/ Language: Русский / Genre:poetry

Стихи

Сергей Есенин


Есенин Сергей

Стихи

Сергей Есенин

- Ах, как много на свете кошек... - В Хороссане есть такие двери... - В хате - Вечер черные брови насопил... - Вечером синим, вечером лунным... - Вот уж вечер. Роса... - Все живое особой метой... - Выткался на озере алый свет зари... - Глупое сердце, не бейся!.. - Гой ты, Русь, моя родная... - Голубая кофта. Синие глаза... - До свиданья, друг мой... - Дорогая, сядем рядом... - Заиграй, сыграй... - Закружилась листва золотая... - Заметался пожар голубой... - Заря окликает другую... - Зеленая прическа... - Золото холодное луны... - Издатель славный! В этой книге... - К покойнику - Каждый труд благослови, удача!.. - Какая ночь! Я не могу... - Кантата - Капитан земли - Клен ты мой опавший, клен заледенелый... - Корова - Край любимый! Сердцу снятся... - Край ты мой заброшенный... - Матушка в Купальницу по лесу ходила... - Мелколесье. Степь и дали... - Мне грустно на тебя смотреть... - Мне осталась одна забава... - Мы теперь уходим понемногу... - Над окошком месяц... - Не бродить, не мять в кустах багряных... - Не жалею, не зову, не плачу... - Не напрасно дули ветры... - Несказанное, синее, нежное... - Неуютная жидкая лунность... - Нивы сжаты, рощи голы... - Низкий дом с голубыми ставнями... - Никогда я не был на Босфоре... - Отговорила роща золотая... - Песнь о собаке - Письмо к женщине - Письмо матери - По-осеннему кычет сова... - Под венком лесной ромашки... - Подражанье песне - Поет зима - аукает... - Проплясал, проплакал дождь весенний... - Прощай, Баку! Тебя я не увижу... - Пускай ты выпита другим... - Пушкину - Разбуди меня завтра рано... - Руки милой - пара лебедей... - Свет вечерний шафранного края... - Свищет ветер, серебряный ветер... - Синий май. Заревая теплынь... - Синий туман. Снеговое раздолье... - Слышишь - мчатся сани... - Собаке Качалова - Спит ковыль. Равнина дорогая... - Сукин сын - Там, где капустные грядки... - Темна ноченька, не спится... - Ты запой мне ту песню, что прежде... - Улеглась моя былая рана... - Упоенье - яд отравы... - Устал я жить в родном краю... - Хороша была Танюша, краше не было в селе... - Хорошо под осеннюю свежесть... - Цветы мне говорят - прощай... - Черная, потом пропахшая выть... - Черный человек - Шаганэ ты моя, Шаганэ!.. - Эта улица мне знакома... - Эх вы, сани! А кони, кони!.. - Я иду долиной. На затылке кепи... - Я красивых таких не видел... - Я обманывать себя не стану... - Я покинул родимый дом... - Я последний поэт деревни... - Я спросил сегодня у менялы...

* * * Выткался на озере алый свет зари. На бору со звонами плачут глухари.

Плачет где-то иволга, схоронясь в дупло. Только мне не плачется - на душе светло.

Знаю, выйдешь к вечеру за кольцо дорог, Сядем в копны свежие под соседний стог.

Зацелую допьяна, изомну, как цвет, Хмельному от радости пересуду нет.

Ты сама под ласками сбросишь шелк фаты, Унесу я пьяную до утра в кусты.

И пускай со звонами плачут глухари, Есть тоска веселая в алостях зари. 1910 Сергей Есенин. Лирика. Новосибирск,Западно-сибирское книжное изд-во, 1977.

* * * Устал я жить в родном краю В тоске по гречневым просторам, Покину хижину мою, Уйду бродягою и вором.

Пойду по белым кудрям дня Искать убогое жилище. И друг любимый на меня Наточит нож за голенище.

Весной и солнцем на лугу Обвита желтая дорога, И та, чье имя берегу, Меня прогонит от порога.

И вновь вернуся в отчий дом, Чужою радостью утешусь, В зеленый вечер под окном На рукаве своем повешусь.

Седые вербы у плетня Нежнее головы наклонят. И необмытого меня Под лай собачий похоронят.

А месяц будет плыть и плыть, Роняя весла по озерам... И Русь все так же будет жить, Плясать и плакать у забора. Сергей Есенин. Лирика. Новосибирск,Западно-сибирское книжное изд-во, 1977.

* * * Не жалею, не зову, не плачу, Все пройдет, как с белых яблонь дым. Увяданья золотом охваченный, Я не буду больше молодым.

Ты теперь не так уж будешь биться, Сердце, тронутое холодком, И страна березового ситца Не заманит шляться босиком.

Дух бродяжий! ты все реже, реже Расшевеливаешь пламень уст О, моя утраченная свежесть, Буйство глаз и половодье чувств!

Я теперь скупее стал в желаньях, Жизнь моя, иль ты приснилась мне? Словно я весенней гулкой ранью Проскакал на розовом коне.

Все мы, все мы в этом мире тленны, Тихо льется с кленов листьев медь... Будь же ты вовек благословенно, Что пришло процвесть и умереть. 1921 Русская советская поэзия. Сборник стихов. 1917-1947. ОГИЗ. Москва, "Гос. изд-во художественной литературы", 1948.

ЧЕРНЫЙ ЧЕЛОВЕК Друг мой, друг мой, Я очень и очень болен. Сам не знаю, откуда взялась эта боль. То ли ветер свистит Над пустым и безлюдным полем, То ль, как рощу в сентябрь, Осыпает мозги алкоголь.

Голова моя машет ушами, Как крыльями птица. Ей на шее ноги Маячить больше невмочь. Черный человек, Черный, черный, Черный человек На кровать ко мне садится, Черный человек Спать не дает мне всю ночь.

Черный человек Водит пальцем по мерзкой книге И, гнусавя надо мной, Как над усопшим монах, Читает мне жизнь Какого-то прохвоста и забулдыги, Нагоняя на душу тоску и страх. Черный человек Черный, черный!

"Слушай, слушай,Бормочет он мне,В книге много прекраснейших Мыслей и планов. Этот человек Проживал в стране Самых отвратительных Громил и шарлатанов.

В декабре в той стране Снег до дьявола чист, И метели заводят Веселые прялки. Был человек тот авантюрист, Но самой высокой И лучшей марки.

Был он изящен, К тому ж поэт, Хоть с небольшой, Но ухватистой силою, И какую-то женщину, Сорока с лишним лет, Называл скверной девочкой И своею милою.

Счастье,- говорил он,Есть ловкость ума и рук. Все неловкие души За несчастных всегда известны. Это ничего, Что много мук Приносят изломанные И лживые жесты.

В грозы, в бури, В житейскую стынь, При тяжелых утратах И когда тебе грустно, Казаться улыбчивым и простым Самое высшее в мире искусство".

"Черный человек! Ты не смеешь этого! Ты ведь не на службе Живешь водолазовой. Что мне до жизни Скандального поэта. Пожалуйста, другим Читай и рассказывай".

Черный человек Глядит на меня в упор. И глаза покрываются Голубой блевотой,Словно хочет сказать мне, Что я жулик и вор, Так бесстыдно и нагло Обокравший кого-то. . . . . . . . . . . .

Друг мой, друг мой, Я очень и очень болен. Сам не знаю, откуда взялась эта боль. То ли ветер свистит Над пустым и безлюдным полем, То ль, как рощу в сентябрь, Осыпает мозги алкоголь.

Ночь морозная. Тих покой перекрестка. Я один у окошка, Ни гостя, ни друга не жду. Вся равнина покрыта Сыпучей и мягкой известкой, И деревья, как всадники, Съехались в нашем саду.

Где-то плачет Ночная зловещая птица. Деревянные всадники Сеют копытливый стук. Вот опять этот черный На кресло мое садится, Приподняв свой цилиндр И откинув небрежно сюртук.

"Слушай, слушай! Хрипит он, смотря мне в лицо, Сам все ближе И ближе клонится.Я не видел, чтоб кто-нибудь Из подлецов Так ненужно и г 1000 лупо Страдал бессонницей.

Ах, положим, ошибся! Ведь нынче луна. Что же нужно еще Напоенному дремой мирику? Может, с толстыми ляжками Тайно придет "она", И ты будешь читать Свою дохлую томную лирику?

Ах, люблю я поэтов! Забавный народ. В них всегда нахожу я Историю, сердцу знакомую,Как прыщавой курсистке Длинноволосый урод Говорит о мирах, Половой истекая истомою.

Не знаю, не помню, В одном селе, Может, в Калуге, А может, в Рязани, Жил мальчик В простой крестьянской семье, Желтоволосый, С голубыми глазами...

И вот стал он взрослым, К тому ж поэт, Хоть с небольшой, Но ухватистой силою, И какую-то женщину, Сорока с лишним лет, Называл скверной девочкой И своею милою"

"Черный человек! Ты прескверный гость. Это слава давно Про тебя разносится". Я взбешен, разъярен, И летит моя трость Прямо к морде его, В переносицу... . . . . . . . . . .

...Месяц умер, Синеет в окошко рассвет. Ах ты, ночь! Что ты, ночь, наковеркала? Я в цилиндре стою. Никого со мной нет. Я один... И разбитое зеркало... Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Все живое особой метой Отмечается с ранних пор. Если не был бы я поэтом, То, наверно, был мошенник и вор.

