/ Language: Русский / Genre:sf, / Series: Трилогия Трауна

Наследник Империи

Тимоти Зан

Прошло пять лет после того, как погибла вторая Звезда Смерти. Дарт Вейдер уничтожил Императора, а остатки Империи оказались загнанными в далекие уголки Галактики. Легендарный адмирал Акбар, отказавшись от политических дрязг, выходит в отставку. Мало кто предполагал, что отставка Акбара является следствием грандиозной интриги, затеянной последним из имперских военачальников, который за многие тысячи световых лет от Корусканта собирает под свое командование разрозненные корабли, готовясь к войне. Ибо этот флотоводец намерен уничтожить все, за что сражался Альянс... И противостоять ему смогут лишь ветераны Звездных Войн. Генерал Хэн Соло и сенатор Лейя Органа, командир Разбойного эскадрона Ведж Антиллес и охотник за информацией Тэлон «Коготь» Каррде против Гранд адмирала Империи Синдика Митт'рау'нуруодо, известного в Галактике под именем Гранд адмирала Трауна...

ruentbmatbma@deeptown.orgHaali ExportXML MS Word macro, HEX Workshop, FBtools2003-05-21http://book.pp.ru/6A3D19A0-CC06-4017-8D14-E8E6764BE9051.01Тимоти Зан, Наследник ИмперииЭКСМОМосква2002ISBN 5-7921-0512-X, 5-04-009721-2

Тимоти Зан.

НАСЛЕДНИК ИМПЕРИИ

Звездные Войны: Трилогия Трауна /storebooks/T/T-Zan/Naslednik-Imperii/1

1

Капитан Пеллаэон! – прорвался сквозь гул оперативных переговоров крик из командного отсека, – сообщение с линии безопасности: разведывательный катер только что вышел из гиперпространства!

Пеллаэон, игнорируя сообщение, перегнулся через плечо инженера:

– Проследите вот эту траекторию, – приказал он, прочертив световым стилом линию в схеме на дисплее.

– Сэр?.. – удивленно переспросил инженер.

– Я слышал, – произнес Пеллаэон. – Вы получили приказ, лейтенант?

– Да, сэр, – осторожно ответил тот и принялся обрабатывать указанную траекторию.

– Капитан Пеллаэон? – на этот раз голос прозвучал значительно ближе. Не отводя взгляда от экрана, Пеллаэон ждал, пока не услышал звук приближающихся шагов. Тогда, со всем достоинством и солидностью, к которым обязывали пятьдесят лет безупречной службы в имперском флоте, он выпрямился и медленно повернулся.

Решительно вошедший молодой офицер мгновенно утратил свою уверенность и застыл на месте.

– Сэр... – слова замерли под взглядом Пеллаэона, сердце гулко билось.

Пеллаэон позволил тишине повисеть в воздухе, привлекая внимание всех присутствующих.

– Это – не рынок рогатого скота в Шаум Хии, лейтенант Тшель, – произнес он, наконец, спокойным, ледяным, почти адмиральским тоном. – Это – мостик имперского «звездного разрушителя». Здесь не принято орать через весь отсек, если вам необходимо сообщить кому-то служебную информацию. Я достаточно ясно выразился?

– Вполне, сэр, – выдавил из себя Тшель.

Пеллаэон продержал офицера под немигающим взглядом еще несколько долгих секунд, затем кивнул:

– Я слушаю ваше сообщение.

– Да, сэр, – Тшель сглотнул. – Мы только что получили сообщение с линии безопасности, сэр: разведчики возвратились из рейда в систему Оброа-скай.

– Оч-чень хорошо... – Пеллаэон едва заметно наклонил голову. – У них были какие-нибудь проблемы?

– Небольшие, сэр. Аборигены, очевидно, сделали для них исключение, позволив переписать копию со своей центральной библиотечной системы, а затем, по-видимому, спохватились.

Командующий эскадрильей сообщил, что имела место попытка преследования, но им удалось скрыться.

– Хотелось бы надеяться... – мрачно процедил Пеллаэон. – Оброа-скай занимает ключевое стратегическое положение в пограничной зоне, и наша агентура доносит, что Новая Республика сделала им очень серьезное предложение относительно экономической поддержки и членства в конфедерации. Если они там вооружали суда эмиссара...

Хорошо бы знать это наверняка, и побыстрее...

Пеллаэон на секунду задумался.

– Подготовьте отдельную комнату и пригласите туда командующего эскадрильей, как только тот окажется на борту, – приказал он. – И переведите линию безопасности в желтый режим. Свободны.

– Да, сэр, – демонстрируя отменную военную выправку, лейтенант четко развернулся и, чеканя шаг, направился к пульту связи.

– Этот молодой лейтенант... – с горечью проговорил Пеллаэон, обращаясь сам к себе, – вот где лежит настоящая проблема. В прежние дни, в пике былого могущества Империи, невозможно было даже вообразить столь неопытного человека, как Тшель, служащего офицером на мостике корабля класса «Химеры». Теперь же...

Он поймал на себе вопросительный взгляд молодого человека за техническим монитором.

– Теперь, напротив, – продолжил Пеллаэон, обращаясь к нему, – «Химера» не имеет на борту, фактически, никого, кроме незрелой молодежи!

Капитан медленно обвел взглядом мостик, ощущая прилив застарелого раздражения, досады и ненависти.

– Во флоте немало еще офицеров помнят первую Звезду Смерти. Создавая ее, Император стремился подчинить всю военную мощь Империи себе лично, так же как до этого он абсолютизировал свою политическую власть. Он потому и игнорировал уязвимость проекта, доказанную в сражении, и построил вторую Звезду Смерти, что нужна она была Императору не для борьбы с восстанием и не для подавления непокорных систем, а лишь для личного контроля над вооруженными силами.

– На курсах нам рассказывали, что среди высшего генералитета были и те, кто искренне сожалел о потере Звезды Смерти... – нерешительно возразил молодой инженер.

– Если бы в своей смертельной агонии она не унесла с собой и «Исполнителя», – жестко отрезал Пеллаэон. – Вы даже представить себе не можете этого кошмара: потерявший управление «Исполнитель», сталкивающийся с недостроенной Звездой Смерти и исчезающий вместе с ней в облаке грандиозного взрыва. Потеря такого корабля – сама по себе достаточно серьезная катастрофа, но ее можно было бы пережить, будь это просто «разрушитель», а не персональный корабль Дарта Вейдера, и, несмотря на легендарный, непредсказуемый, а порой смертельно опасный характер Повелителя Тьмы, служба на борту «Исполнителя» была гарантией быстрого продвижения.

– Я слышал, что гибель «Исполнителя» унесла жизни множества лучших офицеров и технического персонала, – вставил в нависшую паузу официально-дежурную фразу инженер, стараясь не раздражать капитана, который, по-видимому, ждал какого-то отклика.

– Флот так никогда и не оправился от этой потери, – глядя куда-то вдаль, продолжал Пел-лаэон. – С гибелью «Исполнителя» вооруженные силы Империи лишились единого командования, и сражение быстро превратилось в бессмысленную мясорубку. Были потеряны еще несколько «разрушителей», прежде чем Бналли отдал приказ к отступлению. Капитан «Химеры», не выдержав позора, покончил с собой, и я вынужден был принять командование на себя. Мы делали все, что в наших силах, и даже больше, но так и не сумели перехватить инициативу у мятежников. Имперские силы были надолго вышвырнуты на задворки Галактики... И вот мы здесь... Здесь, в бывшем «кильватере» Империи, включающем от силы четверть всех систем, входивших когда-то в ее состав... Здесь, на борту «звездного разрушителя», укомплектованного кропотливо обученной, но абсолютно неопытной командой сопляков, многие из которых были оторваны от их домашних очагов силой, а некоторые... – Пеллаэон презрительно поморщился. – А некоторые – одной лишь угрозой применения силы! Как можно после этого что-либо говорить о боевом духе...

Но мы – здесь, под командованием, возможно, величайшего военного гения, которого когда-либо знала Галактика!

Пеллаэон снова окинул взглядом мостик и скривил губы в напряженной улыбке.

– Нет, слухи о гибели Империи сильно преувеличены. И самозванцы, самоуверенно объявившие себя Новой Республикой, очень скоро в этом убедятся!

Капитан посмотрел на часы.

– Очевидно, Гранд адмирал сейчас медитирует в капитанской каюте... Свяжите меня с ним... Нет. Отставить. Я доложу лично. Продолжайте отслеживать эту траекторию, – приказал Пеллаэон инженеру и направился к выходу. – Я скоро вернусь.

Помещение, которое Гранд адмирал отвел себе под апартаменты, находилось двумя уровнями ниже мостика, там, где ранее размещалась роскошная каюта прежнего командира. Когда Пеллаэон нашел Гранд адмирала, а точнее, как только Гранд адмирал нашел Пеллаэона, то первым делом занял это помещение и превратил его, по существу, во второй командный центр.

Командный центр, зал для медитации... и, возможно, нечто большее. Ни для кого на «Химере» не было секретом, что Гранд адмирал большую часть своего времени проводил в своей каюте. Секретом было то, чем же именно занимался он здесь в течение многих часов.

Остановившись перед дверью, Пеллаэон оправил мундир и подтянулся. Возможно, именно сейчас он это выяснит...

– Капитан Пеллаэон, к Гранд адмиралу Трауну, – объявил он. – Я имею информа...

Дверь скользнула в сторону, прежде чем он закончил фразу. Мысленно собравшись, Пеллаэон ступил в слабо освещенное помещение, разделявшее вход и апартаменты Гранд адмирала. Он огляделся и, не увидев ничего интересного, двинулся вперед.

Легкое движение воздуха в области затылка...

– Капитан Пеллаэон ? – промяукал ему в ухо глухой, замогильный голос.

Пеллаэон подскочил, пытаясь выхватить несуществующий бластер из отсутствующей кобуры и принять боевую позицию для стрельбы стоя, и при этом неловко подвернул ногу. Прямо перед ним, совершенно не обращая внимания на исполненные уставного идиотизма пируэты, стояло невысокое, похожее на плотный сгусток смертельно-серого мрака существо.

– Екс! Шармута потц!.. – грязно выругался Пеллаэон на древнем языке своих предков, – какого ситха, Рукх! – прорычал он уже на общегалактическом. – Вы соображаете, что вы делаете?!

Рукх молча продолжал смотреть на него, и Пеллаэон почувствовал, как по его спине заструились капли холодного пота. В полутьме Рукх с огромными темными глазами, выдающейся вперед челюстью и зловещим хирургическим блеском зубов выглядел, пожалуй, еще кошмарнее, чем при нормальном освещении.

Ужас Пеллаэона усиливался тем, что он прекрасно знал о роли Рукха и других ногри рядом с Трауном.

– Я делаю мою работу, – наконец, произнес Рукх. Он почти небрежно протянул гибкую руку к внутренней двери, длинное лезвие на миг блеснуло и исчезло в рукаве, ногри снова потянулся к двери, на этот раз открывая ее. Пеллаэон обратил внимание на мускулы, которые мощно бугрились под темной серой кожей. – Вы можете войти.

– Благодарю вас! – подчеркнуто вежливо гаркнул Пеллаэон и, снова одернув мундир, повернулся к двери, та распахнулась при его приближении. Он переступил через порог...

... в залитый мягким светом зал художественного музея.

Пеллаэон застыл в изумлении. Стены и куполообразный потолок увешаны картинами, в некоторых угадывались творения рук человеческих, но большинство принадлежало авторам явно иного мировосприятия. Вокруг, просто на полу или на постаментах, возвышались скульптуры. В центре комнаты располагались два кольца мониторов: внешнее чуть выше внутреннего. Насколько мог о том судить Пеллаэон, их экраны также воспроизводили нечто художественное. В центре этого двойного кольца, в любимом кресле Гранд адмирала находился...

... нет, конечно же, не голографический дубль, а сам Гранд адмирал Траун.

Траун сидел совершенно неподвижно, запрокинув голову назад, иссиня-черные волосы поблескивали в полумраке, тусклая голубая кожа выглядела холодной и неестественной для живого существа, и только слабый зловещий красноватый отблеск глаз пробивался из-под полуприкрытых век.

Пеллаэон облизнул губы, внезапно засомневавшись, не совершил ли он непростительную глупость, посмев вторгнуться в святилище Трауна в такой момент? Если Гранд адмиралу это не понравится... сужасом подумал Пеллаэон.

– Входите, капитан, – произнес Траун. Его спокойный чуть вибрирующий голос прервал мысли Пеллаэона. Не открывая глаз, Траун сделал едва заметное, но вполне достаточное указующее движение рукой. – Что вы думаете?

– Это... – Пеллаэон мучительно пытался придумать ответ, пересекая комнату, – ... очень интересно, сэр! – выдавил капитан наконец, поскольку дальше идти было некуда: он уперся во внешнее кольцо мониторов.

– Конечно, это лишь голограммы, – произнес Траун, и Пеллаэону показалось, что он слышит нотки сожаления в голосе адмирала. – Как скульптуры, так и картины. Многие из них безвозвратно потеряны, другие находятся на планетах, занятых повстанцами.

– Да, сэр! – поддакнул Пеллаэон. – Я решил, что вам будет небезынтересно узнать, что разведотряд возвратился из системы Оброа-скай. Командующий эскадрильей будет готов к допро... э... к докладу через несколько минут.

Траун кивнул.

– Удалось ли им снять копию центральной библиотечной системы?

– Им удалось снять копию по крайней мере с части библиотечной системы. Я пока не знаю, насколько полную. Противник предпринял попытку преследования, но командир эскадрильи считает, что ему удалось оторваться от хвоста.

Несколько секунд Траун молчал.

– Нет, – резко сказал он. – Я не верю в это. Тем более если предположить, что преследователи были из числа повстанцев. – Глубоко вздохнув, Траун выпрямился в кресле, и Пеллаэон впервые за время аудиенции увидел его открытые, пылающие красным огнем глаза.

Пеллаэон без дрожи выдержал пристальный взгляд Гранд адмирала. И тихо преисполнился гордостью за это достижение. Многие из высших офицеров и приближенных Императора так и не научились спокойно выдерживать этот взгляд, и даже просто находиться рядом с Трауном. Вероятно, отчасти поэтому Гранд адмирал провел большую часть своей карьеры во внешних регионах *, подчиняя новые, все еще варварские районы Галактики имперской власти. Блестящие успехи принесли ему, единственному нечеловеку, удостоившемуся когда-либо такой чести, высокую должность и право на белую форму Гранд адмирала.

Оборотной стороной медали было то, что теперь в пограничной службе он оказался абсолютно незаменим и потому к ней прикован. Пеллаэон часто задавался вопросом, как бы могло закончиться сражение при Эндоре, доведись Трауну в нем участвовать.

– Да, сэр, – сказал он. – Я приказал перевести линию безопасности в желтый режим. Перевести на красный?

– Рано, – ответил Траун. – По моим расчетам, мы имеем в запасе еще несколько минут. Скажите мне, капитан, вы имеете какое-либо представление об Искусстве?

– Э... м-м... весьма смутное, – Пеллаэон пытался сохранить самообладание, несколько растерянный внезапным поворотом темы разговора. – Я, на самом деле, никогда не имел достаточно времени, чтобы детально проработать этот вопрос.

– Вам придется найти время. – Траун обратил взгляд к части мониторов внутреннего круга справа от кресла. – Полотна Сана, – идентифицировал их адмирал. – Приблизительно между 1550 и 2200 годами предымперской эры. Обратите внимание на изменения стиля: здесь – первый контакт с Тенкорой. Там – он указал на левую стену – примеры древнего искусства паоннидов. Обратите внимание на явную связь с ранними работами Сана, а также с плоскими скульптурами Вааткри середины восемнадцатого столетия.

– Да, я вижу, – неуверенно произнес Пеллаэон. – Адмирал, следует ли нам...

Он не успел договорить. Пронзительный свист прорезал воздух.

– Мостик докладывает Гранд адмиралу! – орал лейтенант Тшель по селекторной связи. – Сэр, на нас напали!

Лицо Пеллаэона перекосила страдальческая гримаса. Траун же невозмутимо ответил:

– Это Траун. Переходим в красный режим. А теперь расскажите мне, что произошло, и если можно, на два тона ниже.

– Да, сэр! – Замигали приглушенные аварийные огни, и до слуха Пеллаэона донеслись квакающие звуки сигнала тревоги. – Сенсоры засекли приближение четырех боевых фрегатов Новой Республики, – доложил Тшель, пытаясь овладеть своим голосом. Частично ему это удалось. – Плюс по крайней мере три эскадрильи «крестокрылов». Они движутся симметричным клином, следуя курсом только что прибывшего разведотряда.

– Проклятье, – выдохнул Пеллаэон. Одиночный «звездный разрушитель» с неопытной командой против четырех боевых фрегатов и «крестокрылов» прикрытия... – Перевести двигатели на полную мощность! Приготовиться к гиперпространственному переходу! – отчеканил капитан по селекторной связи и направился к выходу.

– Приготовьте все к прыжку... для подстраховки. Лейтенант, – все еще ледяным голосом продолжил Траун, – успокойтесь. Прикажите экипажам истребителей занять места по расчету, активируйте дефлекторные щиты.

Пеллаэон остановился и развернулся.

– Адмирал?

Траун жестом заставил его замолчать.

– Подойдите сюда, капитан, – приказал Гранд адмирал. – Давайте сначала осмотримся, не возражаете?

Он коснулся панели управления, и картинная галерея мгновенно исчезла. Вместо этого апартаменты превратились в миниатюрное подобие командного мостика, с центром управления, аппаратной и картой вооружения на стенах. Открытое пространство превратилось в тактический голографический дисплей; в одном из углов светящаяся сфера указывала месторасположение нападавших. Ближайший к ней стенной дисплей отображал оперативную сводку за последние двенадцать минут.

– К счастью, разведотряд имел достаточный отрыв от преследователей, чтобы не принимать бой в одиночку, – прокомментировал Траун. – Так. Давайте уточним, с кем конкретно мы имеем дело. Мостик, прикажите трем ближайшим истребителям атаковать.

– Есть, сэр!

Через всю комнату пронеслись три синие точки, выдвинувшиеся с линии безопасности на вектор перехвата. Краем глаза Пеллаэон заметил, как Траун слегка подался вперед в своем кресле, когда фрегаты и сопровождающие их «крестокрылы» открыли ответный огонь. Одна из синих точек погасла.

– Отлично, – произнес Траун, откинувшись на спинку кресла. – Это будет просто. Лейтенант, отзовите оба оставшихся истребителя и прикажите линии четвертого сектора убраться с курса противника.

– Есть, сэр! – отозвался Тшель немного перепуганным голосом.

Капитан хорошо понимал его замешательство.

– Разве мы не должны, по крайней мере, поставить в известность остальной флот? – робко предположил Пеллаэон. В его голосе слышалась напряженность. – «Ибикус» мог бы быть здесь через двадцать минут, большинство других кораблей – менее чем через час.

– Самое последнее, что я хотел бы видеть сейчас здесь, это наш флот, капитан, – ответил Траун, посмотрев на Пеллаэона, и едва заметная улыбка коснулась его губ. – В конце концов, кое-кто из экипажей противника может спастись, ани мне, ни вам не хотелось бы, чтобы повстанцы получили от нас какую бы то ни было информацию. Не так ли?

Он снова повернулся к дисплеям.

– Мостик, разверните, пожалуйста, «Химеру» на двадцать градусов относительно текущего курса, так чтобы она оказалась в плоскости угла атаки противника. Как только противник окажется в пределах внешнего периметра, четвертый сектор линии безопасности должен перегруппироваться и заглушить все передатчики противника.

– Е... есть, сэр. Сэр?..

– Вы не обязаны понимать, лейтенант, – холодно отрезал Траун, – просто выполняйте.

– Есть, сэр!

Пеллаэон затаил дыхание, наблюдая за поворотом «Химеры» на экране дисплея.

– Боюсь, адмирал, я тоже не понимаю. Разворот корабля прямо перед противником...

Траун снова остановил его поднятой рукой.

– Смотрите и учитесь, капитан, пока у вас есть такая возможность. Очень хорошо... мостик, остановить вращение и зафиксировать текущее положение. Снизить мощность, подаваемую на дефлекторные экраны стыковочных доков, перекинуть высвободившуюся мощность на остальные щиты. Эскадрильям перехватчиков: стартовать по готовности, удалиться на два километра от «Химеры» прямо по курсу, затем сформировать вокруг нее «клещи». Заградительный огонь должен соответствовать профилю атаки.

Получив подтверждение, Траун взглянул на Пеллаэона.

– Теперь понимаете, капитан?

Пеллаэон сжал губы.

– Боюсь, что нет, – признался он. – Я понимаю причину, по которой вы развернули «Химеру»: это создаст какое-то прикрытие истребителям, но все остальное – не что иное, как классический закрытый маневр Марга Саби. Они не попадутся в такую простую ловушку.

– Напротив, – холодно поправил Траун. – Они не только попадутся, но и будут полностью уничтожены. Смотрите, капитан. И учитесь.

Истребители, взлетев, быстро удалились от «Химеры» и затем, развернувшись настолько быстро, насколько позволяли особенности конструкции, брызнули во все стороны подобно каплям воды некоего экзотического фонтана. Противник успел разгадать маневр истребителей и изменил вектор атаки.

Пеллаэон моргнул от неожиданности:

– Во имя Империи, что они делают?

– Они пытаются применить единственную известную им защиту против маневра Марга Саби, – ответил Траун, и Пеллаэон безошибочно отметил удовлетворение в его голосе. – Или, если быть точным, единственную защиту, применить которую они способны в силу особенностей своей психологии.

Он кивнул в сторону светящейся сферы.

– Видите ли, капитан, силами противника командует Элом, и он просто не способен по-другому воспринять и ответить на неструктурированную атаку, внешне ничем не отличающуюся от хрестоматийного маневра Марга Саби.

Пеллаэон смотрел на нападавших, все еще продолжавших перестраивать свои силы в крайне бесполезную оборонительную диспозицию... и медленно достигал просветления. Он внезапно понял смысл всех действий Трауна.

– Тот истребитель, который атаковал противника несколько минут назад – – просиял он, – вы оказались способным по реакции противника определить, что перед нами Элом?

– Изучайте Искусство, капитан! – почти мечтательно протянул Траун. – Когда вы понимаете искусство какой-либо расы, вы понимаете особенности ее мышления.

Он выпрямился в кресле.

– Мостик, задайте боковое ускорение. Приготовьтесь присоединиться к атаке.

Часом позже все было кончено.

* * *

Дверь бесшумно закрылась за командующим эскадрильей, и Пеллаэон, глядя на все еще отображавшуюся на дисплее схему, ссожалением произнес:

– Боюсь, система Оброа-скай – это тупиковый путь. Наше «миротворчество» там встанет нам слишком дорого. Мы ничего не выиграем в плане экономии ресурсов.

– Пока, возможно, да, – согласился Траун. – Но только пока.

Пеллаэон хмуро смотрел на Трауна, который сидел за столом напротив и задумчиво вертел в руках прозрачную флэш-карту, периодически протирая ее большим и указательным пальцами и разглядывая сквозь нее звезды. Странная улыбка играла на губах Гранд адмирала.

– Адмирал? – осторожно спросил Пеллаэон. Траун повернул голову, его пылающие глаза, казалось, сверлили Пеллаэона насквозь.

– Это – вторая часть головоломки, капитан, – сказал он мягко, посмотрев на капитана сквозь флэш-карту. – Часть, которую я искал более года.

Траун резко развернулся и включил селектор.

– Мостик, говорит Гранд адмирал Траун. Сообщение «Ибикусу»: оповестите капитана Харбида, что мы временно оставляем флот. Ему следует продолжать тактические рейды по местным системам и снимать дампы информационных систем везде, где возможно. «Химере» – курс на планету по имени Миркр. Ее координаты есть в навигационном компьютере.

Дождавшись подтверждения мостика. Траун повернулся к Пеллаэону:

– Вы выглядите растерянным, капитан, из чего я делаю вывод, что вы не имеете никакого представления о планете Миркр.

Пеллаэон покачал головой, безуспешно пытаясь прочесть по лицу адмирала его мысли...

– А... я должен иметь?

– Скорее всего, нет. Большинство тех, кто имеет, это контрабандисты, преступные элементы и прочие отбросы Галактики.

Траун замолчал, отглотнув, как отмерив, из высокой кружки, судя по запаху, крепкого форвишского эля. Пеллаэон скривил нос, но заставил себя промолчать. Что бы ни собирался ему сообщить Гранд адмирал, он это сделает, как и когда сочтет нужным.

– Я обнаружил краткое упоминание об этой планете приблизительно семь лет назад, – продолжил Траун, ставя кружку на прежнее место у правого локтя. – Мое внимание привлек тот факт, что, хотя планета была известна по крайней мере три сотни лет, ни Старая Республика, ни Орден не обращали на нее никакого внимания. – Одна из его иссиня-черных бровей слегка приподнялась. – Какой бы вы сделали отсюда вывод, капитан?

Пеллаэон пожал плечами:

– Очевидно, эта пограничная планета расположена слишком далеко, чтобы представлять какой-либо интерес.

– Очень хорошо, капитан. Я так и предполагал. Все правильно, за исключением того, что это совершенно ошибочное предположение. Миркр расположена не далее, чем в ста пятидесяти световых годах отсюда, на самой границе с территорией, контролируемой восстанием, и уж подавно в пределах границ Старой Республики.

Траун снова принялся рассматривать флэш-карту, которую он все еще держал в левой руке.

– Нет, правильное объяснение гораздо интереснее, важнее и полезнее для нас.

Пеллаэон тоже, не отрываясь, уставился на флэш-карту.

– И это объяснение стало первой частью решения вашей головоломки?

Траун улыбнулся.

– Браво, капитан. Вы делаете успехи. Да. Миркр, а точнее, один из представителей ее фауны, – это первая часть головоломки. Вторая находится на планете по имени Вейланд, – он многозначительно поднял флэш-карту, – координаты которой я, наконец, знаю, благодаря оброанцам.

– Я поздравляю вас, адмирал, – неожиданно резко выпалил Пеллаэон, утомленный игрой, – могу я спросить, в чем же, собственно, состоит головоломка?

Траун улыбнулся, и от его улыбки по спине Пеллаэона пробежала мелкая дрожь.

– Единственное и наиболее общее решение головоломки, – вкрадчиво произнес Гранд адмирал, – заключается... в ответе на вопрос, как нам полностью и бесповоротно подавить восстание.

2

Люк?

Голос был тихий, но отчетливый. И Скайуокер оглянулся – вокруг лишь унылые желтовато-серые пески Татуина, знакомые, но странно искаженные.

Зато того, кто стоял перед ним, он узнал бы даже в толпе.

– Привет, Бен! – звук собственного голоса неприятно отдавался в ушах. – Сколько лет...

– Да уж, – невесело хмыкнул Кеноби. – И боюсь, что до следующего раза пройдет еще больше времени. Я пришел попрощаться.

Окружающие их барханы дрожали от марева. И вдруг Люк вспомнил: он спит! Спит в отведенных ему покоях Императорского дворца и видит во сне Бена Кеноби.

– Нет, я не сон, – сказал Оби-Ван. – Просто расстояние, разделяющее нас, преодолевать все труднее. Скоро для меня закроется и эта тропинка.

– Нет! – услышал Люк свой собственный голос. – Ты не можешь бросить нас, Бен! Ты нам нужен!

На лице старика промелькнула тень прежней улыбки.

– Я не нужен тебе, Люк. Ты – джедай, и с тобой Сила.

Бен оглянулся. Казалось, он видит что-то... кого-то, недоступного для Скайуокера. Старый рыцарь прислушивался, склонив голову к плечу, потом улыбнулся опять. Такой улыбки Люк у Кеноби не помнил – смущенная, почти детская.

– В любом случае, – добавил Кеноби негромко, – это уже не мне решать. Я и так чересчур задержался. Больше я не могу откладывать путешествие на другую сторону жизни.

В памяти ожило воспоминание: учитель Йода на смертном одре – как красиво звучит, когда прошло уже столько лет, а если вспомнить крохотную хижину на Дагоба, жесткую лежанку, рваное одеяло... Силен я... но не настолько силен...

Учитель однажды сказал мне: ткань жизни сплетается вне зависимости от случайностей, – сказал Бен. – Ты тоже когда-нибудь пройдешь по этому пути, – и вновь его внимание утекло на что-то иное. – Великая сила с тобой, Люк, а настойчивость и дисциплина помогут тебе стать сильнее. Просто не давай себе расслабиться, – взгляд Бена стал жестче. – Императора нет, но темная сторона существует по-прежнему. Не забывай этого.

– Не забуду.

– Впереди у тебя большие опасности, Люк, – Бен опять улыбался. – Но ты обретешь новых друзей и союзников в самый неожиданный момент и там, где меньше всего ожидаешь.

– Новых союзников? – переспросил Люк. – Кто они?

Видение задрожало и начало расплываться.

– А теперь прощай, – прошелестел над барханами голос старого Бена, как будто Кеноби даже не расслышал вопроса. – Я любил тебя... как сына, как ученика и как друга. Мы встретимся снова, а до тех пор – да пребудет с тобой Великая Сила...

– Бен!

Но Оби-Ван повернулся, побрел вдаль, увязая в песке. Темный плащ трепал ветер. Люк подумал: как странно, он не слышит воя ветра, и в это мгновение понял, что Бен Кеноби ушел. Теперь я один,сказал себе Люк посреди сновидения. Я последний из джедаев.

Но издалека донеслось сквозь внезапно набравший силу ветер: «Не последний из прежних джедаев, Люк. Первый из новых...» Голос умолк.

Люк проснулся.

Какое-то время он лежал, уставившись в потолок; за открытым окном текла ночь, играя с огнями спящего города. Нереальность происходящего и безмерная тяжесть печали заслоняли свет. Сначала погибли дядя Оуэн и тетушка Беру, потом Дарт Вейдер, его настоящий отец, пожертвовал собственной жизнью, спасая его от Императора, а теперь ушел Бен Кеноби. Он осиротел в третий раз. На душе было погано.

Люк вздохнул, выполз из-под одеяла, нашарил в темноте шлепанцы и халат. В его покоях была оборудована небольшая кухонька, собственно, просто закуток, зато там было все необходимое. Люк за пару минут сварганил себе чрезвычайно экзотическое пойло, с рецептом которого его познакомил Ландо во время своего последнего визита на Корускант. После некоторого размышления Скайуокер сунул за пояс халата лазерный меч – просто на всякий случай и для общего спокойствия, – взял кружку и поднялся на крышу.

Он активно возражал против переноса центра Новой Республики на Корускант, а еще больше – против размещения только что оперившегося правительства в Императорском дворце. Был в этом неуместный символизм, особенно для тех, кто, по мнению Люка, и так-то уделял слишком много внимания символам.

Одно хорошо: с крыши дворца открывался потрясающий вид. Люк стоял, прислонившись к высокому каменному парапету, а прохладный ночной ветер ерошил ему волосы. Имперский город не засыпал никогда. И дело было даже не в том, что он занимал всю планету, просто даже на ночной стороне на фоне сплетающихся переходов и подвесных улиц сновали вездесущие флаеры, воздушные такси, гравициклы и прочие средства передвижения. А над головой спокойно и несуетно возлежали неподвижные облака, будто прихотливо вылепленный свод-купол над бесконечным городом. Далеко на юге, с трудом различимые, величественно поднимались горы Манарай, их покрытые снегом вершины, подсвеченные мегаполисом, сливались с облаками в своем безразличии к жизни внизу.

Люк как раз предавался меланхоличному созерцанию гор, когда за спиной тихо открылась дверь. Рука сама потянулась к мечу, но замерла, не закончив движения. Во-первых, Люк и так знал, кто стоит задверью. Во-вторых, хорош бы он был в халате и шлепанцах – в одной руке лазерный меч, во второй – кружка с горячим напитком.

– Я здесь, наверху, – крикнул Люк.

Смотреть, как Ц-ЗПО осторожно семенит по крыше, излучая заботу и деловитость, было еще то удовольствие.

– Приветствую вас, масса Люк, – проговорил дроид, пытаясь заглянуть в чашку, которую сжимал в руке Люк. – Я жутко извиняюсь, что причинил столько неудобств. Я...

– Да ладно тебе, – прервал излияния Люк. – Я вот захотел немного подышать свежим воздухом.

– Вы уверены? – спросил Ц-ЗПО. – Правда, я не хочу совать нос не в свое дело...

Несмотря на свое настроение, Люк не смог сдержать улыбку. Попытки Ц-ЗПО сочетать любопытство, заботу и чопорную вежливость были неподражаемы.

– Думаю, у меня легкая депрессия, – пояснил он дроиду, отворачиваясь, чтобы еще раз взглянуть на ночную панораму города. – Как оказалось, создать и заставить работать настоящее правительство несколько тяжелее, чем я ожидал. И тяжелее, чем ожидали многие члены Совета.

И, немного замявшись, продолжил:

– А вообще-то, похоже на то, что я нынче очень скучаю по Бену.

На минуту Ц-ЗПО притих.

– Бен был всегда очень добр ко мне, – сказал он затем, – и к Р2Д2, конечно.

Люк поднес к губам чашку, пряча за ней улыбку.

– У тебя особая роль в этом балагане, Ц-ЗПО, – произнес он и краем глаза заметил, как дроид замер. Интересно, это смущение или удивление?

– Надеюсь, я не помешал вам, – заволновался робот, – это вовсе не входило в мои намерения.

– Ты вовсе не помешал мне, – успокоил его Люк. – Дело в том, что ты просто помог постичь последний урок Бена.

– Прошу прощения?

Люк сделал глоток.

– Альянсы, правительства и конфедерации – это, безусловно, страшно важные вещи, Ц-ЗПО. Но, если вдуматься, основа всему этому – обычные люди. В социальном смысле.

Последовала короткая пауза.

– О! – произнес Ц-ЗПО.

– Другими словами, – продолжил Люк, – джедай не может вмешиваться в дела вселенской важности так, чтобы это не пересекалось с делами и судьбами конкретных людей, – и, взглянув на Ц-ЗПО, улыбнулся, – или дроидов.

– О, я понял! – Ц-ЗПО наклонил голову и, улучив момент, все-таки заглянул в чашку. – Простите, но могу я спросить, что это такое вы пьете?

– Это? – Люк тоже с интересом посмотрел в чашку. – Это подарок Ландо в его последний приезд.

– Ландо? – отозвался Ц-ЗПО, и в голосе прозвучало явное неодобрение.

Программируй вежливость, не программируй, но дроид не слишком жаловал Ландо. Впрочем, удивительно, что Ц-ЗПО не плюется, как раскаленный, при одном упоминании Ландо. Если вспомнить их первую встречу...

– Да, не так, конечно, круто по сравнению с оригиналом, но тоже все-таки вполне кайфово получилось, – усмехнулся Люк. – Это называется – какава.

– О! Ясно, – дроид выпрямился. – Хорошо. Если у вас и впрямь все в порядке, тогда, думаю, мне лучше уйти.

– Это уж точно. Но пока ты здесь – что это тебя сюда привело?

– Разумеется, меня прислала ее высочество принцесса Лейя, – Ц-ЗПО искренне изумился, что Люку пришло в голову задать столь нелепый вопрос. – Она говорит, что вы чем-то расстроены.

– Выпендривается сестренка... – Люк покачал головой.

– Прошу прощения?

Люк махнул рукой.

– Сестра демонстрирует, что обзавелась новым джедайским навыком, вот и все. Доказывает, что даже во сне может почувствовать мое настроение.

Ц-ЗПО приуныл.

– А мне показалось, что ее высочество искренне беспокоится о вас, масса Люк.

– Я знаю. Я шучу.

– О! Могу я сообщить ее высочеству, что у вас все в порядке? – успокоился Ц-ЗПО.

– Конечно, – Люк кивнул. – И передай, чтобы перестала тревожиться и отправлялась спать. А то не выспится, и с утра ее замучает токсикоз.

– Я непременно передам ее высочеству ваши слова.

– И... это... скажи ей, что я ее люблю, – тихо добавил Люк.

– Непременно. Покойной ночи, масса Люк.

– Доброй ночи, Ц-ЗПО.

Он проводил дроида взглядом, ощущая, как подступает новая волна одиночества. Откуда роботу понять? Да и в правительстве тоже никто не понимал. Плохо, что Лейя со своей трехмесячной беременностью столько времени проводит в делах. Во Дворце.

Люк вздрогнул, но не от холодного ночного воздуха. Темная сторона Силы повсюду оставила здесь свои следы. Так мощно чужое присутствие ощущалось только в пещерке на Дагоба. Неделями память о встрече с Темной стороной преследовала его, и лишь гораздо позднее Люк понял, что хотел от него учитель, заставив встретиться там с призраком Повелителя Тьмы... с самим собой.

Пещера носила на себе отпечаток своего прежнего хозяина.

Подобно тому как здесь, во дворце, сохранялось некое незримое присутствие Императора...

Люк снова вздрогнул. Действительность сводила с ума. В правительстве его спросили: не чувствует ли он что-то, связанное с предыдущим хозяином Дворца, какие-нибудь остаточные явления? Люк понятия не имел, что такое остаточные явления, и сказал, что нет, вроде нету.

Но если он ничего не может почувствовать, это еще не значит, что их и на самом деле нет. Юный джедай тряхнул головой, приказывая себе прекратить самокопание. Игра теней не доведет его до помешательства. Ночные кошмары и бессонница – результат постоянного стресса, не более. Просто он слишком долго наблюдает, как Лейя вместе с соратниками пытается превратить военный мятеж в действительное гражданское правление.

Будь у Лейи хоть тень сомнения, она бы и близко не подошла к проклятому месту.

Лейя...

Люк заставил себя расслабиться. Прикрыв глаза, он ощупывал невидимую паутину, опутавшую дворец, город, Галактику, мир. Вот где-то в центре дворца дремлет Лейя...

Какое-то время он поддерживал с ней слабый контакт, стараясь не разбудить. И удивлялся, что внутри сияющего сплетения нитей спрятались два клубочка – двое неродившихся малышей. Еще не оформившихся, но уже открытых Великой силе.

Он надеялся спросить это у Бена в один прекрасный день.

Возможность упущена. Этот день никогда не наступит.

Внезапные слезы нарушили концентрацию. Люк разорвал контакт. Чашка и напиток в ней совсем остыли. Проглотил ставший приторным и невкусным остаток, Люк в последний раз окинул взглядом панораму. Город, облака... звезды, прячущиеся за облаками. Планеты, обращающиеся вокруг них. Тех, кто там жил. Великое множество самых разных народов, и многих из них поманил свет Новой Республики.

Люк закрыл глаза, желая хоть на мгновенье забыть о ярких огнях и таких же яростных надеждах. Никакая Великая сила тут не поможет.

Даже джедаю.

* * *

Ц-ЗПО, шаркая, вышел из комнаты, и Лейя Органа Соло, тяжко вздохнув, опять устроилась в подушках. Почему-то пришла на ум старая поговорка о том, что половина победы лучше, чем ничего.

Старой поговорке она не поверила ни на минуту, полагая, что половина победы одновременно и половина поражения.

И вновь вздохнула, ощутив «прикосновение» брата. Люк опять был в печали А так хотелось, чтобы встреча с роботом развеяла его мрачное настроение! Но когда дроид ушел, тоска и одиночество вновь вернулись.

Видимо, ей стоило самой пойти к брату, чтобы Люк мог поплакать в ее жилетку обо всем, что тревожило его последнее время.

Кто-то ощутимо пнул ее в живот изнутри.

– Все в порядке, – Лейя успокаивающе погладила живот. – Просто я немного беспокоюсь о вашем дядюшке Люке.

Постепенно внутриутробное движение прекратилось. Взяв с ночного столика стакан, Лейя героическим залпом выпила его содержимое, не поморщившись. Что ж, очередной подвиг за дело Альянса *. Теплое молоко стояло далеко не на первом месте в списке ее любимых напитков, но зато оно наиболее эффективно успокаивало периодические приступы боли в животе. Доктора сказали ей, что все неприятности на днях исчезнут. Очень хотелось верить, что они правы.

Из соседней комнаты послышались тихие шаги. Лейя быстро поставила стакан на ночной столик, второй рукой натягивая одеяло до самого подбородка. Не хватало третьей руки, чтобы приглушить свет ночника, и Лейя попыталась сделать это с помощью Силы.

Лампа даже не мигнула. Упрямо стиснув зубы, принцесса попыталась снова, и опять не получилось. Контроля над Силой было явно недостаточно даже для такой малости, как выключатель. Выпутываясь из одеяла, она потянулась, чтобы хлопнуть по нему.

И тут в другом конце комнаты открылась боковая дверь, и на пороге показалась высокая молодая женщина в пеньюаре.

– Ваше высочество, – участливо спросила она, откидывая назад сверкающие белизной волосы, – у вас все в порядке?

Лейя обреченно вздохнула и оставила безуспешные попытки выключить непокорный ночник.

– Входи, Зима. Давно подслушиваешь?

– Я не подслушивала, – отозвалась Зима и тихо вошла в комнату. Голос ее звучал почти обиженно. – Я увидела свет из-под двери и подумала, вдруг вам что-нибудь нужно?

– Я в полном порядке, – заверила Лейя. Интересно, как привыкнуть к тому, что, даже проснувшаяся среди ночи, растрепанная, некрасивая Зима непостижимым образом выглядит значительно более величественно, чем Лейя и в лучшие дни? Уже и не вспомнить, сколько раз еще в детстве на Алдераане, увидев их вместе, какой-нибудь гость при дворе вице-короля, не раздумывая, заключал, что Зима на самом деле и есть принцесса.

Но Зима-то уж точно помнит все эти моменты. Чтобы дама, да еще с феноменальной памятью, не помнила во всех подробностях случаи, когда ее по ошибке принимали за принцессу?! Ха!

Лейя часто спрашивала себя, каково было бы членам временного правительства узнать, что молчаливый помощник рядом с ней четко фиксирует каждое произнесенное слово, будь то на официальных встречах или в кулуарных беседах. Похоже, некоторых это выбило бы из колеи.

– Еще молока, ваше высочество? Или печенья?

– Нет, спасибо, – Лейя покачала головой. Только не молока. – Мой живот уже совсем успокоился. Это все... ну, ты знаешь, из-за Люка.

– Из-за того, что его так волнуют последние девять недель?

– Так давно? – нахмурилась Лейя. Зима пожала плечами.

– Вы были так заняты, – произнесла она со свойственной ей дипломатичностью.

– Расскажи мне подробнее, – хмуро попросила Лейя. – Я не знаю, Зима, я действительно не знаю. Он сказал Ц-ЗПО, что скучает по Бену Кеноби, но сдается мне, что это еще не все.

– Возможно, он так озабочен вашим состоянием, – предположила Зима, – уже девять недель назад все должно было наладиться.

– Очень может быть... – согласилась Лейя. – Но именно тогда Мон Мотма и адмирал Акбар * начали подталкивать правительство осесть здесь, на Корусканте, и именно в то же время мы начали получать сообщения из приграничных областей о каком-то гениальном тактике и стратеге, принявшем на себя командование имперским флотом, – она развела руками. – Вот и выбирай...

– Я полагаю, вам надо подождать, пока брат созреет для разговора, – вслух меланхолично размышляла Зима. – Может быть, капитан Соло сможет вызвать его на откровенность. Когда вернется.

Лейя сжала пальцы, волна гнева и одиночества захлестнула ее. В адрес Хэна, который все еще сам отправляется с очередными дурацкими миссиями, бросив ее здесь совсем одну, она еще придумает немало теплых и нежных словечек...

Вспышка гнева погасла, сменившись чувством вины. Да, Хэн опять в отъезде, но ведь даже когда он был здесь, им с таким трудом удавалось видеться друг с другом. Все больше и больше ее времени поглощала работа по формированию нового правительства, бывали дни, когда она едва успевала поесть, оставляя в одиночестве своего мужа.

