/ Language: Русский / Genre:sci_politics

Крах мирового порядка

Юрген Граф

За последние два десятка лет установился мировой порядок, который без натяжки можно назвать американским. Его звёздный час пробил, когда рухнули башни-близнецы. И, кажется, что от него нигде не спрятаться, не скрыться, ни в одной точке планеты. Но так ли сильны США, чтобы навязывать свою волю народам? В истории было много поучительных примеров, когда гегемонизм оборачивался крахом. Не миновать этой участи и Америке. В книге швейцарского учёного, публициста, исследователя проблемы «холокоста» Юргена Графа раскрываются тайные пружины международной политики. Рассказывается в ней и о том, что сами Соединённые Штаты контролируются, так называемыми, неоконсерваторами, для которых узкоместечковые интересы превыше всего. Это они натравили США на Ирак, в их планах война против Ирана, способная разжечь мировой пожар.

ГРАФ Юрген

"КРАХ МИРОВОГО ПОРЯДКА"

Введение

Тема пересмотра истории, то есть ревизии вполне сложившихся положений с позиций новых, открывшихся сведений, крайне популярна последнее время в Европе. В 1996 году в Москве вышла моя первая работа на эту тему под названием «Миф о Холокосте», в которой были кратко обобщены важнейшие ревизионистские аргументы против традиционных тезисов о судьбе евреев в Третьем рейхе.

Через год в Санкт-Петербурге был опубликован русский перевод моей, вышедшей в 1993 году на немецком языке, книги «Der Holocaust-Schwindel» (Мистификация Холокоста) под русским названием «Великая ложь ХХ века». Обе работы вызвали в России и в Украине большой интерес.

До этого работы по ревизионизму в вопросе Холокоста были в этих странах почти неизвестны. Поэтому возникла необходимость предложить русскоязычным читателям книгу, в которой ревизионистская аргументация представлена на уровне разработки 2005 года.

Многие люди не знают, что является объектом пристального внимания, так называемых, ревизионистов; они думают, что ревизионисты отрицают факт преследования евреев или даже существование концлагерей, но это совершенно не так. Ревизионисты оспаривают три основных пункта судьбы евреев во время Второй мировой войны:

а) существование плана физического истребления еврейского народа;

б) существование «лагерей уничтожения», снабжённых газовыми камерами;

в) традиционное число 6 миллионов еврейских жертв.

Эти три пункта являются составляющими, так называемого, «холокоста» — так в Древней Греции называли всесожжение жертв.

Мною избрана для данной работы форма беседы между приглашённым в вымышленный московский институт немецким лектором, знакомящим аудиторию с ревизионистской позицией по Холокосту, и русскими студентами, которые имеют возможность задавать лектору любые критические вопросы. Этот оживлённый обмен репликами облегчает читателю восприятие сложной, отягощённой эмоциями и одновременно табуированной темы.

Мной использовано около 5 % текста из книги Гермара Рудольфа «Доклады о Холокосте». Само собой разумеется, я сделал это с разрешения Рудольфа.

Глава I. Факты, которые заставляют задуматься

Д-р Фридрих Брукнер, немец, специалист по европейской истории ХХ века, приглашён читать лекции в Московском институте изучения современной истории имени И.А. Соловьёва. Он выступал перед русскими студентами, которые владеют немецким языком и хорошо знакомы с историей и политикой Германии. Его цикл лекций посвящён спорным вопросам истории Германии периода Второй мировой войны. Первая лекция состоялась в понедельник, 16 января 2006 года.

Небольшой эксперимент

Ф. Брукнер: Дамы и господа, я хотел бы сердечно поприветствовать вас на этой первой лекции. Как вам известно, в следующие дни мы будем рассматривать особенно тяжёлую с эмоциональной точки зрения область новейшей немецкой и европейской истории. Чтобы дать представление о неоднозначности темы, к которой мы обратимся, я хотел бы начать изложение с небольшого эксперимента.

Могу я спросить, кто из вас особенно хорошо умеет обращаться с компьютером и без труда читает по-английски?.. Да, девушка в голубом платье? Простите, как вас зовут?

Студентка: Валентина.

Ф. Брукнер: Прекрасно, Валентина, пройдите, пожалуйста, в соседний кабинет, где стоит компьютер, войдите в Интернет, осуществите поиск с помощью системы «google.com» две первых записи под рубрикой «Lebensborn» и распечатайте их. Большое спасибо…

Пока ваша коллега распечатывает эти тексты, я хотел бы объяснить остальным, о чём идёт речь.

«Born» — древнее немецкое слово, обозначающее «источник», таким образом «Lebensborn» — это «Источник жизни». Так называлась организация, основанная в 1936 году под эгидой рейхсфюрера СС (по-немецки «Schutzstaffel», «отряд защиты») Генриха Гиммлера и дававшая матерям-одиночкам возможность рожать детей в приютах, где после родов государство заботилось о матери и ребёнке.

Матерей побуждали выходить замуж за отцов своих детей, но поощрялось и усыновление их другими отцами. Эта организация финансировалась СС и в соответствии со своей идеологией ставила определённые условия приёма в приют: оба родителя должны были быть здоровыми, арийского происхождения и не иметь судимостей.

Ещё во время войны пресса «союзников» (воевавших против Германии стран) начала целенаправленно распространять ложные сведения об этой организации. Эти приюты называли «борделями СС», «гиммлеровскими фабриками детей» и «центрами онемечивания детей, увезённых из оккупированных областей».

20 октября 1947 г. в г. Нюрнберге начался один из так называемых «дополнительных процессов» против националсоциалистических организаций, которые американцы проводили единолично, т. е. без участия советской, британской и французской сторон. Один из этих процессов («Дело VIII. Главное расово-колонизационное ведомство СС») был направлен против организации «Лебенсборн».

Первый пункт обвинения касался преступлений против человечности, заключавшихся в увозе иностранных детей, а также в том, что у работниц, угнанных с Востока в Германию, отнимали грудных младенцев для их уничтожения или онемечивания.

Второй пункт обвинения приписывал обвиняемым разграбление общественной и частной собственности в Германии и на оккупированных территориях.

Третьим пунктом обвинения стояла принадлежность к преступной организации.

10 марта 1948 г. после 5-месячного интенсивного следствия, допросов свидетелей и изучения документов, американский военный трибунал в г. Нюрнберге вынес следующий приговор руководству зарегистрированного союза «Лебенсборн».

Его руководитель, штандартенфюрер СС Макс Золльман и его ведущие сотрудники были оправданы по первым двум пунктам обвинения и осуждены только по третьему пункту за принадлежность к СС, как одной из организаций, объявленных Международным военным трибуналом преступными. При этом обвиняемая Инге Фирмец, заместительница руководителя главного отдела А, была оправдана по всем пунктам.

По поводу обвинения, будто «Лебенсборн» увозил иностранных детей в Германию с целью их онемечивания, американский военный суд постановил:

«Большинство этих детей, которые каким-то образом вступили в контакт с «Лебенсборн», были сироты, дети этнических немцев. Из доказательного материала явствует, что «Лебенсборн» по возможности избегал принимать в свои приюты (иностранных) детей, у которых ещё были родственники.

«Лебенсборн» доходил до того, что, когда документов было недостаточно, проводил обширные дополнительные исследования, чтобы установить идентичность детей и выяснить, есть ли и у них ещё родственники. Если обнаруживалось, что один из родителей ребёнка жив, «Лебенсборн» не прибегал к усыновлению, как в случае с детьмисиротами, а разрешал только помещать ребёнка в немецкую семью после того, как эта семья подвергалась проверке с целью выяснить её репутацию и пригодность для заботы о ребёнке и для его воспитания».

Американский военный суд, задача которого заключалась в том, чтобы выдвинуть против организаций СС как можно более тяжёлые обвинения, достоверно установил, что «Лебенсборн» был не чем иным, как благотворительной организацией.

Прекратились ли после этого слухи о «борделях СС», «заведениях для выращивания арийского потомства» и о «краже иностранных детей»?

Никоим образом. Через полтора десятилетия после окончания войны режиссёр Артур Браунер, еврей по национальности, снял фильм под названием «Лебенсборн», который, по его словам, «пролил беспощадный свет на одну из самых мрачных глав истории Тысячелетнего рейха».

В этом фильме, в частности, есть сцена, где оберштурмбаннфюрер СС выступает перед группой полуобнажённых красоток из БДМ (Союза немецких девушек).

«Подруги, вы действительно национал-социалистки? От всего сердца?» — спрашивает он.

«Да!» — радостно кричат девушки.

«Благодарю вас, подруги. Если я сейчас занесу вас в список, то вы будете обязаны родить для фюрера ребёнка».

В поспешной готовности девушки подходят к столу, чтобы записаться в список для размножения.

Писатель Эрих Керн заметил по этому поводу:

«Этот фильм демонстрировался практически по всему миру. На основе него американцы, шведы, французы, англичане, датчане, голландцы, итальянцы, а также индусы, арабы и негры, короче, все народы мира, составили представление о сути немцев и, прежде всего, о немецких женщинах».

Тем временем возвращается Валентина с результатами своих поисков в Интернете. Ф. Брукнер спрашивает её, что она нашла с помощью поисковой системы «google.com».

Студентка: Первый текст взят с сайта «Jewish Virtual Library». Я перевожу его с английского:

«Проект «Лебенсборн» был одним из самых ужасных нацистских проектов… Цель этого Общества заключалась в том, чтобы давать возможность «расово чистым» девушкам возможность тайно рожать детей. Ребёнка потом передавали органу СС, который заботился о его воспитании и усыновлении…

С 1939 года один из самых страшных аспектов деятельности «Лебенсборн» заключался в увозе «расово ценных» детей с оккупированных территорий… Всё делалось для того, чтобы эти дети забыли своих родителей и отказались от них… Детей, которые сохраняли враждебность к нацистской идеологии, часто били. Большая часть их была в конечном итоге депортирована в концлагеря (прежде всего, в г. Калиш в Польше) и уничтожена».

Ф. Брукнер: Большое спасибо. А теперь прочитайте нам, пожалуйста, выдержку из второго текста, взятого с сайта «shoa.de».

Студентка: «Гиммлер (…) приказал своим солдатам забирать в оккупированных странах, таких, как Польша, Франция и Югославия, и увозить с собой с целью онемечивания каждого ребёнка с «арийской внешностью». Они хватали светловолосых, голубоглазых детей прямо на улице или отбирали их у родителей, прикрываясь лживыми обещаниями».

Ф. Брукнер: Спасибо, Валентина. Дамы и господа, кто из вас мог бы сказать нам, какую цель я преследовал, ставя этот небольшой эксперимент?

Студент: Вы хотели показать на этом примере, сколь живучи исторические мифы.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Прошло 57 лет с тех пор, как американский военный трибунал оправдал «Лебенсборн» по всем пунктам, а неуклюжая пропагандистская ложь военного времени продолжает распространяться. И хотя вы не найдёте больше ни одного сколько-нибудь серьёзного историка, который защищал бы подобную ложь, в СМИ и, к сожалению, в школах продолжают рассказывать эти сказки.

Ещё один, не менее показательный пример. Кто из вас уже слышал или читал, что немцы во время Второй мировой войны делали мыло из трупов убитых заключённых?

Студент: Нам рассказывала об этом учительница истории. Мне это показалось странным, и я не очень-то поверил.

Ф. Брукнер: Такая критичность ума делает вам честь! Выдумка об этом мыле тоже относится к пропаганде военного времени и первых послевоенных лет. На Нюрнбергском процессе, например, один из вызванных советским обвинителем свидетелей утверждал следующее:

«В феврале 1944 года проф. Шпаннер передал мне рецепт изготовления мыла из человеческого жира. Этот рецепт предписывал кипятить два-три часа в 10 л воды 5 кг человеческого жира и 500-1000 г едкого натра и потом охладить полученную смесь».

Вокруг этого мыла разрастались всё новые слухи. Утверждали, например, будто штамп «RIF», который стоял на немецком армейском мыле и был сокращением слов «Reichsstelle fur industrielle Fettversorgung» (Имперский центр промышленного обеспечения жиром), означал на самом деле «Rein judisches Fett»: «Чисто еврейский жир».

Студент: Но это же полная чепуха! При сокращении слов «Rein judisches Fett» вторая буква была бы «йот», а не «и».

Ф. Брукнер: Для пропаганды «ужасов нацизма» законов логики не существует. К числу самых ретивых распространителей этой легенды о мыле принадлежал «охотник за нацистами» Симон Визенталь, который в 1946 году писал:

«В последнюю неделю марта 46 года] румынская пресса опубликовала единственное в своём роде сообщение. В маленьком румынском городке Фолтичени со всей торжественностью и с соблюдением всех погребальных церемоний состоялось захоронение на еврейском кладбище 20 ящиков мыла […] На ящиках стоял штамп RIF — «Чисто еврейский жир» […]

В конце 1942 года впервые появилось это ужасное слово: «Транспорт для мыла»! Это было в Генерал-губернаторстве, а фабрика находилась в Галиции, в г. Бельзеце. На этой фабрике с апреля 1942-го по май 1943 года были использованы в качестве сырья 900 000 евреев […] С 1942 года в Генерал-губернаторстве точно знали, что такое мыло RIF.

Цивилизованный мир может не понять, с каким наслаждением нацисты и их жёны в Генерал-губернаторстве смотрели на это мыло. В каждом куске мыла они видели еврея, который заколдован, и поэтому из него не сможет вырасти второй Фрейд, Эрлих или Эйнштейн».

Студент: Это смешно. Но вы точно уверены, что такого мыла не существовало?

Ф. Брукнер: Это подтвердили два находящихся вне всяких подозрений главных свидетеля, а именно: Шмуэль Краковский, директор архива израильского мемориала Холокоста «Яд Вашем», и ведущий израильский историк Холокоста Иегуда Бауэр. Оба они в мае 1990 года однозначно заявили, что такого мыла никогда не существовало.

Иными словами, речь идёт о классическом случае пропаганды. Тем не менее, эта сказка столь же регулярно всплывает в СМИ, как чудовище озера Лох-Несс. И во Франции на еврейском кладбище в г. Ницце до сих пор стоит памятный знак с надписью: «Эта урна содержит мыло из человеческого жира, которое немцы Третьего рейха делали из трупов наших депортированных братьев».

Минное поле

Ф. Брукнер: То, что мифы о «человеководческой ферме “Лебенсборн”», о мыле из еврейского жира и т. п. сознательно удерживаются в общественном сознании, хотя они развенчаны всем сообществом историков, объясняется не в последнюю очередь тем, что господствующий на моей родине, в ФРГ, политический и общественный климат крайне затрудняет их публичное разоблачение.

Как известно, ФРГ претендует на звание «самого свободного государства в немецкой истории». Политики Германии повторяют до изнеможения, что наше государство извлекло уроки из опыта двух тоталитарных моделей на немецкой земле: Третьего рейха и ГДР, — поэтому высоко ставит права человека, особенно — право на свободное выражение своего мнения. Статья 5 нашей Конституции действительно гласит о гарантии свободы мнений и исследований, но на практике всё выглядит иначе.

Писатель Мартин Вальзер, имя которого вам, вероятно, известно, однажды очень метко заметил, что в Германии тот, кто касается определённых тем, как бы вступает на минное поле. Как на настоящем минном поле, мы должны на каждом шагу следить, чтобы не наткнуться на мину, так в Германии при публичных и даже приватных дискуссиях приходится заботиться о том, чтобы не нарушить ряд «табу».

К числу самых тяжких нарушений «политкорректности», которые можно совершить в Германии, относится, например, мнение, что у нас уже слишком много иностранцев и что иммиграцию надо остановить.

Хотя по экономическим причинам — у нас сегодня шесть миллионов безработных, если считать людей, работающих не полный день, — это требование вполне разумно, его выдвижение считается неприличным; того, кто это сделает, сразу объявят «ксенофобом» и «правым экстремистом».

Есть и ещё более строгие табу. Приведу один впечатляющий пример, чтоб вы поняли, о чём идёт речь.

3 октября 2003 года Мартин Хоман, депутат ХДС (Христианской демократической партии) в немецком бундестаге, выступая по случаю национального праздника на секции ХДС в городе Нойхоф, указал на руководящую роль евреев в формировании идеологии коммунизма и участие в красном терроре. Он сказал, в частности:

«Из семи членов большевистского Политбюро в 1917 году четверо были евреями: Лев Троцкий, Лев Каменев, Григорий Зиновьев и Григорий Сокольников. Неевреями были Ленин, Сталин и Бубнов».

Студентка: Как сын еврейки Бланк, Ленин по еврейским религиозным законам тоже был евреем.

Ф. Брукнер: Благодарю за подсказку, мне этот факт известен. Цитирую дальше:

«В 1924 году из шести руководителей Компартии Германии четверо, т. е. две трети, были евреями. В Вене из 137 ведущих австро-марксистов 60 % составляли евреи — 81 человек. Из 48 народных комиссаров в Венгрии (в 1918 году) 30 были евреями».

Далее Хоман указал на то, что убийство царской семьи также было организовано евреем Свердловым и исполнено евреем Юровским и что в 1934 году 36 % сотрудников ЧК — на Украине даже 75 % — были евреями. Всё это — подтверждённые документами факты, на которые ссылались уже многие авторы.

Во втором томе книги Солженицына «Архипелаг Гулаг» помещены, например, фотографии шести ведущих создателей большевистской системы концлагерей. Все шестеро были евреями.

Студентка: Но это не значит, что все евреи были коммунистами или что все они причастны к красному террору!

Ф. Брукнер: Именно это и сказал Хоман. Коллективной вины, по его мнению, не бывает: ни коллективной вины немцев за Холокост, ни коллективной вины евреев за преступления большевизма. Но это не помешало Паулю Шпигелю, председателю Центрального совета евреев в Германии, заклеймить речь Хомана, как «худший случай антисемитизма за последние десятилетия» и подать в суд на депутата ХДС.

Немецкие СМИ сразу же развязали невероятную кампанию травли Хомана, бесстыдно извращая смысл его высказываний. Ему приписывали, будто он назвал евреев «преступным народом», хотя он, напротив, утверждал, что не бывает «преступных народов». А когда бригадный генерал Рейнхард Гюнцель похвалил выступление Хомана, настал и его черед: его уволили из бундесвера.

Такая истерическая реакция на высказывания, которые опираются только на доказанные исторические факты, показывает, что мы в Германии действительно вступаем на минное поле, когда затрагиваем определённые темы. Табу № 1 — это комплекс тем «Евреи — Третий рейх». Так же совершенно нежелательны реплики, которые прямо или косвенно могут способствовать снятию вины с национал-социализма.

Студент: Но это совершенно нормально, учитывая деяния национал-социалистической диктатуры! Неужели вы хотите реабилитировать Гитлера и его режим?

Ф. Брукнер: Встречный вопрос: считаете ли вы, что, например, ложь о мыле из человеческого жира следует рассказывать и дальше, чтобы не снимать вины с Гитлера и его режима? Нацист ли я, если вместе с израильскими специалистами по Холокосту Шмулем Краковским и Иегудой Бауэром утверждаю, что это мыло — изобретение ангажированных журналистов?

Студент: Нет, не считаю.

Ф. Брукнер: Я им действительно не являюсь, равно, как не становлюсь автоматически коммунистом, когда утверждаю, что число жертв, приписываемое многими антикоммунистами большевистскому режиму, завышено. Иногда приходится читать, что жертвами террора Ленина и Сталина стали 60 миллионов человек.

Тот, кто, опираясь на архивные материалы, доказывает, что подлинное число гораздо меньше, не становится от этого приверженцем Ленина или Сталина и не оправдывает красный террор, а просто исправляет историческую ошибку. Надеюсь, мы едины в этом мнении? Я не слышу возражений и, следовательно, могу сделать вывод, что по данному вопросу разногласий между нами нет.

Студент: Господин Брукнер, вы регулярно бываете в России и хорошо понимаете по-русски. Считаете ли вы, что в России, так же, как в Германии, есть табу, нарушение которых может повлечь за собой печальные последствия? И если да, то какие?

Ф. Брукнер: Вероятно, нет ни одного общества, которое обходилось бы без табу, и ни одной страны, где не вспыхивали бы споры при высказывании определённых мнений по историческим или политическим вопросам. Из практики могу судить, что так обстоит дело в России, например, с тезисом, согласно которому вторжение немецких войск в СССР в июне 1941 года было превентивной мерой и вермахт тем самым только предупредил советское наступление.

Студентка: Да, этот тезис защищает эмигрант, который под псевдонимом Виктор Суворов написал ряд книг, в частности «Ледокол». Но представители официальной исторической науки крайне низкого мнения об этом «Суворове», потому что его утверждения документально не подтверждены.

Ф. Брукнер: Я читал только одну книгу Суворова — «Ледокол» и согласен с вами, что она имеет скорее беллетристический, чем научный характер. Правда, тезис о нападении, как превентивной мере защищают и более серьёзные авторы, такие, как недавно умерший военный историк Иоахим Хофман, но я не хотел бы сейчас вдаваться в подробности по этому вопросу, потому что он не имеет ничего общего с тем предметом, который мы вскоре будем рассматривать. Я думаю сейчас совсем о другом. В России почти все историки и большинство населения отвергают тезисы Суворова. Запрещены ли его книги по этой причине?

