя ответственность за происшедшее.

– О, вы так считаете, да? - Хэзард выпрямился. Никогда он не казался ей таким высоким. - Вы же не думаете, что первая сделали ход, да? - Он нахмурился, его радостное лицо стало темнее тучи. - Клянусь Богом, вы обращаетесь со мной, как с ребенком, словно я не могу отвечать за свои поступки сам.

Джейми опустила глаза. В голове у нее точно что-то ухнуло.

– Вы, современные женщины, хотите преуспевать везде и во всем и брать на себя всю ответственность. Вас не волнует, что при этом чувствует мужчина?

У Джейми зарделись уши. Она не могла поднять на него глаз.

– Да, вы, современные женщины, со своей современной женской свободой полагаете, что вам вообще не нужны мужчины. Правда ведь, Джейми? Таков образ мыслей в этот век?

Джейми поразилась горечи, которая чувствовалась в его словах. Хэзард прежде никогда так не говорил. Почему-то она решила, что он всегда будет обаятельным и приятным человеком, независимо от того, как она станет с ним обращаться.

Хэзард с силой поставил кофейную чашку на край раковины.

– Вероятно, такая независимость доставляет удовольствие. Чертовски одиноко, зато море удовольствий.

Джейми, отчаянно желая избавиться не только от гнева Хэзарда, но и от страшной головной боли, взяла с подоконника таблетки. Но Хэзард в одно мгновение схватил ее руку.

– Нет, не сейчас. Никаких таблеток. Сильная женщина, как вы, не нуждается в таблетках. Вам следует перестать бороться со своей натурой. И это все, что вам требуется.

Его сверкающие глаза требовали повиновения. Джейми, смущенная и нерешительная, отступила назад.

– Хэзард, почему вы так себя ведете?

– Да потому, что вы попираете мои чувства, милочка. Как и свои собственные. А я с этим не могу примириться. Я разбираюсь в своих чувствах. И я даже не посмотрел бы в сторону женщины, которая не разделяет моих чувств. - Он отпустил ее руку.

– Хэзард, вы все неправильно поняли.

– Неужели? - Он скрестил руки на груди и уставился на нее. - Я не хочу застигнуть вас опять врасплох. Никогда не навязывал себя женщине и не собираюсь этого делать сейчас. Особенно с девушкой, которая считает, что я не человек. И вам, Джейми, нет необходимости неприязненно относиться ко мне, как это происходило весь сегодняшний день.

– Неприязненно относиться? - запротестовала Джейми.

Она избегала его, но была вежливой.

– Я не деревянный чурбан, милочка. Вам требуется лишь сказать: «Мистер Макалистер, оставьте меня в покое. Ваши ухаживания ни к чему». И это все, Джейми, что вы должны сказать. Будьте честны со мной. И не надо устраивать никакого представления.

– Но я…

– Скажите только эти слова, Джейми. Это же просто. Если, конечно, это правда.

Джейми помассировала виски, едва в состоянии думать о чем-то еще, кроме головной боли. Но она и так знала, что весьма ценит ухаживание Хэзарда. И куда больше, чем ей хотелось бы этого.

– Ну? - потребовал ответа Хэзард. Лишь один раз она взглянула на сердитое лицо Хэзарда и быстро отвела глаза.

– Это не совсем то, что я хотела бы сказать.

– В таком случае, Джейми, что бы вы хотели сказать?

– Не знаю, - ответила она страдальческим тоном с болью в сердце. - Все так непонятно.

– И так будет продолжаться до тех пор, пока вы не станете хозяйкой своей судьбы.

– Я ведь никогда особенно хорошо не знала, как мне вести себя. Никогда не знала, что говорить людям.

– Ну, опять чепуха. Вы слишком долго слушали этого Бретта. Он заставил вас поверить, будто вы нуждаетесь в нем, указывая вам, как поступать, когда он вовсе и не был нужен вам.

– Да, я понимаю, он иногда со стороны представляется ничтожным, но без него… - И Джейми замолчала, не зная, как кончить фразу. Впервые за многие годы перед ней открылась новая сторона ее жизни, где Бретт не играл никакой роли.

– Что «без него», милочка? Какой предстанет перед Джейми Кент жизнь без ее любовника Бретта?

– Он не мой любовник, - ответила Джейми, покраснев.

– В таком случае, кто же он вам? - И Хэзард, схватив ее за запястье, притянул к себе. Джейми закрыла глаза, припав к его мощному телу. Соприкосновение с ним, даже сама мысль об этом, заставляла ее сердце биться сильнее. Она зажмурилась, и, несмотря на головную боль, растерянность, желание вдруг охватило ее.

– Я ничего больше не знаю, Хэзард! Ничего не знаю.

– Ну, вы не можете прожить жизнь, избегая каждого вопроса, который она ставит перед вами! Вы не можете вечно убегать от себя. - Он замолчал и стал внимательно изучать ее лицо, пока она боролась со своими мыслями. Затем добавил более спокойно. - Вы же красивая, Джейми. Но я не гонюсь только за этим. Пока вы будете подавлять свои чувства, вы не разберетесь и со своими мыслями… - Хэзард медленно освободил ее запястья. - Хватит. Я и так сказал уже достаточно.

Джейми отстранилась от него.

– Хэзард, все произошло так быстро.

– Время не имеет значения, Джейми, - заметил он тихо, - абсолютно не имеет.

В этот вечер Джейми не спешила улечься в постель. Она не хотела смотреть на зеркало, боясь, что кошмар вернется. Бретт подозревал, что она чего-то боится, и предложил ей перейти в его комнату, уверяя, что будет счастлив составить ей компанию.

Но Джейми отклонила его предложение. Она не хотела, чтобы Бретт думал, будто она чего-то боится. Джейми объяснила ему, что пока просто не хочет спать - ведь она так поздно встала сегодня.

Джейми прослушала одиннадцатичасовые новости, посмотрела на Джонни Карсона в последнем кинофильме и уснула в маленькой гостиной на диванчике, прижав к груди подушку. Проснулась она от звука низкого мужского голоса и ощущения, что кто-то поднимает ее с диванчика.

– Джейми, милочка, проснитесь. Хэзард держал ее на руках.

– Что вы делаете?

– Собираюсь отнести вас в постель. - Большими шагами он направился к лестнице. - Вы замерзнете в этой холодной комнате. Посмотрите на себя. У вас руки ледяные.

– Ох, - и Джейми ухватилась за его шею, когда он поднимался по лестнице. Чем ближе они подходили к ее комнате, тем крепче она держалась за его шею. Он бросил на нее вопросительный взгляд, когда она спрятала лицо на его груди. Потом он вошел в ее комнату, закрыв дверь ногой.

– Да вы просто закоченели, Джейми. Не бойтесь, разве вы уже не знаете меня достаточно хорошо, дабы понять, что я не причиню вам вреда?

– Дело не в этом, - пробормотала она.

– Тогда в чем же? - поинтересовался Хэзард, осторожно сажая ее на постель. Джейми взглянула на зеркало.

– Прошлой ночью у меня был кошмар. Вот и все. - Она опустила голову.

Хэзард стал на колени рядом с кроватью, поднял ее левую ногу и снял с нее туфли. Джейми не протестовала. Она устала, а прикосновение его рук действовало на нее слишком успокаивающе, чтобы возражать.

– Да вы закоченели, милочка, - сказал Хэзард. Он снял с ее ноги носок и стал массировать ее ступню. Джейми закрыла глаза и вздохнула, когда его сильные пальцы растирали ее ногу. Чудесная теплота разлилась по ее телу. Хэзард помассировал и другую ее ногу. Джейми открыла глаза, когда он, окончив массаж, улыбаясь смотрел на нее.

– Вам нравится? - спросил Хэзард.

– Очень.

– Теперь согрелись?

– Немного, спасибо.

Хэзард все еще стоял на коленях, не отпуская ее ногу.

– Ну, а теперь, милочка, вы хорошо отдохнете ночью. Сегодня вы выглядели бледной. Она кивнула.

– Хэзард?

– Да?

– Вы не могли бы остаться здесь еще немного?

Хэзард перестал гладить ее ногу и удивленно взглянул на нее. Джейми покраснела.

– Я бы чувствовала себя в большей безопасности.

– Вы боитесь привидений? Она кивнула. Ее глаза умоляли его остаться.

– Хотя бы ненадолго, - добавила она тихо.

Хэзард улыбнулся.

– Я никогда не отказываю красивой женщине.

– Это не означает, что я хочу… - Джейми замолчала и немного отодвинулась от него.

– Хотите, чтобы я рассказал вам на ночь сказку? - Хэзард встал. - Ах, милочка, вы ведь знаете, как ранить мужское самолюбие.

Джейми залезла на кровать, обняла колени, удовлетворенная тем, что Хэзард довольствуется ее предложением.

– Влезайте тогда в свою ночную рубашку. А я пока разожгу камин.

– Спасибо.

Джейми поспешила в ванную комнату, чтобы переодеться, а Хэзард стал разжигать камин. В дверях ванной она остановилась и обернулась. Если бы Бретт отнес ее в комнату, то потребовал бы поцелуя или чего-нибудь еще. Джейми бросила взгляд на мощную фигуру Хэзарда и улыбнулась. Хэзарду можно доверять. Он не переступит границ, пока не уверится, что она сама того хочет. Ее охватило теплое чувство, и с этого момента она поняла, что влюбилась в него.

Джейми почистила зубы, причесалась и умылась. Потом надела ночную рубашку и по холодному полу пошла к кровати. Хэзард, облокотившись на колено, повернул голову, чтобы взглянуть на нее. Он оглядел ее зеленую ночную рубашку, а потом быстро перевел глаза на ее лицо.

– Вы, современные женщины, носите какие-то странные одеяния, - прокомментировал он.

Джейми оглядела себя, впервые осознав, как удручающе она выглядит в своей ночнушке.

– Это не то одеяние, которое возбуждает в мужчине желание, - присовокупил он.

– Браво! - усмехнулась Джейми и откинула одеяло.

Хэзард фыркнул и, передвинув каминный экран, большими шагами перешел к другой стороне кровати.

– Думаю, вы хотите, чтобы я сидел в кресле посередине комнаты.

– Нет, Хэзард, лучше на кровати. - И она похлопала рукой по маленькому стеганому одеяльцу, которое лежало еще на одной подушке. - Я доверяю вам.

С сердитым видом он уселся на кровать, которая заскрипела под тяжестью его тела. Потом он наклонился и снял свои башмаки. Джейми же внезапно покраснела, не зная, хорошо это или плохо, если он будет находиться так близко от нее. Он был такой крупный, что буквально занял собой всю другую сторону ее кровати и потому казался ей ближе, чем она раньше могла себе представить. Он облокотился на руку и уставился на нее сверкающими глазами.

– Рассказать вам какую-нибудь историю, Джейми?

– Я могу заснуть, - солгала она. На самом деле она была так возбуждена, что ни о каком сне не приходилось и думать.

– Заснуть - вот что важно, - сказал он, улыбнувшись, и тронул ее волосы, пропустив завитки через свои пальцы.

– Я никогда так не обращался с Нелле, - пробормотал Хэзард. - Никогда не касался так ее тела, упрятанного в проволоку и пластинки из китового уса в корсете, никогда не ощущал ее мягких бедер под всеми этими нижними юбками.

Джейми зарделась от удовольствия, когда его рука ласково коснулась ее щеки и затылка.

– Вы никогда не знали ее близко? - выдохнула Джейми, удивляясь, как это она так легко допускает его ласковые прикосновения, когда они беседуют о Нелле, как будто то, что он делал в отношении Джейми, относилось к кому-то другому.

– Нет. Не было подходящей обстановки. У нее должна была быть безупречная репутация, если она хотела основать школу. Нас обоих слишком хорошо знали в городе. Избежать общественного внимания было нелегко.

Его рука скользнула ниже, вдоль ее спины к мягкому изгибу бедра, отодвигая одеяло. Джейми закрыла глаза и позволила его руке передать свою теплоту ее коже.

– Ах, милочка, вы чувствуете себя на седьмом небе, - прошептал он. Рывком он прижал ее к себе, обхватив руками всю ее тонкую фигуру. Джейми подняла руки к его груди и оставила их на уровне карманов его рубашки. Когда он не сделал никакой попытки раздеть ее, она постепенно расслабилась, позволив своему телу наслаждаться теплом его тела. Джейми спрятала лицо на его груди и изогнулась рядом с ним, чувствуя себя в безопасности и под надежной защитой.

– Сколько времени вы были знакомы с Нелле? - спросила она тихо.

– Несколько недель, - пробормотал он над ее ухом. - Всего несколько недель. - Он вздохнул. - Но казалось, что мы знали друг друга всегда. Не могу описать этого. Никакого флирта. Ничего похожего на любовный роман. Мы оба знали это.

Джейми закрыла глаза, слушая его голос, где-то глубоко в его груди отдававшийся эхом.

– Джейми, милая, все это похоже на то, что я чувствую в отношении вас.

– Откуда такая уверенность?

– Я абсолютно уверен. - Он быстро поцеловал ее. - Теперь спите, милочка. Закройте глаза и спите.

Джейми проснулась, когда кто-то тряс ее за плечо. Она открыла глаза и заморгала, пытаясь понять, кто же это сидит у нее на постели.

– Милочка, проснитесь.

Джейми приподнялась на локте и откинула назад волосы.

– В чем дело? Который час?