Но это мой долг,твердо заключила она про себя, и это работа, которую, к сожалению, могу сделать только я.

В Альянсе алдераанская принцесса всегда занимала особое положение. В отличие от многих других, она прошла практическую подготовку и в политике, и в дипломатии была искушена. Она росла в королевском дворце на Алдераане, изучала системы управления под руководством отца, изучала прилежно, чтобы подростком уже представлять свою планету в Сенате. Теперь все могло попросту развалиться, особенно на этапе становления Новой Республики. Несколько месяцев, каких-то несколько месяцев, и она сможет спокойно передохнуть, и тогда они с Хэном наверстают упущенное.

Чувство вины исчезло. Но зато одиночество прочно угнездилось на его месте.

– А не лучше ли нам, – обратилась она к Зиме, – отправиться спать? Завтра у нас будет трудный день.

Зима вскинула белесые брови:

– Можно подумать, бывают другие?

– Но-но! – Лейя предостерегающе усмехнулась. – Такой цинизм в столь юные годы... Маленьким детям пора в постель.

– Вы уверены, что вам ничего не надо?

– Я уверена. Выкатывайся.

– Хорошо. Доброй ночи, ваше высочество.

Зима неспешно выплыла из комнаты, и дверь за ней закрылась. Растянувшись на кровати, Лейя расправила одеяла и поудобнее устроилась на подушках.

– Доброй ночи и вам обоим – ласково пожелала она своим малышам, участливо погладив свой живот.

Хэн полагал, и не без оснований, что женщина, разговаривающая с собственным животом, явно не в своем уме. Ну и ладно, Лейя сильно подозревала, что Хэн втайне всех считал не вполне нормальными.

Она ужасно по нему соскучилась.

Вздохнув, Лейя протянула руку к ночному столику и выключила лампу. Через некоторое время она уснула.

* * *

На расстоянии примерно в четверть Галактики от места предыдущих событий Хэн Соло отхлебнул из кружки и приступил к созерцанию хаоса и полного бардака, царящего вокруг. В голове вертелась цитата; где он ее подцепил, он вспомнить не мог, да и не пытался. А разве мы не ушли с вечеринки?

И все-таки весело было осознавать, что в Галактике, только и занятой тем, чтобы перевернуть все в себе с ног на голову, кое-что остается неизменным. А ведь в точно такой же обстановке он находился, когда впервые познакомился с некими Люком Скайуокером и Оби-Ваном Кеноби.

А случилось это, по его подсчетам, несколько жизней назад.

Сидящий рядом Чубакка забурчал себе под нос нечто нелицеприятное.

– Не волнуйся, никуда он не денется, придет. Это же Дравис. Он опоздает даже на собственные похороны. – Хэн лениво разглядывал толпу.

Нет, поправил он сам себя, кое-что в кантоне все-таки изменилось: нет никого из тех контрабандистов, которые бывали здесь в прежние дни. Кто бы ни подхватил эстафету Джаббы, он, должно быть, обделывает свои делишки где-то в другом месте. Хэн поставил в уме галочку – не забыть расспросить об этом Дрависа, когда тот соизволит явиться.

Он все еще созерцал обстановку, когда на столешницу упала тень.

– Привет, Соло, – прозвучали слова синтонацией больше напоминающей ржание.

Хэн про себя досчитал до трех, потом повернул голову.

– Привет, Дравис. Давненько не виделись. Присаживайся.

– Ну да, – хмыкнул Дравис. – Как только и ты, и Чубакка положите руки на стол. Обе. Каждый.

Хэн попытался выглядеть оскорбленным.

– Ну уж... – он взял кружку обеими руками. – Ты полагаешь, что я пригласил тебя сюда только для того, чтобы пристрелить? Мы же вроде как старые друзья, не забыл? Кстати, у Чубакки нет рук.

– Конечно, друзья, – согласился Дравис, бросая оценивающий взгляд на Чубакку, и сел. – Были когда-то. Но я слышал, ты подался в приличные люди.

Хэй выразительно пожал плечами.

– Приличие – такое расплывчатое понятие.

Дравис приподнял бровь.

– Ладно, давай будем конкретнее, – сардонически хмыкнул он. – Я слышал, ты присоединился к Альянсу, выслужился до генерала, женился на бывшей алдераанской принцессе и сделал ей близнецов.

Хэн отмахнулся.

– Вообще-то уже несколько месяцев, как я спустил в унитаз генеральские погоны вместе с почестями.

Дравис фыркнул.

– Ну, извини, друг. Так в чем там дело? Хочешь по-дружески предупредить?

Хэн удивился.

– Ты о чем это?

– Не прикидывайся идиотом больше, чем есть, Соло. Республика сменила Империю, жизнь – радужная ягода и все такое прочее, но ты знаешь и я знаю, что таким ребятам, как мы, все это – глубоко по барабану. Так что, если ты притащился сюда официально, позволь мне рассмеяться тебе в лицо и уйти, – Дравис приподнялся.

– Ты, как всегда, все перепутал, – спокойно заметил Хэн. – На самом деле я хотел нанять тебя.

Дравис замер в странной позе на полдороги.

– Что?

– У тебя плохо со слухом? Хочу дать работу старым знакомым.

Дравис ошарашенно опустился обратно.

– Это имеет отношение к вашей разборке с Империей? – спросил он требовательно. – Если так, то...

– Не имеет. Понимаешь, у Республики некоторая нехватка грузовых кораблей, я уж не говорю об опытных фрахтовщиках. Если жаждешь легко и по-быстрому срубить немного кредиток, то самое время открыть уши пошире.

– Угу... – Дравис откинулся назад и даже закинул руку за спинку стула, но смотрел по-прежнему с подозрением. – А где подвох? Левак?

– Никакого левого товара, – Хэн качнул головой. – Нам нужны корабли и пилоты, чтобы вновь раскрутить маховик межзвездной торговли. У тебя есть и те, и другие. Вот и все.

Дравис погрузился в тягостные размышления.

– А зачем нам работать на тебя и получать жалкие гроши? – наконец сказал он. – Мы же можем напрямую возить грузы и срубать гораздо больше. Да я лучше буду продавать кожу с собственной задницы на ближайшем аукционе на Камаре.

– Это ты можешь, – согласился Хэн Соло. – Но клиенты-то – наши. Мы предложим им лучшую цену, – он широко улыбнулся, – они на вас и не посмотрят. Да, не забудь прислать приглашение на торги.

Дравис сверкнул на него яростным взором.

– Глуши реактор, Соло. Новое правительство с пустым карманом, и ты уверяешь, будто они не вздернут тарифы ?

– Поступай, как знаешь, – с деланным равнодушием откликнулся Соло. – Вали и рискни поработать. Когда убедишься, найди меня.

Дравис пожевал щеку, по-прежнему не спуская глаз с Хэна.

– Знаешь, Соло, – сказал он задумчиво, – если бы я тебе не доверял, я вообще бы сюда не пришел. Ну, разве что посмотреть, что за тухлый спайс ты мне грузишь. И, может быть, я поверю тебе настолько, чтобы у меня возникло желание попробовать. Но я скажу тебе откровенно: многие из ребят не станут слушать твою сказку.

– Почему?

– Потому что ты стал приличным, вот почему. Не смотри на меня как обиженный жизнью макаут! Факт, что ты так давно не был в деле, что даже забыл, с какой стороны у корабля дюзы. Выгода, вот что заставит контрабандиста оторвать дюзы. Бабки и азарт.

– Ну, и куда ты подашься? Перекинешься в имперские сектора?

Дравис пожал плечами.

– Там платят, – просто сказал он.

– Пока платят. Но за последние пять лет имперцы здорово подсократили свои территории. Не думаю, что на этом все остановится. Оружия у нас сейчас не меньше, а наши люди гораздо лучше тренированы.

– Может, и так, – согласился Дравис. – Только я тут слышал, что в колоде появилась новая карта. И очень крупная, не по вашим зубам. Система Оброа-скай, помнишь? Я слышал, вам не хило наваляли. Ай-яй, как некстати. Скольких вы там потеряли? Десантную дивизию?

Хэн скрипнул зубами:

– Запомни, что тот, кто доставляет хлопоты нам, не обойдет вниманием и вас. И если ты думаешь, что в Республике нехватка денег, подумай, как они нужны Империи. – Просто передай парням предложение, ладно?

– Не сомневайся, передам. Может быть, кто-то и согласится. Никогда нельзя сказать наперед.

Хэн кивнул. Большего от встречи он и не ждал.

– И еще, Дравис. Кто теперь самая большая рыбка в болоте, где раньше квакал Джабба?

Некоторое время его визави задумчиво разглядывал кореллианина.

– Н-ну... – наконец протянул он. – Не думаю, что это большой секрет. Представь себе, место вакантно. Но если бы я делал ставку, то поставил бы все деньги на Когтя Каррде.

Хэн нахмурился. О Тэлоне Каррде по прозвищу Коготь он, разумеется, слышал, но раньше шайка Каррде не особо котировалась, не говоря уже о том, чтобы играть первую партию. Либо Дравис ошибается, либо Кардде любит строить из себя скромницу.

– Где мне его найти?

Дравис хитренько улыбнулся:

– Хочется знать, верно? Может быть, когда-нибудь я тебе это скажу.

– Дравис...

– Пора бежать. Увидимся, Чуй, – Дравис почесал в затылке. – Да, кстати. Можешь сказать вон тому лопуху, что он – худший выбор для прикрытия, какой мне доводилось видеть. Это так, по-дружески.

Хэн изобразил благодарную гримасу. Один плюс – уходя, Дравис все-таки повернулся к нему спиной. Некоторых контрабандистов, с которыми он беседовал раньше, на это не хватало. Прогресс.

Чубакка проворчал под нос нелитературное выражение.

– А ты что ожидал от Акбара? – огрызнулся Хэн. – У него хорошо получается в Совете сидеть. Каламари и контрабанда – две вещи несовместные. Не бойся, придут, голубчики. По крайней мере, некоторые. Дравис может сколько угодно разглагольствовать о выгоде и всем прочем, но предложи ему надежное дело, где никто их не надует, как Джабба, и никто не будет стрелять, и он заинтересуется. Все они заинтересуются. Пошли, нам пора.

Хэн выскользнул из кабинки и направился к стойке бара недалеко от выхода. На полпути он задержался возле другой кабинки и взглянул на того, кто сидел там. Посетитель был один.

– У меня для тебя новость, – возвестил Хэн. – Мне поручили сообщить, что ты худший из тех, кого можно выбрать для прикрытия и кого доводилось видеть Дравису. И так далее.

Посетитель безмятежно улыбнулся, поднимаясь из-за стола. Он запустил пальцы в черные спутанные волосы в безуспешной попытке привести их в порядок.

– А я думал, идея ничего себе, – сказал он; акцент у них с Хэном был практически одинаковый.

– Да, вот только Дравис думал иначе.

Если быть честным, Хэн был согласен с мнением Дрависа. Единственно, когда Ведж Антиллес * не выделялся из толпы, словно вуки в пустыне, это когда он сидел в кабине «крестокрыла» и надраивал дюзы очередному злосчастному пилоту ДИ-истребителя.

– А где Пейдж? – уныло поинтересовался Хэн.

Антиллес одарил его еще более невинной улыбкой и ткнул пальцем куда-то в сумрак бара.

– Здесь, сэр, – произнес негромкий голос за спиной Соло.

Хэн повернулся. Из темноты выдвинулся детина с невыразительным лицом и могутными ручищами. На потолочной балке он прятался, что ли? Каким образом Пейдж ухитрялся при всех своих габаритах растворяться в толпе, для Хэна всегда оставалось неразрешимой загадкой. А уж если учесть, что Антиллес приложил все усилия, чтобы привлечь к себе внимание, придется признать, что идея, действительно, хороша. И (судя по все расширяющейся ухмылке) ясно, кто тут автор.

– Прекрати, – попросил соотечественника Хэн Соло. – Где ты только подцепил эту дурацкую манеру улыбаться ?

Ведж фыркнул.

– Видел что-нибудь подозрительное? – спросил Хэн у Пейджа.

Тот покачал головой.

– Никакого прикрытия, никакого оружия, кроме бластера. Этот парень тебе доверяет на сто процентов.

– Ага. Прогресс, – Хэн в последний раз огляделся. – Ладно, пошли. Не то опоздаем на Корускант. А я еще хочу заскочить в систему Оброа-скай.

– Пропавшие солдаты? – поинтересовался Антиллес, перестав улыбаться.

– Точно, – угрюмо подтвердил Хэн. – Хочу поискать, может, кто и отыщется. А если повезет, найдем и виновника и взгреем. У нас тут есть специалисты по этой части.

3

Складной столик уже был раскрыт, еду можно было подавать, и Тэлон Каррде как раз разливал вино, когда в дверь постучали. Как обычно, его расчет был потрясающе верен.

– Мара? – спросил он.

– Да, – отозвался из-за двери женский голос. – Ты, кажется, приглашал пообедать с тобой.

– Разумеется. Входи, прошу тебя.

Мара Джейд вошла – эффектная, зеленоглазая, грациозная, как коррина. Каррде невольно засмотрелся.

– Ты не сказал, что... – взгляд ее темно-зеленых глаз метнулся в сторону стола, – что уже все готово.

Мара вновь смотрела на Каррде, и теперь ее глаза были похожи на две льдинки.

– Вопреки моему желанию, – заверил обладательницу потрясающих глаз Каррде, – это всего лишь деловой обед, не больше и не меньше.

Из-под рабочего стола донеслось унылое ворчание.

– Совершенно верно, Натиск, деловой обед, – сообщил Каррде источнику звука. – Вылезай-ка оттуда. Давай-давай, пошел вон.

Ворнскр * соизволил высунуть морду, когти скребли ковер, нос опущен к полу, словно зверь кого-то вынюхивал.

– Я сказал – вон, – Каррде указал на раскрытую дверь. – Давай-ка, вали отсюда, тебе сервировано на кухне. Штурм уже там, так что шевелись, а то он сожрет и твой ужин.

Зверюга неохотно выбралась из-под стола целиком и потопала к двери, бурча под нос.

– Не прикидывайся, – сказал ему Каррде. – Не разжалобишь.

– Бхрррр...

Каррде взял с блюда кусочек тушеного бруаллки и кинул по направлению к двери:

– На, утешься!

Меланхолия ворнскра испарилась, словно по волшебству. Натиск метнулся за угощением и подхватил его на лету.

– Молодец, а теперь иди и насладись ужином.

Ворнскр потрусил в коридор.

– Итак, – Каррде вновь повернулся к гостье. – На чем нас прервали?

– Ты как раз рассказывал, что у нас деловой обед, – голос Мары все еще отдавал прохладой, но она уже удобно устраивалась за столом. – М-да. Определенно это самый приятный деловой обед за последнее время.

– В том-то и дело, – Каррде уселся напротив нее. – По-моему, совсем неплохо время от времени напоминать самим себе, что контрабандистам совершенно не обязательно быть варварами.

Мара попробовала вино.

– Уверена, многим не помешало бы подобное напоминание, – промурлыкала она.

Каррде улыбнулся. Следовало бы знать, что настолько простой гамбит с Марой не пройдет. Чтобы вывести эту красотку из себя, понадобится нечто большее.

– Да, хорошее вино и легкая беседа помогают провести интересный вечер, – мимолетно кивнул он. – В частности... когда обсуждаешь повышение.

Если бы он не смотрел на нее, обязательно пропустил бы изумление, промелькнувшее в ее взгляде.

– Повышение? – удивленно отозвалась Мара.

– Да, – сказал он, накладывая бруаллки и ставя тарелку перед гостьей. – Если быть точным, твое.

Озабоченность вернулась на лицо Мары.

– Я у тебя всего шесть месяцев, знаешь ли.

– Пять с половиной, – поправил ее Каррде. – Но стаж против способностей и результатов ничего не значит... а твои способности впечатляют.

Она пожала плечами, золотисто-рыжие волосы полыхнули огнем.

– Моя удача.

– Удача твоя, не спорю, – согласился Каррде. – С другой стороны, я давно пришел к мнению, что многие люди называют удачей простое сочетание таланта и работоспособности, аиногда и ситуации.

Он положил бруаллки и себе на тарелку. Еда сегодня особенно удалась, решил Каррде.

– Итак, что мы имеем? – продолжал он. – Твой талант к пилотированию космических кораблей, твоя способность отдавать и исполнять приказы... – он с радушнейшей улыбкой указал на стол. – И твоя способность адаптироваться к непривычным и неожиданным обстоятельствам. Все то, что нужно для контрабандиста.

Он замолчал, ожидая ответной реплики, но не дождался. Видимо, когда-то давно в своем неведомом прошлом она научилась не спешить с вопросами. Еще одно очко в пользу Мары.

– Что мы имеем? Держать тебя на должности простого функционера или запасного работника – трата моего времени и твоих талантов, – заключил Каррде. – Я бы хотел, чтобы ты стала моим первым помощником.

На этот раз удивления она не сдержала, зеленые глаза расширились, но Мара быстро справилась с эмоциями.

– В чем будут заключаться мои новые обязанности? – спросила она. – уточни, пожалуйста.

– – По большей части в путешествиях вместе со мной, – Каррде отхлебнул вина. – Будешь наблюдать, как я веду дела, познакомишься с постоянными клиентами и заказчиками, так чтобы они привыкли к тебе... все такое.

Красотка не доверяет. В этом Каррде мог поклясться. Навешать лапши ей на уши не так-то просто. Она опасается, что предложение – всего лишь дымовая завеса для чего-то более личного.

– Можешь не отвечать сразу, – проговорил Каррде. – Обдумай или поговори с теми, кто дольше тебя пробыл в нашей организации, – он взглянул ей прямо в глаза. – Они тебе скажут, что я не лгу своим людям.

Она скривила губы.

– Я это уже слышала... – уклончиво сказала Мара. – Но учти, что если ты мне предоставишь такую власть и самостоятельность, то я ими воспользуюсь. В структуре организации произойдут кое-какие перемены. Надо залатать пару дыр...

Ее прервал зуммер комлинка на рабочем столе.

– Да?

– Это Авес #2. Думал, босс, тебе захочется узнать, что мы не одни. На орбите – гости. Имперский «разрушитель».

Каррде поднялся, по-прежнему не спуская взгляда с Мары.

– Кто это? – спросил он, бросая салфетку возле тарелки и подходя к рабочему столу.

– Имперцы больше не любят посылать свои ИД на открытой частоте, – Авес недовольно покачал головой. – Буквы на борту прочитать трудно, но Торве считает, что пожаловала «Химера».

– Вот как, – пробормотал Каррде. «Химера», как интересно. —Они передавали что-нибудь?

– Если передавали, то не нам, мы ничего не ловили... минуточку. Похоже на то, что... да, они выпустили челнок. Поправка: два челнока. Предполагаемое место посадки... – Авес, хмуря брови, что-то высчитывал. – Предполагаемое место посадки – в нашем районе леса.

Краем глаза Каррде заметил, как задеревенела его гостья.

– Рядом есть наши базы?

– Нет, совершенно точно – в лесу, далеко от баз. Километрах в пятидесяти отсюда. Приблизительно.

Каррде постукивал указательным пальцем по нижней губе и обдумывал положение.

– Все еще два челнока?

– Пока да, – Авес слегка нервничал. – Объявить тревогу?

– Наоборот. Освободи частоту, хочу спросить, не нужна ли им помощь.

Авес открыл рот, подумал, закрыл рот.

– Ладно, – сказал он и принялся выстукивать на клавиатуре коды доступа. – Частота ваша.

– Благодарю. Имперский «разрушитель» «Химера», говорит Тэлон Каррде. Могу я вам чем-нибудь помочь?

– Не отвечают, – пробормотал Авес. – Может, не хотят, чтобы их заметили?

– Не хочешь, чтобы тебя заметили – не используй в качестве паланкина «звездный разрушитель», – наставительно сказал Каррде. – Нет, они сейчас проверяют мое имя по базе данных.

Мне бы их базу... Ищите-ищите, может, даже обрящете.Он откашлялся.

– «Звездный разрушитель» «Химера», говорит...

Физиономия Авеса вдруг сменилась изображением хмурого мужчины средних лет с капитанскими знаками различия.

– Говорит капитан Пеллаэон, крейсер «Химера», – его голос не отличался дружелюбием. – Что вам угодно?

– Веду себя как добрый сосед, – радушно сообщил ему Каррде. – Мы отследили два ваших челнока и заинтересовались, а вдруг Гранд адмиралу Трауну понадобилась наша помощь?

– Кому? – взгляд капитана дружелюбием тоже не светился.

– Ах да! – Каррде позволил себе улыбнуться, чуть-чуть, совсем не заметно. – Разумеется, я никогда в жизни не слыхал о Гранд адмирале Трауне. Особенно в связи с «Химерой». А уж о неких весьма интригующих обстоятельствах в системе Паоннид – Оброа-скай вообще понятия не имею.

Пеллаэон прищурился.

– Вы неплохо информированы, господин Каррде, – голос Пеллаэона стал мягче, но Каррде так и не сумел избавиться от впечатления, что стоит ему оступиться, и имперский офицер с легкостью свернет ему шею. – Но тут же возникает вопрос, а каким образом мало известный контрабандист собрал такую информацию?

Каррде пожал плечами.

– Слухи, байки, все их слышат, а я собираю мозаику. Думаю, ваша разведка действует так же. Кстати, если ваши челноки намерены совершить посадку в лесу, вам нужно предупредить экипажи об опасности. Там обитают крайне зубастые звери, а высокое содержание металла в местной растительности делает сенсоры простым балластом.

– Благодарю за совет, – от Пеллаэона просто веяло морозом. – Но они там не задержатся.

– Ах, – игриво отмахнулся Каррде, в бешеном темпе прогоняя различные предположения. К счастью, их было не так уж и много. – Верно, небольшая охота?

Пеллаэон наградил его снисходительной полуулыбкой.

– Информация о действиях Империи дорого стоит. Я полагал, что человеку ваших занятий это известно.

– Разумеется, – согласился Каррде. – Но время от времени все заключают сделки. Вы прилетели за йсаламири, не так ли?

Так улыбаться мог разве что снежный монстр вампа.

– Сделки не будет, Каррде, – сообщил капитан довольно мягко, учитывая обстоятельства. – А слово «дорого» иногда может означать «очень дорого».

– Это верно, – вздохнул Каррде. – Если вторая сторона не предложит что-нибудь равноценное. Полагаю, вам уже известны уникальные свойства йсаламири. Иначе вас бы тут не было. Могу я предположить, что вы уже знакомы с несколько экзотическим способом безопасного снимания их с веток?

Он все-таки уел имперца! Некоторое время Пеллаэон разглядывал его так, что только слепой не догадался бы о подозрениях капитана.

– Мне почему-то казалось, что йсаламири в длину не более пятидесяти сантиметров и не кусаются.

– Я говорил не о вашей безопасности, капитан, – ухмыльнулся Каррде. – Я имел в виду их безопасность. Их нельзя собирать с веток, точно палли. Йсаламири в это время года такие нежные... В том смысле, что они не передвигаются, их когти врастают в ветку.

– А вы, полагаю, знаете подходящий способ?

– Некоторые из моих людей. Если хотите, я пошлю одного из них встретить ваши челноки. Процесс не особенно сложен, но его лучше видеть, чем объяснять.

– Конечно, – ядовито согласился Пеллаэон. – А плата за демонстрацию?..

– Никакой платы, капитан. Я – всего лишь ваш добрый сосед.

Пеллаэон задержал на нем взгляд.

– Буду помнить.

Каррде порадовал двойной смысл его фразы.

– Я передам на челноки, чтобы они подождали вашего эксперта.

– Он там будет. Всего доброго, капитан.

Пеллаэон сухо кивнул и потянулся куда-то вне поля камеры; на экране вновь появилось лицо Авеса.

– Все слышал? – спросил Каррде. Авес кивнул.

– Данкин и Чин уже прогревают двигатели.

– Вот и ладно. Пусть летят, но я хочу видеть их по возвращении.

– Будет сделано, хозяин. – Дисплей погас. Каррде встал из-за стола, опять посмотрел на Мару и занял место напротив нее.

– Прошу прощения, нас так грубо прервали, – он налил в бокал вина, кося краем глаза на Мару.

Ее лицо медленно оживало, смертельная бледность и скованность уходили, зеленые глаза вновь обрели свет.

– Ты серьезно решил ввязаться в это дело? – пальцы дрожали, когда она поднимала бокал. – Если хочешь что-то получить, придется платить. Сейчас Империю волнуют только деньги.

Каррде беспечно пожал плечами.

– Наши люди будут следить за имперцами с посадки до взлета. По мне, это лучшая плата.

– Не веришь, что они просто прилетели за йсаламири ?

– Почти, – Кардде сунул в рот кусочек бруаллки. – Эти парни чего-то недоговаривают. Прилететь ситх знает откуда за йсаламири только для того, чтобы справиться с одним-единственным завалящим джедаем, это чересчур, тебе не кажется ?

Мара вновь отвела взгляд.

– Может быть, не в Скайуокере дело, – пробормотала она. – Может быть, они отыскали еще одного джедая.

– Маловероятно, – не согласился Каррде; он внимательно разглядывал Мару, слишком заинтересовала необычная интонация ее голоса, когда она упомянула имя Скайуокера.

– Император избавился от них еще в самом начале правления. Если только... – он даже замолчал при той мысли, что пришла ему в голову. – Если только они не нашли Дарта Вейдера.

– Вейдер погиб, – сухо проговорила Мара. – Вместе с Императором.

– Так говорят...

– Он погиб, – резко оборвала его Мара.

– Разумеется... – поспешно согласился Каррде.

Он потратил немало времени, пока определил круг тем, на которые эта женщина гарантированно реагировала бурно. Покойный Император, например. И Империя до событий на Эндоре.

На другом конце спектра стояло имя Скайуокера.

– И все же, – задумчиво продолжал Каррде, – если Гранд адмирал полагает, что существует веская причина развести на борту флагмана зоопарк, почему бы не последовать его примеру?

Зеленые глаза Мары так и вспыхнули.

– Какого ситха тебе это надо?

– Откуда такой порыв? – лениво заметил Каррде как бы невзначай. – Это простая предосторожность.

Даже просто смотреть на Мару – одно удовольствие, а смотреть, как Мара борется с собой, – истинное наслаждение.

– Пустая трата времени, – она все же справилась с собой. – Ожегшись на молоке, Траун дует на воду. Кроме того, как ты собираешься содержать йсаламири без обожаемых ими деревьев?

– Уверен, что у Трауна завалялась пара-тройка идей. А Данкин и Чин – знатоки по части выпытывания деталей.

Странные отблески загорались в ее глазах. Нехорошие.

– Да, – пробормотала Мара упавшим голосом. – Уверена, что они справятся.

– А между тем, – Каррде сделал вид, что не заметил ее уныния, – нам нужно обсудить кое-какие дела. Насколько я помню, ты собиралась посвятить меня во все новшества, которые хочешь ввести.

– Да, – Мара обреченно вздохнула, на секунду прикрыла глаза... когда она вновь открыла их, они были холодные и спокойные, как обычно. – Да. Итак...

Поначалу медленно, потом с растущей уверенностью, она принялась излагать детали. Каррде слушал очень внимательно, но не переставал жевать и думать о странностях и тайных талантах женщины, сидящей напротив него. Некоторое время спустя он пообещал себе, что когда-нибудь найдет способ приподнять полог тайны, под которым Мара так тщательно прятала свое прошлое. Он узнает, откуда она, кто такая и чего хочет.

И особенно – на какую и чью мозоль наступил Люк Скайуокер, что вызвал у Мары безграничную ненависть?

4

Путь «Химеры» от Миркра до Вейланда – примерно триста пятьдесят световых лет – занял около пяти стандартных дней при крейсерской скорости. Времени как раз хватило, чтобы инженеры разработали и собрали для йсаламири своеобразный насест.

– Не убежден, что они нам понадобятся, – проворчал Пеллаэон, с отвращением разглядывая толстую кривую трубу и чешуйчато-мохнатое создание на ней.

По его капитанскому мнению эту тварь следовало бы убрать с корабля вместе с запахом, которым она радовала окружающих.

– Если Хранитель, как вы считаете, был направлен Императором на Вейланд, то я не понимаю, почему у нас должны возникнуть проблемы.

– Назовем это предосторожностью, капитан, – заметил Траун, устраиваясь в кресле второго пилота и пристегиваясь.

– Возможно, нам нелегко будет объяснить ему, что мы служим Империи.

Он мельком взглянул на экраны и кивнул пилоту:

– Вперед!

С приглушенным лязгом челнок покинул летную палубу «Химеры» и начал свой путь к поверхности планеты.

– Возможно, при содействии взвода штурмовиков мы сумеем быстрее убедить его, – пробормотал Пеллаэон, поглядывая на мониторы.

– Этим мы можем спровоцировать его, – возразил Траун. – Темные джедаи горды и подозрительны, иметь с ними дело нелегко. Но... – он посмотрел через плечо, – для этого у нас есть Рукх. Любому союзнику Империи не следует забывать о той роли, которую на протяжении многих лет играли ногри.

Пеллаэон мельком взглянул на безмолвную фигуру, сидящую напротив прохода.

– Вы думаете, сэр, что Хранитель окажется темным джедаем?

– Кого еще выбрал бы Император для защиты своей личной сокровищницы? – невозмутимо отозвался Траун. – Не легион же штурмовиков с самым современным снаряжением, которых мы с легкостью обнаружили бы с орбиты даже с закрытыми глазами.

Пеллаэон усмехнулся. Об этом они могли не волноваться. Сканеры «Химеры» прощупали поверхность Вейланда, так ничего и не обнаружив.

– Я только удивляюсь, почему Император не привлек Вейланд к борьбе с Альянсом.

Траун пожал плечами.

– Скоро мы все узнаем.

Челнок продолжал снижаться. На дисплее перед Пеллаэоном проступал рельеф планеты – широкие зеленые равнины, леса, а на горизонте из-за пелены облаков обрисовывалась единственная гора.

– Это Тантисс? – спросил Пеллаэон пилота.

– Да, сэр, – подтвердил тот. – Скоро мы увидим город.

– Прекрасно.

Он незаметно поправил бластер.

Пусть Траун надеется на своих вонючих ящериц и свою железную логику, он, Пеллаэон, предпочитает более убедительные аргументы.

* * *

Слева у подножия горы Тантисс лежал город. Он оказался больше, чем они предполагали. Множество приземистых зданий пряталось в тени деревьев. Траун приказал пилоту облететь город дважды, а затем опуститься в центре того, что гордо именовалось главной площадью.

– Интересно, – проговорил Траун, пересаживая йсаламири к себе на плечо, – в архитектуре прослеживается влияние как минимум трех культур человеческой и двух инородных. Нечасто увидишь такое разнообразие на одной планете, а тем более в одном городе. Дворец соединяет в себе элементы всех трех стилей.

– Да, – рассеянно согласился Пеллаэон, вглядываясь в иллюминатор.

В эту минуту здешние обитатели его интересовали намного больше.

– А как вы полагаете, аборигены враждебны к чужеземцам?

– Возможно, – отозвался Траун, шагая к трапу челнока, где их уже ждал Рукх. – Нам пора!

Трап с шипением опустился.

Пеллаэон с опаской следовал за адмиралом. С Рукхом во главе они спустились вниз по трапу. Никто не появился, не закричал и не выстрелил.

– Пока непонятно, – Траун извлек диск мегафона. – Проверим, насколько они гостеприимны. Я разыскиваю Хранителя горы, – на всю площадь прогремел его голос; гулкое эхо отскочило от стен домов. – Кто отведет меня к нему?

В тишине Траун опустил диск и выждал паузу, ответа не последовало.

– Они не понимают общегалактический, – предположил Пеллаэон.

– Нет, они понимают, – холодно поправил Траун. – Люди, во всяком случае, понимают. Пожалуй, им просто неясно, зачем нам помогать.

Он снова поднял мегафон.

– Я ищу Хранителя горы, – снова повторил он. – Если сейчас никто не отведет меня к нему, мы уничтожим город.

На этот раз ответ был получен мгновенно. Выпущенная стрела, едва не задев йсаламири, отскочила от брони, скрытой под белой униформой адмирала.

– Осторожно, – предупредил Траун, в ту же секунду Рукх метнулся к нему с бластером наготове. – Ты засек их?

– Да, – прошипел ногри, направляя бластер на приземистое строение неподалеку от дворца.

– Отлично, – Траун поднял мегафон снова. – Только что нас атаковали. Вам придется ответить за это! – опустив диск, он кивнул Рукху. – Действуй.

Профессиональный убийца легко и незаметно приблизился к зданию и полоснул из бластера по входу и окнам для профилактики возможной атаки. Затем изрешетил стены нижнего этажа. Здание задрожало и после пары выстрелов с треском обвалилось. Подождав, пока в воздухе улеглась пыль, Траун снова поднял мегафон.

– И этого можно избежать! – прогремел он. – Я спрашиваю еще раз: кто отведет меня к Хранителю горы?

– Я отведу! – раздался голос.

Пеллаэон резко повернулся. Высокий худой мужчина в старой коричневой мантии с седыми нечесаными волосами и бородой, доходящей до середины груди, с царственным высокомерием изучал пришельцев. Под бородой просвечивал сверкающий медальон. В глазах, горящих на смуглом, испещренном глубокими морщинами лице, читалась смесь любопытства и презрения

– Вы – чужие, – надменно сказал он. – Судя по всему, – он взглянул на челнок, возвышающийся за ними, – из Внешнего мира.

– Так и есть, – подтвердил Траун. – А вы?

Быстро взглянув на дымящиеся руины, старик продолжал:

– Вы разрушили одно из моих зданий. В этом не было нужды.

– Мы были атакованы, – холодно возразил Траун. – Дом был вашим?

Пеллаэону показалось, что на миг глаза чужестранца сверкнули.

– Я правитель, – с плохо скрытой угрозой произнес он. – Все здесь – мое.

Пару мгновений они с Трауном в глубоком молчании смотрели друг на друга. Траун нарушил паузу первым:

– Я – Гранд адмирал Траун, военачальник Империи, слуга Императора. Мне нужен Хранитель горы.

– Я отведу вас к нему. – И старик, развернувшись, направился к дворцу.

– Держитесь вместе, – прошептал остальным Траун, следуя за правителем. – Ловушки не исключены.

Но пока они пересекали площадь и шли под резными каменными сводами дворца, не просвистела ни одна стрела.

– Я полагал, Хранитель живет в горе, – произнес Траун, пока их проводник открывал массивные двери, которые на удивление легко распахнулись.

А туземец, похоже, сильнее, чем кажется,отметил с опаской Пеллаэон.

– Он действительно жил там когда-то, – ответил старик, – когда я только начал свое правление. Люди Вейланда построили дворец для Хранителя.

Он остановился в центре богато убранного зала и приказал:

– Оставьте нас!

Не успел Пеллаэон сообразить, к кому обращены слова, как открылись две потайные двери, обнаружив за собой охрану.

Не проронив ни слова, стражники, подхватив самострелы, покинули здание. Проводив их взглядом, старик направился к дверям в конце зала.

– Следуйте за мной, – приказал он. – Хранитель ожидает вас.

Двери бесшумно распахнулись. Сотни свечей освещали огромную комнату. Неожиданный страх накатил на Пеллаэона, и мурашки побежали по спине от одного только вида старика в дверном проеме. Глубоко вздохнув, капитан отогнал дурные предчувствия и последовал за Трауном и Рукхом.

В склеп.

Не было ни малейшего сомнения в том, что находилось перед ними. В центре комнаты, в окружении мерцающих свечей темнел прямоугольный каменный саркофаг.

– Та-ак... – задумчиво протянул Траун. – Значит, он мертв.

– Мертв, – подтвердил правитель, стоя позади них. – Вы видите свечи, Гранд адмирал Траун?

– Вижу, – кивнул Траун. – Должно быть, люди чтили его.

– Люди? Чтили его? – усмехнулся старик. – Едва ли. Эти свечи – память о тех чужаках, что искали Хранителя после его смерти.

Пеллаэон дернулся, вынимая бластер. Траун развернулся, не спеша и с достоинством.

– Почему они умерли? – поинтересовался он.

– Я убил их. Так же, как убил Хранителя, – усмехнулся старик.

Он поднял руки, обратив их ладонями к Трауну.

– Так же, как убью вас!

Из пальцев старика с треском разрядов вырвались голубые молнии...

... и бесследно исчезли в двух шагах от Трауна.

Все это произошло настолько быстро, что Пеллаэон не успел даже вздрогнуть. Он запоздало поднял свой бластер.

– Не суетитесь, капитан, – остановил Пеллаэона спокойный голос Трауна. – Как видите, Хранитель, мы не обычные чужеземцы.

Старик недоуменно посмотрел на свои пальцы, затем на группу имперцев.

– Хранитель мертв, – огрызнулся он, сопровождая свои слова новыми молниями. С прежним эффектом.

– Да, предыдущий Хранитель мертв, – тихо согласился Траун, даже не пытаясь перекричать раскаты грома. – Теперь вы – Хранитель. Вы тот, кто охраняет гору Императора.

– Я не служу Императору, – возразил старик, в очередной раз бесполезно посылая молнии. – Я служу только себе.

Атака прекратилась так же внезапно, как и началась. Не опуская рук, старик озадаченно уставился на Трауна, и глубокое недоумение отразилось на его лице.

Вы не джедай. Как вам удается этот фокус?

– Присоединяйтесь к нам и узнаете. Не самая плохая компания.

Повисла напряженная тишина.

– Я – магистр Ордена, – выдавил старик. – Я сам по себе. Я не нуждаюсь в компании.

– Понимаю. В таком случае позвольте присоединиться к вам, – произнес Траун, изучая лицо старца своими горящими глазами. – Я думаю, наше предложение может заинтересовать даже магистра Ордена.

Некоторое время старик пристально смотрел на Трауна. Сморщенное лицо отражало ход мыслей.

– Хорошо, – наконец выговорил старик. – Пойдемте, поговорим.

– Спасибо, – Траун слегка склонил голову. – Можно узнать, с кем имеем честь общаться ?

– Конечно, – лицо старца в тот же миг приобрело горделивое выражение. – Я магистр Ордена Йоруус К'баот.

Его голос, раздавшийся в тишине склепа, вызвал у Пеллаэона очередную серию неприятных ощущений.

– К'баот? – выдохнул он. – Но ведь он...

Старик взглянул на него так, что Пеллаэон почувствовал себя молодым лейтенантом, вызванным на ковер к начальству.

– Пойдемте, – повторил Хранитель, обращаясь к Трауну. – Поговорим.

Миновав большой зал, они вышли на освещенную солнцем площадь. Маленькая группа жителей ожидала перед входом. Они жались друг к другу, стараясь держаться подальше от челнока и склепа, и нервно перешептывались. Один из двух охранников, которым К'баот приказал выйти из зала, стоял отдельно от толпы, прямо на дороге. На его лице ясно читалось выражение неконтролируемой ярости. В руках он держал направленный на имперцев самострел.

– Вы разрушили его дом. – сказал К'баот почти дружелюбно. – Без сомнения, он хочет отомстить.

Едва лишь он произнес эти слова, как охранник выстрелил. Отпрыгнув в сторону, Пеллаэон выхватил бластер...

Стрела повисла в воздухе, не долетев до имперцев метров трех.

Пытаясь понять, что же все-таки сейчас произошло, Пеллаэон уставился на висящий кусок дерева с металлическим наконечником.

– Они наши гости! – нарочито громко, чтобы услышали на площади, сказал К'баот стражнику. – И с ними будут обходиться соответственно их положению.

Стрела сломалась, и обломки разбросало по всей площади. С тихой яростью стражник опустил самострел. Выждав пару секунд, Траун подал знак Рукху. Тот мгновенно поднял свой бластер и выстрелил. В ту же секунду плоский камень, взмыв с земли до траектории выстрела, разлетелся вдребезги. Со смешанным чувством гнева и удивления Траун резко повернулся к старику.

– К'баот!

– Это мои люди, Гранд адмирал Траун, – проскрежетал голос старца. – Не ваши, мои. Если они виноваты – их накажу я.

Какое-то время они пристально смотрели друг на друга после чего, сделав над собою усилие, Траун спокойно сказал:

– Конечно, мастер К'баот, я приношу извинения за свои действия.

К'баот кивнул:

– Правильно, так гораздо лучше. Он опять посмотрел на Трауна и жестом отпустил стражника.

– Пойдемте поговорим.

* * *

– Я хочу услышать, как вам удалось отразить мои атаки, – сказал старик, жестом приглашая гостей опуститься на сомнительной чистоты подушки.

– Давайте сначала обсудим наше предложение, – сказал Траун, скользя взглядом по комнате, прежде чем занять предложенное место. Потом с подозрением посмотрел на подушку.

Опять адмирала заинтересовали произведения искусства,огорчился Пеллаэон. Что можно разглядеть в этой пыли и паутине?У себя на «Химере» он бы вытер подобную грязь последним юнгой, отвечающим за дроидов-уборщиков, но – о вкусах не спорят.

К'баот не считал нужным опускаться до таких мелочей.

– Я так и знал, что вы это скажете. Нет, сначала расскажите мне, как вам удалось отразить мои атаки.

Траун с симпатией посмотрел на йсаламири.

– Это довольно просто. Вы видите эти создания? – продолжал он, нежно почесывая длинную шею твари. – Они называются йсаламири. Эти создания с затерянной на окраинах планеты обладают уникальной способностью отражать Силу.

К'баот нахмурился.

– Что вы имеете в виду под «отражать» ?

– Ну, они не подпускают ее к себе, – объяснил ему Траун. – Как бы создают вокруг себя защитную сферу. Одна особь может создать вокруг себя свободный от Силы пузырь диаметром до десяти стандартных метров, а целая группа – намного больше.

– Я никогда не слышал о таком, – сказал К'баот, уставившись на йсаламири с детским любопытством. – Как это у них получается?

– Я не знаю. Полагаю, что эта способность сформировалась у них в результате естественного отбора. Но механизм мне не ясен. На данный момент мне достаточно и этого.

Лицо К'баота помрачнело.

– Достаточно для отражения моей Силы?

Траун пожал плечами:

– Мы надеялись найти здесь Хранителя сокровищницы Императора. Мы думали, что он поможет нам в решении нашей задачи.

Он снова почесал йсаламири загривок.

– Но хотя нам достаточно этой способности, мы можем предложить кое-что поинтереснее.

– Что?

Траун чуть снисходительно улыбнулся.

– Все в свое время, мастер К'баот. И только после того, как мы проверим сокровищницу Императора.

– Так эта кладовка – все, что вы хотите видеть?

– Или то, что я надеюсь найти в ней.

– Что найти?

Траун озабоченно посмотрел на него.

– Ходят слухи, что еще до битвы при Эндоре имперскими учеными были созданы стелс-генераторы. Мне нужны эти генераторы... – и, будто вспоминая, добавил: – А еще сделанные тогда технологические разработки.

– Вы надеетесь найти один из этих генераторов?

– Я надеюсь найти если не работающую модель, то хотя бы полный набор схем, – сказал Траун. – Ведь сокровищница создавалась с целью хранения лучших разработок ученых Империи.

– Для этого и как очередное напоминание о ее бесконечных знаменитых завоеваниях, – фыркнул К'баот.

Пеллаэон так и подскочил, подняв облако пыли. Гранд адмирал чихнул:

– Вы были внутри горы?

Он-то предполагал, что сокровищница запечатана и закрыта на множество замков К'баот бросил презрительный взгляд:

– Конечно, я был внутри. Ведь я убил Хранителя, припоминаете? – он обратился к Трауну: – Итак, вы бы хотели попасть в сокровищницу Императора. Теперь вы можете пройти туда и без моей помощи. Почему вы все еще здесь?

