/ Language: Русский / Genre:prose

Ввг, Или Власть Времен Гармонии

Василий Головачев

В руки путешественника-экстремала Олега Северцева попадает прибор, который может стать ключом к новому пониманию устройства Вселенной и позволит свободно перемещаться по временам и реальностям. Но это слишком опасная информация, и ее утечка грозит непоправимыми последствиями для тех, кто миллионы лет контролировал процесс развития миров. А потому виновник этого должен быть ликвидирован. Во что бы то ни стало.

Василий Головачев

ВВГ, или власть времен гармонии

Анонс

в руки путешественника-экстремала олега северцева попадает прибор, который может стать ключом к новому пониманию устройства вселенной и позволит свободно перемещаться по временам и реальностям. но это слишком опасная информация, и ее утечка грозит непоправимыми последствиями для тех, кто миллионы лет контролировал процесс развития миров. а потому виновник этого должен быть ликвидирован. во что бы то ни стало. 

Часть I

Хронодрайв

Глава 1

Велиарх экзарху Среднеазиатского такантая. Объявляю тревогу первой степени! Возможна утечка эйч-информации. Перекройте мигран-зону в районе Восточной Гоби. Объекты коррекции - случайники мужского пола в возрасте от двадцати до сорока сезонов. Уровень коррекции не ограничен…

***

В Улан-Баторе Олег Северцев не появлялся почти десять лет и был удивлен изменениями, произошедшими за это время со столицей Монголии. Она гораздо больше стала походить на европейский город, особенно в новых районах, хотя и здесь строители попытались сохранить национальный колорит, широко используя орнаменты на фасадах зданий, элементы бытовой и храмовой архитектуры. Наряду с древними дворцами и монастырями в Улан-Баторе можно было увидеть теперь и суперсовременные офисные здания, и роскошные кирпичные замки "новых монголов". Окраины же города по-прежнему были заняты юртами и напоминали Улан-Батор со старинных гравюр.

В центре царила обычная суета. Улицы пестрели яркими вывесками и рекламой. Одежда у большинства прохожих, как заметил Северцев, мало отличалась от европейской, и лишь пожилые люди предпочитали носить национальные костюмы - дели, напоминающие халаты, которые запахивались у мужчин и у женщин на левую сторону. Халаты-дели обычно украшались серебряной тесьмой и пуговицами и перетягивались широким ярким поясом, служившим еще и кошельком и сумкой для ношения мелких вещей.

Мелькали в толпе и оранжевые одежды буддийских монахов. Трое таких бритоголовых молодцев, не разберешь сразу - какого возраста, долго сопровождали Се-верцева в его прогулке по улицам, возбудив любопытство и легкую тревогу. Олег не понимал причин столь пристального внимания монахов к своей особе, хотя и чувствовал, что они интересуются именно им и его маршрутом. Отстали буддисты только тогда, когда Северцев вошел в здание российской торговой миссии, где располагалась и база комплексной Российско-Монгольской экспедиции, занимавшейся изучением геологических, почвенных, лесных ресурсов ландшафтов Монголии и ее археологических памятников. Северцев уже работал в экспедиции десять лет назад, еще будучи студентом МИФИ, - занимался радиоактивным мониторингом пустыни Гоби и вот теперь снова вернулся в Монголию, чтобы поучаствовать в поисках упавшего где-то в окрестностях Сайн-Шанда неопознанного летающего объекта. Что это был за объект, не знал толком никто. Возможно, в пустыню упал обломок спутника, орбиты которых пролегали как раз над восточными районами пустыни, но, возможно, свидетели на самом деле видели НЛО, и Олег ехал в Монголию с надеждой сделать настоящее открытие.

Северцеву в июне исполнился тридцать один год. Он окончил Московский инженерно-физический институт, отработал полгода в Курчатовском ядерном центре и ушел из него после аварии на одном из последних подземных исследовательских реакторов, получив приличную дозу радиации. Олегу грозила лейкемия, а в конечном счете смерть от острого лейкоза. Но в клинику из Ярославской губернии приехал дальний родич Се-верцева дед Пахом, осмотрел тающего на глазах парня, ощупал, помял его тело и уехал, не сказав почти ни одного слова. А на следующий день Северцев почувствовал прилив сил и желание жить.

Тогда он стал бороться с недугом, занялся изучением древних и современных методик оздоровления, в том числе школ Кудряшова и Шерстенникова, и через три месяца встал на ноги. Сам, почти без помощи врачей, изумленных его успехами.

Вскоре после выписки, ему тогда исполнилось двадцать два года, Северцев уехал из Москвы в Санкт-Петербург и три года занимался практикой целостного движения, одновременно изучая и боевые аспекты "вибрационного тренинга" под руководством мастера Николая. В двадцать шесть лет Олег достиг шестой ступени самореализации и мог уже почти на равных тягаться с учителем, хотя, несмотря на свой немалый рост, метр девяносто, не выглядел ни атлетом, ни бойцом - адептом воинских искусств. Впрочем, таковым он себя не считал и боевые знания свои применять в обыденной жизни не собирался.

К двадцати восьми он увлекся экстремальными видами спорта, освоил дельтапланы, прыжки с парашютом с высоких скал и горных стен, спуск на горных лыжах по "безнадежникам" - горным склонам с затаившимися под снегом валунами, ямами и деревьями, что требовало включения экстрасенсорных разервов организма и тонкой интуиции.

Затем он бросил это занятие, проработал год инструктором Российской школы выживания под руководством Ильи Пашина, но переключился на археологию и неожиданно для всех посвятил себя поискам следов древних цивилизаций, реликтовых форм флоры и фауны и исследованию таинственных явлений природы. Деньги на экспедиции сначала давал отец, один из директоров нефтяной компании "ЭКСМОйл", затем появились спонсоры, вкладывающие немалые суммы в рискованные предприятия и тем самым поддерживающие свой имидж.

Первая археологическая экспедиция забросила Се-верцева в Зауралье, где отыскались, вслед за Аркаимом, еще несколько поселений древних этрусков и представителей десятка других "побегов" гиперборейского родового древа. Затем были походы на Камчатку, по Сибири, по Крайнему Северу, по Алтаю, где Северцеву вместе с молодым физиком из Федерального центра по изучению непознанных явлений природы удалось найти выход глубинника, свидетельствующий о существовании в земных недрах таинственной небиологической жизни.

Поначалу Северцев участвовал в экспедициях, организуемых госучреждениями или частными фондами, но его свободолюбивая натура не терпела кропотливого и занудного изучения каждого найденного черепка, и он ушел на "вольные хлеба", стал "свободным художником странствий" - искателем приключений, благо был независим, не женат и не стеснен в средствах. Мать свою он не помнил, она умерла от родов, когда ему исполнилось пять с половиной лет, так и не родив Олегу брата, и воспитывали парня деды и бабушки как по отцовской, так и по материнской линии, сумев привить внуку любовь к природе и тягу к таинственному.

А вот почему Северцев не женился, сказать было трудно. Красавцем он не был, но и уродом себя не считал. За высокий рост его еще в школе прозвали Оглоблей, хотя никто парня не боялся: ну не выглядел он силачом - и все тут, при том, что всегда мог за себя постоять. Волосы у него были темнее русых, длинные и вьющиеся, лоб высокий, нос луковкой, губы пухлые, глаза серые, прямые, в детстве - наивно честные и зачастую восторженные, теперь же в них отражался сплав житейского опыта, ума и легкой иронии, позволяющей относиться к зигзагам судьбы по-философски сдержанно, но, если взгляд Северцева загорался предостережением, подчеркиваемым пульсацией внутренней силы, человеку, вздумавшему подшутить над ним или обидеть, стоило отказаться от своих намерений. Хамства и наглости Олег не прощал никогда и никому.

В общем, с виду Северцев был как все и вел себя как все, ощетиниваясь и показывая свой настоящий характер лишь в моменты опасности, а вот с женщинами долго общаться не мог. Нравились ему многие, и с двумя - в разное время - он даже пытался наладить семейную жизнь. Не получилось. Его подругам хотелось, чтобы он принадлежал им всецело и больше уделял внимания, не говоря уже о попытках войти с его помощью в сферу столичного бомонда. Конечно, ставшего знаменитым путешественника знали все и принимали на всех уровнях, да вот только он этого не любил и на приглашения откликался редко. Не отказывал только телевидению, показывая снятые во время экспедиций видеофильмы и делясь впечатлениями о новых открытиях.

На базе Российско-Монгольской экспедиции в Улан-Баторе Олег не задержался. Здесь его хорошо знали, дали машину с сопровождающим, и до Сайн-Шанда, минуя Дзун-Мод, он доехал к вечеру без приключений. Там его попытались уговорить переночевать, но Олег отказался, желая побыстрее добраться до лагеря археологического отряда экспедиции на краю Восточной Гоби. Поблагодарив хозяев за гостеприимство, он сел на предоставленного коня и направился в пустыню, в сторону Барун-Урда, радуясь, что самая занудная часть похода осталась позади.

Экипирован Северцев был прилично, имел карабин "тайга-2", стреляющий и дробью, и при нужде разрывными пулями, нож, удобный эргономичный рюкзак, аптечку, смену белья, запас концентратов, сухари, флягу с водой. Хотя в походах он никогда не страдал от голода: карабин обеспечивал его мясом птицы и зверя, да и всегда мог послужить неплохой защитой от тех, кто попытался бы завладеть его имуществом. А такие попытки имели место в Сибири и на Дальнем Востоке России, а также и в других частях света, куда заносила путешественника судьба.

В Сайн-Шанде, маленьком южномонгольском городке с полусотней кирпичных зданий и множеством юрт, Северцев внезапно увидел оранжевые балахоны-дели буддийских монахов, насторожился было, вспомнив трех бритологовых парней, сопровождавших его в Улан-Баторе, но монахи скрылись куда-то, и Олег забыл об их существовании.

Остались за спиной дома и юрты города, стих городской шум, и мир сразу раскрылся, стал огромным, горизонт отодвинулся, небо протаяло в высоту, исполнилось великой тишины. Всадник на низкорослой монгольской лошади вдруг оказался один на один с чужим миром и невольно затаил дыхание, боясь нарушить природную тишину степи, где-то впереди переходящей в барханное горнило пустыни и горные цепи.

Проводники Северцеву были не нужны, он хорошо ориентировался на местности и знал маршрут движения отряда. От Сайн-Шанда до лагеря насчитывалось всего восемьдесят километров, и путешественник надеялся к обеду следующего дня добраться до места назначения.

Конечно, в какие-то реальные открытия и встречи с "зелеными человечками" - экипажем НЛО он не верил, тем не менее, будучи романтиком, подспудно ждал чего-то чудесного и таинственного. В дорогу его позвала интуиция, пообещавшая новые впечатления, а интуиции своей Северцев доверял всецело.

Лошадь бежала резво, шурша травой и стуча копытами по встречающимся проплешинам сухой почвы, и Олег вскоре привык к этим звукам и мерному поскрипыванию седла, погрузился в тишину монгольской степи, на просторах которой изредка вскрикивала птица, посвистывал ветер или раздавался звенящий голосок пищухи.

Шум города остался позади, но цивилизованный мир был еще близок, он был слышен, он был достижим, и Северцев какое-то время чувствовал себя его частью и свой поход ощущал как необходимое действие этого мира, властвующего над природой. Однако по мере удаления от мест обитания человека цивилизация вдруг стала исчезать, растворяться в обманчиво далеком просторе, и Монголия, которую Северцев видел сквозь иллюминатор самолета несколько часов назад, а потом из окна машины, превратилась в Монголию многодневных переходов, лошадей и верблюдов, суровой природы и суровой жизни, Монголию неторопливой череды веков и тысячелетий.

Проплыло мимо одинокое засохшее дерево, увешанное полосками голубой шелковой ткани - своеобразными оберегами. Затем появился обо - курган из камней, охраняемый духами степи. Северцев остановился неподалеку, кинул на пирамиду камень, чтобы задобрить духов, и поехал дальше, размышляя о причинах, заставляющих местных жителей складывать такие курганы в нынешние времена.

Солнце опустилось к горизонту, по степи от пологих холмов и одиноких камней протянулись длинные тени. Жара спала, повеял ветерок. Бескрайнее море колышущихся трав стало отступать, появились каменистые россыпи и участки голой, изрезанной трещинами земли. Чем дальше на юго-восток двигался Северцев, тем явственней ощущалось дыхание пустыни. Пора было останавливаться на ночлег.

Издалека прилетел тихий прерывистый стук, будто где-то проскакали кони. Олег оглянулся. На склоне оставшегося позади холма мелькнули оранжевые точки. Его и в самом деле догоняли всадники. Те самые монахи, которые встретились ему сначала в Улан-Баторе, а потом и в Сайн-Шанде. Можно было попытаться уйти от них, пользуясь надвигающейся темнотой, однако Северцев предпочел выяснить, в чем дело, почему его преследуют адепты буддийской веры, с которыми у него не было и не могло быть никаких общих интересов. Он остановил коня и поправил приклад карабина, торчащий у правой ноги под седлом. При случае можно было выдернуть оружие в считанные доли секунды.

Всадники приблизились, замедлили стремительный бег своих выносливых и быстрых лошадок. Остановились в двух десятках шагов, бесстрастно рассматривая Северцева узкими черными глазами. Они были похожи друг на друга, как желуди одного дуба, хотя имели разный возраст и разное телосложение. И всеми тремя владела какая-то целеустремленная, равнодушная, недобрая сила. Олег почуял это, одинаково настроенный как на теплую беседу, так и на высокоскоростное боевое действие.

– Сайн байна уу1, - миролюбиво поздоровался он по-монгольски.

Молчание в ответ.

Северцев перестал улыбаться. Он знал еще три десятка монгольских слов и мог с грехом пополам объясняться с аборигенами, но монахи явно не хотели разговаривать, а их молчание явно не говорило о симпатии к путешественнику.

– Хэн чи? - отрывисто бросил самый старший из них.

"Кто ты?" - перевел Северцев.

– Путешественник, - ответил он по-русски и добавил на монгольском:

– Эрх челеет. Морь уваж янах жу-гуулчлал.

Последние слова можно было перевести как: "Свободный человек. Ехать экспедиция".

– Раскен? - поднял брови монах.

– Русский, русский, - кивнул Северцев.

– Нэр овог?

– Олег Андреевич Северцев, - ответил Северцев, так как спросили его имя. - А в чем, собственно, дело, уважаемые? Виза у меня и документы в порядке, законов ваших я не нарушал, разрешение на проезд и провоз багажа имеется, никаких претензий ко мне ваши власти не предъявляли. Так что или присоединяйтесь, если нам по пути, или скачите своей дорогой. Кто-нибудь из вас хоть мало-мальски понимает по-русски?

Лица монахов остались неподвижными, равнодушными, бесстрастными.

– Гиде твой жена и дочь? - спросил молодой, в мочке уха которого красовалась шипастая серьга из косточки какого-то животного.

Северцев удивился.

– Какая жена? А тем более дочь? Я не женат, господа местные попы. Может быть, вы меня с кем-то спутали? Неужели только за этим вы и гнались за мной от самого Улан-Батора, чтобы спросить о моем семейном положении?

– Ты нет Крушан Сабиров? - снова спросил молодой.

Северцев нахмурился, потом улыбнулся.

– Похоже, вы действительно приняли меня за кого-то другого. Я не Крушан, я Олег Северцев, русский путешественник. Еще вопросы будут?

Ламы переглянулись, старший достал из складок оранжевого халата брусок радиотелефона, поднес к уху, произнес какую-то длинную трескучую фразу. Северце-ву, несмотря на отличный слух, удалось разобрать только одно слово по-монгольски: цэнэр - чистый.

Монах убрал телефон, что-то сказал напарнику. Тот глянул на Северцева:

– Никто здэс не видэт? Всаднык? Машын?

– Никого, - теряя терпение, ответил Северцев. - Господа ламы, если вы не переодетые полицейские, то прошу извинить, мне пора двигаться дальше. Всего хорошего.

Он тронул лошадь с места и, заметив движение самого молчаливого из монахов - опасное движение, имеющее определенный смысл, - выхватил из чехла карабин. Монах же выдернул из-под халата странной формы

Пистолет и направил его на Олега. У пистолета было овальное рифленое дуло и приспособление сверху, напоминающее оптический или лазерный прицел.

Несколько мгновений длилось молчание. Ствол пистолета смотрел на Северцева, ствол его "тайги" - на монахов. Потом Северцев сказал, усмехнувшись:

– Оставьте ваши игры, ребята, я успею выстрелить раньше. Карабин заряжен картечью, так что ваша пукалка ему не соперник. Стоит мне нажать на курок, и мало не покажется всем троим. Давайте разберемся мирно, не нарушая законов. Что вам нужно?

Старший из монахов что-то произнес угрюмо-повелительным тоном. Младший его коллега спрятал пистолет. Все трое разом повернули коней и, не говоря ни слова, порысили прочь. Через несколько минут они исчезли за дальним холмом.

– Охренеть можно! - проговорил Северцев вслух, прислушиваясь к удалявшемуся топоту. - Интересно, чего они от меня хотели? И кто это был на самом деле? На местных чекистов они что-то не похожи.

Подождав еще немного, он тронул поводья своего скакуна и направился в прежнем направлении. Природа вокруг тихо нежилась в тишине и опустившейся прохладе. Но ощущение одиночества и отстраненности от цивилизации ушло. Странная встреча со служителями культа Будды не выходила из головы, будоража воображение и заставляя настороженно поглядывать по сторонам. Не оставалось сомнений, что ламы ошиблись, приняли его за кого-то другого, но за кого, было непонятно. Да и являлись ли они монахами, тоже было под вопросом. Буддийские послушники не носят суперсовременные пистолеты и рации, а также не преследуют путешественников и не задают им провокационные вопросы.

Через полчаса солнце село, Северцев начал искать место для ночлега. И внезапно обнаружил приближающегося всадника. Сначала решил, что это возвращаются монахи. Однако внимательно всмотревшись, понял, что это не они. Везет же мне сегодня на встречи, поду-

Мал он с некоторой долей озабоченности, невольно погладив пальцами приклад карабина.

Небо на закате запылало золотом, предвещая на завтра жару, и на этом фоне всадник показался черным, словно высеченным из камня. Он тоже увидел Северцева, но повернул к нему не сразу, а после заметной паузы. В полусотне шагов остановился, и Северцев увидел в его руке не то охотничий карабин наподобие собственного, не то автоматическую винтовку неизвестного типа. На всякий случай вытащил из чехла свою "тайгу", положил впереди себя на холку коня. С минуту они рассматривали друг друга в наступающих сумерках. Потом незнакомец, черноволосый, похожий скорее на казаха, чем на монгола, одетый в зеленую кожаную куртку и такие же штаны, сказал по-монгольски:

– Сайн орой.

Сказано это было с явным акцентом.

– Добрый вечер, - отозвался Северцев на русском. Черноволосый вздернул брови, перешел на русский

Язык:

– Надо же, повезло встретить русского в предбаннике Гоби.

– Почему вас это удивляет? - пожал плечами Северцев. - Наших соотечественников можно теперь встретить везде. Вы ведь тоже россиянин?

– Нет, - качнул головой путник. - Я из Казахстана.

– Значит, я ошибся с первоначальной оценкой. Я бывал в Казахстане, в Алма-Ате и Кериме. Вы оттуда?

– Из Астаны. А вы?

– Москвич в третьем поколении, зовут Олегом Се-верцевым. Вот еду в лагерь нашей геолого-археологической экспедиции, работающей в предгорье Мандал-Гоби. Присоединяйтесь.

– Нет, меня ждут… в другом месте.

– Что ж, доброго пути. Как вас зовут? Черноволосый помолчал, нехотя процедил сквозь зубы:

– Крушан Салтанович… доброго пути.

Он повернул лошадь и направился на юго-запад, в сторону зашедшего солнца. Северцев смотрел ему вслед, пытаясь понять, что его смущает в этой встрече. И вдруг вспомнил монахов.

– Эй, Крушан… э-э, Салтанович, будьте поосторожней. Меня недавно остановили трое лам, искали кого-то. Они вооружены.

Черноволосый Крушан задержался на миг, двинулся дальше.

– Спасибо, учту, - донесся его мрачноватый гортанный голос. Лица казаха Северцев видеть не мог, но чувствовал, что на нем сейчас лежит печать беспокойства.

Всадник скрылся в поднявшейся снизу, как бы из-под земли, глухой пелене вечерней темноты. Подождав немного, Северцев двинулся было дальше, ломая голову над причиной, заставившей представителя Казахской Республики путешествовать по Монголии, однако понял, что пора останавливаться на ночлег, и слез с коня.

Снял рюкзак, палатку, вынул из чехла карабин, чтобы всегда был под рукой. Расседлал и стреножил не особенно уставшее животное; едва ли они удалились от Сайн-Шанда больше чем на сорок километров.

Вскоре у поставленной палатки горел небольшой костерок из карагановых веток и сухой травы, над огнем висел котелок с водой, а Северцев сидел напротив с прутиком в руке и жевал бутерброд с сыром. Запив этот скудный ужин чаем, он залез в палатку и уснул, утомленный обилием впечатлений: утром был еще в Москве, в аэропорту Домодедово, а вечером оказался в монгольской степи, далеко от цивилизации и людских поселений. Встреча с монахами и земляком-казахом - с большого расстояния Россия и Казахстан казались почти что родственными землями - отошла на второй план. Душой Северцева завладело нетерпение, хотелось побыстрее добраться до места и своими глазами посмотреть на "след НЛО". Но и это желание пропало. Олег смежил веки и поплыл в сон, веря, что никто его ночью не потревожит…

Проснулся он на рассвете от какого-то стрекотания. Открыл глаза, прислушиваясь, рывком сел и проворно выбрался из палатки. Стрекотание оказалось звуком мотора: низко над сизыми холмами пролетел вертолет.

Постояв немного и покрывшись гусиной кожей, - ночи здесь всегда были холодными из-за резко континентального климата, - Олег быстро залез обратно в теплый спальник. Однако уснуть не успел. Буквально через минуту откуда-то издалека донеслись ослабленные расстоянием звуки стрельбы, взрывы, и Северцев снова выскочил из палатки, встревоженный и недоумевающий, взобрался на смирно пасшуюся неподалеку лошадь, похрустывающую травой, долго смотрел в бинокль на дальние холмы, за которыми скрылся вертолет, но так ничего и не увидел.

– Интересно, - проговорил он вслух, опуская бинокль, - неужели и в Монголии ведутся "освободительные" войны вроде нашей чеченской?

Потом прошибло: вертолет скрылся в той стороне, куда подался черноволосый Крушан, и стрельба раздавалась в том же направлении!

Еще раз кинув взгляд на светлеющий горизонт через бинокль, Северцев спрыгнул с лошади и стал торопливо собираться. Через пятнадцать минут он уже скакал на юго-запад, прикидывая, что может обнаружить в районе скоротечного боя, звуки которого не дали ему выспаться.

Проскакав около десяти километров в свете разгорающейся зари и поднявшись на пологий длинный увал, путешественник сразу увидел в ложбинке между холмами опрокинутую и смятую серебристую палатку и чуть поодаль пощипывающего траву каурого конька. Это был конь Крушана, Северцев узнал животное по звездочке на лбу.

Одного взгляда было достаточно, чтобы определить: здесь действительно недавно шел бой! С двух сторон от палатки зияли две свежие воронки - это рванули гранаты. На север от палатки протянулся длинный чернорыжий язык сгоревшей травы и опаленной почвы, будто кто-то применил огнемет. Кроме того, по голым буграм в полусотне метров были рассыпаны осколки стекла и пластмассы, говорившие о том, что на этом месте был поврежден некий механизм, не то автомобиль, не то вертолет. А так как следов машины видно не было, следовало принять за данность второе предположение: Крушан Салтанович сумел в ходе перестрелки расколотить блистер вертолета. Хотя это ему не помогло, судя по отсутствию и вертолета, и его самого.

Северцев спешился, взял карабин и спустился к уничтоженному лагерю. Наткнулся на россыпи гильз, поднял пару штук. Стреляли из "Калашникова" китайского производства калибра "пять сорок пять". А вот еще гильза, уже от карабина типа "тайга" под разрывную пулю калибра "девять миллиметров". И след крови…

Интересно, Крушана убили или только ранили? И вообще, что произошло? Кем он был на самом деле? Почему его искали сначала буддийские монахи, а потом и спецгруппа на вертолете? Может быть, он шпион? И его захватили местные чекисты?

Северцев приподнял желтый полог палатки - пусто, лишь в углу лежит смятый халат-дели. Обошел палатку кругом, обнаружил выпотрошенную седельную сумку, небольшую кучку вещей: бритва "Браун", мыльница, зубная щетка, расческа, ложка, вилка, нож, разбитая вдребезги суперсовременная рация немецкого производства, разбитые часы, пачка салфеток и упаковка женских прокладок.

Северцев хмыкнул, шевельнул носком кроссовки фиолетово-синюю упаковку, качнул головой. Оч-чень интересная деталь, если вдуматься. Куда спешил казах? Уж не на встречу ли с женщиной? А вместо букета цветов вез ей необходимую вещь… Или он изначально был не один?

Олег еще раз шевельнул предмет, явно лишний для экипировки мужчины, и вдруг почувствовал, что упаковка прокладок ведет себя как-то странно. Она была явно тяжелее, чем можно было представить. Превозмогая смущение, Северцев поднял упаковку, ощупал и наткнулся пальцами на твердый угол какого-то предмета. С трудом надорвал невероятно прочный целлофан и из-под нескольких слоев волокнистой, с серебристыми нитями ваты извлек… часы! Хмыкнул, повертел их в пальцах, удивляясь тяжести и странной форме знакомой вроде бы вещи.

Браслет часов был из светло-коричневого материала, напоминающего пористую керамику. Сами часы имели форму сердечка с тремя циферблатами разного цвета: черного, белого и оранжевого. Кроме того, ободок вокруг сердечка имел деления, и по нему прыгала от деления к делению зеленоватая искорка, отсчитывая секунды. Или что-то другое, но с интервалами в одну секунду. Под стеклом в нижнем углу сердечка циферблата располагалось черное несветящееся окошечко, а на корпусе часов из ртутно отблескивающего гладкого металла были расположены защищенные колечками стерженьки: черный, белый, оранжевый и прозрачно-стеклянный.

– Хорош хронометр! - пробормотал Северцев, не зная, что делать с находкой. Впрочем, не оставлять же ее здесь? Хозяин-то уже далеко. Вот только почему он упрятал свой странный часовой механизм в упаковку прокладок? Надеялся, что никто не станет проверять явно женскую принадлежность? Преследователи и не стали этого делать, хотя обязаны были. А вещь, между прочим, ценная и необычная. Что ж, может быть, пригодится в жизни?

Северцев еще раз с опаской осмотрел часы, взвесил в руке, спрятал в нагрудный карман походного жилета. Огляделся. Черт побери, что же здесь произошло? Бандитская разборка, операция спецслужб или что-то еще?

В траве пискнуло, зашуршало - полевка. Она наверняка все видела и слышала, но ведь не расскажет?

Усмехнувшись, Северцев еще раз обошел разгромленный лагерь, ничего интересного не обнаружил и взобрался на коня. Цокнул языком. Конь послушно затрусил прочь от места сражения черноволосого Круша-на с неизвестными преследователями.

"Вряд ли я узнаю когда-нибудь, что тут случилось, - подумал Северцев с философской отстраненностью. - Недаром говорил незабвенный Сухов: Восток - дело тонкое… А вот часы я нашел интересные. Какого дьявола этому Крушану понадобилось маскировать их и прятать?"

Олег хотел было вытащить часы, но передумал. Находку лучше всего изучать в лагере экспедиции, с друзьями, в спокойной обстановке. На спине бегущей лошади делать это несподручно. Всему свое время.

Вскоре место боя осталось далеко позади.

Низкорослые кустарники и травы поредели, словно ушли в землю. Стали появляться длинные глинистые проплешины - такыры и песчаные долины - признаки приближающейся пустыни. Мелькнуло и пропало в стороне небольшое стадо куланов. Приблизился невысокий холм с каменным останцем, похожим на тушу быка.

Северцев достиг останца, окруженнрго редкими кольями с ленточками-оберегами, постучал по боку скалы кулаком, приветствуя духов местности, и повернул к северо-востоку. От этой скалы до лагеря археологов оставалось всего тридцать километров по прямой. Часа три пути.

К обеду он был уже среди своих.

Глава 2

Зкзарх Среднеазиатского такантая велиарху. Мигран-зона в районе Восточной Гоби перекрыта, источник утечки нейтрализован. Обнаруженный случай-ник мужского пола проверяется на валидность. Для его нейтрализации достаточна слабая коррекция П-уровня. Варианты просчитываются, прогнозы сползания экструзии в краевую зону S-пакета стабильны…

***

Первым его встретил Витя Красницкий, невысокого роста, но широкоплечий, тонкий в талии, как юноша, хотя ему стукнуло недавно тридцать пять лет, бритоголовый, заросший черной курчавой бородой, загорелый, веселый, уверенный в себе. Они обнялись, похлопывая друг друга по спине, глянули друг на друга. Северцев тоже не брился во время походов, но его бородка была реже и светлее, в отличие от буйной растительности приятеля. Виктор Данилович Красницкий был известным актером и каскадером, а недавно он решил попробовать себя в режиссуре, для чего и приехал в Монголию, в лагерь археологов, чтобы отснять "натуру": действие в его новом фильме разворачивалось в горах и в пустыне Гоби. Знаменит Виктор был и тем, что все трюки в своих фильмах выполнял сам, без подстраховки, будучи исключительно развит физически. Это он научил Север-цева лазать по скалам как горный барс и драться любым холодным оружием. Собственно, именно Красницкий и вызвал Олега в Монголию, сообщив о падении НЛО в районе лагеря.

Поздоровавшись с членами съемочной группы и начальником экспедиции, - все члены отряда, естественно, уже находились на рабочих местах, били шурфы, расчищали найденные фундаменты какого-то древнего поселения, - Северцев сразу был вовлечен в круговорот событий и долго не вспоминал о своих встречах с монахами и загадочным соотечественником по имени Крушан. До обеда он полазил по раскопанному археологами лабиринту, названному "Монгольской обсерваторией", и съездил с Виктором к месту падения НЛО.

Это оказалось совсем близко, в двенадцати километрах от лагеря экспедиции, где начиналась настоящая каменистая "черная" Гоби. Больше всего пустыня здесь напоминала древнее кладбище с полуразрушенными могильными плитами и памятниками. А между тремя особо крупными, как слоновьи туши, фиолетово-черными камнями виднелась глубокая воронка диаметром в десять метров, заполненная слоистым сизым дымом.

– Что это за дым? - спросил Северцев, скептически настроенный поначалу, но заинтересовавшийся явлением. - Вы что же, костер жгли в кратере?

– В том-то и дело, что ничего не жгли, - отозвался Красницкий, довольный произведенным эффектом. - Я было сунулся туда и чуть не задохнулся - там сплошной углекислый газ. А дым так и стоит все время.

Северцев передернул плечами: показалось - кто-то посмотрел ему в спину.

– Как это выглядело?

– Я лично не видел, спал в палатке, но видели Вов-чик Бак и Рома Сароян. Сверкнуло, будто метеорит с неба свалился, и грохнуло с визгом, будто шрапнель. Потом ребята слышали гул вертолета. Утром поскакали - нашли воронку и много вот таких штучек вокруг.

Виктор сунул руку в карман и протянул Северцеву горсть гладких черных шариков. Олег с интересом ощупал тяжелые окатыши.

– Похоже, они металлические. Надо в лабораторию отдать.

– Археологи смотрели в свои инструменты, говорят - не металл. И не базальт. Какой-то неизвестный композит. Так что нет сомнений: сюда свалился НЛО! Но куда он потом подевался - загадка.

– Может, разбился вдрызг? А шарики - остатки обшивки.

– Черт его знает! Все может быть.

– Значит, ты говоришь, ребята слышали звук двигателей вертолета?

– Ну да, и я слышал. А еще вчера утром мимо проскакал какой-то мужик на кауром коньке, с карабином. С нами разговаривать не пожелал. Мы ему посвистели вслед, но останавливаться он не стал.

Олег погладил пальцем бородку, вспоминая встречу с Крушаном. Скорее всего, это был он. А исчезновение казаха наводило на мысль, что преследовали его не зря. Он вполне мог быть беглым преступником или же свидетелем падения НЛО. Правда, за это в нынешние времена никого не преследовали и уж тем более не захватывали с боем.

– Хочешь спуститься? - прищурился Виктор. Северцев очнулся.

– Нет, не хочу. Ясно, что место здесь уникальное, надо изучать. Я захватил кое-какую аппаратуру, вернемся сюда к вечеру и снимем фоновые параметры.

– Может быть, это выход глубинника, такой же, что ты обнаружил на Алтае?

– Там все выглядело иначе. Но почему бы и нет? Дырка не похожа ни на "ухо", ни на "горло", ни на "глаз". Может быть, это "нос"? И ничего на самом деле с неба не падало, а наоборот, с земли в небо ушло?

Красницкий озадаченно оттянул нижнюю губу.

– Да нет, вроде бы с неба упало… хотя не могу утверждать наверняка, не видел. С ребятами поговори. Ну что, поехали?

– Поехали. - Северцев тронул коня с места.

– Не пожалеешь, что я тебя сюда из столицы выдернул?

– Ни в коем разе! В Москве сейчас жарко и душно, а здесь интересно. К тому же я тут уже встретил на пути…

– Что? - не дождался продолжения Виктор. Северцев помолчал и кратко поведал другу историю встречи с казахом Крушаном и монахами, а также о том, что он увидел на месте боя Крушана с таинственными преследователями.

– Ни фига себе! - покрутил головой изумленный Виктор. - Ты думаешь, они его убили, а тело забрали?

– Не обязательно убили, могли просто захватить с собой. Кстати, на месте его стоянки я обнаружил вот это. - Северцев достал необычные часы.

Красницкий с любопытством осмотрел их, погладил пальцами стекло, понаблюдал за прыгающей по ободку зеленой искоркой.

– Мощный механизм, никогда таких не видел. Всего одна стрелка… двадцать четыре деления… три циферблата… а стержни зачем?

– Не трогай. - Северцев отобрал часы. - С ними еще разбираться надо. Но часы действительно странные. Может, это и не часы вовсе.

– Дашь в Москве поносить, для форсу? У нас в сентябре состоится киношный "капустник", я бы заявился при параде и с этими часиками.

– Доживем до сентября - поносишь, - великодушно согласился Северцев.

– Спасибо, дружище! - обрадовался Виктор, расстегнул куртку. - Жарко, да? Плюс тридцать восемь в тени, а на солнце все пятьдесят. Пить хочешь?

Северцев кивнул, отвечая сразу на оба вопроса. Конец августа в южной Монголии всегда знаменуется жарой и засухой, сопровождающейся обычно нашествием саранчи. Вблизи этих мест саранчи пока не было видно, однако ее стоило ждать со дня на день.

Виктор достал металлическую флягу в кожаном корсете, сделал несколько глотков, протянул Северцеву. Тот отхлебнул напиток, определяя его вкус. Это был знаменитый монгольский сутый цай, отменно утоляющий жажду. Варился он из плиточного зеленого чая с добавками молока, соли и обжаренного сырого пшена. Еще раз оглянувшись на воронку с дымом, представляющую собой то ли след НЛО, то ли действительно активный выход глубинника, всадники поскакали назад, к лагерю экспедиции.

Там они вымылись у источника, беседуя на интересующие обоих темы, присоединились к группе Крас-ницкого и пообедали. Поварами в отряде служили двое монголов и украинка, поэтому готовили они в основном блюда монгольской и украинской кухни, хотя борщи и супы, блины и вареники получались у них с явным монгольским "акцентом". К примеру, вареники готовились с творогом из козьего молока, так что имели весьма своеобразный вкус.

На первое подали украинский борщ с местными приправами, добавляющими блюду пустынно-степной колорит. А на второе Северцев впервые отведал бодак - блюдо, рецепт которого, возможно, сохранился с каменного века. Если бы ему потом не сказали, что он съел мясо жареного в собственном соку и в собственной шкуре - вместо котла - козла, Олег бы не поверил. Но блюдо оказалось вкусным, тающим во рту, и способ его приготовления уже перестал иметь значение. Готовилось же оно следующим образом.

Не снимая шкуры, козла потрошили через горло, вынимали и вычищали внутренности, вытаскивали кости с мясом, затем через горловину закладывали назад мясо с пряностями и раскаленные камни. Горловину зашивали, тушу подвешивали на вертеле и крутили над костром или обрабатывали паяльной лампой. Запахи, естественно, при этом возникали своеобразные, но никто на них не обращал внимания. После обработки пламенем шкуру тщательно выскребали и мыли. В начале трапезы ее разрезали и всем гостям раздавали горячие камни - для восстановления душевного равновесия и настроения, и уж потом только сотрапезники начинали есть мясо.

Еще одно местное блюдо под названием гетис - сваренные потроха козла с тонкими кишками, начиненными кровью, Северцев есть отказался. Не потому, что побрезговал, а в силу других гастрономических пристрастий. Мясо он вообще ел редко, больше любил овощи и каши.

После обеда наступило самое жаркое время суток, и почти весь отряд собрался у небольшого водопадика с трехметровой чашей воды, образованной вытекающей из-под скалы в форме гриба струйкой родника. Ручеек, берущий начало в этой чаше, бежал между пологими холмами и на глазах таял, исчезая уже в двух десятках метров от источника. А так как на многие километры вокруг это был единственный естественный водоем, то сюда сходились звери и слетались птицы, не обращая внимания на расположившихся у родника людей.

Однако спустя час Северцеву надоело сидеть без дела и обливаться водой, и он собрался ехать к "следу НЛО", прихватив с собой датчик частиц, радиометр и магнитный сканер. Ждать вечерней прохлады не хотелось, да и времени на исследование кратера с таинственным слоистым дымом в этом случае не хватило бы до наступления темноты.

– Я с тобой, - заявил Виктор. - Честно говоря, мне уже порядком опротивело сидеть в пустыне и скрипеть песком на зубах. Хочу развеяться. Съемок осталось всего на три-четыре дня, так что полдня ничего не решат. Хочешь, мы и тебя снимем в каком-нибудь эпизоде?

– В качестве кого? - хмыкнул Северцев.

– В качестве главаря бандитов, разумеется. Придется, конечно, тебя пришить по сценарию, зато в картине засветишься.

– Благодарю покорно, - засмеялся Олег. - Не надо меня пришивать. Да и роль незавидная. Лучше я издали посмотрю, как вы снимаете.

– Ладно, как хочешь, - кивнул Виктор. - Сегодня мы начнем съемку в семь вечера, есть у нас один вечерний эпизод. До этого времени мы успеем вернуться. Никто больше с нами не желает совершить марш-бросок?

Парни и девушки съемочной группы, измученные жарой и пылью, ответили шутками и смехом, все уже побывали на месте "падения НЛО", ничего особенного не увидели и не горели желанием ехать туда по жаре.

Виктор не обиделся.

– Ну и оставайтесь здесь до вечера, лентяи. Готовьтесь работать, зубрите роли.

Друзья оседлали лошадей, взяли с собой фляги с водой и оружие - у Красницкого было красивое современное помповое ружье под патрон тридцать восьмого калибра1, а также тесак - и поскакали под палящими лучами солнца в пустыню.

Ничего в том месте не изменилось.

Все так же чернела полоса сожженной травы вокруг воронки, все так же плавали в ее глубине сизо-голубые струи и пласты дыма, скрывающие дно.

Северцев достал и распаковал приборы, установил их вблизи обрыва на скальном выступе, включил. Крас-ницкий с любопытством дилетанта наблюдал за его действиями, изредка задавая вопросы типа: "А это что за цифры скачут?" - и косясь на воронку с дымом.

– Странно, - сказал Северцев, закончив измерения.

– Что? - не понял Виктор.

– Ничего. То есть никаких фоновых отклонений. Радиация и электромагнитный фон в норме, насколько я знаю местные условия. Присутствует лишь небольшая ионизация, как от электрического провода, воткнутого в землю, да и то совсем слабая, на уровне батарейки от фонарика. Ты, говоришь, на дне кратера был?

– До самого не добрался, дышать нечем.

– Давай попытаемся еще разок. Жаль, у меня нет с собой газоанализатора, было бы легче оценивать обстановку.

– Да ну его к лешему! Дно иногда проглядывает сквозь дым, ничего там не видно, пусто, мы в бинокль смотрели.

– Тем не менее не мешает в этом убедиться. Вдруг найдем обломок летательного аппарата?

Виктор критически глянул на воронку, пожал плечами.

– Лезь, коли хочется, я подстрахую. Ты человек опытный, сам все поймешь, если что.

Северцев обвязал себя прочным шнуром с узелками и стал спускаться в воронку спиной вперед, удерживаемый Виктором. Однако ниже двух метров от верхнего края воронки спуститься не успел - почувствовал духоту и усиление сердцебиения, что прямо указывало на повышенную концентрацию углекислого и угарного газа. Выбрался обратно.

– Нужны противогазы.

– Я предупреждал. Совершенно непонятно, откуда здесь столько углекислого газа. Тут же гореть было нечему, кроме травы.

– Значит, горела не только трава. Хотя ты прав, такой объем углекислоты, а тем более угарного газа, может скопиться лишь после большого пожара. Да и то под ветром он рассеивается быстро.

– Мы бы заметили пожар, но его не было.

– Тогда остается второй вариант: мы наткнулись на очередной выход глубинника. В последнее время они стали появляться довольно часто и в самых неожиданных местах. Мой приятель Костя Зеленский из Центра по изучению быстропеременных явлений природы утверждал, что один из глубинников вылез аж в Антарктиде, а второй - в болотах Красноярского края.

Виктор скептически поджал губы.

– Это ни о чем не говорит. Да и что такое этот ваш глубинник? Просто неизученное физическое явление вроде шаровой молнии.

– Существует гипотеза, что выходы глубинников означают проявление активности разумных существ, живущих на ядре Земли.

Красницкий округлил глаза, покрутил пальцем у виска.

– Ты серьезно?!

– Я и сам придерживаюсь этой точки зрения. Уж очень много фактов и открытий укладывается в русле этой гипотезы, даже неопознанные летающие объекты. Мой приятель считает, что НЛО являются исследовательскими зондами глубинников.

Виктор засмеялся, махнул рукой.

– Чушь собачья! Цивилизация на ядре Земли - такое не приснится даже пьяному. Жульверновщина какая-то… или конандойлщина… Не помню точно, кто из них писал о том, что Земля - живое существо.

– Конан Дойл. Жюль Берн писал о путешествии к центру Земли, а Земля, между прочим, и в самом деле живое существо, - не поддержал друга Северцев. - Точнее, разумная система. Когда-нибудь это поймут и самые твердолобые академики, уверенные в том, что все научные открытия уже ими сделаны. Ну что, каскадер, поехали обратно?

Виктор глотнул из фляги сутый цай, покосился на запястье левой руки.

– Я свои часы забыл. Который час?

– Половина пятого.

– Поехали, здесь больше делать нечего. Попросим у археологов противогаз, у них должен быть в снаряжении, и приедем сюда завтра утречком, по прохладе. Кстати, что показывают те вторые часы, которые ты нашел?

Северцев достал необычно тяжелый хронометр, обнаруженный им на месте боя в степи, еще раз тщательно осмотрел циферблаты и кнопочки. Зеленая искорка по-прежнему прыгала по ободку часов, отмеряя секунды, а в центре черного окошечка между черным и белым циферблатами горел неяркий желтый огонек.

