/ / Language: Русский / Genre:sf_fantasy, / Series: Магия фэнтези

Четвертый Вектор Триады

Юрий Белов

Бритоголовый мастер боя из далекого восточного монастыря и мечтательная юная принцесса, никогда не покидавшая отцовских замков… Молодой волшебник, владеющий секретом Истинном Речи, и бродячий менестрель, мастер меча и слова… Внучка лесной колдуньи, любимица Стихиалей, и отверженная амазонка, ищущая свой Путь… Всех их объединяет главное — они рождены для того, чтобы ЗНАТЬ и УМЕТЬ! Но даже если шесть частей одного целого найдут друг друга и круговерти Среднего Мира, до победы будет еще далеко. Герои смогут исполнить Предначертанное только тогда, когда проявится в полной силе скрытый даже от Мудрых неожиданный фактор — ЧЕТВЕРТЫЙ ВЕКТОР ТРИАДЫ…

ru ru Black Jack FB Tools 2006-01-09 http://www.fenzin.org OCR Фензин, Spellcheck Alonzo 6B494A2C-95C0-4113-AFE5-D538840F2AB1 1.0 Белов Ю.В. Четвертый вектор триды: Фнтстический ромн АРМАДА: «Издтельство Альф-книг» М. 2005 5-93556-562-5

Юрий Белов

Четвертый вектор триды

… Скитясь от Пролог к Эпилогу,

Мы жизнь свою читем по склдм!

Слог 1

Пролог

В СКРЕЩЕНИИ ВЗГЛЯДОВ

Ндмирье

Слой грубых вибрций

Период угсния свет

Грязные волны Шестого подплн упорно не желли терпеть в себе инородное тело.

Присутствие Ви им было глубоко омерзительно, и они поминутно вскипли противной серой пеной. Приходилось прилгть немлые усилия, чтобы не вылететь нверх, в Пятый подплн.

Проще, конечно, было бы вырстить себе местное тело, но не хотелось пчкться. Лучше потерпеть еще немного. Зто при встрече с нечистью можно не тртить силы н Портл. Достточно просто перестть сопротивляться.

Ви услышл Зов в смом конце своего дежурств. Сигнл был слбый и быстро зтих. Удлось определить лишь примерные координты. «Плюс-минус трмвйня остновк», — кк скзл бы Ал. Что эти слов ознчли, Ви не знл, но звучло это почему-то приятно.

Зов очень походил н крик о помощи, и теперь приходилось блуждть среди мрчных нгромождений отгоревших стрстей и отболевших болей и искть неведомого пострдвшего.

Скорей бы уж нйти его, чтобы можно было полететь в жилой слой, поймть нконец Ал и зствить его все рсскзть.

Только слепой не увидит, что у него что-то не тк. Все время где-то пропдет, когд возврщется, выглядит кк стжер после Пробного Воплощения. Н вопросы не отвечет, отшучивется.

Будто неродной…

«Сегодня же нйду и зствлю ответить!» — решил девушк.

«Что-то подозрительно пусто здесь, — всплыл из подсознния зпоздля мысль. — Обычно тут полно всякой мерзости, сейчс все будто вымерло. Придется-тки построить себе что-нибудь из местной грязи. Щупльц тм или клешни. И оргны чувств. Буркл ккие-нибудь, попроще, погрубее».

Кк только суррогтное тело нчло оживть, Ви услышл слбое эхо длекого боя.

Вот тк всегд: лень и гордыня.

Чистенькими мы хотим быть. Блгостными. Стрждущим помогть, с облк не спускясь. Погибющих спсть, душу не ндрывя. Кк тм Ал говорил? «Когд Господь Бог вышел к людям из Ирукнских болот, ноги его были в грязи». И где он только все эти слов нходит?

Вой усиливлся. Судя по всему, неподлеку дрлись грпии. И было их тм много. Очень много.

Ви обогнул мрчную громду очередной тучи и остновилсь поосмотреться.

Внизу, между тускло мерцющими сгусткми стрльной плзмы, колыхлось шрообрзное облко, обрзовнное сворой озверевших, грызущихся между собой элементлов.

Истошно вопя, грпии нктывлись н рдужный кокон зеркльного блок, мленький и жлкий н фоне кипящего моря безобрзных форм.

Судя по слбым и нервномерным пульсциям, тот, кто нходился внутри кокон, был без сознния.

Ви, стрясь не привлекть внимния, скользнул вверх и, нбиря потенцил, зкружилсь по сложной энергетической восьмерке. Нскоро сляпнное внешнее тело, подчиняясь комнде, нчло тять. Не тк быстро, кк хотелось бы.

Внезпно возбужденного близкой схвткой сознния достиг слбый ментльный сигнл. Это был только тень мысли, но и он позволил рзличить индивидульные цвет: бедствие терпел Ал.

Вот кк! А он-то думл искть его в жилом слое!

Что же это получется? Грпии згнли в зщитный блок не зеленого новичк, умелого, неутомимого бойц, грозу черных элементлов Третьей Плнеты.

Стрнно…

Видимо, грпии лишь зкнчивют дело, нчтое кем-то другим. Ви стло не по себе, когд он предствил, ккой силой должен был облдть неведомый врг, чтобы зствить Ал беспомощно висеть в зеркльном блоке.

Лдно, еще будет время рзобрться в этом.

А пок нужно обезвредить свору…

Атк был стремительной. Ви буквльно рзбрызгл несколько десятков особенно нглых бестий.

Остльные отпрянули от нового врг. Н секунду стих их бесовской вой, тревожно вспухли грязно-бурые згривки. Мутно-крсные глз впились в горящий ярким белым светом силуэт, внушющий стрхи пробуждющий смутные отголоски былой пмяти.

Но уже через мгновение грпии бросились в новую тку.

Ви, фехтуя кинжльными лучми, быстро превртил в мелкое крошево первую волну нпдвших. «В кпусту», — возникло вдруг в созннии непонятное слово.

Элементлы отхлынули, оствив противно копошщееся месиво обрубков, и, зхлебывясь злобой и крсной прной, зкружились в бешеной пляске.

Видимо, опыт прожитых жизней подскзывл им, что нужно бежть. Втянуть безобрзные головы в узкие кривые плечи. Зжмурить мутные гоблинские глз, зхлопнуть слюнявые орочьи рты. Зжть волостые тролличьи уши корявыми лягушчьими лпми и бежть, удирть, дрпть от этого безжлостного Свет, от этого рссекющего мир Сверкющего Лезвия.

Но свор есть свор. В сте стрх преврщется в злобу куд быстрее, чем у одиночки, отягощенного своим «я».

Грпии снов двинулись к змершей Ви одновременно со всех сторон. Пор было приступть к следующему этпу: теперь следовло испугться.

«Ах я мленькое, несчстное существо! — зпричитл Ви, зствив свою уру здрожть. — Ккие они стршные, эти умершие монстры! Мертвые — они дже стршнее живых! Они идут ко мне! Сейчс они вцепятся в меня!»

Грпии рздувлись н глзх. Стрх жертвы вливлся в их тел, оживляя осттки последнего воплощения, и в их рспрвляющихся силуэтх уже можно было узнть урхов, сккий, троллей, орков и дже людей.

Почувствовв вожделенный зпх, здние ряды взвыли и отчянным нтиском опрокинули рстолстевший внгрд, буквльно вбив его в центр смертельной сферы.

В последнее мгновение, в тот миг, когд кипящя грязь почти зхлестнул Сущность, Ви вывлилсь в промежуточный слой, вытщив з собой бесчувственного Ал.

Риск, конечно, был велик. Но зто при точном выполнении мневр свор «схлопывлсь», преврщясь в шр темной энергии, сжтый собственными силми притяжения. Ткие шры подбирлись Снитрми и отпрвлялись в Переплвку.

Путь нверх окзлся долгим. Внешние оболочки Ал смял ккя-то безжлостня и стршня сил. Слои мтерии спеклись в одно плохо рзделимое месиво. Н кждом переходе Ви приходилось до предел нпрягть измученный Центр Воли и буквльно «со скрипом» втискивть свою ношу в прострнство и время очередного подплн. А зтем мучительно долго ждть, пок серые ошметки «нижнего тел» рстворятся в окружющем здесь и сейчс.

Когд их окружили всполохи Рдужного Плмени и вокруг ззвучло прздничное ликовние Первого подплн, Ви позволил себе немного рсслбиться.

Почему-то он чувствовл, что тщить Ал к Целителям не стоит. Сми рзберемся. Слв Творцу, основные Меридины у него целы!

Теперь нужно было позвть.

Ви потянулсь к другу привычной волной нежности и теплоты, но встретил лишь холодную тишину, в которой роились обрывки стрнных обрзов, почти не имеющих формы, слбо окршенных и неустойчивых.

Пришлось собрть все умение, приобретенное векми духовных поисков и десятилетиями упорных тренировок.

Медленно, слой з слоем, открывлся зкуклившийся, отключивший себя рзум Ал. Что-то произошло с ним, что-то непредвиденное, потребоввшее почти всех сил.

Постепенно Ви добрлсь до внутренних слоев.

«Они выследили трех из шести!» — ворвлсь в сознние первя рзборчивя мысль.

Не позволяя себе понять грозный смысл этих слов, Ви сосредоточилсь н лечении. Нужно было восстновить оборвнные связи Сущности с Верхними Прострнствми.

И лишь когд живительные волны Истинной Прны устремились в тело друг, целительниц нчл нконец нлизировть и сопоствлять, смотреть и чувствовть.

Лэйм

Степь н юге Людоземья

Ночь

Поток збытых ощущений обрушился н Ви.

У нее появился вес.

Ноги упруго сопротивлялись двлению опоры — твердой глинистой почвы с шуршщими стеблями иссушенных жрой рстений. Одежд неприятно щекотл кожу, через дыхтельные пути н мозг нктывлись волны зпхов; во рту, в луже слюны, подргивл теплый и невкусный язык.

Кроме того, в эмоционльном поле зтилось предчувствие опсности, по жилм рсплывлось тщтельно сдерживемое возбуждение.

Человек, з которым недвно нблюдл Ал и к созннию которого теперь прикоснулсь Ви, был один. Один в незнкомой стрне, где днем все живое прячется от безжлостного зноя, ночью вместе с гдми и нсекомыми н поверхность выходят стрнные и стршные существ, нигде больше не живущие.

В том числе и те, кто не живет вообще.

Нежить.

Человек был один двно, но это не волновло его. Он был воином.

Н его левом боку висело небольшое мтерчтое вместилище, хрнящее оружие. Личное оружие. Почти чсть тел.

Ви, читющя Человек кк открытую книгу, чувствовл, что он хотя и умеет использовть Высшие Энергии, но ментльным удрм предпочитет мышечную силу и отточенное железо.

И, конечно, с первого мгновения Ви понял, что Человек этот — мужчин. Молодой и сильный. Его энергия был мощной и првильно оргнизовнной. Он явно шел по Пути. И довольно успешно.

Только сейчс Ви понял, что в мозг Нблюдемого не поступет зрительной информции. Вокруг был темнот, почти полня темнот летней беззвездной ночи. Куд делись звезды, оствлось згдкой, и рзгдывть ее уже не было времени — почв еле слышно дрожл эхом шгов.

Ви, непривычня к ткого род событиям, услышл вргов горздо позже Нблюдемого. Он понял все уже двно. Он знл не только число нпдвших, но и степень их тренировнности. Врги были опсны. Двиглись они мягко, упругими длинными шгми бывлых воинов.

И ндвиглись со всех сторон.

Ситуция живо нпоминл недвнюю схвтку с грпиями. Но все выглядело куд более зловещим. Что-то нездешнее и почти невозможное стояло з спинми приближющихся существ.

Ви пропустил момент, когд Человек выхвтил оружие. Он только почувствовл, что его лдони уже сжимют обтянутые кожей рукояти и энергия мягко стекет в острые, плвно изогнутые лезвия. И еще он почувствовл удовольствие, доствляемое легкой тяжестью и спокойной уверенностью железных лепестков, уже несколько веков смотрящих н мир отблескми Совершенств.

«Не мешло бы хоть немного подсветить происходящее», — подумл Ви и понял, что эт же мысль посетил Ал. Тучи, зкрывющие луну, поредели, и фигуры нпдющих вынырнули из темноты.

Широкие плечи и тусклые сбли. Короткие нкидки и юбки н бедрх. Мускулистые, кривовтые ноги и темные повязки, зкрывющие лиц. Кочевники.

Тур-эги.

Шестеро мужчин тоже увидели одинокого путник. Срзу перейдя н бег, они с силой выбросили воздух из внутренних полостей в дыхтельные трубы, и дикий клич испугл спящую степь.

Ви с удовольствием отметил, что Нблюдемый дже не вздрогнул. Он просто бросился нвстречу ближйшему нпдющему и, легко избежв свистящего полукруг, зствил воздух зхрипеть в перекрытом железом горле врг.

Не остнвливясь, он помчлся по сложной дуге, вынуждя противников менять нпрвление движения и мешть друг другу. Тм, где линия его бег пересеклсь с мршрутми тур-эгов, происходил короткий и стремительный обмен взмхми и очередной кочевник пдл, выпускя из мертвеющих пльцев тяжелую от промх сблю.

Вн нстолько зхвтил этот дикий рывок нвстречу смерти, что он испытл острое сожление оттого, что врги кончились и Нблюдемый снов остлся один.

И сожление срзу сменил стыд.

Шесть живых существ медленно умирли в лужх вытекющих нружу питтельных жидкостей.

И все они были достойны жлости. Не потому, что зслужили ее. Они были достойны жлости изнчльно, кк кривое дерево или треснувшя земля.

Кк клеки.

Спрвившись с эмоциями, Ви вернулсь к нблюдению. В отличие от нее победитель не терзлся угрызениями совести. Бой для него еще не зкончился. Он опустился н одно колено, зорко вглядывясь в снов сгустившуюся тьму.

Шорох, ндвигющийся оттуд, не походил ни н что знкомое. Звуки свидетельствовли лишь о знчительной мссе приближющегося существ.

Или существ.

Нблюдемый ждл тки.

Но не предполгл, что он будет ткой.

Н Ви ( н смом деле н юношу-победителя) вдруг нвлился стршный ментльный груз. Чужя воля, дождвшяся удобного момент, ннесл рссчитнный, мссировнный удр.

Ствшее невыносимо вязким время зтопило сознние, и в его клейком месиве придушенно трепыхлся споткнувшийся н фльшивой ноте победный гимн. Тяжелое, пропитнное слбостью прострнство обступило тело тесной толпой противных бесформенных монстров, не дющих пошевелиться, с трудом втягивющих сгустившийся воздух в щели сведенных судорогой ртов.

Из ниоткуд перед лицом Человек возникл морд гигнтской змеи с глзми, светящимися потусторонним белесым светом. Позди смутно проступили опорные кольц ее необъятного тел, свитые немыслимым узлом.

Змея был стрнной.

Только через бесконечно длинное мгновение, зполненное оглушющим шипением, Ви понял, в чем дело. Тело змеи было покрыто перьями. «Аг. Что-то про тких гдов я уже слышл…» — зворочлсь где-то в глубине здушення мысль.

Тем временем плененный юнош, глядя невидящим взглядом в глз монстр, шептл что-то белыми от боли губми.

Неслышные слов рождли в мире нечто ткое, от чего время вдруг ожило, и прострнство облегченно здвиглось. И когд мерзкя ухмылк змеи придвинулсь вплотную, придвлення пружин человеческого тел рспрямилсь, выбрсывя вверх сверкнувший волшебным светом полумесяц секиры.

Дльнейшее состояло из тяжелых болезненных удров, сумсшедших кульбитов и коротких, точных взмхов отчянных лезвий. Все это было нстолько ярким и нсыщенным, что Ви совсем утртил чувство рельности. Это он ктлсь по злитой вонючей кровью земле, чудом уворчивясь от одних удров и принимя н сжвшееся тело другие. Это он рз з рзом поржл возникющую в пределх досягемости голову с вытекшими глзми и бестолково лязгющей пстью.

Когд все кончилось, Вн осознл себя лежщей н змершем кольце змея. Жизнь уже покинул его плоть, и только следы последних судорог висели вокруг, медленно рстворяясь в Нейтрльном Эфире… Человек встл.

Избитое тело слушлось с трудом, но тренировння воля решительно зглушил стоны и причитния ушибов и ссдин, синяков и кровоподтеков. Он тщтельно вытер лезвия секир и опустил оружие в сумку.

И лишь после этого знялся своими рнми.

Ви попытлсь помочь ему. Он совсем збыл, что видит лишь пмятный слепок уже произошедших событий. Ей хотелось еще побыть с этим Человеком, передть ему свое восхищение и свою симптию, помочь ему в том большом и вжном деле, которое зливло его сознние ровным и спокойным светом Смысл, но Ал отключился, и сожление несколько мгновений не двло Ви сосредоточиться н следующем слое пмяти.

Столиц Дибемского королевств

Вечер

Новый Нблюдемый тоже был мужчиной.

Его тело было похоже н молодого порывистого сккун, очень недовольного вынужденной неподвижностью. Волны эмоций пробегли по нервным путям, и юнош с трудом сохрнял н лице выржение почтительного ожидния.

Нпротив него сидел смугля черноволося женщин с цепкими крими глзми и чуть презрительной улыбкой н тонких бледных губх. Вместе с шелковым покрывлом, сброшенным н пол, с нее упл тот восхитительный нлет ромнтической тинственности, который в сочетнии с нежным голосом и возбуждющей грцией движений несколько минут нзд зствил Нблюдемого отклониться от своего пути и окзться в этой комнте-зпдне.

В серьезности нмерений хозяйки сомневться не приходилось. Знки, покрывющие стены, создвли в прострнстве комнты стрнную, но по-своему грмоничную мгическую путину.

Ви чувствовл, что любое зклинние гостя зпутется в этой сети и будет немедленно выпито сидящей нпротив колдуньей.

«А дрться ему, видимо, придется, — решил Ви. — Очень уж хищно склится эт крсотк!»

Кк бы в подтверждение этой мысли хозяйк прервл зтянувшуюся пузу. Ее руки взлетели в резком взмхе, и перед глзми Нблюдемого взорвлся ослепительный огненный шр.

Н несколько мгновений юнош ослеп. Зтем из серого тумн проступило лицо колдуньи, вствшей из своего кресл. В ее глзх отрзилось легкое удивление.

— Ты не хочешь или не умеешь зщищться? — спросил он, пристльно вглядывясь в лицо гостя.

Ви плохо помнил язык Людоземья, но легко читл в созннии юноши не только смысл слов, но и сопутствующие мысли. Ответ Нблюдемого звучл примерно тк:

— Я не понимю, о чем вы говорите, госпож!

Было ясно, что он решил рзыгрывть из себя простк, попвшего в колдовскую ловушку по ошибке. А куд, интересно, он спрячет плотную многоцветную уру, которя обычно срзу бросется в глз умеющему видеть? Или многочисленные следы недвних мгических опытов, витющие вокруг него, кк мотыльки возле лмпы? Безндежня зтея! Чродейк, скорее всего, знет, кого ззвл в гости, и либо получит свое, либо окжется побежденной.

— Ты будешь зщищться! — процедил колдунья и, выхвтив из воздух пригоршню скорпионов, бросил их н юношу.

Мир опрокинулся и звертелся. Через секунду Ви окзлсь в углу комнты. В выствленной вперед првой руке сверкнул узкий длинный стилет. Скорпионы рсползлись по ковру в том месте, где только что стоял нездчливый любитель ромнтических приключений.

Ну что ж, скорость его рекции вполне соответствовл первому приятному впечтлению.

— Чем я вызвл гнев прекрсной госпожи? — пролепетл юнош, по-прежнему игря роль подмстерья, не умеющего ничего, кроме смешивния рективов и мытья мгической посуды. — Мой господин рссердится, если я не приду вовремя!

— Твой господин? Ззнвшийся рыцрь, ничего не смыслящий в Высшей Мгии! Сколько ты у него?

— Около год, госпож!

— И он до сих пор не понял, что ты — лордос? Неужели я ошиблсь? — продолжил чродейк здумчиво. — Но я ясно видел в Зеркле твою смзливую физиономию! И, кроме того, я чувствую вокруг тебя ккую-то зщиту! Првд, очень слбую и бестолковую.

— Нверное, вы чувствуете мой мулет! — возопил юнош в притворном восхищении. — Вы великя волшебниц, госпож! Мой господин говорил, что только смые сильные мги могут постичь силу этой чудесной вещи!

— Что ты несешь? — слегк ошршенно проговорил колдунья. — Ккой ткой мулет?

— Вот этот, госпож. — Подмстерье достл из-з пзухи ккой-то небольшой продолговтый предмет н кожном ремешке.

Женщин порывисто приблизилсь, протянув к мулету нетерпеливую руку, но через три шг вдруг остновилсь. Ее глз удивленно рсширились, рот скривился в гримсе отврщения, и колдунья рсхохотлсь. Он хохотл громко, неприятным низким голосом, в котором то и дело проскльзывли истеричные нотки.

Ви поискл в созннии Нблюдемого причину столь неожиднной веселости искушенной в мгии женщины и, обнружив ее, улыбнулсь. «Амулетом» окзлсь кость весьм редкого зверьк, именуемого в нроде Счстливым Во. Тким стрнным прозвищем он был обязн своей уникльной нтомии. Дело в том, что детородный оргн этого млыш был снбжен прочной, негнущейся костью. Эт-то кость и укршл шею нходчивого подмстерья.

Но о ккой зщите говорил колдунья? Изнутри поле юноши было плотным и ярким. Оно свидетельствовло о зрелой мгической силе и немлом опыте. Если бы хозяйк комнты-ловушки видел то же, что и Ви, у нее не остлось бы никких сомнений. Знчит, снружи все выглядит совсем инче!

Повинуясь подскзке интуиции, Ви спроецировл н Нблюдемого Знк Змеиного Ок и нконец рзглядел прочную и долговременную мскировочную сеть, пронизывющую его уру. Эт конструкция был выполнен в сложной, незнкомой мнере. Тонкие и почти незметные мгические нити делли поле юноши рвным и хотическим. В глзх встречных Видящих молодой человек выглядел способным, но неумелым сопляком, глупым и неопсным.

Неожиднно оборвв смех, колдунья поднял руки и переплел пльцы сложным обрзом. Взгляд, брошенный н юношу, не сулил ничего хорошего.

— Пор кончть, — мрчно процедил он.

Со свистом втянув в себя воздух, он стл визгливо выкрикивть слов, постепенно повышя голос. Н полу посреди комнты медленно проявился черный прямоугольник, нпоминющий отполировнную кменную плиту. Зтем поверхность кмня зклубилсь струйкми бгрового огня.

Ви, не готовя к ткому повороту, внутренне содрогнулсь. Колдунья явно решилсь н крйнее средство: он открывл путь кому-то из Нижних. Против воли в теле Ви ззвенели сигнлы тревоги, и энергетические кнлы зпульсировли в ожиднии боя.

Из Черного Зеркл снчл появилсь лп. Очень большя лп с толстыми кривыми когтями. Он был похож н дрконью, но вместо чешуи ее покрывл шерсть, рыжя и густя. Голов, высунувшяся следом, был тк велик, что с трудом протиснулсь в кменную рму. Длинный черный язык, свесившись из приоткрытой псти, с шумом втянулся в глубь рздутой, словно опухшей, глотки.

Чудовище принюхивлось. Космтя голов, укршення жесткой, грязной щетиной и прой огромных, почти голых ушей, медленно поворчивлсь.

Больше всего монстр нпоминл безобрзную продию н дркон. Тот, в чьем злобном рзуме родилось это обличье, очень не любил крылтых союзников Перворожденных и пострлся поиздевться нд ними вслсть.

Низкое, утробное рычние сотрясло комнту, и чудовище полезло из Зеркл. Нсмешливое выржение н лице колдуньи зстыло неестественной мской. Ее тело нпряглось, пльцы, все еще удерживющие Знк, побелели. Он ждл. Ждл, что перед угрозой неминуемой и стршной смерти сопляк не сможет притворяться дльше и обнружит нконец свою Силу.

По тому, кк изменился угол обзор, Ви понял, что Нблюдемый пригнулся. В следующее мгновение голов монстр окзлсь рядом, и стилет с хрустом вошел в глз под мощным, космтым ндбровьем. Чудовищный рев рненого зверя отбросил юношу нзд. Порження силой этого рев Ви содрогнулсь, и збытое чувство животного ужс зствило Сущность сжться в предсмертной тоске.

Видимо, колдунья испытывл нечто подобное. Во всяком случе, он поспешил рзжть руки, и Черное Зеркло вместе с ревущим монстром провлилось сквозь пол.

— Кто это ндоумил тебя носить серебряный стилет? — проговорил женщин севшим от нпряжения голосом.

— Отец, госпож. Он был лекрем, и ему чсто приходилось путешествовть. Серебряный кинжл помогл ему не умереть от стрх в ночном лесу. Ведь всем известно, что нечисть можно убить только блгородным метллом.

— Лекрь, говоришь? — Колдунья подошл к юноше вплотную и, взяв его з плечи, пристльно вгляделсь в широко рспхнутые честные глз. Через минуту мгическя путин, все это время удерживвшя поймнную муху, нчл бледнеть и рзрушться. Он убедил ее. — Я думл, ты — лордос… — скзл он, не отпускя его плеч. — Тк в ншей профессии нзывют молодых колдунов, получивших Др от рно умерших родителей. Они не умеют првильно пользовться своей Силой.

Колдунья не отпускл юношу, хотя он, изобржя испуг, пытлся попятиться и отвести взгляд.

— Я собирлсь победить тебя и отобрть Др. Но ты не лордос. А потому мои плны меняются. Мне двно хотелось иметь молодого, толкового рб. С сегодняшнего дня ты будешь служить мне! Смотри мне прямо в глз! Ты — моя собственность! Мои послушный рб!

— Д, госпож! — Юнош сник и, словно поддвшись внушению, безвольно опустил голову н плечо новой хозяйке.

Ви не зпомнил Слово, которое шепнул Нблюдемый н ухо торжествующей женщине.

А жль! Эффект был порзительным.

Колдунья зрычл, обхвтил голову рукми и кк подкошення рухнул н пол. Некоторое время он извивлсь и выл, но потом лицо ее нчло терять звериное выржение. Через несколько минут н шкуре зпдного сблезуб спл немолодя, устля женщин, ничем не отличющяся от торговок с городского рынк.

Совсем ничем.

Дже внутренне.

Отключясь, Ви понял, что это нвсегд…

Опушк Керского лес

Утро

Вепрь окзлся неожиднно огромным.

И быстрым.

Чудовищно быстрым.

В считные мгновения он рзметл собк, и торжествующий лй сменился жлобным визгом. Стршные клыки секч дымились крсным, по рылу стекли ошметки внутренностей.

Девушке, глзми которой сейчс смотрел Ви, стло плохо. Он попытлсь рзвернуть свою гнедую, но т вдруг зупрямилсь. Кобыл будто вросл в изрытую копытми глину и только трясл головой, кося н кбн испугнным глзом.

Люди суетились и громко кричли. Из того, что достигло объединенного сознния Нблюдемой, Ал и Ви, следовло, что девушк н гнедой кобыле не обычня охотниц.

— Принцесс в опсности! — визжл мленький горбтый человек и почему-то рдостно потирл руки.

А вепрь рвлся вперед. Рогтин, впившяся ему в згривок, треснул уже через секунду, и кряжистый егерь, опытный и осторожный, был отброшен кк мльчишк-новобрнец, вствший н пути ветерн.

Дв рыцря один з другим грохнулись нземь, тщетно пытясь уберечься от своих поклеченных коней.

Дюжин стрел уже торчл из тел кбн, но он уверенно пер вперед мимо чстокол копий, вверх н пригорок, где по-прежнему неподвижно стоял гнедя со своей испугнной всдницей.

Девушк уже не пытлсь спрвиться с лошдью. Он звороженно смотрел н приближвшуюся смерть и почему-то ясно понимл, что вепрь пришел именно з ней. Все остльные жертвы — это просто тк, грнир к основному блюду.

Откуд-то появилсь уверенность, что это не простой зверь и обычное оружие против него бессильно.

Словно в подтверждение, огромный двуручный меч высокого крсивого мужчины отскочил от головы вепря, его облдтель перелетел через спину зверя и безвольной рспоротой куклой змер у подножия холм.

Теперь уже никого не остлось между кбном и его жертвой. Ви внутренне сжлсь. «Почему он не двигется?» — хлестнул отчяння мысль.

Побелевшие пльцы из последних сил сжимют повод, в широко рскрытых глзх отржется стремительно ндвигющийся черный силуэт, и перенпряженное сознние вдруг рздвивется. Одн его чсть все еще ждет смерти, но другя отчянно пикирует с злитого солнечным светом неб прямо в зтылок одержимого злобой щетинистого монстр.

— Господь с нми! — ндрывется восторженным криком мужчин в высокой желтой шпке и широком одеянии того же цвет. — Молния! Молния порзил богомерзкого монстр!

Люди влятся н колени, и лишь принцесс продолжет сидеть н дрожщей крупной дрожью лошди. А перед ней — меняющееся н глзх черное тело корчится в нечистом, лиловом плмени колдовского огня.

«Тк и есть — оборотень!» — успевет подумть Ал, стремительно ныряя в лзурную глубину неб, пытясь спрятться от нбирющей силу Золотой Волны, несущейся к нему со всех нпрвлений.

Он не успевет. Прострнство рушится н него, и вопящее от боли сознние двится последней, неясной, нполненной ужсом и обреченностью мыслью…

Подмирье

Кбинет в мссивном сером зднии н площди Великого Теин

Время включения фонрей

— Я повторяю вопрос! — гремел Мер Твол. — Почему вы не довели дело до конц? Берегли свои ничтожные жизни? Тк вы их потеряете здесь! Прямо сейчс! Рекция Мир, может быть, и поклечил бы вши мерзкие тушки, но зто здние было бы выполнено! Вы збыли Кнон Слуги? Тк я не збыл Кнон Господин! См не понимю, почему вы еще живы!!!

«Зто я понимю! — думл Струм, втянув голову в плечи и сохрняя позу блгоговейного внимния. — Где он других тких глядтелей нйдет? Рскричлся! А кк в прошлом цикле эйнджелы снизошли н триндцтый уровень, тк моментльно исчез куд-то и появился только потом, когд все кончилось!»

Шеф Тйной Кнцелярии Мер Твол не был отмечен печтью хрбрец. Может, поэтому иногд прощл млодушие любимым гентм. Кричл он сейчс скорее для профилктики, тренируя голосовые щели и нслждясь кустическими спецэффектми своего кбинет. Рскты нчльственного рык рзносились длеко по коридорм кнцелярии, внушя должное рвение слухчм и глядтелям, сильникм и зслнцм. Не говоря уж о простых клеркх. Мон Струм и его постоянный нпрник Нес Твур не были простыми клеркми. Дже в длекой молодости.

Их с смого детств готовили к особой рботе — вылзм Нверх. Девять десятых нселения Гвингорм и Ивггрд звидовли им до помрчения ум и колик в пищеводе.

Конечно, не им одним. В штте Тйной Кнцелярии ктивно трудились три десятк глядтелей. Но тких, кк они с Твуром, были единицы.

Струм мысленно выпятил грудь, сохрняя, однко, положенную по Кнону позу. Шеф продолжл сотрясть прострнство кнцелярии звуковыми волнми рзличной чстоты и мплитуды.

— Проигрть трижды подряд! Это уже не влезет ни в ккие ворот! Дже в ворот той Спецзоны, в которую я нмерен вс згнть! Ккой-то погный эйнджел не убоялся Золотой Волны и теперь отрщивет себе новый нимб и нгло ухмыляется! Кто из вс был вепрем?

— Я, господин! — Струм выполз чуть вперед. — А пернтым змеем Твур… — добвил он срзу же.

— Ну, положим, Пернтого ухйдокл см предсмертник, вот вепря зкбнил эйнджел! Ты что, не мог поствить мрк-блок? Небось одурел от вожделения? Слюной весь изошел?!!

«Ну д, изошел, — безропотно соглсился Струм, всем видом демонстрируя покорность. — А хотел бы я знть, кто бы не зхлебнулся слюной, когд в пяти шгх, н горочке, нежня, оцепеневшя, вся просто сочится росой…»

Хотя ндобно признть, рос был по большей чсти млосъедобн. Тк, серенький коктейльчик из стрх и покорности. Но вот ежели бы взять девку н клыки, вот тогд бы полкомился! Тут тебе и крови море рзливнное, и секс-бутон нлившийся д нерскрытый, и черенок Прервнного Воплощения!.. Струм дже зшевелился, с трудом сдерживя тоскливый стон и дрожь в промежности. Ккой уж тут, к лучрм, мрк-блок. Воистину слюной бы не изойти!

Глоттельный посыл неожиднно громко прозвучл в нступившей тишине.

Мер Твол откинулся н высокую спинку нчльственного кресл и сцепил пльцы н пухлом брюхе.

Повисл пуз.

«А вдруг тки сошлет в Спецзону? — мелькнул трусливя мысль. — С него стнется! Вон брюхо ккое вырстил. Это с кких хрчей можно ткое нгулять? Не инче слухи про Лиловую Дверь — првд».

— Вы жлкие, тупоголовые слстолюбцы, — уже без всякой птетики в голосе подвел черту шеф. — Кк будем опрвдывться перед Его Превосхосмостью Господином Вельзевулом?

— Если позволите, Вш Смость… — срзу посунулся вперед Нес Твур и, дождвшись снисходительного кивк, зтрторил: — Эти предсмертники ккие-то необычные. Двое мужчин слишком сильны. Первый проявил невиднное смооблдние. Он полностью освободился от свист Пернтого Змея, хотя должен был стоять кк, я извиняюсь, сттуя прежнего Великого н спецсвлке. Второй же и вовсе поиздевлся нд ншей гентшей. А он — ведьм не из последних. Что-то с ними не то. Д и эйнджел их стрховл.

— Короче! — поморщился Мер Твол.

— Тк вот я и говорю — доложим Его Превосхосмости, что они — Суперы, тк и поржения нши будут по-иному выглядеть!

— А ты что скжешь, Ушстый? — Шеф скосил глз н Струм.

— Д ккие же они Суперы? Тех же дже слепой срзу рзглядит. А у этих ни кожи ни рожи! В смысле ни свечения, ни нимб. Смые обычные руконогие.

— Аг. То-то у тебя по щс глз от серебряного кинжльчик дергется. Зклинние н нем было. И не бы ккое, из древних, я ткие и не встречл ни рзу.

— Вот и я про то же. Н кой ляд Суперу зклинние? Они же и без них Нити тсуют.

Повисл пуз. Проклятя способность Суперов тсовть Нити Рельности без рун и зклинний сидел у всех в печенкх. Хорошо еще, что время пребывния этих пришельцев в нижних мирх огрничено. От силы дв-три светлых интервл.

Твур зря о Суперх зговорил. Н них не глядтелей, н них по взводу сильников бы нтрвили. Д с прикрытием. А тк все выглядело кк обычный зкз н Прерывние Воплощения.

Рзве что глядтелей нпрвили смых лучших.

И лучшие обделлись. В переносном и прямом смысле.

Струм с тйным злордством вспомнил ошлелого Твур, дергющегося в зловонной жиже собственных испржнений.

Теперь дже ящеру ясно, что зкз н троих руконогих поступил неспрост. Знет про них что-то Его Превосхосмость, ой знет. Но нм не скжет. И Шефу не скзл.

— Знчит, тк, — возглсил Шеф. — Поступим нопк. Опрвдывться не будем. Скзки о Суперх зсунем в вши тощие здницы. Сделем вид, что все идет по тщтельно рзрботнному плну. Просто провели рзведку боем. Прикинули силу противник. Устновили нличие Нблюдтелей Сверху. Переходим к следующему этпу.

— Слушем, Шеф! — Глядтели подобрлись, принимя Позу готовности к действиям.

— Присвивю зкзу ктегорию «лямбд». Устновить постоянное нблюдение. Фиксировть все конткты. Отслеживть всплески Силы. Пытться подствить эйнджелов, бдящих сверху. Смим в Питтельный Слой не выходить. Резидентуру здействовть осторожно. Нтрвливть Диких, всех, кого удстся, включя нежить, и смотреть, кк предсмертники выкручивются. Ждть удобного момент. Доклдывть лично мне. Ежедневно. Вопросы?

«А ведь он перед нми тут вньку влял, — подумл Струм, пятясь из кбинет. — Знет о зкзе куд больше ншего. И отпрвлял н верное поржение. Решил, видно, что ззнлись мы. Пообломть гордецов вздумл. И пообломл, хрен пузтый. Ну д лдно. Проехли. Пойдем нблюдть. Кк недоделки из слухчки…»

— Слышь, Струм, — встрял сбоку Твур, — что ткое ктегория «лямбд»?

— Д не зню я! Ни рзу рньше не встречл. Особя ккя-то ктегория. А слово клссно звучит: «лям-м-б-д»!

Ндмирье

Внешнее Снитрное Кольцо

Чс Лзурных Симфоний

«Теперь мне понятно, что произошло! Ты вмешлся, и Рекция Мир чуть тебя не убил. Кк ты вообще остлся жив?»

«Думю, Птрирхи немного преувеличивют последствия Вмештельств. В воспиттельных целях. Удрило меня, конечно, сильно, но до Истинной Смерти я еще потрепыхюсь. И вообще меня всегд возмущл вопиющя неспрведливость: Темные все время нрушют Рвновесие, нм, видите ли, нельзя! Нше Невмештельство дорого стоит Воинм Свет! Чсто они окзывются не готовы к встрече с Глубинным Злом». «Но ведь первые двое спрвились без твоего учстия?» «Пок спрвились. К тому же Сн и Алекс — прирожденные бойцы, вот Ксн выросл з стенми дворц, и опыт у нее не больше чем у семилетнего ребенк».

«Тк… Ты знешь их имен. Ты что, уже двно нблюдешь?»

«Ну не тк чтобы двно. Просто с недвнего времени события внизу стли рзвивться горздо быстрее рсчетных. Рзве ты не чувствуешь этого?»

«Чувствую. Но мне и в голову не пришло нрушить Зпрет!»

«Большинство зпретов рно или поздно вступют в противоречие с жизнью. Только не все вовремя понимют это. К тому же ты — Инь. Тебе свойственны Пссивность и Ндежность».

«А ты — Ян. И тебе свойственны Нглость и Своеволие!»

«Ты хотел скзть Активность и Уверенность? Ты прв. Именно поэтому я пошел н нрушение Зпрет. И поэтому Эксперимент все еще идет, хотя и в слегк ускоренном темпе».

«А почему ты решил, что твоя Ксн не должн был умереть н клыкх того вепря-оборотня?»

«Ты збыл? Они должны встретиться. А кроме того, они должны знть и уметь!»

«Ты прв. Я, пожлуй, тоже поищу своих. Но позже. А пок… Позволь мне присутствовть при твоих Нблюдениях».

«Конечно! Мы ведь не поссорились?»

«Признться, я обижен н тебя! Можно подумть, что я тебе никто».

«Ноборот! Я пытлся уберечь тебя. Незчем было рисковть обоим. Но сейчс без твоей поддержки мне не обойтись».

«Только учти, я буду всячески препятствовть тебе вмешивться в события».

«И дшь Нижним делть то, что они хотят?»

«Конечно нет. Нижние определенно решили, что Вмештельство убило тебя. Теперь они обнглеют и будут действовть более открыто. И попдут под удр Блюстителей Крмы. А Первый Этп Эксперимент тем временем звершится».

«В одной из моих жизней я любил повторять: „Н ллх ндейся, верблюд привязывй!“ Я не уверен, что вспомню, кто ткой был этот верблюд, но в днном случе мысль эт должн звучть тк: „Крм — это, конечно, хорошо, но не мешет иметь под рукой прочку решительных полубогов“.

«Лдно, я рд, что твое знменитое чувство юмор вернулось к тебе. Должн зметить, что тм, внизу, чертовски интересно!»

«Ого! Не слишком ли быстро ты освивешь зпретные словечки Средних Миров? И не слишком ли очровтельно крснеешь? Лдно, не обижйся! Я уже перестл шутить и серьезен, кк сттуя Ствы. Думю, нм пор посмотреть, что делют Алекс и Сн».

«Сн — это тот бритоголовый воин, что выпустил дух из Пернтого Змея Преисподней?»

«Д. Он ищет ккой-то древний хрм, и путь его лежит по стршным и опсным местм».

«Послушй! Я нчиню волновться з своих. Среди них тоже может попсться ккя-нибудь принцесс».

«И дже две! Но все не тк просто. До устновления Нблюдения нши почти ничем не отличются от остльных смертных. Я потртил н поиски уйму времени. Лучше будем придерживться первончльного вринт. Я уверен, что, нблюдя з моими, мы отыщем твоих. Их судьбы связны в узел. Мертвый узел…»

Слог 2

ТЕНИ МЕРТВОГО МОЗГА

Лэйм

Столиц Дибемского королевств

Комнт в одном из домов н улице Прорицтелей

Глубокя ночь

Дрк двиглся через лесную чщу быстро и уверенно. Это совсем не вязлось с его мссивной фигурой, тяжелой большой головой и толстым шипстым хвостом. Он шел, мягко перествляя когтистые лпы, низко нклонившись к земле и стрлся не потерять след, пхнувший слдким эльфийским потом и влжной волчьей шерстью. Понемногу дрк нгонял идущих впереди. Кк обычно перед схвткой, спинной гребень у него нчл рзогревться. Зеленя кровь, зкипя, тяжко зколотилсь в вискх, в глзх поплыл кроввый тумн…

Во рту у Алекс ясно обознчился вкус ядовитой слюны, слизистые выделения жгли кожу, хищня ярость зверя грозил зтопить мозг. Чувств были нстолько остры, что тошнот подктилсь к горлу и сердце сжлось от стрх и омерзения.

Совсем по-иному вел себя Колдун. Он, кзлось, нслждлся возможностью н несколько минут стть тупым и свирепым. Н его лице, искженном кровождной гримсой, горели сумсшедшие, подернутые мутной влгой глз.

Рздвинув ветки колючего кустрник, дрк ступил н ярко-зеленую поляну и неожиднно провлился во весь свой двухметровый рост. Предтельскя трясин рзверзлсь под ним тк стремительно, что любой из его диких родичей кнул бы в бурой болотной жиже мгновенно и нвсегд.

Но этот дрк не был диким.

Кроме того, Алекс все время ощущл сильную дозу ккого-то нркотик, поддерживющего дрк в возбужденном состоянии.

В последний момент, когд туш, потеряв опору, с плеском пошл вниз, дрк, изогнувшись, метнул свой тяжелый боевой топор з спину, в переплетение веток и стеблей. Трос, ведущий от рукояти к поясному ремню, нтянулся, лишив болото возможности продемонстрировть Колдуну и Алексу свои мрчные глубины. Перебиря верхними трехплыми лпми, дрк выбрлся н твердую почву.

Пок он освобождл топор, Алекс пытлся понять, кк прошел через болото эльф. Колдун кк-то говорил, что эльфы не провливются в снег и прыгют с большой высоты без вред для себя. Нверное, в болотх они тоже не тонут.

— А волк своего он, видимо, перенес н рукх, — вслух скзл Алекс.

Колдун не удостоил его ответом, лишь дрогнули полные губы в презрительной смодовольной ухмылке.

Некоторое время дрк ломился сквозь кусты в обход трясины. След н другой стороне отысклся быстро, и рзозленный преследовтель, уже не скрывясь, дробным глопом помчлся з опередившим его беглецом.

Ветки нещдно хлестли по груди и морде. Дрк нчл подвывть и порыкивть н бегу. Он двился яростью. Алекс уже устл отводить в сторону отвртительный букет чувств и ощущений, переполнявших нкчнного нркотикми ящер.

Првд, рзвязк уже приближлсь. Он сообщил о себе стремительно вырввшимся из лес свистом стрелы. Глухой удр не змедлил бег, но Алекс почувствовл тупую боль в солнечном сплетении. Лучник определенно знл нтомию дрков и нпрвлял стрелу в скрытый з мечевидным отростком энергетический центр.

«Еще полезнее было бы порзить печень», — подумл Алекс.

Он вдруг поймл себя н сочувствии незнкомому стрелку. Появление эльф в Чернолесье было для него неожиднным. Кк будто ожил одн из скзок, слышнных в детстве.

В это время невидимый лучник снов спустил тетиву. Вторя стрел, нпрвлення в глз ящер, не смогл проникнуть в мозг, только зстрял в мссивном ндбровье. С глухим ревом дрк выдернул стрелу и бросился н выступившего из чщи светловолосого юношу в серебристом коротком плще.

Трскийский обоюдоострый топор обрушился н мкушку присевшего в боевой стойке противник.

Тщетно.

Гудящее лезвие глубоко зсело в кряжистом дубовом пне, првый бок рзорвл боль. Вдобвок врг исчез из поля зрения, сместившись, видимо, з спину. Дрк, не оборчивясь, удрил хвостом. С хрустом переломилось молодое деревце. Промх!

Бросив зстрявший топор, дрк сорвл с пояс широкий ззубренный серп, обычное оружие трскийских боевых ящеров. Еще рз зствив противник уклониться от удр хвост, он попытлся отсечь ему голову.

Эльф снов увернулся.

Н этот рз боль в рссеченном боку был горздо сильнее. Алекс едв успел зметить стрнную форму кинжл, имеющего дв одинковых лезвия, нпрвленных в рзные стороны. Движения эльф были ткими стремительными, что он просто выпдл из темп восприятия ящер.

«Отличный у него клинок», — позвидовл Алекс.

Когд дрк, снов промхнувшись, получил третий удр, симптия Алекс перешл в восхищение. Нужно облдть немлым хлднокровием и мстерством, чтобы рз з рзом нносить удр в одно и то же место, рсширяя кроввую щель в прктически неуязвимой зщите дрк!

Шипстый хвост в ярости зметлся, круш стебли кустрников и вырывя огромные куски дерн. И хотя эльф облдл феноменльной рекцией, роговые шипы все-тки ншли свою цель. Зпх свежей крови привел дрк в неистовство. Он снов рзвернулся и, широко рзинув псть с кривыми клыкми, бросился н свою жертву. Перед глзми вспух серебристый плщ, когти схвтили пустую ткнь, двузубый кинжл в четвертый рз погрузился в его првый бок, вгрызясь в печень, прерывя один из основных энергетических кнлов…

В гснущих глзх опрокинулся штер листвы, несколько рз конвульсивно дернулось испчкнное кровью лицо победителя, и, нконец, мтовые пленки змеиных век сомкнулись, почти не двя зрителям рссмотреть лицо девушки, появившейся з спиной устлого эльф.

«Эльф ли?» — усомнился Алекс.

— Он полукровк, — отозвлся Колдун. — Слушй! — повелительно бросил он ученику, и тот, зкрыв глз, услышл голос.

— Олег, с тобой все в порядке? — Это девушк.

— Д сестренк, спсибо! — Это влделец двузубого кинжл.

— Ты должен был позвть н помощь!

— Я пок еще в состоянии зщитить себя см!

— Ты все еще игрешь в Блгородных Мечников?..

Голос постепенно зтихют по мере того, кк гснут последние искорки жизни в мозгу срженного дрк. И вдруг другой голос, резкий, лющий. Алекс в изумлении открывет глз: «Волк?» Колдун устло откидывется в кресле.

— Пор бы тебе знть, что волки Серебряного лес — не обычные звери, — ворчит он, морщсь от вони, исходящей от труп дрк, чс нзд доствленного рыцрями из Северного Чернолесья. Широкя рн в првом боку ящер пузырится зеленовтой слизью… — Скжи, пусть уберут эту пдль, — прикзывет Колдун, и Алекс привычно всккивет. В ушх у него еще звенит голос прекрсной незнкомки, и ему почему-то приятно, что эльф-лучник нзывл ее сестрой.

Провожя глзми своего ученик, Колдун рстягивет рот в злордной усмешке. «Ну что ж, пор тебя с ней познкомить», — цедит его большой рот с крепкими удлиненными зубми.

Ндмирье

Внешнее Снитрное Кольцо

Чс Звучния Флейт

— Срзу двое? Ккя удч, Ви! И они уже встретились.

— Тут все проще. Помнишь, он скзл «сестренк»? Он действительно его сестр. По мтери. А отцы рзные. У него — эльф, у нее — человек.

— Кк ты все это считл?

— Не збывй, чьи они Производные! Я их почувствовл кк… ну, кк во сне. Вроде бы лиц незнкомые, ты непонятно откуд всех знешь.

— Подведем итог. Пятерых мы уже знем. Остлось нйти одного. Или, вернее, одну. По всем рсчетм это должн быть девушк.

— Двй нблюдть з Сном. Мне кжется, Шестя появится тм, н юге.

— Только когд они тм дерутся, ты тут не дергйся. А то снесешь мне полголовы — жлеть будешь…

— Хорошо, любимый! Полголовы — ни в коем случе. А вот если локтем в солнышко зсвечу, не обессудь, см нучил!

Подмирье

Спецсектор Промежутк

— Слушй, Ушстый, что-то мне не понрвилось, кк этот Беловолосый ящер уконтропупил. В одиночку, без доспехов, одной млюсенькой железякой…

— А тебе опять Суперы мерещтся? Подбери нус! Никкой он не Супер. Но н нших предсмертников действительно похож. Есть в нем что-то эткое… Дже не зню что. Просто чую. Похож. Кк тм они чирикли? Эльф. Это Остроухий, что ли? Тк вроде уши у него круглые были. Хотя под гривой не очень-то рзберешь. Ндо Шефу доложить.

— Аг. А что это з мурло у предсмертник в нчльникх ходит? Зпшок от него дельный идет. Нш он, Темный. А в спискх гентов вроде не знчится!

— Я уже нвел спрвки. Есть он в спискх, но не в нших. Инвольтирует его кто-то из сильников. От случя к случю. Чмырь этот — гордец, сил нет. Мнит себя Великим Мгом. Тм у них зписно, что в молодости был он боевиком, потом вроде кк мгический др у него усилился, и подлся он в придворные колдуны. В общем, я думю, рзрешение н прямой конткт мы получим. Если, конечно, потребуется.

— Короче, з этого предсмертник могем быть спокойны. Никуд он от чмыря не денется.

— Угу. Двй глянем н другого. Чует моя здниц, с ним мы еще нплчемся.

— Не боись! Теперь без взвод поддержки мы н него не попрем. Хвтит одного дохлого Пернтик. А ккое роскошное тело было! Высший клсс! Я в нем дв десятк руконогих игрючи здвил. Только хрипели млость. А он его в решето! Кк Спецкомнд взбесившегося порч. Жлко ведь, Ушстый! Свое ведь имущество, дром что кзенное.

— Не ной. Без тебя тошно. Я с этой лямбдой совсем из грфик нслждений выбился. Ни одной гулянки з полцикл! Это же эйнджелство ккое-то получется! Будто и не мужик вовсе. А ты о червяке своем жлеешь… Нм вот щс предсмертник гентшей трвить, он, тврь, тк рулды выводит, из штнов высккивешь! У меня уже все в подживотье дрожит.

— Всегд ты, Струм, от своих вожделений звисел. Тк и сдохнешь когд-нибудь из-з этого. Нверху не выдержишь — и в рзгул. Тм тебя и пристукнут.

— Не кркй! Двй лучше рботть…

Слог 3

НАВСТРЕЧУ ВЕТРУ

Лэйм

Отроги Великих Древних Гор

Преддверие рссвет

Первый Укзтель Сн обнружил ночью н крю Горелой Пустоши в глухой предрссветный чс, когд духи гор перестют стонть, отдвя вчершнее тепло рспхнутому звездному куполу, ждно выссывющему осттки жизни из чхлой, полузсохшей трвы.

Измученный непрерывными ментльными ткми, Сн двиглся все медленнее, с трудом перествляя чугунные ноги. Кждый шг двлся все тяжелее. Волны гипнотического излучения с возрстющей силой нктывлись н его мозг, и Сн прилгл огромные усилия, чтобы не подчиниться влстному прикзу, не повернуться спиной к этому ментльному ветру и не побежть нзд. А ветер шептл, что стоит только остновиться, и тяжесть в ногх исчезнет, боль утихнет, и жжд перестнет обдирть горло сухой корявой рукой.

Сн упорно продвиглся вперед, нпрвляясь тк, чтобы нпряженность ментльного поля все время возрстл. Вдруг в зтумненном болью созннии ззвучл детский голос из длекого прошлого. Сн с трудом рзобрл слов. «Теплее, теплее, — говорил мленькя девочк. — Теплее, уже совсем тепло!»

Рдость в детском голосе воскресил щемящее предчувствие нходки. Вот уже его руки нщупывют крышку ивовой корзины, вот они проскльзывют в пыльную глубину, в кучу строго хлм… И вот, нконец, волн рдости, ожидемя зрнее, и все рвно слдостня, вспыхивет в его груди.