– Мне нужна не только кладовка. Мы нуждаемся в вашем партнерстве.

Казалось, все внимание Трауна было поглощено йсаламири.

Пряча презрительную улыбку, К'баот поудобнее устроился на подушке. Лучше бы он на ней не ерзал,хмуро подумал Пеллаэон.

– Вот оно что. Значит, вам необходима моя помощь. И, если я соглашаюсь, в обмен на это вы предложите мне безграничную власть?

Траун улыбнулся в ответ:

– Все верно. Скажите, К'баот, вы знаете о катастрофическом поражении Императорского флота в битве при Эндоре пять лет назад?

– Да, об этом ходили слухи, мне рассказал об этом один из чужеземцев, – сказал К'баот, пристально глядя в окно на склеп. – Хотя, он был вынужденно краток.

Пеллаэон нервно сглотнул. Траун сделал вид, что не заметил:

– Тогда, должно быть, вы удивитесь, узнав, каким образом несколько десятков кораблей повстанцев смогли разгромить превосходящие силы Императора...

– У меня не было желания задумываться над этим, – сухо заметил К'баот. – Возможно, повстанцы просто лучше воюют

– В некоторой степени, это действительно так, – спокойно согласился Траун. – Повстанцы на самом деле воюют лучше, но не из-за особых способностей или тренировок. Тогда они сражались лучше, потому что Император был мертв, – он повернулся к Пеллаэону, вновь ненароком продемонстрировав тварь у себя на плече. – Вы были там, капитан, вы должны были заметить это. Его смерть вызвала дезорганизацию почти всего вашего экипажа. Полная растерянность, неподготовленность и отсутствие дисциплины, словом, внезапная утрата всех тех качеств, которые принято называть боевым духом – вот, к чему привела гибель Императора.

– Действительно, были некоторые странности, – вынужден был согласиться Пеллаэон. Он начинал понимать, куда клонит Траун, и это ему не особо нравилось. – Но все отклонения объясняются напряжением схватки. Император не руководил сражением, – с неожиданной для него самого злостью закончил Пеллаэон. – Я был там, адмирал, я знаю.

– Вот именно, капитан, вы были там, – неожиданно жестко сказал Траун. – И пора открыть глаза и признать правду, какой бы горькой она ни была. Отсутствие желания воевать, потеря боевого духа, не у вас лично, а у всего имперского флота. Все ваши победы происходили только по воле Императора. Любое принятие решения осуществлялось Императором. Полная централизация власти. Его воля управляла вами. С его смертью вы стали беспомощны, как «крестокрыл» без пилота.

– Это неправда! – взвился Пеллаэон. От слов Трауна ему скрутило живот. – Этого не было, мы продолжали сражаться и после его смерти.

– Да, – спокойно сказал Траун. – С усердием и навыками курсантов младших курсов.

К'баот фыркнул:

– Так вот зачем я вам нужен. Сделать вас снова Гранд адмиралом Империи?

– Это не все, мастер К'баот, – Траун был невозмутим. – Главная ошибка Императора состояла в стремлении к полному личному контролю над флотом, его желание контролировать все и вся привело к такому результату. Я же хочу только усилить координацию между кораблями и тактической группой. И затем только в критические моменты иметь полный контроль над ситуацией.

– И что потом? – громко спросил К'баот, взглянув на Пеллаэона.

– Мы уже обсуждали, – ответил Траун. – Власть.

– Какого рода? – перебил его К'баот. Впервые с момента приземления Траун выглядел ошеломленным:

– Завоевание миров, конечно. Окончательное поражение повстанцев, восстановление прежней славы Империи.

К'баот снисходительно покачал головой:

– Вы не понимаете сущности власти, Гранд адмирал. Завоевание миров, которые вы никогда не увидите, – это не власть! Разрушенные корабли, сотни убитых повстанцев, с которыми вы никогда не встречались лицом к лицу, – это тоже не власть! Это, – он взмахнул руками вокруг себя, глаза его сверкнули. – Это – власть. Этот город, эта планета, эти люди. Каждое человеческое существо, псадан и минейрш – а кстати, вы им не родственник? – которые живут здесь – мои. Мои! – он сжал кулаки. – Я учу их. Я повелеваю ими. Я наказываю их. Их жизни и их смерти в моих руках.

– А если не эта жалкая кучка людей, а миллионы... миллиарды жизней. В ваших руках, – предложил Траун.

– Это не то, – снисходительно возразил К'баот. – У меня нет желания иметь призрачную власть над абстрактными жизнями.

– Тогда, может быть, город, большой или маленький, по вашему выбору, – предложил Траун.

– У меня уже есть город.

– Мне необходима ваша помощь, – глаза Трауна сузились. – Назовите цену!

К'баот усмехнулся:

– Цену?! Цену за мои услуги?! – внезапно улыбка исчезла с его лица. – Я – магистр, Гранд адмирал Траун! – произнес он с нескрываемым негодованием. – Я не наемный убийца, как ваш ногри.

Он бросил презрительный взгляд на Рукха, безмолвно сидящего на корточках в стороне.

– Да, ногри – я знаю тебя и твой народец. Вы личный карательный отряд Императора, убивающий и умирающий по капризу таких людей, как Дарт Вейдер и присутствующий здесь Гранд адмирал.

– Повелитель наш Дарт Вейдер служил Императору и Империи, – проскрипел Рукх, злобно уставившись на К'баота. – Так же, как и мы.

– Возможно, – К'баот повернулся к Трауну. – У меня есть все, что мне нужно, Гранд адмирал Траун. Я прошу вас немедленно покинуть Вейланд.

Траун не шевельнулся:

– Мне нужна ваша помощь, мастер, и она у меня будет.

– Как? Заставите? Прикажете вашему ногри убить меня? – усмехнулся К'баот, потом посмотрел на Пеллаэона. – Или, возможно, прикажете вашему бравому капитану стереть город с лица планеты. Хотя, при этом вы рискуете повредить хранилище в горе.

– Мои канониры смогут стереть этот город, даже не опалив травы на горе, – взвился Пеллаэон. – Если вы нуждаетесь в масштабной демонстрации...

– Спокойно, капитан, умерьте пыл, – оборвал его Траун. – Я сделаю вам предложение, мастер К'баот, от которого вы не сможете отказаться. Так значит, вы предпочитаете реальную власть над каждым отдельным жителем, мастер К'баот? Я понимаю вас: зачем бороться за власть над Вселенной, бросать вызов Космосу, – добавил он, глядя в окно. – В конце концов, ничто не вечно. Магистры стареют. Со временем, чем старше мы становимся, тем меньше нас интересуют завоевания. Главное – место под солнцем да кусок хлеба.

К'баот нахмурился:

– Берегитесь, Гранд адмирал Траун, – предупредил он. – Магистры еще и воюют. Мне кажется, я слышу вызов в ваших словах.

– Я бы не осмелился бросить вызов человеку вашего мастерства и силы, – дипломатично возразил Траун, пожимая плечами. – Но может быть, есть другие джедаи? Здесь, под вашим началом?

К'баот ошарашено посмотрел на Трауна:

– Другие джедаи? – переспросил он.

– Естественно. У каждого мастера должны быть ученики или ученик, которого он обучает, которым он управляет и наказывает по своему усмотрению.

На лицо К'баота легла тень:

– Я единственный из оставшийся в живых, – пробормотал он. – Император и Вейдер выследили и уничтожили всех.

– Не всех, – мягко возразил Траун. – За последние пять лет появилось два новичка – Люк Скайуокер и его сестра Лейя Органа Соло.

– Какое отношение это имеет ко мне?

– Я могу доставить их вам.

Какое-то время К'баот пристально смотрел на него, пытаясь совладать со своими чувствами; в конечном итоге любопытство взяло верх:

– Их двое? Хотя, какое это имеет значение. Они уже далеко не дети, и мне, скорее всего, нечему их учить.

– Их двое, – кивнул Траун. – Думаю, что с вашим талантами и способностями вы могли бы заняться их обучением. – Но, кроме того, существуют еще некоторые обстоятельства... Лейя Органа Соло беременна близнецами. Согласитесь, это интереснейшая перспектива.

К'баот судорожно вздохнул:

– Близнецы-джедаи?! – пробормотал он.

– Так сообщили из надежных источников, – улыбнулся Траун. – Естественно, кем они в конечном счете вырастут – целиком будет зависеть от вас.

Медленно переведя взгляд, сначала на Пеллаэона, затем снова на Трауна, К'баот, не спеша, поднялся.

– Пусть так, Гранд адмирал Траун, – произнес он. – Ради восстановления Ордена я готов помогать вам. Можем отправляться.

– Всему свое время, мастер К'баот, – ответил Траун, поднимаясь, – сначала надо попасть в сокровищницу Императора. Все будет зависеть от того, найду ли я там то, что ищу.

– Хорошо, будем надеяться, вам это удастся, – глаза К'баот сверкнули.

* * *

Дверь адмиральской каюты скользнула в сторону, Пеллаэон шагнул внутрь. Поиски в хранилище, к великому неудовольствию Пеллаэона, заняли довольно много времени, но в конце пути их ждало сокровище, на которое рассчитывал Траун.

– Я хотел бы переговорить с вами, адмирал.

– Конечно, капитан, – раздался из кресла, окруженного дисплеями, голос Трауна. – Проходите. Появилась новая информация из Дворца?

– Нет, сэр, ничего, – ответил Пеллаэон, подходя поближе и раздумывая, как начать разговор. – Но, если хотите, я могу запросить.

– Пожалуй, это лишнее, – Траун покачал головой. – Все, что мы должны сделать, – это срочно поднять по тревоге одну из десантных групп, думаю, восьмой отряд, и джедаи будут у нас.

– Да, сэр, – согласился Пеллаэон. – И еще адмирал... Я хотел сказать вам, я не уверен, что сделка с К'баотом – хорошая идея. Если откровенно, я думаю, что это плохая идея. По-моему, он не совсем нормальный.

Траун удивленно поднял брови:

– Конечно. Он совсем ненормальный. Он даже совсем не К'баот. Точнее, не совсем К'баот. У

Пеллаэона отпала челюсть:

– Что?

– Йоруус К'баот мертв, – сказал Траун. – Он вместе с шестью другими магистрами был на борту корабля, участвовавшего в проекте «Экспансия». Вы можете и не знать этого, так как были слишком молоды...

– Я слышал об этом, – что-то такое припоминая, нахмурился Пеллаэон. – Они собирались распространить влияние Старой Республики за пределы Галактики. Они улетели незадолго до Войны клонов. Больше я о них не слышал.

– Потому что слышать было нечего, – продолжил Траун ровным голосом. – За пределами Старой Республики корабль был перехвачен и уничтожен.

Пеллаэон вздрогнул и пристально посмотрел на Трауна:

– Откуда вы знаете?

– Потому что я командовал той операцией. Еще тогда Император осознал, что все джедаи должны быть истреблены. Шесть магистров на одном корабле – слишком заманчиво.

Пеллаэон облизал губы:

– И кого же тогда...

– Кто тот, кого мы взяли на борт «Химеры»? – опередил его вопрос Траун. – Мне кажется, что тут все очевидно. Йоруус – это клон. Вы заметили некоторую неправильность в произношении имени?

У Пеллаэона опять отвисла челюсть:

– Клон?

– Конечно, – подтвердил Траун. – Созданный из донорской клетки, возможно, еще при живом К'баоте.

– Другими словами, еще до войны, – сглотнув, продолжил Пеллаэон. – Насколько я помню, исследования показали, самые первые клоны обладали высокой психической и эмоциональной неустойчивостью. И вы намеренно взяли К'баота на борт моего корабля? – поинтересовался он.

– А вы бы хотели, чтобы мы оставили в покое старика, обладающего силой темных джедаев? – холодно поинтересовался Траун.

– А если К'баот – второй Вейдер, с такими же амбициями и силой, вдруг он подчинит себе весь корабль? Я опасаюсь, адмирал, – заметил Пеллаэон.

– К'баот достаточно предсказуем, – заверил его Траун. – А на случай его неустойчивости... – он повел рукой в сторону десятка блоков, окружавших командный центр. – У нас есть йсаламири.

– Не нравится мне все это, адмирал! – поморщился Пеллаэон. – Имеет ли смысл защищать корабль от того, кому мы собираемся доверить координацию атак флота?

– Определенная степень риска существует, – согласился Траун. – Но риск и война – неразделимы, в данном случае игра стоит свеч.

Пеллаэон неохотно кивнул: ему все это определенно не нравилось, но было понятно, что Трауна не волнует его мнение.

– Хорошо, сэр, – согласился он. – Вы упоминали о приказе восьмому отряду. Мне передать его?

– Нет, спасибо, я сам, – усмехнулся Траун. – Вы же знаете этих ногри... Еще что-нибудь?

– Нет, сэр. Если потребуется, я буду на мостике.

И Пеллаэон повернулся, чтобы уйти.

– У нас все получится, капитан, – мягко произнес Гранд адмирал ему вслед. – Забудьте о своих страхах и сконцентрируйтесь на победе.

– Так точно, сэр, – четко ответил Пеллаэон.

5

Хэн завершил доклад и сел, ожидая, когда на его голову обрушится критика. Ожидание было недолгим.

– Итак, ваши друзья-контрабандисты отказались присоединиться к нам, – не скрывая недовольства, проговорил адмирал Акбари и дважды качнул лобастой головой с каким-то понятным только для каламари значением. – Вспомните, что я не был согласен с предложением с самого начала.

Хэн посмотрел на сидящую напротив Лейю.

– Дело не в присоединении, адмирал, – ответил он. – Дело в том, что большинство из них не видят выгоды в том, чтобы переключиться на прямые поставки.

– Или в недостатке доверия, – басовито прожурчал другой голос. – Такое возможно?

Хэн скривился раньше, чем успел спохватиться.

– Возможно, – он заставил себя взглянуть на Борска Фей'лиа.

– Возможно? – фиолетовые глаза ботана * изумленно расширились; светлая грива слегка встопорщилась, подтверждая эмоцию. – Вы сказали «возможно», капитан Соло?

Хэн негромко вздохнул и сдался. Фей'лиа все равно заставил бы его признаться каким-нибудь способом.

– Некоторые нам не доверяют. Они считают предложение ловушкой.

– Конечно, – обычно оранжево-розовая кожа адмирала Акбара приобрела более темный тон. – Разве вы не пытались занять их территории, сенатор Фей'лиа?

Глаза ботана опять изобразили удивление. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить, что Акбар с Фей'лиа друг друга недолюбливают. И никогда не любили. И едва ли в обозримом будущем их можно будет застукать по-приятельски попивающими ломин-эль в соседней кантоне. С самого начала ботана интересовала власть, власть и еще немного власти. А лучше – много. Хэн не знал, есть ли у ботана душа, но если таковая нашлась бы, Фей'лиа давным-давно продал бы ее за очередной клочок власти. Ботан заигрывал, ублажал, улещал, запугивал, обманывал, заключал сделки и соглашения, всем и каждому давая понять, что в союзе, созданном Мон Мотмой, он намерен занять высокую позицию. Акбар считал амбициозные игры Фей'лиа опасной тратой времени и сил, но с типичной для мон каламари мягкотелостью не предпринимал ни малейших усилий остановить рвущегося наверх ботана.

Хэну была известна репутация Акбара, и он ни капли не сомневался, что ботан метит на место, не менее высокое, чем то, что занимал мон каламари. Он даже мог спорить, что ботаны, передавшие Альянсу информацию о новой Звезде Смерти, входили в группировку, клан, род – или как там у них называется? – Фей'лиа. Детали победного восхождения Фей'лиа к вершинам Альянса Хэну были неизвестны, да он и не горел желанием узнать их.

– Скорее, я хотел прояснить ситуацию для себя, адмирал, – промолвил ботан после тяжелого молчания. – Едва ли разумно посылать столь ценного человека, как капитан Соло, на задание, заранее обреченное на провал.

– С чего это вдруг обреченного? – вклинился Хэн, краем глаза заметив, что Лейя бросает на него предупреждающие взгляды. – Контрабандисты – деловые ребята, с ними можно договориться, если предложить разумную цену. Они не станут сломя головы бросаться на новенькое, только свистни.

Фей'лиа пожал плечами, явно пытаясь скрыть, что шерсть на его загривке вновь стоит дыбом.

– А мы тем временем впустую растрачиваем деньги и силы.

– А ты хотел на все готовенькое или...

Негромкий, едва слышный удар молоточка прервал назревающий спор.

– Контрабандисты, – меланхолично, словно сама себе, произнесла Мон Мотма, – ждут того же, чего ждет вся остальная Галактика. Восстановления закона и порядка Старой Республики. В этом состоит наша основная и первостепенная цель. Чтобы стать Республикой не только на словах, советники.

Настала пора Хэну бросать предупреждающие взгляды на Лейю. Принцесса скривила губы в ответ, но кивнула и промолчала.

Мон Мотма тянула паузу, обводя собравшихся взглядом. Хэн поймал себя на том, что разглядывает удивительную женщину, державшую в дюрастиловом кулаке правление Альянса с самого мгновения его создания. В темных волосах появились седые пряди, незаметные ранее морщинки стали явственней. Но, не смотря на следы, которые годы оставили на ее лице, глаза пылали былым огнем. Мон Мотма была умна, сильна духом и умела владеть собой. И все присутствующие знали это.

Она посмотрела на всех и остановила взгляд на Хэне.

– Капитан Соло, мы благодарим вас за доклад и за все то, что вы для нас сделали, – произнесла Мон Мотма негромко. – Собрание закрыто.

Она вновь постучала молоточком и поднялась. Хэн счел это за сигнал убираться прочь, собрал документы и подошел к жене, тоже складывавшей инфочипы.

– Ну? – спросил он. – Пошли отсюда.

– Чем раньше, тем лучше, – шепнула Лейя в ответ. – Мне нужно пересказать все Зиме.

Хэн глянул по сторонам и понизил голос:

– Почему у меня такое чувство, что прежде, чем меня позвали, тут дым стоял столбом?

– Не больше обычного, – одними губами улыбнулась Лейя. – Фей'лиа и Акбар вежливо и очень политично сцепились, на этот раз на тему провала на Оброа-скай. Фей'лиа завуалированно предположил, что ранг главнокомандующего Акбару не по зубам. Ну, а потом, разумеется, Мон...

– Лейя, могу я перекинуться с тобой парой слов? – догнал их голос Мон Мотмы.

Хэн почувствовал, как жена неохотно и напряженно выпрямилась.

– Да?

– Я хотела спросить, не говорила ли ты с братом о поездке на Биммисаари *, – произнесла Мон Мотма. – Но забыла. Он согласен?

Лейя кивнула.

– Да, – она бросила на мужа виноватый взгляд. – Прости, Хэн. У меня не выдалось возможности сказать тебе. Биммы только вчера прислали запрос. Они хотят, чтобы Люк полетел с нами.

– Да ну? – вежливо удивился кореллианин. – Может быть, они еще и причины назвали?

Может, и ему еще расскажут?

– Биммы любят героев, – сказала Мон Мотма прежде, чем Лейя успела открыть рот. – А участие Люка в битве на Эндоре всем известно.

– Да, что-то такое припоминаю, доводилось слышать, – хмыкнул Хэн.

Собственно, если парню хочется в пантеон, кто Хэн такой, чтобы возражать? Люк заслужил свою славу. Но если Республике приспичило похваляться джедаями, почему бы не дать Лейе время потренироваться в их искусстве – вместо того, чтобы эксплуатировать ее дипломатические таланты.

Лейя взяла мужа за руку, легонько сжала. Ей тоже хотелось знать, не злится ли он. Хотя она наверняка уже знала об этом.

– Мы лучше пойдем, – сказала принцесса Мон Мотме. – Нам еще нужно погрузить на борт дроидов.

– Успешного путешествия, – пожелала Мон Мотма. – И удачи.

– Дроиды уже на борту «Сокола», – сообщил Хэн супруге, пока они прокладывали дорогу между сенаторами и обслуживающим персоналом. – Чуй их загрузил.

– Я знаю, – пробормотала Лейя.

– Как обычно.

Лейя легонько сжала ему руку.

– Со мной все будет в порядке. Ты, я, Люк – мы опять вместе, как в старые добрые времена.

– Точно.

Просиживать штаны в обществе обросших шерстью низкорослых гуманоидов, слушать болтовню Ц-ЗПО, переводящего каждое слово, пытаться понять, какого винта не хватает в мозгах у возможных союзников, чтобы придумать, каким именно калачом заманивать их в Новую Республику...

– Точно, – со вздохом повторил Хэн Соло. – Как в старые добрые дни. Один в один.

6

Блуждающие деревья шарахнулись в разные стороны от посадочной площадки, словно гигантские щупальца. Хэн мягко опустил «Сокол» на неровный грунт.

Ну, вот мы и прибыли! – объявил он, ни к кому в особенности не обращаясь. – Биммисаари. Славится мехами и движущимися растениями.

– Посмей только, – предостерегла его Лейя, заметив знакомый жадный блеск в глазах.

Отстегивая ремни, принцесса на скорую руку припоминала методики расслабления, которым научил ее брат. Политические переговоры с людьми удавались ей достаточно легко. Дипломатическая миссия на неизвестную планету – это нечто иное. Совершенно иное.

– У тебя все получится, – Люк успокаивающе сжал руку сестры. Хэн оглянулся.

– Слушайте, было бы здорово, если вы двое больше так не делали. Такое ощущение, будто слышишь разговор через слово. Эти ваши джедайские штучки...

– Прости, – извинился Люк. Он поднялся на ноги и рассматривал пейзаж за иллюминатором. – Смотрите-ка, похоже, к нам пожаловал комитет по встрече. Пойду, подготовлю Ц-ЗПО.

– Мы будем через минуту, – бросила ему вслед Лейя. – Хэн, ты готов?

– Да, – кивнул тот, проверяя бластер в кобуре, легко ли вынимается. – Не передумал, Чуй?

Лейя напрягла слух: Чубакка прорычал что-то не слишком вежливое. Даже после стольких лет она не понимала его так хорошо, как Хэн. Очевидно, не получалось уловить какие-то тонкие модуляции в голосе вуки.

Но если отдельные слова и были не слишком понятны, то общий смысл был вполне ясен.

– Да брось ты! – продолжал настаивать Хэн. – Лучше вспомни награду после Йавина. Тогда я что-то не слышал, чтоб ты жаловался.

– Все в порядке, – быстро вставила Лейя, прежде чем Чубакка вновь принялся возражать. – Если он хочет остаться на борту вместе с Р2Д2 и отладить стабилизаторы, пусть остается. Биммы не обидятся.

Хэн разглядывал через иллюминатор делегацию встречающих.

– Чихал я на их чувства, – проворчал он. – Я просто хотел, чтобы кто-то прикрывал наши спины, так, на всякий пожарный.

Лейя рассмеялась и похлопала мужа по руке.

– Биммы очень дружелюбный народ, – заверила она его. – Все пройдет нормально.

– Где-то я уже это слышал, – сухо отозвался Хэн, извлекая из небольшого бардачка под приборным пультом комлинк. Он попытался прицепить его на ремень, но передумал и вместо этого закрепил на воротнике.

– Выглядит неплохо, – заметила Лейя. – А свою старую генеральскую кокарду ты не на ремень собрался нацепить, случаем?

– Очень смешно, – скривился Хэн. – Если передатчик будет здесь, все, что нужно сделать, – это включить его, и я смогу говорить с Чубаккой, не оповещая об этом всех.

– А-а, – Лейя кивнула. Пусть будет так. – Похоже, что ты слишком долго общался с лейтенантом Пейджем.

– Я провел слишком много времени на заседаниях Совета, – отпарировал Хэн, поднимаясь. – После четырех лет политических дрязг на ум приходит только хитрость. Давай, Чуй. Запри за нами.

Люк и Ц-ЗПО ждали у шлюза.

– Готовы? – спросил Люк.

– Готовы, – кивнула Лейя, сделав глубокий вдох.

Раздался привычный свист воздуха, люк открылся, и они стали спускаться по трапу к ожидавшим их мохнатым созданиям в желтых одеждах.

Церемония встречи была короткой и сумбурной, хотя Ц-ЗПО превзошел себя, поддерживая синхронный перевод во всех пяти октавах и, похоже, даже умудрился произвести запись. Приветственная песнь отзвучала, и двое биммов вышли вперед. Один из них продолжал петь, второй достал маленький электронный прибор неизвестного назначения.

– Он приветствует почетную гостью, представительницу Совета Лейю Органу Соло, – перевел Ц-ЗПО, – и выражает надежду, что ваши переговоры с советом старейшин будут плодотворными. Он также просит, чтобы капитан Соло оставил личное оружие на корабле.

Дроид произнес это таким ровным тоном, что потребовалось несколько секунд, чтобы смысл слов дошел до сознания Хэна.

– Повтори последнюю фразу, – попросила Лейя.

– Капитан Соло должен оставить оружие на борту корабля, – бесстрастно повторил Ц-ЗПО. – В городе запрещено ношение оружия. Исключений не бывает.

– Ни за что, – шепнул ей Хэн. – Почему ты меня не предупредила?

– Но я сама не знала, – тихо возразила Лейя, продолжая улыбаться биммам. – Похоже, у нас нет выбора.

– Дипломатия! – проворчал Хэн, про себя добавив еще пару слов. Он снял портупею и, бережно завернув в нее бластер, передал обратно в люк. – Довольна?

– А когда я была недовольна? – Лейя кивнула Ц-ЗПО. – Скажи им, что все в порядке. Мы готовы.

Дроид перевел. Биммы посторонились и жестами указали на дорогу, по которой гостям надлежало следовать.

Они отошли метров на двадцать от корабля и услышали, как Чубакка задраивает шлюз. Тут Лейя внезапно кое-что сообразила.

– Люк? – шепнула она.

– Да, я знаю, – так же шепотом ответил Скайуокер. – Возможно, они полагают, что это просто часть обычной экипировки джедая?

– Или их детектор не реагирует на лазерный меч, – добавил Хэн. – Кажется, местные парни считают, будто то, о чем они не имеют представления, не может им повредить.

– Надеюсь, – Лейя привычно придушила опасения опытного дипломата. Все-таки биммы не возражали... – О небо, ты только посмотри на эту толпу!

Их ждали, на опушке леса сотни биммов, одетых во все оттенки желтого, столпились по обеим сторонам дороги.

Официальная делегация, словно караван эопи в пустыне, двинулась сквозь строй, не удостоив толпу взглядом. Сделав над собой усилие, Лейя двинулась следом.

Странная процедура приветствия, вопреки ожиданию, не доставила ей неприятных ощущений. Каждый бимм, когда она проходила мимо него, протягивал руку и касался ее руки, или плеча, или головы, или спины – легко, как перышко. Все это происходило в полной тишине и спокойствии. Лейе это до странности напоминало церемонию траурного прощания.

Теперь она даже радовалась, что Чубакка решил не идти с ними. Он не выносил, когда его трогают чужие.

Они миновали толпу, и бимм, шедший рядом с Лейей, что-то пропел.

– Он говорит, что башня Закона прямо перед нами, – перевел Ц-ЗПО. – Там собирается совет их планеты.

Лейя посмотрела поверх голов идущих впереди биммов. Так вот ты какая башня Закона. А за ней...

– Ц-ЗПО, спроси его, что это там, рядом с ней? – попросила она дроида. – Вот то здание, похожее на трехэтажный купол со срезанными сторонами и верхом.

Дроид пропел, бимм ответил.

– Он говорит, это главный рынок города, – перевел Ц-ЗПО. – Говорит, они предпочитают быть на открытом воздухе, когда это возможно.

– Когда погода плохая, крыша затягивается и закрывает большую часть каркаса купола, – вставил Хэн из-за ее спины. – Я уже видел такой дизайн.

– Он говорит, что по вашему желанию можно устроить экскурсию, прежде чем вы покинете планету, – добавил Ц-ЗПО.

– Звучит заманчиво, – сказал Хэн. – Прекрасное местечко, чтобы нахватать сувениров.

– Успокойся, а не то отправишься на «Сокол» к Чуй, – осадила его Лейя.

Для места заседаний Мирового совета башня Закона была довольно скромным строением. Она всего на пару этажей возвышалась над трехэтажным куполом рынка. Стены в зале, куда их привели, были завешены огромными гобеленами, пол отшлифован. Их ожидала другая группа биммов.

Когда Лейя вошла, трое из них встали и запели хором.

– Они присоединяются к приветствиям, высказанным на посадочной площадке, принцесса Лейя, – перевел Ц-ЗПО. – И приносят свои глубочайшие извинения за то, что невозможно приступить к переговорам прямо сейчас. Их главный участник переговоров, как оказалось, только что заболел.

– О, – новость немного ошеломила Лейю. – Пожалуйста, скажи, что мы приносим глубочайшие соболезнования, и спроси, не можем ли мы чем-нибудь помочь.

– Они благодарят вас, – сказал дроид после очередного обмена певучими репликами, – но уверяют, что не стоит беспокоиться. Ничего серьезного, просто легкое недомогание, – дроид заколебался. – Я думаю, не стоит продолжать выяснять, ваше высочество, – добавил он, немного чопорно. – Болезнь может носить слишком личный характер.

– Я понимаю, – серьезно ответила Лейя, едва сдержавшись, чтобы не улыбнуться важному тону дроида. – В таком случае, думаю, нам лучше всего вернуться на «Сокол» и подождать его выздоровления.

Дроид перевел. Один из биммов выступил вперед и что-то пропел в ответ.

– Понос у него, что ли? – пробормотал Хэн, за что был немедленно награжден тычком в бок от продолжающей лучезарно улыбаться супруги.

– У него другое предложение, ваше высочество, – продолжал переводить арию Ц-ЗПО, не обратив внимания на семейную сцену. – Говорит, что почтет для себя за счастье и честь сопровождать вас при осмотре городского рынка, чтобы скрасить ваше ожидание.

Лейя взглянула на своих спутников.

– Возражения будут?

Бимм снова запел.

– Он также предполагает, что мастер Люк и капитан Соло могут найти много интересного для себя в верхних покоях башни, – сказал Ц-ЗПО. – По-видимому, там есть реликвии, относящиеся к средней эре Старой Республики.

Холодок пробежал по спине Лейи. Биммы хотят их разлучить? Неприемлемо.

– Возможно, Хэн и Люк тоже захотят осмотреть рынок? – осторожно спросила она. Последовал еще один обмен ариями.

– Он говорит, что они найдут его невыносимо скучным, – ответил Ц-ЗПО. – По правде говоря, если он похож на рынки, которые мне случалось видеть...

– Я обожаю рынки во всех их появлениях, – перебил его Хэн тоном, полным подозрительности. – Просто жить без них не могу.

Лейя повернулась к брату.

– А ты что думаешь?

Люк, сосредоточенно хмуря белесые брови, вглядывался в биммов.

– Я не вижу опасности, – сказал он наконец. – Я не чувствую в них подвоха. Обычные политические выверты.

Лейя немного успокоилась. Обычная политика... да, возможно, так оно и есть. Быть может, бимм просто хочет высказать ей свою точку зрения один на один, прежде чем начнутся официальные переговоры.

– В таком случае, – она слегка поклонилась бимму. – Мы согласны.

* * *

– Рынок стоит здесь уже более двух столетий, – переводил Ц-ЗПО, пока они шли за гостеприимным хозяином по пологому пандусу, соединяющему второй и третий уровни открытого купола. – Конечно, он не всегда был таким. Башню Закона, на самом деле, построили тут именно потому, что на этом месте всегда был самый оживленный перекресток, так уж исторически сложилось.

– Не многое пришлось переделывать, точно? – вставил Хэн, крепко прижав к себе Лейю, чтобы ее не снесло потоками покупателей. Он повидал множество рынков на самых разных планетах, но столь многолюдного припомнить не мог.

Здесь были не только местные жители. В море желтых одежд (они что, вообще не носят других расцветок?) взгляд Хэна то и дело выхватывал выходцев с других планет – то группу людей, то пару с Барада, то иши тиба, то нескольких йюзземов, то что-то, вроде бы напоминающее паонидда.

– Понимаешь теперь, почему этот мир необходим Новой Республике? – шепнула мужу Лейя. – И хочу тебе напомнить о необходимости скромно себя вести. И не высказываться без нужды. Что, если бы Ц-ЗПО перевел твою реплику про понос?

– А чего? – изумился Хэн. – Дело-то житейское. Так что там. у тебя про Республику?

Он подошел к одному из киосков и присмотрелся к выставленным в нем металлоизделиям. Торговец, завидев его, сразу запел что-то, указывая на разделочные ножи.

– Нет, спасибо, – сказал Хэн, отодвигаясь. Торговец продолжал тараторить, его жестикуляция стала еще более настойчивой.

– Ц-ЗПО, скажи ему, что нас это не интересует, – окликнул Хэн дроида. – Ц-ЗПО?

Дроид рассматривал толпу.

– Эй ты, златозвон, я тебе говорю! – зарычал Хэн.

– Я страшно извиняюсь, капитан Соло, – дроид повернулся к Хэну, – но, кажется, наш проводник исчез.

– Как это – исчез? – озадаченно спросил Хэн, оглядываясь по сторонам. Насколько он помнил, у бимма, который их сопровождал, на плечах были блестящие шипы. Шипов в окрестности не наблюдалось.

Куда он мог подеваться?

Лейя схватила его за руку.

– У меня дурное предчувствие. Давай вернемся в башню.

– Да, – согласился Хэн. – И быстро. Давай, Ц-ЗПО, не теряйся.

Он переложил ладонь Лейи в другую руку, повернулся... и замер.

В нескольких шагах от них, островом в волнующемся море желтого, лицом к ним стояли трое чужих. Невысокие, не намного выше биммов. Серо-стальная кожа, огромные черные глаза и далеко выдающиеся вперед челюсти.

А в лапах – какие-то неприятного вида палки.

– У нас проблемы, – шепнул Хэн жене, оглядывая толпу, мечтая (впрочем, без особой надежды), чтобы по их души пришли только эти трое.

Не только. Были еще, по меньшей мере, восемь. Они расположились по неровному кругу метров десяти в диаметре. В центре этого круга были Лейя, Хэн и Ц-ЗПО.

– Хэн! – вскрикнула Лейя.

– Я вижу, – шепнул он. – У нас проблемы, милая.

Он почувствовал, что она обшаривает взглядом толпу за спиной.

– Кто они? – сдавленно шепнула она.

– Не знаю, ничего похожего я раньше не видел. Но они не шутят. Видишь, что у них в руках. Эти штуки называются, шоклерами. Шарахают на двести метров жидким наркотиком, достаточно мощным, чтобы оглушить здоровенного гундарка.

Внезапно Хэн заметил, что они с Лейей движутся, бессознательно приближаясь к ближайшей группе загонщиков.

– Они гонят нас к спуску, – сказал он. – . Похоже, хотят взять только нас, не взбаламутив толпу.

– Мы обречены, – традиционно простонал Ц-ЗПО.

Лейя снова стиснула ладонь мужа.

– Что же нам делать, Хэн?

– Давай посмотрим, насколько мы им нужны.

Пытаясь повернуться так, чтобы видеть всех чужаков сразу, он как бы случайно задел передатчик, закрепленный на воротнике.

Ближайший чужак предостерегающе поднял оружие. Хзн замер и медленно опустил руку.

– Жаль, идея была хорошая, – прошептал он. – По-моему, нам остается только положиться на их гостеприимство. Предоставим право первого голоса Люку.

– Он не сможет помочь нам.

Хэн посмотрел на Лейю, на ее блестящие глаза, измученное лицо.

– Почему? – удивленно спросил он. Она тяжело вздохнула:

– У него те же проблемы.

7

Это было скорее ощущение, чем реально прозвучавшее слово, но оно эхом отдалось в сознании Люка – как крик:

На помощь!

Позабыв о старинных гобеленах, Люк развернулся, готовый вступить в бой. Комната на верхнем этаже Башни была пуста, как и минуту назад. Если, конечно, не считать нескольких биммов, бродивших между древними сундуками. Тут опасности не было. Тогда где ? Скайуокер пошел дальше – еще одна комната, тоже пусто и спокойно, лестница вниз.

Какие-то чужаки и ощущение захлопывающейся ловушки. Не здесь. Надо бы сосредоточиться, проверить ощущение, поискать в хитрых кружевах Силы... Он не мог. Сестра была в опасности. Держись,сказал он ей. Я иду.Он почти бегом нырнул в дверной проем и – встал как вкопанный. На лестничной площадке неплотным полукругом стояли семь серых безмолвных фигур.

Люк замер. Рука, которой он ухватился за косяк, чтобы не упасть, будто окаменела. До лазерного меча, висящего на поясе, была все равно что половина Галактики. Люк понятия не имел, что за жезлы направили ему в грудь незнакомцы, и совершенно не желал выяснять без особой на то надобности.

– Что вам нужно? – спросил он.

Чужак в центре полукруга – как предположил Люк – главарь, сделал движение своим жезлом. Люк посмотрел через плечо на комнату, из которой только что вышел.

– Хотите, чтобы я вернулся туда? – спросил он.

Главарь опять махнул жезлом... и на этот раз Люк увидел. Маленькую, практически незначительную тактическую ошибку.

– Хорошо, – сказал он мягко. – Нет проблем.

Не спуская глаз с серых карликов и миролюбиво демонстрируя пустые ладони, Люк попятился.

Чужаки оттеснили его к следующей арке.

– Только скажите, что вам надо, и мы сумеем договориться, я уверен, – на ходу предложил Скайуокер.

Где-то шаркали чьи-то ноги. Значит, рядом бродят биммы. Наверное, поэтому незнакомцы и не нападают.

– Но поговорить-то мы можем? Я не хотел бы, чтобы кто-нибудь пострадал...

Главарь рефлекторно дернул большим пальцем. Почти незаметно. Значит, жезл, чем бы он ни был, активируется именно большим пальцем. Что ж, очень похоже на лазерный меч.

– Если у вас ко мне дело, давайте поговорим. Для этого не нужно гоняться за моими друзьями по всей рыночной площади.

Скайуокер был почти в самой арке. Еще пара шагов. Если серая братия не выстрелит..

Ну вот, над головой – резной замковый камень.

– Теперь куда? – спросил Люк, расслабляясь.

Главарь опять сделал движение жезлом... и на мгновение оружие указало на двоих его собственных товарищей, а не на Скайуокера.

Люк представил, как главарь нажимает большим пальцем на кнопку. Раздалось громкое пронзительное шипение, почти свист, жезл дернулся в руке хозяина и выстрелил какой-то жидкой дрянью.

Люк не стал дожидаться последствий. Он метнулся назад и вбок, ввалившись в соседнее помещение так, чтобы попасть в относительно безопасное место между стеной и дверным проемом.

Вовремя. Воздух наполнился свистом. Люк вжался в стену, чтобы не попасть под выстрелы. Потом отступил дальше, и в то же мгновение в дверной проем влетел закручивающийся спиралью усик. Из тоненького дымного жгутика он превратился в струйку жидкости и затвердел.

Но лазерный меч уже лежал в ладони. Через несколько мгновений серые ворвутся сюда, и тогда...

Люк плохо представлял, что можно сделать против странного вещества, которым были заряжены жезлы загонщиков. Все равно, что рубить веревку, которая все время восстанавливается.

Или семь таких веревок – по количеству нападающих.

Он уже слышал их топот. Типичная военная тактика – разбиваемся на группы, одна обстреливает дверь, не давая Люку напасть на тех, кто ворвется сейчас в помещение. Слаженно работают серые парни.

Люк принял защитную стойку и рискнул оглядеться – пока не началось. Обстановка точно такая же, как и в других комнатах, сплошные гобелены и реликвии. Спрятаться нереально. Выход? Должен быть здесь еще один выход? Есть, но слишком далеко, он не успеет добежать.

Свист прекратился. Скайуокер повернулся как раз вовремя. Серые врывались внутрь. С оружием наперевес.

Как там в таких случаях поступал отец? Скайуокер-младший сорвал ближайший из гобеленов – не прикасаясь, только с помощью Силы – и сбросил на головы нападавших. Отец, правда, упражнялся с предметами потяжелее. С него сталось бы прихлопнуть серую гвардию одним из сундуков. Но старый ковер тоже неплох...

Если бы все получилось. Но к тому времени, как гобелен успешно приземлился на пол, все семеро серых чужаков каким-то образом ухитрились убраться из-под него. И теперь стреляли, спрятавшись за укрытием, которое Люк так любезно им предоставил.

Скайуокер пригнулся. И понял, что стреляют не в него. Серые парни палили в стены. Первой мыслью было, что чье-то оружие случайно выстрелило от столкновения или удара об пол. Но для случайности выстрелов было многовато. Спустя мгновение – когда попытался содрать второй ковер – он понял. Нападавшие намертво пригвоздили гобелены к стене.

Один из врагов осторожно выглянул из-за укрытия. Что ж, парни, вы не оставили мне выбора. Другого способа спасти Хэна и сестру нет.

Скайуокер раскрыл ладонь, сосредоточиваясь на мече. Он даже зажмурился бы, но поостерегся. Светящийся клинок, словно живой, прыгнул к затаившимся за гобеленом фигурам. Первый чужак увидел необычный снаряд, отпрянул...

... и умер, перерубленный пополам.

Должно быть, остальные поняли, что их судьба будет не лучше, но даже тогда не сдались и всем скопом бросились в атаку с заунывным, леденящим душу воем.

Это ничего не изменило. Управляемый Силой меч, вращаясь, поразил каждого по очереди.

Через мгновение все было кончено.

Люк перевел дыхание. Он победил. Не так, как хотелось, но все-таки победил. И очень хотелось надеяться, что время у него еще есть. Он выдернул из воздуха зависший меч и побежал к выходу.

Лейя?!

* * *

За выстроившимися в ряд палатками уже были видны декоративные колонны, стоящие по обе стороны рампы, когда Хэн почувствовал, как вздрогнула рядом с ним Лейя.

– Он свободен, – сказала она. – Он идет сюда.

– Здорово, – хмыкнул Соло. – Просто здорово. Теперь давай надеяться, что наши приятели не узнают об этом, пока он сюда не доберется.

Он даже успел договорить эту фразу, когда – словно в ответ на нее – серые нелюди подняли жезлы и принялись проталкиваться сквозь толпу.

– Поздно надеяться, – подытожил Хэн. – Вот они.

Лейя вцепилась в его рукав.

– Давай я попробую отобрать у них оружие?

– У всех одиннадцати сразу? – поинтересовался Соло горько.

Хэн вертел головой в поисках источника вдохновения; ему позарез было необходимо чуть-чуть вдохновения... и он его получил, когда заметил красиво разложенные драгоценности. Вот оно. Может быть.

– Лейя... видишь побрякушки? Хватай их.

Он шкурой почувствовал ее перепуганный взгляд.

– Что за?..

– Просто хватай! – зашипел Хэн сквозь зубы, глядя на приближающихся нелюдей. – Хватай и бросай мне.

Он чуть было не заработал косоглазие, стараясь удержать в поле зрения преследователей и небольшой лоток, вдруг сам по себе затанцевавший на месте. Лоток прыгнул прямо ему в руки, и хотя часть блестящих безделушек все-таки рассыпалась по земле, Хэн – старые привычки не забываются! – ухитрился подхватить остальное.

И тут же пронзительный вопль прорезал сливающиеся в единый гул звуки рынка. Хэн повернулся на звук и увидел, как владелец уворованных вещей тычет в него пальцем.

– Хэн!!! – перекрыла крик торговца принцесса.

– Пригнись! – крикнул он в ответ.

А в следующее мгновение его смела волна пылающих праведным гневом биммов, заодно отгородив его и от погони, и от их жезлов. Хэн швырнул в толпу добычу и схватился за комлинк.