Худощавый и низкорослый, Средь мальчишек всегда герой, Часто, часто с разбитым носом Приходил я к себе домой.

И навстречу испуганной маме Я цедил сквозь кровавый рот: "Ничего! Я споткнулся о камень, Это к завтраму все заживет".

И теперь вот, когда простыла Этих дней кипятковая вязь, Беспокойная, дерзкая сила На поэмы мои пролилась.

Золотая, словесная груда, И над каждой строкой без конца Отражается прежняя удаль Забияки и сорванца.

Как тогда, я отважный и гордый, Только новью мой брызжет шаг... Если раньше мне били в морду, То теперь вся в крови душа.

И уже говорю я не маме, А в чужой и хохочущий сброд: "Ничего! Я споткнулся о камень, Это к завтраму все заживет!" 1922 60 лет советской поэзии. Собрание стихов в четырех томах. Москва, "Художественная Литература", 1977.

* * * Закружилась листва золотая В розоватой воде на пруду, Словно бабочек легкая стая С замираньем летит на звезду.

Я сегодня влюблен в этот вечер, Близок сердцу желтеющий дол. Отрок-ветер по самые плечи Заголил на березке подол.

И в душе и в долине прохлада, Синий сумрак как стадо овец, За калиткою смолкшего сада Прозвенит и замрет бубенец.

Я еще никогда бережливо Так не слушал разумную плоть, Хорошо бы, как ветками ива, Опрокинуться в розовость вод.

Хорошо бы, на стог улыбаясь, Мордой месяца сено жевать... Где ты, где, моя тихая радость, Все любя, ничего не желать? 1918 Сергей Есенин. Лирика. Новосибирск,Западно-сибирское книжное изд-во, 1977.

* * * Какая ночь! Я не могу. Не спится мне. Такая лунность. Еще как будто берегу В душе утраченную юность.

Подруга охладевших лет, Не называй игру любовью, Пусть лучше этот лунный свет Ко мне струится к изголовью.

Пусть искаженные черты Он обрисовывает смело,Ведь разлюбить не сможешь ты, Как полюбить ты не сумела.

Любить лишь можно только раз, Вот оттого ты мне чужая, Что липы тщетно манят нас, В сугробы ноги погружая.

Ведь знаю я и знаешь ты, Что в этот отсвет лунный, синий На этих липах не цветы На этих липах снег да иней.

Что отлюбили мы давно, Ты не меня, а я - другую, И нам обоим все равно Играть в любовь недорогую.

Но все ж ласкай и обнимай В лукавой страсти поцелуя, Пусть сердцу вечно снится май И та, что навсегда люблю я. Песнь Любви. Стихи. Лирика русских поэтов. Москва, Изд-во ЦК ВЛКСМ "Молодая Гвардия", 1967.

* * * Шаганэ ты моя, Шаганэ! Потому, что я с севера, что ли, Я готов рассказать тебе поле, Про волнистую рожь при луне. Шаганэ ты моя, Шаганэ.

П 1000 отому, что я с севера, что ли, Что луна там огромней в сто раз, Как бы ни был красив Шираз, Он не лучше рязанских раздолий. Потому, что я с севера, что ли.

Я готов рассказать тебе поле, Эти волосы взял я у ржи, Если хочешь, на палец вяжи Я нисколько не чувствую боли. Я готов рассказать тебе поле.

Про волнистую рожь при луне По кудрям ты моим догадайся. Дорогая, шути, улыбайся, Не буди только память во мне Про волнистую рожь при луне.

Шаганэ ты моя, Шаганэ! Там, на севере, девушка тоже, На тебя она страшно похожа, Может, думает обо мне... Шаганэ ты моя, Шаганэ. 1924 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Цветы мне говорят - прощай, Головками склоняясь ниже, Что я навеки не увижу Ее лицо и отчий край.

Любимая, ну, что ж! Ну, что ж! Я видел их и видел землю, И эту гробовую дрожь Как ласку новую приемлю.

И потому, что я постиг Всю жизнь, пройдя с улыбкой мимо,Я говорю на каждый миг, Что все на свете повторимо.

Не все ль равно - придет другой, Печаль ушедшего не сгложет, Оставленной и дорогой Пришедший лучше песню сложит.

И, песне внемля в тишине, Любимая с другим любимым, Быть может, вспомнит обо мне Как о цветке неповторимом. Октябрь 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Не бродить, не мять в кустах багряных Лебеды и не искать следа. Со снопом волос твоих овсяных Отоснилась ты мне навсегда.

С алым соком ягоды на коже, Нежная, красивая, была На закат ты розовый похожа И, как снег, лучиста и светла.

Зерна глаз твоих осыпались, завяли, Имя тонкое растаяло, как звук, Но остался в складках смятой шали Запах меда от невинных рук.

В тихий час, когда заря на крыше, Как котенок, моет лапкой рот, Говор кроткий о тебе я слышу Водяных поющих с ветром сот.

Пусть порой мне шепчет синий вечер, Что была ты песня и мечта, Всё ж, кто выдумал твой гибкий стан и плечи К светлой тайне приложил уста.

Не бродить, не мять в кустах багряных Лебеды и не искать следа. Со снопом волос твоих овсяных Отоснилась ты мне навсегда. 1915-1916 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Эх вы, сани! А кони, кони! Видно, черт их на землю принес. В залихватском степном разгоне Колокольчик хохочет до слез.

Ни луны, ни собачьего лая В далеке, в стороне, в пустыре. Поддержись, моя жизнь удалая, Я еще не навек постарел.

Пой, ямщик, вперекор этой ночи,Хочешь, сам я тебе подпою Про лукавые девичьи очи, Про веселую юность мою.

Эх, бывало,заломишь шапку, Да заложишь в оглобли коня, Да приляжешь на сена охапку,Вспоминай лишь, как звали меня.

И откуда бралась осанка, А в полуночную тишину Разговорчивая тальянка Уговаривала не одну.

Все прошло. Поредел мой волос. Конь издох, опустел наш двор. Потеряла тальянка голос, Разучившись вести разговор.

Но и все же душа не остыла, Так приятны мне снег и мороз, Потому что над всем, что было, Колокольчик хохочет до слез. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Дорогая, сядем рядом, Поглядим в глаза друг другу. Я хочу под кротким взглядом Слушать чувственную вьюгу.

Это золото осеннее, Эта прядь волос белесых Все явилось, как спасенье Беспокойного повесы.

Я давно мой край оставил, Где цветут луга и чащи. В городской и горькой славе Я хотел прожить пропащим.

Я хотел, чтоб сердце глуше Вспоминало сад и лето, Где под музыку лягушек Я растил себя поэтом.

Там теперь такая ж осень... Клен и липы в окна комнат, Ветки лапами забросив, Ищут тех, которых помнят.

Их давно уж нет на свете. Месяц на простом погосте На крестах лучами метит, Что и мы придем к н 1000 им в гости,

Что и мы, отжив тревоги, Перейдем под эти кущи. Все волнистые дороги Только радость льют живущим.

Дорогая, сядь же рядом, Поглядим в глаза друг другу. Я хочу под кротким взглядом Слушать чувственную вьюгу. 1923 Чудное Мгновенье. Любовная лирика русских поэтов. Москва, "Художественная литература", 1988.

* * * Мы теперь уходим понемногу В ту страну, где тишь и благодать. Может быть, и скоро мне в дорогу Бренные пожитки собирать.

Милые березовые чащи! Ты, земля! И вы, равнин пески! Перед этим сонмом уходящим Я не в силах скрыть своей тоски.

Слишком я любил на этом свете Все, что душу облекает в плоть. Мир осинам, что, раскинув ветви, Загляделись в розовую водь.

Много дум я в тишине продумал, Много песен про себя сложил, И на этой на земле угрюмой Счастлив тем, что я дышал и жил.

Счастлив тем, что целовал я женщин, Мял цветы, валялся на траве, И зверье, как братьев наших меньших, Никогда не бил по голове.

Знаю я, что не цветут там чащи, Не звенит лебяжьей шеей рожь. Оттого пред сонмом уходящим Я всегда испытываю дрожь.

Знаю я, что в той стране не будет Этих нив, златящихся во мгле. Оттого и дороги мне люди, Что живут со мною на земле. 1924 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * До свиданья, друг мой, до свиданья. Милый мой, ты у меня в груди. Предназначенное расставанье Обещает встречу впереди.

До свиданья, друг мой, без руки, без слова, Не грусти и не печаль бровей,В этой жизни умирать не ново, Но и жить, конечно, не новей. 1925 Строфы века. Антология русской поэзии. Сост. Е.Евтушенко. Минск-Москва, "Полифакт", 1995.

* * * Несказанное, синее, нежное... Тих мой край после бурь, после гроз, И душа моя - поле безбрежное Дышит запахом меда и роз.

Я утих. Годы сделали дело, Но того, что прошло, не кляну. Словно тройка коней оголтелая Прокатилась во всю страну.

Напылили кругом. Накопытили. И пропали под дьявольский свист. А теперь вот в лесной обители Даже слышно, как падает лист.

Колокольчик ли? Дальнее эхо ли? Все спокойно впивает грудь. Стой, душа, мы с тобой проехали Через бурный положенный путь.

