/ / Language: Русский / Genre:sf_fantasy / Series: Проводник

Перерождение

ЯросланаСоколина

Окончание романа Яросланы Соколиной "Проводник" Во время пути Марелиане снится сон, где она оказывается в пещере и находит там Тайлера. Девушка осознает, что этот сон вполне может оказаться вещим. Тайлер просит ее  о помощи. Он рассказывает о существах, присутствующих на поверхности, называя их страулами. Со слов мальчика, Марелиана еще может спасти его и Стивена, если сумеет договориться со страулом, попросив у него помощи. Девушка переносится в удивительный, словно нарисованный мир. Здесь на нее нападает необычное существо. Но Марелиана устояла в этой схватке. Ей удалось прокусить кожу страула. Это случилось только благодаря тому, что вампиресса была уверенна в  его телесности. Они на миг сплелись воедино: девушка перестала быть человеком и вампиром, она сроднилась с сущностью энергетического создания. Отстранившись, страул признает в ней потенциально сильное существо и обещает помощь, но девушка должна дать слово стать одной из них… Марелиане непонятно это требование, но, поскольку жизнь друзей в опасности, она соглашается на странную сделку. В ее распоряжение страул предоставил вечность…

Часть IV. Перерождение.

1. Встреча и обещание

 Во сне время теряется. Марелиана ощущала себя достаточно отдохнувшей и снова способной видеть сны. Темнота под закрытыми веками приобретала смысл и объем. Она чувствовала легкое парение, пока ее тело не начал пробирать озноб. Сырость и холод вызвали дрожь. Марелиана сделала несколько шагов и постаралась определить, где она. Ее ладонь дотронулась до влажной отвесной стены, почти сразу нога ткнулась во что-то мягкое.

 Девушка опустилась на колени, она практически ничего не видела. На ощупь она догадалась, что у стены лежит человек, возможно ребенок. Девушка не чувствовала в нем жизни. Тело было холодное и мокрое, как все вокруг.

 - Тай? – несмелым шепотом произнесла она, обращаясь то ли к себе самой, то ли к лежавшему на земле человеку. Марелиана от всей души надеялась, что ошибается.

 Ребенок зашевелился и повернулся к ней лицом. Мрак, казалось, расступился, Марелиана смогла увидеть... и с трудом сдержала крик.

 Лицо мальчика было изуродовано до неузнаваемости. С одной щеки кожа свисала клочьями, страшная рана кровоточила, разодранные губы застыли в мучительном оскале.

 Мальчик открыл глаза. Его взгляд был ясным и спокойным, без тени боли и страдания. Марелиана с трудом узнала в этом ребенке  своего друга.

 - Ты пришла! - вырвался гортанный хрип. - Помоги мне…

 - Как? - Марелиана беспомощно пожала плечами,  - это только сон! Мое тело везут в заколоченном гробу неизвестно куда. Все что я могу - это спать и смотреть сны.

 - И это немало.

  Тайлер замолчал и закрыл глаза. Марелиана испугалась, решив, что он умер. Через некоторое время мальчик вновь с усилием заговорил:

 - Слушай внимательно. Сейчас ты снова уснешь и проснешься наверху – на поверхности горы. Там есть спуск в долину, он слева от большого круглого валуна. Чуть ниже будет уступ. Спустишься, и в долине ты встретишь его... – Тайлер вновь замолчал, дыхание его стало свистящим и прерывистым.

 - Кого я там встречу? – переспросила Марелиана, боясь пропустить хоть слово.

 - Это... существо, - еле слышно прохрипел мальчик, - Страула... Ты должна найти его...  Проси у него помощи. Проси о том же, что дал тебе конь. Скажи, что от этого будет зависеть существование других, подобных ему… Возможно, так будет проще. И будь осторожна: эти существа не прощают слабости. Если ты справишься, то спасешь Стива и меня.

 Марелиана слушала его, не перебивая, хотя многое оставалось непонятным. Ей было страшно, в основном за Тайлера. Она боялась оставлять его здесь. Осмотрев парнишку, она поразилась тому, как он сумел выжить.  Рубашка мальчика была пропитана кровью, на боку темнела влажная рана, шрамы на лице продолжали кровоточить. Он был почти такой же холодный, как каменные стены, нависшие над ним.

 - Тай! – слезы душили ее. - Я не оставлю тебя здесь, ты погибнешь. Нам нужно вместе выбираться отсюда! Тут так холодно и сыро…

 Мальчик положил ледяную ладошку ей на колено.

 - Я продержусь еще дня два. Постарайся успеть. Два дня. Будь сильной и доверься страулу. Он  приведет тебя сюда.

 Тайлер закрыл глаза. Его грудная клетка медленно поднималась и опускалась, как у спящего человека. Марелиана прислонилась к стене и последовала его примеру.

 Уснуть во сне – задача не из легких. Она попыталась расслабиться, но холод этого места заставлял ее дрожать, было слышно, как капает вода, а глаза, казалось, способны были видеть сквозь закрытые веки небольшую пещеру и ребенка, лежащего вдоль стены.

 Девушка подняла лицо к темным сводам пещеры, стук капель убаюкивал. Ее тело наконец стало терять привычные очертания. Глухая тьма все сильнее затягивала.

 Порыв ветра привел ее в чувство. Ощущение невесомости тут же исчезло. Она стояла на каменном плато. Марелиана подошла к самому краю и посмотрела вниз. Немедленно закружилась голова: скала была практически отвесной, земля терялась в сером тумане. Девушка отступила назад. Она увидела неподалеку большой и круглый, как шар для боулинга, валун.

 Стараясь не замечать царапины и ссадины, оставляемые острыми камушками и колючими растениями, она упрямо, видя свою цель, продвигалась вперёд. Стараясь не смотреть вниз, девушка осторожно обошла камень. За валуном и в самом деле было некое подобие крутой тропы, ведущей вниз. Цепляясь за корни растений и куски породы, она медленно спускалась вниз, по пути припоминая все ругательства, которые знала. Пару раз чуть не сорвавшись, девушка возблагодарила Бога, когда ноги, наконец, коснулись широкого уступа. 

 Дальше спуск несколько упростился. Лишь однажды тропа уходила круто вниз, и Марелиане пришлось спускаться на четвереньках, а потом и вовсе – на животе. Затея оказалась не самой удачной. Когда она встала и осмотрела себя, то обнаружила, что кровоточили уже не только расцарапанные колени, но и ладони, тонкая шерсть платья порвалась в нескольких местах. Но все это ее мало волновало. Сейчас необходимо встретиться с неведомым существом, при этом она понятия не имела, кого именно ищет.

 Она снова шла, с некоторой робостью оглядываясь по сторонам. Её поразила одна любопытная особенность: солнца в этом мире не было вовсе. При этом было достаточно светло; казалось, светился сам воздух. Это был мягкий, рассеивающийся свет. Небо - бездонный серый купол, создающий ощущение бесконечности. Тени, разумеется, здесь тоже отсутствовали.  Создавалось впечатление виртуальности: слишком четко прорисованные линии каждого листика на деревьях, что на горизонте образовывали густой лес, круглые камни под ногами (не такие маленькие, как галька, но и не булыжники), даже гора, по которой она только что спустилась, снизу казалась ненастоящей, а лишь декорацией к фильму. Точнее, по её представлениям, именно так выглядели декорации в её мире. Она очередной раз напомнила себе, что все это только сон.

 Вокруг было тихо и спокойно. Девушка остановилась, решая, в какую сторону следует идти дальше. Марелиана прислушалась - ни щебета птиц, ни стрекота насекомых, даже трава не шуршала и ветер стих. Словом, никаких признаков жизни не наблюдалось, если, конечно, не считать растущих здесь деревьев. Она привычным движением поискала конверт, неизменно присутствующий во всех ее снах, желая прикоснуться к нему и ощутить знакомую поддержку и тепло. Письма не было. Зачем его забрали, кому может понадобиться эта вещь, превратившаяся для девушки в счастливый талисман, вызывающий ностальгические воспоминания?

 Марелиана медленно шла в сторону леса, как внезапно на ее плечо легла темно-коричневая рука. Девушка заметила крючковатые когти и несоразмерно большие круглые костяшки морщинистых пальцев.

 Раньше, чем она успела как-то отреагировать, неведомый обхватил ее за шею и притянул к себе. В следующий миг ее пронзила резкая боль, в глазах все поплыло. Она больше не видела ни леса, ни гор. Девушка попыталась вырваться, но что-то острое еще глубже вонзилось в горло. Марелиана вновь представила тонкую ниточку собственной жизни, на этот раз гораздо яснее, чем когда-либо. Она видела перед собой пустоту, что ожидала ее, чувствовала, как все ее существо тянется в эту ледяную пропасть, унося за собой остатки сознания. Марелиана из последних сил заставила себя обернуться. Ее глаза встретились с глазами самого ужасного существа, которое она только могла представить. Это было еще страшнее, чем надвигающаяся пустота. В нем была огромная сила, стылый сумрак, извергаемый чудовищем, погружал в оцепенение и заставлял испытывать страх гораздо больший, чем от близости смерти. Как ни странно, страх придал ей силы сопротивляться. Марелиана сумела взглянуть на существо иначе, так, как привыкла видеть окружающий мир.

 Серый туман могучей силы исчез, из-за плеча она увидела гладкую коричневую обезьяноподобную голову на тонкой длинной шее. Вонзив свои клыки, существо пило кровь. Его глаза смотрели с нескрываемым презрением. Марелиана подняла руки и изо всех сил попыталась оттолкнуть чудовище. Но в этот миг все исчезло, осталась лишь она… последняя черта, полупрозрачной завесой серебрящаяся впереди. Что-то подсказывало ей: там всё закончится, теперь уже навсегда. Девушка едва сдержала крик. Откуда-то послышался свистящий смех, и в голове возникли чужие мысли:

 «Ты ошиблась сном, моя прекрасная малышка. Твоя кровь – самое вкусное, что мне доводилось пробовать. Еще несколько глотков, и ты упадешь. Но сначала мне очень хочется узнать, зачем ты искала меня».

 Не успела девушка ответить, как вновь почувствовала чужую волю. Слова звучали очень тихо, шепотом, но ей удалось разобрать смысл: «Покажи ему свою силу…». Это Тайлер – она узнала голос! Почувствовав себя гораздо увереннее, она четко сформулировала мысль, пользуясь языком душ:

 «Я пришла, чтобы попросить у тебя помощь».

 На миг повисла тишина, а потом ее оглушил свистящий смех.

 « Ты, ничтожное создание, просишь у меня помощи? Глупое дитя! Я помогу тебе, если ты выживешь. Но даже если ты сохранишь свою жизнь, моя помощь не будет бесплатной!»

 На миг возникла мысль, что Стив и Тайлер хорошие парни, но стоят ли они этого?

 Вторая мысль – тонкая грань жизни: сможет ли она удержаться?

 И вновь – это лишь сон!

 Марелиана закрыла глаза и попыталась проснуться. Но все было бесполезно: она еще была здесь, вокруг ничего не менялось. Существо не отпускало её; никогда ещё не было так трудно очнуться! Она забыла про боль и близость смерти, расслабила тело и вспомнила подножье горы, дерево, возле которого стояла, круглые камни под ногами, светло-серое небо, что не нуждалось в Солнце. Сначала возникла картинка, затем появилось ощущение легкой прохлады и твердой почвы под ногами. В ином видении серебристая завеса исчезла и ее больше не влекло в черную бездну. Девушка немедленно почувствовала боль, распространявшуюся по шее и обжигающей дорожкой спускающуюся вниз по груди.

 Она открыла глаза: лицо чудовища было совсем рядом с ее лицом, но больше никто её не кусал. Не понимая, что и зачем она делает, Марелиана вцепилась зубами в его тонкую шею. Упругая кожа поддалась не сразу, но, когда первые капли крови, горячие, как кипящая вода, коснулись ее губ, вновь возникло ощущение пустоты. Только на этот раз она была не одна: ее тело сплелось с телом существа. У них не было форм, она не была более человеком, оно не было зверем. И Марелиана чувствовала: если не отпустит него, никогда больше не будет такой как раньше.

 И разжала зубы.

 Оно молча смотрело ей в глаза. В его взгляде не было ни страха, ни других каких-либо эмоций. Эти глаза просто жили, в их больших дисках, заполненных более чем наполовину одними зрачками, застыло неестественное спокойствие. Точно такое же спокойствие заполняло мир, окружающий их.

 Ощущения физического тела вернулись. Девушка вновь почувствовала, что стоит на земле, боль немного поутихла… Она ощущала теплое дыхание существа на своем лице.

 Вздрогнув, она отстранилась. Существо издало хриплый звук и повторило её движение. Казалось, оно сделало это специально, чтобы иметь возможность получше рассмотреть ее. Марелиана теперь могла видеть его в полный рост. Оно было почти на голову выше ее, при этом передвигалось на длинных ногах, складывающихся, словно лапки кузнечика, только значительно больше по размеру. Тело его напоминало гигантскую саранчу - коричневую и мерзкую, и это составляло странный контраст с  головой, похожей на человеческую и звериную одновременно.

 Внезапно существо издало пронзительный звук. От неожиданности девушка вскрикнула. Оно расправило крылья, которые прежде были сложены за спиной и плащом накрывали его тело почти до самой земли. Марелиана увидела, насколько зверь отощал: коричневая, покрытая сеткой мелких морщинок, кожа казалась тонким пергаментом, облегающим кости. Девушка почувствовала отвращение к созданию, с кем совсем недавно была ближе, чем к кому бы то ни было в своей жизни. Она побоялась отвернуться, хотя это было, пожалуй, единственное, чего ей хотелось... убежать или сесть, обняв колени и спрятав лицо. Пересилив себя, она осталась стоять перед возвышавшимся над ней чудовищем.

 Прекратив издавать свистящий клич, существо сложило крылья, спрятав отвратительную худобу, и, наклонив голову, вновь посмотрело в глаза девушке.

 «Ты в самом деле нуждаешься в моей помощи, - ворвались вдруг в сознание Марелианы мысли существа. Скорее всего, оно способно общаться только таким образом. -  И я  соглашусь, но на моих условиях».

 Девушка смотрела в его огромные глаза.

 «Ты должна будешь стать одной из нас, перерасти человеческую форму, стать Творцом. Я  вижу, ты сможешь. Обещай,  что вернешься сюда Творцом!»

 - Кем я должна стать? - не поняла Марелиана. - Я об этом ничего не знаю.

 Она чувствовала, как страх покидает ее тело, словно боль, исчезающая под действием лекарств. Голос ее прозвучал в тишине этого места необычно звонко.

 «Творцом… Творящей Миры. Тем, кто преображает безымянные нити Вселенной в живущие собственной жизнью сны», - пояснило существо.

 - Что я должна делать? – снова вслух спросила девушка. Все теперь казалось слишком непонятным и нереальным. Она в очередной раз сказала себе, что это просто кошмарный сон, и он скоро закончится.

 «Ты всё осознаешь сама. Я даю тебе на это вечность. Мою вечность. Но, поскольку ты существуешь в ином времени, тебе лучше поторопиться. Если, конечно, хочешь исполнить свою миссию».

 Марелиана, размышляя над загадочными образами, один за другим возникающими в её голове, опустила глаза. Только сейчас она почувствовала, что шея на месте укуса опухла, левая рука саднит, платье порвано и залито кровью, ее собственной кровью. Но теперь она не испытывала страха и отвращения. К ней пришло понимание, насколько древним и могущественным может быть существо, чьей крови ей удалось испить, и девушка прониклась невольным уважением к нему. Она перевела взгляд обратно на собеседника, мысленно ответив согласием.

 «Я даю тебе помощь», - произнесло существо… и все вокруг погрузилось в непроглядную тьму.

 Девушка безропотно приняла  тихую пустоту, обволакивающую ее тело. Снов больше не было...

 2. Стать тенью

 Время тянулось ужасно медленно; это вызывало нервное напряжение. Стив уже привык ждать, но ожидание неизбежного было несколько иным, чем все, что ему довелось испытать прежде. Ему сейчас хотелось действовать: вновь строить планы побега, или искать пути отступления, в конце концов, тренироваться для боя со зверем, но никак не сидеть здесь, разглядывая задрапированную темно-зеленым гобеленом стену. Время, проведенное с Марлой, сейчас казалось непростительно потраченным впустую. Понимание того, что теперь  уже ничего нельзя изменить, сводило с ума. Он попал в классически расставленную ловушку, как мышонок прибежал на сыр... Теперь он вынужден сидеть под замком, одетый с иголочки, в роскошных апартаментах главного тюремщика. Эрион обошел его, пользуясь тем же методом, что и Игнариус. Простота, изящество и ненавязчивость – это в его характере. Эрион оказался хорошим учеником. А он сам...?

 Прошло не менее пяти часов. Наконец замок легонько щелкнул и в комнату вошел Эрион. Он выглядел обеспокоенным.

 - Идем, - позвал он, не входя в комнату.

 Стив не заставил себя долго ждать.

 - Свой модный плащ оставь здесь и возьми с собой это.

 Он небрежно бросил на диван длинный балахон из  плотной материи.

         Они вышли в светлый холл. Стена, по обыкновению, бесшумно срослась за их спинами.

 В лифте Эрион нажал на самую нижнюю кнопку, в отличие от других, черного цвета. Спуск длился так долго, что Стив заскучал.

 - Такое впечатление, что мы спускаемся прямо к дьяволу, - озвучил он свои мысли.

 Эрион усмехнулся.

 - В принципе, так оно и есть, - ответил он.

 Наконец лифт открылся. Эрион быстро накинул на себя балахон, аналогичный тому, что был у Стива. Тот последовал его примеру. У балахона были длинные рукава и глубокий капюшон.

 Они шли по тоннелю. Длинное тяжелое одеяние непривычно стесняло движения. Здесь не было ни одного светильника, никто не потрудился возвести здесь стены и потолок из мраморных плит, даже пола, как такового, не было. Это был просто ход, тоннель, прорытый в недрах земли: сырые стены, излучающие непривычное тепло, неровные камни, обнажающие острые углы, и шуршащая под ногами галька. Чем дальше они углублялись и спускались по крутым неровным лестницам, тем труднее становилось дышать, в воздухе появился пар. Это значительно снижало видимость, что создавало и вовсе гнетущее настроение. Молодой вампир подумал, что эти места не годятся для существования живого. Густой пар, практически полное отсутствие кислорода в воздухе и нестерпимая жара даже для вампира были невыносимы. Но Эрион продолжал уверенно идти вперед. Голова у Стива начинала кружиться, он почувствовал слабость во всем теле. Верхний плащ накалился, но жар не проникал внутрь, тем самым спасая от ожогов. Эрион опустил капюшон на лицо, Стив последовал его примеру.

  Наконец тоннель закончился; они приблизились к массивной решетке. Из внутреннего помещения повеяло живительной прохладой. Они с облегчением сбросили капюшоны. Эрион нажал неприметную кнопку; пронзительный звук эхом отразился от стен. Но никто почему-то не отозвался, хотя от этого звона загудели прутья решетки. Эрион звонил до тех пор, пока по ту сторону решетки не забрезжил луч света.

 К ним приблизился вампир маленького роста, похожий на толстый бочонок с ножками; в руках он держал горящий факел. Сначала он даже не взглянул на пришедших, а лишь что-то невнятно пробурчал себе под нос. Стив догадался, что вампир спал глубоким сном, могущим, если не побеспокоить, перейти в длительную спячку, и теперь, возвращаясь к реальности, был явно недоволен тем, что его разбудили.

 Не узнать в этом чудном старике с крысиной головой смотрителя Борба было невозможно. Хотя он несколько изменился за прошедшие сорок лет (именно столько Стив не виделся с ним). Куда-то  подевалась былая сила, он выглядел по-настоящему старым, глаза его лишились блеска, их зрачки теперь были матовыми и неестественно большими. Казалось, он ослеп, хотя Стив знал, что это невозможно. Молодой вампир уже протянул руку для приветствия сквозь прутья решётки, когда Борб поднял свою узкую голову и посмотрел на него в упор.

 - Зачем ты привел сюда эту мерзость? – в его голосе было столько гнева и отвращения, что Стив непроизвольно вздрогнул и отдёрнул руку.

 - Открой ворота, Борб, и не задавай лишних вопросов, - вместо ответа произнес Эрион.

 Борб усмехнулся и потушил ладонью факел. Потянуло запахом горелой кожи.

 - Никогда! – с презрением ответил старый вампир и отвернулся, чтобы уйти.

 - Ты не смеешь, - спокойно произнес Эрион. - Он – боец, и ты не имеешь права не пропустить его.

 Борб остановился и, не поворачиваясь, захрипел, плечи его начали вздрагивать. Стив не сразу догадался, что он смеется. Борб повернулся, сделал несколько резких шагов им навстречу и схватился руками за прутья решетки:

 - Он был когда-то удачливым бойцом, но теперь он хуже любого паразита из серого народца[1]! Преступивший! – последнее слово он проревел прямо в лицо Стива. - Ты посмел убить моего отца... моего истинного отца!

 Борб вновь затрясся и уткнулся лицом в свои огромные, не помнящие  воды ладони.

 Стив стоял по другую сторону массивной решетки и молчал. Он наблюдал за постепенно сходящим с ума стариком, который должен был обрести вечный покой много лет назад. Зачем Эрион разбудил его? Волна мощнейшего Зова прервала его мысли. Борб согнулся едва ли не пополам и уверенно поднес ключ к замку...

 После того как решетка со скрипом открылась, Зов оборвался. Стив был ошарашен. Никогда прежде он не видел, чтобы вампиры применяли Зов друг к другу.

 - Это наследие Игнариуса, малыш. К счастью или несчастью, к тебе оно не перешло. Ты – обычный вампир, такой, как они все.

 - А ты нет? – вырвалось у Стива.

 Вместо ответа Эрион оглушил его смехом, насмешливым и заразительным одновременно.

 - Мы были магами изначально. Не знал, что для тебя это новость.

 Стив предпочел промолчать. Все это он, конечно же, знал. Его интересовало, на что еще способен Эрион, но тот не пожелал развивать эту тему. Был ещё один вопрос, волнующий его больше всего: жив ли их наставник и создатель?…

 К сожалению, у него сейчас не было времени на размышления. Борб так и остался стоять возле решетки, глядя тусклым взглядом перед собой. Эрион вновь закрыл ее, а ключи оставил у себя.

 Они прошли еще немного по коридору и свернули в просторный зал. Это был тренировочный зал; здесь были как уже знакомые ему сооружения, так и новые, прежде невиданные.

 Эрион опустил рычаг. Зажегся мягкий желтый свет; Стив медленно прошёлся по кругу, изучая новинки. Схема, что была у него, не давала полного представления о работе всех механизмов. Чего тут только не было: крутящиеся во всех направлениях и подвешенные под разными углами балки, изменяющие конфигурацию лестницы, вращающиеся кольца, ощетинившиеся длинными острыми мечами, узкие ломаные дорожки и тоннели, ощетинивающиеся лезвиями, стоит лишь сделать неверное движение... Стив подозревал, что стены в этом зале были во многих местах бутафорскими, равно как и потолок мог содержать незаметные отверстия, из которых в самый неподходящий момент могли посыпаться дождём стрелы или на твоём пути невесть откуда возникала горящая решётка.

 Эрион опустил второй рычаг. Под полом что-то зашумело, гул, казалось, шёл из недр самой горы. Кольца, лестницы, дорожки, сцепленные между собой лезвия мечей - все пришло в движение.

 - Твоя задача - перейти этот зал.

 - Мило, - усмехнулся Стив. - И как ты себе это представляешь?

 - Примерно так.

 Эрион небрежно скинул свой балахон (тот повис на одном из рычагов) и приблизился к мерцающей в полутьме дорожке. Впоследствии, как он ни присматривался, а заметил лишь тень, которая переходила от одной дорожки к другой, мелькала между рубящими воздух лезвиями, взлетала по лестницам, ступени которых неожиданно исчезали или разворачивались совсем в другую сторону, пропадала и вновь выныривала из тоннелей, с легкостью избегала открывающихся люков, прессов, как он и предсказывал, стрел и сеток-ловушек, а также шипастых металлических бобин, бесшумно падающих или появляющихся из-за поворота с пугающей внезапностью. Не прошло и нескольких секунд, как Эрион смотрел на Стива, улыбаясь, как фокусник, с  другого конца зала. О том, что он преодолел все эти препятствия, свидетельствовали лишь слегка растрепавшиеся волосы, и Стив почему-то не сомневался, что ни один из них не покинул его головы.

 - Это просто, малыш Стиви, - послышался приглушенный шумом моторов четкий голос Эриона. – Так же просто, как умереть.

 - Неужели? - он приподнял бровь и сделал шаг к стартовой дорожке.

 - Не спеши! Не хотелось бы видеть, как ты превращаешься в фарш.

 Эрион пересек зал в обратном направлении.

 - Прежде нужно усвоить несколько вещей. Первое: ты должен перестать чувствовать свое человеческое тело и научиться ощущать себя… воздухом, – он слегка приподнял руки, изображая невесомость. – Для этого нужно расслабиться и закрыть глаза. Пока твои глаза видят, ты являешься тем, чем родила тебя мать, то есть никчемным куском мяса. Второе: закрыв глаза, ощути себя истинного, неуловимого и бессмертного. Это особое состояние. Только достигнув его, ты сможешь доказать своё право на существование, - Эрион слегка улыбнулся. – В твоём случае это надо воспринимать буквально. Доверься всем своим чувствам. Став вампиром, ты приобрел над ними иную власть, нежели то, на что был способен в прошлом.

 - Угу… Как все просто.

 Стив внимательно изучал двигающиеся механизмы, потом перевел взгляд на собеседника.

 - Неужели? - Эрион чуть заметно улыбнулся, - тогда раскрою маленький секрет. Он, между прочим, известен не каждому. Это – моё третье правило. Прежде чем преступить к выполнению движений, примени Зов на самого себя и выполни все то, о чем я говорил тебе ранее. Если у тебя всё получится, помни: ничто не должно нарушать твое внутреннее равновесие, иначе…

 Эрион улыбнулся и выдержал паузу, наблюдая за выражением лица Стивена.

 Не  успел тот задать возникший вопрос, как волна чужеродной воли захлестнула его. Вампир ощутил, что больше не властен над своими мыслями и желаниями. Стив пришел в себя, лишь когда Эрион отпустил его.

 - Подчинись своему Зову! Расслабься и забудь все лишнее. Помни: есть только твое желание, воздух и сила, которой ты владеешь. Ты сможешь это!

 Прошло несколько бесполезных часов. Эрион давно отключил механизм. Освоить «мерцание хамелеона» казалось невозможным; зал представлялся Стиву пыточной камерой.