Студент: Ничего подобного, их можно купить почти в любом книжном магазине.

Ф. Брукнер: Это и есть главная проблема! Тезис о превентивном нападении в вашей стране можно свободно обсуждать, а в Германии подобные вопросы современной истории — нет, на них объявлено «табу».

Дамы и господа, я хотел бы сказать правду: в вашей стране сегодня гораздо больше свободы слова, чем в моей. В Германии такой доклад я не смог бы прочитать публично ни при каких обстоятельствах — это сразу же повлекло бы за собой судебное преследование.

Студентка: Честно говоря, нас это удивляет.

Ф. Брукнер: В ближайшее время у вас будет ещё много поводов удивляться. Удивление вызовет у вас, к примеру, статистика, которую я хотел бы вам предложить. Это данные высшей официальной организации ФРГ — Ведомства по защите Конституции, которое подчинено федеральному МВД.

Они показывают весь размах политических преследований в якобы «самом свободном в немецкой истории государстве». В них фигурируют т. н. «пропагандистские преступления», то есть, преступления по политическим мотивам, но не связанные с насилием.

С 1994 по 2004 год, т. е. за 11 лет, в ФРГ были возбуждены 117 344 судебных дела по политическим мотивам, в том числе 101 310 против «правых экстремистов», 6 807 против «левых экстремистов» и 9 227 против «иностранных экстремистов», таких, как приверженцы сепаратистской курдской партии ПКК. Эта статистика выглядит следующим образом:

Студент: Но вы сами подчеркнули, что статья 5-я немецкой Конституции гарантирует свободу слова. Как же возможны при этом политические преследования? На какие параграфы вообще опирается юстиция, когда устраивает политические процессы?

Ф. Брукнер: Я хотел бы обратить ваше внимание на то, что и Конституция бывшего Советского Союза гарантировала свободу мнений. От теории до практики часто — как от неба до земли. Основой для политических процессов у нас служат, прежде всего, § 130 и 131 свода уголовных законов. Первый из них карает «натравливание народов друг на друга», второй — «разжигание ненависти». И то, и другое — очень расплывчатые понятия, и часто крайне трудно понять, за какие высказывания будут преследовать, а за какие — нет. Но факт есть факт: в ФРГ постоянно идут политические процессы, и в наших тюрьмах сидят политические заключённые.

Студент: Сколько?

Ф. Брукнер: Я не могу назвать вам точную цифру, так как официальной статистики нет, но полагаю, что несколько сот. Число ежегодно возбуждаемых политических дел не позволяет сделать вывод о числе политзаключенных, потому что, во-первых, не каждое дело доходит до суда, во-вторых, не каждый процесс заканчивается осуждением и, в-третьих, большинство обвиняемых отделывается штрафами или условным осуждением.

Студентка: Можете ли вы привести несколько конкретных примеров политических преследований в Германии?

Ф. Брукнер: Конечно. Пример первый. Газета «Франкфуртер Рундшау» 4 июля 2001 г. сообщила, что один человек за частное письмо журналисту, в котором он написал, что здоровый народ должен защищаться от «вторжения нежелательных иностранцев», был оштрафован на 21 500 марок.

Этот человек настоятельно просил журналиста не публиковать его письмо, но журналист, тем не менее, сделал это, в результате чего против автора письма сразу возбудили уголовное дело за «натравливание народов друг на друга», которое закончилось обвинением и приговором. Отметим, что этот человек не требовал изгнать из Германии вообще всех иностранцев, а выступал только против «нежелательных иностранцев», например, преступников.

Второй пример касается автора национальных немецких песен Франка Реннике и его жены Уты. Франка Реннике обвинили, в первую очередь, за его «Песню об изгнанных с родины», в которой речь шла о судьбе восточных и судетских немцев, изгнанных после Второй мировой войны с родины.

Чтобы конкретно показать вам, за что сегодня в ФРГ можно угодить под суд, я приведу вам две строчки из этой песни. Она начинается так:

Над трупом малыша мать горестно сидит;
Он, как и многие, был голодом убит.
Из тех, кто в спешке покидал родной порог,
Кто видел горе на обочинах дорог?

Через несколько строф Реннике выступает против заполонения Германии чужеродными элементами:

Как будто вымер мой родной народ,
Творит, что хочет, чужеземный сброд,
И сотрясают наши небеса
Гортанные, чужие голоса.

За эту песню Франк Реннике был приговорён к 17 месяцам тюрьмы условно; его жена Ута, которая участвовала в распространении его творчества, получила пять месяцев условно. К тому же суд конфисковал многочисленные компакт-диски и кассеты Реннике и 36 000 евро, полученных от их продажи.

Третий пример. Гораздо суровей, чем супругов Реннике, суд покарал Адриана Прейсингера, который распространял компакт-диски с так называемой музыкой «правых». В конце 2002 года земельный суд в Дрездене приговорил его к трём годам тюрьмы, причём срок не был условным.

Эти примеры дают представление о том, какими могут быть последствия нарушения требований «политкорректности». Но последовательней всего юстиция ФРГ выступает не против критиков засилия инородцев, не против авторов нежелательных песен и производителей компакт-дисков, а против т. н. «ревизионистов», которые ставят под сомнение расхожие представления о Холокосте во время Второй мировой войны.

Студентка: Но какой разумный человек может ставить под сомнение Холокост? Ведь есть неоспоримые доказательства преследования евреев в Третьем рейхе. Тот, кто отрицает эти очевидные факты, может руководствоваться только злонамеренными мотивами, чтобы снова открыть дорогу национал-социализму. Я вполне могу понять, за что в Германии преследуют таких лиц: нельзя допустить, чтобы нацизм снова поднял голову.

Ф. Брукнер: Здесь необходимо разъяснение. Ревизионисты не отрицают преследование евреев, как таковое, поскольку в данном случае речь идёт действительно об очевидном историческом факте. Ревизионисты оспаривают, в основном, три главных пункта освещения судьбы евреев в Третьем рейхе:

1) существование программы систематического уничтожения евреев,

2) существование специально созданных для убийства евреев и оснащённых газовыми камерами «лагерей уничтожения» и

3) обычно упоминаемое число евреев — жертв национал-социализма — шесть миллионов.

Студент: Но как можно всерьёз оспаривать это? Ведь всё это тысячекратно доказано!

Ф. Брукнер: Именно этот вопрос будет предметом моих следующих лекций. В данный момент я не хотел бы вдаваться в подробности аргументации ревизионистов; займёмся этим позже. Для начала я хотел бы только отметить, что преследование людей за их взгляды на вопросы истории представляет собой нарушение гарантированной немецкой Конституцией свободы слова и с логической точки зрения вообще бессмысленно. Вопросы истории должны решать историки, а не юристы. Вы согласны?

Студент: Трудно уследить за вашей мыслью. Мы просто не можем себе представить, что такое демократическое государство, как ФРГ, преследует людей за их мнения по спорным историческим моментам.

Ф. Брукнер: В этом вы глубоко ошибаетесь. 5 месяцев назад, 11 августа 2005 г., в суде первой инстанции г. Ремшейд состоялся процесс над 79-летним Эрнстом Гюнтером Кёгелем, издателем небольшого журнала «Дойчланд», к тому времени уже отбывшим 15-месячный срок заключения за то, что он в одном из номеров своего журнала за март-апрель 2001 года «отрицал Холокост» и к тому же допускал нежелательные высказывания по вопросу об иностранцах. Этот номер был конфискован и уничтожен.

Поводом для второго процесса над ним послужили тексты, распространённые Г. Кегелем в Интернете, а также то, что во время первого процесса он упорствовал в своём «отрицании Холокоста» и «ксенофобских взглядах», стараясь обосновывать их.

Это воистину чудовищная система юстиции, которая на практике исходит из того, что обвиняемый на политическом процессе не может защищаться, не рискуя быть обвинённым заново. И в самом деле, прокурор предостерёг Г. Кёгеля во время его защитной речи: «Если вы и дальше будете говорить в том же духе, я вынужден буду предъявить вам новое обвинение».

Приговор был вынесен в тот же день: три года тюрьмы (не условно) 79-летнему больному человеку! Одна присутствовавшая на процессе наблюдательница, которая раньше жила в ГДР, была потрясена таким бесчеловечным приговором старому человеку за одни только высказанные им мнения.

Другой пример. Ныне уже умерший учитель истории д-р Ганс-Юрген Вицш был в ноябре 2002 г. осуждён в Фурте на три месяца тюрьмы (не условно) за то, что он высказал мнение, что цифра шесть миллионов евреев — жертв национал-социализма преувеличена, а существование приказа Гитлера об уничтожении евреев на основе их расовой или религиозной принадлежности не доказано.

Дело Вицша необычно лишь в том отношении, что обвиняемый был кандидатом исторических наук. До него сотни других ревизионистов были осуждены немецкими судами. Строгий приговор Эрнсту Гюнтеру Кегелю, к сожалению, не единичный случай.

Гюнтер Деккерт, бывший председатель Националдемократической партии Германии, за отрицание существования Холокоста провёл в тюрьме почти пять лет; политолог и публицист Удо Валенди по той же причине вынужден был отсидеть 27 месяцев.

Студентка: Но то, что Деккерт был председателем правоэкстремистской НПД, доказывает, что ревизионисты — представители крайне правого лагеря политиков. Несомненно, что они стараются обелить Гитлера и национал-социалистический режим.

Ф. Брукнер: Мы скоро убедимся, что эта огульная оценка неверна. Но предположим, вы правы: все ревизионисты близки к крайне «правым». Считаете ли вы, что суды должны выносить приговоры, в зависимости от политического мировоззрения обвиняемых?

Студентка: В принципе нет, но с учётом печального опыта Германии и всего мира в экспериментировании с правым экстремизмом…

Ф. Брукнер: …нужно для разнообразия преследовать «правых», а не «левых» и либералов? Мне кажется правильней сделать из тоталитарного опыта Германии тот вывод, что вообще никого нельзя преследовать за его убеждения, при том, конечно, условии, что этот человек не применяет и не проповедует насилие. Но перейдём теперь к другому аспекту. Слово «ревизионизм» происходит от латинского «revidere» — «проверять». Разве не является нормой, что в истории, как и в любой другой науке, устоявшиеся взгляды периодически подвергаются критической переоценке?

Студент: Если этого не будет, любая наука неизбежно погрузится в застой и сведётся к бесплодному повторению уже тысячекратно сказанного.

Ф. Брукнер: Вы попали в самую точку! Действительно, история постоянно пересматривается: то новые находки заставляют историков пересмотреть свои взгляды, то вроде бы бесспорные факты получают новую интерпретацию.

Когда сорок лет назад я был учеником второго класса гуманистической гимназии, нас учили, что возраст Homo sapiens — примерно 500 000 лет. Сегодня большинство антропологов, на основании новых данных раскопок считает, что наш вид гораздо старше — ему свыше миллиона лет. Я не могу ручаться ни за первую, ни за вторую цифру; кто знает, какие цифры назовут нам через пару десятилетий палеонтологи?

Но представьте себе, что вопрос о возрасте человека будет решаться на судебных заседаниях, а прокуроры и судьи будут разыгрывать из себя специалистов по антропологическим находкам и доисторическому периоду?

Ещё один пример. В Германии есть школа историков во главе с медиевистом Герибертом Иллигом, которая защищает тезис о «выдуманных столетиях». Эти историки убеждены, что три столетия нашей истории — чистая выдумка, а именно период с 614 по 911 год.

По их концепции, все лица, которые согласно официальной истории жили в этот период, не исторические, а мифические фигуры. Одна из книг Герберта Иллига так и называется «Жил ли когда-либо Карл Великий?». Иллиг отвечает на этот вопрос отрицательно.

Студент: Но это поистине странные тезисы!

Ф. Брукнер: Я не хотел бы сейчас обсуждать эти тезисы, тем более, что это не в моей компетенции. Я подчёркиваю только, что Иллиг и его сторонники могут публично излагать свои взгляды, не опасаясь репрессий, в то время, как с ревизионистами Холокоста дело обстоит иначе.

В Германии и многих других европейских странах они подвергаются судебным преследованиям; их книги запрещаются, они не имеют возможности защищать свои взгляды в официальных СМИ. Любого здравомыслящего человека это должно убедить в том, что с официальной версией Холокоста чтото неладно, ибо, что же это за истина, если для её защиты требуется уголовный закон?

Студент: То, что вы говорите, звучит довольно убедительно. На какой же юридической основе проводятся процессы против т. н. ревизионистов в Германии?

Ф. Брукнер: С одной стороны, на основе § 185 и 189 свода уголовных законов, которые запрещают «осквернение памяти погибших», а с другой стороны — на основе уже упомянутых § 130 и 131. Параграф 130 был впервые ужесточён в 1994 году; согласно его новой формулировке, подлежит наказанию тот, кто «публично или на собрании нарушает общественный покой и порядок, одобряет, отрицает или преуменьшает факты, совершённые национал-социалистическим режимом, которые в соответствии с § 220,1 являются геноцидом».

Новое ужесточение последовало в начале 2005 года. Теперь полностью запрещено одобрять или преуменьшать злодеяния национал-социалистического «царства насилия и произвола».

В пояснении к тексту закона говорится, что преступное деяние уже налицо, если какие-либо аспекты национал-социалистического режима изображаются положительно и если одновременно образ мыслей преступника порождает подозрение, будто он не достаточно жёстко осуждает совершённые при национал-социалистическом режиме нарушения прав человека.

Видите, какие последствия вытекают из такого закона?

Во-первых, тем самым официально благословляется суд над мыслями, т. е. то, что всегда ставилось в вину тоталитарным государствам национал-социалистического или коммунистического типа.

Во-вторых, согласно § 130 можно осудить, например, защитников животных, которые выступают против вивисекции и ссылаются на то, что она была запрещена в Третьем рейхе (исключение делалось для крыс и мышей). Эти защитники животных тем самым «положительно описывают» «определённый аспект» национал-социалистического режима, а это уже наказуемо. Осудить можно, разумеется, и того, кто вспомнит, что при Гитлере безработица за четыре года сократилась с шести миллионов до нуля.

Обратите внимание, что согласно § 130, как в старой, так и в новой редакции Конституции запрещены только «одобрение, отрицание или преуменьшение национал-социалистических преступлений».

Если вы в Германии, например, одобрите варварское раскулачивание крестьян в СССР в начале 30-х годов, повлёкшее за собой миллионы смертей, или будете утверждать, что его не было, или скажете, что погибли не миллионы, а всего несколько тысяч человек, вам не грозит за это судебное преследование. И вас не потащат в суд, если вы будете оспаривать, что во время Первой мировой войны в Турции имели место массовые убийства армян.

Студентка: Итак, вы считаете, что отрицание сталинских преступлений или турецких массовых убийств должны быть наказуемы?

Ф. Брукнер: Ничего подобного! Я настаиваю на том, что оценка спорных исторических вопросов — дело историков, а не судей. Если же юстиция ФРГ карает за сомнение в официальной версии Холокоста, она должна, следуя собственной логике, карать и за сомнения в других преступлениях. Кстати, ревизионистов преследуют не только в ФРГ, но и ещё в восьми государствах. Это Австрия, Франция, Швейцария, Бельгия, Румыния, Польша, Испания и Израиль.

Студент: Для нас это ново и удивительно. Мы хотели бы узнать подробнее, кто такие ревизионисты и каковы их аргументы.

Ф. Брукнер: Именно этот вопрос мы теперь и рассмотрим!

Ревизионисты

Ф. Брукнер: Главное обвинение в адрес ревизионистов звучит так: они руководствуются не научными, а идеологическими побуждениями и хотят обелить национал-социалистический режим в его самой тяжкой части — убийстве шести миллионов евреев — и таким образом реабилитировать его.

Для начала выскажу одно замечание.

В принципе не имеет значения, по каким мотивам ктолибо выдвигает тот или иной тезис. Важно лишь, можно ли этот тезис обосновать, иными словами, правилен он или ложен. Если обратиться к теме Холокоста, почти все авторы общепризнанных стандартных работ по этому вопросу — евреи:

Герхард Рейтлингер, Люси Давидович, Леон Поляков, Джордж Уэллерс, Серж Кларсфельд, Клод Ланцман, Иегуда Бауэр, Ицхак Арад, Израиль Гутман, Александр Донат, Дебора Липштадт, Джералд Флеминг, Рахэль Ауербах, Мартин Гилберт, Вальтер Лакер, Роберт Ян Ван Пельт и др.

Еврей также и Рауль Хильберг, автор считающейся классической трёхтомной работы «Уничтожение европейских евреев».

Само собой разумеется, что все эти люди с непримиримой враждебностью относятся к юдофобскому национал-социалистическому режиму и, как и полагается, выпячивают на первый план страдания именно еврейского народа.

Так что, в их стремлении документально подтвердить существование Холокоста, несомненно, доминирует идеологический компонент. Означает ли одно это, что их тезисы ложны, а книги — ненаучны?

Студент: Разумеется, нет!

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Поэтому любая критика этих авторов и их работ должна основываться на чисто научной почве. Швейцарский ревизионист Юрген Граф опубликовал в 1999 году книгу, в которой он дал резко отрицательную характеристику работе Хильберга о Холокосте.

Ю. Граф нападает на автора трёхтомника не за то, что он еврей, сионист и антифашист, а за то, что метод работы Хильберга, по его мнению, ненаучен, а выводы не выдерживают никакой критики. Соответственно, мы в ходе дальнейшей дискуссии о ревизионистских авторах не будем тратить время на выяснение их мировоззрения, которое не всегда мне известно, а ограничимся проверкой их аргументации.

Однако для начала я хотел бы уточнить, что ревизионизм отнюдь не является праворадикальной идеологией, как утверждают его противники. Основатель ревизионизма Поль Рассинье был французским социалистом и во время оккупации немцами Франции участвовал в движении Сопротивления.

В 1943 году он был арестован, подвергнут пыткам и отправлен в концлагерь Бухенвальд, а оттуда позже в другой лагерь — Дора-Миттельбау.

Студент: Это в высшей степени интересно! Такого человека трудно обвинить в том, что его единственная цель — реабилитировать национал-социализм.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. После освобождения П. Рассинье прочёл воспоминания других бывших узников Бухенвальда, которые вызывали у него большую неприязнь, потому что в них содержалось много лжи. Один из этих бывших узников, аббат Жан-Поль Ренар, писал: «Я видел, как тысячи и тысячи людей становились под души Бухенвальда, из которых вместо воды вытекал ядовитый газ».

Когда П. Рассинье возразил, что знает по собственному опыту, что в Бухенвальде не было газовых камер, аббат Ренар ответил: «Ну, это в какой-то мере литературный оборот».

В своей вышедшей в 1950 году книге «Ложь Одиссея» П. Рассинье заклеймил такого рода лживые утверждения. Название книги как бы намекает на то, что Одиссей, в добавление к сотне действительно пережитых им страданий, выдумал ещё тысячи других. Эта книга, по-моему, лучшее свидетельское показание бывшего узника нацистского лагеря вообще.

Студент: Я могу себе представить, что П. Рассинье после её выхода в свет не приобрёл много друзей…

Ф. Брукнер: К нему действительно стали относиться крайне враждебно, но к суду за эту книгу его не привлекли, потому что тогда ещё отсутствовал юридический карательный инструментарий.

Студентка: Вы сказали, П. Рассинье был узником двух лагерей. Значит, он мог говорить только о ситуации в этих двух лагерях и не мог судить о том, были ли, например, газовые камеры для уничтожения людей в Освенциме.

Ф. Брукнер: В книге «Ложь Одиссея» П. Рассинье высказывал мнение, что в других лагерях, несомненно, были газовые камеры, ибо дыма без огня не бывает. Но в процессе многолетней исследовательской работы он пришёл к выводу, что уничтожение людей газом вообще не применялось. В 1964 году он писал в своей книге «Драма европейских евреев»:

«Каждый раз, когда на протяжении последних 15 лет мне сообщали, что где-то в неоккупированной советскими войсками Европе есть свидетель, который утверждает, что сам пережил умерщвление газом, я немедленно ехал туда, чтобы он повторил мне свой рассказ. Но каждый раз все кончалось одинаковым образом.

Имея в руках своё досье, я задавал свидетелю ряд точных вопросов, на которые он мне отвечал явной ложью и в конце концов вынужден был признаваться, что событий, свидетелем которых он якобы был, он лично не видел, а только повторил рассказ одного хорошего друга, который погиб в лагере и в правдивости которого он не может сомневаться. Так я проехал по всей Европе тысячи и тысячи километров».

То, что основатель ревизионизма был не приверженцем гитлеровской идеологии, а социалистом, борцом движения Сопротивления и узником концлагерей, не даёт покоя противникам ревизионизма настолько, что многие из них прибегают к прямой лжи, чтобы скрыть этот факт.

Так, американский историк, еврейка Дебора Липштадт, которая написала книгу против ревизионистов, утверждает, будто основателем ревизионизма был французский писатель Морис Бардеш.

Бардеш, который сам открыто называл себя фашистом и в первые послевоенные годы резко критиковал Нюрнбергский процесс, тем не менее, признавал массовое уничтожение евреев, как исторический факт, то есть он не был ревизионистом.