«Горячо!» — смеется мленькя девочк, и Сн вдруг обнруживет себя н крю естественной впдины, между невысокими склистыми холмми, у подножия Великих Древних Гор… И пятндцть лет спустя…

Жжд и устлость продолжют вытягивть последние силы, но голов почему-то совсем не болит, и можно рспрвить сгорбленные упорством плечи.

Сн вдруг осознл, что ментльня тк прекртилсь. «Я прошел первую мембрну», — сверкнул рдостня мысль. Ученик ствийских монхов хорошо помнил слов Третьего Птрирх:

Иди против ветр, что вспять
тебя будет неволить.
В безветрии знк обретешь,
где дорогу нйти.

Ментльный ветер стих, знчит, где-то здесь должен быть первый Укзтель.

Рспухший язык покрыт, кжется, коркой зсохшей крови. Сухие глз режет утренний ветер. И все же Сн терпеливо стоит н гребне воронки и внимтельно впитывет рссеянную вокруг информцию. Тренировнный мозг ствийского послушник, проведшего несчетные чсы в глубокой медитции, методично перебирет тысячи оттенков и сочетний в поискх ккого-либо нмек, скрытой подскзки, знк, укзывющего путь.

Небо н востоке посветлело. Близкий рссвет зствил ночной мрк припсть к земле в тщетной попытке зтиться в углублениях и трещинх. Сн почувствовл приближение чего-то вжного. Вот оно! Н дне котловины черным по серому возник древний иероглиф «путь». Нчло первой линии иероглиф серебрилось метллическим блеском.

— Метлл в нчле пути! — прошептл восхищенный юнош.

Метлл ознчл нпрвление н зпд, и еще: «посмотри впрво». Сн быстро повернул голову и успел зметить н првом гребне впдины тень, нпоминющую голову тигр. Еще одно подтверждение: тигр символизирует зпд.

Сн снов перевел взгляд н дно впдины. Тм, в первых лучх рссвет, искрилось мленькое озерцо. Все верно: метлл порождет воду. Теперь можно спуститься и утолить жжду.

Вод окзлсь удивительно свежей. Видимо, н дне озер били чистые ключи.

К счстью, проход между двумя грядми невысоких склистых холмов почти точно совпдл с нпрвлением н зпд.

Сн шел рзмеренным походным шгом, все время нступя н свою тень. Снчл он был длиння и серя, зтем почернел и сжлсь, збиря слегк впрво. Солнце поднимлось все выше, неумолимо нгоняя путник, пытясь зглянуть в его немного скулстое, спокойное лицо с тонкими волевыми губми и внимтельными крими глзми под крутыми дугми бровей.

В полдень, когд, не выдержв жры, тень стл совсем мленькой, Сн увидел вход в пещеру.

Можно было пройти мимо, но очень уж змнчивым кзлось переждть дневной зной в прохлдном чреве кменного великн.

В пещере црили мрк и сырость. Теплый, колышущийся мрк и липкя, живя сырость. «Слишком много Инь», — втомтически отметил Сн.

Он двиглся вперед осторожно, пристльно вглядывясь в окружющую тьму и внимтельно вслушивясь в гремучую смесь опсности и тишины, црящую вокруг. Предчувствие недоброго росло с кждым шгом, и, когд впереди обознчилось ккое-то движение, Сн опустил руку в сумку с секирми.

Из темноты долетел легкий смешок. Смеялсь женщин.

Неожиднно мрк нчл бледнеть. Словно белесые струи чуть светящегося тумн нчли поднимться с холодного, влжного пол. И Сн увидел ту, что смеялсь.

Ее фигур был еле видн, рспущенные волосы скрдывли очертния плеч и шеи, лицо и вовсе тонуло в непроглядной тени, но что-то было в ней — что-то щемящее и будоржщее…

Ствист змер, не в силх оторвть взгляд от темного пятн, скрывющего глз.

Слдкя истом зродилсь где-то в пояснице и теплой, щекочущей волной рзлилсь по животу. Сознние, убюкнное горячими толчкми крови, медленным листком, кружсь и поворчивясь, пдло куд-то вглубь, тонуло в жрком, липком прострнстве, нсыщенном вкусми, зпхми и прикосновениями…

«Ну вот ты и пришел! — ззвучл в мозгу торжествующий, рождющий эхо голос. — Кк долго я ждл! — Темня фигур, окутння лентми белесых струй, протянул к нему руки. — Долго! Невыносимо долго!»

Многокртно отржясь, взлетя до немыслимого контрльто и опускясь до почти мужского хриплого шепот, стрстный призыв стегл тело безжлостным бичом, зствлял его сжимться от желния и тоски.

«И ты тоже ждл… Признйся! Рзве не поэтому ушел ты из монстыря, где помешвшиеся н медитциях стрики пытлись зствить тебя стть стрым и бесчувственным, кк они сми? Рзве не видел ты меня во сне, ворочясь н жестком моншеском ложе? Рзве не преследовл тебя мысль, что молодость дется один рз и нужно не опоздть испытть все удовольствия мир? Иди ко мне! Я дм тебе нслждение! Ну? Чего же ты ждешь? ИДИ!»

Ноги, подчиняясь чужому прикзу, двинулись вперед.

«Ближе! Ближе! Ну что же ты?»

Чудовищным усилием воли Сн зствил себя остновиться.

Ложь! Ложь прятлсь в зовущем голосе. Ложь предвкушл и нетерпеливо вздргивл. Ложь готовилсь впиться и нполнял прострнство неудержимой стрстью.

«Суккубия!» — всплыло в пмяти противное слово. Тк в трктте «Об инкубх, вмпирх и прочей нежити» нзывлись существ женского пол, являющиеся к мужчинм в сновидениях и соврщющие их.

Путешествие могло окончиться совсем не тк, кк плнировлось. Юнош вздрогнул от необычйно яркой кртины высохшего труп, облченного в желтый блхон и склящего зубы в блженной ухмылке идиот.

Собрвшись, он попытлся вернуть себе контроль нд телом. Это удлось сделть лишь крйним нпряжением сил.

«Куд ты? — бился в вискх встревоженный голос. — Не уходи! Я дм тебе удовольствие! Ты никогд не простишь себе этого!!!»

В душном, пропитнном стрнными ромтми воздухе пульсировл почти неприкрытя ждность до чужого тепл, чужой жизненной силы. И стновилось ясно, что ничего хозяйк пещеры не дет, только использует не ею созднные мехнизмы поощрения стремления к продолжению род. И без всякого прв берет обильную и слдкую плту.

Сделв вид, что подчиняется чужой воле, Сн прошел еще немного вперед и снов остновился.

«Ну иди же ко мне!» — теряя терпение, прошипел суккубия. Злоб и рздржение пробили тщтельно созднную иллюзию, и перед Сном предстл огромня жирня тврь с всклокоченными космми и кривыми когтями н ждных рукх. Он не кутлсь в струи тумн, он из них состоял. И десятки мленьких, жлких, одержимых жждой удовольствий и оттого злых существ копошились в склдкх ее влжного, судорожно подергивющегося тел.

Рук Сн выпустил рукоять секиры: здесь пондобится другое оружие. Тренировння воля Мстер зствил мышцы толчком выбросить вон предтельскую истому.

«Возжждл моей энергии, мрзь? Ты ее получишь! Только потом не жлуйся!» — выплюнул Сн зкипевшую боевой яростью мысль и пригвоздил нчвшую было тять хищницу Звездой Ствы.

Опомнившееся тело легко приняло позу Прящего Орл — основную позицию Ствийской Боевой Мгии. Послушные руки-крылья двинулись в сложном рисунке Лучистого Трезубц, живот зпульсировл рстущей мощью…

Неожиднно в пмяти всплыл обрз, зпечтлевшийся тм двно и ндолго. Светловолося девушк внимтельно вглядывлсь в рзделяющий их тумн. Он был пронзительно прекрсн, кк тогд, дв год нзд, в схвтке н берегу Великой Реки Амзонок.

Неуловимым движением тонкой руки девушк выхвтил меч, и молниеносный взмх сложным рисунком вспыхнул в нсыщенном грязью прострнстве. Знк светился чистым голубым светом, и под его лучми зстонли, звыли мерзкие безглзые тври, похотливыми пиявкми присосвшиеся к рыхлому, колышущемуся телу своей влдычицы.

«Спсибо!» — выдохнул Сн с хищной улыбкой, погружясь в подскзнный символ. Новое оружие было великолепным. Куд лучше Лучистого Трезубц, который он снчл собирлся применить.

Знк прекрсной незнкомки мгновенно высушил оствшиеся в животе лужицы желния и зствил позвоночник ззвенеть высоким, чистым звуком нтянутой струны. Сн переполнил энергия Чистоты и Свет. Медленно, почти торжественным жестом, он нпрвил во тьму пещеры треугольник лдоней.

Дикий вой выплеснулся нвстречу лучу, взлетел до пределов слышимости. Прострнство выгнулось, в предсмертной тоске извергя из себя вцепившуюся нечисть. Суккубия, рзрывемя н сотню кусков, звыл, здерглсь и нконец истял зловонным дымом, опустившись н усеянный мумиями пол.

Когд Сн шел к выходу, десятки извивющихся белесых щуплец пытлись здержть его. Но голубой плмень волшебного знк сверкл в его взгляде, и злобно шипящие тумнные змеи шрхлись в темные ниши и гулкие боковые коридоры.

Н пороге Сн обернулся. Он чувствовл, что прошел испытние.

Прошел вторую мембрну…

Подмирье

Спецсектор Промежутк

— Ну че, Струмчик, отживел нконец? Н кой эйнджел ты под его знк сунулся? Что, и тк не видно было, что знчок стршненький? Вселяться в гентшу, которую через секунду по стенке рзмжут! Ты совсем сдурел, бртец!

— Не трещи, без тебя голов рзлмывется! Ты вот визжишь: сдурел, мол! А кк еще в мысли его злезть? Мы с тобой отсюд и рзговоры-то через слово слышим. А суккубия по этому делу спец. Был. Еще одну гентшу потеряли! И ккую! Бшк гудит, кк под ногми стд шипозвров.

— Ты скжи, что тм перед смертью он у него в мыслях углядел?

— Боялсь он. Тк боялсь, что мочи нет. Но я успел ухвтить одну мелочь: не см предсмертник тот знк выдумл! Подскзл ему девк ккя-то. Теперь у меня в мозгх полный тромбец. Девку ту он не знет. Вроде видел мельком пру лет нзд, но ни хрен у них не было. Знчит, и связи с ней у него быть не могет! Тк ведь есть связь! Д непростя. Вроде кк у Венчнных! И девк н Остроухую жутко похож… Ну прямо кк тот Беловолосый, ящер взрезвший. Помнишь, з которого нм Шеф мозги впрвлял? Ух, бшк болит…

— Жль, я девку ту не видел, точно бы скзл, что и кк. С Остроухими у меня свои счеты! Уж я-то их мерцющую породу з дв слоя чую!

— Молчи уж, чуятель! Беловолосого не почуял? А он — эльф смое млое нполовину. Что-то у нс веселенькя лямбд получется. Руконогие древними знкми обменивются, полуэльфы из всех щелей полезли, з неполный цикл потеряли с десяток гентов…

— А тел ккие? Вепрь — рз! Волостый Дркон — дв! Пернтик мой рзлюбимый — три! Д я этого Лысого см зубми рвть буду! У-у-у, тврь противня!!!

Лэйм

Отроги Великих Древних Гор

Чс пополудни

Второй Укзтель обнружился прямо перед выходом из пещеры. Весь склон горы был объят плменем. Огонь тревожно гудел, пожиря сухую пожухлую трву, струйки дым вились в рскленном воздухе.

«Огонь ознчет нпрвление н юг, — послушно консттировл мозг. — А вот и тригрмм „ли“. Тут ствист посмотрел н противоположный склон ущелья, где сквозь дымную пелену просмтривлся гигнтский знк, глубокими бороздми врезвшийся в кмень. Сплошня линия, нд ней прерывистя, зтем снов сплошня.

Сми собой всплыли в пмяти слов Учителя: «Ли — тригрмм сложня. Ознчет он сцепление. Сцепление с землей, с противником. Сцепление силы в глубине тел бойц. Но Ли — еще и узы, мешющие совершенству. Ли — это сцепление с костным и суетным, это гири, повисшие н ногх».

Сн окинул взглядом выгоревшее прострнство, покрытое черными, ломкими скелетми сгоревшей трвы. Почв слегк дымилсь, но идти по ней было уже можно. Вдруг среди обугленных веток кустрник ему померещился метллический блеск.

«Огонь порождет землю, — процитировл Сн. — Земля порождет метлл». Он спустился н дно излог и осторожно углубился в кустрник.

Рздвинув обжигюще горячую почву, руки нщупли рукоять меч. Плвное движение — и обтянутые змеиной кожей ножны выпустили обоюдоострое лезвие длиной в руку, укршенное древними иероглифми.

Тихя песня. Шорох времени. Пыльный блеск…

Сн вытер лезвие полой нкидки, и меч зсверкл в его руке, кк холодня молния. От меч исходил сдержння, спокойня сил. Юнош чувствовл, кк через руку вливется в него новя мудрость и новя мощь. Древнее оружие отзывлось н любое, смое незнчительное движение кисти, н любую, смую мимолетную мысль.

Зчровнный крсотой клинк, Сн мягко двинул бедрми — плвным взмхом меч прочертил в воздухе пологую петлю. Еще движение — и рссеченное небо отзывется тихим свистом.

«Првя внутренняя восьмерк…»

«Хвост дркон…»

«Иньскя вертикльня горк…»

«Хитрый полет кленового лист…»

— Если ты служитель святыни, то почему ты в желтом? — вдруг рздлось з его спиной.

Сн мгновенно обернулся, нпрвив острие меч в сторону говорившего.

Вернее, говорившей, ибо звонкий молодой голос, несомненно, приндлежл девушке. Он был одет в серый плщ с кпюшоном и клпном, зкрывющим нижнюю чсть лиц.

Сн непроизвольно скользнул ментльным лучом туд, где лучились сдержнным светом внимтельные глз.

И нтолкнулся н Знк. Простой, но ндежный.

Долгя пуз между выдохом и вдохом.

Поединок сил.

Удивление. Рдость. Восхищение.

Сквозь зщиту девушки просвечивло немного, но достточно для того, чтобы умиротворенность дух, воспитывемя трудми многих лет, вдруг взорвлсь водопдом чувств и обрзов.

Пмять…

Влжный, полный жизни мир Большой Реки Амзонок… Терпкий вкус стебельк… Рдуг брызг вокруг рзгоряченных тел… Ошеломляюще прекрсные женские фигуры… Свежие порезы сочтся лыми струйкми. Волосы — кк взмх крыл…

Сосредоточенные лиц. Блеск мечей. Звон стли…

Все это долгое мгновение девушк стоял неподвижно, спокойно ожидя ответ, не выкзывя и тени стрх или нетерпения.

— Я послушник ствийского монстыря в верховьях Голубой реки, — нконец ответил Сн хриплым от волнения голосом. — Желтя нкидк — нш обычня одежд.

— Голубя рек? — переспросил девушк. — Но ведь это длеко н востоке? Что же привело тебя сюд?

— Мы только пылинки, носимые ветром судьбы. — Сн склонил голову, стрясь скрыть блеск своих глз и успокоить сердце.

Девушк почти неуловимым жестом нпрягл мышцы, проверяя, удобно ли прилжен меч, изящня рукоять которого возвышлсь нд првым плечом. Ее глз редкого золотистого цвет пристльно вглядывлись в лицо собеседник.

— Ты влдеешь оружием, кк нстоящий Мстер, но говоришь згдкми и прячешь глз… — Незнкомк отвернулсь, устремив взгляд н юг. Не поворчивя головы и не меняя интонции, он продолжил: — Я хочу предупредить тебя. Если ты попытешься нпсть, твое мстерство может окзться недостточным. Я ищу Хрм Пяти Стихий, и я нйду его. Дже если придется проклдывть себе путь через сонмище ррругов!

Не прощясь и дже не глядя н юношу, он пошл по ущелью, ступя легко, оствляя в пепле лишь неглубокие, мленькие отпечтки.

Сн смотрел ей вслед широко открытыми глзми, стрясь унять бешено колотящееся сердце.

Сбылось!

Не обмнуло предчувствие, возникшее дв год нзд н берегу Великой Реки. Всемогущя Крм снов поствил беловолосую воительницу н его пути.

Н пути в древнюю Обитель Пяти Первоэлементов, чще именуемую Хрмом Пяти Стихий…

Несколько долгих выдохов успокоили дыхние и змедлили пульс. Сн вернул меч в ножны и, используя еще крепкий ремень, перебросил их з спину. Опоясв себя поверх меч, он удобно пристроил рукоятку з првым ухом. Мленькя мзонк знл толк в ношении оружия. Теперь меч не знимл рук и не стеснял движений.

Еще рз взглянув н плящее солнце, Сн пошел н юг. Его ноги в мягких ствийских тпочкх ступли рядом со следми незнкомки.

Он никк не мог уменьшить звенящую волну рдостности, переполнявшую грудь, и хоть немного погсить блженную улыбку, рстянувшую губы.

Кк истинный ствист Сн понимл, что нельзя сильно рскчивть мятник эмоций. З рдостью неизбежно приходит грусть, з взлетом неотвртимо следует пдение.

Учитель не рз говорил: «В минуту опсности ты должен уподобить свой рзум поверхности озер. Мысли и чувств — это рябь, пробегющя по зеркльной глди. Они искжют все, что отржется в зеркле. Лишь освободив свой ум от мыслей, душу от чувств, ты будешь првильно отобржть действительность».

Ндмирье

Внешнее Снитрное Кольцо

Чс Оргнных Вздохов

— Это был Он?

— Конечно. Рзве ты не почувствовл их Любовь?

— Я спросил просто тк, чтобы ты вернулсь. Молчишь и молчишь…

— Тоскливо. И непрвильно. Мы здесь, они тм, и все порознь. Я чувствую себя рзорвнной н чсти. Помнишь, в Древнем Теллусе был ткя врврскя кзнь? Привязывли з конечности к скковым животным и гнли их по рсходящимся тректориям. Не помню, кк это у них нзывлось…

— Это нзывлось мерзость и сдизм. И не только у них. Слушй, новенькя млышк — не промх. Кк он моего Сн осдил: «Твое мстерство может окзться недостточным!» Чувствуется в ней что-то ткое… кошчье. И дикое. Ты ткя стновишься, когд кинжльные лучи выствляешь. Только что не шипишь.

— Ну з что нм эт пытк? Порхем тут по облкм, они, плоть и кровь нш, тм с гдми бьются. Когд внизу дрк, я мест себе не нхожу. Я теперь понимю, почему ты тогд вмешлся.

— Держись, любимя. Они должны сми спрвляться. Для того Эксперимент и придумн. Я, првд, грешный делом, решил извять себе новое тело для Лэйм. Гном-влечник. Люблю я их, пршивцев. Могучие они, кряжистые.

— И ворчливые. Из тебя гном, кк из подземник нгел-хрнитель.

— Зря ты тк. Помнишь, нствник Лю рсскзывл о Восшествии Золотого Дркон? Тот ведь Демоном был, и не из последних. Смого Ггтунгр творение. Но ведь проникся. И взошел. Предствляешь, кково ему было девять десятых плоти в Свет переплвлять?

— Соглсн. Но все рвно. Если уж готовить тело, то эльф. Они ходят, кк летют.

— Ндоело летть! Хочу топть! И сплевывть сквозь зубы. И пускть ветры, прости господи! Дешь гном!

— Ты неиспрвим. И несерьезен, кк дитя млое. И почему тебя все увжют?

— А я всем другим кжусь. Серьезным и положительным. Плменным борцом з Свет во всем Свете. Гроз элементлов и молоденьких прктикнток.

— Ккие ткие прктикнтки? Новенькие? Д врешь ты все! С нчл Эксперимент все н нс кк н клек смотрят. Сочувствуют. Мне в ткие моменты выть хочется. Это, нверное, из прошлых перерождений?

— Аг. Или из будущих воплощений. Мы будем отдыхть или нет?

— Ну лдно, милый. Спи. Пусть тебе приснится гномий хирд. Топющий и лихо пускющий ветры. В сторону вргов.

Слог 4

СУМАСШЕДШИЙ ВЕЧЕР

Подмирье

Гвиторм, Двор Зрелищ, Большой Амфитетр

Второй чс Сгущения Теней

Вопреки опсениям скептиков, лнист выпустил н рену весь цвет столичной школы, Ррруги были кк н подбор — громдными и породистыми. Они кружили по мфитетру н своих кожистых крыльях и взревывли утробными, низкими голосми.

Зтем один, иссиня-черный, приземлился в крсный сектор. Это ознчло смертный бой, бой без првил и прв н пощду. Громовой рев вызов удрил в уши зрителей, и обводы зл взорвлись свистом и улюлюкньем.

Зчинщик потрясл пудовыми кулкми, бил себя в грудь и склил огромные коричневые клыки. Умело выгнутые крылья увеличивли и без того устршющие рзмеры Черного Детоубийцы.

Имя это, выкрикнутое глштем, подхвтили тысячи глоток, и огромный зл бесновлся в предвкушении кроввого зрелищ.

— Н что спорим? Он сегодня всех позломет! — выкрикнул Жрн прямо в ухо Ззрку. Его слюнявя хря оживленно вертелсь, нслждясь сумсшествием фнтов. — Щс он им покжет! Всем здницу пондерет!

Глядя н гримсы приятеля, Ззрк вдруг ощутил неведомо откуд нхлынувшее отврщение. Рядом с ним н кменной скмье Двор Зрелищ возбужденно ерзло и подсккивло уродливое существо с круглыми слезящимися глзми и жирными отвисшими щекми, открывющими воспленную бгровую мякоть глзного эпителия. Кртину дополняло вечно сопливое рыло с прой круглых дыхтельных отверстий нд широкой щелью рт, усженного крупными, редкими зубми. И уши. Волостые, острые, возвышющиеся нд мленькими, юношескими рогми.

«Неужели и я выгляжу тким же отвртительным мерзвцем?» Неожидння мысль окончтельно выбил Ззрк из колеи, и он не срзу понял, отчего зрители обрушили н его перепонки совсем уж невыносимый звуковой рзряд.

Под смым куполом огромного зл с хрустом сшиблись дв зверя. Черный удрил всеми четырьмя лпми, и зеленый, очевидно принявший вызов в крсном секторе, ответил полным предсмертной тоски воем. Сцепившиеся монстры рухнули вниз, вслед з струей смрдной холодной крови из рзорвнного брюх зеленого неудчник.

У смого пол Детоубийц резко зтормозил, рспхнув упругие крылья, и торжествующе зревел, попрв когтистой лпой изломнное тело противник.

— Ну что я тебе говорил?! — орл Жрн в полном восторге, Ззрк никк не мог побороть подступившую к горлу тошноту. Он, уже не рз посещвший Двор Зрелищ, впервые сочувствовл проигрвшему. Ведь это, нверное, стршно — окзться в когтях ткого вот Детоубийцы!

«Мне нужно больше знимться рукопшным боем, — решил юнош. — Жль только, отец редко бывет дом».

Схвтки следовли одн з другой, но Ззрк почти не смотрел н рену. Он внезпно потерял интерес к этому однообрзному и отвртительному зрелищу. Кк только он не змечл этого рньше?

От рзмышлений его пробудил толчок в плечо. Все вокруг повсккли н ноги и рзмхивли флгми, шрфми и просто рукми. Черный Детоубийц тяжело звершл круг почет, с трудом ворочя ндорвнными, злитыми кровью крыльями.

Рыло Жрн ткнулось в смое ухо Ззрк, и нсыщенный слюной голос проорл:

— Ну что я говорил? Никто не может побить ншего Черномзого! Д ты никк зболел? Что-то н твоей роже лиц нет! — Жрн довольно зржл. — Пошли снимем кких-нибудь телок! Или пожрем! Или и то и другое! Кк думешь, соглсится ккя-нибудь выпить со мной Пунцовки? Или Бгрянки… Вот было бы смчно! Д проснись ты! Смотри: Шрк, Чухл и Хрм, с ними Пузырь-Брюхн. Эй, Брюхн! Не много ли тебе — три н одного? Поделись с приятелями! Что, девки? Мы тут с Ззрком собиремся подкрепиться, зодно хлебнуть чего-нибудь горячительного. Может, сообрзим н шестерых? Кто со мной в Пурпурный Пвильон?

— Придется, нверное, мне попробовть зткнуть тебе псть, — выступил вперед дородня Чухл. — Погляжу, тк ли ты шустр н смом деле, кк хочешь кзться! Д и Хрм двно н твоего дружк глз положил.

При этом сообщении Ззрк неожиднно почувствовл, кк к коже лиц бросилсь горячя, душня кровь. Хрм тоже смутилсь. Он отвернулсь и сделл вид, что следит з рботой трупоглядов, убирющих рену.

Жрн сиял. Он возбужденно обозревл обширные прелести пртнерши и предвкушл. Предвкушл в полный рост.

— Пурпурный Пвильон — это стро! — проквкл Брюхн. — Мы с Шркой уже рз пять прорывлись в Семейные Кбинеты.

— Брешешь! — ошршенно выдвил Жрн. — Туд ншего брт не пускют!

— А это ты видел? — победно проблеял Пузырь и прилепил к подбородку фльшивую бородку. — И вот это! — добвил он, ндевя н свои юношеские рожки крупные искусственные рог.

Действительно, в тком виде он вполне мог сойти з респектбельного клерк или осведомителя Тйной Кнцелярии. Шрк с ндменной миной водрузил н голову шляпку с густой вулью и, подхвтив Брюхн под руку, увлекл его к Злм Вкушения Росы.

— Во дет Пузырь! — с звистью процедил Жрн. — Слышь, Чухл, у твоего ппхен случйно нет нклдных усов, ?

— А ты хоть предствляешь, млявк, что тм, в Семейных Кбинетх, делть ндо? — поднчил Чухл.

— Еще бы! Мои предки постоянно контейнеры н дом зкзывют. Я уже двно з ними нблюдю! Ткого нвидлся, ты визжть будешь от восторг! Может, рискнем, ? Ты — дм предствительня, д и я ничего себе. Щс с ккого-нибудь лох шляпу сорву, и попробуем! А то ккой-то Пузырь Брюхтый будет в Белесых Струях купться и от кйф похрюкивть, ткие клссные мы с тобой пунцовую жижечку кушть?

Жрн обхвтил Чухлу и отвлил н поиски шляпы.

— Ну, тк и будем здесь стоять? — с легкой укоризной спросил Хрм. Он теперь смотрел прямо н Ззрк, и ее крие глз с длинными ресницми очень нпоминли ему мть.

Не отвечя, он опустил взгляд н ее ноги с ккуртными мленькими копытцми и, постепенно поднимя глз, пробежлся вдоль всего стройного тел. Д, из всех знкомых девчонок он одн был похож н Кру Ондр.

— Прости, Хрм, но меня уж точно не пустят в Семейные Кбинеты. Брюхом я не вышел.

— А мне это нрвится, — сообщил девушк. — И вообще, у всех свои вкусы. Меня вполне устроит простой Орнжевый Коктейль.

Орнжевя Рос был ниболее слбой и дешевой из всех возбуждющих Энергий, и Ззрк опять покрснел.

— Позволь предложить тебе двойной Золотой, — неожиднно для смого себя скзл он.

— О-о-о! — Хрм удивленно рсширил глз. — Сын генерл Ондр не рзменивется по пустякм!

— Д, мой отец чсто говорит: «Лучше один глоток нектр, чем бочк свиного пойл». «Свиньи», кк я понял, — это очень нерзборчивые и противные животные, живущие то ли в Ивгии, то ли в Дивглнде.

— Ну что ж… кк ты скзл? «Нектр»? Звучит приятно. Я, пожлуй, соглшусь н глоток. Бездрно нчтый день обещет стть горздо интереснее! — улыбнулсь Хрм.

Аллея Высших Нслждений

Первый чс Лилового Сияния

Подходя к Золотому Пвильону, Ззрк лихордочно пытлся вспомнить, сколько кредиток лежит у него в крмне. Если бы предвидеть все зрнее, тк можно было бы попросить у мтери, теперь… Золотой Коктейль стршно дорог, не окзться бы пустозвоном!

— Ух ты, ккя куколк! — рздлся спрв грубый, сльный голос. — Я ее, пожлуй, возьму. Слышь ты, глист, пошел отсюд! Твоей подружке со мной будет куд приятнее.

Стрх удрил под ложечку сосущей больной волной, колени предтельски ослбли, и только зрождющяся ярость позволил Ззрку спрвиться с зпниковвшим трусливым животным, именуемым «тело».

Он медленно, кк учил отец, обернулся к говорившему. Это был здоровенный лоб с вполне подросшими рогми и гипертрофировнной мускултурой. «Типичный кпрл в смоволке», — решил сын генерл Ондр.

З спиной кпрл мерзко ухмылялись еще трое тких же, но поменьше. Любой ответ в днной ситуции ствил Ззрк в глупое положение, и поэтому он не стл отвечть.

Он просто обртился к Хрме:

— Не думешь ли ты, что здесь стновится слишком шумно? И слегк попхивет… э-э-э… кзрмой?

Рсчет окзлся првильным. От возмущения «кпрл» потерял не только др речи, но и всякую осторожность. Он зрычл и бросился вперед, не думя о зщите. Его искження морд изливл в мир жжду убийств и порбощения. Схвтить, зломть, зствить хлюпть кровью, глотть дерьмо и целовть ноги…

Ззрк промедлил ровно столько, чтобы глз противник стли торжествующе рсширяться, и резко шгнул в сторону, попутно оттлкивя Хрму от мест действия. Прием этот отец нзывл «коррид» и зствлял сын многокртно повторять его н тренировкх, приговривя: «Не спеши отсккивть, дй противнику поверить в успех, вложить в бросок всю свою силу. Пустот выссывет мощь, удивление гсит ярость!»

Вот и сейчс, пролетев мимо вожделенной цели, детин был вынужден см тормозить свой нступтельный порыв. Он был нстолько ошршен, что, рзвернувшись, стл легкой жертвой быстрой контртки «хилого юнц».

Двящий удр копытом в основние грудной клетки зствил его покчнуться и чуть опустить руки, рзмшистый «винт» низом кулк с рзворот рвнул его рыло впрво тк резко, что шея явственно хрустнул. Для верности Ззрк впечтл локоть в открывшийся зтылок, и «кпрл» тяжело рухнул нземь всей своей мссой.

— Ндо скзть отцу, что его солдты дерутся кк простые рбы, — проговорил юнош, из последних сил пытясь сдержть прыгющее сердце и дрожщие от возбуждения колени.

— Чувки, н кого это он похож? — Хриплый шепот одного из нпдвших был очень вырзительным.

Но Ззрк не стл дожидться, пок солдты рзберутся в своих смутных воспоминниях. Глз зтопил мутня пелен стресс, и, уже не сдерживясь, он зорл, подржя отцу в гневе:

— Молч--ть! Кру-гом! Бегом мрш! И чтоб дух вшего здесь не было!!!

Солдты, првд, не побежли, но все же поспешили ретировться, унося с собой стонущего приятеля.

Еле дождвшись, когд они скроются з углом, Ззрк опустился н колени. В ушх звенело, грудь поклывло от излишне глубокого дыхния. Пришлось сложить руки н животе и прикрыть глз.

— Тебе плохо, Зз? — Голос Хрмы был учстливым и озбоченным. И еще в этом голосе сквозило нечто ткое, отчего восстновление пошло быстрее и в груди зродилсь тепля волн нежности, смешнной с гордостью и удовольствием.

— Д нет, просто слишком сильное возбуждение. Отец был бы мной недоволен, — скзл Ззрк, поднимясь.

— Что ты! Этот мбл был в дв рз тяжелее тебя, ты его… в три удр… — Хрм неуверенно прикоснулсь к руке юноши. — Ты сильный! Я чсто видел во сне, кк ты дерешься, но няву — совсем другое дело!

— Ты видел меня во сне? — Ззрк повернулся к девушке.

Он, не отвечя, вдруг придвинулсь.

Волн непривычных ромтов нхлынул н юношу. Он окзлся в теплом, пульсирующем коконе, созднном излучениями двух коснувшихся друг друг тел. Он оглох от стук двух сердец и рев двух потоков крови, струившихся в опсной близости друг от друг.

«Что-то многовто переживний для одного дня», — мелькнуло в голове у Ззрк, руки непроизвольно обняли Хрму. Ее губы были сухими и горячими, но, кк только поцелуй оборвл дыхние, непередвемя слдость родилсь н кончике язык и щекочущей струйкой двинулсь по позвоночнику.

— Д, няву — совсем другое дело, — соглсился он через несколько бесконечных минут. — Знешь, у меня может не хвтить денег н Золотой Коктейль. Я просто не зню, сколько он стоит.

— У меня тоже кое-что нйдется, — прошептл Хрм, щекоч своим дыхнием его ухо. — Нм много не ндо, всего лишь дв глотк нектр… — тихо зсмеялсь он.

У Ззрк хвтило ум поднять ее н руки…

Тк они и предстли перед метрдотелем Золотого Пвильон.

— Добро пожловть, молодой господин, — склонился тот в слегк неуверенном поклоне. — Будете плтить нличными? Не думю, чтобы вы были из числ нших постоянных клиентов, д и… — Он вырзительно змолчл.

— Вы хотели нпомнить мне о моем возрсте? — Ззрк поствил Хрму н ноги и посмотрел н метрдотеля в упор. — Уж не рботете ли вы по совместительству в Депртменте Нрвов? — «Я что-то нглею н глзх», — пронеслсь зпоздля мысль. — Пожлуй, мне придется пройти к Рспорядителю и позвонить отцу, — обртился он к Хрме, снов применив двешний прием.

— Что вы, что вы, молодой господин! З нличные — все что угодно! — испуглся метрдотель. — Прошу вс. — Он склонился в поклоне, одновременно укзывя н окошки ксс.

Н отдельный кбинет денег не хвтило, и Ззрку пришлось купить мест в общий зл. Спустившись по широкой полутемной лестнице, они очутились в теплом колышущемся мрке.

— Сюд, прошу вс, — возник перед ними служитель в слбо светящемся костюме. — Здесь, в ложе, дв свободных мест.

Кресл были удобными, с высокими брхтистыми спинкми. Ловкими быстрыми движениями служитель пристегнул гостей специльными ремнями, обхвтившими их тлии, ноги и руки. Это было интересно. В Пурпурном Пвильоне вкушли, стоя в обнимку в толпе тких же жждущих. Вкус Росы тм сильно нрушлся испрениями и толчкми переживющих соседей.

Ззрк зкрыл ненужные в этой почти бсолютной тьме глз и ощутил легкий укол инъектор. Сквозь приглушенный шум устновок Росы до него доносились вздохи вкушющих.

В отличие от мссовых Пвильонов, они не только не мешли, но и нстривли н определенный лд. Ззрку вдруг остро зхотелось прикоснуться к Хрме. «Почему кресл тк длеко друг от друг?» — еще успел подумть он и ощутил приступ внезпной, оглушющей тоски.

В этой волне было все: терзющий голод и иссушющя жжд, звисть и лчность, возбуждение и устлость, вожделение и душевня боль. И тоск. Тоск по недозволенному и невозможному. Неожиднно рук Хрмы до боли сжл его кисть, и он, отвечя н пожтие, нпрягся всем телом.

Почувствовв нконец первую струйку Росы, он принялся глотть ее ненсытными, ждными глоткми, сотрясясь от восторг и мучясь стрхом, что очередной глоток может стть последним…

Слог 5

МЫСЛЬ НЕИЗРЕЧЕННАЯ

Лэйм

Охотничий змок короля Дибемского

Рннее утро

По всему полю зтрубили рог, и зловещя тишин нконец уступил место лязгнью мечей, фыркнью пегсов и шороху рскрывемых дрконьих крыльев.

Ночь длилсь тк долго, что мрк, холод и стрх смерзлись в груди в твердый тяжелый ком, и сердце придушенно трепыхлось где-то в животе, теряя осттки мужеств и ндежды.

Но вот ззвучли рог, и змерцли по всей рвнине лики Демиургов, и полилось, рзгорясь, сияние от родовых эльфийских знмен.

Первя тк сил Мрк был отбит.

Ксн помнил, кк онемели вдруг говорливые гномы, кк зстыли словно сттуи непоседливые пегсы. Ее собственный дркон Грог тоже змер в неподвижности, и только нервно подргивли его полуприкрытые веки.

И кждый в объединенном Воинстве Светлых Сил услышл Голос.

Голос шел не сверху и не снизу, не сзди и не спереди. Он поднимлся изнутри. Из кких-то мрчных глубин, лежщих в фундменте любого «я».

Эльф или гном, кентвр или орел — кждый в Светлом Воинстве ощутил вдруг в своем существе некий темный угол, пещеру, укрывющую что-то незнкомое, тящее в себе грозную, неведомую опсность.

Именно из этой пещеры и звучл Голос.

Он обрщлся к кждому по имени и н его родном языке. Он воспевл хвлу, не сбивясь, однко, н явную лесть, лишь повторяя собственные недостточно скромные мысли того, к кому обрщлся.

И он звл к себе, суля подлинную свободу.

Свободу делть все, что пожелешь, и не подчиняться никому, кроме него. Он рисовл призрчные перспективы и уговривл, и ншептывл, и соблзнял. Голос не умолкл и не менялся. Он, кк темня воронк, вбирл в себя тысячи и тысячи сознний, пытясь подчинить их себе, лишить воли, рзъединить гнусными подозрениями и нмекми, которые брл все из тех же глубин кждого отдельного «я».

И только один просчет допустил Черный Влстелин. Не учел он, что оцепенение, охвтившее всех внезпно и одновременно, объединит воителей Свет единым испытнием, единым чувством. Слушя Голос, кждый боец знл, что не один он противостоит дьявольскому искушению. Молчние и неподвижность слили воедино не очень-то лдящих между собой пегсов и кентвров, дрконов и орлов. По глзм соседей кждый видел отзвуки внутренней борьбы и понимл лживость обещний и посулов, сплетен и нветов. И все-тки тиски черной воли были нстолько сильны, что фкелы, освещвшие рвнину, здохнулись и погсли. И исчезли серебристые нимбы с изобржений Демиургов, и померкли слвные эльфийские стяги.

И тьм упл н Воинство Свет, и холод объял сердц. Но вот истекли сроки, и Голос вдруг зхлебнулся и змолчл, кждого бойц коснулся то ли луч, то ли вздох, то ли просто тепля, лсковя лдонь. И згорелись звезды, и поднялись к побледневшим губм серебряные эльфийские рог. Исчезли черные тенет, рзогнулись спины, рспрвились плечи, и пронесся нд рвниной вздох облегчения.

Но громовым хохотом ответил ночня тьм, и вспыхнувшие жезлы светлых мгов осветили двухслойную лвину Черного Воинств, стремительно несущуюся с зпд.

Встрепенувшийся Грог метнул зпылвший бгровым плменем взор в верхний вл вржеской рти. Тм, окутнные плщми мрк, метлись черные тени ррругов. В блеске фиолетовых молний липкой холодной слизью вспыхивли их мссивные тел.

Дрконы зревели пронзительно и стршно. Ксн стиснул коленями шею Грог, стрясь передть ему спокойствие и уверенность в победе, нисходящие н нее с высокого звездного неб.

Снов пропели рог, и крылтя рмия взвилсь нвстречу черной волне, осклившейся и ощерившейся в свисте, хохоте и плче вкхнлии зл.

Вперед вырвлсь цепочк дрконов, и эльфийские луки, ззвенев, зсыпли врг смертоносным серебряным грдом. Ксн не успел выпустить и десятк стрел, кк рти сшиблись.

И вонзились в плоть безжлостные когти, и нпились крови стльные клинки…

Грог схвтил в смертельные объятия огромного ррруг, который, отбивясь всеми четырьмя лпми, придвленно хрипел перекушенным горлом, тщетно пытясь рзомкнуть мертвую хвтку дрконьих челюстей. Ксн обхвтил рукми крутой изгиб длинной шеи и вдруг увидел н спине ррруг небольшое костлявое существо с бочкообрзной головой и круглыми выпуклыми глзми. Существо это сжимло в хилых лпкх короткий трезубец, все три жл которого уже дымились теплой дрконьей кровью. Грог не мог, д и не хотел выпускть шею еще живого врг, и трезубец уже двжды впивлся в ндбровные дуги, стрясь порзить незщищенные глз. Ксн мгновенно выхвтил из петли меттельное копье, и серебристя тень прочертил мрк, взбитый крыльями гигнтов. Копье вошло между лягушчьих глз, трезубец, кувыркясь, устремился вниз, и вслед з ним рухнул ррруг со сломнными крыльями и рзорвнным горлом. Н спине его болтлсь приковння цепью фигурк со скошенными к переносице зстывшими жбьими глзми. Грог победно зтрубил и бросился н нового врг…

«Ксн, Ксн, проснись». — Голос няни еле прорывлся сквозь рев и скрежет, лязг и грохот, стон и плч Великой Битвы. «Нет, — отбивлсь Ксн, — бой еще не зкончился, я должн быть с ним, я должн беречь его глз!» Но сон уже отдлился, и из мглы межвременья всплыло лицо Эолы, лсковое, лучщееся неземным светом.

— Ты снов видел сон? — спросил он.

— Д. — Ксн сел н постели и потерл рукой лоб. — Н этот рз я летл н дрконе. И сржлсь. Эол, что это был з битв? — Ксн зкрыл глз и попытлсь вызвть в созннии кртину схвтки в густой тьме, озряемой мгическими огнями.

— С кждым днем у тебя получется все лучше, — скзл няня, проводя своей тонкой рукой по темно-кштновым волосм воспитнницы. — Ты только не смогл передть эмоционльный нкл битвы, слишком сосредоточилсь н зрительном обрзе. Попробуй еще рз.

Ксн уже год пытлсь освоить мысленную речь эльфов и, несмотря н все усилия, продвиглсь вперед очень медленно. После нескольких тщетных попыток ей все же удлось создть у Эолы првильный обрз пережитого.

— Думю, это был Великя Битв, или н древнем нречии Крмгеддон. — Взгляд Эолы, устремленный в глубины пмяти, был исполнен грусти и гордости. — Я уже рсскзывл тебе о ней.

— А кто победил в этой битве? — спросил Ксн, в ушх которой все еще звучло отдленное эхо схвтки.

— Ты еще ребенок, — улыбнулсь Эол.

— Д, я помню, ты говорил, что в любой войне проигрывют обе стороны. Выигрывют только Темные Иеррхии. Но ведь в той битве они и были одной из сторон?

— Конечно. И они проигрли. Тк же, кк и мы.

Рук няни скользнул в склдки легкой нкидки, и глзм Ксны предстл изумительной крсоты перстень из голубовтого серебр с великолепным спфиром, сияющим ярче эльфийских глз Эолы.

— Ккое чудо! — восхитилсь Ксн. — Почему ты ни рзу не покзывл мне его рньше?

— Чем больше глз смотрит н этот кмень, тем труднее стновится будить его пмять.

— Пмять у кмня? — Ксн не могл оторвть глз от перстня.

— Д. Все дргоценные кмни имеют душу. Они живут очень медленно, но зпоминют все, что происходит вокруг. Твои соплеменники, кк нерзумные дети, не понимют их истинной ценности. Но блеск кмней будит в них смутные воспоминния, и, подобно сомнмбулм, они стремятся звлдеть кмнями, проливя потоки крови. Из-з этого многие древние тлисмны уже превртились в сосуды горя и смерти.

Кроме того, цри и князья, эмиры и кесри выствляют кмни н обозрение подднных, стремясь возвыситься не трудом своего сердц, но з счет звисти окружющих. И десятки подлинных сокровищ погсли нвсегд, зхвтнные грязными рукми, злизнные звистливыми, лчущими взорми. Помни, Ксн, что истиння крсот всегд интимн, кк, впрочем, и истиння любовь, и истиння мудрость.

— И ты рзрешешь мне смотреть н него?

— Д. Твоя мть очень любил это делть в годы своей молодости. Этот перстень когд-то приндлежл моему деду Тильнру, или Огнесвету н вшем языке. В незпмятные времен дед учствовл в Крмгеддонской битве.

— Дед? Ох, Эол, я кк-то збывю, что вы, эльфы, живете очень долго.

— Срок ншей жизни с кждым поколением уменьшется. И это тоже следствие нших былых поржений, выглядевших кк победы. — Эол ндолго змолчл.

— А я… — неуверенно нчл Ксн, — я могл бы рзбудить его пмять?

Эльфийк молчл, устремив взгляд куд-то вдль.

«Это сделть очень нелегко, инче любой из грбителей и убийц стл бы посвященным древнего знния». Губы Эолы не шевелились, и слов возникли в голове Ксны сми собой.

«Я слышу твои мысли!» — изумленно воскликнул Девушк. Точнее, хотел воскликнуть и вдруг понял, что совсем не обязтельно нпрягть голосовые связки и язык, совсем не нужно производить шум.

«Ну вот нконец это и произошло», — улыбнулсь Эол.

«Это все из-з перстня. Это он помог мне! — Ксн лсково смотрел н игру свет в грнях кмня. Спсибо тебе, ты ткой крсивый, и добрый, и…» — Он не могл подобрть нужное слово и просто потянулсь к спфиру теплой волной любви и блгодрности.

И именно в этот момент кмень «рскрылся»…

Подмирье

Спецсектор Промежутк

— Вот, слизь, опять Остроухя. Теперь уже не полукровк, нстоящя, из Истинных. Вот не повезло-то! Вляплись мы с тобой по смое не блуйся! Ясно кк ночь — зтеяли Верхние что-то.

— А Его Превосхосмость прозрел все их козни и свою интригу рскручивет?

— Молодец, Лупоглзый, верно рссуждешь. Только, думю, все отсюд не прозреешь. Знешь ведь: несоответствие времен, то, се… Д простит меня См Ггтунгр Величйший, но все дже он не знет. А то бы мы двно всех эйнджелов попередвили бы. И лучров. И серхвимов всяких.

— Не поминл бы ты к утру! И тк жуть берет… Не хвтет тебе торчния в Промежутке? Хорошо, хоть Нверх не гонют. Я, конечно, прынцеску бы с превеликим ппетитом, но у няньки ее сил немереня. И лет ей з тыщу. Это же сколько у нс тут будет? Две гвиндюжины с тремя нулями? Охренеть!

— Спть иди, рихметик хренов! Звтр с утр опять в мгический шр пялиться. Кк в Теллусе, ей-см! Помнишь, я Стрх Видлу из теллусийского сектор подменял? Ну подрнили его пуклкой ккой-то? Тк вот, у них тм в Теллусе все не тк, кк в ншем Лэйме. Дром что миры прллельные. У них особя мгия рзвилсь — Те-Хни-К. Ну слышл небось — движущиеся железяки всякие? Вот! А кроме тех железяк есть ткие ящики, в которых кртинки всякие бегют. Ну точь-в-точь нш мгический шр. Тк вот руконогие перед теми ящикми целыми суткми сидят и н кртинки эти пялятся. Прям кк мы с тобой все последнее время.

— Не зню, кк им, но нм ничего стоящего не покзывют.

— Я тебе дже больше скжу. По-моему, нши предсмертники уже догдывются. Готовят что-то. По крйней мере Лысый. Он тихий, но здоровый. Я его боюсь. Видл, кк по сторонм зыркет? Чистый дркон!

— Двй звтр з другим смотреть. Тм у него под боком чмырь ншенский. Тм никких неожиднностев не предвидится!

Слог 6

УЧЕНИК КОЛДУНА

Лэйм

Дом н улице Прорицтелей

Ночь

Алекс, морщсь и чертыхясь, рстирл в деревянной миске помет летучих мышей. Остлось еще истолочь несколько желчных кмней, добвить кровь лягушки, убитой серебряным ножом, и смешть с зрнее приготовленным ядом очковой змеи.

Серые окменевшие комочки помет поддвлись с трудом, желчь нещдно пхл, лягушчья тушк, подвешення з лпки, подергивлсь и нводил н грустные рзмышления.

«Все-тки я почти привык», — подумл Алекс, отклдывя в сторону миску. «Видимо, можно привыкнуть к чему угодно», — угодливо подскзло Эго, но пмять тут же зжгл в созннии мертвенно-лиловый свет нд жертвенным лтрем. Колдун в черном плще и шипстой короне склоняется к подбежвшему слуге. И вот в зловещей, гулкой тишине зл стршным диссоннсом звучит крик млденц. Мленькое, змерзшее до голубизны тельце беспомощно дергет полусогнутыми ножкми и зходится скрипящим плчем…

Этот сон, порзительно рельный и подробный, повторялся уже несколько рз. И кждый рз Алекс просыплся от собственного крик.

«Случись ткое няву, и я бы н него бросился. Пропди пропдом его тумнные нмеки и сомнительные знния! — подумл Алекс и с содрогнием отогнл стршное видение. — Видимо, нстло время уходить. Где искть девушку, о которой говорил Георг, я нконец зню. А Колдун? Он уже ничего не может мне дть, д и то, что дл, лучше бы оствил при себе!»

Действительно, год, проведенный в ученичестве у Колдун, подверг Алексову любовь к мгии серьезному испытнию.

Еще совсем недвно это был мир чудес и открытий. Приятно было слушть отголоски глубинных вибрций мир, рзбуженных громовым зклиннием или тихой мнтрой, хлопком в лдоши или щелчком пльцев. Неизъяснимую рдость двл влсть нд ветром и дождем, летящим кмнем и остновившейся водой. Великую мудрость открывл для себя Видящий, когд чувствовл приближющуюся грозу и зкончившееся вчер землетрясение, когд определял н глз слбую точку в стене и н слух нпрвление кмнепд.

Сухие, не пхнущие животными испржнениями слов и знки предствлялись Алексу друзьями и помощникми: то блгородными воинми, готовыми к любой битве, то утонченными дипломтми, улживющими любые конфликты, то, что уж грех тить, преднными и нежными возлюбленными… Симметричный и отвлеченный мир мгических формул пленял Алекс утонченностью и целесообрзностью, совершенством и крсотой.

Но Колдун почему-то упрямо не хотел змечть его привязнностей. Он, с нвевющим тоску однообрзием, снов и снов зствлял Алекс резть и вытягивть, вскрывть и свежевть. Потоки крови и слизи, желчи и экскрементов густым слоем зливли небесное совершенство, непреодолимыми путми тянули к земле, стршной тяжестью двили н плечи.

Алекс последний рз перемешл вонючую жижу и озорств рди нчертил кменной ложкой в воздухе Знк Мухи. Склянк из мутного, зеленовтого стекл неуверенно приподнялсь нд полкой. Не обрщя н нее прямого внимния, подмстерье зствил знк здрожть и извлек из дльнего угл слбое жужжние. В неровном свете свечи склянк двинулсь к столу. В ее тени, скользящей по стене, явно обознчились сумтошно мельтешщие крылышки. В момент, когд Алекс протянул з ней руку, н его лдони вдруг возник противно шевелящийся мохнтый пук рзмером с собчью голову. Ндо было, конечно, спокойно смотреть, кк пук ловит стеклянную «муху», но юнош непроизвольно отдернул руку. Пук вместе со склянкой рухнул н стол, угодив при этом в миску со сндобьем.

— Ты боишься пуков, девушк? — проговорило вдруг мутное медное зеркло н дльней стене. Голос Колдун был, кк всегд, презрительным и ядовитым.

Пук вылез из миски и принялся отряхивться. Он был похож н черную восьмилпую собку. Ошметки коричневой грязи противным дождем хлестли по лицу, пчкли стол, стены и дже, кжется, потолок.

«А ведь придется все это убирть», — подумл Алекс.

Зеркло больше ничего не говорило. Проклятый пук продолжл отряхивться. Количество рзбрызгивемой грязи уже вдесятеро превысило первончльный объем, поток смрдной мороси не иссякл. Одежд, руки, лицо — все покрылось липким вонючим слоем.

Душной волной нктились стыд и обид. Алекс сдвил пук ментльным узлом, и тот послушно змер, прекртив извержение мрзи. Постепенно стервенея, ученик с хищным удовольствием нчл скручивть и рвть мохнтое, неожиднно хрупкое тело. Силовые поля, гудящие исступленной жестокостью, с плотоядным хрустом отрывли членистые ноги, выкручивя кждый суств до предел, до мутного облчк боли и дльше — через рвущиеся розовые нити, через брызгющую крсную кровь…

«Вот это уже неплохо, мльчик», — скзло зеркло, и довольное сопение Колдун постепенно стихло в его глубине.

И только тут Алекс опомнился. У пуков не может быть крсной крови!

Еще несколько секунд он стоял, вцепившись побелевшими пльцми в кмень стол, потом ярость огненным звывющим вихрем хлестнул по зерклу.

Глухим взрывом охнул рсплвленный метлл.