Виктор подошел ближе, ткнул пальцем в огонек.

– Вчера этот глазок не горел.

Северцев не ответил. Показалось, что огонек подмигнул ему, а часы внимательно посмотрели на путешественника.

Виктор тоже почуял что-то, поежился, пошутил:

– Надеюсь, они сейчас не взорвутся?

Северцев отставил ладонь с часами, хотел было положить их обратно в карман, но не удержался и дотронулся до красного стерженька с буковкой "А" на ободке. Все дальнейшее произошло в течение одной секунды и так неожиданно, что он ничего не успел сделать. Не успел даже испугаться.

В глазах потемнело, будто солнце внезапно погасло, и наступила ночь.

Земля под ногами провалилась, по первому впечатлению, - и Северцев, невольно взмахнув руками, словно пытаясь схватиться за воздух, стал куда-то падать.

Но ощущение падения длилось недолго, буквально доли секунды. Ударило в ноги, волна сжатия-растяжения прокатилась снизу вверх, выдернула голову из шеи, и та начала растворяться в свистящей ветром темноте. Северцев растопырился, как при прыжке с парашютом, попытался сориентироваться.

В то же мгновение крыло света смахнуло с глаз непроницаемую пелену, и он увидел тот же пустынный пейзаж с выходами базальтов, белесо-голубое небо и солнце в зените. Хотел позвать Виктора и осекся.

Красницкого рядом не было! Как не было ни лошадей, на которых они добрались до этого места, ни воронки с дымом. И солнце не висело над горизонтом, готовое показать зрелище заката, а действительно торчало над головой, хотя почему-то казалось менее ярким, чем за несколько мгновений до этого.

Северцев с изумлением огляделся, еще не вполне понимая, что произошло.

– Собака бешеная! Что происходит?!

Какой-то странный звук прилетел из пустыни, напоминающий далекое ворчание грозы, но с металлическими обертонами.

Северцев невольно протянул руку в сторону, словно собираясь снять с седла ружье. Опустил руку. Не было ни ружья, ни седла, ни коня. Они пропали, будто не существовали вовсе.

– Бред! - Олег зажмурился, яростно протер глаза кулаками, вспомнил о часах. Они так и остались в левой руке, намертво зажатые пальцами. Зеленая искорка по-прежнему неустанно прыгала по ободку сердечка, а желтый огонек в окошечке между черным и белым ци-ферблатами сменился красными светящимися буквами АР. Кроме того, черный циферблат перестал быть чер-ным, как бы протаял в глубину, и по нему бежала тоненькая светящаяся стрелочка - в том же ритме, что и зеленая искра. Теперь оба циферблата - черный и белый - напоминали чьи-то круглые глаза, и эти глаза, подмаргивая, смотрели на человека строго и предупреждающе.

– Ты, что ли, заработал? - пробормотал Северцев, догадываясь, что случилось.

Часы и раньше казались необычными, а теперь и вовсе стало ясно, что это какой-то прибор или инструмент, если и связанный с измерением времени, то совсем мало.

Буквы АР в черном окошечке мигнули, будто бабочка развернула и свернула крылышки, и исчезли. На их месте побежали светящиеся красные буковки, складываясь в слова:

"Запасная мигран-фаза. Не понял задачу. Продолжать драйв до основного масс-резонанса? Вернуться в исходный регистр синхронизации?"

– Если бы я понимал, о чем ты толкуешь… - покачал головой Северцев. Обладая хорошей, устойчивой нервной организацией, в свое умопомешательство он не поверил. Северцев много читал и имел немалый опыт, поэтому сразу понял, что в часы встроен некий микрокомпьютер, и этот компьютер заговорил с ним, принимая за настоящего хозяина. Подтверждалось предположение, что часы являются неким устройством, способным изменять… что? Параметры окружающего пространства? Или диапазоны восприятия владельца?

Северцев еще раз осмотрелся.

Нет, не похоже, что изменились его чувства и он перестал видеть некоторые объекты, только что находившиеся рядом. Изменился мир вокруг!

– Кто… или что ты такое?

Световая "бабочка" в черном окошечке свернула и развернула крылышки, за вспышкой света в окошечке поползли светящиеся алые буковки:

"Фазовый масс-перенос фиксирован. Объект находится в промежуточной мигран-зоне. Если вы хотите продолжать мигран-линию хронодрайва, нажмите аварийный кванкер повторно".

– Спасибо, - шаркнул ногой Северцев. - Премного благодарен. А ты не скажешь, что такое промежуточная мигран-зона?

Буковки в окошечке погасли.

– Понятно. Твой словарный запас ограничен. Интересно, что будет, если я и в самом деле продолжу этот… э-э, хронодрайв? Где тут аварийный кванкер? Вот эта красная кнопочка?

Северцев нажал стерженек.

Тотчас же начался тот же процесс, в результате которого он оказался один в пустыне без лошади, без оружия и даже без фляги с водой.

Свет погас…

Ударило в ноги, тело сжалось и растянулось, так что оно словно удлинилось вдесятеро.

Ледяная волна!

Жара!

Падение в бездну…

Оп-ля!

И он очутился посреди пустой площади, окруженной домами с явно восточной стилистикой, заполненной тишиной и неподвижностью. Солнце висело над одним из зданий административно-помпезного вида, но светило неярко, словно сквозь туман. Небо над городом было темно-синим, безоблачным, но мрачным. И отчетливый, бьющий в нос запах пыли…

Это уже не Монголия, глубокомысленно подумал ошеломленный сменой пейзажа Северцев. Город… Похож на Бишкек… хотя нет, пожалуй, этот посовременней будет, да и пятиэтажек советского производства много… Почему он пустой? И дома странные, пористые… как решето…

Северцев сделал шаг, другой, удивляясь необычно глухому стуку подошв о шестиугольные, шероховатые, будто сделанные из пемзы, плиты площади. Услышал приближающиеся звуки чужих шагов, остановился, вспоминая, что не вооружен. Шли, вернее, почти бежали двое: взрослый и ребенок, судя по частой дроби шажков второго.

Из-за угла вполне современного здания, стоящего рядом с дворцом, выбежала женщина с длинными светлыми волосами, одетая в самый настоящий пятнистый комбинезон спецназа, только чуть иной расцветки. Такие комбинезоны - европейского образца - носили военные, бойцы внутренних войск и спецназа в странах СНГ.

Женщина держала за руку девочку лет десяти, с косичкой, одетую в джинсовый костюмчик. Судя по всему, это были мать и дочь, так как, несмотря на разный цвет глаз - у женщины они были светло-серые, лучистые, а у девочки - зеленые, не глаза - глазищи! - они были очень похожи.

Нельзя сказать, что старшая была красавицей: большой яркий рот, чуть вздернутый округлый нос, большие глаза, тонкие - арками - брови, - и все же в лице незнакомки крылся некий трудноуловимый шарм, не сразу бросавшийся в глаза.

Они резко остановились, увидев Северцева. На лице женщины сквозь надежду и радость проступили разочарование, тревога и страх. Она дернула девочку за руку, прижала к себе.

– Кто вы?!

Вопрос прозвучал по-русски!

Северцев очнулся, сделал легкий поклон.

– Олег Алексеевич Северцев, путешественник. А вас как зовут?

Женщина пропустила вопрос мимо ушей.

– Как вы здесь оказались?!

В ее руке вдруг очутился пистолет.

"Ничего себе, встреча! - ошеломленно подумал Северцев, разведя руки в стороны. - Чего это она так испугалась?"

– Я не вооружен. А попал сюда совершенно случайно. Сам хотел бы знать, что это за город и как я здесь оказался.

Женщина заметила в его руке злополучные часы.

– Синхрон! Откуда он у вас?!

– Нашел в пустыне. Там был бой, и я… Лицо незнакомки изменилось, побледнело.

– Крушан! Вы захватили его! О господи!…

Рука с пистолетом опустилась, в глазах женщины просверкнули слезы. Девочка крепче прижалась к ней, глядя на Северцева с немым вопросом и страхом.

– Я никого не захватывал, - сказал он как можно более мягче и убедительнее. - Когда я примчался туда, там уже никого не было, только палатка и разбросанные вещи. Среди них я и обнаружил часы. А раньше действительно встретил человека на лошади, черноволосого, смуглого, которого тоже звали Крушаном. Вы его знаете?

– Знаю… - выдохнула женщина, прикусив губу. - Это мой муж. Ничего не понимаю… если вы не наемник СКонС, то почему драйвировались сюда, в "хроно-хвост" Астаны?

– Куда? - не понял Северцев. - В какой хвост?! Женщина снова подняла пистолет, но почувствовала растерянность путешественника и опустила.

– Пойдемте отсюда, здесь оставаться опасно. Они могут запеленговать пуск вашего допотопного синхрона и примчатся сюда.

– Да кто - они? Объясните!

Женщина повернулась и зашагала к переулку, из которого выбежала несколько минут назад. Девочка засеменила рядом, оглядываясь на незнакомого дядю. Северцев вынужден был направиться за ними, догнал, пошел бок о бок с незнакомкой.

– Может быть, все-таки расскажете, что вообще происходит?

– Сначала вы.

– Хорошо, нет ничего проще. Как вас зовут?

– Варя… Варвара Леонидовна, а это Лада, моя дочь… и Крушана. Он оставил нас здесь, в "хвосте" масс-пакета, а сам… рассказывайте, где и как вы с ним познакомились.

– Встретились мы, как я уже говорил, случайно… - Сбитый с толку Северцев с запинкой поведал жене Крушана историю знакомства с ним и своего похода на место последней стоянки казаха. Замолчал, с сочувствием глядя на шокированную известием женщину. - Извините, я тогда не знал…

Варвара покачала головой.

– Вы ничем не смогли бы ему помочь. Системники вас просто убили бы.

– Ну, сделать это не так-то просто… Кто такие системники?

– Лучше вам этого не знать.

– А все же? Должен же я иметь представление, с кем могу столкнуться в будущем.

– Эти люди - сотрудники службы ОЛП СКонС. Они и сюда могут нагрянуть. Ведь вы включили синхрон в ручном режиме, без пеленг-защиты?

– Я ничего не включал… - пробормотал озадаченный Северцев. - Только дотронулся до красной кнопочки…

– И запустили аварийную драйв-синхронизацию. Покажите ваш синхрон.

Северцев раскрыл ладонь.

– Да, это запасной синхрон Крушана. Он имеет только фиксированные резонанс-выходы. Странно, что он доставил вас сюда… Хотя, может быть, Крушан настроил его специально на случай непредвиденных осложнений… впрочем, это неважно. Теперь вы обречены.

Варвара шагнула прочь, уводя девочку, оглянулась.

– Уходите назад, в свой масс-узел. И сразу уничтожьте синхрон! Иначе системники вас разыщут и нейтрализуют.

– Но ответьте же наконец… Женщина досадливо поморщилась.

– Не задавайте лишних вопросов, бегите. Вы и нас выдадите своим появлением. Синхроны этого типа пеленгуются.

– Понял, ухожу. Хотя мог бы помочь…

– Вы не в состоянии нам помочь. Прощайте.

– Скажите хотя бы, как мне отсюда…

– Нажмите кванкер - ту красную кнопочку на… э-э, часах, и когда компьютер запросит координаты, нажмите кнопку дважды. Синхрон перенесет вас в начальную точку драйва.

Они быстро зашагали вдоль пористо-дырчатых зданий к повороту переулка, скрылись за углом. Северцев протянул им вслед руку, открыл и закрыл рот. Потом сказал бесстрастно:

– Нет ничего проще - нажал и назвал координаты… м-да!

Откуда-то издалека прилетел негромкий гул.

Северцев встрепенулся, кинул взгляд на здания странного города, заторопился обратно на площадь, вспоминая сожалеюще-испуганный взгляд девочки, дочери Варвары. Красивый ребенок. Лада. И имя красивое. Впрочем, ее мама тоже приятная женщина, разве что строгая очень.

Северцев внезапно заметил над крышами зданий на противоположной стороне какую-то полупрозрачную чешуйчатую колонну, исчезающую в небе. Не поверил глазам, всмотрелся в нее, напрягая зрение, и мысленно ахнул.

Башня, сотканная из серебристо-серых туманных струй, перепонок и чешуи, почти невидимая на фоне синего купола неба, превосходила по размерам все известные сооружения, виденные Северцевым. По первому впечатлению она занимала, наверное, площадь не меньше городской. Но не это было главным. Башня уходила в небо на огромную высоту и терялась в нем, переставала быть видимой, уходила за пределы атмосферы, в космос! И у Северцева создалось впечатление, что она тянется еще дальше - до Луны, а может быть, и до других планет!

Он помотал головой, освобождаясь от наваждения, пребывая в растерянности, не зная, как оценить все, что увидел и узнал. Но прилетевший издали - со стороны башни (почти прозрачные дымные стены ее вдруг изменили рисунок) гул заставил его вспомнить слова Варвары и действовать.

– Поехали… - пробормотал он, касаясь прозрачно-стеклянной кнопочки - кванкера, как назвала ее жена Крушана.

Ничего не произошло. Только в черном окошечке мигнула красная искра. Затем в толще черного стеклышка побежали светящиеся алые буковки, складываясь в слова:

"Выходы на "Е-ось" фиксированы. Наберите координаты резонанса".

– Ежели бы я знал, как их набирать… - пробормотал Северцев. - Е-ось… эс-ось… авось да небось… Как же мне отсюда выбраться обратно? Может, действительно нужно снова нажать красный кванкер?

Палец дважды коснулся красного стерженька.

Свет в глазах погас.

Волна сжатия-растяжения тела…

Холод…

Жара…

Невесомость…

Показалось - острое лезвие отхватило ноги ниже колена! Боль колючкой вонзилась в сердце.

Не успев испугаться и закричать, Северцев вывалился из темноты на свет, почувствовал дрожащие ватные ноги - слава богу, на месте! - и увидел изумленную физиономию Виктора напротив. Синхрон не подвел, доставив владельца из неведомых далей пространства и времени в точку старта, и, как оказалось, почти в тот же момент времени.

– Где ты был?! - изумленно проговорил Красниц-кий.

– Пиво пил… - буркнул Северцев, чувствуя странную ломоту в суставах и страшную усталость.

Глава 3

Зкзарх Среднеазиатского такантая тетрарху. Примите все меры к поиску и нейтрализации объекта коррекции первого уровня. Объект: Варвара Леонидовна Сабирова (в девичестве - Живина), тридцать пять лет, инженер компьютерных сетей, жена Крушана Сабирова, руководителя Администрации президента Казахстана, криптодержателя ES-узла. Подключите системный ДП-отдел. Диапазон исполнения, entre nous, без ограничений.

***

Им понадобилось больше часа на то, чтобы привести мысли и чувства в порядок и обсудить неожиданную эпопею Северцева в неизвестный город неизвестной страны.

Сошлись на том, что перемещение действительно имело место, так как если бы на обоих воздействовали каким-то галлюциногеном, то и видели бы они одинаковые галлюцинации. Однако видели они и чувствовали разное. Северцев - свое, Виктор - свое. Точнее, Виктор как раз ничего-то особенного и не увидел. Для него Северцев вдруг заколебался как туманная кисея и исчез и отсутствовал около пяти минут.

– Сначала я просто обалдел, - признался актер со смущением на лице. - Проделал обычную процедуру: протер глаза, ущипнул себя за руку. А когда не помогло - понял, что случилось что-то непредвиденное и, может быть, непоправимое. На всякий случай начал тебя искать, заглянул в кратер, а тут ты вдруг из воздуха выпрыгиваешь… как чертик из коробки. Дай пощупать, ты это или не ты?

Северцев уже успокоился, начал размышлять, с опаской поглядывая на "часы".

– Ясно, что это устройство для перемещения в пространстве, а может быть, и во времени. Варвара оброни-

Ла слово - "хронохвост". То есть прибор - синхрон - как-то связан со временем. Единственное, чего я не понимаю, так это при чем тут какая-то "драйв-синхронизация"? И компьютер или водитель синхрона тоже высвечивал какие-то странные словечки насчет "синхронизации резонансов".

– Нужен эксперт-физик, знакомый с такими фишками.

– Я тоже так думаю. Придется возвращаться в Москву и встречаться с учеными. В ФИАНе я знаю только Николая Дмитриевича Макаровского, специалиста в области ядерной физики, да еще Костю Зеленского из Федерального центра, с которым мы наткнулись на глу-бинника. Может, он кого посоветует?

– У моего отца был друг с Украины - Анатолий Михайлович Бич. Не ухмыляйся, фамилие такое. Так вот он - доктор физматнаук, специалист в области физики времени, разработчик теории локально-когерентного времени. Можно обратиться к нему.

– Ты же говоришь, он на Украине.

– Он уже пару лет как в Москве живет, на Профсоюзной. Я у него был с отцом, еще до смерти папы, так что знаю адрес. Думаю, нам он не откажет во встрече.

– Хорошо, сходим. Но сначала я поговорю с Костей. Ты еще долго фильм свой снимать будешь?

– Дня четыре, максимум пять.

– Нет, столько я ждать не могу, завтра же утром уеду. А ты потом присоединишься.

Виктор огорчился.

– Не подождешь? С этим кратером еще разобраться надо.

– Сюда необходимо прислать специальную экспедицию, мне здесь делать нечего. Соберу образцы почвы и дыма и доставлю в отдел ФИАНа по изучению НЛО, пусть сами решают, что делать.

Северцев упаковал приборы, собрал камни вокруг кратера, взял образцы почвы и даже ухитрился зацепить

Пробиркой струйку дыма на глубине полутора метров от края воронки; Виктор помогал ему, размышляя о чем-то своем. Когда сбор образцов закончился, он сказал с надеждой:

– Может, дашь поэкспериментировать с часами… э-э, с этим самым синхроном? Страшно хочется побывать там, где был ты.

– Нет, - отрезал Северцев. - Опасно. Варвара сказала, что при включении синхрон можно запеленговать, и тогда за ним примчатся системники, ликвидаторы из какого-то СКонСа.

Виктор разочарованно кивнул.

– Понимаю… Как ты думаешь, откуда этот Крушан? Почему за ним охотились системники? Что вообще все это означает?

– Не знаю. Но разберусь. Мы случайно оказались свидетелями каких-то крутых разборок между Круша-ном и его преследователями. Но кто они - бог ведает. Жену его жалко… - Олег вспомнил глазищи девочки. - И дочку. Они-то, наверное, ни в чем не виноваты.

– Ну, как знать. Малышка точно ни при чем, а жена вполне может оказаться шпионкой или, к примеру, террористкой.

Северцев улыбнулся, взбираясь на лошадь.

– Не тянет она на террористку, несмотря на всю строгость. Симпатичная… серьезная… целеустремленная… и очень расстроенная…

– Расстроишься тут, если мужика убьют. - Виктор одним махом вскочил на своего коня. - Ох, сдается мне, и влипли мы с тобой в историю! Чует мое сердце - пожалеем еще о находке.

Северцев не ответил, он думал примерно так же.

К семи часам вечера они добрались до лагеря, где уже все было готово к сьемкам. Виктор сразу же занялся своим делом, а Северцев переоделся, умылся и по привычке записал на диктофон все, что с ним произошло. Затем спрятал синхрон в футляр из-под очков и начал с интересом наблюдать за съемками фильма вместе с археологами, закончившими трудиться на раскопках.

Насколько Олег знал сценарий, фильм был как раз об археологах, раскопавших древний курган, где был похоронен какой-то знатный воин. У этого воина имелся меч, превращавший своего владельца в неистового убийцу. Герой фильма, в которого вселился дух воина, сначала крушил всех подряд, потом благодаря силе воли и вмешательству красивой подруги сумел перебороть вселившийся в него дух убийцы и покарать тех, кто пытался использовать его в своих корыстных целях.

Естественно, главным героем фильма был Виктор, и он же - режиссером и продюсером. Его подругу играла известная актриса Лариса Евгеньева, снявшаяся уже в нескольких сериалах и даже получившая за одну из ролей отечественную Нику. Но она должна была приехать на съемки позже, и Виктор пока снимал натурные эпизоды, в которых герой находил меч и знакомился с его свойствами.

Играл он, как всегда, хорошо, хотя было заметно, что мысли актера занимают какие-то иные проблемы. И лишь Олег понимал - какие именно. Исчезновение Северцева, его рассказ о путешествии в таинственные дали, длившемся, с одной стороны, на менее получаса, а с другой - всего пять минут, наличие странных часов и клубок противоречий, завязавшихся вокруг них, - все это выбило Красницкого из колеи и заставило размышлять о загадочной истории, в которую помимо своей воли впутался его друг Олег Северцев.

Эпизод с находкой меча снимали уже при факелах и прожекторах. В мятущемся свете лица и фигуры актеров выглядели чрезвычайно живописно, действие завораживало, словно и в самом деле в недрах раскопанного кургана ожил скелет и начал гоняться за археологами с сияющим мечом в руках. Однако Виктор оставался недовольным работой коллег, дважды менял антураж и подсветку, нашел дополнительный ход, увлекся, поругался с оператором, и эпизод досняли с превеликим трудом. Когда все разошлись, усталые и раздраженные, техники свернули оборудование, погасили прожектора и факелы, Виктор устроил "разбор полетов", заявил, что будет менять сценарий, и распустил группу отдыхать.

Шум и суета в лагере стихли. У костра собрались лишь самые молодые участники съемок, чтобы тихо попеть под гитару. Но и они вскоре угомонились, разошлись по палаткам. Все-таки экзотика пустыни не могла сравниться по эмоциональному наполнению с красотой русских лесов и лугов. Горячий ветер и песок на зубах не создавали уюта.

Лагерь погрузился в тишину и темноту.

Северцев, поговорив с уставшим Виктором, лег спать едва ли не последним, хотя у костра не сидел, песни не пел и чаем горло не ласкал. Он вспоминал свои открытия, поход в "хронохвост", встречу с женщиной по имени Варвара и ее дочерью. Анализировал ощущения. Думал. Пока не пришел к выводу, что, во-первых, упрекнуть ему себя не в чем, ни Крушан, ни его жена помощи у него не просили, а во-вторых, никаким умственным расстройством здесь не пахло. Все это случилось с ним наяву, и часы-синхрон все-таки являются не гипнотическим аппаратом, внушающим владельцу иллюзорные картины. Если бы это было так, Виктор не наблюдал бы неожиданное пятиминутное исчезновение друга.

Северцев включил фонарь в палатке, достал часы, полюбовался ими, покачал головой. Уже не раз приходила странная мысль, что ему удивительно, сказочно везет в жизни, особенно - по части открытий и необычных находок. Еще не было случая, чтобы какой-либо из его походов заканчивался безрезультатно. В каждом из них он либо становился свидетелем нового явления, либо первооткрывателем капищ, храмов и других следов древних цивилизаций. Стоило задуматься, являлось ли это следствием удачливого стечения обстоятельств или же проявлением имманентных свойств характера и силы желания, настроенных на поиск и открытие чудесного.

С этой мыслью он уснул и проснулся от возникшего неясного шума, топота и тихих голосов. Встрепенулся, поднялся на локтях, вслушиваясь в шум, напрягая слух до предела. Услышал ржание лошади, звякание сбруи, монгольский говор и начал торопливо собираться.

Кто-то кого-то окликнул, ему ответили. Снова заговорили на монгольском и на русском. Голоса приблизились. Северцев выглянул из палатки и на фоне отсвета костра, в который сторож экспедиции подбросил кизяка и веток, увидел пятерых всадников в одежде монгольских цириков - военных. Точнее, пограничников. С ними разговаривали двое: сторож лагеря, старый монгол Иктоол, и начальник экспедиции Вениров, сильно похожий на известного ученого-палеонтолога и писателя Ивана Антоновича Ефремова. К разговаривающим присоединились еще двое мужчин, один из которых, выслушав государевых людей, что-то сказал им явно неласковое. Это был Виктор.

Двое пограничников тут же навели на него винтовки, третий спрыгнул с коня, подошел и попытался ударить Красницкого плеткой. Однако промахнулся. Снова ударил и снова промахнулся.

Тут уж Северцев не выдержал и выскочил из палатки, благоразумно не взяв карабин. Пограничники были вооружены серьезней - американскими "М-14" китайского производства, и было их пятеро. Конфликт мог получиться нешуточный.

– Что за шум, а драки нет? - поинтересовался Северцев, подходя к группе.

– Дурак! - вполголоса заметил возбужденно-злой Виктор. - Это по твою душу. Я пытался тебя предупредить…

– Это за вами, Олег Андреевич, - виновато сказал Вениров, поглаживая бородку. - Вас спрашивают.

– Как интересно! Откуда они меня знают?

– Северцы? - подошел к нему командир монгольского пограничного патруля.

– Он, - кивнул Олег. - Де-факто и де-юре. В чем дело?

– Ыдты с намы!

– Это еще с какой стати! Документы у меня в порядке, виза оформлена на два месяца. - Северцев достал загранпаспорт. - Можете проверить.

Офицер взял паспорт, бегло пролистал его, глянул на фотографию путешественника и сунул документ к себе в нагрудный карман полевой куртки.

– Собырать. Ыдты. Быстр!

– Да объясните же, в чем дело!

Пограничник что-то скомандовал по-монгольски, и две винтовки уперлись в грудь Северцева. Наступила короткая пауза. Северцев кинул косой взгляд на гото во го к броску Виктора, оценивающе посмотрел на военных людей. Вряд ли они знали, что такое барс - боевая армейская система - в действии. С ними можно было справиться без особого труда, так как они не ожидали сопротивления и были уверены в своих силах. Но к костру начали стягиваться просыпающиеся археологи, и рисковать их жизнью не стоило. И хотя Северцев не был уверен, что это недоразумение, - его нашли в пустыне, далеко от населенных мест, причем сразу же после "хронодрайва", - все же надеялся разрешить проблему мирным путем.

Шевельнув бровью, он отрицательно качнул головой, давая понять Виктору, что сопротивляться не стоит.

– Хорошо, я пойду с вами. Как далеко? Пограничники переглянулись.

– Улан-Батор, - сказал командир. - Началнык. Прыкас. Быстр ыдты.

– Сейчас соберусь. - Северцев повернулся, направляясь к своей палатке на краю лагеря.

В спину ему уперся ствол винтовки.

Он досадливо дернул плечом, полуоглянулся.

– Повежливее, герой моржовый, я не собираюсь убегать.

Командир погранпатруля что-то каркнул. Нажим винтовки ослабел. Пограничник отступил на шаг. Ситуация складывалась так удачно для контратаки, что Олег с трудом справился с желанием вступить в схватку. Дошел до палатки, собрал в рюкзак вещи, взял карабин и вышел. Часы-синхрон лежали у него в нагрудном кармане жилета, и он мог вытащить их в любой момент. Однако сдерживался. В душе еще теплилась надежда, что все обойдется и его арест не связан с произошедшими накануне событиями.

Пограничник закричал, увидев карабин, навел на Северцева винтовку. Подскакавший командир отряда тоже поднял оружие. Северцев бросил карабин Виктору.

– Сохрани. - Добавил громче:

– И сообщи в Москву о моем задержании.

Сказано это было специально для пограничников, однако на командира патруля эти слова не произвели никакого впечатления.

– Морь унах! - каркнул он. - Садыс кон! Эхат надо!

– Да куда вы его на ночь глядя? - не выдержал начальник экспедиции. - Утра дождаться не могли? Никуда ведь не сбежит.

Сторож залопотал по-монгольски, пограничник выслушал его и повернул ствол винтовки на Венирова. Что-то проговорил.

– Не мешайте, а то он и вас заберет, - перевел сторож.

– С-собаки паршивые! - скрипнул зубами Виктор. Помогая Северцеву седлать коня, шепнул:

– Беги! Я их задержу!

– Куда? - усмехнулся Северцев. - Пустыня кругом. Успокойся, все в конце концов разъяснится. Да и сбежать я всегда успею.

– Как? Ты же только что утверждал обратное.

– Часы.

Виктор зыркнул на обступивших их пограничников.

– А если они обыщут тебя и найдут часы?

– Постараюсь их опередить.

– Может, я поеду за вами, тихо? В случае чего помогу

– Не надо, справлюсь, даже если это системники, о

Которых предупреждала Варвара.

– Кончат болтай! Быстр садыс! - приказал командир погранотряда.

Северцев вскочил на лошадь, помахал рукой ничего не понимающим археологам и актерам.

– Не беспокойтесь, ребята, я скоро вернусь.

– Ни пуха… - многозначительно сказал Виктор.

– К черту! Сайн яваарай1.

Небольшой отряд всадников двинулся в ночь, но не в ту сторону, откуда прибыл Северцев, а на северо-восток, в направлении на Барун-Урд. Олег сначала думал, что пограничники просто знают другую дорогу, покороче, и скакал молча, ожидая поворота. Но его все не было, всадники ехали в одном и том же направлении, не меняя темпа, и через два часа, когда начался рассвет, удалились от лагеря не меньше чем на двадцать километров.

Появились песчаные барханы: началась срединная Гоби, простирающаяся к северу и востоку на сотни километров. Стук копыт о камни сменился шорохом и скрипом песка. Пограничники придвинулись к Север-цеву плотнее, и он понял, что их намерения далеки от сопровождения русского путешественника в столицу государства, к таинственному "началныку".

С гребня очередного бархана стала видна узкая долина с зеленым пятном растений посредине - в месте выхода подземных вод. Однако Северцев при скудном утреннем свете разглядел еще одно пятно - оранжевое и догадался, что оно означает. У источника его ждали на лошадях буддийские монахи. Очевидно, те же самые, что встретили гостя еще в Улан-Баторе.

Северцев ничем не выдал своих чувств, начиная готовиться к встрече, приводить организм в боевое состояние. Пограничников он не боялся, несмотря на их вооружение, в их задачу входило лишь сопровождение пленника к месту встречи с заказчиками задержания.

Они спустились в долину плотной группой, подскакали к монахам. Один из них, постарше, бритоголовый, с суровым узким лицом, что-то проговорил. Пограничник за спиной Северцева тутже навел на него винтовку, а монах вытащил странно знакомый пистолет - с толстым дулом и сложным прицелом. Олег понял, что настало время действовать.

Он мгновенным движением поднял коня на дыбы, и пуля из винтовки досталась коню. Олег увидел движение дула пистолета - монах выцеливал его - и соскользнул с крупа падающего на бок коня. Залпа он не услышал, зато почувствовал страшный удар по голове, чуть не погрузивший его в беспамятство. Лишь много позже он понял, что монах выстрелил в него, но "пулей" был сгусток особого поля, подчиняющего сознание, и спасли путешественника только его реакция и конь, принявший "огонь" на себя.

Конь перекатился на бок и помешал монголу в войлочной шляпе зеленоватого цвета выстрелить еще раз.

Северцев прыгнул в другую сторону и уже на лету достал из кармана часы, ткнул пальцем в красную кнопочку кванкера. Сожалел он в этот момент только о своем паспорте, оставшемся у пограничника.

Мгновенная темнота, падение в бездну, знакомые ощущения холода и жары, удар в ноги, свист в ушах…

Елки-палки, куда меня несет?!

Вспышка света…

Глаза стали видеть, и Северцев понял, что стоит точно посреди той же самой площади, где он встретился с Варварой и ее дочерью во время первого "хронодрай-ва". Разве что солнце теперь висело не в зените, а низко над зданиями, собираясь спрятаться за ними. А может быть, только собиралось вставать.

Северцев огляделся, чувствуя необычную ломоту в суставах, будто он долгое время пролежал в одной и той же неудобной позе, и только теперь обратил внимание на глубокую, невероятно прозрачную, всеобъемлющую тишину, владевшую этим странным городом. Здесь не было слышно шумов городской жизни, не гудели машины, не звенели трамваи, да и самих машин не было, не пели птицы и не свистел ветер в крышах и в окнах домов.

Северцев долго прислушивался к тишине, подспудно ожидая появления преследователей - пограничников или монахов, но вокруг ничего не происходило, не менялось, тишина казалась незыблемо-абсолютной, ни одно движение не нарушало царящего вокруг покоя. Мертвое царство, пришла на ум пугающая мысль. Этот город покинут жителями из-за радиации! Чем еще можно объяснить полное отсутствие жизни и движения?

Но ведь здесь пряталась Варвара, пришла другая мысль, более трезвая и успокаивающая. Так что не паникуй. И совершенно не похоже, что по городу был нанесен ядерный удар. В этом случае он выглядел бы иначе. Конечно, странно, что стены зданий напоминают пемзу или полурастаявший кусок сахара… вон даже рухнули кое-где из-за дыр, прочность нарушилась… но ведь должно же существовать какое-то рациональное объяснение феномену? Спросить бы кого… Может, компьютер синхрона знает, что это за город и где он располагается? Как там говорила Варвара: "хронохвост"?

Северцев поднес было руку к часам, но передумал. Остынь, парень. Неизвестно, обладают ли преследователи, кем бы они ни были, пеленгаторами пусков синхрона, но лучше без надобности его не включать. Если Варвара с дочкой еще здесь, есть смысл ее поискать.

Она должна все объяснить. А его возвращение выглядит абсолютно логично: он вынужден был бежать от… этих… как она их назвала? - от системников. Чем не причина для встречи и выяснения всех обстоятельств происходящего? Тем более, что это правда.

Он двинулся к переулку, в котором когда-то скрылась жена Крушана, стараясь ступать как можно тише.

Слева здание с широкими окнами, похожее на современный банк, справа - пятиэтажные административные хоромы классической советской постройки с резной металлической оградой. И ни на одном здании нет ни вывески, ни номера, ни названия улицы. И цвет их почти одинаков - цвет пыли и серо-бурого камня. Нет, все-таки здесь что-то произошло! Не может быть, чтобы город не подвергся какому-то нападению, не ядерному, так химическому. Вот и остались от него только остовы зданий, а все остальное: машины, троллейбусы, провода, рельсы, люди - превратилось в пыль, в атомарные взвеси, в ничто…

Над следующим зданием что-то сверкнуло. Северцев задрал голову и с трудом разглядел в небе чудовищную конструкцию - ту самую чешуйчатую прозрачно-дымную колонну, уходящую в синюю бездну небес. По спине пробежала струйка мурашек. Таких сооружений на Земле быть не могло, это Северцев знал точно, и в то же время всем своим существом он чувствовал, что находится на Земле. Разве что сильно изменившейся.

Колонна пульсировала, то становилась более четкой, то размытой, почти невидимой, и оттого казалась живой. Это беспокоило, стесняло, заставляло вглядываться в неведомое творение природы и ждать появления еще более поразительных чудес.

То и дело замирая, поглядывая на странную башню, Северцев прошел до конца переулка, заглянул за угол, но никого не увидел. Если Варвара с дочерью и жили где-то в одном из домов города, искать их можно было долго, как иголку в стоге сена. Особенно, если она пряталась и не жаждала встреч ни с кем.

Ради любопытства Северцев решил заглянуть в здание, первый этаж которого вполне мог занимать когда-то крупный магазин. Осмотрев мутно-стеклянную на вид дверь, он толкнул ее рукой и невольно отступил назад, когда дверь вдруг рухнула на тротуар грудой комковатой блескучей пыли. Очевидно, здание простояло в таком состоянии очень долгое время, хотя на вид ему было не более полусотни лет. Но могло существовать и другое объяснение его дряхлости. Северцев подозревал, что так оно и есть. Пустой город, не будучи декорацией, а сомнений в этом уже не осталось, поражал воображение, пугал и предлагал поразмышлять над нетривиальными причинами своего возникновения.

Внутри "магазина" оказалось темно, пусто, если не считать пыльных холмов, и неуютно. Если в помещениях когда-то и располагались стеллажи, шкафы и полки с товарами, то давно истлели и рассыпались в пыль. Надежда найти здесь хоть какое-то оружие или вообще полезную вещь себя не оправдала.

Северцев зашел в соседний дом, еще в один, затем посетил "административное" здание с колоннами, и везде видел одно и то же: холмы серо-голубой пыли и голые стены, кое-где так густо усеянные порами, что через них в дома проникал уличный свет.

Обойдя центральную площадь "полурастаявшего" города, Северцев присел на ступеньки широкой лестницы, спускавшейся к безводному бассейну с потрескавшимся дном, и задумался, что делать дальше. Дельных мыслей не появлялось. Вариантов насчитывалось всего два: попытаться отыскать в этом странном месте хоть кого-нибудь живого, чтобы выяснить, что тут произошло, или возвращаться назад, в Монголию, где его наверняка разыскивают монахи и пограничники.

Возвращаться не хотелось. Стоило сначала исчерпать возможности первого варианта, даже если пришлось бы потратить на поиски жителей города и его окрестностей день-два, а то и больше.

Приняв решение, он начал действовать. Покричал:

– Эй, здесь есть кто-нибудь? Отзовись! Послушал необычно глухое - ватное эхо. Никто не откликнулся.

В воздух не взлетела ни одна птица, из домов не вышел ни один его обитатель.

Тогда Северцев выбрал улицу пошире, ведущую от площади к окраине города, по радиусу, в направлении на призрачно-стеклянную башню, и направился по ней прочь от здания с колоннами, изредка подавая голос:

– Есть кто живой? Выходи! Поговорить надо… Однако никто ему так и не ответил. Он прошагал километров семь, меняя улицы, но держась одного и того же направления, и вышел наконец на окраины опустевшего по неизвестным причинам города. Башня на горизонте при этом ни капли не приблизилась, оставаясь такой же туманно-зыбкой, нечеткой, эфемерно-живой, изредка проявляясь на краткое мгновение ощутимо тяжелой и плотной горой металла.

Город, из которого вышел Северцев, практически не имел пригорода и был расположен посреди холмистой равнины или скорее полупустыни с редкими хилыми лесочками. В здешней природе преобладали глинисто-песчаные почвы, каменистые гряды, песчаные дюны и выходы скал, белых как кость. Снова пришло ощущение, что местность знакома и расположена где-то в Средней Азии. Вполне возможно, что это был какой-то казахский город, к примеру, Астана, столица Казахстана, основанная в тысяча восемьсот тридцатом году как крепость Акмолы, а потом известная всему СССР как город Целиноград. Северцев видел в центре города остатки древнего сооружения, напоминающего крепость. Но в Астане он ни разу не был и уверенным в том, что находится именно в этом городе, быть не мог. К тому же и выглядела столица Казахской Республики так, будто была брошена жителями тысячу лет назад.

Издалека прилетел какой-то посторонний звук, похожий на тонкий детский голосок.

Северцев замер, вслушиваясь в глухую тишину природы.

Звук повторился. Сомнений не было - действительно где-то в черте города крикнула девочка. Не раздумывая, Северцев бросился назад в город, вытаскивая из ножен на поясе нож, единственное оставшееся с ним оружие.

К звуку детского голоса присоединился женский. Северцеву показалось, что он слышит свое имя, приостановился.

– …ле-е-е-ег… оди-и-и-и…

Дьявольщина! Что это означает?! Олег, уходи? Или, может быть, Олег, помоги? И кто это кричит, Варвара?

– Я здесь! - крикнул он, возобновляя бег. - Ждите! Однако добежать до центральной площади пустого города ему не удалось. Он уже был возле той самой крепости, сложенной из каменных глыб, с тремя башнями, когда впереди раздались выстрелы.

Один, два, целая очередь…

Еще два выстрела…

Стреляли из разного рода оружия - из пистолета, автомата и карабина. Что же там, черт побери, происходит?!

– Олег, беги! - донесся отчетливый вскрик Варвары. Казалось, она стоит где-то совсем рядом, хотя Северцев был уверен, что женщина на самом деле находится не ближе полукилометра.

Еще выстрел, затем очередь…

Северцев скрипнул зубами и оставшиеся несколько сот метров до площади преодолел в темпе летящей стрелы, ускорившись до предела.

Это были они - бритоголовые буддийские монахи, все трое, и с ними двое монгольских цириков в серо-зеленоватой форме погранслужбы. Монахи стояли группой в центре площади, поглядывая по сторонам, а пограничники, вооруженные автоматическими винтовками (у одного из них в придачу наличествовал карабин Северцева), держась вдоль стен зданий на противоположной стороне площади, вели огонь в направлении переулка, не давая возможности невидимому противнику высунуться. Кроме того, еще один пограничник крался по переулку к пятиэтажному дому, в котором, очевидно, и скрывалась Варвара с дочерью, с другой стороны.

– Варя, они сзади! - крикнул Северцев во всю мощь легких.

Пограничники перестали стрелять, оглянулись. Трое бритоголовых молодцев, одетых в оранжевые халаты-дели, тоже обратили внимание на Северцева. Один из них, старший, что-то крикнул. В руке его появился знакомый пистолет с лазерным прицелом.

Пограничники бросились к Олегу вместе с двумя монахами, ничем с виду не вооруженными. Однако один из них на бегу вынул из-под полы халата оружие, Северцев спрятался за угол дома и, хотя выстрела не прозвучало, снова почувствовал тяжкий удар по голове. Впечатление было такое, будто внутри черепа лопнул некий упругий пузырь, сдавливая сосуды, выбивая сознание. Если бы Олег не нырнул за угол, разряд неизвестного излучения - он догадался, в чем дело, - наверное сделал бы свое дело и превратил его в безвольную куклу. -…ди-и-и-и! - донесся женский крик. Варвара все еще пыталась предупредить его, зная, что Северцев находится в городе.

"Сволочи! - выругался про себя Олег. - Будь у меня карабин, я заставил бы вас поплясать!"

Руки и ноги внезапно ослабели, сказалось-таки действие разряда, прошедшего сквозь стену здания. Пора была уходить, Варваре с дочерью он все равно не смог бы ничем помочь. Северцев вспомнил беспомощно-вопросительный, полный надежды взгляд больших глаз девочки Лады, пробормотал:

– Я еще вернусь за вами, будьте уверены…

Послышался топот приближающихся монгольских пограничников, выстрелы, глухие удары пуль в стены зданий.

Северцев покачал головой и нажал на красный стерженек аварийного кванкера на часах.

На голову упала глыба темноты и тишины…

Глава 4

Тихий звон, напоминающий зуммер мобильного телефона…

Северцев подхватился, слепо шаря рукой в воздухе, и сообразил, что это зазвонил будильник наручных часов. Настоящих, не тех, под которые маскировался удивительный аппарат под названием синхрон.

Семь утра. Пора вставать и приниматься за дело.

Северцев с трудом поднялся, помахал руками, отжался сто раз на кулаках, сделал столько же приседаний и поплелся в ванную, под душ, вспоминая события минувшей ночи.

Перспектива вернуться в ночную Гоби, на место встречи пограничников и монахов (интересно, кто из них непосредственно системники? Монахи или пограничники? Или и те и другие?) была весьма сомнительной, поэтому он был готов тут же повторить поход в "хронохвост" с пустым городом, где прятались Варвара с дочерью. Но делать этого не пришлось.

Он оказался, по сути, в Гоби, но без пограничников и монахов. Наверное, это была та самая первая точка выхода путешественника на "ось S", в которую он попал, когда нажал на красный кванкер, находясь у воронки НЛО вместе с Виктором.

Тот же пейзаж: каменные осыпи, песчаные дюны, выходы черных базальтов, валуны, темно-синее небо и солнце низко над горизонтом. То ли встает, то ли садится. Но, боже мой, какая же здесь тишина!

Северцев осмотрелся, готовый к любому повороту событий, ничего подозрительного ни вблизи, ни вдали не обнаружил и слегка расслабился. Возможно, Крушан специально провел линию "хронодрайва" в этот безлюдный уголок пустыни, чтобы в случае непредвиденных осложнений перескочить сюда и передохнуть, выбрать оптимальную стратегию дальнейших действий.