Студентка: Если я вас правильно поняла, ревизионисты оспаривают не сам факт массовой депортации евреев в концлагеря, а только число жертв и существование газовых камер?

Ф. Брукнер: Точнее, не «газовых камер», а «газовых камер для уничтожения людей», так как газовые камеры для дезинфекции одежды существовали во всех больших лагерях. Но мы будем для краткости называть «газовыми камерами» помещения, которые якобы использовались для уничтожения заключённых евреев.

И, наконец, третий пункт, который оспаривают ревизионисты, это существование программы истребления европейских евреев.

Все три пункта, которые оспаривают ревизионисты, тесно взаимосвязаны. При этом центральным является вопрос о существовании газовых камер. Если их не было, то подвергается сомнению и цифра «6 миллионов», ибо из этих шести миллионов жертв придётся вычесть несколько миллионов, уничтоженных в газовых камерах. Следовательно, тогда и систематического массового уничтожения евреев тоже не могло быть, потому что у национал-социалистов не было для этого оружия.

Студентка: Минутку! Если узников убивали не газом, их могли убивать каким-то иным способом!

Ф. Брукнер: Тот, кто осмелится выдвинуть такой тезис, должен будет через 60 лет после войны представить совершенно новую версию событий, подтверждая документами, показаниями свидетелей и т. д. Это слишком трудная задача.

Студентка: Но известно, что часть еврейских жертв — это люди, не умерщвлённые газом, а расстрелянные, прежде всего, на территории СССР. Ревизионисты оспаривают и эти расстрелы?

Ф. Брукнер: Нет, они не оспаривают тот факт, что на Востоке было расстреляно много евреев. Они только ставят под сомнение общее число жертв, а также утверждение, будто немцы систематически убивали евреев исключительно по причине их расовой и религиозной принадлежности. Ревизионисты полагают, что в лагерях сотни тысяч евреев умерли также от эпидемий, потери сил, недоедания и т. д.

Студент: Мне кажется, что дискуссия о числе жертв уводит нас в сторону. Даже одно убийство — и то слишком много!

Ф. Брукнер: Безусловно. Но представьте себе, что вы совершили одно убийство, а вас обвиняют в десяти. Вы будете защищаться от такого обвинения?

Студент: Разумеется.

Ф. Брукнер: Как видите, вопрос о числе жертв играет роль с точки зрения тяжести вины. К этому, по-моему, следует добавить ещё два пункта. Во-первых, история претендует на звание науки, а признак любой науки — стремление к точности. Как будет выглядеть историк, который сказал бы, что не играет роли, в каком году был основан Рим, в 1753 или 753 до н. э., — всё равно с тех пор прошло много времени?

Кроме того, если считать, что вопрос о числе жертв — второстепенный, тогда не следует возводить в догму и цифру «6 миллионов». Но именно это делают в ФРГ и других западных странах, где сомнение в цифре «6 миллионов» наказуемо. Такие люди, как швейцарец Гастон-Арман Амодрюз и немец д-р Ганс-Юрген Вицш, были брошены за решётку лишь за то, что они публично усомнились в этой цифре.

Студент: Какая, собственно, разница, уничтожали узников лагерей в газовых камерах или они умирали от эпидемий и голода? Они всё равно погибали, и вину за их смерть в любом случае несут те, кто их депортировал.

Ф. Брукнер: Если правы ревизионисты, то судьба евреев во время Второй мировой войны была хотя и трагичной, но никоим образом не являлась исключением в мировой истории. Лишение прав целых групп населения, депортации, массовая гибель в лагерях вследствие плохих гигиенических условий — всё это уже не раз бывало в истории. Но если правы ортодоксальные историки и планомерное истребление людей на химических бойнях имело место, то речь идёт о беспрецедентном преступлении, ибо такой зверской и хладнокровной формы массовых убийств до сих пор не существовало.

Студент: Я не уверен, что сам способ смерти жертв имеет какое-то особое значение.

Ф. Брукнер: Как известно, во время Второй мировой войны огромное количество советских военнослужащих попало в плен к немцам и умерло там. Равным образом множество немецких военнопленных умерло во время войны и после неё в советском плену. Те немецкие военнопленные, которые потом были освобождены и вернулись на родину, рассказывали, как умирали их товарищи: они стали жертвами холодов, недоедания и тифа.

Предположим, выжившие стали бы утверждать, будто русские травили их товарищей инсектицидами, а потом делали из их трупов мыло, а из кожи — абажуры. Как бы вы, русские, отреагировали на такие обвинения?

Студент: Я был бы возмущён. Это была бы мерзкая клевета на мой народ!

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Тот, кто выдвигает столь страшные обвинения, должен их документально доказать, иначе он будет повинён в клевете.

Студент: Итак, вы считаете, что эти факты недостаточно доказаны?

Ф. Брукнер: О мыле из человеческих трупов, абажурах из человеческой кожи и т. п. мы можем больше не говорить, так как от подобных утверждений отказались даже ортодоксальные историки. Иначе обстоит дело с газовыми камерами, которые до сих образуют ядро мифа о Холокосте.

По мнению ревизионистов, это такая же пропагандистская выдумка, как вышеупомянутые мыло и абажуры.

Вернёмся к истории ревизионизма. Я бы разделил её на три этапа, первый из которых полностью связан с фигурой Поля Рассинье, умершего в 1967 году.

Второй этап охватывает период с 1967 по 1988 год. За эти два десятилетия ревизионизм достиг необыкновенного расцвета. В 1979 г. в США под руководством Уиллиса Карто возник «Институт пересмотра истории», который регулярно проводил конференции и выпускал «Journal of Historical Review», в котором печатались многие ревизионистские авторы.

К сожалению, У. Карто в 1993 году был свергнут в результате внутренних интриг, устроенных его подчинённым Mарком Вебером. Ранее успешный институт покатился к банкротству, качество материалов журнала постепенно ухудшалось, он терял подписчиков и, в конце концов, перестал выходить.

К числу исследователей, исповедовавших данное направление в 70-х годах, относятся немец Удо Валенди, издатель журнала «Хисторише Татзахен», с которым позже так несправедливо обошлась немецкая юстиция, и автор известного демографического исследования, тоже немец Вальтер Заннинг, а также французы Серж Тион, Пьер Гийом и многие другие.

Однако тремя самыми значительными ревизионистскими авторами на этом этапе, несомненно, считаются американец Артур Бутс, немец Вильгельм Штеглих и француз Роберт Фориссон.

Студент: Я будущий историк и серьёзно занимаюсь историей Второй мировой войны. Как может быть, что я не слышал ни одного из названных вами имён и не читал никого из этих авторов?

Ф. Брукнер: Господствующая на Западе система не заинтересована в том, чтобы эти имена были известны. Во Франции СМИ иногда говорят о Р. Фориссоне, но всегда только в оскорбительном тоне.

Первым из трёх ведущих специалистов этого периода выступил в 1976 г. Артур Бутс, доцент, специалист по электронике. Он написал работу под названием «Мистификация ХХ века», которая представляла собой большой шаг вперёд по сравнению с работами П. Рассинье.

А. Бутс сначала изучил распространявшиеся с 1942 года еврейскими организациями по всему миру доклады об истреблении их единоверцев в зоне, находящейся под властью Германии. Он установил, что тогдашняя версия событий принципиально отличалась от более поздней, т. е. история Холокоста претерпевала изменения.

Затем он проанализировал вопрос о том, как союзные правительства, Ватикан и Международный Красный Крест реагировали на эти ужасные сообщения, и пришёл к выводу, что ни одна из перечисленных организаций не поверила этим докладам.

Столь чудовищное преступление, как фабричное истребление нескольких миллионов заключённых, рассуждал А. Бутс, невозможно было сохранить в тайне. К тому же союзники, Ватикан и Красный Крест располагали большим числом информаторов на подвластных Германии территориях.

То есть, эти доклады были ни чем иным, как пропагандистской фальсификацией, которую продолжали использовать после войны в политических целях.

Через два года, в 1978 году, в Германии вышла работа «Миф об Освенциме». Автором её был юрист, судья Вильгельм Штеглих. В этой книге он проанализировал основы официальных представлений о «лагере уничтожения» Освенцим.

Как мы скоро убедимся, нет ни документальных, ни материальных доказательств массового уничтожения людей газом в этом лагере, а есть лишь свидетельские показания, признания обвиняемых и приговоры судов.

В. Штеглих прежде всего тщательно изучил два главных момента в ортодоксальной картине Освенцима, а именно: признание первого коменданта этого лагеря Рудольфа Гёсса, а также Франкфуртский процесс над сотрудниками Освенцима в 1963–1965 годах. В результате он пришёл к выводу, что оба эти момента несостоятельны с фактической точки зрения.

Признание Р. Гёсса изобилует противоречиями и нелепостями, что свидетельствует о том, что он писал их недобровольно. На Франкфуртском же процессе были нарушены почти все правовые нормы, поэтому В. Штеглих ясно указал на то, что речь шла о чисто показательном процессе.

Студентка: Минутку. Когда кто-либо утверждает, что на Нюрнбергском процессе или на других проводившихся «союзниками» судах над национал-социалистами не всегда соблюдались их права, с этим я ещё могу согласиться. В конце концов, победители Третьего рейха имели все основания осудить полную тяжесть его вины.

Но процесс над сотрудниками Освенцима проходил в ФРГ. Почему немецкая юстиция устроила показательный процесс против немцев и тем самым юридически закрепила ответственность Германии за чудовищные преступления, если их не было, или они были, но, по крайней мере, не в таких масштабах, как утверждают. Это же совершенно нелогично!

Ф. Брукнер: Руководящая политическая верхушка ФРГ заинтересована в том, чтобы постоянно попрекать население своей страны омерзительностью национал-социализма, окончательно дискредитировав его, и убедить немцев в благах «демократической системы ценностей». Процесс над сотрудниками Освенцима играл ключевую роль в «перевоспитании» немецкого народа.

Ещё более решающую роль, чем книги А. Бутса и В. Штеглиха, сыграли исследования Роберта Фориссона, принадлежащие также ко второму этапу истории ревизионизма Холокоста. Он был профессором французской литературы сначала в Сорбонне, потом в Лионе, но потерял работу после того, как стали известны его ревизионистские публикации.

Студент: После доцента-электронщика и судьи вы упоминаете теперь профессора французской литературы в качестве ведущего специалиста по ревизионизму. Не удивительно ли, что среди перечисленных нет ни одного историка?

Ф. Брукнер: Действительно, большинство авторов, занимавшихся Холокостом, — не профессиональные историки. Это относится также и к ведущим еврейским специалистам по Холокосту: Герхарду Рейтлингеру, Раулю Хильбергу и Роберту Яну Ван Пельту; первый из них искусствовед, второй — политолог, третий — историк архитектуры.

Но вернёмся к Роберту Фориссону. Он начал свои исследования Холокоста с изучения свойств вещества, содержащего синильную кислоту, — пестицида Циклон-Б, который во многих лагерях использовался для дезинфекции одежды, но, согласно легенде Холокоста, также для массового убийства евреев в Освенциме и Майданеке.

На основе анализа специальной литературы об этом средстве дезинфекции он установил, что в случае описанных в рассказах свидетелей массовых убийств с помощью газа в недостаточно герметизированных и не снабжённых вентиляцией помещениях, таких как пресловутые «газовые камеры», это сразу же привело бы к химической катастрофе во всём лагере.

Р. Фориссон провёл сравнение мнимых нацистских газовых камер с настоящими газовыми камерами, которые в некоторых штатах США до недавнего времени использовались для казни преступников с помощью синильной кислоты.

Казнь с помощью синильной кислоты — технически сложный процесс и, если не соблюдать меры безопасности, cмерть грозит не только преступнику, но также персоналу тюрьмы и свидетелям казни.

Если даже казнь одного человека с помощью синильной кислоты в оснащённой специальными средствами защиты тюрьме является столь сложным процессом, то как могли в Освенциме в помещениях, лишённых таких мер предосторожности, убивать газом тысячи людей за один раз, не решая при этом неизбежных проблем удаления газа? — задался вопросом Р. Фориссон.

29 декабря 1978 г. ему удалось поместить в ведущей французской газете «Ле Монд» статью, в которой он поставил этот и другие вопросы. 21 февраля 1979 г. та же газета напечатала ответ, подписанный 34 французскими историками, в котором говорилось: «Незачем задавать вопрос, каким образом было технически возможно такое массовое убийство. Оно было технически возможно, потому что оно было».

Студент: Но это же совершенно не аргумент!

Ф. Брукнер: Разумеется. Р. Фориссон придал ревизионистским исследованиям новый поворот; с тех пор акцент в них переместился в сферу технологии.

Начало третьего этапа ревизионистских исследований можно датировать 1988 годом, что связано с появлением доклада Ф. Лейхтера. Могу ли я спросить, слышал ли ктонибудь из вас об этом докладе? Да, молодой человек с бородкой? Как вас зовут?

Студент: Максим.

Ф. Брукнер: Итак, Максим, что же такое доклад Ф. Лейхтера?

Студент: Я читал о нём в одном немецком журнале, но не помню деталей. Речь шла об американском специалисте — технологе казней, который исследовал газовые камеры Освенцима на их функциональную пригодность и пришёл к выводу, что эти помещения не могли выполнять приписываемую им функцию.

Ф. Брукнер: Отлично! Несколько слов о подробностях этой экспертизы. В начале 1988 года в канадском городе Торонто началось кассационное дело против гражданина ФРГ Эрнста Цюнделя, который за три года до этого был приговорён к 15 месяцам тюрьмы за распространение брошюры Ричарда Харвуда «Действительно ли умерли шесть миллионов?».

Во время процесса консультант Цюнделя, Роберт Фориссон, связался с американским технологом казней Фредом Лейхтером, который, кроме электрических стульев, шприцев для впрыскивания яда и виселиц, конструировал также газовые камеры, и попросил его проверить функциональную пригодность якобы использовавшихся для казней газовых камер Освенцима I, Освенцима-Бжезинки и Майданека.

В конце февраля 1988 года Ф. Лейхтер с небольшой группой специалистов вылетел в Польшу и по результатам своих исследований составил доклад, который был представлен на процессе, как доказательный материал. Ф. Лейхтер проанализировал три вопроса:

1) техническую пригодность исследованных помещений для убийства людей газом Циклон-Б,

2) пропускную способность крематориев и

3) вопрос об остатках цианида на каменной кладке газовых камер.

Мы подробно остановимся на всех трёх пунктах, когда будем говорить об Освенциме.

Студент: В упомянутой статье доклад Ф. Лейхтера назван «псевдонаучным». Что вы скажете по этому поводу?

Ф. Брукнер: Это традиционная формулировка, которую СМИ регулярно используют против ревизионистов. Действительно, доклад Ф. Лейхтера содержал ряд ошибок, что объясняется крайней спешкой, в которой проводилась экспертиза. Но сделанные Ф. Лейхтером выводы были подтверждены гораздо более строгой научной экспертизой, которую провёл пять лет спустя молодой немецкий химик Гермар Рудольф. Это одна из ключевых ревизионистских работ по Холокосту.

В 1994 году Г. Рудольф под псевдонимом «Эрнст Гаусс» выступил в роли издателя сборника «Основы современной истории», в котором многие специалисты по ревизионизму высказывались по важным аспектам изучения Холокоста (статистика населения, юридическая ценность свидетельских показаний, технические и химические анализы, аэрофотоснимки и т. д.). Расширенный вариант этого труда огромной важности вышел позже на английском языке в США.

Подвергнувшись после этого в Германии репрессиям, Г. Рудольф эмигрировал сначала в Англию, а потом в США, где наряду с многочисленными ревизионистскими книгами стал выпускать очень ценный журнал «Vierteljahreshefte fur freie Geschichtsforschung» и его английский аналог «Ревизионист».

К числу ведущих ревизионистских авторов надо причислить также итальянца Карло Маттоньо. Его первая публикация датирована 1985 годом. С тех пор он написал много книг и статей, как по технологическим, так и историческим аспектам проблемы Холокоста.

Поскольку в Италии нет закона против ревизионизма, К. Маттоньо никогда не подвергался преследованиям, и его работы беспрепятственно публикуются. В дальнейшем мы ещё не раз столкнёмся с именем этого выдающегося исследователя.

Наряду с Г. Рудольфом, его можно назвать главной фигурой третьего этапа истории ревизионизма Холокоста.

Является ли Холокост неоспоримым фактом истории?

Студентка: Господин Ф. Брукнер! После всего сказанного я считаю вполне возможным, что в традиционной истории Холокоста кое-что следует исправить, и, что ревизионисты в отдельных вопросах правы. Но по сути это ничего не меняет: существование Холокоста в целом является реальным фактом.

Ф. Брукнер: Могу я попросить вас обосновать своё мнение?

Студентка: Все признанные историки едины в этом вопросе. Невозможно, чтобы всё официальное сообщество историков состояло из одних дураков или лжецов, которые шестьдесят лет покрывают мистификацию такого масштаба.

Ф. Брукнер: Я уже упоминал, что ревизионизм в целом ряде стран запрещён. Сколько, по вашему мнению, существует историков, готовых не только потерять хорошо оплачиваемое место, но и сесть в тюрьму?

Студентка: Но в таких странах, как Америка, Италия или Россия, где ревизионизм не запрещён, университетские историки тоже не ставят реальное существование Холокоста под сомнение.

Ф. Брукнер: Даже в этих странах университетский преподаватель, который проявит ревизионистские взгляды, сразу подвергнется остракизму со стороны СМИ и большей части коллег и студентов, его начнут всячески травить, и он скорее всего потеряет работу. У него не будет никаких шансов защитить свою точку зрения в СМИ, так как они устроили заговор молчания вокруг ревизионизма.

Не забывайте также о том, что такого историка, безусловно, сразу объявят «нацистом». А нацистом никто слыть не хочет, потому что национал-социализм, как на Западе, так и на Востоке изображается, как абсолютное зло.

Студент: Но кроме Холокоста гитлеровцы совершили много других преступлений! Даже если ревизионисты правы и расхожие представления о Холокосте ложны или, по крайней мере, преувеличены, это ещё не означает, что и другие преступления, в которых обвиняют Гитлера и националсоциалистический режим, не имели места.

Ф. Брукнер: Правильно. Если обвиняемый оправдан по главному пункту обвинения, это ещё не означает, что он невиновен и по остальным пунктам. Что делает в таких случаях добросовестный судья?

Студент: Он тщательно проверяет вину или невиновность обвиняемого по каждому отдельному пункту.

Ф. Брукнер: Соответственно, нужно проверить и каждое из следующих обвинений, выдвигаемых исторической наукой против Германии: развязывание Второй мировой войны, неспровоцированное нападение на СССР, массовое убийство советских военнопленных, истребление гомосексуалистов, геноцид цыган, эвтаназия душевнобольных и т. д.

В каждом отдельном случае надо тщательно изучить доказательный материал. Однако главным преступлением Третьего рейха считается Холокост. Историку, который усомнится в газовых камерах и тем самым в систематическом уничтожении евреев, ничуть не поможет то, что он признаёт Гитлера виновным по всем остальным пунктам — его всё равно объявят нацистом.

Студентка: Но есть тысячи научных трудов, которые доказывают реальность Холокоста.

Ф. Брукнер: Если вы прочтёте наугад первую пару десятков из этих тысяч книг, то заметите, что все авторы, без рассуждений, за основу берут общую картину Холокоста из нескольких классических работ и лишь в отдельных вопросах добавляют новые результаты исследований или свои тезисы. Иными словами, все авторы книг о Холокосте списывают друг у друга.

Студентка: Историку Холокоста, который занимается отдельными аспектами этого вопроса, не надо долго разбираться в том, были ли газовые камеры, и имело ли место уничтожение миллионов людей в концлагерях. Это чётко установленные факты, проверка которых не требуется. Все серьёзные историки едины в том, что лагеря уничтожения с газовыми камерами существовали, и что от пяти до шести миллионов евреев стали жертвами геноцида.

Ф. Брукнер: Очень хорошо. Но, давайте обратимся к статистике. Я хотел бы заранее оговорить, что все без исключения авторы, которых я в дальнейшем буду цитировать, придерживаются официальной версии Холокоста. Ревизионистские источники приводимая статистика не учитывает.

Как вы знаете, согласно официальной истории было шесть лагерей уничтожения, в которых евреев убивали в газовых камерах. Возьмём две классические работы о Холокосте, а именно: «Уничтожение европейских евреев» Рауля Хильберга и «Война против евреев» Люси Давидович.

Эти два автора приводят следующие данные о числе евреев, убитых в лагерях уничтожения (или умерших по более или менее естественным причинам, т. е. от болезней и т. д.):

Р. Хильберг Л. Давидович

Освенцим: 1 000 000 — Освенцим: 2 000 000

Треблинка: 750 000 — Треблинка: 800 000

Бельзец: 550 000 — Бельзец: 600 000

Собибур: 200 00 — Cобибур: 250 000

Хелмно: 150 000 — Хелмно: 340 000

Майданек: 50 000 — Майданек: 1 380 000

Итого: 2 700 000 — Итого: 5 370 000

Таким образом, Л. Давидович указывает вдвое большее число погибших в лагерях евреев, чем Р. Хильберг: вдвое большее число жертв Освенцима, более, чем вдвое, большее число жертв Хелмно и в 28 раз большее число еврейских жертв Майданека!