Разберемся во всем, что видели, Что случилось, что сталось в стране, И простим, где нас горько обидели По чужой и по нашей вине.

Принимаю, что было и не было, Только жаль на тридцатом году Слишком мало я в юности требовал, Забываясь в кабацком чаду.

Но ведь дуб молодой, не разжелудясь, Так же гнется, как в поле трава... Эх ты, молодость, буйная молодость, Золотая сорвиголова! 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Край любимый! Сердцу снятся Скирды солнца в водах лонных. Я хотел бы затеряться В зеленях твоих стозвонных.

По меже, на переметке, Резеда и риза кашки. И вызванивают в четки Ивы - кроткие монашки.

Курит облаком болото, Гарь в небесном коромысле. С тихой тайной для кого-то Затаил я в сердце мысли.

Все встречаю, все приемлю, Рад и счастлив душу вынуть. Я пришел на эту землю, Чтоб скорей ее покинуть. 1914 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Я спросил сегодня у менялы, Что даёт за полтумана по рублю, Как сказать мне для прекрасной Лалы По-персидски нежное "люблю"?

Я спросил сегодня у менялы, Легче ветра, тише Ванских струй, Как назвать мне для прекрасной Лалы Слово ласковое "поцелуй"?

И ещё спросил я у менялы, В сердце робость глубже притая, Как сказать мне для прекрасной Лалы, Как сказать ей, что она "моя"?

И ответил 1000 мне меняла кратко: О любви в словах не говорят, О любви вздыхают лишь украдкой, Да глаза, как яхонты, горят.

Поцелуй названья не имеет, Поцелуй не надпись на гробах. Красной розой поцелуи рдеют, Лепестками тая на губах.

От любви не требуют поруки, С нею знают радость и беду. "Ты - моя" сказать лишь могут руки, Что срывали чёрную чадру. 1924 Русская и советская поэзия для студентов-иностранцев. А.К.Демидова, И.А. Рудакова. Москва: "Русский язык", 1981.

* * * Заметался пожар голубой, Позабылись родимые дали. В первый раз я запел про любовь, В первый раз отрекаюсь скандалить.

Был я весь - как запущенный сад, Был на женщин и зелие падкий. Разонравилось пить и плясать И терять свою жизнь без оглядки.

Мне бы только смотреть на тебя, Видеть глаз злато-карий омут, И чтоб, прошлое не любя, Ты уйти не смогла к другому.

Поступь нежная, легкий стан, Если б знала ты сердцем упорным, Как умеет любить хулиган, Как умеет он быть покорным.

Я б навеки забыл кабаки И стихи бы писать забросил. Только б тонко касаться руки И волос твоих цветом в осень.

Я б навеки пошел за тобой Хоть в свои, хоть в чужие дали... В первый раз я запел про любовь, В первый раз отрекаюсь скандалить. 1923 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

ПИСЬМО МАТЕРИ Ты жива еще, моя старушка? Жив и я. Привет тебе, привет! Пусть струится над твоей избушкой Тот вечерний несказанный свет.

Пишут мне, что ты, тая тревогу, Загрустила шибко обо мне, Что ты часто xодишь на дорогу В старомодном ветxом шушуне.

И тебе в вечернем синем мраке Часто видится одно и то ж: Будто кто-то мне в кабацкой драке Саданул под сердце финский нож.

Ничего, родная! Успокойся. Это только тягостная бредь. Не такой уж горький я пропойца, Чтоб, тебя не видя, умереть.

я по-прежнему такой же нежный И мечтаю только лишь о том, Чтоб скорее от тоски мятежной Воротиться в низенький наш дом.

я вернусь, когда раскинет ветви По-весеннему наш белый сад. Только ты меня уж на рассвете Не буди, как восемь лет назад.

Не буди того, что отмечалось, Не волнуй того, что не сбылось,Слишком раннюю утрату и усталость Испытать мне в жизни привелось.

И молиться не учи меня. Не надо! К старому возврата больше нет. Ты одна мне помощь и отрада, Ты одна мне несказанный свет.

Так забудь же про свою тревогу, Не грусти так шибко обо мне. Не xоди так часто на дорогу В старомодном ветxом шушуне. 1924 Русская советская поэзия. Под ред. Л.П.Кременцова. Ленинград: Просвещение, 1988.

* * * Мне осталась одна забава: Пальцы в рот - и веселый свист. Прокатилась дурная слава, Что похабник я и скандалист.

Ах! какая смешная потеря! Много в жизни смешных потерь. Стыдно мне, что я в бога верил. Горько мне, что не верю теперь.

Золотые, далекие дали! Все сжигает житейская мреть. И похабничал я и скандалил Для того, чтобы ярче гореть.

Дар поэта - ласкать и карябать, Роковая на нем печать. Розу белую с черною жабой Я хотел на земле повенчать.

Пусть не сладились, пусть не сбылись Эти помыслы розовых дней. Но коль черти в душе гнездились Значит, ангелы жили в ней.

Вот за это веселие мути, Отправляясь с ней в край иной, Я хочу при последней минуте Попросить тех, кто будет со мной,

Чтоб за все за грехи мои тяжкие, За неверие в благодать Положили меня в русской рубашке Под иконами умирать. 1923 Строфы века. Антология русской поэзии. Сост. Е.Евтушенко. Минск-Москва, "Полифакт", 1995.

* * * Отговорила роща золотая Березовым, веселым языком, И журавли, печально пролетая, Уж не жалеют больше ни о ком.

Кого жалеть? Ведь каждый в мире странник Пройдет, зайдет и вновь покин 1000 ет дом. О всех ушедших грезит конопляник С широким месяцем над голубым прудом.

Стою один среди равнины голой, А журавлей относит ветром в даль, Я полон дум о юности веселой, Но ничего в прошедшем мне не жаль.

Не жаль мне лет, растраченных напрасно, Не жаль души сиреневую цветь. В саду горит костер рябины красной, Но никого не может он согреть.

Не обгорят рябиновые кисти, От желтизны не пропадет трава, Как дерево роняет тихо листья, Так я роняю грустные слова.

И если время, ветром разметая, Сгребет их все в один ненужный ком... Скажите так... что роща золотая Отговорила милым языком. 1924 Русская советская поэзия. Под ред. Л.П.Кременцова. Ленинград: Просвещение, 1988.

* * * Над окошком месяц. Под окошком ветер. Облетевший тополь серебрист и светел.

Дальний плач тальянки, голос одинокий И такой родимый, и такой далекий.

Плачет и смеется песня лиховая. Где ты, моя липа? Липа вековая?

Я и сам когда-то в праздник спозаранку Выходил к любимой, развернув тальянку.

А теперь я милой ничего не значу. Под чужую песню и смеюсь и плачу. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Клен ты мой опавший, клен заледенелый, Что стоишь, нагнувшись, под метелью белой?

Или что увидел? Или что услышал9 Словно за деревню погулять ты вышел

И, как пьяный сторож, выйдя на дорогу, Утонул в сугробе, приморозил ногу.

Ах, и сам я нынче чтой-то стал нестойкий, Не дойду до дома с дружеской попойки.

Там вон встретил вербу, там сосну приметил, Распевал им песни под метель о лете.

Сам себе казался я таким же кленом, Только не опавшим, а вовсю зеленым.

И, утратив скромность, одуревши в доску, Как жену чужую, обнимал березку. 28 ноября 1925 Строфы века. Антология русской поэзии. Сост. Е.Евтушенко. Минск-Москва, "Полифакт", 1995.

* * * Поет зима - аукает, Мохнатый лес баюкает Стозвоном сосняка. Кругом с тоской глубокою Плывут в страну далекую Седые облака.

А по двору метелица Ковром шелковым стелется, Но больно холодна. Воробышки игривые, Как детки сиротливые, Прижались у окна.

Озябли пташки малые, Голодные, усталые, И жмутся поплотней. А вьюга с ревом бешеным Стучит по ставням свешенным И злится все сильней.

И дремлют пташки нежные Под эти вихри снежные У мерзлого окна. И снится им прекрасная, В улыбках солнца ясная Красавица весна. 1910 Сергей Есенин. Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.

* * * Гой ты, Русь, моя родная, Хаты - в ризах образа... Не видать конца и края Только синь сосет глаза.

Как захожий богомолец, Я смотрю твои поля. А у низеньких околиц Звонно чахнут тополя.

Пахнет яблоком и медом По церквам твой кроткий Спас. И гудит за корогодом На лугах веселый пляс.

Побегу по мятой стежке На приволь зеленых лех, Мне навстречу, как сережки, Прозвенит девичий смех.

Если крикнет рать святая: "Кинь ты Русь, живи в раю!" Я скажу: "Не надо рая, Дайте родину мою". 1914 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва: Детская литература, 1971.

* * * Край ты мой заброшенный, Край ты мой, пустырь, Сенокос некошеный, Лес да монастырь.

Избы забоченились, А и всех-то пять. Крыши их запенились В заревую гать.

Под соломой-ризою Выструги стропил, Ветер плесень сизую Солнцем окропил.

В окна бьют без промаха Вороны крылом, Как метель, черемуха Машет рукавом.

Уж не сказ ли в прутнике Жисть твоя и быль, Что под вечер путнику Нашептал ковыль? 1914 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва: Детская литература, 1971.