– Половина восьмого, - Хэзард, полностью одетый, взял ее за плечи и сильно сжал их. - Нужно вставать, Джейми, поднимайтесь.

Она, зевая, кивнула и села на постели, отбросив одеяло.

– Почему вы ничего не рассказали мне о зеркале? - потребовал он ответа.

– О зеркале?

– Да! - И Хэзард указал на зеркало. - Первое, что я увидел сегодня утром, так это буквы, нацарапанные на нем.

– Ох, - Джейми сморщилась.

– Черт побери, как эти буквы оказались там?

– Нелле нацарапала их в зеркале.

Хэзард уставился на нее.

– Что? - прогремел его голос.

– Я видела ее в своих снах, только не знала, кто она. Когда она мне снилась, у нее не было лица. А прошлой ночью, или вернее позапрошлой ночью, я услышала голоса. Поскольку голоса были громкими, я проснулась, а потом Нелле попыталась выйти из зеркала, но кто-то оттащил ее от него. На нее кричал и рычал какой-то мужчина. Это было ужасно. Я не могла расслышать его слов, но он причинил Нелле зло. Она страшно рыдала.

– О Боже!

– Она назвала ваше имя, Хэзард.

Хэзард буквально плюхнулся на кровать.

– О Боже! - воскликнул он, и страдание исказило черты его лица.

– Я поинтересовалась у нее, кто она. И она нацарапала буквы в зеркале.

– Она в непрекращающемся аду. И этот ад пострашнее, чем мой! - воскликнул Хэзард. - Ах, Нелле!

Джейми подошла к нему и прикоснулась к его плечу. Ее глубоко тронуло безысходное отчаяние Хэзарда.

– Хэзард, может быть, это лишь сон?

Он покачал головой.

– Нет. Она не знает покоя. Она снова и снова переживает свое убийство. О, Боже! - Он закрыл лицо руками. - И я не могу ничем ей помочь.

– А если такое возможно?

Хэзард быстро вскинул голову.

– Что вы имеете в виду?

Она посмотрела на него и облизала верхнюю губу, не зная, сообщить ли ему свою последнюю новость.

– Думаю, что я и есть Нелле. Понимаю, что это может показаться безумием, но полагаю, что каким-то образом я вернулась обратно к вам. Той ночью, после того, как Нелле нацарапала эти буквы в зеркале, она поглядела на меня. Наконец-то ее лицо обрело черты. И это было мое лицо, Хэзард, мое лицо!

– Да, это правда, вы очень похожи на нее, только у вас волосы другого цвета.

– А эти буквы - вы ведь понимаете, что имя «Нелле», написанное наоборот, читается как «Еллен»? И это мое настоящее имя.

Хэзард уставился на Джейми.

– Это объясняет многое, очень многое.

– Если я связана с ней, может быть, есть какой-то способ узнать, как мы сумеем ей помочь.

Хэзард кивнул.

– Это все негодяй Ричард Вейт!

Джейми опустила руку.

– Как я могу убить этого негодяя, если он уже мертв?

И в его глазах появился холодный блеск, когда он посмотрел на Джейми.

Джейми спустилась к завтраку и обнаружила Тиффани, Бретта и Боба, оживленно беседующих в кухне. Бретт посмотрел на нее, когда она входила, и потом, когда приближалась к столу. Он рассеянно помешивал кофе.

– Хорошо спалось? - спросил он у Джейми.

Джейми было любопытно, знает ли Бретт о том, что Хэзард провел ночь в ее комнате. Ей не хотелось доставить ему удовольствие тем, что она покраснеет, услышав его вопрос. Поэтому она подвинула себе стул и отвечала, не колеблясь:

– Да. Спала точно младенец, Бретт.

– Никаких кошмаров?

– Никаких.

Джейми села на стул, заметив при этом, как рука Тиффани соскользнула с бедра Бретта.

– Доброе утро, Тиффани, миссис Гипсон, - поздоровалась Джейми.

– Доброе утро, дорогая, - ответила миссис Гипсон, - Что вы хотите на завтрак?

– Спасибо, миссис Гипсон. Ничего. Только кофе, пожалуйста.

– А где этот красавец мистер Макдугал? - промурлыкала Тиффани.

Джейми пожала плечами и взяла кофе. Хэзард покинул ее комнату, угрожая адом и посылая проклятия всему клану Вейта.

– Я не знаю, где он, - ответила наконец Джейми.

Бретт и Тиффани обменялись взглядами, точно они до прихода Джейми обсуждали, где он может находиться. Тиффани криво улыбнулась. И это заставило Джейми похолодеть. Они что-то подозревают? Они знают, что Хэзард спал в ее комнате? Джейми не отрывала глаз от своей чашки, чувствуя себя так, как если бы Тиффани осквернила их невинную дружбу.

– Джейми, - обратился к ней Боб Фиттро, - сегодня утром нам пришла в голову идея. Завтра ведь тридцать первое сентября, канун Дня Всех Святых. И мы хотим устроить вечеринку для нашей съемочной группы.

– Думаю, это будет неплохо. - Джейми не интересовали вечеринки.

Ее жизнь превратилась в какую-то череду волнующих невеселых событий, пренебрегать которыми она больше не могла.

– Если вы и Марк не возражаете, мы устроим вечер здесь. Пригласим музыкантов. Я знаю хороших ребят в Сиэтле, которые смогут приехать.

– Устроим маскарад, - добавила Тиффани. - Повеселимся.

– Конечно, если Марк будет себя прилично чувствовать, - произнесла Джейми, заставив себя улыбнуться. - Миссис Гипсон, как вы к этому относитесь?

– Ну, если дом не разнесут…

– Мы потом все уберем, - вставил Бретт, прихлебывая кофе. - Так мы попрощаемся с Порт-Таунсендом и возвратимся на самолете к реальной действительности.

К твоей реальной действительности, Бретт. Джейми нахмурилась и повернулась в сторону миссис Гипсон, которая мыла оставшуюся после завтрака посуду.

– Почему бы нам сегодня не отправиться на пароме в Сиэтл и не выбрать костюмы? А потом распланируем и вечер, - произнесла Тиффани, затянувшись сигаретой и глядя на Бретта сквозь выдыхаемый ею дым. - Как вам такое понравится?

– Мне очень нравится. Я уже давно не бывал в Сиэтле. Джейми, почему бы тебе не сделать небольшой перерыв и не отправиться с нами? Ты бы немного отдохнула.

Джейми покачала головой.

– Я, действительно, не могу, Бретт. Если я оставлю Марка на целый день одного, он может снова перетрудиться и загреметь в больницу.

– Там ему и место, - резко заметил Бретт. - Я хочу узнать: ты что, каждую минуту в этом доме собираешься не отходить от него ни на шаг?

– Да, именно так.

– Прекрасно. Тогда и не езди с нами, - огрызнулся Бретт.

Миссис Гипсон, вытирая мокрые руки, подошла к столу.

– Ох, Джейми, я совсем забыла. Сегодня утром пришло письмо. - И она протянула Джейми конверт с фирменным знаком «Галереи» Тафта в левом углу. Когда та брала конверт, ее сердце учащенно билось.

– Спасибо, миссис Гипсон.

– Это то письмо, которое вы ожидали?

– Надеюсь! - Джейми улыбнулась домоправительнице и тут заметила, что все сидевшие за столом ждут, когда же она вскроет конверт.

Осторожно сломав печать, она достала из конверта тяжелый лист бумаги. Быстро пробежав его глазами, она положила его на стол. Бретт, не отрываясь, смотрел на нее.

– Ну? - спросил он.

Вместо ответа она бросила ему лист бумаги. Бретт скороговоркой пробубнил какие-то фразы, пока не наткнулся на то, что имело важное значение: «прежнему директору очень нравились ваши работы», «Галерею» приобрел крупный европейский судовладелец» и «следует подождать, когда новый владелец Галереи решит выставить ваши фотографии».

Качая головой, Бретт положил письмо на стол.

– Что ты об этом думаешь? - спросила его Джейми.

– Это просто вежливый отказ.

Тиффани кивнула, и Джейми заметила на ее губах змеиную улыбку. Бретт вздохнул.

– И когда только ты махнешь на это дело рукой, Джейми? Тысячи фотографов пытаются пробиться в мир Нью-Йорка, пытаются сказать что-то свое. Но все это не для тебя. Твое место в Лос-Анджелесе, в коммерческой рекламе. Почему ты никак не поймешь этого?

Ее плечи поникли.

– Я хочу большего, Бретт.

– Большего? Чего же большего ты хочешь, чем похвала Ноэля Конде?

Джейми пристально посмотрела на скептическое выражение лица Бретта. Он и правда считал, что похвала Ноэля Конде - это вершина их карьеры. Никакие ее слова не смогли бы переубедить его.

После прошедшей ночи она поняла, что никогда не выйдет замуж за Бретта. Проведя ночь в объятиях Хэзарда, она узнала, что это значит, когда тебя обнимает человек, которого ты действительно любишь. Ей следует отдать Бретту кольцо и рассказать ему правду. Она не любит его. Она поняла, что брак без любви подобен бесправному тюремному заключению. И все же Джейми знала, что очень трудно будет сообщить Бретту такие новости. Его персона и самолюбивая натура будут уязвлены, даже если новость и не заденет его сердце. Возможно, он будет взбешен и сделает жизнь окружающих совершенно невыносимой. Единственное, что она могла сделать, так это подождать, пока окончится намечаемый вечер. Тогда она и сообщит Бретту о своем решении. Тогда вспышка его раздражения никому не испортит праздника. Проблема заключалась в том, сможет ли она сама еще целый день утаивать правду?

13.

Из окна комнаты Марка Джейми наблюдала, как вся компания отправилась в Сиэтл. Марк после целого дня покоя и ночного сна выглядел лучше, чем когда-либо после приезда Джейми в Порт-Таунсенд. Он оделся и позавтракал. И Джейми, глядя на него, улыбнулась. Возможно, ее угрозы запаковать аппаратуру заставили его обратить внимание на свое здоровье.

– Ты будешь счастлив услышать, что все отправились в Сиэтл.

– Здорово. А когда они вообще отчалят отсюда?

– Думаю, послезавтра. - Джейми праздно наблюдала, как молодая женщина в ветровке приблизилась к Бретту и, прежде чем он вошел в фургончик, вручила ему листок бумаги. Потом она сказала ему несколько слов и поспешила к дому на другой стороне улицы, где в дверную щель засунула такой же листок бумаги.

– Сестричка, тебе бы лучше поехать вместе с ними. А то сидишь тут взаперти уже почти целую неделю.

– Все нормально. У меня есть дела. Я почти и не заметила, как пролетело время.

Джейми отошла от окна, чтобы взять у Марка поднос с пустой посудой.

– Поскольку тебе сегодня получше, то я отправлюсь в центр города.

– Прекрасная идея.

– Если, конечно, ты обещаешь мне не трудиться в лаборатории.

– Ты же знаешь, что я не могу этого обещать. - Он покашлял, и Джейми с тревогой посмотрела на него. Но кашель продолжался недолго.

– Если ты не будешь заниматься в лаборатории, то я отправлюсь в город.

– Ладно. Ладно. Я буду читать. Мне нужно просмотреть несколько статей.

Она улыбнулась и быстро вышла из комнаты. И столкнулась с Хэзардом. Посуда на подносе угрожающе загремела, но Хэзард успел подхватить его.

– Стоп, милочка!

– Извините, - она засмеялась. Его руки дотронулись до ее рук, и теплота его тела вызвала в ней восхитительный трепет, напомнив о том, как она спала, убаюканная на его груди.

– Ну, Джейми, приятно слышать, как вы смеетесь.

Разве прежде она никогда не смеялась? Неужели она всегда была такой мрачной, что Хэзард никогда не слышал ее смеха? Она не могла в это поверить. И все же не сомневалась в его правоте.

– Удивительно, как хорошо можно себя чувствовать после того, как выспишься ночью, - ответила Джейми.

– Так вы говорите, что вам хорошо спалось?

– Как никогда. - И улыбка расцвела на ее лице. Глаза Хэзарда потеплели от удовольствия. Джейми хотелось рассказать ему о своих чувствах, во всю мощь своих легких прокричать, что она любит его. Но Марк наблюдал за ними из своей комнаты. Так что ее заявление подождет.

– Хэзард, я собираюсь в центр города. Хотите отправиться вместе со мной?

– Конечно, хочу.

– Хорошо, сейчас я отнесу поднос в кухню, и мы встретимся при входе в дом.

Через несколько минут Джейми уже спешила к входной двери, натягивая на ходу джемпер. Хэзард стоял на ступеньках лестницы и что-то читал. Ветерок шевелил листок бумаги в его руках. Скрипнула дверь, и он поднял глаза.

– Что это? - спросила Джейми, переступив через порог. Стук ее башмаков эхом отозвался на веранде.

– Извините, это было оставлено в двери.- И Хэзард протянул ей бумагу, когда они спускались со ступенек.

Джейми взглянула на заголовок «Спасите Наше Дерево». Почти всю страницу занимал грубый рисунок искривленного дерева. На текст внизу она не обратила внимания.

– Это одна из листовок общества защиты природы.

– Не думаю, чтобы кому-то захотелось срубить такое дерево. Это же принадлежность Порт-Таунсенда с давних пор.

Джейми вернула листок Хэзарду.

– Это какое-то особенное дерево? - спросила она.

– Да. Подарок городу от японского императора. Молодое деревце было посажено до… как раз перед моей смертью.