 Сначала молодой вампир пытался применить Зов на самого себя. После нескольких бесплодных попыток Эрион подозвал Борба. Но и здесь Стив потерпел неудачу: Борб с ненавистью, не усомнившись ни на миг в своей правоте, смотрел Стиву прямо в глаза и отпускал в его адрес проклятья. Остриё осинового колышка, что Эрион грозил воткнуть ему между лопаток, не позволяло Борбу совершить желаемое. Стив, как и прежде, неплохо блокировал зов Эриона, но подчинить себе разум вампира не мог.

 - Не зря Игнариус не хотел учить тебя движениям, - рассердился старший вампир, отправляя Борба прочь. - Видимо, ты просто не способен…

 - Ты отлично знаешь, почему он не обучал меня! – вскипел Стив.

 - Хорошо, попробуем следующим образом: я подчиню тебя своей воле и отправлю в зал, - мрачно произнес Эрион. - Только не вздумай упрямиться.

 За время, проведенное в подвалах склепа, он изрядно устал, к тому же возиться весь день со Стивеном было непозволительной роскошью. К сожалению, у него было слишком много обязанностей.

 Снова зашумел мотор, смертоносная машина пришла в движение. Стив подчинился, но от мысли сунуться в эту мясорубку, находясь во власти вампира, сделалось дурно. Он победил в себе страх, осталось лишь недоверие. А, что там! Все равно он – смертник. Даже если Эрион задумал уничтожить его таким образом, это ничего не изменит. Разве что никто не узнает о том, что произошло здесь... Что, собственно, не играет никакой роли, ведь даже его имя уже под запретом. Стив, сощурив глаза, пристально изучал Эриона.

 - Совет должен видеть твою казнь, жалкий дурак! – Эрион окончательно разозлился. - Как ты смеешь не доверять мне, после всего, что я для тебя сделал?!

 Взгляд Стива смягчился.

 - Ладно, валяй.

 Волна Зова накрыла его, навевая легкое чувство парения. Теперь он знал, каково это - ощутить себя воздухом: появляется невообразимая легкость и желание лететь, со стремительно и заново обретенной гибкостью преодолевая любое препятствие и находя свой путь в этом бесчисленном лабиринте! Он не видел ни вращающихся утыканных шипами балок, ни тёмных узких тоннелей, ни светящейся дорожки – он был ветром, неуловимым и всемогущим. В его видении смертоносная машина будто замедлила свой бег, что позволило ему с лёгкостью избежать любых ловушек.

 Эрион отпустил его в самом конце дорожки. Стив автоматически увернулся от мелькнувшего лезвия, грозившего снести голову с плеч, потом перепрыгнул через ухнувшую под пол плиту и, пробежав по инерции ещё несколько метров, остановился. С противоположного конца зала на него смотрел Эрион. Стив только сейчас осознал, что сумел остался в живых там, где это казалось невозможным.

 - Вот что означает: стать воздухом, - услышал он голос Эриона.

 У Стива не было слов, чтобы ответить. Он до сих пор помнил пережитые ощущения, всем своим существом желая продолжения. «Старший брат» верно истолковал его молчание.

 - Меня ждут наверху. Будь добр, вернись через час в свою комнату. Нам необходимо еще кое-что обсудить.

 После этих слов Эрион просто развернулся и ушел. Стив остался стоять перед ревущей машиной. Он закрыл глаза. Надо было как можно быстрее выбираться отсюда. Несколько часов, проведенных здесь, казались ему вечностью. Стив восстановил по следам памяти яркое и необыкновенное ощущение парения. Никогда еще сформировать направление Зова не было так сложно. Потребовалось огромное усилие воли, чтобы заставить самого себя подчиниться.

 Стив и сам не понял, как это получилось. Он снова стал тенью. Каждое  препятствие давалось легко, время для него вновь замедлило свой бег. Перемещение под действием чужой воли не шло ни  в какое сравнение с тем, что Стив переживал сейчас. Зрение обманывало, и это чувствовалось: пространство искажалось в различных направлениях, то выдавливая его, словно пасту из тюбика, то вбирая в себя, а иногда и вовсе расступаясь, растягиваясь. Вампир мог видеть движение каждого винта в лабиринте, шипы и лезвия плавно разрезали воздух, но не могли зацепить его, он скользил, летел, обманывая время. Сам лабиринт теперь казался сплошным тоннелем. Стив уже видел последнее препятствие, которое его тело с легкостью преодолело. Он остановился на последней плите, где заканчивалась дорожка. Вдруг что-то острое вонзилось в его руку. Он импульсивно отпрянул назад, едва не угодив во вращающийся винт, утыканный шипами.

 Борб нападал. Едва Эрион покинул зал, он появился из дальней комнаты и уже готовился встретить врага, ожидая его появления. В руках старик сжимал длинную пику; с помощью таких обычно загоняли Зверей в клетки. Стиву еще повезло: Борб попал ему в руку, не в голову. Вампир, ловко уворачиваясь от ударов, пятился к двери. Сконцентрировавшись, он попытался вновь стать  ветром.

 На сей раз всё получилось сразу! Теперь он не видел Борба. Старого вампира нельзя было назвать даже препятствием. Стив проскользнул мимо и оказался у решетки. Она оказалась запертой на замок. Эрион запер его здесь наедине с выжившим из ума стариком! Или это не он? Стив обернулся. Борб, разозлившись ещё больше из-за его перевоплощений, вновь ринулся в бой. В одной руке он держал копье, другую вооружил обоюдоострым топором. В другой ситуации Стив согласился бы, что старик выглядел более чем комично. Но учитывая, что коридор слишком узок, а его противник вооружен и сгорает желанием убить, юмор приобретал мрачные оттенки.

 Стив попытался сконцентрироваться на старике, подчинить своей воле его разум. Что оказалось, к сожалению, невыполнимо. Борб был безумен... Действия старого вампира диктовались его слепыми убеждениями, эмоциями и, может быть, даже потребностью. Столько лет общаясь со зверями, поневоле начнешь походить на них. Борб приблизился и остановился в пяти шагах от Стивена. В глазах его была ярость. Выкрикивая угрозы и проклятия, он начал угрожающе размахивать топором,  маленькими шагами приближаясь к намеченной цели.

 Эрион сумел, значит, и он сможет! Стив смотрел в тусклые глаза старика.  В эти секунды вспомнились все наставления Эриона, но достучаться до разума Борба он так и не смог. Их разделяло два шага. Старик замахнулся топором, вложив в этот удар всю свою силу. Стив успел отстраниться. В этот миг он, наконец, понял. Он ощутил волну отчаяния, которую прежде затмевала ярость. Старик пережил все чувства, данные человеку, запечатлев лишь одно из них. Отчаявшись от потерь и крысиной жизни, от невыносимого покоя и бездействия, он потерял смысл своего существования. И нашел его теперь в образе мстителя, желающего смерти убийце его биологического отца. 

 Стив зацепил остатки его разумности. Теперь он мог сказать своему учителю «прости», но вряд ли это что-либо изменило. Он владел разумом  вампира, как если бы тот был обычным смертным. Только в этом случае у него не возникало желания утолить голод. Подчиняясь тому, кого ненавидел, Борб открыл тяжёлый замок на решетке, затем запер ее изнутри, а ключ  положил в руку Стиву.

3. За час до боя

 Найти обратный путь оказалось делом несложным. Лифт открылся на самом верхнем этаже. В большом холле расположились пятеро вампиров в униформе. Прямо напротив лифта на Стива заманчиво смотрела массивная округлая дверь, возможно, ведущая к свободе. Но как только он сделал несколько шагов, выйдя из лифта, стало ясно: уйти ему не дадут. Пять яростных взглядов вцепились в него.

 Дожидаться, когда охранники по-другому отреагируют на его появление, вампир не стал и, отступив обратно в лифт, быстро нажал на первую попавшуюся кнопку. Когда сомкнулись двери, выход обступили все пятеро с оружием наизготовку. Что это было за оружие, Стив разглядеть не успел. Лифт быстро заскользил вниз.

 Он вышел на этаже, где располагались комнаты Эриона. Хозяин ждал его, сидя в золочёном кресле и закинув ноги на  мягкий пуф.

 - Ну как, нашел выход? – усмехнувшись, поинтересовался он.

        Вопрос был двояким: Эрион догадывался, что Стив вопреки разумным доводам все еще не теряет надежды сбежать. Ответ, однако, был однозначен:

 - Нашел, как видишь.

 Не желая задерживаться здесь, Стив направился в свою комнату.

 - Не спеши, малыш, - в свойственной ему насмешливой манере произнес Эрион,  - нам надо поговорить.

 Стиву пришлось остаться. Он сел на тот же стул, где прежде сидел Эрион. Теперь они поменялись местами. Молодой вампир догадывался, о чём с ним хотят поговорить.

 -    Ты страдаешь забывчивостью, Стиви. Наш договор всё ещё в силе: я сделал для тебя всё что мог.

 -    И на том спасибо, старший братец, - в тон ему ответил Стив. - Игнариус действительно был у меня, и это ему я обязан тем, что разговариваю сейчас с тобой. Он приходил, чтобы поддержать меня… и всё.

 Эрион издал короткий смешок, но тем, кто его хорошо знал, было бы очевидно – он ожидал большего и раздосадован.

 -    И всё-таки ты блефовал. Я так и думал! Пожалуй, повторюсь: прошедшие годы сильно изменили тебя, Стив.

 Стивен убрал назад чёрные волосы, вновь спутавшимися прядями скрывающие лицо.

 -    Он вернётся. И не спрашивай, откуда мне это известно.

 Старший вампир внимательно посмотрел на него.

 -    Если так, то жить станет интересней, не правда ли? Но у меня к тебе есть ещё кое-что.   

 - Внимательно слушаю, - изображая заинтересованность, произнес он.

 - Я буду откровенен, хоть ты этого и не заслуживаешь, - Эрион сменил тон на строго официальный, - очень скоро начнется бой. Боюсь, что времени у тебя меньше часа. Это решение было принято без меня и повлиять на него я не могу. Моя  помощь тебе закончилась в тот момент, когда ты вышел самостоятельно из лабиринта. Но, боюсь, этого будет мало. На тебя напускают сразу пару.

 - Мило, - только и смог выговорить он.

 Эрион посмотрел ему в глаза. Стив ощутил, что вампир пытается проникнуть в его мысли и вовремя защитился.

 - Кто она? – в вопросе прозвучала угроза. Стиву не потребовалось много времени, чтобы понять, кого он имеет в виду.

 - Она - маг и моя подопечная, - спокойно ответил он.

 - Она принадлежит Гильдиям?

 - Нет.

 Взгляд Эриона, казалось, проникал в  самую душу сидящего перед ним.

 - Не утруждайся, - Стив отвел его взгляд, что после происшествия в подвалах склепа оказалось неожиданно просто.

 - Вижу, тренировки не прошли для тебя впустую. 

 Стив промолчал. Ему не хотелось возвращаться к расспросам о Доз. Молодой вампир не сомневался, что Эрион хочет именно этого.

 - Ты ранен?

         Он не заметил, что рукав мягкой и плотной белой рубахи окрасился кровью. Рана была достаточно глубокая, почему-то при этом не доставляла ему никаких неудобств и болезненных ощущений. Но не спешила и затягиваться…

 - Тренируя Зов, ты снизил чувствительность организма, одновременно на время утратив способность к регенерации, - Эрион вновь достал из секретера и протянул Стиву заветный сосуд. – Это нормальное явление. Помнишь то ощущение, когда Игнариус укусил тебя? Ты не почувствовал боли, но отметины исчезли только на следующий день.

 Стив старался избегать этих воспоминаний. Он втянул в себя содержимое бутылочки и немедленно почувствовал прилив сил.

 - К сожалению или к счастью, я этого не помню.

 - А зря… Это великий момент. Миг, когда ты переходишь черту и остаешься за невидимой гранью во Вселенной, стоит запомнить. В этот миг твое тело совершило величайший акт в своей жизни. Оно не просто стало бессмертным и мертвым одновременно. Умерщвление – это чушь, придуманная людьми для запугивания. Нет, твое тело полностью перевоплотилось. Вампиризм - это наследие, доставшееся нам от великих существ. Великих для нас и никчемных

 для тех, кто будет сегодня твоим противником.

 - Ты знаешь, кто они такие?

 - Конечно. Игнариус называл их страулами, что в переводе с древних манускриптов означает «летун». Они обладают способностями творить сны, которые порой тесно соприкасаются с реальностью. Летуны даже состоят в дальнем родстве с вампирами. Игнариус говорил, что вытащил страулов из своего сна. И я ему верю, так как лично присутствовал при этом. Игнариус перенес меня в свой сон, меня – и еще троих. И мы устроили охоту на этих существ. Те трое так и не проснулись.

 Многое из слов Эриона было непонятно, но, будучи благодарным слушателем, он молчал. За свою жизнь Стив успел наслушаться сказок об этих существах, но, кто они на самом деле, никому не было известно. Наставник и Эрион – его правая рука – держали все в тайне.

 - Стоит им освободиться и покинуть наши подземелья, они вернут себе силы и способности. И, поверь, тогда они не скажут спасибо вампирам, которые пленили их.

 - В этом случае тебе придётся отдуваться за всех, - прокомментировал Стив. В его речи, нет-нет, да и проскальзывали словечки Доз. - Если конечно... Игнариуса им будет не так-то просто достать.

 - И да, и нет. Мне, возможно, отомстят, но есть и другие, те, что радовались их страданиям, пронзали их тела мечами, а потом запирали в тесные клетки. Те, что сводили их в надежде, что у них родится детеныш. И однажды это чуть не произошло.

 - Лишь однажды? – с сомнением переспросил Стив.

 - Да. Но ты убил детеныша. Это Страул попросил тебя об этом.

 - Это самка – и она действительно просила меня.

 - Не думаю, что самка. Они бесполы. Игнариус это знал, но другие - нет, поэтому ждали потомства столько лет. Как-то он вывел предположение, что они начнут размножаться лишь в случае огромных потерь энергии, приближении смерти. Так оно и произошло. За месяц до боя с тобой существо едва не погибло. Игнариус смог несколько оживить его, но страул уже начал формировать  новую плоть.

 - Что бы произошло, если бы я не убил детеныша?

 - Смерть родителя. Судьбу детеныша предсказать не решаюсь. Возможно, он нашёл бы способ сбежать туда, откуда мы его взяли. Скорее всего, детёныш не стал бы мстить. Эти существа устроены иначе, чем мы.

 - Хорошо. Кто же тогда заразил человечество вампиризмом? – впервые из беседы с Эрионом Стив узнавал что-то новое, хотя не был уверен, что полученная информация может пригодиться во время боя.

 - Низшие страулы. Точнее, отвергнутые. Мне неизвестно, как они очутились здесь и в чем состояли их прегрешения. Когда они только появились в нашем мире (а с тех пор прошло несколько сотен тысяч лет), то были достаточно сильны и могли жить в любых условиях. К счастью, их было не так много, и жизнь здесь казалась им вполне приемлемой. Люди боялись их и избегали. Постепенно страулы стали слабеть. Игнариус как-то сказал, что наш мир постепенно высасывал их силы, этим они платили за возможность существовать.

 Самым опасным для них было солнце, оно жгло им кожу. Со временем они ослабли настолько, что солнечные лучи могли сжечь их, оставив лишь пепел. Почему это произошло? Никто не знает наверняка, хотя строится великое множество предположений.

 Существа стали искать темные прохладные места с высокой влажностью, где присутствует сила. Солнечные Кедры – одно из них, там всё вокруг – земля, лес и его обитатели дышит неведомой мощью, древней, как этот мир. Так было когда-то... – Эрион улыбнулся немного грустно. – Шло время, они всё больше зависели от этих мест; сила магии стала необходима нашим предкам, как воздух всему живому.

 Это – та самая сила, что так необходима любой магической обители, та сила, которая привлекла верующих. И тогда люди придумали Создателя, сделали его сверхчеловеком, наделив магическими способностями, сочинили миф о божественном происхождении мира, а затем, желая обрести власть над большинством, применяли магическую силу, вкладывая ее в строчки молитв, освящая иконы, церковные кресты. И простые люди поверили, подчинились.

 - Кажется, продолжение этой истории мне известно, - задумчиво произнес Стив. У него еще оставалось великое множество вопросов, и первый из них был о том, как Игнариус смог укротить страулов и заставить жить в чужом, враждебном мире. Эти сведения могли пригодиться…

 Но задать вопрос он не успел. За стеной послышался легкий шум, переходящий в настойчивый стук. Эрион легко поднялся с кресла и подошел к стене. Казавшаяся прочным монолитом, та с легким шорохом расступилась при его приближении. В холле стоял высокий вампир. Увидев в комнате постороннего, он шепотом что-то сообщил Эриону. Похоже, новость была долгожданной – последний заметно оживился. На прощание он попросил Стива, как и положено добросердечному хозяину, чувствовать себя как дома.

 - Возможно, я не успею к началу боя. Тебя проводят к арене. Будь готов. И, кстати, верни мне ключ от подземелий.

 Все это прозвучало настолько обыденно, как будто речь шла о приглашении на вечеринку. Взгляд Эриона также оставался прохладно-вежливым.

 Стив чуть заметно кивнул и отдал массивный, изъеденный ржавчиной ключ.

 Эрион немедленно покинул комнату. Стена восстановилась, как только он переступил порог.

4. Кабинет Эриона

 Стив несколько минут сидел неподвижно, размышляя обо всем услышанном. Потом он подумал, что не помешало бы привести себя в порядок перед боем. Он снял рубаху, рана на руке и в самом деле была глубокой. Борб умудрился рассечь его предплечье почти до кости. Восстановление ткани шло очень медленно. Воспользовавшись платком хозяина, небрежно брошенным на столик, он, как мог, перевязал рану.

 Не зря Марла старалась, подбирая ему гардероб. Стив без зазрения совести выкинул изорванную одежду и переоделся, потом убрал волосы. Воспоминания о красавице навеяли лёгкую грусть. Конечно, вторичная смерть – самая большая неприятность, что может произойти с вампиром, но все-таки, как ни скажет Эрион, это - событие, достойное того, чтобы в последний раз почувствовать себя значимым.

 В поисках того, чем бы заняться, Стив прошелся по комнате, разглядывая многочисленные светильники, украшающие стены. Похоже, у Эриона с годами началась ностальгия по солнечному свету.

 Он подошел к письменному столу. Аккуратно сложенные стопки папок, корреспонденция, перо, чернила, личная печать Эриона в резной деревянной шкатулке. Все было в идеальном порядке. На глаза попался интересный предмет, похожий на перо, только значительно толще, наконечник был более тупым и пачкал руки. Ещё одно новшество – несомненно, снова от них. Он вспомнил слова Эриона о тех, с кем вампирам приходится сотрудничать, и вновь задумался, чем же в конечном счёте закончится этот проект.

 Стив взял со стола верхнюю папку. Здесь были отчеты из Мантиньского Священного Дома– в памяти всплыло письмо, найденное Доз у одного из убитых раритов, в первый день их знакомства. Стив с интересом начал перелистывать документы. В основном, это были бухгалтерские отчеты о приходах и расходах, также краткие комментарии и замечания. Вампиры следят за финансами Священных домов... Это выглядело очень странно. Но вскоре Стив наткнулся на более интересную информацию, содержащуюся в письмах:

 «Уважаемый мессия Эрион! Сообщаем вам, что Энри, бессмертного возраста пятидесяти трёх лет, прошел подготовку и в первых днях месяца первого снега будет произведен в сан мессии. Его способности и уровень силы полностью соответствуют Вашим требованиям». Дальше стояла неразборчивая подпись и гербовая печать отправителя.

 Стив несколько раз перечитал короткое письмо. Потом взял следующий, некогда сложенный вдвое лист.                                 

 «Найдено захоронение четырех вампиров, находящихся в состоянии глубокого сна более пятнадцати лет. Двое из них - слабые существа, непригодные для передачи своих способностей. Другие: Агней – бессмертного возраста 75и лет и Диметрий – бессмертного возраста 120и лет, располагают достаточной силой. Пробуждение не составило трудностей. У Диметрия отмечаются данные для последующего развития».

 Стив, не веря своим глазам, читал страницы. Подобных сообщений было более десятка, и вскоре наткнулся на письмо, имеющее к нему непосредственное отношение.

 « От 33 дня месяца природного изобилия была замечена прямая инициализация в районе Гартийских лесов вблизи Приречной Кельи. Отловить вампиров не удалось, посланники были убиты. Замеченные вампиры были захвачены санами Кельи отца Антуана, но им снова удалось сбежать. Святое место не уничтожило этих существ, что свидетельствует о востребованных магических способностях. Мы продолжаем поиски».

 Стив крепко задумался. Маньтиньский Священный Дом – именно там воспитывают мессий. Они с Доз в своё время перехватили их почту, но теперь то письмо лежит на дне подземного озера. Что произошло, пока он спал? Что же теперь представляет из себя церковь? Что осталось от светлой магии, которую привлекали своими молитвами святые отцы? Возможно, Доз права, и власть в этом мире досталась тем, кому суждено вечно оставаться в тени. И почему этого не произошло раньше? Неужели неизвестные строители и здесь приложили руку?

 Стив уже собрался отложить в сторону папку, как из нее выпал сложенный лист. Вампир автоматически развернул его.

 «Очередная партия махуа была изъята в районе поселка Озерный, Линсенского края. Магу, распространявшему ее, удалось скрыться, но, по полученным сведениям, он принадлежит  гильдии Скрытого Острова, о чем так же свидетельствует изображение волны на изъятой коробке с сухим зельем. Святые отцы начали работу по просвещению населения городов и крупных поселков о вреде употребления подобных трав».

 Внутрь был вложен еще один конверт: «Согласно вашему указанию, запрет на хранение и употребление махуа введен в действие от 12-го дня месяца падающей воды. Курение официально признано правонарушением, людей, преступивших этот закон, ждет наказание – смертная казнь через отсечение головы».

 На всех письмах стояла гербовая  печать Мантиньского ордена кроваво-красного цвета.

 Стив вернул листы в папку. Все это с трудом укладывалось в голове. Маги возвращаются. Они подсовывают людям какие-то травы... Для чего? Желая вновь обрести над ними власть? Он вспомнил, как Доз говорила, что усыпить человеческий разум очень легко, Стив, как вампир, и сам это знал. Вампиры-мессии, а с ними и церковь, против этого вмешательства. Эти тоже, как ни скажет Доз, тянут одеяло на себя?

 Он положил папку на место, внезапно ударившись коленом о какой-то ящик. Деревянная дверца, которую украшал серебряный замок, приоткрылась. Эрион забыл закрыть ящик своего стола? Это выглядело и в самом деле странно. Стив приоткрыл дверцу пошире. На самом верху аккуратной стопки лежала серая папка. Надпись на обложке гласила: «Мужская Семинария – «Детский  Рай»».

  Стив вынул ее и стал поспешно листать страницы. Но в списке прибывших детей от двадцатого дня месяца засыпающей природы не было имени Тайлера.

 Стив в надежде, что мальчик успел скрыться, закрыл папку и вытащил следующую. Эта была прислана из женской Семинарии, она была несколько толще предыдущей. Сам не зная зачем, он открыл папку, и ему на колени неожиданно выпал конверт, который так бережно хранила Доз. Стив некоторое время в замешательстве смотрел на него, пытаясь собраться с мыслями. Потом стал неуверенно перелистывать исписанные листы бумаги. На странице озаглавленной надписью «Список новоприбывших от двадцать первого дня месяца засыпающей природы», он встретил имя, показавшееся странно знакомым: Маша Агарес.

 Надо же - она взяла его фамилию!

 Но как это возможно? Доз попала в «Детский рай» – но она же вампир?!

 В полной тишине за стеной Стив услышал мягкий шелест раскрывающихся дверей подъемника. Вернув все бумаги в ящик стола, он поспешно сунул заветное письмо за пазуху, вспомнив привычку Доз.

5. Среди себе подобных

 Резкий свет до боли пронзил глаза даже через закрытые веки. Она зажмурилась. Голоса, доносившиеся будто сквозь сон, зазвучали ближе и четче. Доз сделала глубокий вдох, воздух приятным холодком защекотал ноздри, она снова дышала. Вампиресса ощутила прилив сил, но вместе с тем тупую боль и какую-то пустоту в душе.

 - Очнулась, - скорее всего, речь шла о ней.

 Неизвестному никто не ответил. Другие голоса вели беседу:

 - Значит, вы утверждаете, что она причастна к поджогу школы? - в мягком бархатном голосе звучала насмешка.

 - Поймите, - не узнать тихий старческий голос было невозможно, - она была живой, ее жизнь видели мы все: я, чархи. Она была живой, хотя и слабой. Я наблюдала за ней в столовой – она ела, как все. Все было спокойно, никто и подумать не мог, что начнется такое...

 - Ее шея, господин, - послышался другой мужской  голос.

 Доз почувствовала, как кто-то наклонился, чьи-то холодные пальцы дотронулись до нее. Последовала недолгая пауза, потом старуха разразилась воем.

 - Клянусь, я не кусала ее! Я бы не стала этого делать: подобное грозит рассекретить нашу деятельность. Это сделал кто-то другой! Она - дрянь, шпионка, проникшая сюда обманом!

 - Молчать! – отрезал бархатный голос. В нем было столько жестокости, что Доз внутренне содрогнулась.

 - Глупая старая ведьма, ты при всем желании не смогла бы ей навредить! Кстати, что произошло с твоим прихвостнем чархом, который якобы все про всех знает?

 Снова последовала недолгая пауза, завершившаяся тоскливым старушечьим воем.

 - Он мертв...

 - Уж не от старости ли скончался?

 - Его убил вампир, - сдавленным голосом произнесла Абраха.

 Усмешка.

 - Как мило. Странно, но я даже начинаю догадываться, кто этот негодяй.

 - Не может быть! – воскликнула старуха, а затем продолжила уже шепотом. - Это она?

 - Конечно. Еще эта милая девочка смогла сотворить щит в противовес Зову одного из сильнейших мессий. Это милое, полное жизни дитя... Сломала силонакопитель, убила надзирателя, пыталась сбежать – и умудрилась ничем не возбудить ваших подозрений! Не удивлюсь, если она же посодействовала в исчезновении двадцати пяти воспитанниц семинарии! - В голосе говорящего гнев и насмешка слились воедино.

 Сердце Доз едва не выпрыгнуло из груди. Они ушли! Все! Она даже предположить не могла, как сумели спастись девочки слайдеры, но главное их больше нет в том ужасном месте.

 - Абраха Купринус! С этого момента вы разжалованы и будете преданы суду. Уведи ее, Карпир.

 Снова горестный вой, на этот раз удаляющийся, постепенно стихающий. Снова кто-то дотронулся до ее шеи. Доз узнала того, кто почувствовал ее пробуждение и поняла, что таиться бессмысленно. Девушка приоткрыла глаза.

 Над ней склонился мужчина в черном плаще мессии.

 - Как ты себя чувствуешь? - поинтересовался он.

 Доз попыталась ответить, но не смогла даже открыть рот.