* * * Разбуди меня завтра рано, О моя терпеливая мать! Я пойду за дорожным курганом Дорогого гостя встречать.

Я сегодня увидел в пуще След широких колес на лугу. Треплет ветер под облачной кущей Золотую его дугу.

На рассвете он завтра промчится, Шапку-месяц пригнув под кустом, И игриво взмахнет кобылица Над равниною красным хвостом.

Разбуды меня завтра рано, Засвети в нашей горнице свет. Говорят, что я скоро стану Знаменитый русский поэт.

Воспою я тебя и гостя, Нашу печь, петуха и кров... И на песни мои прольется Молоко твоих рыжих коров. 1917 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Пускай ты выпита другим, Но мне осталось, мне осталось Твоих волос стеклянный дым И глаз осенняя усталость.

О возраст осени! Он мне Дороже юности и лета. Ты стала нравиться вдвойне Воображению поэта.

Я сердцем никогда не лгу, И потому на голос чванства Бестрепетно сказать могу, Что я прощаюсь с хулиганством.

Пора расстаться с озорной И непокорною отвагой. Уж сердце напилось иной, Кровь отрезвляющею брагой.

И мне в окошко постучал Сентябрь багряной веткой ивы, Чтоб я готов был и встречал Его приход неприхотливый.

Теперь со многим я мирюсь Без принужденья, без утраты. Иною кажется мне Русь, Иными - кладбища и хаты.

Прозрачно я смотрю вокруг И вижу, там ли, здесь ли, где-то ль, Что ты одна, сестра и друг, Могла быть спутницей поэта.

Что я одной тебе бы мог, Воспитываясь в постоянстве, Пропеть о сумерках дорог И уходящем хулиганстве. [1923] Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Проплясал, проплакал дождь весенний, Замерла гроза. Скучно мне с тобой, Сергей Есенин, Подымать глаза...

Скучно слушать под небесным древом Взмах незримых крыл: Не разбудишь ты своим напевом Дедовских могил!

Привязало, осаднило слово Даль твоих времен. Не в ветрах, а, знать, в томах тяжелых Прозвенит твой сон.

Кто-то сядет, кто-то выгнет плечи, Вытянет персты. Близок твой кому-то красный вечер, Да не нужен ты.

Всколыхнет он Брюсова и Блока, Встормошит других. Но все так же день войдет с востока, Так же вспыхнет миг.

Не изменят лик земли напевы, Не стряхнут листа... Навсегда твои пригвождены ко древу Красные уста.

Навсегда простер глухие длани Звездный твой Пилат. Или, Или, лама савахфани,* Отпусти в закат.

* "Боже мой. Боже мой, для чего Ты меня оставил?" (дрeвнеевр.) - в Евангелии (Матф. 27. 46) предсмертные слова распятого Христа. [1917] Русская поэзия серебряного века. 1890-1917. Антология. Ред. М.Гаспаров, И.Корецкая и др. Москва: Наука, 1993.

* * * Хороша была Танюша, краше не было в селе, Красной рюшкою по белу сарафан на подоле. У оврага за плетнями ходит Таня ввечеру. Месяц в облачном тумане водит с тучами игру.

Вышел парень, поклонился кучерявой головой: "Ты прощай ли, моя радость, я женюся на другой" Побледнела, словно саван, схолодела, как роса. Душегубкою-змеею развилась ее коса.

"Ой ты, парень синеглазый, не в обиду я скажу, Я пришла тебе сказаться: за другого выхожу". Не заутренние звоны, а венчальный переклик, Скачет свадьба на телегах, верховые прячут лик.

Не кукушки загрустили - плачет Танина родня, На виске у Тани рана от лихого кистеня. Алым венчиком кровинки запеклися на челе,Хороша была Танюша, краше не было в селе. 1911 Сергей Есенин. Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.

* * * Я обманывать себя не стану, Залегла забота в сердце мглистом. Отчего прослыл я шарлатаном? Отчего прослыл 1000 я скандалистом?

Не злодей я и не грабил лесом, Не расстреливал несчастных по темницам. Я всего лишь уличный повеса, Улыбающийся встречным лицам.

Я московский озорной гуляка. По всему тверскому околотку В переулках каждая собака Знает мою легкую походку.

Каждая задрипанная лошадь Головой кивает мне навстречу. Для зверей приятель я хороший, Каждый стих мой душу зверя лечит.

Я хожу в цилиндре не для женщин В глупой страсти сердце жить не в силе,В нем удобней, грусть свою уменьшив, Золото овса давать кобыле.

Средь людей я дружбы не имею, Я иному покорился царству. Каждому здесь кобелю на шею Я готов отдать мой лучший галстук.

И теперь уж я болеть не стану. Прояснилась омуть в сердце мглистом. Оттого прослыл я шарлатаном, Оттого прослыл я скандалистом. 1923 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Слышишь - мчатся сани, слышишь - сани мчатся. Хорошо с любимой в поле затеряться.

Ветерок веселый робок и застенчив, По равнине голой катится бубенчик,

Эх вы, сани, сани! Конь ты мои буланый! Где-то на поляне клен танцует пьяный.

Мы к нему подъедем, спросим - что такое? И станцуем вместе под тальянку трое. 3 октября 1925 Сергей Есенин. Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.

* * * Голубая кофта. Синие глаза. Никакой я правды милой не сказал.

Милая спросила: "Крутит ли метель? Затопить бы печку, постелить постель".

Я ответил милой: "Нынче с высоты Кто-то осыпает белью цветы.

Затопи ты печку, постели постель, У меня на сердце без тебя метель". Октябрь 1925 Сергей Есенин. Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.

* * * Вот уж вечер. Роса Блестит на крапиве. Я стою у дороги, Прислонившись к иве.

От луны свет большой Прямо на нашу крышу. Где-то песнь соловья Вдалеке я слышу.

Хорошо и тепло, Как зимой у печки. И березы стоят, Как большие свечки.

И вдали за рекой, Видно, за опушкой, Сонный сторож стучит Мертвой колотушкой. 1910 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва: Детская литература, 1971.

* * * Там, где капустные грядки Красной водой поливает восход, Клененочек маленький матке Зеленое вымя сосет. 1910 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва: Детская литература, 1971.

* * * Матушка в Купальницу по лесу ходила, Босая, с подтыками, по росе бродила.

Травы ворожбиные ноги ей кололи, Плакала родимая в купырях от боли.

Не дознамо печени судорга схватила, Охнула кормилица, тут и породила.

Родился я с песнями в травном одеяле. Зори меня вешние в радугу свивали.

Вырос я до зрелости, внук купальской ночи, Сутемень колдовная счастье мне пророчит.

Только не по совести счастье наготове, Выбираю удалью и глаза и брови.

Как снежинка белая, в просини я таю Да к судьбе-разлучнице след свой заметаю. 1912 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва: Детская литература, 1971.

В ХАТЕ Пахнет рыхлыми драченами; У порога в дежке квас, Над печурками точеными Тараканы лезут в паз.

Вьется сажа над заслонкою, В печке нитки попелиц, А на лавке за солонкою Шелуха сырых яиц.

Мать с ухватами не сладится, Нагибается низко, Старый кот к махотке крадется На парное молоко.

Квохчут куры беспокойные Над оглоблями сохи, На дворе обедню стройную Запевают петухи.

А в окне на сени скатые, От пугливой шумоты, Из углов щенки кудлатые Заползают в хомуты. 1914 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва: 1000 Детская литература, 1971.

* * * Черная, потом пропахшая выть! Как мне тебя не ласкать, не любить?

Выйду на озеро в синюю гать, К сердцу вечерняя льнет благодать.

Серым веретьем стоят шалаши, Глухо баюкают хлюпь камыши.

Красный костер окровил таганы, В хворосте белые веки луны.

Тихо, на корточках, в пятнах зари Слушают сказ старика косари.

Где-то вдали, на кукане реки, Дремную песню поют рыбаки.

Оловом светится лужная голь... Грустная песня, ты - русская боль. 1914 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва: Детская литература, 1971.

КОРОВА Дряхлая, выпали зубы, Свиток годов на рогах. Бил ее выгонщик грубый На перегонных полях.

Сердце неласково к шуы, Свиток годов на рогах. Бил ее выгонщик грубый На перегонных полях.

Сердце неласково к шуму, Мыши скребут в уголке. Думает грустную луму О белоногом телке.

Не дали матери сына, Первая радость не впрок. И на колу под осиной Шкуру трепал ветерок.

Скоро на гречневом свее, С той же сыновней судьбой, Свяжут ей петлю на шее И поведут на убой.

Жалобно, грустно и тоще В землю вопьются рога... Снится ей белая роща И травяные луга. 1915 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва: Детская литература, 1971.

ПЕСНЬ О СОБАКЕ Утром в ржаном закуте, Где златятся рогожи в ряд, Семерых ощенила сука, Рыжих семерых щенят.

До вечера она их ласкала, Причесывая языком, И струился снежок подталый Под теплым ее животом.

А вечером, когда куры Обсиживают шесток, Вышел хозяин хмурый, Семерых всех поклал в мешок.

По сугробам она бежала, Поспевая за ним бежать... И так долго, долго дрожала Воды незамерзшей гладь.

А когда чуть плелась обратно, Слизывая пот с боков, Показался ей месяц над хатой Одним из ее щенков.