Джейми схватила руку Хэзарда и сжала ее, как бы предлагая свое молчаливое сочувствие. Хэзард притянул ее ближе к себе, когда они проходили по обрывистому холму, направляясь в сторону Уотер-стрит.

– Сейчас дерево уже, должно быть, громадное, ему ведь сто лет. Почему же они хотят срубить его?

– Возможно, оно мешает прогрессу. Таково обычное объяснение.

Хэзард сложил листок бумаги и запихнул его в задний карман джинсов.

– Старое стоит на пути прогресса. Дорогу новому и долой старое.

Джейми прислонила голову к плечу Хэзарда. Ей нравилось чувствовать его крепкие мускулы и широкое плечо. Его волосы коснулись ее лица, и она со счастливой улыбкой отбросила их в сторону.

– Как и Хэзарда Макалистера, - продолжал Хэзард. - Если это не отвечает какой-либо цели, нужно от этого избавиться. И Хэзард Макалистер, и Дерево Небес - древние реликвии.

Джейми резко остановилась.

– Что вы сказали?

– И Хэзард Макалистер, и Дерево Небес - древние реликвии, - повторил он. - А что?

– Дерево Небес - это что, название реального дерева?

– Да. То самое дерево, о котором я и толкую.

– Дерево Небес здесь, в Порт-Таунсенде? - Да, милочка. - Хэзард весело засмеялся и рукой показал куда-то за холм. Джейми отбросила волосы со своего лица и посмотрела в указанном направлении. - Это как раз там, Джейми. Большая разлапистая штука у нижней ступеньки лестницы.

Джейми посмотрела на деревянную лестницу. Она была сделала под углом к поверхности холма до самой его подошвы. А там внизу, у самого берега залива, теснились рестораны и магазины. Дерево стояло позади старого кирпичного здания, и его переплетенные ветви были устремлены к небу. Оно было огорожено желтой веревкой. Вокруг стояли люди с плакатами протеста. Слева виднелся бульдозер, экскаватор и кран, а также начатый фундамент нового здания.

Ветер раздувал свитер на Джейми, забирался под джинсы и щекотал икры, подталкивая ее к обрыву, как это происходило и в ее сне. Холодный пот выступил у нее на шее.

– Джейми, вы побелели, словно полотно. - И Хэзард обхватил ее рукой за плечи. - Что случилось?

– Дерево Небес, - выдохнула она. - Оно было в моих снах.

Она схватила Хэзарда за свитер. Его сильное тело не даст ей перешагнуть через край обрыва. В этот раз она, безусловно, не бросится вниз, как это произошло в ее ночном кошмаре.

– В моих снах Нелле вела меня к краю обрыва. Она говорила про «Дерево Небес». Но я никогда не видела никакого дерева. Все это время я считала, что Дерево Небес - это всего лишь плод моего воображения.

– А, может быть, Нелле пыталась вам что-то сообщить. Может, она что-то знает, Джейми.

– Давайте спустимся вниз и посмотрим, что уж такого особенного в этом дереве.

Тяжело ступая с одной деревянной ступеньки на другую, они спустились вниз и, минуя груды булыжников, подошли к группе пикетчиков. Джейми оглядела развесистое дерево. Сотни маленьких искривленных веток устремились вверх от огромного в наростах ствола, изгибающегося в направлении обрыва. Лишенное листьев дерево, голое и черное в туманном воздухе залива, показалось Джейми странным и каким-то чужим. И все же что-то в нем завораживало ее и заставляло тщательно оглядывать даже самые малюсенькие веточки, словно в них она могла найти ответ на свои загадочные сны.

– Спасите наше дерево! Спасите наше дерево! - скандировали пикетчики. Один из них подошел к Джейми.

– Вы видели нашу листовку? - спросил он, размахивая листками перед ее носом.

– Да.

– Какого черта кто-то хочет срубить это дерево? - поинтересовался Хэзард.

– Дело в том, - и пикетчик сунул листовку в свою куртку на молнии, наполовину застегнутую, - Фрэнк Вейт хочет открыть здесь видеомагазин. А дерево растет на этом самом месте.

– Фрэнк Вейт? - спросил Хэзард, поедая глазами кирпичное здание рядом с пустым участком земли. - Ах, да. Его прадед Ричард, должно быть, купил этот участок земли.

– Кто? - спросил в замешательстве пикетчик.

– Ричард Вейт. Он когда-то владел половиной зданий на этой стороне Уотер-стрит. Кроме этого кирпичного строения. Оно принадлежало Хэзарду Макалистеру.

– Кому?

– Хэзарду Макалистеру. Пикетчик пожал плечами. Это имя было ему неизвестно.

– Ну, сэр, вы точно исторический справочник. И вы, конечно, понимаете, что Дерево Небес является наследием города.

– Конечно, - ответил Хэзард, раздражаясь из-за того, что его имя осталось в неизвестности. - Я прекрасно это понимаю, парень.

– Мы не можем разрешать таким людям, как Фрэнк Вейт, уничтожать эту историческую достопримечательность.

– Чем можно вам помочь?

– Пишите в газеты. Жалуйтесь мэру города. Звоните вашему конгрессмену.

Пикетчика прервали громкие звуки автомобильных гудков. Джейми повернула голову и увидела последнюю модель «хонды», которая резко затормозила. За ней следовал грузовик на огромных колесах. Кабина его была так высоко над землей, что Джейми подумала, как может человек взобраться и выбраться из такой машины. Дверца «хонды» открылась, и мужчина в шерстяном пальто спрыгнул на землю. Четыре человека высыпались из грузовика вслед за ним. Джейми почувствовала, как Хэзард весь напрягся, когда человек в шерстяном пальто подошел ближе, размахивая руками в перчатках.

– Все нормально, вы. Расходитесь. Пикетирование окончено.

– Кто это? - спросила Джейми.

– Фрэнк Вейт, - ответил Хэзард. - Держу пари на бутылку шотландского виски.

Человек в пальто быстро подошел к дереву. Ветер шевелил его жидкие волосы, выставляя на обозрение лысину на макушке. Он был долговязый и жилистый, в затемненных очках в железной оправе, скрывавших его глаза. Хотя одежда на нем была дорогая, но не имела никакого вида. Его осанка оставляла желать лучшего, поскольку левое плечо его было заметно ниже правого.

Пикетчики не обратили на него никакого внимания. И чем ближе он подходил, тем громче они скандировали: «Спасите наше дерево! Спасите наше дерево!»

– Слушайте, люди. Это ваш последний шанс, - закричал Вейт. - Эта земля - частная собственность.

– Спасите наше дерево! Спасите наше дерево!

– Работы возобновятся здесь этим утром! У вас всего одна минута, чтобы уйти отсюда.

Пикетчики проигнорировали его слова и сгрудились вокруг дерева под своими плакатами.

– У меня имеется разрешение. - И он вытащил из кармана белый конверт. - Я получил разрешение срубить это дерево. Оно сгнило. Оно представляет опасность для граждан, которые ходят по этой лестнице.

– Вранье! - выкрикнул пикетчик, говоривший с Хэзардом.

– Это официальный документ. Если вы будете пренебрегать им, вас арестуют как нарушителей чужого права владения, зачинщиков беспорядков.

– Давай, действуй. Пускай нас арестуют! - закричала молодая женщина.

– Спасите наше дерево! Спасите наше дерево!

Вейт нахмурился, поджал губы. Потом резким движение руки велел своим спутникам выступить вперед.

– Уберите этих чертовых нарушителей с моей земли, - приказал он.

Джейми вцепилась в руку Хэзарда. До этого момента она не смотрела на спутников Вейта. Это были простые рабочие-строители с сильными руками и тяжелой поступью, словно у судей на футбольном поле, в касках, защитных жилетах, подкованных железом башмаках. Глядя на них, можно было догадаться, что после завтрака они не прочь выпить пива или шумно поспорить.

Сначала Джейми показалось, что Вейт берет людей на пушку. Несомненно, он не думал причинять пикетчикам вред. Они не слишком беспокоили его, чтобы физическое насилие можно было считать оправданным. Вероятно, он просто хотел припугнуть их. И все же спутники Вейта затопали вперед, намереваясь дать волю рукам, вклинившись в кольцо пикетчиков, если бы Хэзард не встал на их пути.

– Подождите минуту! - крикнул Хэзард.

– Убирайся с дороги, приятель! - ответил самый рослый из сопровождавших Вейта. - Или тебе достанется первому.

– Не трогайте их! - возразил Хэзард и, стряхнув с себя руку Джейми, с угрожающим видом шагнул вперед.

– Парень, тебя это не касается. - И человек сплюнул рядом с ботинком Хэзарда. - Убирайся.

До Джейми вдруг дошло, что скандирование прекратилось, и все теперь смотрели на Хэзарда. На тротуаре собрались зрители, а владельцы магазинов вышли на порог, желая узнать, что происходит. Джейми обхватила себя руками и умоляла Хэзарда не совершать необдуманных поступков. Хэзард был один против четырех дюжих парней. Они могли серьезно покалечить даже его.

Он уперся ногами в землю и поднял сжатые кулаки. Парень только этого и ждал. Он намеревался нанести Хэзарду боковой удар, но тот увернулся и ответил мощным левым хуком под подбородок своего противника. Голова детины откинулась назад, и какое-то мгновение он стоял, качаясь и пытаясь обрести равновесие, но затем шлепнулся на землю. Пикетчики приветствовали случившееся радостными возгласами.

Хэзард едва пришел в себя, как трое остальных дюжих парней бросились вперед.

– Хэзард! - вскрикнула Джейми. Но это было бесполезное предупреждение.

Парни набросились на Хэзарда, но они не могли повалить его на землю. Двое крепко схватили его, а третий хотел ударить его в живот. Но тут, визжа тормозами, подкатила дежурная полицейская машина и остановилась у Дерева Небес. Из нее выскочили двое полицейских.

– Ладно, ребята. Отпустите его. Сейчас же!

Рабочие так пихнули Хэзарда, что он споткнулся и упал. Джейми подбежала к нему и схватила за руку, а Фрэнк Вейт подошел тем временем к полицейским.

– Благодарю вас за то, что вы прибыли. - Он пожал руку одного из полицейских.

– Что случилось, Фрэнк? - спросил старший полицейский.

– Этот человек, - тут Вейт кивнул в сторону Хэзарда, - нарушил право моего владения. Он отказался покинуть мою территорию. У меня же есть постановление суда…

– Мы знаем об этом, Фрэнк. - Полицейские посмотрели на Хэзарда. Джейми еще крепче вцепилась в его руку, как бы оказывая ему поддержку.

– Хорошо, Фрэнк. Мы заберем его с собой.

– А что будет с этими? С пикетчиками? Я не могу ничего тут делать, пока они маршируют вокруг дерева.

– Но они же не вступают в драку. Не так ли?

– Да, но…

– Сначала заберем этого парня. А с пикетчиками разберемся потом.

Джейми слышала, как полицейский офицер информировал Хэзарда о его правах. Потом она пошла вслед за ним к полицейской машине, горячо утверждая на ходу, что Хэзард лишь защищал пикетчиков.

Младший полицейский не разрешил ей войти в машину вместе с Хэзардом.

– Вы считаете, что я не могу отправиться вместе с ним? - спросила она.

– Так точно, мэм.

– Но…

– Вы можете увидеться с ним в полицейском участке.

Встревоженная Джейми беспомощно смотрела, как полицейская машина развернулась и направилась к Уотер-стрит. Пикетчики после отбытия полицейских громко выразили свое неодобрение. Джейми скрестила руки на груди и нахмурилась. Каким образом и когда сможет она вызволить Хэзарда из тюрьмы, чтобы он мог покинуть Порт-Таунсенд вместе с ней и Марком? Она совершенно не намеревалась прохлаждаться в этом городе и дожидаться, пока кто-нибудь украдет разработку Марка или причинит ему вред.

Затем ее взгляд упал на человека слева, ходившего перед кирпичным зданием. На нем были неопределенного цвета джинсы и рубашка в клетку. Он только что затянулся сигаретой. Потом выдохнул дым через рот, наблюдая, как полицейская машина скрылась за углом. Его губы растянулись в какой-то странной улыбке, и Джейми не понравилась эта улыбка. Кроме того, что забавного нашел он в аресте Хэзарда Макалистера?

Джейми отправилась в полицейский участок, находившийся в конце Уотер-стрит, где и нашла Макалистера, стоящего у конторки.

– Следовательно, я могу уйти? - спросил Хэзард старшего полицейского офицера Бейтса, который задержал его.

– Да, но я не хотел бы снова видеть вас здесь, - офицер погрозил ему желтым карандашом. - Вы поняли меня, мистер Макдугал? Вам повезло, что Вейт не собирается настаивать на своих обвинениях.

– Но эти люди хотели напасть на пикетчиков, - возразила Джейми.

– Эти пикетчики находятся на чужой земле. А, кроме того, вы только полагаете, что они хотели напасть на пикетчиков. К тому времени, как мы прибыли на место, они ничего не совершили. Фрэнк лишь пытался приняться за дело. Вот и все.

– А когда Фрэнк Вейт стал владельцем этого участка земли? - быстро спросил Хэзард. - Это была общественная земля в мое… во всяком случае, когда-то.

– Он купил этот участок земли несколько лет тому назад. Ему принадлежит весь квартал. И он вправе распоряжаться им.

– Но это дерево - историческая достопримечательность, - заметила Джейми.

Полицейский Бейтс замахал на нее руками.