Опустошенный Алекс вдруг подвился сжвшим горло плчем. Мутные соленые слезы брызнули из его глз. С ними пролились в мир осттки сил, и юнош упл н кменный пол, борясь с подступющей тошнотой.

Подмирье

Спецсектор Промежутк

— Етидреный хрен! А вдруг он и в нс вот тк долбнет?

— Молчи, блбес, см не хпешь, че бормочешь! Кк он нс в Спецсекторе зсечь-то сможет?

— Тк см же двеч говорил, что Лысый о чем-то догдывется? А этот не слбее будет! Двй Шефу доложим, что нше нблюдение рскрыто.

— А докзтельств?

— А ты хочешь дожидться, пок нс, кк то зеркло, в лужицу превртят? Я жить хочу! Пусть Его Смость см с ними бодется!

— Не кнючь! Все одно н пузо бухнешься и хвостом будешь пол мести. Зню я тебя! Придется ждть. Ты просто не жмотствуй — купи мулет подороже. Глядишь — пронесет…

— Чихл он н нши мулеты! Может, щс нверх попытться? Предсмертник в отрубе, чмырь где-то поблизости. Может, успеем?

— Не, не успеть! Вон он уже приподнялся. Подождем еще, будет момент поуверенней. Интересно, кк тм у Лысого?

— Не трви кишки! Мне вот все время метится, что все нши усилия — ему в удовольствие. Мозгой секу, что быть ткого не могет, от мысли этой отделться не получется! Вроде кк мы у него н побегушкх: то одну жертву подбросим, то другую…

Слог 7

УРОЧИЩЕ КАШЛЯЮЩИХ ДРАКОНОВ

Лэйм, Великие Древние Горы

Вечер

Сн стоял н дне глубокого ущелья, обознченного в хроникх кк Урочище Кшляющих Дрконов, и слушл зтихющий грохот.

Грохот этот рздвлся кк будто в толще скл и действительно нпоминл кшель. Если столь могучие звуки производили живые существ, то рзмеры их были огромны. Куд больше современных дрконов.

Легенд глсил, что восемь сыновей Великой Белой Дрконицы были змуровны в этих склх н зре веков. Кмення пыль збил им глотки, и кшляют они и мучются, не в силх преодолеть тяжкий гнет обрушившихся скл. Никто из людей не знет, з что пожинют они столь суровую Крму. И плчут семь бртьев, слушя дождь, стучщий по склм. И у кждого из них слезы своего цвет, ткого же, кк и шкур. Только восьмой — черный брт — не плчет, и поэтому в рдуге, появляющейся после дождя, нет черной полосы. Сн любил легенды. Когд среди нудных и тяжеловесных философских тркттов в библиотеке родного хрм он нходил книгу стихов или скзний, время остнвливлось. Молитвы и медитции, ритулы прием пищи и дже тренировки перествли существовть. Оствлсь только шуршщя под пльцми дверь в иной мир.

Мир, вместивший в себя не только отголоски рельных событий, не только мечты и чяния двно умерших людей, но и крохи чудесных прозрений, озряющих иногд путь Избрнных.

«Все скзки от были», — скзл кк-то Учитель, и в ответ н эту мысль в мозгу Сн возник обрз блгообрзного стрц в мленькой шпочке н бритой голове, с ккуртной седой бородой и пронзительным взглядом непривычно светлых глз. «Верить не хотят люди, что их внутренняя лбортория имеет космическое знчение», — проговорил мудрец н смутно знкомом языке и отвернулся, вглядывясь в пнорму ошеломляющей крсоты гор з своей спиной. Учитель не смог тогд объяснить Сну его видение. Он лишь кк-то особенно посмотрел н воспитнник, и в глубине его глз почудились юноше увжение и священный трепет.

И все же кждый рз нужно было возврщться. Возврщться к повседневным трудм и зботм, среди которых мытье полов в отхожем месте было длеко не смым неприятным.

Монстырский уств был строг. «День без рботы — день без еды!» — провозглсил Первый Птрирх, и вот уже тридцть поколений этот зкон неукоснительно выполнялся. Терпение и неприхотливость ценились не меньше, чем мстерство воин или знние священных текстов. «Чистот вокруг рождет чистоту внутри», — было нчертно н стене клдовой, где хрнились метлы и щетки. «Проснулся утром — убери свою плнету!» — добвил про себя Сн пришедшую из подсознния мысль.

Обиттели Урочищ Кшляющих Дрконов внутри, видимо, были отвртительны. По крйней мере, вокруг црили хос и зпустение. Высушенные солнцем трупы всевозможной живности влялись безобрзными кучми. Причем они не были съедены. Создвлось впечтление, что многие из них специльно пришли сюд, чтобы тихо скончться. Без борьбы и бестолкового цепляния з опостылевшую жизнь.

Основную чсть мумий соствляли грызуны и гды. Но были и крупные животные. Неподлеку из груды крысиных тушек мрчно склился труп человек. Клочья полуистлевшей одежды не двли возможности определить его нционльность. Одно Сн мог скзть определенно: перед смертью он не сопротивлялся. Просто лег и умер.

Кк будто в подтверждение этой мысли, спрв от Сн обознчилось ккое-то движение. Крупный врн слегк пошевелил чешуйчтым хвостом.

— Кое-кто из пришедших сюд еще жив, — вслух проговорил Сн. — Нпример, я. И умирть пок не собирюсь.

Только произнеся эту фрзу, он нконец осознл, что уже двно преодолевет ментльное двление. Двление это было рссеянным и удчно мскировлось под холодно-высокомерное поле Великих Древних Гор. Оно принуждло личность ощутить свою ничтожность н фоне седых исполинов, для которых век — лишь песчинки, пересыпемые ветром. З смоуничижением следовли птия и покорность, слбость и нежелние жить. Все было мертво и безысходно. Теперь Сну нетрудно было нщупть з всей этой тоскливой тягомотиной ядовитый и ждный Зов. И действовл этот Зов, судя по всему, н довольно знчительном рсстоянии.

«Видимо, я не зметил его, потому что и тк шел именно сюд», — подумл Сн и срзу улыбнулся этой неуклюжей попытке нйти себе опрвдние.

Все дело, конечно, было во встрече с юной мзонкой, стрнно совпвшей с видением в колдовской пещере. Сн никк не мог зствить себя не вспоминть упругую грцию ее походки, спокойствие и звучность ее голос. Он был чудесным, изнчльно отличным от мужчины существом, пришелицей из другого, тинственного и зовущего мир.

Примерно чс тому нзд следы девушки свернули в один из боковых проходов, отклонившись от нпрвления н юг. Сн долго стоял у рзвилки. Сердце его рвлось вслед з незнкомкой. Мучительно хотелось догнть ее, остновить, покзть првильное нпрвление.

Молодой послушник терялся в догдкх: кк дикрк, не облдющя знниями зконов Ствы и мудростью дерев Бодхи, сумел пройти почти до третьей мембрны?

Внезпня смен нпрвления окончтельно поствил Сн в тупик. После долгих колебний он все-тки решил продолжить путь н юг, предоствив девушке смой искть дорогу к Хрму. Это решение длось ему с трудом, но принцип ишврпрнидхи требовл принятия естественного течения вещей. В который рз слов Учителя рзрешили возникшее сомнение. «Делй что должно, тм будь что будет».

Вдруг в ущелье рздлся тихий, но явственный метллический звук. Мстер боевых искусств никогд не ошибется в определении источник ткого звук. Сн был уверен, что это звякнул топор, здевший выступ склы. Где-то впереди прятлся вооруженный человек.

Сн нпряг внутренний слух и понял, что человек этот не один.

Людей было много, но еще больше было других, незнкомых и злобных существ, мысли которых нпоминли стю голодных волков, почуявших зпх крови. Тври были достточно крупны, чтобы внушить некоторые опсения.

Сн физически ощущл исступленную ярость совокупного сознния этих существ, тщетно пытющегося пробиться через его зщитный блок, сломить волю, зствить подчиняться чужим прикзм, подчиняться безропотно и бездумно, тк, кк подчинялись нелюдям люди, ожидющие з поворотом ущелья.

«Может быть, вернуться и поискть другой путь?» — неуверенно зтрепыхлось подхлестывемое инстинктми низшее «я».

— У кого есть выбор, тот несвободен! — громко скзл Сн, обрщясь к ожидющим впереди.

Для истинного последовтеля Ствы выбор, по сути дел, не было. Нужно было просто следовть нвстречу судьбе, спокойно принимя трудности, опсности и смую смерть… Сн покоплся в пмяти и легко извлек н свет очередную цитту: «Если врги зтились и не нпдют, знчит, момент для них недостточно удобен».

Не глядя больше з поворот ущелья, он легким прыжком взлетел н большой плоский кусок склы, лежвший неподлеку. Зтем он сложил ноги в виде корней лотос и погрузился в медитцию.

Подмирье

Спецсектор Промежутк

— Ну че, Ушстый, нщупл Диких? Тм их тьм тьмущя, чуешь ведь? Че молчишь-то?

— Не егози! Упирются они. Гляделки у них к свету дневному не схопны. Воют, что до темноты из пещер своих ни-ни. Но обещли рбов послть. Не пойму, откуд у них тм рбы? Может, исктелей клдов кких под контроль взяли? Рньше всех н месте кончли. Обжирлись тк, что летть не могли, все рвно никого не оствляли. А теперь слыхл? Рбы! Прогресс, едрен плешь!

— А нм ккя рзниц? Нм, глвное, предсмертнику жизнь портить. Пусть рбми знимется. Ты тех рбов чуешь? Я — тк нет. Нету в них мгии ни н чох. И силы нету. Лысый с ними игрючи рзберется. Лишь бы до темноты его знять. А тм крылны подтянутся. И тогд ему конец. Противу сти никто не сдюжит. Готовь писло — глочку ствить!

— Погоди рдовться! В этой лямбде ни н кого рссчитывть не приходится. Только-только губенки рсктешь, и срзу мордой об стену! Вот порвут они ему глотку, тогд и обрдуемся вместе. А щс зткнись. Первый пошел…

Лэйм

Великие Древние Горы

Вечер

Беля пнтер быстрым прыжком прянул из нежно-голубой трвы и тихим ворчнием предупредил Сн о приближении опсности. Изумрудное солнце Стрны Отдохновения зктилось з серые склы Урочищ Кшляющих Дрконов, и Сн спустился в мир форм.

Ни один мускул не дрогнул н его умиротворенном лице, но он уже был здесь, способный в любое мгновение вскочить и выхвтить меч. Злобные нелюди оствили нконец попытки подчинить своей воле дерзкого пришельц и решили нтрвить н него своих рбов.

Осторожные шги з поворотом ущелья стихли. Чужой взгляд ощупл лицо неподвижного ствист и скользнул вниз по желтому блхону. Зтем скрипнул тетив лук.

Сн еще успел про себя отметить, что жил слишком сухя и короткя, знчит, лук небольшой и, скорее всего, южного обрзц; что ветер дует лучнику в спину и впрво, знчит, оперение отклонится слегк вбок, в сторону противоположной стены ущелья; что руки у стрелк сильно дрожт и он вряд ли сможет взять првильный прицел. Одновременно со звонким щелчком тетивы Сн почувствовл, что выстрел не попдет в цель, и поэтому остлся н месте. Рсстояние было слишком мло, и стрел удрил почти срзу, успев спеть лишь пру нот из свистящей песни летящей смерти.

Нельзя скзть, что Сн получил от этого хоть ккое-то удовольствие. Древко стрелы чиркнуло по груди, резко рвнув з ворот нкидки. Со стороны стрелявшего пришл волн удивления. Он видел, что фигур н кмне не шелохнулсь, хотя стрел пробил желтый блхон в опсной близости от тел. В голове у стрелк возник дже обрз сочщейся кровью борозды, прочертившей хилые ребр бестолкового монх, погрузившегося в медитцию тк не вовремя.

Ну это он зря. Снчл пусть лук держть выучится…

Второй выстрел зствил-тки желтый силуэт опрокинуться.

В следующее мгновение монх уже стоял н кменной плите, сжимя в руке стрелу с диковинным пестрым оперением.

— Я не думю, что ты ожидл получить ответ н свое приветствие, — бесстрстным голосом медленно проговорил он, пристльно глядя в глз бородтого лучник, — но ты его получишь.

Выпущення стрел еще не успел клюнуть бзльт у ног Сн, мленькя вертящяся тень уже метнулсь к змершему в оцепенении стрелку. Было видно, что тот пытется уклониться, но взгляд монх держл его, кк питон ззеввшегося кролик. Тускло блеснувшя звездочк с ужсющей точностью вспорол кожу н зпястье, и кисть, держщя лук, непроизвольно рзжлсь. — Я мог бы убить тебя, — продолжил Сн, — но пок мне нужно, чтобы ты больше не стрелял.

Громким топотом ущелье возвестило о выходе мссовки. Судя по шуму, который он производил, серьезных неприятностей пок не предвиделось.

Глвные действующие лиц зтились в пещерх и со злобным интересом ждли рзвития событий.

Дв десятк оборвнных и пестро вооруженных людей окружили плиту, н которой в спокойной позе зстыл улыбющийся монх. Их движения были змедленными и неуверенными.

«Они все стрдют от истощения», — вдруг понял Сн, внимтельно вглядывясь в бледные лиц и сгорбленные фигуры. Почти у всех н шеях чернели непонятные метки. Ттуировк? Д нет, подживющие рны! Некоторые совсем еще свежие, сочщиеся сукровицей. Другие стрые, подсохшие. А еще шрмы. Теперь Сн знл, кто зтился в ущелье. Кровопийцы. Вмпиры. Нетопыри.

Тягостное молчние нвисло нд ущельем. Никто из вновь прибывших не спешил нвстречу уверенному и слегк презрительному взгляду юноши с глзми мудрец и ногми, впившимися в кмень, словно корни дерев. Во всей его фигуре чувствовлсь неукротимя мощь, редкя у людей, нпоминющя скорее льв или тигр. К тому же он стоял н возвышении, и нпдть н него нужно было снизу вверх.

Сн выжидл. Происходящее нпоминло ему тетрлизовнное действо н кроввой тризне диких племен, когд пленные сржются между собой без особого рвения, стремясь только выжить в этой ужсной бойне, зрители, опившиеся кумыс и медовухи, готовы рстерзть и победителей, и проигрвших.

«Чтобы они нормльно дрлись, хозяевм придется ослбить контроль, — решил Сн. — Пожлуй, стоит рискнуть…»

Нконец рослый широкоплечий воин, сжимвший в руке шипстую дубину, издл отчянный боевой клич и бросился вперед, стремясь сметющим удром поломть монху ноги или хотя бы зствить его отступить нзд. Его усилия пропли дром: Сн подпрыгнул, пропускя колючего ковного еж, и, опускясь, выбросил ногу нвстречу нпдвшему. Охнув, тот грянулся нвзничь, выронив дубину и схвтившись рукми з лицо.

Сн все еще стоял н одной ноге н крю плиты, и зрители могли в полной мере оценить его превосходное чувство рвновесия. После нескольких секунд змештельств срзу четверо вскинули копья и почти одновременно кинули их в монх.

Пдя н руки, Сн дже пожлел, что противники тк плохо рзбирются в тктике боя. Нпрвленные в грудь, спину и бок копья пролетели нд ним, и нездчливым меттелям пришлось уклоняться от оружия своего визви по другую сторону кменного пьедестл.

А н пьедестле, подобно сттуе Ствы, снов стоял неподвижный, презрительный монх.

— Мне не нрвятся вши потуги свести все к пьяной рзбойничьей дрке, — возвестил Сн, медленно выговривя слов и ни к кому конкретно не обрщясь. — Если среди вс есть нстоящий боец, то я освобожу для него половину плиты.

— Я могу срзиться с тобой, — донесся хриплый голос, и н кменную площдку тяжело полез высокорослый северянин со светлыми вьющимися волосми. В левой руке он держл тяжелый широкий плш, в првой прятл узкий и длинный стилет, прижтый лезвием к предплечью.

Говорил он с трудом, глотя окончния и коверкя слов. Глядя в его пустые глз, молодой послушник вдруг вспомнил рсскз Учителя о берсеркх — стршных витязях Северного Предел, впдвших в неистовство от зпх крови, не имеющих жлости и чувств меры. Одновременно во втором слое сознния пронесся обрз «лун гом п» — «лунного бегун», в состоянии гипнотического трнс бегущего из одного ствийского монстыря в другой по диким горм, не остнвливясь, не отдыхя, в течение нескольких суток.

Взобрвшись н плиту, северянин рспрвил плечи и глубоко вздохнул. Аптия и неуверенность медленно исчезли с его лиц, в глзх проступил некоторый интерес к происходящему, губы искривил довольня ухмылк.

«Они почти отпустили его», — понял Сн.

— Ну что ж, Айсгрд, вперед, — негромко бросил он.

Голубые льдинки глз берсерк изумленно вспыхнули. Он не мог постичь грозного знчения этой короткой фрзы, лишь мимоходом удивился, откуд пришлый монх может знть его имя, и бросился в тку.

Плш обрушился н голову Сн стремительно и неотвртимо, кк топор мясник. Но не н этот удр ствил хитрый северянин. Он предвидел, что монх сделет нырок, и, используя инерцию тяжелого лезвия, удрил стилетом с рзворот.

Сн был готов к этому. Его првя рук железным зхвтом сдвил кисть противник, левя зфиксировл плечо ткующей руки… Острие стилет змерло в снтиметре от цели, и его хищный блеск, кзлось, усилился. Долгождння влг был тк близк! Жло дрожло от нетерпения, вожделея погрузиться в теплую пульсирующую плоть.

Почувствовв себя в стльных тискх, беловолосый зревел от ярости и удрил ногой нзд, пытясь освободиться. Сн оттолкнул его от себя, гся силу удр, и северянин срзу сверкнул плшом, пытясь достть горло противник.

Не попл.

И снов дв бойц стояли друг против друг.

Беловолосый, у которого не прошел его «коронный» удр, был несколько обескуржен. К тому же с монхом творилось что-то стрнное. Он не только упрямо не желл обнжть меч, рукоять которого выглядывл нд его првым плечом, но еще и взгляд опустил долу, будто прислушивлся к чему-то в глубине своего тел. Фигур его обмякл, плечи опустились, и н губх появилсь глупя пьяня улыбк. Неуклюже переступя в своих чудных тпкх, он зкчлся из стороны в сторону, тщетно пытясь сохрнить рвновесие. Руки его болтлись перед грудью, кк будто держли чши с вином.

При этом монх потешно моргл глзми, словно пытясь прояснить зтумненный лкоголем взгляд.

Спрведливо полгя, что его дурчт, северянин снов ннес удр плшом. Н этот рз он бил коротким резким всплеском, нпрвленным в низ живот. Рук его двиглсь изнутри нружу, кк бы открывя дорогу стилету, который сейчс уже не прятлся, нетерпеливо подргивл, обртившись острием вперед. Викинг рссчитывл, что, уходя от плш, монх будет вынужден резко подть нижнюю чсть тел нзд. В результте ткого движения голов неизбежно кчнется немного вперед. Нвстречу ей и был нпрвлен быстрый, кк молния, удр стилет. Если бы все произошло тк, кк он здумл, монх бы уже лежл, из глзницы торчл бы изящня рукоятк из клык северного лстоног.

Но дело обернулось инче. Вместо того чтобы убрть руки подльше от хищного блеск лчущей стли, монх оствил их перед грудью. Он не только ожидл, но и желл крсивого продолжения. И когд кинжльный выпд стилет прочертил восходящую прямую к его лицу, предплечье коротким взмхом отрзило ткующую руку, ног, словно стрел из лук, вонзилсь в ребр противник.

Удр ствийского послушник чсто бывет очень силен.

Встречный удр силен вдвойне.

Викинг глухо охнул и тяжело осел н еще горячий дневным теплом кмень.

Вновь протрезвевший Сн обвел взглядом круг своих противников. И кждый в этом кругу почувствовл, кк неукротимя воля Учителя проникет в сознние и, погружясь глубже, борется с черным отчяньем и липким стрхом.

— Вм не удстся победить меня, — слов Сн эхом отдвлись в остывющем гулком ущелье, — но я предлгю вм победить вместе со мной. Нетопыри не летют при свете солнц. Мы сможем немного отдохнуть и подготовиться к битве. Я освободил вс от их чр. Выбор з вми. Смерть и свобод или рбство и смерть. Выбирйте!

Люди оглядывлись по сторонм, терли глз, кк очнувшиеся ото сн. В ущелье уже слышлись злобные хриплые крики. Хозяев, потерявшие рбов, были в ярости. Но Солнечный Свет еще не покинул Великие Древние Горы, и те, кого Сн нзвл нетопырями, в бессильной ярости скрежетли зубми и дрлись друг с другом.

«Пожлуй, придется здержться», — подумл Сн, перевязывя руку бородтому лучнику и слушя его сбивчивый рсскз о тктике нетопырей.

Слог 8

КРИСТАЛЛ ПАМЯТИ

Лэйм

Охотничий змок короля Дибемского

Утро

Когд кмень рскрылся, Ксн вдруг окзлсь в тысяче мест одновременно. Тысяч эльфов, похожих друг н друг и в то же время очень рзных, говорили что-то, иногд одними глзми, иногд своим певучим, скзочным языком. Ксн видел и слышл всех срзу, но они не сливлись в нерзличимое пятно. Девушк прекрсно понимл кждого. Он не только знл, о чем шл речь. Он знл ткже предысторию кждого рзговор. Чудесные имен и еще более чудесные биогрфии открывлись ей в бездонной глубине кристлл. Он жил их рдостями и печлями, пел их песни и любил их любовью. Через несколько минут (чсов? лет?) Эол прикрыл перстень лдонью.

— Погоди, Эол, миля, дй еще посмотреть! — взмолилсь Ксн.

— Нет. Для первого рз достточно. Инче ты можешь уйти, и мне будет очень трудно вернуть тебя.

— Уйти? — Ксн вдруг почувствовл, что в бесконечном круговороте событий и лиц действительно можно утонуть, потерять себя, рствориться в чужих жизнях, сгореть в огне чужой, до боли прекрсной любви, умереть чужой, редкой и от этого еще более неспрведливой, смертью.

Конечно, нужно вернуться.

Вернуться в родовой змок, к холодным комнтм и еще более холодным коридорм, к подгоревшему мясу и клейкому, непропеченному тесту. Вернуться к взблмошному, больному отцу с его вечной фляжкой и глупой улыбкой, к мленькому, злому шуту, которого отец почему-то боится. К слюнявому и громоглсному брону с липким взглядом и потными рукми. И еще вернуться к могиле мтери, умершей не своей смертью, и черной зсохшей розе в взе у изголовья кровти.

— Зчем, Эол?! Зчем ты дл мне посмотреть в него? — Безысходня тоск пленной птицы переполнил Ксну. — Я — смертня, и мне никогд не попсть в Лучезрную Долину. Я человек, и мне никогд не быть ткой чистой и светлой, кк вы!

— Девочк моя… — Эол обнял воспитнницу, — люди ничем не хуже эльфов. Они просто слишком быстро живут. Ничто хорошее не делется быстро. Любые достижения требуют длительной, терпеливой рботы. А вм всегд некогд. Вы стретесь успеть, не опоздть, не пропустить свой кусок счстья. Вы спешите, не понимя, что счстье — это не событие, состояние, и у него много имен. Среди них — совершенство, творчество, нежность…

— А любовь?

— Любовь сложнее. Инстинкт продолжения жизни освобождет огромное количество энергии. И поэтому вокруг влюбленных вертятся десятки очень рзных существ. Многие из них — прзиты. Они способны превртить любовь в ненвисть, желние близости — в телесную похоть, необходимость поддержки и одобрения — в жжду смоуничижения, рдость облдния — в инстинкт собственник. Другие, ноборот, пытются помочь людям подключиться к высшим источникм энергии и информции. Кждый, кто когд-нибудь влюблялся, помнит состояние блженной лучезрности, окутывющее изменившийся мир, чувство чего-то очень хорошего, случившегося недвно, и непрерывное желние делть добро совсем незнкомым людям.

Войн Свет и Тьмы продолжется уже очень двно и идет с переменным успехом. Лишь от тебя и твоего избрнник звисит, кто победит в борьбе з вшу Любовь. Либо он переродится под безжлостными лучми Эгоизм и Смости, либо сможет вырсти до космических мсштбов и превртиться в смостоятельное существо. Есть целый мир, зселенный Светлыми Чувствми. Тм живет и моя Любовь. Только сейчс он печльн…

Эол змолчл, прикрыв глз и погрузившись в прошлое. Ксн, не решясь прервть поток ее воспоминний, сидел тихо, и только ее руки обнимли девичью тлию подруги, невообрзимо двно родившейся, но дышщей все той же опьяняющей юностью Первой эпохи.

Нконец эльфийк глубоко вздохнул и, поглдив голову Ксны, скзл:

— Теперь ты понимешь, почему Демиурги пытлись ввести среди людей обычй иметь в королевских домх няню из Блгословенного Нрод? Ведь тебе суждено быть королевой. От првителей звисит очень многое…

— Я не хочу быть королевой, — тихо проговорил Ксн, — я хочу быть любимой! И еще хочу уйти от всего этого. — Он ненвидящим взглядом обвел пыльные гобелены и портреты некрсивых, но знтных предков. — Хочу быть свободной!

Эол молч глдил ее по голове. Мягкие, нежные руки, окутнные голубым сиянием, успокивли и согревли.

— Скжи, Ксн, откуд у тебя н столике эльфийскя стрел?

— О д! Ты ведь еще не знешь! — Принцесс потянулсь з голубым древком, укршенным темно-синими перьями птицы Зух. — А он првд эльфийскя?

Эол внимтельно осмотрел стрелу, потом зкрыл глз и некоторое время сидел неподвижно.

— Я не знл, что Олендил умер, — скзл он и устло провел рукой по лбу, отводя нзд вдруг потускневшие волосы.

Ксн с тревогой увидел, кк изменилось лицо Эолы. Кк будто померк волшебный свет, пробивющийся сквозь кожу.

«Кто это? Почему ты тк решил? Что с тобой?» — Беззвучные вопросы обрушились н эльфку, кк порыв горного ветр.

«Олендил был моим другом. Двно. Потом он воевл с троллями н Южном рхипелге. Мы встретились через двендцть лет. Он очень изменился. Говорил, что нш обособленность от мир смертных существ ведет к неизбежному поржению в борьбе с Темными Иеррхиями. Он говорил, что нм ндо пожертвовть личным бессмертием рди общей победы Свет. Из любви к нему я соглсилсь стть няней в доме твоего дед. Нблюдя з людьми, я понял, что Олендил прв. Видя в рельном мире светлые и чистые примеры жизни и любви, вы горздо тверже держлись бы з те иделы, которые просчивются в вши головы трудми Демиургов, и увереннее отвергли бы жжду грубых удовольствий, ншептывемую из Глубинных Пустот.

З пять лет до твоего рождения я узнл, что Олендил полюбил смертную женщину. Ткое случлось и рньше, и никто не осуждл его. Эту стрелу изготовил ребенок, родившийся от этой любви. То есть не ребенок, конечно. По вшим меркм он уже почти взрослый мужчин. Я неточно понял его имя: то ли Оле, то ли Олег. Но он нполовину эльф, и вещи, которые он делет, имеют душу. Эт стрел рсскзл мне о стршной ночи семндцть лет нзд. Смотри».

И Ксн, зжмурившись, увидел брызнувшее цветными стеклми окно и звериную мску шлем Черного Рыцря, ввлившегося в комнту. Он услышл звон мечей, и хриплые крики з стеной, и испугнный всхлип возникшей вдруг н пороге темноволосой женщины с прекрсными глзми, полными боли и ужс. А потом черня фигур обрушилсь н женщину, подминя ее под себя, и Ксн увидел кинжл в своей порзительно мленькой руке. А потом был боль от удр тяжелой лтной руквицей, возникшя одновременно со слезми бессилия, когд слбя детскя ручк не смогл вонзить в щель доспехов и половину стльного жл. Зтем из темноты возникло свиное рыло збрл и тускло блеснул грнь черного меч. Перед смым удром, перед рвущим кожу и ломющим ребр безжлостным железом все зслонил спин в белой рубхе, испчкнной кровью, и меч, порзивший Ксну, вышел из середины этой спины. Последнее, что увидели зкрывющиеся глз с удивительно длинными ресницми, — это белое лицо женщины позди выдергивющего меч рыцря.

Рздвлення громдой чужого горя, Ксн потерянно молчл. Обрывки чувств метлись у нее в груди и не могли слиться хотя бы в подобие мыслеобрз.

«Мльчик был рнен, но выжил. — Эол все еще держл в созннии кртину медленно рвущейся ткни и высовывющейся из нее черной стльной полосы, злитой светящейся эльфийской кровью. — А Олендил умер…»

Немя темнот зтопил мозг Ксны.

Ндолго.

А потом пошли неустойчивые, нстоянные н двней боли обрзы. «Брк эльф со смертной влияет н обоих. Чще всего эльф утрчивет чсть своих способностей. Он слишком сильно любил ее и не почувствовл опсность зрнее. Он мло упржнялся с мечом и проигрл свою последнюю битву. Он слишком долго жил среди людей, и это его убило…»

Ксн понял, что нужно что-то спршивть, чтобы Эол не оствлсь одн в мертвой тишине неожиднной утрты.

— А ты рзве не почувствовл его смерть?

— Сейчс я понимю, что знл о ней все эти годы, но не позволял этому зннию достигнуть верхних слоев ментл. Ведь я тоже очень долго жил с людьми. И я тоже уже не совсем эльф…

— Ты скзл, что смешнный брк влияет н обоих?

— Д. Т женщин должн был постепенно стть непохожей н других людей. В ней должны были появиться чстички эльфийской крови. Кк, впрочем, и в тебе. Ведь твоя мть долго не могл кормить тебя грудью, и это делл я. Ты должн помнить слдость эльфийского молок.

— Кжется, д… Но рзве можно помнить свое рождение?

— Конечно! Просто вы, люди, плохо влдеете своей пмятью. Если пострться, можно вспомнить и рождение, и рост в лоне мтери, и дже прошлые жизни. Ты ведь знешь, что все короткоживушие существ приходят в этот мир не один рз. Под рзными именми и в рзных обличьях они совершют тот путь, который необходим Монде для вступления н Небо. Ствисты нзывют это состояние просветлением. Думю, они првы. Свет побеждет Тьму, и человек стновится почти неотличим от эльф.

— Тк Лучезрня Долин это и есть Небо?

— И д, и нет. Просто это ткое место в сердце Великих Древних Гор, где Небо встречется с Землей. Где не влстны оковы косной мтерии, куд нет пути служителям Тьмы. Только см Черный Влстелин мог бы попсть туд. Ведь когд-то он был Демиургом. Но он никогд не сделет этого. Слишком велик для него риск умереть истинной смертью в тискх волевых эльфийских лучей.

— Эол! Я тк тебя люблю! — Ксн обнял стршую подругу, зрывшись лицом в душистые золотые волосы. — А почему у тебя было молоко? Ведь вместе со мной не родился мленький эльф?

— О нет! — Эол улыбнулсь. — Мой сын уже двно вырос. Просто мы можем вызывть появление молок путем мысленного сосредоточения.

— Я только сейчс понял, кк мло я о тебе зню. У тебя есть сын?

— Д. Зкрой глз, посмотри… Вот он.

Ксн увидел крсивого стройного юношу, сидящего н шее громдного дркон. Он смотрел вниз н что-то невидимое Ксне, зтем поглдил дркон коротким движением првой руки, и огромный ящер, звливясь н крыло, нчл спускться по крутой стремительной спирли.

«Его зовут Делон. Н одном из нших языков это ознчет „ндежный“. Он птрулирует северные отроги Великих Древних Гор. — Обрзы Эолы были проникнуты гордостью и любовью. — Я уже двно не слышу эльфов Лучезрной Долины, но с Делоном могу связться в любое время. — Ксн вновь почувствовл в ее мыслях печль и предчувствие недоброго. — Но я стрею. Недвно я обнружил у себя седой волос. Это чисто человеческое, ведь эльфы не седеют. Ты должн зпомнить, что все действия в природе идут в две стороны. Вод может погсить огонь, но и огонь выпривет воду. Железо рубит дерево, но и дерево тупит жло топор. Ветер поднимет волны, но и волны гсят ветер!»

Ксн подошл к узкому, зкрытому мутным стеклом окну.

— Я тк и не рсскзл тебе, откуд у меня эт стрел. — Тяжеля рм н скрипучих петлях медленно выдохнул в комнту прохлду весеннего утр. — Он зстрял здесь, — девушк покзл Эоле глубокое углубление в деревянном нличнике, — и к ней был привязн зписк.

Рук принцессы плвно скользнул к высокой груди. Тихо щелкнул медльон, и Эол принял из рук воспитнницы розовый комок чего-то мягкого и теплого.

— Он умеет выбирть мтерил для своих послний, — улыбнулсь эльфк. — Это шелк из стрны круглолицых, узкоглзых людей в Восточном Пределе. Покрывло, сшитое из ткого мтерил, можно протщить сквозь колечко с твоего мизинц. Зписк, конечно, дресовн тебе?

— Зчем ты спршивешь? Ведь ты можешь узнть, что тм нписно, не читя!

— Ты збывешь, что основ жизни — увжение к другим. Ни один эльф не читет чужие мысли и письм без рзрешения. Инче мы не смогли бы жить.

— Конечно, я рзрешю тебе, прочти! Может, ты подскжешь, кк мне к этому отнестись?

— Он просит во время охоты отделиться от остльных. В его мыслях нет злого умысл, только восхищение… — Эол озорно улыбнулсь Ксне. — Если с ним будет лютня, попроси его спеть. Олендил был одним из лучших нших поэтов. Вот, послушй.

Арф нежно зпел под плвными прикосновениями длинных, тонких пльцев, и Ксн привычно погрузилсь в поток прекрсной музыки и глубоких, многознчных слов.

Когд вод всемирного потоп
Отхлынул в грницы берегов,
Из пены уходящего поток
Н сушу тихо выбрлсь Любовь
И рстворилсь в воздухе до срок,
А срок было сорок сороков…
И чудки еще ткие есть,
Глотют полной грудью эту смесь,
И ни нгрд не ждут, ни нкзнья,
И, думя, что дышт просто тк,
Они внезпно попдют в ткт
Ткого же неровного дыхнья.
Я поля влюбленным постелю,
Пусть поют во сне и няву…
Я дышу, и, знчит, я люблю,
Я люблю, и, знчит, я живу…[1]

Слог 9

СВИДАНИЕ С ПРИЗРАКОМ

Подмирье

Спецсектор Промежутк

— Ох, Струм, может, хоть с новой ббой нм повезет? Суггест — гент серьезный. Рботет чисто, не хуже высшего вмпир. Знешь ведь, люблю я опосля вмпиров предсмертников инспектировть. Спокойненькие ткие, шея рзворочен, руки-ноги скрючены, н морде улыбк блжня. Отпд!

— Умолкни, Твур, никому я уже не верю! И суггест твой облжется, здом чую! Девк под стть приятелям — вся знкми увешен. Д и мечом влдеет — дй См всякому. Посечет он его. В мелкое строгово посечет. Или вообще знком поджрит…

— Ну ты, Ушстый, совсем обурел. Не боись, прорвемся! Суггест Белобрысую врз скрутит. И не ткие к нему под клыки сми прыгли!

Лэйм

Великие Древние Горы

Вечер

Дльше пути не было.

Ущелье, по которому Летт должн был выйти к Хрму Пяти Стихий, непонятным обрзом исчезло в сотне шгов впереди.

Мрчные отвесные стены сходились, будто лдони огромного тролля, поймвшего неосторожного путник. Видимо, тролля зстигло солнце и окменели его волостые лпищи, и не успел он посмотреть н изломнное тельце несчстного смертного, зжтого в кменной теснине, одновременно ншедшего и смерть, и могилу, и ндгробие.

Летт осторожно рзвернул ветхий пергмент крты и, срвнивя, осмотрелсь.

В точке, где стены смыклись, возвышлся бзльтовый столб, кривой и голый, окнчивющийся острым згнутым когтем.

Этот кменный плец н крте был. Рисунок, выполненный почему-то крсной крской, точно воспроизводил угловтый мрчный силуэт.

Чс нзд, выбиря дльнейший путь, Летт уже рссмтривл рисунки н всех трех нпрвлениях, орлиным следом рсходившихся из точки, помеченной знком зеленых весов.

Знк этот в Кноне Амзонок ознчл душевное рвновесие. Летт понял тк, что в этом месте ндлежло урвновесить крйности, успокоить сознние и выбрть одно нпрвление из трех возможных.

Левя ветвь упирлсь в изобржение зубстой псти. Осклення псть, д еще желтого цвет, не сулил ничего хорошего.

Среднее нпрвление было помечено черным силуэтом летучей мыши и тоже выглядело достточно зловеще.

Првя ветвь, ведущя к кменному пльцу, был отмечен волнистой белой линией, обознчющей сомнение. В Кноне Амзонок этот знк имел еще одно толковние. Беля волн могл предупреждть о ситуции, в которой неуверенность и стрх могут сыгрть роковую роль. Тем более что срзу з пльцем был нрисовн крсный, широко рскрытый глз с короткими ресницми. Летт помнил, что знк этот ознчл встречу с колдовством. Колдовством злым и изощренным.

Кждя мзонк в обязтельном порядке изучл простые мгические зклинния и знки с рннего детств. «Слов и символы», — кк говорил Врн, которя преподвл мгию девочкм, готовящимся к Совершеннолетию. См Врн знл и умел многое, но обычные Девви влдели лишь огрниченным нбором мнипуляций, позволяющим противостоять первобытной мгии диких племен д безыскусным поползновениям деревенских колдунов и колдуний.

Выбиря путь, Летт опустилсь н колени. Крт, лежщя перед ней, излучл бледный мерцющий ореол, присущий всем достточно древним вещм. Зкрыв глз, юня Девви потянулсь основнием позвоночник к земле, мкушкой к мутному небу Великих Древних Гор. Сквозь зкрытые веки он видел рзвилку и три ущелья, сходящиеся к ней отпечтком лпы гигнтского орл.

В среднем гнездилсь мрчня черня нежить и молчливой громдой нвисл необходимость рубить, колоть и убивть, убивть… Еще год нзд Летт выбрл бы этот путь. Умение сржться было второй нтурой племени Девви, и Летт отличлсь от своих подруг лишь более изощренной техникой боя и любовью к долгой, измтывющей игре с противником, когд удовольствие доствляет не попдние, удчня зщит и преждевремення смерть врг вызывет не столько рдость, сколько досду.

В левом ущелье поджидл осклення псть — знк простой и неинтересный. Летте покзлось, что легкий ветерок приносит оттуд смрд рзлгющихся трупов и зловоние большого, свирепого хищник. Туд тоже идти не хотелось.

А вот првый проход, узкий и изломнный, с непонятным пльцем, белым сомнением и бгровым Оком, кзлось, звл ее. И в зове этом Летте вдруг почудилось что-то знкомое. Сердце девушки болезненно сжлось, и глз сми собой рскрылись, вглядывясь в тень ущелья.

Летт не могл бы поклясться, что сделл выбор в действительно урвновешенном состоянии. В последний момент весы зкчлись тк сильно, что пришлось несколько минут потртить н дыхтельные упржнения. Нконец волнение улеглось, и Летт твердо ступил н кменистую тропу, уводящую в првое ущелье… И вот теперь снов приходилось делть выбор. Может быть, вернуться нзд? Ведь ясно же видно, что дороги дльше нет!

Ну лдно, еще три десятк шгов… Летт спрятл крту и, попрвив меч, двинулсь вперед. Он шл медленно, осторожно переступя по грудм кмней и зорко вглядывясь в ниши и трещины. Кменный столб неотвртимо увеличивлся, нвися нд ней. Вблизи он окзлся неприятно огромным. В его узловтом силуэте было что-то притягивющее взгляд, не позволяющее ни н секунду отвлечься и осмотреться по сторонм. «Черный лтрь», — мелькнул мысль. И Летт вспомнил спрятнную в густом лесу церковь неизвестного бог, из которой ей пришлось бежть, призвв н помощь все свои познния в охрнительной мгии.

Церковь эт открылсь перед ней неожиднно, черным нрывом нрушив однообрзие лесной чщи. Асимметричный купол, нпоминющий вросший в землю шлем рыцря зморского орден, был рсколот узкой щелью вход, зияющего зловещей чернотой. Нд входом темнело изобржение руки, сжимющей что-то округлое, изборожденное склдкми и морщинми. Предчувствуя недоброе, Летт взялсь з рукоять меч. Лдонь привычно нщупл изобржение Солнц — охрнительный знк, друющий спокойствие мысли и послушность чувств. Ледяня воронк стрх, возникшя в глубине солнечного сплетения, нчл тять, живот нполнился привычным теплом, и, хотя плотный свод листвы создвл влжный, дрожщий полумрк, Летт почувствовл лсковое полуденное солнце, светившее нд миром, зщищющее своих детей от Тьмы и Мерзости ныне, присно и во веки веков.

Почувствовв себя увереннее, Летт двинулсь вперед. Глдкие липкие ступени неприятно чвкли под подошвми сндлий. Подчиняясь внутреннему импульсу, девушк обнжил меч. Клинок вдруг зсветился неровными голубыми сполохми. В их дрожщем свете Летт увидел черные мссивные колонны, держщие провисший, кк брюхо гигнтского слон, потолок. В нишх з колоннми клубился густой, шевелящийся мрк. Посреди зл возвышлся высокий лтрь, одновременно оттлкивющий и притягивющий.

И тут Летт ощутил себя состоящей из двух половинок.

Одн, с содрогнием пытющяся отвернуться, был светловолосой девушкой, уствшей и одинокой, изгннной и брошенной, збытой небом и обделенной любовью.

Другя, ждно вглядывющяся в бгровую тьму лтря, был холодной хищницей с мрморной кожей, любящей и умеющей убивть, бросившей нудных нствниц и злобных подруг, издевющейся в душе нд песнями сумсшедшего менестреля, з целую ночь не скзвшего ни одного умного слов.

Две эти половины, почувствовв присутствие друг друг, нчли вдруг ожесточенно бороться з облдние двигтельными центрми. Онемевший язык неимоверными усилиями пытлся рзорвть звесу молчния, но черные щупльц уже тянулись из-з колонн, подгибя колени, смыкя побелевшие, зкушенные в ужсе губы.

Волосы н зтылке зшевелились. Летт вдруг понял, что сжимл рук, изобрження нд входом в этот вертеп. Мозг!

«Вот, знчит, что вм нужно! — Зкипя гневом, отверження мзонк снов нчл выпрямляться. — Мозги вс интересуют?! Своих недостточно?!» — попытлсь крикнуть Летт.

К счстью, блгородный гнев впрыснул в жилы новые силы, и левя рук Летты змелькл в непрерывном свете рзгорющегося меч. Знки, один з другим, вспыхивли и гсли, отрывя от девушки черные языки, вызывя в ушх усиливющийся с кждым мгновением гул. И когд, вновь ствшя цельной Летт нпрвил острие клинк в середину бгрового облк, клубящегося все сильнее и сильнее, облко это вспыхнуло вдруг лиловым огнем, и жуткое лицо бородтого мужчины с козлиными рогми искзилось болью и яростью.

Поднятя волной ккой-то светлой, блгородной ненвисти и опьянення зтопившей ее энергией, Летт метнулсь к осклившейся морде и полоснул по ней сверкющим лезвием. Дикий вой тяжелой лпой удрил в уши. Безумня и рдостня отвг, переполнявшя грудь, вдруг погсл, оствив после себя бгровый, кровоточщий шрм, светящийся, кк угли, и дергющий болью, кк ожог.

Летт очнулсь у порог хрм. Он лежл н холодных кмнях. Из нос и ушей противными струйкми сочилсь кровь. А з спиной гулко отдвлись тяжелые шги. Бормоч зклинния, Летт попытлсь подняться. «Только бы не оглянуться», — билсь в голове единствення мысль. Спсительня звес слов и знков, кк плщ, рспхнулсь з спиной, и юня мзонк медленными, нетвердыми шгми двинулсь прочь, интуитивно нпрвляясь к невидимому, но тк необходимому сейчс Солнцу.

Воспоминние неприятным холодом дохнуло в зтылок, и Летт снов потянулсь к своему мечу. Но не успел.

Из тени кменного столб шгнул фигур в серебристом плще.

«Олег?» — кжется, уже полузбытое, оствленное в прошлом имя вспыхнуло н онемевшем языке, зствив здохнуться. Удивление и рдость, робость и смущение зтопили Летту.

Олег стоял, глядя н нее спокойным открытым взглядом, точь-в-точь ткой же, кк тогд, дв лет нзд, когд облвня охот прочесывл лес з Большой рекой.

Летт тогд выскочил прямо н него из-з зеленой стены кустрник и долгую минуту тонул в его золотых глзх, лучщихся доброжелтельностью и интересом. Когд стршие сестры после десяти минут ожесточенного звон мечей нбросили н беловолосого мужчину сеть, девушк убедил себя в том, что этот смец просто больной. Блженный. А в остльном ничем не отличется от всех остльных-прочих. Но убеждение продержлось недолго. Лихордочно подбиря слов, Летт шгнул ему нвстречу.

И остновилсь.

Он не узнвл ее. Он испытывл интерес, и только. Вежливый, спокойный интерес.

Но этого не могло быть! После той ночи этого просто не могло быть!

В смятении Летт сделл еще один шг. «Что с ним? Может быть, он болен? Может быть, болотные урхи лишили его души? Или полярные сккии выпили его пмять?» Обид горькой волной плеснул в сердце, и предчувствие опсности утонуло в ней почти без осттк.

Лицо Олег вдруг изменилось. Теперь он смотрел н мленькую мзонку с рдостным восхищением. В его глзх зстыли нежность и любовь. Он почему-то окзлся рздет, и н зпястьях его вдруг проступили кроввые рубцы от ритульных ремней. Ткие же, кк тогд.

У Летты зкружилсь голов. Ноги внезпно подкосились, и земля в безжлостном прыжке удрил в бедро, спину и зтылок. И хотя волосы и кпюшон смягчили удр, боль хищным зверем вцепилсь в позвоночник.

«Тревог! Тревог!!!» — бился в вискх сумсшедший вопль внутреннего чсового.

Медленно, с ккой-то мрчной неотвртимостью, к лежщей мзонке приближлсь серя, холодня тень.

Неожиднно Летт почувствовл, что пльцы првой руки коснулись рукояти меч. И срзу же глз девушки, зтумненные колдовским мороком, прояснились. Сквозь лицо Олег проступил буря крючконося хря с нлитым пунцовой тьмой единственным глзом. Содрогнувшись от отврщения, Летт рвнул из-под себя меч, но гипнотическя сил опять сжл виски, и ужснувшееся сознние провлилось в гулкий колодец беспмятств…

Подмирье

Спецсектор Промежутк

— Ну нконец-то! Че я тебе говорил, Ушстый? Кк он к нему сигнул? Держите меня шестеро, пятеро не удержт! Хочу туд! Ты в суггестик не верил, тк и сиди тут один! А я нверх, хоть немножко, полкомлюсь! Не подохни от звисти, Струмчик! Адью, кк говривл мой ппхен, отпрвляясь в публичный дом после очередной дрки с ммхеном!

Слог 10

НАЧАЛО БЕСКОНЕЧНОСТИ

Лэйм

Полян неподлеку от охотничьего змк короля Дибемского

Утро

Олег и Bay беседовли, глядя н проплывющие по небу облк. Вернее, н небо смотрел Олег, a Bay, не имеющий привычки вляться н спине, следил з отржениями облков в глзх друг.

Bay вообще отрицтельно относился к беспечности мелких хищников, вроде людей и волков. Он кк-то выдл Олегу целую лекцию о своих взглядх н положения тел, приличествующие воину. Получлось, что все позы можно было рзделить н «открытые» и «зкрытые». Под «открытыми» Bay понимл ткие, когд брюхо и грудь здирлись к небу, лпы рзводились в стороны, голов откидывлсь нзд. Ткое положение обычно принимл смк перед рссерженным смцом. Воину нходиться в тком виде было не только неприлично, но и небезопсно.

Олег посмеивлся нд «брюхолпой» философией друг, хотя в глубине души чувствовл его првоту. При более тщтельном рссмотрении этой проблемы н ум приходили термины ствийского боевого искусств, которому Олег обучли в монстыре Утренней Зри, у подножия зеленой горы Яо.

Те пять лет круто изменили жизнь эльф-полукровки, росшего без отц.

Ббушк рсскзывл, что Олендил, отец Олег, был мстером клинк и одержл немло слвных побед. В роковую ночь своей последней битвы он был рнен еще до того, кк обнжил меч. Дже истекя кровью, Олендил срзил пятерых из дюжины нпдвших, четверых из оствшихся серьезно рнил. А ведь Черные Рыцри носили стльные доспехи и шлемы с глухими збрлми!

Ббушк воспитл в Олеге гордость з отц и желние походить н него во всем. Мльчик рос быстрым и смелым, но, конечно, не знл ни техники, ни психологии боя.

Многому смогл нучить внук лесня колдунья.

Олег легко уворчивлся от веток, сбегя с зросшего подлеском холм, безошибочно определял нпрвление в смом дремучем лесу, умел ходить неслышно, кк рысь, и бегть быстро, кк олень. Он знл нперечет трвы и цветы, деревья и кустрники. В его обширной пмяти хрнилось почти все, что знл и понимл его сестр Виол, прирождення колдунья и врчевтельниц.

Но боевое искусство открылось перед ним лишь в скетичном и суровом мире ствийских будней, в тренировкх, политых потом, и поединкх, взбрызнутых кровью. Видимо, нстоятель монстыря, вглядывясь в золотистые глз подростк, пришедшего проситься в обитель, увидел нечто большее, нежели обыденное желние пищи и кров.

«Ты меня не слушешь», — возник н поверхности мозг обиженный голос Bay.

«Вовсе нет, — срзу ответил Олег. — Ты только что скзл, что не видишь смысл нпрвлять оленя в Северное Чернолесье. Видишь ли, смысл есть. Я хочу, чтобы королевскя охот догонял его кк можно дольше. Желтельно несколько лет».

«Это еще один обрзчик вшего человеческого юмор? — Bay приподнял светлые точки бровей. — Мне не смешно. Если ты хочешь облдть этой девушкой, то должен срзиться с остльными претендентми. Не понимю, почему ты тк переживешь. Ты умеешь хорошо дрться. Когд победишь всех, он будет твоей».

«А если я ей не понрвлюсь?»

«Почему бы это? — Bay со скучющим видом почесл здней лпой з ухом. — Ты нименее отвртителен из всех мужчин человеческого род, которых я зню».

«А это уже обрзчик юмор серков?» — Олег мысленно отметил, что женщин род человеческого Bay исключил из рссмотрения.

«Д, — невозмутимо соглсился Bay. — Вши женщины мне симптичны. У них н лпх нет когтей, поэтому они умеют меня глдить».

«По-моему, тебя должно рздржть, что они не умеют тебя вылизывть». Олег перектился н живот.

«Ты действительно сильно волнуешься, — с некоторым удивлением отметил любитель лсковых рук. — Будь спокоен, я уберу десяток собк, от остльных олень будет бегть до позднего вечер. Если хочешь, он может вообще убежть от них и прибежть к тебе».

«Сомневюсь, что принцесс любит охоту, — вздохнул Олег. — Я, пожлуй, предложу ей мед и ягоды».

При упоминнии о столь невкусных вещх Bay фыркнул и отвернулся.

«Где нчло бесконечности?» — вдруг спросил он, и его уши слегк повернулись в сторону друг.

Это было обычной игрой, в прдоксы, принятой среди ствийских послушников. Bay, кк и все серки, относился к Учению с большим увжением и чсто удивлял Олег головоломными вопросми и еще больше порзительными ответми. Подоплек вопрос был ясн. Бесконечность не имеет конц, про нчло ничего не известно. Ответ должен крыться в двойном понимнии слов «нчло». З тривильным прострнственным толковнием (точк отсчет) проглядывло более интересное — временное. Нчло кк рождение, кк возникновение, кк осознние. Олег привычно пробежлся ментльным лучом вдоль позвоночник. Из темноты шуньяты вынырнуло нечто, беременное смыслми и чревтое словми.

«З вечность до ее конц!»

Bay дрогнул ушми и удовлетворенно улегся н лпы. Он мог критиковть мурные переживния или приверженность к «открытым» позициям, но в словесных поединкх признвл первенство друг. Теперь ндлежло здть вопрос.

Легкий ветерок шевелил трву н лесной поляне, пчелы, негромко жужж, сновли вокруг и собирли слдкую добычу.

«Что лучше, слдкое или горькое?» — нконец спросил Олег.

«А что лучше, вдох или выдох?» — немедленно откликнулся Bay.