– Чуй!!!

* * *

Даже на верхнем этаже Башни был слышен этот крик. Скайуокер понял, что не успевает.

Большое окно выходило на здание с открытым куполом; но даже джедай не может безболезненно спрыгнуть с пятого этажа. Скайуокер огляделся. Интересно, стреляют ли жезлы на большое расстояние? Бегать за валявшимся на полу оружием было некогда, Люк просто подставил ладонь и заставил жезл прыгнуть к нему в руку. Конструкция примитивная: нажимаешь на кнопку, вылетает бяка. Плюс регулятор, скорее всего, толщины струи и давления. Установив регулятор на минимум, юный джедай прицелился в купол рыночного здания.

Отдача оказалась сильнее, чем он предполагал, но результат оправдал ожидания. Изогнувшийся дугой дымный усик зацепился за крышу. Люк сосчитал до пяти, затем отпустил кнопку. Пришлось поднапрячься и удержать затвердевшую жидкость, чтобы образовавшаяся конструкция не выпала из жезла. Он подождал еще немного, потрогал жгут пальцем для пробы, подождал еще, чтобы уж схватилось наверняка. Потом сделал глубокий вдох, обеими руками ухватился за импровизированный канат и прыгнул.

Воздух ударил в лицо, попытался сорвать одежду. Сверху было хорошо видно, как через волнующееся желтое море одежд к Хэну и Лейе пробивается серый отряд. Что-то ярко полыхнуло – вспышку было заметно даже при ярком солнечном свете, – и один из биммов тяжело рухнул на землю, оглушенный или убитый, сказать было невозможно Земля стремительно приближалась. Скайуокер разжал руки.

С небес раздался страшный вой «Тысячелетнего сокола». Задребезжали стекла.

Из-за ударной волны приземление получилось не слишком изящным. Нет, «Сокол» как раз садился нормально, а вот Люк, нелепо кувыркнувшись, сбил с ног двух аборигенов и сам растянулся неподалеку от них.

Шагах в пятнадцати два серокожих не-человека, задрав головы, смотрели вверх и ловили «Сокол» в прицел. Сдергивая с пояса лазерный меч, Люк вскочил на ноги и прыгнул к незнакомцам. Он убил их еще до того, как они успели его заметить.

Чубакка передумал сажать грузовик. Вместо этого он подвесил корабль над головами своих осажденных биммами друзей. Под брюхом «Сокола» кровожадно шевельнулась счетверенная пушка. Биммы дураками не были. Что бы там ни предприняли Хэн с Лейей, чтобы так растревожить рой кусак, сами кусаки не имели ни малейшего желания попасть под огонь. В одно мгновенье взбудораженная желтая масса брызнула в разные стороны.

Толпа чуть не сбила Скайуокера с ног, но он все-таки устоял и принялся пробивать себе путь к серым, по возможности прячась за толпой.

Лазерный меч и бластерные пушки – от нападавших быстро ничего не осталось.

* * *

– Ты весь в этой гадости, – Люк покачал, головой.

– Простите, масса Люк, – голос Ц-ЗПО был едва слышен из-под слоев затвердевшей паутины, покрывающей почти всю верхнюю часть его туловища, словно несколько необычная подарочная упаковка. – Из-за меня у вас всегда неприятности.

– Ты сам знаешь, что это не так, – успокоил его Люк, рассматривая коллекцию растворителей, разложенных перед ним на столике в кают-компании «Тысячелетнего сокола». Пока что ни один из тех, что он опробовал, не оказал сколько-нибудь эффективного воздействия на паутину. – Все эти годы ты был нам прекрасным помощником. Тебе просто надо научиться вовремя нагибаться.

Рядом с Люком что-то прочирикал Р2Д2.

– Нет, капитан Соло не говорил, чтобы я нагнулся. Он сказал: приготовься нагнуться. Думаю, разница очевидна даже для тебя, – твердо сказал Ц-ЗПО астромеханику *.

Р2Д2 прогудел что-то еще. Ц-ЗПО его проигнорировал.

– Ладно, давай попробуем этот, – предложил Люк, взяв очередную склянку с растворителем.

Когда Лейя вошла в комнату, ее брат рылся в груде использованных тряпок в поисках чего-нибудь чистого.

– Как он? – спросила она, подходя и пристально разглядывая Ц-ЗПО.

– Все будет в порядке, – заверил сестру Скайуокер. – Хотя ему, возможно, придется побыть в таком виде, пока мы не вернемся на Корускант. Хэн сказал, что этим оружием пользуются в основном охотники за крупной дичью на отдаленных планетах и что это вещество – довольно экзотическая смесь.

Он пометил бутылки с не прошедшими испытания растворителями.

– Может, биммы смогут что-нибудь предложить, – сказала Лейя, поднимая одну из бутылок и разглядывая этикетку. – Спросим у них, когда опять приземлимся.

Люк нахмурился.

– Мы собираемся возвращаться?

Она в ответ тоже нахмурилась.

– Мы должны, Люк, ты же знаешь. Это дипломатическая миссия, а не увеселительная прогулка. Если мы улетим сразу после того, как один из наших кораблей расстрелял главный местный рынок, это будет плохо воспринято.

– Думаю, биммы должны быть счастливы, что никто из них не был убит, – отметил Люк. – Тем более что они, по крайней мере частично, сами виноваты в том, что случилось.

– Нельзя винить всех за действия нескольких, – сказала Лейя, по мнению брата, излишне сурово. – Особенно, когда один политик делает неправильный выбор.

– Неправильный выбор? – фыркнул Люк. – Так вот как они это называют?

– Да, так они это называют, – кивнула Лейя. – По-видимому, бимм, который завел нас в ловушку на рыночной площади, был подкуплен. Хотя он понятия не имел, что там должно произойти.

– Полагаю, он также не знал, что делает вещество, что он дал старейшине, который должен был вести переговоры?

Лейя пожала плечами.

– На самом деле, до сих пор нет доказательств, что он или кто-то другой отравил старейшину, – сказала она. – Хотя в данных обстоятельствах биммы готовы признать, что такое возможно.

Люк состроил гримасу.

– Очень великодушно с их стороны. Интересно, что скажет Хэн о том, что мы возвращаемся?

– У Хэна нет выбора, – твердо сказала Лейя. – Это моя миссия, а не его.

– Верно, – согласился Хэн, входя в комнату. – Миссия твоя. А корабль мой.

Лейя уставилась на него с выражением недоверия на лице.

– Ты не сделал этого! – тихо сказала она.

– Конечно, сделал, – спокойно ответил он, опускаясь в одно из кресел. – Мы перешли световой барьер около двух минут назад.

– Хэн! – взорвалась она с такой яростью, которой Люк у нее никогда не видел. – Я сказала биммам, что мы сразу вернемся!

– А я сказал им, что мы немного задержимся, – возразил Хэн. – На столько, сколько понадобится, чтобы найти эскадрилью «крестокрылов» или даже звездный крейсер, с которыми мы и вернемся.

– А если ты их обидел? – оборвала его Лейя. – Ты хоть представляешь, сколько работы было проделано для организации этой миссии?

– Представляю. Особенно после того, что случилось, – голос Хэна стал жестким. – Не растают. Я также прекрасно представляю, что может случиться, если наши давешние приятели с распылителями приведут своих друзей.

Некоторое время Лейя смотрела на него, и Люк ощутил, как вспышка гнева покидает ее.

– И все-таки ты не должен был улетать, не обсудив это сначала со мной, – заключила она.

– Ты права, – признал Хэн. – Но я не хотел тратить время. Если у них действительно есть друзья, то у этих друзей, возможно, есть корабль. – Он позволил себе слегка улыбнуться. – Не было времени выносить это на обсуждение комиссии.

Лейя криво улыбнулась в ответ.

– Я не комиссия, – поморщилась она.

Короткая буря прошла, и напряжение исчезло. Люк пообещал себе, что когда-нибудь выяснит у кого-нибудь из них смысл этой шутки.

– Что до наших приятелей, – сказал он, – кто-нибудь из вас удосужился спросить у биммов, кто или что это было?

– Биммы не знают, – покачала головой Лейя. – Я не видела раньше такой расы.

– Можно проверить имперские архивы, когда вернемся на Корускант, – сказал Хэн, осторожно щупая скулу, на которой постепенно проступал кровоподтек. – Где-нибудь да будет запись о них.

– Если только, – тихонько сказала Лейя, – это не что-нибудь, что Империя обнаружила в Неизведанных регионах.

Люк посмотрел на нее.

– Ты думаешь, за этим стоит Империя?

– Кто еще? – спросила она. – Единственный вопрос – зачем.

– Ладно, каковы бы ни были их намерения, они будут разочарованы, – сказал ей Хэн, вставая. – Я вернусь в кабину, посмотрю, не смогу ли я еще больше запутать наши следы. Ни к чему рисковать.

Кто бы говорил! Человек, кинувшийся на Дарта Вейдера чуть ли не с кулаками. Рисковать он не хочет...

– С трудом могу представить себе Хэна Соло, разлюбившего риск, – заметил Люк. Хэн ткнул ему пальцем в грудь.

– Эй, перед тем, как дерзить, вспомни, что люди, которых я защищаю – ты, твоя сестра и твои племянники. Есть разница?

Люк улыбнулся.

– Я тронут, – сказал он, салютуя воображаемым лазерным мечом.

– Кстати, – добавил Хэн, – не пора ли Лейе иметь собственный лазерный меч?

Люк пожал плечами.

– Я могу сделать его ей в любое время, когда она будет готова, – сказал он, глядя на сестру. – Лейя?

Лейя колебалась.

– Не знаю, – сказала она. – Я никогда не чувствовала себя комфортно с такими штуками. – Она взглянула на Хэна. – Но я могу попытаться.

– Попытайся, – согласился Люк. – Научись хотя бы азам. Насколько я знаю, все джедаи Старой Республики носили мечи, даже целители и учителя.

Лейя кивнула.

– Хорошо, – сказала она. – Как только у меня станет поменьше работы.

– Нет, раньше, – настаивал Хэн. – Все твои замечательные дипломатические навыки не помогут тебе и никому, если имперцы запрут тебя куда-нибудь для допроса.

Лейя опять неохотно кивнула.

– Ты прав. Как только мы вернемся, я скажу Мон Мотме, что ей придется сократить мои командировки, – она улыбнулась Люку. – Полагаю, каникулы кончились, о Учитель?

– Думаю, да, – сказал Люк, пытаясь подавить внезапный комок в горле.

Но Лейя все равно это заметила и неправильно интерпретировала.

– Брось, – упрекнула она его. – Я не такой уж плохой ученик. Во всяком случае, смотри на это как на хорошую практику – когда-нибудь тебе придется учить всему этому близнецов.

– Я знаю, – мягко сказал Люк.

– Хорошо, – заключил Хэн. – Значит, договорились. Я пошел. Увидимся.

– Пока, – ответила Лейя. – А теперь, – она окинула Ц-ЗПО критическим взглядом, – посмотрим, что мы можем сделать с тобой.

Откинувшись в кресле, Люк смотрел, как она сдирает с дроида затвердевшую паутину. У Скайуокера знакомо и неприятно крутило в животе. Я решил, будто смогу быть хорошим учителем, а оказался плохим,сказал однажды Бен Кеноби. Глупая гордость и самомнение.

В результате той ошибки Галактика узнала Дарта Вейдера.

... оказался плохим...

Эти слова не выходили у Люка из головы всю дорогу до Корусканта.

8

Какое-то время Гранд адмирал Траун молча сидел в кресле, окруженном высокохудожественными голограммами. Пеллаэон незаметно рассматривал ничего не выражающее лицо адмирала и старался не думать о дальнейшей судьбе гонцов, доставлявших плохие новости. Все же Траун – не Вейдер.

– Значит, все пропало? – наконец произнес Траун.

– Да, сэр, – сглотнув, подтвердил Пеллаэон. Посмотрев на К'баота, что-то изучающего на одном из дисплеев, он слегка понизил голос: – Мы до сих пор не знаем, что же произошло.

– Не забудьте тщательно допросить координатора, – сказал Траун. – Что сообщили с Вейланда?

Несмотря на все усилия Пеллаэона, К'баот прекрасно слышал их разговор.

– Это правда? – спросил он, отворачиваясь от дисплея и направляясь к Трауну. – Ваша банда убийц потерпела неудачу? Вы же обещали мне джедаев, Гранд адмирал Траун.

Траун холодно взглянул на него.

– Я обещал вам джедаев и я доставлю их, – ответил он и вновь демонстративно обратился к Пеллаэону. – Так что сообщают с Вейланда?

Пеллаэон попытался успокоить себя мыслью, что пока в рубке командующего находятся йсаламири, К'баот не может воспользоваться Силой.

– Инженеры исследовали прототип, сэр, – доложил он. – Самое удивительное, что он работает, так что для монтажа потребуется совсем немного времени, но это будет дорогостоящий проект.

– Надеюсь, они быстро справятся, – сказал Траун, протягивая Пеллаэону сводку. – Здесь данные о Слуис Ван.

– Верфи? – нахмурился Пеллаэон, просматривая данные.

Гранд адмирал не стремился посвящать капитана в свои цели и стратегические планы.

– Да, и мы еще нуждаемся в нескольких автономных бурах. Пусть разведка займется поисками. Нам понадобится, как минимум, сорок штук.

– Есть, сэр, – Пеллаэон сделал для себя пометку. – И еще одна вещь, сэр, – он бросил взгляд на К'баота. – Инженеры доложили также, что около восьмидесяти процентов цилиндров Спаарти пригодны к работе или могут быть восстановлены.

– Цилиндры Спаарти? – нахмурившись, переспросил К'баот. – Что это?

– Всего лишь та самая небольшая технологическая разработка, которую я надеялся найти в горе, – успокоил его Траун, бросая предостерегающий взгляд на Пеллаэона.

Излишняя предосторожность: Пеллаэон сам понял, что обсуждать пригодность к работе цилиндров Спаарти в присутствии К'баота не стоит.

– Значит, восемьдесят. Отлично, капитан, отлично, – глаза адмирала вспыхнули. – Как предусмотрительно со стороны Императора было сохранить для нас прекрасное оборудование, чтобы мы могли возродить его Империю. Что по поводу укрепления горы и ее систем защиты?

– По большей части, все оперативно, – отозвался Пеллаэон. – Три из четырех реакторов уже опробованы. Несколько блоков оказались повреждены, но оставшихся больше чем достаточно.

– Прекрасно, – кивнул Траун. – Передайте инженерам, чтобы привели цилиндры в полный порядок. В течение двух-трех дней должен прибыть «Ибикус» со специалистами и двумя сотнями йсаламири. Пусть сразу приступают. После чего, – он слегка улыбнулся, – мы будем по-настоящему готовы к началу операции на верфях Слуис Ван.

– Так точно, сэр, – Пеллаэон вновь взглянул на К'баота. – Как насчет Скайуокера и его сестры?

– На этот раз мы используем четвертый отряд, – сказал адмирал. – Передай им, чтобы они оставили текущие дела и ждали дальнейших указаний.

– Вы хотите, чтобы я отправил это сообщение, сэр? – переспросил Пеллаэон. – Я понял приказание, – добавил он поспешно. – Но обычно вы предпочитали отдавать приказы лично.

Траун чуть удивленно посмотрел на Пеллаэона.

– Восьмой отряд разочаровал меня, – произнес он, в его голосе чувствовалась мягкость лапы хищника, скрывающего острые когти. – Мой приказ, переданный вами, подчеркнет, до какой степени я ими недоволен.

– А когда и четвертый отряд подведет вас, – поинтересовался К'баот, – в чем я лично не сомневаюсь, вы тоже будете ими только лишь недовольны? Неужели вы не допускаете, что ваши наемные убийцы просто не могут справиться с джедаями ?

– Еще не существовало такого противника, с которым не справилась бы эта команда, мастер К'баот, – спокойно заметил Траун. – Рано или поздно они должны достичь цели. В крайнем случае, – продолжал он, пожимая плечами, – отрядом ногри больше или меньше... это наши силы не подорвет.

Пеллаэон поспешно бросил взгляд на дверь каюты. Рукх, как он и подозревал, не слишком спокойно воспринял гибель своих соотечественников.

– Но, с другой стороны, адмирал, атака не может не насторожить, – заметил капитан.

– Он прав, – подтвердил К'баот. – К тому же вы не сможете дважды проделать с джедаем один и тот же трюк.

– Возможно, – согласился Траун тоном, не допускающим возражений. – Какую из альтернатив вы мне предлагаете? Считаете, что надо заняться сестрой и оставить пока Скайуокера?

– Да, будет лучше, если вы сконцентрируете свои усилия на Лейе, – подтвердил К'баот, – а я пока сам займусь Скайуокером.

Траун удивленно взглянул на него:

– И как вы собираетесь это сделать?

К'баот улыбнулся:

– Он джедай, я джедай, если я позову, он придет ко мне.

Какое-то время Траун пристально смотрел на К'баота.

– Наш флот нуждается в вас, – сказал он наконец. – Я предлагаю вам заняться разработкой операции нападения на верфи Слуис Ван.

К'баот выпрямился.

– Вы обещали доставить в мое распоряжение молодых джедаев. Я выполню вашу просьбу, как только они будут у меня, Гранд адмирал Траун.

Траун смотрел прямо в глаза К'баоту.

– Вы отказываетесь от сотрудничества, магистр? Вы знаете, чтобы захватить Скайуокера, понадобится какое-то время.

– Еще одна причина не откладывать, – парировал К'баот.

– Почему бы нам не заняться этим одновременно? – внезапно перебил их Пеллаэон. Оба резко повернулись к нему.

– Объясните, капитан, – приказал Траун. Пеллаэон попытался улыбнуться. Путей к отступлению не было.

– Мы начнем распространять слухи о том, что существует еще один джедай, оставшийся в живых, это вы, К'баот, – сказал он. – Во Вселенной имеются столь захолустные миры, где вы могли тихо жить все это время, и о вас действительно никто не знал. Главное, чтобы эти слухи дошли до Новой Респ... адресата, – поправился он, взглянув на Трауна. – Важно не забыть упомянуть, что единственный сохранившийся джедай – это мастер Йоруус К'баот.

К'баот фыркнул:

– И вы считаете, что, услышав это вранье, Скайуокер помчится, как свихнувшийся ку-па, искать меня?

– Предоставим ему самому решать, – задумчиво проговорил Траун. – Даже если он приведет с собой половину повстанцев, между Йоруусом К'баотом и флотом Империи невозможно будет найти какую-либо связь.

Пеллаэон кивнул:

– А пока мы подыщем подходящую планету и будем распространять этот слух, вы, мастер К'баот, можете помочь нам с подготовкой операции на Слуис Ван. Будем надеяться, что наши действия не останутся незамеченными. Нельзя позволить Скайуокеру появиться раньше, чем закончится первая часть операции.

– В случае неудачи мы будем знать, когда Скайуокер полетит за вами, и успеем быстро переправить вас на место.

– М-м-м, – промычал К'баот, задумчиво поглаживая свою длинную спутанную бороду и глядя куда-то вдаль.

Пеллаэон повел носом. Запах форвишского эля казался ему сейчас сладчайшим ароматом по сравнению с духом старого джедая.

Какое-то время К'баот размышлял над сказанным. Пеллаэон маялся в ожидании.

– Ну, хорошо, – наконец выдал магистр. – Довольно неплохой план. А сейчас, Гранд адмирал Траун, я пойду к себе – подумаю над судьбами Галактики.

Он высокомерно кивнул и вышел.

– Мои поздравления, капитан, – сказал Траун, включая дополнительную вентиляцию. – Похоже, ваша идея сильно заинтересовала магистра.

Усилием воли Пеллаэон выдержал взгляд Трауна.

– Простите, адмирал, если я что-то сделал не так.

Слабая улыбка тронула губы Трауна:

– Вы слишком долго служили под началом Дарта Вейдера, капитан. Я никогда не отказываюсь от хорошей идеи, только потому, что она не моя. Тем более, когда на карту поставлен исход всей операции.

– Да, сэр, – громко отозвался Пеллаэон. – С вашего разрешения, адмирал, я отправлю приказы на Вейланд. И отдам распоряжение ногри.

– Да, будьте так любезны, капитан. И не забывайте контролировать подготовку к операции Слуис Ван, – ответил Траун. – Подготовка должна быть достойной. С горы Тантисс и Слуис Ван начнется наш путь к победе. С магистром или без него.

* * *

Теоретически заседания внутреннего совета должны проходить куда спокойнее сессий многолюдного правительства – так, случайные стычки, недопонимания, не более. Но на практике Хэн давно уже убедился, что на разборках совета страсти пылают не менее жарко.

– Будьте любезны объяснить мне, капитан Соло, – произнес Борек Фей'лиа со своеобычной елейной вежливостью, – как это вы, один, не проконсультировавшись с кем-либо из официальных персон, приняли решение отменить биммисаарскую миссию.

– Мне кажется, я уже все об этом сказал, – не менее сладко отозвался Хэн, весьма желая посоветовать ботану быть более внимательным. – И изложил причины.

– Которые, по моему мнению, были весьма вескими и адекватными, – прогремел адмирал Акбар в поддержку. – Обязанности капитана Соло были исчерпывающе ясны: защищать посла во время миссии и вернуться в сохранности, чтоб проинформировать нас

– О чем проинформировать? – поинтересовался Фей'лиа. – Извините меня, адмирал, но я не понимаю, что конкретно нам якобы угрожает. Кем бы ни были те серокожие существа, их определенно не принимали в расчет при старом Сенате до такой степени, что даже не зарегистрировали на общих основаниях. Я весьма сомневаюсь, что столь ничтожная раса способна развернуть большое наступление против нас.

– Еще не доказано, что именно по причине ничтожности или малочисленности они не были зарегистрированы, – вставила Лейя. – Может, это простая оплошность. Например, их попросту прозевали.

– Или вообще намеренно вычеркнули, – встрял Люк.

Фей'лиа поморщился аж всей шкурой, выражая вежливое недоумение:

– И с чего бы это имперский Сенат стал стирать информацию о существовании целой расы?

– Я не говорил, что это была непременно идея Сената, – уточнил Люк, – быть может, чужаки сами уничтожили запись о себе.

Фей'лиа засопел.

– Что-то тут не стыкуется. Даже если допустить, что запись уничтожили, то – каким образом, а?

– Возможно, у советника Органы Соло есть ответ, – примиряюще проговорила Мон Мотма, глядя на Лейю. – Она в большей степени была знакома с информационной стороной деятельности имперского Сената, нежели я. Возможна подобная манипуляция?

– Понятия не имею, – качнула головой экс-принцесса. – Мне как-то не приходилось вникать в механизм регистрации. Но неразумно считать, что нельзя взломать систему, даже если она защищена.

– Ну, и какую же цель преследовали чужаки? – фыркнул Фей'лиа.

– Может быть, они предвидели развал Старой Республики? – раздраженно ответила Лейя. – Стерли данные, чтобы Империя их не заметила.

Вот в чем ботану нельзя было отказать, так в способности все схватывать на лету.

– В таком случае, – промурлыкал ботан на басах, – вот и мотив для нападения, – он быстро взглянул на Акбара. – Но не вижу причины разворачивать полномасштабную операцию. Мы унижаем наших доблестных военных. Делать из них сторожей – какое оскорбление их мужества и боевого духа!

– Не мутите воду попусту, советник, – прогремел Акбар. – Здесь нет никого из тех доблестных военных, на кого ваши слова могли бы произвести впечатление.

– Я говорю лишь то, что чувствую, адмирал, – отозвался Фей'лиа; каждая шерстинка его шкуры была полна оскорбленного достоинства.

Акбар задумчиво посмотрел на него.

– Я хотела бы знать, – поспешила вставить Лейя, – вернемся ли мы к исходной теме? Полагаю, все могли заметить, что каковы бы ни были их мотивы, но чужаки были подготовлены и ждали нашего прибытия на Биммисаари.

– Наша ошибка в том, что мы должны были лучше позаботиться о безопасности миссии, – поддержал принцессу Акбар. – С какой стороны ни посмотри, но напавшие на вас незнакомцы определенно подкупили кого-то из местной администрации.

– Все это потребует гораздо больше времени и сил, – пробормотал Фей'лиа, подергивая шкурой.

– Ничего не поделаешь, – твердо сказала Мон Мотма, – если мы не будем заботиться о посредниках, Новая Республика не будет развиваться и погибнет. Поэтому, – она взглянула на Акбара, – завтра вы должны усилить сопровождение советника Органы Соло для ее возвращения на Биммисаари.

Завтра?Хэн повернулся к Лейе и получил в ответ удивленный взгляд.

– Минуточку, – уточнил он, подняв палец. – Завтра?

Мон Мотма посмотрела на него с выражением легкого недоумения:

– Да, завтра. Биммы все еще ждут, капитан.

– Я знаю, но...

– Хэн пытается сказать, – вмешалась Лейя, – что я собиралась попросить освободить меня на время от обязанностей дипломата.

– Боюсь, что это невозможно, – вздохнула Мон Мотма. – У нас слишком много работы.

– А кто тут говорит об отдыхе? – Хэн из последних сил напрягал дипломатические таланты. – Моей жене необходимо время для тренировок.

Мон Мотма поджала губы.

– Я, как и все, приветствую появление новых джедаев в наших рядах, – она тряхнула головой. – Но именно сейчас у нас есть дела поважнее.

Она снова взглянула на ботана. Словно ждет его одобрения,с раздражением подумал Хэн.

– В следующем году, – она выразительно посмотрела на живот Лейи, – а может и раньше, у нас будет достаточно квалифицированных дипломатов, и вы, советник, сможете посвятить большую часть своего драгоценного времени учебе и тренировкам. Но сейчас вы нужны нам.

Несколько томительных минут в помещении висела мертвая тишина. Первым заговорил Акбар.

– Если мне будет позволено, я хотел бы заняться подготовкой эскорта.

– Всенепременно, – кивнула ему Мон Мотма. – Нам есть что обсудить, но мы отложим эти вопросы и закроем заседание.

Ну что ж. Так тому и быть. Стиснув зубы, Хэн стал складывать инфочипы.

– Ты в порядке? – негромко спросила его Лейя.

– С имперцами, и теми проще договориться, – буркнул он, косясь на Фей'лиа. – По крайней мере, там было известно, кто наш противник.

Лейя сжала его ладонь.

– Пойдем, – предложила она. – Посмотрим, сумели отчистить Ц-ЗПО или нет.

– Пойдем, – Хэн помолчал. – Когда я умру, не забудь написать на памятнике: «Умер от отвращения».

9

Щеголяя отменной выправкой, чеканя почти парадный шаг, офицер прошел командный мостик «Химеры» и отдал честь.

– Все подразделения готовы, адмирал, – отрапортовал он.

– Отлично, – произнес Траун с убийственным равнодушием в голосе. – Приготовьтесь к переходу светового барьера.

Пеллаэон быстро взглянул на Гранд адмирала, затем вновь обратился к показаниям основного навигационно-планового дисплея. К показаниям и к тьме за бортом, которая поглотила пять кораблей ударной группы. Бфасш, ничем неотличимая от других сияющих звезд, располагалась в трехстах световых годах – ничтожное расстояние по меркам Вселенной. Опыт подсказывал, что проделать точный расчет прыжка практически невозможно. Существовала опасность потери одного или нескольких кораблей при выходе из гиперпространства. Пеллаэон с адмиралом довольно долго обсуждали эту идею. Тактику коротких прыжков Траун предложил недавно. Опробовали ее всего лишь раз, рейд прошел гладко.

Может быть, «Химера» действительно набита не такими уж раздолбаями, как порой казалось Пеллаэону.

– Капитан, флагман готов?

Пеллаэон отвлекся от своих мыслей. Все было готово. ДИ-истребители уже были на позиции.

– «Химера» в вашем полном распоряжении, адмирал, – отчеканил он. Сухой и строгий по уставу обмен репликами живо напомнил Пеллаэону те дни, когда четкое выполнение устава было чуть ли не самой главной добродетелью в Галактике.

– Отлично, – Траун повернулся к фигуре, находящейся у него за спиной. – Магистр К'баот, две другие тактические группы готовы?

– Готовы, – серьезно сказал К'баот. – Они ждут моейкоманды.

Пеллаэон бросил взгляд на Трауна, но Гранд адмирал не счел нужным реагировать на интонации магистра.

– Так приказывайте, – сказал он К'баоту, поглаживая сидевшую на спинке его кресла йсаламири. – Капитан, начинайте отчет.

– Есть, сэр, – дотянувшись до панели, Пеллаэон включил таймер.

Отсчет закончился, звезды за центральным экраном превратились в линии – «Химера» вошла в гиперпространство.

– Скорость точка три, – сообщил штурман.

– Подтверждаю, – Пеллаэон сцепил пальцы, не отрывая взгляда от таймера. Одна, две... семьдесят шесть... Светящиеся линии дрогнули и вновь превратились в обычную звездную россыпь. «Химера» прибыла на место.

– Всем истребителям: взлет, – приказал Пеллаэон, мельком взглянув на экран тактического дисплея. Они вышли из гиперпространства, как и планировали, – в районе многочисленных лун двойной планеты Бфасш.

– Где противник? – он повернулся к офицеру-тактику.

– От третьей луны в нашу сторону направляются истребители, сэр, – доложил тот. – Пока больше никого не замечено.

– Определите точное местонахождение базы, – приказал Траун. – И уничтожьте ее.

– Есть, сэр!

Теперь Пеллаэон мог видеть приближающийся к ним рой истребителей. Отвалив от правого фланга «Химеры», навстречу противнику направился «звездный разрушитель» «Неумолимый» в сопровождении ДИ-истребителей.

– Изменить курс на дальнюю планету, – распорядился капитан. – ДИ-истребителям обеспечить прикрытие. «Вершитель» займется второй планетой.

Он посмотрел на Трауна.

– Какие-нибудь указания, адмирал?

Траун пристально разглядывал на дисплее планеты-близнецы.

– Да. В конце концов, кто из нас командир корабля? Действуйте по обстановке в рамках плана. И напомните, будьте любезны, офицерам, что это акция устрашения, не стоит разносить систему в хлам. Она нам еще пригодится.

– Приказ слышали? Передайте это всем, – обратился Пеллаэон к связистам.

Траун развернулся к К'баоту.

– Магистр, – сказал он. – Что у нас в других системах?

– Процесс пошел.

Нахмурившись, Пеллаэон оглянулся. Голос магистра изменился до неузнаваемости.

Капитан с удивлением рассматривал К'баота. Тот сидел неподвижно, неестественно выпрямившись. Его глаза бешено двигались под закрытыми веками. Руки, вцепившиеся в подлокотники кресла, побелели от напряжения так, что вены сеткой проступили под кожей. Губы были плотно сжаты, на шее напряглись жилы.

– Вам помочь? – испуганно спросил его Пеллаэон, подозревая худшее.

– Не беспокойтесь, капитан, – остановил его Траун. – Он наслаждается властью.

К'баот издал невнятный звук.

– Я как-то говорил вам, что ваша власть – фикция.

– Не отвлекайтесь, – попросил Траун. – Лучше скажите, оказывают ли нам сопротивление?

К'баот напрягся:

– Не сказал бы. Но безопасность наших сил относительна.

– Хорошо. Тогда пусть «Немезис» выйдет из боя и передаст оставшимся истребителям, чтобы те ждали нашего подхода.

Пеллаэон, нахмурившись, посмотрел на адмирала:

– Но, сэр...

– Займитесь своими обязанностями, капитан, – Траун обернулся и пристально посмотрел на Пеллаэона. – Командуйте кораблем.

Неожиданно Пеллаэон осознал, что эта атака была не более чем маневрами, генеральной репетицией перед рейдом на Слуис Ван. Кроме того – это была неплохая проверка не только способностей К'баота, но и его собственного умения выполнять приказы.

– Да, адмирал, – пробормотал Пеллаэон, разворачиваясь к мониторам.

«Химера» вышла на позицию, тактический экран замерцал – это заговорили тяжелые турболазерные батреи корабля. Световой контур, отмечающий планетарные цели, ярко вспыхивал, потом гас. На соседнем экране – инфракрасном – все было наоборот: там начинали растекаться светлые пятна – занимающиеся пожары. С правого борта на «Химеру» зашли две потрепанные старушки-каракки, они дрались хорошо, но эскадрилья ДИ-истребителей с легкостью расправилась с обеими. Вдалеке полыхал мерцающий силуэт, это «Штурмовой ястреб» обстреливал орбитальные оборонительные платформы. Со стороны казалось, что битва идет хорошо.

Просто замечательно.

Но когда Пеллаэон еще раз проверил показания бортовых компьютеров, у него появилось нарастающее неприятное чувство смутного беспокойства. До сих пор имперские войска потеряли всего три ДИ-истребителя, а «разрушители» получили незначительные повреждения, в то время как противник лишился восьми линейных кораблей и восемнадцати истребителей. Плюс к тому, нападающие превосходили врага по огневой мощи. И все-таки...

Пеллаэон неохотно добрался до своего кресла. Совсем недавно он просматривал статистические данные – базу битв «Химеры» за последний год. Пеллаэон вызвал их на экран, сравнил с текущими результатами. Все верно!

По всем показателям скорости, координации, точности и продуктивности в шедшей сейчас битве команда «Химеры» воевала эффективнее, чем обычно, более чем на сорок процентов!

Он повернулся, чтобы еще раз взглянуть на напряженное лицо К'баота. Ледяной пот неприятной струйкой потек по спине. Он никогда всерьез не воспринимал теорию Трауна, объясняющую поражение Империи при Эндоре. Но то, что сейчас представало перед глазами, было лучшим доказательством.

К'баот, управляющий двумя оперативными группами на расстоянии около четырех световых лет, напряженный до изнеможения, ушедший в свою реальность битвы, несмотря на личную неприязнь Пеллаэона, вызывал уважение.

– Мы получили новые данные, – сообщил связист. – К нам приближается еще одна группа легких крейсеров.

– Пошлите на перехват «Штурмовой ястреб», – приказал Траун.

– Есть, сэр. Также мы засекли передачи противника о потерях.

Выкинув из головы неприятные мысли, Пеллаэон взглянул на тактический дисплей: у дальней из лун мигал еще один сияющий круг.

– Четвертой эскадрилье – уничтожить врага, – рявкнул он.

– Отменить приказ, – резко перебил его Траун. – Пожалуй, мы действительно могли бы сейчас измотать силы противника, – задумчиво продолжил Гранд адмирал. – Но думаю, что наше время еще не пришло. Прикажите истребителям вернуться на корабли. И уходим.

Пеллаэон передал приказ. Классическая военная доктрина требовала использовать «разрушители» исключительно в качестве плацдарма для выдвижения основных сил. Траун безусловно не был первым, кто использовал «разрушители» в открытом бою, но он впервые применил подобную тактику в таких масштабах. Жаль, что приверженцы старой доктрины по независящим от них причинам уже не могли наблюдать за блестящей тактической операцией.

– Прикажите оставшимся двум группам прекратить атаку, – сказал Траун К'баоту. – Надеюсь, вы в достаточной степени контролируете их?

– Вы слишком часто спрашиваете меня об этом, – с напряжением в голосе прохрипел джедай. – Слишком часто.

– Так часто, как мне нужно, – заметил Траун. – Прикажите им возвращаться к точке рандеву.

– Как вам угодно, – мрачно отозвался старик.

Пеллаэон вновь взглянул на К'баота. Проверка способностей закончилась успешно. Все прошло замечательно. Но кое в чем магистр зашел слишком далеко.

– Он должен раз и навсегда понять, кто здесь командует, – тихо произнес Траун, будто прочитав мысли Пеллаэона.

– Да, сэр, – так же негромко отозвался Пеллаэон.

Траун в очередной раз доказал, что знает, что делает. И все-таки Пеллаэон никак не мог отделаться от неприятной мысли: а понимает ли Гранд адмирал, какие силы он разбудил на Вейланде.

Траун кивнул:

– А как поживают... как вы их называли? Копалки? Да, так вот как они поживают?

– Хорошо... – Пеллаэон смутился. Он целый год пытался привыкнуть к манере Трауна как бы невзначай беседовать о пустяках посреди сражения, но по-прежнему в такие мгновения ощущал себя словно в иной реальности. – То есть наоборот. По крайней мере, нигде нет в требуемом количестве. Думаю, что можно попробовать в системе Атега, мне кажется, что там дело пойдет лучше. Если, конечно, мы найдем способ решить проблему солнечной радиации.

– Проблем быть не должно, – сказал Траун уверенно, – если рассчитать прыжок достаточно точно. «Вершитель» попадет под прямые лучи всего на несколько минут. Единственное, что может пострадать – это обшивка. Необходимо заблокировать и убрать с поверхности корабля все сенсоры, антенны и коммуникационное оборудование.

Пеллаэон кивнул. Все трудности с отсутствием связи с «Вершителем» могут быть решены с помощью К'баота.

– Гранд адмирал Траун? – окликнул старик. Траун обернулся:

– Да, мастер К'баот.

– Где обещанные мне джедаи, адмирал Траун? Вы говорили, что ваши ногри доставят их ко мне.

Пеллаэон заметил, как при этих словах Рукх зашевелился.

– Терпение, мастер К'баот. Терпение, – сказал Траун. – Для этой операции нужно время. А у нас его сейчас нет. Отложим до следующего раза.

– Пусть ваш следующий раз наступит как можно скорее. Я начинаю уставать от ожидания, – глаза старика недобро блеснули.

– Я тоже, – спокойно ответил Траун.

* * *

Далеко впереди один из «разрушителей» – как раз тот, что висел по центру экрана, – вдруг исчез.

– Они уходят, – возвестила Мара.

– Как, уже?

– Уже, – подтвердила она, переключаясь на тактический дисплей. – Один из кораблей только что вышел на скорость прыжка. Остальные готовы последовать за ним.

– Интересно, – пробормотал Каррде, поднимаясь и через ее плечо разглядывая экран. – Атака «ударь и беги» в исполнении «звездных разрушителей» . Такое не каждый день видишь.

– Я слышал, что пару месяцев назад нечто подобное произошло в системе Драукизе, – встрял второй пилот Лахтон. – Налетели, постреляли и смылись. Разница только в том,что там был всего один «разрушитель».

– Полагаю, – задумчиво протянул Каррде, – что мы наблюдаем влияние Гранд адмирала Трауна на тактику Империи. Хотя очень странно. Он непомерно рискует за весьма сомнительную выгоду. Интересно, чего он на самом деле добивается?

– Чем бы это ни оказалось, это будет нечто очень запутанное и многоходовое, – сказала Мара с горечью. – Траун не из тех, кто предпочитает простой путь. Даже в прежние дни, когда в Империи еще не было недостатка в стиле и изяществе, он выделялся из толпы.

– Сложно быть простым, если твоя территория уменьшается так, как у Империи, – Каррде сделал паузу.

Мара передернула плечами, почувствовав его взгляд.

– Похоже, ты кое-что знаешь о Гранд адмирале.

– Я много чего знаю, – ровно отозвалась она. – Поэтому ты и нанял меня в помощники, помнишь?

– Попадание, – весело признал Каррде. – А-а, еще один пошел.

Мара взглянула на обзорный экран – как раз вовремя, чтобы увидеть, как исчезает третий «разрушитель». Остался еще один.

– Нам не следует начать движение? – поинтересовалась она. – Последний корабль отбудет с минуты на минуту.

– О, мы откладываем поставку. Я просто подумал, что крайне полезно понаблюдать за сражением, раз уж нам повезло оказаться здесь в нужное время.

Мара нахмурилась.

– Что значит – откладываем поставку? Нас ждут!

– Это точно, – Каррде покивал, ухмыляясь. – И не только нас, а еще небольшой рой кораблей потревоженной Новой Республики. Едва ли кому-нибудь захочется оказаться у них на пути с полным трюмом контрабандных товаров.

– С чего ты взял, что они прилетят? Они просто не успеют вовремя.

– Нет, но какая им разница? Сейчас начнутся политические игры. Они покрутятся, продемонстрируют, что сильны и готовы всех и вся защитить, и будут заверять местных, что подобное никогда не повторится.

– И пообещают помощь в расчистке завалов, – вставил Лахтон.

– Ну, это само собой разумеется, – сухо согласился Каррде. – Короче, сейчас я туда не полечу. С места следующей остановки пошлем известие, что завершим поставку в течение недели.

– Мне все это не нравится, – упрямилась Мара. – Мы дали слово. Мы пообещали.

Повисла короткая пауза.

– Стандартная процедура, – заверил Каррде, сумев спрятать любопытство под обычной мягкостью, – Уверен, покупатель предпочтет задержку потере груза.

Мара с усилием отогнала воспоминания. Обещания... Наверное. Она вновь уставилась на приборную доску. Пока они спорили, последний из имперских кораблей, очевидно, ушел в прыжок, оставив за кормой разъяренных, но беспомощных защитников и массовые разрушения.

Груду мусора и обломков... должность уборщиков бесподобно подходит республиканским политикам и военным.

Интересно, окажется ли Люк Скайуокер среди тех, кого вышлют на помощь?

Ждем только тебя, Мара.

С еще большим усилием она выбросила из головы и эти мысли.

– Можете не ждать, – она протянула руку к консоли.

Нет, не сейчас, сказала она сама себе. Не сейчас. Но скоро. Невероятно скоро.

* * *

Небольшой металлический шарик стабилизировался, уплыл в сторону, снова завис в воздухе, опять уплыл и – выстрелил. Лейя описала лазерным мечом широкую дугу, слишком широкую, чтобы успеть отразить атаку. Она шумно выдохнула и отступила.

– Ты недостаточно контролируешь Силу. Ты должна... подожди минуту.

Не прикасаясь к тренажеру руками, даже не вставая с места, Люк поставил шарик-робот на паузу. Он отчетливо помнил свою первую практику на «Соколе», когда он пытался выполнить инструкции Бена Кеноби, в то же время не спуская глаз с точно такого же шарика. Делать и то, и другое одновременно было непросто.

Но, быть может, в этом и был весь смысл. Возможно, в критических условиях ученик лучше усваивает науку.

Хотел бы он знать...

– Я контролирую ее. Всеми силами, – сказала Лейя, потирая ужаленное разрядом запястье. – Просто у меня пока еще хромает техника. Или, – она глянула на брата, – эти развлечения не для меня.

– Научишься, – твердо сказал Люк. – Я же научился, хотя меня, в отличие от тебя, никто не учил приемам самообороны на Алдераане.

– Может, в этом все дело? – задумчиво проговорила Лейя. – Может, мне мешают старые рефлексы?

– И это вполне возможно, – признал Люк. – В таком случае, ты скоро начнешь забывать эти навыки, их вытеснят более совершенные. Так. Готова?

Зажужжал, звонок на дверях.

– Это Хэн, – сказала Лейя, отойдя от тренажера и деактивируя меч. – Входи!

– Всем привет! – поздоровался Хэн, войдя в комнату и по очереди оглядев сестру и брата. Соло против обыкновения не улыбался. – Как успехи?

– Неплохо, – ответил Люк.

– И не спрашивай, просто ужасно! – махнула рукой Лейя, присматриваясь к мужу. – Что у нас плохого?

– Имперцы, – кисло сообщил Хэн. – Только что совершили тройной налет на три системы в секторе Слуис. Один мир под названием Бфасш и еще два вовсе непроизносимых.

Люк тихо присвистнул.

– Три атаки одновременно? Однако наглость.

– Последние несколько дней их наглость стала закономерностью, – Лейя тряхнула головой. Ее взгляд стал жестче. – Они что-то замышляют, Хэн. Я чувствую это. Нечто серьезное. Нечто опасное, – она беспомощно развела руками. – Но мне в жизни не догадаться, что именно.

– Да, Акбар говорил то же самое, – кивнул Хэн. – Проблема в том, что и он ничем не может подтвердить это. Ведь кроме стиля, в их тактике ничего не изменилось. Почти в точности такие же арьергардные вылазки они предпринимали последние полтора года.