В синюю высь звонко Глядела она, скуля, А месяц скользил тонкий И скрылся за холм в полях.

И глухо, как от подачки, Когда бросят ей камень в смех, Покатились глаза собачьи Золотыми звездами в снег. 1915 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва: Детская литература, 1971.

* * * Не напрасно дули ветры, Не напрасно шла гроза. Кто-то тайный тихим светом Напоил мои глаза.

С чьей-то ласковости вешней Отгрустил я в синей мгле О прекрасной, но нездешней, Неразгаданной земле.

Не гнетет немая млечность Не тревожит звездный страх. Полюбил я мир и вечность Как родительский очаг.

Все в них благостно и свято, Все тревожное светло. Плещет рдяный мак заката На озерное стекло.

И невольно в море хлеба Рвется образ с языка: Отелившееся небо Лижет красного телка. 1917 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва: Детская литература, 1971.

* * * Нивы сжаты, рощи голы, От воды туман и сырость. Колесом за сини горы Солнце тихое скатилось.

Дремлет взрытая дорога. Ей сегодня примечталось, Что совсем-совсем немного Ждать зимы седой осталось.

Ах, и сам я в чаще звонкой Увидал вчера в тумане: Рыжий месяц жеребенком Запрягался в наши сани. 1917-1918 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * *

Л.И.Кашиной

Зеленая прическа, Девическая грудь, О тонкая березка, Что загляделась в пруд?

Что шепчет тебе ветер? О чем звенит песок? Иль хочешь в косы-ветви Ты лунный гребешок?

Открой, открой мне тайну Твоих древесных дум, Я полюбил печальный Твой предосенний шум.

И мне в ответ березка: "О любопытный друг, Сегодня ночью звездной Здесь слезы лил пастух.

Луна стелила тени, Сияли зеленя. За голые колени Он обнимал меня.

И 1000 так, вдохнувши глубко, Сказал под звон ветвей: "Прощай, моя голубка, До новых журавлей". 1918 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

КАНТАТА Спите, любимые братья, Снова родная земля Неколебимые рати Движет под стены Кремля.

Новые в мире зачатья, Зарево красных зарниц... Спите, любимые братья, В свете нетленных гробниц.

Солнце златою печатью Стражем стоит у ворот... Спите, любимые братья, Мимо вас движется ратью К зорям вселенским народ. 1918 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Я покинул родимый дом, Голубую оставил Русь. В три звезды березняк над прудом Теплит матери старой грусть.

Золотою лягушкой луна Распласталась на тихой воде. Словно яблонный цвет, седина У отца пролилась в бороде.

Я не скоро, не скоро вернусь! Долго петь и звенеть пурге. Стережет голубую Русь Старый клен на одной ноге.

И я знаю, есть радость в нем Тем, кто листьев целует дождь, Оттого, что тот старый клен Головой на меня похож. 1918 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Хорошо под осеннюю свежесть Душу-яблоню ветром стряхать И смотреть, как над речкою режет Воду синюю солнца соха.

Хорошо выбивать из тела Накаляющий песни гвоздь. И в одежде празднично белой Ждать, когда постучится гость.

Я учусь, я учусь моим сердцем Цвет черемух в глазах беречь, Только в скупости чувства греются, Когда ребра ломает течь.

Молча ухает звездная звонница, Что ни лист, то свеча заре. Никого не впущу я в горницу, Никому не открою дверь. 1918-1919 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * По-осеннему кычет сова Над раздольем дорожной рани. Облетает моя голова, Куст волос золотистый вянет.

Полевое, степное "ку-гу", Здравствуй, мать голубая осина! Скоро месяц, купаясь в снегу, Сядет в редкие кудри сына.

Скоро мне без листвы холодеть, Звоном звезд насыпая уши. Без меня будут юноши петь, Не меня будут старцы слушать.

Новый с поля придет поэт, В новом лес огласится свисте. По-осеннему сыплет ветр, По-осеннему шепчут листья. 1920 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * *

Мариенгофу

Я последний поэт деревни, Скромен в песнях дощатый мост. За прощальной стою обедней Кадящих листвой берез.

Догорит золотистым пламенем Из телесного воска свеча, И луны часы деревянные Прохрипят мой двенадцатый час.

На тропу голубого поля Скоро выйдет железный гость. Злак овсяный, зарею пролитый, Соберет его черная горсть.

Не живые, чужие ладони, Этим песням при вас не жить! Только будут колосья-кони О хозяине старом тужить.

Будет ветер сосать их ржанье, Панихидный справляя пляс. Скоро, скоро часы деревянные Прохрипят мой двенадцатый час! 1920 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Эта улица мне знакома, И знаком этот низенький дом. Проводов голубая солома Опрокинулась над окном.

Были годы тяжелых бедствий, Годы буйных, безумных сил. Вспомнил я деревенское детство, Вспомнил я деревенскую синь.

Не искал я ни славы, ни покоя, Я с тщетой этой славы знаком. А сейчас, как глаза закрою, Вижу только родительский дом.

Вижу сад в голубых накрапах, Тихо август прилег ко плетню. Держат липы в зеленых лапах Птичий гомон и щебетню.

Я любил этот дом деревянный, В бревнах теплилась гроз 1000 ная морщь, Наша печь как-то дико и странно Завывала в дождливую ночь.

Голос громкий и всхлипень зычный, Как о ком-то погибшем, живом. Что он видел, верблюд кирпичный, В завывании дождевом?

Видно, видел он дальние страны, Сон другой и цветущей поры, Золотые пески Афганистана И стеклянную хмарь Бухары.

Ах, и я эти страны знаю Сам немалый прошел там путь. Только ближе к родимому краю Мне б хотелось теперь повернуть.

Но угасла та нежная дрема, Все истлело в дыму голубом. Мир тебе - полевая солома, Мир тебе - деревянный дом! 1923 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Мне грустно на тебя смотреть, Какая боль, какая жалость! Знать, только ивовая медь Нам в сентябре с тобой осталась.

Чужие губы разнесли Твое тепло и трепет тела. Как будто дождик моросит С души, немного омертвелой.

Ну что ж! Я не боюсь его. Иная радость мне открылась. Ведь не осталось ничего, Как только желтый тлен и сырость.

Ведь и себя я не сберег Для тихой жизни, для улыбок. Так мало пройдено дорог, Так много сделано ошибок.

Смешная жизнь, смешной разлад. Так было и так будет после. Как кладбище, усеян сад В берез изглоданные кости.

Вот так же отцветем и мы И отшумим, как гости сада... Коль нет цветов среди зимы, Так и грустить о них не надо. 1923 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Вечер черные брови насопил. Чьи-то кони стоят у двора. Не вчера ли я молодость пропил? Разлюбил ли тебя не вчера?

Не храпи, запоздалая тройка! Наша жизнь пронеслась без следа. Может, завтра больничная койка Упокоит меня навсегда.

Может, завтра совсем по-другому Я уйду, исцеленный навек, Слушать песни дождей и черемух, Чем здоровый живет человек.

Позабуду я мрачные силы, Что терзали меня, губя. Облик ласковый! Облик милый! Лишь одну не забуду тебя.

Пусть я буду любить другую, Но и с нею, с любимой, с другой, Расскажу про тебя, дорогую, Что когда-то я звал дорогой.

Расскажу, как текла былая Наша жизнь, что былой не была... Голова ль ты моя удалая, До чего ж ты меня довела? 1923 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

ПУШКИНУ Мечтая о могучем даре Того, кто русской стал судьбой, Стою я на Тверском бульваре, Стою и говорю с собой.

Блондинистый, почти белесый, В легендах ставший как туман, О Александр! Ты был повеса, Как я сегодня хулиган.

Но эти милые забавы Не затемнили образ твой, И в бронзе выкованной славы Трясешь ты гордой головой.

А я стою, как пред причастьем, И говорю в ответ тебе: Я умер бы сейчас от счастья, Сподобленный такой судьбе.

Но, обреченный на гоненье, Еще я долго буду петь... Чтоб и мое степное пенье Сумело бронзой прозвенеть. 1924 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Издатель славный! В этой книге Я новым чувствам предаюсь, Учусь постигнуть в каждом миге Коммуной вздыбленную Русь.

Пускай о многом неумело Шептал бумаге карандаш, Душа спросонок хрипло пела, Не понимая праздник наш.

Но ты видением поэта Прочтешь не в буквах, а в другом, Что в той стране, где власть Советов, Не пишут старым языком.

И, разбирая опыт смелый, Меня насмешке не предашь,Лишь потому так неумело Шептал бумаге карандаш. 1924 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

СУКИН СЫН Снова выплыли годы из мрака И шумят, как ромашковый луг. Мне припомнилась нынче собака, Что была моей юности друг.

Нынче юность моя отшумела, Как подгнивший под окнами клен, Но припомн 1000 ил я девушку в белом, Для которой был пес почтальон.

Не у всякого есть свой близкий, Но она мне как песня была, Потому что мои записки Из ошейника пса не брала.

Никогда она их не читала, И мой почерк ей был незнаком, Но о чем-то подолгу мечтала У калины за желтым прудом.

Я страдал... Я хотел ответа... Не дождался... уехал... И вот Через годы... известным поэтом Снова здесь, у родимых ворот.