 - Калисто, приведи ее в чувство, - распорядился вампир. Его голос звучал по-деловому бесстрастно.

 Доз сделалось не по себе. Девушка не знала, чего от него можно ожидать.

 К ней подошел молодой с виду парень (впрочем, Доз уже усвоила, что возраст вампира - понятие относительное). Он поднес к ее губам невзрачный сосуд.

 Доз не успела удивиться, как поток жизни хлынул в нее, теплом и бодростью растекаясь по всему телу, действуя почти так же, как алкоголь.

 - Достаточно, - произнес мессия. - Ты можешь отвечать на мои вопросы?

 Доз кивнула. Мужчина обошел вокруг, задумчиво рассматривая её. Доз только сейчас поняла, где лежит; события, казавшиеся давним сном, всплыли в памяти. Скосив глаза, она увидела, что её одежда по-прежнему порвана и запачкана кровью, что было бесспорным доказательством реальности случившегося. Не в силах сдержать любопытства, она пошевелила рукой, не без усилий подняла ее и прикоснулась к шее. С левой стороны было несколько грубых, но абсолютно безболезненных шрамов. Её рука упала без сил.

 - Когда это произошло? – строго спросил мессия, внимательно наблюдавший за ее действиями.

 Доз в свою очередь с интересом разглядывала его, на вопросы отвечать не хотелось. Она узнала в нем вампира, что, стоя в тени кареты, на площади, наблюдал казнь со стороны. Это был тот самый, знакомец Стива. Правда, имени его она не помнила. После  Стива и Абрахи это был третий по счету вампир, с которым ей довелось общаться. Он выглядел моложе Абрахи, но далеко не юным, каким казался Стив. Длинный плащ-накидка, белая рубашка со стоячим воротником и элегантные чёрные штаны до колен, на ногах – чудные остроносые сапоги – всё это придавало его облику загадочность и даже некоторую романтичность; блестящие черные волосы были тщательно расчесаны и спускались по широким плечам почти до пояса. Под одеждой угадывались мышцы, вампир был высок и строен. А еще она никогда не встречала людей с таким лицом – это было лицо властителя: оно выражало уверенность в себе, силу воли и мужественность – с одной стороны; мудрость и затаённую печаль – с другой.

 - Хорошо. Начнем со знакомства, - бархатным голосом произнес вампир. Четко произносимые слова звучали по-особенному мягко. - Меня можешь называть Эрионом. А как мне обратиться к юной леди?

 - Где Стив? – вырвалось у Доз. Она спохватилась, что выдала себя, но было уже поздно.

 - Мило. Значит, я не ошибся. Впрочем,  все сходится. Но все же, твое имя мне неизвестно. В «Детском Раю» ты назвалась Марией Агарес, но я не уверен, что малыш Стиви зовет тебя именно так, - Эрион изобразил на лице добродушную улыбку. – Ты ведь не сестра ему, верно?

 Доз едва сдержалась, чтобы не плюнуть вампиру в лицо. Эрион перехватил ее взгляд.

 - Не пытайся убить меня взглядом, милая. Между прочим, как это ни странно, судьба твоего друга меня несколько беспокоит.

 - Где он? – снова спросила Доз.

 Эрион снова улыбнулся.

 - Вижу, тебя чрезвычайно интересует ответ на этот вопрос. Пока он жив и бессмертен, но, что с ним произойдет через полчаса, даже мне неизвестно.

 Доз испытующе посмотрела на него.

 - Сама можешь подняться?

 Девушка попыталась сесть, но из-за сильной слабости во всем теле ее попытка не увенчалась успехом.

 Эрион развернулся к двери, где, изображая статую, стоял моложавый вампир.

 - Приведи двоих чархов, потом ступай в салон «Темная Богиня» и принеси для нее новую одежду.

 Вампир на миг растерялся, но, поймав взгляд Эриона, поспешил исполнить приказания.

 - Моя дорогая принцесса, признаюсь, ты меня сильно удивила, - его голос вновь стал мягким и вкрадчивым. -  Не ожидал, что ты проникнешь в «Рай» и сумеешь затеряться среди живых... Признаюсь, удивила.

 Доз продолжала  молча слушать.

 - Привычку вести вежливый разговор ты, похоже, переняла у своего наставника. Что же, дело твое. Очень скоро твоего дружка растерзают существа, с одним из которых, по всей вероятности, ты уже успела познакомиться. Об этом и поговорим.

 - Вы можете не допустить его... окончательной смерти? – тихо спросила Доз, каждое произносимое слово отдавалась болью в горле.

 - Что? – Эрион склонился над  ней. - Я что-то услышал, или это скрипят мои сапоги?

 Доз промолчала.

 - Для начала, милая, мне интересно узнать твое полное имя и разобраться, кто ты есть.

 - Мои друзья зовут меня Доз. Когда меня поймали, я придумала себе имя и взяла фамилию своего друга.

 - К какому роду ты принадлежишь? – резкий вопрос застал ее врасплох.

 - Я... не знаю. Доз – так меня звали с самого рождения.

 Эрион внимательно посмотрел на нее.

 - Ты в этом уверена?

 Доз ответила кивком головы.

 - Тогда почему тебя ищут? – вновь спросил он; в голосе прозвучали нотки недоверия.

 Девушка непонимающе  нахмурила брови.

 - Кто? – только и смогла выговорить она. Волна страха пробежала по телу и замерла где-то в животе, образовав холодный колючий ком. В памяти всплыл притон и его обитатели.

 - Не важно, - неожиданно закрыл эту тему Эрион.

 В этот момент вернулся Калисто.

 Он подтолкнул в образовавшийся дверной проем двух маленьких лохматых человечков. Приглядевшись, Доз узнала в них представителей небольшого народца, - охранников и рабочих «Детского Рая». Бухл был одним из них. Только те были покрупнее и более угрюмы, то есть, как-то больше походили на медведей, а эти и вовсе казались детьми. Они испуганно оглядывались по сторонам, но, увидев Эриона, доверчиво, даже с некоторым подобострастием, поклонились ему.

 - Ты принес одежду? – он не счел нужным ответить на приветствие коротышек.

 Калисто немного замешкался, а потом слегка подтолкнул к нему одного из чархов. Малыш, державший в руках пакет, немедленно протянул его Эриону.

 Доз с трудом приподнялась на локтях. Она с изумлением смотрела на человечков. Они были такие милые в своих синеньких штанишках на серых подтяжках. Худенькие, их тела были сплошь покрыты густой блестящей шерстью. Лица чархов почти ничем не отличались от лиц людей, на щеках и подбородке у них росла несколько иная шерстка, жесткая и торчащая в разные стороны, глаза были меньше человеческих и блестели, как чёрные бусинки. В отличие от охранников «Рая», их  лица излучали доверие и слепую покорность, отчего еще больше напоминали детские.

 - Оставь нас, -  распорядился Эрион, и Калисто без слов скрылся за дверью.

 - Для начала тебе надо подкрепиться, восстановить силы, - обращаясь к Доз совершенно будничным тоном, произнес вампир.

 Она не сразу поняла, о чем идет речь. Человечки тем временем, не сговариваясь, попятились к стене, продолжая робко заглядывать Эриону в глаза. В их глазах читались и страх и фанатичное обожание…

 - Чахры – низкорослый северный народец. Это люди пещер; их глаза прекрасно видят во тьме. Они - наши незаменимые помощники. Чахры верят в наши силы и высшее предназначение. Для них нет большего счастья, чем отдать нам свою жизнь.

 - Что ты несешь, урод?! Да они же как дети! – Доз охватила ярость. Она с ненавистью смотрела на стоявшего перед ней мужчину. Гордый и независимый, он привык, что ему подчиняются. Он такой же, как все, осознающий только свое господство, свою власть, себя! А все, что вокруг, кто рядом - их нет, нет и не будет в его глазах. И таких, как он, не остановить, от них не убежать, потому что они нуждаются в тебе, считая тебя своей собственностью…

 - Успокойся, девочка, - его взгляд стал более жестким. - Ты лучше меня знаешь, как надо жить, чтобы выжить. Да, они просто еда. Наша еда. И наши люди сделали все, чтобы эта еда стала, как можно доступнее для нас.

 - Разве вы - люди? – с горькой ухмылкой произнесла она.

 - В этом смысле, может, и нет. Но разве это так важно? Или все же важнее то, что твой дружок наставник очень скоро прервет свое жалкое нечеловеческое существование. Впрочем, возможно, для такого славного мальчика это лучшая судьба...

 - Ты врешь! – Доз не могла заставить себя говорить спокойно. - Ты просто хочешь заставить меня убивать! Как все, как Ромка, как Тоха... Но не дождешься. Я пас! Понял? Вы все мне надоели!

 Доз постаралась вылезти из гроба, но ей не хватило сил, и девушка неловко упала на мягкую ткань обивки.

 - Я растроган! – приложив руку к груди, смеясь, произнес он, - юная леди, ваша речь производит впечатление. Столько эмоций, столько имен! Кстати, а почему Стивена Агареса упустила? Или он стоит в конце списка, и ты не сочла нужным его упомянуть?

 Доз услышала свое собственное рычание.

 - А может, девочка прощает своего наставника? Что ж, это похвально. Знаешь, милая, я с тобой полностью согласен - этот юноша достоин твоего прощения. И если он сегодня выживет, я с удовольствием посоревнуюсь с тобой в завоевании его расположения.

 Ее ярость немного поутихла. Эрион, почувствовав это, подошел к ней вплотную и заглянул в глаза.

 - У нас нет времени на разговоры! Если хочешь спасти своего горе-наставника, поторопись. Без живой крови ты не сможешь встать, глупышка. Призови этих двоих! – его голос теперь звучал так же жестоко и властно, как прежде с Калисто или… Абрахой.

 Доз упрямо стиснула зубы. Она почувствовала, как к глазам подступили слезы.

 - Знаешь, мне симпатичен твой наставник, симпатичен настолько, что я готов пожертвовать многим ради спасения его никчемной шкуры. Но я начинаю задумываться -  стоит ли он этих жертв? Ты поймана и, если следовать первоначальному плану, к вечеру будешь у заказчика. Стивен – преступник и должен умереть. Могу предложить альтернативу: сейчас я уйду и запру тебя здесь, обессиленную.

 Эрион повернулся к двери с явным намерением уйти.

 - Стой! Хорошо, я поверю тебе. Назови причины, по которым ты хочешь спасти его.

 Вампир обернулся.

 - У меня те же причины, что и у тебя.

 Значит, они друзья... Она здесь, чтобы спасти друга. Вспомнилось лицо Стива, когда его схватили на площади, его рука, запрещающая вмешиваться, Тай в пещере…

 Не поднимая глаз на коротышек, она подозвала их к себе. Даже когда ее зубы вонзились в шею первого человечка, она не выпускала из-под контроля волю второго, повелев ему погрузиться в сон. Силы наполняли ее тело. Но в этот раз не было наслаждения, не было ощущения парящей эйфории. Она забирала чужую жизнь, не чувствуя радости.

 Когда второй чарх упал замертво на выложенный каменными плитами пол, Доз, преодолев легкое головокружение, спустила ноги вниз.

 Эрион помог ей, и, взяв под руку, вывел в коридор. Света здесь не было, но Доз и в темноте видела, какой он длинный. Стены его украшала мозаика, правда, рассмотреть изображения она не успела.

 Эрион сунул ей в руки  пакет с одеждой и, подхватив на руки, полетел… Доз в ужасе прижалась к его груди. Никогда еще ей не было так страшно. Одно дело – мчаться в автомобиле или парить в образе птицы. Но теперь мир как будто исчез, они погрузились во тьму, и, рассекая воздух, мчались в неизвестность. Даже сам воздух, казалось, стал другим, или это искажалось пространство вокруг них? Кошмарный полёт, наконец, закончился. Эрион остановился также неожиданно, как и взлетел, и опустил ее на пол. Пришлось поддержать её рукой, так как она, не успев прийти в себя, едва не упала.

 - Конечно, Стиви не рассказывал тебе про движения тени, - почему-то шепотом произнес он и быстрым шагом повел ее по узкому коридорчику.

 - Как вы это делаете? – не удержалась от вопроса Доз.

 - Просто, милая, очень просто. Я уверен, ты научишься этому намного быстрее, нежели другие живущие во тьме.

 Доз промолчала, отчасти потому, что у нее не было времени ответить. Эхо распространяло звук шагов, движущихся в их направлении.

 Эрион вновь подхватил ее, и они свернули в небольшой закуток, который Доз прежде не заметила, приняв за часть мозаичного рисунка. Она услышала, как щелкнул ключ в замке, и они оказались в темной комнате. Впервые за долгое время глаза Доз ничего не видели. В этом помещении царил полный мрак, она даже не могла определить, с какой стороны находится дверь.

 - В трех шагах прямо перед тобой есть кресло, - послышался за спиной приглушенный голос ее спутника. - Твоя задача - быстро переодеться. Я вернусь через две минуты.

6. Бой

 В полной тишине за стеной Стив услышал мягкий шелест раскрывающихся дверей подъемника. Вернув все бумаги в ящик стола, он поспешно сунул заветное письмо за пазуху, вспомнив привычку Доз.

 Конверт плотно прилип к телу вампира. Он почувствовал волну жара, в один миг охватившего его от макушки до пят. Стив осознал, что падает на пол; раненую руку пронзила резкая боль, тело отказывалось двигаться...

 Где-то совсем рядом послышались насмешливые голоса, он ощутил, как его подняли под руки и куда-то повели.

 Большую часть этого пути Стив прибывал в небытии. Ему помогли подняться по ступенькам, в застилающем глаза красном тумане он видел тяжёлую металлическую решетку; ключ лязгнул, поворачиваясь в замке. Кто-то толкнул его в образовавшийся проем и запер решетчатую дверь. Режущий глаз белый цвет, холод и яркий свет: он остался один на арене. Сделав над собой усилие, Стив смог удержаться на ногах. Вампир слышал нескончаемый гул голосов со всех сторон. Рана на руке горела. Здоровой рукой он коснулся холодного метала. Он и не помнил, когда ему надели пояс с мечом. Стив был приятно удивлен, увидев, что это его рунный меч, прежде столько раз спасавший ему жизнь.

 Сила, излучаемая конвертом, колола иглами, жгла кожу, при этом проникая все глубже в его тело. На периферии зрения стали мерцать видения, от которых мурашки пошли по коже:  Обнаженный юноша появился в пространстве, склонив печально голову он медленно приближался к Стиву, и от этого вампиру сделалось не по себе. В печальном юноше он узнал себя.

  Стив попытался избавиться от конверта, но в этот миг у него за спиной послышались шелестящие звуки расправляющихся крыльев. Вампир успел отпрянуть в сторону, спасаясь от ужасных когтей, и рубанул мечом наугад. Страулы поднялись в воздух и закружились вокруг него. Стив машинально отбивал их ленивые выпады, стараясь не обращать внимания на назойливое видение, так не вовремя посетившее его. Животные играли с ним...

 Избавиться от конверта стало вовсе невозможным: Звери заметили его попытки достать что-то из-за пазухи и нарочно не давали ему сделать этого.

 Стив выбрал нужный момент, чтобы заставить свое тело подчиниться собственному Зову. Сильная боль притупляла сознание. Он почувствовал, что Зов вышел иным, и, хотя его тело приобрело невесомость и могло легко перемещаться, ускользая от лап Зверей, перед глазами мелькали ужасающие видения происходящего вокруг. Призрачный юноша теперь был в пределах арены, все в его облике несло печать скорби и страдания. Гул толпы, мощные, со свистом пронзающие воздух, удары когтистых лап, острые клыки, режущие воздух крылья, мелькание собственного меча, с каждой минутой тяжелевшего в его руках... Жесткий росчерк в воздухе закончился багровым дождем.

 Равновесие было нарушено: он снова появился во плоти перед взорами зрителей, алчущих крови. Стив не сразу понял, что это была его кровь, хлеставшая из плеча. Он не видел, что произошло с рукой, но в сознании запечатлелось как факт: он лишился ее.

 Силы покидали тело вампира. Ноги не желали слушаться, теперь он стоял на коленях, обороняясь. Стив видел, как на него, словно молния, несется серое существо. Вампир выставил меч для защиты, прекрасно понимая, что если сейчас не встанет, не сможет спастись. Он не смог. Тёмные крылья накрыли его плащом, пронзительный свист заложил уши. Зверь защищал его. Два серых создания поднялись высоко в воздух; теперь они яростно дрались между собой или, вернее, спорили. То самое существо, которому он когда-то помог, теперь пыталось спасти его никчёмную жизнь!

 Но, кажется, напрасно. Последняя мысль пронеслась в голове: «Я свободен!» Невыносимая боль... Серебристая завеса, а за ней – темнота... Глухая тишина.

 7. Страулы

 Послышался шорох закрывающейся двери. Доз осталась стоять совсем одна. Давно она не ощущала такой отчаянной робости перед неизвестностью. Девушка отогнала прочь дурные мысли и сделала три шага вперед. Вытянутая рука наткнулась на мягкую спинку велюровой, как можно было судить на ощупь, обивки кресла.

 Переодеваться в полной темноте было непривычно. Но, к счастью, ее новая одежда была незамысловатой: брюки, которые были Доз немного велики (она подогнула низ и затянула потуже пояс), то ли плотная рубаха, то ли куртка и пара ботинок на размер больше ее ноги. Но Доз и этому была рада. Форма, выданная в «Раю» была порвана и запачкана ее собственной кровью. Жалеть ее Доз собиралась меньше всего. Девушка сунула испорченное платье в пакет и села в кресло. Оно оказалось слишком мягким, казалось, что она тонет в ватных подушках. Доз прикрыла глаза.

 Из темноты послышался тихий свист.

 Вампиресса вздрогнула, полный мрак создавал ощущение опасности.  Она ясно ощутила, что в комнате появился кто-то еще, и этот кто-то приближался к ней. Шелестящие звуки сопровождали тихие, по-кошачьи мягкие, шаги. Повеяло легким холодом.

 - Кто здесь? - от страха голос ее прозвучал выше обычного.

 «Твоя помощь», - в ее голову проникли чужеродные мысли. 

         «Милое местечко, его создатель потрудился на славу. Кажется, я даже узнаю руку творца», - на манер светской беседы рассуждал голос.

 - Где ты? - Доз не потребовалась много времени, чтобы узнать этот свист и шепот, ворвавшийся в ее собственные мысли.

 «Здесь, рядом. Дав тебе слово помочь, я стало твоим постоянным проводником и попутчиком. Хотя нет, я перестану им быть в тот момент, когда ты расплатишься со мной. Но это потом. Интересно все-таки устроена жизнь у этих существ! Интересно и примитивно. Но, думаю, ты не успеешь соскучиться. Используя понятие времени, к которому привыкла, ты не сможешь долго оставаться одной из них. Не так ли?»

 Не дожидаясь ответа, существо покинуло ее мысли, оставив после себя тишину и покой. Доз физически ощутила, как где-то совсем рядом затаилась неведомая сила.

 В этот момент с тихим шорохом открылась дверь.

 - Ты готова? – голос Эриона прозвучал словно издалека. Казалось, присутствующая здесь тьма заглушает звуки.

 - Да, - Доз покинула уютное кресло и, вытянув перед собой руки, пошла на голос.

 Эрион за руку вывел ее в коридор. Выйдя, Доз инстинктивно зажмурилась.

 - После мрака даже темнота ослепляет, - вампир будто прочитал ее мысли. - Нам надо спешить. Его уже вывели на арену.

 Быстрым шагом они дошли до огромной двери в конце коридора. Изнутри слышался рев толпы и пронзительные крики каких-то животных.

 Эрион на секунду замешкался и заглянул в глаза девушке. В его взгляде были надежда и сомнение одновременно.

 - Надеюсь, что не ошибся в твоих способностях, девочка, - произнес он и резко распахнул двери.

 Голоса оглушили ее. Это действительно была арена, напоминающая цирковую. Бесчисленные зрительские ряды были заполнены ревущими от возбуждения и восторга зрителями. Ряды были расположены по спирали и представляли собой огромную воронку, у основания которой на мерцающем поле цвета утреннего солнца шло сражение. Высоко, к самому куполообразному потолку, поднималась прочная на вид металлическая решетка, достаточно разреженная, чтобы не мешать следить за происходящим.

 В первый миг Доз увидела летающих существ, похожих на ящеров из эпохи динозавров, показавшихся ей смутно знакомыми… или похожими на кого-то. На арене была кровь – пятна бордовой крови вампира. Одна из «птиц» рванулась к бойцу, разрывающий душу свист заглушил рев зрителей, другая, кружась, готовилась к атаке. Жертва  -   коленопреклоненный  человек, одетый в черное.

 Да это же Стив! В одной руке у него меч, а  другая… ее не было вовсе.

 «Господи, как же преодолеть эту решетку!»

 Одна  из летающих тварей внезапно накрыла плёнчатыми крыльями вампира. Потом вновь взмыла в воздух; два создания будто спорили о чём-то. Похоже было на то, что по неведомой причине крылатое существо хочет сохранить жизнь бойцу. Но другой с прежней яростью бросается на противника. Первый, раненный, несётся следом, громко крича. Стив покачнулся и упал, потеряв сознание. Сейчас или никогда!

 - Помоги! – ее зов потонул в общем гуле.

 Мир потерял свои очертания. Она больше не видела ни зрителей, ни зала. Марелиана рванулась наперерез несущемуся зверю. Неведомая преграда остановила ее, боль пронзила тело. Она кричала и не слышала себя. В этот миг существо обрушилось на Стива…

 Но тут произошло то, что заставило умолкнуть толпу и замереть в ожидании.

 Яркое свечение вырвалось из-под черной рубахи парня и поглотило в себя существо. Стив распластался на залитой кровью арене. От существа остался лишь пепел, словно снегом припорошивший тело вампира. Второе животное перестало кричать и замерло в воздухе. Доз, вцепившись в прутья решетки, ошарашено смотрела вниз.

 Ее внимание привлек приглушенный ропот, похожий на далекий раскат грома.

 Все посмотрели вверх. Своды залы постепенно таяли, поглощались темным пятном. Происхождение этого нечто вызывало немой ужас и оцепенение. Пустота, так робко пробирающаяся поначалу, с неимоверной скоростью разрасталась, засасывая в себя пространство: сначала своды и верхние сплетения решетки, потом повалились колонны, поддерживающие потолок, во мраке таяли стены…

 Невообразимый грохот, крики вампиров, суета, тучи пыли... Зрители спасались бегством, образуя давку при выходах и напоминая разворошенный муравейник. Они без зазрения совести дрались, толкались, затаптывали тех, кто падал.

 Доз в замешательстве наблюдала за происходящим. Она все еще висела на шатающихся, лишённых опоры, прутьях решетки. Ее внимание привлекла одна единственная фигура, что, в отличие от остальных, бездействовала. Эрион стоял в верхнем ряду и, скрестив на груди руки, смотрел на нее. В его глазах читалось удовлетворение. Такой взгляд бывает у тех, кому удалось свершить задуманное. Доз показалось, что он улыбнулся и что-то сказал ей, но это было почти неуловимое движение губ, и понять смысл она не смогла.

 Чернильное пятно мрака перестало расти, зловеще нависая  над ними и пугая неизвестностью.

 Что-то тенью мелькнуло внизу. Она опустила взгляд. На арене никого не было, лишь рунный меч одиноко поблескивал среди пепла и пыли.

 Внезапно девушка почувствовала, как мощный поток воздуха затягивает ее наверх. С  минуту она пыталась удержаться за прутья решетки, та громыхала и гудела от напряжения. Долго это продолжаться не могло, силы рук не хватало. Паника охватила её, ледяной рукой сжимая горло. Так не хочется умирать в пустоте, во мраке! Девушка почувствовала чьё-то успокаивающее прикосновение, похожее на дуновение ветра. Неведомый друг из сна, он здесь!  Она расслабилась и полетела в темную бездну.

 Страул подхватил ее в воздухе.

8. В потоке энергии

 Они вырвались из мрака и понеслись в вышину. Девушка почувствовала сильное жжение по всему телу.

 «Потерпи», - короткая мысль в голове.

  Марелиана только сейчас поняла, что сидит на спине существа. Его крылья совершили несколько взмахов и этого хватило, чтобы подняться на высоту, где воздух практически отсутствовал. Впереди вновь появилась темная пропасть. Они нырнули туда, как в воду.

 Марелиана вначале показалось, что ничего не произошло. Она ожидала, что они вновь погрузятся в кромешную тьму, но этого не случилось. Хотя нет, что-то было не так. Конечно! Как и в ее сне, здесь не было солнца. Девушка, как ни крутила головой, не смогла обнаружить источник света. Вновь создалось впечатление, что мягкий, рассеянный свет рождается в самом воздухе.

 Устроившись поудобнее на гладкой серой спине зверя, Марелиана наслаждалась полетом. Послышался знакомый свист и хлопанье кожистых крыльев. Девушке стало стыдно: она совсем забыла о нем. Так вот кого ей напоминали летающие «ящеры»!

 Это тоже страулы, только немного иные.

 Преданное создание-воин несло поверженного бойца в своих когтистых лапах. Стив, конечно, был без сознания. Подлетев так близко, что Марелиана, при желании, могла до него дотронуться, существо неожиданно разжало лапы. Стив едва не соскользнул вниз, девушка вцепилась в его рубаху, ткань, не выдержав, затрещала. Марелиана резким рывком притянула его к себе и обхватила руками.

 Пользуясь минутной передышкой, девушка осмотрела искалеченное плечо Стива. И сразу же пожалела об этом, так как к горлу немедленно подступила тошнота и закружилась голова. Она едва удержала равновесие.

        В голову вновь ворвались чужие мысли: «Сохраняй покой и молчание».

 Пространство вокруг стало меняться. Воздух заполнился многочисленным скоплением прозрачных шариков. Сходство с шарами усиливалось благодаря тому, что между ними и поверхностью планеты были натянуты тончайшие нити. То, что она видела внизу, теперь представляло собой нагромождение разноцветных фигур различной формы и размера. Но ни одну из них Марелиана не смогла распознать с этой высоты. Увиденное  настолько впечатляло, что она и думать забыла обо всем прочем. Руки крепко держали свою ношу, но все, что зовется мыслями, оставило ее. Марелиана хотела дотронуться хотя бы до одной нити или шара. Но при первой же ее попытке существо угрожающе зашипело.

 «Не делай этого сейчас», – предупредило оно. Марелиане пришлось подчиниться.

 Некоторое время они летели медленно и плавно, словно парили. Девушка не чувствовала скорости.

 «А теперь проверим твои способности!» - эта мысль, возникшая столь неожиданно, буквально оглушила ее. У Марелианы возникло желание обхватить голову руками, чтобы унять внезапную боль, но она вовремя спохватилась и только крепче сцепила руки вокруг неподвижного тела.