И удивляет не только это. Если вы станете искать в обеих книгах источники, из которых взяты приводимые цифры, вы их вообще не обнаружите. Ни один из этих авторов не счёл нужным обосновать свои цифры.

Далее Р. Хильберг исходит из того, что общее число жертв Холокоста, т. е. погибших вследствие нацистских преследований евреев, — 5,1 миллиона, а Л. Давидович — 5 933 тысячи. Это означает, что, согласно Р. Хильбергу, вне лагерей уничтожения (в трудовых лагерях, в гетто, при эвакуациях, при массовых расстрелах и т. д.) нашли смерть 2,8 миллиона евреев, а по Л. Давидович — всего 530 000, т. е. пятая часть первой цифры.

Разве не очевидны принципиальные несоответствия в этой статистике?

На первый взгляд, и Р. Хильберг и Л. Давидович подтверждают официальную картину Холокоста с её лагерями уничтожения и 5–6 миллионами жертв. Но если присмотреться внимательнее, можно заметить, что компоненты, из которых складывается эта общая картина, у обоих авторов радикально различны. Иными словами, все эти цифры не вызывают доверия. А если здание стоит на шатком фундаменте, оно рискует рано или поздно обвалиться.

Приведём ещё два списка статистических данных. В первом случае речь идёт об общем числе жертв Освенцима, евреев и неевреев, причём убитые и умершие естественной смертью включены в одну категорию. Здесь ревизионистские авторы также не учитываются.

В этом крупнейшем нацистском лагере умерли:

— 9 миллионов — согласно французскому фильму «Nuit et Brouillard» («Ночь и туман») (1952);

— 8 миллионов — по данным французского Центра расследования военных преступлений;

— 5 миллионов (из них свыше 90 % евреев) — согласно парижской газете «Ле Монд» от 20 апреля 1978 г.;

— 4 миллиона — согласно нюрнбергскому документу URSS-008, который основан на докладе советской комиссии от 6 мая 1945 года;

— 3 миллиона только к концу ноября 1943 года — согласно признанию первого коменданта Освенцима Рудольфа Гёсса;

— 1,25 миллиона (миллион евреев и 250 000 неевреев) — согласно Р. Хильбергу;

— От одного до полутора миллионов — согласно книге, которую французский исследователь Жан-Клод Прессак опубликовал в 1989 году;

— 800 000 — данные того же автора на 1993 год;

— от 631 000 до 711 000 — данные того же автора на 1994 год;

— 511 000 — согласно сведениям главного редактора журнала «Шпигель» Фритьофу Мейеру.

Таким образом, решающими вопросами для судей, которые судят ревизионистов, являются: какая из этих цифр очевидна, юридически обязательна и почему? Как далеко можно зайти, не рискуя быть осуждённым за «приуменьшение злодеяний», и почему? Наказуемо ли приведение завышенных цифр, потому что это клевета на немецкий народ?

Последние статистические данные касаются числа венгерских евреев, убитых в Освенциме-Бжезинке, согласно разным авторам, в течение двух месяцев, с мая по июль 1944 года. Их было:

— 1 000 000, согласно Бену Хехту;

— 409 640, согласно Джорджу Уэллерсу;

— 180 000, согласно Раулю Хильбергу;

— 41 000, согласно Фритьофу Мейеру.

А теперь скажите, дамы и господа, какая из этих цифр очевидна?

Задумайтесь о том, что общее число жертв Холокоста, безусловно, зависит от числа жертв в каждом из названных лагерей уничтожения, включая Освенцим. Вам не кажется странным, что данные о числе жертв Освенцима у отдельных авторов столь сильно расходятся: Бен Хехт насчитывает почти в 50 раз больше убитых в Освенциме венгерских евреев, чем Фритьоф Мейер? Однако все эти авторы, в конечном счёте, сходятся на 5–6 миллионах еврейских жертв?

Студент: Да, против этого аргумента трудно что-то возразить. Однако я уверен, что Холокост всё же имел место в реальности. Доказательством этого служат ужасные фотоснимки узников концлагерей, которые после их освобождения обошли весь мир. Или ревизионисты дошли до утверждения, что эти фотографии фальшивы?

Ф. Брукнер: Нет. Эти фотографии подлинные.

Причины массовой гибели людей в концлагерях запада

Ф. Брукнер: Когда англо-американские войска весной 1945 года освобождали один лагерь за другим, их взору представали ужасные сцены. Я приведу отрывок из составленного одним британским офицером доклада об освобождении лагеря Берген-Бельзен в Северной Германии:

«Когда мы шли вдоль главной улицы лагеря, нас с радостью приветствовали заключённые, и мы впервые смогли увидеть собственными глазами, в каком они состоянии. Многие из них выглядели практически, как живые скелеты. Мужчины и женщины лежали рядами по обеим сторонам улицы. Другие медленно и бесцельно ползали вокруг с отрешёнными, безразличными лицами. Кучами лежали тысячи трупов, многие из них в состоянии сильного разложения».

Я показываю вам снимок массового захоронения трупов заключённых, которые умерли в Берген-Бельзене от тифа и других эпидемий или от голода. Каждый из вас часто видел такие снимки: их регулярно показывают по телевидению, в кино и печатают в газетах, когда речь заходит о нацистских концлагерях.

Но мы должны сначала задать вопрос: являются ли эти снимки доказательством Холокоста?

Дамы и господа! Мы спорим сейчас не о том, что в концлагерях погибло много евреев и людей других национальностей. Это никто не оспаривает. Мы спорим о том, имело ли место планомерное массовое убийство евреев, и существовали ли лагеря уничтожения с газовыми камерами для убийства людей?

Иными словами, мы спорим о том, является ли то, что обычно называют Холокостом, историческим фактом?

Если вы будете читать официальную литературу о Холокосте, то из неё узнаете, что уничтожение газом людей в Освенциме, последнем функционировавшем лагере уничтожения, было прекращено в конце октября или начале ноября 1944 года.

Ужасные картины с горами трупов и ходячими скелетами, которые мы видим на известных фотографиях, сняты не в Освенциме и не в каком-либо другом из так называемых лагерей уничтожения, а в западных концлагерях, таких, как Дахау, Бухенвальд и, прежде всего, БергенБельзен, которые весной 1945 года были освобождены англичанами и американцами.

К тому же трупы, которые мы видим на фотоснимках, во многих случаях принадлежат не евреям. Как в Дахау, так и в Бухенвальде евреи составляли лишь небольшой процент среди интернированных, а в Берген-Бельзене — большинство. Все историки сходятся на том, что эти мертвецы не отравлены газом и не убиты каким-либо иным способом, а стали жертвами сыпного тифа и других эпидемических болезней, а также недоедания.

Какие выводы мы можем сделать из этих фактов?

Студентка: Главный вывод — что эти фотографии не являются доказательством Холокоста. По этому пункту ничего возразить нельзя. Но они доказывают бесчеловечность нацистского режима, который позволил огромному количеству людей умереть в столь ужасных условиях.

Ф. Брукнер: Позвольте предложить вам ещё немного статистики. Эти данные взяты, опять-таки, не у ревизионистов; они бесспорны и признаются всеми историками, так как опираются на солидный документальный материал. Речь идёт о числе заключённых, умерших в концлагерях Бухенвальд и Дахау, причём, цифры разбиты по годам. Сначала данные по Бухенвальду:

1937 — 48,

1938 — 771,

1939–1235,

1940–1772,

1941–1522,

1942–2898,

1943–3516,

1944–8644,

1945 — 13 056.

Итого 33 462.

Статистика смертности в Дахау в годы войны выглядит так:

1940–1515,

1941–2576,

1942–2470,

1943–1100,

1944–4794,

1945 — 15 384.

Итого 27 384.

Если вспомнить, что оба лагеря были освобождены в апреле 1945 года, из этой статистики явствует, что в Бухенвальде почти 40 %, а в Дахау более половины жертв умерли в последние четыре месяца существования этих лагерей.

Статистики по Берген-Бельзену у нас нет, так как книги с записями умерших либо утеряны, либо были уничтожены администрацией перед освобождением лагеря. Но все свидетели также сходятся в том, что подавляющее большинство смертей пришлось на период с января по апрель 1945 года.

Сходная тенденция наблюдалась и в находившемся в Австрии концлагере Маутхаузен, где 36 124 из 86 195 заключённых, умерших с 1938 по 1945 год, т. е. более трети, умерли в период с 1 января по 5 мая 1945 года.

Что же произошло? С осени 1944 года восточные концлагеря постепенно эвакуировались на запад, поэтому число узников западных лагерей непрерывно возрастало. Одновременно всё сильней сказывались последствия краха Германии.

Англо-американские бомбёжки разрушили инфраструктуру страны, продукты питания и медикаменты больше не поступали в лагеря, хотя ещё имелись в достаточном количестве. При всё более возрастающем ужасном гигиеническом состоянии безнадёжно переполненных лагерей свирепствовали эпидемии, которые буквально вышли из-под контроля.

Студентка: А разве нельзя было освободить заключённых, если для них не было больше пищи и лекарств?

Ф. Брукнер: Чтобы они разнесли сыпной тиф и дизентерию среди населения? А кто бы давал им хотя бы скудную еду? Не забывайте, что в концлагерях, кроме политзаключённых, евреев и военнопленных, были также обычные уголовники. Можно ли было отдать население на растерзание грабителям и взломщикам?

Студент: То, что уголовников держали вместе с заключёнными, арестованными по политическим и национальным признакам, а также с военнопленными — это уже тяжкое преступление.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Поль Рассинье и многие другие авторы описывали, с какой жестокостью уголовники терроризировали остальных заключённых в лагерях. То же самое происходило и в советских лагерях, судя по книгам Александра Солженицына.

Что касается причин перебоев со снабжением в конце 1944 года, я хотел бы процитировать знаменитого американского лётчика Чака Егера, который в своих воспоминаниях рассказывает, как его эскадрилья получила приказ стрелять по всему, что движется:

«В Германии не так легко было отделить невиновных гражданских лиц от военных. Крестьянин на своем картофельном поле кормил, в конечном счёте, немецкую армию».

Студент: Не хотите ли вы этим сказать, что «союзники» виновны в массовой гибели людей в лагерях на западе?

Ф. Брукнер: В любом случае, часть вины лежит на них. Позвольте процитировать слова коменданта лагеря БергенБельзен Иозефа Крамера, которые внесены в протокол его допроса англичанами:

«Лагерь функционировал более или менее нормально, пока ваши войска не перешли Рейн. Была проточная вода, регулярное питание… Я не мог сделать ничего другого, пытался только как можно лучше распределять поступавшие ко мне продукты питания для лагеря. Но внезапно ко мне начали присылать транспорт с новыми заключёнными со всей Германии.

При такой ситуации было невозможно оставаться хозяином положения. Я требовал больше персонала и больше продуктов питания. Мне отвечали, что это невозможно, поэтому пришлось обходиться тем, что у меня было. К тому же, союзники разбомбили электростанцию, которая качала воду. Транспорт с продуктами питания больше не поступал в лагерь из-за бомбёжек союзников. Мы окончательно утратили контроль над ситуацией… В течение последних шести недель я не получал вообще никакой помощи. У нас не хватало людей, чтобы хоронить мёртвых…

Я пытался раздобыть лекарства и продукты для заключенных, но тщётно».

Я хотел бы, кстати, обратить ваше внимание на то, что Иозеф Крамер не предпринял никаких попыток избежать плена, а остался ждать англичан, чтобы, как положено, передать им лагерь. Что из этого следует?

Студент: Что он не сознавал за собой никакой вины.

Ф. Брукнер: Вот именно! Но это не помешало союзникам в прессе называть его «зверем из Бельзена» и повесить после показательного процесса.

Хотя смертность узников в лагерях весной 1945 года не служит доказательством политики истребления, снимки гор трупов и умирающих до сих пор регулярно показывают, как доказательство Холокоста. Почему?

Студентка: Потому что нет соответствующих снимков из Освенцима и других лагерей уничтожения. Там трупы сжигали.

Ф. Брукнер: В Дахау, Бухенвальде, Маутхаузене, БергенБельзене и тому подобных местах трупы умерших заключённых тоже сжигали, за исключением последних месяцев, когда для этого стало не хватать пропускной способности крематориев.

Но умершие от тифа и голода в западных лагерях ни в коем случае не являются доказательством умерщвления газом в восточных лагерях.

Реальных доказательств этого вообще нет: нет ни трупов убитых газом, ни массовых захоронений, ни документов — вообще ничего. Без свидетельских показаний и признаний обвиняемых мы ничего не знали бы о каком-то умерщвлении газом даже в одном немецком концлагере.

С 1942 года пропаганда союзников непрерывно обвиняла немцев в ужасных массовых убийствах. Эти сообщения большей частью с недоверием встречались населением Англии, США и других стран. Многие ещё помнили Первую мировую войну и постоянные сообщения того времени о зверствах немцев и их союзников. Рассказывали, например, будто немцы отрубали руки бельгийским детям и распинали военнопленных на церковных воротах. Даже об убийствах с помощью газа говорили уже тогда.

22 марта 1916 года лондонская газета «Дейли телеграф» под заголовком «Ужасы в Сербии. 700 000 жертв» писала следующее:

«Правительства союзников располагают доказательствами и документами, которые вскоре будут опубликованы и докажут, что австрийцы и болгары совершили в Сербии ужасные преступления… Австрийцы загоняют женщин, детей и стариков в церкви и либо закалывают их штыками, либо убивают удушающим газом. В одной церкви в Белграде были таким образом удушены 3000 женщин, детей и стариков».

Вскоре после войны выяснилось, что эти истории от начала и до конца были выдуманы. Поэтому многие видели в отчётах об ужасах Второй мировой войны просто повторение этой пропаганды «ужасов фашизма».

Во время своего продвижения через Францию, Бельгию и Голландию англо-американцы не обнаружили ничего, что подтверждало бы слухи о немецких зверствах. В этих обстоятельствах ужасное состояние освобождённых узников концлагерей было для них просто даром небес: наконец-то налицо осязаемые доказательства того, что побеждённый враг был воплощением зла. Чтобы победить такого врага, были хороши все средства, включая варварские террористические бомбёжки немецких городов.

Эта стратегия оказалась весьма эффективной. Увидев потрясающие снимки из лагерей, люди были готовы верить во всё, что им расскажут о немецких зверствах, и лишь немногие сомневались в сообщениях о массовых убийствах с помощью газа. Поэтому и сегодня эти фотографии представляют собой необыкновенно эффективное психологическое оружие, хотя они, как уже было сказано, не являются доказательством политики истребления.

Студентка: Разве не справедливо пригвоздить к позорному столбу бесчеловечную идеологию фашизма, которая привела к созданию концлагерей?

Ф. Брукнер: Любая политическая система прибегает к репрессиям, когда чувствует угрозу. О коммунистическом терроре времён Ленина и Сталина и об «Архипелаге ГУЛАГ» мне не надо вам рассказывать, так как вы знаете об этом лучше меня.

Но и демократические государства создавали концлагеря, в которые интернировались не только политические противники, но и целые «неблагонадёжные» группы населения.

Во время англо-бурской войны (1900–1902 гг.) англичане заперли в концлагеря 115 000 мирных буров, большей частью женщин, детей и стариков. В этих лагерях умерли 26 251 человек, то есть, почти четверть, и по тем же точно причинам, которые позже вызвали высокую смертность в нацистских лагерях.

Во время Второй мировой войны правительство США, кроме большого числа немецких и итальянских подданных, заперло в лагеря и почти всех живших на территории США японских граждан и даже многих американских граждан японского происхождения, хотя не известно ни одного случая шпионажа или саботажа со стороны американских японцев.

После Второй мировой войны американцы и в меньшей степени французы оставили сотни тысяч немецких военнопленных умирать медленной смертью в лагерях под открытым небом. Хотя продукты питания имелись в изобилии, их умышленно не давали заключённым, т. е., в данном случае, не было тех смягчающих обстоятельств, как у немцев весной в 1945 году.

Читайте на эту тему книгу канадского историка Джеймса Бака «Другие потери», там всё подтверждено документами.

К вопросу о газовых камерах в западных лагерях

Студентка: Послушать вас, господин Ф. Брукнер, так создаётся впечатление, что, за исключением последних месяцев, немецкие концлагеря были чуть ли не домами отдыха…

Ф. Брукнер: Зачем же мыслить в категориях крайностей? Неужели вы не можете представить, что между домом отдыха и лагерем уничтожения может быть ещё сотня промежуточных ступеней? Концлагерь сам по себе не обязательно хуже тюрьмы. Можно очень гуманно управлять концлагерем и очень негуманно — тюрьмой.

Делегат Международного Красного Креста, начальник отдела Ж. Фавр, в августе 1938 г. после посещения концлагеря Дахау составил доклад, в котором описал условия в этом лагере, как вполне приемлемые. Гигиенические условия, писал он, хорошие, заключённые работают летом с 7 до 11 и потом с 13 до 18 часов, зимой на два часа в день меньше, продовольственное снабжение хорошее, правда, дисциплина очень строгая.

В целом, число заключённых во всех лагерях до войны было невелико. После прихода Гитлера к власти и последовавшей за этим волной арестов, главным образом коммунистов, это число составляло в октябре 1933 г. — 27 000 человек, но к февралю 1934 г., в связи с быстро улучшающейся ситуацией, оно снизилось до 7 000 человек.

Как пишет еврейский историк Арно Мейер, летом 1937 года во всех лагерях было 7 500 заключённых, большую часть которых составляли уголовники и «антиобщественные элементы» (бродяги, попрошайки, проститутки и т. д.).

Студент: Но когда началась война, эти цифры стали быстро расти.

Ф. Брукнер: Безусловно. В августе 1943 г. число заключённых в концлагерях составляло 225 000, в августе 1944 г. — 524 000 и в январе 1945 г. — 635 586. В этой статистике, разумеется, не учтены военнопленные, вопрос о которых мы рассматривать не будем.

Условия в отдельных лагерях сильно различались, о чём свидетельствует уровень смертности. Так, в августе 1943 г. в голландском лагере Хертохенбош не умер ни один из примерно 2 500 узников, в Майданеке же, наоборот, умерли 882 из 11 500 мужчин и 172 из 3 900 женщин, что соответствует уровню смертности 7,67 % среди мужчин и 4,41 % среди женщин.

В Освенциме уровень смертности в конце лета и осенью 1942 г. был ещё ужасней; главной причиной этого были эпидемии сыпного тифа, с которыми не удалось справиться.

Я не намереваюсь снимать с лагерной администрации вину за ужасные условия во многих лагерях, но хочу указать, что предпринимались серьёзные усилия с целью улучшения этих условий и снижения смертности. Мы ещё вернёмся к этому вопросу.

Когда союзники весной 1945 года освобождали западные лагеря, с самого начала каждому было ясно, что массовая смертность была вызвана не политикой истребления, а крахом Германии, так что для демонизации Третьего рейха она давала не очень много.

Однако сразу же начали распространять миф, будто национал-социалисты убили в лагерях огромное число заключённых, прежде всего, евреев, и в первую очередь — в газовых камерах. И хотя не было ни документальных, ни материальных доказательств существования этих газовых камер, в насыщенной ненавистью атмосфере тех дней этим интересовались меньше всего.

Прошу взглянуть на эту карту, на которой обозначены немецкие лагеря. Как видите, они разделены на: а) просто концлагеря и б) «лагеря смерти», т. е. лагеря уничтожения. Из них Освенцим и Майданек якобы одновременно выполняли роль «рабочих лагерей», т. е. имели двойную функцию. Наоборот, Бельзец, Собибур, Треблинка и Хелмно якобы были сугубо центрами убийства.

Студент: Дахау, Бухенвальд, Маутхаузен и т. д. считались, таким образом, «нормальными концлагерями», т. е. рабочими лагерями?

Ф. Брукнер: Действительно, в первые послевоенные годы такое различие не проводилось. На Нюрнбергском процессе главный британский обвинитель сэр Хартли Шоукросс заявил:

«Убийства совершались, словно работала какая-то промышленность, выпускающая массовую продукцию, в газовых камерах и печах Освенцима, Дахау, Треблинки, Бухенвальда, Маутхаузена, Майданека и Ораниенбурга [Заксенхаузена]».

Было очень много свидетельских показаний об убийстве людей газом в западных лагерях. 11 января 1946 г. бывший лагерный врач Дахау, чех по национальности, д-р Франц Блага показал под присягой:

«Газовая камера была закончена в 1944 году, и д-р Рашер вызвал меня для исследования первых жертв. Из восьми-девяти человек, которые находились в камере, трое были ещё живы, остальные как будто мертвы. Их глаза были красными, лица распухшими».

Газовые камеры Бухенвальда подробно описывал бывший французский заключённый Шарль Отер:

«Быстрое осуществление истребления требовало индустриализации особого типа. Газовые камеры во всех отношениях соответствовали этим требованиям. Многие, искусно сконструированные, опирались на колонны из прозрачного материала. В них образовывался газ, который потом проникал через стенки. Другие имели более простую структуру, но все выглядели великолепно. Можно было легко догадаться, что архитекторы делали их с удовольствием и долго планировали, проявляя при этом все свои эстетические способности. Это была единственная часть лагеря, построенная с любовью».