Выбрать… А ведь это идея! Почему бы и в самом деле не выбрать другую точку выхода на "ось S"? Итак, посмотрим, что произойдет, если нажать на другие кнопки. С какой начать?

Он задержал дыхание и нажал на прозрачный стерженек.

В черном окошечке мигнула световая "бабочка", развернула крылышки. Под стеклышком поползли красные буковки, складываясь в слова:

"Выходы на "ось Е" фиксированы. Выберите координаты резонанса".

Легко сказать - выберите. Как это сделать?

Северцев внимательно осмотрел часы и нашел на каждом стерженьке маленькое рифленое колечко. Потрогал одно из них - стрелка на белом циферблате слегка сдвинулась.

– Вон оно в чем дело… это регулировка! Надо просто устанавливать стрелки на определенные цифры. Хорошо, рискнем.

Северцев повернул колесико на прозрачном стерженьке на цифру 1, подумал и передвинул дальше - на цифру 2.

– Интересно, куда я попаду? В будущее или в прошлое? И что это такое вообще - "ось Е"? Хорошо бы оказаться в Москве…

Палец коснулся прозрачного стерженька.

В окошечке сообщений появилась новая надпись:

"Выберите трафик".

– Какой еще трафик? - не понял Северцев. Почесал в затылке. - Может быть, эти циферблаты и есть выходы на трафики?

Он нажал черный стерженек.

Темнота!…

Кожа по всему телу превращается в твердый каменный слой, начинает сдавливать тело…

Боль вонзается в голову…

Эт-то еще зачем?!

Удар по пяткам!

Тело вытянулось струной, сжалось до толщины медузы…

Полотнище света смахнуло тьму, и Северцев едва не упал, ощутив себя стоящим на твердой почве. Протер заслезившиеся глаза, повертел головой, приходя в себя, ожидая появления преследователей, и расслабился.

Он стоял на краю обрыва, в метре от узорчатой чугунной ограды, лицом к распахивающейся внизу панораме большого города. За спиной располагалось знакомое многоэтажное здание со шпилем, которое невозможно было спутать ни с каким другим. Такие многоэтажки - количеством семь штук - назывались сталинскими и являлись неотъемлемой частью архитектуры Москвы. Одного взгляда на здание было достаточно, чтобы понять: он в столице! Здание же принадлежало Московскому университету и стояло на Воробьевых горах.

Северцев вздохнул с огромным облегчением и… замер, вдруг осознав оглушительную, невероятную тишину и отсутствие пешеходов. Да и не только пешеходов, но и потока легковых и грузовых машин, троллейбусов, вообще какого-либо движения! Москва казалась покинутой, брошенной, серой, мрачной, будто жители выбрались из нее перед ядерным нападением и больше уже не вернулись. Точно так же, как и жители казахской столицы Астаны. Хотя после "общения" с компьютером синхрона у Северцева зародились определенные сомнения в этом. Никуда люди скорее всего не девались и не эвакуировались. Дело было в каких-то физических особенностях работы синхрона, оперирующего временем. "Хронохвост", - сказала Варвара. Она с дочкой пряталась в "хронохвосте" Астаны, а Северцев попал, очевид-

Но, в "хронохвост" Москвы. Знать бы точно, что это такое на самом деле и с чем его едят…

Он прошелся по тротуару, разглядывая скопление домов с высоты Воробьевых гор, стадион Лужники, лыжные трамплины, Новодевичий монастырь, отметил их унылый серо-грязный цвет, цвет пыли, тоски, запустения, умирания, передернул плечами. Такого возвращения он не хотел. Варвара говорила, что его синхрон настроен только на фиксированные выходы, но ведь циферблаты имеют не по одной цифре, а каждый - по шесть позиций. Может быть, если попробовать установить стрелки на другие цифры, можно будет оказаться в прошлом? Или в будущем?… Впрочем, не суть важно, компьютер аппарата должен знать координаты времен, в которых живут современники Северцева, и перенесет его в Москву начала двадцать первого века…

Где-то у стен университета родился металлический лязг.

Северцев вздрогнул, оглянулся, вспоминая свое двусмысленное положение. Без оружия, связи, без друзей и приятелей он был уязвим и почти беспомощен, как черепаха без панциря. Надо было срочно возвращаться домой, в свое родное время, чтобы взяться за решение подсунутой задачи всерьез и основательно. К тому же Варвара с дочкой находилась в еще более неприятном положении и нуждалась в поддержке. Если, конечно, их не настигли монгольские цирики, имеющие, судя по всему, такие же часы-синхроны, что были и у самого Северцева.

– Разберемся! - пробормотал он, нажимая прозрачный кванкер.

"Выходы на "Е-ось" фиксированы", - выдал компьютер прибора.

– Знаю, - буркнул Олег. - Скажи что-нибудь новенькое.

В черном окошечке поползли буквы, складываясь в новую фразу:

"Выберите трафик".

– Белый, - сказал Северцев, нажимая белую кнопочку.

"Выберите резонанс".

Подумав, он установил стрелочку на белом циферблате на цифру 1 и снова нажал кнопку.

На голову упала темнота. А после недолгих секунд "полета" в черном нигде с вращением и сменой жары и холода вышел Северцев в пять часов утра по московскому времени в районе железнодорожных путей Курского вокзала, перепугав своим внезапным появлением бригаду машинистов, спешащих на работу.

Полчаса он отдыхал, сидя на штабеле старых шпал, обессиленный так, будто не ел целый месяц, и поплелся к вокзалу, радуясь, что бумажник с документами и деньгами лежит в кармане штанов. Через час он был дома…

Конечно, Северцев не раз пытался анализировать невероятную цепь случайных обстоятельств, которая привела к той ситуации, в которой он оказался. И в Монголии, и уже в Москве. Но так и не пришел к выводу, объясняющему все детали происходящего. Одно было совершенно ясно и не требовало особых доказательств: в руках Олега оказалось устройство, перебрасывающее владельца в "хронохвосты" реально существующих территориальных образований, таких как города Астана и Москва. Все остальное представляло собой темный лес: отношения Крушана Сабирова и его жены с некими системниками, сами беглецы, их аппаратура, система, создающая такую аппаратуру. И хотя наука и техника в нынешние времена шагнули далеко вперед, разрабатывая такие невероятные области, как нанотехнологии, Северцев был абсолютно уверен, что до момента встречи с Крушаном в монгольской полупустыне он не знал о существовании таких устройств, как синхрон, устройств, каким-то образом манипулирующих временем. Мало того, Олег всегда считал, что время необратимо, изучив на своем веку немало научной литературы по этой проблеме. То же самое доказывали и ученые-физики, занимавшиеся теорией времени, какой бы они себе эту теорию ни представляли.

Позавтракав омлетом из трех яиц, это было все, что он нашел в холодильнике, Северцев позвонил Константину домой и, к своему удовольствию, застал молодого ученого дома.

– Привет, очкарик, как дела?

– Олег? - обрадовался Зеленский. - Вернулся? Ты же собирался быть в Москве только к концу июля. Нашел НЛО?

– Произошли кое-какие изменения в жизни, НЛО не нашел, расскажу при встрече. Ты идешь на работу?

– Я сегодня уезжаю на Байкал вместе с БР-группой. По свидетельствам очевидцев, туда свалился странный метеорит.

– Вот гадство! Костя засмеялся.

– Да нет, все нормально, я привык мотаться по стране. Или ты имел в виду что-то другое?

– Я хотел показать тебе одну интересную штуковину и заодно поглядеть на нее через аппаратуру твоей лаборатории.

– Так подходи к нам через пару часов, я буду уже на месте. Начальство вызывает нас в девять для инструктажа, потом мы собираемся и к четырем едем в аэропорт Быково, где нас ждет самолет МЧС. Однако час времени я для тебя найду.

– Заметано. Жди после десяти.

Северцев повесил трубку, размышляя о том, что он будет делать до десяти часов, потом набрал номер мобильного телефона Виктора. К его удивлению, актер ответил так быстро, словно ждал его звонка и держал трубку возле уха:

– Олег? Ты где?!

– Дома, - ответил Северцев с невольной усмешкой, представляя физиономию друга.

– Где дома?

– В Москве, разумеется. Позже расскажу подробней, что произошло. Ты как?

Молчание.

– Я-то нормально, а вот ты… не шутишь? Точно говоришь из Москвы?

– Нет, шутками здесь не пахнет. Договорился с Костей, хочу показать ему синхрон. Да и со специалистом намереваюсь проконсультироваться.

– Черт! - сказал Виктор. - Не торопился бы ты с консультациями. - В голосе актера послышалось волнение. - В твои руки попала весьма опасная вещь, с ней надо быть очень осторожным. Подожди меня, не гони лошадей, вместе будем изучать возможности синхрона.

– Вряд ли я дотерплю до твоего возвращения. Да и чего переживать? Я не собираюсь рисковать, сам понимаю, что находка требует особого подхода. Но посоветоваться с физиками надо в любом случае.

– Не спеши, я сказал! - бросил Виктор с необычным озлоблением. - Мы тут сворачиваемся и возвращаемся. Завтра я уже буду в Москве.

– Почему? - удивился Северцев.

– Появились обстоятельства… приехали пограничники, устроили шмон, тебя искали… забрали карабин… а теперь выгоняют всех из страны. В общем, жди.

Телефон умолк.

Северцев подул в трубку, пожал плечами, раздумывая над новостями. Не нравились они ему, не нравился тон разговора и не нравилась реакция Виктора на сообщение о предполагаемых консультациях с учеными. Раньше Красницкий не давал подобных советов и не вмешивался в дела друга, да еще с такой категоричностью. Что там могло у них произойти? С какой это стати пограничники выдворяют съемочную группу за пределы страны, не имея на это полномочий? Но главное - почему Виктор так был возбужден, узнав, что его друж-бан в Москве? Что скрывается за этими чувствами?

Телефон зазвонил снова.

Северцев уставился на него как на вестника несчастий. Осторожно снял трубку и услышал бесстрастный мужской голос:

– Олег Андреевич Северцев?

– Слушаю. Кто говорит? Щелчок отбоя.

– Кто говорит? - машинально повторил Северцев, слушая гудки. И вдруг подумал, что кто-то просто проверил, дома он или нет. Правда, тут же пришла успокаивающая мысль: чушь! Один из знакомых решил узнать, приехал он из командировки или нет, звонок сорвался, и он сейчас перезвонит и назовет себя. Но особого успокоения эта мысль не принесла. Интуиция подсказывала, что срыв телефонного звонка не случаен. Да и голос в трубке был незнаком и необычен, словно с абонентом заговорил сам телефонный аппарат или компьютер. Во всяком случае, такого неприятного сухого голоса Олег никогда раньше не слышал.

– Тьфу на вас! - сплюнул он, подождал минуту, глядя на телефон, и пошел переодеваться.

В десять он подъехал на своей новой "Ауди" - "семер-ке" к четырехэтажному зданию на Мосфильмовской улице, принадлежащему Федеральному центру по изучению непознанных явлений природы, и предъявил дежурному на входе личный пропуск. Этот пропуск - нечто вроде карт-бланша - был ему выдан год назад лично директором Центра академиком Гредасовым "за вклад в развитие отечественной науки и открытия в области археологии". Академик уже не руководил Центром, так как был избран президентом Российской Академии наук, на его месте работал другой человек, но пропуск продолжал действовать.

Константин ждал приятеля в лаборатории электромагнитного мониторинга, заставленной шкафами и стеллажами с аппаратурой. Ему исполнилось уже тридцать лет, но выглядел он гораздо моложе и смахивал на типичного студента-очкарика: небольшого роста, худой, бледный от недосыпания и недоедания, вихрастый, скуластый, с редкой растительностью на лице, называемой "интеллигентской бородкой" и призванной прибавить физику солидности. Правда, эффект эта бородка вызывала прямо противоположный, но Северцев предпочитал на эту тему с Костей не разговаривать, щадя его самолюбие.

Они обнялись, и Олег показал физику часы-синхрон, о чем тут же пожалел. Константин схватил часы, встопорщив брови, повертел в пальцах и чисто рефлектор-но коснулся пальцем стеклянно-черного стерженька. И исчез! Причем выглядел этот процесс не как выключение голографического изображения человека - мгновенно, а с некоторым замедлением: фигура Кости заколебалась, стала полупрозрачной, по ней побежали радужные волны, как при интерференции света, и она растаяла! А перед глазами Северцева пронеслась вся его жизнь!

Он яростно цапнул рукой часы в руке Кости, но не успел. Выругался! Досчитал до десяти, выдохнул, сжал и разжал кулаки, успокивая нервы. Зажмурился изо всех сил, так что в глазах поплыли огненные кольца. Сказал глухо:

– Мэа кульпа… «Меа culpa - моя вина (дат.).».

Что-то свистнуло, теплая волна воздуха толкнула его в грудь. Он открыл глаза.

В воздухе сформировалась призрачная текучая фигура человека, уплотнилась, брызжа сотнями небольших радуг, и превратилась в Константина, так и стоящего с протянутой рукой и отвисшей челюстью. На лице физика была написано такое изумление и ошеломление, что Северцев почти простил ему свой страх и нервный взрыв. Схватил синхрон, погрозил приятелю пальцем.

– Осторожнее, экспериментатор хренов, так можно и не вернуться! Меня до инфаркта чуть не довел! Ну, и что ты видел?

– Да ничего! - пришел в себя Константин, бледно улыбнувшись. - Темно, звезды какие-то, то жарко, то холодно… Потом будто бы помещение какое-то… пустое… Я понял, что влип, нажал кнопочку на часах… и оказался снова здесь! Что это за хреновина?!

Физик снова протянул руку за часами, глаза его за стеклами очков загорелись.

Северцев убрал руку с часами.

– Какую именно кнопочку ты нажал?

– Да разве я помню? Их там целых четыре штуки.

– Похоже, ты в рубашке родился. Если я все правильно понял, ты сначала включил синхрон на перемещение по черному трафику "оси S", а потом случайно запустил его назад по белой ветви. Нажми ты красную кнопку - выплыл бы в "хронохвосте" Астаны - и поминай как звали!

– Ничего не понял! Какой "хронохвост"? Какая Астана? Дай посмотреть…

– Э-э, нет, хорошего понемножку, - отступил Северцев. - Сначала дай слово ничего не нажимать. Я расскажу, где я эту хреновину нашел и где с ее помощью побывал, а уж потом начнем думать, изучать и анализировать. Называется же она синхроном.

Дверь в лабораторию открылась, в щель протиснулась голова какой-то бородатой личности.

– Ты скоро? - Личность увидела Северцева. - Здорово.

– Привет, - отозвался Олег.

– Буду через полчаса, - сказал Константин. - Грузитесь, я свое снаряжение сам принесу.

Бородатый скрылся, дверь захлопнулась. Зеленский закрыл ее на ключ, повернулся к Северцеву. В глазах его зажегся огонек азарта и нетерпения.

– Рассказывай!

– Дай слово - никому ни слова!

– Даю.

Олег поведал ему историю находки необычных часов и о своих походах в "хронохвосты" городов. Добавил после паузы:

– Это как-то связано со временем, хотя возникает масса вопросов. Если я появлялся в будущем…

– Судя по твоим словам, на будущее те места, где ты побывал, никак не тянут.

– Но и на прошлое тоже! Куда девались люди? Почему исчез транспорт? Ведь и в будущем и в прошлом все это должно быть! Разве что отличаться качеством техники и архитектуры. А тут здания стоят вроде бы и современные, но… забытые, потерявшие плотность и цвет, измученные какие-то.

Константин улыбнулся при слове "измученные".

– Я, к сожалению, не великий специалист по хро-нотеории, но кое-что изучал, читал и слышал. Существует много гипотез о природе времени: динамическая, реляционная, статистически-субъективная, матричная, субстанциональная, когерентно-локальная и так далее. Все они имеют своих приверженцев, апологетов и ниспровергателей, а главное - слабые стороны. Но есть еще одна гипотеза, очень экстравагантная, так называемая "концепция Феникса". Возможно, она как раз и отражает истину, если твои "путешествия во времени" не являются… гм, гм, галлюцинациями. Хотя могут быть и другие варианты. К примеру, ты побывал в каких-то "фазовых углах" времени, повернутых относительно нашего. Тебе бы с нашим боссом побеседовать, с Валерием Палычем Олейником, он доктор физматнаук и большой дока в теории времени.

– Познакомь, я его не знаю.

– Он сейчас в командировке, приедет через неделю, так что я смогу вас познакомить, только когда сам вернусь с Байкала. Но… черт! Голова кругом идет! Неужели это не розыгрыш? Дай подержать часики, я не буду нажимать на кнопки, честное слово!

Северцев не без колебаний протянул синхрон Косте.

– А что такое "концепция Феникса"?

– Совершенно сумасшедшая идея, - пробормотал

Физик, жадно разглядывая циферблат аппарата. - В соответствии с этой концепцией сзади нас - ничего! Пепел событий, пыль времен, иллюзия памяти. Вселенная вспыхивает каждое последующее мгновение… - он шумно вздохнул, возвращая часы Олегу, - и гибнет! Но успевает передать информацию о своем существовании следующей Вселенной, почти идеальной копии.

– Почему почти?

– Потому что не все может передаваться без искажений. Как можно идеально передать процесс обмена энергией и информацией без потери каких-то элементов? По-моему, никак. Плюс "вмороженные" в ткань Мироздания вероятностные законы, закон возрастания энтропии и принцип неопределенности, плюс нарушения симметрии… Поэтому у нас и возрастает энтропия - своеобразные "шлаки" жизни Вселенной. В противном случае не возникло бы и жизни. Однако все это… - Константин пошевелил пальцами, - чей-то мысленный эксперимент, интересная задумка, не более.

– Да уж, фантазия у ее творца большая, - хмыкнул Северцев. - Даже представить трудно механизм передачи информации от Вселенной к ее копии. Разве что Богу это под силу. Значит, по этой гипотезе сзади нас ничего нет? А что, если Вселенная гибнет не мгновенно, а с какой-то задержкой? Сначала исчезает жизнь, потом искусственные постройки, потом природа, материя…

– Тебя, похоже, эта идея увлекла, - засмеялся Костя. - Жаль, нет времени на дискуссию. Есть о чем поговорить. Если эти часы - синхрон, то что и с чем они синхронизируют? Какие волновые процессы или квантовые резонансы? И кто изготовил такие часы? Ведь не частные лица, как ты сам понимаешь, и не монгольские пограничники. Это не под силу ни одному современному институту. Хотя я могу и ошибаться. Иногда о новых разработках узнают тогда, когда они уже применяются где-нибудь в войнах. Но если бы такое было возможно, то об этом уже давно говорили бы все. В наше время скрывать подобную инфорацию становится все трудней.

– Ерунда. Кому надо держать в тайне свои делишки, тот держит. Мы до сих пор узнаем что-то новое о войне сорок первого - сорок пятого годов, а прошло с тех пор уже пятьдесят лет.

– Ну, не буду спорить. Часы ты нашел действительно исключительно необычные. Я бы не удивился, окажись их обладатель каким-нибудь пришельцем.

– Никакой он не пришелец. - Северцев вспомнил черноволосого всадника, встреченного им в монгольской степи. - Он казах, а жена у него вообще русская.

– Да я не спорю. Эх, жаль, что я улетаю! С удовольствием помог бы тебе разобраться с твоим синхротроном.

– Синхроном.

– Один хрен.

– Синхротрон - это ускоритель электронов…

– Ладно, ладно, умник, я помню, что ты закончил МИФИ. Будешь исследовать находку? Можно проска-нировать ее на томографе, просветить рентгеном и померить характеристики. Хорошо бы еще откусить кусочек браслета для спектрального анализа материала.

– Да еще кислотой облить и нагреть до трех тысяч градусов, - добавил скептически Северцев, - чтобы посмотреть, что будет. Любишь ты активные эксперименты, с кувалдой и взрывчаткой.

– Кто же их не любит? - хихикнул Зеленский. - Работай пока, я буду собираться.

Он занялся своими делами, а Северцев направился к аппаратуре физического анализа, прикидывая, что он может использовать для изучения синхрона без риска сломать уникальный прибор.

За полчаса, пока Константин носился по лаборатории, исчезая за дверью и появляясь вновь, Олегу удалось измерить массу часов, четыреста двадцать граммов, и энергетику: излучали они как мощный аккумулятор на двести ампер-часов! Правда, излучение было не радиоактивным, а микроволновым, однако носить синхрон на руке при такой генерации не рекомендовалось.

Кроме того, Северцев попытался заглянуть внутрь аппарата с помощью портативного интроскопа, какими пользовались в аэропортах при досмотре груза, но эк-ранчик интроскопа показал лишь сплошное черное пятно в форме паука. Деталей никаких Северцев не увидел. И браслета не увидел, будто тот для лучей интроскопа был абсолютно прозрачен.

– Ну, что? - сунулся к нему взмыленный Константин. - Определил что-нибудь? Материал браслета, корпуса часов?

– Приблизительные характеристики. Корпус часов, похоже, сделан из сплава тантала и ниобия, а браслет вообще из какой-то странной керамики с кучей органических соединений.

– Мы же не химики, - обиделся за лабораторию Костя, - поэтому и аппаратура стоит другая. Хочешь, я отведу тебя в сектор химбиологических исследований? Там у них есть все для химического анализа, враз определишь материал часов. Да и начальник сектора очень приятная молодая женщина.

– Не стоит привлекать других людей, - покачал головой Северцев. - Об этой штуке не должен знать никто из посторонних, только те, кто держит язык за зубами и кому можно доверять.

– Тогда я не знаю, как тебе помочь. В твоем Курчатовском у тебя не осталось знакомых? У них там тоже оборудование должно быть современным и классным.

– Знакомые есть. - Олег подумал о начальнике сектора, который хорошо отнесся к новому младшему сотруднику еще в начале карьеры Северцева. - Я поразмышляю. Возвращайся быстрее, будешь помогать. Только не трепись никому о находке.

– Могила! - прижал руку к груди Константин, умоляюще посмотрел на приятеля. - Может, рискнем включить синхрон вместе? Двоих он берет?

– Двоих… - усмехнулся Северцев. - Это же не такси и не вертолет. Раз он сделан в виде часов с браслетом, то и предназначен для одного. Знаешь что, оставь мне ключ от лаборатории, а? Я поработаю еще немного после твоего ухода и сдам ключ на проходной.

Костя нерешительно взялся за нижнюю губу, помялся.

– Вообще-то делать этого нельзя, может влететь от начальства…

– Когда приходят остальные сотрудники?

– Обычно в десять они уже в лаборатории, но двое в командировке, Шурик едет со мной, тот бородатый, что заглядывал, а Дина Марковна болеет, вернее, у нее ребенок заболел, так что если кто и придет, то один человек - Аркадий Львович, а он появляется обычно после обеда.

– В таком случае никто ничего не узнает, я смоюсь отсюда не позднее двенадцати.

– Хорошо, - сдался Константин, - бери ключ. Только не поломай мне тут ничего, не взорви, а то уволят без выходного пособия или посадят.

– Обижаешь, студент.

Константин улыбнулся, ударил ладонью о ладонь Северцева, пожелал ему удач и скрылся за дверью с двумя тяжелыми сумками в руках. Северцев бросил взгляд на "нормальные" часы - одиннадцать без десяти, время еще есть - и включил лазерный спектроскоп. Затем ядерный магнитный томограф, использующийся для изучения внутреннего строения метеоритов и геологических образцов. Но посмотреть, что находится внутри синхрона, так и не смог. Экран томографа, как и экранчик интроскопа, показал лишь сплошное серое пятно, будто сердечко синхрона состояло из сплошного куска металла. Северцев догадывался, в чем дело: корпус аппарата имел защитный слой, отражающий все виды электромагнитных излучений, поэтому либо требовались более мощные излучатели, либо специальные методы, либо вообще только механическая разборка. То есть синхрон надо было разрезать на части, чтобы разобраться в его устройстве. Но, во-первых, это было чревато угрозой срабатывания защиты, а то и мощным взрывом, а во-вторых, Северцев вовсе не был уверен в том, что синхрон разбирается на части. Это мог быть единый механизм, точнее, механический организм, созданный с помощью нанотехнологий, и никакой "разборке" он не поддавался. При всем при том Северцев был уверен, что такими технологиями не владеет ни одна страна в мире. Наука на Земле, а тем более техника, еще не дошла до реализации теорий времени.

С другой стороны, не верилось и в пришельцев, оккупировавших Землю и манипулировавших временем во имя своих загадочных целей. Ни Крушан с женой Варварой и дочерью Ладой, ни монгольские монахи и пограничники никоим образом не походили на пришельцев. Северцев был уверен в этом на сто процентов. Единственное, с чем он мог согласиться после долгих размышлений, так это с тем, что они могли работать на пришельцев или были закодированы ими и подчинялись на бессознательном уровне.

Поразмышляв еще немного, Олег отбросил эту версию в отношении Крушана и Варвары. Казах и его жена явно пошли против кого-то, даже если это и в самом деле были пришельцы. А это означало, что они начали сопротивляться своим бывшим хозяевам и закодированными быть не могли.

Северцев усмехнулся сам себе, обнаружив склонность к литературному творчеству. По сути он разработал целый сюжет, сценарий ситуации, осталось только перенести сюжет на бумагу и написать роман.

– Посмотрим, - пробормотал он, выключая аппаратуру лаборатории, - я могу и ошибаться.

Дверь в лабораторию внезапно открылась, на пороге появился пожилой седой мужчина в коричневом костюме с галстуком. В руке он держал потертый портфель.

Увидев Северцева, он остановился, с недоумением поднял брови.

– Вы кто?

– Здравствуйте, - сказал Олег, поборов желание ответить: путешественник в пальто. - Я друг Кости Зеленского. Он уехал в командировку, попросил, чтобы я подождал начальство, что я и делаю. Вы Аркадий Львович?

– Да, я Лорман, начальник лаборатории. - Седой подозрительно осмотрел помещение. - Странно, что меня никто не предупредил. А документы у вас есть?

– Естественно, я Олег Северцев, бывший инженер, теперь путешественник-исследователь. Может, вы слышали мою фамилию по ТВ.

– Слышал, но…

– До свидания. Извините. - Северцев откланялся. - Вы пришли, и я ухожу.

Он подал сбитому с толку руководителю Зеленского ключ от лаборатории и вышел в коридор. Остановился, включая резервы слуха, и услышал торопливый голос:

– Охрана? Сейчас к вам подойдет высокий молодой человек с седой прядью, одет в джинсы, белую рубашку и жилет. Задержите его!

Северцев покачал головой, направился было к выходу из здания, но замедлил шаг, подумав, что ничего хорошего его задержание не сулит. Охранники Центра, возможно, и не станут его обыскивать, но вполне могут передать правоохранительным органам, а уж те непременно обыщут и найдут часы-синхрон. Что будет потом, угадать нетрудно. Кто-то случайно заденет кванкер… и начнется такая катавасия, что на свободу он выйдет нескоро.

Северцев оглянулся, увидев приоткрытую дверь лаборатории: Аркадий Львович, не то перестраховщик, не то трус, не то сотрудник неведомой "системы", наблюдал за ним в щель, не решаясь на прямые переговоры. Олег подмигнул щели и быстро зашагал по коридору к лестнице. А на лестничной площадке, воровато оглядевшись и никого не заметив, набрал координаты "хро-нохвоста" Москвы.

Глава 5

Три часа он бродил по тихой и пустой Москве, поражаясь отсутствию всякого движения в городе. Три часа искал хоть какое-то объяснение этому явлению, но так и не нашел. И не придумал. Синхрон явно перенес его во времени "назад", в Москву прошлого - то ли на год, то ли на месяц, то ли на мгновение, но этот перенос никак не вмещался в понятие "путешествие во времени". Отсутствие людей и техники невозможно было ничем объяснить, а "водитель" - компьютер синхрона, если и знал истинную суть процесса, внятно рассказать об этом Олегу не мог, будучи всего лишь электронным механизмом, настроенным на определенную функцию. Единственное, что понял Северцев из его коротких сообщений, появлявшихся в окошечке часов, касалось "синхронизации по "оси S". Этот процесс действительно не являлся "движением во времени", но был с ним связан определенным образом, синхронизируя волновые колебания организма Северцева с фазово-волновы-ми вибрациями природы - "в пределах квантового перехода". Что это такое - "квантовый переход", Северцев понял по-своему, принимая его за порцию временной длительности, отделяющей печальный "хроно-хвост" Москвы от Москвы реально существующей, наполненной движением и жизнью.

Чешуйчатую дымно-прозрачную колонну, с которой Олег познакомился в "хронохвосте" Астаны, он обнаружил и здесь, нависающую над городом апокалиптическим хоботом неведомого исполинского насекомого. Попробовал дойти до нее, но быстро убедился, что башня по мере приближения к ней как бы отодвигается,

Оставаясь недосягаемой и тревожащей душу громадой. Впечатление складывалось такое, будто она либо существует лишь в воображении наблюдателя, либо становится невидимой при взгляде на нее и проявляется, только когда наблюдатель отворачивается. Что, в общем-то, тоже указывает на психофизическую основу этого феномена.

Ради любопытства Северцев зашел на территорию Кремля, но не увидел ни одного колокола, ни часов на Спасской башне, ни Царь-пушки с горкой ядер. То есть ничего, что являло бы собой произведения рук человека, но при этом дома, башни, строения, Кремлевская зубчатая стена, также являвшиеся произведениями рук человеческих, стояли на своих местах как удивительные памятники самим себе или же декорации к какому-то чудовищному гротескному спектаклю, смысл которого был Северцеву недоступен.

Пришла пора возвращаться в "свое время", где бы это время ни находилось.

Северцев присел на ступеньки храма Василия Блаженного, потерявшего все свои великолепные краски, задумался над ситуацией. В принципе, в цейтноте он пока не находился и мог свободно перемещаться по Земле, используя синхрон. Если по следу и шли неведомые системники, они еще не вычислили местоположение беглеца и не знали, где его следует искать. С другой стороны, они вполне могли определить место жительства Северцева, координаты его друзей и ждать его где-то по этим адресам хоть год, так как в любом случае он должен был появиться в своей реальности. Надо было либо придумать нечто экстраординарное, чтобы не дать застать себя врасплох, либо готовиться к войне с преследователями и всегда быть начеку. Что, кстати, требовало повышенного расхода психической энергии.

– Шутки шутками, но могут быть и дети, - глубокомысленно произнес Северцев, вспоминая известного юмориста. - Не кажется ли вам, барон, что вы влипли по уши?

С территории Кремля донесся отчетливый треск, будто по каменным плитам шагала лошадь, цокая подковами.

Северцев поднялся, навострил уши.

"Лошадь" продолжала шагать, приближаясь. Появилось неуютное ощущение взгляда в спину, сопровождающееся холодным ветерком тревоги.

Надо было все-таки сначала вооружиться, мелькнула мысль, а потом уходить на "ось S".

Палец коснулся кнопочки прозрачно-стеклянного кванкера. В окошечке сообщений появилась бегущая строка: "Выходы на ось фиксированы".

Стоп, подумал Северцев, внезапно прозревая. До сих пор я перемещался по "оси S" только в пределах одного квантового перехода. То в "хронохвост", то обратно. А что, если попробовать другие цифры на циферблатах? К примеру, цифру 2.

Он перевел стрелочку на черном циферблате на цифру 2. Нажал кванкер.

– Вперед, испытатель машины времени! Удар по голове!

Волна холода и тепла…

Удар в ноги…

Северцев зажмурился от световой вспышки и тут же открыл глаза.

Он стоял на вершине холма, окруженного серо-зеленым дремучим лесом, и смотрел на реку, текущую под холмом.

Ни Кремля, ни храма Василия Блаженного, ни города вообще! Ни одного здания или хотя бы хибары!

Ничего, кроме леса, зеленовато-желтых полей вдалеке, за рекой, синего пустого небосвода без единого облачка и солнца над горизонтом, бледного, нежаркого, усталого.

– Оба-на! - хрипло выговорил Северцев. - Заходите, гости дорогие, будьте как дома…

Тишина была ему ответом. Полная, всеобъемлющая, невероятная тишина. Примерно такая же, какая

Царила в местах выхода в "хронохвостах". Не пели птицы, не кричали суслики или другие мелкие животные, не свистел ветер в кронах деревьев. Тишина и неподвижность. Унылая обреченность. Мир еще не мертв, но уже болен. Или, может быть, еще болен?…

– Что здесь происходит, хотел бы я знать?!

Голос увяз в воздухе, не вызвав эха, и тихо умер в зарослях кустарника в десяти шагах.

Неужели это и есть будущее, ожидающее человечество? Или все-таки синхрон действительно перемещает владельца по таинственной "оси S" куда-то в ином направлении? Не в прошлое и не в будущее? А, допустим, "в сторону"?

Запершило в горле.

Северцев кашлянул, еще раз кашлянул и еще, пока не понял, что организм реагирует на присутствие незнакомых запахов и на иной газовый состав атмосферы. Дышать этим воздухом было можно, однако в нем было гораздо больше азота и меньше кислорода.

– Если это будущее, то я - царь Иван Грозный, - пробормотал Северцев, озираясь.

Внизу, под холмом, к берегу реки вдруг вышел конь, понуро опустив голову, и начал пить воду, поводя боками.

– Мать честная, здесь водятся звери! - удивился Северцев. - Может быть, и люди рядом?

Он вознамерился было позвать хозяина лошади и прикусил язык, вовремя вспомнив о преследователях.

Тут тихо надо, сказал внутренний голос с саркастической ноткой, погрозив хозяину пальцем.

Северцев направился с холма к реке, еще не зная, что будет делать в последующие минуты. Приблизился к лошади, покосившейся на него с некоторой опаской, но продолжавшей пить.

– Не бойся, скакун, - негромко проговорил Северцев. - Давай знакомиться. Тебя как зовут?

Лошадь подняла голову, фыркнула.

– Понятно, лишние знакомства тебе не нужны. Не возражаешь, если я на тебе прокачусь?

Северцев сделал шаг, другой, третий, продолжая говорить медленно и ласково, коснулся бока лошади. По коже животного пробежала волна, однако лошадь осталась на месте, раздувая ноздри и косясь на человека фиолетовым глазом.

– Вот и хорошо, вот и славно, все здорово, мы подружимся. - Северцев запустил пальцы в гриву лошади, потрепал. - Судя по всему, ты не ходила под седлом, тебе может не понравиться, но уж ты потерпи…

Он погладил животное по шее, по морде, обнял, попробовал сдвинуть с места. Лошадь не сразу поняла, чего от нее хотят, но человек был добр и настойчив, и она подчинилась, направилась вверх по речному откосу.

– Отлично! - одобрил Северцев, подводя ее к замшелому валуну. - Теперь стой смирно, а я попробую сесть.

Лошадь прянула ушами, переступила с ноги на ногу, но не взбрыкнула и всадника не сбросила.

– Молодец, скакун, - похвалил ее Северцев. - Мы хорошо смотримся. Давай попробуем подъехать к тому туманному объекту на горизонте. Очень уж мне хочется взглянуть на него вблизи.

Лошадь зашагала с холма в низину, снова взобралась на холм и углубилась в лес, серо-зеленый, унылый, казавшийся присыпанным пылью и пеплом, заполненный тишиной и застарелым запахом заброшенности и обреченности.

Сначала Северцев пытался разглядеть в зарослях хоть кого-то, поймать движение, потом перестал и уговорил лошадь двигаться быстрей. Скакать без седла и удил было трудно, да и лошадь не привыкла нести на спине наездника, поэтому бешеной скачки не получилось, тем не менее через час они удалились от места выхода Се-верцева километров на двенадцать, и он убедился, что и здесь проявляется тот же феномен, свидетелем которого он стал при первых путешествиях по "хронохвостам".

Туманно-прозрачная башня на горизонте, исчезающая в небе на большой высоте, не приблизилась ни на йоту, будучи такой же недосягаемой, как и раньше. Возможно, она существовала только в воображении Северцева, напоминая о его нахождении на "оси S", эфемерно проявлявшаяся в этом мире, похожем и не похожем на Землю. А потом Олегу пришла в голову мысль, что башня вполне может находиться вне Земли, за пределами орбиты Луны, и он долго обдумывал идею, пока не пришел к выводу, что в его положении без достоверной информации правомочна любая гипотеза. Идея расположения гигантской чешуйчатой башни за пределами атмосферы Земли была ничуть не хуже остальных. Хотя при этом сразу возникали вопросы: кто ее соорудил и зачем? Ответов же у Северцева пока не было. К тому же пришла пора решать, что делать дальше.

По натуре Северцев был человеком романтичным и увлекающимся. Встреча с Крушаном, находка синхрона и все последующие за этим события изумили его и привели в состояние почти детской восторженности: душа жаждала тайны и получила возможность жить ожиданием развязки удивительных событий. Вместе с тем путешественник имел большой жизненный опыт, опыт выживания в экстремальных условиях, прошел огни и воды, не раз оказывался на краю гибели, но с честью выходил из труднейших положений и знал обратную сторону жизни - суровую, циничную, порой злобную, жестокую, где проявлялись худшие человеческие качества, выраженные формулой: человек человеку - волк!

Путешествия по "оси S", забрасывающие его в земные пространства, явно претерпевшие какие-то необычные изменения, по-прежнему приводили его в мечтательно-созерцательное состояние, но в то же время он прекрасно отдавал себе отчет, насколько они опасны и непредсказуемы, поэтому не расслаблялся ни на минуту и держал нервную систему в готовности "номер один". Способность адекватно реагировать на любые изменения окружающей среды - как природной, так и соци-

Альной - вошла в плоть и кровь, стала "седьмым чувством", частью нервной организации, и Северцев давно не задумывался над тем, как и что ему делать в той или иной ситуации. Решение приходило как бы само собой, интуитивно подмеченное и, как правило, верное. В данном же положении, в каком он оказался, нажав черную кнопочку синхрона, реагировать, в сущности, было не на что. Ничто не нарушало сонно-унылого спокойствия природы, ни одно движение не колебало заросли леса, звуки буквально застревали в воздухе и листве деревьев, мир до краев был наполнен меланхолическим ожиданием перемен.

Ночная природа на Земле тоже ждет рассвета, но это ожидание живое, предвещающее восход солнца и вспышку дневной жизни. Здесь же мир, в какой попал Северцев, пережил некую трагедию и теперь балансировал на грани небытия.

Проскакав еще километров десять по лесам и перелескам по направлению к туманно-исчезающей колонне на горизонте, Северцев спешился, похлопал поводящую боками лошадь по шее.

– Спасибо, друг! Иди, отдыхай, больше ты мне не понадобишься. Еще не все потеряно, раз ты встретился мне на пути. Где-то, наверное, пасутся твои собратья, а в лесах бродят другие звери. Единственное, что мне хотелось бы узнать: где твои хозяева. Куда вообще подевались люди? Если это будущее, то почему в нем нет человека? Или, может быть, писатели правы? Была война, и все погибли? Вымерли, как динозавры?

Лошадь фыркнула, опустила голову и начала щипать бледно-зеленую густую траву на склоне холма. Откуда-то издалека прилетел короткий гром. Северцев оглянулся, прислушиваясь, разглядывая с холма зелено-серое лесное море до горизонта. Гром не повторился. Но чтобы выяснить, чем он вызван, и вообще разведать обстановку, нужен был транспорт и лучше всего - воздушный. Атак как ни вертолета, ни воздушного шара, ни на крайний случай мотодельтаплана у

Северцева не имелось, он решил отложить исследование этого мира на будущее. К этому походу следовало тщательно подготовиться.

Еще один рокочущий звук обрушился на притихший лес, породив недолгое заикающееся эхо. Гром… Гром?! Северцев вдруг понял, что звук больше всего похож на взрыв! А это, в свою очередь, указывало на присутствие в этом мире людей. Интересно, кто они? Такие же путешественники, как он сам? Аборигены, оставшиеся в живых после войны или вселенского мора? Неведомые системники, о которых предупреждала Варвара?… Кстати, как она там, с дочкой? Успела убежать от монахов с пограничниками? Зачем выдала себя, предупреждая незнакомого ей человека об опасности? Была уверена, что сумеет скрыться от преследователей?…

В той стороне, откуда дважды прилетело эхо взрыва, зародился тихий, постепенно усиливающийся треск. А затем над лесом показался низко летящий вертолет в камуфляжной окраске, хищный, стремительный, грозный, с двумя подвесками НУPC и двумя кронштейнами с ракетами класса "воздух-земля". Он вильнул влево, вправо, подпрыгнул, нацеливаясь в сторону замершего на холме Северцева, и тот, холодея, сообразил, что вертолетчики знают, где он находится, и ищут именно его.

– Этого нам только не хватало! "Черная акула"!… Олег метнулся в заросли дубняка под холмом, тут же

Сделал зигзаг, и вовремя: подвеска НУРС пыхнула стрелкой дыма, и на вершине холма расцвел веер огня, дыма и комьев земли. Грохнуло!

– Вот блин! Что я вам такого сделал?!

Северцев прыгнул в низинку, упал на траву под ствол давно рухнувшего дерева.

Грохнуло трижды, прошумело эхо, гул винтов вертолета изменился: он пошел по кругу, облетая холм с развороченной взрывами вершиной.

– Вот гад! Не отцепится ведь по-доброму! Был бы ПЗРК1 под рукой, я бы тебе показал, кто здесь хозяин…

Еще серия взрывов, гораздо ближе первых.

Кажется, пора сматывать удочки, парни в вертолете взялись за дело всерьез. Интересно, как они отыскали его? Неужели выходы синхрона действительно каким-то образом пеленгуются?

Северцев поправил браслет аппарата.

Выручай, машина времени!

Палец коснулся прозрачного стерженька.

Черное окошечко на циферблате синхрона зажглось желтым огнем, и на фоне светящейся желтизны побежали багровые буковки:

"Регистр "Е-оси" заблокирован".

Северцев чертыхнулся: это еще что такое?! Хотел нажать красный стерженек аварийного кванкера, но передумал и коснулся белой кнопочки. В позеленевшем окошечке сообщений появилась новая надпись:

"Укажите масс-координаты".

– Вперед! - пробормотал Северцев, снова нажимая прозрачный стерженек.

В окошечке поползла другая надпись из алых буковок - БМГ, которые Северцев считал аббревиатурой слов: "безопасность максимально гарантирована". Теперь осталось определить лишь шаг перехода. Поразмышляв пару мгновений, он крутанул кольцо фиксатора, устанавливая стрелку на белом циферблате на цифре 2.

Где-то совсем рядом рванул реактивный снаряд НУРСа. Вертолетчики обнаружили цель и готовы были ее поразить.

Северцев вжался в землю.

Чтоб вас! Не дадут сосредоточиться!

Рвануло, казалось, в метре от естественного укрытия, так что по стволу дерева забарабанили осколки снаряда, камни и комья земли.

Переносной зенитно-ракетный комплекс.

К счастью, водитель синхрона уже настроился и включил режим синхронизации. Повторились ставшие уже привычными ощущения: темнота, удар по голове, волна тепла и холода, сжатие - растяжение, боль в ушах - и Северцев оказался посреди бескрайней степи, поросшей редкой, желтоватой и бледно-зеленой, хво-щеподобной травой.

Леса исчезли!

Холмы оплыли.

Равнина казалась абсолютно плоской, хотя на самом деле была покрыта длинными трещинами и усеяна ямами наподобие карстовых. Таффон - всплыло в памяти название этих образований, обычно присущих известняковым породам.