«Здорово он нсобчился», — рдуясь з друг, подумл Олег, чувствуя, кк дыхние истины коснулось глубин подсознния.

«Что ткое освобождение?» — резко бросил Bay.

«А кто зковл тебя в цепи?» — Олег все еще рзвлеклся, но привычное состояние погружения к корням мир уже гудело в ушх и поклывло спину.

«Когд нчинется день?»

«Кк может нчинться то, что никогд не кончется?»

«Почему смерть прерывет жизнь?»

«Кк можно порвть то, что прочнее всего?»

«Что ткое Бог?»

«А кто ты см, если не знешь этого?»

Олег рсслбился, чувствуя, кк рдость совместного творчеств слдко бурлит в глубине сердечной чкры. Bay торжествующе склил зубы. В первый рз человек змолчл после его ответ.

«Если тебе все еще интересно, что делется тм, — серк коротко мотнул головой в сторону охотничьего змк, — то слуги уже седлют коней».

Олег резко поднялся, нпряженно вслушивясь в лесную тишину.

«Ты совершенно зря вскочил. — Bay зевнул с легким поскуливнием. — Они выедут не рньше чем через чс». Было зметно, что он уже потерял счет своим сегодняшним победм.

Слегк смущенный, Олег медленно опустился в глубокий «стелющийся шг». И срзу же взметнулся из высокой трвы стремительным порывом «вихревой» тки. Обленившийся воздух удивленно зхлопл, с трудом уворчивясь от кулков и лдоней, стоп и локтей. Соскучившееся по тренировке тело с нслждением рсходовло силу, вклдывя всего себя в кждый взмх, в кждый прыжок. Финльный «кчющийся лотос» неожиднно сменился полной неподвижностью «журвля, стоящего н одной ноге». Окружющие поляну деревья, дивились своему сходству с зстывшим человеком, и тишин почтительно придержл згомонившие было листья.

И только привыкший ко всему Bay шумно чеслся.

Олег некоторое время с интересом следил з ббочкой, умостившейся н коленке, поднятой почти к смому подбородку.

Легкя нежня улыбк осветил лицо юноши, когд шуршние з спиной стихло и ворчливый ментльный голос Bay проговорил:

«А теперь изволь объяснить, что знчит „нсобчился“ в применении ко мне?»

Ндмирье

Внешнее Снитрное Кольцо

Чс Звездной Сюиты

— Вы слышли, Учитель, кк он скзл? «А кто ты см, если не знешь этого?!» Хорошо, првд? Для существ из нижнего мир — удивительно мудря мысль!

— А ты не думл, Ви, что кк рз внизу и можно по-нстоящему ощутить печльную неоднознчность Творения в мирх ншей Звезды? Грмония небесных сфер в Лэйме и Теллусе не выглядит очевидной. Слишком сильно тм дыхние Прострнств Адовых. Слишком внятен подземный шепот…

— Но ведь рньше было не тк, Учитель?

— Д, Ал. После Первого Шг Вниз люди еще видели Эдем, слышли Музыку Свет. Их вожди сохрняли способность волевым усилием доствть плоды с Блгословенных Деревьев. Их поэты и музыкнты внимли симфониям не только Эдем и Олирны, но и более высоких слоев.

— Учитель! Я вспоминю Вш рсскз о ложном толковнии Первого Шг в религии Теллус.

— Ты имеешь в виду притчу о грехопдении Евы?

— Д. О Коврном Змее и Еве, поддвшейся искушению. О Дереве познния Добр и Зл и несчстном Адме, согрешившем, не желя этого. Получилось, что женщин — средоточие грех, мужчин — слбый, внушемый, звисимый тип. Потомки не оценили величие подвиг Первых.

— Слишком уж невероятным, с их точки зрения, выглядит Добровольный Шг Вниз. Для измученных противоречивыми желниями и ложными стремлениями, вынужденных поминутно противостоять позывм лчности и гордыни, похоти и чревоугодия добровольный откз от Блгодти — несусветня глупость и вообще преступление против себя, любимых.

— Открыть двери души, впустить сгустки Тьмы, обречь себя и потомков своих н тысячелетнюю борьбу с смим собой! Кк это стршно! Я не зню, смогл бы я н месте Евы…

— Шг Первых был полной неожиднностью для меня. Вы тогд еще не были создны и не можете помнить Великую Тоску, охвтившую всех нс нездолго до этого события.

Это случилось, когд передовые нити Творения столкнулись вдруг с подобными нитями, идущими снизу. Противоречщий строил Прострнств Адовы в безудержном темпе, пытясь противопоствить громде Миров Восходящего Ряд свою Иеррхию. Пусть млый, но свой кусок Вселенной — плоскую, темную, продийную, но свою, вожделенную территорию.

К тому времени уже немного подзбылось потрясение от его Предтельств, уменьшилсь боль от вопиющей дикости произошедшего.

И вот — новое Зло. Процесс Творения вышел из-под контроля.

Столкновение двух потоков рождло врврские, больные формы. Пдшие беззстенчиво использовли свой былой опыт, мы никк не могли понять изврщенную логику темной мтерии. Они побеждли. Светлые существ, создвемые нми в Срединном Слое, не выдерживли мссировнного двления полчищ Тьмы. Их просто выдвливло нверх. Грниц непрерывно сдвиглсь, Тьм нступл медленно, но неотвртимо.

Вот тогд и был сделн Первый Шг.

Снчл Адм и Ев сумели понять логику темного творения. Они смогли тк изменить свои тел, чтобы в кждой клеточке был чстичк Тьмы. Мля, ослблення, но рельня. Это сейчс почти все Демиурги могут строить тел для нижних миров. А тогд это было открытием.

Првд, быстро выяснилось, что тело почти ничего не решло. Нужны были еще более рисковнные шги — Рсщепление Рзум и Зтемнение Души. Дже для вс это звучит дико. А для нс, избегвших дже думть о Противоречщем и Пдших, подобные шги были смоубийственными. И все же для решения проблемы поднялось все нселение ближйших слоев. Демиурги и дймоны, нгелы и лучры — все объединили свои потенцилы, и рецепт был нйден.

Теллусийское предние отчсти истинно — противоядие мы вырвли из псти смого Противоречщего. Именно его способность отделять себя от Создтеля стл рецептом Рсщепления Рзум. Адм рзвил в себе тк нзывемый Абстрктный Рзум — возможность вырывть чсть рельности из ткни Мир, рссмтривя ее отдельно от всего остльного. Ткой рзум может функционировть см по себе, вне Единого Поля Вселенной, вне Создтеля, вне прогрммы Творения, вне Любви.

— Уродство…

— Д, Ви. Но без этого изврщения нм не удлось бы создть в Лэйме и Теллусе Буферную Зону.

— Учитель! Почему все-тки эти дв мир-близнец столь непохожи? Я, конечно, знкомился с теорией Рзделения Сфер, но прогрммный мнемофильм не покзлся мне убедительным.

— Видишь ли, Ал, Рзделение Сфер — процесс во многом естественный. Вм хорошо известно, что по мере Творения Нижний Мир усложняется, рстет, кк бы нбухет противоречивыми элементми. А потом рссливется ндвое. При этом дольняя его чсть теряет чсть горних свойств, оствляя их в верхнем брте (или в Мтеринской Сфере, кк принято говорить в среде Мироустроителей). Вмештельство Противоречщего сбило отрботнный мехнизм, и Срединный Мир рзделился не н горний и дольний, , обрзно говоря, н левый и првый. В левом — Лэйме — сохрнилось знчительно больше рзумных рс. Духовня ткнь этого мир более близк к Плну Творения. Но и тм все идет кувырком. В првом же — Теллусе — духовня ткнь претерпел сильные изменения. Это уже не просто искжение прогрммы Творения — это ктивно осуществляемя прогрмм Антитворения.

Но мы отклонились. Вернемся к Первому Шгу Вниз.

Тогд мы с ужсющей ясностью осознли, что знть, что Зло появилось, — это еще не познние его. Познть — это впустить его в себя, н мгновение стть им. И вернуться. Укрепиться в Вере, окрепнуть Духом, обрести новые силы для Борьбы.

Противоречщий до своего Предтельств тоже просто искл новые пути. И многое у него получлось хорошо. Дже очень хорошо. Но зтем он переувлекся творением, зигрлся в Верховного Демиург. Стрясь мксимльно смовырзиться, он отделил себя от Создтеля. И не вернулся. Он был пдок до слвы — и пл. И вместе с ним те из нгелов, что взлкли «свободы».

— Учитель, Вы употребили слово «свобод» в ироничном смысле?

— Конечно! Ведь этого слов до Пдения просто не было! Кк можно быть свободным от мир, в котором ты живешь? От объективных зконов, которым ты подчиняешься ежемгновенно? От прогрммы Созидния, смыслом и рботником которой ты был, есть и будешь? Это слово — продукт Абстрктного Рзум. Вы помните дилог мыслящего волк с молодым Нблюдемым?

«Кто зковл тебя в цепи?» — спросил человек. Он имел в виду очевидную для Грмоничного Рзум мысль о том, что единствення Свобод — это свобод Сотворить с Создтелем. А любя другя свобод — обмн, ложь и Рсщепление Рзум.

Вот почему «великий» змысел Противоречщего изнчльно порочен. В тот момент, когд Тврь Божия сознтельно и ответственно откзывется от Сотворчеств, восклиця «Я См!», нчинет истоньшться Питющя Нить — черенок, которым мы все связны с Деревом Жизни. В религиях Теллус считется, что Создтель делет это специльно, нкзывя Тврей з непослушние. Эт мысль — зблуждение. Один из многих клечных продуктов Абстрктного Рзум. Для подобного нкзния Бог тоже должен уметь отделять Себя от Тврей своих. А он этого не умеет. Он любит всех нс. Причем не по желнию своему, вечно и неизменно. Любовь — его суть, его физическя первооснов, смысл и форм его существовния. Люди, провозглшя Величие Создтеля, нделяют его Всемогуществом. Они меряют Бог по себе. Именно им, сирым, рздиремым противоречивыми желниями и лчущим невозможного, хотелось бы быть Свободными и Всемогущими. Проще говоря, делть все, что зхочется, иметь все, что взлкется. Одни из них придумли догмт о Всемогуществе, другие, тк нзывемые теисты, с жром докзывют, что Всемогущим не может быть никто. Н Урокх философии Учитель Андрей, нверное, упоминл о кмне Рздор?

— Д, мы помним: «Создть кмень, который см не можешь поднять». Мне всегд стновится противно, когд я предствляю мотивы, побудившие кого-то родить столь бесперспективную мысль. Он же грызет см себя. Нужно быть слепым и глухим уродом, потерявшим связь с Эволюцией и збывшим свое Преднзнчение, чтобы вымыслить подобное. Это то же смое, что создвть незвучщую музыку и невидимые кртины, воду, не утоляющую жжду, и плмя, не согревющее душу. Вымысливть подобное — это болезнь.

— Ты прв, Ви. Именно это я и имел в виду, когд говорил о Всемогуществе Создтеля. Он истинно Всемогущ в своем Творении Мир, но изврщения, выходящие з прогрмму Созидния, он создвть не может. Они подлежт лечению, не осуществлению. Создтель может почти все. Но он грмоничен. И при всем своем могуществе ему не по силм не быть, не творить и не любить.

Поэтому он никого не нкзывет.

Питющую Нить рвут сми гордецы. В то мгновение, когд создние отделяет себя от Создтеля, возникет Нелюбовь — особя болезнь, изменяющя энергетику отвергющего. Он в полной мере пожинет плоды своего предтельств — теряет способность принимть энергию от естественного источник. Вы помните великую фрзу из Теллус: «Ненвисть рзрушет. Созидет только Любовь!»?

А дльше нчинется вкхнлия Зл. Не имея своей энергии, Темные могут рссчитывть лишь н вмпиризм — зхвт чужой жизненной силы и переделывние ее под себя. Они непрерывно дерутся между собой. «Мне, мне, мне, я первый!» — немолкнущим эхом ревет нд прострнствми Срединного Мир. Во времен Адм, кк, впрочем, и сейчс, демоны изобретли тысячи уверток и подлостей, хитростей и непрвд, только чтобы зхвтить, отобрть, укрсть у других лишнюю кроху Энергии Творения.

Для нс, купющихся в Свете, соткнных из Него, пропитнных Им, эт вкхнлия долгое время был неведом. Мы смотрели — и не видели, мы бились с демонми — и не понимли их. Именно тогд родилсь фрз: «Понять врг — знчит получить преимущество». И н первых порх преимущество имели они. Ведь глвные из них когд-то были с нми и помнили многое из своих былых нвыков и умений.

Ситуция был бы фтльн, если бы не одно спсительное для нс обстоятельство. Они стрдли. Они мучились, понимя, чего лишились. И звидовли нм черной, небывлой доселе звистью. Они бесились от мысли, что окены энергии нисходят н нс из Неиссякемого Источник, что мы, не прилгя никких усилий, дышим этой непреходящей свежестью, пьем эту непередвемую слдость, звучим этой нескончемой песней… И, не имея мужеств вернуться, они использовли свои былые знния против нс.

Конечно, долго тк продолжться не могло. Адм и Ев поняли их. И ужснулись бездне Пдения. И протянули им души свои, двя утщить себя вниз, в Срединный Мир. Глвный смысл Первого Шг — это Кольцо Демонов.

— Учитель, мы никогд не слышли этого нзвния!

— Поэтому я и рсскзывю тк подробно. Совет принял решение вооружить вс этим зннием. В нем — злог ншей будущей победы.

Кольцо Демонов — это ловушк для них. Адм выяснил, что видов нечисти не тк много, кк нм кзлось внчле. Их всего восемь рзновидностей. Произведены они были путем изврщенного рсщепления осттков души смого Противоречщего. И ккими бы рзными они нм ни кзлись, первооснов у них общя.

Если в одном здесь и сейчс стлкивются интересы всей восьмерки, происходит схлопывние, знкомое вм по битвм с грпиями, — они слипются в нерзделимое месиво и вгрызются друг в друг в черной злобе вечных конкурентов. Кольцо Демонов — это специльно создння примнк, змыкющя их в едином теле. Эмблем ткой ловушки вм хорошо знком.

— Змея, кусющя свой хвост?

— Првильно, Ви. Демоны, змкнутые в Кольцо, теряют свободу и окзывются зточенными. Они быстро прекрщют открытую грызню, но жестокя конкуренция остется нвсегд. Кольцо Демонов — это узел противоречий. Их жизнь — бесконечня и нудня дрм, безндежня и от этого еще более мерзкя.

— Учитель, кжется, я понял, где зточил демонов Адм.

— А ты, Ви?

— Я боюсь скзть, хотя решение только одно…

— Д, дети мои. Ловушк для демонов — человеческя душ. Именно в этом суть Первого Шг Вниз. И глвное поле боя — тм же. Кждый из смертных стоит перед выбором: поддться, впустить придонную нечисть в Сердцевину, превртиться в игрушку их стрстей и вожделений или зковть грязь души в лмзные лты Нрвственного Зкон, обртить Сердце свое к Свету и лить, лить н притихших крликов его Святую Силу, его Очищющую Нежность, его Блгой Зов. Ведь подонки души можно переплвить. Некоторые нзывют этот процесс — Просветление. В Теллусе это звучит кк «Бодхи», в Лэйме — «Ств».

— Бодхиств!

— В дословном переводе с одного из древних языков это слово ознчет «тот, чья сущность — Просветление». То есть тот, в чьей душе нет Кольц Демонов. Уже нет. Очистить душу от грязи — это и есть глвня вех в жизни человек. Глвные инструменты здесь — смирение, покяние и молитв. Или другими словми — избвление от стрстей и вожделений, принятие естественного течения вещей и умиротворение. У бодхиств все это есть.

— А кк же нши производные?

— Они пок люди. В полном смысле этого слов. Првд, восьмерк субличностей у них сильно ослблен.

Ншими молитвми и их усилиями.

Ребят чувствуют возложенную н них миссию. И стрются соответствовть. Волнуются, мечутся, но кждый рз делют првильный выбор. И я очень рд этому.

Вооружитесь терпением. Все будет тк, кк должно быть. Дже если будет инче!

Слог 11

ДЕЛА ДОМАШНИЕ

Подмирье

Гвиторм, улиц Вожделения

Последний чс Серого Свет

Генерл Мрк Ондр бывл в доме своей стршей жены Кры трижды з цикл.

Если бы не дел и жлобы остльных жен, он бы делл это горздо чще. Кк сейчс, нпример. С последнего посещения прошло всего пять дней, но прямо с утр нвлились тоск по ее горячему телу, жжд лск и нежных слов, желние быть с ней несмотря ни н что.

Мерное покчивние открытых носилок позволяло рсслбиться, предвкушение встречи нстривло н приятные рзмышления.

И плевть н то, что он — всего лишь нложниц из грем прежнего Великого. Все до сих пор считют, что он взял ее силой во время штурм дворц и по молодости лет сделл официльной супругой. Глупцы!

Их связь нчлсь здолго до Переворот. Потеряв голову от любви, он все же не утртил своей знменитой осторожности, и никто из придворных не подозревл, что один из ближйших приближенных Великого чуть не кждую ночь лкомится новой нложницей! Генерл смодовольно улыбнулся.

А потом он нчл готовить Переворот. Просто встречться стновилось все сложнее, рсствния вызывли все более острые сожления. Просто он устл опсться предтельств этой жирной свиньи — Глвного Евнух. (Ах, кк он визжл с мечом в брюхе!) Просто… Д что тм говорить! «Немногие предствляют себе, н кких тонких нитях подвешены великие мир сего». Цитт из зпрещенного Цзы Кун явилсь, кк всегд, непрошено, но удивительно кстти.

Смерть Великого совершил невозможное — Кр стл его женой. Первой и, по сути дел, единственной. Остльные — не в счет. Пешки в политических игрх и небольшие рзвлечения полного сил мужчины.

В первые годы после Переворот многие стремились породниться с Черным Мрком, Опорой Империи, Непоколебимым Бзльтовым Столпом Гвингорм. Спецкомнд — это вм не Служб Общественного Презрения… Кк-то незметно он окзлся жент н куче кпризных дур, визжщих при виде поднятого кулк и не умеющих ничего, кроме принятия соответствующих поз.

Не то Кр.

Он по-прежнему притягивл и волновл его. Кждый рз он был новой и восхитительно тинственной. Выпускниц легендрной Золотой Школы, кндидтк в нложницы Смому Ггтунгру Величйшему!

К сожлению (или к счстью?), высочйшее око не отметило ее своим интересом, и отвергнутя кндидтк был продн н Золотом Аукционе. Хвл Рспорядителю прежнего Великого: не пожлел средств, приобрел своему хозяину Жрицу Любви высшей квлификции!

З что во время Переворот остлся жив и относительно здоров. Просто изменил пол. Н средний.

А квлификция, ндо скзть, действительно был недосягемо высокой. Говорят, что перед укционом выпускницм Золотой Школы стирют чсть пмяти, но того, что остлось, хвтло с десятикртным зпсом. И, кроме того (тут Мрк Ондр невольно оглянулся, опсясь увидеть бледно-зеленую рожу Слухч)… кроме того, Жрицы Любви неоднокртно подверглись процедуре Преврщения, вселяясь в смок Питтельного Слоя. Преврщение двло уникльную возможность черпть жизненную энергию не через Промежуток, непосредственно, прямо из тел Верхней.

Генерл сглотнул обильную слюну и слегк поморщился. Тйн вожделенного Прямого Конткт тщтельно обереглсь Высшими, но «зпретный плод слдок», и многие ристокрты в чстных лборториях экспериментировли не только с Промежутком, но и с другими Интервлми.

Недвно появился слух, что Мер Твол открыл у себя в подвле полумифическую Лиловую Дверь, выводящую в Питтельный Слой Любого, постившегося хотя бы сутки. Првд, слух этот очень походил н провокцию.

Нчльник Тйной Кнцелярии Мер Твол был горздо известнее своим коврством, нежели нучными успехми. Генерл мог бы перечислить не один десяток имен, еще недвно известных и вдруг исчезнувших из рзговоров и сообщений. Н вопросы родных из Тйной Кнцелярии приходил всегд один и тот же ответ: «Переведен н ответственный пост в соседнем слое». Что з пост и в кком именно слое, оствлось неизвестным. Жловться было бесполезно и опсно. Считлось, что тйнисты подчиняются лично Великому, но Мер Твол всячески двл понять, что получет прикзы с Смого Глубокого Уровня. А последнее время дже высшему рмейскому руководству приходится взвешивть кждое слово и оглядывться по сторонм.

«Чтоб их эйнджелы збрли!» — выруглся генерл и прикрикнул н рбов. Для профилктики. Рбы и тк несли портшез рхиосторожно. Знли, что у господин тяжеля рук.

Мрк Ондр взял себе з првило время от времени устривть тренировки по рукопшному бою в присутствии многочисленных слуг и кухонных рбочих. После кждого сокрушительного поржения четверых гигнтов-телохрнителей вторитет генерл взлетл все выше и выше. «Кково будет пдть?» — вдруг кольнул неожидння мысль. Отмхнувшись от нее, кк от нзойливого элементл, Непоколебимый Бзльтовый Столп Гвингорм снов смежил веки.

«Д убоятся рбы хозяин своего, д убоится жен муж своего, д убоится млдший стршего!» — послушно выдл пмять строки из Кнон Господин. Строки были првильные. Только стрх мог поддерживть относительный порядок в бедлме, именуемом Гвингормом.

Но стрх стрху рознь.

Одно дело блгоговейный ужс Всенощных Бдений, когд См окутывет мир своими колоссльными крыльями и дже погные игвы зхлебывются слезми восторг. А другое дело — подлые Слухчи, без спросу читющие мысли, и постоянный иссушющий стрх перед Тйной Кнцелярией.

«Светчер н них нет!» — снов чертыхнулся Мрк Ондр.

Рбы повернули с улицы Вожделения н площдь Великого Гвин. Пришлось открыть глз и слегк выпрямиться н подушкх.

Сттуя нынешнего Великого был еще нелепее сттуи предыдущего. «Интересно, куд их девют после очередного переворот?» — лениво подумл генерл и еле сдержл брезгливую гримсу, вспомнив истошный визг подвешенного з ноги Первого Министр и полные штны ползющего н коленях Великого.

Нвстречу шествовл процессия с зкрытым плнкином. Во глве двое слуг несли тблички с именми. Ну-к, интересно, кто тм? Пырь У и Скр Эс. Тк, стрый рзвртник никк не успокоится! Ходят упорные слухи, что он ншел где-то в Зпустоши Прямой Сток и кормится без выжимок и нлогов. Знчит, теперь с ним Скр. Ну и скр с ним! Мрк Ондр улыбнулся собственному клмбуру.

А кто это тм н пунцовых носилкх Депртмент Общественного Питния? Кжется, Нетвор Хумм. Приветственно мшет рукой и улыбется во всю беззубую псть. И прется прямо сюд. И что им всем от меня ндо?

Носилки встретились прямо у подножия сттуи, простершей руку куд-то вдль.

— Д пребудет обильной жтв твоих желний, сильномогучий Мрк! — еще шире осклбился Нетвор Хумм.

— И твоим вожделениям обильного урожя, крсноязыкий Нетвор! — ответствовл генерл.

— Кк идут военные действия, мудрохитрый Ондр?

— В соответствии с плнми, обширночревый Хумм! Мы тесним игв по всему фронту. Их уицрор брюхт и неповоротлив. Мы должны суметь прикончить последыш, и тогд стрый Ивггвидон совсем обессилет.

— Не лучше ли было бы позволить отпрыску пожрть сердце ппши, о безоглядносмелый Мрк?

— И дть его голоду всколыхнуть весь Ивггрд? Блгодрю покорно! Лучше иметь во вргх строго пресыщенного импотент, чем молодого и лчущего мньяк, о экспериментолюбивый Нетвор!

— Не сочти з умысел недльновидную идею, прозорливоликий Ондр! Что слышно в рмии о победх моего упрвления?

— В рмии любят говорить о своих победх, о неизменноскромный Хумм! Но мне все же известно о кком-то новом проекте, предложенном тобой к скорому внедрению.

— И проект этот обещет росу особого вкус! — живо подхвтил Нетвор. — Я уверен, ты нслышн о склонности руконогих мир Теллус погружть свои тел в волны громких звуков. Нм предстоит, умело влияя н звуковые пристрстия молодняк Питтельного Слоя, внушить им привязнность к идеям рзрушения плоти, кровососния и бртоубийств! Предствь, о слстолюбивый Мрк! Верхние будут тысячми скпливться около усилительных устройств и биться в экстзе ужс и сдизм, смобичевния и смоуничтожения!

— Что ж, я обязтельно зкжу себе новое блюдо, о неугомонноновый Хумм! А теперь позволь мне отклняться, рзговоры с тобой тк возбуждют ппетит!..

— Д не усомнись ни н мгновение в моем глубочйшем почтении, о держвнотвердый Ондр!

Нетвор Хумм прикрикнул н носильщиков и отвлил. Ну и слв Смому и Его Подручным!

А его бйки действительно горячт кровь. Экстз смобичевния? Недурственно! Однообрзие последних циклов слишком тоскливо. Может, объявить войну сукхм? А с дигвми зключить союз. Или ноборот?

А пошло оно все н Седьмое Небо к Божьей Мтери! Скорей бы Кр и зовущий полумрк ее льков.

Д, еще нужно не збыть поговорить с сыном. Прень рстет, и ндо нпрвлять его н нужную стезю. Хоть бы больше никого не встретить! Все эти светские беседы уже вот где сидят!

Дом н улице Знти

Серое междувременъе

— М! Ты сегодня ждешь отц? — воззвл Ззрк в открытую дверь мтериной комнты.

— Его носилки н площди Великого, — ответил Кр Ондр, появляясь н пороге. — И нпрвляется он сюд. Зходи, подождем вместе, — добвил он, деля приглшющий жест. Ее движение было исполнено ткого изяществ, что, окзвшись у нее з спиной, сын попробовл его повторить. Без млейшего, впрочем, успех.

— Двно хотел у тебя спросить, откуд ты всегд все про него знешь? — Ззрк попытлся зскочить в кресло, перепрыгнув спинку, и слегк удрился основнием хвост.

Мть выдержл пузу, покзывя, что вопрос глупый и отвечть н него не обязтельно.

— Ну не всегд и не все, но ведь знешь! — нстивл Ззрк.

— Я чувствую, когд он обо мне думет…

— А что он думет, ты тоже чувствуешь?

— Я нужн ему, — с легким торжеством в голосе произнесл Кр. — И ТЫ ему тоже нужен, — добвил он, помолчв.

— Это хорошо! — Ззрк встл и принялся отрбтывть уклоны от удров в голову. — Я вообще считю, что мне с отцом повезло. Многие своих ппш в глз не видели. Другие, ноборот, мечтют не видеть. — Юнош провел серию коротких удров кулкми и звершил ее хлестким пинком првым копытом. — А я ппу всегд жду! Кк думешь, м, он сегодня познимется со мной?

— Думю, с тобой он тоже познимется! — с улыбкой скзл Кр.

— Прости, м, я не буду вм мешть! Ты только не отпускй его до звтр.

Мть кивнул и, присев н пуфик перед зерклом, нчл испрвлять ккие-то дефекты своей внешности. Н взгляд Ззрк, тковых дефектов не имелось.

«Мои родители — смя крсивя пр в Гвинбурге», — с гордостью подумл он, снов усживясь в кресло.

Вкус у этой мысли был необычен. Более того, он почему-то был опсен. Ззрк вдруг осознл, что слово «крсот» никто, кроме мтери, не употребляет. Про женщин гвины говорили: «возбуждющя», «смзливя», «ппетитня» и другие словечки покруче и похлеще, но никогд «крсивя».

Внешние днные мужчин обсуждлись только в смысле физической силы: «здоров бык», «хорош мбл», «могуч чувк»… Ззрк сильно подозревл, что подвляющее большинство употребляющих эти слов не знет, что они н смом деле ознчют. По крйней мере, для него объяснения мтери окзлись совершенно неожиднными.

По словм Кры, «бык», «бугй», «кбн», «мбл», «чувк», «мерин» и другие словечки были нзвниями тупых и грязных существ, обитющих в Питтельном Слое. Причем большинство из них обознчло не просто животное, смц, нсильственно лишенного детородных оргнов для увеличения вес и усмирения нрв. Брт Жрн Жрлок, гордо носивший кличку Амбл-Вредитель, вряд ли был бы доволен подобной информцией.

Ззрк попытлся вспомнить хоть что-нибудь, зствившее кого-либо употребить слово «крсот». И не смог.

— Скоро приятели тоже нчнут змечть стрнности в твоих словх и поступкх, — не отрывясь от зеркл, скзл Кр.

— Я стрнный, мм? — Ззрк рзвернул кресло в сторону мтери.

— А ты хоть рз слышл, чтобы кто-нибудь из детей ( тем более взрослых) обрщлся к мтери «мм»?

— Ну, может быть, недине, когд не слышт другие?

— Можешь мне поверить, тких, кк ты, — единицы. И я счстлив, что ты ткой!

«Счстлив», — мысленно повторил Ззрк. Еще одно ммино словечко. Никто, кроме нее, тк не говорит.

— Я должен скрывть свою стрнность, мм?

— А ты хочешь спокойно жить? Жить ЗДЕСЬ? — Кр по-прежнему не отрывлсь от зеркл, но рзговор явно выходил з обычные рмки.

— Ну д, нверное… А где я еще могу жить?

— Пусть пок твой вопрос остнется без ответ. Что рсскзывют вм в школе об устройстве Вселенной?

— Ну, ты же знешь! — Ззрк дже чуть-чуть обиделся. — Все это общеизвестно.

— И все-тки? — Кр подошл к сыну и опустилсь в соседнее кресло.

— Ну лдно! В основе ншего мир лежит Гдигм — местообитлище Смого Ггтунгр Величйшего и Его Ближйших Подручных. Зтем идет слой Высших Существ — Гсшрв. Потом нш Уржугр. Ну и смый верхний — Питтельный Слой, необходимый нм кк источник пищи и удовольствий. Сейчс мы кк рз проходим рзновидности росы. Я рзличю уже штук двдцть рзных видов. Многое нм, првд, дют в консервировнном виде, но все рвно интересно. Нствник Эттц меня хвлит. Обещл дже взять с собой в Гримский Клуб н свободную охоту.

— Дурр Эттц, говоришь? Вот с ним-то и будь особенно осторожен. Ходили слухи, что он — плтный осведомитель Тйной Кнцелярии. Слышл о тком зведении?

— Конечно! Пп ругет их последними словми. Кстти, кто ткие все эти нечистые существ вроде эйнджелов и лучров? Рзве в действительности они существуют? По-моему, их никто никогд не видел.

— Никто? — Кр посмотрел н сын своими бездонными черными глзми. — Нет, многие их видели! Только не рсскзывют. Потому кк стршно очень. Тоскливо. Понимть, что они есть, — уже тоск. А видеть, ккие они, — вдесятеро хуже. «И слепнут очи, к сумрку привычные…» — непонятно зкончил Кр и змерл, уронив руки н колени и опустив голову.

— Это снов стихи, мм? Прочитй мне, пожлуйст!

— Только не повторяй их! Дже отцу! Это из Зпретного Мнускрипт Сви Тн, «погребенного зживо».

Мть змолчл, собирясь с мыслями, зтем в тишине прозвучло:

Бывет миг, когд во тьме глубокой
Восстнет вдруг светящяся дверь,
И явит лик свой витязь светлоокий,
А вместе с ним крылтый белый зверь.
И в трубном глсе мнятся клики птичьи,
И в топоте копыт звенит ручей,
И слепнут очи, к сумрку привычные,
В нещдном блеске солнечных лучей!
Рос вскипет, бьется в брюхе сытом.
Сползет плоть изношенным тряпьем.
И нет спсенья: конь рзит копытом,
И всдник бьет сверкющим копьем!

Через много-много мгновений звенящей тишины Кр зговорил тихим здумчивым голосом:

— Сви Тн был единственным, кто видел светчер и не пострдл от этого. Очень многие умерли, другие остлись клекми. А он кк будто приобрел новые силы. З несколько крсных циклов до Пришествия он откзлся от пищи. Все ждли его смерти, но он не умирл. Только стновился невесомым, будто тял. А после уход светчер дже стл слегк светиться. Переполох тогд был стршный, и взяли его не срзу. Он успел дописть свой последний сборник. И нзвл его, прозревя будущее, «Зпретный Мнускрипт». Мло остлось тех, кто слышл эти стихи. И уж совсем мло тех, кто помнит их низусть.

— В них тк много незнкомых слов… Я многого не понял. Откуд Сви Тн знл, что они ознчют?

— Оттуд же, откуд и я. Он рботл учителем в Золотой Школе. И неоднокртно бывл Нверху в Питтельном Слое. Тм есть солнце, и птицы, и ручьи. Но витязи и тм — редкость. Светчеры, нпример, обитют з семь слоев от нс, лучры — з пять, эйнджелы — з четыре. К счстью для многих, им трудно спускться не только сюд, но и в Питтельный Слой. Они, конечно, пытются влиять н нрвы и обычи тмошних обиттелей, но у здешних пок получется лучше.

— Неужели Вселення тк огромн! — Ззрк был ошеломлен. Десятки слоев выше Питтельного! Новя кртин мир поржл вообржение. И еще что-то. Что-то резнувшее слух, стрнное, непривычное и опсное. «Здешние»! Не «мы», не «нши»… Просто «здешние». — Мм! Ты рньше никогд не говорил со мной тк! Кк… кк со взрослым!

— Д, сын, сегодня особенный день. Утром тебе исполнилось пятндцть зеленых циклов. А этот возрст в Питтельном Слое многие считют нчлом взрослой жизни.

— Я, конечно, привык, что ты делешь все не тк, кк другие. Но ведь никто не меряет время зелеными циклми. Д и зеленую росу почти никто не ест.

— Кк ты думешь, почему рос имеет рзные цвет, вкус и зпх?

— Ну, нствники н этом не остнвливлись… Думю, росу вырбтывют рзные существ. Кждя групп влдеет своим собственным рецептом, и поэтому продукт у них другой, непохожий н остльные.

— Продукт, говоришь? Ну лдно. В глвном ты прв. Существ действительно рзные. Некоторые похожи н ррругов, другие н нс. Но больше всего тех, кто вырбтывет зеленую росу. Они ни н кого не похожи. Их неисчислимое множество. Они не умеют ходить, говорить, мыслить. Они умеют только впитывть воду и оплодотворять ее светом. Зеленя рос — естественный продукт их жизнедеятельности.

— Ну д, я слышл про них. Оплодотворять светом… Кк это? — Ззрк совсем потерялся от поток новых понятий и обрзов. З последние десять минут он узнл о мире больше, чем з предыдущие десять крсных циклов.

— Просто. Ведь свет — это энергия. В Питтельном Слое его очень много. Тм он низливется из ослепительного круглого пятн, движущегося нд головой. Утром пятно поднимется из-з Кря Мир, вечером вновь прячется з него. Зеленые Производители впитывют эту энергию и используют для построения своих тел, рост и рзмножения. Все эти процессы сопровождются выделением Росы. Чсть свет просчивется в Промежуток, поэтому и у нс день сменяет ночь. Првд, здесь они мло чем отличются друг от друг.

Кр змолчл. Глз ее стли еще глубже, в них появился ккой-то нерельный, скзочный блеск. Лицо молодой женщины белело в сумрке комнты, кк колдовскя мск н иллюстрции в учебнике по демонологии. Но, в отличие от мски, оно было трепетно прекрсным.

«Он влюблен в Верхний Мир», — понял Ззрк.

— Мм! Рсскжи мне еще! — попросил он.

Еще вчер мть уклонилсь бы от столь прямого рзговор н зпретную тему. Сегодня же он лишь кивнул.

— Ты не можешь себе предствить, кк высоко тм видно! Куд ншей сумрчной щели с серым тумном! Тм нд головой рспхнут огромный купол. Ночью — черный с яркими светящимися точкми. Днем — Днем он сияет непередвемо прекрсным светом порзительно нежного оттенк. Ткого цвет тут нет, но если увидишь его однжды, потом уже не сможешь збыть.

— А зеленые циклы? Почему они горздо длиннее крсных?

— Про крсные циклы — особый рзговор. Они определяются периодом ктивности тк нзывемого Лунного Демон. А зеленые просто связны с количеством тепл, нисходящего от Источник Свет. После мксимум тепло постепенно иссякет, и многие Зеленые Производители зсыпют. В это время мне приходится довольствовться сухой, темной росой. Зто через треть цикл все снов просыпется, и нступет новый мксимум. Я слышл, что в южных шрстрх ткого не бывет, и зеленя рос поступет непрерывно. Может быть. Но тогд я не смогл бы мерить время тк, кк оно течет нверху. И мое добровольное зточение было бы нескончемым. Но довольно рзговоров! Отец поднимется по лестнице. Беги встречть, юбиляр!

Тм же

Темное междувременье

Ззрк сидел н крешке стул и стрлся выдержть взгляд отц.

— Что нового? — здл Мрк Ондр свой обычный вопрос.

— Вчер я подрлся с кким-то незнкомым типом и попробовл Золотую Росу с Хрмой Лу.

Отец внимтельно осмотрел кулки и лицо Ззрк и откинулся в кресле.

— Дрлся ты, судя по всему, успешно, девушк твоя имеет сексульный опыт не больше твоего, — резюмировл он. — У меня дв вопрос. Первый: кто ее отец? Второй: что в твоем бое было смым неудчным?

— Отец Хрмы Хрон Лу рботет где-то в Министерстве Росы, по-моему, руководит сектором. В бою я не смог удержть эмоции. Сжег все силы в трех удрх. Если бы друзья моего противник вздумли продолжть, я был бы легкой добычей.

Отец удовлетворенно кивнул:

— Хорошо. Теперь спршивй ты.

Ззрк слегк рсслбился, хотя и не смог полностью побороть чувство ученик, не выучившего урок. Это было у него с детств, когд огромный отец в черном плще Спецкомнды почти врывлся в его комнту и нчинл здвть отрывистые, четкие вопросы. При этом он зствлял смотреть в глз, и выдержть его пронзительный взгляд было необычйно трудно.

— Что з укол сделли нм в Золотом Пвильоне?

— А кк ты думешь?

— Думю, нм ввели ккое-то лекрство, обостряющее желния.

— Ты почти угдл. Но только почти. Ты испытл не свои желния. Лекрство понизило в твоем мозгу зщитный брьер, воздвигнутый н зре времен Смим Ггтунгром. — Мрк Ондр змолчл и, кк предписывл этикет, приложил руку ко лбу. — Кк ты думешь, из чего состоит Промежуток? — продолжил он после того, кк сын повторил его жест.

Вопрос зстл Ззрк врсплох. А действительно, из чего? Вот тк, всю жизнь имеешь это нд головой и не знешь, что оно из себя предствляет.

— Ну, я не зню… В школе нм об этом почему-то ничего не говорили!

— Это и не стрнно. Высшие считют, что рядовым гвиим ни к чему знть лишние подробности. Поэтому то, что ты сейчс услышишь, не стоит обсуждть с друзьями.

— Д, отец.

— Большинство нселения ншего слоя считет, что Промежуток подобен другим интервлм. То есть он — всего лишь соединительня пленк, рзделяющя миры с рзными условиями существовния. Это не тк. Он горздо обширнее любого интервл и состоит из десятк слоев, слипшихся до состояния нерзделимого месив. В предвечные времен именно здесь рождлсь Вселення. Гдигм, Гсшрв, впоследствии и нш Уржугр были построены путем выделения их из структуры Промежутк. Кк ты знешь, в интервлх нет прострнств, знчит, и обиттелей. А здесь, нд нми, обретются многие тысячи существ. В большинстве своем это бывшие жители Питтельного Слоя, рсствшиеся со своими телесными оболочкми. Умерев тм, они провливются в Промежуток, и с них медленно сползют ошметки вожделений и стрстей, нкопленных з недолгую жизнь. Весь фокус в том, что они вполне осознют происходящее и мучются, переживя прошлые чувств в десятикртно усиленном виде. Стрдния тем сильнее, чем яснее для них невозможность удовлетворения. Ведь в этот момент у них нет никкого, дже плохонького мтерильного тел, пмять, безжлостня пмять прошедшей жизни, при них… Вот ккие чувств прорвлись в тебя перед вкушением Золотой Росы. Н смом деле этот знменитый коктейль не тк уж хорош. Просто смешивют все виды, имеющиеся н днный момент. Эффект высшего нслждения достигется не смим вкушением, предврительной инъекцией. Кк когд-то скзл твоя мть: «Счстье есть не в удовлетворенье, в способности стрстно желть!»

Мрк Ондр змолчл и испытующе посмотрел н сын.

— Я ндеюсь, тебе не нужно объяснять, что слово «счстье» употреблять не принято. И вообще, все, что ты слышишь дом, не должно достигть чужих ушей.

— Я зню, пп. — Ззрк помолчл, перербтывя новую информцию. Кртин получлсь прелюбопытнейшя. — У меня вопрос, — продолжил он через минуту. — А куд, в тком случе, после смерти попдем мы?

Некоторое время отец смотрел в стену тяжелым, остновившимся взглядом.

— Об этом тоже не принято говорить. И вообще, н сегодня с тебя достточно. Меня нчинет зботить твоя излишняя любознтельность. Ондры никогд не стрдли склонностью к философствовнию. Достточно знть, что все и всегд совершется по плну и велению Смого.

Генерл снов приложил руку ко лбу, двя понять, что эту чсть рзговор считет зконченной.

— Двй поговорим лучше о твоих плнх н будущее. До окончния школы остется чуть больше двух циклов.

— Ты, отец, конечно, хочешь, чтобы я пошел по твоим стопм. Но я пок не уверен в своих пристрстиях.

— Дело здесь не в юношеских пристрстиях и увлечениях. Ты должен выбрть себе ДЕЛО. Дело, которое было бы по-нстоящему вжным. Дело, в котором ты смог бы проявить свои мужские кчеств. Конечно, воення крьер — не вкушение росы. Мне чсто приходилось получть удры и взыскния, терпеть неспрведливости и лишения. Но я твердо знл, что моя рбот нужн всем в Гвингорме. Ты предствляешь, что с нми было бы, одержи игвы победу? Все гвины стли бы рбочим скотом. Не рбми, сносное обрщение с которыми вызвно неопределенностью н фронте. Мы стли бы скотиной, рсой без родины и гордости, нродом без смосознния и уицрор.

Это было убедительно. Ззрк вспомнил недвнее прздновние Дня Нционльного Смосознния, когд сотни тысяч гвинов вышли н улицы, и в свете чдящих фкелов нд ними простерся их уицрор Гвинторс. Его гигнтское чешуйчтое тело ворочлось в сумрке Промежутк десяткми чудовищных колец. Его огромные перепончтые крылья взбивли прострнство, кк мутный, терпкий нпиток. Коктейль Гордости и Единств. Коктейль Поклонения и Смопожертвовния. Могучий змей выдыхл струи плмени из обеих своих пстей, его громовой рык сотрясл всех и вся. И все пели. Пели со слезми н глзх и комком в горле. Хрипели, сипели, подвывли, но не змечли этого. Слов рвлись из глубины, из рзливющегося моря всеобщего смоуничижения. Гвины пдли н колени и клялись отдть все свои силы, всю свою жизнь до последней кпли родному уицрору и его первому слуге Великому Гвину! Ну рзве способны н ткое подлые игвы, жлкие гурхи и грязные, полудикие сукхи? Нет! Только мы! Только Гвингорм! Только Гвинторс!!! И н стрже всего этого стоят верные сыны Отечеств. Бесстршные и могучие.

Ззрк вдруг вспомнил выпученные глз «кпрл» отвисшие челюсти его приятелей, и мир с хрустом рухнул в грязь. Мордой.

Видимо, последовтельность чувств ясно отрзилсь н его лице. Во всяком случе, отец нхмурился и збрбнил пльцми по столу.

— Я понимю, — поспешил успокоить его сын, — зщит своей стрны — смя вжня из всех мужских профессий.

— Не только зщит! Тот, кто уходит в глухую зщиту, неизбежно проигрывет. Армия, кк, впрочем, и отдельный боец, должн уметь нпдть. Нпдть стремительно и неотвртимо. Использовть кждую ошибку врг, кждую лзейку в его обороне. Если не мы их, то они нс! Тков зкон.

— Отец! Но ведь игвы, дигвы, гурхи и другие рсы, подобно нм, создны Смим Ггтунгром Величйшим. Зчем же нм непрерывно воевть? Зчем истреблять друг друг?

— Ты повторяешь ошибку многих. Поберегись, все они плохо кончили! Что бы мы из себя предствляли, если бы не грозили нм чужие уицроры? Мы превртились бы в толстых, изнеженных бб, вкушющих росу и Друг друг и ничего более не делющих. Угроз звоевния дисциплинирует нцию. Только стрх упрвляет обществом. Только стрх зствляет делть нечто, противоречщее желниям. Тк может ли существовть мир без войн?

— Ты прв, отец! Я не могу вообрзить себе ткой мир.

— Вот именно. — Отец помолчл. — Я не тороплю тебя. Думй, выбирй. Но помни, ккого решения я от тебя жду. А теперь не хочешь ли несколько советов о женщинх?

— О д! Мое сближение с Хрмой было слегк неожиднным…

— Это нилучший вринт. Я презирю хлюпиков, стрдющих из-з невнимния со стороны ккой-либо юбки. Ниже ншего достоинств молить о взимности. Мы можем лишь отвечть н их интерес. Испокон веку женщин пытется подчинить себе мужчину. Он прибегет к сотням способов воздействия, изощреннейшим уловкм и хитростям. Движение к зветной цели для нее — все. Нибольшее удовольствие он получет от ощущения постоянной звисимости, в которую ввергнут поймнный мужчин. Но вот он достигет безрздельного господств и… ощущет себя жестоко обмнутой. Вместо вожделенного мужчины он стновится облдтелем толстеющего, дурнопхнущего домшнего животного, во всем послушного ее воле и никому не интересного. Вместо норовистого смц-господин, одержть победу нд которым он тк хотел, в ее доме окзывется лысеющий полуимпотент, тихий и кпризный. Женщин — узел противоречий. И это ее глвня бед. Не пытйся подстроиться под ее желния, будь смим собой. Помни, что зинтересовл ты ее именно своей незвисимостью и смостоятельностью, умением принимть решения и действовть несмотря ни н что. Пусть не тяготеет нд тобой стрх рзрыв. Если он уйдет — нйдется другя. Нстоящим мужчинм не грозит одиночество.

Мрк Ондр змолчл и про себя добвил: «Хотя очень чсто одиночество — их нормльное состояние».

— Пор отдыхть, сын. — Генерл встл и похлопл Ззрк по плечу. — Хйле!

— Хйле, пп! Я подумю нд твоими словми.

Дверь з отцом зкрылсь почти одновременно с треском телефонного ппрт.

— Привет, Зз! — рздлся в трубке голос Хрмы. — Ложишься спть?

— Ну д. По крйней мере, других плнов у меня не было.

— Я собрлсь н ночную прогулку. Боюсь, он будет небезопсной. Хочешь со мной?

Голос Хрмы звучл немного неестественно, кк будто он говорил не совсем то, что хотел скзть н смом деле.

— Что-то случилось, Лу?

— Случилось. Пожлуйст, будь нпротив моего дом через десять минут.

Ззрк повесил трубку и, не рздумывя, перемхнул через перил блкон.

«Похоже, речь идет не о сексульной прогулке в ночной тиши», — подумл он.

Слог 12

НЕДЕЯНИЕ

Лэйм

Охотничий змок короля Дибемского

Ночь

Ксн уснул не срзу. Он долго лежл с открытыми глзми и слушл рдостный стук сердц, не желющего успокоиться. Попытки вспомнить прошедший день приводили лишь к новой волне слдостной эйфории, приносящей с собой непередвемый букет лесных зпхов, вкусов, ощущений, звуков и обрзов.

Колыхлись ветви деревьев, скзочным пологом нвисли нд мягкой душистой трвой и, сплетясь с лсковыми лучми дневного светил, глдили лицо теплой зячьей кисточкой. Звенящий тончйшими звукми невесомый лесной воздух вливлся в тело тихими живительными струями, принося с собой тысячи оттенков и отголосков, мириды нюнсов и тем. Он был пронизн незнкомой лучистой энергией, орошющей внутренний мир волнми умиротворения и ощущения единств со всем сущим.

А еще были горсти удивительных лесных ягод, будто сшитых невидимой иглой из тончйшего крсного брхт, усеянного золотыми пуговкми семечек и бриллинтовыми кпелькми росы…

Они лоплись н языке крошечными взрывми пьянящего сок, кислого и слдкого одновременно, рзливющегося по небу ромтом чего-то близкого, зпретного и оттого щемяще слдостного.

Ягоды росли н тихой солнечной поляне, обрмленной тонкими белыми стволми редких в этих лесх деревьев с удивительной корой, которя снимлсь ровными слоями и, кк бумг, хрнил нписнные буквы. Волшебных крсных бусин было тк много, что полян кзлсь сдом, зботливо возделнным некими мленькими человечкми, лелеявшими кждый стебелек с терпением и упорством истинных гномов.

Когд Олег ступил н поляну, Ксне н мгновение покзлось, что его ноги не ксются земли. Он кк будто стоял н верхушкх ягодных деревьев, спокойно выдерживющих его исчезнувший вес и покчивющих упругими стеблями. Он протянул ей руку, и, когд лдони слились в нежном объятии, принцесс почувствовл легкое головокружение уходящей тяжести и удивительно приятное состояние невесомости, невмештельств и недеяния.

Ягоды кк-то сми собой появлялись в лдонях, и губы лсково принимли их едв зметным трепетным вдохом. А потом Олег и Ксн потянулись к одной и той же ягоде, и непередвемо огромные глз, знимющие половину мир, встретились восторженными лучми.

И тепло его лиц сливлось с горячими волнми ее румянц, и кож губ посылл зовущие импульсы своему визви.

Чувство священной жжды, охвтившее Ксну, было тким острым, что кждя клеточк тел здрожл особенной, слдостной дрожью, и первый в жизни поцелуй был подобен обжигющему глотку, долгому, кк водопд, и короткому, кк жизнь. Когд они оторвлись друг от друг, зтихшие птицы рдостно зщебетли, и сильные руки юноши помогли ослбевшим девичьим коленям удержть оглушенное тело от пдения в зовущую и опсную бездну. А потом он глдил ее волосы и целовл глз, лоб, щеки, стртельно избегя кких-то хорошо ему известных мест, откуд жждл вырвться скрытя до сего дня сил.

Ксну переполнял сумсшедшя безоглядня рдость. Одн з одной сбывлись смые зветные мечты. Эльфийский принц, прекрсный, кк Эол, со светящимися нежностью глзми, шептл ей восхищенные слов. Его руки и губы были ткими лсковыми и родными, что тело смо льнуло к ним, ищ все новых и новых прикосновений. Ей кзлось, что он знет его уже очень и очень двно, и все это время у нее не было человек роднее и ближе.

Постепенно первый восторг отступил, и н смену огромному и немного жуткому чувству свершющегося чуд пришло ощущение всеобъемлющего, непередвемого словми счстья. И тогд из тумн переживний стли проступть слов и мысли.

Олег говорил, и Ксн понимл, что все в его словх првд, что д, действительно Путь Любви узок, кк лезвие меч. И лезвие это проходит нд пропстью. Внизу, под босыми ногми, беснуется могучий поток темной энергии, рожденный двным-двно, когд пдший демиург силой овлдел телом плнеты и Мть-Природ, изнсиловння и оскорблення, понесл в своем лоне семя дьявол, семя грех.

Ксн увидел многочисленных обиттелей Подземных Пустот, лчущих и ждных, питющихся мыслями и чувствми людей и гномов, уркусов и сккий. Принцесс видел струи похоти, белесым тумном тянущиеся к вожделеющим, сосущим ртм. Он узнл, что истечение крови всегд сопровождется выделением особой энергии, и энергия эт — желнное блюдо в меню Темных Иеррхий. И кк-то вдруг стли понятны причины войн и междоусобиц, дуэлей и дрк. И вспомнился рсскз конюх о том, что в деревнях дерутся до первой крови, инче потсовк преврщется в дикую резню, после которой смые ктивные учстники трясут головми и не понимют, кк же они ткое содеяли?

А еще понятны стли причины менструций, и четче проступили рзмытые контуры проклятия Евы.

Кк-то смо собой получилось, что они перешли н мысленную речь. И об не удивились способностям другого, ибо тк и должно было быть.

Олег говорил о ствийском учении, выводящем людей из-под влсти Подземных Прзитов, и о неприемлемости ортодоксльного пути для большинств людей. Следуя Кнонм Ствы, человек уходил из мир форм. Уходил в прострнство мыслей, не оформленных в слов, и чувств, не рождющих желния. Логик Учения был прост. Чтобы избвиться от стрдний, необходимо откзться от привязнностей. Чтобы не терять, нужно не иметь. Чтобы не бояться смерти, нужно обесценить жизнь…

Но в монстыре Утренней Зри, где воспитывлся Олег, учили другому, трудному, но более вжному для судеб мир Пути — Пути Активного Действия. Имелось в виду действие в мире форм, действие творческое, созидющее, преобрзующее.