– Оно кишит насекомыми, наполовину гнилое, мисс Кент. Никто и не глядит на него. Туристы даже не знают, где оно находится, его же не видно за зданием, принадлежащим Вейту. Думаю, что вся каша заварилась из-за того, что группа активистов из Сиэтла что-то пронюхала и решила устроить шум по поводу строительства. Вы же знаете, как застраивается материк. Дома просто жмутся друг к другу. А эти активисты пытаются помешать строительству или просто хотят привлечь к себе внимание прессы.

– Но если бы туристы знали об этом дереве, а место вокруг него было бы более доступным…

– Мисс Кент, вот что я вам скажу. Мне удалось охладить пыл Вейта. Теперь идите домой. И больше не ввязывайтесь в драку, Макдугал, или же я зарегистрирую вас, как нарушителя порядка.

Джейми поблагодарила полицейского, а Хэзард взял ее под локоть, направляясь с ней к двери.

– Мы все же ничего не узнали о Дереве Небес, - заявила Джейми, когда они удалялись по тротуару от полицейского участка. - И я сомневаюсь, чтобы Фрэнк Вейт позволил нам завтра осматривать его собственность.

– Да. Вы правы. Но мы не будем спрашивать у него на это разрешения.

– Что вы имеете в виду?

– Мы вернемся позже. Ночью. Когда эти дюжие парни Вейта будут смотреть десятый сон.

– Вы хотите взломать замки?

– Не обязательно, Джейми. Можно проникнуть в мой старый дом и другими путями, если никто не перестраивал его. Но на это вроде бы непохоже.

– Ну и дела!

Хэзард улыбнулся и подмигнул ей.

– Пойдемте, милочка. Вернемся домой.

И они поспешили по улице к одной из лестниц, ведущих на вершину обрывистого холма. Джейми не отставала от Хэзарда, но пока они не взобрались на самый верх, она и не представляла, как быстро он ходит.

Наконец, преодолев последнюю ступеньку с подгибающимися от усталости ногами, она облегченно вздохнула. Далыпе - ровное место. С этим она вполне справится.

Однако у нее перехватило дыхание при виде автомобиля у дороги на вершине холма. Прислонившись к передней дверце, стоял мужчина, тот самый, который час назад глядя на Хэзарда хищно улыбался. Во рту у него все так же торчала сигарета. Но на этот раз в правой руке он держал револьвер, а не зажигалку. Хэзард резко остановился.

– Черт возьми! - изумленно выдохнул он. Человек с револьвером улыбнулся и помахал оружием.

– В машину, Макдугал. И вы, мисс Кент.

– Кто вы? - спросила Джейми.

– Ваш гид. Прошу вас.

Его улыбка улетучилась, и Джейми, спотыкаясь, села в машину на заднее сиденье. Хэзарда втолкнули вслед за ней, и так грубо, что он буквально выпихнул ее на колени другого мужчины. У того тоже было оружие, и он направил его на Джейми, когда она попыталась сесть прямо. Человек, оставшийся снаружи, хлопнул дверцей автомобиля рядом с Хэзардом, бросил сигарету на землю и вскочил в машину. «Седан» быстро съехал с вершины холма и помчался мимо викторианских особняков и пансионов. Но Джейми не обращала на них выи-мания.

– Куда вы нас везете? - спросила она.

– Нам предстоит небольшая прогулка, - ответил человек, повернув голову. Он направил на нее револьвер, но смотрел при этом на Хэзарда. - Если вы, Макдугал, попытаетесь что-нибудь предпринять, я выстрелю в маленькую леди. Мы знаем, что она-то из плоти и крови.

У Джейми упало сердце. Кто бы ни были эти люди, но они, видимо, знали и о разработке голограмм, и о Хэзарде Макалистере.

14.

Джейми мельком взглянула на водителя и двух других мужчин. На них были джинсы и шерстяные рубашки. У всех были очень короткие волосы и дорогие часы. Часы и одежда явно не соответствовали друг другу. Не об этих ли людях рассказывала ей миссис Гипсон? Джейми внимательно осматривала их, сидя на заднем сидении рядом с Хэзардом. Она нашла его руку и крепко держалась за нее. Сделать что-либо еще она не могла. Оставалось лишь покориться.

Они миновали Кэй-Тэй-Лагун и свернули на Кирни-стрит под аркой маяка у подошвы холма, а затем покатили на юг по шоссе № 20. Джейми смотрела, как мимо проносится эспланада вдоль морского берега, потом дворец Манреси и агентство Форда по продаже автомобилей у городской черты. Все молчали.

Наконец, автомобиль свернул с шоссе и поехал по узкой дороге на Глен-Коув. Они миновали небольшую эспланаду и потом покатили по дороге, посыпанной гравием, и Джейми увидела большой крейсер, стоящий у частной пристани. Хэзард смотрел через окно на длинный белый корабль с параболической антенной на рулевой рубке. Джейми хотелось бы знать, что Хэзард думает о современном корабле. Но она ни о чем его не спросила.

Дверца автомобиля открылась. - Приехали, Макдугал. Выходите. Джейми и Хэзарда отвели на яхту, которая, едва они оказались на борту, тотчас же снялась с якоря. Двое мужчин проводили их в большую каюту на корме. Одна стена каюты была стеклянной, и из нее открывался великолепный вид на залив. Тут же стояли диваны и кресла, а у противоположной стены каюты - большой стол для заседаний. Вдоль стены, около двери, был бар со спиртными напитками, у которого стоял седовласый человек. Когда дверь за Джейми закрылась, он улыбнулся.

– Входите. Входите! - он сделал приглашающий жест, на Джейми он взглянул мельком глазом ценителя женской красоты, а все свое внимание сосредоточил на Хэзарде. Джейми же, посмотрев на него, поняла, что его седые волосы заставили ее поспешить с выводом о его преклонном возрасте. Ему было не более пятидесяти, а яркие голубые глаза безошибочно свидетельствовали об интеллекте.

Хэзард не выступил вперед. Он скрестил на груди руки и с высоты своего роста уставился на седого коротышку.

– Что все это значит? - прогремел его голос.

– Вы говорите! Вы действительно говорите!

Хэзард не на шутку разозлился.

– Конечно, я говорю, ты, чертов негодяй!

Седой расплылся в улыбке и, молитвенно сложив ладони, обошел Хэзарда, разглядывая его словно рождественский подарок.

– Они сказали, что вы можете говорить, но я не поверил, - и он засмеялся, едва сдерживая свои чувства. - Поразительно!

Хэзард стремительно двинулся на седого, но два парня сзади схватили его за руки и оттащили назад.

– Ну, ну, мистер Макдугал! - воскликнул седой. - Ведите себя прилично. Иначе мисс Кент попадет к вам в немилость. Вы ведь не хотите этого? Не так ли?

– Негодяй!

– Что за выражения, мистер Макдугал! - прокудахтал седой, не переставая рассматривать Хэзарда с алчным блеском в глазах.

– Вы знаете мое имя, - прорычал Хэзард. - А как зовут вас?

– С удовольствием отвечу. Я доктор Хэмилтон, - и он отвесил глубокий поклон. - Я с нетерпением ожидал встречи с вами. Только не могу понять, откуда у вас шотландское произношение. Разве доктор Кент по каким-то причинам работал и над языковыми проблемами?

– Произношение мое собственное, - осадил Хэзард своего захватчика.

– А как же он осуществлял над вами дистанционное управление? Или же вы запрограммированы на определенные вербальные и визуальные возбудители?

– Никто мной не управляет. И если бы тут не было Джейми, я бы отделал вас, как следует.

– В этом я не сомневаюсь, - улыбнулся доктор Хэмилтон. - Вы сильный парень, мистер Макдугал. Интересно было бы знать, кого доктор Кент использовал в качестве модели.

– Это мое собственное тело и мой мозг, смею вас уверить. И если вы не объясните мне, что тут происходит, я разнесу вашу чертову посудину на части от носа до кормы.

Доктор Хэмилтон весело засмеялся, что невероятно разозлило Хэзарда. Он рванулся вперед. Охрана пыталась настичь его, но прежде он успел схватить доктора Хэмилтона за пиджак. Страх заставил того мгновенно побледнеть.

Согнутой в локте рукой Хэзард обнял доктора за шею, оторвал его от пола и крепко сдавил ему горло. Но в тот же момент один из охранников изо всех сил вцепился Джейми в волосы. Ее голова откинулась назад, и охранник приставил пистолет к ее шее. Джейми, не отрываясь, смотрела на Хэзарда. Холодное дуло было прижато к ее шее. В ее огромных глазах застыл страх.

Когда же Хэзард осознал всю бесполезность сопротивления, его глаза засверкали от гнева. Он никогда не стал бы подвергать опасности Джейми. И он со вздохом отвращения отпихнул от себя доктора. Охранники опять встали рядом с Хэзардом, а доктор Хэмилтон, спотыкаясь, отошел в сторону, оправляя на себе костюм и пытаясь скрыть кратковременный испуг. Ему на это потребовалась лишь секунда, и он с улыбкой повернулся к Хэзарду. Но на этот раз уже не спешил подходить к нему.

– Итак, вы хотите знать, что происходит? - спросил Хэзарда доктор Хэмилтон. - Бедняга. Вы похожи на современного Франкенштейна. Не так ли? Трагическая пешка.

– Но я не пешка в чужих руках.

– И подобно этому несчастному чудовищу вы иногда прибегаете к насилию. Но насилие не принесло ничего особенно хорошего ни Франкенштейну, ни его создателю. На вашем месте, мистер Макдугал, я бы поразмыслил об этой вашей склонности к насилию.

– Вам-то что до этого, Хэмилтон? Куда вы клоните?

– Куда я клоню? - Доктор Хэмилтон скрестил руки на груди. - Я бизнесмен, мистер Макдугал. В прежние времена я бы продавал оружие и снаряжение тем, кто в этом нуждается. Но в эти дни и в этот век я вынужден проявлять куда больше изобретательности. Атомное оружие практически не применяется. Биологическая война наносит вред природе. А все мы в наше время должны заботиться о сохранении природы. Поэтому когда я услышал о новом замечательном достижении Марка Кента, ну… - он засмеялся и протянул вперед обе руки ладонями вверх. - Я просто должен был первым увидеть его.

– А как вы об этом узнали? - спросила Джейми.

– Моя дорогая, я ждал целые месяцы, пока ваш брат закончит разработку. Я неусыпно следил за этим. Хотя я должен заметить, меня беспокоит, что сейчас он что-то сплоховал.

– Вы тот человек, который предложил купить разработку?

Доктор Хэмилтон кивнул.

– Я могу приобрести разработку Кента и исчезнуть. У меня в Канаде имеется лаборатория, где за несколько недель разработку голограммы можно довести до конца и пустить в ход. Но поскольку ваш брат уперся в какие-то этические проблемы и тому подобное, я вынужден был взять дело в собственные руки.

– Значит, вы везете нас в Канаду. Да? - вмешался Хэзард.

– Так точно.

– Оставьте Джейми в покое, - добавил Хэзард устало. - Отпустите ее. Она не может вам помочь.

– Она - показатель изменения поведения, мистер Макдугал. Она пойдет туда, куда пойдете вы. Кроме того, если Джейми будет на борту корабля, мы, не исключено, сможем, в конце концов, убедить ее брата продать нам права на эту маленькую разработку.

– И вы не причините Джейми вреда?

– Господи, конечно, нет. А когда мы все завершим, она сможет вернуться домой в целости и сохранности, - и он улыбнулся Джейми, как бы успокаивая ее. Но это ее не обмануло. Если доктор Хэмилтон узнает, чем объясняется поведение Хэзарда и как воспроизвести голограмму, то в ней, как в свидетеле его преступлений, больше не будет надобности.

Джейми были отвратительны самодовольство и снисходительный тон доктора Хэмилтона. Он принадлежал к типу людей, уверенных в превосходстве своих знаний и силы и тайно злорадствующих над бессилием остальных. И потому Джейми была абсолютно уверена, что за улыбающейся физиономией Хэмилтона скрывается решение расправиться с ней.

Когда Хэмилтон, хихикая, опять стал приближаться к Хэзарду, он вынул из кармана шприц. На этот раз Джейми рванулась вперед.

– Нет! - закричала она. Но доктор Хэмилтон не обратил на это никакого внимания. Охранник рывком отбросил ее назад, чуть не вывихнув ей руки.

– Вы любите иногда огрызаться, мистер Макдугал. Боюсь, что мне следует применить транквилизатор. Нужно устроить вам несколько тестов, и я не хочу, чтобы вы осложнили нам дело.

Хэзард отпрянул назад, когда доктор стал подходить к нему со шприцем.

– Не надо! - закричала Джейми. - Вы не знаете, как это подействует на него.

– Тише! - рявкнул доктор Хэмилтон, и лицо его вдруг стало безжалостным. - Ребята, держите его, - приказал он. И пока Хэзард, извиваясь всем телом, пытался стряхнуть с себя дюжих молодцов, доктор быстро уколол его в плечо. Через секунду Хэзард, потеряв сознание, повалился на бок между парнями.

– Отнесите его в лабораторию и разденьте там, - распорядился Хэмилтон. Потом он с улыбкой повернулся к Джейми. Его поведение мгновенно изменилось. - А вы, моя дорогая мисс Кент, не хотите ли позавтракать?

– Идите к черту!