Солнце висит низко над размытым горизонтом, раздувшееся, сплющенное и совсем бледное, неяркое, а рядом торчит исполинский "бамбук" - тающая в небе полупрозрачная серая башня, напоминающая удилище и одновременно ус исполинского живого существа. Небо в этой местности имеет тускло-фиолетовый, с оттенком сиреневого цвет. Вот, значит, как выглядит еще более "отдаленное будущее", ожидающее путешественника по "оси S" впереди!

Северцев открыл рот, дыша как вытащенная на берег рыба. Воздух здесь был, во-первых, не так плотен, как в родной реальности, а во-вторых, имел явно меньше кислорода и больше азота и углекислого газа. Дышать можно, только недолго.

Он прошелся по равнине, поднимая кроссовками облачка коричневой пыли на открытых местах, взобрался на невысокий холмик. Куда ни кинь взгляд - один и тот же унылый пейзаж: бугры, ямы, трещины, языки песка и трава. Лишь в обратной от башни стороне виднеется на горизонте понижение, отблескивающее синевой. Очевидно, там располагался какой-то крупный водоем, озеро, а то и залив моря. Можно попытаться дойти туда, по прямой до водоема не больше десяти-двенадцати километров, но есть ли в этом смысл? Был

Бы в распоряжении вертолет, можно было бы подняться повыше и сделать рекогносцировку местности. Однако и без того понятно, что Земля "впереди" по "оси S" выглядит как умирающая от старости планета.

Северцев вспомнил роман Герберта Уэллса "Машина времени". Его герою удалось посетить будущее на десятки миллионов лет вперед, а последнее путешествие вообще вынесло путешественника во времени к моменту угасания Земли. Правда, описание природы в романе не соответствовало тому, что видел сейчас перед собой Олег, но впечатление складывалось почти такое же: жизнь на планете этого периода времени почти исчезла, природа одряхлела и готова была перейти границу вечности. Знать бы точно - соответствует путешествие во времени передвижению по таинственной "оси S" или нет. Может быть, это есть передвижение в миры виртуальных состояний реальности?

Издалека прилетел едва слышимый рокот. Северцев очнулся. И тут вертолет! Или просто проявление стихий? Проснулся вулкан, произошло землетрясение, на берег моря обрушилось цунами…

Нет, чепуха! Здесь давно ничего не происходит. А звук действительно похож на гул вертолета. Неужели и здесь существует служба наблюдений за пространством, отмечающая появление гостей из других времен?

Рокот приблизился. Над горизонтом появилась черная точка, увеличивающаяся в размерах. Олег скрипнул зубами. Прятаться на равнине было негде, бежать не хотелось, но и подставляться под залп ракет тоже не было особого желания. Пора уходить.

Он сбежал с холмика в низинку, присел на корточки, отмечая необыкновенную легкость в теле. Сила тяжести в этом угасающем мире была процентов на двадцать меньше, чем на настоящей Земле. Итак, куда теперь? Домой? Или продолжить разведку "будущего"? Интересно, что там ждет меня еще дальше по "оси S"? Палец коснулся кнопочки белого кванкера.

"Установите координаты резонанса", - потребовала алая надпись в окошечке аппарата.

– Еще на шаг дальше по "оси S", - пробормотал Северцев, поворачивая колесико фиксатора и устанавливая стрелочку на белом циферблате наделение с цифрой 3.

Вертолет выскочил из-за холма как вестник Апокалипсиса, но синхрон уже начал процесс перехода на "ось S", и пилоты не успели накрыть беглеца залпом НУРСов. Последнее, что отметило сознание Северцева, была форма винтокрылой машины: вертолет был другой, не российская "Черная акула" - К-50 фирмы Ка-мова, которая преследовала его недавно.

Темнота… удар… волна жары, потом холода… боль в ушах… свет!

Серо-зеленая равнина, вся в рытвинах и дырках.

Черное небо с россыпью звезд и оранжевой дыней светила.

С неба сыплется снежок и испаряется, не долетая до земли. Жуткий холод! И дышать почти нечем. А вот двигаться легко и приятно, тяготение здесь, наверное, в два раза меньше земного. Разве что долго находиться в этом мире нельзя, либо задохнешься, либо замерзнешь… Зато здесь вряд ли летают вертолеты - слишком разрежен воздух. И то хорошо. Можно оглядеться спокойно Куда я попал, однако? Земля это или не Земля?…

Что-то сверкнуло над горизонтом.

Северцев напряг зрение и увидел почти невидимый призрак гигантской башни, перечеркнувший небосвод. Она присутствовала и здесь, соединяя миры "оси S" эфемерной по внешнему впечатлению, но психологически достоверной стрелой. Может быть, это действительно своеобразная ось, на которую, как бусы на нитку, нанизаны похожие на земной миры?

В небе загорелся огонек, помигал и погас. Сработала интуиция, определившая в этом явлении некую опасность. Возможно, в атмосфере планеты плавал воздушный шар с наблюдателями, обозревавшими равни-

Ну, и кто-то из них сейчас рассматривал путешественника в бинокль.

Поехали отсюда! Нет смысла рисковать здоровьем и дожидаться появления системников. Мало ли чем они здесь вооружены.

Палец замер над черным стерженьком "возврата в прошлое". А что, если скакнуть вперед еще разок? Что изменится? В какое будущее он попадет?

Северцев установил стрелку фиксатора на цифру 4 и нажал белый кванкер.

В черном окошечке синхрона зажегся красный огонек.

"Предупреждение! - поползли в окошечке алые буковки. - Верхние регистры "S-оси" требуют внешней защиты".

– Что это значит? - озадачился Олег. - Какой такой защиты?

Подумав, он еще раз нажал на белый стерженек.

"Следующий резонанс соответствует горизонту распада макрообъектов с массой от ноль пяти до десяти геоединиц", - любезно сообщил синхрон.

– Что такое геоединица? Килограмм, что ли? Центнер? Черт, не знаю я, как тебя спросить, чтобы ты ответил.

Северцев еще раз нажал на белый кванкер.

В окошечке сообщений появилась новая фраза:

"Объект синхронизации должен быть защищен".

– Я так понимаю, что у меня должен быть какой-то спецкостюм? Скафандр?

Синхрон молчал. Он не понимал человеческого языка.

– Дурак электронный! Придется возвращаться. Северцев собрался было нажать черный стерженек и

Передумал, вспомнив о Варваре с дочкой. По сути, он бросил их там, в "хронохвосте" Астаны с подбирающимися к убежищу убийцами. И хотя Варвара сама предупредила его, зная, чем рискует, а у него к тому же не было оружия, чтобы защитить ее и себя, все равно отступление

Выглядело некрасиво. Почему он не подумал об этом раньше? Ведь эта женщина - единственная, кто может помочь ему разобраться в "путешествиях во времени" и с обстоятельствами, им сопутствующими. Да и в этом ли счастье? В любом случае нельзя бросать человека в беде, кем бы он ни был. Даже если он не просит помощи!

Северцев облился потом, с досады ударил кулаком по колену, наградив себя эпитетом "равнодушная скотина". Равнодушным он в принципе никогда не был, но эмоции требовали выхода, а винить в отсутствии заботливости о ближнем можно было только себя.

"Вы нажали аварийный кванкер", вспомнились слова Варвары. То есть - вот эту красную кнопку. Очевидно, выходы этого канала синхрона строго привязаны к местности и не требуют дополнительных манипуляций. Потому он и аварийный: нажал - и оказался в определенном времени и месте. Скорее всего, Крушан специально настроил аппарат таким образом, чтобы сразу прыгнуть в то место, где оставил жену и дочь. А первая остановка, испытанная новым владельцем синхрона, является просто запасным аэродромом, дающим человеку возможность избавиться от угрозы расправы и в спокойной обстановке настроить аппарат и окончательно уйти от преследования. Когда на Северцева хотели напасть монгольские пограничники, он тоже автоматически воспользовался аварийным кванкером и оказался в Астане.

"А если там засада?" - предостерег Северцева внутренний голос.

"Смыться я всегда успею", - пожал плечами Олег.

"Но ты безоружен!"

"Будем действовать по ситуации. Оружие можно

Отобрать у противника".

"Ты ненормальный!" - сказал внутренний голос.

– А то! - вслух проговорил Северцев, прекращая дискуссию с самим собой. Нажал кнопочку аварийного запуска.

Смена ощущений: тьма - жара - холод - растяжение - сжатие - боль - свет…

Свет, правда, был тусклый, попал он прямо в момент рассвета, но вокруг стоят глыбами дома знакомых очертаний, глаза ловят знакомые формы, нос - знакомые запахи, уши - глухую могильную тишину. Вот и здание с колоннами - аналог президентского дворца в Астане. Сомнений нет, он попал, куда и намеревался. Теперь надо определить, здесь ли еще монголы, оставили засаду или убрались восвояси, захватив - или не захватив - жену Крушана.

Северцев перешел в состояние боевого ожидания, которое учитель называл "полетом беркута", тенью переместился через площадь брошенного города к ближайшему переулку, держа палец на кнопке аварийного кванкера. Но все было тихо. Не звякало оружие, не доносились голоса людей, нигде ни огонька, да и интуиция молчит как партизан. Никого? Монголы-системники сделали свое дело и ушли?

Он обошел площадь, замирая у стен зданий, вслушиваясь в поразительную тишину города. Рассвет занимался какой-то уж очень робкий и прозрачный, и, лишь увидев между зданий бледное желто-голубоватое светило, Олег понял, что это взошла луна. Правда, в отличие от хорошо знакомого "родного" спутника Земли эта планета была вдвое больше и светила ярче. Скорее всего спутница Земли в этом мире просто находилась на более низкой орбите, но эффект получался необыкновенным. При взгляде на этот массивный светящийся шар с тенями морей и крапинами кратеров захватывало дух и сердце невольно сжималось от страха, что он сейчас начнет падать и сметет все на своем пути…

Северцев очнулся, прильнул к стене, прячась в тень. Показалось, что кто-то еле слышно окликнул его по имени. Простояв несколько минут в позе статуи, он с сожалением констатировал, что шепот ему почудился. Ни одно движение, ни один звук не нарушали глубокой усталой неподвижности города. Он был явно мертв и

Явно пуст. Никто не прятался за стенами домов и не разглядывал гостей города через прицел снайперской винтовки.

Олег бесшумно двинулся по переулку к тому кварталу, куда при расставании удалилась Варвара с дочерью. Остановился, все так же поддерживая организм в состоянии "вибрирующей энергетической струны". Никого… глухо… тихо… пусто… Неужели они забрали-таки Варвару с собой? Или просто убили и бросили?…

– Варя… - позвал он негромко, готовый к действию.

Тишина.

Луна поднялась выше, осветила улицу.

Северцев зашел в один дом, в другой, третий, не нашел никаких следов пребывания в них людей, вышел на середину улицы и крикнул во весь голос:

– Варвара!

Эхо крика метнулось между домами, погасло. Ни звука в ответ, ни шороха, угрюмое молчание пустого города.

– Варя! Это я, Олег!

– йа-йа… йег-йег…

"Нет ее здесь, - буркнул трезвый внутренний голос. - Раньше надо было заняться поисками".

"Сам знаю! - огрызнулся Северцев. - Она вполне могла уйти от этих бандитов на "ось S".

"Надейся…"

"Отстань!"

Обиженный внутренний голос умолк. Северцев вздохнул. Он не был уверен, что Варваре удалось убежать от преследователей, но надеялся на благополучный исход конфликта, сути которого он не понимал. Пресвятая Богородица, помоги ей!

С час он рыскал по городу, заполненному призрачным лунным светом, продолжая искать женщину и ее дочь, потом почувствовал жажду, голод, усталость и прекратил поиски. Пора было возвращаться домой, в свое время. Но в душе он дал себе обещание найти Варвару

Во что бы то ни стало и вызволить из беды. Второму "Я", скептику и цинику, он объяснил свое желание необходимостью выполнить мужской долг, призывающий защищать слабых и беззащитных, хотя в глубинах души зрело иное чувство, признаваться в котором не хотелось никому, в том числе себе самому. Образ Вари будоражил память и заставлял сердце биться сильнее.

Луна коснулась краем почти невидимой чудовищной башни, и та оделась в пленку струящегося сияния, придав пейзажу выразительность гротеска - то ли творение неведомых исполинов, то ли природное образование.

Странно, что башня существует и в будущем, и в прошлом, подумал Северцев мимолетно. Почему же ее нет в настоящем? Неужели "ось S" действительно виртуальна и создана каким-то колоссальным компьютером? А синхрон переносит хозяина в это виртуальное игровое пространство? Кто же создал этот компьютер, кто разработал игру таких масштабов? Кто всем этим заведует?

На диске Луны появилась черная мушка. Издалека прилетело частое татакание. Вертолет!

Они все-таки заметили его! Здорово у них поставлена служба наблюдения, ничего не скажешь. Права была Варвара, его синхрон пеленгуется. Означает ли это, что существуют синхроны других моделей, так сказать, "бесшумные"?

Палец утопил белую кнопочку "впередпосылающе-го" кванкера.

"Координаты резонанса?"

Северцев покрутил колечко вокруг прозрачного кванкера, устанавливая стрелочку третьего циферблата на цифре 1, потом таким же образом установил стрелку белого циферблата на такой же цифре, и снова нажал белый кванкер.

Привычная смена ощущений.

"Полет" по "оси S".

Выход!

Он оказался в залитой настоящим солнечным светом летней Москве. В том же месте, где и в первый раз. То есть на Воробьевых горах. Свидетелями его появления были трое обливающихся потом мужчин, пьющих пиво под тентом с надписью "Клинское". Но вряд ли они поняли, что произошло на самом деле. Северцев отвернулся от них и скрылся за шеренгой кустов, отгораживающих паб от потока пешеходов на тротуаре.

Через час он был возле дома, подумав, что хорошо бы настроить синхрон таким образом, чтобы он перебрасывал его прямо в квартиру. Насколько проще было бы путешествовать по "оси S" и обратно, не рискуя нарваться на милицию или каких-либо дотошных любителей докапываться до истины.

Дверь в квартиру оказалась открытой.

Северцев толкнул ее рукой и замер, включая экстрасенсорику организма. Но квартира была пуста. Тот, кто взломал замок и проник в нее, уже покинул жилище путешественника, не оставив никаких следов. Кроме слабого запаха чужого присутствия.

Если системники нашли адрес, они должны наблюдать за домом, мелькнула трезвая мысль.

Северцев дернулся к шкафу, где в специальном тайнике хранил спортивный "марголин" и три обоймы патронов к нему. Тайник был цел, пистолет лежал в промасленной бумаге, никто его не трогал. Олег протер оружие, зарядил, спрятал под ремень и рубашку на спине, потом успокоился. С одной стороны, если бы неведомые взломщики наблюдали за квартирой, они вызвали бы свой спецназ и тот уже был бы здесь. С другой стороны, их мог кто-то спугнуть или же они ждут, пока он окончательно расслабится, чтобы взять тихо, без шума, тепленьким…

Кто-то осторожно открыл входную дверь.

Северцев метнулся в прихожую, выхватывая пистолет…

Глава 6

Тетрарх триарху Среднеазиатского такантая. Почему до сих пор не приняты меры по нейтрализации фактора нестабильности, связанного с делом Сабировых?

***

Он стоял под холодными струями душа до тех пор, пока кожа не покрылась мурашками. Вылез, растерся докрасна, побрился и появился в гостиной в халате, блаженно потягивая принесенный Николаем холодный брусничный морс.

Мастер Николай уже закончил вставлять замок в дверь и собирал инструменты, выданные хозяином. Это именно он появился в квартире после возвращения Се-верцева из странствий по "оси S", когда Олег едва не принял его за одного из вернувшихся взломщиков.

Вообще-то Николаю Федоровичу Корнешову исполнилось уже сорок девять лет, но на памяти Северце-ва, три года занимавшегося когда-то с мастером рукопашным боем по особой системе, никто никогда не звал его Николаем Федоровичем - только Николаем и реже - мастером Николаем.

Был мастер кряжист, медлителен с виду, голубоглаз, носил темно-русые усы и бородку, длинные - до плеч - волосы и был очень похож на старика с картины Константина Васильева "Человек с филином", разве что намного моложе.

По его словам, он приехал в Москву из Питера по своим делам и зашел к бывшему ученику наудачу, после того, как не смог дозвониться ему по телефону. Он угадал зайти в квартиру точно в тот момент, когда взломщики покидали ее. Их было трое, с виду - обыкновенные граждане, коих можно встретить в любом городе Российской Федерации. Один постарше, в костюме и при галстуке, двое помоложе, в летних рубашках и легких

Брюках. Однако в их глазах светилась такая целеустремленная сосредоточенность и уверенность, что Николаю стало не по себе. Все трое остановились, разглядывая гостя Северцева без всякого смущения или волнения, закрыли за собой дверь и двинулись по лестнице вниз, не вызвав лифта.

– Я подумал, что ты вернулся, а они были у тебя в гостях и откланялись, - закончил свой рассказ Николай. - И лишь когда зашел в квартиру, понял, что они взломали замок. Бросился за ними, увидел отъезжавший серый "Судзуки", побежал было за ним… возвращаюсь - а ты дома. Где был?

Северцев подумал немного и рассказал бывшему учителю всю свою эпопею с находкой синхрона.

Теперь они сидели в гостиной и молча пили: Олег - морс, Николай - горячий зеленый чай.

– Если дела обстоят таким образом, тебе надо менять место жительства, - заговорил наконец Николай. - Твои недруги могут нагрянуть сюда в любой момент. Есть где остановиться на какое-то время?

Северцев неопределенно шевельнул плечом. Николай понял.

– К родственникам и друзьям нельзя, их можно вычислить. У меня в Москве имеется пара надежных парней, могу порекомендовать.

– В крайнем случае, я так и сделаю. Одного не могу понять: почему охотники за мной и Варварой так агрессивны? Я, конечно, не знаю, чем насолили им Крушан с женой, но ведь я-то ничего плохого не сделал.

– Ты оказался не в том месте и не в то время, - усмехнулся Николай. - Скорее всего, дело в этих часах, то бишь - в синхроне. Твои преследователи очень не хотят, чтобы правда об этом аппарате просочилась наружу, потому так торопятся ликвидировать утечку информации.

– Но вы мне верите? Николай еще раз усмехнулся.

– В твоей убежденности я не сомневаюсь.

– Но это случилось со мной на самом деле!

– Возможно. Пока не знаю. Хочется верить, что так оно и было. Хотя вопросов при этом возникает много.

– Я сам мало что понимаю.

– Все в конце концов разъяснится.

– Хотелось бы верить, - повторил слова мастера Олег. - А о какой утечке информации вы говорите?

– Видимо, существует некая структура, тайно использующая в своих целях такие синхроны, и ты в ней - лишнее звено.

Северцев растянул губы в улыбке.

– Надеюсь - не самое слабое. В принципе вы, наверное, правы, мне тоже приходила в голову идея. Структура действительно существует и до сих пор справлялась с блокировкой доступа к своим секретам, я же оказался в районе ее функционирования случайно. Может быть, она отстанет, если я добровольно верну синхрон?

– Ты слишком много видел. Северцев прищурился.

– Похоже, вы все-таки мне поверили. А если я все придумал?

Николай остался сдержанно-задумчивым.

– Такое очень трудно придумать. И мне кажется, что ты вляпался во что-то очень серьезное, связанное с большими людьми и большой властью. Тебя не оставят в покое.

Северцев пригорюнился.

– Черт меня дернул копаться в вещах Крушана! Говорил же отец: любопытство до добра не доведет… Но кто же знал, чем все обернется?

– Ты остался большим ребенком, Олег, - покачал головой учитель.

– Это плохо?

– Это и хорошо, и плохо. Душа ребенка жаждет приключений и тайн, но она не защищена и от негативных соблазнов. Мой школьный приятель, к примеру, был весьма любознателен и любил отрывать лапки у

Кузнечиков и протыкать лягушек иголками, чтобы посмотреть на их реакцию. Северцев усмехнулся.

– Я так не делал.

– Иногда излишняя любознательность при отсутствии сострадания и ответственности приводит к большим человеческим жертвам. Надо четко осознавать, когда можно заниматься опасными исследованиями, а когда нельзя.

– Я понял. Что посоветуете делать?

– Пока что нам надо по-быстрому убраться отсюда. Собирайся, я позвоню приятелю.

Николай подсел к телефону. Олег начал собирать вещи, которые могли ему пригодиться в ближайшее время. Через полчаса сборы закончились.

– Я дозвонился другу детства, - сообщил Корне-шов. - Зовут Анатолием Новиковым, живет в Измай-лове. Можешь на пару дней остановиться у него.

– А потом?

– Потом видно будет. Ты кому-нибудь, кроме меня,

Показывал синхрон?

– Приятелю-физику из ФЦИНЯП, Косте Зеленскому.

Николай нахмурился.

– Это плохо. Надо предупредить парня о возможном появлении охотников.

– Системников. Костя отправился в командировку

На Байкал.

– У него должна быть мобильная связь. Пошли, позвонишь от Толи. Больше ни с кем не делился своими открытиями? Отцу не говорил?

– Нет, ни отцу, ни друзьям. Если не считать Виктора. Но он сейчас в Монголии, заканчивает съемки фильма.

– Его тоже надо предупредить.

– Как только приедет… - Северцев не договорил. Зазвонил мобильный телефон.

Северцев поднял бровь, посмотрел на учителя, включил трубку.

– Слушаю.

– Олег? Привет. Это Красницкий. Ты где?

– Привет, Виктор! - обрадовался Олег. - Я пытался тебе дозвониться, но не смог. Я дома, решаю кое-какие бытовые проблемы. Ты когда появишься?

– Я уже в Москве, готов встретиться. Жди, буду у тебя минут через сорок пять.

Северцев озадаченно посмотрел на Николая, сделавшего жест: меня нет! - прикрыл трубку ладонью:

– Виктор прилетел… неожиданно… хотя должен был, по идее, находиться в Гоби еще дня три. Что там у них случилось? Неужели пограничники заставили группу покинуть страну?

– Все могло произойти. Не говори, что я у тебя. Встретишься с ним - узнаешь. Только я настоятельно советую встречаться в другом месте, не дома.

Северцев поднес трубку к уху.

– Давай встретимся на Арбате, возле "Дома книги", мне надо срочно туда забежать. Заодно пообедаем вместе где-нибудь поблизости.

– Ты не один? - подозрительно спросил Виктор.

– Один, - соврал Северцев, - просто я уже выходил, когда ты позвонил. Договорились?

– Хорошо, - после паузы согласился Красницкий. - В три часа возле "Дома книги".

Разговор закончился.

– Что-нибудь не так? - прищурился Николай. Северцев задумчиво склонил голову к плечу.

– Ничего не понимаю… Мы созванивались вчера, он был еще в Монголии, в лагере экспедиции, а это километров восемьдесят от Улан-Батора. За день не доедешь. А сегодня он уже в Москве.

– В наше время за сутки можно до Луны долететь.

– Все равно странно. - Северцев поймал изучающий взгляд мастера, встрепенулся. - Впрочем, я действительно скоро все узнаю. Вы со мной?

– Нет, у меня куча дел, - покачал головой Николай. - Если не передумаешь с ночлегом, звони Анато-

Лию. - Он продиктовал номер телефона. - И будь осторожен. Вечером позвони мне по мобильному, попробуем разработать план действий в сложившейся ситуации.

– Спасибо, непременно позвоню.

Они вышли из квартиры: первым, соблюдая прин цип предупреждения опасности, Николай, вторым Олег. Никто их не ждал и никто за домом не наблюдал, ни вблизи, ни издали. И тем не менее неприятное ощущение чужого взгляда, охватившее Олега при посадке в машину, так больше и не отпускало. Хотя при этом он действительно не заметил ни одной подозрительной личности. Возможно, это был эффект психологической нагрузки, заставляющий человека, который только что подвергался преследованию, переживать чувство и дальше.

Николай вылез из машины у метро "Краснопресненская", еще раз напомнил о приятеле. Северцев пообещал воспользоваться советом и поехал дальше. Машину он оставил в начале Поварской и сто метров до новоарбатского "Дома книги" прошел пешком, силясь вычислить слежку. Не сумел. Не помогло даже подключение экстрасенсорного восприятия. Если его и вели, то очень умело и тонко, профессионально.

Виктор ждал друга у входа в книжный магазин, одетый в шорты и белую футболку с изображением российского флага, загорелый до черноты и небритый. Увидев Олега, бросился к нему навстречу с плохо скрытым нетерпением, обнял, отстранил, оглядел с подозрением.

– Выглядишь ты неважно. Почему не захотел, чтобы я приехал к тебе домой? У тебя кто-то был? Женщина?

Северцев засмеялся, увлекая актера в магазин.

– Ты тоже выглядишь непрезентабельно. Никакой женщины у меня не было, а вот воры в квартире побывали, взломали замок, что-то искали. Пришлось вставлять новый.

Виктор помрачнел, кинул на друга странный взгляд.

– Ты уверен, что это были воры?

– Естественно, это были коллеги тех парней, которые охотились за мной в Гоби. Опытные, сволочи, никаких следов не оставили. Если бы в квартиру залезли обыкновенные воры, они нашли бы, что унести. У меня там одних сувениров тысяч на десять.

– Понятно. Наверное, так и есть. Но как они могли отыскать твой адрес?

– Пограничники знали мое имя, отчество и фамилию, остальное дело техники. Сейчас найти координаты конкретного человека по его фамилии не представляет большого труда. Единственное, что настораживает, это быстрота, с какой они меня вычислили. Не прошло и дня, как я тут объявился, а в квартире уже побывали гости. Похоже, система, связанная с употреблением синхронов, весьма мощная и разветвленная.

– Похоже, друг мой ситцевый, ты в большой заднице! На кой хрен тебе понадобилось ехать на место захвата этого Крушана?

– Я сам себя об этом спрашиваю.

– Не мала баба клопоту, да купыла порося. Сидели бы мы с тобой сейчас в пустыне, изучали бы НЛО, снимали картину…

– Что сделано, то сделано. Лучше расскажи, как ты здесь оказался. Вчера еще был под Сайн-Шандом.

– Прилетел тебя спасать, дурака. Ты зачем меня в магазин притащил? Поехали отсюда ко мне.

Северцев вспомнил о своем деле.

– К тебе не поеду. Если мне на хвост сели системники, они и к тебе придут. Подожди пару минут, я тут поговорю кое с кем, и пойдем обедать.

Виктор быстро схватил Северцева за рукав рубашки, но тут же отпустил, поняв, что выглядит его жест не совсем адекватным.

– А с тобой нельзя?

– Никуда я не денусь, - отмахнулся Олег. - Мне нужно встретиться с одним из менеджеров магазина.

– Ладно, подожду. Кстати, синхрон у тебя с собой?

– Спрятал в одном месте, - неожиданно для себя самого сказал Северцев.

– С ума сошел! Где?! - Красницкий встретил недоумевающий взгляд путешественника, отвел глаза. - Извини, я просто нервничаю. Никому синхрон не показывал?

Его вопросы перестали нравиться Олегу, хотя он и сам задал бы их непременно, поэтому ответил он уклончиво:

– Посоветовался кое с кем из физиков, есть интересные гипотезы. Но об этом мы еще поговорим.

– Поговорим… - глухо произнес Виктор, провожая спину друга, скрывшуюся в толпе покупателей. Достал мобильник…

Северцев поднялся на второй этаж магазина, прошел на территорию служебных помещений и отыскал в одном из кабинетиков Веру Максакову, с которой учился вместе в институте. Когда-то в годы молодости они даже целовались и какое-то время подумывали о свадьбе, но отношения свои так и не оформили официально. Потом дороги их разошлись, и Северцев иногда с сожалением вспоминал былое, подумывая, не возобновить ли старую связь. Вера ему нравилась, так как была симпатичной и очень мягкой женщиной.

– Привет, Север! - обрадовалась и удивилась она, назвав Олега студенческим прозвищем. - Каким ветром тебя сюда занесло?

Северцев приобнял сидевшую за компьютером пухленькую беленькую Веру, поцеловал в щеку.

– Ты совсем не изменилась, Верочка. Рад видеть! А ветер меня сюда занес не совсем приятный. Ты еще не замужем?

Красиво изогнутые брови Веры прыгнули вверх, глаза стали круглыми.

– Что за вопрос, Северцев?! Неужели ты решил сделать мне предложение?

– Извини, - остался серьезным Олег. - Спраши-

Ваю не от хорошей жизни. У меня изменились обстоятельства, и мне какое-то время надо пожить не дома. Вера сдвинула брови, перестала улыбаться.

– Что случилось?

– Потом расскажу, хотя всего тебе лучше не знать. Примешь постояльца на пару дней?

– Ну, хорошо, - повела плечиком Вера. - Мама сейчас на даче, а Саша уехал к своим в Екатеринбург.

– Кто это?

– Муж, - простодушно ответила Вера. - Третий год живем вместе… в гражданском браке.

– Тогда лучше не надо. Ты не знаешь, какие у нас люди, живо сообщат муженьку, что ты привечала однокашника в его отсутствие, да еще подробности живописуют.

– Подумаешь, я не боюсь. Да и Саша мне верит.

– Нет, не стоит. Вот если бы у тебя была еще одна квартира…

– Могу дать ключ от Сашиной. У него однокомнатная в Химках. Он поймет. Правда, там у него сейчас живет двоюродный брат…

– Это не годится, - с сожалением сказал Северцев. - Я брата стесню, да и мне не очень удобно. Всего-то и нужно пристанище на пару дней-ночей, а там уж я что-нибудь придумаю.

– Тогда я не понимаю твоих колебаний. Можешь жить у меня хоть неделю, Саша вернется только десятого августа. Ты один?

Северцев понял вопрос, улыбнулся.

– В отличие от тебя, я не женат. Да и кто пойдет за путешественника, вечно странствующего по свету? Лучше тебя я так никого и не встретил.

– Льстец, - засмеялась Вера с некоторой неестественностью. - С комплиментами у тебя всегда было хорошо. Заезжай за ключом вечером, после девяти.

– Спасибо. - Северцев поцеловал руку женщине. - Ты настоящий друг, Максакова! Закончится мое

Очередное… приключение, и я приглашу тебя в ресторан. Ну, пока, я побежал.

– Рассказал бы о своем житье-бытье.

– Вечером, если не возражаешь.

Северцев махнул рукой и вышел из кабинетика, оставив задумчиво смотревшую ему вслед Веру.

Виктор ждал его у выхода из магазина, нетерпеливо посматривая на часы.

– Сказал - на пару минут, а сам отсутствовал все пятнадцать. Кто здесь у тебя работает?

– Бывший однокашник. Пошли обедать, там поговорим.

Они вышли из магазина, перешли на другую сторону улицы и толкнули стеклянную дверь кафе "Арбат". Северцев еще не бывал здесь, но в данный момент выбирать не приходилось.

Заняли столик, сели. Подошел официант, предложил меню. Красницкий небрежно пролистал его, отложил в сторону.

– Ты так и не сказал, зачем ходил к однокашнику в книжный.

– Я у него кое-что попросил.

– Если денег, то мог бы попросить у меня.

– Деньги у меня пока есть. Мне нужно какое-нибудь оружие.

Виктор покосился на друга с хмурым недоверием.

– С кем ты собрался воевать?

– С преследователями, естественно.

– А не лучше было бы привлечь к этому делу спецслужбы? Может, тебе стоит пойти в ФСБ и все рассказать? Неужели не понимаешь всей опасности ситуации? Тебя хотят не просто догнать и предупредить, тебя хотят убить!

– Понимаю, - отрезал Северцев, подзывая официанта, - но к чекистам не пойду. Пока сам не разберусь, что происходит.

– Ну и дурак! Я бы на твоем месте пошел. Причем

Прямо к директору! Только он может гарантировать твою безопасность. Хотя… есть другой вариант.

– Какой?

– Найти этих твоих системников и отдать им синхрон, пообещав никому об этом не болтать. Может быть, они отстанут.

Северцев скептически глянул на поглаживающего череп актера.

– Ты сам-то веришь в то, что говоришь? Произошла утечка информации, и ее будут нейтрализовать всеми доступными способами. Добровольно отдать синхрон - все равно, что добровольно вырыть себе могилу. Нет уж, дружище, я еще посопротивляюсь. Даром, что ли, прошел школу выживания? Вот когда исчерпаю свои возможности, тогда подумаю над твоими предложениями. Кстати, ты тоже будь осторожен. Мои недруги запросто могут выйти и на тебя, чтобы с твоей помощью выяснить мое местонахождение.

Официант принял заказы, и вскоре друзья обедали, на время прервав беседу. Красницкий насытился первым, откинулся на спинку стула, держа бокал с минералкой.

– Куда ты поедешь теперь?

– Хочу навестить одного приятеля отца, он работает в оружейной мастерской, изобретает новые образцы пистолетов. У меня есть старый отцовский "марголин", но все же это спортивный пистолет, а не боевой. Мне же нужен аппарат посерьезней. Кстати, ты привез мой карабин?

– Ни хрена я не привез! Почувствовал, что ты в беде, оставил ребят и сорвался в Москву.

– Ты же говорил, что на вас наехали монгольские погранцы, отобрали документы, требуют покинуть страну…

– Я преувеличил. Все почти разъяснилось, но оставаться там я не мог.

– А как же съемки?

– Остальные эпизоды они доснимут и без меня.

Дня через три-четыре приедут и карабин твой привезут. Ты все-таки намерен и дальше экспериментировать с синхреном?

– Синхроном, - поправил друга Северцев с улыбкой. - Ты же знаешь, я человек ответственный и настырный, пока не доведу дело до конца - не отступлю.

– До какого конца? - скривился Виктор. - До гробового?

– Все! - затвердел лицом Северцев. - На эту тему больше не базарим, нет смысла. Ты сейчас со мной или нет?

– Скорее всего нет. Мне надо срочно заявиться в Союз'. Но к вечеру освобожусь. Встретимся?

– Я тебе позвоню. Расплатившись, вышли из кафе.

Было видно, что Виктор колеблется, решая какую-то проблему, но никак не может прийти к однозначному выводу. Он как-то странно посматривал на Северцева, дважды коснулся рукой борта светлого пиджака, как бы ощупывая находящийся в кармане документ, но так ничего Олегу и не сказал. В переходе они расстались.

– Не рискуй, - сказал актер на прощание, погладив гладкую голову характерным жестом. - Звони, если заметишь что-либо…

– Что? - хмыкнул Олег.

– Мало ли… слежку, например, - вывернулся Виктор. - И лучше бы ты отдал свой синхрон мне… на время, пока ты решаешь свои проблемы.

– Спасибо, каскадер. - Северцев ударил ладонью по подставленной ладони. - Пусть уж они гоняются за мной, а не за нами обоими.

– Как знаешь. Буду ждать звонка. Обязательно позвони.

Виктор повернулся и скрылся в потоке пешеходов А Северцев вдруг вспомнил его жест - пальцы к борту

Союз кинематографистов.

Пиджака - и подумал, что у Красницкого под мышкой, вероятнее всего, находился пистолет. Уж очень похоже было, что он не решается его… что? Отдать другу для его зашиты? Или выхватить и сказать: хенде хох! Отдавай синхрон!

– Чушь!… - вслух проговорил Северцев, заметив взгляд шарахнувшейся от него пожилой женщины, виновато посмотрел ей вслед. - Извините…

В машине он еще раз проанализировал разговор с Виктором, с досадой признал в душе, что так и не узнал, каким образом Красницкому удалось так быстро вернуться в Москву из Монголии, и поехал по адресу, который ему дал Николай. Каким бы странным ни казалось поведение Виктора, на этого человека всегда можно было положиться. Предать друга он просто не мог.

Приятель Николая подполковник милиции Анатолий Новиков оказался спортивного вида здоровяком с коротким ежиком седоватых волос и внимательным взглядом. Дома он находился по причине отпуска и встретил гостя радушно.

– Мне звонил Николай, просил помочь. Проходите, располагайтесь. Чаю хотите? Кофе?

– Нет, спасибо, я только что пообедал. Николай говорил, в чем будет выражаться помощь?

– Да, конечно. Присядьте.

Хозяин скрылся в коридорчике. Квартира у него была трехкомнатная, старая, но уютно обставленная. Чувствовалось, что за ней ухаживают женские руки. Северцев с любопытством осмотрел гостиную, остановил взгляд на стеклянном шкафу с какими-то кубками, статуэтками и медалями. Подошел ближе. Фотография молодого человека в рамочке, еще одна - он же постарше, с медалью на шее. Только теперь Олег понял, что это фотографии хозяина квартиры в молодости. Судя по всему, он был большим спортсменом, а точнее - бор-цом-вольником!

Вернулся Анатолий Романович с коробкой в руке.

– Интересуетесь?

– Я гляжу, вы были мастером.

– Я им остался, - улыбнулся Новиков. - Разве что кондиции уже не те в пятьдесят лет. Но еще могу потягаться с молодыми. Вы борьбой не увлекались?

– Три года занимался с Николаем. Хотя с моим ростом лучше было бы заниматься баскетболом.

– Что ж, тренинг у Николая многого стоит. Я тоже когда-то работал с ним несколько лет. Выбирайте, что вам нужно. Можете взять все.

Северцев раскрыл коробку.

Внутри лежал пистолет - старенький "Макаров" с тремя обоймами патронов, а также боевой комплект ниндзя: метательные пластины, стрелки, игадами, два сая и кошка с мотком бечевы.

– Могу предложить также Н-комбез и духовое ружье, - сказал Анатолий Романович, уловив взгляд Се-верцева.

Тот покачал головой.

– Спасибо, не потребуется. И этого вполне достаточно. Извините за любопытство, откуда у вас эдакое богатство?

– Я бывал в Японии, - усмехнулся подполковник. - Встречался с их борцами. С одним из них подружился, и он мне подарил ниндзя-комплект. А пистолет - именной, от отца остался, был подарен ему министром за проведение операции. Отец тоже милиционером был. Надеюсь, пистолет послужит праведному делу.

– Только для защиты, - подтвердил Северцев, - и только в случае суровой необходимости. Пожалуй, я возьму все, кроме саев. - Он вытащил из коробки трезубцы на рукояти с длинным центральным клинком и короткими боковыми.

– Могу предложить еще хорошой охотничий нож, скиннер.

– Благодарю, нож у меня есть, финский хакман, отец привез.

– Что ж, чем богаты, тем и рады. Может, все-таки

Присядете, чайку попьете? Я добавляю в него кое-какие травы, не пожалеете.

Северцев подумал и согласился. Обижать подполковника не хотелось. Несмотря на суровую внешность, был он приветливым человеком и не боялся ответственности.

Чаепитие длилось полчаса в неторопливой беседе. Поговорили о глобальном изменении климата: в европейской части России климат явно изменился в сторону резко континентального; о политиках: сошлись во мнении, что честных политиков не бывает; о возрастании количества техногенных катастроф: Анатолий Романович предположил, что природа мстит человеку за игнорирование ее интересов; и Северцев откланялся, поблагодарив хозяина за гостеприимство. Когда он уже пожимал руку Анатолию Романовичу, зазвонил телефон. Подполковник снял трубку.

– Алло? Заминка.

– Алло, я вас слушаю. Тишина в трубке, гудки отбоя. Подполковник пожал плечами, положил трубку.

– Молчат.

– До свидания, - сказал Северцев. - Огромное спасибо за помощь!

– Звоните, если понадобится что-нибудь еще.

Северцев спустился к машине, размышляя над "пустым" звонком подполковнику. Это мог быть и случайный вызов, если кто-то перепутал номер, но могли позвонить и таинственные недоброжелатели путешественника, проверяющие тех, к кому он мог зайти. Правда, уж слишком быстро они нашли адрес квартиры Новикова, проявив неслыханную оперативность. Чтобы так быстро определить координаты беглеца, за ним надо непрерывно следить, а этого не чувствовалось.

Сев в кабину "Легенды", Северцев машинально посмотрел на часы, затем достал синхрон. В окошечке со-

Общений горели три буковки: БМГ. Что бы это значило, шьерт побьери?

Выехав со двора, он повернул в сторону Щелковского шоссе, размышляя, куда отправиться. Шел всего лишь шестой час вечера, и ехать в принципе было некуда. Можно было, конечно, попытаться разыскать Виктора, однако Северцев почему-то не испытывал желания встречаться с другом. Сомнения в его искренности нет-нет да и всплывали в глубине души, хотя Олег старался об этом не думать. Не верить Красницкому, никогда его не подводившему, было все равно, что не верить самому себе. Объяснение удивительно скорого возвращения Виктора из экспедиции существовало, и Олег надеялся при встрече узнать правду из уст приятеля.

Светофор, поток машин. Сзади мелькнула серая "Нексия". Кажется, он уже видел эту машину.

Не дожидаясь включения зеленого света, Северцев выехал из правого ряда машин, обогнал поток и первым повернул на шоссе, тут же вдавив в пол педаль газа. "Нексия" отстала, но спустя два светофора снова пристроилась сзади.

– Вот вам и ответ, - вслух пробормотал Северцев, осознавая, что за его машиной ведется слежка. Попытался оторваться.

"Нексия" отстала. Зато вскоре появился белый спортивный "Фольксваген-Гольф", упорно державшийся сзади, и это уже означало, что ведут Северцева плотно, на нескольких машинах, и что вскоре поступит команда на задержание водителя "Легенды". Задержание же и объяснение с оперативниками неизвестной спецгруппы не входило в планы Олега, поэтому он решил упредить события.

До площади трех вокзалов он ехал быстро, но осторожно, не совершая никаких попыток оторваться от преследователей. Подъехал к светофору первым, но как только зажегся красный свет - рванул с визгом шин вперед, лихо ушел вправо под железнодорожный мост и; погнал машину к Садовому кольцу. Там тоже не стал

Ждать, пока загорится зеленый, втиснулся в поток автомобилей и свернул к институту Склифосовского, остановив машину в парке на территории института, за стеной кустарника.

Ни белый "фольк", ни серая "Нексия", ни другие иномарки и отечественные лайбы за ним не последовали. Его маневр застал преследователей врасплох, среагировать на него они не успели. Хотя Северцев прекрасно понимал, что все зависит от их возможностей, а не от его реакции. Если в него вцепилась спецслужба типа ФСБ, рано или поздно она должна была снова обнаружить беглеца.

– Это вам не мелочь по карманам тырить, - сквозь зубы процедил Северцев, решая, что делать дальше. Устраивать гонки не хотелось, но еще больше не хотелось быть дичью для каких-то серьезных охотников.

– Знать бы, кто вы такие и зачем меня… - слова застряли в горле.

К главному корпусу Склифа медленно подъехала серая "Нексия". За ней так же медленно подкатил белый "Фольксваген". Водители и пассажиры обеих иномарок еще не видели машины Северцева, но обнаружить ее было делом минуты.

– Вот собаки бешеные! Как же вы мне надоели! Олег вылез из кабины, прихватив коробку с оружием, переданным Анатолием Романовичем, запер машину, надеясь в скором времени вернуться за ней, и шмыгнул за кусты, к забору. Обошел беседки с больными и посетителями клиники, приблизился к двухэтажному корпусу с цифрой 3 на фасаде, быстро скользнул внутрь. Корпус охранялся, но Северцев показал коробку охраннику в голубой форме, с улыбкой сказал: "Попросили поднести анализы", - и средних лет толстяк молча отступил в сторону. Северцев поднялся на второй этаж, с удовлетворением отметив отсутствие шастающих туда-сюда больных и медсестер, нашел туалет и заперся в кабинке. Там он рассовал по карманам оружие, нацепил синхрон на запястье левой руки и нажал красную кно-

Почку аварийного кванкера. Решение созрело еще в машине, теперь же оно окончательно сформировалось и превратилось в план действий. Надо было во что бы то ни стало отыскать Варвару и выяснить все обстоятельства, приведшие к их встрече в "хронохвосте" Астаны, столицы современного Казахстана.