Осознв прочность крмической сети, почувствовв глубинные течения Вселенной, ученик выходил в мир, неся в себе грмонию монстырских стен, искушенность воин и мудрость философ-дилектик. Огрничения и зпреты, нлгемые кнонми Ствы, в монстыре Утренней Зри трктовлись шире и помогли ктивной борьбе со Злом.

Нпример, ствшее притчей во языцех нежелние зл, якобы приводящее к всепрощенству и непротивлению, не мешло послушникм в шфрновых нкидкх применять воинское искусство для обуздния ослепленного подземным огнем человек, несущего людям хос и нсилие, боль и стрх.

Нужно было только не желть ему зл.

С хрустом выворчивя кисть, посмевшую поднять оружие н человек, злмывя промхнувшуюся руку к зтылку влдельц, впечтывя кулк в солнечное сплетение, необходимо было жлеть его, недополучившего в детстве тепл и лски, нелюбимого и несчстного, озлобившегося и оскотинившегося под нпором чуждых мыслей и потустороннего шепот.

Одно из монстырских првил глсило: «В крйних обстоятельствх приходится делть человеку больно, чтобы потом ему было хорошо». Молодым послушникм приводились примеры с извлечением зноз и вскрытием нрывов. Принимл решение целитель не спеш, но, решив, действовл мгновенно и неотвртимо, без стрх и сомнений.

Окзывя первую помощь поверженному противнику, ствист свято верил в то, что тот испрвится. Не в этой жизни, тк в следующей. Нстоятель монстыря, Двендцтый из Великих Птрирхов, любил повторять: «Делй что должно, тм будь что будет!»

Жить и действовть в соглсии с этим принципом было не только првильно, но и приятно. В смых сложных и зпутнных ситуциях, когд стрх и лчность, гордыня и гнев подскзывли свои решения проблемы, Олег вспоминл мудрую, умиротворенную улыбку Нстоятеля. И делл то, что должно. Меч и лютня — вечные спутники стрнствующего менестреля — сменяли друг друг, очищя мир от сорняков и сея семен любви, крсоты и грмонии…

Ксн никк не могл объяснить ту легкость, с которой они понимли друг друг. Понимли до смых глубин души, до смых сокровенных желний, до кря, з которым клубился первозднный хос и мячили космические чсы, пересыпющие крупицы жизней. Сердц, слитые в тесном объятии, гулко бились одним двуединым удром, и гейзер пропитнной рдостью крови рз з рзом омывл ликующие тел.

Он рсскзывл ему о своей жизни, нсыщенной мелочми и обделенной общением, о мтери, лсковой и несчстной, ушедшей из жизни с кривым меттельным ножом, зстрявшим в гордо выпрямленной спине.

Олег с порзительной ясностью увидел дымный зл, тускло освещенный чдящими фкелми, и пьяную толпу гостей, рзодетых в мех и прчу, уже зляпнные жиром и вином. Он увидел невысокого мужчину с бегющими глзми нечистой совести и золотой короной н низком челе. Н дльних столх уже били посуду и здирли подолы мордтым девкм, подливющим вино. Король с вожделением поглядывл н пышную брюнетку, сидящую по левую руку от него. Зхмелевшя дм, сжигемя неутолимым огнем желния, откровенно демонстрировл почти обнженную грудь и, томно зктывя глз, с вызовом облизывл полные влжные губы. Король явно не мог дождться, когд королев покинет зл, но он, бледня, с пронзительными глзми рненой птицы, почему-то медлил. Он не хотел верить очевидному. Он еще ндеялсь н чудо… Может быть, муж вспомнит о супружеском долге, и нглой бронессе придется выбирть другого пртнер…

Дльнейшие события потеряли четкость. Видимо, Эол, рсскзывя о тргедии уже выросшей Ксне, пострлсь збыть гнусные подробности.

Присутствие королевы, обычно рно покидвшей пиршеств, некоторое время сдерживло гостей, но потом вино и привычк сделли свое дело. Слуги потушили почти все фкелы, и в жрком полумрке погсли последние осттки рзум и приличий.

Кк в дурном кошмре, из бгровой полутьмы возникли то пьяня рож с отвисшей сльной губой, то дергющийся в скковом ритме зд, укршенный бнтом, то тускля тонзур священник, упвшего лицом в слт и выдувющего мйонезные пузыри.

А потом был звонкя пощечин, от которой полуобнження бронесс со свежим бгровым поцелуем н пунцовой шее поктилсь с королевских колен, и взгляд, удривший короля, полыхнул среди вкхнлии рзврт голубой молнией.

Королев упл н смом пороге зл. Ее супруг предпочел не выяснять, кто бросил нож, но Эол и не ждл королевского првосудия. В день похорон с бронессой случился удр. Стоя нд гробом, он вдруг зкричл диким голосом и упл н пол, пытясь дотянуться Рукми до спины.

С тех пор боли в позвоночнике, не прекрщясь ни н минуту, сделли из чувственной любовницы высохшую мумию. Промучившись шесть лет, бронесс постриглсь в монхини. Нстоятельниц монстыря пострлсь рспрострнить слух, что в стенх обители боли прекртились. Услышв об этом от Ксны, Эол только пожл плечми и покчл головой.

Но когд н прогулке в руке четырндцтилетней принцессы сверкнул кинжл и полные мрчного огня глз впились в проходящих монхинь, эльфийк остновил ее решительно и строго.

Бесед, последоввшя з этим случем, открыл Ксне всю сложность причин и следствий, действий и событий, поступков и воздяний. Олег порзил необычйно яркий обрз тысяч людей, ползющих по тонким нитям крмической путины, нпоминющей огромную трехмерную сеть. Эт сеть удерживл своих жертв рвнодушными клейкими путми, двил убийственными узлми, рзрывл н чсти предтельскими рзвилкми выбор.

И только отдельные лучи солнц пробивлись сквозь скользкие, липкие переплетения слов и взглядов, пдений и взлетов, рождений и смертей.

После того случя Эол последовтельно и осторожно вел девушку к вершинм понимния, стрясь не остудить богтств чувств космическим холодом Истины.

Олег был счстлив услышть от Ксны строки древнего поэт, предостерегющего молодых философов:

Тот, кто с детств уверовл в собственный ум,
Стл в погоне з истиной сух и угрюм.
Притязющий с детств н знние жизни,
Виногрдом не ств, превртился в изюм.

Эти слов, уложенные в особый ритмический рисунок, удивительно перекликлись со стихми, нйденными Олегом в тетрди отц. Ксн попросил прочитть их голосом, и музык слов слилсь с мгией мыслей:

Нищим дервишем ствши, достигнешь высот.
Сердце в кровь изорввши, достигнешь высот.
Прочь пустые мечты о великих свершеньях!
Лишь с собой совлдвши, достигнешь высот[2].

Ксн не знл, что ткое «дервиш», но з непривычным сочетнием звуков проступло что-то прямо противоположное сытой отрыжке дворц, зполненного роскошными снружи и оттлкивющими внутри придворными, прозябющего в пустоте повседневной скуки и потрясемого порзительно однообрзными и гнусными скндлми пьяных дрк и супружеских измен.

А потом Олег пел свои песни, и лес нполнился отзвукми и отголоскми. Ксне кзлось, что вокруг поляны собрлись неведомые существ, которые с любовью и бесконечным тлнтом вливют в музыку лютни свою собственную музыку. Когд Олег вдруг змолчл, прекрсня песня остлсь. Еще несколько долгих мгновений звенели ликующим весельем искристые, звонкие голос, венчющие шепот трвы и шелест листьев, тихий плеск воды и оргнные вздохи ветр.

— Это феи, — с улыбкой скзл Олег и после минуты теплой солнечной тишины зигрл быструю мелодию, проникнутую рдостью полет и полетом рдости.

Ручеек, бегущий через поляну, шептл Ксне о море, в которое он стремился. Он звл ее з собой в бесконечный сверкющий простор. И принцессе мучительно зхотелось стть белой стремительной птицей, несущейся нд бушующими в крмической ярости мутными волнми Нижнего Мир. Птицей, летящей вверх. Когд уствший от переживний воздух перестл светиться и солнце отпрвилось согревть влюбленных в Зпдном Пределе, н поляне бесшумно возник волк. Он был не крупным, но уже седым той блгородной ровной сединой, которя укршет некоторых полководцев и пожилых, умудренных опытом ремесленников.

Сдержнно кивнув изумленной Ксне, он устло улегся н теплом пригорке и стл деловито вылизывть передние лпы. Всем своим видом он двл понять, что, пок они здесь рзвлеклись, он пробежл не один десяток миль, д еще по лесу, д еще придвливя по пути не в меру быстрых собк. Его пепельня шкур потемнел от пот и в нескольких местх слиплсь подозрительными бурыми сгусткми.

Ксн мгновенно ощутил родившуюся в груди Олег волну блгодрности и любви, смешнную с чувством вины и угрызениями совести. И только через несколько секунд он понял, что именно сделл для них мохнтый собконенвистник.

Осторожно приблизившись, он присел нд волком, не решясь поглдить его влжную густую шерсть. Олег отложил лютню и вдруг окзлся рядом. Не прыгнул, не подбежл, именно окзлся. Чувствуя, что чудесм сегодня не будет конц, Ксн вопросительно вскинул брови, и юнош, лсково взяв ее руку, положил дрогнувшие пльцы н спину волк.

— Ему нрвится, когд его глдят прекрсные девушки, — с улыбкой скзл Олег.

«Конечно, — возник в голове принцессы чужой, стрнный, но милый ментльный голос, — должен же я хотя бы чстично ощутить, что чувствовл ты, пок я метлся по овргм и буеркм?»

Голос Bay отдлился и погс. Ксн нконец прикрыл сияющие счстьем глз и медленно зскользил в Стрну Грез, ведомя звучным, нполненным обертонми голосом:

И много будет стрнствий и скитний:
Стрн Любви — Великя Стрн!
И с рыцрей своих — для Испытний —
Все строже стнет спршивть он:
Потребует рзлук и рсстояний,
Лишит покоя, отдых и сн…
Но вспять безумцев не поворотить —
Они уже соглсны зплтить:
Любой ценой, и жизнью бы рискнули, —
Чтобы не дть порвть, чтоб сохрнить
Волшебную, невиднную нить,
Которую меж ними протянули…[3]

Слог 13

ПОЛЕТ ДРАКОНА

Лэйм

Великие Древние Горы

Поздний вечер

Когд Летт вынырнул из мутного водоворот боли, опсности рядом не было.

Тело почти не болело, лишь левя сторон шеи пульсировл прокушенной кожей. Неподлеку нходился кто-то очень большой, добрый, но ккой-то холодный и древний. Летт открыл глз. Небо нд ущельем подернулось зктным пеплом, недолгие сумерки сгущлись нд Великими Древними Горми.

Слев что-то светилось слбым рдужным светом. Девушк осторожно повернул голову и увидел дркон. Огромня голов н гибкой сильной шее был повернут в ее сторону, и глз под низкими крутыми ндбровьями переливлись всеми цветми рдуги. Гигнтский ящер лежл н теплых кмнях, спокойно вытянув хвост.

— Откуд у тебя этот меч? — рздлся спрв негромкий голос.

Резкий поворот головы отозвлся болью и головокружением. Сквозь внезпно выступившие слезы Летт увидел сидящего рядом юношу с крсивым открытым лицом и длинными, светлыми волосми. Н долю секунды ей покзлось, что это снов колдовской морок. Уж очень похож был незнкомец н стоившего ей стольких стрдний золотоглзого поэт!

Поз юноши был непринужденн и тк легк, будто он совсем не двил н землю.

— Почему я не почувствовл тебя, когд очнулсь? — с трудом выговорил девушк, с отврщением услышв свой тихий дрожщий голос.

— Мы, Эльдр[4], многое умеем, — улыбнулся юнош. — Нпример, двигться без шум и дышть без пыхтения, слышть через три стены и видеть з двендцть лиг.

Было видно, что эльф говорит почти не думя. Глз его с тревогой и зботой смотрели н Летту. И он был чем-то знят, кк будто слушл через три стены.

Н долю секунды девушке покзлось, что из его груди вытекет неясное голубое сияние. Зкрыв глз, он увидел тонкий спирльный луч, вливющийся ей в солнечное сплетение.

— Спсибо, ты спс меня. — Он блгодрно улыбнулсь. — А где этот? — Ее лицо искзилось гримсой отврщения.

— Его нет, — твердо скзл эльф, стрясь удержть дрогнувший от негодовния луч.

— Мне уже лучше. — Летт попытлсь приподняться.

— Нет, полежи еще немного. — Юнош придержл ее рукой, и зеленый кмень нд его лбом блеснул мягким искристым светом. — Тк откуд у тебя эльфийский клинок? — Он снов попытлся отвлечь ее от слдкой воронки энергии, тнцующей в глубине солнечного сплетения.

— Если ты пытешься скрыть от меня свою Рботу, то это тебе не удлось, — снов не отвечя н его вопрос, улыбнулсь девушк. — Мы, Девви, тоже кое-что умеем. И при дыхнии, кстти, не пыхтим.

Эльф тихо зсмеялся.

— Я не хотел тебя обидеть, — скзл он, приклдывя лдони к ее животу. Питющий луч постепенно погс. — Вижу, что тебе многое известно. Кк случилось, что ты не смогл победить суггест? — Он легко поднялся и протянул ей руку.

— Понимешь, он был необычйно силен, — соврл Летт. Перед ее мысленным взором снов возникло неподвижное лицо Олег, и по спине опять пробежл противня, ледяня волн.

Видимо, врг сорвл все зщитные знки. Тк или инче, но Летт почувствовл, что ее спситель, кк, впрочем, и его дркон, могут читть ее мысли, кк открытую книгу. Слбя волн протест возникл в ней, но срзу же погсл, рстворення блгодрностью и доверием. Тени зщитных знков, возникшие было перед ее глзми, снов уступили место ровному и яркому знку Солнц. И срзу же пришло знние.

Юношу звли Делон, его дркон — Эйб. Они птрулировли северную оконечность Великих Древних Гор. Снчл все шло кк обычно. Зтем в Урочище Нетопырей возник бой. Кто и с кем сржлся, Делон узнть не успел. Он только услышл волну грессии и несколько всплесков боли. Эйб, првд, утешил, что крови пролилось совсем мло, но не преминул зметить, что скоро будет горздо больше. Они уже собирлись полететь туд, но тут снизу покзлось рзгорющееся сияние эльфийского клинк.

— Возможно, ты знешь, — скзл Делон вслух, — что нши мечи смые лучшие чсовые. Стоит прислужникм Мрк хотя бы приблизиться к ним, кк клинок згорется тревожным светом. Именно поэтому мы не носим сплошных ножен.

Он покзл Летте свой меч, притянутый к седлу н дрконьей шее. Ножны были сплетены из серебряной проволоки и предствляли собой узорчтую сетку, укршенную смоцветми. Действительно, ткие ножны не скрыли бы сияние клинк, окжись рядом врг.

— Прежний хозяин твоего меч, — продолжл эльф, — видимо, долго жил среди людей и поэтому вынужден был носить обычные ножны. Пдя, ты успел вытщить клинок, и мы увидели свет тревоги. Суггест — хитрый врг. Он прикрыл тебя и себя непроницемым ментльным колпком, и, если бы не меч, мы улетели бы к Урочищу Нетопырей, не почувствовв ни твоей беды, ни его торжеств.

При этих словх Летт содрогнулсь от невольного ужс. Нет! В следующий рз он не попдется в подобную ловушку!

Сейчс, около мудрого, могучего дркон и спокойного эльф с лучистыми глзми, собственное поведение покзлось ей жлким и глупым. Броситься в объятия к первому встречному проходимцу, влдеющему гипнозом! И кк ловко он выбрл примнку! Видимо, обрз светловолосого менестреля все время плвл у нее н смой поверхности подсознния, и суггесту было несложно извлечь его. Пор с этим кончть!

Стря обид снов вспыхнул в душе Летты. Он, уходя, не позвл ее с собой и вот уже дв год бродит где-то в северных крях, поет свои песни, дрит свою любовь восторженным кухркм или припдочным тепличным принцессм, не умеющим смостоятельно шгу ступить!

— Этот меч достлся мне от мтери. — Непривычное слово длось с трудом, но Летт сделл нд собой усилие. — А ей — от моего отц.

Делон подсдил помрчневшую Летту н шею Эйб и легко вспрыгнул в седло позди нее. Кож дркон окзлсь неожиднно горячей. Летт почувствовл, кк упруго нпряглись бугры чудовищных мышц и огромные крылья рскрылись з ее спиной, кк гигнтский кожный веер. Эйб оторвлся от земли могучим прыжком. Сгустившяся тьм увжительно попятилсь, овевя лицо льстивым шепотом вечернего воздух.

В полете дркон, стремительно нбирющего высоту, было столько мощи, в рукх Делон, бережно обнявших ее, было столько нежности, что Летту охвтило рскяние. Ведь, если рзобрться, не пошл бы он с Олегом тогд, дв год нзд, ни з что не пошл бы.

Летт вспомнил, кким стрхом дохнуло н нее при одной мысли окликнуть его, уходящего вслед з своим диковинным волком. Это было невозможно предствить! Из-з чужк, д еще мужчины, лишиться покровительств Мтери Амзонок, покинуть мудрую и стрнно добрую Врну, явно отличвшую ее среди других ровесниц, оствить племя, уйти от всего, во что верил шестндцть лет, единственные шестндцть лет жизни!

В то время внешний мир предствлялся Летте зповедником грязных и жестоких смцов, истязющих слбых, збывших Мть женщин. Ей виделся мрчный лес, нполненный безумцми, лкющими унизить, подчинить, рстоптть достоинство, зствить стрдть девять долгих месяцев, когд тело перестет слушться и оружие влится из ослбевших рук.

Это предствление было нстолько сильным и устоявшимся, что добрый и лсковый Олег, терпеливый и нежный, до боли крсивый и стрнно печльный, ничуть не поколебл его. Просто обнружилось, что в этом мрчном, остервенелом мире есть один, только один, мужчин, достойный остться в живых.

В этом у Летты не было сомнений, когд н восходе солнц в соседних штрх пресытившиеся нсилием смцы вдруг проснулись от острой боли в горле и горячих толчков крови, орошющих волостую искуснную грудь. Услышв их хрипы, Олег вдруг извлек из тйник ритульный кинжл и подл его Летте рукояткой вперед. Он улыблся печльно и лсково, и ей почудилсь в его взгляде жлость, и, вспыхнув, впервые почувствовл он стыд з свое племя.

Волк появился неожиднно, но очень кстти. Инче ей пришлось бы смой рспороть полог и укзть мужчине дорогу к реке. Он знл, что в этом случе не смогл бы соврть Стршим Сестрм, требующим ответ: почему один смец сумел скрыться?

Првд, ей пришлось удриться головой о столб штр и притвориться оглушенной, но в глвном он не солгл: волк действительно схвтил ее зубми з руку, и мужчин действительно проскользнул вслед з ним в прорезнную ритульным кинжлом щель.

Вот только про его прощльный поцелуй Летт не рсскзл никому, дже Лике. Эт ночь отдлил ее от лучшей подруги, от Врны, от Стрших Сестер, д и от смой Мтери Амзонок. Трещин, обрзоввшяся в то утро, постепенно рсширялсь, пок не кончилсь Изгннием три месяц нзд…

— Это здесь, — скзл Делон, и Летт вдруг ощутил тмосферу нечеловеческой ярости, бурлящей под ними. Нклонившись впрво, он попытлсь увидеть происходящее в ущелье.

В прыгющем свете десятк фкелов метлись черные мохнтые силуэты, нвстречу им поблескивли холодными молниями мечи и копья.

Музык схвтки подхвтил Летту, зствив руку сжть рукоять меч. И все же он невольно вздрогнул, когд Эйб, издв боевой рев, ринулся вниз, в гущу свлки.

Подмирье

Спецсектор Промежутк

— Вот об етом я тебе, блбесу, и долдонил! Обрдовлся, возбудился, кк сосунок прыщвый! А тебе мечом серебряным поперек хребт — вжик, и будьте здоровы! Что, нтерпелся стрху-то?

— У-у-у, болит-то кк! Прямо будто меня смого нпополмки рзделли! У-у-у, гд остроухий! Кк это он блок преодолел, ? Ну скжи, Струмчик, ну че я ткой невезучий? Чуть порезвиться вскинешься, тк срзу серпом поперек промежности. И ведь тк все всегд зычно нчинется! А потом хрясь! — и хвост н шесть узлов. Ну чего склишься, кк телк проджня? Нет бы посочувствовть корефну?! «Я говорил, я предупреждл…» Вечно ты, Ушн погный, прв окзывешься. Зпдло, знешь ли! Я вот терплю, терплю, потом все Шефу и выложу! Если ты все зрнее знл, тк че ж не удержл меня глупого?

— Аг, тебя удержишь! Ты в вожделении ничего не слышишь и не хпешь. Только коленкми сучишь и здом вертишь. Д и ничего с тобой не случилось. Подумешь, поболит млость. Скжи спсибо, не дркон суггест схрчил. Вот бы тебе переживниев добвилось!

— Тк тм еще и дркон был? Ну мы впрямь попли! Не лямбд, тромбец шестимильный. Ндо к Шефу идти. Дркон — это совсем фигово!

— Лдно, полежи млость, оклемйся. Я пок догляжу, кк они крылнов долбть будут. Потом вместе мозговть стнем. Ндо кк-то из этого дерьм выход искть…

Слог 14

КРУГОВОЙ БОЙ

Лэйм

Урочище Нетопырей

Поздний вечер

Ночь стремительно опусклсь н Урочище Кшляющих Дрконов.

Нлившиеся чернотой тени нчли выплескивться из своих дневных убежищ, и мутня пелен полумрк, зтопившя извилистое дно кменной теснины, постепенно густел. Свет уходил куд-то вверх, туд, где з гребнями кменных стен еще лели последние лучи кроввого зкт.

Склы, остывя, слегк потрескивли, и кзлось, что с неб пдет невидимый и потому опсный грд.

Люди, стрясь не поддться ощущению ндвигющейся беды, тихо переговривлись. Сн выбрл себе место н вершине высокого утес, достточно широкого для мневр и достточно ровного для скользящих шгов кругового боя. Своих бойцов он рсствил в нишх под нвисвшими кменными выступми с тким рсчетом, чтобы нетопыри не могли нпсть сверху. Кроме того, позди кждой пры бойцов был укреплен фкел, который ндлежло зжечь при первой тке врг. Свет должен был бить нетопырям в полуслепые глз, в то же время помогя людям нпрвлять свои удры.

Когд Сн рзъяснил бывшим рбм, что и кк они должны делть, н их лицх впервые проступили улыбки. Действительно, в тких условиях преимуществ стремительных и мневренных нетопырей сильно уменьшлись и при определенном везении появлялись рельные шнсы дожить до утр.

Првд, решение Сн рсположиться н верхней площдке было встречено гробовым молчнием. Айсгрд, уже вполне опрвившийся от нокут, пытлся отговорить непредскзуемого монх, но безрезульттно.

Теперь Сн стоял в центре плоской вершины, сжимя в рукх свое любимое оружие — прные секиры «север—юг».

Последние отблески зкт погсли в быстро чернеющем небе, и в неподвижном воздухе зхлопли кожистые перепончтые крылья. Волн з волной черня нечисть изверглсь из пещер и гротов, взбивя воздух, кк мутный смертоносный коктейль.

Сн с некоторым облегчением почувствовл, что у вргов нет никкой особенной стртегии. Они просто жждли нброситься, впиться кривыми когтями в трепещущее мясо, прокусить ртерию и пить, сость, глотть терпкое, пульсирующее пойло…

Сн с отврщением ощутил, кк широкие псти, усженные острыми зубми, нполняются слюной и пищеврительным соком. Нетопыри почти не кричли. Они снов пытлись восстновить утрченный контроль нд горсткой обреченных бурдюков с питтельной жидкостью.

Сн, готовый к ментльной тке, нкрыл отряд рдужным коконом зеркльного блок, строить который он нучился совсем недвно и еще не имел возможности опробовть в рельных условиях.

Блок срботл.

Зеркло ндежно изолировло энергетические центры двух десятков homo sapiens, четырех мышей и одной змеи, свернувшейся где-то н уступе. Сн почувствовл не только облегчение, испытывемое людьми, но и восторг теплых серых комочков, впервые в жизни ощутивших себя в безопсности. Змея излучл удивление и недоверие. Он привыкл полгться н собственные силы и не хотел помощи ни от непрошеного друг, ни от врг, ни от смого Бог.

Почувствовв тщетность своих попыток, крылтые бестии зкричли зло и пронзительно.

Мыши, не понимющие, что происходит, збились в смые дльние углы своих нор, люди крепче сжли свою единственную ндежду — куски отточенной стли, вместившие в себя мудрость мстеров прошлого и восторги рхеологов будущего.

Сн знл, что нетопыри-мутнты горздо крупнее своих предков. Некоторые смцы достигли рзмеров крупной собки. Он прикинул средний вес нетопыря, помноженный н его скорость. Выходило не тк уж много. Ну, скжем, бросок волк или прыжок гиены. Вполне хвтит половины оборот н одну тврь.

Ствийский послушник крепче впечтл стопы в бзльт площдки. Тепля тяжесть потянул поясницу вниз. Отяжелевшие руки, до половины бицепс зкрытые кожными нруквникми, округлили плечи, бедр пружинисто сдвили бок несуществующего тигр. Сн последний рз обвел глзми пределы своего мневр. Мловто, но, кк говорил Девятый Птрирх: «Если помыслы чисты, хвтит площдки в четыре цуня».

Медленно и плвно он двинулся по кругу, чувствуя подошвми кждую шероховтость, кждую трещину.

Первый нетопырь поплся н нисходящего «дркон» левой секиры. Его обезглвлення туш удрилсь о крй площдки и остлсь лежть, нелепо изломв перепонки крыльев. Второй мерзко осклившийся вмпир всей своей мссой нпоролся н иньского «ястреб» и, хрипя перебитой шеей, сктился куд-то вниз.

Одн з одной серебристыми молниями вспыхивли и гсли волшебные тригрммы Первого Птрирх.

«Единорог читет книгу» — и черня тень, опрокинувшись, летит вниз, оствляя з собой шлейф боли и внутренностей.

«Медведь отгоняет пчелу» — и мохнтя голов с хрипом теряет верхнюю половину, кк спелый рбуз под неосторожным удром тяжелого деревенского нож.

«Ястреб кувыркется между деревьями» — и взмх секиры зствляет нетопыря кувыркться среди кмней, оствляя н них клочья кожи и осколки зубов.

Мысли исчезли, погсли чувств, пропло ощущение тел.

Мир стремительно врщлся, пропускя через себя потоки энергии, рождемые грмонией взмхов и шгов. Неистовые рскрывния и зкрывния пульсировли в бушующем смерче Восьми Тригрмм, релизуясь спонтнно и свободно, пустот и полнот игрли друг с другом в бешеном коловрщении кругов и спирлей, восьмерок и петель… Теперь нужно было только соответствовть этой, созднной трудми Великих Птрирхов рельности Б Гу, соответствовть до тех пор, пок не иссякнут куски черной жизни, бросемой в сверкющую мясорубку безжлостной волей Темных Иеррхий, пок не кончится божественное озрение и не вернется способность отделять себя от Бог, проклятя и блгословення способность Человек, Изгннного из Ря…

Мир остновился внезпно, кк змирет меттельный нож, с гулким стуком входящий в центр мишени. Глухой хлопок удр еще сотрясет лезвие, и рукоять, постепенно успокивясь, вибрирует, удовлетворенно улыбясь послвшей ее руке.

Сн стоял в «змее», опустив гудящие энергией руки. Кнт нтяжения, перекинутый через плечи, постепенно ослбевл, и сил, жждущя продолжения битвы, отступл к позвоночнику.

Мыши были живы, хотя и отчянно боялись. Почти все люди были рнены, но умерли всего трое. В левую щеку впилсь нгля сднящя боль и отчянно стрлсь болеть сильнее прокушенного плеч и рненой шеи. Рядом с утесом появились три незнкомых мозг, один явно нечеловеческий.

«Тогд считть мы стли рны, товрищей считть…» — рздлись вдруг в мозгу слов незнкомого поэт. Ткое с Сном случлось чсто. Откуд-то из глубин приходил музыкльня тем, или кртин, или строчк непонятной песни. «Откуд и почему, я не зню, д я тут и ни при чем!» — послушно выдло подсознние. Юнош ощутил могучую волну энергии, пришедшую с этими словми, и пордовлся встрече с еще одним незнкомым, но, безусловно, великим человеком.

Сн нмеренно не спешил встретиться глзми с дрконом, который уже несколько минут пытлся поздоровться и вырзить свое восхищение. Всегдшняя осторожность ствийского воин нкрыл мозг мскировочной ментльной сетью, и теперь он снружи ничем не отличлся от обычного серого веществ в голове обычного серого человек.

Ночь, очищення от нечисти, стл горздо светлее. Яркие южные звезды восторженной толпой обступили ослепительно белый лик ночного светил, слегк подпорченный темными впдинми глз и беззубой усмешкой Лунного Демон.

Сн двно зметил, что нд человеком, выполняющим внутреннюю рботу, небо очищется. Когд восемь стрших мстеров во глве с Нстоятелем выполняли ритульное То Пяти Преврщений, дже тяжелые дождевые тучи покорно рсступлись, открывя высокое, зовущее неземным светом Небо.

«Тебе все-тки придется спуститься. Ведь не собирешься же ты торчть здесь до утр», — явилсь вдруг непослушня мысль, и Сн нконец понял причину своей нерешительности. Внизу, рядом с дрконом, был он. Приподняв крешек зщитной сети, юнош уловил увжение и любопытство. Но, увы, об этих чувств приндлежли коллеге по боевому искусству. Истинно женскя половин девушки горздо больше симптизировл высокому эльфу, стоящему рядом с ней.

«Эльфы неслышно ступют и прыгют с большой высоты», — подскзл пмять.

Учитель вряд ли одобрил бы мльчишескую выходку любимого ученик. Но фигур в желтом одеянии, долгое время стоявшя неподвижно, вдруг вспорхнул с вершины кменного утес высотой не менее пяти человеческих ростов. Приземление получилось не тким эффектным, кк хотелось бы. Сну удлось погсить инерцию чудовищным усилием бедер, но под носок левой ноги подвернулся неустойчивый осколок бзльт, и лишь учтиво подствленный дрконий хвост позволил сохрнить првильное положение.

— Я блгодрю тебя, — Сн склонил голову, з последние несколько дней покрывшуюся жесткой щетиной волос.

Дркон утробно рыкнул, что долженствовло ознчть: «Не стоит! С кем не бывет!»

— Д пребудет с тобой Ств! — Эльф поднял руки в ритульном приветствии. — Меня зовут Делон. Мы с Эйбом и Леттой были свидетелями твоего боя. Круговя техник очень впечтляет!

— Я умею только то, чему меня нучили нствники, — Сн слегк улыбнулся Делону. Было удивительно приятно чувствовть гордость з свою школу, з своих учителей и з себя, сделвшего то, что должно.

— «Я видел тк длеко только потому, что стоял н плечх гигнтов…» — скзл вдруг девушк кким-то особенным, отстрненным голосом.

Он некоторое время слушл отголоски своих слов, зтем, неуверенно переводя взгляд с монх н эльф, спросил:

— Это скзл кто-то из великих?

Видя, что они молчт, он пожл плечми и, кк бы опрвдывясь, зговорил:

— У меня иногд бывют внезпные озрения. Кк будто кто-то вклдывет в голову чужие мысли. Иногд мне кжется, что я уже жил однжды. Где-то в другом, более блгополучном мире…

Видя, что эльф здумлся, Сн зговорил, тщтельно взвешивя слов:

— Я тоже испытывл подобное чувство. Последовтели Ствы верят, что люди рождются многокртно в рзных телх и под рзными именми. Нше Рождение произошло не двдцть и дже не тысячу лет нзд. Срок ншей истинной жизни не измерить солнечными чсми. Для этого нужен иной, звездный инструмент. Д и что может скзть о вечности ббочк-однодневк?

Эйб, не совсем понимющий этого философского диспут н поле битвы, попытлся деликтно кшлянуть. Сн и Летт одинково резким движением повернули голову н звук. Увидев их мгновенно преобрзившиеся фигуры, Делон рссмеялся рдостно и совсем не обидно:

— Вот теперь я окончтельно понял, что мне пор уходить из Погрничного Дозор. Глядя н вс, друзья, трудно считть себя опытным воином. Прежде чем мы рсстнемся, я хотел бы попросить вс дть мне несколько уроков.

— Ты, конечно, шутишь? — Летт посмотрел н эльф с легкой укоризной. — Чему могу нучить тебя я, еще чс нзд ни н что не способня?

— Кроме того, — в свою очередь вступил Сн, — я слышл, что в поединке н мечх смертный всегд уступит эльфу, кким бы искусным он ни был.

— Тк говорил твой Учитель? — спросил Делон, пристльно глядя ствисту в глз.

— Нет! Он ткого скзть не мог. Мысль о неминуемом поржении — это уже смо поржение!

— Почему же тогд тк говоришь ты?

Пуз повисл нд Сном, кк промежуток между молнией и громовым рсктом.

Медленно опустив взгляд, послушник склонился перед эльфом.

— Видишь, не ты, я получил сегодня урок.

— Ндеюсь, ты все же не откжешь мне в поединке? — Делон снов улыблся, озорно блестя золотистыми эльфийскими глзми. — Днем, когд мы все отдохнем, — быстро добвил он, видя нпружинившиеся плечи Сн.

«Никто тебе не друг, никто тебе не врг, но кждый человек тебе Учитель…» — тихо скзл Летт, глядя вслед стрнному монху, который, несмотря н свое несомненное мужество, боялся встречться глзми с девушкми.

Подмирье

Спецсектор Промежутк

— Д-. Остроухий н дрконе — это не шутк. Это, я тебе скжу, целя куч дерьм! Обоим нм с головкой д и рогми в придчу. Прямо Войн нзревет. Если нужно будет этого Стрж кончть, то без пры ррругов и взвод троллей ни з что не спрвиться. Д и с ними в внгрде придется потеть кроввым потом. Через все дырки. И дырок к концу рзборки сильно поприбвится. Че молчишь, Лупоглзый?

— Дык, я че? Я, кк ты. Живот вот что-то брхлит. И поясницу ломит. Я тк мыслю: Войн — это не про нс. Это пущй сильники бодются. Мы с тобой для других делов делны! Кк бы нм с етой лямбды соскочить, , Струмчик?

— Тут ты, Твур, прв. Крылны н Лысого дуром поперли. И где они теперь? Все склы вокруг тушкми усеяны! Слушй, здорово он их! Хоть он и гд и н лысину его смотреть тошно, но ведь хорош был? Просто смерч ккой-то, не руконогий! Я бы хотел тк выучиться! Я ведь в детстве о Спецкомнде мечтл… Но кк он их! Крсот, д и только!

— Ты, Ушстый, вовсе сбрендил. Он нс, можно скзть, опять зствил сопли жевть, ты им восхищешься! Слово-то ккое противное выискл: «крсот»! Это где ты слышл ткую гдость? Сволочь твой Лысый, Рспроклятый эйнджел и мрзь руконогя! Он доигрется, нплюю н все прикзы, см нверх вылезу, подберусь ночью и шильцем в печень. И сдохнет, сдохнет, сдохнет!

— Охолони, Лупоглзый! Збыл? В собственном теле нм нверх никк нельзя! А ну кк он твою лпку с шильцем н полдороге перехвтит? Он же тебя н медленном огне жрить нчнет, и ты все стремительно вывизжишь. И про Зкз, и про Его Смость, и про Смого со товрищи. Тут уж тебе смертью не отделться! Будешь по Дну н брюхе ползть. Вернее, н том, что у тебя тм остнется! Первейшее нше првило: нверх только в кзенных телх!

— Д я секу, не боись, это я тк, покипел млость… Но смыться из ткой истории не мешло бы. Чую я, мы с тобой в этой игре вроде рзменной монеты. Чуть что, от нс все откжутся — и тютьки, суши копыт! Может, нм нверх зпроситься? Вроде н передовую, героев из себя покорчить, тм зтеряться ненроком н времечко. Потом появимся после всего, соврем что-нито Шефу. Он, конечно, поорет, погромыхет и утихнет. И нстнет у нс опять прежняя рзвеселя жизнь!

— Ты, Лупоглзый, после приступ стрх нчинешь быстро сообржть! Я эту мысль уже двно думю! Уже и тельце себе новое зкзл. Модель О-13. Помнишь?

— Кк не помнить! А зычно мы тогд порезвились! Кк щс перед глзми твоя чешуйчтя хря с клыкми поперек губ. Орк в ншем положении — смое то. Бегет шустро — рз, прячется в склх прехитро — дв, жрет что попло — три, свет не боится — четыре! Мне не додумлся тельце зкзть, , прозорливец ты нш?

— С тебя мгр, Лупоглзый! Зкзл и тебе. Я воще-то без тебя нверху скучть нчиню. Дурь всякя в голову лезет. А ты под ухом болбочешь — и лдненько…

— Вот спсибочки, Струмчик! Всегд знл, что не кинешь кореш н произвол. Ты небось уже скумекл, кк нм от нблюдения уйти? Ведь кк только мы — нверх, тк сюд к шру кого-нибудь из слухчки кинут. А то и см Шеф сядет попялиться. Ему лямбд нш вроде Двор Зрелищ. Он небось и щс у себя в кбинете о нс думет. Слушй, не может он нс слышть?

— Не! Спецсектор — вещь хитря. Отсюд видно и слышно, сюд — хрен! Инче предсмертники нс уж точно зсекли бы! Короче, сейчс глопом к Шефу! Кипим гневом, жждем пометить и рвемся в бой!

Слог 15

ЛЕСНАЯ НИМФА

Лэйм

Северное Чернолесье

Утро

Тумн невесомыми струями льнул к воде, пытясь объясниться ей в своей вечной любви. Рек в ответ молчл, с нежной улыбкой глдя его рстрепнные космы. Он молчл о том, что любовные союзы между близкими родственникми невозможны, что нужно покориться судьбе и ндеяться н почти невозможное стечение обстоятельств, когд любимые черты воплотятся в другом, длеком и совсем не родном человеке, которому суждено стть роднее, чем брт.

Виол снял плтье и, отбросив грустные мысли, осторожно спустилсь к воде. Трв лсково щекотл кожу ног, пропитнный влгой воздух вливлся в живот, рстворяя тело, поднимя душу и гся грусть.

Привычный, но от этого ничуть не менее опьяняющий восторг рзлился по коже, рстекясь по пояснице, бедрм и животу, поклывя пльцы, соски и губы. А потом вод принял рзгоряченное тело, лскя его прохлдными лдонями, нполняя своей древней, могучей силой и еще более древней космической мудростью.

Встреч с рекой двно стл для Виолы необходимой. Неширокя и небыстря, рек плвно несл свои волны среди могучих дубов Чернолесья, дря душе покой и чистоту, телу нслждение и силу. Рек любил Виолу.

Кждый рз, подходя к подвижному, живому зерклу, девушк слышл лсковые обрзы, рождемые большим и добрым существом, которое нполняло воду своей жизнью. Ббушк нзывл его Стихилью Лесной Реки и рдовлсь, что Виол тоже слышит его. Ббушк говорил, что Стихили зселили плнету здолго до людей и что в Чернолесье их обитет не меньше двух десятков.

Кроме Лесной Реки Виоле удвлось услышть огромную и серьезную Стихиль Лес — Мть всех деревьев — и небольшую и смешливую Стихиль Трв и Цветов, зовущую повляться н душистом ковре и всегд готовую одрить ягодми и грибми.

Кроме них слышлись иногд ворчливые мыслеобрзы Лесной Почвы, жлующейся н обилие червячков и личинок, древесных корней и звериных нор. Виол знл, что з этими жлобми Стихиль Недр прячет свою миллионолетнюю любовь. Рботя в огороде, девушк чсто ндолго остнвливлсь, погрузив руки в рыхлую, теплую почву, пхнущую прошлым посевом и будущим урожем.

Но жили в Чернолесье и другие. Обширня и недобря Стихиль Болот лелеял гнилые трясины и вязкую, вонючую грязь. Он покровительствовл уркусм — существм в высшей степени неприятным и коврным, чья вечно грязня чешуйчтя кож никогд не видел чистой воды, покрытые болотной слизью души ничего не знли о Добре и Свете.

Суровый и отчужденный Дух Железной Гряды, отделяющей Чернолесье от Клеверной Пустоши, не вступл ни в ккие рзговоры, но мог неожиднно звлить своды пещеры или обрушить кмнепд.

Были и другие, но их Виол не знл. Он лишь ощущл великое рзнообрзие Жизни, ее могучую и слдостную энергию, объединяющую Все и Вся в вечном круговороте Изменений.

Выходя из реки, девушк еще рз ополоснул лицо живительной влгой и всей кожей принял приветствие Лесного Воздух, который если и не был стихилью, то все же, без сомнения, был дружелюбным и живым.

А потом Виол почувствовл взгляд.

Взгляд этот был пристльным и недобрым. И еще в этом взгляде постепенно проступл сытя и безудержня похоть. Поежившись, девушк подхвтил плтье и попятилсь нзд к реке. Кусты в десяти шгх зтрещли, и н поляну ввлился высокий толстый мужчин в спогх со шпорми и коротким охотничьим мечом у пояс.

— Ты куд?! — не тртя времени н приветствия и комплименты, гркнул он. — А ну стой!

И срзу ринулся н Виолу умелым броском бывлого мродер.

Првд, до сих пор он, видимо, имел дело с другими жертвми.

В последний момент девушк скользнул под готовую схвтить руку и, окзвшись з спиной мужчины, коротко пнул его пяткой в копчик. Не удержвшись н невысоком, но крутом берегу, охотник с громким всплеском рухнул в воду.

Одевясь, Виол почувствовл, кк Рек вымывет из пришельц крсную ярость и орнжевую стрсть, вливя вместо них желтую деловитость и изумрудный юмор.

Мужчин, видимо см удивленный своими эмоциями, грубо и рсктисто зхохотл. Выбирясь н берег, он успел помянуть всех святых, ткже егеря с его бочонком, из-з которого «проклятя девчонк» устроил ему купель. Остновившись перед Виолой, он подбоченился и выствил вперед обширное брюхо.

— Ну, девк, ты меня рзвеселил, — скзл он, но было видно, что веселье с кждой секундой улетучивется из его темной и грязной души.

«Мксимум через минуту он примет свое естественное состояние», — уловил Виол чью-то мысль. Крем глз он увидел чуть шевельнувшиеся кусты и понял, что это Bay. С тким прикрытием бояться было решительно нечего. И Виол остлсь н месте, откровенно рзглядывя мокрого, покрытого ряской высокородного господин.

В том, что это «блгородный», у нее не оствлось сомнений. Золото шпор, грубость речи и избыток вес явно свидетельствовли о высоком положении и немлом досттке.

Толстяк обтекл, с недоумением прислушивясь к процессм, происходящим где-то внутри его не привыкшего к смосозерцнию тел.

По мере того кк прохлд збирлсь под мокрую одежду, происшествие кзлось ему все менее збвным. До него постепенно дошло, что вместо того, чтобы бежть без оглядки от его мести, «проклятя девк» все еще стоит перед ним, бесстыдно выствив обтянутую мокрой ткнью грудь и высоко подняв свое смзливое личико. Быть объектом изучения он не привык. Дже король никогд не выдерживл его взгляд и нчинл нервно теребить бороду. А эт пиглиц смеет стоять, выпрямив спину! И это после того, кк посмел пнуть его ногой в…

— Ах ты тврь! — взревел он. — Ты сейчс узнешь, что делет с ткими шлюхми брон Амбруз Ле Кмпф!

Он успел сделть лишь один шг. Н втором, прямо в воздухе, перед его лицом возникл ощерення волчья псть. Зубы хищник клцнули в ткой близости от бронского нос, что он непроизвольно отпрянул нзд, зслонившись рукми. Ноги при этом сделли третий шг вперед, и грузное тело, поскользнувшись, рухнуло нвзничь.

Н этот рз Виол не стл дожидться продолжения и обернулсь только н крю поляны.

Брон пытлся подняться, одновременно отмхивясь от остервенело рычщего Bay. Трв и грязь летели клочьями, и Виол пордовлсь, что негодяю опять придется спускться к реке, чтобы не стть посмешищем в глзх своих холопов.

Bay, отпрыгнув, припл к земле. Брон, нконец, поднялся н ноги, вытщил меч и знял оборонительную позицию. Когд Bay прыгнул, брон вложил в удр весь свой вес. Он, конечно, не мог предвидеть, что серый хищник исчезнет з долю секунды до того, кк холодня стль согреется лой кровью, и, увлекемый силой своего удр, упл н четвереньки.

Виол успел зметить свежую прореху н его обширном зду.

Звонкий девичий смех рзбудил птиц, притихших от волчьего рык, и лес вволю нтешился нд окончтельно ошлевшим броном.

Ндмирье

Внешнее Снитрное Кольцо

Чс Млинового Контрльто

— Молодец, девчонк. Ну прямо вылитя ты! Нырок под руку и пинок в корму! Клсс!

— Корм — это нижняя чсть спины?

— Аг. Древние греки в Теллусе нзывли это место «федрон». Клссно звучит, првд?

— Спсибо, конечно, что пытешься меня рзвеселить. Не волнуйся, я в порядке…

— Эт хорошо, эт здорово! Но мой интерес к проблеме федрон не случен. Восточные мудрецы утверждли, что по положению тз легко предугдть следующее движение противник в рукопшном бою. Я сейчс все мнемозписи по боевым искусствм Лэйм из рхив перечитл, пытюсь подготовиться к неожиднностям. Хочешь, вместе потренируемся?

— Кк ты это себе мыслишь? Здесь у нс ни вес, ни тяжести.

— А кто тебе скзл, что мы будем тренировться здесь? Я зову тебя н тренировку тм…

— Ты серьезно? А кк отнесется к этому Учитель?

— Но должны же мы стремиться к Совершенству? Тренировться, тренировться и тренировться, кк учил Великий Не Помню Кто. Смовольный спуск вниз, конечно, проступок серьезный, но ведь молодежь то и дело туд шстет. Помнишь, где мы с тобой познкомились?

— Я-то помню. Но тут другой случй. Учитель ведь специльно попросил нс во всем с ним советовться. После этого то, что ты зтеял, прямя ложь. Третья зповедь! Не лги! «Солжешь Учителю — солжешь кому угодно!»

— Но он же рзрешил нм Нблюдение! Предствь: смотрим мы с тобой, смотрим и видим, что Темные вконец обнглели и ребятм без нс не спрвиться. Мы подчиняемся минутному порыву и ввязывемся в потсовку. А чтобы избежть Золотой Волны, используем тел из личного зпсник…

— Вот-вот. Случйно в кустх окзлся рояль, белый, концертный, нстроенный в ля-миноре. Тебе не стыдно?

— Ты, конечно, прв, кк всегд… Ну не могу я больше сверху взирть. Меня вниз тянет со стршной силой! Три четверти меня уже тм. Ну что мне, осьмушке неприкянной, здесь н облкх делть-то? В Птруль не берут. К прктикнткм, опять же, не пускют. Вроде инвлид-пенсионер. Прозябние ккое-то!

— Единственный путь — убедить Учителя в необходимости ншего учстия в событиях внизу. Я тоже чувствую, что мы тм пондобимся. И тело эльфки-лучницы у меня уже готово… Двй ищи ргументы, д повесомее. Не федроном думнные.

— Слушю и повинуюсь, госпож эльфк! Но позволь зметить, что по чсти доводов и ргументов мы, гномы, не тк уж сильны. Нм бы чего попроще. В рыло тм кому или по шее…

— Кк в той песне: «кроме мордобития — никких чудес»

— Вот-вот, клянусь бородой Дьюрин!

Слог 16

ВЗАИМОПРОНИКНОВЕНИЕ

Лэйм

Великие Древние Горы

Вечер

Летт чувствовл, что нрвится Сну. Молчливый и внимтельный, ствист двиглся неслышным пружинистым шгом, зорко следя з стенми ущелья.

В трудных местх, где приходилось перебирться через звлы или перепрыгивть трещины, он окзывлся рядом и был готов в любой момент окзть помощь.

В том, что эт помощь может быть действенной, Летт не сомневлсь. Еще позвчер ночью, когд черные тени нетопырей метлись в неровном свете фкелов, молодую мзонку порзил смертельный тнец н вершине утес. В тот миг ей покзлось, что у незнкомого мстер, крошщего нетопырей, не две, не четыре, по меньшей мере восемь рук, вооруженных сверкющими лепесткми.

И потом, когд ствийский послушник фехтовл с Делоном, Летт невольно злюбовлсь его мгновенными и одновременно плвными движениями. Его техник был не просто очень хорош. Он блистл той восхитительной свободой творческой мысли, которую не могут воспитть ни пять, ни дже десять лет тренировки, дют только врожденный тлнт и нитие свыше.

«Кто см идет, кого Бог ведет», — послушно выдл пмять неизвестно где и кем скзнную фрзу.

Одно было плохо: з все это время Сн ни рзу не зговорил с ней. Он вежливо и немногословно отвечл н вопросы, но по-прежнему избегл ее взгляд.

Снчл это слегк рздржло осторожную мзонку. Но потом, когд Делон безуспешно пытлся нщупть брешь в ее веерной зщите, Летт увидел в глзх Сн ткое восхищение, что оступилсь и пропустил безобидный прямой выпд. И хотя молодой воин снов спрятлся з мской монх, откзвшегося от всего земного, многое стло видеться девушке в ином свете.

Они отдыхли целый день. Бывшие рбы были сильно истощены, и Эйбу с Делоном пришлось слетть з продуктми к сторожевой бшне Погрничного Дозор. Летту звли с собой, но он откзлсь. Ей пок нечего было скзть своим родичм — эльфм, в существовние которых он еще три дня нзд не очень-то верил.

Нетопыри пнически боялись дркон и не рискнули повторить нпдение. Утром следующего дня, попрощвшись со всеми, Сн и Летт двинулись в путь. Несколько рз во время коротких привлов девушк зтылком чувствовл мощную волну нежности и преклонения, исходящую от молодого воин. Чувств, рождвшиеся в эти мгновения в груди Летты, были нстолько ярки и незнкомы, что мленькя воительниц нчл сомневться в своей готовности вступить в Обитель Пяти Стихий.

Нечто, рзбуженное светловолосым менестрелем дв год нзд, окончтельно проснулось и зявляло о себе пунцовым румянцем и слдкой истомой, рзливющейся в крови от осознния простой истины, что любя девушк должн быть любим.

Они остновились у источник, мленьким водопдом сбегвшего по стене и питющего небольшое озерцо. Сн нполнил чшу, рсписнную голубыми дрконми, и подл Летте. Их руки и глз н секунду встретились, и эт секунд вдруг превртилсь в вечность.

Медленно-медленно Летт поднесл чшу к губм. Мягко и лсково, глоток з глотком, вод стекл в живот, нполняя его щемящим чувством зрождющегося желния. Все это время они не отрывясь смотрели друг н друг, и прострнство, рзделяющее их тел, беспокойно здвиглось, кк будто понимя всю неэтичность своего присутствия.

Неожиднно открывшимся стрльным зрением Летт видел сверкющие всеми цветми рдуги урльные ореолы, окружющие их головы. Он видел, кк медленно и неотвртимо рскрывется голубой цветок бодхител, сливя дв ореол в один, бесконечно прекрсный и щемяще неповторимый Хрм Любви.

Звороження чудесным зрелищем, он протянул недопитую чшу Сну. С почти священным трепетом он принял волшебный нпиток и осторожно прижлся губми в том же месте, где и он минуту нзд.

При этом он не отрывл глз от лиц Летты и сделл это интуитивно, безошибочно чувствуя тепло и слдость девичьих губ. Сердце Летты нполнилось ликовнием. Ей кзлось, что он уже много лет знет этого черноглзого сильного юношу с упрямо сжтым ртом и четким, будто из кмня высеченным подбородком. Он дышл его воздухом, чувствовл его рецепторми, смотрел его глзми. Не в силх выдержть лвину чувств и мыслей, прорввшуюся к ней из его уры, Летт нчл медленно оседть и срзу же почувствовл его руки, крепкие и нежные, и в первый рз в жизни позволил себе потерять сознние…

Он очнулсь н ложе из мелкой кменной крошки. Сн сидел рядом в позе, живо нпомнившей Летте сттую Ствы в чсовне н крю Горелой Пустоши. Его глз были зкрыты, в уголкх губ прятлсь спокойня и лсковя улыбк. Летт хотел здть вопрос, но не успел. Ответ вошел в сознние мгновенно, но вежливо, кк все, что делл Сн.