Та собака давно околела, Но в ту ж масть, что с отливом в синь, С лаем ливисто ошалелым Меня встрел молодой ее сын.

Мать честная! И как же схожи! Снова выплыла боль души. С этой болью я будто моложе, И хоть снова записки пиши.

Рад послушать я песню былую, Но не лай ты! Не лай! Не лай! Хочешь, пес, я тебя поцелую За пробуженный в сердце май?

Поцелую, прижмусь к тебе телом И, как друга, введу тебя в дом... Да, мне нравилась девушка в белом, Но теперь я люблю в голубом. 1924 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

низкий дом Низкий дом с голубыми ставнями, Не забыть мне тебя никогда,Слишком были такими недавними Отзвучавшие в сумрак года.

До сегодня еще мне снится Наше поле, луга и лес, Принакрытые сереньким ситцем Этих северных бедных небес.

Восхищаться уж я не умею И пропасть не хотел бы в глуши, Но, наверно, навеки имею Нежность грустную русской души.

Полюбил я седых журавлей С их курлыканьем в тощие дали, Потому что в просторах полей Они сытных хлебов не видали.

Только видели березь да цветь, Да ракитник, кривой и безлистый, Да разбойные слышали свисты, От которых легко умереть.

Как бы я и хотел не любить, Все равно не могу научиться, И под этим дешевеньким ситцем Ты мила мне, родимая выть.

Потому так и днями недавними Уж не юные веют года... Низкий дом с голубыми ставнями, Не забыть мне тебя никогда. 1924 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Улеглась моя былая рана Пьяный бред не гложет сердце мне. Синими цветами Тегерана Я лечу их нынче в чайхане.

Сам чайханщик с круглыми плечами, Чтобы славилась пред русским чайхана, Угощает меня красным чаем Вместо крепкой водки и вина.

Угощай, хозяин, да не очень. Много роз цветет в твоем саду. Незадаром мне мигнули очи, Приоткинув черную чадру.

Мы в России девушек весенних На цепи не держим, как собак, Поцелуям учимся без денег, Без кинжальных хитростей и драк.

Ну, а этой за движенья стана, Что лицом похожа на зарю, Подарю я шаль из Хороссана И ковер ширазский подарю.

Наливай, хозяин, крепче чаю, Я тебе вовеки не солгу. За себя я нынче отвечаю, За тебя ответить не могу.

И на дверь ты взглядывай не очень, Все равно калитка есть в саду... Незадаром мне мигнули очи, Приоткинув черную чадру. 1924 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Никогда я не был на Босфоре, Ты меня не спрашивай о нем. Я в твоих глазах увидел море, Полыхающее голубым огнем.

Не ходил в Багдад я с караваном, Не возил я шелк туда и хну. Наклонись своим красивым станом, На коленях дай мне отдохнуть.

Или снова, сколько ни проси я, Для тебя навеки дела нет, Что в далеком имени - Россия Я известный, признанный поэт.

У меня в душе звенит тальянка, При луне собачий слышу лай. Разве ты не хочешь, персиянка, Увидать далекий синий край?

Я сюда приехал не от скуки Ты меня, незримая, звала. И меня твои лебяжьи руки Обвивали, словно два крыла.

Я давно ищу в судьбе покоя, И хоть прошлой жизни не кляну, Расскажи мне что-нибудь такое Про твою веселую страну.

Заглуши в душе тоску тальянки, Напои дыханьем свежих чар, Чтобы я о дальней северянке Не вздыхал, не думал, не скучал.

И хотя я не был на Босфоре Я тебе придумаю о нем. Все равно - глаза твои, как море, Голубым колышутся огнем. 1924 Се 1000 ргей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Свет вечерний шафранного края, Тихо розы бегут по полям. Спой мне песню, моя дорогая, Ту, которую пел Хаям. Тихо розы бегут по полям.

Лунным светом Шираз осиянен, Кружит звезд мотыльковый рой. Мне не нравится, что персияне Держат женщин и дев под чадрой. Лунным светом Шираз осиянен.

Иль они от тепла застыли, Закрывая телесную медь? Или, чтобы их больше любили, Не желают лицом загореть, Закрывая телесную медь?

Дорогая, с чадрой не дружись, Заучи эту заповедь вкратце, Ведь и так коротка наша жизнь, Мало счастьем дано любоваться. Заучи эту заповедь вкратце.

Даже все некрасивое в роке Осеняет своя благодать. Потому и прекрасные щеки Перед миром грешно закрывать, Коль дала их природа-мать.

Тихо розы бегут по полям. Сердцу снится страна другая. Я спою тебе сам, дорогая, То, что сроду не пел Хаям... Тихо розы бегут по полям. 1924 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Золото холодное луны, Запах олеандра и левкоя. Хорошо бродить среди покоя Голубой и ласковой страны.

Далеко-далече там Багдад, Где жила и пела Шахразада. Но теперь ей ничего не надо. Отзвенел давно звеневший сад.

Призраки далекие земли Поросли кладбищенской травою. Ты же, путник, мертвым не внемли, Не склоняйся к плитам головою.

Оглянись, как хорошо другом: Губы к розам так и тянет, тянет. Помирись лишь в сердце со врагом И тебя блаженством ошафранит.

Жить - так жить, любить - так уж влюбляться. В лунном золоте целуйся и гуляй, Если ж хочешь мертвым поклоняться, То живых тем сном не отравляй.

Это пела даже Шахразада,Так вторично скажет листьев медь. Тех, которым ничего не надо, Только можно в мире пожалеть. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * В Хороссане есть такие двери, Где обсыпан розами порог. Там живет задумчивая пери. В Хороссане есть такие двери, Но открыть те двери я не мог.

У меня в руках довольно силы, В волосах есть золото и медь. Голос пери нежный и красивый. У меня в руках довольно силы, Но дверей не смог я отпереть.

Ни к чему в любви моей отвага. И зачем? Кому мне песни петь?Если стала неревнивой Шага, Коль дверей не смог я отпереть, Ни к чему в любви моей отвага.

Мне пора обратно ехать в Русь. Персия! Тебя ли покидаю? Навсегда ль с тобою расстаюсь Из любви к родимому мне краю? Мне пора обратно ехать в Русь.

До свиданья, пери, до свиданья, Пусть не смог я двери отпереть, Ты дала красивое страданье, Про тебя на родине мне петь. До свиданья, пери, до свиданья. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Руки милой - пара лебедей В золоте волос моих ныряют. Все на этом свете из людей Песнь любви поют и повторяют.

Пел и я когда-то далеко И теперь пою про то же снова, Потому и дышит глубоко Нежностью пропитанное слово.

Если душу вылюбить до дна, Сердце станет глыбой золотою. Только тегеранская луна Не согреет песни теплотою.

Я не знаю, как мне жизнь прожить: Догореть ли в ласках милой Шаги Иль под старость трепетно тужить О прошедшей песенной отваге?

У всего своя походка есть: Что приятно уху, что - для глаза. Если перс слагает плохо песнь, Значит, он вовек не из Шираза.

Про меня же и за эти песни Говорите так среди людей: Он бы пел нежнее и чудесней, Да сгубила пара лебедей. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Глупое сердце, не бейся! Все мы обмануты счастьем, Нищий лишь просит участья... Г 1000 лупое сердце, не бейся.

Месяца желтые чары Льют по каштанам в пролесь. Лале склонясь на шальвары, Я под чадрою укроюсь. Глупое сердце, не бейся.

Все мы порою, как дети. Часто смеемся и плачем: Выпали нам на свете Радости и неудачи. Глупое сердце, не бейся.

Многие видел я страны. Счастья искал повсюду, Только удел желанный Больше искать не буду. Глупое сердце, не бейся.

Жизнь не совсем обманула. Новой напьемся силой. Сердце, ты хоть бы заснуло Здесь, на коленях у милой. Жизнь не совсем обманула.

Может, и нас отметит Рок, что течет лавиной, И на любовь ответит Песнею соловьиной. Глупое сердце, не бейся. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

КАПИТАН ЗЕМЛИ Еще никто Не управлял планетой, И никому Не пелась песнь моя. Лишь только он, С рукой своей воздетой, Сказал, что мир Единая семья.

Не обольщен я Гимнами герою, Не трепещу Кровопроводом жил. Я счастлив тем, Что сумрачной порою Одними чувствами Я с ним дышал И жил.

Не то что мы, Которым все так Близко,Впадают в диво И слоны... Как скромный мальчик Из Симбирска Стал рулевым Своей страны.

Средь рева волн В своей расчистке, Слегка суров И нежно мил, Он много мыслил По-марксистски, Совсем по-ленински Творил.

Нет! Это не разгулье Стеньки! Не Пугачевский Бунт и трон! Он никого не ставил К стенке. Все делал Лишь людской закон.

Он в разуме, Отваги полный, Лишь только прилегал К рулю, Чтобы об мыс Дробились волны, Простор давая Кораблю.

Он - рулевой И капитан, Страшны ль с ним Шквальные откосы? Ведь, собранная С разных стран, Вся партия - его Матросы.

Не трусь, Кто к морю не привык: Они за лучшие Обеты Зажгут, Сойдя на материк, Путеводительные светы.

Тогда поэт Другой судьбы, И уж не я, А он меж вами Споет вам песню В честь борьбы Другими, Новыми словами.