Темнота обрушилась на голову как крышка канализационного л юка…

Глава 7

Триарх угларху мигран-зоны Центрального такантая. Немедленно и максимально убедительно нейтрализуйте объект А-влияния Олега Андреевича Северцева и возникшую в связи с ним информационную опухоль.

***

Синхрон послушно перенес его в тот же район "хро-нохвоста" Астаны - на центральную площадь города, что и раньше.

Здесь все оставалось по-прежнему, разве что солнце на безоблачном небе склонялось перейти момент полдника, да поближе к зданию президентского дворца виднелись свежие воронки. Вероятно, здесь кто-то совсем недавно баловался стрельбой из гранатомета.

Варвару с дочерью Северцев не нашел, хотя был терпелив и потратил на поиски больше трех часов, обследовав здания вокруг площади в радиусе двух километров. Впрочем, он и не рассчитывал найти здесь жену Крушана, явно избегавшую встреч, однако вынужден был заниматься поисками ради очистки совести. Его план предусматривал неудачу и предполагал иное развитие событий. Убедившись, что Варвары в "хронохвосте" нет, он занялся настройкой синхрона, чтобы попасть в нужное место и в нужное время. По его расче-

Там, Варвара вполне могла вернуться домой, то есть в "реальную" Астану, поэтому стоило поискать ее там.

Северцев уже освоился с работой синхрона и особого волнения при его включении не испытывал. Аппарат синхронизации неких "фазовых резонансов" в общем не казался уж чем-то сверхэкзотическим и необычным, отражая, по сути, состояние современной земной техники. Правда, при первой встрече Варвара кинула загадочную фразу об "устаревшей модели синхрона", что предполагало наличие более современных аппаратов, но так как других Северцев не видел, то довольствовался своим.

Устроившись на бордюре высохшего бассейна перед зданием с колоннами, он приступил к реализации своего плана. Коснулся пальцем белого стерженька.

В черном окошечке зажегся зеленый огонек. Синхрон принял первое указание и был готов к работе. Северцев нажал прозрачный кванкер. В окошечке зажглись знакомые буковки БМГ. Что бы они ни означали, главное - при их появлении синхрон переносил владельца на "ось S" в пределах того района местности, в котором в данный момент тот находился.

– Теперь попробуем набрать координаты выхода, - сказал Северцев, вращая колечко вокруг белого стерженька. Стрелочка белого циферблата застыла на цифре "ноль". Задержав дыхание, Олег нажал белую кнопочку… и спустя несколько секунд сообразил, что следовало сначала прикинуть последствия перехода, а уж потом включать аппарат.

Синхрон точно выполнил указание человека - переместил его (неважно, что этот процесс назывался почему-то синхронизацией) в столицу Казахстана, причем на площадь перед президентской резиденцией ранним утром, когда уже по ней шли первые пешеходы. Возникнув возле бассейна, заполненного водой - в центре его работал великолепный фонтан, - Северцев до смерти перепугал пожилую пару, прогуливающуюся под руку в

Трех метрах от него, и удивил молодого человека, пересекающего площадь на велосипеде. Лишь после этого он понял, что включать синхрон следует в безлюдных местах, чтобы не напороться на представителей органов правопорядка и нежелательных свидетелей. В данном случае ему еще повезло, что он не выбрал местом перехода ступени дворца. Охрана здания тотчас же обратила бы внимание на "привидение", и пришлось бы убираться отсюда в аварийном порядке.

Извинившись перед стариком-казахом и его женой, разглядывающих выскочившего из воздуха высокого молодого человека с гривой темно-русых волос, Север-цев поспешил пересечь площадь и скрылся за углом здания, в котором располагался гастроном. Он уже осознал свою ошибку и поклялся в будущем тщательно рассчи-j тывать свои шаги по "оси S".

Вывески на магазинах и учреждениях города, в кото-» ром он оказался, были написаны на казахском и реже - на русском языках, из чего Олег сделал вывод, что он попал туда, куда надо. Теперь оставалось найти дом Кру-шана Сабирова и его друзей. Кто-то из них или соседи вполне могли подсказать, где скрывается Варвара с дочерью.

В Астане Северцев бывал лишь однажды, поэтому ориентировался в городе слабо. Но здесь жил, во-первых, давний знакомый Олега, с которым он не раз встречался в Петербурге и Москве, а во-вторых, в столице Казахстана располагалось представительство отцовской нефтяной компании. Так что надежда на помощь у Северцева была.

Начал он с поисков знакомого, которого звали Тал-гат Нигматуллин. Талгат был татарином, но всю жизнь прожил в Казахстане и менять подданство не захотел. Ему, как и Олегу, исполнилось тридцать лет, он тоже учился у мастера Николая искусству выживания и рукопашному бою, но не путешествовал, как Северцев, поставивший целью посетить все экзотические уголки земного шара, а занимался предпринимательской дея-

Тельностью - торговал медикаментами. У него в Астане, да и вообще в республике, была своя сеть аптек, он имел хорошие связи с российским "Ферейном" и "Госмедом", и, по словам самого Талгата, дела у него шли неплохо.

Северцев зашел в первую попавшуюся на пути аптеку, работавшую все двадцать четыре часа в сутки, попросил аптекаря позвонить, - свой мобильный требовал зарядки, к тому же Олег не помнил индекса роуминга Казахстана, - и набрал номер мобильного телефона приятеля.

Заспанный голос ответил через две минуты:

– Але, Нигматуллин на проводе. Кто звонит?

– Догадайся с трех раз, - ответил Олег со смешком. - Северцев это. Извини, что разбудил.

– Олег?! - ахнул Талгат. - Вот так сюрприз! Откуда звонишь?

– Из Астаны.

– Амени баласы ахмат! Прости, это я от избытка чувств. Почему не предупредил, что прилетишь? Я бы встретил.

– Так получилось… неожиданно. У тебя найдется минутка, чтобы поговорить?

– Обижаешь, мастер! Ради тебя я брошу все дела и жену!

– Жену не надо.

– Да я и не женат. Ты где сейчас территориально?

– В центре, недалеко от ЦУМа.

– Жди, я тебя подберу. Серебристая "Шкода-Фабия". В трубке запиликали сигналы отбоя.

Северцев положил трубку.

– Все хорошо? - сказал по-русски черноволосый, черноглазый, приветливый аптекарь.

– Де-факто, - улыбнулся Северцев. - Спасибо, вы мне очень помогли.

– Не за что, заходите еще.

Талгат приехал на новенькой серебристой "Шкоде" буквально через двадцать минут - в одних шортах и футболке. В свои тридцать лет он выглядел на двадцать с

Хвостиком: живой, порывистый, брызжущий энергией. Обнял Северцева, похлопал его по спине.

– У нас тут днем до сорока, а ты в брезенте. Снимай все, а то потом изойдешь.

– Ничего, не изойду, я умею регулировать температуру тела.

– Меня Николай тоже учил этому искусству, да, наверное, ученик ему попался бестолковый. Садись, поехали ко мне, я тут недалеко живу, на Бухарской. Ты вообще надолго в столицу приехал?

– Как получится. Они сели в машину.

– К тебе я, конечно, загляну, - продолжал Олег, - но совсем ненадолго. Срочные дела. И позвонил я на-удачу, нужна твоя помощь.

– Без проблем, сделаю все, что надо. - Талгат вклю-чил двигатель и тронул машину с места. - Рассказывай,' что случилось.

– Мне позарез необходимо найти одного человека.

– Найдем, Андреевич, подключим полицию, службу безопасности, если понадобится, и найдем.

Северцев улыбнулся.

– У тебя такие связи?

– А ты как думаешь? Чтобы в наше время в нашей стране можно было спокойно работать, нужно иметь крутую "крышу". У меня "крыша" - местная муниципальная полиция.

– К сожалению, официальные органы привлекать нельзя, и не спрашивай - почему.

– Хорошо, не буду. Что за человек, которого тебе надо найти? Мужчина, женщина? Бизнесмен, спортсмен? Добропорядочный гражданин, бандит?

– Фамилию Сабиров слышал?

– По-моему, начальник нашей президентской администрации - Сабиров. Это он?

– Моего зовут Крушаном, у него жена Варвара и дочь Лада.

Талгат с удивлением посмотрел на пассажира.

– Точно, он! Откуда ты его знаешь?

– Встречались однажды.

– Понятно. Ну, его адрес найти легко. Все высшие чиновники живут у нас на Выселках - так народ прозвал коттеджный поселок на окраине города, где расселилось правительство, генералы, большие шишки из окружения президента и криминальные авторитеты. По слухам, ваши российские власти тоже создают такие особые зоны.

Северцев улыбнулся.

– Все они одним миром мазаны.

Машина Талгата подъехала к девятиэтажному дому с кремовыми стенами и застекленными лоджиями. Дом стоял за высоким решетчатым забором, въезд на его территорию охранялся.

– Я гляжу, ты тоже живешь в элитном гнездышке, - заметил Северцев, когда они проехали через ворота.

– Элитное не элитное, но достойное, - ухмыльнулся Нигматуллин. - Почему бы благородному коммерсанту не купить себе квартиру в хорошем доме? Между прочим, мой сосед по лестничной площадке - личный повар Назарбаева. Очень мягкий и добрый человек.

– Интересно, откуда у него деньги на такую квартиру, у этого мягкого и доброго человека? Вряд ли повара даже в вашем "свободном" государстве зарабатывают большие бабки.

– Думаю, квартиру ему президент подарил, поесть он любит. У нас с этим просто.

Они поднялись на самый верхний этаж, и Талгат показал гостю свою трехкомнатную квартиру, обставленную не то чтобы роскошно, однако со знанием дела и в национальном стиле. Везде лежали и висели ковры, на стене в гостиной красовалась коллекция уздечек и ножей, а по углам комнат стояли металлические курильни и столики с Кораном.

– Я правоверный мусульманин, - без смущения пожал плечами Талгат, заметив взгляд Северцева, - часто молюсь и веду праведный образ жизни. Не пью, не курю,

Женщин к себе не привожу. Женщина появится в этой квартире только после свадьбы.

– Неужели до сих пор не нашел подходящей половины?

– Подходящих много, а единственной нету. Располагайся, я сейчас. - Талгат скрылся в туалетной комнате.

Северцев вышел на лоджию и залюбовался видом города, открывающимся с высоты девятого этажа.

Астана была молодым городом, ей не исполнилось еще и ста тридцати пяти лет. Планировка нынешней столицы Казахстана напоминала планировку российских военных городков: радиальные улицы пересекаются круговыми, в центре - непременный плац или площадь. Лишь вокруг крепости улочки извилисты и нешироки, но чем дальше от нее, тем они шире и светлее, а дома - выше и красивее. И еще глаз отмечал большое количество зелени: центр города буквально утопал в ней, хотя сам город стоял в степи.

Северцев вспомнил облик "хронохвоста" Астаны с его серо-бурыми, прибитыми пылью пейзажами и невольно поискал глазами призрачную башню, являвшуюся непременной деталью миров "оси S". Конечно же, в реальной Астане никакой башни видно не было, как и в реальной Москве. Наличие этого грандиозного эфемерно-призрачного сооружения нельзя было объяснить простой иллюзией, реакцией психики на воздействие "оси S". Башня существовала физически, в этом Северцев был уверен почти на сто процентов и надеялся в скором времени выяснить, что она собой представляет.

– Ну, как, нравится? - появился на лоджии Талгат, переодевшийся во все белое. - Я иногда сиживаю тут вечерами, глядя на город.

– Панорама красивая, - согласился Северцев. - Да и тихо тут у вас, не то что в нашем стольном граде: сплошной гул и дым.

– Вам тоже надо столицу переносить в новое место, поближе к природе. Я бываю в Алма-Ате часто и вполне

Понимаю президента, решившего сменить официально признанную резиденцию. Пойдем завтракать.

– Я не голоден.

– Да я и не предлагаю разносолы, чаек попьем с бутербродами и яичницу съедим. Дома я редко трапезничаю, холодильник почти что всегда пустой.

Они сели на кухне за стеклянный стол, Талгат быстро приготовил немудреный завтрак, и Северцев вынужден был съесть все, что ему предложили. Затем настала очередь решения насущных проблем, ради которых он оказался в Астане.

– Я все понял, - сказал Талгат, побросав посуду в мойку. - Нужен адрес господина Сабирова. Так?

– Так.

– А потом что?

– Потом надо будет съездить по этому адресу и выяснить, проживает ли там в настоящее время его жена Варвара.

– И это все?

– Я должен встретиться с ней и поговорить.

– Звучит загадочно и романтично. Что ж, если ты больше ничего не хочешь мне сообщить, то начали поиск. Хотя я не уверен, что нас допустят до квартиры Сабировых.

Талгат включил компьютер, стоящий у него в небольшой комнатке с диваном и двумя креслами, подсел к столу.

– Попробуем сначала найти официальную базу данных.

Несколько минут по экрану прыгали и ползли заставки разных носителей информации, содержащих сведения о государственных структурах Казахстана.

– Ничего, - констатировал Талгат, почесав в затылке. - Балясы тухтур! Ладно, посмотрим данные силовиков.

Снова по экрану побежали вереницы схем и квадратиков с яркими или, наоборот, неброскими заголовка-

Ми, в большинстве своем не раскрывающиеся в информационные поля и сообщения.

– Вот гадство! - Талгат запустил пятерню в густые свои волосы, виновато оглянулся на Северцева. - И здесь пусто, либо нужны соответствующие коды доступа.

– Можно пойти по более простому пути - поехать в эти ваши Выселки и спросить, где живет Крушан Сабиров.

– Так тебе и ответят. Нет, мы пойдем другим путем, хотя тоже совсем простым.

Талгат снял трубку телефона и набрал номер.

– Казбек? Извини, что тревожу, нужна твоя помощь. Дашь мне код допуска к папкам управделами президента?… Нет, я не собираюсь торговать данными, родственников найти хочу… Ни в коем случае! Клянусь здоровьем бабушки! Ни одна душа не узнает… Записываю… - Талгат черкнул ручкой строчку букв и цифр. - Большое сабирды! И еще просьбочка: знаешь, где живет руководитель аппарата президента Крушан Сабиров?… Что?! По какому случаю?! Не знаешь? Ну и дела! - Талгат прикрыл трубку ладонью. - Сабиров находится в розыске… - Снова придвинул губы к мембране. - Да, понял. Ну и дела! Я знаю, что он живет в Выселках, а точнее? Понял, вторая линия, пятнадцать, сорок три… Спасибо, Казбек! Если понадобятся лекарства - получишь без очереди. Забегай как-нибудь вечерком.

Талгат положил трубку телефона, озадаченно посмотрел на гостя.

– Ничего не понимаю! Если уж Сабиров объявлен в розыск, то наша власть совсем плохой стал… Зачем все-таки он тебе понадобился?

– Не он, я же говорил, его жена.

– Хитришь ты что-то, мастер, но я человек не любопытный и доведу дело до победного конца. Крушан живет на второй линии Выселок, дом пятнадцать, квартира сорок три. Но так как он разыскивается органами, тебе туда идти небезопасно. Предлагаю поручить это мне.

Б случае чего я выкручусь, чиновники госаппарата тоже люди и тоже болеют, так что скажу - хотел договориться о поставке лекарств. А теперь поищем родственников Крушана и его жены. Через них, может быть, ты скорее отыщешь свою шерше ля фам.

Талгат пробежался пальцами по клавиатуре компьютера.

– Вот, смотри. Крушан Салтанович Сабиров, казах, родился первого июля тысяча девятьсот пятьдесят третьего года в Каспийске, работал в ЦСУ Казахстана, занимал посты зама и председателя Государственного комитета по управлению госимуществом, сейчас - руководитель администрации… был. Вот еще: отец умер десять лет назад, мать тоже умерла, брат Вазир живет в Алма-Ате, улица Ленина, три…

– Ищи жену.

– Посмотрим… так… жена Крушана Варвара Леонидовна, в девичестве - Живина, тридцать семь лет, закончила пединститут, родилась во Владимире… отца нет… интересно, почему? Тут не сказано. Так… мать - Живина Дарья Петровна, живет во Владимире… сестра Полина - там же… ага, вот он, момент истины! У нее есть еще двоюродная сестра Светлана Карповна, живет здесь же, в Астане, муж - сотрудник таможни, брат - зубной врач. Адреса, телефоны… Мать честная!

– Что? - испугался Северцев.

– Ты погляди, кем работает, то есть работала - тут сказано, что она уволена, - твоя Варвара: заместителем министра национальной безопасности!

Северцев невольно присвистнул.

– Да-а… это сюрприз! Никогда бы не подумал! Запиши.

Талгат записал адрес родственницы Варвары и ее брата, выжидательно посмотрел на Северцева.

– Что теперь?

– Надо ехать к Сабировым. Но если ты занят…

– Я сам себе хозяин, когда заявлюсь в офис, тогда и

Заявлюсь. Поехали, я тебя подвезу к Выселкам и схожу на квартиру Сабирова. Не хочешь переодеться?

– Нет, мне не жарко.

– Хоть жилет сними, а то выделяешься из толпы, как судья на поле.

Северцев подумал и стащил джинсовый жилет, в карманах которого лежали метательные пластины, стрелки и пистолет. Талгат заметил на руке приятеля синхрон, вопросительно поднял бровь.

– Интересные у тебя часики. Где такие продаются?

– В Монголии, - почти честно ответил Северцев. - Хотя это совсем не часы.

– А что?

– Прибор для синхронизации… м-м, биоритмов человека.

– Типа магнитного браслета?

– Нечто в этом роде.

– И помогает?

– Да как тебе сказать, - осторожно проговорил Северцев, не зная, как свернуть с опасной темы. - В общем, помогает, хотя иногда совсем наоборот.

– Лучшее средство от болезней - собственная воля, - убежденно заявил Талгат. - Мой старший брат говорил: все болезни - от нервов, и только венерические - от удовольствия.

– Это верно, - кивнул Северцев с улыбкой, пряча синхрон в карман рубашки.

Они спустились вниз, сели в машину Нигматуллина, и Талгат повел ее по улицам Астаны, разительно отличавшимся от тех, по которым бродил Северцев во время путешествия по "хронохвосту" города. Потоки автомобилей здесь были не в пример жиже, чем в Москве, и ехать было комфортно, тем более, что "Шкода" имела кондиционер.

Доехали до площади Кобланды-батыра с фигурой богатыря в национальных одеждах, сидящего на коне. Талгат объехал площадь и свернул к кварталу новеньких

Тестнадцатиэтажек, каждая из которых была обнесена красивой оградой из металлических решеток.

– Вот и наши Выселки. Ищем дом Сабирова. Машина остановилась возле двухэтажного универсама.

– Это здесь. Сиди в машине, я один схожу.

– Я понаблюдаю за тобой издали.

– Как хочешь, - пожал плечами Талгат. - Можешь попить пока холодного пивка.

Он вышел, прихватив с собой белую папку с бумагами, и направился к зданию за универсамом. Северцев внимательно оглядел окрестности дома, пешеходов, стоящие напротив универсама автомашины, но ничего подозрительного не заметил. Несмотря на утро, температура воздуха в городе уже перевалила за тридцать, и пешеходы спешили по своим делам в надежде укрыться в помещениях с кондиционерами.

Талгат скрылся в первом - из двух - подъезде дома, где проживали VIP-персоны казахского истеблишмента. Потекли минуты, ленивые и медленные, словно сомлевшие от жары мухи. Бывший ученик мастера Николая показался через двенадцать минут, с рассеянно-задумчивым видом пересек территорию дома, вышел за ворота. Северцев хотел было вылезти из машины, но заметил, как из дверей подъезда вышли двое мужчин в серых брюках и белых рубашках, глядя вслед Нигматуллину, потом их окликнул выглянувший третий - с круглой безволосой головой, и они скрылись в подъезде. А Се-верцеву вдруг на миг показалось, что это выглянул Виктор. Уж очень этот смуглый парень с бритой головой и бородкой издали походил на Красницкого.

– Чур меня! - с досадой отмахнулся Северцев. - Галлюцинаций не хватало!

Талгат сел в машину, отъехал от универсама, оглянулся.

– Плохо дело, однако. -Что?

– Я не стал даже заходить. Стоило мне выйти из

Лифта, как на лестнице появился мордоворот в сером костюме, а из соседней с квартирой Сабировых двери выглянул еще один. Пришлось делать вид, что ошибся этажом.

– То есть за квартирой следят.

– Уверен, что и в квартире сидят опера и ждут гостей. Интересно, что такое натворил наш главный администратор, коль его объявили в розыск и ждут в засаде? Большие деньги украл? Или кому-то помешал?

Северцев промолчал. Он догадывался, в чем дело. Сабиров не крал денег, но помешал системникам, и они начали на него охоту. Но кто такие системники и какое отношение они имеют к государственным структурам Казахстана, Северцев не знал. Еще более удивительным было то обстоятельство, что от этих же системников пряталась и Варвара, бывший замминистра национальной безопасности республики.

– Остаются родственники.

– Я туда и еду, - буркнул Талгат. - Послушай, Север, это, конечно, не мое дело… но не связался ли ты с криминалом?

Олег вздохнул.

– Хотел бы я сам знать, с кем связался… Успокойся, дружище, ни с каким криминалом я не связывался. Во всяком случае - в наших понятиях. Повторяю, тебе лучше не знать всего, спокойнее будет. Но будь готов к появлению незваных гостей. Будут спрашивать про меня - ты меня не видел и обо мне не слышал. Договорились?

– Расскажешь, в чем все-таки дело, из-за чего весь сыр-бор разгорелся?

– Может быть, когда все успокоится.

– Что ж, подождем. Дальше ехали молча.

На улице Керимбаева свернули к ряду пятиэтажек с красивыми балкончиками. У дома номер восемь Талгат остановил машину.

– Вместе пойдем или я один разведаю?

Северцев помолчал. Район ему не нравился, да и ин-туиция шептала: лучше перестраховаться… - Ты просто посмотри, что там, в квартиру не заходи. Если все нормально, ничего подозрительного нет, махнешь мне, тогда пойду я. - Как скажешь.

Талгат направился к дому, в котором проживала двоюродная сестра Варвары, задержался на минуту, пока кто-то из жителей не открыл дверь подъезда изнутри: дом был снабжен домофонами. Снова одна за одной потянулись тягучие как жвачка минуты. Северцев оглядел улицу, близстоящие машины, и ему показалось, что спину мазнул неприятный прицеливающийся взгляд. Сердце заработало чаще. Подсознание среагировало на какое-то изменение обстановки, и голос его игнорировать было нельзя.

Северцев бросил взгляд на часы. С момента исчезновения Талгата за дверью подъезда прошло семнадцать минут, хотя на проверку обстановки требовались всего пять-шесть. Что-то случилось? Парень нарвался на засаду? Тогда его надо выручать.

К дому подъехал бело-синий "уазик", из него выскочили двое мужчин в форме казахской полиции, с погонами майора и подполковника, скрылись за распахнутой изнутри - будто их приезда ждали - дверью.

– Похоже, сбылись ожидания поэта, - сквозь зубы проговорил Северцев. - Знать бы, сколько их…

"Не дури, пора менять дислокацию, - заговорил внутренний голос. - Если они задержат тебя здесь, как пить дать - загремишь в местное СИЗО. А то и похуже что случится".

"Надо выручать друга!"

"С ума сошел?! Талгат парень умный, выкрутится, на него у системников ничего нет, только подозрения. Он никак не связан с Сабировыми. А ты влипнешь".

"Все равно его надо освободить…"

"Геройство геройству рознь. Ему не поможешь, и сам попадешься. Тебе еще надо найти Варвару и разо-

Браться в том, что происходит. Уходи быстрей, пока они не начали искать машину Талгата".

Последний аргумент подействовал. Северцев надел свой жилет, вылез из кабины "Шкоды", сделал шаг в сторону и сунул руку под мышку, краем глаза подметив остановившуюся рядом белую "пятьдесят первую" "Ладу".

– Садитесь, - раздался повелительный женский голос со знакомыми обертонами.

Северцев наклонился, узнал в пассажирке Варвару (вот это встреча, бог ты мой!) и нырнул внутрь салона. Дверца захлопнулась, машина рванула с места, влилась в не слишком густой поток автомобилей. И тотчас же за ней погнался вишневый джип "Паджеро" с полицейским номером. Включил мигалку и сирену.

– На Караманулы, - сказала спокойно Варвара. - На заправке остановишь.

Женщина за рулем, белобрысая, с ямочками на щеках, не ответила, подмигнула Северцеву и погнала "пятьдесят первую" как заправский гонщик, так, что за ней не угнался бы и водитель-мужчина.

Джип отстал.

– Это моя сестра Светлана, - сказала Варвара Сабирова. - Что вы делаете в Астане?

Сам не знаю, хотел ответить Северцев, но вместо этого сказал:

– Вас ищу.

– Зачем?

– Надоело быть мальчиком для битья. В конце концов должен я знать, что происходит? Почему за мной гоняются какие-то крутые парни с оружием?

– Я вас предупреждала. Надо было уничтожить синхрон. Вы его уничтожили?

– Нет. Извините. Без него я вас бы не нашел. Спасибо, конечно, что предупредили меня в прошлый раз… и очень рад, что вам удалось уйти от тех… людей.

– Они не люди - криттеры.

– Кто?

– Не время объяснять очевидные вещи. К тому же я вас не предупреждала, вы что-то путаете.

– Здрасьте, - искренне удивился Северцев. - Я попал в "хронохвост", начал его исследовать, потом услы-ал ваш голос…

– Я вас не предупреждала.

– Но я слышал ваш голос!

– Странно… Однако действительно некогда обсуждать то, чего не было. Вы в большой опасности. Настоятельно советую уничтожить синхрон и не бегать по трекам фазовых резонансов "оси S".

– Что такое "фазовые резонансы"? Что такое "ось S"? Объясните хотя бы самое важное!

– К сожалению, на это нет времени. Если бы я случайно не вернулась к дому, чтобы забрать корреспонденцию, и не увидела вас, вы сейчас находились бы в нашей полиции и давали бы показания.

Машина резко свернула налево, миновала заправочную станцию и остановилась.

– Вылезайте.

– Что?! - растерялся сбитый с толку Северцев.

– Выходите, пока нас не догнали, и включайте аварийную струну синхрона. Не гуляйте по черному трафику "оси S", только по белому, пеленгация выходов синхрона в "хронохвост" дает более точные результаты.

Северцев вылез, придержал дверцу машины.

– А вы?

– Я сама о себе позабочусь. Когда вернетесь домой, уничтожьте синхрон. Возможно, в этом случае от вас отстанут. Прощайте.

– Но погодите… Рука схватила воздух.

Белая "пятьдесят первая" сорвалась с места, развернулась и исчезла за углом бензозаправки. Северцев остался стоять как столб, опешив от неожиданной развязки своей долгожданной встречи с Варварой.

Послышалось приближающееся взлаивание полицейской сирены.

Олег очнулся, огляделся по сторонам, заметил в окне заправочной станции чье-то лицо, сделал вид, что завернул сюда пописать. Залез в кусты и лишь там достал синхрон.

На пятачок между стеной кустов, бочками и заправкой выскочил джип с мигалкой, но Северцев уже нажал красную кнопочку аварийного кванкера, и преследователи не успели его задержать. Выскочившие из джипа полицейские во главе с бритоголовым крепышом увидели только мелькнувший и тут же пропавший светлый силуэт. Бритоголовый выругался, спрятал необычной формы пистолет, достал рацию.

– Он ушел на ось! Активируйте следящие системы по всем ветвям! - Пауза. - Я буду ждать его дома. Погуляет и вернется. - Еще пауза. - Всех свидетелей придется нейтрализовать. На всякий случай оставляю тут группу. Все.

Бритоголовый сунул рацию в карман, махнул рукой парням в пятнистых комбинезонах, они быстро сели в джип и уехали.

Северцев же снова оказался в знакомом пустом городе, освещаемом неярким, то ли утренним, то ли вечерним, солнцем. Это был все тот же "хронохвост" Астаны, застрявший в непонятно каком времени и непонятно каком пространстве. Куда подевались его жители и почему он выглядит так странно, выяснить снова не удалось.

Северцев глянул на циферблат синхрона. В черном окошечке горели те же красные буковки БМГ. Снова БМГ. Интересно, что они означают на самом деле? Может быть, что-нибудь вроде: "Брось меня гонять"?

Над городом послышался рокот вертолета.

Так, понятно. Запеленговали, сволочи. Что-то уж очень быстро. Придется бежать дальше, с пистолетом против "Черной акулы" не попрешь. Что там говорила Варвара? Не гулять по черной ветви "оси S"? Что ж, поступим наоборот.

Он нажал черный кванкер.

В окошке сообщений побежали зелененькие буквы, складываясь в слова: "Наберите координаты резонанса".'

Северцев покрутил черное колечко, устанавливая стрелочку на черном циферблате на цифру 2. Нажал кнопку.

Поехали!

Темнота… удар по голове… свет…

Глава 8

Он ожидал увидеть нечто подобное и не удивился пейзажу, очутившись в совершенно голой местности, посреди плоской как стол, трещиноватой, покрытой ямками и бугорками равнины. Ни деревца, ни кустика, ни травинки. Ни следа развалин, которые должны по идее были бы остаться от города. Будто он и не стоял здесь никогда. А ведь синхрон перенес его только по "оси S", не трогая таинственную "ось Е", то есть по сути - во времени. Не значит ли это, что города здесь, в этой точке земной поверхности, еще нет?

Северцев оглядел буро-фиолетовый, словно насыщенный пылью, небосвод, проткнутый пылающим тоннелем солнца, пожал плечами. Его догадка могла отражать истину, а могла и не отражать. Не зная базовых причин существования "оси S", гадать о местоположении "хронохвостов" не имело смысла. Хотя душа жаждала определенности и объяснений всему таинственному ходу событий. При этом Северцев был абсолютно убежден, что все его приключения происходят с ним наяву, а не во сне или в каком-либо "альтернативно-игровом киберпространстве".

– А я заблудился на этой Земле и не нашелся на той, - вспомнил Олег слова поэта1. - Ну что, путешественник, мать твою, поедем дальше?

Тихое зудение донеслось от горизонта, над которым грустно торчал глаз солнца. Словно сверчок песенку затянул.

Дьявол! Снова вертолет! Похоже, Варвара не зря утверждала, что пеленгация на черной ветви работает оперативно. Вот они, голубчики, тут как тут! И спрятаться негде… Придется снова уходить. Пока, ребята, ищите меня в другом времени…

Северцев быстро установил стрелочку выхода на цифру 3 и нажал на черный кванкер.

Темнота… жара-холод… встряска… нечем дышать… свет!

Тот же самый пейзаж!

В чем дело?! Не сработал синхрон?

Северцев огляделся и заметил кое-какие отличия ландшафта от того, какой он только что покинул. Все как будто осталось прежним: равнина, узор трещин и рытвин, первозданная тишина - без единого звука, но цвет равнины еще больше потускнел, и над ней повис прозрачный, еле заметный слой тумана. Точнее, пыли. И дышать в этом мире несравненно труднее, чем в прежнем.

Куда он переместился? Что означает цифра 3 на черном циферблате? Третий слой реальности? Третья гармоника материального воплощения? Третий уровень компьютерной игры? Или отражение реально существующей местности в третьем "хронохвосте"?

"Отличная формулировка!" - восхитился внутренний голос.

"Сам знаю", - огрызнулся Северцев, понимая, что все его предположения не стоят выеденного яйца. А что, если скакнуть еще дальше? Здесь еще три цифры - 4, 5 и 6. Почему бы не проверить их все?

Он установил индикатор резонанса - название черному циферблату пришло само собой - на цифру 4 и нажал на кнопочку.

Череда "небытийных" ощущений - и он на месте.

"Дьявольщина! Здесь же почти нечем дышать! Назад!" "Успеешь, - возразил трезвый голос сознания. - Пару минут можешь и не подышать". Северцев огляделся.

Прежняя равнина потемнела, стала холмистой и скалистой и курилась дымками. Слева она понижалась, обнажая черное пространство спекшейся пемзы, над которым стлался синий дым, справа к горизонту уходила цепочка кратеров разного диаметра, из которых к темно-фиолетовому небу с россыпью крупных звезд струились разноцветные дымы. Из самого большого кратера ползла вишневая лава и то и дело взлетали струи искр и раскаленных камней.

Почва под ногами дрожала, изредка дергаясь, как живая, и тогда из общего глухого гула выделялись длинные грохочущие отголоски, сопровождающие разгул стихий.

Солнце висело низко над горизонтом и было раза в три больше того, что освещало Землю, и цвет его был багрово-оранжевым.

Температура воздуха над равниной приближалась к пятидесяти градусам по Цельсию, и кислорода в нем содержалось гораздо меньше необходимого для дыхания количества.

"Ад!" - заявил внутренний голос.

"Протерозой", - возразил сам себе Северцев, найдя сходство ландшафта с тем, о котором писали учебники по истории Земли. Именно такой, по представлениям ученых, была остывающая Земля в ранний период своей истории, когда на ней формировались материки и верхний слой геологических пород - кора. Но если это так, если синхрон перенес владельца в прошлое, значит, он таки является самой настоящей машиной времени?! Но тогда как с этим открытием стыкуются странные "хро-нохвосты" и отсутствие в прошлом людей? Ведь не может же машина времени делать их невидимыми. В литературе описаны сотни путешествий во времени, и в них пу-

Тешественники просто оказывались в прошлом, где жизнь шла своим чередом.

"Ну и что? - отозвался внутренний голос. - Все эти путешествия - выдумки писателей. На самом деле никто не бывал в прошлом и не видел, что там происходит. Любое такое путешествие нарушает физические законы, а поскольку подобных нарушений наукой не отмечено, значит, в прошлое возвращаться нельзя. Было бы можно - каждый наверняка захотел бы подкорректировать свое настоящее и будущее, изменив прошлое. Скажем - убив отца своего врага или его самого в детстве".

"Но если в прошлое попасть нельзя, то где я?"

Внутренний голос хихикнул:

"Значит, все наши теории времени не верны. Прошлое, возможно, и существует, но только такое, какое ты видишь".

"Не понимаю…"

"Еще поймешь. Есть люди, которые знают все, их надо найти. Варвара, ее муж, их коллеги".

"Варвара ничего мне не сказала…"

"Не было времени".

– Может, ты и прав, зануда, - пробормотал Север-цев про себя. Поморщился, чувствуя головокружение: организм требовал кислорода. Пора было покидать этот негостеприимный мир "прошлого" Земли.

Попробуем-ка скакнуть дальше…

Он подвел стрелку на черном циферблате к цифре 5, нажал кванкер и не удивился, когда в окошечке индикатора резонанса буковки БМГ сменились бегущей строкой: "Для перехода на нижние регистры фазовых резо-нансов необходима защита".

Ну да, все правильно, догадался Северцев, если черный трафик "оси S" действительно уходит в прошлое, то следующий шаг вынесет меня к моменту формирования Земли из протопланетного облака. Я или задохнусь, или замерзну, или сгорю. Остается один путь - азад "в будущее". Быстренько скачем в нужном на-авлении…

Установка индикатора на цифре 3 и нажатие пусковой кнопки заняло не больше трех секунд, и вот он уже стоит на равнине, усеянной кавернами неведомой коррозии, и может наконец вдохнуть полной грудью, в тишине и покое.

Голова закружилась, ослабли ноги. Естественная реакция организма на кислородное голодание. Дыши глубже, парень. Воздух здесь тоже не идеален для дыхания, примесей много, пыли много, а кислорода мало, но все-таки жить можно.

Горизонт перестал шататься перед глазами, зрение прояснилось.

А хорошо бы добыть необходимую защиту для дальнейших прыжков по "оси S", хотя бы комбез какой-нибудь и противогаз. Хотя, конечно, лучше скафандр типа космического или антирадиационного. Интересно было бы взглянуть на процессы рождения Земли.

Северцев оглядел унылую равнину, покрытую слоем неопадающей пыли.

Итак, что дальше? Не пора ли остановиться и трезво подумать о своем положении? Может быть, поступить, как советовала Варвара? Вернуться домой и уничтожить синхрон?

Несколько минут он обдумывал эту идею, выпятив губы и покачивая головой. Вспомнил ожидающе-печальный взгляд дочери Варвары, тревожное лицо самой Варвары.

Черт возьми, кто поможет им, оставшимся без отца и мужа? Имеет ли он право спасаться, не попытавшись каким-то образом помочь попавшим в беду беззащитным женщинам?

"Не сходи с ума! - предупредил внутренний голос. - Тебе самому еще надо суметь выкарабкаться из этого дерьма, а ты о других думаешь".

"Именно так, - согласился Северцев. - Не подума-

Ешь о других, и о тебе никто не вспомнит, как мама говорила. Поехали назад!"

"Куда?!"

"В Астану. Там меня никто не ждет, вот и воспользуемся моментом".

Он набрал координаты выхода на белом циферблате и нажал кванкер, не слушая возражений собственной психики, заботящейся о здоровье хозяина.

***

Вышел он "из резонанса" (или "на резонансе"?) в каком-то дворе, потревожив собаку и ее спутника, пожилого казаха. Извинился, сочувствуя отпрянувшему, ошеломленному появлением незнакомца старику, и быстро нырнул в арку дома, выходя на улицу.

Оказалось, что синхрон перенес его почти на то же место, откуда час назад он стартовал на "ось S". Заправка, возле которой он попрощался с Варварой и ее сестрой, находилась в трех десятках шагов от пятиэтажки. Естественно, у заправки уже никого не было, ни беглянок на белой "пятьдесят первой", ни преследователей на джипе. Глянув на солнце и оценив его положение, Северцев понял, что и здесь прошло около часа, что соответствовало времени его путешествия, задумался было о точности переноса - синхрон всегда перемещал его с "оси S" на "ось" так, будто время везде текло с одинаковой скоростью. Но мысль мелькнула и исчезла, задавленная обстоятельствами. Пора было действовать. Итак, сначала узнаем, что с Талгатом, удалось ему выкрутиться или нет.

Северцев сел в автобус, доехал до центра города, зашел в ту же аптеку, откуда звонил приятелю утром, и попросил у молоденькой казашки, сменившей не то отца, не то мужа, воспользоваться телефоном.

– Пожалуйста, звоните, - разрешила аптекарша.

Он набрал номер мобильника Нигматуллина и через минуту услышал его характерный горловой голос:

– На трубе. Слушаю.

– Это я, Олег. У тебя все в порядке?

– Север, ты, что ли?! Откуда звонишь?! Тебя не арестовали?

– Жив, здоров, звоню из аптеки. Ты где?

– На работе, конечно. Меня задержали, но я напустил туману, начал валять дурака, пригрозил пожаловаться заместителю министра внутренних дел, и меня отпустили. А тебе как удалось вырваться?

– Потом расскажу. Мне еще раз понадобится твоя помощь.

В трубке раздался смешок.

– Другой на моем месте послал бы тебя куда подальше после таких приключений, но мне нравится гонять по жилам адреналин. Жизнь без этого скучна и неинтересна. Жди, я сейчас подъеду.

Улыбаясь, Северцев положил трубку, поблагодарил девушку-аптекаршу и вышел на улицу. В чувствах Талгата и его отношении к друзьям он не сомневался. У мастера Николая занимались только те люди, кто готов был бескорыстно помогать другим и не ждать благодарности.

Нигматуллин подъехал через полчаса, но уже не на серебристой "Шкоде", а на красной "Лантре". Распахнул дверцу:

– Садись.

– Похоже, ты меняешь машины, как перчатки.

– Это авто фирмы. Да и нежелательно ехать куда-то на "Шкоде", коль мы с тобой на ней уже попали в переплет. Так зачем ты вернулся?

– Нужно доделать дело - найти Варвару. Нутром чую, что ей грозит опасность. Она спасла меня уже второй раз, пора отдавать долги. - Северцев рассказал о своей встрече с Варварой и ее сестрой Светланой, которые увезли его на белой "Ладе".

– Ну и ну! - покачал головой Талгат. - Кто бы мог подумать! Ты ее ищешь, а она тебя.

– Вряд ли она меня искала, наша встреча произошла случайно.

– Какой-то мудрец говорил, что ничего случайного в жизни не бывает, просто мы не знаем механизма закономерности случайного.

– Возможно, твой мудрец прав. Но я ей верю, а Варвара сказала, что увидела меня случайно. Лучше давай думать, где ее искать.

– Если она сейчас с сестрой…

– Час назад они были вместе и сидели в белой "пятьдесят первой" с номером 2411.

– Тогда проще всего искать их по машине. Выясним, что за тачка, к какому ведомству приписана, и определим место дислокации.

– Только учти, сделать это надо тихо, не привлекая ни власти, ни органы.

– Без органов нам не обойтись, но можешь быть спокоен, мой знакомый в полиции не побежит докладывать начальству о моей просьбе, он мой должник.

– Карточный?

– Как ты догадался? Мы действительно поигрываем в преферанс в одной приятной компании. В последний раз он здорово подсел на мизерах. Ты в карты не играешь?

– Бог миловал. Талгат засмеялся.

– Ну, это не самое страшное в жизни. Главное - не зарываться, знать, когда надо остановиться.

– Ты знаешь?

– Пока не проигрывал.

– Молодец. Куда мы едем на этот раз?

– В офис, разумеется, оттуда управлять процессо! проще, чем из дома.

Через несколько минут "Лантра" свернула на улицу Балхашскую и остановилась возле трехэтажного здания с полудюжиной табличек по обе стороны входа. Здесь

Располагались адвокатские конторы, юридическая консультативная служба, офисы торговых организаций, издательства "Казах-батур" и газеты "Наша правда". Вывески фирмы Талгата Северцев не заметил.

– А зачем светиться? - ответил Нигматуллин рассудительно на его замечание. - Кому нужно, тот и так знает, где находится моя контора.

Поднялись на второй этаж, в тупике коридора вошли в белую металлическую дверь со скромной табличкой: "Управление аптечных киосков "Идэр нас".

За дверью располагался еще один маленький коридорчик с тремя дверями из матового стекла. Талгат открыл среднюю, пригласил гостя.

Это была малюсенькая приемная, где едва умещались столик с компьютером, стул и кофейный автомат. За столом сидела раскосая, похожая больше на китаянку, чем на казашку, девушка.

– Минат, это мой друг Олег, мы тут посидим немного, покалякаем, а ты свари нам кофе, пожалуйста.

– Хорошо, Талгат Кирсанович.

– Тебе черный или со сливками?

– Со сливками, - сказал Северцев вежливо, - если не трудно.

Они прошли в небольшой кабинет руководителя фирмы, отличающийся от приемной только наличием стеклянного шкафа с медицинскими препаратами и книжной полки.

– Садись, сейчас начнем. - Талгат сел за стол, включил компьютер. - Попробуем сначала посмотреть базы данных нашего ГАИ.

Северцев с любопытством посмотрел на фотографию на стене, на которой стояли, обнявшись, четверо молодых парней, в том числе хозяин кабинета.

– Нет, не получится, - пробормотал Талгат с огорчением. - Я не знаю всех кодов допуска. Что ж, попробуем иначе.

Он снял трубку телефона.