«Когд мы прощлись с Делоном, он рсскзл мне про суггест и предупредил, что ты можешь неожиднно терять сознние».

«А он не скзл, кк долго это будет продолжться?»

«Он удивлялся твоей силе. Девять из десяти смертных не пережили бы ткой встряски. Он просил передть тебе вот это».

И в созннии Летты возник проникнутый весельем и рдостью голос Делон:

«Мленькя воительниц! Я рд, что случй дл мне возможность узнть тебя. Думю, ты и рньше догдывлсь, что мы родственники. В твоих жилх струится эльфийскя кровь. Я хорошо зню твоего отц. Он сейчс длеко, н Южном Архипелге.

Если ты првильно спросишь, твоя кровь см нзовет тебе его имя. Может быть, ты дже увидишь его. Упржняйся в Боевом Искусстве, и Путь откроется перед тобой во всем своем великолепии. Способности, скрытые в тебе, глубоки и рзнообрзны. Не все они от эльфов. Что-то изменилось в Междуречье. Все чще мне встречются тлнтливые смертные с рскрытыми глзми и чкрми. Боюсь згдывть, но, может быть, Демиурги ншли нконец средство Спсения. Нш друг Сн ничем не уступет мне, эльфу, ведущему свой род от Перворожденных, ведь в нем нет ни кпли эльфийской крови! Он поклялся сопровождть тебя до полного выздоровления. Прошу тебя, прими его помощь. Д помогут тебе небо и твой волшебный клинок! Дорогу осилит идущий!»

Летт открыл глз. Солнце уже скрылось з гребнем стены, но небо еще сияло глубокой и яркой голубизной. Небо Великих Древних Гор. Небо Лучезрной Долины. Небо Родины.

Конечно, он догдывлсь. Догдывлсь, что Врн не просто ее учитель, но и мть. Тйн рождения, жестко соблюдвшяся в племени, зпрещл колдунье скзть Летте об этом прямо. Но, пользуясь своим привилегировнным положением, Врн могл позволить себе мимолетную лску или зботливое слово. Все это происходило недине, но именно в силу своей необычности зпоминлось ндолго.

Амзонки не вскрмливли своих детей. Для этого в ихних пещерх существовли специльные кормилицы. Им, зхвченным при нбегх, был дровн жизнь.

Пок не иссякнет молоко.

Некоторые из них жили в пещерх десятки лет, но никогд не видели выкормленных ими девочек. С двухгодовлого возрст юные Девви воспитывлись в специльных группх и предствлялись племени лишь через шесть лет после рождения. З это время мтери пытлись збыть беременность и роды, кк кошмрный сон.

Конечно, внешнее сходство оствлось, но говорить о нем было строжйше зпрещено. Все Девви были дочерьми Великой Мтери и никких других мтерей не знли и не хотели. По крйней мере по официльной версии.

Н смом деле в своей среде девочки гордились сходством со взрослыми сестрми. Лик, нпример, был совершенно избвлен от чсто повторяющихся споров о мтерях. Голубые глз и черные кк смоль волосы были только у Теллы — военного вождя племени. Гордость з мть сверкл во взгляде юной Девви постоянно, несмотря н все зпреты и предрссудки. Любовь же Теллы проявлялсь лишь в повышенной требовтельности и жесткости. Летт помнил горькие слезы любимой подруги после первого дня Посвящения, когд Телл безжлостно зствлял Лику снов и снов пдть со скользкого бревн, высоко поднятого нд противной грязевой лужей.

Летте было и сложнее и проще одновременно. Сложнее потому, что золотоглзя и белокуря девочк ничем не нпоминл смуглую Врну с рно поседевшими волосми и пронзительным взглядом крих недобрых глз. Но именно отсутствие сходств позволяло им чще встречться и иногд дже подолгу бывть недине. Теперь Летт понимл, что Врн признл в ней дочь без всяких мгических опытов. Просто отец девочки был эльфом. Единственным з многие годы свершения Обряд. И он не умер. Тоже единственный из всех.

Вторым был Олег. Только сейчс Летт понял презрительные взгляды стрших сестер и изумленно-испугнные глз Врны. «Яблочко от яблоньки недлеко пдет». Дже если бы в долине Великой Реки росли эти смые яблоки, в племени Девви не могл бы появиться ткя поговорк.

«Ну вот, теперь я по крйней мере зню, откуд берутся эти чужие слов», — с облегчением подумл Летт.

Тело приятно покчивлось н энергетической подушке, обрзоввшейся в месте слияния спины и земли. Рсплвленные кости и рзмягченные мышцы пропитлись прной, устлость и боль улетучились, уступив место жркому дыхнию основы мир.

Воспоминния уже не вызывли тоскливого чувств одиночеств, оторвнности от корней и истоков, от своего нрод и своих богов. Ибо збрезжил высоко в небе Лучезрня Долин и летел где-то нд ней мудрый дркон с улыбющимся эльфом н спине.

«Спсибо, мне горздо лучше», — скзл Летт, не рзмыкя губ.

«Я зню», — пришел ответ, проникнутый зтенной рдостью и предчувствием неведомого.

«Почему мне кжется, что я тебя зню очень двно?»

«Думю, потому, что уже дв год твой обрз преследует меня в снх и медитциях, в минуты опсности, печли и рдости. Помнишь ли ты схвтку в тихой зводи Великой Реки, когд шесть женщин тковли одну юную девушку с яростным прищуром золотых глз и крсной лентой вокруг прекрсной белокурой головки? Я был тм».

Летт невольно открыл глз. Мыслення речь немногословного монх был нсыщен обрзми и смыслми.

Сн сидел в той же позе, и улыбк н его лице сиял все тем же згдочным светом внутреннего зрения.

«Это было чстью обряд Совершеннолетия. Мне приятно, что ты видел меня тогд». — Летт осторожно сел. Онемевшие в глубоком рсслблении мышцы требовли нпряжения.

«Тебе действительно понрвился мой бой?» — Он хотел услышть еще один комплимент, но Сн молчл. Ни один мускул н его лице не дрогнул. «Сттуя, не человек», — подумл девушк с легкой обидой и потянулсь с грцией хорошо отдохнувшей дикой кошки. Серия негромких щелчков отметил включение суствов. Юнош по-прежнему не двиглся.

— Тк. Знчит, не хочешь меня змечть? — принимя его игру, вслух скзл Летт. И резким движением послл руку в тку. З долю секунды до звонкой оплеухи желтый блхон сдвинулся в сторону, и лдонь провлилсь в пустоту. Нечто стремительное метнулось к левой щеке Летты, и он, припв к земле, пропустил нд собой ногу в мягкой ствийской тпке. Через мгновение они уже стояли друг нпротив друг, и рдость игры солнечными зйчикми светилсь н их лицх.

Сн сбросил нкидку и остлся в ткой же, кк у девушки, короткой тунике без руквов, почти не скрыввшей мускулистого смуглого тел.

Мягким прыжком Летт перелетел н небольшой островок зеленой трвы под южной стеной. Нвисший крниз оберегл этот озис от безжлостного солнц, близость воды нсыщл воздух живительной влгой.

Ответный бросок Сн окончился беззвучным перектом и молниеносной ткой. Летт, слегк отклонившись, пропустил его руку и, покзв удр в голову, провлилсь в зднюю сметющую подсечку. Юнош опрокинулся н спину, имитируя поржение, но его ног коврно взлетел вверх, прямо в лицо выпрямлявшейся мзонки. В последнюю секунду он успел всунуть в исчезющую пустоту првую лдонь и, отбросив ткующую ногу, удрил вниз левым кулком.

Это было ошибкой. Рук угодил в зрнее приготовленный опрокидывющий скрестный блок, и Летте пришлось сильно оттолкнуться, чтобы успеть отктиться до того, кк добивющя ног припечтет ее к земле.

Он пружинисто вскочил, с удовольствием глядя н широкий веер ног ствийского бойц, взлетевшего вверх вихревым движением, ввинчивющимся в небо.

«Черный дркон обвивет столб», — возник в ее созннии вежливый комментрий, и, беззвучно крикнув: «Дикя кошк бросется в тку», Летт метнулсь вперед.

Н долгие-долгие минуты они рстворились в круговороте стремительных тк и не менее стремительных уходов, в спирлях силы, ищущих и не нходящих цель, и провлх пустоты, возникющих кк черные вспышки в сверкющих волнх неземного плмени Ян…

Они были едины, кк две руки одного тел, кк дв пльц одной руки. Созвучия и соответствия зменили мысли и чувств. Исчезл мзонк-изгннниц. Исчез ствийский послушник. Они не имели имен, не имели желний, не имели себя. Они не имели ничего. И не понимли, кк может быть инче.

Они были едины… И когд тел неожиднно прижлись друг к другу, могучее чувство рвновесия зхлестнуло слившиеся сердц.

«Я есть ты. Ты во мне, я в тебе. Мы вместе!» — звучл в объединенном созннии долгя-долгя мысль, и поцелуй, слдостный и бесконечный, стл зкономерным, но не последним шгом Взимопроникновения…

Слог 17

ПУТЬ В ТЫСЯЧУ ЛИ

Подмирье

Улиц Первого Подручного

Время включения фонрей

Хрм ждл его н кменной скмье подле сттуи Вельзевул — Первого Подручного Смого.

Вельзевул восседл н громдном ррруге и держл н руке новорожденного уицрор. Он считлся протцем гвинов и иногд, в Дни Всенощных Бдений, являлся им лично. Близкое соседство сттуи покзлось Ззрку дурным предзнменовнием, и, когд Хрм шгнул к нему нвстречу, он зкрыл ей рот лдонью.

— Отец говорил мне, что в постментх всех сттуй город есть тйные комнты, в которых круглосуточно дежурят слухчи, — шепнул он, увлекя ее в подворотню стоящего нпротив дом.

— Почему ты думешь, что речь у нс пойдет о чем-то незконном? — спросил Хрм, прижвшись спиной к холодной стене подворотни. — Может быть, я просто игрю в тинственность? — Он обхвтил себя з плечи и потупилсь, зкусив губу.

Ззрк, не отвечя, взял ее руки, положил их к себе н грудь и попытлся зглянуть ей в глз. В глз обиженной, злой н весь свет девчонки, измученной стрхом и одиночеством.

Хрм глубоко вздохнул и прижлсь к нему. А потом зговорил быстро, отрывисто, терзясь сомнениями и злясь н себя з это:

— Хрон Лу. Я не зню, что с ним. Из Упрвления уже двжды звонили… я соврл, что он тяжело болен. Но он… я боюсь, его вообще нет здесь! В смысле в ншем слое. Последнее время он кждый вечер спусклся в лборторию. И кждое утро выглядел очень возбужденным. А теперь он не выходит оттуд. Уже двое суток. И н стук не откликется. Дверь тм очень крепкя, зкрыт изнутри.

— А другого ход нет?

— В ближней из двух комнт есть окошко с решеткой. Выходит н лестницу, но прутья толстые, кк моя рук. Сквозь него почти ничего не видно, только гудит что-то. Противно тк, низко. И монотонно. И слбый-слбый сиреневый свет.

— Это уже кое-что. Постой, кроме тебя, в доме совсем никого нет?

— Угу. Ты просто не знешь. Моя мть умерл. Двно. Я еще в школу не ходил. А ббк недвно, три цикл нзд. Тк что в доме пусто. Кк в гробу…

— Кк же ты, две ночи совсем одн?

— Д ничего. Я привыкл одн. Хрон Лу ведь не отец мне. Отец погиб где-то в Питтельном Слое. Рботл в Упрвлении Росы. А Хрон Лу потом взял мму в жены. Облгодетельствовл… Он порядочня сволочь. Н рботе предупредительный, зискивющий. Но дом — стршный. Ты, нверное, меня не поймешь, но, если бы не звонки из Упрвления, я бы не стл его рзыскивть!

В голосе девушки проступили двно сдерживемые слезы.

— Когд я был мленькой, он меня порол. «Воспитывл». А когд мм пытлсь меня зщитить, бил ее. Потом ббк меня зщищл. Он — его мть, и он ее худо-бедно слушлся. А кк он умерл, тк совсем озверел. Чуть не кждую ночь под моей дверью ходил. Зщелку в первый же день снял. Я клиньями дверь кждую ночь збивл. Потом повдился шлюх н дом выписывть и трхть у меня под дверью… Еще требовл, чтоб стонли погромче, меня увлечь пытлся! — Хрм уже рыдл. — А потом лборторию себе устроил — вроде потише стл. Увлекся. Я думл, отдохну немного. Ан нет. Теперь вот не зню, что делть? Если он вышел Нверх и кто-то про это узнет, не миновть Тйной Кнцелярии. А я не хочу, боюсь!

Мысли Ззрк помчлись нперегонки.

Понятно. Отчим одержим нучной жждой. А попросту гордыней. Он не желет мириться со скромной зрплтой звсектор. Он достоин большего. Что ему неродня дочь? Тем более нпоминющя рно умершую жену, из-з которой он уже сотню крсных циклов вынужден плтить деньги общим женщинм! Тем более посмевшя перечить! Хрм прв. Если тйнисты узнют об изыскниях без лицензии, дом конфискуют, преступник и всех домшних зберут. Ситуция…

Что скжет мм, если я приведу Хрму к нм? Нверное, ничего не скжет. Он тйнистов терпеть не может. Бросить все кк есть и увести млышку домой. Прямо сейчс. А Хрон Лу пусть см выпутывется!

Решение кзлось првильным, но что-то мешло выскзть его вслух. Идти домой не хотелось. Отступить стоя н пороге тйны? Уйти, тк и не зглянув в неведомое и зпретное? Сколько жутких историй рсскзывлось про тйные лбортории мгов-отщепенцев! Ткого случя может не предствиться больше никогд. «В конце концов, Хрму я могу збрть к себе и после визит в лборторию», — решил Ззрк.

— Есть у вс ккие-нибудь инструменты? — спросил он немного успокоившуюся подругу.

— Не зню. Можно поискть, но я не уверен…

— Тогд придется мне сбегть домой.

— Постой! — Хрм удержл друг з руку. — Нм пондобятся и другие вещи. Я думю, придется искть его ТАМ… — он укзл пльцем вверх и передернул плечми.

— Я подумю, Лу! И не вешй нос. Все будет нормльно!

Ззрк срзу перешел н легкий, охотничий бег. Сердце тревожно колотилось о ребр, неприятный ком в горле мешл сглтывть слюну. «Тк! Будем исходить из того, что Хрон Лу ншел-тки Путь Нверх и зблудился в непривычном мире. Мечется тм под необъятным небом и от стрх с ум сходит. Что тм мм рсскзывл про Питтельный Слой? Небо, солнце, ветер, сонмищ существ, восторг и ужс… Одни эмоции, никкой полезной информции. Вот отец бы четко рзъяснил, кк одеться и что с собой взять.

Но к родителям обрщться нельзя. Хорош я буду в глзх Хрмы. Хлюпик! Без ппочки — никуд! Нужно думть смому!

А может, все волнения зря. Может, этот эксперименттор упл себе в обморок и вляется прямо возле двери. Или нщупл Прямой Сток и ужрлся до потери пульс… И нечего гдть о потусторонних опсностях!»

Решив тк, Ззрк вдруг ощутил жгучее сожление. Окзывется, он очень хотел попсть в Верхний Мир. Нендолго, конечно, тк, посмотреть…

Входня дверь окзлсь зперт, и пришлось воспользовться проверенным ходом по гребню стены до окн комнты привртник. Добрый стрый Журм никогд не зкрывл ствни. Стрясь не шуметь, Ззрк прокрлся мимо мирно похрпывющего стрик и нпрвился в мстерскую. Тм он выбрл небольшой, но увесистый ломик с лопточкой н конце. Теперь нужно было подумть об одежде и снряжении.

Поднявшись к себе, Ззрк извлек из стенной ниши черный плщ с крсной изннкой — подрок отц. Специльно увеличенные плечи создвли ощущение физической мощи, большой кпюшон позволял скрыть верхнюю чсть лиц.

Дв десятк циклов нзд у Военного Депртмент возникл идея ввести новую униформу для Спецкомнды. Фбрик-изготовитель, ндеясь н првительственный зкз, подрил дв обрзц генерлу Ондру и его сыну. Потом что-то не злдилось, и Спецкомнд остлсь в своих прежних, тоже черных, но не тких шикрных плщх.

«Ндо поискть среды стрых вещей отц, — решил Ззрк, — вдруг отыщется второй. Тогд свой я отдм Хрме. Тем более что мне он уже мловт».

Через пять минут пыльных поисков руки юноши нщупли нужную ткнь. Рзницу Ззрк почувствовл срзу. Его плщ был простой имитцией, отцовский содержл мссу незменимых в бою элементов. Во-первых, н груди и животе ощущлсь некя прочня вствк, скорее всего из метллической сетки. Во-вторых, в плотном поясе прятлись меттельные ножи, мленькие, но великолепно сблнсировнные. В специльном крмне помешлись черные перчтки, зкрывющие предплечья почти до локтя. Стльные стержни, вшитые вдоль локтевой кости, позволяли при крйней нужде блокировть режущее оружие, уплотнения н костяшкх пльцев преврщли кулк в тяжелый и прочный кстет. Смым приятным сюрпризом стл широкий нож черной стли, рзмещенный проектировщикми н левом боку. Плщ, что и говорить, был тяжеловт, но для вылзки в незнкомый мир лучшего пожелть было трудно.

Когд перед Хрмой предстл боец Спецкомнды в ндвинутом н глз кпюшоне, с ножом в одной руке и ломиком в другой, он вскрикнул и попытлсь зкрыть дверь. Ззрк открыл лицо и несколько секунд нслждлся произведенным впечтлением. Широко рскрытые глз и чуть рздвинутые губы девушки были очень крсноречивы.

— Нрвится? Вот твой, почти ткой же! — скзл он, довольно улыбясь. — В лбортории без изменений?

Хрм кивнул и потянул друг з собой. Прутья в окошке держлись крепко, и Ззрк порядком вымотлся, прежде чем вытщил один из них.

— Умные гвины н ншем месте зпслись бы светильником, но идти нверх и искть его — лень, — провозглсил он и полез в окно ногми вперед.

— Осторожнее, прошу тебя. — Хрм присел н корточки и вдруг чмокнул друг в щеку. — Это чтобы тебе было не тк стршно, — пояснил он.

Ззрк кк рз лежл н животе, свесив ноги внутрь темной комнты.

— Исключительно удобня позиция для осторожных леди, — прокомментировл он. — Если пртнер позволяет себе лишнее, его просто стлкивют вниз.

— Ползи уж, философ! — подтолкнул его девушк и порывисто вздохнул. Ей было не по себе.

Ззрк сполз глубже и повис н рукх.

— Не бойся, с ним все будет хорошо, — проговорил он, пытясь нщупть опору.

— А с нми?

— С нми тоже. Ну, я полетел! — Ззрк подсогнул ноги и отпустил крй окн. До пол окзлось совсем близко.

— Ты подожди, Лу, я гляну, что тут и кк, — скзл он и нпрвился к дверному проему, чуть подсвеченному сиреневым.

— Верхний светильник включется кнопкой спрв от двери, — вслед ему проговорил Хрм.

Ззрк кивнул и скрылся в лбортории. Его шги, и тк-то почти неслышные, теперь и вовсе рстворились в неведомом гудении.

Минуты текли вязкой серой мссой, юнош не возврщлся. Что с ним? Вдруг в лбортории обосновлись Верхние Тври и Ззрк уже у них в лпх?

Сзди, с лестничного проем, слышлись ккие-то звуки. То ли сквозняк ворошил недельный мусор, то ли потусторонние существ подкрдывлись к оствшейся в одиночестве девчонке. Мло ли кого впустил в Гвинбург свихнувшийся Хрон Лу! Говорят, Питтельный Слой переполнен монстрми. Во времен Творения фнтзия Его Смости и Подручных рзгулялсь до крйних пределов, и нселили они Верхний Мир невообрзимой жутью. Тысячи тысяч видов, мириды форм, триллионы существ, полчищ нежити… И Ззрк не возврщется! Ну где же он? См, спси и помилуй рбу твою! Что же он светильник не включет?

В то мгновение, когд Хрм был уже готов зкричть, Ззрк нконец появился перед окном.

— Никого нет, — кк ни в чем не бывло проговорил он. — Но посмотреть есть н что. Двй плщи, потом прыгй см, я поймю!

Нтерпевшяся стрху девушк буквльно свлилсь н руки друг. Он обхвтил его з шею и явно не хотел отпускть.

— Тм что, восстние порчей? — косясь н окно, вопросил юнош. — Проем достточно мл, и они сюд не пролезут.

— Издевешься? Я чуть с ум не сошл! Ты ушел и пропл, н лестнице кто-то ходит… Думешь, легко третью ночь бояться?

— Прости, Лу, по првде говоря, мне и смому не по себе!

— Лдно, опускй меня, нечего тскть, кк мленькую! — проворчл Хрм, стновясь н ноги.

— Постой, тк это ты со стрху вчер во Двор Зрелищ сбежл?

— Ну д. Ты только не подумй чего, ты мне двно нрвишься. Просто, тк совпло…

— Совпдение, знчит. Ну-ну. Пошли, посмотришь, от чего бегл.

Ззрк з руку ввел подругу в лборторию. Тм, з нгромождением сосудов из мутного стекл, возле громдного, мерзкого н вид сооружения, увешнного ккими-то костями и кменными мулетми, н мссивной метллической подствке еле зметно светился крупный крсный кристлл. Гудение издвл он. Нд черной плитой пол курился сиреневым дымом непонятный светящийся знк. Линии рисунк явственно подргивли в ткт с нпряженным гудением, нполнявшим комнту.

— Вчер гудело по-другому! — прошептл Хрм, глядя н знк кк н личного врг.

Дым имел неприятный зпх и рождлся прямо внутри световой линии. Кк будто проникл из другого прострнств. «Кк в щель под дверью», — подумлось Ззрку.

— Будешь должн мне сотню поцелуев з то, что вчер позволил проводить себя только до дверей, сегодня весь день не могл позвонить! — бросил он, ндевя плщ. — Одевйся! Нужно спешить! Эйнджел его знет, кк эт штук рботет, но, думю, со временем Проход стнет неустойчивым. Если уже не стл.

— Зз, может, не пойдем? — Хрм вцепилсь ему в руку холодными, кк ночь, пльцми.

— И всю жизнь будем клясть себя последними словми? Отступить сейчс — знчит струсить. Контркт подписн, кк любит повторять мой отец!

— Почему ты не уговривешь меня остться? В подобной ситуции большинство мужчин не упустили бы случя выпятить свою мужественность и подчеркнуть женскую слбость!

— Ну, вдвоем совть голову в псть колоссеусу кк-то приятнее. Тем более нм не повредят еще несколько совместных переживний. Будет что вспомнить в беззубой стрости! Короче, входишь в Проход вместе со мной. Ноги проноси поверху, чтобы не здеть линий. Дльше стрешься не оглушить меня визгом и не збыть, где верх, где низ. И вообще — не делй ничего без моего прикз!

— А пдть в обморок без прикз можно?

— В устве об этом ясно скзно! Неснкционировння потеря сознния рсценивется кк дезертирство и крется дополнительной сотней поцелуев. Еще вопросы имеются?

— Последний вопрос. Кк к вм обрщться, господин офицер?

— Аг, тебе полегчло? Я жутко рд! Если мы протопчемся здесь еще минуту, мне придется в голос проорть Мрш Спецкомнды!

— Тебе тк стршно?

— Нет, я просто испытывю боевое возбуждение.

— Испытние проходит успешно?

— Вполне! Если серьезно, то я почему-то уверен, что все будет в порядке.

— А я уверен, что вчершняя рос встнет нм поперек горл…

— Лдно, не плчь. Сколько мы тм съели з семндцть кредиток? А сегодня я питлся только мминой зеленой преснятиной.

— А я от стрх и вовсе ничего не ел. Ну кк бы тм ни было, идти ндо. В рмии шгют с левой ноги?

— Аг, по комнде «мрш!». Но у меня появилсь идея Получше. Мы применим испытнный боевой прием!

Ззрк подхвтил подругу н руки и шгнул через линию.

Гудение кристлл срзу изменилось. Н потолке лбортории возникло отржение светящегося рисунк. Вдоль линий збегли лиловые сполохи. Дым повлил густыми клубми, резко усилился неприятный зпх. Перед глзми промелькнуло видение двух обугленных трупов в обрывкх черных плщей, и руки непроизвольно выпустили ствшее невыносимо тяжелым тело Хрмы. Потом сквозь жгучую боль в желудке и стршную горечь во рту проступил ясня мысль: «Вот он, Золотя Рос! Сдохнем, трупы выбросит в Питтельный Слой!»

Слог 18

НЕЧАЯННАЯ СВЯЗЬ

Лэйм

Северное Чернолесье

Полдень

Bay появился перед Виолой, кк всегд, неожиднно.

— Ты знешь, что нзнчен новый глвнокомндующий королевских войск? — спросил он, оздченно морщ серый лоб. — Это нш стрый знкомый, брон Ле Кмпф. У него очень много солдт. И кроме того, с юг идет отряд боевых ящеров. Bay скзл, что Черные Рыцри тоже идут. Их несколько сотен и с ними Темня Мгия.

— Ты думешь, это будет последняя битв? — тихо спросил Виол. — Я должн попытться его спсти!

— Вчер я был у него, и он откзлся уйти со мной. — Морд Bay сморщилсь от гримсы недоумения. — Ты человек, и к тому же его сестр. Скжи, почему он идет в ловушку, зня о ней? Ни один серк не поступил бы тк.

— А что бы вы сделли? Ну если бы, конечно, не умели уходить мгновенно? — Виол с ндеждой смотрел н мудрого волк, уже неоднокртно выручвшего Олег в опсных и трудных ситуциях.

Bay облизнул нос розовым языком.

— Мы просто рзошлись бы. И собрлись бы снов в неизвестном для врг месте.

— Ты скзл ему об этом?

— Конечно. Но он ответил, что они почему-то тк не могут. Я не понял почему! — В голосе Bay слышлись тоскливые воющие нотки.

Виол знл почему.

Он знл, что любой боеспособный отряд теряет свою боеспособность именно в результте побед. Он неизбежно стновится центром сбор всех недовольных. А среди недовольных редко встречются честные люди.

Рбы бегут от господ не столько биться з свободу, сколько безнкзнно грбить брские усдьбы и купеческие лвки, хоть нендолго ощутить себя хозяином своей, что еще вжнее, чужой жизни.

«Есть будем н серебре, пить из золотых кубков! А господские девки будут стелить нм прчовые простыни…» — тк скзл бывший пстух Грымз, приоткрыв слюнявый рот и зжмурив мленькие глзки, подернутые слдкой поволокой.

А Олег встл, опрокинул стул и вышел, чем поверг присутствующих в недоумение. Д и что было непрвильного в словх Грымзы? Действительно, есть, пить, Услждть тело — что еще нужно человеку? Кбы еще чего, тк блгородные уж нверное этим бы знимлись. А тк нет. Ничего они больше не делют. Ну, тм в церкву сходят, д и то между вином и ббой. Что мы, блгородных не видели? А Оле-лучник, он, конечно, стрелок нипервейший, и н мечх ему рвных нет, но блжной ккой-то…

Виол тк ясно увидел эту сцену, судя по всему произошедшую несколько дней нзд, что дже немного испуглсь своей новой способности.

— Нверное, Олег сейчс вспоминет этот рзговор, я услышл его мысли, — догдлсь он. — Но тогд и он может услышть меня, кк ты думешь, Bay?

— По-моему, он слишком длеко. Я, нпример, не могу мысленно рзговривть с тем, кого не вижу.

Виол попытлсь вызвть в пмяти обрз брт. Снчл он почувствовл его спокойное ровное дыхние, рзмеренный стук сердц. Зтем из пелены прострнств проступило его лицо. Олег, видимо, лежл н ложе из свежего сен и здумчиво покусывл трвинку. Длинные ресницы отбрсывли стрельчтые тени н его щеки, покрытые легким румянцем.

Ббушк говорил, что он очень похож н своего отц, Олендил — эльф из Лучезрной Долины. У них с мтерью был неземня любовь!

Долгое время Виол считл, что Олендил был и ее отцом тоже. Мло ли н свете дочерей, не очень похожих н одного из родителей? Но что-то трудноуловимое все время сквозило во взгляде тк и не опрвившейся после смерти муж мтери. Только совсем недвно Виол понял, что это было. Жлость и тоск…

Прижтя к стенке ббушк признлсь, что Олендил не мог быть отцом девочки. В день своей смерти он вернулся из долгого путешествия и, еле успев войти в дом, угодил в зпдню.

А его жен стл добычей победителей…

Виол неожиднно понял, что снов не видит Олег. Он попытлсь рзогнть серый тумн и вдруг вскрикнул: н плече брт спл девушк. Темные волосы широко рзметлись по изголовью. Влжные звитки прилипли ко лбу. Н лице ее лучилсь счстливя и немного устля улыбк.

«Он только что зснул, — пронеслсь мысль. — Теперь понятно, почему он тк долго не появлялся дом!»

Виол поспешно «отключилсь» и встретилсь глзми со всепонимющим, мудрым взглядом Bay.

В глзх серк стыл тоск неизбежности…

Ндмирье

Внешнее Снитрное Кольцо

Чс Звучния Скрипок

— Вот видишь, им тм совсем плохо. Во всяком случе, Виоле с Ксной. Д и Олегу с Алексом не лучше.

— Тоск. Безысходность ккя-то. Слушй, пожлуй, пор вниз!

— Соглсен. Я думю, Учитель знл, что мы не выдержим. Ждл только когд. А еще я думю, что он знет о событиях внизу горздо больше ншего. И, провожя нс, обязтельно рсскжет о том, что нм может помочь.

— Но умолчит о том, что нм помочь не сможет.

— Тебя это обижет?

— Нет. Но всегд хочется знть все.

— Это отголосок людской гордыни, видимо оствшийся от прошлых воплощений. Вся информция лишь у Создтеля. Ну кк, скжи, первоклссник может знть квнтовую психодинмику? Дже если он этого зхочет до судорог в нижних чкрх?

— Помню, кто-то в Теллусе об этом скзл: «Кждый сверчок знй свой шесток!»

— Ты не совсем прв. В этой поговорке имеется в виду не столько естественное, сколько искусственное рсслоение сообществ смертных. Из этого же ряд Фрз «Кесрю — кесрево, быку — быково». Мысль эт хорошо звучит только в одном случе, если произносит ее бык, с восторгом ощущющий свою силу, свое здоровье и свою крсоту и срвнивющий их с горой проблем и збот больного, измученного влстью кесря. Я хочу скзть, что нет ничего унизительного для рыбы в том, что он не умеет прить в облкх, для кузнец в том, что лицо у него вечно в копоти. «Все пути рвноувжемы».

— Ты упржняешься?

— Д. Я отрбтывю убедительность доводов. Объяснить что-то человеку, в душе которого зперт восьмерк субличностей, — почти безндежное дело. Все, что ты говоришь, он видит в превртном свете.

— Я потрясен. Пойду полежу в кустх один…

— Нет уж! Н трвке вляться будем вместе!

— Когд, Ви?

— Можем отпрвляться прямо сейчс. Тел в порядке. Оружие и одежд в тйнике. Тебя что-то держит здесь?

— Только ты.

— Ну я-то отпрвляюсь с тобой, любимый!

— И это меня жутко рдует!

— Итк, к Учителю и вниз!

Слог 19

КТО ПОБЕДИЛ БАРОНА

Лэйм

Столиц, дом н улице Прорицтелей

Поздний вечер

Бгровое трскийское пенилось мутными фсеточными пузырями, нпоминющими подернутые белесой слизью глз мертвого всилиск.

Брон Ле Кмпф, рзвлившись в низком широком кресле, вертел в рукх бокл из черного хрустля и периодически окунл в него свои пухлые губы, привычно рстянутые кривой, высокомерной усмешкой.

Колдун в черно-лиловой мнтии и высоком звездчтом колпке тихим вкрдчивым голосом рсписывл ему рдужные перспективы применения мгического искусств для нужд госудрств, короля и смого брон.

Алекс, в обязнности которого н сегодня входило проделть для знтного гостя кое-ккие фокусы и демонстрции, сидел в дльнем углу н кменной скмье и уже в который рз мысленно проклинл глупые трдиции цех колдунов, зствляющие тощих учеников нсиживть себе синяки, толстых гостей прессовть жирными здми ггчий пух в сиденьях удобных кресел.

Голос Колдун журчл и струился, нклдывясь н стелющийся вдоль стен дым, свитый в холодные мутные кольц. Брон не змечл, что этот дым неслышной змеей подползет к его ногм, томящимся в высоких охотничьих спогх. Алекс рвнодушно нблюдл, кк тонкие, еле зметные щупльц дым нчинют поднимться по обтянутым толстой кожей икрм…

Ученик Колдун достточно ясно предствлял себе то, что должно произойти. Убюкнный льстивым голосом и неслышными звукми пересыпющихся песчинок, рзомлевший от вин и удобного кресл, брон скоро погрузится в сон, и лекция срзу превртится в формулу внушения. Когд знтный гость проснется, он будет продолжть относиться к мгии с недоверчивым высокомерием, но незметно для себя будет следовть «пожелниям скромного ученого, незслуженно преследуемого мркобесми святой инквизиции».

Алекс прекрсно видел спрятнную в потйной нише мленькую фигурку, изобржющую тучного мужчину. Фигурк был подвешен з ноги нд остывющей жровней. В середине лб и в првой стороне груди воскового брон торчли терновые шипы. Колючий посох, от которого они были отломны, стоял тут же, и опять юнош был неприятно здет этим полуживым обломком, срубленным, нверное, лет двести нзд и продолжвшим медленно, но неуклонно обрстть блестящими твердыми шипми.

«В првой стороне груди обиттелей Среднего Мир рсполгется центр воли, похожий н ручку, прикрепленную к чше сердц. Посвященный может овлдеть этой ручкой и нливть в чшу или пить из нее по своему желнию», — вспомнил Алекс строки из учебник по элементрной мгии «Кк приобретть рбов и окзывть влияние н людей».

Зубрежк, стимулируемя нкзниями, двл ощутимые результты. Стоило только отключить внешнее зрение, и в созннии всплывли целые стрницы текст, нпечтнного противными рскоряченными буквми н темной душной бумге.

«В центре лб мыслящих существ долженствует нходиться божественное око, рзличющее невидимое. Око это способно прозревть истинную суть явлений, рспознвть обмны и хитрости, ловушки и коврств. Влстелин должен зботиться о ндежной печти, нлгемой н лбы рбов и зтеняюшей око непроницемым покровом, подобно колпку, зкрывющему голову ловчей птицы, хотя и свободной от пут, но не улетющей с руки хозяин. Лишенные божественного взор, люди преврщются в послушное стдо, гонимое пстухом в нужном ему нпрвлении и довольное своей учстью». Восковя фигурк медленно врщлсь в дыму, и, подчиняясь принципу подобия, голов брон должн был слегк кружиться. Алекс с удовольствием отметил побгровевшее лицо гостя, возвышющееся нд несвежим кружевным воротничком: ткому приливу крови не стоило удивляться, учитывя перевернутое положение модели. Ученик Колдун нчл дже ндеяться, что до демонстрций и фокусов дело не дойдет. Тонкие струйки дым уже збирлись под пнтлоны, когд брон вдруг звозился в кресле, пытясь подняться.

— Что-то у вс тут слишком душно, — недовольным тоном возвестил он, прерывя н полуслове вычурную речь Колдун. Алекс метнулся к потйной нише и осторожно подул н фигурку. Брон шумно здвигл носом и еще более рздрженным голосом добвил: — И сквозняки воняют чесноком!

Колдун с досдой щелкнул пльцми. В узкое окно под потолком влетел вечерний ветер и, рзрушя дымовую змею, зшевелил пыльные локоны прик его светлости.

— А теперь мой ученик продемонстрирует вм несколько простых, но весьм полезных в повседневной жизни мгических опытов. — В голосе мг послышлись нетерпеливые нотки, и Алекс, подхвтив с пол мсляную лмпу и поднос с инструментми, быстрыми шгми приблизился к бронскому креслу.

Пок подмстерье рсствлял н столе ксессуры, брон, снов впвший в блгодушное нстроение вкушющего эпикурейц, высосл из бокл осттки трскийского и потянулся к стоящей под креслом пустой бутыли. Пухлые пльцы, унизнные перстнями, привычным движением сложились вокруг короткого горлышк и сжли… пустоту. Бутыль, обнружив необычйную для стекл плстичность, увернулсь от ищущей руки и, слегк восприв, двинулсь в угол комнты. Тм он остновилсь и с легким стуком припечтл донышко к кменному полу. Опешивший брон издл горловой звук, долженствующий вырзить всю глубину его обиды и возмущения. Услышв подобный звук, слуги обычно менялись в лице и брослись испрвлять промшку, сгибясь в три погибели и стрясь не поворчивться к хозяину спиной.

— Эй ты! — рявкнул брон. — ТЫ! — Его укзующий Перст уперся в бутылку. — Немедленно ступй сюд!

Алекс вдруг почувствовл, что по его спине пробежл неприятный холодок. Он неожиднно обнружил в себе Рдость оттого, что не к нему обрщены эти громовые Звуки, нсыщенные черной энергией угнетения.

— Бутыль пуст, — предупредительно склонившись к брону, скзл Колдун. — Мгические предметы подчиняются лишь своему преднзнчению, вложенному в них создтелем. — Эту бутыль подрил мне мэтр Бецлель, известный любитель крепких вин. Чтобы веселые гости не пинли под столом опустевшую посуду, он нучил ее отодвигться к стенм и збивться в углы. Некоторые из нс бывют необычйно изобреттельны!

Колдун с улыбкой хлопнул в лдоши, и из ниши под потолком вылетел крупный нетопырь, несущий в когтях новую бутыль с вином.

— Все готово, господин. — Алекс поклонился брону и, получив милостивое дозволение, приступил к делу. Следя з его мнипуляциями, брон презрительно кривил губы. «Что может покзть сопливый мльчишк, которому никк не больше семндцти лет?» — читлось н его ндменном лице.

Не обрщя внимния н звесу недоверия, Алекс мысленно произнес зклинние извлечения плмени, и в его лдони змерцл голубой огонек. Постепенно рзгорясь, огонь лизнул фитиль спиртовки и, оторввшись от руки подмстерья, стл ждно поглощть пры горючей жидкости. Поверхность стол осветилсь мертвенным неровным светом.

Обернувшись к фкелу, Алекс медленно вдохнул воздух через слегк приоткрытый рот. С глухим хлопком фкел погс. Струйк дым поднялсь нд ним, кк дух умершего, покидющий бренное тело. Резкий поворот головы, и желтя молния, родившяся прямо нд столом, удрил в кусок воск, мгновенно превртив его в оплывшую лепешку мягкого ничто.

Алекс с нслждением вдыхл зпх погсшей молнии. Что может быть прекрснее вот тких мгновений, когд достточно только легко тронуть струны мир, и они отзовутся громовым рсктом или сердечным приступом, мертвым холодом Северного Предел или рскленным ветром Горелой Пустоши. Конечно, сегодня придется мучиться от головной боли, но это потом, сейчс…

Нд столом появилсь небольшя серя тучк и, спустившись, упл вниз горкой блестящего, колючего снег.

Алекс быстро вылепил из воск фигуру мужчины в кстрюлеподобном шлеме и осторожно прилепил к ней прядку волос, зрнее срезнных с чсового, стоящего з дверью.

«О бедня моя голов!» — подумл ученик чродея, воздев руки и вперив взгляд в стену. Серый тяжелый кмень из Гертской кменоломни нчл светлеть. Постепенно он стновился все более прозрчным. Тень чсового отчетливо выделялсь н мерцющей неживым светом неровной поверхности. Солдт стоял в спокойной позе бывлого вояки, опустив плечи и склонив голову н грудь.

Алекс положил фигурку в снег. Чсовой немедленно здвиглся, звертел головой. Он был явно удивлен. Через минуту он уже кутлся в плщ и топтлся н месте, пытясь согреться. Алекс протянул руку и нчл медленно приближть ее к фигурке. Тень н стене дрогнул и отпрянул в сторону. Алекс продолжл приближть руку. Гибкие пльцы извивлись в голубом спиртовом свете, кк толстые длинные змеи.

— С-с-с-с, — тихонько зшипел ученик Колдун. «С-ш-ш-ш-ш», — откликнулось з стеной стршное эхо.

Солдт пятился все дльше и дльше. От ужс он, видимо, збыл об рблете, стоявшем у его ног.

Нет, не збыл. Алекс не успел отдернуть руку, и из укзтельного пльц зкпл кровь.

— Х! Х-х-х! — взорвлся брон немного фльшивым смехом. — Хороши у меня гврдейцы? — Он нмеренно повысил голос, пытясь рзрушить гнетущую тишину, повисшую в комнте.

Ни слов не говоря, Алекс бросил н брон рздосдовнный взгляд и снов приблизил руку к фигурке. Он уже ненвидел этого вояку, зствившего его крснеть душной волной стыд. «Вот тебе!» — мысленно выкрикнул он и удрил рненым пльцем прямо в лицо воскового солдт. Тень н стене обхвтил голову рукми и осел н пол.

— А---!.. — донесся сквозь кменную толщу дикий крик.

«Что это с ним?» — недоуменно подумл Алекс, вслушивясь в хриплые нечеловеческие уже звуки и глядя н восковую фигуру животного, нпоминющего коротколпую тупомордую крысу.

Дверь рспхнулсь, и в комнту ворвлось мссивное, зросшее шерстью существо с мленькими глзкми и оскленной пстью. Монстр, скуля и воя, бросился к брону.

— Пшел вон! — истошно звопил его светлость и пнул бывшего гврдейц в бывшее лицо. — ПОШЕЛ ВОН!!!

Бедное животное, не думвшее нпдть, взвыло еще жлобнее и снов выскочило в коридор.

— Ну и кк же это понимть? — после пузы зло проговорил брон. — Н хрен мне эт тврюг вместо солдт?

— Я не хотел… — Алекс все еще не мог рзобрться в случившемся. — Это не я… Это он см…

— Сейчс все будет в порядке, — бодрым голосом проговорил Колдун, — подмстерье просто слегк увлекся.

Он бросил воск в кипящую н спиртовке реторту. Дикий визг в коридоре взлетел до пределов слышимости и оборвлся.

— Пру недель вш слуг поболеет, потом будет брвым воином, лучше прежнего. — Колдун не мог скрыть неуверенность, сквозившую в голосе. — Ну, может быть, стнет слегк туповтым…

— Тк, — мрчно изрек брон, — этк вы можете и меня обртить, ?

— Нет, вш светлость, — вымолвил нконец опомнившийся Алекс, — вы носите крест и зщищены Святой Церковью, слуг вш из северных врвров, язычник. Д и его бы не удлось обртить, д уж больно он змеиной крови испуглся. Нверное, у них есть н этот счет ккое-нибудь поверье.

Брон бурвил Алекс своими круглыми, кк у свиньи, глзми.

— Крест, знчит? А кроме крест, ты ничего не чуешь?

— Почему же… — Алекс увидел, что Колдун склится в довольной ухмылке. — Еще у вс н првом зпястье мулет. Срботн он из серебр с плтиной. Зряжен кем-то из мгистров. Охрняет от сглз, хвори простудной и похмелья. Ней… — Алекс осекся. Он хотел скзть: «Нейтрлизуется плтиновой иглой в левую ступню восковой куклы», но вовремя змолчл.

— Вот это ты точно зметил, — довольным тоном сообщил брон. — Брслетик я купил у Мрлин. Знчит, не обжулил стрик! Ну, лдно, что у тебя еще, то меня девки ждут. — И он хохотнул, облизывя пухлые губы.

— Кстти о девкх, — вступил в рзговор Колдун. — Мы могли бы покзть вм любую дму, где бы и с кем бы он ни нходилсь.

— Покзть? — Брон вскинул лохмтые брови. — А н хрен мне н них смотреть? Видл я их, во всех видх видл! — Нстроение его светлости опять изменилось. Теперь он излучл смодовольную похоть крупного смц, не знющего откз и жждущего крови соперников.

— Но вы будете не только видеть, но и слышть!

— Аг… Ну лдно. Это, пожлуй, будет недурственно. Слушй, эдк можно и любого мужик подслушть? — зинтересовлся нконец брон.

— С особями мужского пол немного сложнее, — Колдун сделл знк Алексу и нчл плести новую словесную сеть. — Для получения достоверной информции необходим не просто обрз объект считывния, но сексульно окршенный обрз. Любой влститель, подчиняющий себе большие мссы людей, питется их энергией и, при нличии некоторых способностей, см того не подозревя, является действующим мгом. Мы нзывем эту мгию «спонтнной», то есть «смопроизвольной». Вот, нпример, вши бесчисленные победы н женском фронте… — Колдун продолжл говорить, стрясь не упустить внимния гостя, тем временем Алекс устновил перед ним хрустльный шр в тяжелой медной опрве.

Голов уже нчинл побливть, конц предствлению не предвиделось. Знтный гость, демонстрируя недюжинные способности, кждый рз обходил рсствленные сети. Но игр стоил свеч. «Кто держит в рукх его светлость, тот упрвляет королевством», — скзл утром Колдун и, видимо, был прв. Смоуверенность и грессивность, помноженные н природное влстолюбие и коврство, создвли опсную и могущественную смесь. «Именно ткие индивидуумы стновятся носителями Черных Миссий», — мелькнул мысль, и Алекс склонил голову, покзывя, что можно нчинть.

— Вы должны сосредоточить взгляд н прострнстве внутри шр. — Голос Колдун стл незметно меняться, формируя формулу внушения. — Пострйтесь предствить себе объект вших желний. Лицо, грудь, бедр…

Брон пристльно вглядывлся в хрустльную сердцевину, и н лице его медленно проступло неподдельное изумление. Соблзн был велик, и Алекс осторожно подключился к мозгу реципиент, кк не рз уже делл по прикзу Колдун.

Конткт устновился почти срзу. Стрясь не вляпться в глубинные слои подсознния, лзутчик всплыл в прострнство зрительного восприятия.

Солнечный свет снчл ослепил его. Мысленно выругвшись, Алекс сконцентрировлся н изобржении. И срзу невольня дрожь потрясл его тело. От брон можно было ожидть чего угодно, но этого… «Откуд он ее знет? Почему именно он? Где он сейчс? Что он творит?» — помчлись, обгоняя друг дружку, непослушные мысли.

«Пойми, Олег, вы не можете победить! Их слишком много! — Голос незнкомки из Северного Чернолесья дрожл неподдельным стрднием. — Твоя рмия не может противостоять объединенным силм королевской гврдии, вссльных дружин и Черных Рыцрей. К тому же брон Ле Кмпф совсем не ткой дурк, кк кжется с первого взгляд…»

При этих словх девушки удивление реципиент сменилось вполне понятной яростью, и ехидный смех Колдун окончтельно зпутл ошршенного происходящим Алекс.

«Я все понимю, Виолочк, родня. Но не могу ничего изменить. Им нужны вожди. Если сейчс я уйду, это будет предтельством. — Светловолосый юнош с глзми, полными боли, нежно обнял склоненную голову незнкомки. — Пойми, сестренк, я не могу инче!»

Алекс вдруг с ужсом осознл всю отвртительность непрошеного присутствия рзъяренного похотливого брон, презрительного и циничного Колдун и еще одного негодяя, одержимого любопытством и ревностью.

Кк будто прочитв его мысли, девушк вдруг резко вздернул голову, и брон с глухим стоном откинулся в кресле. Алекс успел зблокировть мозг, но все рвно сил ментльного удр был потрясющей. Голов тумнилсь ноющей болью, в вискх колотились тысячи бешеных угертов, ищущих утрченное нерестилище. Колдун выглядел немногим лучше.

— Чувствую я, что с этой крсоткой придется повозиться, — бросил он Алексу, ожесточенно мссируя ктивные точки н бровях и зтылке, — зймись пок его светлостью. Через минуту я буду в полном порядке, — в голосе Колдун сквозили довольные нотки. — См того не желя, мленькя ведьм нм здорово помогл. Толстяк в полном откте. Я двно подозревл, что Оле-лучник и есть сын того шльного эльф из Северного Чернолесья. Вот и опять свиделись, гденыш, — после пузы непонятно процедил Колдун и почему-то потер првый бок, н котором, кк знл Алекс, у него был стрый, двно зрубцеввшийся шрм.

Слог 20

КРУГ СОЗИДАНИЯ

Лэйм

Великие Древние Горы

Вечер

Бесконечное путешествие по однообрзным склистым ущельям подошло к концу.

Сн понял это, ощутив осторожное ментльное прикосновение. Летт мгновенно остновилсь и положил руку н рукоять меч.

«Это Стрж Святыни, — передл Сн. — Я позволил ему понять, кто мы и зчем сюд пришли. Он не ответил и быстро отключился».

«Мне это не нрвится. Чувствуешь, кк изменился воздух?»

«Д, млышк, не волнуйся, все будет хорошо».

Летт только фыркнул, отвернув свой слегк вздернутый нос. Он всегд сердилсь, когд он говорил с ней, «кк с мленькой», но Сн точно знл, что в глубине души ей это нрвится.

Воздух действительно изменился. В нем появилсь влг открытого водоем и ромт цветущих деревьев. Сюд же диссоннсом вплетлся нсторживющий зпх грн, не сильный, но вполне явственный. «Думю, нужно продолжть путь», — Сн лсково коснулся лдонью пушистой волны девичьих волос, в который рз удивляясь их крсоте и мягкости. Летт сделл шг и прижлсь щекой к его груди. Он змерл, впитывя его уверенность и его силу, его нежность и его дремлющую стрсть. Он знл, что он с ней и для нее, и будет тк, что бы ни случилось. «Он мой», — в тысячный рз мысленно произнесл девушк, нслждясь переполнявшей ее энергией.

Сн глубоко погрузился в ощущения н своих лдонях. Он с привычным восторгом чувствовл шелковистую прелесть белокурых локонов, рссыпнных по плечм, и глубокое тепло легкого и сильного тел. Непередвемым блженством рзливлись в крови горячие толчки ее сердц, бьющегося з трепещущим чудом девичьей груди.

— Мы, кжется, куд-то шли. — Усилие Летты было поистине титническим. «Опсность!» — вдруг удрил между ними мгновення молния чужого сигнл, и дв меч блеснули в воздухе едв ли не быстрее, чем рзомкнулись объятия любви. Мир выпрыгнул из небытия, отбросив в пмять неутоленную нежность, и мягко покчивлся перед глзми, осуждюще и недобро. В ущелье висел неподвижня ожидющя тишин.

— Это был проверк, — скзл Сн, внимтельно осмтривясь. — Видимо, мы излучем несколько необычную для этого мест волну. И Стрж зхотел проверить ншу рекцию.

Летт опустил меч в ножны и, зствляя себя не смотреть н Сн, вслух проговорил:

— Нм придется вернуться н четыре дня нзд. Ты снов стнешь молчливым и нстороженным последовтелем Ствы, я блудной дочерью Великой Мтери Амзонок. И мы будем просто друзьями. Договорились?

Он поднял глз, и ее безукоризненной формы брови вопросительно выгнулись. Сн с бесстрстным лицом смотрел внутрь себя. Монотонный голос, привыкший к чтению сутр, скзл:

— Чтоб рзорвть крмические путы, взрсти покой в мятущейся душе. Остновись. Прислушйся. То — Вечность.

Пуз был нстолько многознчительной, что Летте н секунду стло стршно. Ей покзлось, что именно этот Сн, холодный, кк глыб льд, и исполненный внутренней силы, кк скет-отшельник, — нстоящий. А тот, другой, трепетный и нежный, лишь сон, слдкий, но полузбытый.

— Я соглсен с тобой, прекрсня незнкомк. — Ствист ритульным жестом сложил лдони перед грудью и склонил голову. — Для прохождения Испытния мы должны отрешиться от всего земного. Не желет ли моя госпож продолжить путь?

Летт нбросил н голову кпюшон и, не глядя н Сн, проговорил:

— Ты првильно угдл мое желние, брт! Веди меня туд, где мы лучше узнем мир и, может быть, поймем смих себя…

Снружи Хрм Пяти Первоэлементов производил двойственное впечтление.

Во-первых, поржл вообржение колоссльными рзмерми и фнтзией создтелей. А во-вторых, пробуждл в душе непонятную тоску по утрченному иделу.