Он скажет: "Только тот пловец, Кто, закалив В бореньях душу, Открыл для мира наконец Никем не виданную Сушу". 17 января 1925, Батум Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

СОБАКЕ КАЧАЛОВА Дай, Джим, на счастье лапу мне, Такую лапу не видал я сроду. Давай с тобой полаем при луне На тихую, бесшумную погоду. Дай, Джим, на счастье лапу мне.

Пожалуйста, голубчик, не лижись. Пойми со мной хоть самое простое. Ведь ты не знаешь, что такое жизнь, Не знаешь ты, что жить на свете стоит.

Хозяин твой и мил и знаменит, И у него гостей бывает в доме много, И каждый, улыбаясь, норовит Тебя по шерсти бархатной потрогать.

Ты по-собачьи дьявольски красив, С такою милою доверчивой приятцей. И, никого ни капли не спросив, Как пьяный друг, ты лезешь целоваться.

Мой милый Джим, среди твоих гостей Так много всяких и невсяких было. Но та, что всех безмолвней и грустней, Сюда случайно вдруг не заходила?

Она придет, даю тебе поруку. И без меня, в ее уставясь взгляд, Ты за меня лизни ей нежно руку За все, в чем был и не был виноват. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Заря окликает другую, Дымится овсяная гладь... Я вспомнил тебя, дорогую, Моя одряхлевшая мать.

Как прежде ходя на пригорок, Костыль свой сжимая в руке, Ты смотришь на лунный опорок, Плывущий по сонной реке.

И думаешь горько, я знаю, С тревогой и грустью большой, Что сын твой по отчему краю Совсем не болеет душой.

Потом ты идешь до погоста И, в камень уставясь в упор, Вздыхаешь так нежно и просто За братьев моих и сестер.

Пускай мы росли ножевые, А сестры росли, как май, Ты все же глаза живые Печально не подымай.

Довольно скорбеть! Довольно! И время тебе подсмотреть, Что яблоне тоже больно Терять своих листьев медь.

Ведь радость бывает редко, Как вешняя звень поутру, И мне - чем сгнивать на ветках Уж лучше сгореть на ветру. 1925 Сергей 1000 Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Синий май. Заревая теплынь. Не прозвякнет кольцо у калитки. Липким запахом веет полынь. Спит черемуха в белой накидке.

В деревянные крылья окна Вместе с рамами в тонкие шторы Вяжет взбалмошная луна На полу кружевные узоры.

Наша горница хоть и мала, Но чиста. Я с собой на досуге... В этот вечер вся жизнь мне мила, Как приятная память о друге.

Сад полышет, как пенный пожар, И луна, напрягая все силы, Хочет так, чтобы каждый дрожал От щемящего слова "милый".

Только я в эту цветь, в эту гладь, Под тальянку веселого мая, Ничего не могу пожелать, Все, как есть, без конца принимая.

Принимаю - приди и явись, Все явись, в чем есть боль и отрада... Мир тебе, отшумевшая жизнь. Мир тебе, голубая прохлада. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Неуютная жидкая лунность И тоска бесконечных равнин,Вот что видел я в резвую юность, Что, любя, проклинал не один.

По дорогам усохшие вербы И тележная песня колес... Ни за что не хотел я теперь бы, Чтоб мне слушать ее привелось.

Равнодушен я стал к лачугам, И очажный огонь мне не мил, Даже яблонь весеннюю вьюгу Я за бедность полей разлюбил.

Мне теперь по душе иное. И в чахоточном свете луны Через каменное и стальное Вижу мощь я родной стороны.

Полевая Россия! Довольно Волочиться сохой по полям! Нищету твою видеть больно И березам и тополям.

Я не знаю, что будет со мною... Может, в новую жизнь не гожусь, Но и все же хочу я стальною Видеть бедную, нищую Русь.

И, внимая моторному лаю В сонме вьюг, в сонме бурь и гроз, Ни за что я теперь не желаю Слушать песню тележных колес. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Прощай, Баку! Тебя я не увижу. Теперь в душе печаль, теперь в душе испуг. И сердце под рукой теперь больней и ближе, И чувствую сильней простое слово: друг.

Прощай, Баку! Синь тюркская, прощай! Хладеет кровь, ослабевают силы. Но донесу, как счастье, до могилы И волны Каспия, и балаханский май.

Прощай, Баку! Прощай, как песнь простая! В последний раз я друга обниму... Чтоб голова его, как роза золотая, Кивала нежно мне в сиреневом дыму. Май 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Каждый труд благослови, удача! Рыбаку - чтоб с рыбой невода, Пахарю - чтоб плуг его и кляча Доставали хлеба на года.

Воду пьют из кружек и стаканов, Из кувшинок также можно пить Там, где омут розовых туманов Не устанет берег золотить.

Хорошо лежать в траве зеленой И, впиваясь в призрачную гладь, Чей-то взгляд, ревнивый и влюбленный, На себе, уставшем, вспоминать.

Коростели свищут... коростели... Потому так и светлы всегда Те, что в жизни сердцем опростели Под веселой ношею труда.

Только я забыл, что я крестьянин, И теперь рассказываю сам, Соглядатай праздный, я ль не странен Дорогим мне пашням и лесам.

Словно жаль кому-то и кого-то, Словно кто-то к родине отвык, И с того, поднявшись над болотом, В душу плачут чибис и кулик. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Я иду долиной. На затылке кепи, В лайковой перчатке смуглая рука. Далеко сияют розовые степи, Широко синеет тихая река.

Я - беспечный парень. Ничего не надо. Только б слушать песни - сердцем подпевать, Только бы струилась легкая прохлада, Только б не сгибалась молодая стать.

Выйду за дорогу, выйду под откосы,Сколько там нарядных мужиков и баб! Что-то шепчут грабли, что-то свищут кос 1000 ы. "Эй, поэт, послушай, слаб ты иль не слаб?

На земле милее. Полно плавать в небо. Как ты любишь долы, так бы труд любил. Ты ли деревенским, ты ль крестьянским не был? Размахнись косою, покажи свой пыл".

Ах, перо не грабли, ах, коса не ручка Но косой выводят строчки хоть куда. Под весенним солнцем, под весенней тучкой Их читают люди всякие года.

К черту я снимаю свой костюм английский. Что же, дайте косу, я вам покажу Я ли вам не свойский, я ли вам не близкий, Памятью деревни я ль не дорожу?

Нипочем мне ямы, нипочем мне кочки. Хорошо косою в утренний туман Выводить по долам травяные строчки, Чтобы их читали лошадь и баран.

В этих строчках - песня, в этих строчках - слово. Потому и рад я в думах ни о ком, Что читать их может каждая корова, Отдавая плату теплым молоком. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Спит ковыль. Равнина дорогая, И свинцовой свежести полынь. Никакая родина другая Не вольет мне в грудь мою теплынь.

Знать, у всех у нас такая участь, И, пожалуй, всякого спроси Радуясь, свирепствуя и мучась, Хорошо живется на Руси.

Свет луны, таинственный и длинный, Плачут вербы, шепчут тополя. Но никто под окрик журавлиный Не разлюбит отчие поля.

И теперь, когда вот новым светом И моей коснулась жизнь судьбы, Все равно остался я поэтом Золотой бревенчатой избы.

По ночам, прижавшись к изголовью, Вижу я, как сильного врага, Как чужая юность брызжет новью На мои поляны и луга.

Но и все же, новью той теснимый, Я могу прочувственно пропеть: Дайте мне на родине любимой, Все любя, спокойно умереть! 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * *

Сестре Шуре

Я красивых таких не видел, Только, знаешь, в душе затаю Не в плохой, а в хорошей обиде Повторяешь ты юность мою.

Ты - мое васильковое слово, Я навеки люблю тебя. Как живет теперь наша корова, Грусть соломенную теребя?

Запоешь ты, а мне любимо, Исцеляй меня детским сном. Отгорела ли наша рябина, Осыпаясь под белым окном?

Что поет теперь мать за куделью? Я навеки покинул село, Только знаю - багряной метелью Нам листвы на крыльцо намело.

Знаю то, что о нас с тобой вместе Вместо ласки и вместо слез У ворот, как о сгибшей невесте, Тихо воет покинутый пес.

Но и все ж возвращаться не надо, Потому и достался не в срок, Как любовь, как печаль и отрада, Твой красивый рязанский платок. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * *

Сестре Шуре

Ах, как много на свете кошек, Нам с тобой их не счесть никогда. Сердцу снится душистый горошек, И звенит голубая звезда.

Наяву ли, в бреду иль спросонок, Только помню с далекого дня На лежанке мурлыкал котенок, Безразлично смотря на меня.

Я еще тогда был ребенок, Но под бабкину песню вскок Он бросался, как юный тигренок, На оброненный ею клубок.

Все прошло. Потерял я бабку, А еще через несколько лет Из кота того сделали шапку, А ее износил наш дед. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * *

Сестре Шуре

Ты запой мне ту песню, что прежде Напевала нам старая мать. Не жалея о сгибшей надежде, Я сумею тебе подпевать.

Я ведь знаю, и мне знакомо, Потому и волнуй и тревожь Будто я из родимого дома Слышу в голосе нежную дрожь.

Ты мне пой, ну, а я с такою, Вот с такою же песней, как ты, Лишь немного глаза прикрою Вижу вновь дорогие черты.