– Полковника Мирзоева, пожалуйста… Казбек,

Снова Нигматуллин беспокоит. Сможешь установить принадлежность белой "ВАЗ-пятьдесят один" под номером 2411? Да, очень важно… нет, потом все расскажу… хорошо, жду звонка. И вот еще что, хорошо бы определить лицо, на которое оформлены документы, и адрес проживания. Естественно, за мной не пропадет. Талгат положил трубку.

– Он позвонит.

– Кто он?

– Полковник Мирзоев, замначальника городского КПСН, казахского варианта вашего СОБРа. Его жена работает в моей фирме.

– Хорошо устроился.

– У кого голова работает, тот и должен хорошо устраиваться. Это вы, русские, привыкли мечтать и ждать манны небесной, мы, татары, привыкли выживать в любых условиях. Берите с нас пример.

– Я гляжу, ты здесь националистом стал.

– А иначе нельзя. Да и грош цена человеку, если он не отстаивает национальные интересы, не радеет за свой народ. Вот ты разве не националист?

– В некотором роде, - подумав, ответил Север-цев. - С тем отличием, что я не пытаюсь решить свои проблемы за счет других и готов со всеми, как говорят, инородцами жить мирно. Лишь бы не трогали меня и моих близких. Как говорится, не будите во мне зверя.

– А что будет, если разбудить?

– Кормить придется, - улыбнулся Северцев.

– Ну и я примерно такой же.

Секретарша Нигматуллина принесла кофе, и приятели на время замолчали. Зазвонил телефон.

– Нигматуллин на трубе. Да, готов… понял… понял… Где это? За развилкой и налево… Спасибо, Казбек. Постараюсь заехать к тебе после обеда с фляжкой коньяку.

Талгат положил трубку.

– Машина зарегистрирована на некоего мистера

Згуриди, который проживает в Хаевке - это пригород Астаны, по дороге на Темиртау. Можем прокатиться туда, если хочешь. Всей дороги километров пятнадцать от офиса.

– Да хоть сто пятнадцать.

– Не пожалеешь?

– Не знаю, - честно признался Северцев. - Мне почему-то ужасно хочется разгадать эту загадку…

– Какую? - заинтересовался Талгат.

– Исключительно экзотическую и, к сожалению, опасную. Ради нее я и десантировался в Астану.

– Хоть бы намекнул.

– Я тебе уже говорил: чем меньше будешь знать об этом, тем спокойнее будешь жить. Потом как-нибудь я тебе расскажу.

– Дай бог, чтобы это "как-нибудь" когда-нибудь наступило. Ну что, еще кофеечку или поехали?

– Чует мое сердце, что нужно торопиться. За нами гнался полицейский джип, и преследователи вполне могли дать ориентировку на машину Варвары.

– В таком случае мы скорее всего опоздаем.

Сели в машину, помчались. При посадке Северцеву снова показалось, что на него кто-то смотрит, но это ощущение скоро прошло.

До Хаевки действительно оказалось всего пятнадцать километров, и этот населенный пункт, примыкавший к городу с юга, со стороны казахского мелкосопоч-ника, практически не отличался от низкоэтажной окраины Астаны. Талгат, преодолевший это расстояние за двадцать минут, остановил "Лантру" возле больницы.

– Дальше пойдем пешком, чтобы не вызывать подозрений машиной. Дом Згуриди в ста шагах, за развилкой налево. Кто знает, может, там уже орудуют опера?

Северцев кивнул.

– Мыслишь верно. В разведке случайно не служил?

– Я мирный человек, но много читал.

– Чур, без самодеятельности. Командовать парадом буду я, у меня опыта побольше.

– Слушаюсь, товарищ начальник!

Они двинулись к перекрестку дорог, свернули налево и приблизились к четырехэтажному дому с нарисованным на торце портретом президента Казахстана. Краски от солнца и ветра поблекли, поэтому левый глаз президента почти исчез и казался стеклянным. Делая вид, что разговаривают, приятели неторопливо обогнули дом и сразу же увидели во дворе белый "ВАЗ" пятьдесят первой модели с номером 2411. Кроме него, во дворе стояли еще четыре машины, также российского производства, пыльные, ржавые, помятые, и синий фургон с решеткой на заднем окне, называемый в народе "воронок". Возле фургона расхаживали два рослых молодца в камуфляже, третий, водитель "воронка", млел в душной кабине.

– Я же говорил, опоздаем, - сквозь зубы процедил Тал гат.

– Не останавливайся.

Они прошли мимо и, сопровождаемые взглядами спецназовцев, свернули к первому - всего в доме было четыре входа - подъезду. Ни домофона, ни лифта здание не имело. Внутри после яркого солнечного дня было темно и прохладно. Никого больше не встретив, Север-цев порадовался, что полицейские не оставили в подъезде страхующего оперативника.

– Где находится квартира Згуриди?

– На третьем этаже, номер двенадцать.

– Кем он работает?

– Зубной врач.

– Как его зовут?

– Роман Карлович. Ты хочешь все-таки проверить, здесь Варвара или нет?

– Если комбезы пришли за ней, то дело плохо. Придется действовать по обстановке.

– Давай я пойду первым.

– На сей раз пойду первым я. Если начнется шум - уходи, тебе нет смысла вмешиваться, еще пулю схлопочешь.

– Не волнуйся, Андреич, мне тоже приходилось воевать с местным криминалом, до рукопашки и перестрелок доходило. Да и не привык я бросать товарищей.

Северцев взял Талгата за плечо, сжал.

– Спасибо, дружище, но мы договорились, что ты будешь подчиняться. Я и так бессовестно эксплуатирую тебя, подставляя под удар сил, которых сам не знаю. Если я нарвусь на засаду - уходи. Обещаешь?

– Ладно, - проворчал Талгат, - обещаю.

Один за другим они поднялись на второй этаж. Талгат остался на лестничной площадке между вторым и третьим этажами, а Северцев, положив за щеку звездочку сюрикэна, подошел к двери, обитой деревянными планками, на которой красовался латунный кругляш с номером 12. Сами собой сократились мышцы живота - сработал интуитивный сторож организма, предупреждая об опасности.

Северцев позвонил, буквально ощущая пробежавшее по квартире за дверью движение.

Кто-то заглянул в дверной глазок.

– Вам кого? Голос был мужской.

– Романа Карловича, будьте любезны. Секунда, вторая, третья…

Щелкнули запоры, повернулся ключ в замке, дверь приоткрылась. В щели показалось смуглое лицо толстяка с коротким седым ежиком волос. В глазах его стоял страх.

– Я Роман Карлович. Что вам угодно?

– Меня к вам послал ваш знакомый, мне нужно подлечить зубы. - Олег погладил пальцем вздувшуюся щеку, за которой прятался сюрикэн.

– Я в отпуске. - Згуриди попытался закрыть дверь, но Северцев успел всунуть носок кроссовки в щель.

– Простите, но зубы болят - спасу нет! Я хорошо заплачу.

– Я же сказал…

– Подожди, Роман, - раздался за дверью женский голос, дверь открылась шире, на Северцева глянули глаза Варвары Сабировой, одетой в белое летнее платье, подчеркивающее достоинства фигуры. - Это снова вы?!

– Я, - криво улыбнулся Северцев.

– С каких это пор у вас болят зубы? Северцев молча вынул из-за щеки сюрикэн. Варвара покачала головой.

– Странный у вас зуб. Зачем вы вернулись?

– Хотел помочь… и все узнать… может быть, мы поговорим не в коридоре?

– Заходите. - Женщина отступила в глубь прихожей.

Северцев вошел.

Из гостиной вышла двоюродная сестра Варвары, неуловимо похожая на нее - не чертами лица, но общим абрисом и мимикой. В глазах ее сквозь неприязнь проступило любопытство. Оглядев гостя, она произнесла гортанным голосом:

– На психа он не похож. Варвара усмехнулась.

– Нормальным его тоже трудно назвать. Проходите, садитесь. Вы один?

Северцев вспомнил о Талгате и о полицейском "воронке" во дворе дома, заторопился.

– Я посоветовал бы вам поменять дислокацию, и чем быстрее, тем лучше. Во дворе торчит фургончик синего цвета, а возле него ошиваются двое парней в камуфляже.

Варвара и Светлана переглянулись.

– Ну и что?

– Если мы смогли вычислить по номеру "пятьдесят первой" адрес вашего приятеля Згуриди…

– Он - брат моего мужа, - сказала Светлана.

– Неважно. Если уж мы вычислили вас, то и полиции это сделать будет нетрудно. Возможно, парни внизу ждут подкрепления.

– Пусть ждут, мы ничего противозаконного не… - сначала Светлана.

– Кто это - мы? - перебила ее жена Сабирова, имея в виду Северцева.

– У меня в Астане есть приятель Талгат, вместе учились когда-то у одного учителя. Он сопровождает меня.

– Какое отношение… - вновь начала Светлана.

– Погоди, Света, - поморщилась Варвара. - Этот ваш Талгат… все знает? Вы рассказали ему о синхроне?

– Конечно, нет.

– Спасибо и за это. Но вы говорили, что обращались за советом к ученым.

– К знакомому из Федерального центра по изучению непознанных явлений природы.

– Возвращайтесь в Москву и попытайтесь спасти его. Больше ни с кем не делились своими открытиями?

Северцев подумал о Викторе.

– Мой друг в Монголии в курсе событий…

– Немедленно звоните ему, разыщите, пусть поостережется и никому не болтает о том, что видел.

– Он сейчас в Москве.

– Как это? Почему? Вы же сказали, он в Монголии.

– Он вернулся утром, я с ним встречался.

– Удивительное дело! Человек бросает дела и мчится в Москву…

– Он мой друг! - хмуро сказал Северцев. - Поэтому и примчался в столицу, чтобы помочь выпутаться из положения.

– Вы ему доверяете?

– Как самому себе!

– Что же вы стоите, - подал голос добродушный на вид хозяин квартиры. - Проходите, чаю попьем.

– Некогда, Роман, - качнула головой Варвара, оценивающе глядя на Северцева. Сомнение в ее глазах боролось с надеждой. - Он прав, спецназовцы внизу - это скорее всего по нашу душу. Уходите, Олег. - Она не забыла его имени. - Возвращайтесь в Москву и попробуйте уберечь своих знакомых и друзей. Уж не знаю, как

Вам это удастся. И никому больше не рассказывайте о синхроне, иначе подвергнете этих людей большой опасности.

– Но я хотел…

– Поверьте, вам лучше не знать, что такое синхрон и что за ним стоит. Предупредите друзей и уничтожьте аппарат. Только будьте осторожны, когда будете это делать, он взрывается как мощная граната.

– Нет! - упрямо боднул воздух лбом Северцев. - Я не успокоюсь, пока не выясню все детали.

– Все-таки псих! - прокомментировала Светлана, выходя в гостиную.

Северцев невольно улыбнулся.

– Иногда я тоже о себе так думаю. Может быть, вы мне все-таки соблаговолите объяснить, что такое "ось S"? Куда я все время попадаю, перемещаясь по черной ветви этой "оси"? В прошлое? Или в альтернативные реальности?

– "Ось S" - это поток состояний Вселенной, который пересекается с "осью Е" - графом массы и плотности состояний. Вместе они составляют скользящий крест реальности… м-м… - Варвара прикусила губу. - К сожалению, я не специалист в теории фазовой синхронизации времени, как… э-э… коллеги моего мужа. Вот они бы вам все объяснили… а потом убили бы, чтобы не допустить утечки информации.

Северцев покачал головой.

– Все это очень странно… и безумно интересно! Никогда не слышал о теории фазовой синхронизации времени. Все-таки синхрон каким-то образом оперирует временем. Но куда я все же попадаю каждый раз? Что за "хронохвост" такой, где мы с вами встречались?

– Это как бы тень реальности… - Варвара не договорила.

В прихожую выглянул из кухни встревоженный хозяин квартиры.

– Подъехала еще одна машина.

– Пора уходить, - быстро проговорила жена Саби-

Рова. - Предупредите вашего друга Талгата и бегите! Берегитесь имплантора… это такой пистолет, разряд которого превращает человека в безвольного исполнителя Программы.

– В зомби, что ли?

– Нечто в этом роде.

– В меня, по-моему, пытались стрелять из такого пистолета, пограничники в Монголии. Или это и есть ваши системники, о которых вы предупреждали?

– Нет, это криттеры, запрограммированные на целевое действие люди. После операции им стирается память.

– Не знал, что у нас есть такая техника.

– Вы многого не знаете. Бегите же! Северцев двинулся к двери, остановился.

– Без вас я не уйду!

Где-то на нижних этажах дома зародился шум, стал нарастать: по лестнице вверх бежали люди.

– Я сама о себе побеспокоюсь, не геройствуйте.

– Нет!

– Вот кретин! - появилась рассерженная Светлана. - Вам что, жить надоело?! Немедленно уходите!

Варвара вдруг кинулась в гостиную и через две секунды вернулась, бросила Северцеву тяжелый пластиковый пакет.

– Вот, на всякий случай.

– Что это?

– Защитный комплект. Теперь бегите! Я вас догоню. -Как?

– У меня тоже есть синхрон.

Северцев все еще колебался, и она добавила:

– За вашим другом присмотрит Светлана. Ну же!

– Где мы встретимся? В дверь позвонили.

Северцев наконец решился и вдавил красный стерженек аварийного кванкера. Темнота заслонила женщин и обстановку квартиры.

Кто со мною в полет?…

Глава 9

Тетрарх Евро-Азиатского такантая экзарху. Прошу Систему сменить команду наведения и нейтрализации объектов беспокойства уровня Л-2 в мигран-зоне К.

***

Экзарх Евро-Азиатского такантая тетрарху.

Разрешение получено. Немедленно нейтрализуйте "дерево последствий", созданное несанкционированным вбросом секретной информации в медиа-поле. Замените всех линеархов. Срок исполнения: двадцать четыре часа.

***

Вид "хронохвоста" с высоты девятиэтажного дома навевал тоску.

Как и в прошлые моменты "аварийных посадок" вышел Северцев точно в той же точке пространства - на площадь перед опустевшим комплексом президентской резиденции. Подождав Варвару - обещала же догнать - с полчаса, Олег решил, что она не зависит от настройки своего синхрона и вполне может переместиться строго по "оси S" - из квартиры в Астане в ту же квартиру в "хронохвосте" Астаны. Поэтому он быстро сориентировался на местности и поспешил в ту часть пригорода, которая в реальной жизни называлась Хаев-кой. На поиски квартиры зубного врача Згуриди ему понадобилось около полутора часов, но он все же нашел ее и проник внутрь, сломав дверь толчком ноги. Только эта квартира оказалась абсолютно пустой и заброшенной, пришедшей в почти полную негодность. Серо-бурые стены ее были усеяны крупными порами и поддавались нажиму пальца, будто слепленные из гипса.

Впрочем, Северцева это уже не удивляло. Прыжки

По "оси S" стали привычными, а пейзажи "оси" практически перестали вызывать изумление и восторг пополам со страхом, как во время первых бросков "в никуда".

Он честно обошел все комнаты опустевшей квартиры, никаких следов пребывания Варвары не обнаружил и понял, что ждать появления жены Сабирова не стоит. Либо она не имела в виду сиюминутную встречу, собираясь последовать за ним позже, либо вышла в другом месте, либо опоздала и была схвачена казахским спецназом.

Последний вариант показался Олегу самым вероятным и самым безрадостным, так что он едва не сорвался с места, чтобы вернуться в Астану, но удержал свой порыв. Не мальчик уже, но муж думающий. Если бы Варвара сомневалась в своих возможностях, она поступила бы иначе и не обещала догнать его на "оси S". Возможно, у нее появились другие планы.

Сделав такой вывод, Северцев вернулся в центр пустого города, с час слонялся по площади, прислушиваясь к долетавшим издалека звукам, потом зачем-то залез на девятиэтажное здание недалеко от президентского дворца и долго рассматривал городской пейзаж, наве-вающий тоску, и проблескивающую в небе чешуйчатую башню. Башня манила, притягивала взор, будила воображение, она казалась лишней и вносила элемент сюрреализма в общем-то привычный земной ландшафт. Северцев предположил, что ее создали некие "пришельцы", завоевавшие Землю и уничтожившие людей, но зачем им понадобилось такое исполинское сооружение, представить было трудно.

Приходили и другие мысли. В душе Северцев был недоволен своими действиями, мысленно попросил прощения у Талгата, которого оставил одного второй раз, но помочь ему он бы все равно не смог и лишь надеялся на Варвару, пообещавшую, что ее сестра присмотрит за приятелем Олега.

Он опять спустился на площадь и почти сразу же ус-

Лышал характерное стрекотание: к городу летел вертолет.

– Наконец-то, - пробормотал Северцев. - Что-то вы припозднились, господа контролеры, я тут уж три часа ошиваюсь.

Может быть, спрятаться и захватить "языка"? - мелькнула идея. Тогда и Варвару ждать не придется. Затем пришла более трезвая мысль: вертолетчики вряд ли будут высаживать десант, просто долбанут ракетами по малейшему подозрительному объекту, и тогда не спасет ни защитный костюм, - кстати, не мешало бы посмотреть, что за комплект всучила ему Варвара, - ни умение маскироваться и быстро бегать.

Северцев поставил стрелочку курсора на черном циферблате на цифру 3, дождался загоревшихся в окошечке букв БМГ и нажал кнопочку черного кванкера. Через несколько секунд он оказался в пустынной песчано-скалистой местности, окутанной слоем невесомой, почти прозрачной пыли. Это был "конец хронохвоста", как сам для себя обозначил Северцев пункт переброса, весьма схожий с тем, который он наблюдал и ощущал, экспериментируя с "осью S" в Москве.

Порядок! Синхрон продолжает работать без сбоев. Интересно, что будет, когда у него кончится заряд аккумулятора? Не застрянет ли тогда владелец синхрона в этих "хронохвостах" навечно?

Северцев хмыкнул, с опаской посмотрел на аппарат, подмаргивающий бегущей по ободку зеленой искоркой. Да, это было бы неприятно. Но, как говорится, где наша не пропадала? Кто не рискует, тот не пьет шампанского. Будем идти вперед до последнего патрона.

Чувствуя, как першит в горле от пыли, он пощупал тяжелый пластиковый пакет размером тридцать на сорок сантиметров, нашел сбоку застежку-липучку и раскрыл пакет. В его руках развернулся блестящий серебристый балахон, похожий на те, что используют работники атомных электростанций при авариях. Капюшон этого кос-

Тюма был конусовидный, с упругими усиками в толще материала, поддерживающими его форму, имел стеклянное забрало и нечто вроде маски с решеточкой мик-офона.

– Ну, что, попробуем? - предложил Северцев сам себе.

Второе "Я" путешественника, брюзга и нытик, предпочитающий действовать по пословице: умный в гору не пойдет, умный гору обойдет, - промолчал.

Ну и ладно, подвел итог колебаниям Северцев. Коли уж появилась возможность заглянуть в глухое прошлое, надо ее использовать.

Он разделся, оставаясь в брюках, сложил рубашку, жилет и ботинки в пакет, с некоторым трудом натянул на себя балахон, явно не рассчитанный на высокого человека. Несколько минут ушло на регулировку и крепление маски, не желавшей вообще пропускать воздух. В конце концов Северцеву удалось найти причину, почему она не функционировала, сдвинуть две пластинки, играющие ту же роль, что и предохранитель на пистолете, и маска заработала. По существу она была мембраной, пропускающей потребителю только азот и кислород, хотя, возможно, и добавляла нужное до кондиции количество этих газов в течение какого-то времени. Ее выступ, охватывающий подбородок, был массивным и мог играть роль резервуара для сжатой дыхательной смеси.

Вертолет преследователей появился в тот момент, когда Северцев закончил переодевание и принялся настраивать синхрон.

– Адью, парни, - помахал он рукой стремительно приближавшейся воздушной машине и нажал на черный стерженек.

Череда знакомых ощущений, невесомость, темнота…

Он ожидал увидеть некий ландшафт, небо и солнце, но не увидел ни того, ни другого. Темнота каза-

Лась глухой, как в подземелье, и в первые мгновения выхода Олег так и подумал, что оказался в подземной пещере. Если бы не отсутствие силы тяжести. Ощущение невесомости не проходило, сердце прыгнуло в пятки, желудок, наоборот, запросился к горлу, мышцы живота сократились, и прошло какое-то время, прежде чем Се-верцев восстановил душевное и физическое равновесие. Посоветоваться было не с кем, но он и так понял, что попал в прошлое очень глубоко, к моменту формирования Земли как планеты, а то и Солнечной системы.

– Облако! - ватно проговорил Северцев, судорожно пытаясь развернуться и оглядеть "горизонт".

Наконец, после десятка неудачных попыток ему удалось повернуться вокруг своей оси, и Олег в невероятном далеке увидел слабое мерцание, похожее на проблеск Луны сквозь земные тучи. Однако оценить, что это такое - Луна, Солнце или еще какая-то звезда, было невозможно. Да и любоваться долго тьмой с пятнышком света не рекомендовала интуиция. Не было ничего интересного для глаза в этом черном мешке пространства без каких-либо ориентиров и указателей. Да и дышать в общем-то здесь было нечем, и холод стоял собачий, от которого тонкая ткань костюма никак не спасала.

– Поехали дальше, - пробормотал Северцев, пытаясь разглядеть циферблат синхрона. Не смог. Понял, что следующий прыжок возможен только назад, по "аварийной линии", нащупал по памяти стерженек аварийного кванкера и нажал.

Как и ожидалось, вынесло его точно в тот же район "хронохвоста" Астаны - на ее центральную площадь. Так был настроен аварийный выход синхрона, не требующий от владельца никаких дополнительных манипуляций. И настроил его скорее всего Крушан Сабиров, упрятавший в этом месте жену с дочерью, а сам попытавшийся оторваться от погони в Монголии. Или действительно назначивший там кому-то встречу.

Северцев снял маску, расслабился, отдыхая от встряс-

Ки и массы неприятных ощущений, потом упрямо настроил аппарат на самый "дальний" или, скорее, самый "нижний" прыжок по черной ветви "оси S", то есть установил стрелочку на цифру 6. Глубоко вздохнул, нацепил маску, зажал синхрон в руке таким образом, чтобы можно было без промедления нажать красный кванкер, и вдавил черный стерженек.

В окошечке аппарата поползли светящиеся оранжевые буковки:

"Для выхода на нижние регистры фазовых резонан-сов требуется защита класса А".

– Что ж ты мне ничего не сказал, когда я выходил на цифру 5? - рассердился Северцев. - Это же тоже нижний регистр. Когда у меня не было костюма, ты меня на "пятерку" не пустил. Или я чего-то не понимаю?

Он снова нажал черную кнопочку.

В окошечке сообщений проползла новая надпись:

"Выход опасен для жизни!"

– Да верю, верю, запускай!

Олег еще раз вдавил черный кванкер и после цепочки ставших привычными ощущений оказался… в космосе!

В принципе он был готов к такому повороту событий, но, даже владея экстрасенсорикой и реактивной нервной системой, рассчитанной на мощную энергетическую отдачу и скоростное действие, продержался в этом мире всего несколько мгновений. Анализировать - что он увидел, услышал и почувствовал, Олег начал, только вернувшись назад в аварийном режиме.

Сначала он увидел звезды - россыпь необычайно ярких и крупных звезд, окружавших его со всех сторон. До самых больших из них, казалось, можно было дотянуться рукой.

Затем его поразил цвет неба или пространства, в котором роились звезды. Здешний космос был не черным

И даже не фиолетовым, он был светлым, жемчужного отлива!

Третье шокирующее впечатление Северцев получил, глянув под ноги.

Он висел над исполинской багрово-желтой рекой лавы, несшей более темные струи, вихри, камни и сгустки, а также факелы оранжевого и ослепительно золотого огня. Северцеву даже инстинктивно захотелось поджать ноги, которые запросто могли сгореть в горниле лавового потока. Тем более, что видение потока сопровождалось ощущением теплового удара: в этом космосе царила чудовищная жара! Мало того, невесомости Олег не почувствовал вовсе, будто стоял на поверхности невидимого массивного объекта, зато почувствовал, что некая сила растягивает его вдоль позвоночника, стремясь превратить в тонкую рояльную струну. Причину этого эффекта он осознал позже, отдыхая от полученного нервного стресса. Зато смог проследить за течением огненной реки и понять, что это - кольцо наподо-бие кольца Сатурна, вращающееся вокруг самой большой, хотя и не самой яркой оранжевой звезды.

И, наконец, более сильное потрясение ждало путешественника, когда он поднял голову и увидел над собой еще одну лавовую реку, точнее, веретенообразную струю раскаленных комьев багрового, алого и малинового цвета, сгусток лавы с черной дырой посредине, превращавшей его в исполинский, налитый кровью глаз. Лишь гораздо позже, вспоминая увиденные панорамы и пейзажи, Северцев понял, что черное пятно на самом деле являлось идеальной формы шаром. Возможно, это была планета, возможно, обточенный огнем и пылью астероид, но у Олега создалось впечатление, что видел он искусственный объект - космический корабль или станцию, созданную неведомыми разумными существами еще до рождения Солнечной системы. А в том, что он оказался свидетелем ее формирования, Северцев не сомневался.

После недолгих размышлений понял он и причину силы, едва не растянувшей его тело в струну. Он оказался в области Роша - в слое пространства между двумя массивными образованиями, и сила их притяжения едва не разорвала путешественника на части. Точно так же в современной Солнечной системе были разрушены многие спутники больших планет, неосторожно приблизившихся к пределу Роша1.

Сколько времени Северцев провел в космосе, предшествующем рождению планет Солнечной системы, он не помнил. Не более трех-четырех секунд. Инстинкт сработал вовремя и заставил его бессознательно нажать кнопку аварийного старта. Зато отдыхал он после этого почти час, заново переживая свое путешествие в прошлое. Хотя при размышлении нет-нет, да и мелькала мысль, что "ось S" не является реально существующим пространственным континуумом. Время на "оси S" играло какую-то другую роль.

Додумать свою гипотезу он не успел, да и данных не хватало, отправных точек, кроме одной - синхрон работал и абсолютно реально перебрасывал человека либо из района в район земного шара, либо в некие странные миры, напоминающие Землю в разные моменты прошлого и будущего. Издалека донесся гул вертолетных винтов - неведомая служба контроля "оси S" снова отыскала "нарушителя границы" и послала своих псов-системников ликвидировать прорыв. Пора было бежать из "хронохвоста" Астаны в более спокойное место.

Уже настроив синхрон на возвращение в Москву, Северцев вдруг решил проверить другой диапазон "оси" - белую ветвь. Решение было спонтанным и необдуманным, и потому бесповоротным.

1

Предел Рошав классическом смысле - поверхность равного гравитационного потенциала в тесной звездной (звездно-планетной) системе, определяющая предельные размеры ее компонентов, при которых они еще сохраняют устойчивость.

Он быстро установил стрелочку курсора на белом циферблате на цифру 5, нажал белый кванкер.

"Выход опасен для жизни", - предупредил синхрон владельца.

– Это мы уже слышали, - буркнул Северцев, еще раз нажимая кнопочку пуска… и снова оказался в космосе! Только этот космос разительно отличался от того, в каком час назад побывал путешественник.

Звезды здесь были, но в большинстве своем маленькие, тусклые, холодные. Они собрались в одно веретенообразное облако, ничуть не напоминающее знакомый Млечный Путь, и по сути образовывали галактику, видимую с далекой ее окраины.

Земли под ногами Северцева не оказалось, зато наличествовало подсвеченное изнутри серо-сизое море пыли, в котором плавали более плотные сгустки и темные конфигурации. Солнце - в виде крупной малиновой звезды - было погружено в это пыльное море, окруженное прозрачным золотистым гало и двумя кольцами темной материи. И вокруг царил такой дикий холод, что Северцев едва не заледенел за те несколько секунд, в течение которых рассматривал панораму "будущего" Солнечной системы. На вопрос, заданный им самому себе: когда и почему исчезла Земля, а возможно, и другие планеты? - ответить было некому. Сценарий эволюции Вселенной, прочитанный Олегом в журнале "Земля и Вселенная", не совпадал с картиной космоса, заполненного пылью, газом и умирающими звездами. Что-то здесь было не так. Стадия эволюции; при которой планеты начинали рассыпаться в пыль, в излучение, должна была наступить, согласно мнению ученых, через триллионы триллионов лет, когда начинала распадаться основа материи, самая устойчивая элементарная частица - протон. А Северцев сильно сомневался, что синхрон мог забросить его так далеко в будущее.

Уже вернувшись обратно в "хронохвост" Астаны, он чуть было не отправился проверять еще более далекое будущее - обозначенное цифрой 6 на белом цифербла-

Те, но вовремя одумался. Костюм его, конечно, защищал в какой-то мере, позволяя оставаться живым короткое время там, где остальные люди неминуемо погибли бы, но все же это был не герметичный скафандр, и ни от космического холода, ни от гамма-излучения и больших температур он не спасал.

Подумав с минуту над своим положением под аккомпанемент крутившегося над городом вертолета, Северцев решительно настроил синхрон на возвращение в Москву, и аппарат перенес его на Воробьевы горы, аккурат на улицу Косыгина.

Ему повезло: здесь царил вечер, дневные палатки и бары уже закрылись, пешеходов было мало, а водители машин, пролетавших мимо университета, не обратили внимания на внезапно возникшую на тротуаре серебристую фигуру.

Северцев быстро переоделся в свой костюм - пакет с одеждой он не выпускал из руки, - поблагодарил провидение за отсутствие свидетелей, поднял руку, останавливая частника. Через полчаса с минутами он был возле дома Вероники, страстно желая оказаться под струями душа и смыть с себя пот и "пыль веков".

***

Вера впустила позднего гостя, накинув блестящий халатик, не скрывающий достоинств ее фигуры. Кинув взгляд на ее высокую грудь, Северцев мимолетно пожалел о том, что их пути разошлись, но перед глазами вдруг возникло призрачное видение другой женщины, и сердце успокоилось.

После долгого купания в ванной Северцев переоделся в предложенный хозяйкой халат мужа, и они сели в кресла возле торшера, создающего в гостиной уютный полумрак. От ужина Северцев отказался, но с удовольствием выпил бокал легкого вина. Вера сготовила кофе, и они принялись беседовать, наслаждаясь вкусным напитком, прохладой и тишиной.

Интересно, подумал Северцев, усмехнувшись про себя, что сказал бы муж Веры, вернувшись из командировки и застав дома гостя, одетого в его же халат? Поверил бы жене, что это всего лишь однокашник, друг детства, заглянувший на огонек?

– О чем ты подумал? - проницательно спросила Вера, уловив его душевные колебания.

– О твоем муже, - честно признался Северцев. - Ты любишь его?

– Люблю, - не отвела глаза женщина, лишь порозовела под его взглядом. - Он сильный и добрый.

– Редкое сочетание в нынешние времена, - кивнул он. - Я рад, что ты счастлива. Со мной ты была бы одинокой. К тому же я несерьезный товарищ, порой дома и недели не сижу. До сих пор в дороге. Как говорится, не-проходящая тяга к перемене мест.

– Нет, ты серьезный, - не согласилась с его самооценкой Вера, - просто не нашел еще себя. Я знаю, что ты сейчас не женат. А вообще девушка у тебя есть?

– Да как тебе сказать… - Северцев дернул себя за мочку уха, подумал о своей последней подруге, с которой не встречался уже больше месяца. Перед глазами снова появилось лицо Варвары, строгое, решительное, сосредоточенное, отвыкшее улыбаться. - Вроде бы есть, а вроде бы и нет.

– Бедный, - сочувственно покачала головой Вера. - Тебе уже пора жениться, детей иметь.

– Вот найду такую же, как ты, и женюсь, - пообещал он, отодвигая пустую чашку.

– Еще хочешь?

– Нет, спасибо, спать пойду, устал.

– Где на сей раз был? Далеко? В России или за рубежом?

– В Монголии, - ответил он с заминкой, представив, как отреагировала бы Вера на его заявление о "пу-тешествии во времени". - Искал упавший НЛО.

Глаза Вера загорелись.

– Правда? Неужели нашел?

– Нашел всего лишь дырку в земле, действительно, странную, похожую на след НЛО. Но для ее изучения нужна специальная экспедиция. Завтра утром я тебе подробнее расскажу, а то глаза слипаются.

– Конечно, конечно, - засуетилась Вера, собирая чашки на поднос. - Ложись здесь на диване, я сейчас белье достану. - Она ушла на кухню и уже оттуда сообщила:

– К нам на работу какой-то тип заходил, тебя спрашивал.

– Что? - удивился Северцев, внутренне сжимаясь. - Меня? Когда?!

– Сразу после того, как ты ушел, вернее, часа через два. Нас многие видели, на меня показали, ну, я ему ответила, что ты заказ на книги сделал.

– Умница! Как он выглядел?

– Длинноволосый, невысокий, глаза черные и неприятные, будто он прицеливается. Книжечку красную показал, с золотым тиснением: двуглавый орел и надпись "ФСБ России".

– Даже так? Он из службы безопасности? Лейтенант, капитан, майор? Фамилию не запомнила?

– Я в документы не заглядывала, а фамилия у него какая-то нерусская, то ли Тельман, то ли Гельман. - Вера появилась в гостиной с простынями и подушкой. - Вот, раскладывай сам и ложись.

– Погоди. - Северцев взял у нее постельные принадлежности. - Что ему было нужно конкретно?

– Ну, он, собственно, ничем и не интересовался, - пожала плечами Вера. - Спросил, зачем ты заходил и обещал ли встретиться. Я сказала, что ты заходишь редко, и он ушел. А что? Я что-то не так сказала? - встревожилась она.

– Нет-нет, все правильно… - пробормотал Северцев, отчетливо понимая, что на его след вышли системники. Оставалось только гадать, как им удалось отыскать его в многомиллионном городе спустя всего лишь несколько часов после возвращения с "оси S".

Виктор! - ударила в голову всполошная мысль. Он тоже в опасности! Если системники добрались до Веры, то доберутся и до остальных друзей и знакомых! А в книжный он заходил с Виктором! Надо немедленно позвонить ему, предупредить! И хорошо бы дозвониться до Кости Зеленского, ему тоже грозит опасность. Пусть поостережется всякого рода незнакомцев и держится вместе со своими коллегами, не уединяясь.

Он снял трубку телефона, набрал номер квартиры Виктора. Линия оказалась занятой. Олег подождал, еще раз позвонил: снова занято. Черт, с кем он там треплется?! Придется звонить по мобильному.

Но и мобильный телефон был занят. Северцев потратил на попытки установить связь несколько минут, пока не сдался, злой и встревоженный. Впечатление было такое, будто Виктор разговаривал одновременно по двум телефонам, либо звонил по мобильному к себе домой, а там кто-то ждал его и снял трубку.

– Кому названиваешь? - поинтересовалась Вера, выглядывая из прихожей; она закончила мыть посуду и вытирала полотенцем руки.

– Другу, - ответил Северцев, не зная, что делать. Ехать поздно ночью к Виктору не хотелось, но и оставлять его, не предупредив, было не правильно. Он снова набрал номер домашнего телефона Красницкого. Теперь линия была свободна, однако никто не отзывался. Если Виктор и говорил с кем-то минуту назад, то уже ушел. Интересно, куда, на ночь глядя?

– Ложись, утро вечера мудренее, - мягко сказала Вера. - Завтра дозвонишься, никуда твой друг не денется.

– Надо предупредить дружбана, - качнул он головой. - Наверное, придется ехать к нему.

– Неужели это так важно? Ничего с твоим дружба-ном до утра не случится.

– Хотелось бы… - начал Олег, чувствуя непреодо-

Лимое желание лечь спать, и в это время зазвонил телефон.

Северцев протянул было к нему руку, но вовремя отдернул, кивнул женщине:

– Возьми… меня здесь нет… ни для кого! Никто не знал, что я у тебя остановлюсь.

– Я поняла. - Вера сняла трубку. - Слушаю вас. Пауза.

– Слушаю, говорите.

Она подождала еще немного, пожала плечами, положила трубку.

– Молчат.

Северцев подумал немного и начал торопливо переодеваться.

– Извини, я, наверное, не останусь у тебя. Если будут звонить еще или же постучат в дверь - не открывай, сразу позвони в милицию. Поняла?

– Но почему? Что происходит?

– За мной охотятся… нехорошие люди. Возможно, они проверяют, здесь я или нет. Больше тебе знать не положено. Муж твой когда вернется?

– Девятого обещал, послезавтра.

– Жаль, что не завтра, с ним тебе было бы спокойнее.

– Что случилось, Олег? - Глаза Веры стали тревожными. - Ты что-то натворил, связался с бандитами?

– Не с бандитами, - невольно улыбнулся Северцев. - Хотя в данном случае эти люди мало чем от них отличаются. Может быть, впоследствии я тебе все расскажу, а пока не могу. До встречи. Мужу привет.

Он проверил в карманах жилета и брюк свой арсенал, поцеловал женщину и вышел из квартиры, предварительно убедившись, что на лестничной площадке дома его никто не ждет.

Интуиция подсказывала приближение опасности, - ощущение психологически напоминало нависшую над головой черную тучу с дождем и градом, - поэтому Северцев сразу приготовился к адекватной реакции на из-

Менение внешних условий, введя себя в измененное состояние сознания.

Он бесшумно сбежал вниз, не встретив никого на своем пути, оглядел ночной двор - видел он теперь почти так же хорошо, как и днем, - ничего подозрительного не обнаружил и перебежал двор, прячась за стоящими двумя рядами автомобилями. Замер возле сетчатого заборчика детского сада и услышал, как с улицы в арку дома, из которого он только что выскользнул, тихо въезжает машина. Фургон. Почти незаметный в темноте. С выключенными фарами. Лишь в лобовом стекле отразился лучик света, упавший на машину из окна первого этажа.

Фургон остановился, из него неслышно вышли трое мужчин. Двое молча двинулись к подъезду, в котором жила Вера, третий закурил.

Северцев хотел было двинуться прочь отсюда, пользуясь своим преимуществом человека, увидевшего противника первым, но передумал. Душа подсказала, что надо остаться и посмотреть, чем закончится визит незнакомцев. Сомнений в их принадлежности к системникам у Северцева не было.

Прошла минута, другая… пятая.

Двое мужчин, вошедших в подъезд, не возвращались. Третий неподвижно торчал возле фургона, словно превратился в статую. Бросил окурок. В ночной тишине отчетливо пропиликал мобильный телефон. Мужчина шевельнулся, поднес трубку к уху. Обострившийся слух Северцева позволил ему услышать сказанное:

– Они наверху… тихо… может быть, он еще не пришел… ждем…

Мужчина спрятал мобильник, снова застыл. И в этот момент Северцеву показалось, что он услышал сквозь окна тихий женский вскрик. Больше он не колебался.

Некая почти невидимая и бесплотная тень пересекла двор и сформировалась возле фургона в более плотную фигуру. Глухой удар! Мужчина, только что говоривший

По телефону, беззвучно сложился пополам, свалился к колесам фургона. В окошке автомобиля показалась голова водителя.

– Ты чего, Марат?

Призрак, уложивший человека с мобильником, сделал движение. Раздался костяной стук, и голова водителя исчезла в салоне, получив удар в лоб рукоятью пистолета. Понять, что произошло, водитель фургона не успел.

Северцев замер, обшаривая пространство двора "сканером" экстрасенсорного восприятия, никого, кроме разгуливающих котов, не обнаружил и в прежнем темпе метнулся к подъезду. На четвертый этаж, где располагалась квартира Веры, он поднялся за три секунды. Остановился на несколько ударов сердца, прислушиваясь к долетавшим на лестничную площадку звукам.

В квартире разговаривали двое, что-то передвигая, роняя и переворачивая. И стонала Вера!

Северцев задержал дыхание, нажал на дверь, кивнул сам себе с удовлетворением: гости не заперли ее за собой, проявив элементарную небрежность. Ломать замок не придется. Затем толкнул дверь от себя и в два прыжка ворвался в гостиную.

Вера сидела на стуле, привязанная к нему скакалкой. Рот ее был стянут полотенцем.

Гостей действительно оказалось двое. Один был сед, сухопар, высок, одет в добротный летний костюм с галстуком. Второй был шире его вдвое, накачанный, в рубашке, лопавшейся на могучей груди, длинноволосый и небритый. Оба планомерно обыскивали гостиную и спальню, выбрасывая вещи из шкафов и комода. На прыжок Северцева они отреагировали одинаково: медленно - по его оценке - оглянулись, подняли брови, в глазах - хищная безмятежность и цепкая сосредоточенность, ни капли страха, - и лишь мгновение спустя потянулись за оружием. Однако Олег действовал намного быстрее, преисполненный холодной ярости.

Седой получил удар ногой в горло и, отлетев к двери

Спальни, успокоился на пороге, не успев вытащить пистолет из-под борта пиджака.

Его длинноволосый напарник, налитый бычьей силой, удар по челюсти практически не заметил, вытащил из-за спины пистолет с глушителем, и Северцеву пришлось сначала бить по бицепсу здоровяка, лишая его возможности стрелять, а потом обрабатывать болевые точки на теле противника. Упал качок только после четырех попаданий - в нервные узлы над ключицами, в межгрудинную ямку и в шею. Проследив за падением громадной туши, от которого содрогнулся, казалось, весь дом, Северцев быстро освободил Веру и, как смог, успокоил.

– Теперь звони в милицию, - сказал он, склоняясь над визитерами и обшаривая их карманы.

У длинноволосого качка в карманах брюк не оказалось никаких документов. У седого в кармане пиджака обнаружилось удостоверение полковника юстиции. Работал он, судя по всему, в Генеральной прокуратуре.

– Ничего себе! - озадаченно покачал головой Северцев, рассматривая малиновую книжечку с золотым российским гербом.

– Что ты нашел? - всхлипнула заплаканная Вера.

– Это не простые бандиты. Это бандиты, наделенные государственной властью. Ты позвонила?

– Сейчас… там занято…

– Не надо никуда звонить, - раздался из прихожей чей-то знакомый голос.

Северцев, кляня себя за потерю бдительности, выхватил пистолет и отпрыгнул к буфету, целясь в появившуюся в проеме двери фигуру. И опустил пистолет. Это был Виктор Красницкий. В руке он тоже держал пистолет, но гораздо более экзотической формы. Имплантор, всплыло в памяти название оружия, о котором предупреждала Варвара.

– Не суетись, Север, - угрюмо оскалился актер. - Я выстрелю первым, а от разряда этой машинки уйти невозможно.

– Имплантор…

Брови Красницкого прыгнули вверх.

– Тебе уже и это известно? Жаль. Теперь тебя придется обрабатывать по полной программе. Надо было сразу тебя запрограммировать, как только мы встретились.

– Это была твоя ошибка.

Виктор внимательно посмотрел на друга.

– Да, это была моя ошибка. Я хотел помочь тебе. Дай-ка сюда синхрон. Осторожнее, не касайся кнопок, иначе улетишь на "ось S" трупом.

Северцев молча бросил Виктору аппарат. Вера, переводившая взгляд с одного на другого, опомнилась.

– Кто вы такой?! Что вам нужно?!

Виктор что-то перещелкнул на рукояти своего грозного пистолета, направил ствол на Веру и выстрелил.

Раздался тихий писк.

Вера широко раскрыла глаза и опустилась на пол.

Северцев рванулся было к ней и замер, заметив движение ствола оружия в свою сторону.

– Успокойся, мастер, она просто уснула. Ни к чему ей слушать наши споры. А разговор у нас будет долгий.

– Она ничего не знает.

– Тем лучше. Значит, будет жить. Что ты с ними сделал?