Первооснов всегд виделсь Сну в виде прекрсного нсмбля твердости и плстичности, устойчивости и подвижности, жркого плмени и холодного блеск. В этом построении все должно было быть грмонично, кждый элемент должен был нходиться н своем конкретном месте…

Действительность же окзлсь совершенно противоположной. Фсд хрм предствлял собой высокую, не менее десяти длин дркон, стену, неровными террсми уходящую ввысь. Слово «неровность» только в млой степени описывет то нгромождение выступов и впдин, крнизов и пещер, в которое преврщло стену дикое кипение зстывшей тверди.

Здесь было буйство кмня. Бзльт и грнит, мрмор и песчник, слнец и беля глин перемешлись с блестящими н солнце метллсодержщими рудми. Кроме того, то тут, то тм проступли целые плсты метлл, сверкющего первозднной, не змутненной окислми чистотой.

Среди вкхнлии тверди беззвучными цветми горели языки полупрозрчного, сливющегося с солнечным светом плмени. Созерця это чудо, Сн с блгоговением предствил себе тысячи кнлов, просверленных в кменной толще, ведущих куд-то глубоко, к огромному резервуру природного гз, неизвестно кк обнруженного н зре времен основтелями Хрм.

И это было еще не все. С уступ н уступ, с крниз н крниз с сердитым плеском сбегл стремительным пенистым потоком вод, непостижимым обрзом поднятя почти до вершины стены и тинственно исчезющя и появляющяся в смых неожиднных местх. Он сверкл н солнце, рссыплсь рдугой брызг. Он нсыщл воздух живительной силой, нполняя кмень и метлл новым содержнием.

И деревья. Большие и млые, прижимвшиеся к скле и криво торчщие вниз, они росли, кзлось, из кмней. Они вгрызлись корнями в трещины, они пили быстротечную влгу, ловя ее н лету, они сгорли в плмени и выгорли н солнце, но они были и были всегд.

Ошеломленные и подвленные путники созерцли эту кртину в немом оцепенении. Мрчня громд хос отозвлсь в душе тихим взрывом, и новое знние зрождлось в глубине щемящей и ноющей болью.

— Н кртинке все это выглядело несколько инче, — медленно проговорил Сн, нмекя н клссическую схему взимодействия первоэлементов, состоящую из пяти иероглифов и десяти линий.

— Где-то здесь должен быть вход, — скзл Летт, отрывясь от созерцния сплетения н борьбы тких рзных и тких необходимых друг другу сил. «Единство и борьб противоположностей!» — вдруг удрил мысль.

— Это ты хорошо скзл, — срзу откликнулся Сн, — очень хорошо!

— Нет, это не я. Это кто-то из древних мудрецов. Мне кжется, его звли Ло Цзы… Тебе что-нибудь говорит это имя?

Сн некоторое время молчл, потом скзл здумчиво и тихо:

— Нет, но я чувствую, что это был великий человек…

— Не человек. Демиург…

— Что?!

— Не зню! Ах, Сн, если бы ты только знл, кк пугют меня все эти неизвестные слов! Кк будто бы я сплю и вот-вот проснусь, и мир будет совсем другим, и в нем не будет ни тебя, ни Олег, ни этого Хрм. А будет что-то огромное и непонятное…

— Не волнуйся, миля, все, что должно произойти, произойдет, и нши стенния ничего не изменят. Принимй все тким, ккое оно есть, и не требуй подписей и пояснений. Все в конце концов объясняется, дже то, чего объяснить нельзя…

Медленно и осторожно они приближлись к небольшой кменной рке, темнеющей в основнии стены.

— А если хозяев не зхотят нс впустить? — спросил Летт.

— Хуже, если они зхотят нс впустить. Это будет ознчть, что мы просто гости и Испытния недостойны.

— Вечно ты все переворчивешь!

— Я просто ствлю все с головы н ноги!

— Думю, у тебя сейчс будет для этого прекрсня возможность!

Они стояли посреди небольшой комнты, зствленной рзнообрзными предметми. Прямо нпротив вход с потолк свешивлось некое сооружение, средоточием которого был не совсем првильный шр с неровной поверхностью, изобилующей выпуклостями и впдинми. Сн в немом восхищении созерцл этот шр, Летт, не понимющя, что случилось с другом, переводил взгляд с предмет н предмет.

— Послушй, когд ты тк смотришь н меня — это очень здорово! Но не зствляй меня испытывть ревность к этой штуковине.

Не отрывясь от шр, Сн спросил:

— Что Девви думют о трех китх, н которых стоит мир?

— Во-первых, тм были слоны, во-вторых, это скзки для мленьких. Н смом деле Земля ни н чем не стоит — он просто есть, и все.

— Удобня гипотез. Чтобы съесть фрукт, совсем необязтельно знть, что он вырос н дереве. Он просто есть, и все. Хуже, когд его просто нет. Вот тогд и думешь, где бы его взять?

— Но Земля есть всегд! — слегк рздржясь, скзл Летт.

— Ты уверен? Куд же тогд кждый вечер опускется солнце? И кк оно попдет н восток, если село н зпде? Или это кждый рз новое солнце?

Летт поежилсь. В коврных вопросх черноглзого философ крылось что-то огромное, горздо больше привычных грниц. Он сделл нд собой усилие и вдруг…

— Вот-вот, — улыбясь, скзл Сн.

— Это? Земля? — сдвленным шепотом произнесл Летт.

Ее пльцы медленно пощупли цепочку остроконечных выступов, тянущихся сверху вниз н добрую четверть поверхности шр.

— Большой Дрконий Хребет, — подскзл Сн. Летт положил вторую руку н обширную облсть, сплошь зсеянную горми и кньонми.

— Великие Древние Горы, — откликнулся юнош. — А мы сейчс вот здесь. — Он осторожно коснулся одного из ущелий. Под его пльцми Летт увидел искусно выполненную микроскопическую копию стены Хрм. — А это Гореля Пустошь, нд ней Великя Рек Амзонок.

Летт быстро выхвтил свою пергментную крту.

— Аг, — скзл Сн, — вот откуд твое древнее чудо. Видимо, кто-то из вших побывл здесь. Интересно, прошел ли он Испытние?

— Он, — попрвил друг Летт. — Это был женщин. Первя из череды нших колдуний. По легенде, он спустилсь прямо с Неб по воле Великой Мтери. Видимо, Небо рсположено где-то здесь.

Сн кивнул и зглянул н обртную сторону шр. Поверхность был глдкой.

— А тут еще никто не бывл, — грустно подытожил ствист и нчл изучть изогнутую трубу, выходящую из нижней чсти Земли и идущую к здней стене комнты. Тм рсполглся неглубокий бссейн с темной холодной водой. Нд бссейном нвисло нклонное метллическое зеркло. Под зерклом был укреплен чш, укршення орнментом из дубовых листьев. Из дн чши выходил еще одн трубк, уходящя в толщу стены.

Кроме всей этой мехники в комнте имелся ящик со стрнной землей, состоящей из смеси черного порошк и редкого буровтого крошев. Рядом с ним лежл груд дров и две охпки свежего душистого сен.

Летт решительно двинулсь вперед.

— Я полгю, хозяев думют, что мы тут будем спть, и, кроме того, н рзных постелях. Не зню, нсколько глубоко они проникли в Основу Мир, но в женщинх они ни черт не смыслят! — Он сдвинул сено в одну большую кучу. — Я тк чсто змерзл, обнимя собственные плечи, что не желю дже однокртного повторения этой пытки.

Сн лсково посмотрел н нее, понимя, что дело длеко не в ночном холоде. Просто девушке немного не по себе в этой комнте со скрытыми дверями и непонятными сооружениями, под гигнтской стеной с горящей водой и деревьями, рстущими н голой скле. Его тоже преследовло ощущение, что с потолк з ними нблюдют чьи-то внимтельные спокойные глз. Попытки вступить в ментльный конткт с хозяевми успехом не увенчлись, и Сн обртился к Летте, уже возлежщей н импровизировнном ложе:

— Если прекрсня госпож позволит, я бы попытлся открыть вот эту дверь.

И он укзл н стену позди бссейн. Летт подозрительно посмотрел н него и спросил:

— О, отшельник, не перегрелся ли ты н огне своей мудрости? В этой стене нет двери!

— Что я получу, если вход все-тки откроется? — улыбнулся Сн.

— Думю, ты лишишься воды, ибо бссейн опустеет. — Летт откровенно рзвлеклсь.

Сн между тем нчл склдывть дров н метллический куб под шром, стрясь оствлять щели для доступ воздух.

— Что порождет дерево, о свет моего сердц? — снов обртился он к Летте.

— Это смотря ккое. — Девушк мечттельно зкинул руки з голову. — Может, нпример, породить уже упоминвшийся здесь фрукт. Кроме того, н деревьях рстут шишки, желуди и шипы.

Сн взял смолистую ветку и вышел из комнты. Через минуту он вернулся. Ветк горел веселым лым плменем.

— Д будет тебе известно, — нствительно произнес он, — что дерево порождет огонь.

С этими словми он сунул фкел в основние дровяного штбеля.

— Вот чего я всегд не понимл, — скзл Летт, глядя н пляшущее плмя, — это кк огонь порождет Землю?

— Видишь ли, н зре времен Земля был очень горячей. — Сн укзл н шр, кк бы висящий в середине огненного цветк. — Этот огонь и сейчс прячется в глубине и иногд вырывется н поверхность потокми лвы и кипящими гейзерми.

— Ты имеешь в виду Дымное Плто?

— Д. Есть и другие подобные мест.

Сн, говоря все это, придвинул ящик с землей к огню и достл из него небольшой совок, искусно выполненный в виде языков плмени.

— Это еще один нмек, — скзл он и, зчерпнув черно-бурый порошок, высыпл его в отверстие, окзвшееся в верхушке шр. Повторив это несколько рз, он остновился, вопросительно глядя н систему труб, выходящих из потолк и окнчивющихся около пылющих дров. Будто бы в ответ н его взгляд, плмя згудело, кк в кузнице Одноглзой Сузи, где Летт некоторое время рботл перед Совершеннолетием. Девушк отодвинулсь, опсливо глядя н тлеющие н полу сухие трвинки. Несколько минут они звороженно нблюдли з бешеным истечением солнечной силы, нкопленной деревом з свою недолгую, но упорную жизнь.

— Земля порождет… — Сн сделл пузу, — метлл!

И он укзл н светящуюся ослепительным светом кплю, появившуюся из трубы нд бссейном. Кпля сорвлсь и с громким шипением упл в воду. Облчко пр поднялось, и вогнутое зеркло мгновенно покрылось тумнным мороком. После десятой кпли по глдкому холодному метллу побежл тонкя струйк конденст, и первя порция воды упл в чшу с дубовыми листьями.

— Метлл порождет воду! — звороженно проговорил Летт. — Послушй, все ствисты ткие умные?

— «Без уединения невозможно никкое совершенство», — ответил Сн и, зметив нхмурившиеся брови девушки, пояснил: — Это ндпись н одной стороне древнего тлисмн, хрнящегося в ншем монстыре. Для особенно упертых скетов тм есть и другя ндпись. Он глсит: «В уединении невозможно никкое совершенство». Тлисмн, кк и все в этом мире, имеет две стороны…

Пуз, последоввшя з этими словми, был нсыщен гулом плмени, шипением испряющейся воды и едв слышным плеском пдющих кпель. В одну из этих длинных секунд Сн осознл, что они уже не одни. Почти в то же мгновение мысленный голос Летты скзл: «Он стоит у вход. Один. Меч при нем нет». Девушк продолжл спокойно лежть, не отрывя глз от постепенно гснущего плмени.

Не пошевелилсь он дже тогд, когд в комнте рздлся звучный мягкий голос:

— Я приветствую тебя, брт, и тебя, сестр!

Только после того, кк последнее слово рстяло в воздухе, юнош и девушк повернули головы и посмотрели н говорившего.

Он был высок ростом. Просторное зеленое одеяние окутывло его фигуру сложными склдкми. Бритый круглый череп укршл венок из свежих веток. Крепкя узловтя рук сжимл длинный, тяжелого дерев посох, отполировнный неустнными упржнениями. Сн ясно видел, что перед ним боец, который может быть очень опсным противником. «Думю, это то смое дерево, которое должн был породить добытя тобой вод», — передл Летт и одним плвным движением поднялсь н ноги.

— Ты првильно угдл, — улыбнулся вошедший, — я — ученик Мстер Дерев. Мстер послли меня узнть, чем они могут помочь вм. Отвечйте по очереди, и кждый см з себя.

— Приветствую тебя, брт! — Сн сложил вместе првый кулк и левую лдонь. — Я не прошу помощи. Я ищу нового знния. Скжи, что я должен сделть, чтобы быть допущенным к Испытнию?

— Быть смим собой, — ответил Стрж и повернулся к Летте.

— И я приветствую тебя! — Девушк прикоснулсь пльцми првой руки к сердцу и склонил голову. — Мне трудно быть собой, ибо я не зню, что это ткое, но я тоже пришл искть Испытния.

— Я передм вши слов Мстерм. — Стрж кивнул и нпрвился к выходу. Н пороге он остновился. — Будьте внимтельны и чутки. Испытние может нчться в любую минуту. Дже вчер…

Он шгнул з порог и срзу скрылся из виду, кк будто провлился под землю. Летт с трудом подвил детское желние пойти посмотреть, кк он будет проходить сквозь стену Хос.

Вдруг прямо перед ней возник Сн.

Только что он стоял в четырех шгх и смотрел вслед уходящему Стржу. И вот он уже здесь, и глз его горят холодным плменем боевой концентрции. Плвным движением его руки поднялись к ее плечм. Пристльно глядя куд-то вглубь, юнош змер в устойчивой позиции с прямой спиной и слегк согнутыми ногми.

И почти срзу девушк ощутил движение ци. Энергия могучими потокми вливлсь в плечи и рстеклсь по телу, пробирясь к животу. Через несколько мгновений тм возник плотный, пульсирующий теплой дрожью шр, связнный с кждой точкой тел тончйшими, но прочными нитями. Этот шр вселял уверенность, успокивл, нполнял силой. Он см был силой, и спокойствием, и уверенностью. Он был. И был только он. Все остльное не имело знчения.

Мысленный голос Сн ззвучл в созннии спокойным речиттивом:

«Пойми, что ты гостья в своем теле, он — хозяин. Ты желнный, долгожднный, дорогой, но все же пришелец. Ты не знешь, кк и почему движется энергия, ты не знешь, где он возникет и почему может иссякнуть.

Он знет.

Ты можешь знть тысячи рзных вещей — понемногу обо всем. Он не знет этого. Но он знет все.

ВСЕ ОБ ОДНОМ.

О твоем теле.

Ты должн полюбить его. Ибо он умеет сделть тебя сильной и здоровой, нужно только дружить с ним и слушть его советы. И не мешть ему. Не трвить его детей лкоголем, не душить его жену удушливым дымом тбк. Не ндрывть его отц гневом, мть звистью. Не мучить его стрхом и стяжтельством, похотью и ложью, не хотеть лишнего и не желть зл.

И не отделять себя от него. Ибо он — это ты в Среднем Мире, ты — это он в будущем. Он — твоя основ, ты — его мечт и ндежд. Он — синиц в руке, ты — журвль в небе. В бою помещй его в глвную точку — из пустоты в полноту и из полноты в пустоту. И сил будет с тобой. В любви помещй себя в него, сверху вниз и обртно, и любовь будет долгой. Люби его, и он будет любить тебя. Ибо нерзделення любовь бывет только у тех, кто любить не умеет…»

Летт вынырнул из глубины днь-тяня[5] лишь через восемь удров сердц, бьющегося рзмеренно и сильно. Сн уже опустил руки, и улыбк н его лице был лсковой и нежной.

— Пойдем, — скзл он и укзл н широкий проем, открывшийся в стене з бссейном. — Я буду рядом, но ты не должн рссчитывть н мою помощь. Это твое Испытние.

— Я зню, — ответил Летт и скинул плщ.

Сн попрвил з плечом меч и повернулся к двери.

— Не пытйся перепрыгнуть бссейн, — он мягко ступил в воду, — нм может пригодиться мокря обувь.

Кивнув, Летт присоединилсь к нему. Они стояли по колено в воде и ощущли н лицх дыхние подземного коридор. Впереди был вод, и дерево, и огонь. Летте покзлось, что в неровном свете фкелов в дльнем конце туннеля блеснул метлл, и, почувствовв движение Сн, он шгнул в проход.

Медленно и плвно две чуткие фигуры двинулись нвстречу Неведомому…

Слог 21

СОВЕТ И ЛЮБОВЬ

Лэйм

Отроги Гррского хребт, лгерь восствших

Вечер

— А я говорю, ндо идти н Столицу! — ревел Гвлт, и его огнення грив метлсь нд столом, подобно шровой молнии. — Блгородные перетрусили! Зперлись в змкх и нос не кжут! Кждый дрожит з свою погную шкуру! Мы сильны, кк никогд! — При этих словх вождя присутствующие рзрзились крикми одобрения.

Олег неимоверным усилием зствил Гвлт потерять нить речи. В обычных условиях тот под хорошую выпивку мог кричть до глубокой ночи. Олегу чсто кзлось, что попди рыжий гиттор в обитель Святой Мрцеллы, и не длее кк через пру чсов монхини с киркми и вилми бросятся н приступ бронских змков. Тряхнув головой, Олег отогнл видение толпы блгочестивых сестер, с брнью и удлыми возглсми крбкющихся по осдным лестницм.

— Вы не хотите видеть нших слбостей, легкие победы вскружили вм головы, — Олег обвел взглядом присутствующих. — Половин нших сил — рбы, еще не слышвшие лязг боевых доспехов. Они не только вооружены кк попло, но и оргнизовны кое-кк. Кто из вс поручится, что они не побегут от железного еж имперской флнги? Предствьте себя посреди этого сброд без двух сотен своих проверенных сортников! Нужно уйти в горы, рзбиться н пять-шесть отрядов и знимться обучением новобрнцев. Нбеги н змки и грнизоны дют нм оружие и опыт. Мы должны молить Господ, чтобы король попозже обртил внимние н тревожные донесения с север!

Гвлт все еще не мог выбрться из ментльных пут. Он бестолково крутил головой и рзевл рот, кк рыб н горячей жровне. «Интересно, сколько я смогу его держть?» — мелькнул мысль, и Олег повернулся к новому ортору. Это был Тругл — тмн рзбойников деномского лес. Он для нчл грохнул кулком по столешнице, отчего кружки с вином судорожно подпрыгнули, тщетно пытясь удержть взбесившееся пенистое пойло.

— Опять учиться? — вопросил Тругл, обводя слуштелей нлитыми кровью глзми. — Куд еще? И тк всю весну деревяшкми промхли! Опыт? Опыт, господин эльф, приходит в бою! Вы попробуйте втолковть моим ребятм, что вместо господских девок они должны спть с пустым желудком! Что мы в горх есть-то будем? Нс, почитй, тридцть тысяч собрлось! И ткую силищу мриновть? Идем н Столицу! — И под одобрительный гул собрвшихся Тругл уселся н место, удовлетворенно поглживя черную, кк смоль, бороду.

— Д что тут много говорить, — вскочил н противоположном конце стол молодой Брент, приведший с собой три тысячи крестьян из окрестностей Идолбург, — не з тем шли, чтобы нтимонии рзводить! Двить блгородную сволочь! Мои мужики и сейчс-то ропщут: две недели уж без дел сидим. А ежели им кто про горы скжет, тк они ж того человек живьем сожрут! Вы, конечно, тут решйте, мы в горы не пойдем!

Брент сел, и н секунду Олегу привиделсь черня полос вокруг его шеи. «Недолго уж ему…» — подумлось вдруг. А у двери поднялся кто-то еще. Был он из новеньких, пришедших уже в этом месяце. Взгляд имел хитрый, язык острый, пил немного, словно боялся спьяну сболтнуть лишнее. Зговорил он негромко, но веско, будто медные гвозди в подковы вгонял:

— А почему бы это нм делиться н пять отрядов? А не для того ли, чтобы нс поодиночке гврдейцы повыловили? Может, я чего не понял, но все, что тут Оле-лучник предложил, вргу куд выгоднее, чем нм. Н Столицу не ходи, сиди в горх, н подножном корму. А блгородные пок соберутся с силми и стену вокруг Столицы достроят.

Было видно, что подобный взгляд н ситуцию большинству в голову не приходил, и теперь все оздченно чеслись, стрясь не встретиться взглядом с Оле-лучником.

— Ты хочешь скзть, что я предтель? — Олег медленно встл, всем корпусом оборчивясь к говорившему. Воздух в комнте вдруг ззвенел, будто перетянутя струн. Цвет сместились, стены поплыли мутными волнми. Кое-кто нчл отодвигться, почувствовв нзревющую схвтку.

— Я только хочу услышть, куд это он то и дело ездит? Выезжет ж досветл, приезжет н третий день к ночи. И лошдк всегд в мыле, будто сккл от смой Столицы?

— Это ты, Гермнец, брось! — ворвлся в пузу обретший др речи Гвлт. — Мы с Оле уже дв год один хлеб ломем. Он меня, если хочешь знть, не единожды от смерти спсл. А сколько он Черных Рыцрей собственноручно н тот свет отпрвил, тк тебе столько зрз и видть нельзя, штны нмочишь! А что ездит он, тк то, может, по моему прикзу, почем ты знешь? А вот ты у нс только появился и уже предтелей ищешь?! — Голос Гвлт згромыхл уже совсем нестерпимо.

— Д я что, я только спросил, — смешлся Гермнец.

— Спросить — спршивй, нмекть тут не н что! И ежели он зхочет сейчс тут с тобой посчитться, тк я его остнвливть не буду, и отряд твой уже через пять минут должен будет себе нового комндир выбирть, потому кк не родился еще тот меченосец, который противу него выстоит. — Гвлт презрительно смерил Гермнц бешеным взглядом. — Короче, звтр же идем н Столицу! — неожиднно зкончил он и глубоко вогнл свой кинжл в жирный кружок н зтскнном пергменте крты.

Комндиры удовлетворенно здвиглись, и их одобрительный гул рзрядил нпряжение недвней ссоры. Нрод поспешил к выходу, нсмешливо поглядывя н позеленевшего Гермнц. Олег все еще стоял рядом с Гвлтом и слушл, кк успокивется кровь в глвных ртериях, кк стихет шум рстревоженной энергии, стекющей обртно в живот. Видя, что Лучник не обрщет н него внимния, Гермнец нконец повернулся и вышел.

— Ты, бртишк, все же поосторожней, — зговорил Гвлт, когд они остлись одни. — Хорошо, конечно, что твой волк соглядтев вспять обрщет, все ж не дй бог кто прознет, куд ты ездишь. Тогд и я тебя не спсу.

— Д уж теперь-то что, звтр уходим. — Олег мысленно пордовлся тому, что Ксн остется в Летнем змке, з пятндцть лиг от Столицы.

— Куд бы ты ни шел, я иду с тобой, — рздлся вдруг с порог мелодичный решительный голос.

Доля секунды потребовлсь Олегу, чтобы окзться у двери и прижть к груди неведомо откуд свлившееся чудо. Все произошло тк быстро, что Гвлт не рссмотрел девушку в черном моншеском плще с кпюшоном. Но то, что он скзочно крсив, вождь зметить успел. Он оздченно крякнул и двинулся к выходу, згороженному слившимися в тесном объятии влюбленными.

Олег и прекрсня незнкомк не мигя смотрели друг другу в глз, будто пытлись прочесть тм свое будущее.

Слог 22

ЧЕРЕЗ ВОДУ И ОГОНЬ

Лэйм

Хрм Пяти Первоэлементов

Вне времени

Через полсотни шгов они поняли, что сделли ошибку. Если мокря обувь и должн был сыгрть свою роль, то позже, в огненной чсти проход. А сейчс их встречл широкя полос воды.

В воде плвли короткие легкие бревн, нброснные в беспорядке. Было видно, что ни одно из них ни только не выдержит вес тел, но и перевернется при первой попытке нступить н него. Летт уже прикидывл, кк под все это поднырнуть, когд Сн нчл рзбег. Ширин рв был не менее десяти шгов, и перепрыгнуть его нечего было и думть. Но ствист и не собирлся прыгть. Он просто побежл по бревнм, мгновенно перествляя ноги с одного н другое. Через несколько секунд он уже стоял н другом берегу, снов улыбясь своей мягкой безмятежной улыбкой.

«Что я должн делть, чтобы не провлиться?» — мысленно спросил опешившя Летт.

«Не двить н бревн!»

«Тебе легко говорить! Вы в своем монстыре, нверное, нучились дже летть, я умею бегть только по твердой земле!»

Сн молчл, и Летт вдруг услышл его еле зметную мысль и внимтельно вгляделсь в стену ндо рвом. В стене было мленькое незметное отверстие.

«Ясно. Знчит, придется думть смой, — проворчл девушк и сосредоточилсь. — Если нступить н один конец бревн, то он пойдет вниз, другой вверх и еще, чего доброго, удрит по ноге. А вот если нступить н середину, бревно нчнет погружться ровно, и от него можно будет немного оттолкнуться. Сделть это ндо мксимльно быстро, пок ног не ушл слишком глубоко».

Летт подошл к крю и, присев н одной ноге, осторожно поствил ступню н ближйший кругляк. «Безндежное дело», — подумл он, чувствуя предтельскую неустойчивость мокрого дерев. Неожиднно в пмяти всплыло лицо Делон: «Мысль о неминуемом поржении уже смо поржение». Что-то вжное прозвучло совсем недвно… «В бою помещй его в глвную точку…» Но ведь сейчс глвня точк н том берегу? Летт посмотрел н Сн. Он сиял. Все было ясно.

Девушк отступил н три шг от кря. Пристльный взгляд уперся в нгромождение бревен. Смое глвное — видеть их кк единое целое. Стоит только нчть прыгть взглядом с одного н другое, и тело, следуя з мыслью, здержится где-нибудь чуть дольше и выпдет из единственно првильной последовтельности движений… Летт уже ничего не видел, кроме бревен. Они были огромные и тяжелые. Середин был обознчен н кждом яркой световой точкой. Никкого труд не соствляло пробежться по этим точкм, догоняя ушедший вперед тяжелый шр днь-тяня, збрвший с собой всю мссу тел. По сути дел, глвня чсть Летты был уже н другом берегу, и оствлось только перенести туд остльное — невесомое тело н двух легких точных ногх…

Дв десятк коротких шгов слились в один длинный промельк.

— Думю, повторить я этот трюк не смогу, — ошлело проговорил Летт, глядя н предтельски кчющиеся, снов ствшие мленькими бревн.

«Этого и не требуется. — Сн был горд и счстлив. — Вод и Дерево позди. Теперь нс ждут Земля и Огонь». Он укзл з спину. От его мыслей н Летту дохнуло нестерпимым жром, и он, повернувшись, посмотрел туд, где в сумрке туннеля мелькли языки плмени.

Вблизи эти языки окзлись струями горящего гз, бьющими из стен и пол через нервные промежутки времени. Летт невольно поежилсь, предствив себе обжигющее прикосновение ткой струи. «Волосы жлко», — мелькнул бестолковя мысль.

— Пожлуй, есть смысл вернуться нзд и окунуться с головой, — скзл он неподвижно зстывшему Сну. Он кивнул, но остлся стоять, прислушивясь к чему-то неведомому и внимтельно изучя устройство огненного коридор. Летт последовл его примеру.

Гз выходил не из кмня, из коротких трубок, торчщих под рзными углми. Трубки были хорошо видны: возле выходного отверстия кждой из них горел крохотный огонек.

Тк. Нпрвление удр нетрудно определить по нклону трубки. Но вот время… Огненные потоки изливлись совершенно хотически…

«Ну вот, он, кжется, опять сообрзил быстрее меня, — с досдой подумл Летт, встретив удовлетворенный взгляд друг. — Что же он мог зметить? Аг, щелчок!» Действительно, перед смым извержением плмени в соответствующей трубке рздвлся звук открывющейся зслонки. Знчит, если внимтельно слушть, будет не меньше полсекунды, чтобы увернуться, оценив нпрвление огненного язык.

В этот момент целый поток воды хлынул н них с потолк коридор.

«Видишь, им тоже нрвятся твои волосы», — кк ни в чем не бывло передл Сн, и очередной протубернец отрзился в сотне кпель, стекющих по его лицу.

«Я снов пойду первым, — повернулся он к девушке. — Если меня вдруг достнет, не пытйся мне помогть. Обо мне позботятся хозяев. И д поможет нм Ств!» — зкончил он торжественно. Зтем рывком выхвтил из-з спины меч и пересек крсную черту, нчерченную н полу.

Летте покзлось, что тело Сн сделлось неуловимо подвижным, кк солнечные блики н неспокойной воде горной реки. И в то же время оно многокртно змирло н крткий чуткий миг полной неподвижности, чтобы в следующую долю секунды перелиться в другую форму в другой точке прострнств, н шг ближе к белой черте, огрничивющей црство огненных вихрей.

Девушк с уже привычным восхищением смотрел н бешеную пляску неподвижных призрков. В полумрке коридор метлись огненные струи. Теплые, рсплвленные блики нежно облизывли сверкющее лезвие меч и рельеф мышц ствийского бойц, кждя поз которого был исполнен грции хищник и чуткости трвоядного.

Черные блестящие глз его с быстротой молнии впивлись в стены, и тело ускользло от обжигющего плмени, чтобы в следующую секунду метнуться в другую сторону, припсть к полу или взлететь вверх в легком высоком прыжке.

Вдруг Летт зметил, что Сн змедлил свое продвижение к концу огненного учстк и кк будто нрочно хочет продлить смертельную игру. Почему? Подчиняясь внезпному импульсу, Летт метнулсь к Сну, вложив в этот рывок всю свою скорость, всю силу своих привычных к быстрому бегу легких ног. Ей пришлось уклониться от одной струи, зпоздло удрившей спрв сзди, и прыгнуть еще через одну, хищно бросившуюся в ноги. Но нстоящя рбот нчлсь только в конце коридор, тм, где обиженные неуловимым монхом огненные языки с шипением нбросились н новую жертву. Кк только Летт подумл о струях плмени, кк о живых существх, ей срзу стло легче.

Все, что рождется и умирет, питется и дышит, живет и рзмножется, все это может быть сколь угодно хитрым и ловким, сильным и быстрым, но все это можно победить.

Летт не боялсь животных. Тем более он не боялсь людей.

В тот крткий миг, когд Сн здержлся н крю огненного сд, мзонк вдруг осознл, что ждное плмя сместилось вслед з ним, знчит, весь этот кжущийся хос нпрвляют люди или дже один человек. З мгновение до своего рывк Летт увидел лицо смуглого мужчины, покрытое бисеринкми пот, приникшего глзми к непонятной черной трубе, выходящей из стены, и быстро делющего ккие-то движения невидимыми рукми.

Время змедлило свой бег, и Летт с удивлением почувствовл, что в долгое мгновение после очередной струи можно видеть и слышть во все стороны. Можно спокойно зсечь щелчок зслонки и, перегруппировв тело, с восторгом нблюдть з медленным и стремительным потоком огненного великолепия, рдостно вырстющего в обрзоввшуюся пустоту и рзочровнно гснушего в тихо звенящем воздухе. А еще мленькя воительниц вдруг осознл другую возможность. Он снов попытлсь увидеть лицо смуглого человек, упрвляющего зслонкми. И когд ей это удлось, он просто остновил его руки.

Бешеный вой остервенелого плмени мгновенно стих. Летт змерл в гулкой тишине сумрчного коридор, осторожно вдыхя жркий сухой воздух, нсыщенный опсностью и ожиднием. Он смотрел в невидимую точку мир, через которую пытлись пробиться к рычгм отчянные волевые импульсы «упрвляющего». И он удерживл эти импульсы без усилий, без суеты, мягко, но неотвртимо. Огонь умер, зжтый в могучие тиски энергии высшего порядк, и восхищенный Сн медленно поднял првую лдонь к груди, оттеняя эту сцену монолитной покорностью могучих плеч и почтительным блгоговением склоненной головы.

Летт переступил белую черту и лсково положил руку н плечо друг, снов поржясь несоизмеримой силе, тящейся в глубине его обычного н первый взгляд тел.

— Ндо идти дльше, — проговорил он, и огненные струи з ее спиной взметнулись в зенит ослепительным слютом освобожденной мощи.

— Д, госпож! — Сн уступил ей дорогу, то ли продолжя игрть, то ли всерьез нгрждя свою подругу высокородным титулом. — Нс ждет Метлл. — И он несколько рз рссек мечом горячий воздух туннеля.

Зтем, зкрыв глз, ствист н мгновение поднес к лицу волшебный клинок. Его высокий лоб прикоснулся к центру тяжести, помеченному мленьким дрконом сжимющим в псти рубиновую жемчужину. «Действительно, нужно успокоиться», — подумл Летт и, повторив движение друг, поднесл трезво-холодное оружие к рзгоряченному лбу.

Меч мгновенно выпил из переполненной гордостью и торжеством души всю эмоционльную нкипь и обнжил кристльную глдь Истинного Восприятия. Зеркло бесстрстно отрзило следы отхлынувшей волны, и Летт невольно ужснулсь стршным изменениям, происшедшим в ее оргнизме под влиянием, кзлось бы, положительных эмоций победившего воин. «Чтобы все чувствовть, умерь чувств. Чтобы принимть првильные решения, перестнь думть», — возникл в созннии мысль Сн. В воздухе неожиднно появился ромт терпкого нпитк из сухих зеленых листьев, который ствист готовил по вечерм в сложном медном приспособлении н трех ножкх.

— Чнь ши ч, — непонятно произнес Сн и тихо пояснил: — «Медитция имеет вкус чя».

Они двинулись по коридору, и тусклые огни светильников зскользили вдоль двух клинков, взрезющих гулкое, зтившееся прострнство.

Слог 23

СКВОЗЬ МРАК И СЛЕЗЫ

Лэйм

Лгерь восствших

Ночь

Ксн сидел в неудобном жестком кресле и смотрел мимо Олег широко рскрытыми печльными глзми.

— Скжи, кк случилось, что з весь месяц я не смогл понять совершенно очевидную вещь: ты и один из глврей бунтовщиков Оле-лучник — одно и то же лицо?

Юнош рзомкнул упрямо сжтые губы:

— Я оберегл тебя от этого знния.

— Ты боялся, что королевскя дочк не стнет встречться с рзбойником и убийцей?

— Я и сейчс не сомневюсь в этом. Но я ни тот и ни другой.

— А кто ты? Сколько у тебя имен, сколько обличий? От ккого еще знния ты оберегешь тех, кто любит тебя? Ну, пусть не срзу, не в первый день… Но ты должен был скзть мне все!

Олег молчл, безуспешно пытясь поймть ее взгляд.

— Д, я по-прежнему слышу твои мысли, но прошу, говори словми! — В голосе Ксны слышлись близкие слезы. — Стоит только обнять тебя, и никких вопросов не остется. Но ты уходишь, и они возникют снов!

— Я боялся рзрушить волшебную скзку, в которую мы сумели поверить.

— Любовь принцессы и стрнствующего менестреля? — горько проговорил Ксн. — Похоже н зголовок глупого голливудского фильм…

— Кк ты скзл? — Олег нконец поймл взгляд девушки.

— Фильм… — Ксн удивленно змолчл. — Я не зню, что знчит это слово!

— И я не зню. Но со мной ткое тоже случется. Слов, стихи, музык… они приходят издлек, и я не могу отделить свое от чужого. Думю, в нс обоих спрятно некое иное знние и другое обличье. И нм не дно знть, когд они откроются и что после этого будет.

— Мне стршно. — Ксн поднял колени к подбородку и обхвтил их рукми.

— Я с тобой, родня. — Олег легко поднял н руки сжвшуюся девушку.

— Обещй больше никогд не обмнывть тех, кого любишь, — обиженным детским голосом проговорил принцесс, обвивя рукми его шею. — Не может быть счстья, построенного н лжи. И любовь нельзя зслужить обмном!.. А теперь поцелуй меня! Мне кжется, что это — нш последняя ночь вместе…

— Почему ткя безысходность? Я дрлся в сотне схвток, больших и млых, и до сих пор жив.

— Я чувству-ю… — по склдм скзл Ксн и прижлсь отчянными ищущими губми к его губм.

Все в мире было не тк.

Ксн неожиднно для себя осознл, что в последний месяц просто выпл из рельности. Их с Олегом любовь превртил мир в зповедник чудес, в црство рдости и счстья. В нем не было и не могло быть жестокости и убийств, ненвисти и боли.

А н смом деле все это было.

Ксн вдруг с ужсом осознл хрупкость человеческой жизни.

Он обнимл родное, сильное тело Олег и чувствовл его уязвимость. Это было ужсно, но он физически ощущл, кк легко вржеское оружие может открыть дорогу потоку горячей крови, рвущейся из сердц. Он впервые почувствовл, кк хрупки человеческие кости, кк мягк и подтлив кож и кк просто все это перемешть и выдвить нружу то, что з всем этим стоит.

В отчянии он пытлсь прижться к любимому кк можно крепче. Слезы, струящиеся из глз, зливли лицо, и поцелуи впервые были не слдкими, солеными.

Олег целовл ее щеки, лоб, глз и шептл что-то успокивющее. Постепенно смятение улеглось, шум в ушх погс, и отчяние и стрх уступили место тишине. Ксн лежл, тесно прижвшись к Олегу, теплому и родному, лежл, вслушивясь в его мысли, впитывя его чувств, зпоминя его зпх, биение пульс, ритм дыхния.

Вдруг он поймл мелькнувший в его созннии обрз девушки с зжмуренными глзми и белокурыми локонми, прилипшими к рскрсневшемуся лицу.

«Он был у тебя до меня?» — Ксн попытлсь не допустить в волну вопрос дрожь ревности.

«Д, но мы были вместе всего одну короткую ночь…»

Ксн некоторое время лежл молч. Он неожиднно поймл себя н симптии к светловолосой незнкомке, обрз которой был проникнут жлостью и нежностью, лсковым внимнием и блгодрным увжением.

«Я чувствую, ты нрвился ей».

«По крйней мере, он откзлсь меня убить. Моя смерть должн был стть чстью Обряд Совершеннолетия мзонок».

«Рсскжи мне, пожлуйст!»

«Это не тк интересно, кк тебе кжется!»

«Рсскжи! Инче я снов рсплчусь от невозможности изменить судьбу… Только говори вслух!»

— Хорошо. Ее звли Летт. И я действительно был ей интересен. Он ненвидел мужчин скорее по трдиции, по привычке, вдлбливемой с детств. Для слепой ненвисти он был слишком умн и нблюдтельн. Не думю, что сейчс из нее получилсь зконопослушня мзонк и он смогл остться в их мрчном и противоречивом мире.

Особенно после знкомств со мной.

В тот год я много путешествовл, нбирясь впечтлений и изучя жизнь рзных нродов и племен. Об мзонкх я почти ничего не знл. Только легенды д жуткие слухи о жестоких женщинх-монстрх, убивющих всех мужчин без рзбор. Кк окзлось, слухи эти были првдивы лишь отчсти.

Н мужчин они охотятся только рз в году, з пру недель до второго весеннего новолуния. При этом пожилых или слишком юных отпускют с миром, для обряд выбирют молодых, сильных и здоровых.

Думю, когд-то двно их мужчины глупым и недльновидным првлением поствили племя н грнь уничтожения, и женщины, покрв виновных, попытлись зщитить себя от повторения подобного.

В племени рзвит культ Великой Мтери, волшебством которой появляются н свет мленькие мзонки. Думю, н смом деле стршие сестры периодически выполняют «общественную повинность» по поддержнию численности своего нрод. Но делется это в глубокой тйне, тк, чтобы у млдших не появилось и тени сомнения. Девочек с млолетств пугют обрзми грубых, бородтых существ, тупых и жестоких. А в шестндцть лет, когд внутренние соки рзливются по молодому телу непонятным томлением и природ пытется испрвить вопиющее безобрзие, стршие сестры зствляют молодежь убедиться в мужском свинстве н личном печльном опыте.

В день совершения обряд пленникм дют вино с сильной дозой особого нркотик. Под действием этой гдости мужики густо потеют, возбуждются и полностью теряют человеческое обличье. Зтем их зпускют в штры, где кждого ждет девушк, тоже выпившя ритульный нпиток. Только девичий нпиток производит обртное действие. Юные мзонки слбеют и впдют в птию. Можешь себе предствить, что они чувствуют в объятиях перевозбужденных смцов…

— И кк же ты выпутлся из этой подлости?

— Ты же знешь, ббушк нучил нс с сестрой подвлять действие рзного род сндобий, подмешнных в пищу. Поэтому я не поддлся всеобщему помештельству. По-моему, н Летту зелье тоже не окзло зметного действия. Во всяком случе, он встретил меня взглядом, в котором стрх и отврщение боролись с любопытством. Я поздоровлся и попросил рзрешения умыться. Это ее слегк удивило, но не сильно изменило ее ко мне отношение. Я обнружил з знвеской в углу штр медный чн с ромтизировнной водой, и умылся, что после недельного пребывния в плену окзлось сущим блженством.

Мне неожиднно легко удлось услышть мысли юной мзонки. Когд он понял, что я спокоен и не собирюсь бросться н нее, он решил, что я ненормльный, больной смец. И здумлсь. С одной стороны, ей повезло. Он счстливо избежл тех ужсов, которыми пугли друг друг девушки при подготовке к обряду. С другой стороны, если этот вопиющий фкт откроется, ей придется не только еще год сидеть в млолеткх, но и зново проходить все этпы обряд, включя и этот последний.

И тут обнружилсь еще одн немловжня детль. Окзлось, что к исходу ночи, когд мужчины зснут, девушки получт возможность отомстить. Ни один из рбов, выпивших этой ночью любовный нпиток, не должен был увидеть утро следующего дня.

Позже я узнл, что этот обычй имеет мистический смысл. Тким обрзом мзонки пытются огрдить себя от рождения мльчиков.

Проблем был в том, что Летте претило убивть безоружного. Кк ты думешь, что он решил мне предложить?

— Не зню… Просто не могу поствить себя н ее место…

— Он предложил мне поединок. В случе поржения я должен был бы совершить смоубийство.

— А если бы победил ты?

— Он был готов покончить с собой. Он тк ненвидел мужчин, что поржение было бы для нее позором, и жить после этого не имело бы смысл. Кк ты понимешь, был и третий вринт. Но для этого обряд должен был все-тки совершиться, хотя и не тк, кк хотели его оргнизторы.

— Ты пытешься предствить все тк, будто действовл из чистого льтруизм.

— Ну, не совсем, конечно. Несмотря н мссу неприятных подробностей, мое приключение в стрне Амзонок выглядело достточно ромнтично. Ночь, рокот брбнов, ритульный кинжл в тйнике у изголовья, н ложе прелестня девушк, готовя н смерть во имя нежелния убивть…

— И ты…

— Я только убрл из ее подсознния внушенное воспиттелями отврщение к мужчине. И все срзу стло н свои мест. Он, единствення в племени, имел эльфийские волосы и глз. Меня он увидел еще н облвной охоте, когд я не очень сильно сопротивлялся десятку Стрших Сестер, и срзу зхотел узнть, откуд я, из ккого нрод, где мы живем и во что верим? Я рсскзл ей о Лучезрной Долине, дл ей увидеть лиц эльдр, услышть нши песни.

По-моему, он не поверил мне. Но ей понрвилсь скзк, которую я рсскзл.

Понимешь, они стршно одиноки. Они не только не знют мтеринской лски. Дже говорить о мтеринстве зпрещено под стрхом изгнния из племени. Думю, положение спсют кормилицы, лскющие мзонок в первый год жизни. Но в сознтельном возрсте девочки получют только нотции д тычки.

Они помолчли.

«Ты был нежным с ней?»

«Что зствляет тебя сомневться в этом?»

«Ничто. Я спросил просто тк, из звисти…»

«Ксн, любимя, о ккой звисти ты говоришь? Он остлсь одн перед угрозой рзоблчения и нкзния, ты здесь, со мной!»

«Все рвно, для меня мучительн мысль, что ты можешь целовть другую… Чем же все зкончилось?»

«Продолжение поджидло меня з стенкой штр. Оно было небольшого рост и, несмотря н теплый климт, ходило в меховой шубе».

«Bay?»

«Д. Под утро он вежливо поинтересовлся, не собирюсь ли я жениться и остться в племени нвсегд. Я, не вдвясь в подробности, попросил его не телепортировться внутрь штр, просто прогрызть ткнь. Он слегк поворчл, но потом все-тки появился перед нми во всем своем волчьем великолепии. При этом он очень потешно отплевывлся и крутил хвостом, кк молочный щенок. Мы попрощлись с Леттой и ушли к реке».

Ксн некоторое время лежл с зкрытыми глзми.

«Вш последний поцелуй был очень трогтельным. — Он посмотрел н Олег спокойным открытым взглядом. — Но откуд н ее руке взялсь кровь?»

«Он попросил, чтобы Bay ее укусил. Это должно было отвести подозрения в соучстии».

«Я хотел бы встретить ее. Мне кжется, мы могли бы стть подругми… У меня ведь никого нет, только Эол. Но он стрше н тысячу лет. Почему ты до сих пор не познкомил меня со своей сестрой?»

«Он живет длеко, в ншем стром лесном домике. Тм, где умерл мм, зтем ббушк… Тм, где ее отец убил моего…»

«Прости. — Ксн н секунду прижлсь щекой к его груди. — Я — глупя эгоистк. Ты тоже совсем один… Оле, родной, ведь я сккл сюд, чтобы спросить: все эти крестьяне и беглые рбы действительно вжны для тебя?»

— Д, — вслух скзл Олег, спокойно встретив влжный, непонимющий взгляд Ксны. — Не рди них. Рди меня смого. Кто-то скзл: ты в ответе з всех, кого приручил. Я позволил себе возжелть спрведливости Я рзжег эту жжду в тысячх людей. Мои песни будоржили души и ломли привычные рмки. Мы с Гвлтом подвигли мирных землепшцев к войне и убийству. И теперь пришло время плтить з безумную ндежду. Мне уже ясно, что ничего нельзя изменить, рзмхивя железом и громко крич о спрведливости. Светлые иделы нужно любить по возможности тихо! Будущее создется не поступкми, мыслями людей. Пок мы желем рвенств и свободы, — мы Свет и Добро. Но когд мы идем убивть во имя свободы и рвенств, — мы Зло, мы Тьм… Я только сейчс осознл истинный тргизм строк великого поэт:

Боюсь я любых звывний трубы,

взиря привычно и трезво:

добро, стервенея в зрте борьбы,

озляется круто и резво!

Понимешь, изменения происходят в мире постоянно, исподволь, и не нм пытться ускорить космические процессы. Нужно успокоиться и првильно почувствовть круг своей ответственности. Он невелик: см человек, его семья, его Дело, или — если точнее — его Призвние. Нельзя объять необъятное. Нужно осознть Необходимость и зпстись Терпением. А вот это-то и окзывется труднее всего.

Мы создны по обрзу и подобию божьему и поэтому чувствуем несовершенство происходящего.

И пытемся Творить.

Но мы не только не рвны Творцу. Мы всего лишь его жлкие Обрзы и Подобия.

Обрзины.

А поэтому мы Творим н своем жлком, ущербном уровне. И рно или поздно приползем к пыльным иконм с плчем: «Что же это я нтворил?»

Свобод воли… Проклятя способность чувствовть себя хозяином своей жизни без млейших н то основний. Проклятя рздвоенность Выбирющего. Выбрл одно и нвсегд лишился второго.

Пошел нлево и не попл нпрво.

Выбрл себе жену и нвсегд лишился всех остльных, тких крсивых и соблзнительных.

«У кого есть выбор — тот несвободен!» И еще: «Свобод — есть осознння необходимость!» В этих двух фрзх зключен изрядный кусок пресловутого смысл жизни.

Грустный кусок. Претящий ншим богоподобным мбициям.

Мы не соглсны ждть. Мы хотим хорошей жизни сейчс, немедленно. И не змечем, что жжд социльной спрведливости преврщется в социльную звисть, что в рядх борцов з свободу полно грбителей и убийц, которым и дел нет до истинно светлых иделов, до которых, если говорить честно, и нм длековто. Ибо своя рубшк все-тки ближе к телу, и не было еще человек, не придумвшего опрвдния собственному свинству!

Олег зкончил горький монолог и приоткрыл окно, пытясь освежить рзгоряченное лицо прохлдой летней ночи.

З окном кипел и булькл ночня жизнь тридцтитысячного лгеря. Орли пьяные борцы з свободу, визжли мркитнтки, с воем дрлись собки, отнимя друг у друг грязные кости с ошметкми полусгоревшего мяс… Неподлеку кого-то рвло…

— Теперь я окончтельно понял, что рзум не должен нмечть слишком длеко идущие цели. Его дело — тктик. А стртегия — привилегия сердц.

Во всех делх, где ум успешливый
победу прздновть спешит,
он ловит грустный и усмешливый
взгляд зтившейся души…

Сейчс я утешю себя лишь мыслью, что длеко не все мои песни призывли к борьбе з свободу. Большя их чсть — о Любви!

Поэзия! Нет дел бесполезней
в житейской деловитой круговерти,
но все, что не исполнено поэзии,
бесследно исчезет после смерти![6]

— Кк хорошо, Олег, милый! Ты говоришь, и я чувствую, что это првд!

— Нм пор ехть, любимя. — Олег присел н крй лож. — К утру я должен вернуться. Bay проводит тебя до смого змк. Не волнуйся и жди от меня вестей. Что-то говорит мне, что моя последняя битв еще длеко впереди. Ты веришь мне?

— А что мне еще остется делть? — прошептл Ксн, глядя н друг глзми, полными тоски и боли.

Слог 24

СВИСТАТЬ ВСЕХ НАВЕРХ

Лэйм

Орчья Чщоб

Ночь

Воздух был тк пересыщен зпхми и ромтми, что Нес Твур и Мои Струм долго не могли отплевться и отсморкться.

Кроме того, вокруг было темно, кк в пещере покинутой Спецзоны.

— Кждый рз ткя хренотень, — жловлся Твур, пытясь приоткрыть слезящиеся, воспленные глз. — Кк они тут живут, эйнджел их збери?

— А вот с этим ты тут поосторожней, Лупоглзый. Здесь до эйнджелов рукой подть. Обожди троху. Это у тебя гляделки просто млость великовты, вот и слезятся.

Струм возился где-то рядом, но рссмотреть его Гвуру никк не удвлось.

— Не понял! Кк это у меня великовты? А у тебя? Меньше, что ли? — Твур нчл остервенело щуриться, пытясь прояснить поле зрения.

— Не верещи! Ну, достлось тебе слегк модифицировнное тельце, тк рдовться должен. Особые поручения будешь выполнять. Незменимым стнешь! — Голос Струм был зметно ниже тоном и доносился откуд-то сверху.

— Опять не понял! Ккое ткое модифицировнное? Глз большие, говоришь? А остльное? — Твур рстерянно шрил вокруг рукми. — А чего это у тебя колено н уровне моего нос? Ах ты гд ползучий! Ты же себя великном сделл. А меня? Крликом? Вот плюнь ядовитя! Позботился, нзывется, о кореше! Помог приятелю! Ай! Убери лпищу-то! Убери, говорю! Не хвтй меня з глотку, мбл против-х-х-м-м…

— Кончй бзр, клоп! Не по делу и не ко времени твои взвизги. Не для смеху я из тебя недомерк сделл. Плн особый имею. Д и не нвсегд это, см знешь. Нм глвное — с лямбдой ншей упрвиться, сечешь? — Струм легко держл Твур н весу. Тот сучил ногми в воздухе, судорожно вцепившись рукми в могучую длнь приятеля. — Ну че, тебя отпустить или кк? Одумлся? Голосить боле не будешь? То-то же. Короче, рзворчивй свои зеленые уши и нчинй просекть суть.

Очутившись н твердой почве, Твур первым делом попрыгл, повертелся и помхл рукми. Тело слушлось хорошо.

Оно, конечно, было слегк хиловтым, но гибкя поясниц, длинные клешнятые руки и подвижные, широкостопые ноги обеспечивли общую верткость, быстроту хвтния и бег, устойчивость и свободу мневр.

«Лдно, мне тут не телок соблзнять, — решил он пр себя. — Но этой орясине при случе з все укнется!»

Тело, видимо, понемногу дптировлось, и выпуклые, широко посженные глз Твур нчли нконец рзличть окружющие предметы.

Судя по всему, это были Вторые Орчьи Ворот, открывющиеся н дно глубокого оврг в Северном Чернолесье. Во всех окрестных овргх жили орки. Этот же пользовлся дурной слвой, и его обходили з три сотни шгов.

— Лдно, кчок противный, считй, что я перекипел и почти готов рботть. Ккой, говоришь, у нс плн? — Твур удобно примостился в небольшой песчной ямке и зкинул ногу з ногу.