 «Готова?» – в коротком вопросе слились насмешка и угроза. Девушка предпочла даже в мыслях оставить ответ при себе. Внезапно они попали в область густого тумана. Плавающие на нитях шары, светящаяся разным цветом земля, серое небо - все исчезло. Осталась только плотная белизна, со всех сторон обступившая летящих существ.

 И тут Марелиана вскрикнула от боли. Белизна теперь не просто окружала их, она пронзала ее тело, а воздух, казалось, пропитался уксусом и при каждом вдохе жег изнутри. Она с ужасом обнаружила, что ее руки, ноги, все тело начинает дымиться. Изо всех пор выходили тонкие струйки белого пара и терялись в тумане. Сейчас она растворится в нём, как в кислоте, и станет его частью. Марелиана вновь услышала крик; девушка не сразу поняла, что слышит свой собственный голос.

 Второе существо, что прежде летело позади, теперь оказалось прямо над головой девушки. Его присутствие осознавалось сквозь завесу боли, притупляющей остальные чувства. Мощные крылья едва не касались ее волос. Жжение вдруг ослабло. Все еще боясь открыть глаза, она постаралась ограничить поступление воздуха в легкие. Теперь ее вдохи стали короткими и поверхностными. Девушка чувствовала себя значительно лучше.

 Она осторожно приоткрыла глаза. Кожа больше не дымилась. Взгляд упал на руки. О Господи! Из ее горла вырвался стон. Надежда на то, что ее друг еще жив, исчезла. Она держала в руках выжженное почти до самых костей тело, скелет, обтянутый сухой и тонкой, как пергамент, кожей темно-серого цвета. Его глаза оставались закрытыми. Марелиана отвела взгляд, чтобы не поддаться импульсу и не выбросить эту жутковатую мумию.

 Летучие создания никак не отреагировали на её немое отчаяние. Они легко и быстро скользили в воздухе. Девушка с нетерпением ждала, когда они покинут эту белую пустоту.

 Внезапно ее старый знакомец «заговорил»:

 «Это материя», – зазвучало у нее в голове. На этот раз мысли текли спокойно и ощутить их было приятно.

 «Как это?» – спросила она.

 «Мир имеет основу, из которой он сотворен. Ближайшие миры, и их двойники сотканы из энергии снов его обитателей, то есть тех, кто сам по себе владеет этой энергией. Другая основа похожа на эту, но все же отлична. Те миры труднее найти даже нам, туда практически невозможно попасть. Они живут по другим правилам, и, очутившись там, можно узнать много интересного...».

 То, что воспринималось ею, представляло собой необычную смесь знаков, ощущений и образов. Все это создавало полную, хотя и несколько противоречивую, на её взгляд, картину воспоминаний этого странного создания. Марелиана на короткий миг могла представить и даже увидеть странные серовато-желтые потоки, напоминающие воду в реке, но в воспоминаниях существа они представляли собой субстанцию, похожую на огонь. Это огонь, обладающий огромной внутренней энергией,  он не обжигает тело, в нем можно растаять, раствориться. Марелиана некоторое время пыталась сопоставить передаваемые существом мысли и образы воедино, но потом отказалась от этой затеи.

 «Вид энергии, который ты наблюдаешь сейчас, излучается только человеческими существами и расширяет это пространство. Наша задача - принимать ее и воплощать в своих творениях. Те из нас, кто обладает большей силой, создают миры или меняют уже существующие. Менее сильные из нас творят сны или играются с человеческими созданиями, заставляя их отдавать как можно больше света. Есть и совсем слабые страулы, такие только забирают свет и часто заселяют созданные нами миры. От них мало пользы, но они нужны для восстановления энергетического равновесия. Они следят за стабильностью и, не гнушаясь, разрушают то, что на их взгляд, ненужно, и исчерпало себя во всех своих проявлениях. Одно из таких существ сейчас летит над твоей головой. По моему указанию оно дает тебе свет. Поэтому ты можешь существовать в чистой энергии».

 Доз взглянула наверх. Рана, нанесённая мечом Стива, бесследно исчезла: страул восстанавливал силы, оказавшись в изнанке миров после долгих лет заточения.

 Существо действительно напоминало птерозавра из мезозойской эпохи. Картинки подобных доисторических животных она видела в журналах под названием «Тайны Вселенной». Три стопки этих журналов валялись в подвале старого дома, когда-то принадлежавшего Тохе. Большинство журналов читать было уже невозможно: сырость, пыль и плесень не щадили даже глянцевые обложки, но некоторые, наиболее сохранившиеся, Доз изредка читала.

 «Мы не можем быть примитивными созданиями этих миров. Те, о ком ты подумала, были нашими внешними прототипами в человеческом воображении».

 У Доз возник вопрос, от которого ей самой сделалось не по себе.

 Но существо не спешило отвечать на него, она зачем-то попыталась произнести его вслух и не услышала даже звука своего голоса.

        «Это вы подкинули вампирам идею о создании  «Детского Рая»?» – пришлось повторить ей мысленно.

 Доз внутренне ощутила насмешку.

 «Наша задача – создание оболочек Вселенных. Мы можем вносить в них изменения в виде катаклизмов, смены условий существования, можем участвовать в трансформации того или иного вида, населяющего миры, воздействуя на него извне. Но внедряться в жизнь созданий настолько, чтоб касаться их мелкого существования?! - Существо издало пронзительный свист. - Неужели ты думаешь, что они смогут что-нибудь существенно изменить в том, что мы сотворили?»

 «Тогда почему ты помогаешь мне?» – мысленно спросила она, несколько сконфузившись.

 «Потому что ты пришла ко мне, в мир, который я создавало, недоступный даже для снов. Потому что посмела слиться с моей сущностью и перестала принадлежать своему миру. Потому что тебя коснулась печать мага, который мне известен; только по его воле ты смогла найти мой мир. И сейчас ты ведешь меня к нему. Этот маг мне многим обязан, и он еще не исполнил того, что должен».

 Доз содрогнулась. То, что он говорил о Тайлере, не вызывало никаких сомнений.

 «Отпусти нас!» - мысленно повелела она.

 Существо снова издало пронзительный свист.

 «Ты уже ничего не изменишь. Маг сознательно направил тебя ко мне. Это означает, что наш договор в силе. Прошу тебя, обуздай свои эмоции, фокусы разума ничего не изменят. Единственное, что должно тебя сейчас волновать - это обещание, данное мне. И чем быстрее ты выполнишь его, тем будет лучше для тебя».

 Доз опустила голову, не решаясь воспользоваться мысленной речью.

 Некоторое время они летели в полном «молчании». То, что она услышала, напугало ее. От нарастающей паники девушка спасала себя полной мысленной пустотой. Это не так-то просто – пытаться скрыть что-то от существа, которое видит тебя насквозь . И она не выдержала: в конце концов эмоции победили.

 Девушка поняла, что ввязалась в безнадежное дело. Стиву уже ничего не поможет. О том, что Тайлер – маг, они догадывались, но никто не ожидал от него такой прыти. Получается, что он подставил их всех, использовал в своей игре, как марионеток. Ему всего-то одиннадцать лет! Что-то здесь не вяжется. Может, ему помогает кто-то другой, более могущественный? Но где этот «кто-то»? Ведь в пещере мальчик был один!

 Марелиана погрузилась в беспокойную дремоту. В тот момент, когда белый туман исчез, ощущение дремы развеялось, тело облегченно расслабилось, а обжигающее покалывание, к которому она уже успела привыкнуть, пропало. Они вновь летели в сером небе, пронизанном тысячами нитей, уходящими в земную твердь. Существо зацепило две нити крючковатыми пальцами и стало спускаться вниз. Уши у девушки заложило, и она едва не соскользнула с его спины. Другой страул следовал за ними. Ему не удавалось скольжение, это существо было похоже на сброшенный с большой высоты серый плащ – игрушку ветра.

 Они приземлились у входа в небольшую пещеру – возле самого подножья крутой горы. Вокруг лежали нетронутые сугробы снега. Они были неглубокие – кое-где проглядывала земля -  и пушистые; видимо, снегопад был совсем недавно.

 Второй страул приземлился чуть поодаль, упав в мягкий снег. «Динозавр» короткими прыжками приблизился к ним и принял из рук девушки тело вампира. Осторожно обхватив лапами свою ношу, он снова взмыл в воздух и скрылся в глубине пещеры.

 Доз спрыгнула со спины серого создания и оказалась по щиколотки в пушистом снегу. Она обрадовалась ему, как ребенок, в руках девушки снег не таял, а лишь слегка приятно холодил ладони.

 «Нам надо идти», - позвал голос.

 Ее серый попутчик, передвигаясь прыжками, скрылся в темноте пещеры. Доз последовала за ним. Девушка предположила, что это то самое место, где она оказалась в своем сновидении, и сейчас эти странные существа приведут ее к Тайлеру. И не ошиблась. Через некоторое время плутаний по тесным и, казавшимся бесконечными, коридорам, они, наконец, оказались в небольшой пещере. Явь от сна отличалась немногим: на этот раз здесь было светлее - лучи света тонкими струйками просачивались через каменные своды, оставляя на стенах замысловатые картинки. Пещера показалась Доз более просторной, чем прежде.

9. Встреча и расставание

 Тайлер лежал на животе, лицом вниз, там же, где она его оставила. Девушка склонилась над ним. Трудно было понять, жив мальчик, или они опоздали.

 «Его сложно убить, маг слишком текучий для смерти. К тому же его связь с планетой слишком сильна», – слова существа ничего не объяснили Доз, но вселили надежду.

 Страул приблизился к Тайлеру и навис над ним, накрыв его, как одеялом, мощными крыльями. Девушка чувствовала, что существо мысленно общается с мальчиком, но это могли быть лишь обманчивые ощущения, спровоцированные чуть заметной «наэлектризованностью» воздуха и какой-то ватной пустотой. Все это продолжалось недолго, страул отступил от него и обратился к Доз.

  «Возьми его. Я провожу вас в долину».

 После этих слов девушка уже ничего не слышала. Странные создания общались между собой, один из них освободился от ноши, другой принял ее, после чего оба быстро исчезли во мраке пещеры. Доз так и не поняла, какие чувства испытывало низшее существо, расставаясь с ним. Враги ли они друг другу? 

 «Может быть, они вообще не испытывают эмоций», - подумалось ей.

 Доз ничего не оставалось, как последовать за летунами, боясь заблудиться в подземных тоннелях. Она подняла мальчика и отметила, что Тай весил гораздо меньше, чем прежде. Он, казалось, спал. Его дыхание было таким же поверхностным и прерывистым. Рана на щеке все также кровоточила; с их последней встречи ничего не изменилось.

 Страул передвигался достаточно быстро. Доз едва поспевала за ним, боясь потерять из виду за очередным поворотом. Вскоре мальчик перестал казаться таким уж легким.

 Подземный ход расширился, и они оказались в длинной галерее. Вниз вели широкие пологие ступени, потолок представлял собой куполообразный свод, впереди маячила арка. Лестница была длинной, и девушка шла, тяжело дыша от усталости и боясь оступиться. Наконец, они спустились в долину.

 Доз не могла не узнать это место. Все та же «виртуальная действительность» - безупречная картинка, лишенная звуков жизни. Она заметила дерево, возле которого произошла её первая встреча со страулом, потом лес вдалеке. Небо было таким же светло-серым, под ногами – круглые камни... Вот только во сне девушка не заметила этой пещеры.

 И почему Тайлер велел ей проснуться на вершине, чтобы спуститься сюда со скал? Как будто испытывал… Не проще ли было воспользоваться тем путем, каким вывел ее этот зверь?.. Ну, конечно, как же она сразу не сообразила! Скорее всего, Тайлер боялся, что она заблудиться в подземных переходах. К тому же, сверху проще увидеть того, кого ищешь.

 Девушке показалось, что они направляются в лес, но страул остановился раньше, опустил Стива на траву и посмотрел на девушку своими огромными проницательными глазами. Доз осеклась, подумав, что не должна была в своих мыслях называть его зверем.

 «Маг подскажет, что нужно делать, и выведет тебя из долины. Я ухожу, моя миссия по отношению к тебе завершена.  Желаю удачи и надеюсь на скорую встречу».

 Существо медленно развернулось, расправило свои могучие крылья и оторвалось от земли. Длинные когтистые пальцы разжались, выпустив несколько травинок. Они плавно опустились на землю;  страул уже поднялся высоко над лесом.

 Доз ощутила острый приступ одиночества и растерянности в этом пустом, безмолвном мире, но поспешила взять себя в руки и переключила своё внимание на мальчика.

 Опустив  Тайлера на траву, она осмотрела раны. Он выглядел, мягко говоря, неважно: левая щека почти отсутствовала, губы с одной стороны были разорваны. Рубашка на груди сильно порвалась, грудную клетку рассекала длинная глубокая рана. Доз предположила, что, возможно, ни один крупный сосуд не поврежден: крови было не так уж много, и рана на правом боку не была смертельной. Она пыталась слушать лес в поисках чудодейственных трав и растений, но он молчал. Доз сорвала пучок травы и, надеясь на чудо, приложила к ране. Это был импульс,  которому она бессознательно подчинилась.

 Тайлер открыл глаза, некоторое время осматривался; его взгляд медленно блуждал, изучая  на небо, потом перекинулся на деревья, скалы... и лишь на пару секунд задержался на ней.

 - Ничего нового не придумали, - слова, произнесенные сиплым мальчишеским голосом вместо приветствия, удивили ее.

 Доз предпочла не комментировать это, она просто улыбнулась ему.

 -   Привет! Рада, что ты очнулся.

 Тайлер в ответ лишь коротко кивнул, несколько охладив радостный порыв.

 - Тай, со Стивом беда...

 Голос Доз оборвался, она глубоко вздохнула и замолчала, не зная, как объяснить то, что произошло с их другом. Девушка помогла мальчику сесть; тот лишь мельком взглянул на высохший скелет.

 - Тебе надо похоронить его в этом мире, - это прозвучало бескомпромиссно и жестко.

 Шокированная тем, что услышала, девушка некоторое время молчала. В ее душе затаились сомнения. Неужели это Тайлер, с которым она бок о бок преодолевала тяготы долгого пути, которого спасала и лечила? Лечила... В памяти воскресли видения, возникшие во время его исцеления.

 - Тай, это же Стив. Наш Стив! Он сам говорил мне, что вампиры не умирают! – голос сорвался на крик. - Должен быть способ его воскресить! Уверена, ты знаешь, как это сделать! Ведь мы всегда спасались! Он спасал всех нас...

 Доз обнаружила, что стоит на коленях перед Тайлером, и изо всех сил трясет его за плечи. Голова мальчика бессильно моталась туда-сюда.

 Когда Доз опустила руки, он тихо произнес:

 - Знаю. И на этот раз все будет точно так. Могила поможет ему восстановиться. Он вампир, и пережить смерть для него - единственный путь к исцелению.

 Это была правда. Доз, пошатываясь, встала на ноги.

 По её ощущениям, прошло уже несколько часов, а могила всё ещё не была готова. Вооружившись острым камнем, Доз, не разгибаясь и не прерываясь на отдых, царапала землю, пытаясь углубиться хоть на полметра. Вырытое углубление в жесткой, как камень, земле назвать ямой можно было весьма условно, так как тени в этом мире отсутствовали, и оно не могло скрыть человека.

 Несколько раз девушка пыталась использовать свои природные способности, шепча земле: «Расступись!», но ничего не получалось. Этого следовало ожидать, ведь живой мир этого места был каким-то ненастоящим, она не слышала его и ощущения говорили, что сотворение ещё не завершено. Для мира, созданного страулом, она была чужой.

 Доз прервала свою нудную и тяжёлую работу и, устало вздохнув, с грустью посмотрела на то, что осталось от вампира. Она уже перестала испытывать к скелету, обтянутому сухой серой кожей, чувства страха и отвращения. Его необходимо захоронить, хотя бы потому, что это был ее друг. Он - единственный, кто отнесся к ней по-человечески, смог дать то, чего она не получила от многочисленных «учителей жизни» в своём родном мире. И сейчас она была уверена, что эта смерть – на ее совести. Доз принимала это как факт, то, чего уже нельзя изменить. Девушка испытывала огромную благодарность к своему наставнику, и теперь она совершала последнее, что должна была для него сделать.

 С потерей друга что-то изменилось в ней; помимо душевной боли она испытывала боль телесную. Силы медленно покидали ее, ощущения стали острее и ярче. Когда все это началось? Кажется, с того момента, как они вылетели из туманного облака.

 Руки вновь гребли землю, кожа на пальцах стиралась, из царапин сочилась темная кровь. Она уже почти не чувствовала спины, но с каждой очередной горсткой земли яма росла. Та была уже достаточно глубокой, как Доз внезапно осознала, что падает. Был ли это сон или просто потеря сознания, неизвестно.

 Открыв глаза, девушка ощутила удивительную легкость во всем теле. И тут же возникли вопросы: сколько времени она так лежала? Где Тайлер? Со всех сторон ее окружало глухое молчание, девушка не слышала даже дыхания мальчика.

 Она приподнялась на локтях и заставила себя выбраться из ямы.

 - Выспалась? – Тайлер сидел неподалеку, облокотившись на худые исцарапанные руки. Рана на щеке блестела от крови, лицо оставалось бледным, хотя грязно-кровавые разводы  словно пытались это скрыть.

 «Это невероятно, - подумала девушка. – Раны на лице явно не причиняют ему беспокойства, у него нет жара, и даже кровь почти перестала течь. Сейчас он меньше всего похож на человека... И на того Тайлера, которого я знала».

 Мальчик следил за ее действиями и, дождавшись, когда она подойдет к Стиву, наставительно произнес:

 - Осторожно положи его в могилу, а потом дай одну каплю своей крови.

 Она сделала всё, как он сказал.

 Аккуратно перетащив тело, вампиресса выдавила из расцарапанных пальцев каплю крови на сухие губы вампира. Кровь моментально впиталась в серую кожу, не оставив и следа. Доз решила выдавить еще немного, но Тайлер решительно взял ее за руку. Он стоял рядом с ней на коленях.

 - Я сказал - только одну.

 - Отстань, Тай! Я сама знаю, чего и сколько! - огрызнулась Доз, пытаясь вырвать руку.

 Но мальчишка на удивление крепко держал её. Он  в упор посмотрел в глаза.

 - Хочешь стать тем же, что представляет из себя он?

 Доз отшатнулась.

 -  Да пошел ты! Ему нужна моя помощь, и я помогу ему, даже если для тебя это ничего не значит!

 Тайлер пристально смотрел ей в глаза. Доз начала дрожать.

 - Одной капли хватит, - тихо и уверенно произнес он, взял горсть земли и бросил в яму.  За первой последовала вторая, третья....

 Доз осталась сидеть в стороне и потрясённо наблюдала за его действиями.

 - Он лишился руки, - всхлипнув произнесла Доз. Она сказала это скорее себе, оплакивая любимого друга.

 - Хм. Ты права… Надо попробовать…

 Слова мальчика звучали, казалось, тоже не для нее. Тайлер приблизился к телу вампира и у разодранного предплечья стал лепить земляную руку. Это длилось достаточно долго, мальчик старался все делать тщательно. Доз оставалось только удивляться, наблюдая как не смотря на сухость, почва принимает весьма правильные очертания искусственной руки.

 - Будет удивительно, если получится. Знаешь, Доз, Вселенная иногда расщедривается на очень дорогие подарки.

 Тайлер вновь стал забрасывать Стива горстями земли, пока тот полностью не скрылся под  тяжелым земляным одеялом.

 Паренек разровнял насыпанный холмик и несколько секунд постоял над ним, не произнося ни слова. Доз продолжала сидеть рядом в молчании и бездействии. Она вспоминала деревню и ночное гадание у озера. Щепка Стива в конце концов потонула, а их с Тайлером кораблики ещё долго продолжали плыть рядом…

 Подойдя к ней неровной, шатающейся походкой, Тайлер протянул руку – это был жест, приглашающий следовать за ним. И снова он показался ей каким-то другим…

 - Тайлер, почему я не узнаю тебя? – чуть слышно выдавила из себя девушка. - Кто ты?

 Мальчик улыбнулся здоровой стороной губ, а другая изобразила жутковатый оскал:

 - Я - твой друг и друг Стива. А теперь пошли, надо выбираться отсюда – сейчас это гиблое место.

 Доз удивилась:

 - Почему это? Кроме травы и деревьев, здесь больше ничего нет!

 - Ты уверена, что видишь траву и деревья? – загадочно улыбаясь, произнес мальчик.

 - А что же это, по-твоему? -  Доз не могла заставить себя воспринимать его слова всерьез. И в то же время ей было, как ни странно, приятно, что Тайлер разговорился и они могут общаться почти так же, как раньше. «Да, - поправила себя девушка, - с той лишь разницей, что теперь в роли старшего, как будто бы Тай».

 - Это только наброски, оболочка того, что будет. Деревья, трава и даже горы – всего этого еще нет. Все, что ты видишь - лишь видение, навязанное твоим разумом.

 Доз рассеяно кивнула и, не желая казаться занудой, сделала вид, что все поняла.

 -    А ты откуда знаешь?

 Тайлер пожал плечами.

 - Ты, кажется, предлагал куда-то идти.

 Поднявшись с земли, они пошли к горам. Тайлер медленно шел рядом, и остановившись у входа в пещеру, взял ее за руку.

 Доз удивилась этому невинному, какому-то детскому, жесту. Так, за руки, они вошли под каменные своды...

 10. Через горы вдвоем

 Дорога казалась девушке бесконечно долгой, но всё же идти неторопливым шагом было гораздо легче, чем догонять страула с тяжелой ношей на руках, боясь отстать и заблудиться. Доз чувствовала себя ужасно уставшей (как давно ей не доводилось испытывать подобной усталости!) и, дойдя до пещеры, где ранее она обнаружила Тайлера, остановилась.

 - Давай отдохнем? – почти взмолилась вампиресса, удивляясь выносливости раненого мальчика.

 - Здесь нельзя. Нам нужно выйти из этих пещер.

 Не дав возможности выдернуть руку, он повел ее дальше по коридору.

 - Кто тут старший: я или ты? Не надо меня тащить за руку! - возмущалась Доз.

 - Если я сейчас тебя отпущу, ты  навсегда останешься здесь, - по его тону Доз поняла, что Тайлер не шутит.  Он вновь вёл себя как-то странно.

 - Да неужели? – Доз чувствовала, что начинает капризничать. Это удивило ее, ведь даже в отношениях со Стивом она никогда не позволяла себе этого.

 - Осталось немного. Потерпи, скоро выйдем наружу.

 Повеяло прохладой. Тайлер отпустил ее руку и сел, прислонившись к стене. Доз последовала его примеру; последние события окончательно вымотали ее. Обхватив колени руками и положив на них голову, она и сама не заметила, как снова заснула. Пробуждение сопровождалось приятным теплом. Девушка не сразу открыла глаза. Хотелось продлить это состояние покоя и защищенности; вспомнилась другая ночь, проведенная в пещере. Только тогда рядом с ней был Стив... Сейчас она вспоминала их приключения как самое лучшее, что с ней происходило. Доз боялась просыпаться, но память безжалостно будоражила ее сознание.

 - Добрый день, - послышался совсем рядом веселый голос Тайлера. Доз непроизвольно вздрогнула, ясно представив образ беспечного одиннадцатилетнего мальчишки, каким он был до того, как они расстались.

 В пещере и в самом деле горел огонек, правда, не ясно было, за счет чего он горит.

 - Я долго спала? – расчёсывая волосы пятернёй, спросила она.

 - Не очень. Могла бы еще поспать. Вечер ещё не скоро.

 - А огонь откуда?

 - Оттуда... – Тайлер неопределенно махнул темной от грязи рукой и засмеялся.

 - Ты, вижу, идешь на поправку, -  недовольно пробурчала Доз. Она не могла разделить настроения друга. На душе было тоскливо, к тому же холод пещер начал подбираться к ней.

 Чтобы немного согреться, Доз запахнула куртеечку, выданную Эрионом, тоскливо вспомнив свою зеленую куртку из необычной древесной ткани. В ней она забывала о холоде и ветре, но даже в каменном замке ощущение легкой прохлады не тревожило ее. Доз придвинулась поближе к огню и критично осмотрела свои руки. Она уже не помнила, когда в последний раз имела дело с водой.

 - Там, снаружи, полно снега. Хочешь, принесу тебе немного? Умоешься, - предложил Тайлер. Доз предпочла промолчать, пожав плечами.

 Мальчик не стал ждать ответа и умчался в темноту тоннеля. Девушка в недоумении смотрела вслед тонкой, быстро удаляющейся фигурке. Не прошло и пяти минут, как он вернулся, неся в руках ком липкого снега. Этот снег был по-настоящему холодным.

  Они вдвоем вымыли руки. Доз, после того, как умылась сама, помогла мальчику убрать грязь с лица, не задевая раны. Тайлер морщился, но не произнес ни звука. Кровь у него больше не текла, левая половина лица застыла, как маска.

 - Больно? – участливо спросила Доз.

 - Жить буду, - отмахнулся он.

 - Вижу, что будешь, - Доз внимательно изучала страшные раны, откинув назад прядь спутанных, слипшихся от крови волос. – Кто же это тебя так?

 - Теперь уже не важно, - он наморщил лоб. – Это случилось после побега.

         -  Да, ну и видок у тебя! – пробормотала она, а про себя подумала: «Здесь не помешала бы помощь пластического хирурга».

 - У  тебя, думаешь, лучше? - усмехнулся Тайлер, - Хотя, может, и лучше. По крайне мере, щеки на месте и глаза все такие же серые, - добродушно улыбнулся он одной половинкой рта.

 - Да уж, не изменились. Ладно, когда-нибудь и твое лицо заживет.

 Бело-голубое пламя продолжало гореть, мальчик дремал рядом. Доз попыталась разглядеть трещинку в скале или (чем чёрт не шутит!) найти провод и баллон, предположив, что огонь подпитывается природным газом. Тщётно! Пламя, дарящее блаженное тепло, существовало само по себе, вися в воздухе и едва не касаясь пола пещеры.

 Тайлер – сильный маг, это несомненно, и он многому научился за то время, что они не виделись. Этот огонь - тоже результат магии. За время пребывания в этом мире Доз уже несколько раз сталкивалась с магией, присущей этому миру. Первый раз это произошло на площади после ярмарки в Линсенсе – в ту ночь мессия заворожил многочисленную толпу людей. Потом когда старик Скотт, умирая, перевоплотился в светящийся шар.  Она ощутила действие магии на себе, когда Катарина подожгла ее фартук... Плюс все эти местные амулеты – та еще чертовщина.

 А кто она сама? Ее силу признавали многие, но уверенности в себе по-прежнему не было. То, что она умела, проявляло себя порою с неожиданно разрушительной силой, а иногда и вовсе ничего не получалось.