Виктор пошевелил носком туфли плечо седого, не спуская при этом глаз с Олега, потом гиганта-качка.

– Надо же, еще никто никогда так качественно не ронял Ефима. А ведь он известный борец, медали имеет. Но к делу. Сядем поговорим? Только не надо демонстрировать свое мастерство рукопашки, лишь усугубишь свое положение. А то я тебя знаю, начнешь строить планы, выкарабкиваться… Обещаешь?

– Кто ты? - сцепил зубы Северцев.

Виктор поднял с пола синхрон Олега, качнул стволом имплантора, приглашая его сесть.

В квартиру вошли несколько человек, заглянули в гостиную.

– Заберите ребят, - сказал Виктор, не оглядываясь. - Я скоро спущусь.

Противников Северцева с трудом привели в чувство, увели. Виктор и Олег остались одни, если не считать потерявшей сознание Вероники. Олег перенес ее на диван, сел в кресло. Красницкий занял второе кресло, у торшера, опустил пистолет на колено.

– Итак, дружище, начнем знакомиться? Северцев промолчал, исподволь начиная готовиться

К изменению своего незавидного положения.

Часть II

S-трафик

Глава 1

Казалось, он был готов ко всему, к любым неожиданностям, к самым невероятным поворотам судьбы. Но то, что он услышал от Виктора, не укладывалось в голове. Все знания о времени, о Вселенной, о физических законах после речи Красницкого сразу оказались перевернутыми, и Северцев уже не мог объективно оценивать свой опыт, услышав из уст друга удивительную историю Мироздания, к тайне которой он случайно прикоснулся.

Они сидели в гостиной Веры, пили холодный морс, Виктор говорил, изредка набрасывая на листах бумаги схемы и графики, а Северцев слушал, молчал, пытался разобраться в предлагаемом материале, но больше - в своих ощущениях, и погружался в омут нового знания все глубже и глубже. Пока не взбунтовалось осоловевшее от избытка информации сознание.

– Хорошо, - сказал он наконец севшим голосом. - Я понял. Теперь давай обо всем снова, не спеша, по порядку, а я буду задавать вопросы и направлять. Идет?

– Идет, - улыбнулся Виктор, глаза которого ни на миг не утратили мрачной сосредоточенности.

Вера на диване шевельнулась, он поднял было лежащий на столике перед собой пистолет-имплантор, но Северцев загородил женщину грудью.

– Не трогай ее!

Виктор пожевал губами, пребывая в сомнении.

– Опасно, если женщина проснется, как говорил поэт. Она не должна ничего слышать и знать…

– Второй импульс твоей машинки убьет ее или превратит в инвалида до конца дней. Я физик и знаю, как действует на человека электрический разряд.

– Имплантор - не электрошокер, он действует на психику. Мы называем его "просветлителем".

– Еще бы, - хмыкнул Северцев, - он, наверное, так хорошо "просветляет" мозги, что человек после этого перестает помнить свое имя. Нет?

– Кто она тебе? Не жена, не любовница, не подруга - бывшая однокашница.

– Она прежде всего человек. Что с тобой, Витя? Раньше ты так не говорил.

– То было давно и не правда. Что тебе неясно? Задавай вопросы, я буду объяснять. - Виктор положил пистолет перед собой, покосился на медленно приходившую в себя женщину. - Заткни ей уши, что ли.

Северцев поднял Веру на руки, отнес в спальню, уложил на кровать.

– Полежи, не вставай. Все будет хорошо.

– Что… случилось? У меня… голова… кружится…

– Все пройдет, не волнуйся. Усни, если сможешь. Принести воды? Может, чаю сделать?

– Не надо… я полежу… отдохну…

– Позови, если что.

Северцев вернулся в гостиную, мимолетно подумав, что он мог бы попытаться завладеть оружием Виктора. Но время боя еще не пришло. Прежде надо было разобраться в полученной информации.

– Итак, начнем сначала. - Он'снова сел в кресло, провел ладонью по лицу. - С ума сойти можно!… Если бы не синхрон и не мои похождения на "ось S", твой рассказ вполне можно было бы классифицировать как бред.

– Уверяю тебя, это не бред.

– Начинаю соображать.

– С чего начнем?

– Со времени.

– Хорошо, поговорим о времени - в рамках той программы, которая досталась мне.

– Значит, тебя все-таки запрограммировали? Всадили файл с информацией? То есть имплант, если говорить на вашем языке? Кто это сделал? Системники? Те самые монгольские пограничники?

Виктор усмехнулся.

– Ты же хотел услышать рассуждения о времени. Но коль уж задал вопрос… Монгольские пограничники - не системники, это криттеры, выполняющие приказы системников. Их программа проста и линейна - догнать, поймать, захватить, ликвидировать - если требуется. Моя же программа сложней, я подчиняюсь непосредственно триарху СКонС, то есть резиденту, контролирующему свой район или, как мы говорим, мигран-зону. Но ты прав: меня нашли и "всадили" программу, поэтому я в настоящее время…

– Зомби! - вырвалось у Северцева.

Виктор снова усмехнулся, хотя мрачное сосредоточенное выражение его глаз не изменилось.

– Можешь называть меня и так, если от этого тебе становится легче. Теперь о времени. В нашей Вселенной, которую мы называем Базовым Масс-графом, - имеется в виду не граф - как титул, а граф - как математический термин…

– БМГ!

– Да, БМГ. - Виктор кинул на собеседника удивленный взгляд. - Ты уже знаком с этим термином?

– Синхрон все время высвечивал эти три буквы.

– А-а… да, тебе достался фазовый синхронизатор старого образца, с фиксированными выходами на резо-нансы. Но до этого мы еще доберемся. Итак, в нашей Вселенной реализовано два вида времени. Первый: время - как процесс общего движения материи, механического перемещения, изменения положения в пространстве и ряда изменений, связанных с ядерно-атомарными процессами, то есть с поглощением-излучением порций энергии. Второй вид: время - как сумма

Квантово-волновых пакетов, синхронизированных относительно масс-энергетических узлов. Чем массивнее объект, тем его квантовый пакет шире. Я тебе это рисовал, хотя и не в масштабе, естественно. Кстати, тело человека тоже можно представить в виде когерентной суперпозиции возбуждаемых состояний, то есть в виде волнового пакета.

Виктор подтолкнул ногтем листок с рисунком.

– Это тебе понятно?

– Пока да, хотя возникают дополнительные вопросы. Например: кто, какая сила синхронизирует: квантово-волновые пакеты объектов? Из твоего рассказа я понял, что этим занимается ваша организация - СКонС.

– Ты не правильно понял. СКонС - Структура Кон-

Троля Состояний, это всего лишь Подпрограмма БМГ, а синхронизирует все фазовое состояние Программа, заданная Творцом БМГ, то есть нашей Вселенной, если тебе больше нравится этот термин. По сути, Программа - это совокупность Законов и Ограничений, имеющих свойство разворачиваться в зависимости от возникающих дисбалансов в разультате действий разумных систем. Кстати, человечество - не единственная такая разумная система, но требующая пристального внимания СКонС. Теперь о самой Структуре…

– Погоди, ты не закончил о времени.

– Да, собственно, добавить почти нечего. В соответствии со сказанным "объединенное" время в нашем БМГ… э-э, в нашей Вселенной, представляет собой последовательность состояний материи, изменяющихся в согласии с Программой Творца. А Вселенная в таком случае является материально-пространственным солитоном или Базовым Масс-графом, скользящим по оси реализации квантовых состояний.

– "Ось S"!

– Совершенно точно. И время в нашем БМГ существует лишь в пределах границ солитона как квантованная упругая среда реализации множества классов материальных объектов, различных по массе или по энергонасыщенности. Разобрался?

– Не совсем, - признался Северцев.

– Опять двадцать пять! Что тебе непонятно? Ты же, в отличие от меня, физик, должен быстро соображать, тем более, что знаешь терминологию.

– Что такое "ось S", я понял, это ось состояний материи…

– Вообще-то физический смысл этого термина можно представить как гиперобъем вложенных друг в друга одномоментных событий, сдвинутых по фазовым резонансам.

– Все равно это ось состояний, так? А что такое "ось Е"?

– Это спектральная ось энергетических или масс-

Модуляций. На этой оси располагаются все материальные образования Вселенной от элементарных частиц до скоплений галактик.

– Значит, нажимая кванкер "оси Е", я выбирал определенный класс объектов, различных по массе?

– Наконец-то дошло, осклабился Виктор,

– Но почему я точно попадал в Астану или в Москву? Причем в одно и то же место. Ведь невозможно точно учесть массу города, он же не точечный объект.

– Этого я не знаю, - отвел взгляд Виктор. - Массы объектов как-то учитываются и шунтируются при синхронизации. Все, что надобно было тебе сообщить, я сообщил. Так что думай и решай.

– Не должен ли я понимать твои слова как приговор?

– Ты должен решить - с нами ты или нет. Обратного пути нет, сам понимаешь. Мы не можем допустить утечки информации. Подумай хорошенько. Если я - всего лишь исполнитель, угларх, то тебе может светить карьера триарха, а то и выше.

Северцев покачал головой, откинулся на спинку кресла. Посидел так, закрыв глаза.

– Еще вопрос… на твоих графиках нарисована кривая с двойным горбом, в то время как оси "S" и "Е" должны начинаться из одной точки…

Виктор подвинул к себе наспех сделанный рисунок.

– Ты имеешь в виду нижнюю часть кривой?

– Да, она лишняя.

– Она вовсе не лишняя. Верхняя часть графика отражает ПраВь - Прямую Вселенную, нижняя - ЗеВс или зеркальную Вселенную. Но если ты согласишься на мои предложения, тебе все объяснят квалифицированные специалисты. Согласен?

– Еще вопрос. Что такое СКонС?

– Я уже говорил, это Подпрограмма контроля, созданная, между прочим, самим Творцом почти одновременно с Базовой Программой. Она не имеет проявленной службы, единой централи управления, но всегда срабатывает, если требуется внести определенный корректирующий импульс в ситуацию. Соответствующую линейную программу можно имплантировать в любого человека и даже в животных. Допустим, в Базовой Программе наметился сбой. Тогда Подпрограмма, то есть СКонС, посылает корректирующий импульс, который реализуется через конкретных исполнителей. Импульс находит подходящие психо-энергетические структуры, внедряет в них информацию о том, что следует сделать, а исполнители реализуют целевую установку.

Северцев почесал лоб. Что-то не устраивало его в словах Красницкого, какое-то неуловимое несоответствие с собственным опытом, но поймать летающую в подсознании мысль пока не удавалось.

– Хорошо, допустим. Но почему вы используете такую технику?

– Какую?

– Ну, обыкновенную, что ли, не суперсказочную со всякими там телепатическими штучками и силовыми развертками.

– Ты имеешь в виду этот синхрон? - Виктор потрогал аппарат Северцева. - Дело в том, что каждая эпоха, представляющая собой мегаквант качественных изменений БМГ, имеет свое средство для активации Подпрограммы. В прошлом таким средством было мысленное и магическое оперирование, психозвуковые мантры,

Ритуалы, в нынешние времена - особые излучатели, импланторы, а также технические приспособления для синхронизации волновых пакетов - синхроны. Твой синхрон изготовлен более полувека назад, потому и выглядит так прозаически, как часы.

– Тебе тоже должны были дать синхрон. Можешь показать?

– Синхронами механического типа пользуются только криттеры…

– Зомби.

– Криттеры. Исполнители уровнем выше пользуются полевыми или имплантированными синхронами. - Виктор показал перстень на пальце и клипсу на мочке уха. - Это полевой синхрон. Но есть и абсолютно современные аппараты: в горло вживляется ларинг для подачи звуковых команд компьютеру синхрона, в ухо монтируется микродинамик, работающий непосредственно на слуховой нерв.

– Круто! - восхитился Северцев. - Действительно, наука и техника не стоят на месте. Я достаточно плотно слежу за новейшими разработками, но явно не успеваю. Ну, хорошо, ты - особая статья, тебе положено иметь супертехнику, а что носят ^шестерки", то бишь криттеры? Какие такие механические синхроны?

– Браслеты с генераторами синхронизации и микрофоны с наушниками.

Северцев еще раз бросил взгляд на руку Виктора, никогда не носившего никаких перстней и колец. На указательном пальце актера красовался перстень из белого металла с выпуклым прозрачно-черным камнем, напоминающим кварц. Красницкий не обратил на взгляд друга никакого внимания.

– Пора определяться, мастер. Нас ждут. -Где?

– В одном месте… недалеко отсюда.

– Кто? Тетрарх?

– Начальник рангом повыше меня. Увидишь.

– А если я все-таки не соглашусь?

– Тогда я всажу в тебя выстрел-программу, - Виктор шевельнул имплантором, - и ты превратишься в криттера. Со всеми вытекающими…

Северцев усмехнулся, отвечая больше своим мыслям, а не предупреждению Виктора. Очень не хотелось начинать бой в столь невыгодных условиях, но и крит-тером становиться не было никакого желания. Конечно, можно было для виду согласиться с предложением Виктора, выяснить все обстоятельства дела, а потом красиво уйти, если цели и методы СКонС окажутся несовместимыми с моральными установками и принципами. Но что-то останавливало Олега, мешало добровольно принять сторону Красницкого. Может быть, то обстоятельство, что он сам был запрограммирован и не говорил всей правды.

– Самый последний вопрос. Как работает синхрон?

– Это тебе объяснят специалисты.

– Но ведь и ты должен знать основы вашей физики, хотя бы примерно.

– Он синхронизирует волновые пакеты объектов разной массы внутри диапазона существования.

– Нарисуй, а то так я не врубаюсь.

– Потом, Олег, потом, не тяни время.

– Я не тяну время, - упрямо покачал головой Северцев, - это оно тянет меня. Я хочу разобраться. Есть хорошее четверостишие о времени, отражающее, как я понимаю, суть:

Кто-то сказал - время идет. Ах, к сожалению, нет. Время стоит, мы же идем Через пространство лет.

– Очень точно, - кивнул Виктор, теряя терпение,

Кинул взгляд на часы. - Итак, что ты решил?

В спальне Вероники что-то упало.

Оба посмотрели на дверь, потом друг на друга, но не тронулись с места.

– Она подслушивала, - нахмурился Виктор.

– Она не из тех, кто подслушивает, - возразил Се-верцев.

– Ты определился?

– Да. Но у меня последний вопрос…

– Последний уже был.

– Самый распоследний. Как в этом деле замешана семья Крушана Сабирова? И что вы с ним сделали?

– Что с ним сделали, мне неведомо. - Виктор поморщился. - По слухам, он с женой замыслил подкорректировать Программу, а такое отклонение СКонС не приветствует.

– Разве одному человеку или даже двум под силу подкорректировать Программу? - скептически изогнул бровь Северцев. - По твоим словам. Программу сотворил Господь Бог, то есть сам Творец.

– Всех деталей конфликта мне не сообщили, да это и не нужно, каждый из нас решает проблемы в области своей ответственности. Мне поручено разобраться с тобой.

– И все же ты должен знать, почему ваши систем-ники так рьяно охотятся за женой Сабирова.

– Ты будешь разочарован, но я не знаю. Я всего лишь угларх в иерархии СКонС. Все, Олег, переговоры закончены. Да или нет?

– Скорее нет, чем да, - вздохнул Северцев.

– Что тебя смущает?

– Скажем так: внутреннее неприятие ситуации. Почему одни криттеры охотятся за мной, используя се-рьезное оружие, а вторые начинают переговоры?

– Ты имеешь в виду меня?

– К сожалению, да.

– Я не простой криттер…

– Это мы уже слышали. Какая разница? Ты все равно) зомби, послушно выполняющий вмонтированную в мозги программу. Если я откажусь, ты без колебаний убьешь меня или закодируешь с помощью твоего "про-светлителя", не так ли?

Лицо Виктора стало жестким.

– В данном случае я вынужден в твоем лице ликвидировать утечку информации. Ничего личного.

Северцев иронически прищурился.

– Как говорил поэт: ничего против вас не имею, но свернуть я вам вынужден шею.

Виктор хотел сказать что-то резкое, но сдержался.

– Хватит дискуссий! Ты прав, я выполню данное мне задание без колебаний.

– А как же наша дружба? Она не в счет?

В глазах Виктора зажегся странный огонек: будто из глубин души просверкнули тщательно скрываемые боль и обреченность. Личность Красницкого, воспитанная на идеалах открытости, справедливости и мужской чести, пыталась сопротивляться навязанной извне, внушенной пси-программе.

– Дружба дело непростое… - начал он.

За дверью спальни Вероники раздался шелест. Красницкий насторожился, потянулся к лежащему на столе имплантору.

– Черт побери, она наверняка подслу…

Дверь толчком распахнулась, и в проеме возникла тонкая светловолосая фигурка в пятнистом комбинезоне, с пистолетом в руке.

Варвара!

На мгновение все замерли.

Затем началось движение.

Рука Виктора ухватилась за рукоять имплантора.

Северцев, давно готовый к действию, текучей змеей метнулся к нему, ногой отбил излучатель в сторону, одновременно нанося актеру удар в висок.

Виктор кувыркнулся через боковину кресла, тут же подхватываясь на ноги и доставая еще один пистолет, теперь уже "настоящий", с насадкой бесшумного боя.

– Стоять! - негромко, но властно, с металлическим оттенком в голосе приказала Варвара, сделав шаг вперед. Ствол ее пистолета - с такой же толстой трубкой - смотрел Виктору в лоб. Красницкий замер.

– Не стреляйте! - выдохнул Северцев, поднимаясь.

– Он вооружен!

– Все равно не стреляйте. Он мой друг…

– Он теперь человек системы.

Северцев загородил Виктора спиной, протянул к нему руку.

– Отдай пушку, Витя. И мы тебя не тронем. Палец Виктора на курке поднятого пистолета побелел, начал давить на курок.

Над плечом Северцева появился ствол пистолета Варвары.

– Не двигайтесь, угларх, я пристрелю вас, не колеблясь!

– Ну же, Витя, - умоляюще проговорил Олег. - Ну убьешь ты меня, а она - тебя, кто выиграет?

Виктор несколько мгновений не сводил с него помутневших, будто провалившихся в себя глаз; было видно, что в душе его идет какая-то нелегкая борьба. Затем он выдохнул сквозь стиснутые зубы, швырнул пистолет на пол, отступил назад.

– Ты еще пожалеешь, мастер.

– Мы оба пожалеем, - грустно согласился Северцев, - что оказались по разные стороны баррикады.

– Ваша сторона ошибочна. Вы нарушили принципы СКонС и стали изгоями. В конце концов вас поймают и… нейтрализуют.

– То есть лишат жизни? За что, Витя? За какие такие высокие принципы? Кому дано право беспардонно решать судьбы людей, убивать их за нарушение неких правил? Ты что же, всерьез считаешь это справедливым?

– Ты не все знаешь…

– Согласен. Вот разберусь, мы встретимся и побеседуем обо всем, в том числе об этике твоих хозяев.

– Если бы ты согласился сотрудничать с нами, она бы тебя пристрелила. Вместе со мной.

Северцев оглянулся на Варвару.

– Это правда?

– Мы теряем время, - сухо сказала Варвара. - Надо уходить.

Северцев помолчал, переживая неуютное чувство вины и неуверенности. Виктор был прав, Варвара способна была пристрелить обоих. Но ведь не ради этого она появилась здесь? Убить его она могла и раньше…

– Уходим, - повторила жена Сабирова.

– Как? Внизу нас ждет куча военного народа.

– Заберите у него синхрон.

Северцев посмотрел на Виктора, по лицу которого ходили тени. Шагнул к нему, поднимая с пола тяжелый холодный пистолет "волк-2" отечественного производства, лучший пистолет в мире. М-да!…

– Верни машинку, Витя.

Красницкий оскалился, некоторое время колебался, переводя взгляд с пистолета в руке Северцева на пистолет Варвары, криво улыбнулся и бросил Олегу браслет синхрона. Лишь потом Северцев осознал смысл его колебаний: Виктор мог уйти на "ось S" в любой момент.

– Уходите! - резко приказала Варвара.

– Куда?

– По аварийному регистру! Быстрее!

– А вы?

– Я за вами.

– Вы мне это уже говорили…

– Появились дополнительные обстоятельства. Вы все время путаетесь под ногами, заставляете меня помогать вам. Надеюсь, в последний раз. Уходите!

– Как вы меня нашли?

– Потом! - рассердилась женщина. - Перестаньте болтать!

Северцев посмотрел на друга.

– Может, ты бросишь своих начальников и пойдешь с нами?

– Не могу, - скривил губы Виктор. - Рад бы, да не могу.

– Они всадили в него файл самоликвидации, - презрительно сказала Варвара. - Удивляюсь, почему он до сих пор не сработал, ведь ваш бывший друг провалил задание, не выполнил приказ.

Глаза Виктора на миг стали слепыми. От внутренней боли! И Северцев понял, что держится он из последних сил. Только воля не позволяла Красницкому сорваться и начать бой - без всякой надежды на успех.

– Вы первая! - бросил Олег, стиснув зубы.

– Что?! - не поняла Варвара.

– Уходите первой! Я за вами! -Но…

– Бегом, я сказал!

Варвара вздрогнула, с изумлением посмотрела в глаза Северцеву и, очевидно, увидела там нечто, чему она сопротивляться не могла.

– Хорошо. Вы найдете меня…

– Я знаю где.

Варвара кинула быстрый взгляд на Виктора, оглянулась на выглядывающую из-за двери спальни Веру и исчезла. Вера тихо вскрикнула.

Северцев подошел к ней, прижал на мгновение к груди, погладил по волосам.

– Забудь об этом как о дурном сне. И никому не рассказывай, ладно? Даже мужу.

Вера слабо кивнула. Северцев оглянулся.

– Не трогайте ее, Витя. Если с ней что-нибудь случится, я всю вашу контору замочу! Поверь мне, я не бросаю слов на ветер.

– Дурак… - пробормотал Виктор. - Ты же…

– Что? Ты хотел сказать: я обречен? Посмотрим, дружище, еще не вечер. Теперь у меня появился огромный стимул разобраться во всей этой катавасии. Кто из нас уйдет отсюда первым? Ты или я?

Виктор погладил бритый череп, понурился, потоптался на месте, обуреваемый противоречивыми чувствами. Северцев поймал его взгляд, ставший чужим, холодным и расчетливым. По-видимому, внушенная программа задавила-сопротивление воли Красницкого и заставила его выполнять чужие команды.

Снова косой высверк взгляда…

Куда он косится? Что задумал?

Виктор сделал два шажка боком, как бы невзначай приближаясь к дивану. Вон в чем дело - имплантор!

Они метнулись к дивану, под который залетел "про-светлитель", почти одновременно. Столкнулись. Но Северцев оказался чуть проворнее, цапнул пси-излучатель, получил удар по голове, откатился в сторону и вскочил на ноги, направляя стволы обоих пистолетов на Красницкого.

Виктор замер, бурно дыша. Глаза его продолжали оставаться черными, чужими, сосредоточенными на какой-то важной мысли.

– Тебя убьют, дурак! - сказал он. - Я твой единственный шанс на спасение.

– Возможно, - выдохнул Северцев, перед глазами которого перестали крутиться огненные колеса и молнии от полученного удара, потрогал шишку на темени. - Ты мне чуть голову не проломил.

– Стреляй!

– Я не киллер, Витя. И у меня есть надежда, что ты когда-нибудь справишься с застрявшей в твоих мозгах программой. Уходи.

Виктор пригнулся. Казалось, он вот-вот прыгнет на друга. Но ценой каких-то неимоверных усилий удержался от этого шага. Расслабился, побрел к выходу, шаркая ногами.

– Еще раз прошу не трогать Веру, - сказал ему в спину Северцев. - Это не решит проблемы утечки информации.

Хлопнула входная дверь.

Северцев сунул пистолет и имплантор за пояс, погладил вздрагивающую в нервном ознобе женщину по плечу.

– Не бойся, они больше не вернутся.

– Кто… это?

Хотел бы я сам это знать, подумал Северцев, чувствуя навалившуюся усталость. Вслух же сказал:

– Они ошиблись дверью. Запрись и никого не пус-

Кай. А лучше сделай, как я тебе советовал: позвони в милицию и скажи им, что в твою дверь ломятся какие-то пьяные мужики. Пусть подъедет патруль, Вера кивнула.

– Хорошо, позвоню. Ты уходишь? Останься…

– Не могу. Если я останусь, эти парни обязательно вернутся. А так они увидят меня и к тебе больше не полезут.

– Не уходи! Они тебя…

Северцев улыбнулся, чмокнул Веру в заплаканную

Щеку.

– Ничего они со мной не сделают, кишка тонка. Так мы с тобой договорились? Никому ни слова!

– Что происходит, Олег?

– Вот я сам тщательно разберусь с этим и когда-нибудь вернусь, чтобы рассказать.

Северцев вышел в коридор, сморщил нос, посылая Вере ободряющую улыбку.

– Запрись. И звони. Дверь закрылась.

Он несколько мгновений прислушивался к тишине спящего дома - шел второй час ночи - и бесшумно двинулся вниз по лестнице. Что заставило его взяться за синхрон, он и сам не смог бы объяснить. Звук - не звук, движение - не движение… мысленное эхо чьих-то намерений…

Скрипнула коробка лифта за спиной! И тотчас же палец Олега вдавил аварийный кванкер синхрона.

Тот, кто прятался в кабине лифта, выстрелил одновременно с движением пальца.'Но синхрон уже передвинул фазовый фронт волнового пакета, который представлял собой Северцев со всем, что его окружало в радиусе двух десятков сантиметров, буквально на ничтожную долю секунды - назад, в прошлое, и пуля стрелка пронзила только воздух.

Через несколько мгновений беглец вынырнул из кокона хронодрайва в темноте и по запаху и другим неуловимым признакам определил, что стоит на все той же

Площади перед президентским дворцом столицы Казахстана. Точнее, ее "хронохвоста". И здесь тоже царила ночь, как и в Москве.

– Наконец-то, - послышался недовольный женский голос. - Вы заставляете себя ждать, господин Север-цев.

Олег опустил руку с пистолетом. Это была Варвара.

Глава 2

Ввхронохвосте" Астаны они пробыли недолго. Во-первых, потому, что оставаться здесь было небезопасно. Служба контроля СКонС уже обратила внимание на этот район "прошлого" и в любой момент могла нацелить на беглецов своих охотников. Во-вторых, Варвара Сабирова имела еще один схрон - "нишу" во времени, где оставила дочь. Туда она и предложила Север-цеву перебраться, чтобы не оглядываться по сторонам во время беседы и не ждать появления системников. Естественно, он согласился. Перспектива заночевать в пустом городе прельщала мало, да и воевать с преследователями не хотелось, несмотря на то, что вооружен он был не в пример серьезнее, чем раньше.

– Возьмите. - Варвара протянула ему ладонь, смутно белеющую в темноте безлунной ночи. Жест он увидел лишь благодаря своему умению расширять диапазон зрения.

– Что это?

– Синхрон. Клипсу приемника нацепите на ухо, перстень наденьте на палец.

– У меня же есть…

– Свой синхрон отдайте мне. Его надо заблокировать. Синхроны этого типа легко пеленгуются, я уже предупреждала вас. Не понимаю, зачем Крушану понадобилось брать его с собой.

Северцев отдал массивный браслет часов с циферблатом в форме сердечка, взял гораздо более легкие перстень и клипсу.

– Виктор говорил, что существуют более современные типы синхронов, которые вживляются прямо в тело…

– Да, существуют, но для их имплантирования требуется специальное оборудование. Перстень подошел?

– На безымянный палец.

– Не имеет значения. Для подачи команд будете подносить его к губам.

– Как им пользоваться?

– Сначала произнесите несколько слов, чтобы он настроился на ваш голос.

– Что сказать?

– Все, что хотите.

Северцев поднес ко рту руку с перстнем.

– Раз, раз, раз, настройка, настройка, один, два, три, как меня слышите, прием…

– Достаточно.

– Что дальше?

– Придумайте ключевое слово для включения синхрона.

– Любое?

– Какое посчитаете нужным.

– Варя, - вырвалось у него.

– Не глупите, - осудила она Северцева.

– Тогда пусть будет "жива", - вспомнил он девичью фамилию Варвары - Живина.

– Кодируйте.

– Как?

– Скажите "код - жива". Северцев послушно произнес:

– Код - жива.

И тотчас же в ухе что-то слабо пискнуло, зашелестело, смолкло, снова пискнуло, затем раздался хрустящий шепоток:

– Фазовый синхронизатор состояний настроен. Готов к работе. Координаты резонанса?

– Он спрашивает координаты… э-э, резонанса.

– Запоминайте: черный трафик, северная мигран-зона Евро-Азиатского такантая, массив Е-5, Салехард. В дальнейшем можно будет произносить только слово "Салехард", и синхрон драйвирует вас туда, в "хроно-хвост" Салехарда.

– Почему именно в Салехард?

– Оттуда родом моя бабушка.

– Ясно. Итак, встречаемся там? Где именно?

– Место встречи изменить нельзя, - усмехнулась Варвара. - Синхрон совмещает центры масс синхронизируемого объекта и района резонанса. Мы переместимся в одну и ту же точку Салехарда, примерно совпадающую с его гравитационным центром.

– Но ведь объектов с такой массой, какую имеет Салехард, очень много. Как на Земле, так и в космосе.

– В компьютер синхрона вложена карта почти всех объектов Солнечной системы с точным распределением координат.

– Но это же колоссальная работа - сделать такую топосъемку!

– СКонС занимается этим уже миллиарды циклов, - сухо проговорила Варвара.

– Что еще за циклы? Годы, столетия, тысячелетия?

– Время, измеряемое годами, существует лишь в воображении людей, нуждающихся в ориентации и количественном измерении длительности существования. На самом деле нет ни прошлого, ни будущего, во всяком случае в том виде, в каком представляет это себе человек. Есть только череда состояний - вечное настоящее. Но об этом мы еще поговорим. Отправляемся. Запомнили координаты?

– Запомнил.

– Тогда вперед.

Запинаясь, чувствуя себя глупцом, вынужденным играть в чужую игру, Северцев выговорил координаты Салехарда… и окунулся в знакомый омут странных ощущений, самыми сильными из которых были ощущения сжатия-растяжения тела в тонкую струну. А когда тело

Северцева перестала корчить некая непреодолимая сила, он осознал, что стоит в полумраке на пронизывающем морозном ветру. Синхрон сработал точно, переместив владельца из "хронохвоста" Астаны в "хронохвост" Салехарда, температура воздуха на территории которого явно была намного ниже нуля.

Рядом проявилось что-то более светлое.

– Целы? - послышался голос Варвары.

– Все в порядке. Только холодно маленько…

– Потерпите, скоро придем на место, там тепло.

– Где мы? Я имею в виду - конкретно в Салехарде.

– Это площадь Курбского. Салехард ведет свою летопись с тысяча четыреста девяносто девятого года, когда князь Семен Курбский в числе других укреплений на Оби заложил Обдорский острожек. На его месте и стоит сейчас Салехард.

– Почему здесь темно? Ночь, что ли?

– Это Ямал. Ночи в августе на севере светлые, просто над нами тучи. Я специально выбрала момент непогоды в "хронохвосте" Салехарда, чтобы уменьшить риск визуального обнаружения.

– Вы так легко оперируете спецтерминами… кто вы по образованию, Варя?

– Инженер-системотехник, - сухо проговорила женщина, никак не отреагировав на его уменьшительное "Варя". - Идемте.

Она зашагала к темной громаде здания на другой стороне площади. Северцев завороженно посмотрел на ее удалявшуюся спину, пробормотал:

Мы сегодня с тобой никуда не пойдем, Мы пойдем лишь навстречу друг другу…

– Что стоите? - обернулась жена Сабирова. Северцев очнулся и поспешил за ней, оглядываясь

По сторонам, анализируя свои впечатления и формули-| руя теснившиеся на языке вопросы.

Варвара обошла здание, направилась вдоль улочки, вымощенной досками, к белеющей в сумраке церквуш-

Ке. Свернула на другую улицу, затем на третью, уже асфальтированную. Дома по сторонам, в основном двухэтажные, на сваях - из-за подступающей близко вечной мерзлоты, угрюмо смотрели на людей слепыми проемами окон и чего-то ждали, покинутые даже запахом жизни. Они знали причины своего одиночества, но сообщать об этом гостям не спешили. Если это не прошлое, то что? Боковая веточка времени? Ниша? Виртуально-игровой объем? И как понимать Варвару, заявившую, что нет ни прошлого, ни будущего?

Севериев поискал глазами башню, непреложную деталь прежних выходов на "ось S", не нашел в тучах И догнал спутницу.

– Почему в "хронохвостах" нет людей? Разве эти "хвосты" в какой-то степени не являются вариантами прошлого?

– Являются, - ответила Варвара, продолжая шагать в том же темпе. - Потерпите, мы уже почти пришли.

Дальше двигались молча и через несколько минут свернули к трехэтажному строению с нависающим над центральным входом мезонином. Поднялись по лестнице на третий этаж и остановились у единственной на все здание уцелевшей двери. Впрочем, спустя мгновение Северцев понял, что дверь здесь повешена недавно - сбитая из досок разной толщины и размеров. Варвара достала ключ, повозилась в замке, открыла дверь.

– Лада, это я, не бойся.

В глубине квартиры раздались шаги, появилась светлеющая в темноте фигурка.

– Мамочка!

Мать и дочь обнялись. Варвара оглянулась.

– Не стойте на пороге.

Северцев, чувствуя стеснение и смущение, вошел в квартиру вслед за хозяйкой, закрыл дверь. Варвара вставила в замок ключ и дважды повернула.

– Не гарантия от непрошеных гостей, но так спокойнее. Дочур, зажги свечи.

– Кто это, мам?

– Ты его видела, дядя Олег.

Лада убежала в глубь коридорчика, в проеме двери возник неуверенный дрожащий отсвет свечи.

– Проходите, устраивайтесь. Это убежище временное, поэтому без особых удобств, и потчевать вас практически нечем. Могу предложить консервы и чай.

– Я не голоден, - поспешно сказал Северцев, проходя вслед за Варварой в комнату.

Здесь не было ни стола, ни стульев. У стены лежал на полу матрас, накрытый простыней и одеялом. Сверху на них лежала стопка учебников и тетрадей. Еще один свернутый матрас лежал у другой стены. Столом служила широкая доска, положенная на обломки кирпичей. Комната имела два окна, забранные изнутри ставнями и занавешенные одеялами. Кроме матрасов, в помещении находилась вешалка с висящей на ней одеждой. Интерьер довершал миниатюрный камин в углу с выведенной через окно гофрированной трубой. Здесь тоже было холодно, хотя и не так, как на улице. Дочка Варвары куталась в шубку. На ногах у нее были самые настоящие валенки, а на голове - вязаная шапочка.

– Здрасьте, - ответила она на приветствие Север-цева, не сводя с него огромных любопытных глаз. И прятались в этих глазищах такое глубокое понимание ситуации, такое знание горестей и печалей жизни, такая внутренняя сила, что Северцев вздрогнул, с удивлением подняв брови.

– Как настроение? - пробормотал он.

– Хорошее… - несмело ответила девочка.

– Извини, что я без цветов и бе"з подарка. Совсем не ожидал тебя увидеть.

– Ничего, не надо подарков… спасибо…

– Она у меня не избалована, - сказала Варвара, разворачивая второй матрас. - Садитесь сюда, больше некуда. Ладушка, затопи камин.

Девочка с готовностью занялась делом, посматривая на гостя с какой-то странной надеждой в глазах. Лишь много позже Северцев понял, с чем была связана эта

Надежда. В данный же момент его занимали другие мысли.

– Чай будете?

– Если только вместе с вами.

– Поставишь чайник, - посмотрела на дочь Варвара, села на матрас, прислоняясь спиной к стене, улыбнулась виновато. - Устала… весь день на ногах. Теперь задавайте свои вопросы. Кстати, разве ваш друг-угларх не рассказал вам всего?

Северцев примостился на краешке матраса, положил рядом пистолет Виктора и грозный с виду имплан-тор. Подмигнул покрасневшей Ладе, встретив ее взгляд.

– Кое-что он, конечно, сообщил, но далеко не все. Пожалуй, начну с главного, чего я не понял. Если хотя бы половина из того, что он успел мне объяснить, правда, то устройство мира оказывается совсем не таким, каким его рисует наука и привыкли воспринимать мы. В это почти невозможно поверить.

– Верите вы или не верите, суть от этого не изменится. Создатель сотворил Вселенную сразу и в пространстве и во времени - от начала и до конца. Но проявленная реальность, или, как мы говорим, - Базовый Масс-граф, - скользит по цепи виртуальных состояний согласно Программе.

– Вы хотите сказать, что она пульсирует?

– Можете называть этот процесс пульсациями, но они таковы: Вселенная в каждый последующий квант реализации рождается сразу вся - от начала до конца! И тут же эта пульсация гаснет, умирает, чтобы породить следующую пульсацию-состояние - также от начала и до конца, но уже с некими изменениями, которые инициируются Программой Творца или, если хотите, Божьим Замыслом.

– А предыдущая пульсация… состояние… куда она девается? Вообще перестает существовать?

– Совершенно верно. Вот почему прошлого, по большому счету, нет. Пустота, ничто. Впрочем, как и впере-

Ди - не будущее, каким мы его себе представляем, а цепь не реализованных еще состояний.

– Но как же понять термины "хронохвост" и "черный трафик"? Разве это не следы прошлого?

– Именно следы, - усмехнулась Варвара. - Каждый класс объектов Вселенной имеет свой диапазон существования. "Хронохвост" - это левая, ушедшая часть волнового пакета объекта, соответствующая его массе. А есть еще "хроноклюв" - предшествующая часть волнового пакета. Не знаю, как это можно представить наглядно…

– Нарисуйте.

Варвара посмотрела на дочь.

– Ладушка, подай, пожалуйста, тетрадку и ручку.

Девочка быстро подала тетрадь в клеточку, снова занялась камином, подкладывая в кожух маленькие полешки. Запахло древесным дымком и смолой.

Варвара со вздохом оторвалась от стены, развернула тетрадь и взяла ручку.

– Графически, с большой долей условности, можно изобразить физическую картину мира как спектральный крест синхронизации хронопакетов всех возможных состояний Вселенной.

– Виктор тоже рисовал мне крест, образованный "осями S и Е". Только я так и не понял, что это за оси.

– "Ось Е" - энергетическая, отражающая энергонасыщенность или массу объектов. "Ось S" - ось состояний, отражающая диапазоны существования объектов. По ней и скользит Базовый Масс-граф…

– В будущее?

Варвара начала рисовать, покачала головой.

– В какой-то степени это будущее, но совсем не такое, о каком думаете вы.

– Я уже понял.

– БМГ на самом деле не движется "вперед", он переходит из состояния в состояние, оставаясь на том же месте.

– В пространстве?

– В общем, все это очень условно, и картина Мироздания сложнее, чем мы можем представить. Но принципы объяснить можно. Вот вам крест БМГ. - Она подала Северцеву рисунок.

Олег разглядывал его две минуты, не задавая вопросов, поднял голову на собеседницу.

– Колоссально! Это же революция в науке! За такую теорию можно Нобелевку получить!

– Или пулю в голову, - тихо добавила Варвара со странной интонацией. - СКонС не даст ходу теории… используя ее на практике уже миллиарды лет.

– Ага, все-таки время существует, если вы заговорили о миллиардах лет.

– Как иллюзия, в довольно приличной степени отражающая и объясняющая состояние Вселенной. Просто удобно мерить диапазоны прошедших состояний количеством циклов - оборотов Земли вокруг оси и вокруг Солнца.

– Понимаю… ни фига не понимаю! Время есть, и его нет?

– Это просто удобный термин…

– Ладно, я еще поразмышляю над этим. Вернемся к "хронохвостам". Какая часть рисунка является "хроно-хвостом"?

– Левая.

Варвара быстро набросала новый чертежик.

– Пик на "оси Е" соответствует максимальной массе-" энергии объекта, то есть моменту его полной реализации. Этот момент, в свою очередь, соответствует мгновению настоящего. Если сдвинуться по "оси S" назад, - хотя на самом деле никакого "движения назад" нет, - то мы попадем в момент, когда объект будет реализован не полностью. Что касается таких массивных образований, как город, то…

– Час назад из него выехала тысяча человек или въехала сотня…

– Нет, это мало меняет его массу, а вот появление новых зданий и энергоконцентраций - сильно.

– Понял.

Северцев забрал ручку у Варвары и нарисовал схему:

– Так?

– Почти правильно. На этой кривой, которая называется "черным трафиком "оси S", располагаются резо-нансы всех рождающихся объектов - от элементарных частиц до Метагалактики, а на ниспадающей кривой, - она начертила еще один график, - те же объекты начинают исчезать один за другим.

Северцев почесал бровь, хмыкнул.

– Кажется, я начинаю нащупывать нить… Черный трафик…

– Иногда мы называем трафики ветвями.

– Хорошо, черная ветвь - это "еще нет", а белая - "уже нет". Удивительно! А что означает "главный резонанс БМГ"?

– В этой вертикали совпадают резонансы всех объектов Вселенной. - Варвара сделала еще одну схемку. - Выглядит это примерно так.

– То есть каждый крест соответствует своему объекту? Но тогда что же получается? - Северцев вспомнил свое путешествие по "оси S". - Если сдвинуть резонанс какого-нибудь объекта относительно главного резонанса…

– Можно перенестись в любое состояние Вселенной до или после главного резонанса. В "хронохвост" города, села, отдельного здания, планеты в целом или в "хроноклюв".

– Я был… видел… это выглядело жутко странно и интересно… Так вот почему в "хронохвостах" Астаны и Москвы нет людей: их уже нет! Город по массе еще существует, а люди уже прошли главный резонанс, то есть ушли дальше.

– Давайте пить чай. - Варвара с трудом встала, выставила из коробки за матрасом чашки, ложки, сахарницу, печенье и конфеты.

Северцев подсел к импровизированному столу, легко сложив ноги перед собой, как заправский индийский йог, а также все азиаты. Варвара и Лада сделали то же самое, и все трое принялись пить зеленый чай - без. сахара, но с печеньем и конфетами.

Северцев закончил чаепитие первым, с улыбкой кивнул на Ладу:

– Смелая девочка. Не боится оставаться одна.

– Привыкла, - кивнула Варвара, погрустнев, погладила дочь по волосам. - Не от хорошей жизни. К сожалению, наши скитания еще не закончились.

– А как давно они начались?

– Всего два месяца назад. Но уже по горло надоело! А просвета впереди все не видно. У СКонС длинные руки и хорошая память, еще не было прецедента, чтобы… - Варвара бросила косой взгляд на дочь и замолчала.

Северцев понял недосказанное: система СКонС еще ни разу не простила своих противников и находила их всегда и везде. Он с невольным сочувствием посмотрел на

Обеих представительниц прекрасного пола, представив, каково им быть дичью для неведомых системников.

– Я уберу, мамочка, - предложила девочка, когда все напились и согрелись.

– Хорошо, милая.

Варвара снова перешла на матрас. Северцев последовал за ней, понизил голос:

– У вас есть какой-нибудь план? Ведь так скитаться с места на место долго нельзя.

– Нет никакого плана, - так же тихо ответила Варвара, болезненно поморщилась. - И не может быть. СКонС - не организация, во главе которой стоит начальник, отдающий приказы, это структура, нечто вроде закона. Подпрограмма. Хотя, конечно, в каждом государстве есть орган контроля, подчиняющийся ве-лиарху.

– Кому?