– Я знаю, – согласилась Лейя. – Но не надо недооценивать Акбара. У него отличные военные инстинкты. Неважно, что про него говорят.

Хэн вздернул бровь.

– Эй, солнышко, я на твоей стороне. Не забыла ?

Она устало улыбнулась ему:

– Прости. Насколько все плохо?

– Могло быть намного хуже. Особенно если учесть, что на каждую систему пришлось по четыре «разрушителя». Но всем трем системам здорово досталось. До сих пор от шока оправиться не могут.

– Могу себе представить, – Лейя вздохнула. – Не говори, я угадаю: Мон Мотма хочет, чтобы я полетела туда и заверила их, что Новая Республика полна желания и возможностей встать на их защиту.

– У меня что, на лице это было написано? – проворчал Хэн. – Чуй уже готовит «Сокол».

– Ты же не полетишь одна, правда? – спросил Люк. – После Биммисаари...

– О, не беспокойся, – Хэн одарил его вымученной улыбкой. – Мы не собираемся в это время бить баклуши. Туда отправится колонна из двадцати кораблей, чтобы «оценить размеры ущерба, плюс Антиллес с Разбойным эскадроном. Это будет достаточно безопасно».

– То же самое нам говорили о Биммисаари, – настаивал Люк. – Я лучше отправлюсь с вами.

Хэн и Лейя переглянулись.

– Ну... тебе туда нельзя.

– Это почему же?

– Потому что, – тихо проговорила Лейя, – бфасши не любят джедаев.

Хэн скривился.

– Дело в том, что кое-кто из их джедаев перешел на темную сторону во время Войны клонов. И, надо сказать, твои коллеги успели там натворить дел, прежде чем их удалось остановить. Или – так хочет считать Мон Мотма.

– Она права, – кивнула Лейя. – Мы все еще расхлебываем последствия. Там были не только бфасши. Несколько темных джедаев причинили много бед всему сектору Слуис. Один из них добрался до Дагоба. Пока не отловили.

Люк почувствовал толчок тревоги.

– Дагоба? – спросил он, стараясь, чтобы голос не выдал его беспокойства. – Когда это было?

– Тридцать-тридцать пять лет назад, – Лейя слегка наморщила лоб, изучая его лицо. – А почему ты спрашиваешь?

Люк покачал головой. Он в жизни не слышал от Йоды о каких-либо темных джедаях на Дагоба.

– Просто так, – тихо сказал он.

– Ладно, ребята, историю обсудим позже, – встрял Хэн. – Чем скорее приступим к делу, тем раньше закончим.

– Ты прав, – согласилась Лейя, убирая меч и направляясь к выходу. – Пойду, соберу вещи и отдам кое-какие распоряжения Зиме. Встретимся на корабле.

Люк проводил ее взглядом. Потом обернулся и пристально посмотрел на Хэна.

– Мне это не нравится, – веско произнес Скайуокер.

– Не волнуйся, она будет в полной безопасности, – снова заверил его Соло. – Слушай, я знаю, что ты беспокоишься за нее после приключения на Биммисаари. Но она же не сможет всегда прятаться за спину старшего брата.

– На самом деле мы сами не знаем, кто из нас старше, – тихо проговорил Люк.

– Как бы там ни было, – отмахнулся Хэн, – лучшее, что ты можешь для нее сделать, ты уже делаешь. Ты поможешь ей стать настоящим джедаем, и тогда она справится со всеми каверзами имперцев.

– Надеюсь, что так, – сдавленно произнес Люк.

– Покуда я и Чуй рядом, так оно и есть, – заявил Хэн, направляясь к двери. – увидимся по возвращении.

– Будь осторожен! – крикнул вслед Люк.

Хэн обернулся. На его физиономии обозначилась одна из его фирменных патологически-деланно-нарочито-преувеличенно-невинных гримас.

– Эй! Это же я!

Он ушел, и Люк остался наедине с собой.

Некоторое время он ходил из угла в угол. Иногда ему казалось, что он не выдержит груза этой ответственности. Одно дело – рисковать собственной жизнью, и совсем другое – когда от тебя зависит будущее твоей сестры.

Его взгляд упал на мерцание поставленного на паузу тренажера. Поддавшись внезапному импульсу, Люк воспрянул духом, выхватил меч и бросился в бой. Дюжины разрядов посыпались на него, когда фантом атаковал подобно безумному насекомому. Люк легко отбил их все, описав мечом блистающую дугу. Странное торжество захлестнуло его душу и тело. Сражаться с тренажером было проще, чем с собственными страхами. Фантом казался более ярким, ощутимым, вещественным. Выстрелы сыпались градом, но не могли причинить вреда, отраженные клинком его меча.

С резким гудком тренажер остановился. Люк удивленно уставился на него, пытаясь понять, что произошло, и внезапно осознал, что он задыхается. Задыхается и весь в поту. Тренажер рассчитан на двадцать минут. Они истекли.

Люк деактивировал меч. Он был напуган. Ему и раньше случалось терять счет времени, но обычно это бывало во время медитации. Единственный раз, когда подобное произошло в условиях поединка, был на Дагоба, под наблюдением Йоды.

Он вытер пот со лба рукавом, подошел к переговорному устройству в углу и вызвал космодром

– Это Скайуокер, – представился он. – Подготовьте мой истребитель к вылету. Через час.

– Да, сэр, – живо откликнулся служащий технического персонала. – Только сначала пришлите своего астродроида.

– Хорошо, – кивнул Люк.

Он отказался от стандартной процедуры чистки памяти корабельного компьютера. В результате компьютер неизбежно копировал личностные черты Р2Д2, так что их сходство с дроидом доходило почти до полной тождественности. Это повышало скорость и эффективность их совместной работы, но, к сожалению, приводило к тому, что ни один компьютер технического обслуживания уже не мог общаться с «крестокрылом».

– Я пришлю его через пару минут, – сказал Люк.

– Ждем, сэр.

Люк отключился и выпрямился, удивляясь, зачем он все это затеял. Конечно же, ни поговорить с Йодой, ни расспросить его не получится. Маленького учителя больше нет на Дагоба...

Или же есть?..

10

Ведж сидел на корточках посреди пластиковых и керамических обломков и смотрел на всех снизу вверх. – Как видите, – его тон отдавал недобрым юмором, – здесь немного намусорено.

– Это уж точно, – согласилась Лейя.

Она разглядывала воронку, по дну которой бродили инспектора Республики, переговаривались с местными сопровождающими и время от времени нагибались, чтобы порыться в обломках того, что когда-то было мощной энергостанцией. Лейю подташнивало.

– Сколько народа погибло? – спросила она, вовсе не уверенная, что хочет знать точный ответ.

– В этой системе несколько сотен, – безжалостно сообщил Ведж, сверившись с инфочипом. – Не так уж и плохо.

– Да, – принцесса посмотрела вверх, на безмятежное сине-зеленое небо у них над головами. Действительно, не так уж и плохо. Особенно, учитывая, что налет устроили четыре «разрушителя». – Но разнесли они капитально...

– Да уж, – кивнул Антиллес. – Но могло быть и хуже.

– И мне интересно, почему, – пробормотал себе под нос топтавшийся рядом Хэн.

– Ты в этом не одинок, – опять кивнул Ведж, – данный вопрос – второй по популярности вопрос на сегодняшний день.

– А первый? – спросила принцесса.

– Дай-ка угадаю, – встрял Соло прежде, чем Ведж успел раскрыть рот. – Почему они вломили по Бфасшу?

– Возьми приз, – видимо, Веджу надоело кивать, поэтому он просто выпрямился и отряхнул колени. – Были цели гораздо притягательнее. Орбитальные доки и сортировочная станция на Слуис Ван примерно в тридцати световых годах отсюда, – Антиллес принялся загибать пальцы. – Там в любой момент найдется до сотни кораблей, не считая складов и доков. Затем коммуникационная станция Праэситлин, это в шестидесяти световых годах. Еще четыре или пять больших торговых центров – примерно в ста каждый. И недалеко. Всего на один день хода больше, чем сюда. От силы два. Так почему же Бфасш?

Лейя обдумала его слова. Хорошийвопрос.

– На Слуис Ван мощная защита,– предположила она. – Там наши крейсера и местные орбитальные батареи. Любой имперский лидер с граммом здравого смысла дважды подумает прежде, чем ввязаться в такую аферу. А другие системы находятся гораздо глубже в пространстве Новой Республики. На границе только Бфасш. Может быть, они не хотели чересчур рисковать?

– В тот самый миг, когда испытывали новые системы передачи информации в боевых условиях? – мрачно усомнился Хэн.

– Мы не знаем,что у них новые системы, – поправил педант-Антиллес. – Согласованные атаки проводились и раньше.

– Нет, – Хэн озирался по сторонам. – Нет, они заполучили что-то новенькое. Какой-то усилитель или что-то вроде, который позволил им пробиться подпространственной связью сквозь дефлекторные щиты.

– А, по-моему, это не усилитель, – вмешалась Лейя. Принцесса все качала головой: у нее все формировалась и никак не могла сформироваться какая-то мысль. – Во всех трех системах никто не получал никакого сообщения.

Хэн нахмурился.

– Ты в порядке? – негромко спросил он.

– Да, – так же тихо откликнулась Лейя и вздрогнула в очередной раз. – Я все время вспоминаю, как... когда Вейдер держал нас на Беспине, Люк понял, что что-то происходит, хотя был далеко оттуда. Ходили слухи, что Император и Вейдер тоже могли проделывать подобные вещи.

– Точно, только они вообще-то умерли, – Хэн почесал в затылке. – Как сказал Люк.

– Я знаю... но что, если у имперцев отыскался новый темный джедай?

– Ты говоришь о К'баоте? – Ведж отошел в сторону, позволив им поговорить наедине, но теперь вернулся обратно, подтвердив распространенные сплетни о невероятно остром слухе кореллиан.

– Что? – Лейя недоуменно смотрела то на одного представителя Кореллии, то на второго; к неудовольствию Хэна больше взглядов доставалось Антиллесу.

– Йоруус К'баот, – повторил Ведж. – Мне казалось, ты упомянула джедая.

– Упомянула, – сказала Лейя. – Кто такой Йоруус К'баот? И откуда ты знаешь?

– Слухи. Говорят, он один из магистров, жил, когда еще не существовало Империи, – охотно вещал Антиллес. Хэн собрался поинтересоваться, с каких это пор Ведж стал специалистом по сбору слухов по истории Ордена, но Лейя удержала супруга. – Предполагается, что он исчез перед тем, как началась Война клонов. Об этом все судачат. Говорят, что он вернулся и обосновался на одном из малых миров. Кажется, на Йомарке.

– Так, – фыркнул Хэн. – Он просто сидел и бездельничал все восстание?

Ведж сделал вид, что не замечает издевки.

– Я только передал слухи, генерал, – сухо сказал он. – Я не выдумывал их.

– Можно спросить у Люка. – примирительно произнесла принцесса. – Вдруг он что-нибудь знает? Мы уже можем лететь?

– Разумеется. – Ведж изобразил вежливую улыбку. – Флаеры вон там...

Мысль, наконец, сложилась, словно простой взмах руки Антиллеса превратил смутные подозрения в четкое знание.

– Хэн, Ведж! – закричала принцесса. – Ложитесь!

... на гребне воронки появилась компания серокожих не-людей.

– В укрытие! – заорал Хэн остальным, когда не-люди открыли огонь.

Сам он схватил жену за руку и уволок в относительную безопасность искореженной металлической плиты. Плита когда-то была частью обшивки, а теперь, зарывшись в грунт, торчала почти вертикально. Ведж немного отстал от Хэна и Лейи и в результате врезался в принцессу. Лейя охнула.

– Прости, – пропыхтел Антиллес, вытаскивая из кобуры бластер и высовывая нос из-за укрытия. Он только и успел, что взглянуть мельком, как в следующее мгновение лазерный луч расплавил металл возле его головы. Его затащили обратно. – Я не уверен, – сказал Ведж голосом, свидетельствующим об обратном, – но, по-моему, мы влипли.

– А по-моему, ты прав, – хмуро подтвердил Хэн Соло.

Лейя оглянулась. Хэн сидел на корточках с бластером в одной руке и комлинком в другой. Причем бластер Хэн вынимал, а комлинк запихивал обратно.

– Уроки даром не проходят, – проворчал Соло. – На этот раз они глушат наши частоты.

Лейе вдруг стало холодно. Без связи, без транспорта, они здесь бессильны, отрезаны от любой помощи... Принцесса машинально прижала ладонь к животу; пальцы ударились о что-то, висящее на поясе. Лазерный меч. Лейя вытащила оружие. Джедай она или погулять вышла, учили ее или нет, но без драки она не сдастся.

– Почему у меня такое впечатление, что вы знакомы с этими ребятишками? – Ведж наугад сделал несколько пробных выстрелов и вновь спрятался.

– Приходилось встречаться, – буркнул Хэн. Из всех троих он оказался в самом невыгодном для стрельбы положении и никак не мог приноровиться. Это его нервировало. – Хотя так и не сумели выяснить, что им надо.

Лейя тем временем лихорадочно разбиралась в кнопках активации и настройки клинка и пыталась отделаться от мысли, а хватит ли ей умения парировать выстрелы... и вдруг замерла. За шумом схватки она уловила еще один звук – очень-очень знакомый.

– Хэн!

– Я слышу, – откликнулся тот. – Давно пора.

– Что еще? – забеспокоился Ведж.

– Вой слышишь?

Антиллес сначала кивнул, потом на самом деле прислушался.

– Это «Сокол», – сказал ему Хэн, запрокидывая к небу голову. – Наверное, Чуй выяснил, что на линии связи помехи, и сложил два и два. Вон он.

Над их головами с могучим ревом разворачивался «Тысячелетний сокол». Фрахтовик сделал круг, наплевав на выстрелы, что пришлись ему в брюхо и рикошетом отскочили от дефлекторного поля, потом тяжело плюхнулся как раз между нападающими и затаившей дыхание троицей. Поднялась туча пыли, но в ее клубах был виден опускающийся трап.

– Отлично! Ладно, я иду первым и прикрою вас. Лейя, ты следующая. Ведж, ты прикрываешь нас сзади. И смотри по сторонам, этим парням может взбрести в голову зайти с флангов.

– Понял тебя, – Антиллес проверил заряд в бластере, сменил обойму и сдул прядь волос, как всегда упавшую ему на глаза. – Если вы готовы, я готов.

– Ладно, – Хэн на четвереньках пополз мимо него.

– Стой! – Лейя успела поймать мужа за штанину. – Что-то не так.

– Это точно, – вставил Ведж. – В нас стреляют.

– Я серьезно! Что-то здесь не так.

– Например, что? – Хэн нетерпеливо дернулся. – Лейя, это не лучшее место для пикника.

Принцесса чуть было не заскрежетала зубами. Пыталась то ли не обрушить проклятия на головы жителей планеты Кореллия (в лице двух представителей: одного, сидящего на корточках, и второго, стоящего на четвереньках), то ли хотела разобраться в предчувствиях. Все так странно, неопределенно и...

– Чуй, – твердо сказала она. – Я не чувствую его присутствия.

– Может быть, он просто далеко? – предположил Ведж. В его голосе уже начинало звенеть нетерпение. – Пошли... Если мы засидимся еще, эти парни вышибут корабль у Чуй из-под седалища.

– Отдохни, – рыкнул на него Соло. – Ничего с ним не случится, у этих парней всего лишь пистолеты. А если станет жарко, он всегда сможет воспользоваться...

Он замолчал так внезапно и с таким выражением на лице, что Лейя и Ведж испугались. Секундой позже до принцессы тоже дошло.

– Пулеметом, – договорила она оборванную фразу, – так чего же он ждет? Приглашения к танцу?

– Хороший вопрос, – мрачно сказал Хэн. – Прикрой меня.

Лейя сунулась было вперед, но Антиллес решительно и не слишком вежливо задвинул ее обратно в укрытие. Под аккомпанемент стрельбы Хэн некоторое время любовался на фрахтовик; по его физиономии расползалась сардоническая усмешка.

– Ответ простой: это – не «Сокол».

– Что? – Ведж постарался не уронить челюсть.

– Подделка, – заверил его Хэн. – Не верю глазам, эти парни где-то откопали еще один ИТ-1300, и корыто еще на ходу. Хотел бы я узнать, где... но не сейчас.

Ведж негромко присвистнул.

– Ух ты, должно быть, вы им действительно понадобились.

– Можешь поставить на это, – сказал Хэн. – Я сам начинаю так думать... У кого есть идеи?

Ведж выглянул из убежища:

– Обычный бег не годится?

– Только не в том случае, когда парни расселись по краю кратера и ждут не дождутся, когда мы выскочим.

– Точно, – Хэн в кои-то веки оказался одного мнения с супругой. – А как только они сообразят, что мы не купились на приманку, дела станут только хуже.

– А вывести из строя корабль мы как-нибудь можем? Чтобы он не взлетел и не прихлопнул нас разом?

– Есть куча способов, – пренебрежительно фыркнул Хэн. – Проблема не в этом, проблема в том, что для этогонужно оказаться внутри. Щит не слишком хорош, но выстрелы блокирует неплохо.

– А лазерный меч тоже не годится?

Хэн недоуменно покосился на жену, потом на Антиллеса, но тот решил самоустраниться из семейного спора и просто следил, чтобы серокожие парни не слишком баловали.

– Мне показалось, или ты действительно предлагаешь...

– А у нас есть выбор?

– По-моему, нет, – Хэн скривился. – Договорились. Только пойду я.

Лейя решительно замотала головой.

– Пойдем все вместе, – сказала она. – По крайней мере, один из нас им нужен живым, иначе корабль взлетит, и от нас останутся три кучки пепла. А так они не станут стрелять. Пойдем прямиком к кораблю, пусть подумают, что мы собираемся подняться на борт. В последний миг разбегаемся в разные стороны и прячемся под трапом. Мы с Веджем устраиваем перестрелку, чтобы ребята не скучали, а ты берешь меч и делаешь дело.

– Ну, не знаю... – Хэн все еще терзался сомнениями. – А по-моему, должны пойти мы с Веджем.

– Нет, – заупрямилась Лейя. – Все вместе.

Хэн посмотрел на Антиллеса:

– А ты что скажешь?

– Что другого шанса у нас все равно не будет, – Ведж мгновенно включился в обсуждение. – Но если делать, так побыстрее.

– Лады, – Хэн глубоко вздохнул и вручил жене бластер. – Хорошо. Давай сюда ковырялку. Н-ну... приготовились... пошли!!

Он вынырнул из убежища и со всей возможной прытью помчался к кораблю. Бежал Хэн пригнувшись, чтобы не зацепило случайным выстрелом. Лейя и Ведж не отставали. Республиканские инспекторы неплохо трудились, отвлекая нападающих. Внутри фрахтовика наметилось какое-то движение. Лейя покрепче сжала в руке бластер. Бегущий впереди Хэн резко вильнул в сторону.

Надо было отдать должное нападавшим, они сразу сообразили, что ловушка не сработала. Отскочивших в другую сторону Веджа и Лейю встретил массированный огонь из открытого люка. Ведж сбил принцессу на землю, прикрыл собой сверху. Лейя кое-как приподняла голову. Антиллес ухитрялся отстреливаться, губы у него беззвучно шевелились. Где-то рядом чем-то шуршал Хэн. Негромкое узнаваемое шипение подсказало, что активирован меч. Лейя попыталась вжаться в землю, мельком подумала, не крикнуть ли Веджу, чтобы поберегся...

Взрыв отшвырнул ее в сторону. Корабль по дуге подскочил в воздух, а затем рухнул вниз.

Сквозь звон в ушах и грохот Лейя услышала, как кто-то выдал кореллианский боевой клич.

Стрельба вдруг прекратилась, и в неожиданной оглушительной тишине тонкий свист показался нереальным.

Лейя поползла прочь, кто-то подхватил ее под мышки и поволок. А потом неожиданно оказалось, что она сидит на земле и смотрит на фрахтовик. Она ожидала увидеть какую-нибудь протечку корабельных систем. Но к гигантскому газовому плюмажу оказалась не готова.

– Как тебе, а? – над принцессой с лазерным мечом в руке гордо стоял Хэн и, запрокинув голову, любовался на результат своей диверсии. – Нравится?

– Зависит от того, взорвется эта дрянь или нет, – злобно сверкнула глазами Лейя Органа. – Что ты натворил?

– Провертел дыру в контуре охлаждения маршевого двигателя, – радовался Соло, не забыв при этом обменяться с супругой оружием и придирчиво осмотреть бластер на предмет свежих царапин. – И весь их газ вылетает в трубу. Знаешь, какое там давление?

– А я всегда считала, что охладителем лучше не дышать, – Лейя с сомнением разглядывала белые плотные клубы.

– Лучше не дышать, – весело подтвердил Хэн. – Но на ИТ-1300 используют корфейс, а он легче воздуха. Пока мы внизу, нам ничего не грозит. Окажись мы внутрикорабля – совсем другое дело. Я надеюсь.

Лейя не сразу поняла, что же ее беспокоило. Тишина. Только свист газа и голос Веджа, деловито раздающего команды и проверяющего, кто остался в живых.

– Перестали стрелять, – сказала принцесса.

– Верно. Либо на корабле никого не осталось.

– Интересно, чем они там занимаются?

Секунду спустя она получила ответ. Грохнуло так, что Лейя испугалась за барабанные перепонки, а Хэн так просто зажал уши, тряся головой. Второй раз за день их накрыло ударной волной и разбросало по земле. Поначалу принцесса решила, что взорвался корабль, но проходили секунды, а фрахтовые оставался на месте.

– А это что было? – сварливо осведомилась Лейя, пересчитывая ссадины и царапины. Платье было непоправимо испорчено, и весь вид принцессы навевал мысли о своре взбесившихся котаров, воспылавших особой нелюбовью к подолу ее юбки. Супруг выглядел не лучше.

– Это, конфетка, – Хэн поднялся на ноги и отряхнул штаны, – был звук сработавших ракетных двигателей спасательной капсулы, – он вновь задрал голову, изучая небеса. – Скорее всего, модифицированной для полета в атмосфере. Никогда бы не подумал, что будет так громко.

Он снова замотал головой, пытаясь вытряхнуть из ушей несуществующие пробки.

– Обычно все происходит в вакууме, – ехидно подсказала законная супруга. – Итак, что теперь?

– Теперь, – Хэн ткнул пальцем в небо, – подождем наш эскорт и двинем отсюда.

– Наш эскорт? – с милой улыбкой переспросила принцесса. – Какой еще эско...

Из облаков вынырнула тройка «крестокрылов», растопыривших плоскости в любимом положении Веджа. Лейя оглянулась на Антиллеса; тот весело махал рукой истребителям, из носа у него текла кровь, но Ведж, кажется, этого не замечал.

– Ты же специально...

– Конечно, – вид у Хэна был невинный, как у младенца. – Зачем просто портить хороший корабль, когда можно испортить корабль и послать сигнал бедствия одновременно?

Кореллианин залюбовался газовым облаком.

– Знаешь, – задумчиво сказал он, – время от времени я по-прежнему сам себе поражаюсь. Да, и не особо распространяйся Чуй, а то он примчится за запчастями.

* * *

– Я со всей ответственностью заверяю вас, капитан Соло, – донесся из динамика церемонный голос адмирала Акбара, – что мы прилагаем все усилия для выяснения произошедшего.

– Четыре дня назад вы утверждали то же самое, – Хэн из последних сил старался оставаться в рамках приличий. Это было не слишком легко. Сам он привык постоянно находиться под огнем, но никак не мог допустить, чтобы под обстрел попала Лейя. – Завязывайте эту бодягу. Не так много народу знало, что мы направляемся на Бфасш.

– Вы удивитесь, – сказал Акбар, – но из членов правительства, их персонала, механиков космопорта, охранников и обслуживающего персонала наберется две сотни, знакомых с вашим маршрутом. Не считая друзей, коллег и родственников, которым эти две сотни могли о нем упомянуть. Чтобы проверить каждого нужно время.

Хэн скривился.

– Здурово. Просто здурово. Можно спросить, чем, по-вашему, нам стоит заняться тем временем?

– У вас есть эскорт.

– Четыре дня назад он у нас тоже был. Ничего хорошего из этого не получилось. Коммандер Антиллес и Разбойный эскадрон бесподобны в бою, но охрана из них никакая. Нам больше бы пригодился лейтенант Пейдж и его десантники.

– К несчастью, все они на задании. В подобных обстоятельствах лучше всего было бы просто отвезти сенатора Органу Соло куда-нибудь, где она окажется в полной безопасности.

– С удовольствием, – отозвался Соло. – Вопрос только в том, будет ли она на Корусканте в большей безопасности, чем здесь?

Наступило длительное молчание. Хэн живо вообразил, как адмирал выкатывает из орбит и без того выпученные глаза.

– Не уверен, что мне нравится тон вашего вопроса, капитан.

– А мне он и совсем не нравится, адмирал, – сознался Хэн Соло. – Но если честно: раз имперцы получили информацию прямиком из Дворца, значит, они там прочно обосновались.

– Я считаю, что это весьма невероятно, – безупречно ледяным голосом произнес Акбар. – Служба безопасности, организованная мной на Корусканте, способна справиться со всем, что бы ни предложила Империя.

– Уверен в том, адмирал. Я просто хочу сказать, что...

– Мы уведомим вас, как только получим дополнительную информацию, капитан, – оборвал его мои каламари. – До тех пор делайте все, что сочтете необходимым. Корускант связь завершил.

Негромкое гудение подтвердило его слова.

– Ладно, – вздохнул Хэн. – Бфасш тоже.

Некоторое время Соло сидел в рубке, придумывая выразительные формулировки для характеристики всех политиков скопом и адмирала Акбара в частности. Мониторы на панели управления демонстрировали, что все системы на корабле работают нормально (Хэн поразился бы этому факту, не будь он сейчас так занят), что вокруг все спокойно, а возле шлюзовой камеры – в особенности. Орудия корабля готовы к бою, а дефлекторные щиты просто в идеальном состоянии.

Хэн очень хотел куда-нибудь плюнуть от досады и злости, но не обижать же любимый корабль! Вот и настал тот долгожданный день, когда он все-таки стал параноиком.

В коридоре за его спиной раздались чьи-то шаги. Хэн развернулся, автоматически опуская руку на рукоять пистолета.

– Это я, – сказала Лейя, входя в рубку с поднятыми руками. Она опустилась в соседнее кресло и посмотрела на приборы; вид у принцессы был очень усталый. – Поговорил с Акбаром?

– Если считать это разговором, – кисло отозвался Хэн Соло. – Я спросил, выяснили ли они, каким образом наши приятели с бластерами узнали, где мы, на что эта рыбья морда заверила меня, что делает все возможное, чтобы это узнать. Я попытался взять его за жабры, он оскорбился и прервал связь. Как обычно.

Лейя улыбнулась.

– Акбар – не рыба, – мягко поправила она.

– Ну, земноводное. Жабья морда...

– Умеешь ты говорить с... э-э... людьми, верно?

– Я не виноват, – привычно огрызнулся Хэн. – Я всего лишь предположил, что парни из службы безопасности плохо работают. Он обиделся.

– Я знаю... При всей своей военной гениальности Акбар на редкость плохой политик. А если учесть, что ему в спину постоянно сопит Фей'лиа... – принцесса пожала плечами. – Акбар постоянно перебарщивает в защите своей территории.

– Ага, если он пытается отстранить этого Фей'хоа от командования...

– Фей'лиа, – обреченно поправила Лейя.

– Именно так я и говорю, то он взял бластер не за тот конец, – закончил Хэн. – Половина армии уже убеждена, что к этому Фей'ху...

– Хэн!!!

– ... надо прислушиваться.

– К несчастью, даже слишком часто, – вздохнула Лейя. – Харизма и амбиции. Опасная комбинация.

Это точно,решил Хэн. Я знаю много таких. На одной я даже женат.

Что значит «опасная» ?

– Ничего, – быстро сказала принцесса. Потом виновато потупилась. – Прости... брякнула невпопад.

– Лейя, если тебе что-то известно...

– Я ничего не знаю! – зло сказала она, помолчала. – Чувствую что-то. Будто Фей'лиа метит выше

– Это просто ощущение.

Ага, примерно такое же, как когда она заявила, будто чувствует, что Империя готовится к чему-то особенному.

Лады, – покладисто сказал он. – Я понял. Итак. Ты закончила здесь дела?

– Насколько сумела, – Лейя устало прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла. – На восстановление станции потребуется время, но организацией займутся на Корусканте.

Доставят сюда оборудование, консультантов, может быть, дополнительные рабочие руки... ну, ты знаешь.

– Ага. То есть теперь тебе позарез надо вернуться и пинать всех, чтобы дело пошло.

Принцесса открыла глаза, взгляд у нее был заинтересованный.

– А тебе как будто не надо?

Хэн тщательно проверил и перепроверил внешние мониторы.

– Ну... Раз кто-то ждет, что ты именно так и поступишь, может быть, надо его разочаровать?

– То есть?

– Ну, не знаю. Поискать место, где тебя никто не будет искать, например.

– А потом? – грозно поинтересовалась принцесса.

– А потом спрятаться в этом месте и не высовывать носа, – отважно заявил Хэн.

Когда Лейя сумела заговорить, голос у нее был точь-в-точь такой, как он и ожидал. Глаза, соответственно, метали молнии.

– Тебе отлично известно, что я не могу так поступить. У меня обязательства перед гражданами Новой Республики.

– Ты возьмешь с собой свои обязательства, – огрызнулся Хэн. – И близнецов.

Она яростно воззрилась на мужа:

– Это нечестно!

– Да ну?

Лейя отвернулась с непроницаемым лицом.

– Я не могу удаляться от дел, Хэн, – негромко сказала она. – Просто не могу. Слишком многое произошло, чтобы я могла спрятаться в стороне.

Хэн скрипнул зубами. Супруги уже не в первый раз спорили на эту тему.

– Ну, раз все, о чем ты мечтаешь, – держать руку на пульсе, полетели туда, где есть дипломатическое представительство. Там ты будешь в курсе всех дел Корусканта.

– И мы сможем быть уверены, что местный посол нас не выдаст? – принцесса отрицательно покачала головой. – Не могу поверить, что произношу эти слова.. Словно вернулось прошлое, я опять член Альянса, а не законного правительства.

– А кто сказал, что послу обязательно знать о нашем присутствии? – спросил Хэн. – На «Соколе» есть дипломатический канал, можем слать сообщения куда и кому захотим.

– Если сумеем влезть в кодовую систему представительства. А потом незаметно подключиться к их передатчику. Нереально.

– Придумаем что-нибудь, – уверенно заявил Хэн. – По крайней мере, дадим Акбару время найти утечку.

Лейя по-прежнему качала головой.

– Я не знаю... Коды Новой Республики почти невозможно взломать...

– Не хочу лишать тебя иллюзий, конфетка, но есть «ледорубы», которые все эти ваши правительственные коды щелкают, точно нуна орехи. Все, что нам нужно, так это отыскать одного из них.

– И заплатить ему бешеные деньги? – сухо поинтересовалась принцесса.

– Ну, вроде того, – согласился Хэн. – С другой стороны, даже «ледорубы» время от времени оказывают услуги. Бесплатно, некоторым людям.

– Да? – Лейя искоса глянула на него. – Некоторым Хэнам, ты это хотел сказать?

– Ну да, мне, и что из этого? Проблема лишь в том, что если имперцы – прилежные мальчики и выполнили домашнюю работу, то они знают об этом и поставили наблюдателей.

– Что значит...

– Что значит, нам надо найти кого-то, кто знаком с другими спецами, – он потянулся к панели управления. – Антиллес, это Соло. Ты меня слышишь?

– Так точно, генерал, – незамедлительно отозвался командир Разбойного эскадрона.

– Мы стартуем с Бфасша, Ведж. Пока неофициально. Как только мы отвалим, ты вправе сообщить эту новость остальной делегации.

– Понятно, – Ведж помолчал.. – Хочешь, чтобы я сопровождал тебя, или линяешь втихаря? Есть у меня пара ребят, я им доверяю как себе.

Хэн быстро улыбнулся принцессе. Хорошо иметь понятливых друзей.

– Спасибо, но не хочется оставлять остальных без прикрытия.

– Как скажешь. Я здесь управлюсь. Увидимся на Корусканте.

– Верно, – Хэн выключил передатчик. – Когда-нибудь, – добавил он, когда Ведж уже не мог его слышать. – Чуй, мы готовы лететь?

Из интеркома раздался согласный рев.

– Лады. Удостоверься, что все привинчено, и приходи. Да, и захвати с собой Ц-ЗПО, нам понадобится объясниться с местными диспетчерами.

– Я наконец узнаю, куда это мы собираемся? – поинтересовалась как бы между прочим Лейя, когда Хэн начал предстартовую подготовку.

– Я же сказал. Нужно найти кого-нибудь, кому можно верить и кто связан с нелегалами. У принцессы от подозрений заблестели глаза.

– Ты случайно думаешь не о... Ландо?

– О ком же еще? – с невинной улыбкой подтвердил Хэн. – Доверенный гражданин, бывший герой войны, честный бизнесмен. Конечно, он связан с «ледорубами».

Лейя закатила глаза к небесам.

– Интересно, – пробормотала она, – почему при упоминании Ландо у меня возникают дурные предчувствия? Ну, в лучшем случае хочется проверить заряд в бластере.

11

Держись, Р2Д2, – воскликнул Люк, когда первые порывы атмосферных вихрей принялись трясти «крестокрыл». – Мы приближаемся. Сканеры в порядке?

Сзади раздалось утвердительное чириканье, по монитору пробежала надпись.

– Отлично, – сказал Люк и вновь обратился к окутанной облаками планете, несущейся им навстречу.

Странно,подумал он. И как это случилось, что в тот, первый, полет на Дагоба, при посадке все датчики отказали?

А может быть, и не так уж странно. Может быть, Йода умышленно вывел из строя его приборы, чтобы иметь возможность привести его к нужному посадочному болоту?

А теперь Йоды нет.

Люк решительно прогнал от себя эту мысль. Скорбь о смерти друга и учителя благородна и естественна, но нельзя предаваться ей бесконечно. «Крестокрыл» опустился в нижние слои атмосферы и через мгновение увяз в плотных белых облаках. Люк следил за приборами, медленно и плавно ведя истребитель на снижение. В последний раз, когда он был здесь, посадка обошлась почти без приключений, но тем не менее он не собирался искушать судьбу.

Радар теперь указывал точно на старую хижину Йоды.

– Р2Д2, – позвал он. – Найдешь мне подходящее ровное место для посадки? И сухое.

В ответ на экране появился красный треугольник, обозначающий полянку на расстоянии пешей прогулки к востоку от хижины.

– Спасибо, – поблагодарил Люк и запустил посадочный цикл.

Спустя мгновение, с бешеным хрустом проломившись сквозь ветви буйно разросшейся сельвы, они шлепнулись на поверхность.

Сбросив шлем, Люк с громким хлопком открыл колпак кабины. И тут же нахлынули богатые ароматы болот Дагоба, неповторимый сладковатый запах преющей растительности разбудил в сознании сотни воспоминаний. И ленивое подергивание ушей Йоды; и странное, но вкусное варево, которое тот часто готовил; и то, как клочковатые волосы учителя щекотали Люку уши, когда Йода сидел у Люка на закорках во время тренировок. Сами тренировки: длительные часы, физическая и умственная усталость, постепенно возрастающее чувство Силы и уверенность в ней, пещера и ее мрачные стены...

Пещера?!

Люк так и подскочил в кабине и принялся всматриваться в туман, рука непроизвольно потянулась к лазерному мечу. Только не это, – не посадил же он корабль рядом с пещерой.

Предчувствия его не обманули. Не далее как в пятидесяти метрах, как раз над тем зловещим местом, росло дерево, грозно возвышаясь над окрестным лесом. Внизу, между его спутанными корнями, Люк смог разглядеть едва видимый сквозь болотную дымку темный вход.

– Замечательно, – пробормотал юный джедай. – Просто праздник какой-то!

Позади него послышалась серия вопросительных звуков.

– Не обращай внимания, Р2Д2, – произнес Люк через плечо, бросая шлем на сиденье позади себя. – Все в порядке. Почему бы тебе не остаться здесь, а я...

Корабль слегка качнуло, и, оглянувшись назад, Скайуокер увидел, что Р2Д2 уже покинул свое «гнездо» и осторожно продвигается вперед. Придется, видно, с ним смириться.

Или, если хочешь, можешь пойти со мной.

Р2Д2 прогудел еще раз – не радостно, конечно, но с явным облегчением. Маленький дроид терпеть не мог, когда его оставляли одного.

– Давай, – приказал ему Люк. – Я спущусь и подам тебе руку.

Он спрыгнул вниз. Земля под ногами хлюпала, но была достаточно твердой, чтобы легко выдерживать вес корабля. Это уже было удачно! Скайуокер с помощью Силы поднял Р2Д2 с места и опустил на землю возле себя.

– Добро пожаловать!

Издали послышался длинный вибрирующий вопль какой-то местной птицы. Под ее весьма виртуозные вокальные упражнения Люк в недоумении размышлял, зачем, собственно, прилетел сюда. Насколько необходимым, даже жизненно важным, представлялось это путешествие на Корусканте, настолько неясным и, мягко говоря, глупым казалось оно теперь, когда он действительно стоял здесь.

Рядом вопросительно бипнул Р2Д2. Усилием воли Люк отогнал сомнения.

– Я подумал, что Йода мог оставить что-нибудь для нас полезное, – сказал он дроиду, пытаясь поприличней сформулировать свои соображения. – Хижина должна быть, – Скайуокер огляделся вокруг в попытке сориентироваться, – там. Пойдем.

Расстояние было небольшим, но путь занял больше времени, чем предполагал Люк. Отчасти потому, что он совершенно забыл, как трудно продвигаться по сельве. Но было и еще что-то: слабое, но постоянное напряжение давило на подсознание, разгоняя и без того малочисленныемысли.

Но, наконец, они пришли... и обнаружили, что хижина фактически исчезла.

С минуту Люк просто стоял, вглядываясь в массу растительности, скрывшей под собой жилище учителя. Вновь возродившееся чувство утраты смешалось с досадой на собственную глупость. Тому, кто вырос в пустынях Татуина, где покинутое строение могло простоять лет сто и больше, как-то никогда не приходило в голову представить, что может случиться с таким же зданием за пять лет в сельве.

Р2Д2 опять вопросительно чирикнул.

– Я думал, Йода мог оставить какие-нибудь записи или книги, – объяснил Люк, – что-нибудь, что могло бы больше рассказать об обучении джедаев. Не слишком-то много осталось, правда?

В ответ Р2Д2 выставил маленький сенсорный датчик.

– Не беспокойся, – сказал ему Люк, начиная двигаться вперед. – Раз уж мы здесь, я думаю, мы можем с тем же успехом и сами взглянуть.

Всего за несколько минут мечом была прорублена тропа сквозь ветви и стебли, чтобы добраться до того, что осталось от наружных стен дома. Большей частью они были сделаны из глины, оплетены тоненькими вьющимися стебельками плюща и доставали Люку самое большее до пояса. Внутри растительности было больше. Утонувшие в грязи проржавевшие котлы покрылись таинственным фиолетовым мхом.

Позади тихонько свистнул Р2Д2.

– Не думаю, что мы найдем тут что-нибудь полезное, – согласился Люк, присаживаясь на корточки, чтобы вытащить из земли один из горшков. Оттуда выскользнула маленькая ящерица и бросилась прочь. – Р2Д2, посмотри, не найдется ли здесь что-нибудь электронное? Я никогда не видел, чтобы он использовал что-нибудь в этом роде, но...

Дроид опять послушно поднял датчик. Люк увидел, как Р2Д2 задвигался взад и вперед... и внезапно остановился.

– Нашел что-нибудь?

Р2Д2 зачирикал возбужденно, поворачивая голову назад, в ту сторону, откуда они пришли.

– Сзади? – нахмурился Люк и оглядел заросли вокруг. – Не здесь?

Дроид чирикнул опять и, повернувшись, с некоторым трудом покатился по неровной поверхности. Остановившись, повернул свою голову обратно к Люку и издал серию звуков, которые могли означать только просьбу.

– Хорошо, я иду, – вздохнул Люк, подавляя странное чувство страха, неожиданно охватившее его. – Веди.

Солнечный свет, просачивающийся сквозь листву, заметно потускнел к тому моменту, когда они вышли наружу.

– Теперь куда? Надеюсь, ты не собираешься сказать мне, что все, что ты нашел, был наш собственный корабль!

Р2Д2 завертел головой, трелью выражая решительное и возмущенное отрицание. Его датчик повернулся и указал прямо на пещеру. Люк с трудом сглотнул.

– Ты уверен?

Дроид опять запищал.

– Значит, уверен, – скорбно констатировал Люк. С минуту он нерешительно вглядывался в туман. Не было никакой надобности туда идти – в этом он был совершенно убежден. Что бы там ни обнаружил Р2Д2, это оставил не Йода. Где угодно, только не здесь.

Но тогда что это? Лейя упоминала темного джедая с Бфасша, который вроде бы бывал здесь. Может, быть, это – его?

Люк скрипнул зубами.

– Оставайся здесь, Р2Д2, – велел он роботу, шагая к пещере. – Я вернусь, как только смогу.

Йода часто предупреждал его, что страх и гнев – рабы темных сил. Интересно, кому служит любопытство?

Вблизи дерево над пещерой выглядело таким же враждебным, каким Скайуокер его запомнил: искривленное, темное, мрачно нависающее, оно само как будто воплощало темную сторону Силы. Возможно, это и так. Люк не мог сказать наверняка под натиском подавляющего излучения пещеры. Определенно, здесь – источник того давления, которое он испытывал с момента прилета на Дагоба, но удивительно, что этот эффект силен как никогда.

Может быть, потому что раньше здесь всегда был Йода, и его присутствие защищало Люка от настоящей власти пещеры?

А теперь Йоды не было, и Люк был один.

Он глубоко вздохнул. Я – джедай,напомнил он себе решительно. Сняв передатчик с ремня, Люк включил его.

– Р2Д2, ты на связи? – Передатчик ответил трелью. – Отлично. Я пошел. Дай мне сигнал, когда я подойду к тому, что ты там засек.

Скайуокер услышал утвердительный звук. Возвращая передатчик на ремень, он вынул лазерный меч, еще раз глубоко вздохнул, нырнул под узловатые ветви деревьев и вступил в пещеру.

Воспоминания не обманывали: темное, сырое, кишащее насекомыми и скользкими растениями, это место по-прежнему было самым неприятным из всех, где Люк когда-либо бывал. Опора оказалась еще более предательской, чем раньше, и дважды за первую дюжину шагов он чуть не упал, когда земля прогнулась под ним, не сильно, но достаточно для того, чтобы потерять равновесие. Впереди в дымке вырисовывалось хорошо знакомое ему место, и он обнаружил, что по мере приближения сжимает меч все сильнее. Именно здесь некогда была кошмарная битва с призраком.

Люк добрался до поля боя и остановился, борясь со страхом и воспоминаниями. Но в этот раз ничего не случилось. Не было свистящего дыхания, доносящегося из сумрака; не было Повелителя Тьмы. Ничего.

Скайуокер облизал губы и отстегнул передатчик от ремня. Конечно, ничего и не случится. Он уже выдержал однажды это испытание, столкнулся с ним лицом к лицу и преодолел. В пещере больше нечего было бояться, кроме пустых воображаемых страхов, и то только, если Люк позволит им взять над собой власть. Это следовало бы понять с самого начала.

– Р2Д2? – позвал он. – Ты еще там?

Маленький дроид прогудел в ответ.