 Доз закрыла глаза и прислушалась. Кажется, способности возвращаются! Она слышала, как снаружи поет ветер, разглаживая белый ковер, пещера источала немой холод, жизнь чувствовалась далеко от нее, в лесу, за широкой полосой белого пустынного  поля. Земля же оставалась пустой и обледенелой.

 - Тайлер, - тихо позвала она. От видений стало грустно и тоскливо на душе.

 - Да, Марелиана? - слабым голосом отозвался мальчик, не открывая глаз.

 У нее перехватило дыхание.

 - Откуда тебе известно мое имя?! – в порыве нахлынувшего гнева Доз вскочила на ноги, испытывая сильное желание ударить мальчишку.

 Тайлер открыл глаза и сел, скрестив ноги.

 - Прости, не хотел тебя рассердить. У меня случайно вырвалось.

 Доз продолжала стоять над ним со сжатыми кулаками.

 - Откуда тебе известно мое имя? – зло прошипела она.

 - Не помню, - по недоумевающему выражению на изувеченном лице Доз не могла определить, врет он или говорит искренне.

 - Кто ты?! – закричала она. – Почему эти твари называли тебя магом?!

 - Потому что так они называют всех, кто обладает силой, - спокойно объяснил Тайлер.

 Доз удивленно смотрела на него. Поразительно, сколько в этом пареньке жизненной силы и энергии! Еще недавно он умирал, а сейчас, как ни в чем не бывало, беседует с ней, при этом точно не выглядит больным и измученным...

 - Что у тебя за договор с ними?!

 - Ты знаешь? – насторожившись, вопросом на вопрос ответил Тайлер.

 - Я знаю, что все произошедшее вовсе не случайность. Знаю, что ты все спланировал, мы со Стивом были зачем-то нужны тебе. Во сне я оказалась в мире этой твори не по своей воле...

 Доз, недоговорив, замолчала. Злость исчезла без следа, осталась растерянность. Высказанные подозрения мучили ее, и сейчас она не могла произнести этого вслух. Девушка села, прижав к себе коленки и уткнувшись в них носом.

 Тайлер смотрел на пламя и молчал. Его лицо помрачнело, как осенняя туча.

 - Так все и было, - наконец тихо произнес он. - Почти так… Но если бы не ты, я бы погиб. Можешь сердиться на меня, но я благодарен тебе, как никому другому в этой жизни.

 Доз мрачно ухмыльнулась.

 - Спасибо на хлеб не намажешь… Опять отмазки лепишь. Что у тебя за договор, я спрашиваю?

 - Воспоминания очень обрывочные, знаю лишь одно: я тогда ещё не родился. Но помню, что просил помощи, и они мне её дали. Возможно, было условие, но какое…

 - Мне тоже пришлось дать какое-то бредовое обещание этой твари. Что мне теперь  с этим делать? - она стерла холодными пальцами нахлынувшие слезы, вызванные неуправляемым страхом и слабостью.

 - Погоди! Что ты ему пообещала? - По-взрослому серьезно спросил Тайлер.

 - Когда-нибудь я... должна стать одной из них.

 Мальчик некоторое время задумчиво молчал, а потом попросил рассказать о первой встрече со страулом.

 Во время рассказа Тайлер не прерывал ее. Она внутренне чувствовала, что должна поведать ему даже самые мелкие подробности той встречи.

 - Ты должна выполнить его требование. Это твой единственный шанс спасти  себя, - сказал Тайлер, когда она закончила свой рассказ.

 - Но как? Почему?

 - Ты уже теряешь человеческую форму. Ты начала меняться, когда испила его кровь, что прежде, до случая с тобой, считалось невозможным. Страулы – высшие и низшие – не имеют плотного тела. Телесность этих существ воображается лишь человеческим разумом.

 - Но он был вполне телесный, – запротестовала Доз. - Я летела, сидя у него на спине, потом другой, что дрался на арене, принес Стива и мы летели вместе вплоть до этих гор!

 - А ты в этом уверена?

 Его слова вызвали воспоминания: воздух, состоящий из шариков, туман, нити, уходящие в землю… в этот миг Доз поняла, что было что-то еще, какое-то ощущение, которое в памяти девушки почти не сохранилось… Было ли все это на самом деле? Сейчас это воспринималось, как нелепый сон, и вот она пробудилась.

 - Нам нужно идти. Цель, поставленная Стивом, должна быть достигнута.

 - Ты имеешь в виду Туманные горы? – вяло спросила Доз. Тяжёлый разговор вытянул из нее остатки сил.

 - Да, Туманные Горы.

 С  этими последними словами девушка ушла в глубокий сон.

 Уже чувствовались первые признаки пробуждения, когда во сне появился Тайлер. Она видела его мотыльком – белым и светлым. Но Марелиана знала, что это Тайлер. Мотылек опустился рядом с девушкой. Марелиана ощутила материю в руке, но раньше, чем успела посмотреть, что это, сон прервался...

 Рука по-прежнему ощущала тепло. Доз блаженно потянулась. Она выспалась и чувствовала себя отдохнувшей и полной сил. Из руки что-то выскользнуло и упало на пол. Доз сильно удивилась, увидев куртку – ее куртку, сделанную из ткани зелёного дерева!

 - Тай! – Доз слегка потрясла мальчика за плечо. Его рана на лице выглядела ужасно. Доз почувствовала жалость к нему.

 Тайлер приоткрыл сонные глаза и широко зевнул. Доз улыбнулась ему, победно продемонстрировав свою находку.

 - Тай, откуда это?

 - Она же твоя. Я решил, что тебе пригодиться эта куртка... В ней тебе будет тепло.

 Доз недоверчиво покачала головой, по-прежнему улыбаясь.

 - Как она попала сюда?

 - Я перенес ее в твой сон, - слова прозвучали настолько обыденно, будто он каждый день доставал реальные вещи из снов...

 - Но это был всего лишь сон, а куртка – вот она!

 - Ты уверена? – в глазах мальчика вновь появился хитрый огонек.

 Доз осторожно взяла куртку, словно боясь, что та вдруг исчезнет, и, накинув на плечи, села у «вечного» огня.

 - Я уже ничего не понимаю. Я не понимаю тебя!

 Тайлер придвинулся к ней и обнял за плечи.

 - Я – по-прежнему твой друг, а, может, даже брат! – в этих словах было столько искренности и простоты, что Доз невольно улыбнулась.

 - Упаси, Бог! – пошутила она. - Быть твоим другом, и то нелегко! Ты же – неизвестно кто: ни мальчишка, ни лягушка... Утащишь в свой сон – и только меня тут и видели!

 - А тебя и так никто не видел! – засмеялся Тайлер. - Ты же пришлая, из другого мира, и я, возможно, тоже. Мы – путешественники. Отчаянные путешественники, рискнувшие нарушить все законы Вселенной и начать странствовать по всем мирам.

 - По всем сразу? – Доз уже не могла серьёзно слушать его болтовню. Мальчик вскочил на ноги и бодрым маршем зашагал вокруг костра.

 - Есть мир, где  живут люди, которые всегда носят белые чепчики, пряча большие уши; в другом мире, - делая второй круг, продолжал он, - люди ходят на руках, потому что вместо ног у них крылья, а здесь вообще нет людей, зато есть глазастые лягушки величиной с гору...

 Доз, хохоча до колик, упала на каменный пол. Тайлер же рассказывал обо всем настолько серьезно, при этом забавно изображая пучеглазых лягушек и крылоногих людей, что создавалось впечатление, будто он и в самом деле там бывал.

 Окончательно успокоившись и смирившись с неизбежностью  принимать Тайлера таким, какой он есть, Доз сунула руки в рукава своей куртки, а на него одела ту, что дал Эрион.

 - Странный ты все-таки, Тай!

 Они сидели у тающего огонька, света от которого почти не было, ровно как и тепла.

 - Ты тоже странная, одни только глаза чего стоят!

 - Ты свои глаза не видел…

 Глаза мальчика, кажущиеся неестественно большими на бледном изувеченном лице, озорно блестели, в них не осталось и следа болезненности и перенесенных мучений.

 Доз задумчиво смотрела на огонь...

 - Тай, что со мной  будет? - тихо спросила она.

        Мысли о том, что страул потребует плату, не оставляли ее.

 - Оно присутствует в моих мыслях,  - еще тише добавила она, - знает о каждом моем шаге и ждет...

 Тайлер положил руку на колено Доз.

 - Ты справишься. На то ты и Марелиана Полесная – последняя из своего рода, - четкие слова мальчика стыдливо закрались ей в душу. Давно ее имя не произносили вслух! Как чудно оно звучит на языке людей!

 - Ты все знаешь?

 - Нет. Только о том, кто ты есть.

 Девушка ощутила тоску, наступающую со всех сторон, выползающую, казалось, из темных закутков пещерных коридоров. Огонек наконец иссяк, осталось лишь светящееся пятно на гладких камнях.

 - Идем,  - позвал Тайлер. Доз молча последовала за ним.

11. Хижина

  Снаружи было очень холодно, снежная пурга намела сугробы выше колен. В небе пряталась в облаках старая подруга луна. Друзья, взявшись за руки, взяли направление на север. Идти приходилось, пробираясь  вдоль скал, там, где снега было меньше.

 Ветер то подгонял их, то, наоборот, налетал с такой силой, что они с трудом могли устоять на ногах. Сугробы мешали идти, приходилось высоко поднимать ноги. Снег набивался в обувь; Доз заправила штанины внутрь. Девушка уговорила Тайлера поменяться куртками. Мальчик обессилел после первого же часа ходьбы. Взгляд его вновь помутнел, в отросшие черные, как смоль, волосы забился снег. Легкие сандалии сразу же отяжелели от снега, и даже теплая куртка не спасала от ледяного ветра. Доз взяла его за руку, но вскоре Тайлер остановился и упал на колени. Он не мог больше идти. Девушку охватило немое отчаяние, ей захотелось вернуться назад, в пещеру. 

 - Я сейчас, только немного передохну, - тихо простонал мальчик. Но девушка знала, что, сидя на одном месте, они замерзнут. Кроме того, нужно найти укрытие: ночь скоро закончится, и взойдет солнце, неся с собой неминуемую гибель... и для Тайлера тоже.

 Подняв мальчика на руки, она побрела дальше, вдоль темной глыбы скал, не защищающей от пронизывающего ветра. Мальчик попытался протестовать, но Доз даже слушать его не стала. Девушка задала только один вопрос, слабо надеясь на чудо:

 -  Тай, ты сможешь сотворить огонь, как в пещере?

 -  Здесь – не смогу, - был ответ.

 Рассвет осветил небо розовым ореолом, окрасившим падающие снежинки в нежные тона. Но эта удивительная красота не радовала. Доз тоскливо оглядела скалу. Ни одной пещеры, даже углубления в скале, ни единого подходящего укрытия! Выбившиеся из-под капюшона волосы лезли в глаза, ноша была слишком тяжела. Мальчик, казалось, забылся во сне; иногда он начинал стонать, потом крепко хватался за ее куртку и громко всхлипывал, но не просыпался.

 Вдруг впереди мелькнул едва различимый в предрассветных сумерках огонек.

 Пробираясь сквозь мягкие сугробы, Доз покинула тропу и пошла на свет. Вдали показалась невысокая деревянная хижина. Из трубы шел дымок, в единственном окне горел тусклый огонек, привлекший ее внимание. Домик был ветхий, разрушающийся от времени. Доски крыльца ходили ходуном под ногами и предательски скрипели. Стучать пришлось ногой, так как руки были заняты. Но никто не желал открывать. Она уже отчаялась и решила войти без разрешения, как дверь резко распахнулась.

 На пороге стоял огромный человек с черной всклоченной бородой, в одежде, сшитой из шкур животных, на ногах – тёплые мокасины. Из-под кустистых бровей смотрели темные, ничего непонимающие глаза. Мутным взглядом мужчина разглядывал девушку с мальчиком на руках.

 - Простите, не могли бы вы нам помочь? Мой брат очень болен… - запнулась Доз.

 Мужчина продолжал молча смотреть на нее.

 - Пустите нас, пожалуйста! Мы замерзли и нам нужна помощь! – теперь Доз едва ли не кричала, надеясь, что остолбеневший великан не глух и понимает, о чем она говорит.

 - А… ну да… вот, - хриплым низким голосом ответил он и отошел в сторону, давая Доз возможность пройти.

 Это была душная темная комнатка, насквозь пропитанная едким дымом. Тут что-то курили, хотя по запаху Доз не смогла определить, что именно – запах был очень резкий и горький. Во  рту у нее запершило.

 - Я…эээ… один… Мой брат еще…эээ… там… в горах…

 - Понятно, - автоматически кивнула девушка, оглядывая мрачное захламленное помещение и стараясь как можно реже вдыхать.

 Половину комнаты занимала огромная печь. Возле неё прямо на полу лежали шкуры, Доз решила, что это, должно быть, спальное место. В комнате была одна-единственная кровать и стол, вокруг  которого примостились два ящика, по всей вероятности, служившие табуретами. Но первое, что бросалось в глаза – это неряшливость хозяев. Повсюду валялись банки, бумажки, шкурки и попросту объедки. В старом рукомойнике возвышалась груда кухонной утвари, под столом расположился ящик со слесарными инструментами. Старая оборванная занавеска на окошке соперничала с паутиной, что красовалась в дальнем углу.

 - Можно, я положу мальчика на кровать? – из вежливости спросила Доз, направившись прямо к кровати.

 - Ага… - не сразу донеслось из-за ее спины.

 Положив мальчика на шкуры, покрывающие ложе, она с облегчением встряхнула онемевшие кисти рук и села на край кровати.

 - А-а… Вообще-то... это брата… кровать.

 - Хорошо, - кивнула Доз, притворившись, что не поняла намёк.

 Она смертельно устала и сейчас просто наслаждалась теплом и тем, что можно вот так просто посидеть и отдохнуть.

 - А тебя как зовут? - спросила она не шибко-то гостеприимного хозяина хижины.

 - Брат… э… зовет меня Придурком.

 - Хм… у тебя есть еще какое-нибудь имя?

 По озадаченному  лицу мужчины Доз поняла, что ответ, скорее всего, отрицательный.

 - А брата как зовут?

 - Брат! – как само собой разумеющееся, ответил Придурок. - Он сейчас… золото ищет, – тихо и почти не заикаясь, добавил он. - Эээ… мы потом… будем королями… - тут он, скорее всего, понял, что проговорился и сразу замолчал, стараясь не смотреть в ее сторону.

 - Что ж, приятно познакомиться. Я – Доз.

 Мужчина никак не прореагировал на ее слова.  Потом начал поспешно копошиться у двери, вытаскивая из-под кучи досок всклокоченную рыжую шубу.

 - Пойду…эээ… брата… позову, - объяснил он и вышел на улицу, оставив Доз и Тайлера одних.

12. Другой

 Девушка была рада такому повороту событий, мысленно пожелав ему подольше заниматься поисками.

  Она подошла к грубо обтесанному столу, заставленному деревянной посудой. В тарелках было полно обглоданных костей, на дне закопченной кастрюли обнаружились очистки картошки и луковая шелуха, повсюду валялись бычки от самокруток. От некоторых все еще шел горьковатый дымок. Девушка повертела один из них, машинально поднесла его к губам и втянула в себя дым. На глаза сразу навернулись слезы, по телу растеклось тепло. Всё в общем, неплохо, даже приятно, если бы мир перед глазами не закачался и не начал расплываться. «Скорее всего, какая-нибудь «дурь», - подумала она. - Судя по поведению хозяина, так оно и есть. Какая это всё-таки мерзость!»

 Брезгливо выбросив бычок, она вернулась к кровати. Тайлер спал, его бледное лицо оставалось неподвижным. Раны в полутьме комнаты, освещаемой единственной свечой на подоконнике, казались черными. Доз снова села к нему на кровать, но голова продолжала кружиться, даже подташнивало. Проклиная себя за глупость и неосмотрительность, она подошла к лежаку за печкой и, подавив брезгливость, легла на теплые, пропахшие дымом меха.

 Доз проснулась от боли в руках, но, прежде чем она успела что-либо понять, ее дёрнули за волосы, отчего голова запрокинулась назад, и заткнули рот вонючей тряпкой. Она, шалея от ужаса и боли, широко раскрыла глаза. Над ней возвышался человек, высокий и крупный, лицо его было усеяно оспинами, безумный взгляд жадно изучал ее.

 Доз попыталась закричать, но получилось только мычание. Все попытки вырваться закончились неудачей; ее руки были накрепко привязаны к крюку, вбитому в стену. В отчаянии она ударила ногой, попав в нижнюю челюсть великану. Тот как раз наклонился, тиская её и тяжело дыша. Мужик взвыл, потом выругался и наотмашь ударил ее по лицу. У девушки из глаз посыпались искры. На миг она лишилась сознания, а когда пришла в себя, почувствовала, что с нее срывают одежду. Никогда еще Доз не пыталась вырваться так неистово, но все было безуспешно. Насильник награждал ее ударами, от которых гудели кости, заливаясь слезами, она практически не видела его страшную рожу, лысину, покрытую шрамами от расчесанных болячек, рот, обнажающий гнилые зубы. Он навалился сверху и страшно загоготал. Грязные руки тискали ее тело, потом закопошились где-то внизу.  Доз в отчаянии сдавленно рыдала, изо всех сил сжимая ноги. Вдруг мужчина взревел и, обмякнув, навалился на нее всем телом.

 Доз не сразу поняла, что произошло. Происходящее ввергло ее в еще больший ужас. На спине мужика распластался Тайлер – прокусив шею насильнику, он пил его кровь… Доз, онемев, даже перестала чувствовать вес человека.

 Тайлер отстранился от шеи мужчины, оставив на ней кровоточащие следы, и с презрением посмотрел на девушку. Никогда он не смотрел на нее так. Он встал, перерезал веревку на руках Доз и сделал несколько шагов в сторону.

 - Вот уж не думал, что ты позволишь тупому великану совершить такое, - презрительно произнес он. – Или ты все еще считаешь себя человеком?!

     Она не без труда освободилась от грузного тела.

 - Я испугалась, - мрачно произнесла Доз, с отвращением выплюнув остатки грязной тряпки.

 Отчитываться перед сопляком не хотелось.

 - Когда ты стал вампиром?

 - Это не должно тебя волновать. У тебя есть проблемы поважнее. Ты спасовала в момент ничтожной опасности, Доз! Что ты будешь делать, если случится что-то серьезное?

 - Идиот! – разъярившись, заорала она. – Он связал меня и заткнул рот кляпом!

 - Да, конечно! И ты – маленькая девочка, которая готова умереть, лишь бы никто не узнал о ее позоре. Вспомни, кто ты! У тебя есть один враг – твоя глупость, граничащая со слабостью!

 Тайлер был сосредоточением жестокости. Его тихие фразы произносились с такой злобой, будто перед ним было самое ненавистное ему существо. Он оказывал давление взглядом: смотрел мимо, словно бы сквозь нее, уродливое лицо с черными шрамами пугало, пронзительный, полный презрения голос заставил внутренне похолодеть. Она ненавидела его, но не могла ему противиться. Этот мальчик-маг был  страшнее насильника, который едва не надругался над ее телом.

 - Ты ничтожна, потому что эмоции: страх, стыд, ненависть – все еще владеют тобой. И ты – рабыня собственных слабостей! Плачь, девочка, давай! Хороший проводник мне достался. Ладно, я устал. Приготовь мне что-нибудь поесть и подготовься к долгому пути.

 Тайлер лег на кровать и, накрывшись шкурами, почти сразу уснул. На его лице застыла маска отрешенного безразличия.

 Доз так и осталась стоять, прислонившись к печи, почти обнаженная, ошарашенная и напуганная. Единственным желанием было бежать от этого страшного, незнакомого человека. Но куда? Через пыльное окошко в комнату просачивался слабый свет, свеча давно погасла. Ей некуда было идти. Некуда и не к кому.

 Злость, стыд,разочарование душили. Она не могла плакать, только стояла, не двигаясь, возле трупа человека-дикаря, что несколько минут назад заставлял её рыдать и корчиться, и смотрела на худенькую фигурку того, кто недавно называл себя ее другом, и которого она принесла сюда на руках и думала, что любит всей душой…

 Она не слышала, как в комнату вошел Придурок. Он внезапно остановился и некоторое время рассматривал ее. Потом осторожно, будто боясь спугнуть, приблизился. На его лице застыла идиотская улыбка. Он не отводил взгляда от ее ног. Девушка опомнилась, лишь когда он протянул  руку и дотронулся до ее груди. Доз посмотрела на его глупое блаженное лицо. Она поймала этот взгляд. Его чувства сейчас были и примитивны, и возвышенны. Он восхищался и желал ее, как ничто другое, он боялся приблизиться, однако потребность оказалась сильнее и позволила подойти к ней ровно настолько, чтобы прикоснуться к своему божеству.

 Нет. Она больше не будет пить человеческую жизнь. Хватит.

 Доз посмотрела в его глаза. Когда их взгляды пересеклись, она поняла, что может читать мысли и чувства мужчины, словно пила жизнь… Его робкие потребности и желания, такие трепетные и очевидные, заворажили юную вампирессу. Она с трудом удержалась, чтобы не призвать человека как жертву. Но нет… Хватит!

 - Ты больше не будешь курить. Никогда! – Придурок улыбался и внимал ее словам. Вампиресса знала, что он никогда не отступит от того, что она в него вложила. – Похоронишь брата, когда я покину этот дом. Придет весна и ты тоже уйдешь. Ты пойдешь к людям и станешь им помогать. Будешь строить им дома и работать поле. Ты никогда не причинишь людям боли и зла. Понял меня?

 Придурок кивнул.

 - Молодец. А сейчас вынеси брата на улицу. Потом вернешься в хижину и ляжешь спать. Твой сон будет длиться до того момента, пока я не уйду.

 Мужчина опять кивнул. Доз улыбнулась. Улыбка получилась кривой, но вполне искренней. Она сумела сдержаться и не поддалась голоду. Да еще и Придурку помогла! Смешно… Доз вдруг ощутила невероятную усталость. Она опустилась на пол, прижавшись спиной к теплой печи и позволила себе всхлипнуть.

 Немного придя в себя, Доз занялась поисками сносной одежды, так как её собственная уже ни на что не годилась. В куче досок обнаружились сшитые из шкур штаны и жилетка больших размеров. Ей было не привыкать носить одежду с чужого плеча; верёвка, что прежде связывала руки, теперь пришлась как нельзя кстати. Ее движения были заторможены, давно она не испытывала такой пустоты в чувствах и эмоциях. Автоматически девушка разворошила кочергой горячие угли, подложила в печь лежавшие на полу поленья, раздула огонь и, плеснув из бочонка воды в казанок, поставила на огонь.

 Придурок уже вернулся, он оставил тело брата на пороге дома, а сам улегся на шкуры за печкой. Достаточно громкое посапывание означало, что хозяин хижины спит крепким, навеянным волей вампирессы, сном.

 Доз не обращала на человека никакого внимания. Ее лишенное мыслей тело ловко справлялось с царившим вокруг хаосом. Стол был очищен и вымыт, мусор сметен в угол, рядом кучей свалена грязная посуда. Доз удалось отмыть лишь металлический стакан и миску. Под плетеным половичком девушка обнаружила погреб.

 Откинув массивную дверцу люка, она спустилась вниз. В ящиках была картошка, на полу стояли бочки с засоленными огурцами, рядом – куль с мукой. Бывшие хозяева, хотя и были не семи пядей во лбу, но все же запаслись кое-чем. На полках Доз даже обнаружила завёрнутые в бумагу вяленые куски мяса и несколько горшочков с вареньем. Повинуясь какому-то внутреннему импульсу, девушка извлекла из погреба мясо и варенье, набрала картошки, муки, прихватила несколько огурцов. Потом принялась за готовку.

 Картошка, весело побулькивая, кипела в казанке. Немного поэкспериментировав с мукой и водой, добавив соль и засушенную траву, что была связана пучком и висела на гвозде над печкой, Доз все же смогла замесить тесто. Эта трава была ей незнакома, но девушка чувствовала её целебную силу. Вскоре хижина наполнилась пьянящим запахом хлеба. То был запах ее детства. Бабушка пекла ароматный хлеб, подмешивая в тесто лесные травы. Маленькая Марелиана очень любила его; это лакомство прибавляло сил и здоровья. Ее хлеб получился совсем не таким, как у бабушки, и попробовать его она тоже не сможет. Доз смахнула со щеки непрошеную слезу. Где ты, бабушка?

 Не дожидаясь, когда еда будет готова, Доз одела висевшую на крюке возле двери шубу, которая сразу же навалилась на ее плечи тяжкой ношей, и вышла во двор. Солнце садилось, косыми лучами освещая долину снегов. Его лучи падали на серые скалы, придавая камням сверкающий блеск. Девушка полной грудью вдохнула морозный воздух. Ей захотелось обернуться птицей и умчаться далеко-далеко, за эти сверкающие скалы, туда, где ее не смогут нагнать боль и тоска. Туда, где она будет одна, и, наконец, сможет постичь смысл слова «свобода»…

 Девушка огляделась. Ей некуда было идти, все вокруг обещало смерть. Белоснежная пустыня простиралась вдаль, насколько хватало глаз, горы на горизонте исчезали. Было все равно, как умирать – от руки с осиновым колом, солнечного луча или мороза. Есть ещё крохотный шанс: вдруг она сможет снова уснуть и позвать страула… Нет, она ни за что больше не испытает унижения! Она не будет зависеть от кого бы то ни было, и не повторит ошибок, суля беду тем, кто рядом с ней!

 Доз вздохнула, позволяя мыслям остановить свой бег.

 Оценив рыхлый снежный ковер, девушка решила поискать сани или хотя бы то, из чего их можно смастерить. По крайней мере, она сможет спускаться с холмов. Лыжи бы сейчас тоже не помешали.

 Доски и инструменты она принесла из хижины, а старые, с гнутыми полозьями сани обнаружились в старом полуразрушенном сарайчике-пристройке позади домика. Доз неумело принялась за работу. Несколько часов у нее ушло на то, что бы приладить и выправить полозья, скрепить их брусьями и убрать все лишнее. Спинку Доз оставила, решив, что с ней будет удобнее.

 За сваленными в углу бревнами обнаружилась вполне приличная пара лыж. Немного поразмыслив, Доз чуть укоротила их топориком. В качестве лыжных палок пригодились ветки, запасенные, вероятно, в качестве хвороста. Прихватив с собой топорик, Доз выехала из сарайчика. Сани скользили за ней на веревке. У крыльца девушка сбросила лыжи и, осторожно ступая по скрипучим ступенькам, вошла в хижину.

 Тайлер сидел за столом и с аппетитом уплетал картошку, заедая хлебом. Мальчик поднял глаза и молча наблюдал. Судя по всему, он уже раскаивался в том, что наговорил ей утром.