Фантастические описания «газовых камер Бухенвальда» содержались в документе французского правительства:

«Всё было отрегулировано до мелочей. В 1944 году в Бухенвальде даже продлили железнодорожную линию, чтобы депортированных можно было доставлять прямо в газовые камеры. Некоторые газовые камеры имели откидной пол, так что трупы сразу падали в помещение с печами для сжигания».

Не было недостатка и в признаниях обвиняемых. Так, Франц Цирайс, комендант концлагеря Маутхаузен, подтвердил, когда его допрашивали американцы, что в расположенном недалеко от Линца замке Хартгейм были убиты газом от одного до полутора миллиона человек:

«Группенфюрер СС Глюкс отдал распоряжение объявить слабых заключённых душевнобольными и уничтожить их в большой установке с помощью газа. Там были убиты примерно 1–1,5 миллиона человек. Это место называется Хартгейм, оно расположено в 10 км от Линца по дороге на Пассау. В лагере было объявлено, что эти заключённые умерли естественной смертью».

Студент: Как? В одном замке в Австрии были уничтожены с помощью газа полтора миллиона человек?

Ф. Брукнер: Да, вы правильно расслышали. Кстати, «газовая камера», которую и сегодня можно осмотреть в замке Хартгейм, имеет размер 6,6 х 4,2 м. Таким образом, согласно признанию Франца Цирайса, в помещении площадью около 28 кв. метров было убито в три или пять раз больше людей, чем американских солдат за всю Вторую мировую войну на всех европейских театрах военных действий.

Студент: Как мог Ф. Цирайс «подтвердить» такую бессмыслицу?

Ф. Брукнер: У него были два пулевых ранения в живот, он умирал, когда его заставили сделать это признание.

Студентка: Господин Ф. Брукнер, вы убедили нас в том, что с Холокостом связано много наглой лжи. Но то, что к этой лжи и преувеличениям прибегали и продолжают прибегать и сегодня, ещё не означает, что Холокост вообще выдумка.

Ф. Брукнер: Совершенно верно, но подобные примеры заставляют нас быть осторожными с фактами и предостерегают от того, чтобы мы некритически, за чистую монету принимали свидетельские показания и признания обвиняемых.

Вскоре после Нюрнбергских процессов стало появляться всё больше доказательств того, что свидетельские показания об убийствах газом в западных лагерях — ложь. В результате для истории Запада создалась угрожающая ситуация — внезапно могла зашататься вся легенда о Холокосте. Поэтому историки решили выкинуть мешающий балласт.

В 1960 году Мартин Брошат, тогдашний сотрудник, а позже руководитель мюнхенского Института современной истории, написал, что ни в Дахау, ни в Берген-Бельзене, ни в Бухенвальде заключённых не убивали газом. Массовое уничтожение евреев с помощью газа имело место только в Польше.

В 1983 году в Германии вышел сборник под названием «Национал-социалистические массовые убийства с помощью ядовитого газа», в котором говорилось об убийстве газом в некоторых западных лагерях, но не в Дахау, Бухенвальде и Берген-Бельзене. Если подсчитать всех, кто предположительно был убит газом в отдельных западных лагерях, можно набрать несколько тысяч человек.

Студент: Для общего числа жертв Холокоста эта цифра не имеет особого значения.

Ф. Брукнер: Причина, по которой авторы этого сборника столь упрямо держатся за эти незначительные факты, связанные с отравлением газом, следующая. Если они признают, что в западных лагерях вообще не было никаких убийств с помощью газа, то все свидетели предстали бы в виде лжецов, и стало бы ясно, что все признания из обвиняемых «выбили».

Тогда у многих возник бы вопрос: с какой стати принимать на веру свидетельские показания и признания обвиняемых, касающиеся Освенцима и других, так называемых, «лагерей уничтожения», если аналогичные свидетельства об убийствах газом на Западе дискредитированы?

Студент: А можно доказать, что в западных лагерях не было убийств с помощью газа?

Ф. Брукнер: В правовом государственном суде доказывать должен обвинитель, а не обвиняемый.

Позвольте мне показать на одном примере недостоверность всех утверждений об убийствах с помощью газа в западных лагерях. В упомянутом сборнике утверждается, что такие убийства имели место, например, в концлагере Заксенхаузен (в первые годы своего существования он назывался Ораниенбург) под Берлином.

В дальнейшем я буду опираться на основательную статью итальянского исследователя Карло Маттоньо, в которой он анализирует эти утверждения.

О концлагере Заксенхаузен сначала распространялась такая ложь, от которой волосы вставали дыбом. Так, главный прокурор Советского Союза Смирнов утверждал на Нюрнбергском процессе, что там были убиты не менее 840 000 советских военнопленных.

При этом советская сторона имела точные данные о фактическом числе жертв в этом лагере, так как после его освобождения в её руки попали документы лагерной администрации, включая книги регистрации смертей. С 1940 по 1945 год в концлагере Заксенхаузен умерли свыше 20 000 человек.

В июне 1945 г. советская комиссия в составе полковника Влохина, инженеров Телянера и Григорьева провела в Заксенхаузене экспертизу. В её докладе говорилось о газовой камере для убийства людей размером 2,75 х 3 м. Здание, в котором якобы находилась газовая камера, а также «установка для расстрела в затылок», было снесено в 1952 г. народной полицией ГДР. Ваши комментарии?

Студент: В высшей степени странно, что антифашистская ГДР уничтожила материальные доказательства отвратительнейших преступлений нацистов в Заксенхаузене.

Ф. Брукнер: Именно так.

С 23 октября по 1 ноября 1947 г. советские оккупационные власти судили бывших руководителей концлагеря Заксенхаузен. Доказательством служило, в частности, признание его бывшего коменданта Антона Кайндля: «В середине марта 1943 г. я ввёл в действие газовые камеры для массового уничтожения людей». Ваш комментарий?

Студентка: Во-первых, непонятно, было ли несколько газовых камер или только одна? Во-вторых, как могло помещение размером 2,75 х 3 м использоваться для массового уничтожения людей?

Ф. Брукнер: Меня поистине радует, что я выступаю перед живо воспринимающими и логически мыслящими слушателями.

Во время процесса над лагерным персоналом утверждалось, в частности, что средством убийства в Заксенхаузене служил препарат Циклон-А. Однако Циклон-А, в отличие от Циклона-Б, был изъят из употребления ещё с начала 30-х годов.

Кстати, концлагерь Заксенхаузен продолжал существовать и после войны: сначала при советских оккупационных властях, потом при коммунистическом правительстве ГДР. С августа 1945 по март 1950 года из 60 тысяч заключённых там умерли 12 тысяч, т. е. 20 %.

Для сравнения: с начала 1940 года и до конца войны в Заксенхаузене при национал-социалистах умерли 16 % узников. Подробности вы можете прочесть в упомянутой статье К. Маттоньо.

Подводя итог, я хотел бы подчеркнуть, что доклады об убийстве людей газом в западных лагерях не что иное, как пропагандистская ложь. Но, как и в случаях со сказками об обществе «Лебенсборн», о мыле из человеческого жира и абажурах из человеческой кожи, эта ложь и сегодня периодически всплывает в СМИ.

Например, 5 августа 1993 г. канадская газета «Монреаль Газет» сообщила о некоем Моше Пир, который «пережил» в Берген-Бельзене не менее шести умерщвлений газом:

«Каждый раз он выживал и видел с ужасом, как многие отравленные вместе с ним газом женщины и дети падали на пол и умирали. Пир до сих пор не понимает, как ему удалось выжить».

Студент: Но ведь это слабоумие в чистом виде! Неужели эта канадская газета считает своих читателей за дураков?

Ф. Брукнер: Очевидно. Но я готов поспорить, что, как минимум, половина читателей поверила в эту историю.

Чудеса на конвейере

Ф. Брукнер: К числу самых известных немецких описателей Холокоста принадлежат историк Эберхард Еккель и журналистка Леа Рош, которая также активно участвовала в планировании берлинского памятника жертвам Холокоста. Имя этой дамы звучит по-еврейски, но она его просто присвоила; госпожа Рош — не еврейка. Её настоящее имя — Эдит.

Студент: У нас в России было наоборот: многие евреи присваивали себе славянские фамилии во избежание лишних хлопот.

Ф. Брукнер: Вследствие комплекса вины перед евреями, которым страдают немцы, бывает даже так, что кое-кто придумывает себе еврейское происхождение или берёт еврейское имя.

В своей книге «Смерть — госпожа из Германии» Л. Рош и Э. Еккель пишут:

«Гибель европейских евреев была уникальной. Никогда прежде никакое государство не принимало решение убивать намеченную им группу людей, включая стариков, женщин, детей и грудных младенцев, без какой-либо проверки каждого конкретного случая и не претворяло это решение в жизнь, используя государственную власть, не только убивая членов этой группы, где только могло их поймать, но и на больших расстояниях с помощью специально созданных для убийства устройств».

Таким образом, оба автора безоговорочно утверждают, что каждого еврея, который попадал в руки к немцам, убивали. Как известно, для обозначения этого якобы уникального массового убийства используется слово «холокост» — так в Древней Греции называли всесожжение жертв.

К классическим работам о Холокосте относится «Энциклопедия Холокоста», один из издателей которой — некто Израиль Гутман. О нём в 1994 году писали в одной немецкой газете:

«Израиль Гутман родился в 1923 году, участвовал в 1943 году в восстании в Варшавском гетто и находился до 1945 года в лагерях Майданек, Освенцим, Маутхаузен и Гускирхен».

Разве эти строки не наводят на размышления?

Студентка: Я понимаю, на что вы намекаете. Израиль Гутман был евреем. Если каждого еврея, который попадал в руки нацистов, убивали, то, как мог тогда Гутман пережить войну?

Ф. Брукнер: Кроме того, он участвовал в вооружённом восстании против немцев. Как вы знаете, партизан в СССР обычно расстреливали или вешали, независимо от того, были они евреями или нет. Далее. И. Гутман прошёл четыре лагеря: кроме «обычных концлагерей», также «лагеря уничтожения» Майданек и Освенцим. Почему его не уничтожили в этих лагерях смерти?

Студент: Исключения только подтверждают правило.

Ф. Брукнер: Но если вы начнёте читать литературу о Холокосте, то наткнётесь на длинную череду таких исключений. Крайний случай — польский еврей Самуил Зильберштайн, после войны написавший повесть под названием «Воспоминания узника десяти лагерей», в которой он рассказал о своём пребывании в Майданеке, Освенциме и ещё восьми лагерях.

Или возьмите еврейского историка и бойца Сопротивления Арно Люстигера, о котором «Франкфуртер альгемайне цайтунг» опубликовала 27 апреля 1995 г. статью под названием «Выживший в концлагерях и лагерях уничтожения». О каких лагерях уничтожения в данном случае шла речь, газета не сообщает, но А. Люстигер ни в одном из них уничтожен не был, иначе он не осчастливил бы читателей «ФАЦ» через 50 лет после войны пламенной статьёй против ревизионистов.

Студентка: По-моему, вы слишком далеко заходите в своем цинизме. Вы упрекаете выживших в том, что их не убили?

Ф. Брукнер: Боже упаси! Я искренне радуюсь, когда узнаю, что кто-то выжил. Но если исходить из положения, будто немцы хотели истребить всех евреев, подобные случаи представляют собой необъяснимую аномалию. Список ставших позже знаменитыми евреев, выживших в нацистских концлагерях, огромен; мы умаялись бы, перечисляя имена.

Студентка: Так сколько же евреев погибло в концлагерях?

Ф. Брукнер: По моей оценке, около 350 000. Я изложу позже, как я пришёл к этой цифре. Но причины, по которым умерли эти жертвы, не согласуются с тезисом об истреблении.

Возьмите трагическую судьбу семьи Франк, которая летом 1944 года была депортирована из Голландии в Освенцим, где, согласно историкам Холокоста, газовые камеры работали тогда на полную мощность. Анна Франк и её сестра Марго, ввиду наступления Красной Армии, были позже эвакуированы из Освенцима в Берген-Бельзен, где обе умерли от тифа незадолго до окончания войны.

Их мать умерла в январе 1945 года, то есть, в тот момент, когда газовые камеры в Освенциме, что общепризнанно, не работали. Их отец Отто пережил войну и скончался в преклонном возрасте в Швейцарии.

Судьба этой семьи, хотя и доказывает, что очень многие евреи умерли в лагерях, противоречит, однако, положению о полном истреблении: если бы он был верен, все четверо, по прибытии в Освенцим, сразу же попали бы в газовые камеры.

Перед каждым выжившим евреем, который после войны писал мемуары, вставала проблема: как согласовать то, что он выжил, с тезисом о систематическом истреблении евреев «без какой-либо проверки в каждом отдельном случае», как выражаются Л. Рош и Э. Еккель. Многие из них приписывают своё спасение чуду. Один из таких чудесно спасённых, Моше Пир, нам уже известен. Вот ещё два примера.

Еврейка Труди Биргер была интернирована в концлагере Штуттхоф в Западной Пруссии. Там она чудом избежала смерти в огне:

«Тем временем я подошла так близко к печи, что могла видеть лица польских заключённых, которые бросали живых людей в огонь. Они хватали женщин за что попало и впихивали их головой вперёд (…) А потом, когда я увидела, что я следующая на очереди, то оцепенела (…) А потом я услышала голос — или это было во сне? (…) Там стоял комендант лагеря, низкорослый человек лет сорока пяти (…) Он прорычал: «Доставьте эту девку сюда!» Вместо того чтобы сжечь меня, как других женщин, польские уголовники уложили меня на носилки».

Эта Т. Биргер спаслась не только от огня, но и от воды:

«По какой-то причине командовал немецкий повар (…) Вдруг он закричал: “Корабль перегружен. Евреев — в воду!” (…) Польские и литовские уголовники двинулись выполнять его команду (…) Я была ближе всех к воде, потому что я первой пришла из лагеря. Теперь я стояла вплотную у борта, уцепившись за женщину, стоявшую за мной, чтобы не упасть. Я взглянула вниз и увидела чистую холодную, ледяную воду (…) Я воздела руки драматическим жестом и воскликнула так громко, как только могла: “Слушай, Израиль!” Вдруг немецкий повар, который отдавал команды, приказал все остановить (…) Он воскликнул: “Евреи останутся здесь!” Он приказал польским и литовским заключённым не теснить нас больше к борту, и ни одну из 30 выживших женщин не столкнули в воду».

Самый знаменитый из всех переживших Холокост, Эли Визель, попал в Освенцим подростком вместе со своим отцом весной 1944 года. В своей вышедшей в 1958 году книге «Ночь» он ни единым словом не упоминает о газовых камерах. Вместо газовых камер Э. Визель видел то, что кроме него не видел никто:

«Невдалеке от меня изо рва вырывалось пламя, огромные языки пламени. Там что-то сжигали. Грузовик подъехал к отверстию и вытряхнул свой груз. Это были маленькие дети. Да, я это видел собственными глазами (неудивительно, что после этого я не могу сомкнуть глаз во сне). Мы шли туда. Немного дальше находился другой ров, побольше, для взрослых (…) “Папа, — сказал я, — если так, я не хочу больше ждать. Я брошусь на электрическую колючую проволоку. Это лучше, чем часами мучиться в пламени” (…) Наша колонна продвинулась ещё на пятнадцать шагов. Я кусал губы, чтобы отец не услышал, как у меня стучат зубы. Ещё десять шагов. Восемь, семь. Мы шли медленно, как за катафалком на собственных похоронах. Ещё всего четыре шага. Три шага. Он был совсем близко, ров со своим пламенем (…) Моё сердце готово было выпрыгнуть из груди. Всё. Я стоял перед ликом ангела смерти… Но, нет. До рва оставалось два шага, когда нам дали команду «кругом!» и отвели нас в барак».

Чем больше книг о Холокосте вы прочтёте, тем больше чудес такого рода узнаете, но чудеса на конвейере — это уже не чудеса!

Студент: То, что так много евреев выжило в лагерях, может иметь очень простую причину. Нацисты нуждались в рабочей силе, и они были бы дураками, если бы уничтожали трудоспособных евреев. Предположим, они убивали только нетрудоспособных, а тех, кто ещё мог работать, временно оставляли в живых.

Ф. Брукнер: Как мы увидим позже, есть множество примеров того, что нетрудоспособных евреев — детей и больных — не уничтожали. Это подтверждают и документы, и рассказы евреев-узников концлагерей. Сам Эли Визель рассказывает в «Ночи», как в январе 1945 года у него заболели ноги, и он не мог больше работать. Но его из-за этого не уничтожили, а поместили в лазарет.

Тем временем приближалась Красная Армия. Немцы эвакуировали ещё остававшихся в лагере здоровых заключённых, а больным предлагали выбор: либо их тоже увезут на Запад, либо пусть остаются в Освенциме и ждут прихода советских войск.

Эли и его отец были больны. Какой же выбор они сделали? Остались в Освенциме ждать своих освободителей? Ничего подобного, они добровольно уехали с немцами, теми немцами, которые на глазах у Эли сбрасывали детей в пылающие рвы! Перечитайте «Ночь»!

Студент: Очевидно, Эли Визель получил Нобелевскую премию за пассажи вроде тех, которые вы процитировали?

Ф. Брукнер: Об этом надо спросить членов жюри. Нелепые сказки о чудесных спасениях рассказывают не только нобелевские лауреаты, но и видные политики, например, лидер английских консерваторов Майкл Ховард, еврей по происхождению (настоящая фамилия Хехт). Он утверждает, что его тётя в Освенциме трижды избежала газовой камеры.

В первый раз у немцев кончился газ, во второй раз в газовой камере что-то сломалось, а в третий раз эсэсовцы забрали всех заключённых из барака, где находилась тётя, и повели их в газовую камеру, но в последний момент ей удалось спрятаться в камине, и она одна спаслась.

Студент: Если немцы действовали так неэффективно, я удивляюсь, как они не проиграли войну в первый же день?

Ф. Брукнер: Да, такой вопрос возникает. Майкл Ховард утверждает далее, что его бабушка погибла в газовой камере в Освенциме в 1944 году, а его отец Бенат Хехт после войны говорил, что его мать умерла в Румынии в 1943 году. Как можно верить такому человеку? А ведь он претендует на место премьер-министра Англии.

Студент: Английский премьер Тони Блэр тоже не отличается особой любовью к правде; вспомните, как он лгал об иракском оружии массового уничтожения. С помощью этой лжи он, как и Джордж Буш, оправдывал бесстыдную агрессию против Ирака.

Ф. Брукнер: Да, англичанам на ближайших парламентских выборах предложат альтернативу, которой не позавидуешь…

Шесть миллионов евреев, которым Холокост угрожал еще в 1919 году!

Студентка: Господин Брукнер, разве тот факт, что евреев стало на шесть миллионов меньше, не служит доказательством исторической реальности Холокоста, независимо от вопроса о существовании газовых камер?

Ф. Брукнер: А откуда вы знаете, что евреев стало на 6 миллионов меньше?

Студентка: Но это же общеизвестно! В Польше накануне Второй мировой войны было три миллиона евреев, а сегодня лишь несколько десятков тысяч. Сходная ситуация в некоторых областях бывшего Советского Союза: в Литве и Латвии.

Ф. Брукнер: Демографическим аспектом вопроса мы займёмся позже. В предварительном порядке я ограничусь двумя замечаниями.

Первое. Накануне провозглашения независимости Алжира там жили около двух миллионов французов. Вскоре после того, как Алжир стал независимым, их осталось всего полмиллиона. Значит ли это, что алжирцы перебили полтора миллиона французов?

Студентка: Разумеется, нет. Большинство французов не испытывало восторга от перспективы жить в Алжире, управляемом арабами, поэтому они вернулись во Францию. Может быть, многие были изгнаны насильно.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Следовательно, мы должны учитывать и ту вероятность, что, как минимум, часть этих «недостающих» евреев эмигрировала.

Второе. Полчаса назад один из вас указал на то, что в Советском Союзе многие евреи отказывались от своих еврейских фамилий и брали славянские «во избежание лишних хлопот». Так что мы должны учитывать и ту вероятность, что часть «исчезнувших» евреев после войны продолжала жить в Польше, Советском Союзе и т. д., но только под новыми фамилиями.

Но обратимся к другому аспекту этой темы. Я хотел бы акцентировать ваше внимание на том, что цифра «6 миллионов» появилась задолго до конца Второй мировой войны. Вот три характерных примера:

В мае 1942 года Наум Гольдман, будущий председатель Всемирного еврейского конгресса, сказал на одном мероприятии в Нью-Йорке, что из восьми миллионов евреев, находящихся под властью немцев, выживут два или три миллиона. Холокост тогда вроде бы только начинался — откуда мог Гольдман знать возможное число жертв?

В мае 1944 года сионистский активист из Братиславы, раввин Дов Вейсмандель утверждал: «На сегодняшний день истреблены шесть миллионов евреев Европы и России».