– Проявленному матроиду или экзому…

– Эмиссару, что ли?

– Пусть будет эмиссару, хотя чаще мы называем копии велиарха экзомами. Велиарх контролирует текущую ситуацию и мигран-линии… э-э, пути коррекции.

– Что это вообще такое - СКонС? Звучит как-то недобро, некрасиво, почти как скунс.

Варавара долго не отвечала, закрыв глаза, вдруг из целеустремленной личности превратившись в усталую и несчастную женщину. Северцев даже решил не продолжать разговор, чтобы она отдохнула, но жена Кру-шана Сабирова заговорила первая:

– Не обращайте на меня внимание, я действительно устала. Посижу немного, и все пройдет. Что же касается СКонС… Ваш друг должен был вам рассказать о Подпрограмме.

– Естественно, он говорил, но вскользь, мимоходом, намеками.

– Вряд ли он сказал правду.

– Не знаю… не уверен… хотя, возможно, он и сам не владеет всей информацией.

– Его воля сломлена. Северцев поморщился.

– На протяжении всей нашей беседы он пытался бороться с внушенной программой. Ему бы как-то помочь… Вы случайно не разработали методов нейтрализации пси-импланта?

– Существуют стационарные установки пси-коррекции, так называемые нейрокорректоры, но на всю Землю таких установок всего три, и стоят они в крупнейших клиниках и институтах: в Нью-Йорке, в Токио и в Москве. Хотя применяются, конечно, для лечения больных с сильными психическими отклонениями.

– Плохо дело, туда нам не добраться.

Варвара странно посмотрела на собеседника, хотела что-то сказать, но передумала. Проговорила после паузы:

– Вы серьезно надеетесь уцелеть… после того, что узнали?

– Естественно, - пожал он плечами без всякой рисовки. - И на старуху бывает проруха. Мой друг поговаривал: на всякую хитрую скважину есть труба с винтом. И на ваш СКонС управа найдется.

По губам женщины скользнула улыбка - словно солнышко осветило ее лицо, преобразив до сказочной красоты. Северцеву даже захотелось протереть глаза, настолько улыбка изменила облик Варвары.

– Все-таки вы псих, господин путешественник, как сказала моя сестрица.

– Я просто знаю жизнь, - улыбнулся в ответ Северцев. - И люблю ее. До сих пор она отвечала мне взаимностью. Но мы начали говорить о СКонС…

– Вам никто не заявлял, что вы ужасно настойчивы?

– Каждый второй.

Они посмотрели друг на друга, засмеялись и будто сдвинули что-то, мешающее говорить прямо, разделяющее их как прозрачная стеклянная стена. Вот только Крушан…

Прости, друг, если ты жив, я же не виноват, что мне нравится твоя жена…

И снова Варвара удивительным образом угадала его мысль. Лицо ее опечалилось.

– Мужу не повезло… системники догнали его в Гоби… я сначала не поверила вам тогда… но уже ничего нельзя было сделать… я вообще до сих пор не понимаю, зачем ему понадобилось драйвироваться в Монголию… брать с собой запасной синхрон… Для кого?

В голосе женщины зазвенели слезы. Лада, услышав это, подсела к матери, прижалась к ней, обняла. Варвара прикусила губу, справилась с собой.

– В последнее время мы не были особенно близки… хотя он поддерживал меня, помогал, самостоятельно пытался выйти на велиарха…

– Чтобы тот отозвал своих ликвидаторов? Варвара покачала головой.

– Чтобы изменить программу коррекции… Давайте не будем об этом. Ничего уже не вернуть.

– Проклятая СКонС!

– Это слишком эмоциональная оценка системы.

– Кто ее создал? Не Сатана ли? Варвара осталась серьезной.

– Не Сатана - сам Создатель. По Его Замыслу после появления Разума должна была наступить симметрия и гармония. Но жизнь вообще есть самый мощный нарушитель симметрии и вероятных состояний, а Разум - в особенности. Поэтому Творец подстраховал себя и создал СКонС - структуру контроля и сохранения главной Программы, гарантирующую переход Вселенной из одного квантового состояния в другое.

– Но…

– Что - но?

– Я отчетливо слышу в вашей речи "но".

– Вы слишком проницательны, Олег… э-э…

– Андреевич, но можно просто Олег. Зачем нужна эта СКонС, если Творец сотворил Программу, базирующуюся на его законах?

– Все просто. Допустим, в Программе намечается сбой, который надо предупредить и нейтрализовать. Подпрограмма - СКонС посылает корректирующий импульс, который реализуется через конкретных исполнителей.

– Криттеров.

– От криттеров до велиарха. Но уже две тысячи лет СКонС не только и не только корректирует негативные отклонения Большой Программы, но и подменяет ее, сужая вариативность состояний, жестко и даже жестоко карая исполнителей и людей вообще… Понимаете?

– Нет.

– СКонС превратилась в пенитенциарную систему, сужающую спектр реализации состояний, уничтожающую все без разбора вероятностные отклонения, вместо того чтобы направлять их, аккуратно выравнивать, сшивать лопнувшую ткань Вселенной и следовать оптимальной стратегии Творца.

– Какой?

– Не мешать! Более простой ее вариант: живешь сам - дай жить другим. - Варвара улыбнулась и тут же помрачнела. - К сожалению, я далеко не сразу это поняла.

Северцев подождал продолжения, пробормотал:

– Печально…

– Более чем, Олег Андреевич. Деятельность СКонС теперь влечет за собой длинный хвост последствий, разрушающий социум и даже континуум на уровне физических законов, и корректировке подлежит все большее количество отклонений, способных уничтожить не только Разум, но и жизнь вообще.

– Все так плохо?

Варвара погладила волосы дочери, улыбнулась; господи, да что же у нее за улыбка!

– Не все. Вот на нее надежда. На ее сверстников. Может быть, они смогут что-то изменить? Иди подбрось полешков, Ладушка.

Девочка снова занялась камином и уборкой.

Северцев почувствовал, что насыщен информацией по горло. Но у него еще роились в голове вопросы.

– Вы сказали, что СКонС сбилась с пути истинного две тысячи лет назад. Почему - именно две?

Варвара ответила не сразу, глядя на дочь зачарованно, заботливо, с любовью… и страхом!

– СКонС работала великолепно очень долгое время. Она не позволила самоуничтожиться Разуму в первом Власть-Провале, случившемся из-за действий первых носителей разума - богов. Потом был второй Провал, когда богов сменили маги. И снова жизнь и Разум уцелели благодаря вмешательству системы. Появились люди, потомки магов, две тысячи лет назад начался третий Власть-Провал, а сумеет ли СКонС нейтрализовать его, я не знаю… Наверное, не сумеет, судя по многим признакам.

Помолчали.

– Странно, - нарушил молчание Северцев. - Две тысячи лет назад родился Иисус Христос… это совпадение?

– Может быть, и совпадение, - вздохнула Варвара, теряя интерес к разговору. - Хотя бродят слухи, что это - новая Подпрограмма, еще более жесткая, чем СКонС, призванная сменить ценностные установки Программы. То есть самого Творца.

Северцев с недоверием посмотрел на вновь закрывшую глаза Варвару.

– Но ведь в таком случае Иисус… то есть новая Подпрограмма… создана не Творцом? Если она призвана сменить Его ценностные ориентиры… А как другие религии?

– Это тоже варианты Подпрограммы, хотя и разработаны они не Творцом и не системой СКонС, а первыми носителями разума на Земле.

– Ну и ну! Никогда под таким углом на эти вещи не смотрел.

– У вас еще будет время подумать об этом.

– Интересно, мы все время говорим о людях, о

Земле… а как обстоят дела на других мирах? Или Творец создал только людей?

– Творец создал только предпосылки для возникновения Разума. Конечно, в космосе живут и другие существа, отличные от людей. Но СКонС работает и там.

– Понятно… - протянул обескураженный Северцев, у которого кругом шла голова. - Пресвятая Богородица, как же это все… фантастично!

– Я не призываю вас верить моим словам.

– Да я не… я не хотел вас обидеть. Но любой на моем месте чувствовал бы то же самое. Кстати, что это за башня, которую я постоянно вижу во время походов по "оси S"?

Глаза Варвары открылись, в них протаяло удивление и недоверие.

– Вы видите… башню?!

– Ну да. - Северцев рассказал о своих ощущениях, когда он пытался приблизиться к туманно-прозрачному огромному сооружению. - Я так и не смог подобраться к ней ближе, она словно убегает за горизонт. Такое впечатление, что башня вообще торчит за пределами атмосферы. Вы знаете, что это такое?

Варвара покачала головой, обменялась с дочерью странным взглядом.

– Удивительно… Эту… м-м… башню видят очень редкие люди. Вот моя дочь, например. Я знаю еще одно-го-двух… но остальные…

– А вы видите?

– Я - особый случай. - Варвара снова покачала головой, разглядывая лицо Северцева с каким-то новым интересом. - Надо же, какое открытие! Я даже рассчитывать не могла…

– На что?

– Так… это я о своем.

Северцев нахмурился, заглянул в глаза женщины, проговорил медленно, с нажимом:

– Кто вы, Варвара? Обычный человек не может знать

Так много об истинном устройстве Вселенной, о СКонС… о контроле над человечеством. Откуда вы все это знаете? Варвара отвела взгляд, помолчала, усмехнулась в ответ на свои мысли, посмотрела на Северцева.

– Я - бывший сотрудник СКонС…

– Я так и понял. Виктор говорил, что существует иерархия исполнителей СКонС… криттеры… какие-то руководители рангом выше… да и вы назвали его углар-

Хом.

– Я была тетрархом.

Северцев продолжал смотреть вопросительно, и жена Крушана добавила:

– Это третий уровень контроля.

– А кто организует первые два?

– Велиарх и экзарх. - Варвара встала. - Извините, я устала. Поговорим в другой раз. К тому же у меня важная встреча в… одном месте, Я могу доверить вам мою дочь на один час?

Северцев поднялся с колен, посмотрел на девочку, ответившую ему застенчиво-дружелюбным взглядом.

– Конечно, можете. Но не лучше ли, если я пойду с вами?

– Не лучше. Там вы лишний.

– Хорошо, мы подождем вас. - Северцев улыбнулся Ладе. - Не будешь возражать?

– Нет, - покачала головой девочка.

– Ну и отлично, Не бойся, скучать не будем, поиграем во что-нибудь. В "морской бой", например. Ты знаешь такую игру?

– Знаю.

Варвара усмехнулась, погладила дочь по голове, вышла в соседнюю комнату и вернулась, переодетая в летнее платье и туфли. В руках она держала средних размеров кожаную сумочку. Северцев до этого момента видел женщину преимуществен но в комбинезоне и теперь мог по достоинству оценить ее фигуру, наверняка вызывающую повышенный интерес у мужчин.

Варвара перехватила его взгляд, в глазах ее зажглись насмешливые искры.

– Там, где я встречаюсь с… нужным человеком, жарко. Лето все-таки, август. Надеюсь, вы действительно не будете скучать. - Она посмотрела на дочь. - В случае чего ты знаешь, что делать, ребенок. Поухаживай за Олегом Андреевичем, развлеки.

Лада улыбнулась, кивнула.

Варвара еще раз оценивающе глянула на Северцева и исчезла.

Олег невольно покачал головой, глядя на то место, где только что стояла женщина. В голове царил сумбур, сквозь который пробилась одна неожиданная мысль: что изменилось? Что изменилось со времени первых встреч его с Варварой? Почему она сначала советовала ему уничтожить синхрон, а потом выдала всю секретную информацию? Что она задумала, бывший тетрарх СКонС? Как там говорил поэт?

Зачем я вам, когда я неудачлив? Зачем вы мне, когда удачлив я?…

Северцев заметил удивленный взгляд Лады, очнулся, с улыбкой потер лоб:

– Твоя мама очень сильная женщина… и красивая. Итак, ребенок, займемся делом?

Ты, у нее даже была доска с фигурами, и Северцев целый час с удовольствием отражал атаки девочки, удивляясь ее азарту и умению строить композиции.

Беседовали обо всем, что приходило в голову.

Лада рассказала о своей школьной жизни, - она перешла в пятый класс, так как в школу пошла в шесть лет, - о подружках, о своих увлечениях: девочка любила плести из бисера всякие украшения. Северцев тоже поделился своим жизненным опытом, хотя больше спрашивал, нежели рассказывал сам. Но больше всего его поразило знание Ладой сложных физических понятий, для осмысления которых любому взрослому требовалось время.

Зацепил он эту тему случайно, со смешком заметив, что мать Лады так и не ответила, что такое башня, которую он видит при посещении "оси S", и почему ее не видит большинство людей.

– Потому что это никакая не башня, - простодушно сказала девочка. - У нее много названий.

– Откуда ты знаешь?

– Мама с папой и дядей Назарбаем разговаривали, я слышала.

– И о чем они говорили?

– О компактификации белых вариантов.

Северцев с удивлением воззрился на юную собеседницу, без запинки выговорившую сложный физический термин.

– Ты знаешь, что такое компактификация?

– Конечно, это свертывание или сжатие измерений.

– Здорово! Молодец! А еще что ты знаешь? К примеру, как мама или папа называли… м-м, башню?

– Папа ее не видел, только мама и я. Дядя Назарбай называл это явление эн-мерным топологическим многообразием, а еще - нормалью времени. Мама говорит, что это "хроноклюв".

– Очень интересно! Почему же этот "клюв" могут видеть только некоторые люди?

– Не знаю точно, - смутилась Лада, - но это связано с эффектом воздействия "хроноклюва" на нервную систему случайников.

– Кого-кого?

Лада улыбнулась, став еще больше похожей на мать.

– Мама так называла людей с очень тонкой психической организацией.

Северцев покачал головой, разглядывая десятилетнюю собеседницу.

– Раньше таких людей называли экстрасенсами.

– Шах! - заявила девочка, сосредоточенная на игре.

– А мы вот так… - отступил Олег.

– Еще шах!

– Амы вот так…

Беседа на минуту прекратилась. Северцев взялся за фигуру, раздумывая не столько над ходом, сколько над своими ощущениями. Иногда ему казалось, что он слышит голос девочки раньше, чем она начинает говорить. Это сбивало с мысли и заставляло прислушиваться к каждому шороху.

– Ладья бэ-три…

– Тогда я съем слона, - заявила Лада.

– Ешь, - хитро улыбнулся Северцев.

Девочка сжала пальцами своего ферзя, задумалась, и вдруг глаза ее расширились, просияли.

– Вот вы что задумали! Тогда я не буду есть слона, а просто отступлю.

– Молодец, - похвалил он Ладу. - Я так долго готовил ловушку, а ты ее разгадала. Кто тебя учил играть в шахматы, папа?

– Нет, мама. Папа со мной никогда не играл, он всегда был занят и приходил поздно. А мама всегда находила время, хотя работала не меньше. Мы с ней еще в нарды играли и в карты.

– Я смотрю, у твоей мамы очень много достоинств. Кстати, она сказала, что работала тетрархом… это что за должность такая?

– Она отвечала за социальные девиации мигран-зоны.

– Как? - удивился Северцев. - Ну-ка повтори еще

Раз.

– Ну, мама руководила отделом социальной разведки СКонС и отвечала за Среднюю Азию. Это очень серьезная должность.

– Да уж, - не нашелся, что сказать, Северцев. - Более чем серьезная. Странно, что ты знаешь такие веши…

– Мама мне всегда все рассказывает и даже иногда советуется.

– Ну да, конечно… - Олег с трудом скрыл замешательство, хотел пошутить, но побоялся обидеть собеседницу. - Естественно, она должна с тобой советоваться… А что там у нее случилось, на работе? Почему завязался конфликт, из-за которого вы теперь прячетесь здесь?

– Не только здесь.

– Ну, где можно, я понимаю.

– Сначала мама не захотела быть одна…

– И что же? Что значит - не захотела быть одна? Из-за этого никто не ссорится, насколько я знаю. Как говорил один писатель1: "Одиночество - это не столько естественное, сколько оптимальное состояние человека".

– Маме нельзя было выходить замуж за папу. - Почему?

Лада снова смутилась.

– У них такие правила.

– У них - это в СКонС?

– У велиархов… Но она встретила папу и вышла за

Него замуж.

– Все равно не понимаю. СКонС ведь не монашеская обитель. Ну, ладно, вышла и вышла, и тебя родила. И все?

– Нет, потому что ей нельзя было родить ребенка.

– Так. Час от часу не легче! И она, естественно, снова не послушалась?

Лада простодушно кивнула.

– Когда я родилась, ей сказали, чтобы она отдала меня в детдом.

– Ну и ну! - озадаченно качнул головой Северцев. - Что это еще за садизм такой? При живых родителях отдавать ребенка в детдом… И она, естественно, не отдала.

– Конечно, нет. А когда меня хотели отдать на воспитание в другую семью, она ушла с работы. - Лада сморщила носик, пригорюнилась. - Вот мы и скитаемся уже два месяца.

Северцев внимательно присмотрелся к девочке, вопросов к ней у него возникало все больше, но вряд ли она могла ответить на них, подчиняясь своей детской логике. Да и не верилось, что причиной конфликта Сабировых со СКонС могла послужить обыкновенная женская привязанность к собственному ребенку. Во всей этой истории крылась какая-то тайна, однако открыть ее могла только Варвара. И то, если захочет.

– Предлагаю ничью, - сказал Северцев, отдав слона за ладью.

– Согласна, - обрадовалась Лада. - Давайте подтопим камин? Похолодало.

– Командуй. - Северцев с удовольствием помог ей разжечь огонь, сел на матрас. - Если ты такой информированный специалист, то, наверное, знаешь и об этих "осях Е и S"?

– Знаю, - серьезно ответила девочка. - Чай будете? Северцев посмотрел на часы.

– Что-то мама твоя задерживается, уже почти два часа прошло. Давай свой чай, погреемся. Я не совсем понял, что такое "ось S". Думал сначала, что это ось времени, а выясняется, что время - вовсе не то, что я думал.

– "Ось S" - это спектральное многообразие состояний… - начала Лада.

Северцев засмеялся. Девочка сконфузилась.

– Я что-то не так сказала?

– Все так, просто я не устаю удивляться твоим познаниям физики и математики.

– Мама говорит, что у меня идеальная память.

– Она права. Продолжай.

– Можно, я нарисую?

– Валяй.

Лада развернула тетрадь и рукой, по твердости не уступающей маминой, нарисовала чертеж.

Переход

– Это я понимаю, - сказал Северцев. - "Оси S и Е", крест синхронизации… только у тебя их целых три.

– Я нарисовала три состояния Вселенной: цифра 1 - предыдущее, цифра 2 - нынешнее, 3 - следующее. Только на самом деле "ось S" условна, ну, как бы не существует…

– Виртуальна?

– Да, - обрадовалась девочка, - виртуальна, мама так тоже говорила. Поэтому Вселенная переходит из состояния в состояние внутри себя, а не движется куда-то в полном смысле этого слова. Понимаете?

– Кажется, понимаю. "Ось S" не является ни осью времени, ни осью пространства. А "ось Е"?

– Это ось энергетических возможностей Вселенной внутри креста реализации. Иногда ее называют "осью масс".

– Классно формулируешь! - восхитился Северцев.

Лада смутилась, снова превращаясь в обыкновенную десятилетнюю девчушку, ничем не отличавшуюся от своих сверстниц. Во всяком случае, несмотря на свои удивительные познания в области естественных наук, она еще играла в куклы: Северцев заметил выглядывающую из-под подушки белокурую головку Барби.

– Вот бы узнать, где находится тот вселенский "переключатель", который раз за разом включает Программу состояний! Ты не слышала об этом?

– Нет, не слышала, - с сожалением покачала головой Лада. - А разве он существует?

Северцев улыбнулся.

– Это я просто помечтал. Ну, что, чем теперь будем заниматься? Может быть… - он не договорил-Показалось, спины коснулся чей-то холодный потный палец. Олег замер. Застыла и Лада, округляя глаза. Похоже, она тоже почувствовала некое неприятное изменение обстановки.

– Сиди тихо! - прижал палец к губам Северцев. - Я проверю, не пожаловали ли к нам нежданные гости.

Он сунул за пояс оружие: пистолет - впереди, имп-лантор - сзади, погладил побледневшую девочку по плечу и бесшумно выскользнул в коридорчик, ведущий к выходу из квартиры.

Заработала экстрасенсорика. Зрение обрело глубину и объемность, темнота отступила. Стали слышны посвисты ветра за стенами дома и какое-то потрескивание. Он прислушался и понял, что по лестнице дома поднимаются несколько человек. Они старались двигаться тихо, но их выдавал легкий скрип ступенек и перекрытий.

Конечно, если бы Северцев был один, он попытался бы устроить неизвестным приятную встречу, чтобы вы-

Яснить их намерения, но с ним была дочь Варвары, и

Рисковать ее здоровьем, а тем более жизнью, не стоило.

Он вернулся в комнату, шепнул на ухо девочке:

– К нам гости. Это могут быть ваши друзья? Лада покачала головой.

– Никто не знает, что мы с мамой прячемся здесь,

Даже папа.

– Тогда это не друзья. Что будем делать?

– Надо уходить.

– Куда?

– У нас есть запасное убежище, мама там нас найдет.

– Координаты знаешь?

– Черный S-трафик, горизонталь один-один, Северный такантай… - Лада запнулась.

– Это все?

– Я забыла… кажется, восемьдесят шесть и две десятых градуса северной широты и один градус восточной долготы.

– Не перепутала? По-моему, мы прямиком попадем на Северный полюс.

Лада покраснела.

– У меня аварийная линия… я только называю резонанс, и синхрон включает драйв…

– Почему я не могу сделать то же самое?

– У вас ненастроенный синхрон, ему надо называть

Точные координаты.

– Понятно. Что ж, рискнем? Если окажешься в убежище одна - жди маму и никуда не ходи.

Лада кивнула.

– Иди, я за тобой.

Девочка прошептала какое-то слово, по ее телу пробежала волна искривления, превратив его в размытый силуэт, и она исчезла,

В конце коридорчика грохнула, рассыпаясь, дощатая входная дверь. Но Северцев уже успел включить синхрон с помощью ключевого слова и назвал координаты места выхода, которые вспомнила Лада. Когда в комнату с горевшей на импровизированном столе све-

Чой ворвались трое мужчин в камуфляже, там уже никого не было.

– Ушли! - выдохнул один из них, высокий, но сутулящийся, с соломенными усиками и сломанным "боксерским" носом.

Второй, пониже ростом и поплотнее, молча погладил бритый череп и поднес к губам пенальчик рации:

– Шестой, пришлите эксперта.

Затем бритоголовый посмотрел на сутулого:

– Останетесь здесь. Может быть, они вернутся. Дождитесь эксперта, осмотрите все и уничтожьте.

Он повернулся и вышел.

***

На сей раз "полет" по "струне" "оси S" длился дольше и сопровождался необычными эффектами.

Сначала Северцев почувствовал знакомый удар по голове - как бы изнутри, а потом услышал тонкий голосок и не сразу понял, что это заговорила в ухе клипса рации:

– Фиксатор ерзает по S-диапазону…

– Что?! - изумился Северцев, не слыша собственного голоса.

Ударило в ноги, да так сильно, что лязгнули зубы. Перед глазами завертелись огненные змеи.

– Кто гово… - начал Северцев, и до него наконец дошло, что он слышит компьютер синхрона.

– В чем дело? Ты не можешь найти точку выхода?

– Нелинейная синхронизация требует многовекторной настройки, - сухо отозвался синхрон.

– Извини…

От третьего удара - по затылку - у Северцева посыпались искры из глаз. Он выругался и выпал в холод и свет, заставивший его зажмуриться.

– Дядя Олег! - послышался обрадованный детский голос.

Он открыл глаза, но был вынужден защититься ла-

Донью от заполнявшего пространство текучего сияния. Потом глаза привыкли к свету, и стала понятна причина его происхождения.

Синхроны перенесли беглецов в центр огромной круглой впадины, усыпанной крупным стеклянно-се-ребристым песком, из которого торчали округлые туши черных скал. Впадину окружала стена льда, изломы которого и давали потоки отраженного солнечного света,

Бьющие по глазам.

Небо над впадиной было густо-синего цвета, безоблачное, глубокое, перечеркнутое силуэтом почти невидимой башни. На солнце, повисшее надо льдами, нельзя было смотреть без очков, такое оно было яркое и большое.

Лада стояла в двадцати шагах от Северцева, возле кургана из каменных глыб примерно одинакового размера, прижав к груди кулачки. В ставших огромными глазах девочки читались недоверие, страх и восторг.

– Все в порядке, - облегченно вздохнул Северцев, делая шаг к ней и чувствуя ломоту в костях. На этот раз "хронодрайв" организм перенес не так легко, как прежде. - Как ты себя чувствуешь?

– Нормально. - Лада бросилась к нему, но устыдилась порыва и сдержала шаг. - Я так рада, что вы догнали…

– Куда б я делся? Кстати, куда мы попали?

– Это Гиперборея, затонувший северный материк.

– Откуда ты… м-да, впрочем, ясно откуда. Гиперборея, значит. А почему солнце стоит высоко? На Крайнем Севере, а тем более на полюсе оно еле-еле выползает над горизонтом.

– Разве вы не знаете, что Земля не раз меняла полюса?

– Ах вон что! - улыбнулся Северцев. - Мы просто попали на материк в момент, когда Северный полюс был не здесь. И в какие же это времена мы драйвирова-

Лись?

– Больше пятидесяти миллионов циклов или чуть

Больше шестидесяти миллионов лет назад по М-време-ни, - важно ответила Лада.

– Я так и… по какому времени?

– Мама говорила, что есть два вида времени - локально-когерентное, то есть личное время объекта, соответствующее диапазону его существования, и общее - М-время, от слова майя - иллюзия. Люди принимают его за данность, за объективно существующий поток, хотя на самом деле…

– Я помню, - поспешно перебил Олег собеседницу. - Времени нет, ни прошлого, ни будущего. В будущее попасть нельзя, потому что этих состояний еще нет, а в прошлое - потому что их уже нет. Правильно?

– Правильно, - кивнула Лада. - Можно только синхронизировать волновые фронты своего квантово-волнового пакета с масс-резонансами на "оси S" и "оси Е".

– Что мы сейчас и сделали, так? Лада кивнула еще раз.

– Все это прекрасно. Только до сих пор неясно, каким образом синхрону удается переносить нас в нужное место с точными географическими координатами. Почему драйверов не заносит в космос или под землю.

Лада смутилась, пожала плечиками.

– Мама об этом не говорила.

– Ну и ладно, потом с ней побеседуем. Кстати, я не спросил раньше: кем работала твоя мама официально?

– Заместителем начальника государственной службы безопасности.

Северцев присвистнул, с удивлением глянув на дочь Варвары. Он догадывался, что официальная должность жены Сабирова должна соответствовать статусу тетрарха СКонС, но не предполагал, что женщина в Казахстане, да еще русская, может достичь такого высокого положения.

– Да-а, мама у тебя действительно уникальная… Итак, ребенок, что будем делать?

– Ждать, - рассудительно заметила Лада. - Мама обязательно вернется.

– Я тоже так думаю. Показывай мне свое убежище. Далеко мы от него?

– Да вот же оно, - вытянула руку девочка в направлении на округлую гору камней.

Северцев присмотрелся к ней и понял, что это в самом деле древнее сооружение, по форме напоминающее круглый растрескавшийся хлеб диаметром около двухсот метров. Чем-то оно походило на ирландский кромлех Нью-Грендж, сооруженный, по оценкам ученых, в четвертом тысячелетии до нашей эры. Северцев в начале своей карьеры путешественника посетил Нью-Грендж, расположенный в пятидесяти километрах от Дублина, и долго оставался под впечатлением увиденного. Особенно его поразила не масса сооружения - около двух тысяч тонн - и не его размеры, а точность древних строителей. Единственный раз в году, в день зимнего солнцестояния, луч восходящего солнца через тоннель длиной в семнадцать метров падает на камень в погребальной камере, на который нанесены таинственные узоры. Что это за узоры и какой смысл в этом освещении придавали процессу древние архитекторы, ученым разгадать не удалось.

– Вот это домик! - хмыкнул Северцев, прикидывая высоту каменного кургана. - Неужели его сделала твоя мама?

Лада засмеялась - будто колокольчик серебряный

Прозвенел.

– Ну что вы, дядя Олег, его построили гиперборейцы.» Вернее, потомки гиперборейцев, прямые предки древнего русского рода.

– Это тебе тоже мама сказала?

– Нет, дядя Назарбай.

– Твой родственник?

– Он работал у мамы начальником охраны. - Лада перестала улыбаться, глаза ее стали печальными. - Его убили.

Северцев вспомнил строки Ипатьевской летописи: "Война без мертвых не бывает". Вслух же проговорил:

– Он был, наверное, хороший человек, знающий. А вообще здесь довольно прохладно, ты не находишь? Под минус десять. Ты не замерзла?

– Нет.

– Покажи мне ваш с мамой схрон. Где у него вход?

Лада встрепенулась, направилась вперед, к лепешкообразному сооружению из каменных глыб. Северцев оглядел окруженную стеной сверкающего льда долину без единого деревца, прислушался к ее прозрачной тишине (надо же, он в легендарной Гиперборее! Кто мог представить, что ему удастся побывать на земле предков, на земле Истока цивилизации!), ничего не увидел и не услышал и двинулся вслед за проворной дочерью Варвары.

Лада прошла около пятидесяти метров, остановилась у закругленной стены каменного "каравая" и толкнула ладонью одну из буровато-коричневых глыб. Кажущаяся монолитом весом в несколько тонн глыба вдруг качнулась маятником вперед-назад и с тихим хрустом отошла влево, за соседнюю глыбу, открывая узкий проход в глубь гиперборейского кромлеха.

– Здорово! - похвалил устройство входа Северцев. - Я бы прошел рядом и не заметил, что здесь дверь. Веди дальше, хозяйка.

Лада с готовностью зашагала в глубину коридора, ничуть не боясь темноты и узости прохода.

Первые пятнадцать метров проход представлял собой узкую - сантиметров восемьдесят шириной - расселину в плотно уложенных камнях, затем превратился в почти прямоугольный тоннель, завивающийся спиралью вокруг центральной оси "каравая". Потеплело. А потом Северцев с удивлением заметил, что освещение коридора не меняется, оставаясь почти таким же, каким оно было внутри расселины. Казалось, щели стен сооружения источают рассеянное дневное свечение, позволяющее свободно ориентироваться внутри кромлеха.

– Осторожнее, здесь яма, - предупредила бесшумно скользившая впереди Лада.

Северцев перешагнул полуметровую трещину в полу, и ему показалось, что там, внизу, на огромной глубине, блеснула вода.

– Пришли.

Они миновали последний поворот коридора и оказались в круглом помещении с готическим потолком, своеобразную "готику" которого создавали торчащие углы глыб и остроугольные ниши между ними. Нигде не было видно ни одного столба, ни одной колонны, ни одной балки, поддерживающей многотонную тяжесть перекрытия, и тем не менее купол потолка не прогибался, ни одна глыба не осела и не разрушилась, хотя времени с момента сооружения этой диковинной постройки, наверное, прошло много.

Впрочем, старит нас не время, вспомнил Северцев высказывание своего бывшего начальника, старит энтропия. И не только людей, но и все, что окружает нас. Тем более, что время по сути своей - иллюзия…

Лада легко взбежала на ровную каменную площадку в центре зала, освещенного так же странно - без видимых источников света, как и ведущий в зал коридор.

– Вот здесь мы с мамой спим.

Северцев приблизился к площадке, с опаской посмотрел на ненадежный с виду потолок.

– Не рухнет? Ато нам сразу кирдык будет.

– Какой кирдык? - не поняла девочка.

– Плохой кирдык, - улыбнулся Северцев. - Так иногда говорят взрослые дяди вроде меня о безвременной кончине. Если потолок упадет - раздавит нас в лепешку.

– Да нет, не раздавит, - рассудительно проговорила Лада. - Мы с мамой были здесь не один раз, и ничего.

– Тогда ладно. - Северцев сделал вид, что успокоился, хотя в глубине души продолжал прислушиваться к интуиции, подсказывающей, что убежище не столь надежно, как считает дочь Варвары. - Что будем делать?

– Я посижу немножко.

– Ты, наверное, устала? - спохватился он. - Посиди, конечно, а то и вообще поспи. А я пока пойду пройдусь по свежему воздуху, осмотрюсь. Все-таки я впервые в Гиперборее.

Девочка сняла шубку, прилегла на матрас, расстеленный на круглой площадке в центре зала, Северцев укрыл ее одеялом, вытащив его из стопки белья и одеял, и вышел из помещения. Размышлял он в данный момент не о древних гиперборейцах, неизвестно для чего соорудивших гигантский каменный "храм", а о Варваре. Женщина отсутствовала уже больше трех часов, и объяснить столь долгое ее отсутствие можно было только чрезвычайными обстоятельствами. Что-то случилось там, куда она направилась, иначе Варвара не оставила бы свою дочь на попечение незнакомого мужчины.

"Хронохвост" Гипербореи в общем-то мало чем отличался от других "хронохвостов", уже знакомых Се-верцеву. В этом он убедился, побродив полчаса в окрестностях огромного кромлеха, единственного искусственного сооружения в долине. Здесь царила такая же всеобъемлющая тишина, ни одно движение не нарушало глубокого покоя природы, и краски пейзажа - кроме искрящейся ледяной стены - были сдвинуты к одной полосе спектра - буро-коричневой, с желтоватыми и серыми оттенками. Лишь небосклон радовал глаз сочной синевой, но и он казался пустым, мертвым и навевал тоску, несмотря на наличие едва заметной туманной башни.

Постояв немного у входа в кромлех, Северцев поймал себя на мысли, что хочет побыстрее покинуть этот далеко не райский уголок прошлого, нырнул в расселину и вдруг на грани слуха уловил какой-то посторонний звук. Замер, прислушиваясь к переставшей быть монолитной тишине.

Звук повторился. Сомнений не было: где-то еще очень далеко надо льдами летел вертолет.

– Вот тебе и надежное убежище! - прошептал Се-

Верцев, опрометью бросаясь в глубь коридора. В центральное помещение кромлеха он, впрочем, вошел не столь стремительно, чтобы не пугать Ладу.

– Подъем, принцесса! У нас гости.

Однако он ошибся, предполагая, что девочка спит. Она уже была на ногах и встретила его вопросительным взглядом.

– Вертолет! - пояснил он. - Самый настоящий. Ума не приложу, откуда в "хронохвостах" появляются вертолеты! Ведь никакой техники в них быть не должно, если верить теории твоей мамы.

– Вертолеты принадлежат службе контроля СКонС, - уверенно проговорила Лада. - Они могут быть синхронизированы с любым объектом на Земле, точно так же, как это делаем мы.

– Вот оно в чем дело! - хлопнул себя по лбу Север-цев. - Ну, конечно, как я раньше не догадался! Системники же тоже имеют синхроны и могут свободно перебрасывать на "ось S" любые технические устройства! Однако нам надо смываться отсюда. Боюсь, наши враги каким-то чудом узнали о гиперборейском убежище и летят сюда по наши души. Куда отправимся?

– Не знаю, - беспомощно пожала плечами девочка.

– Тогда давай сначала мотанемся в Салехард. Вдруг твоя мама вернулась и оставила записочку.

– Хорошо.

– Помнишь координаты?

– Синхрон помнит.

– Ах да, я забыл. Тогда помчались. Ты первая. Лада кивнула и исчезла.

Северцев прислушался к усиливающемуся гулу - вертолет завис над кромлехом, от работающих двигателей камни сооружения начали проседать, мелкие посыпались вниз - и включил синхрон.

– Координаты резонанса? - спросил голосок аппарата.

– Черная ветвь, Салехард-один… Свет в глазах погас…

Падение на "ось S", холод-жара, удар в ноги, еще удар-Тусклое свечение разорвало тьму. Кажется, прибыли…

Северцев огляделся, узнавая центральную площадь Салехарда, мрачные дома вокруг и небосвод, все так же затянутый пеленой туч. Не поймешь сразу, утро здесь, день или вечер, да еще и холод собачий.

– Я здесь, дядя Олег.

Северцев повернулся, прижал к себе бросившуюся навстречу фигурку девочки, удивляясь своей мгновенной радости.

– Все в порядке?

– Да… холодно!

– Это уж точно. Ничего, отогреемся. Никого не заметила?

– Нет. Системники ушли.

– Откуда ты знаешь?

– Чувствую.

Северцев не нашелся, что ответить, сканируя "локатором" своих чувств пространство города. Его интуиция тоже молчала, подтверждая слова дочери Варвары. Те, кто преследовал их больше часа назад, скорее всего убрались из пустого города.

– Что ж, пошли посмотрим нашу квартиру. Помнишь, как идти?

Лада без колебаний направилась вперед, ведя за руку Северцева. Через полчаса они были на месте, не встретив ни одной живой души.

Квартира, где мать и дочь Сабировы нашли временный приют, была пуста. Мало того, весь скарб, который находился тут до ухода Олега с Ладой, был сожжен. Не осталось ничего, ни одной нужной домашней вещи, только пепел, зола и копоть на стенах.

– Вот гады! - помрачнел Северцев, принюхиваясь к запахам сгоревшего дерева и пластика. - Зачем им понадобилось все сжигать?

Лада промолчала, разглядывая почерневшие стены,

Бросилась в угол, вытащила из-под пласта пепла яркий клочок материи - все, что осталось от ее куклы.

– Барби сожгли…

– Не переживай, новую купим, - успокоил девочку Северцев, заглянул в соседнюю комнату - то же самое, черные стены и пол - и вернулся. - Пойдем отсюда. Предлагаю слетать в Астану, где мы встретились в первый раз. Не возражаешь?

– Нет…

– Тогда иди первая, я, как всегда, за тобой. Лада безропотно включила синхрон.

Через несколько мгновений и Северцев переместился вслед за ней в "хронохвост" Астаны, отмечая преимущества нового синхрона по сравнению со старым. Этот аппарат позволял владельцу действовать гораздо оперативнее и быстрее.

Однако и в Астане черной ветви "оси S" Варвары не оказалось. Дом, в котором прятались Варвара с дочерью, сохранился, а вот квартира - нет. На ее месте беглецы обнаружили только провал от пятого этажа до первого. Похоже было, здесь взорвалась граната, и ослабевшие перекрытия рухнули, уцелели лишь стены здания.

– Все, довольно! - решил Северцев. - Летим в Москву. Там отдохнем и начнем искать твою маму другими методами. У тебя есть предложения?

– Нету, - вздохнула уставшая девочка.

– Ты в Москве была?

– Да… два раза… с мамой…

– Тогда твой синхрон должен помнить координаты резонанса. Выйдем мы на Воробьевых горах…

– Я знаю, там находится масс-центр Москвы.

– Ага… понятно… вот почему я все время попадаю в это место: синхрон переносит нас точно в центр масс-объекта… Спасибо за ценную информацию, ребенок. Итак, поехали?

Спустя минуту они были в Москве.

Глава 4

На сей раз фиксатор "не ерзал" по диапазону, ощущения Северцева притупились, - то ли он устал, то ли переход из "хронохвоста" Астаны в Москву был полегче, - и на Воробьевых горах, напротив здания университета, он сошел с "оси S" практически как с поезда, без особых неприятных ощущений.

В Москве царил вечер. Солнце уже зашло, но небо еще оставалось голубым и сияющим.

Гуляющих по тротуару вдоль обрыва, с которого открывалась панорама столицы, было много, однако внезапное появление Северцева испугало лишь голубей. Молодые люди, парни и девушки, составляющие большинство гуляющих, были заняты собой, а также разглядыванием сувениров на уличных лотках и великолепного вида города.

Лада стояла у перил ограждения, сняв шубку, и зачарованно смотрела на городской ландшафт под горой. Она не впервые попала в Москву, но вид огромного и шумного города действовал на нее завораживающе.

– Нравится? - подошел к ней Северцев, обнимая за плечи.

– Очень! - искренне ответила девочка.

– Будет время, я организую экскурсию по Москве. Было бы здорово, если бы к нам и мама твоя присоединилась.

Лада вздохнула, с трудом отрывая взгляд от начавшего погружаться в сумрак ночи города. Северцев взял ее за руку, повел к дороге, приглядываясь к прохожим. Никто из них не обращал на пришельцев никакого внимания, и Олег слегка расслабился. Похоже было, что они наконец оторвались от преследователей и какое-то время могли чувствовать себя в безопасности.

Мобильный телефон Северцева остался в квартире Веры, позвонить друзьям он не мог, поэтому решил сразу ехать к ней, надеясь, что системники не рискнут

Оставлять там засаду. Лишний шум и напряг им был ни к чему, так как действовали они в основном по наводке наблюдателей. Теперь надо было постараться не попасть на глаза этим наблюдателям, чтобы погоня снова не села на хвост беглецам.

Через сорок минут частник на стареньком "Москвиче", согласившийся подвезти "отца и дочь" до места назначения всего за восемьдесят рублей, высадил их в Чертанове.

– Посиди здесь, - кивнул Северцев на детские качели во дворе соседнего с Вериным дома. - Никуда не ходи и ни с кем не разговаривай. Будет кто приставать - кричи.

– Что кричать? - слабо улыбнулась Лада.

– Караул, спасите, помогите! - серьезно ответил Северцев. - Я тебя услышу. Однако очень надеюсь, что все будет хорошо.

Девочка села на качели и с удовольствием стала раскачиваться, сразу забыв обо всех неприятностях. В сущности, она была и оставалась десятилетним ребенком, несмотря на свои недетские познания в области физики и экстрасенсорные возможности.

Северцев перевел себя в состояние "полет беркута", некоторое время вслушивался в шумы городской жизни, присущие любому уголку Москвы, и двинулся к дому Веры. В случае внезапного нападения он мог вытащить свое оружие - имплантор и пистолет - в течение долей секунды.

К счастью, оружие не понадобилось. Никто за домом, двором, подъездом и квартирой Веры не следил, никто не прятался в темноте лестничных площадок, за деревьями и на крышах домов. Все было спокойно. Системники, управляемые Виктором (сердце сжалось от горечи), не стали дожидаться возвращения беглецов, полагая, что они сюда больше не сунутся.

Северцев позвонил.

С минуту за дверью было тихо, свет в дверном глазке мигнул.

– Олег, ты?! - раздался неуверенный голос Веры. Готовый к атаке Северцев с облегчением распрямился.

– Ты одна? -Да.

– Открой.

Дверь приоткрылась. Выглянула Вера в халатике, держа в руке кухонный нож. Северцев бросил на нож короткий взгляд, улыбнулся, и Вера, порозовев, спрятала нож за спину, отступила в глубь прихожей:

– Проходи… я никого не ждала… у тебя все в порядке?

– Нормально. Никто больше не приходил?

– Приходили утром из милиции, поговорили и ушли.

– Что ты им сказала?

– Как ты и советовал, что в дверь ломились какие-то мужчины в масках.

– Что ж, будем надеяться, что эти мужчины… м-м, в масках больше сюда не ворвутся. Я забыл у тебя свой мобильник.

– Он в столе, сейчас принесу. Что стоишь? Проходи, устраивайся, сейчас поужинать что-нибудь сделаю.

– Не надо, я не один, во дворе меня ждет дама.

– Так зови ее сюда, чего стесняешься. Северцев улыбнулся.

– Ты даже не спросишь, кто она?

– Наверное, сам познакомишь.

– Это десятилетняя девочка, дочь моей… знакомой. А оставаться нам у тебя нельзя. Кто знает, что взбре