Ты мне пой. Ведь моя отрада Что вовек я любил не один И калитку осеннего сада, И опавшие листья с рябин.

Ты мне пой, ну, а я припомню И не буду забывчиво хмур: Так приятно 1000 и так легко мне Видеть мать и тоскующих кур.

Я навек за туманы и росы Полюбил у березки стан, И ее золотистые косы, И холщовый ее сарафан.

Потому так и сердцу не жестко Мне за песнею и за вином Показалась ты той березкой, Что стоит под родимым окном. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Синий туман. Снеговое раздолье, Тонкий лимонный лунный свет. Сердцу приятно с тихою болью Что-нибудь вспомнить из ранних лет.

Снег у крыльца как песок зыбучий. Вот при такой же луне без слов, Шапку из кошки на лоб нахлобучив, Тайно покинул я отчий дров.

Снова вернулся я в край родимый. Кто меня помнит? Кто позабыл? Грустно стою я, как странник гонимый,Старый хозяин своей избы.

Молча я комкаю новую шапку, Не по душе мне соболий мех. Вспомнил я дедушку, вспомнил я бабку, Вспомнил кладбищенский рыхлый снег.

Все успокоились, все там будем, Как в этой жизни радей не радей,Вот почему так тянусь я к людям, Вот почему так люблю людей.

Вот отчего я чуть-чуть не заплакал И, улыбаясь, душой погас,Эту избу на крыльце с собакой Словно я вижу в последний раз. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Свищет ветер, серебряный ветер, В шелковом шелесте снежного шума. В первый раз я в себе заметил Так я еще никогда не думал.

Пусть на окошках гнилая сырость, Я не жалею, и я не печален. Мне все равно эта жизнь полюбилась, Так полюбилась, как будто вначале.

Взглянет ли женщина с тихой улыбкой Я уж взволнован. Какие плечи! Тройка ль проскачет дорогой зыбкой Я уже в ней и скачу далече.

О, мое счастье и все удачи! Счастье людское землей любимо. Тот, кто хоть раз на земле заплачет,Значит, удача промчалась мимо.

Жить нужно легче, жить нужно проще, Все принимая, что есть на свете. Вот почему, обалдев, над рощей Свищет ветер, серебряный ветер. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Мелколесье. Степь и дали. Свет луны во все концы. Вот опять вдруг зарыдали Разливные бубенцы.

Неприглядная дорога, Да любимая навек, По которой ездил много Всякий русский человек.

Эх вы, сани! Что за сани! Звоны мерзлые осин. У меня отец - крестьянин, Ну, а я - крестьянский сын.

Наплевать мне на известность И на то, что я поэт. Эту чахленькую местность Не видал я много лет.

Тот, кто видел хоть однажды Этот край и эту гладь, Тот почти березке каждой Ножку рад поцеловать.

Как же мне не прослезиться, Если с венкой в стынь и звень Будет рядом веселиться Юность русских деревень.

Эх, гармошка, смерть-отрава, Знать, с того под этот вой Не одна лихая слава Пропадала трын-травой. 1925 Сергей Есенин. Стихотворения и поэмы. Москва, "Детская литература", 1969.

* * * Вечером синим, вечером лунным Был я когда-то красивым и юным.

Неудержимо, неповторимо Все пролетело. далече.. мимо...

Сердце остыло, и выцвели очи... Синее счастье! Лунные ночи! 4/5 октября 1925 Сергей Есенин. Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.

ПИСЬМО К ЖЕНЩИНЕ Вы помните, Вы всё, конечно, помните, Как я стоял, Приблизившись к стене, Взволнованно ходили вы по комнате И что-то резкое В лицо бросали мне. Вы говорили: Нам пора расстаться, Что вас измучила Моя шальная жизнь, Что вам пора за дело приниматься, А мой удел Катиться дальше, вниз. Любимая! Меня вы не любили. Не знали вы, что в сонмище людском Я был как лошадь, загнанная в мыле, Пришпоренная смелым ездоком. Не знали вы, Что я в сплошном дыму, В развороченном бурей быте С того и муч 1000 аюсь, что не пойму Куда несет нас рок событий. Лицом к лицу Лица не увидать.

Большое видится на расстоянье. Когда кипит морская гладь Корабль в плачевном состояньи. Земля - корабль! Но кто-то вдруг За новой жизнью, новой славой В прямую гущу бурь и вьюг Ее направил величаво.

Ну кто ж из нас на палубе большой Не падал, не блевал и не ругался? Их мало, с опытной душой, Кто крепким в качке оставался.

Тогда и я, Под дикий шум, Но зрело знающий работу, Спустился в корабельный трюм, Чтоб не смотреть людскую рвоту.

Тот трюм был Русским кабаком. И я склонился над стаканом, Чтоб, не страдая ни о ком, Себя сгубить В угаре пьяном.

Любимая! Я мучил вас, У вас была тоска В глазах усталых: Что я пред вами напоказ Себя растрачивал в скандалах. Но вы не знали, Что в сплошном дыму, В развороченном бурей быте С того и мучаюсь, Что не пойму, Куда несет нас рок событий...

Теперь года прошли. Я в возрасте ином. И чувствую и мыслю по-иному. И говорю за праздничным вином: Хвала и слава рулевому! Сегодня я В ударе нежных чувств. Я вспомнил вашу грустную усталость. И вот теперь Я сообщить вам мчусь, Каков я был, И что со мною сталось!

Любимая! Сказать приятно мне: Я избежал паденья с кручи. Теперь в Советской стороне Я самый яростный попутчик. Я стал не тем, Кем был тогда. Не мучил бы я вас, Как это было раньше. За знамя вольности И светлого труда Готов идти хоть до Ла-Манша. Простите мне... Я знаю: вы не та Живете вы С серьезным, умным мужем; Что не нужна вам наша маета, И сам я вам Ни капельки не нужен. Живите так, Как вас ведет звезда, Под кущей обновленной сени. С приветствием, Вас помнящий всегда Знакомый ваш Сергей Есенин. [1924] Строфы века. Антология русской поэзии. Сост. Е.Евтушенко. Минск-Москва, "Полифакт", 1995.

ПОДРАЖАНЬЕ ПЕСНЕ Ты поила коня из горстей в поводу, Отражаясь, березы ломались в пруду.

Я смотрел из окошка на синий платок, Кудри черные змейно трепал ветерок.

Мне хотелось в мерцании пенистых струй С алых губ твоих с болью сорвать поцелуй.

Но с лукавой улыбкой, брызнув на меня, Унеслася ты вскачь, удилами звеня.

В пряже солнечных дней время выткало нить. Мимо окон тебя понесли хоронить.

И под плач панихид, под кадильный канон, Все мне чудился тихий раскованный звон. 1910 Сергей Есенин. Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.

* * * Под венком лесной ромашки Я строгал, чинил челны, Уронил кольцо милашки В струи пенистой волны.

Лиходейная разлука, Как коварная свекровь. Унесла колечко щука, С ним - милашкину любовь.

Не нашлось мое колечко, Я пошел с тоски на луг, Мне вдогон смеялась речка: "У милашки новый друг".

Не пойду я к хороводу: Там смеются надо мной, Повенчаюсь в непогоду С перезвонною волной. 1911 Сергей Есенин. Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.

* * * Темна ноченька, не спится, Выйду к речке на лужок. Распоясала зарница В пенных струях поясок.

На бугре береза-свечка В лунных перьях серебра. Выходи, мое сердечко, Слушать песни гусляра.

Залюбуюсь, загляжусь ли На девичью красоту, А пойду плясать под гусли, Так сорву твою фату.

В терем темный, в лес зеленый, На шелковы купыри, Уведу тебя под склоны Вплоть до маковой зари. 1911 Сергей Есенин. Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.

К ПОКОЙНИКУ Уж крышку туго закрывают, Чтоб ты не мог навеки встать, Землей холодной зарывают, Где лишь бесчувственные спят.

Ты будешь нем на зов наш зычный, Когда сюда к тебе придем. И вместе с тем рукой привычной Тебе венков мы накладем.

Венки те красотою будут, Могила будет в них сиять. Друзья тебя не позабудут И будут часто вспоминать.

Покойся с миром, друг наш милый, И ожидай ты нас к себе. Мы перетерпим горе с силой, Быть може 54c т, скоро и придем к тебе. 1911-1912 Сергей Есенин. Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.

* * * Заиграй, сыграй, тальяночка, малиновы меха. Выходи встречать к околице, красотка, жениха.

Васильками сердце светится, горит в нем бирюза. Я играю на тальяночке про синие глаза.

То не зори в струях озера свой выткали узор, Твой платок, шитьем украшенный, мелькнул за косогор.

Заиграй, сыграй, тальяночка, малиновы меха. Пусть послушает красавица прибаски жениха. 1912 Сергей Есенин. Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.

* * * Упоенье - яд отравы, Не живи среди людей, Не меняй своей забавы На красу бесцветных дней.

Всe пройдeт, и жизни холод Сердце чуткое сожмeт, Всё, чем жил, когда был молод, Глупой шуткой назовёт.

Берегись дыханья розы, Не тревожь еe кусты. Что любовь? Пустые грeзы, Бред несбыточной мечты. 1912-1913 Сергей Есенин. Ростов-на-Дону: Феникс, 1997.