В декабре 1944 года, т. е. до освобождения Освенцима, Илья Эренбург писал: «Спросите кого-нибудь из немецких военнопленных, почему его соотечественники уничтожили шесть миллионов невинных людей? Он ответит: “Так ведь это были евреи”».

Студент: Но ведь приблизительно было известно, сколько евреев живёт в оккупированных Германией странах, поэтому можно было составить представление о будущем числе жертв Холокоста.

Ф. Брукнер: Хорошо. Тогда я прочту вам отрывок из статьи под названием «Необходимо прекратить распятие евреев!», напечатанной в еврейской американской газете «American Hebrew» с просьбой угадать, в каком году она вышла.

«С другой стороны океана шесть миллионов мужчин и женщин взывают к нам о помощи, 800 000 маленьких детей молят о помощи (…) В условиях этой катастрофы, когда жестокая и неумолимая Судьба толкает шесть миллионов человеческих существ в могилу, только самые идеалистические порывы человеческой природы могут тронуть сердца и побудить к действиям (…) Когда жизни людей грозит Холокост, надо забыть о тонкостях философии, различиях, толкованиях истории (…) Шесть миллионов мужчин и женщин умирают, 800 000 маленьких детей молят о хлебе (…) А почему? Из-за войны, которая ведётся ради того, чтобы втоптать в пыль автократию и передать демократии скипетр справедливости».

Так каким годом, по вашему мнению, датирована эта статья?

Студент: Вероятно, 1941 годом. В статье говорится о «грозящем Холокосте», а это значит, что массовых убийств ещё не было или они только начались.

Ф. Брукнер: Логично, но неверно. Эта статья была напечатана в названной газете 31 октября 1919 года.

Студент: Неужели?

Ф. Брукнер: Вот копия этой статьи с датой, убедитесь сами.

Студент: Удивительно! Здесь ведь уже есть всё — и слово «Холокост», и цифра 6 миллионов — и всё это в 1919 году! Где же должен был иметь место этот Холокост?

Ф. Брукнер: В ещё не определённой точно части Восточной Европы. Американский автор Дон Хеддерсгеймер в своей, вышедшей в 2004 году книге, доказал, что ещё во время Первой мировой войны в Америке регулярно ходили слухи о шести миллионах страдающих или находящихся в смертельной опасности европейских евреев.

Так, в 1916 году вышла книга «Евреи в восточной военной зоне», в которой говорилось, что Восточная Европа — это «своего рода тюрьма с шестью миллионами заключённых, охраняемых армией продажных и жестоких надсмотрщиков».

14 января 1915 г. «Нью-Йорк таймс» на стр. 3 сообщала: «В мире сегодня около 13 миллионов евреев, из них более шести миллионов живут в сердце области, охваченной войной. Жизнь этих евреев поставлена на карту, и сегодня они переживают всевозможные страдания и лишения».

15 лет спустя раввин Стивен Уайз, который в 30-х годах был в США одним из подстрекателей кампании против национал-социалистической Германии, сказал на одном еврейском благотворительном мероприятии: «Каждый из шести миллионов евреев, живущих в этих областях, является живым кровоточащим, страдающим “аргументом” в пользу сионизма».

Студентка: В такой ситуации естественно напрашивается вывод, что пропаганда ужасных страданий евреев в Восточной Европе с самого начала преследовала цель подготовить создание еврейского государства в Палестине.

Ф. Брукнер: Разумеется. Во время Второй мировой войны эта кампания только усилилась. 2 марта 1943 г. в «НьюЙорк таймс» Хаим Вейцман писал: «Два миллиона евреев уже уничтожены (…) Перед демократами стоит чёткая задача (…) Они должны через нейтральные страны вступить в переговоры с Германией, чтобы добиться освобождения евреев в оккупированных областях (…) Надо открыть ворота Палестины для всех, кто сможет достичь берегов еврейской родины».

Студентка: Пусть так. Но как объяснить удивительным образом столь рано возникшую цифру 6 миллионов?

Ф. Брукнер: Еврейский автор Бенджамин Блех рассказывает древнюю еврейскую легенду, согласно которой евреи вернутся в страну своих отцов после того, как потеряют шесть миллионов единоверцев.

К сожалению, я не знаю иврит и не могу сам проверить то, что пишет Б. Блех. Если это так, то цифра шесть миллионов, согласно еврейским оккультным представлениям, должна была стать предпосылкой создания государства Израиль.

В случае же, если эта цифра чистая выдумка, то согласно еврейской логике это может означать, что сионисты создали своё государство Израиль с помощью дешёвого мошенничества.

Студент: Да, это может служить убедительным объяснением того, почему евреи с таким упорством держатся за цифру «6 миллионов».

Приоритетность доказательств

Студент: Вы сказали, что ни массовая смертность в концлагерях, ни официальная статистика населения не могут служить доказательствами Холокоста в плане систематического уничтожения евреев. Я хотел бы спросить, какое доказательство вы бы приняли?

Ф. Брукнер: Я рад, что вы задали этот вопрос, поскольку я и так хотел перейти к теме «Доказательства Холокоста».

Для начала я хотел бы указать вам на два главных слабых места в системе доказательств ортодоксальных историков. Первое из них — аргумент: «Доказательств нет, так как немцы уничтожили доказательства».

Ортодоксальные историки признают, что никогда не был найден приказ Гитлера или кого-либо из руководителей Третьего рейха об истреблении евреев и что нет никаких документов о строительстве газовых камер для убийства людей. Чтобы объяснить этот факт, обычно говорят, будто немцы заблаговременно уничтожили все компрометирующие их документы.

То, что не найдено никаких осязаемых материальных следов предполагаемых массовых убийств, ортодоксальные историки объясняют тем, что немцы бесследно сожгли трупы жертв частично в крематориях, частично под открытым небом. К этому аргументу прибегает, например, французская еврейка Симона Вейль, выжившая бывшая узница Освенцима, когда утверждает: «Каждый знает, что нацисты разрушили газовые камеры и систематически устраняли всех свидетелей».

Кто из вас заметил изъян в этой аргументации?

Студент: Таким образом, можно кого угодно обвинить в любом мыслимом преступлении.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Я могу заявить, например, что молодой человек в сером костюме — простите, как вас зовут?

Студент: Алексей.

Ф. Брукнер: Я могу заявить, будто Алексей некогда зарубил человека топором, а потом уничтожил доказательства своего преступления — труп сжёг, пепел развеял, а топор бросил в реку. Представьте себе, что я выдвинул такое обвинение. Как бы вы отреагировали на него, Алексей?

Студент: Я потребовал бы от вас доказательств, во-первых, того, что я сжёг какой-то труп, во-вторых, что развеял пепел и бросил топор в реку.

Ф. Брукнер: Прекрасно. Соответственно каждый, кто использует подобные аргументы в связи с Холокостом, должен доказать две вещи: во-первых, что имело место массовое убийство, и, во-вторых, что немцы бесследно уничтожили трупы жертв и компрометирующие документы. Таким образом, доказательство становится вдвойне трудным делом.

Второе главное слабое место доказательной базы существования Холокоста. Поскольку не найдено никаких документов с приказами об истреблении евреев, официальные историки прибегают к такому трюку: при толковании они вкладывают в документы такой смысл, которого в них не было. В частности, утверждают, что немцы пользовались условным языком.

Так, слова, которые начинались с приставки «Sonder-» — «особый», как «Sonderbehandlung», — «особое обращение», «Sonderaktionen» — «специальные акции», «Sondermassnahmen» — «специальные меры», имели якобы двойное, преступное значение и обозначали в действительности ликвидацию. Об этом пишет Адальберт Рюккерль, один из издателей сборника «Национал-социалистические массовые убийства с помощью ядовитого газа», во введении к этой книге:

«Во всех случаях, когда национал-социалистические правители имели в виду физическое уничтожение людей, в качестве условного обозначения использовался термин «Sonderbehandlung» («особое обращение»), иногда сокращенно СБ».

Студент: Что заставило историков пойти на такие утверждения?

Ф. Брукнер: Действительно, существуют немецкие документы, в которых это слово обозначает «казнь». В одном изданном Главным имперским ведомством безопасности СС указе говорится, например, что наказанием иностранных гражданских рабочих за тяжкие преступления должно быть «особое обращение через повешение». В данном случае смысл был именно таким.

Проблема лишь в том, что этот термин, равно, как и родственные термины «специальные меры» и «специальные акции», могли иметь и другое, совершенно безобидное значение. Карло Маттоньо посвятил этому вопросу целую книгу, где внимательно проанализировал многочисленные документы из концлагеря Освенцим, в которых употребляются эти термины. Я ограничусь двумя примерами.

28 октября 1942 г. Центральное строительное управление Освенцима составило список строительных проектов для Освенцима (который в данном документе именуется «лагерем для военнопленных»), в которых, согласно этому документу, должно было проходить это «особое обращение».

Согласно комментариям французского исследователя Ж.-К. Прессака, под «особым обращением» следует понимать «ликвидацию нетрудоспособных евреев с помощью газа».

Но если внимательней изучить этот документ, становится понятно, что речь идёт о «дезинфекционной установке для специальной обработки, оснащённой нагревательной системой и душем, т. е., всего лишь, о гигиенической установке для борьбы с эпидемиями».

Второй пример. 18 декабря 1942 г. Карл Бишоф, начальник Центрального строительного управления Освенцима, сообщил телеграммой, что с 16 декабря в Освенциме «из соображений безопасности, гестапо проводит специальную акцию в отношении всех гражданских рабочих».

Из-за тифа летом в лагере был установлен карантин, и гражданские рабочие в течение шести месяцев не могли покидать лагерь. В конце концов, они отреагировали на эту ситуацию забастовкой. Упомянутая в телеграмме «специальная акция» была всего лишь допросом для выяснения причин забастовки.

Студент: Трудно представить, что лагерная администрация из-за забастовки решила сразу казнить всех гражданских рабочих и тем самым лишила бы себя ценной рабочей силы.

Ф. Брукнер: Я вижу, вы способны мыслить логически, в отличие от многих финансируемых государством историков, преподающих в университетах. Что должен делать в этих обстоятельствах учёный историк, встретив в документе выражения типа «особое обращение» или «специальная акция»?

Студент: Ему следует попытаться выяснить из контекста, какое значение имело это выражение в данном конкретном случае.

Ф. Брукнер: Именно так. Другого варианта нет.

Ортодоксальные историки также тенденциозно толкуют такие понятия, как «Окончательное решение» или «Общее решение еврейского вопроса». Вы, вероятно, знаете, что в литературе о Холокосте под этим понимается физическое истребление евреев. Я хочу уточнить по этому поводу следующее.

Среди историков нет разногласий относительно того, предпринимал ли Третий рейх до 1941 года усилия с целью вынудить к эмиграции как можно большее число евреев, живущих на оккупированных им территориях. В январе 1939 года Герман Геринг поручил Рейнхарду Гейдриху создать центр по еврейской эмиграции, «чтобы всеми средствами стимулировать эмиграцию евреев».

Через два с половиной года, 31 июля 1941 года, Г. Геринг в письме Р. Гейдриху писал:

«В дополнение к уже порученной вам приказом от 24.01.1939 задаче найти максимально выгодное в нынешних условиях решение еврейского вопроса в форме эмиграции или эвакуации, настоящим поручаю вам принять все необходимые подготовительные меры в организационном, деловом и материальном плане для общего решения еврейского вопроса в зоне германского влияния в Европе.

Поскольку при этом затрагивается сфера компетентности других центральных инстанций, они тоже должны принять участие. Кроме того, я поручаю вам представить мне в скором времени общий проект организационных, деловых и материальных предварительных мер для решения еврейского вопроса, которые являются нашей целью».

Студентка: Но здесь ничего не говорится об убийстве.

Ф. Брукнер: Вот именно. Множество документов позволяет однозначно толковать «окончательное» или «общее» решение еврейского вопроса, как имеющее сугубо территориальный характер. После того, как для большого числа евреев, живших в недавно оккупированных Германией странах, индивидуальная эмиграция стала невозможной, Третий рейх стал продумывать вариант о коллективном их выдворении.

Палестина, как область, которая могла бы их принять, при этом исключалась, так как это могло бы оттолкнуть арабов — потенциальных союзников против англичан. Зато всерьёз рассматривался вариант высылки всех европейских евреев на Мадагаскар.

Студентка: На Мадагаскар? Это звучит просто, как фантастика!

Ф. Брукнер: Так называемый, мадагаскарский план рассматривался задолго до Второй мировой войны, в частности, польскими политиками, а затем вполне серьёзно — руководством Третьего рейха. Но в конечном счёте он оказался неосуществимым из-за отсутствия кораблей и контролирования англичанами морских путей.

В качестве альтернативы было решено создать область еврейских поселений в Восточной Европе. Позже мы поговорим, как многие евреи действительно были переселены в оккупированные восточные области. Это вполне соответствовало формулировке Геринга — решить еврейский вопрос путём «эвакуации».

Согласно же версии официальных историков, термины «эвакуация» и «переселение» были условными обозначениями ликвидации.

Студент: Но ведь и в самом деле возможно, что нацисты пользовались тайным языком, чтобы скрыть массовое убийство депортированных евреев.

Ф. Брукнер: Поскольку все историки, как ортодоксальные, так и ревизионистские, едины в том, что термины «эмиграция» и «эвакуация», по крайней мере, до начала 1941 года означали именно эмиграцию и эвакуацию и ничего другого, следовательно, эти выражения обрели новый смысл с какого-то определённого момента.

Откуда исполнители, получившие приказ «эвакуировать» или «переселить» евреев из той или иной области, могли знать, что под этим вдруг стала пониматься ликвидация живущих там евреев? Может быть, из письменной директивы с разъяснением этого вопроса?

Студент: Разумеется, нет. Такая письменная директива могла бы попасть не в те руки, и тогда использование тайного языка стало бы бесполезным. Значит, соответствующие указания могли быть переданы только устно.

Ф. Брукнер: В Третьем рейхе невыполнение приказа и саботаж карались очень строго, особенно во время войны. Если, например, какой-нибудь капитан, получив приказ об «эвакуации» или «переселении» евреев из той или иной зоны, вздумал бы их расстрелять, он незамедлительно предстал бы перед военным трибуналом.

При этом можно с полной уверенностью сказать, что его самого поставили бы к стенке. И вряд ли ему помогло бы, если бы он сослался на устное сообщение своего начальника о том, что «переселение» — это условное обозначение уничтожения.

Студент: То, что вы говорите, звучит весьма убедительно.

Ф. Брукнер: И, тем не менее, вся плеяда официальных историков Холокоста десятилетиями разносит миф о «тайном языке»!

Я хотел бы в этой связи указать на один документ, который крайне неудобен для официальных историков, потому что чётко опровергает тезис, согласно которому под «окончательным решением» или решением еврейского вопроса будто бы имелось в виду истребление евреев.

Весной 1942 года Ганс-Генрих Ламмерс, начальник берлинской Рейхсканцелярии, сделал запись, согласно которой Гитлер хотел бы «отсрочить решение еврейского вопроса до послевоенного периода». Но по данным официальной истории, Холокост к этому моменту уже начался.

Но давайте сменим тему. Я хотел бы теперь сказать несколько слов об общепризнанной в судопроизводстве и в исторической науке иерархии доказательств, то есть о системе приоритетов. Приведу для наглядности два примера.

Первый пример. Обнаружен древний манускрипт, в котором говорится, что в таком-то месте некогда стоял большой, неизвестный в истории город. Археологи произвели раскопки в указанном месте, но ничего не нашли. Какой вывод вы сделали бы из этого?

Студентка: Город не мог исчезнуть бесследно. Следовательно, либо данный документ фальшив, либо он сам подлинный, но содержащиеся в нём сведения недостоверны; в нём воспроизводится не исторический факт, а легенда.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Этот пример показывает, что вещественные доказательства — обнаружение конкретных материальных следов — имеют приоритет, по сравнению с доказательствами документальными.

Второй пример. Одного человека обвинили в том, что в определённый момент он совершил преступление. В качестве свидетеля обвинения выступает некая личность, которая утверждает, будто видела обвиняемого в момент преступления.

Обвиняемый доказывает, что в этот момент он находился в гостинице в 800 км от места преступления. Служащие гостиницы подтверждают это, и книга записей доказывает, что в момент преступления он действительно был в гостинице. Как решили бы вы, будучи судьёй: виновен этот человек или нет?

Студентка: Невиновен, притом, исходя из двух причин. Во-первых, есть только один свидетель обвинения, а свидетелей защиты несколько. Во-вторых, присутствие подозреваемого в гостинице доказано документально, книгой записей.

Ф. Брукнер: Какой из двух аргументов в пользу невиновности обвиняемого сильней?

Студентка: На мой взгляд, второй.

Ф. Брукнер: Я тоже так считаю. В первом случае речь идёт только о количественном различии — несколько свидетелей против одного, во втором — о качественном, так как документальные доказательства важней показаний свидетелей.

Итак, мы вместе с вами вывели иерархию разных видов доказательств: высшую ступень занимают вещественные доказательства, низшую — показания свидетелей, среднюю — документальные доказательства.

В судопроизводстве различают нейтральных и пристрастных свидетелей. Под последними понимаются лица, которые непосредственно причастны к событиям, являющимся предметом спора, или близкие к одной из конфликтующих сторон. Показания подобных свидетелей считаются особенно ненадёжным.

Например, произошло ДТП — столкнулись два автомобиля. Показания постороннего свидетеля, не знающего никого из участников аварии, имеют больший вес, чем утверждения обоих шоферов, из которых каждый, естественно, заинтересован в том, чтобы снять вину с себя и переложить её на другого.

Студент: Да, но какое это имеет отношение к ревизионизму и Холокосту?

Ф. Брукнер: Характерная особенность научного ревизионизма в том, что он уважает эту иерархию доказательств. Приведу наглядный пример.

Как вы уже знаете, между маем и июлем 1944 года в Освенциме-Бжезинке якобы были уничтожены в газовых камерах сотни тысяч венгерских евреев. Так как мощность четырёх крематориев Бжезинки была недостаточной, трупы большей частью якобы сжигали под открытым небом в огромных рвах.

Это утверждение основано на одних лишь свидетельских показаниях; ни единого документального доказательства убийства газом хотя бы одного еврея из Венгрии или какой-либо другой страны нет.

В этот период Бжезинку неоднократно фотографировали с разведывательных самолётов союзников. На этих снимках отсутствуют описанные свидетелями рвы, а открытое пламя видно только на одном из этих снимков. Оно настолько невелико, что на нём можно было бы сжечь, разве что, несколько десятков трупов.

К этому же периоду относятся документы самих немцев, из которых явствует, что в лагерном комплексе Освенцима тысячи венгерских евреев проходили курс лечения, причём, всегда точно указывалось конкретное заболевание.

Это хотя и не абсолютное, но необыкновенно сильное доказательство лживости теории уничтожения евреев. Совершенно нелогично, с одной стороны, убивать сотни тысяч, а с другой стороны — оказывать медицинскую помощь тысячам больных, т. е. по крайней мере, временно нетрудоспособным венгерским евреям.

Иными словами: вещественные доказательства (аэрофотоснимки) и документальные доказательства опровергают теорию уничтожения, которая опирается только на ряд свидетельских показаний. Итак, имело ли место массовое уничтожение венгерских евреев в Освенциме-Бжезинке?

Студент: Если ваши данные соответствуют фактам, ответ может быть только отрицательный. Или, по крайней мере, не в таком объёме, как утверждают.

Ф. Брукнер: Добро пожаловать в клуб ревизионистов!

Документальные доказательства существования Холокоста

Студент: Если всё так просто и логично, то почему почти все историки не подвергают сомнению существование Холокоста?

Ф. Брукнер: Скажем точнее, почти все историки делают вид, будто они верят в Холокост. Большинство помалкивает, потому что им хорошо известно, что влечёт за собой нарушение табу. А те историки, которые представляют в своих книгах ортодоксальную версию истории, отходят от научных принципов.

Студент: Нельзя ли поконкретней?

Ф. Брукнер: Пожалуйста. Если мы возьмём классические работы по Холокосту, например, «Уничтожение европейских евреев» Рауля Хильберга, то быстро обнаружим, что занимающие высшее место в иерархии доказательств — вещественные доказательства в них отсутствуют. Ни в одном месте Р. Хильберг и ему подобные не упоминают вещественные доказательства убийства миллионов людей, описываемые ими.

Студент: Значит, немцы уничтожили все материальные следы. Если руководствоваться этим, никаких следов и невозможно найти.

Ф. Брукнер: В Майданеке и Освенциме-I (базовом лагере) мнимые газовые камеры для убийства людей можно осмотреть и сегодня и проверить, пригодна ли их конструкция для выполнения этой функции. В Освенциме-Бжезинке четыре крематория, в которых якобы имелись газовые камеры, были взорваны.

Но судьбе было угодно, чтобы именно крематорий II, важнейший из них, в котором, как утверждают все свидетели, было уничтожено больше всего людей, менее всего пострадал от взрыва. Так, потолок морга I, который якобы служил газовой камерой, хотя и обрушился, тем не менее, и сегодня можно исследовать его обломки с целью проверки, имелись ли в нём отверстия для ввода газа Циклон-Б, о которых говорят свидетели.