 Не говоря ни слова, девушка стянула с кровати одеяло и вышла из домика. Желания поговорить или попрощаться с Тайлером у нее не появилось. Она знала, что запасов еды в хижине более чем достаточно, а, поскольку мальчик пошел на поправку, его жизни уже ничего не угрожает.

 В душе у нее поселились страх и сильная обида, которые гнали ее прочь. «Он другой, шептали все её чувства, - Это не Тайлер».

 Теперь она была в этом уверена.

 Доз задумчиво побрела к чернеющим скалам. Темное небо и луна окрашивали в синий цвет снежное покрывало, лунные тени складывались в фантастические узоры, которые, как живые, тянулись к медленно скользящей по снегу фигурке.

 Девушка смотрела на тени. Вот так же холод тянулся к ее душе, пытаясь заполнить собой все ее чувства.

 Тайлер… Стив… она считала их друзьями. Когда они встретились, появилось ощущение настоящего, вечного – той связи между людьми, что длится всю жизнь… В вечности растворились образы Катарины и Полины. Там остался Стив, а теперь и Тай. Но мальчик не ушёл в небытие, он был все еще здесь, и в тоже время больше не был другом. За то время, что они не виделись, он изменился так сильно, что стал совершенно чужим. Он пугал ее. Он заставлял ее бежать в холод и неизвестность. Теперь она четко ощущала этот страх, который давно таился в ее сознании, и могла дать ему имя. Это был страх перед его силой. Силой, присутствие которой она впервые ощутила на площади городка Линсенса, когда услышала его голос, прервавший гипнотическую речь вампира. В миг их первой встречи ее сущность затрепетала перед ним, но разум не позволил страхам и интуитивным опасениям взять вверх – для нее, как и для всех, Тай был одиннадцатилетним мальчишкой с добродушно открытым лицом, задорно блестящими черными глазами, которые по-детски наивно воспринимали мир…

 Когда это было? С тех пор прошло немного времени, но все изменилось.

 Ветер, несущийся с равнин, разбивался о каменную преграду и, завывая, срывал с ее вершин белый снежный пух. Доз опасливо косилась на каменные глыбы, нависающие над её головой, белые шапки на их вершинах, и ей делалось не по себе. Но идти по снежному полю она не решалась: горы давали хоть какое-то укрытие.

 Гонимая тревожными мыслями и ледяным ветром, она продолжала скользить по снегу. Ее насторожил голос, доносившийся издалека. Доз на миг остановилась, потом покатилась дальше. Голос приближался. В нем отчетливо слышались тревога и мольба. Девушка оглянулась. Тайлер пробирался по сугробам вслед за ней. Он был одет в свою легкую курточку, и шел, утопая в снегу, иногда падал, но снова поднимался и шел, продолжая звать ее. Доз по голосу поняла, что он плачет. Но жалость, встрепенувшись на миг, утонула в затаенной обиде.

 - Доз, прости меня! Доз!!! – Тайлер в очередной раз упал, но, упрямо поднявшись,  вновь поспешил за ней.

 - До-о-о-з!!! Миленькая! Прости меня! Я больше так не буду!!!

 Чего он не будет? Вампиресса зло усмехнулась. Перед глазами вновь воскрес суровый взгляд, властный, обвиняющий голос и страх, сковавший ее… Она боялась оставаться с ним.

 Ноги не желали идти дальше, она едва заставляла их передвигаться. И зачем ей понадобилось одеяло? Не надо было входить в дом, ушла бы потихоньку, и он бы не догнал.

 - Доз!!! Подожди, пожалуйста! Я пропаду без тебя! Доз, прости! Я больше не буду…

 Она все-таки остановилась и, обернувшись, впилась в него полным ярости взглядом.

 - Чего «не будешь»? Не будешь больше последней скотиной? Не будешь больше обижать ту, что заботилась о тебе, кого совсем недавно называл другом? Клянёшься не врать и расскажешь о том, что с тобой творится? – ей хотелось закричать, но голос звучал тихо. Ветер срывал с ее губ слова и кружил вихрем.

 - Прости, Тай, но я и в самом деле не тот проводник, что тебе нужен. В случае настоящей опасности я не смогу тебя защитить!  - этими словами она словно поставила точку в разговоре и повернулась, чтобы продолжить свой путь.

 Тай подбежал к ней и, обхватив за шею, уткнулся в щеку мокрым от слез лицом. Он продолжал молить о прощении… и снова был тем самым Тайлером, которого они со Стивом пообещали доставить к Туманным горам.

 Ветер выл над их головами, сливаясь с тонким голоском мальчишки. Доз села на снег. Ее сердце, казалось, вот-вот разорвется. Тайлер безудержно тараторил:

 - Я не могу порой совладать с собой.  Что-то внутри заставляет меня быть жестоким и злым. Я сам знаю - это неправильно, так нельзя, но не могу! Я ведь по-прежнему люблю тебя, - темные глаза смотрели искренне, умоляюще. – Пожалуйста, не бросай меня тут одного! Помоги мне дойти до Гор, ты очень сильная, я знаю. Ты справишься. Сам я туда не дойду. Я не выживу!

 - Но, помнится, с умерщвлением ты приноровился! – съязвила с досады Доз.

 Она не хотела прощать его, и в тоже время понимала, что не может иначе. Она боялась его второй натуры, его магической силы и непредсказуемости. Но он прав: она дала обещание самой себе, что доведет мальчика до конечной цели, оказавшегося таким трудным, пути. Иначе Стив погиб зря; а этого она никак не могла допустить.

 Тайлер отер рукавом глаза.

 - Это не то, что ты думаешь. Я всегда был честен перед тобой, и то, что произошло, вовсе не означает, что я превратился в вампира, – он глубоко вздохнул. – Доз, я постараюсь быть сдержанным. Я не такой, каким был раньше. Порой с этим бывает тяжело мириться.

 Доз встала. Ледяные снежинки, сорванные ветром со скал, запорошили ее лицо.

 - Возвращайся к хижине. В дорогу надо взять еды и еще одну шубу.

 Тайлер счастливо засмеялся, вновь повис на ее шее и, крепко обняв, прошептал:

 - Спасибо, сестренка. Теперь мы справимся и с разбойниками, если те посмеют встать на нашем пути, и со страулами, и вместе доберемся до Туманных Гор!

 Напоминание о странных существах отразилось на лице Доз недовольной гримасой. Она думала о вечности, что ей предстоит прожить, прежде чем исполнить данное обещание.

13. Тайлер - Игнариус

 Когда они покинули хижину, звезды уже ярко светили в черном небе. Печь в избе остывала. Хозяин хижины проснется, когда вампиресса продолжит свой путь…

 Богатую бурую медвежью шкуру, расстеленную на полу перед печью, друзья взяли с собой. Тайлер совсем не брезговал кутаться в нее, сидя на санях - воспоминания о случившемся этим утром его совсем не тревожили. Доз же с неприязнью вспоминала синий шрам, оставленный мелкими и острыми зубами мальчишки, на теле негодяя. Девушка отогнала прочь неприятные мысли. Скользя на лыжах, она стремилась как можно скорее покинуть эти места.

 С рассветом поднялась метель. Тяжелые тучи плотным занавесом накрыли мир. Капюшон отяжелел от налипшей на него белой «шапки». Доз чувствовала себя снеговиком. Чтобы удобнее было идти, она завязала веревку от саней на поясе.

 Тайлер мирно спал. Из-под медвежьей шкуры, забеленной снегом, торчал только раскрасневшийся кончик носа.

 Доз не дала ему заснуть, не выспросив прежде о возможности подобраться к цели их путешествия иным путём: например, воспользоваться помощью страула.

 Рассмеявшись, он ответил:

 - Если бы всё было так просто, Доз… Туманные горы по-другому называют "Исчезнувшими". Это – место силы, где до сих пор обитают сильнейшие маги этого мира. Попасть туда почти невозможно.  А страул… если сочтёт нужным, он сам найдёт тебя, но помогать нам не будет.

 Девушка досадливо закусила губу, но промолчала.

 Сегодня вампиресса решила не останавливаться на день: холодное солнце не проглядывало сквозь тучи и снежную бурю. Борясь с ветром, она медленно шла вдоль чёрной громады скал на север.

 Прошло двое суток. Когда мальчик просыпался и ел, они обменивались несколькими фразами. На третий день им пришлось сойти с привычной тропы, отступив от гор.

 - Старайся идти все время на север, - сказал ей Тайлер, когда стало ясно, что горная гряда образует собой полумесяц. - Если мы продолжим этим путем, то сами не заметим, как отклонимся от цели, а это нам совсем ни к чему.

 Доз прислушалась к его совету. Она ждала от Тайлера объяснений, но сама не хотела расспрашивать. Если он о чем-то говорил, то это были воспоминания недавних событий. Тай рассказал, как ехали в «Детский Рай», как мальчишки подшучивали над разносчицей еды, как при каждой кормежке начинали играть в игру – перечисление синонимов слова «толстый», или оскорбительных эпитетов женского рода. Один раз ему крепко досталось, так как толстуха сразу угадала зачинщика. Потом Доз поведала  о своих попутчицах:

 - Представляешь, им понравился наш Стив, и мне пришлось наврать, что он мой парень! – смеясь, рассказывала Доз. Тайлер тоже смеялся.

 Она рассказала, в свою очередь, какие пытки девочки придумывали надзирательнице. Потом – про неудавшуюся попытку побега и жизнь в семинарии. Еще Доз поведала о жителях деревни, о слайдерах. Мальчик слушал ее не перебивая. Девушка ожидала восторженной реакции, его удивления, но Тайлер оставался серьёзным. В самом конце рассказа он оживился и подробно расспросил о том, как души девочек покинули этот мир. Ей снова стало грустно при мысли, что её подруги где-то очень далеко. Тайлер серьёзно посмотрел на Доз.

 - Ты повзрослела, подруга. Знай – потеряв что-либо, приобретешь больше.

 Девушка удивленно подняла брови и пожала плечами.

 Долгие беседы позволяли коротать время, вселяли в их души покой и надежду.

 Лишь однажды произошло то, что заставило ее в очередной раз убедиться - Тайлер всё так же непредсказуем и неоднозначен. Это произошло под вечер. Горный кряж уже трое суток маячил у них за спиной, постепенно удаляясь. В  безоблачные ночи Доз искала на небе большую звезду.  Тайлер первым увидел ее.

 - Северянка, - тихо сказал он. - Она очень яркая и венчает косу созвездия Девицы. Эта звезда укажет нам путь к Туманным Горам.

 День обещал быть морозным и ясным. Когда мир окутала предрассветная мгла, уставшая и окоченевшая Доз остановилась рядом с невысоким корявым деревцем, заметенным снегом. Девушка перекинулась парой фраз с мальчиком, который слез с саней, желая поразмяться. Она устроилась неподалёку; замоталась в шубу и уснула прямо на снегу.

 Ее разбудили далекие голоса. Один из них, казалось, звучал во сне; иначе просто не могло быть. Девушка приподнялась. На мир уже опустились седые сумерки. Тайлера поблизости не было. Двое стояли в нескольких десятках метров от нее и, кажется, разговаривали. Удивленная и заинтригованная происходящим, Доз подкралась поближе, чтобы расслышать слова.

 Если это и был сон, то он просто удивительно копировал реальность: снег был всё таким же холодным, она – всё так же телесна.

 Облаченный в черную мантию мессии, едва касаясь сапогами глубокого снега, перед ней возвышался Эрион. Напротив него стоял Тайлер. Несмотря на то, что мальчишка ростом едва доставал вампиру до плеча, держался он гордо и независимо.

 - Я строго следил за исполнением нашего договора и продолжаю его выполнять. Но существует ли он до сих пор?! – голос Эриона срывался в гневе, но мальчик оставался спокойным.

 - Я выживал, дорогой Эрион. Мне необходимо было время, чтобы вернуться. Твои старания я оценил по достоинству, но для гнева нет причины, если, конечно, у тебя нет повода пойти на попятную. Ты случайно не выслуживаешься перед моими дорогими родственниками?

 - Выжил, говоришь? Ха-ха, - Эрион с сарказмом оглядел Тайлера, но при этом от Доз не укрылись чувства уважения или даже страха, которые немым фоном присутствовали на его бледном лице, так старательно скрывающиеся под маской высокомерия.

 - Сколько тебе лет, малыш? Да твои родственники перешагнут через тебя и даже не споткнутся!

 - Не переживай на этот счет. Они уже вспомнили обо мне и засвидетельствовали своё почтение.

 Доз представила, как Тайлер улыбается. Сейчас она не могла видеть его лица.

 - Ладно, Эрион, оставим мои отношения с родней в покое. Пусть они развлекаются со своими коридорами. Эти плосколобые глупцы скоро узреют, что их вековое творение – не более чем пыль во Вселенском пространстве.

 - Почему я должен верить тебе?

 - Потому что я сейчас стою перед тобой. Потому что я искал и нашел способ вернуться. Потому что, в отличие от тебя, я не предавал единственного верного друга! Что тебя заставило усомниться во мне? Неужели ты поверил, что та «святая водичка», которую так обильно лили провозгласившие себя святыми судьями, лишила меня зрения? Ты был среди них, и сразу же перекинулся на сторону Иоанна! Ты был в той толпе счастливых слабаков, решивших, что избавляются от нагноившегося нарыва…

 - Это неправда!– запальчиво перебил его Эрион. - Я верил в тебя.

 - Что? – Тайлер засмеялся. Доз узнала этот смех, и ей сделалось не по себе. Эрион испытывал похожие ощущения.

 - Я не спалил тебя только потому, что продолжал надеяться на твою прозорливость и благоразумие. Я верил, что ты продолжишь воспитывать моего сына! Но ты даже в этом не преуспел. Великий и неповторимый мессия Эрион! И на что же ты рассчитываешь сейчас?

 - Я думал, что мы еще друзья, но ошибся! Ты псих! Ты звал сыном вампира! Неужели ты в самом деле рассчитывал, что я буду опекать его и дальше? Что же, возможно, я  исполнил бы твою волю, но малыш Стиви сам выбрал свой путь. Я сделал для него все возможное, Игнариус! Все, что мог сделать для такого вампира как он.

 - Может, ты ждешь моей благодарности?! – голос Тайлера сильно изменился, ничем более не напоминая мальчишеский.

 Доз видела, как меняется лицо Эриона: страх полностью скрыл былое высокомерие. Она ощутила волну сильного жара, исходящую от паренька…

 - Ты – дьявол! – выкрикнул Эрион.

 - Возможно, - кивнул Тайлер.

 - Я верен своему слову, Игнариус! И я прекрасно знаю, на что ты способен. Если желаешь спалить меня, как тех несчастных на площади – пожалуйста. Это будет хороший исход. Что-то уж слишком затянулось наше… сотрудничество.

 - Я знаю цену твоим словам, Эрион. Лучше уйди по-хорошему и продолжай заниматься тем, в чем преуспел. Ты – вампир с прекрасной репутацией и блистательным будущим. О чем еще тебе мечтать?

 - Ты знаешь, о чем…

 С этими словами Эрион исчез, и Тайлер остался стоять в одиночестве.

 О том, что здесь был кто-то ещё, нельзя было прочесть даже по следам на снегу: волна жара, вырвавшись из тела мальчика, на несколько метров вокруг уничтожила  снег.

 - Тай, что это значит? – Доз вопросительно смотрела на него. Молчать и делать вид, что ничего не видела, было глупо.

 - Старая, почти семейная ссора, Доз, - ухмыльнулся Тайлер. В  его взгляде и голосе все еще присутствовала отстраненность и некая усталость взрослого человека.

 - Как давно ты знаком с Эрионом?

 - Лет триста. Хотя… нет, чуть больше.

 - Он называл тебя Игнариусом…

 Мальчик подошел к Доз и положил обе руки ей на плечи. От них шло тепло, успокаивающей волной окутавшее девушку.

 - Вот это как раз то, что возводит между нами невидимую стену. Одиннадцать лет я был Тайлером. А теперь, осознав себя, и то, как я им стал, не могу пока с этим свыкнуться.

 - Тай, Стив говорил, что Игнариус умер. Что его сожгли. Он видел, как его сожгли!

 Тайлер захохотал так, что не смог устоять на ногах и, повиснув на плечах Доз, увлек ее на снег. Она охнула, с недоумевающей улыбкой ожидая объяснений. Немного успокоившись, он сел, скрестив ноги.

 - Это я всех сжег! Хотя, признаю теперь, немного переусердствовал. Но это того стоило. К тому же для меня это тоже был особенный день – день моего перерождения в новое существо. Как можно было не отметить сие праздничным фейерверком! – лукавая улыбка осветила лицо мальчика. - Теперь имя Игнариуса наводит ужас на всех людей, вампиров и рариторов этого мира. А мои родственники до недавнего времени считали, что избавились от меня.

 - Я ничего не понимаю. Какие  родственники? Причем тут Эрион? Как он вообще здесь оказался?!

 Тайлер задумчиво посмотрел на Доз, поправил прядку ее волос, выбившуюся из-под капюшона.

 - Это простой фантом, что-то вроде магического сна. Этому обучали на последних курсах в академии волшебства. Смешно, но когда-то я даже успел поучиться в академии, а потом возглавить ее, - Тайлер хохотнул, но вдруг его взгляд стал серьезным, положив руку на плечи Доз, он продолжил уже совсем другим тоном. - Те самые родственники, которые якобы пытались тебе помочь. Ты и я принадлежим одной очень древней династии, так что я не шутил, когда называл тебя сестренкой. Помнишь письмо, что ты носила за пазухой? Эти люди, якобы из милости и благородства, пытались вытащить  тебя из той дыры, где ты жила до встречи со Стивом.

 - Откуда ты знаешь, где и как я жила?! – Доз почувствовала тревогу и раздражение.

 - Успокойся, сестренка, - Тайлер взял ее ледяную ладонь и осторожно сомкнул пальцы, - Если бы я что-то узнал, то не стал бы пользоваться этим во вред тебе. Мне ничего неизвестно, кроме того, о чем ты сама рассказывала, и о чем догадался сам. Пора тебе перестать стыдиться своего прошлого. Ты – не такая как все, ты иначе воспринимаешь действительность. И ты стоила того, чтобы попасть в лучший мир, который стал тебе домом. Верно ведь?

 - Наверное, - Доз неуверенно пожала плечами.

 - Стив всегда поражался тебе: став вампирессой и лишившись жизненной силы, ты впервые поняла, что такое жизнь. Думаешь, он не замечал, как ты ночами радуешься звездам, вдыхаешь ароматы цветов, разговариваешь с деревьями… Жизнь не хочет покидать тебя. Ты даже сумела снискать расположение живого существа, хотя те шарахаются и ненавидят вампиров. Даже лишенная солнца, ты тосковала и радовалась его свету.

 - Неужели это так заметно? – улыбнулась Доз.

 - Ага. Еще как! – Тайлер вновь засмеялся, его смех звучал легко и заразительно.

 Но Доз сейчас интересовало совсем другое. Тайлер с каждым днем становился всё более другим. Мысли о будущем пугали её.

 - По-моему, ты пытаешься сменить тему. Что тебе сделали эти люди? Между прочим, я их в глаза не видела, но мне есть за что быть благодарной… - Доз осеклась, вспомнив заветный конверт. Как ей сейчас его не хватало!

 Тайлер помотал головой, улыбка больше не озаряла его изувеченное лицо.

 - С одним из них твои пути всё же пересеклись. Две могущественные магические династии, два рода – Братьев и Сестёр – долгое время жили в мире и согласии, передавая по наследству свою магическую силу, умение чувствовать и слышать живое.  Прежде чем их пути разошлись, ими был дан обет взаимопомощи, если таковая потребуется. Братья со временем отдалились от Сестёр, сила которых росла с каждым столетием, и лишь Клятва заставила их выдернуть тебя из гиблого мира в момент смертельной опасности. И то письмо… Да, это, пожалуй, было единственное хорошее, что они сделали для тебя. И, поверь, благодарить ты должна не их, а свою бабушку, которая лишилась души, чтобы вернуть тебе права последней из Рода.

 - Тай, о чем ты? Я прекрасно знаю, что по просьбе бабушки они отправили мне письмо и пригласили к себе. Но, уверяю тебя, я так и не встретилась с ними.

 - Зато они все время шли по твоим следам.

 - Ты в этом уверен?

 - Уверен, - в подтверждение своих слов Тайлер поднял ладонь и, озорно глядя на нее своими бездонными черными глазами, закивал. – Если бы это было не так, нас сейчас бы здесь не было.

 - Но зачем им это?

 - Сила сестёр столь гармонично и естественно связана со всей жизнью во Вселенной, что непостижимость этого пугает и притягивает одновременно. Ты можешь либо помочь им в достижении целей, либо помешать. Зная тебя, я склонен думать, что второе более вероятно. Иоанн - просто самовлюбленный идиот, а прочие не могут идти против его воли. Слепо следуя своим целям, он не видит ничего вокруг. Не видит последствий, не может оценить результаты… – он махнул рукой и, обернувшись, пошёл прочь. -  Забудь. Ты не такая, и я не такой.

 - Тай? 

         Он оглянулся.

 - А что стало с духом моей бабушки? Я давно не слышу ее.

 Мальчик пожал плечами, но девушке показалось, что в его взгляде была обреченность.

 Доз с тоской смотрела вдаль, где сплошная линия горизонта разделяла снежное поле и темнеющее небо.

 - Скоро я начну испытывать голод, а твои запасы еды почти иссякли. Сколько нам еще идти?

 - Не меньше четырёх седьмиц, если будем идти только ночью, - спокойно ответил Тайлер.

 - О Боже, - застонала она. – Прав был Стив, путь еще тот. Может, нам повезёт и мы ещё наткнёмся на людей. Пойдем.

 Доз решительно направилась к саням, подобрала свое одеяло и бросила мальчику. Тот расстелил его на санях и устроился поудобнее. Она, обвязавшись веревкой, встала на лыжи. Ее палки тонули в глубоком снегу, ноги скользили привычно и ровно. О многом нужно было подумать. Тайлер не хочет больше говорить – и не надо. До  всего нужно дойти своим умом.

14. Магия огня

 Голод… Вечный, терзающий тело голод, обостряющий все чувства в поисках пищи.

 Тайлер спасался тем, что продолжал растягивать скудные запасы еды. Ел он лишь раз в сутки, все остальное время спал. Доз завидовала ему. Ей было куда хуже. В этих местах даже мыши не водились. Земля глубоко промерзла; вокруг, насколько хватало глаз, тянулась безжизненная снежная пустыня.

 Доз вспоминала то, как они со Стивом уходили от погони и прятались, дорогу через Солнечные Кедры и путь в «Детский Рай» – да уж, жизнь в этом мире не давала расслабиться. Голод и вечные лишения – вот ее неотъемлемые спутники. Туманные Горы превратились в навязчивую идею, которая привела их сюда, в эти поистине безжизненные земли. Холод сковывал тело.

 «А ведь мне, наверно, уже исполнилось 15 лет», - подумалось ей. Доз с тоской посмотрела на звездное небо. Она вспомнила слова Стива о том, что у вампиров нет возраста. …  Но почему же она чувствует себя высушенной старушкой, растратившей все свои силы? Он говорил: вампиры не меняются? Да она и в кошмарах не могла представить, что станет такой, как сейчас: блеклые от мороза и грязи волосы выбивались из скрученной косы, кожа на лице обветрилась и горела, губы потрескались, глаза болели, а на руки так вообще лучше было не смотреть. Она заставляла свои ноги двигаться, но с каждым днем становилось все труднее. На нее навалились холод и усталость. Вампиры выносливы… Да, она вынослива, но силы ее иссякли. Если уж на то пошло, она слишком много всего чувствует для того, чтобы считаться мёртвой.

 Ноги подгибаются от усталости, лыжи вновь сцепились, упала. Затем снова поднялась и поехала. Шаг, шаг, снова шаг… она начинает произносить слова считалочки: «Десять негритят пошли купаться в море - Десять негритят резвились на просторе - Один из них утоп - Ему купили гроб - итак у них осталось…»

 Ночь плавно сменилась пасмурным днем. Солнце уже не поднимается над головой, оно лениво скользит по линии горизонта, и его свет не может достать вампирессу. Она, не обращая на него никакого внимания, бредет дальше. Бредет по ровной ледяной пустыне, шаркая лыжами и таща за собой сани со спящим мальчиком. Лишь скрип снега под полозьями и завывающий ветер, поднимающий ввысь легкие облака снега. Тайлер не просыпался с прошлого дня. Девушка прислушалась… Тихое дыхание мальчика – единственный звук жизни в этом царстве холода.

 Доз отогнала от себя наваждение. Мир вновь окрасился кровавой дымкой, и дыхание живого человека искушало и мучило. Разрешая холоду пробраться в самую душу, она машинально шла… «Сотня негритят пошла купаться в море…»

 Ее разбудил Тайлер. Он сидел рядом с ней на снегу и растирал ее руки и щеки.

 - Эй, Доз! Просыпайся, здесь нельзя спать!

 - Я не сплю... я умираю, - пробормотала сухими обветренными губами девушка.

 - Вот придумала! Нет уж, не получится! Страул тебе этого не простит.

 «Причем здесь страул?!»

 - Ну надо же… Придется завещать ему свои разодранные ботинки. Тай, отстань, дай мне спокойно умереть. Хоть раз в этой жизни…

 - Обязательно! – рассмеялся мальчишка.

 Руки его наполнились жаром; теплая волна окутала девушку… Светлые видения заполнили ее сознание и понесли в радужные сны…

 - Нет-нет! Спать нельзя! Соберись, открой глаза! – крича, Тайлер хлопал ее по щекам.

 Доз с трудом нашла силы, чтобы повиноваться.

 - Тай, почему я не могу отдохнуть? Я трое суток без остановки везла тебя! Может, сам попробуешь тащить сани, а я посижу?

 Он отрицательно мотнул головой.

 - Ты уснешь, и, возможно, не проснешься здесь снова… Вот что! Я попробую научить тебя магии огня. Это несложно, хотя и требует затрат энергии. Уверен, у тебя получится. Только встань и попытайся сосредоточиться.

 Доз поднялась на негнущихся окоченевших ногах. Своих ступней она практически не чувствовала.

 - Отвяжи лыжи от ботинок. Они могут сгореть.

 Она подчинилась, мысленно удивившись такому предположению в царстве холода и льда.

 - Молодчина. А теперь погрузись в чувственный мир, тот, что ты осязаешь, когда желаешь увидеть что-то... иное. Посмотри на мир изнутри.

 Доз легко погрузилась в мир тишины… и биения сердца ребенка. Слова теперь слышались откуда-то издалека.

 - Попробуй переместиться вглубь этой планеты, туда, где таится Огонь.

 Марелиана смотрела на мощное сияние, исходящее от Тайлера.

  Повинуясь притяжению недр земли и согласно действию сил, объединяющих его сущность с энергией родной планеты, он погружался вглубь, преодолевая чужеродную живому субстанцию, не растворяясь в мощных силовых потоках.