В желудке у Джейми урчало, когда она мерила шагами маленькую каюту. После того, как она отказалась от завтрака, ее проводили в каюту рядом с кают-компанией. Дверь каюты заперли на замок, предупредив ее, чтобы она вела себя тихо. Хэзарда оттащили в лабораторию, но Джейми не знала, где она находится. Что они делают с ним в лаборатории? Она молилась и надеялась, что они не убьют его. Хэзард не был обыкновенной голограммой. И они могли причинить ему вред лишь в силу своего полного невежества.

Ведь они не представляли себе, что Хэзард не просто продукт умственной деятельности Марка. Джейми в тревоге взглянула в маленький бортовой иллюминатор. И увидела лишь серо-голубые волны. Как далеко они отплыли в направлении Канады? И как они могут совершить побег с корабля в холодной воде пролива Хуан-де-Фук?

Через несколько часов человек, сидевший рядом с ней на заднем сидении в автомобиле, принес ей поднос с едой. Джейми не обратила на него никакого внимания, когда он ставил на стол поднос и пытался завязать с ней разговор. Однако заметила, что этот человек не держит оружия в руке. Возможно, он не предполагал никакой угрозы со стороны хрупкой женщины. Джейми повернулась к нему спиной, когда он хотел выудить из нее какие-то сведения. Наконец он вышел и запер дверь.

Джейми отвернулась от подноса с едой, решив не брать в рот ничего, предложенного доктором Хэмилтоном. Она не желала иметь с ним никакого дела. Но затем изменила свое решение. Если она должна сохранить силы и попытаться спасти Хэзарда, то следует поесть. И она съела все, что было принесено.

Шли часы. Джейми стучала в дверь, тщетно пыталась открыть иллюминатор, обыскала всю каюту в надежде найти хоть что-нибудь похожее на оружие. Но она не обнаружила ничего подходящего. Ящики под спальным местом были пусты. Во встроенном в стену платяном шкафу ничего более угрожающего, чем вешалки для платья, не было. Небольшой стол у двери был прикреплен к стене, а хлипкие стулья распались бы на части, прежде чем она сумела бы кого-нибудь ударить. Оставшись недовольной своими поисками, Джейми пошла в ванную комнату. Стояк душа, унитаз, раковина. Все прочно прикреплено к месту. А что под раковиной? Джейми встала на четвереньки и открыла дверцу, надеясь обнаружить в маленьком шкафчике небольшой насос. Но нашла лишь кусок мыла и три упаковки бумажных салфеток. Она выпрямилась и вздохнула. Надежда умирает последней.

Джейми уже собиралась покинуть ванную, когда взглянула на унитаз. Одну минуту! Крышка бачка снималась. Конечно, такой тяжелой керамической крышкой можно оглушить человека. Джейми усмехнулась и подняла крышку. Потом отнесла ее на стол в каюте и подвинула стул к входной двери, Когда в следующий раз охранник принесет еду, она должна быть наготове, с крышкой в руках.

Время тянулось медленно. Целые часы Джейми все ждала, чутко прислушиваясь к звуку шагов в коридоре. Когда наступила темнота, спина у нее просто одеревенела от долгого ожидания у двери. Она устала от напряжения, стараясь уловить каждый шорох.

Наконец, где-то после семи вечера он пришел. Она услышала, как приближаясь к двери, он что-то насвистывал. Джейми, вся превратившись во внимание, влезла на стул. Потом подняла крышку бачка и стала держать ее над головой, готовая опустить ее вниз, как только откроется дверь.

Ключ в замке заскрежетал. Язычок замка повернулся. Мускулы Джейми напряглись, что вызвало в ней не только страх, но и дурное предчувствие. Дверь распахнулась, и человек переступил порог. Джейми опустила вниз крышку, с силой направив ее на темя охранника.

Тот даже не вскрикнул. Только чуть покачнулся и рухнул на пол вперед головой. Поднос с едой пролетел через всю каюту. Томатный суп расплылся по стене, точно кровь, стекая вниз красными ручейками.

Джейми в ужасе замерла на месте, думая, что убила его. Потом соскочила со стула и подошла к охраннику. Он дышал, и она предположила, что он пробудет без сознания еще какое-то время. Джейми наклонилась и вынула револьвер из кобуры. Потом поискала среди валявшихся на полу разбитых тарелок, серебряных ложек и вилок кольцо с ключами, которое он положил на поднос. Через несколько секунд она уже была в коридоре, не забыв запереть на ключ дверь своей каюты. Здесь, пытаясь собраться с мыслями, она прислонилась к двери. Ей следовало продумать каждый шаг и сделать это очень быстро. Как скоро они хватятся пропавшего охранника? Как скоро он придет в себя и как скоро забьют тревогу его дружки? Что этот негодяй причинил Хэзарду? И где находится эта чертова лаборатория? Джейми мрачно улыбнулась, сжав в руках пистолет. Она старалась прояснить для себя обстановку, как в таких случаях поступал и Хэзард Макалистер.

Она посмотрела в направлении кают-компании. Но лаборатория, очевидно, располагалась не там. Кают-компания занимала большую часть кормы. Потом она взглянула на коридор и увидела много дверей по обе стороны. Очень похоже, что в этой части корабля в основном каюты. Оставался правый борт и коридор, который в нескольких метрах от нее делил корабль на две части. Джейми поспешила в коридор и заглянула за угол, чтобы узнать, свободен ли путь. Никого не было.

Она прокралась вдоль коридора, прислушиваясь к каждому шороху. Пистолет она держала прямо перед собой, готовая выстрелить в любую движущуюся цель. Пот мелкими каплями выступил у нее на лбу. Если кто-нибудь и появился бы, то она не знала - выстрелит в человека или наложит в штаны от страха.

Когда Джейми подошла к месту пересечения с другим коридором, который шел по направлению к корме, то услышала приближающиеся голоса. Она прилепилась к стене, ее сердце было готово выпрыгнуть из груди. Голоса становились все громче. Что если они повернут за угол и увидят ее? Один выстрел, и все на корабле будут знать, что она совершила побег. Джейми затаила дыхание, когда мужчины прошли рядом по коридору. Она ждала, замерев на месте и трепеща в душе. Безусловно, они могли бы услышать, как бьется ее сердце. Но мужчины прошли мимо, даже не взглянув в ее сторону. Джейми закрыла глаза и про себя прочитала благодарственную молитву.

Она подождала, пока голоса удалились, и заглянула за угол. Лаборатория была здесь. Сквозь длинный ряд окон в коридоре она могла рассмотреть, какие особые меры предосторожности тут были приняты. Доктор Хэмилтон пересек ярко освещенное помещение и снял с себя белый халат. Один из охранников беседовал с ним. Прислонившись к дверному проему, Джейми увидела, что доктор Хэмилтон большими шагами направляется к двери. Она метнулась назад, в коридор, откуда только что появилась. - Спокойной ночи, Ривс, - услышала она слова доктора Хэмилтона, когда дверь быстро открылась. - Дайте мне знать при первых же признаках какого-либо изменения.

По виниловому полу раздался дробный стук его шагов, и он покинул лабораторию. И опять Джейми прилепилась к стене, надеясь, что доктор не заметит ее. И опять ей повезло. Теперь ей следовало опасаться лишь охранника в лаборатории.

Джейми вытерла кончик носа тыльной стороной ладони. Затем, согнувшись, чтобы ее не было видно из окон лаборатории, стала пробираться через коридор. Перед дверью она присела на корточки, раздумывая о том, как ей проникнуть в лабораторию незамеченной охранником. Страшно медленно, сантиметр за сантиметром она вытягивала шею ровно настолько, чтобы посмотреть через стеклянную дверь.

Охранник расхаживал по большому помещению, потягивая из банки пепси. Рядом, прикрепленный к стене, мерцал телевизор. Хэзарда нигде не было видно. Тогда она подумала, что он все еще находится в бессознательном состоянии.

Охранник остановился, когда стали передавать очередные спортивные новости. Он стоял к Джейми спиной. Она протянула руку к двери и толкнула ее как раз в тот момент, когда в конце лаборатории возник странный голубой свет. Джейми в каком-то страшном удивлении наблюдала, как голубой свет двинулся в направлении охранника, по мере приближения приобретая облик человека. Охранник изумленно глазел на него, застыв на месте.

Джейми решила рискнуть и ворвалась в лабораторию, крепко сжав в руках пистолет.

– Ни с места! - крикнула она, подражая полицейскому из фильма.

Охранник обернулся, и в тот же миг голубой свет превратился в человеческую руку. Мощный левый хук быстро свернул охраннику голову, и тот, с закатившимися глазами, рухнул на пол. Пепси, шипя, разлилась вокруг, образовав коричневую лужу.

Джейми, не отрываясь, смотрела на окончательный процесс материализации Хэзарда Макалистера. Он был совершенно голый и представлял собой впечатляющее зрелище. У Джейми даже руки повисли, когда она увидела, каких он размеров. Другие мужчины выглядели бы нелепо, окажись они без клочка одежды. Но Хэзард нес свою великолепную обнаженность, словно непробиваемую броню. Джейми никогда не видела ничего подобного. А когда он обернулся к ней, она увидела его остальные мужские достоинства. Она быстро отвела глаза. Горячая волна поднялась в ней, щеки покраснели.

– Хорошая работа, милочка! - воскликнул Хэзард, улыбаясь, вроде бы и не подозревая о своей наготе.

– Оденьтесь, Хэзард, - ответила она, неуверенно продвигаясь вперед. - Я пока заткну ему рот и постараюсь связать.

Хэзард кивнул и вышел. Джейми посмотрела ему вслед, все еще находясь под впечатлением от его наготы. Какие же ощущения должны возникнуть, если прикоснуться к этому телу! Джейми почувствовала дрожь в ногах, наклоняясь над потерявшим сознание охранником. Она оттолкнула в сторону его пистолет, потом нашла в шкафчике клейкую ленту. Она как раз заклеивала охраннику рот, когда вернулся Хэзард, на ходу заправляя рубашку в штаны.

Крадучись, они покинули лабораторию, прежде заперев охранника в маленьком чуланчике.

– Что же теперь? - прошептала Джейми.

– Бог знает. - И Хэзард, схватив ее за руку, бросился бежать по коридору как раз в тот момент, когда раздались режущие слух короткие и отрывистые сигналы тревоги.

– Они знают! - вскрикнула Джейми.

– Вперед! - И Хэзард потащил ее к лестнице, ведущей на палубу. Везде раздавались крики и топот ног. Хэзард выскочил на палубу, увертываясь от пуль. Джейми пыталась не отставать от него.

Вдруг вспыхнул свет. На палубе стало светло, как днем. Еще два охранника спешили из рулевой рубки.

– Стоять! - закричал один из них. Хэзард побежал на корму, таща за собой Джейми.

– Хватай его! - проревел другой. Хэзард перебросил ногу через поручень, но Джейми в ужасе отступила назад.

– Давайте, милочка! - запыхавшись, выкрикнул Хэзард.

– Я не могу!

– Можете. - Он схватил ее руку и сжал точно клещами. - Это наш единственный шанс.

Джейми наклонилась над поручнем. Она не успела произнести и слова, как оказалась уже по ту его сторону в черной, открытой всем ветрам, пустоте. Пули жужжали вокруг ее головы, е шипением разрезая воду. А она все падала и падала! Наконец она шлепнулась в воду и ушла в нее с головой.

Джейми вынырнула, глотая воздух, загребая одной рукой, а другой уцепившись за большую руку Хэзарда. Пули, жужжа, пролетали мимо. И вода, и ночь были одинаково темны. Так что Хэзарда и Джейми не было видно.

Соленые брызги ударяли Джейми в лицо, она захлебывалась, пытаясь преодолеть волны и не спуская глаз с большого белого корабля. Что они могли предпринять? Что ждет их? Хэзард, вероятно, не боялся ледяной воды, но Джейми знала, что человеческое существо может погибнуть от переохлаждения менее чем за полчаса. Она почувствовала, как что-то задело ее ногу, и понадеялась, что это лишь длинная бурая водоросль, плывущая в воде, а не акула, выискивающая, чем бы поживиться.

Через несколько минут охранники перестали стрелять, и огни на корабле погасли.

– Что они собираются предпринять? - едва выдохнула Джейми уже посиневшими губами. - Почему они перестали стрелять?

– Позади нас лодка.

Она повернула голову в сторону корабля и увидела смутный силуэт большой лодки.

– Они никогда не увидят нас! - воскликнула Джейми. - Они наедут на нас.

– А может, и нет. - И Хэзард отпустил руку Джейми. Она в ужасе быстро оглянулась и начала молотить руками по воде, чтобы снова схватить Хэзарда.

Холод вытягивал энергию из ее тела и притуплял ум. Наконец лодка доктора Хэмилтона заспешила прочь, чуть не утопив их в пенистой кильватерной струе.

– Хэзард, - из последних прошептала Джейми. С волос, нависших над ее глазами, стекала соленая вода, от которой резало глаза.

– Не бойтесь, Джейми. Я собираюсь опять превратиться в свет.

И в какие-то мгновения Хэзард, утратив свой человеческий облик, стал голубым огнем неопределенных очертаний, сверкавшим словно прожектор на черном пространстве воды. С какого-то приближающегося судна было сделано два выстрела, сигнализировавших о том, что ими замечено нечто слева по борту.

– Они заметили нас, - прохрипела Джейми. Ее ноги и руки постепенно деревенели. Она почти не могла плыть и не один раз уходила под воду.

– Только продержитесь, милочка, - услышала она голос Хэзарда. Джейми удивилась, как это он может разговаривать с ней, но углубляться в эту загадку она не могла: ей было очень страшно и очень холодно.