— Вот что мне в тебе всегд нрвилось, Лупоглзый, тк это общя слюнтяйскя незлобивость! — хохотнул Струм. Был он здоровенным, широкоплечим, с могучей, хотя и сутулой спиной и длинными, до земли, рукми. — Слухй сюд. Не збыл, что Шеф нм здчу поменял? Предемертников теперь убивть низ-з-зя. А ндо их вязть, сюд тщить и вниз через Ворот отпрвлять. И чтоб тихо, без шум и пыли…

— А я опять скжу, кк это он себе мыслит? Это Лысого вязть? Д еще без шум? Хотел бы я н того сильник позреть, который его живым возьмет! Лысого только ррругми трвить. Причем голодными до потери всякого стрху. Рзве что прынцеску…

— Во-о-о! Сообржешь! Девок брть будем. А слбый к тким вещм «сильный пол» см з нми побегит и телок своих освобождть кинется. Нм с тобой ндо тк рсстрться, чтобы всякий рз догоняли они нс тут, в этом оврге, и в Ворот з нми лезли. Сечешь? Ты еще мне з свое тельце спсибо скжешь. Умное оно у тебя. И чуткое. Ты вот щс что слышишь?

— Ну бухет чтой-то н дв голос. Причем одно где-то во мне. В груди. Это че — сердце? А ткой гулкий бубух с легкой хрипотцой из твоего пуз — это твое, что ли? Ого! Я еще птиц слышу! Много! И крот! Он под нми ход шхтерит. Неглубоко. Он тм зря пыжится, перед ним плит грнитня. А з плитой ниш ккя-то. По-моему, орчья гробниц. Желез всякого, бронзы — немерено. И череп с клыкми. Постой, это уже я не ушми слышу. Вернее, вижу.

— Тут ты прямо в точку злепил, Лупоглзый. Видишь ты не ушми. И не глзми дже. Ты — почти слухч. Мне н склде зуб двли, что ты со временем дже мысли сможешь подслушивть.

Твур нморщил поктый, бугристый лоб и некоторое время поврщл глзми.

— Не, пок не могу. Тк что ты двй бурчи дльше.

— Вот я и говорю. Себе я тело помблистей подобрл, чтобы втгу быстро сколотить. Некогд мне с местными горлопнить. Чуть че — промеж ушей! Нберем штук тридцть — и з прынцеской. Он щс к змку лесному движется. Но при свете. А по ночм спть изволит. Если ночь бежть, ккурт к ее умывнию поспеем. Помнишь, что нм Шеф с собой дл?

Твур нклонился и продемонстрировл приятелю черный кмень в свинцовой опрве. Н крю кмня еле-еле поблескивл зеленя искорк.

— С Тлисмном мы ее живо отыщем. Тк вот ты у меня зместо диверснт будешь. Девку волк ведет. Он, по всему видть, тоже слухч. Его ндо н нежднчик брть. Я тут с собой пру склянок сонных прихвтил. Одну н волк, другую н девку. Короче, делов тебе немного — подкрсться и склянку ему об лоб. А дльше уж моя рбот.

— То есть кк твоя рбот? Вязть — лдно, ты, рзвлекться — чур, я первый! Я, может, тоже по ней двно сохну! Я ей все припомню! О пощде молить будет во все глнды! Сквозь слезы и сопли!

— Ты, Лупоглзый, плохо Его Смость слушл. Пытть их всех будут уже внизу, в кнцелярии. А нм, если ослушемся, все выступы с тел срежут. Шеф ведь тк и скзл. И нблюдение з нми обещл устновить. Уже небось смотрит кто-нито…

— Дык я че, Ушстый, я ниче. Нельзя тк нельзя, я дисциплину понимю!.. — Твур звозился, демонстрируя смущение, рскяние и гржднское рвение. — Я мыслю — пор нм. А то ведь к утру не поспеем?

— Верно рссуждешь. Двй з мной. Нет. Двй впереди меня. Я местных н живц ловить буду. Ты кк кого увидишь, тк срзу ему пинком под зд. Он, конечно, кинется, тут я ему кулком в лобешник. Мол, со свидньицем! Лучше всякой рекомендции. Кк тебе плнчик?

— Д ничего плнчик, только ты уж не зпоздй. А то нмнут мне холку, н себе потом понесешь!

— Идет. Ну, с нми См! Поехли!

Слог 25

ДОРОГА МЕТАЛЛА

Лэйм

Хрм Пяти Первоэлементов

Ночь

Издлек Летте покзлось, что их встречет человек — могучий мужчин в длинном одеянии, скрывющем ноги. И только встретив слегк нсмешливый взгляд Сн, девушк понял свою ошибку. Сттуя! Железня сттуя одетого в доспехи воин возвышлсь посреди сужющегося коридор, з ней просмтривлсь еще одн и еще…

— Их должно быть шестьдесят четыре, — спокойно скзл ствист. — Это священное число, обознчющее количество изменений многоликого мир. Чсть людей думет, что мир постоянен. Другя чсть думет, что мир бесконечно изменчив. И те и другие видят только одну сторону вещей. Мудрые знют, что постоянны в мире лишь изменения. Их неизменность зключется в бесконечном чередовнии одних и тех же шестидесяти четырех состояний. Нм с тобой нужно пройти мимо всех воинов и избежть шестидесяти четырех смертей. Остться целым и невредимым можно только одним способом: не совершть ошибок. Ты должн будешь изменяться в точном соответствии с Дорогой Метлл. Если твой путь отклонится от этой дороги, это будет отклонение в Смерть.

Летт с неприязнью рссмтривл уродливую сттую.

— Ты хочешь скзть, что он может двигться?

— И дже очень быстро. В моем монстыре есть зл Боевых Мнекенов. Думю, здешние мехнизмы не сильно отличются от привычных мне. В нших сттуях движение рождется под полом из непрерывно движущихся струй горной реки. Большинство мнекенов могут делть только три-четыре движения, но зто неожиднно и в полную силу. Считется, что упрвляет ткой сттуей см испытуемый. Видишь: пол здесь соствлен из плит? Среди учеников рспрострнено мнение, что от того, н ккие из них ты будешь нступть, звисит «поведение» железного воин. Я думю, все знчительно проще. Мнекенми упрвляют специльные люди, следящие з испытуемыми через тйные окошки. Кк в зле Огня.

Сн двинулся вперед, и железный воин пришел в движение. Его голов повернулсь, и провлы глз под могучими ндбровьями зсветились лым огнем.

— Кждый из этих мнекенов имеет слбую сторону, — продолжл Сн, — попытйся нщупть ее у этого Крсноглзого.

Некоторое время Летт внимтельно вглядывлсь сттую, тело которой состояло из широких рубчтых колец, имитирующих доспехи.

— Думю, он не может нносить прямые удры, — девушк повернулсь к Сну и принял его одобрительный кивок.

— Я думю тк же. — Ствист шгнул вперед и вдруг резко взмхнул мечом. Воздух перед его грудью лязгнул зубми железного дркон, и восьмиконечня звезд зпрыгл по кмням. Одно кольцо тел сттуи бешено врщлось, и выступ н этом кольце потерял свой блестящий нконечник.

— Судя по всему, больше Крсноглзому метнуть нечего. А вот полоснуть он тебя может по трем уровням: той вон косой по ногм, вот этими плшми под ребр и вон тем серпом в основние шеи. Видишь?

— Угу. — Летт никк не могл нстроиться н нужный лд. Все в этом Испытнии было не тк, кк ей мечтлось. Он, првд, до сих пор не знл, чего же, собственно, ожидл, но определенно знл, что не мокрых бревен, огненных струй и этих противных полумертвых монстров. Ей мнились Искушения и Соврщения, Мгические Ловушки и Испытния Чувств, Стршные Жертвоприношения и Мистерии Тйного Культ. А пок нужно было просто сообржть и делть. Чувствовть было не только не обязтельно, но и вредно.

— Хрм Пяти Первоэлементов — обитель воинов. Боевую Мгию преподют только тем, кто в совершенстве влдеет своим телом и трдиционными видми оружия, — проговорил Сн, безошибочно прочитв ее мысли. — Не кжется ли тебе, что чувство неудовлетворенности происходящим — ниболее чстое состояние человек? И нужно не переживть крушение своих иллюзий, принимть мир тким, ккой он есть. «Кждый человек счстлив нстолько, нсколько считет себя счстливым». Твое тело куд совершеннее этих мехнических подобий. Нслждйся возможностью проявлять это Совершенство. Стнь им. И ты не зхочешь ничего другого.

Сн зкончил говорить и зкрыл глз. Н губх его появилсь неизмення счстливя улыбк. Тк улыбются дети, гуляя по молодому лесу солнечным теплым утром, когд хищники уже спят, перевривя ночную трпезу, рзбойники зползют в тень, мучясь жестоким похмельем.

И вновь Летт почувствовл, что эт бесед, предшествующя Испытнию, стрнным обрзом влияет н ее внутренний мир и что слов в этой беседе не глвное.

— И последнее, — Сн сделл еще шг к сттуе. — Эти удры не тк уж сильны.

Будто в подтверждение его слов мехническя рук резко полоснул сверкющей косой н уровне колен ствист и сердито згудел, удрившись в его мгновенно вскинутую стопу. В следующую секунду кос рвнулсь в обртную сторону, но Сн уже убрл ногу, пропускя увлекшееся лезвие в пустоту. Еще некоторое время кос описывл змедляющиеся круги, и тихий шелест хорошо смзнных шрниров был единственным звуком, нрушющим тишину коридор.

— Цель прост: нужно целым и невредимым проскользнуть мимо кждого из этих болвнов.

Коротко кивнув, Летт рвнулсь вперед, и меч в ее рукх зметлся в скрещении удров, кк солнечный луч в комнте рзбитых зеркл. Все окзлось не тк просто. В отличие от живого противник, сттуя не менял нпрвление удр при скользящем блоке. Приходилось перенпрягть кисть и подствлять ближнюю треть меч. «Слбовт мой клинок для ткой дубовой рботы, — мелькнул тоскливя мысль. И тут же вскипел волн злости. — Пройду! См пройду, без поблжек и скидок!»

Бой кончился неожиднно и очень скоро. Дв десятк мгновений лязг и зубовного скрежет — и шелестящя тишин сдвшегося мехнизм. Яростня схвтк — и мгновенный переход к бессильному, гснущему движению умирющих лезвий.

Будто пожлев ненигрвшегося ребенк, Сн вошел в зону поржения, и воспрянувшие руки кинулись к нему, нперебой хвстясь своими клинкми. Ствист не стл их обижть и добросовестно позвенел мечом. Летт видел, что он збвляется, позволяя Крсноглзому покзть все свои способности. «А с живым бойцом рботть горздо приятнее», — подумл девушк.

— Это испытние для психики. Железное чудовище, лишенное жлости и сострдния, должно вселять ужс, — проговорил Сн, слютуя уствшему мнекену. — Двинемся дльше?

— Ты можешь не вмешивться и пропустить меня вперед?

— Конечно. Но…

— Никких «но». Второй мнекен мой личный врг. Видишь, ккя у него мерзкя ухмылк?

Выржение лиц второй сттуи действительно нпоминло ехидную усмешку. Железный воин пренебрег тетрльными эффектми и тковл из полной неподвижности. Если бы Сн не вскинул руку, короткое меттельное копье пробило бы Летте плечо. Рздосдовння мзонк бросилсь к мнекену и некоторое время нслждлсь неистовым тнцем сверкющей стли. Легкя црпин н предплечье д рзрезння туник. Вот и все, чего добился от нее второй мнекен. Сн окзлся рядом уже через несколько секунд.

— Опять ты влез? — нпустилсь пср н виновто потупившегося отшельник. — Ведь обещл же!

— Еще рньше я обещл Делону оберегть тебя. Кроме того, не думю, что тебе сильно не хвтет в груди куск ковного желез!

— Мне не хвтет уверенности в себе. Я пришл сюд см, и см должн пройти Испытние. Не ты ли говорил мне это совсем недвно?

Н этот рз Сн только поклонился и остлся н месте, предоствив подруге смой рзбирться с остльными мнекенми.

Дв десятк следующих сттуй были похожи друг н друг, кк близнецы. Они щетинились трезубцми, копьями, плшми и секирми рзных рзмеров и форм. Нщупвшя нужное состояние мзонк прошл их с ходу, не потеряв дыхния и не получив ни одной новой рны.

Еще восемь мнекенов были вооружены гибким оружием. Молот-метеорит, вылетевший из широкой груди первого, Летт пропустил нд собой, остльное удвлось отклонять короткими взмхми эльфийского клинк. Првд, одн цепь все же здел девушку. Амзонку спсло то, что именно этот конец зкнчивлся не «волчьими зубми» или «крыльями феникс», простой глдкой плкой из тяжелого дерев. Боль был сильной, и проскочивший следом Сн немедленно принялся мссировть шипящую подругу.

— Теперь я пойду первым, — зявил он. — Тебе нужно перевести дух.

Глядя н зубстую морду следующего мнекен, Летт не стл возржть. Что-то было в этом железном монстре. Что-то оттлкивющее. Ну д, конечно. Потеки. Тело сттуи было злито черной зсохшей жидкостью. Легко читлось, что жидкость эт изливлсь брызчтыми неровными струями. Кк из рзрезнной ртерии. «Тьфу, пкость! Не смогли здешние мудрецы обойтись без дешевого дикрского зпугивния. Еще бы костей нбросли! Хотя н Сн все это должно действовть, кк дождь н рыбу».

Летт был прв. Ствист спокойно рссмтривл нового противник. И нлизировл.

Низкорослый монстр изобржл некое мссивное пресмыкющееся и был вооружен нбором ззубренных серпов. У него было только одно плечо. Могучя рук рзветвлялсь н восемь предплечий, соединенных сложным шровым суством. Когд скрытый в недрх склы «хозяин сттуи» включил мехнизмы, предплечья змелькли в бешеном темпе, и резкие повороты корпус нчли брость шровые смерчи из стороны в сторону.

Летт не срзу понял, почему Сн передл ей меч. Ничего не объясняя, юнош отступил н несколько шгов и вдруг бросился прямо н сттую мгновенным рывком мстер «нпрвленной воли». Миг, и он окзлся стоящим н плоской голове монстр, кк будто специльно для этого приспособленной. Сверкющие смерчи не доходили до него совсем немного, но ствист не обрщл н них никкого внимния. Он протянул руку, и Летт послушно бросил ему об меч. «Сейчс он будет крулить мой второй прыжок, — еле слышно прозвучло в мозгу Летты, — не пропусти момент…»

И действительно, сттуя перестл поворчивться из стороны в сторону, пытясь подловить спрыгивющего хитрец и сбить его н лету. Сн медленно спружинил ноги и взвился к потолку крсивым высоким прыжком. В ту же секунду сттуя удрил ему вслед, серпы безндежно црпнули воздух, и, когд «упрвляющий» перевел взгляд н девушку, ее уже не было перед мнекеном. Он стоял н голове железного воин в той же позе, что и Сн мгновение нзд. Рзочровнный «хозяин» нчл остервенело дергть з рычги, пытясь устршить отвжную воительницу. Алчные лезвия мелькли в стршной близости от стройных девичьих ног. Летт н секунду предствил себе лопнувшую кожу и вывернутое низннку, сочщееся крсным мясо. В глзх помутилось. Девушк покчнулсь, но резкий гортнный крик удрил ее, словно бичом. Он опомнилсь и, оттолкнувшись что было сил, прыгнул в объятия кого-то трепетно знкомого с искженным лицом и бешеными черными глзми.

«Все хорошо, родня, — шептл Сн, прижимя Летту к груди спиной к ненвистной сттуе. — Все в порядке, только обещй мне больше не думть о поржении. Кк только ты нчл проигрывть в голове кртину стршного будущего, оно срзу получило твою энергию, и мир чуть было не свернул н эту более легкую дорогу. Пдть всегд легче, чем искть путь нверх. Не двй твоему вообржению творить недостойное будущее…»

«Пусти меня, — тихо попросил Летт. — Я попытюсь предствить себе кртину своего триумф».

«Это лишнее. Не ндо ничего желть. Нужно просто быть. Любое отвлечение от Здесь и Сейчс в боевом умении ведет к поржению. Будь в том месте, где нходишься, и делй то, что делешь. Это все».

Через дв десятк шгов коридор поворчивл впрво. Это позволило строителям рсположить следующую сттую у стены в окружении восьми темных окошек, обрмленных кменными брельефми. Слегк прикрытые рскосые глз сттуи создвли обмнчивое впечтление покоя и умиротворенности. Тихя улыбк зстыл н тонких железных губх. С нешироких плеч ниспдл просторный метллический блхон, в склдкх которого лишь с большим трудом можно было уловить очертния спрятнных рук. Оружия вообще не было видно.

— Что скжешь об этом средоточии мир? — Голос Сн рзрушил повисшее в воздухе сонное мрево.

— Думю, это Меттель, — ответил девушк и срзу же бросилсь вниз и впрво. Прострнство, согретое теплом ее тел, прошил холодня спиц, слбо звякнувшя об пол длеко позди.

— Хорошо, — проговорил Сн немного нпряженным голосом, и что-то блестящее вспорхнуло из недр сттуи прямо ему в грудь. — Не пытйся их ловить. — Юнош покзл Летте изогнутый меттельный нож с четырьмя режущими грнями, сверкющими тщтельной зточкой. Он еле успел оценить опсность ткого подрк, Сн уже метнул его, сбивя н лету следующий снряд сттуи. Плоскя трелк, рсколотя своим предшественником, гулко звякнул о плиты пол, и в коридоре снов повисл нервня, гнетущя тишин.

Летт бросил быстрый взгляд н друг и опять увидел не то, что ожидл. Сн не смотрел н сттую. Его глз вглядывлись куд-то в стену, н добрый шг левее коврного «Меттеля Смерти».

«Ну вот, говорил, что нужно быть здесь и сейчс, см зстыл с отсутствующим взглядом», — подумл рздосдовння мзонк, но срзу же был вынужден откзться от своего поспешного вывод. Потому что меч Сн остновил шипстый мленький шр прямо перед ее грудью.

«Просто боковое зрение дет большую скорость рекции», — передл ствист и, припв к полу, пропустил нд собой что-то плоское, нпоминющее смятый букет остролист.

В следующую секунду Летт почувствовл возле своего лиц ккое-то движение и отштнулсь к стене с рсширенными глзми и сжвшимся сердцем. Боли почти не было. Только тепля струйк пробежл по щеке, д локон срезнных волос мягко опустился н кменный пол. «Ух, гды, — здохнулсь Летт негодовнием и обидой, — обязтельно в лицо целят!»

«Не отвлекйся! — возник в созннии предостерегющий голос Сн. — Рны будем считть после восьмого броск».

Он снов был чуть быстрее подруги, и грненые шры, скрепленные короткой цепью, зкчлись около смуглого предплечья, будто выточенного из темного тяжелого дерев.

— Думю, теперь будет что-нибудь особенно гдкое, — медленно выговорил Сн, рзжимя руку.

Получившя свободу цепь, влекомя гирькми, рвнулсь к полу, и Летт вдруг ощутил непреодолимое желние последовть ее примеру. Они упли одновременно, и девушк срзу почувствовл, что сделл првильный ход. В полумрке нд ней пронеслось нечто темное, множественное и смертельно опсное.

— Что это было? — спросил он, поднимясь.

— «Колючий ветер», — мрчно ответил юнош и, подняв руку к лицу, продолжил: — Это тридцть две иглы, способные пробить нсквозь кожную куртку.

Летт вдруг увидел черную точку н нижней чсти его предплечья. Точк излучл свежую боль.

— Вот и мне не удлось остться сухим, — улыбнулся ствист, стиря кровь со щеки подруги. — Црпин у тебя небольшя, если шрм и остнется, то еле зметный.

— Игл прошл нсквозь? — не слушя его, спросил Летт.

— Нет, вот он. — Сн покзл ей бугорок, вспухший н обртной стороне левого предплечья.

— Ты уверен, что они не смзли колючки ядом? — Летт осторожно ндрезл кожу своим ножом и, погрузив пльцы в чуть дрогнувшую плоть, извлекл короткую иглу со слегк утяжеленным острием.

Юнош ничего не ответил. Он уже что-то жевл, молч и деловито. Через минуту он поднес руку ко рту и выплюнул н рну темную мссу ккого-то рстения. Липкий сок издвл приятный бодрящий зпх.

— Смжь щеку.

— Угу. Отдохнем или пойдем дльше?

— Думю, ндо идти. Не люблю остнвливться н полдороге: мы прошли тридцть две сттуи. Если я првильно угдл, остлось еще столько же.

З поворотом коридор мнекены стояли горздо плотнее. Они выстроились вдоль стен двумя рядми, и, проходя между ними, можно было попсть под удр двух, то и трех срзу.

— Тут нчинется смое интересное. — Сн слегк покрутил мечом, рзминя кисть. — Придется двигться быстро, принимть решения еще быстрей. Смое сложное — увернуться от тех удров, которые не успеешь блокировть или отбить. В тесном коридоре негде мневрировть, поэтому больше рссчитывй н меч и структуру тел. Возьми рукоять двумя рукми.

Сн, говоря все это, не смотрел н Летту. Взгляд его был устремлен вдоль строя сттуй. Он кк бы впитывл обрз коридор, ловя его зпх, вслушивясь в его нстороженную тишину.

Он уже был тм. Летт почувствовл, что предстоящее испытние тянет его к себе. Он физически ощущл изменения, происходящие в его теле.

Вот холодным плменем зсветился Центр Воли, нполняя Чшу Сердц ровным сиянием энергии творчеств. Вот внизу живот терпким горячим вином потек Шр днь-тяня, и по жилм зструился возбуждющий коктейль веществ и энергий, проявляющий скрытое и пробуждющий дремлющее. Вот энергия Нефритовых Полушрий двумя тонкими, ослепительно яркими струйкми потекл к днь-тяню, питя процессы плвления, подключя Печь Жизни к Источнику Мощи. Пор.

Сн двинулся вперед плвным, но быстрым шгом Скользящего По Грни. С лязгом первого удр грмония шгов кончилсь, и между мнекенми зкрутился бешеный вихрь Абсолютного У Вэй. Только сейчс Летт понял истинный смысл этого понятия. Недеяние отнюдь не ознчло Недействия. Можно было быть стремительным, кк полет лсточки, и ктивным, кк горня рек, но при этом сохрнять полное Недеяние. Глвное — не совершть нсилия нд миром, не стремиться приспособить его к своим желниям и кпризм — просто соответствовть окружющему и меняться в грмонии с ним.

Ствийский послушник двиглся вдоль коридор быстро и уверенно. Он решл поствленную здчу, нслждясь возможностью порботть н грни доступного. И, может быть, отодвинуть эту грнь еще н шг, н миг, н век. Он был внутри здчи, он был ее чстью, ее необходимейшим элементом. Он был собой.

— Что ж, пор и мне, — вслух проговорил Летт и, сглотнув слдкую слюну, рвнулсь в тку.

Это был Бой. Удры сыплись со всех сторон, они дергли внимние мзонки во все три уровня, во все шесть нпрвлений. Вдобвок ко всему некоторые мнекены не стояли н месте, перемещлись. И пусть они сдвиглись н ккой-то шг, но и этого было достточно для десятикртного усложнения ситуции. Буквльно в первые мгновения этого сумсшествия Летт пропустил прямой удр рукояткой копья в Солнечное Сплетение. Дыхние прервлось, кроввый тумн нчл зволкивть периферию. Стиснув зубы до боли в вискх, девушк рвлсь дльше. Силы возникли ниоткуд и, сгоря в огне воли, рстеклись по жилм лихордочным возбуждением битвы. «Нзд Пути нет!» — билсь в мозгу упрямя мысль. Где-то н середине дистнции дыхние вернулось, и чудом не упвшее тело потеряло возможное опрвдние. Пдть было уже нельзя. Можно было победить. Можно и нужно. Эти дв понятия неожиднно потеряли рзличия и обрели новый, общий смысл. Будущее непрерывно рождлось, и Летт упрвлял этим процессом, вовремя отсекя боковые ответвления, игнорируя проблему выбор. Будущее рождлось здесь и сейчс. Единственное Будущее. То, что ндо. Вринтов не было. Был Бой.

Мимо последней сттуи Летт промчлсь, уже ничего не видя. Если бы Сн не был Сном, он зрубил бы его. Дже окзвшись в стльных тискх его зхвт, девушк некоторое время ожесточенно дерглсь, всхлипывя и куся губы. Горячк боя отпустил ее лишь после кустического удр, ннесенного Сном мощно и своевременно. Ей, конечно, рсскзывли, что ствийские монхи могут повергть вргов силой своего крик, но не до ткой же степени…

— Ты что, не мог отхлестть меня по щекм? — выдвил Летт, обретя способность говорить.

— Видишь ли, руки у меня были зняты, для удров ногми дистнция подходил мло. Кроме того, я сильно опслся з свою жизнь.

— Издевешься?

— Ничуть! Ты бы видел свои бешеные глз. Я до сих пор удивляюсь: почему н моем лице нет ожогов?

— Ну, кончился нконец этот треклятый Метллический Коридор?

— Остлсь последняя сттуя. — Сн укзл н огромного, ощетинившегося стлью черного пук с десятком многосуствчтых лп. Лпы были вооружены ножми рзной формы — от изогнутого «лунного рог» до извилистого «бивня повелителя вод». Четыре суств н кждой из них позволяли мнекену нносить сколь угодно сложные удры в любом месте окружющего прострнств. Пук был тк пропитн мгическими флюидми, что кзлся почти живым. — По-моему, этим монстром должны упрвлять минимум четыре человек, — предположил Сн, медленно сжимя и рзжимя кисть пострдвшей руки.

Летт сосредоточилсь. Снчл ей не удлось ничего рзглядеть з мутной звесой зщитного блок, сляпнного, првд, н скорую руку и не очень умело. Потом из тумн проступили очертния не четырех, восьми человек, сидящих н коленях перед окошкми в полу.

«Их восемь. Они нд нми, — передл девушк. — Я могу сковть одного-двух, но остльных хвтит с избытком».

«Рзгдк этой сттуи откроется в ее действиях. Дорогу осилит идущий!» — и Сн быстрым прыжком ворвлся в сектор поржения.

Ему пришлось применить неистовую технику веерной зщиты. Меч, в неровном свете мсляных светильников, почти неуловимо метлся вокруг, высекя звенящее стккто из ткующих железных щуплец. Через полминуты Сн отпрыгнул нзд. Сдвинув брови, он смотрел н зстывшую сттую и пытлся проявить уже нзревший в подсозннии ответ.

— Нет, не могу, — обернулся он к Летте, — Недостточно информции.

— Смотри! — коротко бросил девушк и рвнулсь вперед. Суствчтые щупльц хищно вскинулись ей нвстречу. Они тковли почти одновременно, с успехом применяя тктику «песчного вихря».

Только крйним нпряжением Летте удвлось соответствовть отточенному длительной тренировкой нескончемому кскду. Широко рздутые ноздри с усилием втягивли и выбрсывли короткие вздохи, рот нполнился горькой вязкой слюной, сознние рстворилось в пульсирующем прострнстве боя. Это было блнсировние н лезвии бритвы. Одно неверное движение — и конец, пдение, смерть.

Что-то внешнее зствило Летту шгнуть нзд. Еще горя лихордкой схвтки, он встретилсь с торжествующим взглядом Сн.

— Спсибо, — тихо выдохнул он и с зстывшей н губх улыбкой мягко двинулся к сттуе.

Н этот рз не было ожесточенного звон стли. Сн удрил только рз и быстро отскочил, ускользя от трех ножей, нпрвленных в бедро, грудь и голову. Щупльце, удрившее первым, судорожно выгнулось, широкий тяжелый теск вдруг кчнулся и тупо охнул, рухнув н пол. Обезоруження рук нехотя втянулсь внутрь сттуи. Продолжя улыбться, Сн снов скользнул вперед. Рз з рзом лязгл волшебный клинок, и кменный пол отзывлся глухим метллическим звоном пдющего оружия.

— Хочешь? — обернулся Сн к Летте. У него был вид гурмн, предлгющего подруге любимое лкомство.

Летт невольно улыбнулсь:

— Кк ты это делешь?

— В момент его удр н руке открывется небольшое окошко. Если твой меч будет тм вовремя, кисть рзожмется и выпустит оружие. Мой учитель нзывл эту технику «свободный меч». То есть, ускользя от удр без блок, ты освобождешь клинок для встречного движения.

— Ну что ж, попробую. — Летт шгнул вперед и чуть не нпоролсь н кинжльный выпд «волнистой молнии». Тут же ей пришлось нгнуться, зтем подпрыгнуть, зтем четыре оствшиеся руки удрили одновременно, и Летт был вынужден отступить. Несмотря н неудчу, ей удлось зсечь три из четырех окошек. Трижды лязгнул эльфийский меч, и три руки выпустили сверкющие жл. Рскрсневшяся мзонк торжественно поклонилсь последнему одинокому щупльцу, вооруженному «клешней крб».

Это было ошибкой. Отчявшяся рук бросилсь вперед, и Летт еле успел подствить меч, зстрявший между зубми клешни. Щупльце рвнулось, и пльцы опешившей девушки не смогли удержть неожиднно возжждвшую свободы рукоять. Однорукя сттуя отбросил меч з спину и снов рвнулсь в тку. Двжды безоружня Летт успешно увернулсь от хищного двузубого лезвия. Но н третьем ткте он пропустил возвртное движение, и рсполосовння туник окрсилсь кровью. Девушк отштнулсь от следующего выпд и не срзу осознл, что нечто, стремительно мелькнувшее в ее левом ркурсе, — это рук Сн. «Клешня крб» медленно вывлилсь из ослбевших железных пльцев, и сттуя с тихим ворчнием втянул последнюю руку в свое мехническое чрево.

Когд голов перестл кружиться, Летт вдруг осознл себя лежщей н коленях Сн. Совсем кк вчер. «Великя Мть! Кк много произошло з один короткий день!»

Бок горел мокрым больным огнем, тошнот подктывлсь к горлу. Мир пропитлся зпхом крови и теперь пьяно покчивл пыльными стенми и кменным полом, усеянным оружием.

Девушк почувствовл сильный незнкомый ромт ккой-то мзи и увидел рядом с Сном лицо незнкомого стрик с длинной седой бородой и густыми белыми бровями.

«Рн не опсн, — мягко улыбнулся пришелец, — это просто шок».

Сн легко поднял Летту н руки, и они кк-то срзу окзлись в большой комнте с широким окном, полузкрытым крсивой многоцветной ткнью. З окном был ночь. И еще тм были цветы и птицы. И люди. Много людей, тихо переговривющихся, идущих куд-то по кмням мягкой тренировнной поступью.

«Они идут спть, — возник в созннии голос Сн. — Испытние зкончено, и они могут четыре чс отдохнуть.»

«Почему только четыре?»

«Потому, что уже дв чс ночи, в шесть монхи приходят н медитцию в глвный зл».

«Кк зкончилось Испытние?» — с волнением спросил Летт.

«Об соисктеля выдержли его. — Юнош лсково поглдил белокурые пряди подруги, слегк потерявшие свою воздушную легкость, зпыленные, но все рвно прекрсные. — Попробуй уснуть, любимя. Скоро мстер ддут нм первый урок».

Летт блгодрно пожл руку Сн и тихо отгородилсь от мир ндежным зслоном опущенных век.

Брхтня ткнь ночи, звесившя Мировой Свет, был дыряв и во многих местх сверкл потусторонними лучми длеких звезд.

Огромный всеплнетный Инь сонно ворочлся в изгибх Великих Древних Гор и нстороженно косился черными глзми н восток, где уже зрождлсь ничтожно мля, но могучя искорк Ян.

Был ночь…

Слог 26

ТВЕРДЬ ПОД НОГАМИ

Лэйм

Друидский Круг Бон Дху

Рннее утро

Дышть было здорово.

Смесь веществ и энергий вливлсь в оргнизм слдким потоком, и рдость от кждого глотк могл соперничть лишь с ожиднием следующего вдох.

А еще здорово было чувствовть тяжесть. Упругую тяжесть тренировнного, легкого тел: гордый хрктер спины и шеи, поддерживющих эльфийскую оснку, тонус живот, с нежностью обнимющего «осиную» тлию, кошчью мягкость ног, готовых мгновенно бросить тело по любой из трех местных координт.

Очень интересно было видеть.

Глзми.

Мир вдруг рзделился н чсти. Среди этих чстей обнружились «близкие» (они были большие) и «длекие» (кзвшиеся стрнно мленькими и неподвижными).

В Верхнем Мире ткого не было.

Тм достточно было потянуться лучми ум к любой вещи, и он послушно «рскрывлсь» нвстречу, вырстя и поворчивясь, стновясь прозрчной не только в прострнстве, но и во времени. Пострвшись, Демиург мог понять прошлое, нстоящее и будущее объект, его суть, его душу…

Здесь вещи были непослушны. Они не регировли н мысленные обрщения и жили своей, тйной и зкрытой, жизнью. Вещи в себе.

Конечно, кроме живых.

Живых было вокруг великое множество, и всех можно было слышть и чувствовть. И понимть…

Ви мысленно окликнул кого-то мленького, шебршщегося в соседних кустх. Существо не было хищным, в его излучениях преоблдли желтые, теплые тон.

Н просьбу подойти и поздоровться облдтель желтой уры откликнулся охотно. Он довольно быстро выбрлся из кустрник и, чуть слышно топоч когтистыми лпкми, зсеменил к Ви. Его серя колючя спинк двиглсь в зеленой трве энергично и целенпрвленно, кк лодк, нпрвляемя умелой рукой. Черные, блестящие глзки с интересом смотрели вперед сквозь волны трвы, нбегющие спереди и уходящие нзд.

Ви присел н корточки и протянул новому знкомцу лдонь. Влжный подвижный нос, укршенный усми, приятно щекотл кожу.

— Привет, пушистик! — скзл девушк, прислушивясь к звуку собственного голос. Голос звучл крсиво. — Кк тут у вс? Нечисть не обижет?

— Он см кого хочешь обидит. Видишь, ккие колючки? — рздлось сзди, и из-з дольмен шгнул высокий стройный эльф с лсковыми глзми и светлыми, зчеснными з острые уши волосми.

— Ну вот, говорил «гномом буду»! — улыбнулсь Ви, поднимясь ему нвстречу.

— Видишь ли, я плохо предствляю себе поцелуи в прыжке. А никким другим способом коротконогому бородчу было бы не добрться до своей стройной, кк мэлорн, возлюбленной!

Они прильнули друг к другу, и ксние тел окзлось непередвемо прекрсным. Глз в глз. Дыхние в дыхние. Душ в душу…

Слог 27

С МЕСТА В КАРЬЕР

Лэйм

Святя Пущ

Утренние сумерки

— Ну что, Пхн, длеко нм еще? — озвучил Твур общее нстроение.

Втг переводил дух в гнилой ложбине. Орки влялись н прелой листве и сврливо переругивлись. Звленный буреломом лес — не смый лучший мршрут для ночного мрш-броск, и скороспелый вторитет верзилы Струм к концу пути зметно поубвился.

— Ниче, бртв! Совсем уже тьфу остлось. Тут он где-то. Чую я ее, пдлу, о-щу-щю! — Струм сунул Тлисмн прямо в нос Твуру. Зеленя искорк был прямо посередине кмня. — Видл, Клоп?

— Скорей бы уж. А то тельце-то новое, необъезженное. Звтр ох кк болеть будет!

— Не хнычь, Лупоглзый! Кк рз твоя рбот нчинется. Поднимй свою здницу и выдвигйся вперед. Нвостри уши и нйди мне эту стерву. И про волк не збудь. А то он нм тут делов нделет! Ну, пшел, мелочь слюнявя! — Струм сгреб Твур з згривок и вышвырнул из ложбины.

Чудом избежв встречи с трухлявым пнем, диверснт рхрустнулся в зросли кустрник.

— Чтоб тебе от собственного рык оглохнуть, бычр хренов, — пискнул Твур, выгребясь нружу.

Ползти было мокро и грязно. Подстилк прошлогодней листвы промокл и противно подвлсь под пльцми и локтями. К тому же все время попдлись зплесневелые сучковтые плки, норовящие црпнуть брюхо и колени. Хорошо еще, что почв понемногу поднимлсь, стновясь суше и крепче.

Мтерясь себе под нос, Твур продвиглся все дльше и дльше.

Постепенно вновь приобретенное чутье, притупившееся от тягот ночной гонки, прояснялось. Впереди действительно кто-то был. Сквозь бестолковое шуршние просыпющихся птиц и нсекомых постепенно проступли дв пульс: один — чстый и негромкий и второй — полнокровный и ккой-то мягкий, слдкий.

«Кжись, дрыхнут! — с тйной рдостью решил Твур. — Спит кисочк, — смо собой змурлыкло где-то между ушми. — Тепленькя, слденькя, сопящя…»

Вожделение, еще не появлявшееся в новом теле, душной волной рзлилось по членм. Дыхние учстилось. Слюн зтопил небные бугорки щекочущим приливом.

И пульс волк срзу изменился.

«У, хрень, проснулся!» — метнулсь всполошня мысль.

Твур вжлся в грунт и зтился в неудобной позе. Под щеку кк рз подвернулсь россыпь кмней и впилсь в кожу нгло выступющими острыми крями. Впереди послышлись шги мягких, легких лп.

«Ну-ну, иди, иди, бдительный ты нш. — Твур медленно подобрлся. Трясущяся от возбуждения лпк с трудом ншрил в сумке склянку с сонным зельем. — Щс мы тебе промеж ушей и ззвездим! Ну, где ты тм?»

Шги неожиднно стихли.

«Чего же ты стл-то? — зпереживл Твур: — цып, кис-кис, или кк тм тебя?»

Пульс волк, остновившегося неподлеку, вдруг мгновенно ндвинулся.

В спину нездчливого диверснт удрили твердые, тяжелые лпы. Волчьи клыки сомкнулись н шее, д тк что боль в оцрпнной щеке покзлсь детской збвой.

«Эх, лучше рзбитый зтылок, чем перекушення шея!» — метнулсь сумсшедшя мысль, и, взвизгнув от стрх, Твур с хрустом рздолбл склянку об собственную голову…

Пробуждение было мучительным.

Сквозь мутную пелену полубредового состояния Твур с трудом рзличил неясные толчки. В ткт с ними стрнно менялось поле зрения и рзмзнный силуэт Струм мотлся слев нпрво, кк сосунок, упившийся ультрмринки.

Стршно болел зтылок. И шея. Через рз вспыхивл боль в щеке. «Кжется, он бьет меня по роже! — постепенно оформилсь зпоздля мысль. — Врчует, сволочь, в чувство приводит! Нет бы поинтересовться, кк у кореш шея, целя или уже перекушен к бодунм свинячьим!» Возмущение помогло сделть попытку поднять руки. Судя по тому, что пощечины прекртились, это чстично удлось.

— Ну вот очухлся нш герой! — донесся с неб смутно знкомый голос. И Твуру срзу полегчло.

«Вот ведь что знчит кореш! Понял. Оценил. Героем вот нзвл! Поди ж ты! Что ни говори, приятно, когд твой подвиг зметили и воздют тебе должное. Срзу хочется еще и еще шею подствлять! Хотя с шеей я, похоже, слегк того… погорячился. Я эти клыки теперь долго буду вспоминть… А где, кстти, волк?»

Твур перектился н пузо, привстл н четвереньки и осторожно поворчивясь, попытлся обнружить поблизости серую тушу клыкстого шустряк. Ничего похожего рядом не было.

А были рядом ноги. Целый чстокол зелено-бурых, мохнтых, вонючих ног. И ноги эти грубо ржли. То есть, конечно, не ноги, те пеньки, из которых ноги росли.

Рзухбистый гогот изобиловл словесными вствкми, вызывющими мощные приливы веселья. Постепенно до все еще стоящего н крчкх героя нчл доходить смысл нродного словотворчеств. И смысл этот ему не понрвился.

Ни о кком подвиге речь не шл. Подвиг вообще не было. А было, окзывется, рздолбйское рздолбйство, когд трусливый рздолбй, уств трястись со стрху, рздолбл склянку с сонным зельем об рздолбйскую бшку. А бояться, окзывется, было некого. Телк человечья одн был, д еще и спл. И пок обмочившийся от стрх рздолбй поднимл боевой дух сонным гзом, отвжные герои ббу повязли. Просто и незтейливо.

«Вот тк всегд, — кисло скривился Твур. — Чуть воспришь, из жижи вонючей хрю выствишь, взвизгнешь восторженно, и тут же теснится десяток здниц, желющих н вновь обрзоввшейся кочке посидеть… Ну, я вм щс здм здчку!»

— Вот вы тут все ткие умные, — провозглсил он. Для пущего эффект сохрняя прежнюю позу. — А волк-то где? Проморгли?

— Не понял! — свел брови Струм. Чтобы лучше слышть, ему пришлось нгнуться, и поз получилсь достточно пскудня.

Отметив этот отрдный фкт, Твур медленно поднялся и под стихющий гомон продолжил обличительную речь:

— А че тут понимть? Зубми з шею я тоже см себя хвтнул? — И он продемонстрировл собрвшимся свой згривок, где, кк он ндеялся, имели место соответствующие вещественные докзтельств. — И следы не мешло бы посмотреть, следопыты хреновы! — добвил он, с нслждением следя з процессом отпдения челюстей и вылупливния зенок. — Это вот чей след? — ткнул он пльцем кому-то под ноги.

Нездчливый весельчк нервно подпрыгнул и, попятившись, бухнулся н зд. Коллектив привычно отрегировл бртским гыгыкньем, но веселух кк-то не пошл. Дже до смых тупорылых нчло доходить, что не тк все просто и глвные события еще впереди…

— А оно и клево, что волк тут был! — збсил Струм, беря рстерявшуюся иницитиву в свои лпы. — Нм оно и ндо, чтобы кто-нито бойфренду ейному знк подл. Пущй он з нми бегит и ббу свою отбить пытется. Смя потех и пойдет! Короче, блгодрность тебе от комндовния, Твурятин! Ухрь ты окзлся! Молодчик! Дром что тельцем не вышел. Видли, тупорылые? Себя не пожлел, мелкотрвчтый нш, личную шею з общее дело подствил! И бшку. Короче, понесете его до бзы вместе с ббой. И беречь обоих н бегу, кк отдвленные яйц! Ну, с нми См и Присные его! Подхвтились — и легким бегом! Д по пути ветки ломйте, чтоб те, кто нм нужен, след, не дй См, не потеряли!

— То-то и оно! — ворчл Твур, пытясь поудобней устроиться н плечх своего носителя. — Думть всяким мблм ндо почще, глядишь, понрвится…

— Внимние, Ви! — Ал приподнялся н локте и змер, вслушивясь в мгический эфир. Девушк и см почувствовл изменение Силы. Где-то поблизости срботло зклинние.

— Ккя-то волн не ткя, — попытлсь Ви вырзить свои ощущения. — Похоже н побочный всплеск.

Побочными всплескми в Олирне нзывли вторичные эффекты зклинний, появляющиеся н периферии основного события. Эти незплнировнные добвки были, кк првило, ссоцитивными мтерилизциями.

Вот, нпример, когд Ал объяснялся Ви в любви, все окружющее прострнство нполнилось поющими цветми, небо сверкло миридми тнцующих звезд. Побочным же всплеском было появление мленького лохмтого медвежонк, который потом целую неделю мотлся по облкм и восторженно восклицл: «А он меня любит!» И никто его не тронул, ни молодежь, ни Учителя, хотя он и мешл знятиям в Школе. Через неделю зряд Силы иссяк, и медведик обхвтил Ви з шею, что-то промурлыкл и рстял, оствив после себя светящиеся и звенящие искорки…

— Это не побочный всплеск, — скзл Ал, взглядом блгодря подругу з воспоминние. — Это природня мгия. Вот, опять! Догдывешься, кто это может быть?

— Ты думешь, тот смый волк?

— Он или кто-то из его собртьев. Они — существ мгические. Их телепортция должн двть кк рз ткие всплески.

— Тогд — вперед? — Ви легко вскочил, поднимя с трвы лук и колчн со стрелми.

— Через мгновение, сестр. — Ал сел, подтянув к себе одну ногу, и сложил лдони перед грудью в ритульном жесте последовтеля Ствы. — Это упржнение ззывется «усэн бй Фо». — Ал нчл поднимться, удерживя рвновесие н одной ноге и держ другую перед собой.

— И кк это переводится?

— «Монх-воин молится Просветленному». Кк, хорош молитв? — Знток боевых искусств все еще стоял н одной ноге, явно, собирясь продолжить приседния.

— Впечтляет, — соглсилсь Ви, — но нм не мешет поторопиться! У второй волны был ккой-то неприятный привкус.

— Пожлуй, ты прв. — Ал с сожлением опустил ногу и, срзу выйдя в боевой режим, в три неуловимых движения нбросил н себя перевязь. Серебряня рукоять меч кчнулсь нд првым плечом, и утреннее солнце, отрзившись в кристлле нвершия, брызнуло вокруг пригоршней ярких лучей.

«Я тебя люблю!» — передл Ви, срывясь с мест и переходя н стремительный охотничий бег.

Тело буквльно летело нд трвой. Стопы еле слышно встречлись с Землей и, мгновенно устнвливя конткт, принимли от нее щедрую порцию силы. Сил эт росл с кждым шгом, и бег был похож н солнечный луч, скользящий по поверхности воды. Срединный Мир зеленым мохнтым ковром брослся под ноги, норовя нпомнить об осторожности бугоркми, кмнями и кротовыми норми.

Долгий миг погони кончился внезпно. Впереди гомонили.

Существ, издввшие обильные и негрмоничные звуки, выглядели мтерильным воплощением своих воплей. Корявые, бугристые, неопрятные — они топтлись н коротких кривых ногх и совершли множественные, сумтошные движения, долженствующие вырзить избыток эмоций.

Эмоции эти, в свою очередь, в стрльном спектре предствлялись толпой отвртных, грессивных элементлов, грызущихся между собой и поминутно кусющих своих породителей з рзные нежные мест. Отчего те, собственно, и суетились и орли н рзные голос.

Зросли кустрник, обрмляющие поляну, позволяли эльфм нблюдть, оствясь невидимыми.

«Слев», — передл Ал, укзывя глзми в дльний конец поляны.

Тм лежло что-то большое, мертвое, но умершее совсем недвно. «Лошдь», — определил Ви. Рядом с трудом шевелился подозрительного вид сверток. Дже издлек ткнь свертк выглядел крсивой и никк не вязлсь с видом вонючих дикрей.

А дикри меж тем перестли глдеть и относительно внимтельно слушли смого здоровенного, зеленовто-коричневого гоблин с низким лбом и громдной челюстью. Зтем двое метнулись к свертку и взвлили его н плечи.

«Тм Ксн». — Ал здумчиво шевелил плечми, кк бы проверяя, нсколько удобно рсположен н спине меч.

«Их всего три десятк!» — Ви потянул из колчн срзу две стрелы.

«Подожди! Лучше выясним, чего они хотят. Хуже, чем сейчс, Ксне пок не будет. Я — з ними. Погляжу, послушю. А ты рзыщи волк. Тут он где-то, поблизости. Но плохо ему. Слышишь?»

Ви кивнул и неслышно кнул в сплетении ветвей.

Слог 28

ПО РОГАМ МАЛЕНЬКО НЕ ЖЕЛАЕТЕ?

Лэйм

Гниля Чщоб

Полдень

К концу третьего чс путешествия н чужом згривке Твур совсем озверел от тряски и скуки.

Он крепко держл з уши своего «сккун» и периодически вымещл рздржение н этих хрящевтых, неприятно липких выростх.

А еще после особо высоких прыжков удвлось удчно долбнуть «носителя» пяткми по груди или воткнуться подбородком ему в мкушку. Кк ни стрнно, орк терпел все это молч, что особенно рздржло.

«Эйнджел збери дуболом Струм со всей его кодлой! Ну н фиг, скжите, тк бежть? Ведь неизвестно пок, будет кто прынцеску выручть или и нет вовсе! Че, собственно, жилы-то рвть? Шли бы чинно-вжно я бы н окрестности попялился вслсть. А тк в глзх уже троиться нчинет, и зубы чуть не кроштся. А этот иноходец недорезнный все время тбыдум-тбыдум! Хоть бы ллюр менял, сволочь однообрзня! Рзве ж можно быть тким нудным — три чс в одном ритме, мрфонец хренов! Убиться легче!»

Твур ерзл и негодовл, тянул з уши и долбл пяткми, но конц скковому безобрзию не предвиделось.

В трясущейся голове победителя волков уже нчл зреть смоуничижительня мысль — слезть-тки с чужого горб и бежть своими ногми, но от подобного сумсбродств его спсло появление н пути отряд десятк довольно крупных орков в черных рогтых шлемх. Они перегородили проход между громдными влунми, обрзующими естественные ворот.

— А ну, шелупонь, стоять! — рявкнул один из местных, живо нпомнивший Твуру сержнт Бурч из роты сильников. — Дльше проход нет!

— Это кого ты, рогч пршивый, шелупонью нзвл? — Струм, бежвший впереди, сгрбстл згородившие дорогу копья и рвнул их н себя. Эффект, однко, получился прямо противоположным тому, н который он рссчитывл. Рогчи не стли сопротивляться, дже добвили своей силы к его рывку. В результте Струм вломился широкой спиной в сгрудившихся подчиненных и звлил не меньше десятк. Шустряк Твур, почти без потерь соскочив с окзвшегося в смом низу «сккун», выктился н тропу и зорл, пытясь перекричть сочные мтюки своего громоглсного приятеля:

— А по ккому прву вы нм проход зкрывете? Мы, может, Спецкомнд? Мы, может, с особой миссией тут нпрягемся. А вы нм со своими плкми-ковырялкми всю млину изгдить норовите? А ну, кто тут у вс з глвного? Ведите, — он чуть было не скзл «несите», — меня к нему!

Рогчи переглянулись в некотором недоумении.

— Ккя, етидритвоюнлево, комнд? — чуть сбвив тон, збубнил лже-Бурч. — Знть ничего не знем, нлживйте оглобли в обход, и все тут! У нс нынче Великий День, и незвные гости нм н хвост без ндобности. Гуляйте лесом! А сверточек свой нм оствьте. Мы его Отцу Истинному преподнесем. В подрок, знчить!

— А по рогм мленько не желете? — выбрлся, нконец, из звл Струм. — Д мы вс щ тк отделем, что отец вш ублюдков своих не признет, дже если склероз и мрзм его делить перестнут и бодун его приотпустит! А ну, бртв, готовьсь!

Бртв, однко, не дюже рвлсь в дрку, и рзвертывние в боевой порядок пошло немного вяловто. Местные, тк и не рскумекв, что есть «склероз», «мрзм» и «бодун», усиленно думли нд проблемой: уже бить морду з «ублюдков» или еще погодить.

Твур, возблгодрив Смого з чрезмерно утонченную ругнь приятеля, снов рвнулся спсть ситуцию и не допустить орковредительств и членоубийств.

— А может, мы кк рз к вшему Отцу и бежим? Может, нформцию для него имеем! И передть в собственные руки, то есть, тьфу, в собственные уши уполномочены!

— Кто упл нмоченный? — не понял «сержнт».

— Дед Пихто, тугоухий ты нш! В последний рз изъявляю: ведите нс к Отцу Истинному. А не то он вс н роги нмотет и по кочкм рзнесет! А я ослвлю по всему по белу свету! — Твур, видя, что и тк-то неглдкие лбы рогчей бугрятся все сильнее, откровенно рзвлеклся. — Покжу вм козью морду нстоящую в лесу, рспишу туд-сюд по трфрету!

«Трфрет» окончтельно добил удиторию, лже-Бурч тки звезднул Твуру промеж глз. То есть он покусился звезднуть, но только отшиб костяшки об землю.

Твур, пропустив мимо себя чешуйчтый кулчище прицельно сыпнул песк в скривившуюся зеленую хрю, блго что клешни спецтельц свисли чуть не до земли.

— Бей местных! — зорл он, уворчивясь от копья с широким грубообрботнным жлом. — Отшибй гдм рог!

Втг Струм, втрое превосходящя рогчей числом, рвнулсь в тку.

См Струм, всерьез осерчвший, рукомшествовл в смой гуще, подбдривя себя удлыми возглсми.

Снчл местные зщищлись довольно успешно. Но грбли Струм делли свое мплитудное дело, и число оствшихся н ногх рогчей уменьшлось со скоростью воды в бурдюке, потерявшем зтычку. Неготовые к ткому безобрзию птрульные стли отступть.

— Аг, бегут! — воодушевляюще звизжл Твур. — Гони их, бртны! Мы еще и Отцу ихнему здницу ндерем!

Выдв сей перл, он н секунду отвлекся, дбы дть пинк приподнявшейся жертве Струмовых кулков, когд снов глянул вслед нступющим бртнм, побед уже превртилсь в поржение. Из-з влунов стремительно ндвиглся новый отряд рогчей. Их было вполне достточно для того, чтобы в несколько минут повязть всех пришлых во глве со Струмом. Твур чуть было не ули