 Небольшой силовой импульс, преодоление сопротивления – и девушка ощутила, что ее поглощает нечто огромное и очень мощное, подчиняющееся только собственным законам.

 Внутреннее чувство предостерегало, не позволив страху и робости обессилить ее; девушка не отрывала взгляда от своего учителя. Она уже не слышала голос, а лишь старательно повторяла его действия. Они окунулись в горящие потоки, бурлящие в глубинах этого мира.  Яркая сущность мальчика скрутилась, подобно спирали, и устремилась вверх…

 Маг – светящаяся тень, мелькнувшая кометой, проделал все это с такой грациозностью, что Марелиана, невольно залюбовавшись, пожелала повторить каждое его движение с не меньшей легкостью и красотой. Окунувшись в горячее нутро планеты, она подхватила светящиеся нити жара и начала подниматься… Ее кружило, а от ощущения полета сделалось легко и приятно, руки сдерживали мятущуюся силу, рвущуюся наружу.

 Почувствовав под ногами твердую землю, она взглянула на Тайлера и услышала его звонкий смех. Обычное восприятие мира возвращалось, но огонь в руках оставался таким же реальным, как секунды назад.

 Мальчик играл огненными змеями, оплетающими его тело, искрящимися в волосах, и смеялся… Надо же, он умеет ими управлять! Потом он вытянул руку, и змеи послушно соскользнули с нее.

 Пламя мощными потоками спускалось с его пальцев и растекалось по поверхности. Доз видела, как на миг оживает окоченевшая земля и тут же вновь погибает от жара.

 Вампиресса чувствовала природу этой стихии, одержимой яростью вечного бега, и словно оживала, насыщаясь  её необузданностью.

 Она разжала руки и, приказав огню повиноваться, отпустила мощную силу. Ее пламя, коснувшись земли, лишь растопило лед и подарило почве долгожданное тепло. Земля спала, но теперь пробудилась и встретила это тепло легкой радостью.

 Марелиана продолжала растапливать лед вокруг себя, испытывая счастливое чувство Дарящей жизнь. Не только смерть может дать она миру, есть еще и жизнь. Она  смеялась, Тайлер приблизился, обнял ее; он тоже смеялся. Его пылающие огненные змеи обвили их обоих, продолжая сплетаться с ее более тонкими змейками.

 Наконец последняя огненная лента соскользнула с ее руки и ушла в землю. Свой огонь Тайлер просто сбросил с рук; на несколько метров поля впереди покрылись черной обожженной землей.

 - Ну как? –  спросил мальчишка. В его глазах еще прыгали огненные зайчики.

 - Здорово! Когда ты этому научился?

 - О… очень давно! Это самая любимая магия из творимых мною.

 - Мне до сих пор кажется, что я горю!

 - Твое тело еще несколько часов будет хранить тепло. Только не увлекайся сильно: в этих местах огонь слишком глубоко, и, добывая его, ты можешь потратить все силы.

 - Да во мне теперь столько силы! - смеялась Доз, счастливая эйфория буквально захлестнула ее.

 - Это на время.

 Тайлер растянулся на все еще горячей земле.

 - Да, тепло просто необходимо для жизни, - медленно, наслаждаясь покоем, добавил он.

 Доз легла рядом, распластавшись звездочкой.

 - Ага… еще бы немного поесть и все - полный кайф!

 Тайлер усмехнулся; от его запасов оставались лишь жалкие крошки.

 - Размечталась.

 Но потом, приподнявшись на локтях, серьезно посмотрел на девушку.

 - Доз, если ты почувствуешь, что тебе действительно плохо - говори!

 - Хочешь сказать, что знаешь, чем мне помочь? И что же ты сделаешь? Вытащишь кролика из своего сна?

 - Нет. Кролика не принесу, но что-нибудь придумаю…

15. Север

 Доз время от времени возвращалась к подземному огню, хоть это не всегда удавалось так легко, как в первый раз. Огонь придавал ей сил, она радовалась, что дарит жизнь замёрзшей земле, игры с неведомой прежде стихией будили воображение, превращая её в Повелительницу Огня, Огненную царицу. Ее тело вновь оживало и приобретало пластичность, что позволяло быстрее двигаться к своей цели, все дальше и дальше за звездой Северянкой. Она ощущала существенную убыль сил, едва проходила эйфория, навеянная магией, но без света и тепла невозможно было жить.

 Звезды вот уже несколько дней светили даже днем. Солнце почти не касалось их, лишь горизонт окрашивался в розовые тона, а небо время от времени переливалось всеми цветами радуги. Когда она увидела это впервые, у окоченевшей вампирессы перехватило дух от восхищения: когда небо вдруг осветилось и засияло радужными переливами, снег окрасился яркими бликами.

 Небо и земля образовали роскошные декорации к фантастической сказке. Доз, очарованная, в этот миг чувствовала себя единственной, кто принимает участие в этом «спектакле» света и теней. Она скользила по сверкающему снегу и наслаждалась приливом сил и легкостью движений.

  Тайлер не видел всей этой красоты, он вновь погрузился в многодневный сон. Его остатки еды были полностью съедены, мешок от продуктов опустел. Мальчик отдал его Доз, посоветовав надеть на растоптанный сапожок. Впрочем, ногу это не согревало, и «носок» вскоре превратился  в «шапку». Ткань защищала глаза и нос от холода и снега.

 Чтобы хоть как-то отвлечься от однообразия пути и отогнать дурные мысли, она тихонько напевала себе под нос. На ум приходили дикие и лиричные песни, даже стихи из старых журналов, вспоминались бабушкины напевы… 

 Мороз здесь пронизывал все, воздух был сухим, словно стеклянным, ветер стал еще более злым и колючим, даже снег изменился – острые рассыпчатые крупинки с хрустом ломались под полозьями лыж. Ветер, вьющийся по синей пустыне, изредка будоражил снежную гладь, гоня поземкой вслед за собой. Иногда Доз хотелось просто наслаждаться красотой и нетронутостью этих мест. Понимание, что это последнее яркое зрелище, которое ей суждено наблюдать в  своей недолгой жизни, усиливало тягу к прекрасному.

 Чувство голода уже несколько дней не давало о себе знать. Девушка чувствовала, что если остановится, то замерзнет навсегда, и она продолжала упрямо идти за яркой звездой, пытаясь разглядеть за  светлой чертой горизонта какое-либо подобие гор или стены тумана… но вдаль уходила все та же ледяная пустыня. Тайлер спал, его дыхание день ото дня становилось всё более тихим, поверхностным.

 Доз уже не помнила, сколько времени он пребывает во снах. Солнце обходило мир, не заглядывая в эти земли.

 Мрак и холод…шаг… следующий… нога похожа на инородный костыль. Палки вновь утопают в глубоком снегу, девушка едва осознаёт, что всё ещё держит их в руках. Она, не чувствуя своего тела, опускается в снег, ледяные снежинки уже не холодят ее.

 Марелиана не могла дотянуться до тепла. Как бы глубоко она не проникала в недра планеты, везде ее окружала леденящая тьма. Силы земли не желали ей подчиняться.

 Она оставила безуспешные попытки и, свернувшись калачиком, легла на снег. Слезинки замерзли  на щеках, образовав тонкую корочку. Она стерла их рукавом, кожа немедленно отозвалась болью, маленькие кусочки льда утонули в снегу. Скоро она перестанет что-либо чувствовать и тоже превратится в кусок льда.

 Вновь,  упрямо поднявшись, надела лыжи и зашагала вперед, таща за собой сани. Тайлер все еще спал; видимо, сон сохранял ему жизнь.

 Мороз, казалось, усиливался. Синяя снежная равнина менялась. Снега стали более плотными, каждая снежинка больше напоминала льдинку - острый и твердый кристалл. Холод пробирался под одежду, замораживая ее изнутри.

 Она, силой воли и упрямым желанием: «не останавливаться», заставляла свои ноги идти. Ее  ноги, казалось, перестали принадлежать ей, так же можно было с успехом передвигаться на деревянных ходулях. Тело почти не чувствовало холода, усталости; как робот, она шла вперед, к цели. Из всех мыслей в голове была только одна:

 «Я сильная. Я должна дойти. Он верит в меня».

 Ее покрасневшие глаза впивались в едва различимую линию горизонта.

 «Кстати, почему не видно, где кончается снежная равнина и начинается небо? Что за облако там, вдалеке?»

 Это мог быть просто растревоженный ветром снег, вьюга или буран… Девушка подняла глаза: Северянка продолжала ярко светить, указывая направление.

 Мысли давно уже не тревожили ее. Молчание сделалось глухим и всеохватывающим.

 Шаг... следующий... лыжи должны скрипеть о жесткий снег, но Доз этого не слышит. Тишина... Шаг... следующий...

 Она поняла, что падает. Ее щека ощутила колкий снег и холод, еще больший холод. Доз закрыла глаза. Синий мир снега и холода погрузился во тьму...

16. Дом Нрада - Наблюдатели

 Настало время вспомнить свои промахи. Совершенные ошибки паутиной нависли над будущим. Иоанн осознал происходящее теперь слишком ясно. Но маг не мог позволить себе тратить время на сожаления, нужно было действовать, вносить изменения в расчеты и подстраиваться под новый ритм жизни. Странно, но это состояние нравилось Иоанну – в его приторной жизни, наполненная до предела энергией, впервые за много лет появилось что-то новое – реальная опасность, которая побуждала мага к действиям.

 Послышались тихие шаги. Санар подошел к Иоанну, но остался стоять на почтительном расстоянии за спиной. Глава Дома обернулся и внимательно посмотрел на племянника. Лицо молодого мага – привычная сосредоточенно-мрачная маска. Санар перенял от отца внешность, но никак не характер и устремления.

 Почему следующее поколение во взглядах так разительно отличается от предыдущего? У сына Гары не было желания продолжать постигать те знания, что унаследовал их род. Магия для Санара была лишь орудием для достижения целей, которые были непонятны Иоанну. На первое место племянник ставил изучение уже созданного во Вселенной, не желая принимать, что и сам может быть создателем и повелителем всего этого. Или он все это знал, но по каким-либо причинам не хотел действовать?

 - Игнариус снял защиту? – низкий, уже не мальчишеский голос Санара прозвучал холодно, без тени  удивления.

 - Да. Он хочет показать нам, что добился своих целей.

 - Не уверен. Его жизненный потенциал на грани истощения. А девчонка держится только благодаря силе воли.

 Иоанн не смог сдержать иронию в голосе.

 - Конечно, слабенькие деточки забрели на край мира в поисках смерти. Ты многое упустил, Санар. Перед тобой великий маг, для которого отсутствие жизненного потенциала не значит ничего. То, что ты видишь его мальчишкой, не означает, что это ребенок. Он давно перестал быть человеком.

 - И что же он тогда?

 Иоанн на миг задумался. Если бы знать ответ на этот вопрос! Но есть одна догадка… Иоанн не раз видел этих существ. Они всегда где-то поблизости, они во снах, они совсем другие, не похожие ни на что...

 - Он иной. Он – то, что не поддается определению. Любой из нас может стать таким, как он, если хватит сил и мужества. Игнариусу хватило.

 - Я знаю, он опасен для нас. И она тоже. Неужели так сложно уничтожить этих двоих? Сейчас они кажутся такими беззащитными.

  Санар перевел взгляд на образ закутанной в шубу девушки, велением воли приблизив ее изображение. Форицинт издал тонкий дребезжащий звук, через миг изображение стало таким четким, что казалось, девушка совсем рядом, а Зал Первородных превратился в снежную пустыню.

 Во взгляде Санара читалось откровенное презрение. Измученное, замерзшее существо, с остекленевшими от холода глазами, голова замотана какой-то серой тканью, выбившиеся спутанные пряди давно не мытых волос – все это вызвало в нём отвращение, которое тот и не пытался скрывать.

 - Ты еще плохо знаешь эту парочку. Ты практически не знал Игнариуса. Тебе было двенадцать, когда он якобы погиб. Уничтожить их? - Иоанн усмехнулся, вспомнив бессмысленную смерть брата. - Именно так погиб твой отец – пытаясь уничтожить их, обессиленных, чудом вырвавшихся из объятий отравленного леса... Девчонка даже не понесла ответственность за убийство родственника, так как последнюю каплю крови выпила не она, а обычный вампир, пусть и сын вампира Игнариуса по крови...

 От Иоанна не укрылся полный ненависти взгляд, который неотрывно следил за девчонкой. Глава Дома снисходительно ухмыльнулся наивности и недальновидности Санара; тот был еще молод, и не умел скрывать свои эмоции и правильно оценивать происходящее, а, также, слишком избалован Гарой. Брат всегда потакал идеям и стремлениям сына, даже не пытаясь переубеждать его.

 - Почему ты так ненавидишь вампиров?

 - Потому что вампир это - самое низшее существо, во что может перевоплотиться человек, - отчеканил Санар.

 Иоанн печально улыбнулся.

 - Тогда смотри, мой мальчик, смотри внимательно. Скоро ты увидишь то самое высшее существо, во что может перевоплотиться человек. То единственное будущее, которого должен достичь истинный маг.

 Санара поразили слова Главы Дома. Впервые Иоанн не скрывал своего восхищения Игнариусом, не прятал свои истинные чувства за ложью и высокомерием. Он пристально вглядывался в лицо спящего мальчика.  Санар понял – Иоанн видит гораздо больше, чем образы измученных путешествием детей.

 - Ты продолжишь строить коридоры несмотря на его предупреждение? – вопрос слетел с губ Санара неожиданно для него самого.

 - Да! – ответ прозвучал слишком быстро и уверенно.

 Санар замолчал и отвернулся. В душе он надеялся услышать другие слова.

 - Да, потому что это единственная наша возможность противостоять ему.

 - Но как же слова  Игнариуса об ошибках, что мы совершили при строительстве?

 - Этим займешься ты.

 Санар вновь обернулся к Иоанну. Давно он не ощущал действия воли и силы разума Главы Дома, способной заставить кого угодно подчиниться себе.

 - Найди нашу ошибку и сумей предотвратить последствия разрушения срединного мира. Я знаю, что Игнариусу понадобиться время на то, чтобы вернуться окончательно и воссоздать свою армию. Да, ты не ослышался – она у него была. Но и мы не беззащитны. У нас есть слабые люди и сильные вампиры, нечисть и само-собой маги. Я, конечно, не думаю, что имеет смысл нападать на него сейчас. У нас еще есть время.  Хотя, возможно, я ошибаюсь… Но пока не завершен мой эксперимент, я попридержу прямые действия. Несколько лет ничего не изменят. Плохо, что у него теперь есть она. Девчонка - его Проводник, и с этим мы на данный момент ничего не можем поделать.

 Санар слушал монолог дяди, но не понимал и половины из его слов.

 - А теперь внимательно следи за тем, что будет происходить с ней.

 С этими словами Иоанн вернулся к своему креслу, оставив ошеломленного Санара одного рядом с образом девушки.

17. Энергия из воспоминаний

 - Доз! Проснись, здесь нельзя спать!

 Девушка осознавала, что Тайлер кричит, но его голос был далек от нее. Она вновь попыталась добраться до огня, покоящегося в недрах земли, но сколько ни тянулась к нему, все было тщетно. Теряя силы, она с исступлением одержимой искала спасения.

 - Не тянись за огнем! Эта магия здесь не поможет! Доз, открой глаза! Я приказываю тебе: открой!!!

 Девушка услышала приказ, почувствовала волю, жестокую и беспощадную... Она заплакала, отчего ее ресницы затянуло корочкой льда.

 - Открой глаза! – приказ повторялся; Доз не могла больше сопротивляться.

 Она нашла силы вернуться к Тайлеру... и открыть глаза.

 Его черные волосы стали седыми от инея, глаза казались еще больше - они  были искоркой жизни на исхудавшем, изуродованном шрамами лице. Маг словно заглянул к ней прямо в душу, и Марелиана не могла не подчиниться его взгляду…

 - Вот молодец! Умница!

 - Я умираю, Тай… Теперь, кажется,  в самом деле умираю.

 Марелиана не слышала своего голоса, но ей хотелось успеть проститься с Тайлером.

 - Ты не можешь позволить себе расслабиться. Еще не время!

 - Тай, я замерзла.

 - Помнишь, что говорил Стив про таких, как ты? Ты не можешь замёрзнуть!

         Она отрицательно покачала головой. Что-то в ней изменилось, и теперь она чувствовала дыхание смерти у себя за спиной.

 Девушке хотелось, чтобы мальчик-маг окутал ее теплом, сделал хоть что-нибудь для неё в последний раз. Она чувствовала, как Тайлер дотащил ее до саней, потом что-то стал делать с ногами. Девушка почти не чувствовала его прикосновений. Мальчик склонился над ней:

 - У  тебя еще есть запас жизни. Он глубоко в тебе, в твоей памяти. Слышишь меня?

 Доз чуть заметно кивнула.

 - В тебе еще есть жизнь. Она в твоих воспоминаниях, в том, что ты пережила раньше. Вспомни что-нибудь теплое, жаркое, когда ты была счастлива. Вспомни немедленно и возьми из этого воспоминания жизненные силы, что оставила там...

 …

 Кто-то подхватил ее на руки и понесся прямо к пылающему костру. Доз завизжала. В момент прыжка у нее перехватило дыхание, а потом ее плавно опустили на землю.

 - Стив, ты рехнулся!

 Стив смеялся, и она тоже. В момент прыжка было немножко страшно, выплеск адреналина вскружил голову. Они отскочили в сторону, уступая место другой парочке. Доз ощущала тепло по всему телу, ее одежда успела нагреться. Было и другое тепло - тепло от обнимающей руки друга…

 …

 - Молодец! Отличное  воспоминание, бери его силу!

 Доз сама не понимала, как это получается. Казалось, что воспоминания той ночи действительно оживили в ней искорку той былой Доз. Мимолетное тепло, ощутимое разве, что в одном вдохе, коснулось ее.

 - Вспомни теперь что-нибудь из прошлого, до встречи со Стивом.

 Девушка лежала, укутанная в медвежью шкуру, в ее голову лезли воспоминания убитого Тайлером хозяина хижины. Глубокая расщелина в недрах горы и манящий блеск в глубине… Золото? Доз крепко зажмурилась: видения померкли. Усилием воли она заставила себя вспомнить что-то далекое, почти забытое, и желательно связанное со знойным летом.

 ...

 Был летний полдень, то время, когда асфальт на тротуаре так нагревался, что, казалось, ещё немного, и он просядет под острыми каблуками местных модниц. Пахло раскаленными шинами, пылью, и моментально испаряющейся водой из фонтана.

 Небольшое кафе. Тут можно отдохнуть, ничего не заказывая, поболтать с друзьями или просто укрыться от уличного зноя.

 В воздухе витал дым от сигарет. Доз прошмыгнула в угол и устроилась рядом с распахнутым настежь окном. Искусственные лианы винограда служили дизайнерской находкой в создании якобы романтической атмосферы, неплохо затеняли помещение.

  В тени искусственных листьев девочка не была видна с улицы.  К кафе подошел парень лет тринадцати. Его огненно-рыжие волосы походили на языки пламени, словно кто-то поджег его бейсболку. Оглядываясь по сторонам, явно ища кого-то, он, как бы между прочим, заглянул в салон ближайшего автомобиля.

 Доз, стараясь не привлекать внимание людей за соседними столиками, тихо свистнула. Рыжий парнишка, немножко ссутулившись и передвигаясь неестественной походкой человека, который слишком хочет казаться непринужденным, ускорил шаг. При этом он без конца оглядывался на дорогу и глупо насвистывал что-то вроде популярного мотивчика себе под нос. Прошмыгнув в кафе, пацан подскочил к столику, за которым устроилась Доз, при этом сшиб по дороге два стула, споткнулся, и едва не рухнул на пол.

 - Да, умеешь ты быть незаметным, - безнадежно махнула рукой Доз. По сравнению с парнем она выглядела миниатюрной куколкой. Поношенная одежда совершенно не портила ее стройную фигурку и придавала внешности некоторую трогательность и невинность.

 - Доз, я уверен, Тоха ничего не заметил. Сегодня придут пацаны. Я им все отдам и можно будет валить из города.

 Доз смотрела на нервно ёрзавшего на стуле пухленького Вовчика. В принципе, он ей нравился: сынок богатеньких родителей, избалованный хорошей жизнью настолько, что его потянуло на приключения.

 Парнишка вообразил из себя неизвестно кого. Все лето крутился возле притона на своем навороченном мопеде. Один раз набрался наглости, зашел внутрь и заявил первому попавшемуся наркоману, что готов сотрудничать. Облапошили тогда юного «сотрудника»: мопеда он лишился за пару косячков, а когда вошел во вкус, пришлось продать папкины часы. Но вчера Вовчик вновь явился, сунулся к Доз и сказал, что знает, как и на чем можно неплохо подзаработать.

 Доз пришла, чтобы утихомирить его пыл и заодно выполнить поручение Тохи: незаметно разузнать, как лучше проникнуть в дом его предков. Парень жил в том районе, где дома имели надежную сигнализацию.

 - Ты сделаешь ложные косяки, ну, с обычной травой. Или что-нибудь подкинь для запаха. А настоящую траву отдай мне: я завтра уезжаю к морю, на курорт с предками. Ну, у них там свои дела, а я знаю тех, кто за траву отвалит хорошие бабки.

 Доз слушала его внимательно, старательно пряча улыбку.

 Следующая встреча состоялась у Вовчика дома – якобы, в целях конспирации, девочка прикинулась его школьной подружкой. Доз оценила охранную систему, отпустив комплимент хозяину. Конечно, она рисковала, но в данном случае можно было не беспокоиться – парень проглотит и не подавится!

 Вовчик тогда с гордостью посмотрел на собеседницу, и она для пущей убедительности добавила, что Тоха собирается поставить на охрану свой притон. И пацан ей поверил!

 Она передала парнишке пакет, где лежали свернутые по всем правилам в бумажные трубочки листья с растущего поблизости дерева. Парень с таким хитрым видом принял у нее пакет, что Доз не выдержала и рассмеялась. Потом начала расспрашивать, куда и насколько он едет, и кто останется дома. На прощание она чмокнула Рыжика (так Доз называла его про себя) в щёку и, лукаво подмигнув, сказала, что в случае удачи будет рада продолжить знакомство. Это послужило залогом успеха. Теперь парень будет из кожи вон лезть, только бы смыться поскорее из дома, разумеется, вместе с предками.

        После этого Рыжика она больше не видела.

 …

 Мысли неслись дальше. Вспомнился богатый дом и комната этого самого Вовчика. Пока парни забирали все ценное из дома рыжего чудака, она нашла комнату парнишки.

 Вова жил в большом доме в одном из самых благоустроенных районов города. Пацанам пришлось постараться, чтобы обойти все датчики сигнализации.

 Стоя на пороге комнаты, освещаемой уличным фонарем, она дивилась фантазиям паренька: обои в комнате были разрисованы парусниками, к высокому потолку подвешены макеты кораблей, на полках рядами выстроились игрушечные солдатики, модели пушек и корабли в бутылках, всевозможные модификации роботов; модели машин… Под столом она нашла ящик, заполненный мельчайшими детальками будущих работ.

 Письменный стол из хорошего дерева, покрытый лаком, был просто завален книгами и журналами. Изучив обложки, она поняла, что для него встреча с наркоманами была новой забавой, опасным приключением. Доз прислушалась к шорохам, заполнившим пустой дом. Да, эту шалость его родичи заценят уже несколько иначе…

 …

 Воспоминания уносили девушку на своих незримых волнах. Большинство из них были летними приключениями, дающими ей ощущение тепла и покоя. Но все они были связаны с ее жизнью в городе.

 Постепенно в памяти всплывали те моменты, которые она прежде старалась забыть, но теперь именно из этих воспоминаний Доз тянула самые яркие, пусть и не самые приятные эмоции.

 Путешествуя по лабиринтам своей памяти, Доз чувствовала, как к ней возвращается то, что прежде неумолимо теряла с каждым шагом. Она ощущала возвращающуюся к ней жизненную энергию. Прошлое не просто восстанавливалось в памяти, она переживала его заново, вновь ступала по давно забытым тропам и дорогам, беседовала с людьми, изучала их лица…

 Все некогда пережитое вернулось, давая возможность пересмотреть всю свою недолгую жизнь. Картинки прошлого образовывали плотное кольцо, теперь она лишь мельком, как бы со стороны, наблюдала их. Сила, что хранили ее воспоминания – вот единственное, что было ценно в этой ледяной пустыне.

 Бесконечная ночь окутала путников. Казалось, солнце навсегда померкло. Лишь светлая линия горизонта свидетельствовала о том, что где-то оно все же радует земли своим теплом и светом. Северное сияние давно не давало о себе знать, зато звезд на небе было видимо-невидимо. Создавалась иллюзия, что они стали ближе, их свет был особенно ярок. Легкое облако маячило на горизонте, и, казалось, приблизиться к нему также нереально, как и дотянуться рукой до мерцающей Северянки.

 Тайлер некоторое время шел рядом. В последнее время он почти не спал, но при этом шёл бодро и выглядел вполне здоровым.

 - Хороший маг может найти силы где угодно. Правда, для этого нужны знания, которые не так просто найти.

 Он бросался подобными фразами довольно часто, давая Доз лишний раз повод для раздумий.  Иногда мальчик держал ее за руку. Она рассказывала ему о своей прошлой жизни, он делился воспоминаниями, связанными с жизнью того человека, кем был прежде – до рождения Тайлера.

 Разговоры с этим странным пареньком, которого так привычно было считать своим другом, придавали вампирессе сил, так же как и старые воспоминания. Доз не чувствовала больше прежнего холода.

 Менялось и её отношение к себе самой, своему прошлому. Девушке удалось примириться с тем, что, обитая под крылышком у обычных людей, которые дали ей временный приют, она жила паразитической жизнью и, как губка, впитывала в себя всё, что её окружало. Чтобы выжить, ей пришлось позабыть, кто она и откуда. Теперь она поняла: несмотря на то, что пошла по пути наименьшего сопротивления, была в чем-то права.

 Обдумав и осознав всё это, девушка испытала тихую радость; словно тяжёлый груз свалился с её души. Она перестала ненавидеть то, что оставила позади себя, и стыдиться этого. Марелиана путешествовала по нитям пошлого, собирая в единое целое всю себя. Самые яркие и далекие воспоминания ее детства открыли для девушки столько забытого, что только теперь она смогла осознать, как необычны и многогранны способности, унаследованные ею.

 Знания, переданные ей древней старухой, были гораздо более глубокими, нежели она полагала раньше - они касались жизни всего мира в целом. Бабушка не только учила её слушать и слышать родной лес,  но и изо дня в день показывала ей «карты миров», которые маленькая Марелиана бессознательно повторяла и запоминала.