– «Держитесь, милочка!»

15.

Джейми очнулась от восхитительного запаха кофе. Открыла глаза. Она лежала на койке под грудой шерстяных одеял. Мокрую одежду кто-то снял с нее, и она лежала под одеялами нагишом. Хэзард наклонился к Джейми, внимательно наблюдая за ней. Брови его были сдвинуты. Свою мокрую одежду он сменил на белый махровый халат с вышитой на карманчике эмблемой. Позади него стоял человек. На незнакомце была синяя форменная одежда и фуражка с кантом. Они находились в другой каюте, на другом корабле.

– Джейми! Слава Богу! - Хэзард засмеялся и сел рядом с ней на койку. Она пыталась улыбнуться в ответ, но губы не повиновались ей. - Как вы себя чувствуете? - Он сжал ей руку.

– Нормально.

Человек в форме наклонился к ней.

– Мы немного беспокоились из-за вас. Вы долго пробыли в холодной воде.

– Где мы? - пробормотала Джейми.

– На корабле «Принцесса Мария». Рейс из Сиэтла.

– Нам повезло, что вы шли мимо, капитан. Тот понимающе кивнул и потеребил свою бороду.

– Я слышал о кораблях, которые идут на дно за несколько минут. Но сам этого никогда не видел. Хорошо еще, что у вас был этот свет, иначе мы бы никогда вас не заметили.

– Ни за что не пожелал бы снова оказаться в подобной переделке, - заметил Хэзард. Джейми посмотрела на него. Хэзард быстро придумал правдоподобную историю, объясняющую то затруднительное положение, в которое они попали, и не упоминая о разработке голограмм. И она была очень признательна ему за такую находчивость.

– Итак, миссис Макферсон, выпейте кофе и не волнуйтесь. Через полтора часа мы будем в Сиэтле. - Капитан подошел к двери и открыл ее. - А если вам что-нибудь понадобится, позвоните. Как только ваша одежда высохнет, я пришлю ее вам.

– Спасибо, капитан, - улыбнулась ему Джейми. Очень вам благодарна. - Он приложил руку к козырьку и вышел.

Джейми повернула голову, чтобы видеть Хэзарда. Тот наклонился над ней, халат на нем распахнулся, обнажив мускулистый торс и поросшую золотистыми волосами грудь. Не отрываясь он смотрел на нее синими, полными тревоги, глазами.

– Джейми, я уже думал, что потерял вас, - пробормотал он, с жаром целуя ей руку и не сводя с нее глаз.

Она смотрела, как его губы прижимаются к ее коже. И ее груди тотчас же отреагировали на это прикосновение. Соски стали твердыми, и ее пронзило желание. Джейми непроизвольно вздрогнула.

– Хотите кофе, милочка?

– Нет. - Она покачала головой и потянулась к его мощной шее. Ее пальцы быстро скользнули по его раскрытому халату, нащупав завитки на задней части шеи.

– Мне так нужно, чтобы вы были со мной, Хэзард.

Она села, и упавшие одеяла открыли ее стройную фигуру. Хэзард взглянул на нее, упиваясь видом прекрасного тела цвета розоватого мрамора. Он обнял ее, положив большие пальцы ей под груди, а кончики остальных прижав к ее лопаткам. Секунду он смотрел на тугие груди, а потом притянул ее к себе, прижавшись лицом к ее волосам.

Джейми прильнула к нему, черпая силу и тепло из его объятия и из звука его голоса, когда он пробормотал ее имя. Она почти утратила Хэзарда. И никогда, никогда не упустит возможность показать ему, как много он значит для нее. Неважно, что произойдет после этого, неважно, в какой степени Хэзард Макалистер не является человеком, она любит его, хочет соединиться с ним, заполонить им свою душу.

Она приподнялась, чтобы поцеловать его, и его губы с жадностью, обостренной близостью миновавшей смерти, слились с ее губами. Каждый поцелуй был драгоценным, каждая ласка дарована судьбой или случаем. Джейми, приоткрыв свои губы, на этот раз погрузила свой язык в теплую полость его рта, и прижимая груди к его халату, просунула под него руки и сбросила халат с его плеч. Поверх настоящих мускулов и сухожилий блестела тугая кожа. Джейми даже затрепетала, чувствуя мощь, пульсирующую под ее пальцами, когда она спускала халат с его плеч. Его спина была невероятно широкой и гладкой, словно кусок нагретого кремня. Она ласкала его, шепча его имя, не отрывая губ от его лица, отдаваясь страсти и желанию.

Хэзард высвободил руки из рукавов халата, не выпуская Джейми из своих объятий. Джейми, сгорая от желания, развязала пояс халата Хэзарда, отбросив в стороны его концы. Халат лег вокруг бедер Хэзарда, но раздвинулся посередине, когда его мужская стать поднялась из складок халата и прижалась к ее животу. У Джейми перехватило дыхание, и она опустила глаза вниз, забыв о выдохе при виде его достоинств.

Он поднял ее подбородок, заставив смотреть на себя. В его глазах полыхало желание. Они походили на расплавленную бирюзу.

– Джейми, милочка, - произнес он хриплым голосом. - В этот раз мы должны завершить то, что начали, или же я просто сойду с ума.

– Тогда начинай, - прошептала она. - Ты, страстный шотландец.

Хэзард мгновение смотрел на нее, соображая, правильно ли он ее понял. Потом улыбнулся ей улыбкой, полной любви и вожделения, да так откровенно, что у Джейми стало влажно между ногами. Она медленно опустилась на подушку, не отрывая глаз от него, готовая принять его. Все еще улыбаясь, он отбросил одеяло и наклонился над ней, раздвигая ее колени своими. Он положил свою правую руку у ее головы, а левой отвел назад волосы от ее лица жестом ласкового собственника.

Затем, глядя ей в глаза, он постепенно опустил всю тяжесть своего тела на нее, оттолкнув в сторону одну ее ногу. Джейми поразилась тому, каким жарким было его тело. Впервые в жизни она ощутила прикосновение к себе обнаженного мужского тела. Это было ни на что не похоже. Раскаленный зной. Гораздо более компактная, чем ее собственная, плоть. Она погладила его по спине, последовательно касаясь выступающих мускулов. Ее сердце глухо билось, полное радостного ожидания. Вдруг с необычайной ясностью она поняла, что то, что у нее должно произойти с Хэзардом, является апогеем двух жизней, ее и Нелле Макмарри.

Хэзард поцеловал ее в ключицу, шею, подбородок и уже потом в губы.

– Ах, Джейми! - воскликнул он. - Я не могу больше ждать!

Сердце Джейми сильно билось, когда он наклонился над ней и поднял ее колени. Ее руки задержались на его груди, когда он снова поцеловал ее и направил в нее свою мужскую стать. С рычанием Хэзард вошел в нее.

Джейми вскрикнула, сначала от боли, потом от удивления, когда он целиком и полностью вонзил в нее свою плоть. Он рычал, как бы сдерживая свое вековое желание, в то время как Джейми прижимала его бедра к своим. Она не хотела, чтобы он оторвался от нее. Хотела чувствовать его в самой середине своего существа. Хотела удерживать и сохранять его так всегда, глубоко внутри себя, достаточно глубоко, чтобы заполнить ту черную пустоту, которая проглатывала ее годами.

Но Хэзардом руководили его собственные желания. Он закинул ее руки ей за голову, переплел ее пальцы со своими, ладонь к ладони, и поцеловал ее, медленно начиная двигаться. Постепенно его темп ускорился, и он, тяжело дыша, оторвался от ее губ. Джейми держала его за плечи, подхваченная новой волной желания в ответ на его ускорившийся темп. Она изогнулась, стремясь приблизить к нему свои бедра, страстно желая преодолеть удивительное и недосягаемое для нее расстояние между ними.

– Джейми! - задыхаясь, произнес он. Пот, выступивший на его спине, вдруг стал холодным. - Ах, милочка! - Он входил в нее все глубже и все неистовей.

Джейми увидела под своими пальцами, прикасавшимися к коже Хэзарда, вспыхнувшую светлую полоску. Точно вскипали пузырьки света. Но ей было не до того, чтобы удивляться. Она все стремительней поднималась, поднималась, поднималась на обрыв холма, отдавшись неукротимой волне, столь могучей, что она поглотила Джейми, лишив сил, чтобы преодолеть эту волну.

– Джейми! - воскликнул Хэзард сдавленным голосом. Но она едва услышала его. Кровь стучала у нее в висках. Она почувствовала, как что-то прорвалось внутри нее, что-то горячее, расплавленное. Зной обжег ей руки и ноги, и на какое-то мгновение ее пронзило ни с чем не сравнимое ощущение полноты и блаженства. Хэзард навис над ней, негнущийся и вздрагивающий, с закрытыми глазами и раздвинутыми губами, точно он большими глотками вдыхал воздух, но не выдыхал его.

Джейми, вся пылающая, открыла наконец глаза. Перевела дыхание. Хэзард был залит светом. Джейми, пораженная, увидела, что и ее тело излучает свет. Лучи желтого, голубого, красного исходили от нее, и светящаяся розовая аура мерцала над ее животом и бедрами. Все еще возбужденный, Хэзард пока не пришел в себя. Казалось, он потерял ощущение реальности происходящего.

– О, Господи! - простонал он, скрежеща зубами. Свет устремился вверх, осветив каюту и удаляясь. Джейми могла лишь с ужасом наблюдать за происходящим. Наконец Хэзард с шумом сделал выдох и откинул голову назад.

– Хэзард! - закричала Джейми, приподнявшись на локтях. Он скатился с нее и лежал теперь на спине. Одна рука его свешивалась вниз. Он тяжело дышал и дрожал. Джейми охватил испуг.

– Хэзард! - закричала она опять, садясь на постели. Ее желание улетучилось в одно мгновение. Она смотрела на него не отрываясь. Казалось, он полностью лишился сил, он был необычайно бледен. Хазард так и лежал с закрытыми глазами и не мог видеть света, пляшущего на его коже. Джейми неуверенно наклонилась вперед, не зная, может ли дотронуться до него. Осторожно откинула с его лица волосы.

– Хэзард, открой глаза!

Он глотнул и облизал губы.

– Джейми… я…

– Хэзард, ты светишься!

Он открыл глаза и посмотрел на свою грудь. Потом поднял руку.

– Святой Боже! - выдохнул он, оглядев ее. Потом он опустил руку и снова закрыл глаза.

– С тобой все в порядке? - спросила она. Он слабо улыбнулся.

– Не знаю. Думаю, это мой вековой возраст прижал меня.

– Ты побледнел. - Она пощупала его лоб. - Тебе холодно. Как ты себя чувствуешь?

Хэзард повернул голову и беспокойно посмотрел на нее. Потом притянул к себе и поцеловал, чтобы она не беспокоилась. Но Джейми почувствовала, как дрожит его рука.

– Джейми, я никогда не испытывал ничего похожего… даже близко к этому. Это ошеломило меня. - Его: рука скользнула по ее голове. - Дай мне минуту, чтобы собраться с мыслями, милочка.

Джейми обняла его за плечи и заглянула ему в рот.

– Ты весь наполнен светом, Хэзард. Освещаешь всю каюту.

Он провел рукой по ее спине.

– С тобой-то все в порядке?

– Да! - Она шлепнула его по щеке.

– Я напугал тебя, любимая?

Она обхватила руками его широкую грудь и улыбнулась.

– Теперь я уже взрослая девушка, Хэзард Макалистер, - заметила она тихо. - Ты не можешь напугать меня.

Но Джейми была напугана. Она внимательно наблюдала за Хэзардом, и ее беспокоило его состояние. Его речь казалась неразборчивой, дыхание поверхностным. И в течение довольно длительного времени он как-то рассеянно похлопывал ее по спине.

– Как это тебе удалось? - спросила она, когда дыхание его, наконец, обрело нормальный ритм.

– Что удалось, милочка? - спросил он, и его голос прогромыхал у ее уха.

– Превратиться в свет, там, в море.

Он глубоко вздохнул, так что она приподнялась вместе с его вздохом, и сказал:

– Я обнаружил, что после того, как доктор Хэмилтон вкатил мне наркотик, я сам могу трансформировать себя. Нет худа без добра.

– Значит, ты можешь трансформироваться по своему желанию?

– Но только очень сосредоточившись на этом, милочка.

– Возможно, тебе не следует делать это часто. - И она бросила беспокойный взгляд на его лицо. - Возможно, такая трансформация опасна.

– Да. Я просто ненавижу, когда мое тело подвергается такой трансформации. - Он приподнялся и поцеловал ее. Живые теплые краски опять появились на его лице, и Джейми вздохнула с огромным облегчением.

– Теперь, когда я имел удовольствие узнать тебя. - И он перекатился на бок, положив ногу на ее бедра. Потом обнял ее крепко, обхватив ее всем своим большим телом. - Ах, Джейми, воробышек мой ненаглядный, твое тело заставляет меня быть благодарным за то, что я мужчина. - Он прижался носом к ее шее. - И теперь, Джейми, я заставлю тебя радоваться тому, что ты женщина.

Она наклонилась и коснулась губами его руки, обнимавшей ее грудь.

– Ты уже сделал это, Хэзард.

– Нет, - усмехнулся он, ущипнув ее за сосок. Сладостная боль пронзила ее. Какие еще ухищрения известны Хэзарду? - Первый раз это было ради моего удовольствия, - продолжил Хэзард. - А на этот раз это будет ради твоего.