– Хорошо, а я все еще здесь, – сказал Люк, вновь двигаясь вперед. – Как далеко я должен...

И прямо посередине фразы – практически на середине шага – мгла пещеры сконденсировалась вокруг него в мерцающее видение.

Скайуокер находился на палубе маленького открытого летательного аппарата, низко парящего над какой-то ямой. Сама поверхность планеты была неразличима, но вокруг чувствовался ужасный жар, поднимающийся снизу. Что-то ткнуло его в спину, подталкивая к узкой доске, горизонтально выступающей из борта аппарата. Люк перевел дух, и обстановка внезапно прояснилась. Он вновь готовился к казни в Великом провале Каркун.

Над головой теперь были видны очертания сухопутной баржи, понемногу сносимой ветром, и любопытные на ее борту, отпихивающие друг друга в стремлении занять лучшие места в предвкушении зрелища. Многие детали баржи были неразличимы сквозь дымку видения, но на самом верху четко вырисовывалась маленькая фигурка с куполом, это был Р2Д2, ожидающий сигнала...

– Я не буду играть в эту игру, – крикнул Люк в направлении видения. – Не буду. Я уже одержал победу.

Но слова прозвучали безжизненно даже для его собственных ушей, и, произнося их, он почувствовал очередной толчок в спину и сорвался вниз. Ему удалось перевернуться, ухватившись за край планки. Прыжок.

Вот он ловит брошенный ему лазерный меч. Но рука схватила пустоту. Сценарии был другой. Изменив траекторию, оружие вновь полетело в сторону баржи. В бешенстве Люк попытался достать его с помощью Силы. Безуспешно. Меч продолжал свой полет и в результате очутился в руках стройной женщины, одиноко стоящей на верхней палубе.

В призрачной дымке лица не было видно, лишь огнем полыхали волосы. Но поднятый в руке – словно приз – меч сказал Люку все, что нужно. У женщины была власть над Силой, и она только что приговорила и его, и его друзей к смерти.

И когда его вновь толкнули на доску, Скайуокер услышал издевательский хохот.

– Нет!!!

Видение исчезло так же внезапно, как появилось.

Люк опять стоял в пещере на Дагоба, и лоб, и одежда были мокры от пота, а из комлинка, стиснутого в потной ладони, доносился шквал панических сигналов дроида.

Люк судорожно вздохнул, проверил, на месте ли меч. Меч был на месте.

– Все... – он сглотнул, пытаясь смочить пересохшее горло, и тронул рукоять еще раз. – Все нормально, Р2Д2, – уверил дроида Люк. – Я в порядке. Кажется. Уф-ф...

Скайуокер помедлил, пытаясь сориентироваться и вспомнить, что он тут делает.

– Ты еще ловишь сигнал?

Р2Д2 утвердительно пискнул.

По-прежнему впереди?

Еще один утвердительный ответ.

– Хорошо, – сказал Люк.

Переложив рукоять в другую руку, он утер со лба пот и осторожно двинулся вперед, стараясь смотреть во все стороны одновременно.

Но, по-видимому, самое худшее пещера уже сделала. Больше никаких видений не возникало, пока он продолжал продвигаться вглубь... и наконец Р2Д2 сообщил, что Люк прибыл на место.

Прибор, извлеченный из грязи и мха, совершенно разочаровал: маленький, сплющенный цилиндр чуть длиннее его ладони, с пятью треугольными, покрытыми ржавчиной кнопками с одной стороны и какой-то непонятной надписью, выгравированной на другой стороне.

– Это оно? – спросил Люк, не слишком обрадованный тем, что весь этот путь пришлось проделать ради такого хлама. – Больше ничего?

Р2Д2 бипнул утвердительно и издал свист, который мог означать только вопрос.

– Я не знаю, что это, – ответил Люк дроиду. – Может быть, ты подскажешь? Ладно. Я выхожу.

Обратный путь был неприятным, но без приключений, и вскоре юный джедай вылез из-под корней дерева, с облегчением вдыхая относительно свежий болотный воздух.

Люк удивился, обнаружив, что пока был внутри, снаружи уже стемнело. Видение из искаженного прошлого, похоже, продолжалось дольше, чем ему казалось. Р2Д2 включил посадочные огни крестокрыла. Прокладывая путь сквозь растительность, Скайуокер направился к кораблю.

Р2Д2 ждал его, тихонько попискивая. Писк превратился в радостный свист, когда Люк вышел на свет. Маленький дроид приплясывал, как взволнованный ребенок.

– Расслабься, Р2Д2. Я в порядке, – уверил его Люк, присаживаясь на корточки и доставая из бокового кармана сплющенный цилиндр. – Твое мнение?

Дроид задумчиво защебетал, вращая головой. Затем разразился возбужденной электронной болтовней.

– Что? – спросил Люк, безнадежно пытаясь разобраться в потоке звуков и задаваясь злобным вопросом, почему Ц-ЗПО никогда нет рядом в нужную минуту.

– Помедленнее, Р2Д2. Я не могу... Ладно, – оборвал он себя, поднимаясь на ноги и оглядываясь. – Думаю, пора отбывать восвояси.

Люк оглянулся на пещеру, почти полностью поглощенную сгущающейся мглой, и вздрогнул. Нет, точно не было никаких причин оставаться здесь, зато была по крайней мере одна и очень серьезная причина убраться, и поскорее. Понятно, что прояснить здесь ничего не удастся,угрюмо подумал глава академии джедаев. Жаль, что эта мысль не посетила его раньше.

– Пойдем, – сказал он дроиду. – Вернем тебя в твое родимое контактное гнездо. Расскажешь все по дороге.

Отчет Р2Д2 о цилиндре оказался довольно коротким и решительно негативным. Маленький дроид не узнал конструкцию прибора, не сумел расшифровать его назначение на основании того, что смогли выяснить его неспециализированные датчики, и даже не знал, на каком языке была надпись, не говоря о том, что она означала. Люк уже начал задаваться вопросом, с чем же было связано недавнее возбуждение дроида, когда на экране появился очередной текст.

– Ландо? – нахмурился Люк, еще раз перечитывая сообщение. – Не помню, чтобы я когда-нибудь видел у него что-либо подобное.

На дисплее добавилось еще несколько слов.

– Да, я понимаю, я был занят в то время, – согласился Люк, бессознательно сгибая пальцы на правой, искусственной, руке. – Когда привыкну к имплантам, все будет нормально. Так он отдал эту штуку генералу Мадине или просто показывал это ему?

Появилась еще одна фраза

– Ничего страшного, – уверил дроида Люк. – Полагаю, ты тоже был занят.

Он посмотрел на все уменьшающийся полумесяц Дагоба у себя за спиной. Люк намеревался сразу лететь обратно на Корускант и дождаться возвращения Лейи и Хэна с Бфасша. Но, судя по тому, что он слышал, их миссия там могла растянуться недели на две и больше А Ландо не раз приглашал Люка посетить его на сверхгорячей планете Нкллон, где он проводил новую операцию по добыче редкой руды

– Изменения в планах, Р2Д2, – объявил Скайуокер, вводя новый курс. – Мы поворачиваем на систему Атега, чтобы увидеться с Ландо. Может быть, он сможет нам рассказать, что это за штука.

А по пути у него будет время обдумать тот беспокоящий его сон, или видение, или что бы то ни было, увиденное им в пещере. И решить, что же это было и почему.

12

Нет, у меня нет разрешения на перевод денег на Нкллон, – терпеливо говорил Хэн в корабельный передатчик, сумрачно разглядывая сопровождающий их модифицированный истребитель-«бритву». – И счетов у меня на Нкллоне нет и не было никогда. И, судя по всему, никогда не будет. Я пытаюсь связаться с Ландо Калриссианом.

Из кресла у него за спиной раздалось сдавленное хихиканье.

– Милая, – спросил Хэн в пространство, – ты ничего не сказала? А то мне послышалось.

– Тебе послышалось, – самым невинным тоном отозвалась Лейя. – Так, вспомнилось кое-что... из прошлого.

– Точно, – Хэн на всякий случай оскалился.

Он тоже прекрасно помнил, что произошло после того, как он один раз уже попытался связаться с Калриссианом. Беспин не принадлежал к разряду приятных воспоминаний.

– Слушай, просто передай Ландо, что я хочу с ним поговорить, ладно? – предложил Хэн «бритве». – Скажи, что прилетел один его старый приятель, который думал, что можно еще раз сыграть в сабакк на то, что мне захочется выбрать из его коллекции. Ландо поймет.

– Чем мы собираемся заняться с Ландо? – поинтересовалась принцесса, нагнувшись вперед, чтобы продемонстрировать мужу обеспокоенное лицо.

Хэн заглушил комлинк.

– Здесь тоже могут сидеть имперские соглядатаи, – напомнил он. – А если так, то орать на всю систему Атега наши имена – не самое умное из занятий.

– Смысл понятен, – неохотно призналась Лейя. – Непонятно послание.

– Только не для Ландо, – заверил жену Хэн Соло. – Он сообразит, кто ломится к нему в дверь.

В кресле второго пилота злобно заворчал Чубакка. Старпом сообщал, что справа по курсу к ним приближается что-то очень большое и совершенно ему не нравящееся.

– И что именно? – Хэн извернулся в кресле, стараясь заглянуть за пределы лобового экрана.

Прежде чем вуки успел ответить, вновь захрюкал комлинк.

– Неизвестный корабль, генерал Калриссиан разрешил вам посадку, – в голосе пилота «бритвы» явственно прозвучало неудовольствие. Вероятно, до этого мгновения парень грел себя предвкушением, как вышвырнет возмутителей спокойствия из системы. – К вам направляется эскорт, оставайтесь на позиции до его прибытия.

– Так точно, – фыркнул Хэн, так и не найдя в себе сил поблагодарить пилота.

– Эскорт? – с подозрением переспросила Лейя. – А зачем нам эскорт?

– Когда Ландо забегал с визитом во Дворец, ты же не спрашивала, нужен ли ему эскорт и все эти ваши политические прибамбасы. Ты просто вызывала стражу, – Хэн все еще старался рассмотреть приближающийся корабль. А, вот он где... – Нкллон – сверхгорячая планета, бегает слишком близко от солнца. Ни один нормальный корабль не может подойти к ней, чтобы с него не облезла броня... А отсюда... – он ткнул пальцем в экран. – Эскорт.

Из-за спины донесся судорожный вдох. Хэн уже видел присланные Ландо голографии, но тоже вынужден был признать, что зрелище – действительно впечатляющее. Больше всего экраноплан напоминал гигантский летающий зонтик. Этакое изогнутое блюдо диаметром в длину «звездного разрушителя». Внутренняя часть «блюда» была сплошь утыкана трубами различного размера – вентиляционными отверстиями и сбросами охладительных контуров. В центре, завершая сходство с зонтом, торчал длинный пилон, к которому был пристыкован корабль-тягач.

– Великие небеса... – прошептала Лейя. – И эта штука умеет летать?

– Не слишком быстро, – вздохнул Хэн.

Экраноплан с неторопливым достоинством подвалил поближе, хотя и не особо близко. «Сокол» был гораздо меньше размерами, чем пузатые летающие контейнеры, которые обычно приходилось сопровождать на Нкллон.

– Ландо говорил, что сначала они никак не могли заставить это блюдце взлететь, – сообщил Хэн, наблюдая за маневрами гиганта. – А потом никак не могли научить пилотов управлять им.

– Охотно верю, – согласилась принцесса. Закрякал комлинк.

– Неизвестный корабль, говорит экраноплан-9. Приготовьтесь к стыковке. Пожалуйста, передайте нам коды доступа.

– Счас, – хмыкнул Хэн. – Разбежался. Экраноплан-9, у меня на борту нет необходимой для стыковки аппаратуры. Скажите ваш курсы, а мы уж как-нибудь будем держаться за вами.

В рубке повисло молчание, только что-то посвистывало под консолью пульта управления. Хэн нагнулся проверить – не забыл ли Чубакка выставить туда блюдечко с молоком и не выхлебал ли старпом напиток, предназначенный не для него.

– Ладно, неизвестный корабль, – в конце концов раздалось из динамика. Как показалось Хэну, не слишком охотно. – Курс два-восемь-четыре, скорость ноль шесть субсветовой.

Не дожидаясь подтверждения, гигантский зонтик поплыл прочь.

– Не отставай от него, Чуй. – Хэн не видел особых проблем, его тележка и быстрее, и поворотливее провожатого. – Экраноплан-9, какое подлетное время до Нкллона?

– А ты торопишься, неизвестный корабль?

– Куда ж мне торопиться, тут такой дивный вид, – саркастически ухмыльнулся Хэн, любуясь на заполнившую почти весь экран громадину. – Но если вы так хотите знать, то да, немного тороплюсь.

– Сочувствую, – отозвались с экраноплана. – Но если бы вы согласились передать коды доступа, мы бы прыгнули через гиперпространство и были бы на Нкллоне через час. А в вашем случае... я думаю, часов десять – самое меньшее.

Хэн скривился.

– Здорово...

– Давай согласимся на временное подключение, – осторожно предложила Лейя. – Ц-ЗПО хорошо знает компьютер «Сокола». А потом сменим коды.

От громового рева у всех заложило уши, а в возникшей паузе из динамика донеслось нечто вроде «ничего себе...». Чубакка сообщил всем, кто мог его слышать, что даже если капитан иного мнения, то он, старпом и второй пилот, не согласен. И не согласится никогда. Капитан не был иного мнения.

– Чуй прав, – твердо сказал он. – Этот корабль мы не будем ни к кому привязывать. Ни сейчас. Ни в будущем. Никогда. Вам ясно, экраноплан?

– Ваши проблемы, неизвестный корабль, – отозвались с другого корабля; кажется, ребят прикалывал столь неординарный позывной. – У меня почасовая ставка.

– Рад за вас, – буркнул Хэн. – Поехали.

– Как скажете.

Передача оборвалась, и Хэн положил ладони на пульт. Зонт медленно дрейфовал, больше ничего не происходило.

– Чуй, – обреченно вздохнул Соло. – Этот урод греет двигатели или чем он там занят? Вуки проворчал отрицательное абырх.

В чем дело? – Лейя опять нагнулась к ним.

– Понятия не имею, – сказал Хэн, озираясь. Впереди по-прежнему висел зонт, заслоняя остальную галактику. – Экраноплан-9, почему задержка?

– Не беспокойтесь, неизвестный корабль. К нам идет еще один корабль, и у него тоже нет аппаратуры для стыковки, так что заберем вас на пару. Не имеете ничего против?

Это как сказать... Может быть, совпадение? Но Хэн Соло не верил в случайности.

– Вы спросили его ИД? – поинтересовался он. В динамике весело фыркнули.

– Эй, друг, мы и твоих-то не спросили!

– Спасибо за помощь, – Хэн с ненавистью отрубил связь вторично. – Чуй, ты уже видишь этого красавца?

Ответ вуки был краток.

– Ловко, – Хэн снова оскалился; думать гримасы не помогали, зато успокаивали. – Очень ловко.

– А я опять ничего не поняла, – пожаловалась Лейя, выглядывая у него из-за плеча.

– Второй идет по другую сторону от центрального пилона, – пояснил Хэн, пододвигаясь, чтобы принцессе стали видны показания сканера. – Поэтому мы его не видим.

– Ну, он же не случайно так делает?

– Да уж, – Хэн отстегнул ремни. – Чуй, возьми управление, мне взбрело в голову, что я давно не упражнялся в стрельбе из пушки.

Кореллианин бодрой трусцой совершил пробежку по коридору до центрального салона и собрался было взлететь по лесенке в орудийную башню, когда его окликнул нервный механический голос.

– Капитан Соло, что-то случилось?

– Наверное, золотник, – не оглядываясь, откликнулся Хэн. – Лучше привяжись.

Перенаправленная гравитация его всегда нервировала, но лучшего он придумать не смог. Как всегда, слегка повело в сторону, но Хэн уже давно привык к этому неудобству. Он плюхнулся в кресло, одной рукой нашаривая ремни, второй активируя панель. Третьей было бы неплохо отыскать наушники, но природа не позволила.

– Все еще ничего, Чуй? – спросил Соло, когда устроился.

Напарник ответил негативно: приближающийся корабль все еще закрыт пилоном. Но, по крайней мере, уже можно высчитать расстояние до него, а заодно и примерный размер чужака. Второй корабль был невелик.

– Хоть что-то приятное, – проворчал Хэн, воскрешая в памяти список типов звездных кораблей.

Как-то непохоже на Империю; она склонна к гигантизму. Может быть, ДИшка? Но где тогда носитель?

– Не спи там... может, какой-то маскарад...

Чирикнул сигнал: чужой корабль начал огибать центральный пилон экраноплана. Пальцы Хэна приласкали гашетку. Сейчас чужак выскочит...

И он появился – знакомый удлиненный силуэт, сдвинутые назад стабилизирующие плоскости.

– «Крестокрыл»? – изумился Соло.

– Точно, – подтвердила из рубки Лейя. – И со знаками Новой Республики...

– Привет, таинственные незнакомцы! – радостно заорал на весь эфир голос Скайуокера. – Рад вас видеть!

– Э-э... – Хэн вовремя запнулся. Не хватало еще назвать Люка по имени. – Привет.

Теоретически, частоту нельзя было прослушать. Практически Хэн частенько сам не обращал внимания на подобные формальности.

– Что ты здесь забыл?

– Решил повидать Ландо, – откликнулся Скайуокер. – Прошу прощения, если напугал вас. Мне сообщили о неопознанном корабле, я подумал о ловушке. Я даже не подозревал, что это вы, пока не увидел собственными глазами.

– Ага, – неопределенно произнес Хэн, наблюдая, как истребитель ложится на параллельный курс.

Да, судя по тому, как нервно подергивается из стороны в сторону морда машины, это действительно Скайуокер, и все в порядке.

Или тот, кто знаком с манерой Скайуокера летать.

– Итак, – Хэн как бы между прочим навел «счетверенку» на соседа. Исходя из ситуации, «крестокрылу» сначала придется развернуться на девяносто градусов и лишь потом стрелять. – Просто визит вежливости или...

– Или. Я нашел старую побрякушку, которая... ну, вот я и подумал, что Ландо мог бы сказать, что это такое, – Скайуокер или тот, кто сидел в истребителе, помолчал. – Может, не будем обсуждать это в эфире, а? А вы что тут делаете?

– Вот это мы точно обсуждать не будем.

Хэн лихорадочно соображал. Голос был очень похож на голос Люка, да и говорил он знакомо, но чуть было не обжегшись на Бфасше, Хэн не был склонен верить всему знакомому. Нужна немедленная идентификация.

Он переключил частоту на внутреннюю.

– Конфетка, что скажешь? Это Люк или нет?

– Думаю, да, – медленно произнесла принцесса. – Я почти уверена...

– Почти не считается, милая.

– Знаю. О! У меня есть идея.

Хэн вернулся на прежнюю частоту.

– ... говорит, что если я смогу подключить свой бортовой компьютер к их, то мы попадем на Нкллон гораздо быстрее, – сосед даже не заметил паузы. – Прыгнем прямиком к Нкллону, насколько позволит гравитация, а через несколько минут я окажусь под планетарным зонтом и дальше полечу самостоятельно.

– Только «крестокрылы» для таких игр не приспособлены, – наугад брякнул Хэн.

– Точно, – суховато сказал Люк. – Кто-то гениальный проектировал его начинку, сомнений нет.

– Никаких, – подтвердил Хэн.

Он уже вспотел от ожидания. Что бы там ни придумала Лейя, пусть действует побыстрее.

– Я рада, что у тебя нет нужной для подключения аппаратуры, – заговорила принцесса. – Гораздо безопаснее путешествовать. О, чуть не забыла, тут кое-кто хочет поздороваться.

– Р2? – спросил взволнованный тонкий голос робота-секретаря. – Ты там?

У Хэна чуть голова не взорвалась от восторженных ответных воплей.

– Ну, не знаю, где ты мог еще быть, – к Ц-ЗПО вернулась былая надменность. – Я бы сказал, что ты обладаешь способностью оказываться совсем не там, где положено быть примерному и благовоспитанному дроиду. А я не всегда смогу быть рядом, чтобы уберечь тебя от несчастий.

Хэн выдержал второй шквал чириканья и яростных «би-бип!!!» только потому, что заблаговременно убрал громкость.

– Да, я знаю, ты всегда так считал, – еще строже ответил Ц-ЗПО. – У тебя горячечный бред.

Не вслушиваясь в дальнейшую перебранку, Хэн с ухмылкой деактивировал пульт и перевел орудие в положение ожидания. Не многие контрабандисты захотели бы жениться на женщине, у которой голова варит быстрее, чем у них.

О себе Хэн давным-давно решил, что другой участи ему не надо.

* * *

Пилот экраноплана не обманул. Прошло почти десять часов, когда он в конце концов просигналил, что его подопечные могут лететь сами по себе, сделал на прощание не слишком вежливое замечание и неторопливо отвалил в сторону.

Смотреть все равно было не на что. Но Хэн всегда полагал, что ночную сторону незаселенной планеты едва ли можно назвать впечатляющим зрелищем. На консоли замигал сигнал маячка, и Хэн лениво развернул фрахтовик в указанную сторону.

За своей спиной он услышал звук шагов.

– Что теперь? – спросила Лейя, зевая, и уселась в кресло второго пилота.

– Мы в тени Нкллона, – сказал жене Хэн, кивая на беззвездную тьму впереди. – Только что засек шахты Ландо... похоже, лету до них десять-пятнадцать минут.

– Вот и славно, – Лейя посмотрела туда, где в темноте мигали бортовые огни «крестокрыла». – Успел поговорить с Люком?

– Перекинулись парой фраз. Он сказал, что хочет немного поспать, а я ему мешаю. Р2 лучше твоего брата справляется с кораблем.

– Это верно, – голос у принцессы был отсутствующим; кажется, Лейя опять принялась за свои джедайские фокусы. – Хотя Люк не слишком хорошо спал. Что-то его беспокоит.

– Сколько я его знаю, он все время беспокоится, – напомнил ей Хэн. – Его только могила исправит.

– Нет, сейчас что-то другое. Что-то... нет, не понимаю. Действительно неотложное, – Лейя повернулась к мужу. – Зима считает, что брат собирается поговорить с тобой.

– Ну... пока еще не собрался, – сказал Хэн. – Перестань трястись. Поговорит, когда действительно припечет.

– Да, наверное...

Принцесса вновь смотрела в непроглядную тьму за бортом.

– Невероятно. Как ты думаешь, отсюда видно солнечную корону?

– Только не проси подлететь поближе. Экранопланы здесь не для красы, знаешь ли. Здесь такая активность, что сенсоры «Сокола» поджарит за секунду, а через пару минут с нас слезет вся обшивка.

Лейя недоверчиво покачала головой.

– Сначала Беспин, потом Нкллон. Ландо когда-нибудь не ввязывался в сумасшедшие операции?

– Пару раз было, – пришлось признать Хэну. – Хотя на Беспине он пришел на все готовенькое. А здесь... – он тоже посмотрел на планету. – Здесь приходится все придумывать самим.

– Кажется, я видела город! – Лейя прилипла почти к самому экрану. – Вон там... видишь огни?

Хэн посмотрел.

– Слишком мало для города, – заявил он. – Больше похоже на дроиды-копалки. Насколько я слышал, Ландо приобрел несколько сотен, чтобы не рыться в земле самому.

– Копалки? – удивилась принцесса. – Вроде тех смешных машин, которые помогли ему выбраться из «Каменных холмов» ?

– Нет, те – тягачи, а эти – копалки, – поправил Хэн. – Такие конусы с усеченным острием. Внутрь влезают два человека. Люк в торце, вокруг него плазма-двигатели. Садишься там, где хочешь копать, включаешь двигатели минуты на две, затем вылезаешь сквозь люк и забираешь куски породы.

– Да, вспомнила. Их проектировали для астероидных шахт, верно?

– Не эти, но похожие. Ландо где-то нашел подержанные машины.

– Интересно, как он с ними управляется?

– Даже знать не хочу.

В динамике засипело.

– Неопознанные корабли, говорит диспетчерская Кочевья, – сообщил сиплый голос. – Вам разрешена посадка на площадках пять и шесть. Идите на сигнал маяка и смотрите шасси не обломайте.

– Понял, – откликнулся Хэн, приободрившись.

Он так резко уронил корабль к поверхности, что принцесса с трудом удержалась от визга. Когда альтиметр показал чуть меньше пятидесяти метров, Соло вывел фрахтовик из пике и выровнял машину. Впереди поднималась невысокая гряда. Хэн перевалил через нее...

И они увидели Кочевье.

– Что ты там говорила о Ландо и безумствах? – поинтересовался Хэн у жены.

Лейя только головой покачала, слов у нее не осталось. Даже Хэн, который более-менее знал, чего ожидать, признал, что комплекс и на него произвел впечатление. Сияющий тысячами огней, огромный, он казался живым существом, прилегшим в кратере отдохнуть и приподнявшимся, когда его потревожили.

В следующую секунду Хэн уже сообразил, из чего составлен комплекс: корпус древнего дредноута, сорок конфискованных, угнанных или полученных в качестве контрибуции имперских шагающих танков, на которые опирался корабль, и роящиеся вокруг челноки и флаеры.

Впечатление, впрочем, не ослабло.

Комлинк коротко звякнул.

– Неопознанный корабль, – зазвучал в динамике веселый знакомый голос, – добро пожаловать в Кочевье. Что там было о партии в сабакк?

Хэн Соло криво усмехнулся.

– Привет, Ландо. А мы только что мыли твои косточки.

– Не сомневаюсь. Могу спорить, обсуждали мои деловые таланты и изобретательность.

– Что-то вроде. А как садятся на это... ну, то, что ты считаешь городом? Есть какие-нибудь особые фокусы?

– Да не совсем. Наша скорость не превышает нескольких километров в час. А в «крестокрыле» кто? Скайуокер?

– Да, это я, – опередил Хэна Люк. – Классное у тебя местечко, Ландо.

– Подожди, увидишь его изнутри. Ребята, вы выбрали подходящее время для визита. Хэн, Лейя и Чуй с тобой?

– Мы здесь, – подала голос принцесса.

– Мы не совсем с визитом, – одновременно с ней произнес Хэн. – Нам нужна помощь.

– Ну, конечно, – Ландо сумел скрыть заминку, но не очень хорошо. – Все, что смогу. Слушайте, я сейчас в центральной диспетчерской, наблюдаю за сложной проходкой. Я пошлю кого-нибудь встретить вас и отвести вниз. Да, и не забывайте, воздуха тут нет, проверьте шлюз на герметичность.

– Ага, – сказал. Хэн. – Только пусть встречающий будет твоим самым доверенным лицом.

Еще одна мимолетная пауза.

– Даже так ? – без удивления произнес Ландо. – А что...

Электронный визг заглушил окончание фразы. Хэн тряхнул головой, чтобы избавиться от боли в ушах.

– Это еще что? – резко спросила Лейя.

– Нас глушат, – Хэн все еще мотал головой и морщился. – Чуй, у нас неприятности, – крикнул он в коридор. – Вали сюда, – получив в ответ согласный рык, кореллианин повернулся к принцессе. – Просканируй район. Ищи незваных гостей.

– Ладно, – Лейя уже стучала по клавишам. – А ты чем займешься?

– Буду искать свободную частоту.

Хэн развернул фрахтовик, уходя с прежнего курса, затем вновь включил передатчик, но звук не прибавил. Его и раньше глушили, так что в рукаве было припасено несколько трюков. Вопрос лишь в том, хватит ли ему времени.

Внезапно – и гораздо раньше, чем он ожидал, – неприятный визг превратился в голос:

– ... торяю: все, кто слышит меня, пожалуйста, ответьте.

– Ландо, это я, – сообщил Хэн. – Что происходит?

– Не уверен на сто процентов, – отозвался расстроенный Калриссиан. – Может быть, вспышка на солнце... иногда такое случается. Но рисунок не подходит...

Он опять замолчал.

– Что? – заорал Хэн, всерьез перепугавшись. В динамиках тихо шипело, потом кто-то тяжело вздохнул.

– Имперский «звездный разрушитель», – негромко произнес Ландо. – Приближается к планетарной тени.

Хэн посмотрел на жену. Лейя сидела с окаменевшим лицом.

– Они нашли нас, – прошептала принцесса Органа.

13

– Вижу, Р2Д2, вижу, – успокоил дроида Люк. – Я сам позабочусь о «разрушителе», а ты попытайся пробиться сквозь помехи.

Маленький дроид, нервно чирикнув, вернулся к работе. Впереди «Тысячелетний сокол» передумал заходить на посадку и теперь разворачивался в направлении приближающегося корабля, видимо собираясь пойти ему наперерез. Люк утешил себя мыслью, что Хэн знает, что делает.

Лейя,мысленно позвал он.

В ее ответе не было слов, но гнев, разочарование и приглушенный страх пробивались слишком явно. Держись, я с тобой,передал Люк, вкладывая в мысль столько убеждения и уверенности, сколько имел.

Люк признался себе, что с уверенностью у него неважно. «Звездный разрушитель» не пугал его – если расчеты Ландо относительно солнечной активности были верны, то большой корабль к настоящему моменту беспомощен, так как датчики и, может быть, даже порядочная доля вооружения просто испарились. Имперский крейсер был слеп.

Но пересидевшие за надежной броней ДИ-истребители не были столь безобидны, и как только корабль достигнет тени Нкклона, истребители будут готовы к запуску.

Внезапно атмосферные помехи исчезли.

– Люк?

– Я здесь, – откликнулся Люк. – Каков план?

– Я надеялся, что у тебя какой-нибудь есть, – прозвучал угрюмый ответ, – Похоже, мы в меньшинстве.

– У Ландо есть истребители?

– Он поднимает в воздух все, что наскребет, но собирается оставить их поблизости для защиты комплекса. Сдается мне, что не все экипажи достаточно опытны.

– В таком случае, видимо, мы – на передовой, – заключил Люк.

Случайное воспоминание мелькнуло в его сознании: он идет по дворцу Джаббы на Татуине пять лет назад.

– Давай попробуем так, – предложил он. – Я пойду впереди тебя, попытаюсь отвлечь их, насколько смогу. Ты пойдешь следом и устроишь им баню.

– Звучит многообещающе, – проворчал Хэн. – Держись поближе к земле. Если повезет, мы загоним их в ту низкую горную гряду.

– Не спускайся слишком низко, – предупредила Лейя. – Помни, что ты не сможешь особенно сосредоточиться на полете.

– Я управлюсь и с тем, и с другим, – уверенно заявил Люк, последний раз бегло оглядывая приборы. Первый космический бой в качестве настоящего джедая. Интересно, проводили подобные сражения джедаи Старой Республики. А если да – на что это было похоже?

– А вот и плохие мальчики, – объявил Хэн. – Вылетают из гнездышка. Похоже, только одна эскадрилья... Так и есть.

– Может быть. – Люк нахмурился, посмотрев на экран. – Кто это их сопровождает?

– Не знаю, – медленно сказал Хэн. – Кто-то большой. Возможно, транспортно-десантные ?

– Будем надеяться, что нет.

А если это настоящее вторжение, и они не собирались просто пострелять и исчезнуть, как на Бфасше...

Лучше предупреди Ландо!

– Лейя предупредит. Ты готов?

Люк сделал глубокий вдох. ДИ-истребители тремя звеньями по четыре корабля неслись прямо на него.

– Я готов.

– Отлично. Приступим.

Первая группа быстро приближалась. Полуприкрыв глаза, перестав думать о полете, Люк слился с Силой.

Это было странное ощущение. Странное и более чем неприятное. Одно дело соприкасаться с другим сознанием ради общения, и совершенно другое – взаимодействовать с ним, чтобы намеренно исказить его восприятие.

В прошлый раз со стражниками Джаббы с ним было нечто похожее, но тогда он решил, что просто передергался, стремясь выполнить задание и спасти Хэна. Похоже, дело тут не в задании и не в Хэне. Возможно, такого рода действия, даже совершаемые исключительно для самозащиты, были опасно близки к границе темной стороны, куда вход добропорядочному джедаю запрещен.

Интересно, почему ни Йода, ни Бен никогда не говорили об этом? Что ж, продолжим самообразование.

Люк?

Он почувствовал, как ремни стиснули его, когда он резко дернул крестокрыл в сторону. Голос шептал в его сознании... Бен?громко позвал он. Голос не был похож на голос Кеноби, но если это не он, то кто?..

Ты придешь ко мне, Люк,снова произнес голос. Ты должен прийти ко мне. Я буду ждать тебя.

Кто ты?спросил Люк, сосредоточивая на контакте столько сил, сколько мог, не рискуя воткнуться в землю. Но другое сознание было слишком неуловимо, стремительно ускользало, как мыльный пузырь во время урагана. Где ты?

Ты найдешь меня.Как Люк ни напрягался, он чувствовал, что связь исчезает. Ты найдешь меня.И джедаи возвысятся опять. А пока – прощай.

Подожди!

Но его зов растворился в пустоте. Сжав зубы, Скайуокер напрягся... и постепенно осознал, что другой, более знакомый ему голос, звал его по имени.

– Лейя? – прохрипел он в ответ, горло пересохло.

– Люк, с тобой все в порядке? – тревожно спросила Лейя.

– Конечно, – ответил он. На этот раз голос прозвучал лучше. – Я в порядке. Что-то не так?

– Это с тобой что-то не так, – вмешался Хэн. – Ты собираешься гнаться за ними до их базы?

Люк, щурясь, удивленно огляделся по сторонам. Истребители ушли, не оставив за собой ничего, кроме обломков, отнюдь не украсивших пейзаж. На экране он увидел, что «разрушитель» опять выплыл из тени Нкллона и быстро удаляется от планеты, стремясь выйти из ее гравитационного поля для прыжка в гиперпространство. Вдалеке от него двигались две маленьких искры: два корабля Ландо, запоздало приближавшиеся к месту схватки.

– Все кончилось? – растерянно спросил он.

– Все кончилось, – подтвердила Лейя. – Мы разнесли двоих до того, как остальные рассыпались и отступили.

– А что сдесантными ботами?

– Ушли вместе с истребителями, – сказал Хэн. – Мы так и не знаем, что они здесь делали – мы выпустили их из виду во время битвы. Но не похоже, чтобы они подходили близко к городу.

Люк глубоко вздохнул и посмотрел на хронометр. В заварухе он где-то потерял полчаса.

Полчаса, на которые его внутренние часы просто отключились. Мог ли этот странный контакт действительно продлиться так долго?

Этот вопрос надо будет изучить. Очень внимательно.

* * *

На главном дисплее было видно, как «Вершитель», казавшийся до этого ослепительной каплей на фоне темной стороны Нкллона, ушел в гиперпрыжок.

– Получилось, – объявил Пеллаэон, глядя на Трауна.

– Отлично, – Гранд адмирал рассеянно окинул взглядом остальные дисплеи. – Ну что, мастер К'баот, – разворачивая кресло, произнес он.

– Они завершили операцию, – напряженно сказал К'баот, снова уходя в себя. – Они уже получили пятьдесят одну буровую машину.

– Пятьдесят одну? – недоверчиво и удовлетворенно повторил Траун. – Отлично. У вас не возникло проблем с их контролированием?

К'баот с трудом сфокусировал взгляд на Трауне.

– Они завершили операцию, – повторил старик. – Вам не надоело задавать мне этот вопрос, Траун? Сколько еще вы будете спрашивать?

– Пока не получу точный ответ, – холодно отозвался Траун. – Судя по вашему лицу, трудности все-таки возникли.

– У меня нет проблем с контролем, Гранд адмирал Траун, – высокомерно возразил джедай. – Просто у меня был разговор... – в этот момент он сделал многозначительную паузу, – с Люком Скайуокером.

– И о чем это вы разговаривали? – недоверчиво фыркнул Пеллаэон. – По последним сведениям, Скайуокер...

Траун жестом прервал капитана:

– Объяснитесь, – потребовал он. К'баот кивнул на дисплей, на котором было изображение Нкллона.

– Он сейчас там. Он прибыл. Он прибыл, немного опередив нас.

Сверкающие глаза Трауна сузились.

– Скайуокер на Нкллоне? – с опасным спокойствием в голосе переспросил адмирал.

– И в самом центре сражения, – подтвердил К'баот, явно наслаждаясь замешательством адмирала.

– И вы мне говорите об этом только сейчас? – в том же тоне продолжил Траун. Усмешка исчезла с лица К'баота.

– Я уже говорил вам до этого, Гранд адмирал Траун: оставьте Скайуокера мне. Все, что от вас требуется, – это выполнить свое обещание и доставить меня на Йомарк.

Какое-то время Траун созерцал К'баота. Лицо адмирала было совершенно непроницаемо, и только в глазах разгорался красный огонь. Пеллаэон на всякий случай отодвинулся и перестал дышать...

– Еще слишком рано, – проговорил, наконец, адмирал.

К'баот фыркнул.

Почему рано? Потому что вам пока не обойтись без моих способностей?

– Не только поэтому, – спокойно ответил Траун. – Просто это вопрос времени. Мы еще не уверены, что слухи о вашем пребывании на Йомарке дошли до Скайуокера. Слишком мало времени прошло. Вы будете напрасно ждать.

– Он прилетит, – мечтательно пробормотал К'баот. – Обязательно отзовется. Поверьте мне, Гранд адмирал, он прилетит.

– Естественно, я верю вам, – сказал Траун с сарказмом, поглаживая йсаламири, возлежащую на спинке его кресла. – Просто я берегу ваше личное время. Капитан Пеллаэон, сколько времени займут ремонтно-восстановительные работы на «Вершителе» ?

– Не менее пары дней, – сказал Пеллаэон. – Все зависит от повреждений; работы могут занять от несколько дней до трех-четырех недель.

– Хорошо. Тогда мы пойдем к месту сбора кораблей, а вы оставайтесь здесь до окончания восстановительных работ, а затем доставьте магистра на Йомарк. Вас устраивает? – добавил он, оборачиваясь к К'баоту.

– Да, – удовлетворенно сказал магистр, поднявшись из кресла. – А сейчас я пойду отдохну, Гранд адмирал Траун, если вам что-то понадобится – сообщите мне.

– Разумеется.

Как только дверь за К'баотом плотно закрылась, Траун обернулся к Пеллаэону.

– Мне нужно просчитать кратчайший курс полета на «крестокрыле» от Нкллона до Йомарка, – приказал Траун, – на максимальной скорости, которую способно развить это суденышко.

– Слушаюсь, – Пеллаэон дал распоряжение навигатору. – Вы думаете, К'баот прав? Скайуокер действительно отправится на Йомарк?

Траун пожал плечами:

– Джедаи могут воздействовать на людей даже на значительных расстояниях. Скайуокер был достаточно близко, чтобы К'баот мог общаться с ним. Посмотрим.

– Да, сэр. – Пеллаэон посмотрел на результаты просчета курса, появившиеся на дисплее.

– Даже если Скайуокер немедленно покинет Нкллон, мы без проблем доставим К'баота на Йомарк, опередив его.

– Более того, капитан, – продолжил за него Траун, – мы успеем высадить К'баота на Йомарке, а затем перехватить Скайуокера на расстоянии двадцати световых лет.

Пеллаэон с удивлением посмотрел на адмирала.

– Я не понимаю, сэр, – осторожно начал он. Траун задумчиво взглянул на него:

– Это элементарно, капитан! Магистр слишком зазнался, я думаю проучить его.

– Так вы хотите устроить засаду на Скайуокера?

– Совершенно верно, – подтвердил Траун. – Мы перехватим его, – взгляд пылающих красных глаз стал жестче, – или просто уничтожим.

Пеллаэон ошарашенно уставился на Трауна:

– Вы же обещали К'баоту.

– Я пересмотрел условия сделки, – холодно отрезал адмирал. – Скайуокер опаснее и умнее, чем мы предполагали. Он противостоял одной попытке захватить его. Лучше пусть К'баот займется Лейей Органой и воспитанием будущих близняшек.

Пеллаэон оглянулся на плотно закрытые двери, которые не являлись преградой для К'баота, если бы он захотел подслушать разговор, несмотря на расположенных повсюду йсаламири.

– Впрочем, в любом случае, – Траун вернулся к мониторам, – для К'баота будет лучше забыть про Скайуокера и сосредоточить свое внимание на его сестре и будущих близнецах. Надеюсь, что прихоти нашего повелителя джедаев окажутся столь же мимолетны и изменчивы, как и его настроение.

Пеллаэон посчитал это заявление довольно сомнительным. По крайней мере, что касается Люка Скайуокера желание К'баота было на редкость постоянным.

– Я полагаю, адмирал, – уважительно начал Пеллаэон, – что мы должны попытаться еще раз взять Скайуокера живым. Его смерть может побудить К'баота покинуть Йомарк и вернуться на Вейланд.

Траун обдумал сказанное.

– Интересное мнение, капитан Пеллаэон, – мягко пробормотал он, прищурив глаза. – Действительно интересно. Вы, конечно, правы. Да, нам нельзя подпускать его к Вейланду. По крайней мере, пока работа над цилиндрами Спаарти не завершится и у нас не будет нужного количества йсаламири, – он усмехнулся. – Не думаю, что он будет в восторге от наших действий.

– Я согласен с вами, сэр.

– Отлично, капитан, я принимаю ваше предложение, – продолжил Траун, устраиваясь в кресле поудобнее. – Нам пора. Подготовьте «Химеру» к прыжку.

Пеллаэон повернулся к экрану:

– Есть, сэр. Мы направляемся к месту встречи?

– Не совсем, мы сделаем небольшой крюк. Сначала мы сбросим нескольких разведчиков, пусть попробуют проследить за передвижением Скайуокера внутри и около системы, – он бросил последний взгляд в сторону Нкллона. Где-то поблизости должен быть «Тысячелетний сокол». Возможно, мы возьмем их всех сразу...

14

Пятьдесят одна! – прорычал Ландо Калриссиан, стремительно меряя гостиную шагами по сложной, огибающей кресла, траектории, и метнул сердитый взгляд на Лейю и Хэна. – Полсотни моих самых подготовленных копалок. Пятьдесят одна.Это почти половина рабочего состава. Да вы хоть понимаете, что это такое – половина рабочего состава?!

Калриссиан рухнул было в кресло, но почти сразу же снова вскочил. Он продолжал бегать по комнате. Черный плащ трепетал за плечами подобно грозовому облаку. Лейя открыла рот, чтобы выразить соболезнования, но почувствовала, как Хэн предостерегающе сжал ей руку. Очевидно, Хэну уже приходилось видеть Ландо в таком состоянии. Она подавилась фразой и молча смотрела, как Калриссиан расхаживает из угла в угол, словно зверь в клетке.

Все кончилось совершенно неожиданно.

– Прошу меня простить, – вдруг совершенно спокойным голосом сказал Ландо.

Он подошел к Лейе и галантно взял ее руку.

– Я совсем забыл о гостеприимстве, правда? Добро пожаловать на Нкллон, – Калриссиан поднес ее руку к губам, поцеловал и махнул рукой в сторону окна гостиной. – Как вам мое маленькое предприятие?

– Впечатляет, – искренне отозвалась Лейя. – Как ты дошел до этой идеи?

– О, чтобы претворить это в жизнь, потребовались годы, – важно заявил Ландо.

Он помог принцессе подняться и повел к окну, аккуратно придерживая за талию. С тех пор как они с Хэном поженились, Лейя всегда отмечала подобную галантность Ландо по отношению к себе, галантность, которая заставляла ее вспомнить их первую встречу в Облачном городе. Она удивлялась этому до тех пор, пока не заметила, что все эти знаки внимания приводили Хэна в состояние легкой ярости.

Или, по крайней мере, обычно приводили. Сейчас, например, он сидел с таким видом, словно не его жене оказывали знаки внимания.