 Подметая площадку возле крыльца, она чертила сложные узоры, на пересечении линий которых располагались «двери» в иные миры. Старуха водила ее по «лабиринту», и маленькая девочка увлекалась этой игрой. Она видела своими глазами все пути во Вселенной.

 А еще были сказки. Странные, порой страшные, захватывающие дух истории о жизни в других мирах и о том, как открыть невидимую «дверь» и войти в любой из них... Бабушка передавала ей знания, вкладывая в нее гораздо больше, чем собственный опыт. Только сейчас Марелиана поняла, что старуха готовила ее к другой, новой жизни. Догадка, мелькнувшая в сознании, потрясла Марелиану до глубины души. Внутри все похолодело: бабушка знала ее судьбу и предвидела все. Она готовила свою внучку к необыкновенному и непостижимому – превращению в иное существо, жизни вне тела и вне сознания.

18. Преображение

 Каждое из пережитых воспоминаний меняло что-то внутри самой Марелианы. Постепенно пришло осознание, что эти перемены касались не только ее души, но и внешнего облика. Это воспринималось как неизбежность, и совсем не пугало. Она перестала видеть темно-синие снега, теперь ее глаза воспринимали вокруг лишь белый туман – плотный белый туман, пересекаемый бесконечными светящимися нитями.

  Марелиана протягивала к ним руки. Ее пальцы, касаясь нитей, могли вытягивать их и сплетать в узоры, которые рождала ее фантазия. Своей волей она могла превращать их во что-то новое и неведомое. Пальцы Марелианы перестали походить на человеческие: длинные, крючковатые, с загнутыми ногтями, они легко цепляли тонкие пластичные волокна. Марелиана чувствовала, что может подняться гораздо выше того, что зовется «небом». Она парила на крыльях, которые теперь стали чем-то привычным и необходимым.

 Но при этом она понимала, что внешность лишь диктуется ее памятью о прошлой телесной жизни. Она - энергия, пронизывающая пространство и уходящая далеко за границы постижимого. И, благодаря этому, открывался невероятный простор, где она осознавала себя и парящей птицей и льющейся бурным потоком энергией.

 Марелиана ощущала, как скорлупа прежней жизни растворилась в пространстве, и ничто больше не может лишить свободы. Свободы жить, жить вечно, и творить в этой вечности жизнь.

 Она поднималась ввысь над туманом в прозрачное, словно хрустальное, небо, счастливая от легкости и спокойствия, и снова парила, опускаясь в светящийся туман.

 «Найди Туманные Горы», - Марелиана так четко услышала голос, что не сразу поняла - он прозвучал внутри ее самой. Она оглянулась вокруг. Обретя новое восприятие, она совсем забыла о том, кого провожала.

 Горы… но какие здесь могут быть горы?

 Она постаралась разглядеть хоть что-то в тумане. Только сейчас стало ясно, что туман не вездесущ. Он охватывал все вокруг, но местами рассеивался, образуя странную пустоту. Марелиана постаралась сосредоточиться. В глубине пустоты вдруг показалась фигура. Она приближалась к ней. Это был страул, но теперь его вид восхищал ее. Существо легко перемещалось по бескрайним просторам Вселенной, его пальцы лишь иногда цеплялись за светящиеся волокна, практически не нарушая движение энергетических потоков.

 «Ты справилась. Не ожидало, что вечность для тебя так мала!»

 «Это хорошо?» – Марелиана испытала некоторое беспокойство.

 «Да».

 Существо описало круг около нее.

 «Мне нужно найти место, зовущееся «Туманными Горами»».

 «Так найди. Ты можешь видеть не только Истинный мир, но и то, что видят другие глаза».

 Марелиана не совсем поняла, что хотел сказать страул. Она стала всматриваться в окружающее ее пространство… Другими глазами? Глазами обычного человека что ли?

 Но раньше, чем ее мысли приобрели окончательную форму, она вновь увидела Тайлера.

 Снега под его ногами не было, густой туман окутал худенькую фигуру. Она увидела страх и растерянность в его душе. Мальчик оглядывался по сторонам, и она почувствовала его зов. 

 В следующее мгновение Марелиана вновь видела лишь белый туман.

 «Тайлер, я не знаю, где горы!»

 «Они за пределами этого мира. Найди обрыв, он где-то рядом. Я чувствую…»

 В  тумане энергия почти обездвижена и напоминает застывший студень. Марелиана подалась туда. Но неожиданно для себя обнаружила, что плотный зановес тонок, и его легко можно прорвать. А за ним бездна.

 Значит она рядом с целью своего поиска… Марелиана зацепила несколько волокон и сплела их в белое полотно. Осторожно переместила его в разреженную пустоту, закрывая брешь. Новые чувства диктовали - она действует правильно.

 «Тай, ты можешь видеть меня?»

 «Нет, сестренка, Я лишь слышу твои мысли».

 Марелиана приблизилась к светящемуся пятну в бесконечном пространстве. Туман вокруг него был более плотным. Девушка коснулась  света. Тайлер вздрогнул. Это вновь был Тайлер, и он изучающе смотрел на нее. Интересно, как она выглядела в его глазах?

 «Нашла?» – его губы остались неподвижными.

 «Забирайся на закорки», - велела Марелиана. Вес парнишки теперь не имел значения, но вот ощущение его силы вызвало манящее желание овладеть ею, зацепить пальцами и начать что-нибудь творить. Но нет – это ее миссия, и она должна завершиться. Достигнув нужного места, она опустила Тайлера перед сплетенным ею  полотном.

 «Посмотри, это должно быть здесь», - Марелиана пыталась определить, что же означает туман по другую сторону «мостика».

 «Похоже на то», - согласно кивнул Тайлер и шагнул на белое полотно. Ее творение оказалось не слишком прочным и слегка изменило свою структуру, едва мальчик оторвался от земли.

 «Шаткая тропинка».

 Тайлер вытянул руки в стороны для того, чтобы обрести равновесие, потом захватил несколько светящихся нитей и, неуклюже балансируя, медленно пошел вперед.

 Марелиана потянула ближайшие нити, ее пальцы начали творить... Мост преображался на глазах. Ей не составило труда менять единожды сотворённое.

 Тайлер теперь ступал увереннее и походил на маленького принца, сумевшего наконец обрести путь в своё королевство: его неторопливая походка и гордая осанка позволяли не замечать худобу и недостатки  внешности.

 Ей хотелось создать что-нибудь достойное этого мальчишки. Убедившись в прочности своего сооружения, она дала волю фантазии. Нити Вселенной сплетались в роскошные арки, вокруг колонн вились длинные лианы, цветущие золотыми цветами, под ногами Тайлера стелился алый ковер, роскошные перила образовали тонкие узоры золотой сетки, справа и слева зашумели серебристые водопады.

 Мальчик шел, оборачиваясь, восторженно восклицал: «Здорово! Молодец!», - и весело смеялся, а его подруга продолжала творить... С вышины одной арок свесился маленький дракончик, осыпая подошедшего Тайлера серебряной пыльцой. Стая маленьких колибри пронеслась над головой, взлохматив длинные чёрные волосы мальчика, воздух наполнился звуками тропического леса и благоуханием неведомых цветов...

 Она творила этот путь для него, и каждый его шаг ознаменовался новым творением.

 Наконец он ступил на бесплодные серые земли. Мальчик остановился у огромных величественных ворот.

 Это творение рук человеческих неожиданно возникло перед ним на фоне природного величия высокой громады темной горы. Доз видела ликующие глаза Тайлера. Он держался все так же спокойно и торжественно. Приблизившись к воротам, Тайлер поднял и  приложил к холодному камню левую ладонь и произнес ему одному известные слова. Сработал скрытый механизм.  Врата медленно расступились перед ним. Тайлер обернулся. Он знал, где находится страул, хоть и не мог его видеть. Марелиана ступила на серые камни.

 - Ты справилась, сестренка, - в его глазах светилась благодарность. - Мне нужно идти, но мы еще встретимся. Пообещай мне только одно: ты не забудешь, что была человеком. Не забудешь Стива и меня.

 «Сумасшедший, да разве я смогу вас забыть!» – Марелиана могла общаться только мыслями, и сейчас этот факт раздосадовал ее.

 - Можешь, если не будешь думать о нас. У Стива остался твой конверт с письмом от Иоанна. Он запечатан заклинанием транспортации и Оберега энергии жизни. Если бы Стив был хоть немного магом, он смог бы воспользоваться этими возможностями и был бы сейчас со мной. Но теперь это дело времени. Когда-нибудь он сможет воскресить себя.  Силы, заключенные, в письме приведут его ко мне. Оберегай место его захоронения. Знаешь, есть поверье, что с рождением нового мира, возрождается даже давно потерянная жизнь. Мне бы хотелось верить что это так.

 «Ты хочешь сказать, что Стив еще может вновь стать человеком? Тай, почему ты мне раньше ничего  не говорил? Только сейчас! Неужели ты не видел, что я страдала и верила в то, что больше не увижу Стива!» - если бы могла плакать, она бы расплакалась, если бы могла злиться – она бы злилась. Но появились что-то новое: это не было злостью или скорбью, ее чувства также изменились.

 Тайлер приблизился.

 - Прости, Доз. Но раньше ты не смогла бы понять, что нужно делать, и переживала бы  еще больше. Сейчас тебе не составит труда проникнуть в Сон страула и найти то место. Провести тропу ко мне ты тоже сможешь. А теперь улетай. Мне нужно идти.

 «До встречи, братишка», – если бы Марелиана могла улыбаться, она бы улыбалась, но теплые чувства, которые она испытывала по отношению к Таю, окутали его гордую худую фигурку. Он издал восторженный клич и помчался в зияющую темноту Туманных Гор. Врата сомкнулись  за его спиной.

19. Туманные Горы

 Игнариус шел рядом с девушкой, которая исхудала и изнемогла настолько, что только маг мог понять, почему она еще держится на ногах. Он с восхищением наблюдал за тонкой фигуркой, упрямо скользящей на лыжах.

 Шёл двадцать девятый день их путешествия по снежной пустыне. На горизонте огромное покрывало из плотного тумана опускалось до самой земли, и девушка неминуемо приближалась к нему.  Вскоре тонкая пелена тумана окутала их ноги.

  Игнариус ощутил ужас, поднимающийся из глубин сознания. Стараясь не вдыхать едкий запах, он осторожно ступал в туманном облаке. Снег таял под ногами, ощущение страха закрадывалось в душу. Хотелось бросить все и бежать отсюда сломя голову, но цель этого долгого путешествия была близка, и он не отступал.

 Маг поплотнее запахнул шкуру зверя - импульсивный жест, словно попытка защититься от того, что ждёт впереди. Вскоре снег совсем исчез, они ступали по темным камням. Туман теперь окружал их со всех сторон. В воздухе практически не осталось кислорода, не было неба, не было солнца, только облако тумана и серый камень. Человек не смог бы вдыхать едкий газ, заполняющий пространство. Голова кружилась, наступала дурнота; Игнариус держался только благодаря своим силам. Маг продолжал упрямо искать хоть что-нибудь в этом тумане.

 Неужели он самолично участвовал в сотворении подобного кошмара? Здесь заканчивалась жизнь; словно вырванный из живой плоти, где-то есть мир – его мир. Но здесь, в центре адской раны, царила лишь боль, даже слово смерть теряло свой смысл, который так любят находить в символах люди. Ибо смерть есть только там, где существует жизнь.

       Это было смутное время. Опасны человеческие законы – их объяснения и трактовки порой ничто, по сравнению с деяниями. Страулы творят, потому что созданы для творения, вампиры уничтожают жизнь, потому что они дети смерти, а люди… Человек может все. Особенно человек, наделенный магией творца и разумом безумца.

        Императоры издают указы, люди их исполняют, не боясь уничтожать лучшее, сотворенное Создателем. Игнариус не мог позволить уничтожить кому-либо Обитель магов, где он звался Верховным. Это был его Дом и он должен был его защитить. Как мог. Он был тогда магом и вампиром. Творец Смерти – как шутя назвал его единственный друг.

 Эрион, как никогда, попал в точку. Мир в ту ночь трясло второй и последний раз. Контеза и на этот раз уцелела, Туманные Горы – тоже. Но они перестали существовать для Срединного мира.

        Ища спасения от терзающих его страданий, маг поискал взглядом проводника. Образ девушки таял, пока от него не осталась лишь уродливая тень, которая вскоре исчезла. Туман будто проглотил ее. Он  не удержал сдавленный крик, которому не хватило воздуха, чтобы быть услышанным. Но что-то в нем не желало верить в то, что Марелиана сдалась, что она все же погибла. Игнариус продолжал безмолвно звать ее.

 И она отозвалась. Тихая, приносящая умиротворение мысль, появилась в его голове. Она ответила....

 Вот так строятся миры. Из истинной сущности мира потянулись видимые лишь магом струны. Сплетаясь в сложные узоры, они уплотнялись до тех пор, пока не становились осязаемыми, к примеру, человеческим телом. Но Марелиана лишь опробовала свои возможности, ее творения не имели смысла и почти сразу же растворялись в густом тумане.

 Игнариус ощутил некоторую «наэлектризованность» воздуха, в голове возникла ватная пустота. Это было знакомым чувством: здесь присутствовали энергетические существа, и они переговаривались. Вскоре ощущения рассеялись и возникло:

 «Тайлер, я не знаю, где горы!»

 «Они за пределами этого мира. Постарайся найти место, где кончается мир. Найди обрыв, он где-то рядом. Я чувствую…»

 Игнариус старался держаться прямо, не сгибаясь и не позволяя  эманациям страха захватить власть над разумом.

 Тишина. Марелиана искала то, о чем он просил. Прошло совсем немного времени, и туман впереди начал рассеиваться. Он побежал вперед и вскоре увидел вдалеке то, что искал. Словно из воздуха появилось некое подобие лесной тропы, уводящей в белую пустоту.

 Снова мысль:

 «Тай, ты можешь видеть меня?»

 «Нет, сестренка. Я лишь слышу твои мысли».

 Белый занавес тумана поредел и начал медленно таять. Появилась бледная  тень, постепенно обретающая плотные очертания.

 Маг непроизвольно вздрогнул; страулы глазами человека производили не очень-то приятное впечатление. Он попытался разглядеть в этом существе хоть что-то, что напоминало бы юную девушку. Потом в душе появилось раскаяние. Стараясь не выдать своих чувств, он мысленно спросил ее:

 «Нашла?»

 «Забирайся на закорки», - велела Марелиана.

 Лететь, сидя верхом на существе, повелевающем чистой энергией - это не то же, что плыть по реке, не стремительные движения вампира, даже не похоже на полеты во снах. Это - нечто совсем иное.

 Он знал, что сможет удержаться в этом силовом потоке, что это существо никогда не потеряет его в безликом пространстве и не даст погибнуть. Тело пронзала тупая боль: здесь не было больше идеального мира, а промежуточное пространство не поддерживает жизнь телесных существ. Маг собрал все силы, что скопил в себе. Щит давал ему временную защиту.

 Вскоре он почувствовал, что страул опускается. Игнариус увидел едва различимую в белом пространстве тропу, которая словно висела в воздухе и держалась лишь на невидимых теперь энергетических нитях.

 «Посмотри, это должно быть здесь».

 Он не видел, куда ведет лесная тропа.

 «Похоже на то», - согласно кивнул маг и, поборов сомнения, шагнул на дорожку.

 «Шаткая тропинка».

 Стараясь не упасть, расставив в стороны руки и умудрившись ухватиться за поддерживающие её  энергетические волокна, он пошел вперед.

 Страул витала рядом, пытаясь сделать для него что-то ещё. Игнариус был приятно удивлен, что она уже начинает Творить. Мост преображался на глазах... Он вновь чувствовал себя ребенком, искренне радовался и, оборачиваясь, кричал:

 - Здорово! Молодец!

 Маг шел, удивляясь ее сказочной фантазии. Она действительно была достойна своей судьбы. Сердце его непроизвольно участило удары, счастье и гордость переполняли душу. Впереди уже виднелись пики гор. Его Гор – его дома.

20. По нитям судьбы

 Марелиана взмыла в туманную бездну. Она звала страула, звала на новом языке, который был раньше неведом ей. Только сейчас она обнаружила, что и с Тайлером говорила на языке этого мира, и он не являлся родным для нее. Она вспоминала разговоры со Стивом. Вспомнила, как в самом начале знакомства раздражал непривычный говор вампира. Но она понимала его легко и просто, а вскоре и этот дурацкий звенящий акцент перестал быть для нее чем-то чужим. Ее тело легко усыпил бдительный разум, который принял речь другого мира с недоверием.

  Когда она приобрела эти знания? Повлиял ли переход из одного мира в другой или она получила их вместе с кровью вампира? Она вспомнила умоляющий голос, звучащий в ее голове. Он просил остаться с ним, не покидать его... А потом, выпив каплю крови, она осталась. И заговорила на новом языке, сама не замечая этого. Чужая кровь несет в себе знания, опыт, частичку другого...

 Она искала страула, энергию которого впитала. Именно это сейчас давало возможность найти его, почувствовать, где искать летуна. Еще появились новые знания, что несла в себе «кровь» страула, и только сейчас обретающие смысл. Прибавились новые слова (если их можно было так назвать), принадлежащие лишь мыслям. Мысли Марелианы, пронзая пространство, звали,  летели к нему.

 Вскоре они встретились. Марелиана посмотрела на место их встречи взглядом человека. Они парили над ровной серо-зеленой равниной. Эти места были тоже пустынны.

 Мысли существа звучали подобно музыке, плавно проникая в ее сознание. Вновь слова переплелись с образами, но теперь более четкими, и, Марелиана поняла, что она сама «говорит» также – не произнося слова вслух, или на языке души. Не было голоса, а мысли плавно переходили в образы и проникали в сознание собеседника.

 «Я радо, что ты справилось! Теперь ты - одно из нас. Ты уже смогло плести сон Реальности. Его могут видеть некоторые из живущих в том мире существ, значит, ты сумело вплести в него светящиеся энергетические потоки».

 «Это не сложно. Теперь  я хочу знать: где тот сон, куда ты провожал меня?»

 В звучании мысли существа раздался мелодичный перелив звуков – что означало усмешку.

 «У нас нет рода. Я передаю тебе знакомые образы – понятные человеку.  Но ты должно понять, кто ты теперь. У тебя нет больше твердого тела. Твое тело не имеет массы, а образ соткан из энергии, окружающей тебя. Ты - никто и все. Ты летун, страул. У нас нет имен. Но мы Творим, потому что это - лучшее, что мы можем сделать с энергией. Нити блеклы и бесполезны без нашего вмешательства. Творение имеет силу, если может дать много света. Населяй свои миры существами, способными давать этот свет».

 Существо замолчало. Оно ждало вопросов. У Марелианы их скопилось слишком много, чтобы суметь их выразить этому существу.  Она знала, что сможет во всем разобраться сама. К тому же было слишком много «но», с которыми пока не хотелось мириться.

 «Для чего ты взяло с меня обещание стать одной из вас?» - об этом она не могла не спросить.

 Страул некоторое время молчал. Его мысли потекли медленно.

 «Я должно было убедиться, что маг сдержит слово. Девочка была послана им в обмен на человеческое тело, которое он получил, будучи таким же страулом. Я помогло ему в этом. Но страулы не исчезают безвозвратно. Конечно, опыт, приобретенный вне плотного тела остался с ним, но маг должен был дать Вселенной  достойную замену. Это закон! Когда девочка впилась в мою сущность и смогла получить часть моих знаний, я поняло – она и есть то, чего ждала Вселенная».

 Марелиана не была удивлена таким ответом, скорее  оправдалось то, о чем она и так догадывалась. Но раз Тайлер был творцом и снова родился человеком, есть ли у нее надежда на возвращение…

 Страул читал мысли. Он молчал, потому что знал – нет двух одинаковых путей во Вселенной.

 Некоторое время они летели рядом. Марелиана решила попросить о том, что интересовало ее не менее сильно.

 «Я чувствую твой след, Страул, - четко произнесла она на своем Родном языке. - Позволь мне проложить путь для моего друга, оставшегося в твоих долинах».

 Существо произнесло одобрение.

 «Но помни, что это создание не несет в себе свет. Его свет остался по другую сторону потоков Вселенной – он поглощен Иным».

 Марелиана не знала, что существо имело в виду.

 «Иное – это то, что является нашим Первородным. Все, что мы создаем, должно возвращаться к нему. Живые существа, умирая, возвращаются, как и все прочее. Иное любит силу. Но случилось так,что Дающие Свет смешались с силой Отверженных и перестали светиться. Иное с тех пор не принимает Потерявших Свет. Оно лишило их пищи».

 «Ты говоришь о вампирах?» - Марелиана, расправив крылья, парила рядом со страулом, стараясь держаться как можно ближе к нему, боясь упустить что-либо из его слов.

 «Ты еще не забыло то человеческое, что у тебя было, - она вновь услышала мелодичную усмешку существа. – Но скоро ты поймёшь, что это тебе больше не нужно. Да, я говорило о вампирах. Эти создания бесполезны для наших творений. Но Иное нашло в них единственную пользу: они могут хранить знания из глубин.

 К сожалению, для этого их развелось слишком много, так как они все имеют человеческую основу, а люди, подобно нам, желают быть Творцами, но могут создавать лишь себе подобных.

 Они ошибаются, считая себя способными творить. Создавая, они отдают силу Иному. Все их творения - основа наших. Но сейчас это не должно тебя волновать. Если у тебя есть потребность сохранить связь с Потерявшим Свет,  иди в мой сон и прокладывай путь. Я дало обещание магу не вмешиваться в нить судьбы, что он сам себе сплел. Она ровная и крепко связывает три ваших сущности».

 Существо было утомлено переговорами. Марелиана поняла, что страулы мало общаются между собой. Удастся ли ей когда-нибудь понять эту отстранённость и перестать тосковать по своему прошлому?

 Попрощавшись с ним, Марелиана устремилась к Стиву. Он спал, как спят зародыши в утробе матери. Страул ошибся. Стив не потерял свет. Его душа витала легким облачком рядом, готовая перешагнуть невидимую черту отделяющую пределы жизни от потока возвращения.

 Узрев линии Вселенной – основу всего существующего – и переплетающие их тонкие волокна идущие от Иного, Марелиана постепенно училась понимать их смысл.

 Она нашла ту часть Вселенной, что звалась ее Родиной, из интереса постаралась приблизиться к создателю этого мира. От увиденного, новорожденный страул задрожала, ее энергетическое тело сжалось в маленький тугой шар, ее отнесло в глубины миров.

 Едва всё вокруг угомонилось и прежняя гармония эмоций и чувств вернулась к ней, в сознании возникли насмешливые мысли летуна:

 «Творец всего сущего выше и намного сильнее нас, страулов. Мы творим малые миры, подчиняясь правилам Истинного создателя».

 «Кто он, этот создатель?»

 «Нечто Иное…»

 Мысли страула покинули ее разум. Марелиана осталась одна в постоянном течении энергетических потоков.

 Она воссоздала образы Стива и Тайлера. Найти нити, которыми Игнариус связал свою судьбу с судьбой вампира, для нее не составило труда. Она стала читать запутанный  клубок событий, созданный в прошлом страулом, магом-вампиром, а ныне просто сильным существом.

 Стив сыграл роль связующего звена между ней и Игнариусом. Только ему, Стивену Агаресу, была предоставлена возможность привести к переродившемуся Игнариусу девушку, что могла противостоять мощным разрушающим силам, пытающимся дотянуться до мальчика из другого мира. Марелиана погрузилась в нити клубка… Игнариус предрешил смерть её матери и дал в защиту забвение последней из рода Полесных. Она всматривалась в постоянно меняющиеся энергетические нити, они несли в себе отражение далекого прошлого. Марелиана увидела, как в результате долгого противостояния внутри Семьи произошел раскол. Эти люди волей Создателя обладали Силой Творца. Впоследствии каждая из сторон лишилась половины магических сил. Род Сестёр обосновался в одном из совершенных миров Иного. Мужчины, благодаря своей многочисленности, сумели остаться в небольшом мире, созданном летунами. Они упорно трудились, изобретали, желая доказать Иному свое превосходство и продолжая совершенствовать свой маленький мир.

 Вдруг Марелиана увидела сущности тех, кто находился в энергетическом пространстве - страулы, которые почувствовали ее взгляд, почтили легким приветственным откликом. Она ощутила присутствие кого-то из далекого прошлого. Нити Вселенной вздрогнули; любовь прародительниц окутала ее яркими и сильными ощущениями, напоминающими чувства тепла и защищенности.

 Они были истинными страулами, потерявшими свои человеческие мысли и воспоминания. Но эти летуны чувствовали ее и любили как последнюю из их Рода.

 Марелиана вернулась к клубку Судьбы. Предрешения мага сбывались с удивительной точностью. Он даже рассчитал время, когда бабушка девочки Марелианы обратится за помощью к Братьям, и как те отреагируют на ее просьбу. Но что Игнариус ждал от нее самой?

 Клубок уменьшился в размерах, образовав мощное силовое сплетение. Марелиана осторожно приблизилась к нему. Тугая пелена скрывала крохотный мир, где не было солнца и света. Черная точка в пространстве, которая была путем во вселенной и точкой на этом пути одновременно… Проводник в пространстве бесконечности. Это была она – Марелиана. Именно она должна была провести Игнариуса через бесплодные земли и помочь обрести прежние силы, вернувшись домой.

 Страул покинула клубок, возродилось человеческое чувство потерянности. Она вновь увидела нити, содержащие следы древних... Неужели это ее судьба - быть последней?

 Легкое колыхание нитей образовало светящуюся волну. Марелиана попыталась увидеть ее источник. Это была тонкая, оторванная от общего потока ниточка. Марелиана удержала ее. Нить содержала силу жизни, хотя не принадлежала еще ни одному живому существу. Из одной такой нити страулы могут дать начало новому человечеству. Марелиана осознала это, едва прикоснувшись к ней. Но что-то иное нес в себе этот поток. Марелиана постаралась прочесть почти неуловимый смысл его сущности, а может, создать, привнести что-то своё...

 ***

 Маленькая девочка…  совсем одна… Яркие голубые глаза, которые кого-то напоминали Марелиане, не цветом, а разрезом, длинные светлые волосы, тонкая фигурка, гибкие пальцы….

 ***

       Страулы не могут улыбаться, но они испытывают счастье и благодать. Осторожно, как самое ценное в этой бескрайней Вселенной, Марелиана вплетала нить в клубок Игнариуса. Это  была последняя линия судьбы.

 Теперь пришло время вернуться к Стиву и проложить путь. Стив был нужен Игнариусу. Она для них - Проводник, та, кто снова свяжет их судьбы. Неизвестно, сколько времени в человеческом понимании понадобится вампиру, чтобы восстановить свое тело и пройти путем, который она прокладывала ему...

От автора

 Надеюсь, смогу одолеть продолжение, где вернуться прежние герои, и придут новые… Ведь жизненный путь героев этой книги, по ровному счету, только начинается.