Может ли быть еще большее удовольствие, чем находиться в его объятиях? Прежде чем она успела спросить, Хэзард наклонил голову и взял в рот ее грудь, посасывая ее словно младенец. Джейми вскрикнула и закрыла глаза, отдаваясь незнакомому ей ощущению, пробежавшему словно огненный ручеек от ее грудей к самой глубине живота.

Хэзард обследовал ее тело, касаясь и покусывая губами каждый его кусочек, от мочек до кончиков пальцев на ногах. Джейми лежала на койке в каюте в состоянии экстаза, ее кожу покалывало, точно каждый нерв в ней был живой и пульсирующий. И вот Хэзард снова взял ее - медленно, нежно, сводя ее с ума, пока она не запросила пощады.

Потом она лежала опустошенная, пресыщенная, сияющая, безмолвная. Хэзард лежал рядом, положив руку ей на бедро. Джейми вздохнула, когда он прижался к ней. Но вдруг словно какое-то новое, страшное открытие заставило ее вздрогнуть. Хэзард не оставит никогда свое семя в ней, никогда не даст ей ребенка, никогда не завершит свой бесконечный процесс рождения и смерти, никогда не достигнет кульминации, занимаясь любовью, как это бывает. Джейми повернулась в его объятиях и приникла к нему, обняв его так крепко, что рукам ее стало больно. Больше всего на свете она хотела быть частью этого мужчины, частью того, кто будет принадлежать ей всегда. Как же ей хотелось знать, что же ей позволит судьба.

– В чем дело, миссис Макферсон? - пробормотал Хэзард.

– Да нет, ничего, мистер Макферсон, - ответила она. - Ровным счетом ничего.

16.

Джейми и Хэзард попали в Порт-Таунсенд лишь на следующее утро после того, как переночевали в отеле в Сиэтле, а потом на пароме отправились на полуостров. Хотя Джейми еще никогда не проводила более восхитительной ночи, чем та, которую они провели с Хэзардом, ее очень беспокоила встреча с братом - она должна была предупредить его о намерениях доктора Хэмилтона. Она позвонила Марку из Сиэтла, чтобы объяснить случившееся, дабы он напрасно не беспокоился, но он не позволил ей рассказывать все по телефону.

На пороге дома их встретила взволнованная миссис Гипсон.

– Джейми! Мистер Макдугал! Наконец-то! - она закрыла дверь и последовала за ними до лестницы.

– Марк думал, что вас похитили. С вами все в порядке?

– Да, Эдна. Благодарю вас. - И Хэзард притянул к себе поближе Джейми, сжав ее за плечи.

Джейми улыбнулась ему.

– Хотите позавтракать?

– Это было бы просто замечательно, миссис Гипсон.

Домоправительница заспешила на кухню, но не успела Джейми сделать и двух шагов вверх по лестнице, как увидела Бретта, появившегося на пороге гостиной. Он уставился сначала на Джейми, потом на Хэзарда, затем пересек холл, волоча за собой рулон черной гофрированной бумаги.

– Какого черта вы столько времени пропадали? - потребовал он ответа. - Я беспокоился. - И он нетерпеливо дернул рулон.

– Мы плавали в проливе Хуан-де Фук, - объяснила Джейми.

Бретт посмотрел на нее так, словно она неудачно пошутила, потом перевел взгляд на Хэзарда.

– Что происходит, Макдугал?

– Нас похитил один из поклонников Марка.

– Что?

– Пытался увезти нас в Канаду. Мы прыгнули в море, и нас подобрал корабль «Принцесса Мария».

– И вы думаете, что я вам поверю? - прорычал Бретт. - Я знаю, черт возьми, что вы делали. Забрались в какое-нибудь укромное местечко и занимались там любовью.

Джейми даже раскрыла рот при этих словах Бретта, не ожидая от него ничего подобного. Но затем ею овладел гнев, и в пылу гнева она забыла обо всем. Ей надоел Бретт. Она не желала выслушивать его претензии. Спустившись с лестницы и подойдя к Бретту, она влепила ему звонкую пощечину. Он даже качнулся в сторону, так сильно она его ударила. Потом он схватился за щеку, пораженный ее поступком. Джейми же стояла перед ним, дрожа от гнева.

Когда он не произнес ни слова, она опять ударила его по щеке, после чего повернулась и поднялась по лестнице, тяжело отсчитывая ступеньки. Она пересекла холл, и, постучав в дверь комнаты Марка, ворвалась туда.

Марк с удивлением взирал на ее столь шумный приход.

– Джейми! Что случилось?

– Это долгая история, - сказала она, подняв руки вверх. - Достаточно сказать, что тебе грозит опасность. Один тип по имени Хэмилтон знает все о тебе и о Хэзарде. Мы пришли, чтобы забрать тебя отсюда.

– Ты серьезно?

– Дальше некуда, Марк.

И она рассказала ему о событиях предыдущих полутора дней, опустив подробности, касающиеся ее лично. Марк слушал ее, и лицо его все больше темнело от гнева.

– Почему они не могут оставить нас в покое? - воскликнул он. - И что, по их мнению, они собираются выведать у Хэзарда? Он же не подлинная голограмма.

– Марк, я хочу, чтобы ты начал собираться, - сказала ему Джейми. - Мы заберем тебя отсюда. Завтра же.

– А что будет с Хэзардом?

– Он поедет с нами.

– Ты думаешь, он захочет? Джейми мысленно вернулась к тем последним часам, которые она провела с Хэзардом.

– Захочет, - ответила она.

***

Позавтракав вместе с Хэзардом и Марком, Джейми пошла в свою комнату. Взяла с ночного столика кольцо, подаренное Бреттом, и сунула его в карман джинсов. Затем расчесала щеткой волосы, посмотрела на себя в зеркало. Она раз и навсегда решила выяснить с Бреттом отношения.

Но Джейми терзалась одной мыслью.

Она была зла на Бретта. И очень зла. И очень давно. Ей следовало либо подавлять это чувство, либо выплеснуть его. И на этот раз она не стала глотать валиум, чтобы заглушить в себе раздражение. Она решила использовать свой гнев как щит против Бретта, поскольку тот, безусловно, начнет упрекать ее. Джейми решительно вздохнула и состроила в зеркале гримасу. Сделай это, Джейми Кент, сказала она себе. Если будешь ждать другого раза, то сойдешь с ума. Это уж точно.

Она знала, что Бретт сейчас в своей комнате один. Он только что возвратился из города с коробками и сумками, а также едой и выпивкой для вечеринки. Джейми слышала, как он говорил Тиффани, что собирается принять душ перед обедом.

Джейми закрыла за собой дверь и спустилась в холл. Разрыв помолвки не является невыполнимой задачей, особенно еще и потому, что она никогда не принимала предложение Бретта насчет замужества. Он навязал ей это кольцо, ожидая получить ее согласие. И все же Джейми знала, что противостояние обернется борьбой. Бретт потребует объяснений. Он попытается заставить ее почувствовать себя виноватой и ответственной за возникшее недоразумение. Он не из тех, кто с достоинством получает отказ.

Не очень понимая, что делает, Джейми уже стояла перед дверью комнаты Бретта. Желая поскорее покончить с этим неприятным разговором, Джейми распрямила плечи, подняла руку и постучала в дверь.

– Войдите! - крикнул Бретт.

Джейми открыла дверь и увидела Бретта. На нем было лишь полотенце и тапочки. Он удивленно засмеялся.

– О, Джейми. Я как раз хотел тебя видеть.

Он наклонился над грудой сумок, лежавших на его кровати, и извлек оттуда букет цветов, упакованный в тонкую бумагу.

– Для тебя, дорогая. Я… уф… обдумал то, что сказал тебе. И должен признать… я здорово нагрубил тебе.

Джейми очень удивилась. Может, она ослышалась? Бретт допускает, что нагрубил ей? Она даже не нашлась, что ответить, пока он вручал ей цветы.

– Ну же, Джейми, разве ты не любишь розы?

Его беззастенчивое поведение вернуло ее к действительности. Он, в конце концов, встретил ее дружелюбно вместо того, чтобы, стоя в середине комнаты, начать с ней препираться. Она вновь почувствовала, как в ней закипел гнев.

– В честь чего это, Бретт?

Улыбка сбежала с лица Бретта.

– А ты сама как думаешь? - И он опустил вниз руку с букетом.

– Просто хотелось бы знать, в честь чего эти цветы - в честь сегодняшнего происшествия, инцидента с Ллойдом Эвансом или того вечера, когда ты напился?

Бретт бросил букет на кровать.

– Какое это имеет значение?

– Или эти розы - извинение за все сразу? Так сказать, чохом?

Бретт пристально посмотрел на нее.

– Они ничего не значат. Забудь о них!

Джейми, закрыв дверь, сделала несколько шагов по комнате.

– Из наших отношений ничего не получается, Бретт. Ты думаешь, что все можно исправить какой-то ценной покупкой - дорогим кольцом, цветами, билетами в театр. Но это не заставит меня забыть о твоем поведении. На меня такие вещи не действуют. Не требуется больших усилий, чтобы пойти в магазин и что-то купить. Зато как трудно произнести слова, идущие от самого сердца. Бретт, мне бы хотелось услышать от тебя какое-то оправдание твоих действий, несколько правдивых слов, свидетельствующих о твоих истинных чувствах.

– Поступки говорят больше, чем слова, - возразил он.

– Не всегда, Бретт.

Он взглянул на нее с таким нескрываемым негодованием, что Джейми даже испугалась.

– Ты расчетливая сука, - процедил он сквозь зубы. - Ты всегда была такой, - хладнокровной и расчетливой. Стояла за фотокамерой и наблюдала. Высасывала чувства из других людей, словно проклятый вампир.

– Я не расчетливая.

– Да нет, именно расчетливая. Ты даже не понимаешь, как ты отвратительна. Сколько мы знаем друг друга… четыре года? И сколько раз мы пытались с тобой поладить? - Он подошел к ней ближе. - Сколько раз, Джейми, я хотел сблизиться с тобой, а ты давала мне от ворот поворот. - И он щелкнул пальцами. - Вот так!

– Но я берегла себя.

Она обняла себя за плечи.

– Неправда. Это всего лишь оправдание. Я вижу тебя насквозь, сука расчетливая. Ты просто не хотела терять над собой контроль.

– Это не так.

– Нет, так. И ты это знаешь. - Он схватил еще одно полотенце с туалетного стола. - Послушай-ка, Снежная королева, в реальном мире все происходит не так, как перед фотокамерой. - Он перебросил полотенце через плечо. - Ты не можешь просто стоять и наблюдать. Ты должна принимать участие в делах этого мира. Должна взаимодействовать с другими людьми. Или эти другие люди отправятся куда-нибудь еще крутить свои фильмы. Ты понимаешь, что я имею в виду?

– Я больше не участвую в этом бизнесе, Бретт, ни с тобой, ни вообще. Он резко повернулся.

– Что ты сказала?

– Я могла бы этим заниматься, если бы ты сказал, что любишь меня.

– Подожди минуточку.

– Нет, это ты подожди. - Джейми подошла к Бретту. - Не думаю, что ты знаешь, какая существует разница между любовью и сексом. Думаю, ты вообще не понимаешь, что такое любовь. И ты, конечно, не любишь меня. Ты не слушаешь меня, когда я с тобой говорю. Тебя не заботят мои чувства. Тебя интересует только секс, если это касается меня. Если я прыгну сейчас к тебе в постель, ты будешь вполне удовлетворен. Ну уж нет, разреши мне не согласиться с этим. - И она сдернула с него полотенце. Он уставился на нее в удивлении. - Ты был бы совершенно счастлив, если бы я тут же тебя обслужила.

Джейми не решалась бросить взгляд на его наготу из боязни растерять всю свою решимость. Колени у нее дрожали. Однако на какое-то мгновение она опустила глаза. Она ожидала, что ее гнев и ее действия унизят его. Но произошло невероятное. Он возбудился. Она смотрела на него, не желая верить своим глазам. Бретт пожал плечами.

– Ну, меня прежде никогда так не раздевали, - пояснил он.

– Ты отвратителен, Бретт. Это действительно так.

И Джейми повернулась, чтобы уйти.

– В чем дело, Джейми? Разве ты не знаешь, как себя вести? Разве в художественной школе вас не учили, как ублажать мужчину?

Джейми направилась к двери.

– Возвращаю твое кольцо. - Она уронила его на стул около двери. - Почему бы тебе не отдать его Тиффани? Ты, кажется, очень нравишься ей.

– Джейми, подожди минуту. - Бретт подхватил полотенце с пола. - Это ведь Макдугал? Да?

Джейми взялась за ручку двери, ничего не ответив.

– Это он получил тебя? Верно?

Джейми услышала приближающиеся шаги Бретта.

– Господи, Джейми! Да не попадайся ты на этот иностранный акцент, на эту болтовню.

– Макдугал здесь ни при чем.

– Этот дом встал между нами. Вот в чем дело. Этот дом. Когда мы вернемся в Лос-Анджелес, ты изменишь свое решение. Так и будет.

– Нет. Не будет. - И она открыла дверь.

– Джейми, если ты возвращаешь кольцо, то мы с тобой порываем. Все кончено. Это касается и бизнеса. Всего, ради чего ты трудилась.

– Прекрасно. - И она ступила через порог.

– Джейми!

Она медленно обернулась. Внушающее страх спокойствие снизошло на нее. Ей показалось, что на нее направлено дистанционное управление.