В т. н. «чистых лагерях уничтожения»: Треблинке, Собибуре и Бельзеце трупы убитых якобы не сжигали в крематориях, а хоронили в огромных рвах. Позже, когда всё ясней стала вырисовываться перспектива поражения Германии, немцы будто бы разрыли эти могилы, сожгли трупы и развеяли останки. Существование таких могил можно было бы и сегодня без труда доказать.

Теперь о месте документальных доказательств в официальной истории Холокоста. Возьмём работы того же Р. Хильберга. Если мы прочтём его огромный трёхтомный труд, то убедимся, что в нём цитируются буквально тысячи документов.

Но они доказывают только существование концлагерей, а также лишение прав и преследование евреев в Германии и контролируемых ею странах, т. е. факты, которые никто не оспаривает.

Но, перейдя к тем немногим страницам, на которых Р. Хильберг описывает сам процесс истребления в «лагерях уничтожения», мы сразу увидим, что это описание основывается только на свидетельских показаниях. Когда документ вступает в противоречие с показанием свидетеля, Р. Хильберг переворачивает иерархию доказательств и, если это позволяет подкрепить тезис об истреблении, отдаёт предпочтение свидетельскому показанию перед документом.

Студентка: Хорошо бы продемонстрировать это на примере.

Ф. Брукнер: Пожалуйста. Из документов, которые Хильберг цитирует и, следовательно, хорошо знает, явствует, что Циклон-Б — это пестицид для уничтожения вшей и других вредных насекомых, а также грызунов. Ни в одном документе не говорится о применении этого пестицида для убийства людей.

Тем не менее, Р. Хильберг, опираясь на свидетельские показания, утверждает, будто почти весь поставленный в Освенцим газ Циклон-Б использовался для убийства людей и лишь небольшая его часть — для борьбы с паразитами.

Как вы считаете, почему Р. Хильберг ставит общепризнанную последовательность доказательств с ног на голову?

Студентка: Уж не хотите ли вы сказать, что нет вообще никаких документальных доказательств Холокоста, кроме свидетельских показаний?

Ф. Брукнер: Это допущение ещё в 1996 году сделал один французский историк, противник ревизионизма, Жак Бзнак, который писал:

«Для учёного-историка свидетельское показание это не настоящая история, это объект истории. Одно свидетельское показание весит немного, и многие свидетельские показания весят ненамного больше, если они не подкреплены ни одним солидным документом. Без особого преувеличения можно сказать, что постулат научной истории гласит: нет документов — нет доказанных фактов (…) Либо предпочтение отдаётся не архивам, а свидетельским показаниям, и тогда историю следует дисквалифицировать, как науку и немедленно перевести в разряд искусств, либо приоритет остаётся за архивами, и тогда следует допустить, что отсутствие следов влечёт за собой невозможность непосредственно доказать существование газовых камер для убийства людей».

Чрезвычайно поучительное признание!

Студент: Но я читал, что важным доказательством уничтожения евреев считается протокол Ванзейской конференции.

Ф. Брукнер: Позвольте спросить, а вы сами читали этот протокол, чтобы подвергнуть критической оценке его содержание?

Студент: Нет. Я не могу лично проверить обоснованность какого-либо утверждения, встречающегося в исторической книге или газетной статье.

Ф. Брукнер: И никто из нас этого не может. В моём вопросе не заключался никакой упрёк.

Пример Ванзейского протокола наглядно показывает, что ортодоксальные историки Холокоста, можно сказать, играют краплёными картами. Изложу вкратце самое важное.

20 января 1942 г. группа высших руководителей Третьего рейха, из которых самым старшим по рангу был глава СД Гейдрих, собралась в Берлине на конференцию, целью которой было обсуждение политики национал-социализма по отношению к евреям.

Согласно составленному по итогам этой встречи протоколу, при этом обсуждались, в частности, трудности определения «евреев-полтинников» и «квартеронов» (то есть, не 100 %-ных евреев); кроме того, был подведён итог уже принятых антиеврейских мер и решено, что вместо поощрения индивидуальной эмиграции евреев, теперь будет проводиться политика их коллективной эвакуации.

Евреи, говорилось в этом протоколе, будут переселяться на Восток, «прокладывая дороги», причём вследствие тяжёлых условий, их число должно уменьшиться в результате естественного отбора. Об истреблении евреев или газовых камерах в этом протоколе нет ни слова.

Студент: Значит, этот документ непригоден, как доказательство Холокоста.

Ф. Брукнер: Такое мнение разделяет, в частности, Иегуда Бауэр, профессор Еврейского университета в Иерусалиме, который ещё в 1992 году с презрением отвергал утверждение, будто на Ванзейской конференции был решён вопрос об истреблении евреев, как «глупую историю». Но эта «глупая история» продолжает фигурировать во всех немецких исторических книгах.

Студент: Почему же это заблуждение не было пересмотрено?

Ф. Брукнер: После того, как немецкой общественности десятилетиями представляли Ванзейский протокол в качестве ключевого доказательства Холокоста, отказаться от этого рискованно, так как это может поставить под сомнение всю историю Холокоста в целом.

Но это не всё. Еще в 1987 году экспертиза Центра исследований современной истории в Ингольштадте выразила серьёзные сомнения по поводу формальной подлинности этого протокола; проведённая позже вторая экспертиза выдвинула в пользу этого дополнительные агрументы.

Согласно тексту протокола, он был изготовлен в 30 экземплярах. Из этих 30 экземпляров сохранился лишь один, шестнадцатый, и удивительным образом одновременно в двух разных редакциях.

В Третьем рейхе на пишущих машинках был особый знак для СС, так называемый, рунический знак. На одном из двух вариантов 16-го экземпляра этот рунический знак есть, на другом отсутствует.

Студентка: Что доказывает, как минимум, неподлинность одного из двух экземпляров.

Ф. Брукнер: Или обоих. Но даже если один из двух экземпляров подлинный, непонятно, как можно представлять документ, в котором ничего не сказано об уничтожении евреев, в качестве ключевого доказательства уничтожения евреев?

Студентка: Почему в Германии никто не поднимает голос протеста против такого рода манипуляций?

Ф. Брукнер: Потому что протестовать можно лишь против чего-то, о существовании чего точно знаешь. У среднего обывателя, как один из вас только что сказал, нет времени для тщательной проверки всех утверждений, встречающихся в исторической литературе и прессе, и он полагает, что историки и журналисты говорят ему правду. А немецкие историки и журналисты самым постыдным образом обманывают свой народ.

Студент: Кого-то это всё же должно заставить задуматься.

Ф. Брукнер: Перейдём теперь к другой теме. Я уже несколько раз упоминал имя Жан-Клода Прессака, и сейчас хотел бы рассказать некоторые подробности об этом человеке и его публикациях.

Прессак — француз, не еврей — по профессии фармаколог и один из лучших знатоков Освенцима. Он сотрудничал долгое время с Робером Фориссоном и другими ревизионистами, но потом отошёл от ревизионизма.

При финансовой поддержке еврейского фонда Беаты Кларсфельд он выпустил в 1989 году толстую книгу об Освенциме под названием «Освенцим: техника и работа газовых камер». Эта книга имела очень большую ценность, так как содержала множество ранее неопубликованных документов из самого Освенцима.

Ж.-К. Прессак честно признавал, что не нашёл абсолютных доказательств существования газовых камер для убийства людей, но вместо этого ввёл в оборот «39 косвенных улик преступления», которые, как он надеялся, должны развеять всякие сомнения в реальности газовых камер.

В его второй книге, вышедшей четыре года спустя, «Крематории Освенцима», которую СМИ во всём мире радостно приветствовали, как опровержение ревизионизма, а также в третьей, вышедшей в 1994 году под тем же названием на немецком языке, число этих «косвенных улик» сократилось до дюжины.

Студент: Если мне не изменяет память, Ж.-К. Прессак в своих книгах указывал различное число жертв Освенцима.

Ф. Брукнер: Да, от одного до полутора миллионов в первой книге, максимум 870 000 во второй и от 631 000 до 711 000 в её немецком переводе. Он также уменьшил и число жертв других «лагерей уничтожения», чем сделал столь много уступок ревизионистам, что в итоге впал в немилость, и его имя перестало упоминаться в СМИ. Когда он умер в июле 2003 года в возрасте 59 лет, крупные газеты не почтили его ни единым словом.

Студент: Что же это за «косвенные улики», которые открыл Ж.-К. Прессак?

Ф. Брукнер: Он понимал под этим «ляпсусы» Центрального строительного управления Освенцима, которое, несмотря на строгий запрет, допускало в документах коекакие указания на убийства с помощью газа. Ж.-К. Прессак имел в виду документы, в которых употребляются такие термины, как «газовая камера», «аппарат для контроля газа» и «газонепроницаемая дверь».

Студент: Но это действительно чрезвычайно сильные улики!

Ф. Брукнер: Доказательства применения газа для уничтожения, несомненно, но не обязательно уничтожения людей. Общеизвестно, что в Освенциме был целый ряд дезинфекционных камер, которые вполне официально назывались «газовыми камерами».

Так, одна из брошюр, выпущенных в 1943 году, носит название «Газовые камеры для борьбы с сыпным тифом с помощью синильной кислоты».

Переносчиком сыпного тифа — эпидемии, от которой в концлагерях погибло больше всего людей, была вошь, и для борьбы со вшами использовали дезинфекционные камеры. В одних из них применялся горячий пар, в других — содержащий синильную кислоту пестицид Циклон-Б.

Я, разумеется, не могу здесь говорить подробно обо всех «косвенных уликах» Ж.-К. Прессака, укажу лишь на вышедшую в 1995 году книгу «Освенцим: голые факты», в которой ведущие ревизионистские авторы — Гермар Рудольф, Серж Тион, Робер Фориссон, Карло Маттоньо — критикуют Ж.-К. Прессака и опровергают его тезисы.

Однако, чтобы показать вам метод аргументации самого Прессака, приведу ещё один пример.

В письме от 31 марта 1943 года Карл Бишоф, начальник Центрального строительного управления Освенцима, напоминает фирме «Дойче Аусрюстунгсверке» о том, что несколько недель назад он заказал «газовую дверь 100/192 (т. е. шириной 100 см и высотой 192 см) для морга I крематория III Бжезинки».

Эта дверь должна по типу и размеру точно соответствовать двери морга, расположенного напротив крематория II, и иметь смотровое отверстие.

Согласно версии официальной истории, обозначенное на строительных планах, как «морг I», полуподвальное помещение крематориев II и III Освенцима-Бжезинки служило газовой камерой для убийства людей. Ж.-К. Прессак видит в заказе на газонепроницаемые двери для этих крематориев косвенную улику преступления, подтверждающую тезис об убийстве газом людей.

Студентка: Эта косвенная улика выглядит весьма убедительно уже по той причине, что газонепроницаемые двери, согласно заказу, должны были иметь смотровое отверстие. Оно могло понадобиться, чтобы проверить, умерли ли уже жертвы в газовой камере. Для дезинфекционной камеры смотровое отверстие не требуется.

Ф. Брукнер: Этот аргумент на первый взгляд кажется очевидным. Но позвольте процитировать служебную инструкцию об обслуживании газовой камеры для дезинфекции с помощью синильной кислоты:

«Строжайшим образом запрещено входить в газовую камеру одному. Каждый, кто входит в газовую камеру, должен находиться под наблюдением, как минимум, одного человека, дабы тот при несчастном случае мог вмешаться и оказать помощь. Разумеется, этот второй человек тоже должен быть в противогазе».

Это и есть истинная причина того, что дверцы дезинфекционных камер, кроме тех, что работали по циркуляционной системе «Дегеш», имели смотровые отверстия. Кстати, в своей первой книге Ж.-К. Прессак поместил иллюстрацию, на которой изображена дверца дезинфекционной камеры склада материалов со смотровым отверстием.

«Газонепроницаемых дверей» в Освенциме, кстати, было очень много. Они предназначались специально для дезинфекционных камер, что следует уже из того факта, что они были сделаны из тонких деревянных досок.

Если бы вы достали первую, самую большую книгу Ж.-К. Прессака, то нашли бы в ней изображения таких дверей. Что сделали бы сотни кандидатов на смерть, запертые за такой дверью в газовой камере, сразу же после того, как начали вбрасывать гранулат Циклона?

Студент: Конечно, они в смертельном страхе выломали бы дверь. Чтобы помешать этому, немцы должны были использовать стальные двери.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Как видите, эту «косвенную улику» легко опровергнуть, обладая необходимыми специальными знаниями. Но такие знания мало у кого есть, поэтому неудивительно, что средний обыватель верит уверениям журналистов, которые пишут, будто Ж.-К. Прессак нашёл документ о заказе газонепроницаемой двери со смотровым отверстием для крематория в Освенциме и тем самым окончательно опроверг «злых» ревизионистов, которые отрицают убийство людей газом в этом лагере.

Студент: Если Ж.-К. Прессак поместил в своей первой книге несколько снимков дверей дезинфекционных камер, сделанных только из тонких деревянных досок, а потому непригодных для камер для убийства людей, значит, он, сознательно или бессознательно, опроверг свои собственные тезисы!

Ф. Брукнер: Тонкое наблюдение! Некоторые специалисты считали, что разрыв Ж.-К. Прессака с ревизионистами был лишь симуляцией с целью проникнуть в виде ревизионистского «троянского коня» в лагерь ортодоксальных историков Холокоста и более изощрённым способом дискредитировать их тезис об истреблении евреев. Верно это или нет, неизвестно. Ж.-К. Прессак умер, и сам на этот вопрос уже не сможет ответить.

Хотя «косвенные улики» Ж.-К. Прессака, при ближайшем рассмотрении, таковыми не оказываются, апологеты официальной истории Холокоста, такие как Дебора Липштадт и Роберт Ян ван Пельт, с жадностью ухватились за них. Это объясняется единственно тем, что все прочие якобы документальные «доказательства» убийства людей газом в Освенциме ещё менее убедительны.

Подведём итог. Нет никаких вещественных доказательств существования газовых камер для убийства людей, а также массового убийства в лагерях, называемых «лагерями уничтожения». В ортодоксальной исторической литературе приводятся только документы и свидетельские показания.

Ближайшее рассмотрение мнимых документальных доказательств, прежде всего, Ванзейского протокола и «косвенных улик» Ж.-К. Прессака показывает, однако, что они не имеют ценности. Тем самым рушится один из двух столпов, на которых зиждется официальная история Холокоста.

Займёмся теперь вопросом о том, как обстоит дело со вторым столпом этой теории — свидетельскими показаниями.

К вопросу о проблематике свидетельских показаний

Ф. Брукнер: Чтобы проблематика свидетельских показаний стала для вас наглядной, я хотел бы указать на один случай, который 8 месяцев назад попал в газетные заголовки. 11 мая 2005 г. телепрограмма «Евроньюс» распространила признание 84-летнего испанца по имени Энрик Марко, который десятилетиями, вопреки истине, выдавал себя за выжившего узника концлагерей.

В бесчисленных докладах, которые он читал с 1978 года, главным образом перед школьниками, Э. Марко утверждал, что он, как антифашист, побывал в лагерях Флоссенбюрг и Маутхаузен и стал там свидетелем неописуемых зверств.

Благодаря исследованиям историка Бенито Бермехо этот Э. Марко был разоблачён, как лжец. Он никогда не был ни в каком концлагере; в 1941 году добровольно уехал работать в Германию, а в 1943 году вернулся на родину. В процессе тщательных исследований Б. Бермехо обнаружил, что во Флоссенбюрге никогда не было заключённого по имени Энрик Марко.

После того, как обман открылся, Э. Марко извинился перед бесчисленными людьми, которых он водил за нос.

То, что ему это удавалось десятилетиями, кажется удивительным уже по той причине, что он рассказывал совершенно невозможные вещи, например, будто французские власти в Марселе в 1941 году выдали его гестапо, хотя Марсель входил тогда в неоккупированную зону Франции, и никакого гестапо там не было.

Но самым пикантным было то, что этот профессиональный сказочник был председателем Общества друзей Маутхаузена, т. е. объединения бывших узников Маутхаузена. В этот лагерь было интернировано много испанских коммунистов, в том числе писатель Хорхе Семпрун.

Студентка: Х. Семпрун известен и у нас в России. Относительно Э. Марко: если он не был в Маутхаузене, то не мог познакомиться там ни с кем из испанцев, которые действительно сидели в этом лагере. Вы сказали, что Э.Марко начал выступать со своими докладами в 1978 году; многие из бывших испанских узников тогда ещё были живы. Разве не удивительно, что никто из них, и Х. Семпрун в том числе, не разоблачили обманщика?

Ф. Брукнер: Вы посыпаете солью раны. В самом деле, кажется немыслимым, чтобы Х. Семпрун не был в курсе обмана и чтобы об этом не знали также многие другие бывшие узники Маутхаузена.

Студентка: Почему же они молчали?

Ф. Брукнер: Вероятно, из антифашистской солидарности.

Если известность Э. Марко ограничивалась одной Испанией, то другой профессиональный лжец, который присвоил себе имя «Биньямин Вилькомирский», достиг славы всемирной. В 1995 году он произвёл фурор своим «автобиографическим правдивым рассказом о Холокосте» под названием «Bruchstucke» («Осколки»).

В этой книге автор утверждал, что родился в 1939 году в Риге, а потом из-за своего еврейского происхождения был депортирован в Майданек и Освенцим, где буквально пережил ад на Земле. После войны он переселился в Швейцарию, где был усыновлён.

«Осколки» были переведены на многие языки, и критики захлёбывались от восторга. При этом от внимания непредвзятого читателя не могли ускользнуть ни крайне низкое литературное качество книги, ни абсолютная неправдоподобность описанных в ней событий.

Например, автор рассказывает, как в начальной школе учительница показала картинку, на которой был изображён швейцарский национальный герой Вильгельм Телль, стреляющий из своего лука в яблоко, и спросила его, кто это. Он под влиянием своих ужасных лагерных воспоминаний ответил, что это эсэсовец, стреляющий в ребёнка, за что одноклассники избили его.

Студент: Но это же просто смешно!

Ф. Брукнер: Да, смешно, но это не помешало книге «Вилькомирского» быстро войти в число мировой классики Холокоста. К сожалению, автор наслаждался славой всего три года. В 1998 году в цюрихском еженедельнике «Ди Вельтвохе» появилась статья еврейского журналиста Даниэля Ганцфрида, в которой он в пух и в прах разнёс историю «Вилькомирского»: еврейское имя «Вилькомирский» присвоил себе сам, Майданек и Освенцим посетил лишь много лет спустя после войны как турист, а родился он не в 1939 году в Риге, а в феврале 1941 года в Швейцарии и был внебрачным ребёнком некоей Иветты Грожан. Его мать назвала его Бруно, но впоследствии он был усыновлён нееврейской швейцарской парой Дессеккер.

После разоблачений в «Вельтвохе» за статьёй Д. Ганцфрида последовала целая книга под названием «Он же Вилькомирский. Пародия на Холокост».

Журналисты всего мира покаянно били себя в грудь и упрекали себя, как они могли купиться на столь явный обман. Сам Д. Ганцфрид задавал в своей статье вопрос: не пропало ли у рецензентов «мужество собственного суждения»? — вопрос в изрядной степени лицемерный.

Студент: Почему?

Ф. Брукнер: Д. Ганцфрид совершенно точно знал, что будет с рецензентом, который осмелится плохо отозваться о «правдивом рассказе еврея, пережившего Холокост»: его разорвут на клочки.

Студент: Ну, вы преувеличиваете. Д. Ганцфрида же не разорвали на клочки!

Ф. Брукнер: Потому что он сам еврей! Еврей может гораздо свободней высказываться по вопросу о Холокосте, чем нееврей. Если бы какой-нибудь немец сказал хотя бы половину тех истин, которые изложил американский еврей Норман Финкельштейн в своём бестселлере «Индустрия Холокоста», его несомненно обвинили бы в ФРГ в «разжигании вражды между народами» и приговорили бы к большому штрафу или посадили бы в тюрьму.

А Дессеккер, он же Вилькомирский, не еврей. Он присвоил себе в своей книге роль еврея, пережившего Холокост, а по еврейским понятиям это святотатство. Поэтому, очевидно, и было решено покончить с ним, и Д. Ганцфриду и «Вельтвохе» дали зелёный свет на совершение экзекуции.

Кстати, и испанский обманщик Э. Марко тоже не еврей. Будь он евреем, ни один историк не осмелился бы его разоблачить, и даже если бы он сделал это, СМИ замолчали бы этот факт.

Студентка: То, что Э. Марко и Вилькомирский разоблачены, как обманщики, ещё не означает, что все свидетели — обманщики.

Ф. Брукнер: Безусловно, но тот факт, что явный лживый «рассказ свидетеля» повсюду приняли за чистую монету, говорит о многом. Атмосфера после Второй мировой войны была такова, что считалось преступным ставить под сомнение слова бывших узников концлагерей. Тот, кто делал это, как бы убивал жертвы вторично, так как претендовал на уникальность их судьбы преследуемых.

Студентка: То, что есть лгуны и жулики, которые извлекают из Холокоста свою собственную выгоду, меня не удивляет. Однако я убеждена, что газовые камеры были, хотя официальное число жертв, возможно, преувеличено.