– Мне посчастливилось отыскать планы чего-то подобного еще в Облачном городе. Они относились к тому времени, когда здесь обосновался господин Эклессис Фигг. Он вообще первым здесь поселился, – продолжал Ландо.

Горизонт еле заметно покачивался, живо напоминая Лейе те немногие дни, которые ей довелось провести в морских городах.

– Большая часть металла, который здесь используют, добывают на Мисере, и даже при помощи угнаутов на это уходит ситхова уйма времени. Фигг в общих чертах описал идею перемещающегося бурильного центра, который оставался бы постоянно на ночной стороне. Но тогда дальше проекта не пошло.

– Это было непрактично, – Хэн подошел к ним и остановился за спиной Лейи. – Здесь слишком неровная почва, чтобы использовать колеса.

Ландо удивленно обернулся к нему.

– Ты тоже интересовался Фигговым проектом?

Хэн неопределенно хмыкнул, разглядывая пейзаж и звездное небо.

– Я как-то провел целый день, копаясь в имперских архивах. Ты, помнится, пытался уговорить Мон Мотму выделить средства на разработку этой территории. А я хотел убедиться, что никто раньше ничем подобным не занимался.

– Очень любезно с твоей стороны так глубоко вникнуть в мою проблему, – язвительно откликнулся Ландо. – Так что происходит?

– Думаю, нам стоит дождаться Люка, чтобы обсудить это всем вместе, – спокойно предложила Лейя, прежде чем Хэн успел что-либо ответить.

Ландо оглядел гостиную, словно только что заметил отсутствие Люка.

– И где его носит?

– Не носит, а моет. Он собирался принять душ и переодеться, – ответил Хэн, разглядывая маленький челнок, заходящий на посадку. – «Крестокрылы» не назовешь круизными лайнерами класса люкс.

– Особенно для долгих перелетов, – согласился Ландо, проследив взгляд Хэна. – Я всегда считал, что устанавливать гиперпривод на этих мухах – не самая светлая мысль.

– Пожалуй, надо узнать, что его задержало, – неожиданно сказал Хэн. – В этой комнате есть комлинк?

– Да, вон там, – Ландо указал на изогнутую деревянную панель в дальнем конце гостиной. – Вызови станцию, а они найдут его для тебя.

– Спасибо, – бросил Хэн через плечо уже на полпути к аппарату.

– Плохи дела, да? – шепнул Ландо Лейе, провожая глазами Хэна.

– Хорошего мало, – признала она. – Очень может быть, что «разрушитель» явился по мою душу.

Ландо с минуту помолчал.

– А ты – по мою, – утвердительно произнес он. – Ты пришла за помощью.

– Да.

Калриссиан глубоко вздохнул.

– Весь я... И все, что в моих силах...

– Спасибо.

– Не за что... – Ландо был сама учтивость, но взгляд его то обшаривал происходящее за окном, то возвращался к Хэну. Выражение лица становилось все более жестким. Возможно, он думал о том дне, когда Хэн и Лейя в последний раз обращались к нему за помощью.

И чего ему это стоило.

Ландо молча выслушал весь рассказ Лейи.

– Нет, – он покачал головой. – Если это была утечка, она шла не с Нкллона.

– Почему ты так уверен? – спросила Лейя.

– Потому что никто на этом не наварился, – пояснил Ландо. – Мы берем свою долю с местной шушеры, но никто из них не получал в последнее время крупных сумм. Они бы не отправили тебя в пасть Империи просто ради забавы. Между прочим, если они пришли за тобой, зачем им похищать мои копалки?

– Может, наезд? – предположил Хэн. – Я имею в виду, зачем вообще нужно похищать копалки?

– Ситх их знает. Огородик развести... – пожал плечами Ландо. – Возможно, они пытаются создать проблемы кому-то из моих покупателей, возможно, хотят нарушить сырьевое снабжение Новой Республики в целом. Что бы там ни было, это к делу не относится. Суть в том, что они захватили мое имущество, а вас – нет.

– Откуда ты знаешь, что никто не получал премиальных от Империи? – раздался голос Люка.

Лейя обратила внимания, что брат постарался сесть так, чтобы в случае чего оказаться между друзьями и единственной дверью в комнате. Очевидно, он тоже не чувствовал себя в безопасности.

– Потому что я не слышал об этом, – в ответе Ландо прозвучала нотка обиды. – То, что я почтенный бизнесмен, еще не значит, что меня это не касается.

– Говорил я, что у него должны быть осведомители, – злорадно подхватил Хэн. – Так кому из своих стукачей ты доверяешь, Ландо?

– Ну...

Тут у Ландо на запястье раздался сигнал. Он извинился и вытащил миниатюрную антенну из браслета.

– Да?

Лейе не было слышно, что говорил его собеседник.

– Какой передатчик?

Собеседник снова что-то сказал.

– Хорошо, я займусь этим. Продолжайте сканирование.

Ландо отключил комлинк и убрал антенну обратно в браслет.

– Мои спецы по связи, – пояснил он. – Они засекли передачу на очень необычной частоте. Похоже, передача шла из этого помещения.

– Какой передатчик? – Лейя почувствовала, как напрягся Хэн у нее за спиной.

– Вот этот, видимо, – Люк поднялся и достал из кармана маленький сплющенный цилиндр. – Я думал, ты расскажешь мне, что это за игрушка.

Ландо взял цилиндр, взвесил его в руке.

– Интересно, – прокомментировал он, разглядывая чужие письмена на его поверхности. – Я таких не видел уже много лет. Во всяком случае, эту модель. Откуда он у тебя ?

– Из болота. Р2Д2 нашел его довольно далеко отсюда. Но он не смог определить, что это такое.

– Это наш передатчик, верно, – кивнул Ландо. – Удивительно, что он все еще работает.

– Что именно он передает? – спросил Хэн, уставившись на устройство так, словно это была живая змея дивто.

– Просто работает на несущей частоте, – заверил его Ландо. – И радиус маленький – за пределами планеты уже точно ничего не уловить. Его нельзя использовать как маячок, если ты этого боишься.

– Ты знаешь, что это? – спросил Люк.

– Конечно. Это радиомаяк. Судя по всему, еще довоенная модель. До Войны клонов.

– Маяк? – нахмурился Люк. – Ты хочешь сказать, что эта штука – что-то вроде корабельного радиомаяка?

– Да, – кивнул Ландо. – Только намного более сложный. Если у тебя был полностью автоматизированный корабль, ты мог вызвать его одним-единственным сигналом, и он следовал бы прямо к тебе, автоматически огибая все препятствия. Некоторые из них даже могли сражаться, если им пытались помешать. В определенных пределах, конечно, – он задумался, похоже, погрузившись в воспоминания. – Порой это было чрезвычайно полезно.

Хэн фыркнул

– Скажи это при встрече с флотом Катана.

– Ну, конечно же, требовалось предусмотреть определенные меры безопасности, – возразил Ландо, – но и попытки просто переложить большую часть функций на плечи толпы дроидов ничего, кроме кучи проблем, равной этой толпе, не создавали. Мы используем сейчас ограниченные цепи на транспортных кораблях, и это вполне надежно.

– В Облачном городе вы тоже использовали такие цепочки? – спросил Люк. – Р2Д2 сказал, что видел такой у тебя в руках, как раз перед тем, как мы улетели оттуда.

– Мой личный корабль был полностью автоматизирован, – снисходительно произнес Ландо. – Мне хотелось иметь что-то на случай чрезвычайной ситуации, так, про запас, – его губы дернулись. – Люди Вейдера, должно быть, нашли его и отключили, пока поджидали вас, потому что мой корабль не пришел на вызов. Так говоришь, вы нашли его в болоте?

– Да, – подтвердил Люк и спокойно добавил: – На Дагоба.

– На Дагоба? – Лейя уставилась на него во все глаза. – На той самой планете, где укрылся темный джедай с Бфасша?

– Да, именно там, – Люк вертел маяк в пальцах, на лице его застыло очень странное выражение. – Должно быть, это его вещица.

– А может, и нет, – возразил Ландо. – Его кто угодно мог потерять и в какое угодно время. Маяки, выпущенные до Войны клонов, могли работать столетиями. Умели делать вещи...

– Нет, – Люк медленно покачал головой. – Этот маяк наверняка принадлежал ему. Пещера, в которой я нашел это, просто звенит от темной силы. Думаю, он там же и умер.

В гостиной надолго повисла тишина. Лейя внимательно изучала брата. Она почувствовала в нем какое-то новое напряжение, хотя и хорошо замаскированное. Что-то еще случилось с ним на Дагоба, что-то, кроме этой находки. И это что-то было связано с тем беспокойством, которое не оставляло ее всю дорогу до Нкллона.

Люк резко поднял голову, словно услышав мысли Лейи.

– Вообще-то мы говорили о знакомствах Ландо среди контрабандистов.

Все было ясно – сейчас расспрашивать его не стоит.

– Точно, – подхватил Хэн, который, без сомнения, тоже уловил намек. – Ландо, кому из своих полукриминальных друзей ты доверяешь?

Тот пожал плечами.

– Зависит от того, что именно тебе надо им доверить.

Хэн посмотрел ему прямо глаза.

– Жизнь Лейи.

Чубакка, сидящий рядом с Хэном, что-то испуганно проворчал. У Ландо слегка отвисла челюсть.

– Шутишь?

– Ты же видишь, что имперцы дышат нам в затылок. Нужно спрятать ее, пока Акбар не выяснит, откуда идет утечка. Она должна оставаться в курсе происходящего на Корусканте. Нам бы подошла чья-нибудь дипломатическая миссия, так сказать, с заднего хода.

– А дипломатические сообщения закодированы, – жестко сказал Ландо. – А это означает, что нам понадобится «ледоруб».

– Кто-то из тех, кому ты можешь доверять.

Ландо присвистнул сквозь зубы и медленно покачал головой.

– Хэн, прости, но я не знаю никого, кому я мог бы доверять до такой степени.

– Хочешь сказать, что не можешь найти компашку контрабандистов, с парой-тройкой «наездников» и «ледорубов» в резерве? – настаивал Хэн.

– Которым я верю? – Ландо задумался. – На самом деле, нет. Пожалуй, больше всего подходит босс контрабандистов по имени Тэлон Каррде. Все говорят, что он всегда был честен в делах.

– Ты с ним встречался ? – спросил Люк.

– Однажды, – проговорил Ландо. – Он разделал меня под орех. Такой своего не упустит.

– Я слышал о нем, – задумчиво произнес Хэн. – На самом деле, я несколько месяцев подряд пытался выйти на него. Дравис – помните его? – говорил, что банда Каррде сейчас одна из самых крупных.

– Может быть, – пожал плечами Ландо. – В отличие, скажем, от Джаббы, Каррде не бравирует. Я даже не знаю, где его база. Не говоря уж о том, на кого он работает.

– Если он вообще на кого-то работает, – пробормотал Хэн. На его лице отразились воспог минания обо всех бесплодных попытках связаться с группировками контрабандистов, которые предпочли соблюдать политический нейтралитет.

– Это обычный профессиональный риск, Хэн, – задумчиво проговорил Ландо, потирая подбородок. – Не знаю. Я бы предложил устроить двоих из вас здесь, но у нас не хватит сил на оборону, если будет серьезная атака. – Он нахмурился, глядя куда-то вдаль. – Разве что... мы поступим хитрее.

– То есть?

– То есть возьмем челнок или жилой модуль и забурим его под землю, – заявил Ландо. Его глаза заблестели. – Мы упрячем его на самой грани рассвета, и через пару часов вы уже будете на солнечной стороне. Имперцы не смогут даже найти вас, не говоря уж о том, чтобы попытаться откопать.

Хэн покачал головой.

– Слишком рискованно. Если у нас начнутся проблемы, никто не сможет прийти к нам на помощь.

Чубакка что-то тихо прорычал. Хэн повернулся к вуки.

– Это не так рискованно, как кажется, – продолжал Ландо, обращаясь к Лейе. – Мы могли бы снабдить капсулу чувствительной сигнализацией, мы уже проделывали подобные штуки со сложными приборами слежения, не повреждая их.

– Каков период обращения Нкллона? – спросила Лейя.

Ворчание Чубакки стало более настойчивым, но все равно оставалось слишком тихим, чтобы она могла разобрать, о чем речь.

– Всего девяносто стандартных дней, – ответил Ландо.

– Это означает, что мы потеряем контакт с Корускантом минимум на сорок пять дней. Если, конечно, у тебя нет передатчика, способного работать на солнечной стороне.

Ландо покачал головой.

– Лучший из тех, что у нас есть, расплавится за несколько минут.

– Раз так, боюсь...

Хэн, сидящий позади нее, откашлялся.

– У Чуй предложение, – сказал он. На его лице ясно отражались противоречивые чувства. Все обернулись.

– Ну и? – поторопила его Лейя.

– Он говорит, что, если хочешь, он мог бы взять тебя на Кашиийк.

Лейя удивленно посмотрела на Чубакку, чувствуя, что ее охватывают странные и не слишком-то приятные предчувствия.

– Я всегда думала, – осторожно проговорила она, – что вуки не одобряют посещений их планеты людьми.

Чубакку, похоже, терзали те же сомнения, которые светились на физиономии Хэна, но его ответ прозвучал достаточно уверенно.

– Вуки относились к людям достаточно дружелюбно, пока Империя не попыталась поработить их планету, – перевел Хэн. – В любом случае, можно будет сохранить визит в тайне. Об этом будете знать ты, Чуй и кое-кто из Совета.

– Последняя часть особенно мне и не нравится, – возразила Лейя.

– Да, но Хэн имел в виду представителя вуки в Совете, – в свою очередь, возразил Ландо. – Если он берет тебя под свою защиту, он тебя не предаст. И точка.

Лейя внимательно изучила смятение на лице Хэна.

– Звучит неплохо. Тогда скажи мне, что тебя беспокоит?

Хэн играл желваками.

– Кашиийк не самое безопасное место в Галактике, – мрачно произнес он. – Особенно для иноземцев. Ты будешь жить на деревьях, в сотнях метров над землей...

– Чуй ведь будет со мной, – напомнила она, стараясь унять дрожь. Ей доводилось слышать истории о смертоносных обитателях этой планеты. – Ты же неоднократно доверял ему свою жизнь.

Хэн замялся.

– Я – это другое дело.

– Почему бы тебе не отправиться с ними? – предложил Люк. – Тогда она будет под двойной защитой.

– Я и сам так хотел, – кисло проговорил Хэн. – Но Чуй говорит, что мы сможем выиграть время, если разделимся. Он возьмет ее на Кашиийк, а я буду мотаться на «Соколе» и делать вид, что она со мной. Как-нибудь.

Ландо одобрительно хмыкнул.

– По-моему, разумно.

Лейя посмотрела на брата. На языке крутилось такое естественное предложение... но оно так и осталось невысказанным. Что-то подсказало ей, что не стоит сейчас просить брата отправиться вместе с ними.

– С нами все будет в порядке, – она успокаивающе сжала пальцы Хэна. – Не волнуйся.

Хэн пожал плечами. Мероприятие выглядело по-прежнему сомнительным.

– Раз ты говоришь, тогда ладно.

– Хорошо, – решительно вступил Ландо. – Думаю, нам стоит покинуть Нкллон всем вместе. Я как раз собирался отправиться в дальнее путешествие, закупить кое-какое оборудование, так что у меня повод покинуть планету имеется. Лейя и Чуй могут взять мой корабль, и никто ни о чем не догадается.

– А потом Хэн свяжется с Корускантом, сделав вид, что Лейя на борту? – уточнил Люк. Ландо заговорщицки усмехнулся.

– Нет, на самом деле мы сделаем кое-что получше. Ц-ЗПО все еще с вами?

– Он помогает Р2Д2 проверять повреждения на «Соколе», – сказала Лейя. – А что?

– Увидишь, – подмигнул ей Ландо, поднимаясь. – Это займет немного времени, но, думаю, оно того стоит. Пойдем, поговорим с моим главным программистом.

Главный программист оказался низеньким человечком с мечтательными голубыми глазами, взъерошенными седыми волосами и разъемами имплантов, опоясывающими затылок. Люк некоторое время слушал, как Ландо разъяснял своему подручному его задачу, убедился, что все идет гладко, и незаметно улизнул.

Через час Лейя нашла его в комнатах, которые отвел им Ландо для проживания. Он сидел, бессмысленно вглядываясь в нечто, что ей показалось бесконечным потоком сменяющих друг друга звездных карт.

– Вот ты где! – она присмотрелась к картинкам на дисплее. – А мы уже начали дивиться, куда это ты пропал.

– Я должен был кое-что проверить, – ответил Люк. – Вы уже закончили?

– Я – да, – сказала Лейя, усаживаясь в кресло напротив него. – Сейчас они отлаживают программу. Когда отладят, придет черед Ц-ЗПО.

Люк покачал головой.

– Боюсь, все на самом деле гораздо проще.

– Технически там действительно ничего сложного, – согласилась Лейя. – Насколько я поняла, самое трудное – это преодолеть защитный блок Ц-ЗПО, не повредив его личность.

Она снова посмотрела на экран.

– Я хотела попросить тебя лететь со мной на Кашиийк, – сказала она как можно более непринужденно, – но, похоже, ты уже навострил шасси в другую сторону.

Люк вздрогнул.

– Я не бросаю тебя, Лейя. – твердо сказал он, стараясь убедить в этом не только ее, но и себя. – Я действительно не бросаю тебя. Но я не полечу с тобой, мне нужно сделать кое-что другое. Поверь, в конце концов, так я сделаю больше для тебя и детей.

– Хорошо, – спокойно согласилась она. – Может, ты, по крайней мере, расскажешь мне, куда ты собрался?

– Я пока сам не знаю, – признался он. – Мне нужно найти кое-кого. Но я даже не могу понять, откуда начинать поиски.

Он заколебался, вдруг осознав, насколько нелепо должно это звучать со стороны. Но он, так или иначе, собирался рассказать им.

– Я должен найти еще одного джедая.

Лейя удивленно взглянула на него.

– Ты бредишь.

– Почему же? – что-то в ее реакции показалось Люку неестественным. – Галактика, сама знаешь, велика...

– Галактика, в которой, по общему мнению, остался всего один джедай – ты, – возразила она. – Разве не это сказал тебе Йода перед смертью?

– Да, – кивнул он. – Но я начинаю думать, что он тоже мог ошибаться.

– Ошибаться? Мастер Йода? – недоверчиво переспросила Лейя.

Люку вспомнилось, как призрак Оби-Вана в сердце болот Дагоба объяснял свои непростые и запутанные отношения с Дартом Вейдером.

– И джедаи подвластны заблуждениям, – ответил он. – И даже магистры не всеведущи.

Он замолчал и пристально посмотрел на сестру.

Лейя с озабоченным видом молча ждала продолжения.

– Ты не должна никому об этом говорить, – наконец проговорил Люк. – То есть вообще никому. Даже Хэну или Ландо, если только не будет крайней необходимости. Они не смогут сопротивляться допросу так, как можешь ты.

Лейя внутренне содрогнулась, но быстро взяла себя в руки.

– Я понимаю, – ровным голосом сказала она.

– Хорошо. Ты никогда не задумывалась, как мастер Йода умудрялся долгие годы скрываться от Императора и Вейдера?

Лейя пожала плечами.

– Я думала, что они просто не подозревали о его существовании.

– Едва ли. Они же могли определить, где я нахожусь, – настаивал Люк. – Почему им не удавалось это с учителем?

– Ментальное экранирование?

– Возможно. Но я думаю, скорее все дело в том, какие места он выбирал для жизни. Или, – поправился он, – в том, где его вынуждали жить обстоятельства.

Лейя слабо улыбнулась.

– И я должна разузнать, где ты болтался столько времени?

– Я не хочу, чтобы об этом узнал кто-то еще, – произнес Люк, поддавшись внезапному желанию как-то оправдать перед ней свое решение. – Но он так хорошо скрывался, и, боюсь, даже после его смерти Империя может сделать что-то...

Он неожиданно замолчал.

– Как бы там ни было, я не думаю, что сейчас это имеет значение, – сказал он. – Йода жил на Дагоба. Практически рядом с той темной пещерой, где я нашел маяк.

Сестра ошарашенно уставилась на него, потом удивление сменилось пониманием.

– Дагоба... – прошептала она так, словно ей, наконец, удалось отыскать ключ к давно мучавшей ее загадке. – А я-то никак не могла понять, каким образом темный джедай был повержен... Должно быть, мастер Йода...

– Остановил его, – закончил за нее Люк.

Дрожь пробежала по его спине. Если даже его собственный поединок с Вейдером был страшен, хотя ситх не мог и не хотел развернуться на полную мощь, как же ужасна должна была быть битва магистров, когда Сила используется по-настоящему...

– Маяк был в состоянии готовности, – вспомнила Лейя, – значит, он уже вызвал или собирался вызвать свой корабль.

Люк кивнул.

– Все это прекрасно объясняет, почему в той пещере было столько следов темной силы. Но это абсолютно не объясняет, почему Йода остался там.

Он замолчал, пристально глядя на сестру. Через секунду она поняла.

– Пещера защищала его, – выдохнула принцесса. – Это как два электрических заряда, положительный и отрицательный. Положительный нейтрализует отрицательный. Так и с Силой. А снаружи кажется, что вообще ничего нет.

Люк снова кивнул.

– Думаю, так оно и было. И если именно это помогало мастеру скрываться, то почему другой джедай не мог повторить этот трюк?

– Конечно, мог, – вынуждена была признать Лейя. – Но я не думаю, что слух про К'баота имеет под собой какие-то основания. Во всяком случае, этого еще не достаточно, чтобы отправляться на поиски.

– Что еще за слух? – нахмурился Люк.

– История о том, как объявился некий джедай по имени Йоруус К'баот, которого никто не видел уже несколько десятилетий. Ты не знал?

Люк покачал головой.

– Но тогда почему ты решил...

– Кто-то позвал меня, Лейя. Сегодня, когда на нас напали. Позвал так, как это может сделать только джедай.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

– Я не верю, – наконец сказала Лейя. – Просто не верю. Где мог скрываться столько лет джедай, обладающий славой и силой К'баота? И зачем?

– Почему – я не знаю, – признал Люк, – а что касается того, где...

Он кивком головы указал на экран.

– Как раз это я сейчас и пытаюсь понять. Это должно быть место, где встретил свою смерть темный джедай, – он снова посмотрел на Лейю. – Эти слухи не говорили о том, где предположительно может быть К'баот?

– Это может быть ловушка имперцев, – голос Лейи неожиданно дал трещину. – Тот, кто позвал тебя, мог быть и темным джедаем, как Вейдер или Император. А слух пустили, чтобы заманить тебя. Ведь когда мастер Йода говорил, что ты остался последним джедаем, их он не считал.

– Возможно, – согласился Люк. – И возможно, что это просто пустой слух. Но если это окажется не так...

Неоконченная фраза повисла в воздухе. На лице Лейи отражались глубокие сомнения, смешанные с опасениями за брата. Поймав его взгляд, принцесса быстро взяла себя в руки. Люк отметил, что сестра делает успехи.

– Йомарк, – сказала она, наконец. – Он на Йомарке. Если верить слухам, о которых говорил Ведж.

Люк повернулся к дисплею и запросил информацию по миру под названием Йомарк. Сведений оказалось немного.

– Не слишком известное место, – заметил он, изучая статистику и карты. – Население меньше трех миллионов. По крайней мере, на момент последнего обновления информации, – поправился он, посмотрев на дату публикации. – Похоже, никто не запрашивал сведения об этой планете лет пятьдесят. Как раз такое место мог выбрать джедай, скрывающийся от Империи.

– Ты отправишься туда прямо сейчас?

Он взглянул на сестру и поперхнулся почти сорвавшимся с языка ответом.

– Нет. Подожду, пока ты и Чуй будете готовы. Часть пути я проделаю вместе с вами. Хотя бы смогу прикрыть вас, если что-нибудь случится по дороге.

– Спасибо, – Лейя глубоко вздохнула и поднялась. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Я тоже, – искренне сказал он. – Но, в любом случае, я должен попытаться найти его.

– Думаю, это как раз то, что мне еще предстоит освоить, – чувствовать зов Силы и следовать ему.

– Не беспокойся, – Люк тоже поднялся на ноги и выключил дисплей. – Не все сразу. Умение владеть Силой приходит постепенно. Пойдем посмотрим, как дела у Ц-ЗПО.

* * *

– Масса Люк, скажите, пожалуйста, генералу Калриссиану: то, что он собирается делать, это серьезное нарушение моей основной программы!

– Все будет нормально, Ц-ЗПО, – успокоил его Люк, подходя ближе.

Все, что он смог разглядеть, это лабиринт проводов, идущих от разъемов на голове дроида к компьютеру.

– Ландо и его люди будут очень осторожны, они позаботятся, чтобы с тобой ничего не случилось.

Он выразительно посмотрел на Ландо, тот в ответ авторитетно кивнул.

– Но, масса Люк...

– На самом деле, Ц-ЗПО, – вмешался Ландо, – ты можешь думать, что мы просто усовершенствуем твою основную программу. Я имею в виду, что дроиду-переводчику ведь приходится говорить за того, кого он переводит, правда?

– Я, прежде всего, протокольный дроид-секретарь! – поправил его Ц-ЗПО таким ледяным тоном, что Ландо поперхнулся. – И я повторяю: то, что вы собираетесь сделать, выходит за самые широкие рамки протокола!

Программист-киборг поднял взгляд от экрана и кивнул.

– Мы готовы, – объявил Ландо, щелкнув переключателем. – Секундочку... есть! Ц-ЗПО, скажи что-нибудь.

– О, дорогой! – проворковал дроид голосом Лейи.

Р2Д2 на другом конце комнаты тихонько зачирикал.

– Отлично, – произнес Ландо, безусловно крайне довольный собой. – Безупречная имитация, – он слегка поклонился Лейе, – безупречной дамы.

– Ужасно странное ощущение, – задумчиво продолжил Ц-ЗПО голосом принцессы.

– Звучит неплохо, – Хэн оглядел всех присутствующих. – Ну что, можно двигаться?

– Дайте мне еще час, мне нужно отдать последние распоряжения, – сказал Ландо, направляясь к выходу. – В любом случае, наш корабль еще не скоро сюда вернется.

– Будем ждать! – крикнул ему вдогонку Хэн. Он подошел к Лейе и взял ее за руку.

– Пойдем. Нам лучше вернуться на «Сокол».

Она накрыла его ладонь своею ладонью и ободряюще улыбнулась.

– Все будет в порядке, Хэн. Чуй и другие вуки позаботятся обо мне.

– Надеюсь, – проворчал Соло. Киборг отсоединил от Ц-ЗПО последние кабели.

– Пойдем, Ц-ЗПО! – позвал Хэн. – Мне жутко не терпится услышать мнение Чуй о твоем новом голоске.

– О, дорогой, – снова прошептал дроид, – о, дорогой...

Лейя удивленно покачала головой.

– Почему мне никто раньше не сказал, что я такговорю?

15

Долгий и нудный путь от Нкллона Хэн провел как на иголках, поминутно ожидая нападения. Какое счастье, что на этот раз он ошибся. Они добрались до корабля-матки без приключений и спокойно ушли в прыжок к системе Атега. Там Чубакка и Лейя перебрались на яхту Калриссиана и отправились на Корускант. Скайуокер подождал, пока они не улетят, и сам умчался по каким-то собственным ужасно тайным делам, оставив Хэна на «Тысячелетнем соколе» вместе с переживающим за «Госпожу удачу» Ландо и привычно мающимся дурью Ц-ЗПО.

– С ней все будет в порядке, – заверил Калриссиан Хэна, глядя на экран навигационного компьютера. – С ней уже сейчас все в порядке. Перестань трястись. Корабль раскачиваешь.

Для того чтобы оторвать взгляд от лобового щитка и посмотреть на Калриссиана, потребовалось усилие. Все равно больше не на что было смотреть, «Госпожа удача» давно улетела, космос впереди и вокруг был чист и спокоен.

– На Боордии ты говорил то же самое. Помнишь, ты сказал: «все будет в порядке, не беспокойся?» Ну?

Ландо хихикнул.

– Да, но на этот раз я серьезно.

– Приятно это слышать. И что ты там запланировал?

– Ну, сначала придется убедить Ц-ЗПО посылать на Корускант различные сообщения. Если кому-нибудь из имперцев захочется их перехватить, они будут думать, что Лейя у нас на борту. Потом перелетим в другую систему и пошлем еще парочку записок оттуда. А потом, – он покосился на Хэна, – я подумал, может быть, осмотрим какие-нибудь достопримечательности ?

– Достопримечательности?

Ландо просиял невиннейшей улыбкой. Хэн мгновенно преисполнился подозрений. Обычно Калриссиан имел такой вид, когда собирался кого-нибудь надуть.

– Хочешь сказать, будем болтаться по всей Галактике, разыскивая пропавшие копалки?

– Хэн! – теперь на физиономии Ландо читалась глубочайшая обида. – Считаешь, что я так низко пал, что пытаюсь втянуть тебя в свои делишки?

– Именно.

Калриссиан воспылал негодованием.

Ах, простите, – с плохо скрытым сарказмом сообщил ему Хэн. – Я совсем позабыл... ты теперь уважаемый член общества. Так какие же красоты мы будем осматривать?

– Н-ну...

Ландо откинулся на спинку кресла, сцепив ладони за головой.

– Ты как-то говорил, что не сумел связаться с Тэлоном Каррде. Я подумал, что можно еще раз попробовать.

Хэн сморщил лоб.

– Ты серьезно?

– А что нам мешает? Тебе нужны грузовозы, и тебе нужен хороший «ледоруб». Каррде может обеспечить тебя и тем, и другим.

– «Ледоруб» мне больше не нужен. «С ней уже сейчас все в порядке». Забыл?

– Разумеется... до тех пор, пока кто-нибудь не проболтается, где ее носит на самом деле. Не думаю, что вуки начнут трепать языком, но на Кашиийк то и дело залетают торговцы, и не все они вуки. Всего-то и требуется, чтобы кто-нибудь заметил ее, и дело сделано. Все вернется на круги своя, – Ландо красиво задрал бровь. – А Каррде может что-нибудь знать о том таинственном имперском офицере, из-за которого вы сейчас в бегах, словно в старые добрые времена.

– Ты знаешь, как выйти на Каррде? – деловито спросил Хэн Соло.

– Я знаю, как выйти на его людей. А раз у нас на борту имеется Ц-ЗПО и его несколько миллионов языков, я подумал, может, займемся?

– На это потребуется много времени.

– Не так много, как ты думаешь. Кроме того, это неплохое прикрытие. Мы просто заметем наши следы. И твои, и мои.

Хэн скривился, но Ландо был прав.

– Лады, – сказал кореллианин. – Что-то мне лениво играть в догонялки со «звездными разрушителями» .

– Мне тоже, – заверил его Калриссиан. – Последнее дело – притащить имперский хвост к Каррде. Нам и без того хватает врагов, – он включил интерком. – Ц-ЗПО? Где ты там?

– Здесь, – ответил ему по внутренней связи голос Лейи Органы.

Хэн сделал вид, что это не он подскочил в кресле.

– Иди-ка сюда, – сказал Ландо роботу-секретарю. – Время для дебюта.

* * *

На этот раз картин не было, зато вдоль стен в голографических нишах стояли скульптуры – сотни, от примитивных деревянных идолов до таких, что больше напоминали окаменевших живых, чем творения чьих-то рук. Пеллаэон был сражен. Статуям не хватало мест возле стен, они заполняли все пространство. Над каждой висел светящийся шар, выхватывающий фигуру из тьмы.

– Адмирал? – с сомнением позвал Пеллаэон, вглядываясь в полумрак.

– Входите, капитан, не стесняйтесь, – отозвался спокойный голос.

Пеллаэон взял курс на смутно белеющее в синем сумраке пятно адмиральского мундира. Не успел он сделать нескольких шагов, как над униформой появились две ярко-красные щелки.

У вас что-то ко мне?

– Так точно, сэр, – Пеллаэон протянул Трау-ну инфочип. – Один из наших разведчиков в системе Атега обнаружил Скайуокера. И его спутников.

– И его спутников, – задумчиво повторил адмирал. Он взял чип, загнал в щель приемника и в течение минуты молча изучал изображение. – Интересно, – пробормотал он. – Действительно интересно. А что это за третий корабль? Тот, что состыкован с «Тысячелетним соколом» ?

– Мы определили его как «Госпожу удачу», – ответил Пеллаэон. – Личный корабль администратора Ландо Калриссиана. Еще один разведчик перехватил послание, в котором утверждается, что Калриссиан покидает Нкллон по торговым делам на собственном корабле.

– А нам известно, поднялся ли Калриссиан на самом деле на борт корабля?

– Э-э... нет, сэр. Это лишь предположение. Но можно послать дополнительный запрос.

– Это излишне, – произнес Траун. – Наш противник, наверняка, уже вышел из детского возраста и не забавляется примитивными играми. – Траун указал на два корабля на экране. – Понаблюдайте, капитан, за их действиями. Капитан Соло, его жена и, возможно, вуки Чубакка поднялись на свой корабль на Нкллоне, Калриссиан – на свой. Они добрались до орбиты... и меняются местами.

Пеллаэон нахмурился:

– Но...

– Тихо, – Траун приподнял палец, не отрывая взгляда от картинки на экране.

Пеллаэон со всем напряжением мысли, на какую только были способны его усталые мозги, уставился на изображение, но там ровным счетом ничего не происходило. Спустя минуты две корабли разошлись и, осторожно маневрируя, полетели прочь друг от друга.

– Великолепно, – заметил Траун, останавливая изображение. – Четыре минуты пятьдесят три секунды. Торопятся, разумеется, иначе они так уязвимы. Что значит... – он сосредоточенно потер лоб. – Трое, – выдал адмирал плоды своих умственных усилий. – Три человека поменялись местами

– Так точно, сэр, – поддакнул Пеллаэон, исходя исключительно из служебного рвения. Понять, каким образом Гранд адмирал это вычислил, было выше его разумения. – В любом случае нам известно, что Лейя Органа Соло осталась на борту «Тысячелетнего сокола».

– Известно? – вежливо переспросил Траун. – Неужели?

– Полагаю, что да, сэр, – уверенно брякнул Пеллаэон. Гранд адмирал еще не видел всех данных. – Как только они разошлись, мы перехватили послание с «Тысячелетнего сокола», адресованные Скайуокеру. Это было послание от Лейи.

Траун с сожалением покачал головой.

– Запись, – безапелляционно высказался он. – Хотя нет, они поумнели за последние три года. Возможно, перепрограммировали дроида... Вероятнее всего, робота-секретаря. А Лейя Органа Соло – одна из пересевших на «Госпожу удачу».

Пеллаэон беспомощно всматривался в изображение:

– Не понимаю.

Траун, удобно откинувшись на спинку кресла, приготовился объяснять.

– Все элементарно, мой дорогой капитан. Мы знаем, что три человека стартовали с Нкллона на борту «Сокола» и один на «Госпоже удаче». Скайуокера мы в расчет не берем. Он, как и К'баот, джедай, а это почти что помешанный. Смотрим дальше: произошел обмен. Но ни Соло, ни Калриссиан не оставят свой корабль под управлением компьютера или дроида. Следовательно, хотя бы по одному человеку должно быть на каждом корабле. Вы следите за моей мыслью?

– Да, сэр, – кивнул Пеллаэон, потея от умственного напряжения. – Но кто где, на чем и куда?

– Минуту терпения, капитан, – прервал его Траун. – И ваши мысли разложатся по полочкам. Как вы сказали, вопрос сейчас в том, кто из них где. К счастью, мы знаем, что поменялись три человека, следовательно, возможны только две комбинации. Либо на «Госпоже удаче» летят Соло и Лейя, или Лейя и вуки.

– Если только один из переместившихся не был дроидом? – Пеллаэон изо всех сил старался задавать умные вопросы.

– Это маловероятно, – покачал головой Траун. – Так получилось, что Соло терпеть не может дроидов и не позволит им путешествовать на борту своего корабля, разве что в порядке невероятного исключения. Таким исключением является дроид Скайуокера и его золотошкурый приятель, но благодаря вашим данным нам известно, что он остался на «Тысячелетнем соколе».

– Да, сэр, – вконец запутался Пеллаэон, но спорить было бесполезно. – Лучше я пойду отдам приказ проследить за «Госпожой удачей».

– В этом нет необходимости, – удовлетворенно сказал Траун. – Я и так точно знаю, куда направляется Лейя Органа Соло.

– Вы шутите, сэр? – в голосе Пеллаэона звучало безграничное удивление.

– Я серьезен как никогда, капитан, – спокойно возразил Траун. – Подумайте, для Соло и Лейи нет смысла перебираться на «Госпожу удачу». «Тысячелетний сокол» быстрее и намного лучше защищен. Эта процедура имеет смысл только в том случае, если на «Госпоже удаче» находятся вместе Лейя и вуки. – Траун улыбнулся Пеллаоэну. – В таком случае, есть только одно место, куда они могут направляться.

Пеллаэон посмотрел на дисплей, чувствуя небольшое просветление в мозгах, но логика адмирала делала свое дело:

– Кашиийк?

Траун кивнул головой:

– Кашиийк. Они знают, что им так просто не ускользнуть от наших ногри, поэтому они решили столкнуть их с вуки, и пока те будут разбираться между собой, «Госпожа удача» преспокойно улизнет.

Пеллаоэн содрогнулся. Он однажды был на борту имперского корабля, отправленного на Кашиийк для пополнения армии рабов.

– Что-то здесь не так, адмирал, – засомневался он. – Кашиийк гиблое место для человека; кроме того, вуки очень агрессивные и способные бойцы. В здравом уме и твердой памяти отправить в такую дыру беременную жену... Этот Соло безумнее динко в летний период.

– Если говорить об агрессивности и способностей вуки, то наши ногри не хуже, – констатировал Траун. – Что касается безумия Хэна Соло, думаю, решение было коллективным творчеством. Теперь о Скайуокере: если верить К'баоту, то наш юный джедай во всю мощь двигателей должен спешить на Йомарк...

– Это так, – подтвердил Пеллаэон. – Его курс прослеживается именно в этом направлении, если он не изменил его, оказавшись вне зоны действия наших радаров.

– Нет, он направляется туда, – усмехнулся Траун. – Наш мастер именно это сказал, не так ли? – Гранд адмирал взглянул на часы. – Мы отправляемся на Йомарк немедленно. Сколько времени у нас в запасе?

– Как минимум, четыре дня – это в том случае, если допустить, что «крестокрыл» Скайуокера не был модифицирован. Все также зависит от того, сколько остановок ему придется сделать.

– Он не будет делать остановок, – заметил Траун. – Для путешествий на долгие расстояния джедаи используют состояние транса. Впрочем, четыре дня для нас будет более чем достаточно.

Он удобно разместился в своем кресле, зажег в комнате свет, и голографические изображения погасли.

– Нам понадобятся еще два корабля, – приказал Траун Пеллаэону. – Крейсер-тральщик и какое-нибудь, желательно, ненужное грузовое судно.

– Ненужное, сэр? – переспросил Пеллаэон.

– Именно так, капитан. Мы разыграем отличный спектакль для одного зрителя. Обставим нападение как чистую случайность, ну, скажем, возникшую в ходе обследования грузового корабля повстанцев. А «крестокрыл» Скайуокера совершенно случайно окажется поблизости. Все будет выглядеть, как простая формальная проверка. Таким образом, мы всегда сможем отдать джедая К'баоту, если захотим, конечно. И ни одна сторона не сможет нас обвинить в преднамеренности.

– Понимаю, сэр, – кивнул Пеллаэон. – С вашего разрешения, я отдам приказ о подготовке «Химеры».

Он развернулся, чтоб уйти... и резко остановился: на полпути к выходу стояла одна из скульптур, не исчезнувшая вместе с остальными, – причудливо изогнутая застывшая волна чужеродного океана.

– Да, – раздался за спиной капитана голос Трауна. – Она, действительно восхитительна. И совершенно настоящая.

– Она... великолепна, – только и сумел выдавить Пеллаэон.

Скульптура странным образом завораживала, притягивая взгляд в первую очередь своей чужеродностью.

– Не правда ли? – продолжал Траун. Его голос был печален. – Моя единственная неудача. Тогда я только начал через произведения искусства понимать психологию рас. По крайней мере, пытался... Увы, их я начинаю понимать только сейчас.

– Я уверен, в этом вопросе у вас все впереди, – дипломатично предположил Пеллаэон.

– Сомневаюсь в этом, – тем же тоном отозвался Траун. – Я уничтожил их мир.

Пеллаэон судорожно сглотнул.

– Я, пожалуй, пойду, сэр, – выдавил он, направляясь к выходу.

Проходя мимо статуи, он вздрогнул.

16

В его странном сне не было сновидений. Ни сновидений, ни работы сознания, ни связи с внешним миром. Его сон напоминал кому за одним исключением: ощущение времени не исчезло. Объяснить аномалию Люк не мог. Она просто укоренилась в подсознании, и все.

И это самое чувство и донесшееся из туманного далека бешеное чириканье Р2Д2 и подсказали ему, что что-то не так.

– Порядок, Р2Д2, я проснулся, – успокоил он дроида, постепенно возвращаясь в разумное состояние. Моргая и пытаясь сфокусировать зрение, Скайуокер бегло оглядел приборы. Увиденное подтвердило то, что уже сказали ему его внутренние часы: «крестокрыл» вышел из гиперпространства, не добрав до Йомарка аж двадцать световых лет. Сканер близкого действия зарегистрировал два корабля практически у него над головой и третий сбоку в отдалении. Все еще плохо соображающий Люк поднял голову.

Тут же прилив адреналина вернул его в состояние боевой готовности. Прямо по курсу висел легкий грузовик с проблемами. Проблему номер один можно было разглядеть, через пробитые в обшивке дыры – в районе кормового отсека. Проблема номер два – нависающий над ним, словно мрачный утес, имперский «звездный разрушитель».

Воплощение злобы, ужаса и агрессии.

Люк с усилием подавил страх. Фрахтовик закрывал его от «звездного разрушителя», имперцы могли даже не заметить прибытия «крестокрыла», сосредоточившись на более крупной добыче.

– Р2Д2, смываемся, – Люк высказал свое мнение о сложившейся ситуации, переключился на ручное управление и резко развернул машину.

– Неопознанный истребитель, – прозвучал резкий голос из микрофона. – Говорит имперский «звездный разрушитель» «Химера». Сообщите ваш идентификационный код и цель полета.

Прощай надежда сбежать незаметно. А вот и тот, кто выдернул его из гиперпространства, – крейсер-тральщик. Очевидно, засада была предназначена фрахтовику, а пролетавшему мимо «крестокрылу» просто не повезло. Тральщик прихватил его за компактно.

Закрыв глаза, Скайуокер сосредоточился. В шелестящей призрачней паутине обозначился сгусток грузового корабля. Кто ты? Республиканец, вольный торговец или пират? Ни единого признака жизни. Или команда успела свалить, или их уже повязали в полном составе.

В любом случае Люк ничем не мог им сейчас помочь.

– Р2Д2, найди ближайшую к нам границу гравитационного конуса тральщика, – приказал он, бросая «крестокрыл» в крутое пике, так что в желудке все вспенилось. Если по-прежнему прикрываться грузовиком от «разрушителя», возможно, он успеет уйти до того, как они смогут прицелиться.

– Неопознанный звездный истребитель! – голос стал откровенно злым. – Повторяю: сообщите ваш идентификационный номер или вы будете задержаны до выяснения обстоятельств.

– Надо было захватить с собой один из поддельных идентификационных кодов Хэна, – проворчал про себя Люк. – Р2Д2! Где расчеты границы конуса?

Дроид пискнул, и на экране появилась диаграмма.

– Ого, неблизко! – присвистнул Люк. – Ничего не поделаешь... Держись!