– Я не люблю тебя, Бретт. Я не могу выйти за тебя замуж. Вот и все.

– Дорогая, обдумай все как следует. Даю тебе на это несколько дней, потому что если ты разрываешь нашу помолвку, то кончается наше партнерство.

– Ты это уже сказал.

– Джейми, ты ничего не сможешь сделать без меня. Ты понимаешь, что я хочу этим сказать? Я сотворил тебя.

– Неужели? - спросила она холодно.

– Поверь в это. - Он протянул руку к двери, точно желая удержать Джейми. - Не делай этого ради себя. Подожди, пока мы вернемся в Лос-Анджелес, обратно к реальности.

– Бретт, Лос-Анджелес это твоя реальность. Не моя. Мне не требуется время, чтобы еще раз все обдумать. Между нами все кончено. - И она переступила через порог.

– Подумай о том, что ты выбрала, Джейми, - раздалось ей вслед. - И ты изменишь свое решение.

После этой сцены Джейми вихрем влетела в комнату Марка. Ей было необходимо, чтобы кто-то оказался рядом с ней. Хэзарда в доме не было. Она нашла Марка в лаборатории. Он упаковывал аппаратуру.

– Уже собрался? - спросила Джейми, прислонившись к косяку.

Марк повернул голову в ее сторону и ответил:

– Почти. Хэзард сказал, что с наиболее тяжелыми предметами поможет позже. - Взгляд Марка задержался на лице Джейми, словно он пытался угадать, почему у нее такой взволнованный вид. Но он не стал задавать никаких вопросов, за что Джейми была ему благодарна.

Она подошла к брату ближе. Он намотал электрический шнур себе на руку и спросил:

– Так кем ты собираешься быть сегодня вечером?

– Сегодня вечером? - спросила Джейми. - О, ты имеешь в виду вечеринку в честь Дня Всех Святых?

– Да. Кем ты собираешься быть?

– Не знаю. Еще не решила.

– И все-таки, кем ты будешь… каким-нибудь затейником?

Джейми уставилась на него.

– Марк, за последнее время у меня случилось столько всего, о чем нужно подумать. И эта вечеринка сейчас не главное. Ты что, забыл об отъезде?

– Безусловно, не забыл. Но я люблю этот праздник.

– И собираешься принять в нем участие?

– Черт возьми! Я могу посидеть внизу. Макалистер поможет мне спуститься.

Джейми вынула видеокассету из видеомагнитофона.

– И в каком костюме ты собираешься предстать?

– Помнишь костюм, который был у нас раньше - крышка стола, а на ней блюдо с головой?

Джейми хмыкнула.

– Это всегда был мой любимый костюм.

– Ты принесешь мне материал для него? Бумажное блюдо, кетчуп и все остальное? А коробка есть у меня в лаборатории.

– Ладно.

Марк бросил свернутый электрический шнур в ящик.

– Так кем же будешь ты?

– Не знаю. Может быть, оденусь как привидение. Будет весьма кстати.

– Не оригинально, сестренка. А Хэзард собирается выступить как Хэзард Макалистер. Джейми выпрямилась.

– Что?

– По-моему, замечательная идея.

– А что, если кто-нибудь догадается?

– Возможно. Но никто не поверит, что Хэзард на самом деле привидение. Ни у кого на это не достанет воображения.

Оставив Марка, чтобы он немного вздремнул, Джейми вернулась в гостиную, где была сложена вся аппаратура студии. Здесь она упаковала свои вещи, удостоверившись, что все проделано тщательно. Потом взглянула на свои часики. Половина четвертого. У нее оставалось немного времени, чтобы приготовить костюм для вечера. От этого вечера Джейми ничего особенного не ожидала. Скорее он представлял для нее неудобство, поскольку это была последняя загвоздка перед тем, как она покинет Порт-Таунсенд. Она совсем не хотела находиться в одном доме с Бреттом, а, кроме того, беспокоилась о том, что может произойти, когда Хэзард явится как привидение, предположительно обитающее в этом старом доме. Такие вечера никогда особенно не привлекали ее. Она чувствовала себя на вечеринках неуютно и одиноко. И Джейми предполагала, что и этот вечер в День Всех Святых окажется таким же, как и все остальные. Она будет сидеть где-нибудь в углу со стаканом вина, моля Бога о том, чтобы никто не заставил ее танцевать, а Бретт станет флиртовать с хорошенькими гостьями.

У двери гостиной она споткнулась о чемодан, стоявший у края старинного буфета. Чертыхнувшись про себя, она все-таки удержала равновесие и бросила на чемодан взгляд. В нем хранились костюмы для коммерческой рекламы. Возможно, она обнаружит внутри что-нибудь подходящее?

Джейми встала на колени и открыла чемодан. Тиффани для съемок одевалась в голубое шелковое платье. Но здесь были еще три других наряда, тщательно переложенные папиросной бумагой. Джейми вытащила вечернее белое шелковое платье, украшенное лентами и бантами из темно-зеленого бархата, с буфами и облегающими манжетами ниже локтя. Не покажусь ли я смешной в этом наряде, улыбнулась про себя Джейми. Но ведь, в конце концов, это всего лишь карнавальный костюм. Порывшись в чемодане, она обнаружила веер, перчатки и пару жемчужных сережек в форме слезинок. Если она сумеет соорудить себе еще и прическу по моде 1890-х годов, то вполне может сойти за очаровательное привидение.

Джейми не обедала, главным образом, потому, что не хотела сидеть за столом вместе с Бреттом. Она наскоро перекусила, помогла Марку управиться с его костюмом, а потом поспешила к себе в комнату переодеваться. Снизу уже доносились звуки оркестра.

Джейми быстро проглядела несколько книг по истории, пока не нашла подходящий вариант женской прически конца прошлого века. Тогда в моде был высокий шиньон с приспущенными по краям волосами. Она никогда не уделяла много внимания своим волосам и потому не была уверена, что ей удастся воспроизвести прическу столетней давности. Но ей следовало хотя бы попытаться.

Времени на это потребовалось больше, чем она предполагала. Провозившись битый час со своими белокурыми волосами, она, наконец, добилась своего. Однако от приспущенных волос пришлось отказаться. Ей вовсе не хотелось подрезать волосы ради каких-то коротких завитушек спереди.

Извиваясь, Джейми влезла в платье, довольная тем, что не живет во времена, когда женщины стягивали себя корсетами и носили турнюры. У Джейми была достаточно изящная фигура, чтобы надеть это платье без всяких ухищрений. И оно подошло ей как нельзя лучше. Джейми повернула голову и посмотрела на турнюр сзади. Разумеется, она не захотела бы носить такое платье каждый день, но фасон его очень подходил к ее фигуре.

Наконец, она была готова и величественно выплыла из своей комнаты, по дороге проверив, где Марк. Брата в комнате не было. Джейми ощутила трепет, точно перед выходом на сцену. Что если все уставятся на нее, когда она спустится с лестницы? Ей бы хотелось, чтобы кто-нибудь оказался рядом с ней и помог ей спуститься вниз.

Джейми упрекнула себя в трусости и подошла к лестнице. Снизу доносилась громкая музыка. Она опустила руку в перчатке на перила и стала неторопливо спускаться по лестнице. Холл был полон гостей. Часть их расхаживала по гостиной и коридору, а часть разгуливала по дому внизу. В гостиной предполагались танцы. Яркий белый наряд Джейми привлек к ней внимание. Много глаз следили за ней, пока она спускалась с лестницы. И чем дальше она продвигалась, тем ярче начинали пылать ее щеки. На полпути вниз она заметила высокую фигуру в дверях коридора.

Хэзард был одет в старомодный черный смокинг с длинными блестящими лацканами, белый жилет с кармашком для золотых часов, из которого свешивалась цепочка, и белый галстук. Он уставился на Джейми, словно громом пораженный. Дрожь пронзила ее, и она остановилась. Хэзард стал пробираться к ней сквозь толпу. И к тому моменту, как она достигла последней ступеньки он уже поджидал ее у лестницы с радостной улыбкой на лице.

– Джейми! О Господи! Милочка! - Он предложил ей руку в перчатке, и, она приняла ее, обрадовавшись такому сопровождающему. Смокинг прекрасно облегал его фигуру и сидел на нем лучше современной одежды. Черный цвет шел к нему как нельзя лучше. Его волосы отливали золотом, янтарем и медью, а глаза сияли и сверкали как кусочки голубого хрусталя.

Джейми не могла сойти с последней ступеньки. Не могла пошевелиться. Она стояла перед Хэзардом в своем царственном переливающемся одеянии, пораженная тем, что лишила его дара речи. Сама находясь во власти очарования, она ответила ему таким же удивленным взглядом и впервые в жизни почувствовала себя действительно красивой.

– Какое замечательное платье! - услышала она женский голос рядом с собой.

– Благодарю вас, - Джейми наконец пришла в себя.

– Кто вы? Золушка?

Джейми улыбнулась и сошла с последней ступеньки.

– Я действительно чувствую себя Золушкой на балу.

Хэзард привлек ее поближе к себе и наклонился к ее руке.

– Джейми, ты просто ошеломила меня.

– Неужели? - И Джейми расплылась от удовольствия.

– Ах, милочка, - он поцеловал ей руку. - Ты выглядишь сногсшибательно.

– А ты похож на своего двойника, Хэзард Макалистер. На того, кем ты предположительно являешься. Не так ли?

– Да. Я настоящий Макалистер. - Он подмигнул ей и предложил руку, и она обеими руками ухватилась за его локоть, гордая тем, что ее сопровождает высокий и элегантный шотландец, радостный смех которого наполнял ее сердце любовью, когда он вел ее к месту, отведенному для танцев. Сердце ее просто разрывалось от счастья. Она связана с этим человеком. Она знает его походку, ритм его дыхания, его улыбку, голос. Каким-то образом она и Хэзард были смоделированы друг для друга, и она словно была частью его руки. Такого никогда не происходило с ней прежде. Впервые в жизни она пришла на вечеринку и не почувствовала себя одинокой.

– Они и правда танцуют под эту музыку? - спросил Хэзард, наклоняясь к ней, чтобы она могла услышать его слова сквозь грохот.

Джейми кивнула.

– А почему этот гитарист носит темные очки вечером?

– Он думает, что это шикарно.

– Шикарно?

– Ну… красиво, модно. - Она улыбнулась и сжала его руку.

– Джейми, как насчет того, чтобы потанцевать?

– Должна предупредить, - ответила она. - Танцор из меня неважный.

17.

Хэзард взял руку Джейми и согласно этикету поднял ее, другой рукой обняв Джейми за спину. Он не привлек ее близко к себе, но держал крепко.

– Джейми, милочка, только слушайся меня. И расслабься. Ты выглядишь прелестно.

– Я постараюсь. Но я никогда не танцевала подобным образом.

Прежде чем она успела что-то сообразить, Хэзард уже плавно кружил ее, умело лавируя среди других пар. Его уверенная манера ободрила ее. И она позволила вести себя в танце, не беспокоясь о том, как бы не наступить ему на ногу или столкнуться с другими парами. Он умело подсказывал ей, в какую сторону следует повернуться. Через несколько минут его сигналы стали для нее привычными, и она, еще не осознав этого, стала наслаждаться музыкой. Он все кружил и кружил ее, пока голова у нее не закружилась от счастья и она не пришла в полный восторг.

Закрыв глаза, Джейми улыбалась, восхищенная, вне себя от радости. Когда музыка кончилась, она открыла глаза, постепенно приходя в себя. Аплодисменты заставили ее вздрогнуть. Джейми заморгала. Она и Хэзард на площадке для танцев оказались одни. Все остальные, собравшись в круг, аплодировали им.

– Так ты говоришь, что не умеешь танцевать, Джейми? - И Хэзард улыбнулся ей.

– Это все ты, - ответила она, едва переводя дыхание.

И он увел ее из гостиной, улыбаясь и кивая аплодирующим гостям, расступающимся перед ними. Он заговорил снова, лишь когда они подошли к бару у камина.

– Хэзард, ты всегда был таким?

– Ну, я никогда не был робкого десятка, если ты это имеешь в виду. - Он засмеялся. - И мне всегда нравились женщины, с которыми можно весело провести время.

– Я никогда так не танцевала. Всегда это выходило у меня как-то неуклюже.

– Это потому, что меня прежде не было с тобой, - его рука задержалась на ее спине, как бы поддерживая ее. - Ты прекрасно понимала меня, когда мы танцевали. Вела себя совершенно естественно.

– Едва ли. - Для Джейми было так естественно покоиться в руках Хэзарда. И поняв это, она улыбнулась от удовольствия.

– Что вам предложить? - спросил бармен. И Джейми опять не могла не улыбнуться, вызвав ответную улыбку на лице бармена,

– Как насчет крюшона? поинтересовалась она.

– Слушаюсь. А вам, сэр?

– Шотландское виски.

– Со льдом?

– Нет. Неразбавленное.

Они взяли напитки, и Джейми удивилась, видя, как Хэзард одним махом выпил здоровенную порцию виски.

– Как ты можешь столько пить? - спросила она с гримасой на лице.

– Джейми, есть две вещи, которые шотландец предпочитает иметь без всяких примесей, - ответил он. - И одна из них это неразбавленное виски. - Он подмигнул ей, и прежде чем она успела покраснеть, взял ее за локоть и повел обратно к тому месту, где они танцевали.

На этот раз она приблизилась к нему, предвкушая лишь удовольствие, без всякого чувства страха. Хэзард взял ее руку и закрутил в танце.