– Неопознанный истребитель ...

Остальное потонуло в шуме взревевшего на полной мощности двигателя. Лишь чудом донеслось вопросительное чириканье Р2Д2.

– Нет! К ситхам дефлектор! – рявкнул в ответ Люк. – Нам нужна дополнительная скорость!

Он не добавил, что если «звездный разрушитель» действительно собирается распылить их, защитное поле совершенно не спасет на этом расстоянии. Но Р2Д2, наверное, сам понял это.

Хотя имперцы, казалось, и не были заинтересованы в том, чтобы уничтожить их на месте, но и просто отпускать не собирались. На мониторе было видно, как «звездный разрушитель» перемещается выше поврежденного грузовика, пытаясь обойти препятствие.

Люк бросил быстрый взгляд на индикатор дальности. «Крестокрыл» все еще был в зоне действия гравитационного трала и при нынешнем соотношении скоростей будет оставаться в ней еще пару минут. Нужно срочно как-то отвлечь и ослепить противника...

– Р2Д2, давай-ка быстро перепрограммируй одну из протонных торпед, – сказал Люк. – Я хочу выбросить ее на нулевой скорости, затем развернуть и нацелить прямо от кормового отсека. Без каких-либо датчиков и программ самонаведения – я хочу, чтобы она была чистой. Ты можешь сделать это?

Раздался утвердительный сигнал.

– Отлично. Когда все будет готово, предупреди меня и запускай ее.

Он немного изменил курс «крестокрыла». Если система наведения будет работать в нормальном режиме, торпеду на имперце не увидит только ленивый Но в нулевом режиме «разрушитель» не сможет ее сбить. Но, если прицелиться недостаточно точно, тогда торпеда пройдет мимо цели. Чирикнул Р2Д2, машина легонько вздрогнула, торпеда запущена. Люк заметил, как она удаляется. Хорошо иметь Силу, можно даже корректировать полет торпеды. Через пару секунд взорвался злосчастный грузовик.

Люк мысленно скрестил пальцы, благодаря судьбу за удачу. Теперь они уже почти в недосягаемости и успеют уйти, если осколки грузового корабля еще на несколько секунд закроют их от трала.

Р2Д2 испустил предупреждающую трель. Люк взглянул на перевод, затем на экран локатора дальнего действия и почувствовал, как все сжалось у него внутри. Дроид издал еще одну трель, на этот раз более настойчиво.

– Да вижу я, – прорычал Люк.

Конечно, следовало ожидать, что имперцы применят эту тактику. Так как грузовой корабль не представлял больше никакого интереса, тральщик разворачивался, стремясь полностью перенести действие своего гигантского гравитационного поля на спасающийся бегством «крестокрыл».

– Держись, Р2Д2, – крикнул он и, опять слишком резко для компенсаторов, развернул «крестокрыл» на девяносто градусов, рванув поперек первоначального курса.

Позади раздался возмущенный писк и скрежет.

– Успокойся, боевой друг, я знаю, что делаю!

По правому борту «звездный разрушитель» запоздало и тяжело разворачивался вокруг своей оси так... Впервые с начала столкновения появились лазерные вспышки.

Люк принял мгновенное решение. Одна только скорость не спасет его, и следующая же промашка может оказаться последней.

– Включи защитное поле, Р2Д2, – приказал он дроиду, сосредотачивая все внимание на своем коронном неуловимом маневрировании. – Оптимизируй баланс между генераторами и реактором.

Р2Д2 чирикнул в ответ, и скорость упала, в то время как дефлектор начал набирать силу. Пока их рискованная игра, похоже, работала. Сбитый с толку лихим маневром Люка, тральщик теперь крутился в ошибочном направлении, скользя гравитационным лучом поперек прежнего курса Люка, вместо того чтобы отследить нынешний. Имперцы явно пытались исправить эту ошибку, но чрезмерная инертность массивных генераторов гравитационного поля корабля была на стороне Люка. Если продержаться вне досягаемости «разрушителя» еще несколько секунд, то, выйдя из зоны излучения, можно спокойно спастись в гиперпространстве.

– Приготовься к прыжку, – скомандовал Люк Р2Д2. – Не беспокойся о направлении, – мы можем сделать небольшой скачок, а там разберемся.

Р2Д2 выдал подтверждение...

Неожиданно Люка швырнуло на ремни безопасности.

«Звездный разрушитель» все-таки зацепил их лучом.

Раздался панический визг, но успокаивать дроида было некогда. Первоначально летящий по прямой «крестокрыл» вдруг описал широкую дугу, что-то вроде полуорбиты вокруг «разрушителя». Но в отличие от настоящей орбиты эта не была стабильной, и как только имперцы навели на них еще один луч, круг стал быстро переходить в спираль. С конечной точкой на летной палубе «разрушителя».

Люк вырубил защитное поле, сконцентрировав все силы на том, чтобы вырваться, и зная наверняка, что это бесполезно. И, к сожалению, оказался прав: на секунду луч, казалось, дрогнул, но быстро снова нагнал его. Такое сравнительно мизерное изменение скорости было слишком мало, чтобы вырваться из-под воздействия системы слежения излучателя.

Вот если бы добиться большего изменения скорости...

– Неопознанный звездный истребитель, – снова произнес резкий голос, на этот раз откровенно злорадно. – У вас нет шансов; дальнейшее сопротивление – бесполезная трата времени и сил. Приказываю выключить двигатель и приготовиться к стыковке. А также предлагаю сухую смену белья, горячий чай и наше радушие.

Люк стиснул зубы. Это будет рискованно, но другого выхода у него нет. Лишь однажды он где-то слышал, о том как это делается...

– Р2Д2, у меня есть план! – крикнул он дроиду. – Я хочу, чтобы ты по моему сигналу включил на всю катушку реверс и, если получится, полностью отключил компенсатор.

Что-то запищало на панели управления, и гений маневра рискнул взглянуть на экран. Кривая дуга, по которой они двигались, подошла прямо к границе гравитационного поля тральщика.

– Р2Д2, давай!

«Крестокрыл» внезапно завис. В ушах пилота звенело от душераздирающего визга.

Люк не успел даже предположить, что именно из аппаратуры способно столь неудобоваримо верещать, как его опять, на этот раз с еще большей силой, бросило на пульт. Ремни безопасности впились в плечи. Пальцы судорожно сжались на рукоятке, задели гашетку, две протонные торпеды ушли в никуда. Для полного счастья «крестокрыл» при этом задрал морду...

Луч ослаб, выпуская истребитель.

Затеплилась робкая надежда. А вдруг операторы на имперце не заметят и вместо «крестокрыла» захватят торпеды? Кстати, что у нас с ними? На первоначальном курсе их нет...

– Мы свободны! – Люк врубил форсаж. – Приготовься к прыжку.

Дроид издал странный звук, но у Люка не было времени взглянуть на экран и посмотреть, что тот говорит. Осознав свою ошибку и понимая, что времени на переустановку ловушки недостаточно, имперцы, по-видимому, решили их просто уничтожить. Казалось, все орудийные порты «звездного разрушителя» открылись одновременно, и Люк внезапно обнаружил, что изображает пьяного грундакка, страдающего водобоязнью, но волею судьбы попавшего под тропический ливень.

Блистать летными талантами было некогда. Люк открыл себя Силе. «Крестокрыл» содрогнулся, кожух лампы накачки правого орудия разлетелся облачком раскаленного газа. Следующий заряд лизнул колпак кабины и рассеялся в защитном поле. Еще один оставил мутную полосу на сверхпрочном пластике фонаря.

На мониторе мигала долгожданная весть.

– Жми! – проорал Люк.

После очередного электронного припадка у него за спиной звезды слились в общее мертвое мерцание гиперпространства.

У них получилось! И это было невероятно.

* * *

Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем Траун смог оторвать взгляд от того места, откуда недавно исчез «крестокрыл» Скайуокера. Пеллаэон с опаской взглянул на Гранд адмирала, ожидая неминуемой вспышки бешенства и удивляясь видимому спокойствию. В то же время в пол-уха слушая рапорты из четвертого отсека о полученных повреждениях. Разрушение одного из десяти радаров «Химеры» было относительно небольшой потерей, по сравнению с тем, что Скайуокеру удалось скрыться. Наконец, Траун пошевелился.

– Пройдемте со мной, капитан, – спокойно сказал он, спускаясь с командирского мостика.

– Есть, сэр, – пробормотал Пеллаэон, ступая следом за ним.

В его голове вновь пронеслись рассказы о том, как Дарт Вейдер расправлялся с провалившими задание подчиненными. Вокруг все было абсолютно спокойно, пока Траун прокладывал себе путь к командному отделу. Он прошел мимо вытянувшихся по струнке офицеров и зашел на станцию контроля луча захвата.

– Ваше имя? – следяным спокойствием произнес адмирал.

– Крис Пиетерсон, сэр, – ответил молодой человек, настороженно глядя на Трауна.

– Это в вашем ведении находились лучи захвата во время последней операции? – фраза прозвучала как утверждение, а не вопрос.

– Так точно, сэр! Но то, что случилось – не моя вина.

– Потрудитесь объяснить! – приказал Траун, нахмурив брови.

Пиетерсон приступил к объяснениям, для наглядности помогая себе руками:

– Объект что-то проделал с компенсаторами ускорения, что внезапно увеличило его скорость...

– Мне известны факты! – перебил его Гранд адмирал. – Я жду вашего объяснения, по какой причине в том, что он скрылся, отсутствует ваша вина.

– Мы не отрабатывали на тренировках такие ситуации, сэр, – сказал Пиетерсон несколько вызывающе. – Компьютер потерял цель, но тут же поймал снова. Я не имел возможности выяснить, что именно он засек, пока...

– Пока протонные торпеды не взорвали проектор?

Пиетерсон выдержал его взгляд:

– Так точно, сэр!

Какое-то время Траун изучающе смотрел на него:

– Кто ваш старший офицер? – наконец, спросил он.

Глаза Пиетерсона скосились вправо:

– Энсин Колклазур, сэр.

Очень неспешно Траун повернулся к застывшему по стойке «смирно» бледному высокому офицеру:

– Это ваш подчиненный?

Колклазур побледнел еще больше и судорожно сглотнул:

– Так точно, сэр!

– Обучение персонала входит в ваши служебные обязанности?

– Так точно, сэр! – повторил Колклазур.

– В ходе обучения вы проигрывали аналогичные ситуации?

– Я... не помню, сэр, – упавшим голосом признался энсин. – Стандартный пакет заданий включает в себя сценарии с потерями цели и последующим захватом.

Траун бросил быстрый взгляд на Пиетерсона:

– Вы сами набирали штат?

– Нет, сэр. Он новобранец.

– По этой причине вы уделяли меньше времени его обучению по сравнению с остальными членами команды?

– Никак нет, сэр, – энсин метнул взгляд на злополучного Пиетерсона. – Я старался уделять одинаковое внимание всем подчиненным.

– Я вижу, – Траун задумался, затем бросил через плечо: – Рукх!

Пеллаэон едва не подпрыгнул, когда Рукх проследовал мимо него к адмиралу. Он и не подозревал, что ногри следовал за ними. Подождав пока Рукх приблизиться, Траун повернулся к Колклазуру:

– Вы знаете разницу между оплошностью и ошибкой, энсин?

На станции царила мертвая тишина. Колклазур снова сглотнул, бледнеть было дальше некуда, но он все же умудрился выдавить:

– Нет, сэр.

– Каждый может оплошать, энсин. Но оплошность становится ошибкой, как только вы перестаете исправлять содеянное, – Траун поднял палец.

И небрежно, почти лениво, указал на...

Пеллаэон не заметил движения ногри. А у бедняги Пиетерсона не было времени, чтобы вскрикнуть, так внезапно все произошло.

Повисла мертвая тишина. Потом послышался чей-то сдавленный вздох, сопровождаемый булькающими звуками – похоже кого-то тошнило. Траун вновь взглянул за плечо Пеллаоэна, поманив жестом руки стоящего рядом ногри.

С чего это ногри будет убирать трупы?

– Избавьтесь от этого, – показал он на измятое тело Пиетерсона и опять повернулся к Колклазуру. Тот пытался провалиться сквозь перекрытия «Химеры».

– Заблуждение, энсин, – произнес Траун мягко. – Исправлено. Вы можете подыскать замену и приступить к обучению.

Не обращая внимания на всеобщее оцепенение, он обратился к Пеллаэону.

– Предоставьте мне полные технические данные последних секунд данного происшествия, капитан, – голос его звучал как ни в чем не бывало. – Меня интересует направление вектора его маневра.

– Вот интересующие вас данные, сэр, – почти шепотом проговорил лейтенант, протягивая папку Трауну.

– Спасибо, – адмирал бегло посмотрел записи и передал их Пеллаэону. – Мы скоро получим его.

– Так точно, сэр, – осторожно произнес тот, пытаясь понять мысли адмирала. – Я уверен, это всего лишь вопрос времени.

Траун удивленно приподнял бровь:

– Вы недопоняли меня, капитан, – мягко произнес он. – Я не оговорился, он действительно очень скоро будет у нас. В данный момент он не далеко и ... совершенно беспомощен.

Пеллаэон нахмурился:

– Я не понимаю, сэр.

– Тот эффектный маневр, который совершил Скайуокер, имеет одно интересное последствие, о котором, скорее всего, наш джедай и не подозревал. Предельное ускорение, незибежное при подобных действиях, неминуемо причинит ущерб гипердрайву. Следовательно, дальше светового года он на поврежденном корабле улететь не сможет, поскольку весьма потрепанный гипердрайв его истребителя окончательно придет в негодность. Все что нам нужно сделать – это определиться в направлении наших поисков. Все понятно?

– Да, сэр, – сказал Пеллаэон. – Мне руководить поиском?

Траун покачал головой:

– Главная наша задача – это подготовка к атаке Слуис Вана. Я думаю, поисками займутся другие. Я хочу, чтоб вы связались с главарями контрабандистов, чьи группы работают в этом районе, – Брасском. Каррде, Пар'тахом и другими. Используйте их личные частоты и коды, напомните каждому персонально об их досье – и я уверен, они не откажут нам в помощи. Дайте им предположительное направление Скайуокера и пообещайте премию в тридцать тысяч за его поимку.

– Слушаюсь, сэр! – Пеллаоэн обвел взглядом рубку и добавил, понизив голос: – Но, сэр, если вы рассчитали, что Скайуокер всего лишь временно ускользнул от нас...

– Империя в состоянии войны, капитан, – холодно произнес Траун. – Мы не можем позволить себе роскошь держать на службе людей со столь ограниченными умственными способностями.

Он многозначительно посмотрел на Рукха, затем вновь взглянул на Пеллаэона.

– Выполняйте приказ, капитан. Мы получим Скайуокера живым или... мертвым.

17

Перемигивались лампочками приборы, мягко мерцали дисплеи и мониторы, по одному из них текла цепочка диагностики. В основном сообщения были в траурных красных рамках. Чтобы не предаваться унынию, Люк любовался на пустое пространство вокруг корабля.

Точнее, на нос того самого корабля, потому что больше смотреть было не на что. Ни звездных систем, ни планет, ни астероидов, ни комет на худой конец. Ни военных кораблей, ни транспортов, ни космических станций. Ничего ровным счетом. Без преувеличения, их с Р2Д2 выкинуло в никуда.

Диагностика подходила к логическому завершению. Люк по-прежнему не смотрел на экран, ему и так было плохо.

– Ну? – сумрачно спросил он. – Что у нас плохого?

Позади скорбно и уныло застонал астродроид.

– Так плохо?

Скачок напряжения вызвал перегрев реактора, генераторы сгорели. Мотиваторы гиперпривода скончались не сразу, а после мучительной десятиминутной агонии. Антенна подпространственного передатчика спеклась в уродливый и совершенно бесполезный комок.

– Иными словами, мы не можем сдвинуться с места, маловероятно, что нас найдут, и мы не можем послать сообщение. Я что-нибудь упустил?

Астродроид бибикнул.

– Правильно, – вздохнул Люк. – И мы не можем остаться здесь надолго.

Он потер подбородок, подавляя терзающий его страх. Если он поддастся, то только лишится способности думать, а это последнее, что можно позволить себе потерять в такой ситуации.

– Хорошо, – медленно сказал он. – Попробуем вот что. Снимем мотиваторы с обоих двигателей и посмотрим, сможем ли мы сделать из них один, но работающий. Если получится, то поместим его где-нибудь посередине, где он будет управлять обоими двигателями. Может быть, тогда и до дома доберемся. Как ты полагаешь, это реально?

Р2Д2 задумчиво свистнул.

– Я не спрашивал, будет ли это просто, – сказал Люк. – Я спросил, реально ли?

И вновь унылый свист и еще одно пессимистическое сообщение.

– Хорошо, в любом случае давай попробуем, – сказал ему Люк, отстегивая ремни и пытаясь развернуться в тесной кабине. Если снять спинку ложемента, можно добраться до грузового отсека и хранящихся там инструментов.

– Не беспокойся, я не собираюсь застревать, – уверил его Люк, впервые в жизни завидуя тощему, словно подросток, Антиллесу.

После нескольких безуспешных попыток юный джедай передумал. Проще будет, пожалуй, выйти в безвоздушное пространство и попасть в грузовой отсек снаружи.

– Если хочешь быть полезным, извлеки ремонтные инструкции и точно выясни, как снимают мотиваторы. И не унывай, хорошо? У тебя интонации уже почти как у Ц-ЗПО!

Р2Д2 еще продолжал бормотать, возмущенный сравнением, но голос у него изменился. Тем временем Люк застегнул последние герметичные зажимы шлема, и звук пропал.

Около двух часов ему понадобилось, чтобы, минуя все кабели и трубопроводы на пути, извлечь мотиватор левого двигателя.

И уже через минуту стало ясно, что пессимистические предположения Р2Д2 подтверждаются.

– Он весь в трещинах, – сказал Люк дроиду мрачно, вертя в руках громоздкий кожух. – Все защитное покрытие. Просто тоненькие трещинки – некоторые даже трудно увидеть. Но они идут почти по всей поверхности.

Р2Д2 издал тихое бульканье: комментарий, не требующий перевода. Люк не часто ремонтировал «крестокрыл», но знал достаточно, чтобы понять, что без неповрежденного сверхпроводящего защитного покрытия мотиватор гипердрайва был не более чем ящик соединенных между собой запчастей.

– Не будем пока отступать, – сказал он дроиду. – Если покрытие на другом мотиваторе не повреждено, у нас еще может получиться.

Собрав инструменты и чувствуя себя чрезвычайно неуклюжим из-за невесомости, Скайуокер отправился в путь под фюзеляжем крестокрыла к правому двигателю. Потребовалось всего несколько минут, чтобы снять внешнюю крышку и отодвинуть несколько мешающих кабелей. Затем он попытался засунуть в отверстие и фонарь, и лицо, не ослепив самого себя, и всмотрелся внутрь.

Внимательный взгляд на обшивку мотиватора показал, что нет смысла продолжать операцию.

Длительное мгновение Люк просто висел, периодически ударяясь коленом об выходное отверстие, задаваясь вопросом, что, во имя Силы, они будут делать теперь. Его «крестокрыл», такой стойкий и безопасный даже в гуще сражения, казался теперь не надежней хрупкого волоска, на котором висела его жизнь.

Скайуокер посмотрел вокруг, посмотрел на пустоту и далекие звезды, и тут смутное ощущение падения, которое всегда бывает в невесомости, вновь нахлынуло на него. Промелькнуло воспоминание: он висит под Облачным городом, ослабев от страха и шока из-за потерянной правой руки, задаваясь вопросом, как долго он еще сможет держаться. Лейя,позвал он, вкладывая в попытку всю силу нового искусства. Лейя, услышь меня. Откликнись!

Не было никакого ответа, кроме эха в его собственном сознании. Но Люк и не ждал ответа. Лейя была далеко, в безопасности на Кашиийке, под защитой Чубакки и всех вуки на планете.

И неизвестно, узнает ли сестра когда-нибудь, что с ним случилось.

Скайуокер вновь вспомнил Веджа – как тот застрял возле Эндора в открытом космосе в легком скафандре. Да, но рядом была планета и почти весь флот Альянса. Люку вновь стало жаль себя. Он мотнул головой. Да, но он сейчас не захлебывается собственной кровью, как Ведж, и вроде бы джедаю предписано спокойствие. Нет, он не сдастся. Если нельзя починить гипердрайв... что ж, может быть, можно попробовать что-нибудь еще.

– Я иду обратно, Р2Д2, – объявил Скайуокер, возвращая на место панель и собирая инструменты. – Вытащи все, что у нас есть по субкосмической радиоантенне.

К тому времени, как Люк снова загерметизировал купол кабины и пустил воздух, поднимая давление, дроид собрал нужные сведения. Как и в прежних, в них не было ничего обнадеживающего. Антенну подпространственного передатчика, состоящую из десяти километров ультратонкого сверхпроводящего провода, намотанного на сердечник, не предполагалось ремонтировать в полевых условиях.

Но и Люк не был обычным пилотом.

– Хорошо, вот что мы сделаем, – задумчиво сказал он дроиду. – Наружная проводка антенны никуда не годится, но, похоже, сердечник не поврежден. Если мы найдем где-нибудь на корабле десять километров сверхпроводящего провода, мы сможем сами сделать новую. Согласен?

Р2Д2 обдумал это и скептически забулькал в ответ.

– Перестань, – увещевал его Люк. – Ты хочешь сказать, что не сможешь сделать того, что какая-нибудь безмозглая наматывающая проводку машина делает каждый день?

Дребезжание дроида звучало решительно и возмущенно, и еще более негодующим был перевод, появившийся на экране.

– Что ж, тогда никаких проблем, – сказал Люк, подавляя улыбку. – Полагаю, что либо репульсорный привод, либо постановщик помех имеют столько проводки, сколько нам понадобится. Проверишь, ладно?

После небольшой паузы Р2Д2 что-то тихонько свистнул.

– Да, я знаю, что такое ограниченный лимит для поддержания жизни, – согласился Люк. – Поэтому ты один будешь прокладывать провода. А мне придется провести большую часть времени в трансе.

Еще серия взволнованных свистков.

– Не беспокойся об этом, – заверил его Люк. – Пока я каждые несколько дней буду просыпаться, чтобы поесть и попить, транс совершенно безопасен. Ты ведь видел, как я делал это, множество раз. А теперь займись проверкой!

Ни одна деталь не содержала достаточного количества проводов, но, немного порывшись в глубоких уголках своей технической памяти, Р2Д2 пришел к выводу, что имеющихся в постановщике помех восьми километров провода достаточно, чтобы создать маломощную антенну. Однако ничего нельзя знать наверняка, пока они не попробуют.

Еще час работы понадобился Люку, чтобы снять постановщик помех и антенну с корабля, содрать с сердечника испорченную проводку, перенести все на фюзеляж верхней палубы, в зону досягаемости двух манипуляторов Р2Д2. Сборка временного каркаса для проводки, чтобы она ни за что не зацеплялась, заняла еще час, и еще полчаса Люк наблюдал изнутри, чтобы убедиться, что все идет гладко.

Больше участие пилота не требовалось.

– Теперь не забудь, – предупредил он дроида, как можно более удобно устроившись в кресле. – Если что-нибудь пойдет не так – или тебе просто покажется, что что-то не так, ты сразу будишь меня. Запомнил?

Р2Д2 утвердительно загудел.

– Хорошо, – сказал Люк скорее самому себе, чем дроиду. – Тогда, полагаю, это все.

Он сделал глубокий вдох, последний раз скользя взглядом по звездному небу. Если задумка не сработает... Какой смысл беспокоиться об этом теперь? Он сделал все, что мог. Настало время погрузиться в свой внутренний мир и доверить судьбу Р2Д2. И Силе.

Люк сделал еще один глубокий вдох. Лейя,тщетно позвал он в последний раз.

Затем, обратив свои мысли вовнутрь, начал замедлять свое сердце.

Последнее, что запомнилось перед погружением во тьму, было странное чувство, что кто-то где-то действительно услышал его последний призыв...

* * *

Лейя...

Она проснулась внезапно.

– Люк? – Лейя приподнялась на локте, вглядываясь в окружающий полумрак. Она могла поклясться, что слышала голос брата.

Но вокруг никого не было, только тесная каюта «Госпожи удачи», где слышно биение ее сердца на фоне гула летящего корабля. Рядом, в пилотской кабине, сопел Чубакка. И, окончательно придя в себя, Лейя вдруг вспомнила, что Люк находится в сотнях световых лет отсюда. Наверное, брат ей просто приснился.

Со вздохом принцесса снова улеглась и сразу же уловила едва заметные изменения звука и вибрации, будто спусковой антиграв * сменил маршевый двигатель. Прислушавшись внимательней, можно было различить неясное шипение воздуха вдоль обшивки.

Похоже, они прибыли на Кашиийк несколько раньше намеченного срока.

Лейя встала с постели, нашла свою одежду. Пока она одевалась, ее вновь догнал невроз, и принцесса немедленно принялась мучиться очередными опасениями. Хэн и Чубакка могли думать все, что им угодно, но она читала дипломатическую почту и очень хорошо знала, как сильна скрытая обида, которую вуки испытывают по отношению к людям. И еще вопрос, насколько важны при этом ее статус и положение в Новой Республике.

Особенно если принять во внимание ее хронические трудности в понимании их языка. Какого ситха Ландо не использовал какого-нибудь другого дроида для своих фокусов?! Присутствие Ц-ЗПО сделало бы нынешнюю ситуацию менее напряженной. Если бы сильный пол обладал способностью быть внимательней к тем, кому помогает, тогда, может, их действия были бы полезнее! Эта мысль была уже настолько истеричной, что необходимо было моментально шугануть ее и взять себя в руки.

Когда Лейя добралась до рубки, «Госпожа удача» была уже в глубоких слоях атмосферы и скользила над удивительно ровной поверхностью облаков, то и дело плавно огибая верхушки деревьев, торчащие из облачной пелены, как из тумана. Когда Лейя впервые прочитала о размерах деревьев на Кашиийке, то с юным пылом подняла дикий шум в библиотеке Сената о «вопиющем факте недопустимого для правительства существования зарегистрированных абсурдно-ошибочных данных». Ну, вот она видит тот вопиющий факт собственными глазами и все равно не может поверить.

– Ничего себе! И это обычный размер для врошир? – спросила она Чубакку, скользнув в кресло рядом с ним.

Чубакка отрицательно замотал головой.

Потом подумал и прорычал в ответ, мол, те, что видны над облаками, примерно на полкилометра выше средних.

– И на такие вы надеваете поддерживающие обручи, – кивнула Лейя.

Чуй покосился на нее, и, хотя принцесса с трудом разбиралась в мимике вуки, изумление на морде соседа было для нее несомненно.

– Обычное, между прочим, дело для интеллигентного путешественника, – улыбнулась она ему, – узнать что-нибудь о культуре народа, который намереваешься посетить. Не всепредставители рода человеческого неучи и дикари.

Чуй смотрел на принцессу еще пару секунд, а затем зафыркал и повернулся к пульту.

Впереди справа по курсу показалась компактная группа очень высоких деревьев врошир, можно было разглядеть темное кружево тонких веток. Чубакка направил к ним «Госпожу удачу», облетел гигантов по периметру, а затем, бурча под нос предупреждения, повел яхту вниз, в облачное кипение.

Лейя поморщилась. Она никогда не любила летать вслепую, особенно там, где всюду торчат препятствия размером с деревья-врошир. Но не успела «Госпожа удача» полностью исчезнуть в густом белом тумане, как внезапно вокруг все прояснилось. Прямо под ними оказался еще один облачный слой. Чубакка опять нырнул в него и, пролетев насквозь, вынырнул снова в чистом небе.

Лейя ахнула. Занимая обширное пространство между деревьями массива, внизу в воздухе висел целый город.

И это было не скопление примитивных хижин, подобных жилищам эвоков в рощах Эндоры. Это был настоящий город. Даже с такого расстояния были видны здания в два, иногда в три этажа высотой, прямые и аккуратные улицы. Кое-где огромные стволы проросли сквозь город, подобно коричневым мшистым колоннам, поддерживающим небесный свод. Лучи странно окрашенного света шарили по облакам.

Чубакка вопросительно буркнул Лейе прямо в ухо.

– Нет, я раньше не видела ваших жилищ, даже на картинках. Явное упущение.

Чем ближе они пометали к заоблачному городу, тем яснее становилось, что ничего подобного принцесса не видела вообще.

Что за дела?! Город ни на что не опирался, не было видно ни подпорок, ни гравитационных платформ, как на Беспине. Может быть, неизвестный науке антигравитационный генератор?

«Госпожа удача», кренясь на левый борт, совершала облет города. Прямо по курсу, на краю города и немного выше, находилась круглая платформа, освещенная наземными огнями.

Платформа явно была частью дерева, а в следующую секунду Лейя догадалась, что это был горизонтальный срез одной из колоссальных веток. И все-таки посадочная платформа казалась недостаточно большой, чтобы принять яхту, да и сам город проигрывал рядом с окружающими его деревьями. Правда, к тому времени, как Чубакка посадил «Госпожу удачу», стало ясно, что местный космодром спокойно примет не только небольшую яхту, но и пассажирский лайнер или, если уж о том зашла речь, имперский ударный крейсер. Но вот об этом сейчас думать не хотелось.

Экс-принцесса предполагала, что вуки организуют какую-то торжественную встречу, и правда: какую-то они и организовали. Два громадных вуки величественно застыли в карауле рядом с «Госпожой удачей», пока Чубакка опускал трап. Различить этих двоих можно было по росту, коль скоро они стояли вместе и на таком расстоянии, что одновременно помещались в поле зрения. Так как один был чуть меньше, если только уместно так выразиться. Узор и цвет красивых широких перевязей, охватывающих их плечи и бедра, также отличался. Более высокий – его перевязь была позолочена – сделал шаг вперед, как только Лейя спустилась по трапу.

Лейя шла ему навстречу, спешно призывая на помощь все, что могла вспомнить из джедайских наук, и молясь, чтобы никто не заметил, как она трусит. Ей было сложно понимать даже Чубакку, который долго жил среди людей. А уж вуки, говорящие на местном диалекте, будут совершенно непостижимы.

Высокий вуки в красивой золотистой перевязи слегка склонил голову:

– Я вам, Лейяррррганосоло, принес приветы. И в Рвуокррорро добррро пожаловать тебе.

Лейя откровенно обалдела.

– Ах, благодарю вас, – выучка дала себя знать. – О, для меня большая честь оказаться здесь.

– А для нас большая честь прррринимать вас, – учтиво прогремело сверху. – Я – Ралррахийн. Звать меня прррросто Ралрра можешь.

– Я рада познакомиться с вами, – кивнула Лейя на автопилоте.

К ее состоянию легкой оторопи прибавилось приятное удивление: несмотря на избыточное рычание, речи Ралрры вполне можно было понять. Правда, приходилось вслушиваться, мобилизуя внимание и филологические навыки. Лейя даже взмокла от столь тяжкого труда, но надеялась, что никто не заметит.

Она ошиблась. Рядом негромко зафыр-фыр-фыркал Чубакка.

– Ответь мне, – строго потребовала она, задирая к нему голову, – ты просто заикался все эти годы и ни разу не подумал мне это сообщить?

Чубакка расхохотался.

– Чубакка говорррит почти хоррррошо, – обратился к принцессе Ралрра, – горраздо больше пррроблем у меня. Стрранно, именно этот недостаток люди понимают лучше.

– Возможно, – сказала Лейя, не вдаваясь в тонкости. – Вы были послом?

Атмосфера мгновенно накалилась.

– Я был ррраб Имперррии, – рыкнул Ралрра. – Так же как Чубакка, до того как Хэнсоло освободил его. Мой хозяин пользовал меня, когда хотел говоррррить с дррругими рррабами вуки.

Лейя вспыхнула.

– Простите, – только и смогла проговорить она.

– Брррось, – успокоил вуки. – Моя ррроль дала инфоррмацию о вооррруженных силах Имперррии. Пррригодилось, когда ваш Альянс освобождал нас. Весьма.

Тут Лейя обнаружила пропажу Чубакки. Второй пилот и старший помощник «Тысячелетнего сокола» уже не стоял возле нее, а болтал в воздухе мохнатыми лапами, самострел зажат под мышкой одного из вуки. Второй лапой гигант держал Чуй за горло.

– Эй!

Лейя не успела вытащить бластер, лапа Ралрры мертвой хваткой перехватила ее руку.

– Не тррревожь их, – белые клыки блеснули в деликатной, но твердой улыбе. – Чубакка и Салпоррин – дррузья, и кррошки не виделись уже много лет. Не преррывать встрречу их.

– Извините, – вновь пробормотала Лейя, опуская руку и чувствуя себя уже законченной идиоткой.

– Чубакка говоррил, ты нуждаешься в убежище, – пришел на помощь Ралрра, – Идем, покажу, что мы пррриготовили.

Лейя все еще не могла оторвать взгляда от двух вуки, выплясывающих что-то вроде жиги в обнимку.

– Может подождать их? – предложила она не очень уверенно.

– Не волнуйся, – Ралрра выпрямился во весь свой жуткий рост. – Пойми, Лейяорррганасоло, без тебя и твоих людей многие из нас все еще были бы ррабами Имперррии или погибли бы от ее рррук. Мы обязаны жизнью твоей Ррреспублике.

– Спасибо, – сказала Лейя.

У нее отлегло от сердца. В значительной мере культура и психология вуки были еще тайной, покрытой мраком, но благодарность за жизнь – это то, что поистине роднит цивилизации и потому весьма понятно. Ралрра официально принял на себя заботу о ее безопасности, и эти обязательства были гарантированы честью, волей и силой вуки.

– Идем, – прорычал Ралрра, гостеприимно махнув в сторону открытой кабины лифта на краю пропасти, – поедем в поселок.

– Легко! – весело согласилась Лейя. – Я хотела спросить, на чем держится поселок. Вы используете антйгравитацию?

– Идем, – терпеливо повторил Ралрра, – я покажу.

Нет, поселок держался не с помощью антигравитации. А также без использования паровозной тяги или высокоскоростного гипернейтринного кувалдометра, управляемого нефиксированной матрицей, или других хитроумных основополагающих достижений современной технологии. Насколько Лейя могла судить, у вуки был собственный способ, более оригинальный, чем эти.

Поселок держался на ветвях, как гнездо, просто огромное вучачье гнездо.

– ... было тррудно пострроить поселок таких рразмеров, – рассказывал ей Ралрра. – Много веток на этом уррровне прришлось сррезать, пусть оставшиеся ррррастут толще и пррочнее.

– Похоже на гигантскую паутину, – отозвалась Лейя, рассматривая из кабины подъемника поселок и стараясь не думать о километрах пустоты под ногами. – Как вам удалось их так переплести друг с другом?

– Мы ничего не делали. Они сами срррастаются.

Лейя моргнула:

– Простите, как?

– Они срррослись вместе, – пояснил Ралрра. – Когда две ветки врррошира встрррречаются они срррастаются в одну, затем пускают побеги в рррразные сторроны.

Он еще что-то прорычал себе под нос, слово или целую фразу, но этого Лейя уже не смогла понять.

– ... живой символ единства и силы нарррода вуки, – добавил Ралрра с пафосом гида, обращаясь больше к себе.

Лейя молча кивнула. Значит, она ошиблась, это не роща деревьев врошир, это одно гигантское растение. Понимали ли это вуки? Или их почти религиозное отношение к этим деревьям исключало подобные размышления и изыскания? А впрочем, зачем им это?

Принцесса с любопытством вглядывалась в туманную мглу под кабиной. Где-то внизу были деревья врошир поменьше и сотни других видов деревьев, которые образовывали бескрайние джунгли Кашиийка. Было известно, что на планете существует несколько разных горизонтальных древесных экосистем в джунглях, вплоть до самой поверхности почвы, и чем далее, тем они становятся все более необитаемыми. Интересно, спускался ли кто-нибудь до самой земли? Ботаников там наверняка еще не было, и гербарий, пожалуй, тоже никто не собирал...

– Кррройи.

В небе над головой промелькнул двойной клин.

– Эти птицы? – уточнила принцесса.

– Когда-то – деликатес, сейчас еда, доступная всем. Но вкус прррежний, – с удовлетворением отметил Ралрра, оживленно подергивая носом и провожая взглядом летящую стаю.

Он показал на освещенную околицу.

– Кррройи летят на свет, – пояснил вуки. – Охотники ждут.

Лейя понимающе кивнула.

– А облака не мешают?

– Облака хорррошо, – сказал Ралрра. – Рррассеивают свет. Кррройи видят его издалека и пррилетают.

Пока он говорил, птичий клин резко взмыл вверх, направляясь к подсвеченным облакам.

– Вот-вот. Видела? Вечеррром мы отужинаем одной из них, – он смачно цыкнул зубом.

– С удовольствием, – оживившись, подхватила она, прикидывая, когда здесь наступает вечер. – Помнится, Чуй рассказывал как-то, что у них исключительно сочное и ароматное мясо изумительного вкуса.

– Поррра возвррращаться, – заторопился Ралрра, вдохновленный поворотом темы, и нажал на кнопки пульта управления лифтом. Трос заскрипел, и они начали подниматься. – Мы собиррались прредложить самый лучший дом, – сообщил вуки. – Чубакка был прротив.

Он махнул лапой, и впервые Лейя заметила дома, построенные прямо на дереве. Некоторые из них были многоэтажными и довольно искусно сделанными; все они, казалось, были обращены прямо в пустоту.

– Чубакка знает мои вкусы, и за это ему отдельное спасибо, – сказала она, сдерживая дрожь. – А почему подъемник расположен так далеко от границ города?

– Подъемник только для трррранспоррртиррровки грррузов или больных, – сказал Ралрра, – Вуки перремещаются по дерррревьям естественно.

Он вытянул лапу, раскрыл ладонь, мускулы под кожей и мехом напряглись, и показались довольно длинные изогнутые когти, глубоко спрятанные в подушечках пальцев. Лейя поразилась:

– Я и не думала, что у вуки такие когти. Хотя могла бы это предположить, вы ведь древесные жители прежде всего.

– Жить срреди дерревьев без них невозможно, – согласился Ралрра, когти опять втянулись, и вуки взмахнул лапой, – Даже по лианам было бы слишком затрруднительно.

– Лианам? – отозвалась Лейя, краем глаза пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь прозрачную крышу кабины.

Она не заметила лиан на деревьях раньше, она не видела их и сейчас. Ее взгляд упал на трос, уходящий от лифта и исчезающий в ветках и листьях...

Темно-зеленый трос.

– Этот трос? – озабоченно спросила она, кивая в его сторону. – Это лиана?

– Это кшии, – заверил ее вуки. – Не бойся, она прррочнее трроса из композитных материалов, бластерр ее не перрерррежет. Самовосстанавливается.

– Да, вижу, – кисло сказала Лейя, в очередной раз пытаясь побороть охватившую ее панику.

Подумать только! Без малейших намеков на страх высоты она облетела всю Галактику на сотнях видов кораблей и летательных аппаратов, но здесь, повиснув на краю пустоты без хорошо защищающей пилотской кабины вокруг, она, наконец, нечто подобное ощутила. Теплое чувство безопасности, посетившее ее в самом начале пребывания на Кашиийке, начало улетучиваться.

– А рвались ли эти лианы? – спросила принцесса самым непринужденным голосом.

– Ррраньше случалось, – ответил Ралрра. – Ррразные парразиты, плесень. Теперь у нас стррраховка, которррой у наших прредков не могло быть. Лифты с антигррравитационной системой.

– А, – сказала Лейя, тут же почувствовав очередной дискомфорт на этот раз оттого, что она такаятрусиха и не очень хороший дипломат. Как просто оказалось забыть, что, несмотря на странноватые дома и диковато-мохнатый вид, вуки хорошо разбираются в высоких технологиях!

Кабина наконец достигла уровня поселка. Чубакка и Салпорин стояли и ждали их уже в полной боевой готовности, сжимая в лапах самострелы, что Лейя расценила как безосновательную нервозность. Ралрра остановил подъемник у края посадочной площадки и открыл двери. Салпорин сделал шаг вперед и подал Лейе лапу, помогая ей выйти.

– Мы рррррешили, ты с Чубаккой остановишься в доме Салпоррррина, – сообщил Ралрра, когда они ступили на твердую площадку. – Это недалеко, можно воспользоваться трранспорртом, хочешь если.

Лейя взглянула на ближайшие дома. Вообще-то очень хотелось бы прогуляться среди местных жителей, чтобы как-то ощутить здешний колорит. Но после того напряжения, что она испытала, знакомясь с Кашиийком, у нее тряслись коленки, и потому было весьма затруднительно являть себя при полном параде всей публике.

– Транспортом было бы лучше, – ответила Лейя Ралрре.

Когда они подошли к Чубакке, тот что-то злобно прорычал. Ралрра ответил не менее вдохновенным рычанием. Некоторое время они оглашали воздух душераздирающими звуками. Потом Чубакка еще что-то недовольно рыкнул, перекинул арбалет опять на плечо и без дальнейших комментариев отправился к аппарату, припаркованному в стороне от дороги, метрах в двадцати от них. Ралрра и Лейя последовали за ним, Салпорин замыкал процессию.

Дома и другие строения начались сразу же за первыми ветками; как уже заметила Лейя, между ними ничего не было, только несколько переброшенных лиан кшии и свободное пространство. Ралрра сообщил, что дома непосредственно на деревьях считаются наиболее престижными, возможно, что эти, на ветвях, принадлежат верхушке среднего класса. Лейя рассеянно взглянула на ближайший, прямо в окно, мимо которого они проезжали. В его полумраке мелькнуло призрачное лицо с внимательными глазами.

– Чуй!

Но только ее рука коснулась бластера, как лицо исчезло. Но, без сомнения, это были те же глубоко посаженные глаза, выступающая челюсть и серого цвета кожа. Чубакка моментально подскочил с самострелом наизготовку.

– Один из тех, кто напал на нас на Биммисаари, – сказала принцесса.

Но сколько ни напрягалась, никого не почувствовала.

Никого.

– В том окне, – добавила она, указывая бластером, – он был прямо здесь.

Чубакка рявкнул, выстрелил для порядку, заслонил Лейю массивным телом от окна и, мягко оттесняя назад, двинулся к укрытию. Ралрра и Салпорин были уже у дома, каждый с парой откуда-то появившихся острых ножей. Они распластались по обе стороны от входной двери, которую Чубакка разнес блистательным выстрелом из самострела.

Где-то в центре поселка раздался рев, длинный протяжный вой вуки, полный ужаса и тревоги, эхом прокатился по постройкам и деревьям. Еще до того, как Ралрра и Салпорин исчезли в доме, вой был подхвачен другими голосами и нарастал, казалось уже полпоселка охвачено им. Лейя плотно прижалась к мохнатой спине Чубакки, дрожа от разящей свирепости этого звука, и вспомнив шум и гвалт на биммисаарской площади после кражи драгоценностей.

Тогда-то это были маленькие смешные желтые биммы. А теперь – здоровенные сильные вуки.

Пока Ралрра и Салпорин обследовали дом, а Чубакка, не отвлекаясь ни на что постороннее, держал его под прицелом, вокруг начала собираться большая толпа. Оба вуки, не замечая собратьев, исчезли в противоположной стороне дома. Они вновь появились двумя секундами позже с видом охотников-неудачников.

– Он был здесь, – настаивала Лейя. – Я его видела.

– Или так... – задумчиво протянул Ралрра, пряча ножи в ножны под перевязью; Салпорин, чье внимание было еще обращено к дому, держал свои наготове, – но мы не нашли ничьих следов.

Лейя облизнула губы и осмотрела пространство вокруг. Не было ни одной постройки, куда можно было проскользнуть, не будучи замеченным ею или Чубак