Ф. Брукнер: Прошу вас обосновать это ваше убеждение.

Студентка: Если тысячи людей совершенно независимо друг от друга описывают в точности одни и те же вещи, невозможно, чтобы это было совпадением или обманом.

Ф. Брукнер: Совершенно с вами согласен.

Студентка: Ах, так? Значит, вы согласны со мной, что евреев убивали в газовых камерах?

Ф. Брукнер: Нет.

Студентка: Тогда я отказываюсь вас понимать!

Ф. Брукнер: Ваша аргументация опирается на ложные предпосылки. Во-первых, нет «тысяч свидетелей убийства людей газом», а, во-вторых, — и этот пункт гораздо важней, чем количественный, — показания свидетелей не совпадают.

Сначала по первому пункту. Пожалуйста, дайте мне определение, кого вы понимаете под свидетелем.

Студентка: Свидетель — это человек, который присутствовал при определённом событии и описал его.

Ф. Брукнер: Правильно. Но если вы начнёте штудировать литературу о Холокосте, то быстро обнаружите, что нет «тысяч» бывших узников, которые утверждают, что присутствовали при убийстве людей газом и хоть с какой-нибудь степенью точности описывают эту акцию.

Сколько таких свидетелей, сто или двести, я вам в данный момент не могу сказать. Но остаётся фактом, что в классических работах о Холокосте постоянно возникают одни и те же два-три десятка имён. С некоторыми из этих свидетелей мы познакомимся подробнее.

Чтобы оценить достоверность свидетельских показаний в целом, в принципе достаточно взять показания этих сравнительно немногих образцовых свидетелей, на показаниях которых основывается вся картина Холокоста, и подвергнуть их критическому анализу.

Студентка: Вы намекаете, таким образом, что свидетели убийств в газовых камерах лгали сознательно?

Ф. Брукнер: Изучение их утверждений не позволяет сделать никакой другой вывод.

Студентка: Но почему они лгали?

Ф. Брукнер: Разумеется, из ненависти к немцам! Тот, кто был отправлен в лагерь не за свои индивидуальные деяния, а исключительно по причине еврейского происхождения, вынужден был заниматься изнурительным трудом под палящим солнцем или в зимнюю стужу, да ещё выстаивать по возвращении с работы на «апелльплаце», скудно питаться, жить в переполненных, вшивых бараках, подвергаться ограблению и террору со стороны уголовников, видеть, как его товарищи по несчастью массами умирают от эпидемий, и быть свидетелем казней.

В результате всего этого в нём накапливался страшный гнев против своих угнетателей. Так что мало кто мог противостоять искушению приписать немцам все мыслимые зверства, чтобы на как можно более долгий срок обесчестить самое имя «немец».

Кроме того, следует подчеркнуть, что большинство ключевых свидетелей выступало на процессах против персонала концлагерей. Они были рады, что могут теперь помочь отправить обвиняемых на виселицу или, как минимум, в тюрьму.

Но одновременно я хотел бы обратить ваше внимание на то, что были и свидетели защиты — бывшие заключённые, которые тоже страдали, но совесть не позволяла им лгать, поэтому они не только не рассказывали никаких историй про газовые камеры, но даже брали некоторых обвиняемых на процессах под защиту и свидетельствовали об их корректном и человечном поведении. Позже мы познакомимся с показаниями ряда таких свидетелей защиты.

Студент: С одним из них, Полем Рассинье, мы уже знакомы.

Ф. Брукнер: Это самый известный, но отнюдь не единственный случай. Но в литературе о Холокосте вы тщётно будете искать свидетельские показания такого рода. Для неё характерны только обвинительные показания.

Перейдём ко второму пункту. Показания свидетелей не совпадают, как обычно ошибочно думают.

Студент: Но если несколько свидетелей ДТП описывают его по-разному, это не значит, что этого ДТП вообще не было. Человеческая память, как известно, несовершенна, и к тому же, каждый свидетель переживает событие по-своему.

Ф. Брукнер: Если бы речь шла только о незначительных расхождениях, действительно, не было бы причины ставить под вопрос достоверность свидетельских показаний. Но слишком часто мы имеем дело с фундаментальными и непреодолимыми расхождениями.

Возьмём выбранный Вами пример ДТП. Допустим, три свидетеля описывают одно и то же происшествие. Один свидетель утверждает, что один автомобиль столкнулся с другим, двигавшимся навстречу. Второй и третий свидетели говорят, что автомобиль был только один. По словам второго свидетеля этот автомобиль закрутило, он перевернулся и упал в кювет. А третий свидетель утверждает, что автомобиль ехал по мосту, мост обрушился и автомобиль упал в реку. Что необходимо сделать при расследовании данного происшествия?

Студент: Поехать на место и изучить следы аварии.

Ф. Брукнер: К какому же выводу вы придёте, если не обнаружите ни следов аварии, ни моста, ни реки?

Студент: Я заподозрю первого и второго свидетелей в даче ложных показаний, а третий будет разоблачён, как заведомый лжец.

Ф. Брукнер: А теперь конкретный пример из литературы о Холокосте, который наглядно покажет вам всю глубину противоречивости свидетельских показаний.

Историк Холокоста Джеральд Рейтлингер, английский еврей, автор считающейся до сих пор классической книги «Окончательное решение», описывает в ней процесс убийства газом в крематориях II и III Освенцима-Бжезинки.

Он опирается при этом на показания трёх свидетелей: польской еврейки Ады Бимко, венгерского еврея д-ра Миклоша Ньисли и румынского еврея Карла-Сигизмунда Бенделя. Тому, кто читает данный отрывок, никакие противоречия не бросятся в глаза; все три свидетеля как будто описывают один и тот же процесс, дополняя друг друга.

Но если вы прочтёте полные варианты показаний этих трёх свидетелей (Дж. Рейтлингер приводит лишь отрывки), картина кардинально изменится.

Ада Бимко утверждает, будто в газовой камере находились два огромных металлических резервуара с газом, т. е. она не знала, что якобы использовавшийся для массового убийства Циклон-Б имел форму гранулята, который хранился не в «огромных резервуарах», а в небольших банках.

То, что она никогда не видела изнутри крематориев II и III, в которых якобы происходило убийство газом, явствует из того, что она утверждает, будто из газовой камеры в помещение для сжигания с печью вела узкоколейка.

В действительности морг I (мнимая газовая камера) и помещение с печью находились на разных этажах здания и были соединены лифтом. Историю про узкоколейку Ада Бимко, вероятно, слышала от словацкого еврея и архилжеца по имени Рудольф Врба, о котором мы ещё будем говорить подробно.

Перейдём ко второму и третьему свидетелям Дж. Рейтлингера. Объём морга, согласно всем строительным планам, был равен 30х7х2,41 м, а свидетель Ньисли, который якобы четыре месяца работал в этих крематориях, говорит, будто «газовая камера» имела длину 200 м.

Может ли быть, чтобы кто-нибудь, кто месяцами практически каждый день видел помещение длиной 30 м и работал в нём, указал его длину, как 200 м?

Студент: Абсолютно исключено!

Ф. Брукнер: Не менее удивительны показания свидетеля К.-С. Бенделя. На процессе он заявил для протокола, что «газовая камера» имела длину 10 м, ширину 4 м и высоту 1,6 м. Последнее означает, что жертвы, кроме детей и лилипутов, должны были в газовoй камере сгибаться.

По М. Ньисли, помещение длиной 30 м имело длину 200 м, по К-С. Бенделю — 10 м; последний указывает высоту помещения 1,60 м, хотя она равнялась 2,41 м. Вопрос первый: совпадают ли показания этих двух свидетелей?

Студент: Разумеется, нет.

Ф. Брукнер: Вопрос второй: кому из них можно верить, М. Ньисли или К-С. Бенделю?

Студент: Ни тому, ни другому.

Ф. Брукнер: И госпоже Аде Бимко тоже верить нельзя. Итак, автор классической работы о Холокосте опирается на показания трёх отъявленных лжецов, утверждения которых, к тому же, находятся в кричащем противоречии друг с другом.

Как вы считаете, можем ли мы однозначно верить показаниям других свидетелей Холокоста или должны изучить их под лупой и посмотреть, во-первых, совпадают ли они друг с другом, а, во-вторых, согласуются ли они с реальными фактами?

Студент: Я думаю, вы сами знаете наш ответ на этот вопрос.

Ф. Брукнер: Тогда завтра мы займёмся, так называемыми, «лагерями уничтожения» и поближе познакомимся с доказательной базой по этому поводу. Может быть, кто-то из вас готов выполнить на завтра небольшое домашнее задание? Да, девушка с длинными светлыми волосами — как вас зовут?

Студентка: Людмила.

Ф. Брукнер: Вот перед вами, Людмила, вышедшее под редакцией Вальтера Лакера русское издание «Энциклопедии Холокоста». Прочтите, пожалуйста, к завтрашнему дню, статьи под рубрикой «Лагеря смерти», а также по каждому в отдельности из шести мнимых лагерей уничтожения: Освенцим, Майданек, Бельзец, Треблинка, Собибур и Хелмно — и составьте для нас краткое резюме по этим статьям. Сердечно благодарю.

Глава II. «Лагеря уничтожения»: исторический и технический анализ

«Лагеря уничтожения» по версии «Энциклопедии Холокоста»

Ф. Брукнер: Доброе утро, дамы и господа. В начале нашей сегодняшней лекции мы рассмотрим вопрос о том, что пишет официальная литература по проблеме Холокоста о, так называемых, «лагерях уничтожения», на чём держится и вместе с чем рушится вся традиционная версия Холокоста. Очень хорошо, что «Энциклопедия Холокоста» недавно вышла и на русском языке. Людмила, вам слово.

Студентка: Сначала я прочла статью под рубрикой «Лагеря смерти», а потом тексты о каждом из шести лагерей, именуемых «лагерями уничтожения». При этом мне сразу бросились в глаза две вещи. Во-первых, эта тема освещена совсем не так детально, как следовало бы столь важной для этой проблемы теме. Статья «Лагеря смерти» занимает ровно пять страниц (с. 321–325). Из этих лагерей подробно описан только Освенцим, которому посвящено 13 страниц (с. 432–444), в то время, как статьи о пяти других лагерях коротки до абсурда: 21 строка о Треблинке (с. 623), 13 строк о Майданеке (с. 345), 10 строк о Собибуре (с. 569) и по семь строк о Белжеце (с. 67) и Хелмно (с. 659). Для сравнения: статья «Ортодоксальная религиозная мысль» занимает восемь страниц (с. 424–432), хотя эта тема имеет лишь косвенное отношение к Холокосту. Мне кажется, что налицо явная непропорциональность изложения.

Ф. Брукнер: Семь строк о Белжеце, лагере, в котором якобы были убиты 600 000 евреев, т. е. 10 % от пресловутых шести миллионов, и восемь страниц на тему, которая напрямую не связана с Холокостом, — как объясните вы столь странное соотношение?

Студент: Очевидно, издатели хотели напечатать как можно более толстую книгу. Может быть, официальная версия Холокоста слишком мала, чтобы заполнить 727 страниц, поэтому издатели были вынуждены включить информацию, не относящуюся к теме, чтобы раздуть объем книги.

Ф. Брукнер: Такое подозрение действительно возникает. А что ещё вам бросилось в глаза?

Студент: Количество жертв, указанных под рубрикой «Лагеря смерти», порой сильно отличаются от цифр в статьях об отдельных лагерях. Вот их обзор.

Освенцим: 1–1,5 миллиона (с. 322), 1,1 миллиона (с. 444).

Треблинка: 750–800 тысяч (с. 324), 870 000 (с. 623).

Белжец: 600 000 (с. 67), 600 000 (с. 324).

Майданек: 235 000 (с. 323), 360 000 (с. 345).

Собибур: 200–250 тысяч (с. 325), 500 000 (с. 569).

Хелмно: 150–300 тысяч (с. 324), 300 000 (с. 659).

Этот разнобой в цифрах никак не поддаётся объяснению.

Ф. Брукнер: А объяснение очень простое. Все статистические данные о числе жертв «лагерей уничтожения» взяты из польских источников, а в Польше эти цифры на протяжении нескольких десятилетий пересматривались в сторону снижения. Так, например, для Майданека долго указывалась цифра 360 000 жертв, пока польские историки в начале 90-х годов не снизили её до 235 000. Авторы статей «Энциклопедии Холокоста» явно опирались на разные польские источники, одни на более старые, другие — на более новые.

Студент: Удивительно, что в редакции не позаботились о согласовании этих данных.

Ф. Брукнер: Этого и в самом деле следовало бы ожидать от издателей книги, претендующей на роль классической энциклопедии.

Теперь прошу вас, Людмила, подытожить по рубрикам данные о «лагерях уничтожения», взятые из «Энциклопедии Холокоста».

Студентка: Два из шести «лагерей уничтожения», Освенцим и Майданек, первоначально планировались, как обычные концлагеря, а так же, как лагеря для военнопленных. Лишь позже — в Освенциме с февраля 1942 года, в Майданеке с августа 1942 года — начали действовать газовые камеры для массового убийства евреев. С тех пор Освенцим и Майданек служили одновременно концлагерями и лагерями уничтожения. Вновь прибывшие евреи подвергались отбору: работоспособные использовались для принудительных работ, неработоспособные же направлялись в газовые камеры.

Зато Хелмно, Белжец, Собибур и Треблинка с самого начала были центрами уничтожения в чистом виде. Хелмно открыли в конце 1941 года, три других лагеря — между мартом и июлем 1942 года. Из евреев, отправленных в Белжец, выжили лишь двое, из отправленных в Хелмно — восемь или десять. В Собибуре и Треблинке незадолго до ликвидации этих лагерей произошли восстания, что позволило нескольким сотням евреев бежать, но и там число выживших составляло лишь доли процента.

Ф. Брукнер: Какой газ использовался для массовых убийств?

Студентка: В Освенциме пестицид Циклон-Б, в Майданеке частично тоже Циклон-Б, частично моноокись углерода; в последнем лагере имели место также массовые расстрелы. В Хелмно вместо стационарных газовых камер использовались газовые автомобили (душегубки). Какой газ использовался в остальных трёх лагерях, в прочитанных мною статьях не сказано.

Ф. Брукнер: Но об этом говорится в статье «Газовые камеры» (с. 158 и далее). В Белжеце, Собибуре и Треблинке в качестве оружия убийства якобы использовались выхлопные газы дизельных моторов.

Скажите, а как в дальнейшем поступали с трупами убитых?

Студентка: В Освенциме их сжигали в крематориях; в Хелмно были две открытых печи для сжигания трупов; в Треблинке, Собибуре и Белжеце трупы сначала зарыли в массовые могилы, а потом снова выкопали и сожгли. Информации о том, как избавлялись от трупов в Майданеке, я не нашла.

Ф. Брукнер: В Майданеке были крематории.

Спасибо, Людмила. Теперь я хотел бы попросить вас всех поделиться мыслями относительно информации, прочитанной вашей коллегой. Кажется ли вам нарисованная здесь картина «лагерей уничтожения» логичной или в глаза бросаются какие-то противоречия? Я думаю, десяти минут вам будет достаточно для подготовки. Вы можете обсуждать это между собой. (Пауза.)

Итак, десять минут истекли. Кто хотел бы высказаться первым? Да, пожалуйста, высокий господин в очках — как вас зовут?

Студент: Меня зовут Анатолий. Мое хобби — мотоспорт, поэтому я хорошо разбираюсь в автомобилях и моторах. Когда вы сказали, что, согласно официальной истории, в трёх из шести лагерей для массовых убийств использовались выхлопные газы дизельных моторов, меня это очень удивило. Выхлопные газы этих моторов в качестве оружия убийства не годятся, так как содержат мало моноокиси углерода и много кислорода. Любой мотор, работающий на бензине, был бы гораздо эффективней.

Ф. Брукнер: Вы сразу нашли одно из самых уязвимых мест официальной истории! Мы скоро вернёмся к этому вопросу. Кто ещё хотел бы высказаться?

Студент: Мне кажется странным, что в разных лагерях уничтожения использовались различные методы убийства: газовые автомобили, стационарные газовые камеры, выхлопные газы дизельных моторов, пестицид, массовые расстрелы…

Ф. Брукнер: Если исходить из того, что Холокост действительно тщательно планировался и представлял собой технически совершенный, конвейерный метод массовых убийств, в самом деле, следовало бы ожидать, что техника убийств будет унифицированной. Можно предположить, что немцы сначала ставили опыты, определяли, какой метод самый быстрый и самый эффективный, а потом использовали бы его во всех центрах уничтожения.

Есть ещё замечания? Да, Валентина?

Студентка: Я по образованию археолог и обратила внимание на другую странность. Почему трупы жертв в Освенциме и Хелмно сжигали в крематориях, а в восточных «лагерях уничтожения» сначала хоронили, а потом выкапывали из земли и сжигали под открытым небом? Я изучала археологию в Германии, поэтому знаю, что кости, когда их сжигают под открытым небом, никогда не уничтожаются бесследно. Если нацисты хотели замести следы массовых убийств, они должны были бы построить крематории во всех лагерях уничтожения.

Ф. Брукнер: В таких концлагерях, как Дахау или Бухенвальд, которые не считаются лагерями уничтожения, были крематории для сжигания трупов заключённых, умерших от эпидемий или по другим причинам, — почему же крематории не построили в Треблинке, Собибуре и Белжеце, хотя они там были во много раз нужней? Такими элементарными вопросами никогда не задаются ортодоксальные апологеты Холокоста.

Студент: Мне бросился в глаза совсем иной момент. В «Энциклопедии Холокоста» говорится, что в Освенциме и Майданеке вновь прибывших заключённых евреев подвергали отбору и работоспособных использовали на принудительных работах. В других четырёх «лагерях уничтожения» такого отбора, очевидно, не было. Можно предположить, что немцы там не были заинтересованы в эксплуатации еврейской рабочей силы, а убивали сотнями тысяч также и трудоспособных евреев. Почему столь разная тактика?

Ф. Брукнер: Вы указали на ещё одну явную «нестыковку» в официальной истории Холокоста. Убийство огромного числа работоспособных евреев означало бы, что национал-социалистическое руководство в своей антиеврейской политике проявляло лишь холодный идеологический фанатизм и ни в грош не ставило экономические соображения.

Но этому противоречит не только тот факт, что евреев в Освенциме, Майданеке и многих других лагерях использовали на принудительных работах, но и целый ряд немецких документов, в которых подчёркивается значение труда заключённых, в том числе и евреев по национальности. Отрывки из некоторых таких документов я вам сейчас процитирую.

25 января 1942 года, через пять дней после конференции на Ванзее, Генрих Гиммлер писал инспектору концлагерей Рихарду Глюксу:

«Подготовьтесь к тому, чтобы принять в ближайшие недели в концлагеря 100 000 евреев-мужчин и до 50 000 евреек. В ближайшие недели перед концлагерями встанут большие экономические задачи».

30 апреля 1942 года обергруппенфюрер СС Освальд Поль, начальник главного экономического управления СС, указал в письме рейхсфюреру СС Генриху Гиммлеру на то, что функции концлагерей после начала войны изменились: на первом плане теперь стоит не перевоспитание заключённых или обеспечение безопасности, а экономические аспекты.

21 августа 1942 года Мартин Лютер, начальник отдела Германии в Министерстве иностранных дел, написал меморандум, в котором резюмировал массовые мероприятия, проводимые в рамках национал-социалистической политики по еврейскому вопросу:

«На основе упомянутого указания Фюрера [о выселении евреев] началась эвакуация евреев из Германии. Имело бы смысл включить в их число и евреев — граждан тех стран, на которые распространяются меры, касающиеся евреев (…) Число переселённых таким образом на Восток евреев недостаточно для удовлетворения потребности в рабочей силе. Поэтому Главное управление имперской безопасности, по указанию рейхсфюрера СС, обратилось к Министерству иностранных дел, чтобы оно попросило словацкое правительство предоставить нам 20 000 молодых и сильных словацких евреев для отправки на Восток».

Наибольший ущерб экономической эффективности концлагерей наносила крайне высокая смертность в них, прежде всего, из-за болезней, а также из-за недостаточного питания и плохой одежды. Поэтому инспектор концлагерей Глюкс 28 декабря 1942 года разослал комендантам всех концлагерей циркуляр, в котором говорилось:

«Лагерные врачи должны использовать все имеющиеся в их распоряжении средства для того, чтобы значительно снизить цифры смертности в отдельных лагерях (…) Лагерные врачи должны больше, чем до сих пор, следить за питанием заключённых и по согласованию с администрацией вносить предложения о его улучшении комендантам лагерей. Эти предложения не должны оставаться только на бумаге, лагерные врачи должны регулярно контролировать их выполнение (…) Рейхсфюрер СС приказал непременно уменьшить смертность».

О том, что этот приказ не остался лишь на бумаге, мы можем судить по тому, что смертность в концлагерях за восемь месяцев, к августу 1943 года, снизилась почти на 80 %.

В циркуляре от 26 октября 1943 года Освальд Поль предписывал комендантам всех концлагерей:

«В рамках производства вооружений концлагеря (…) представляют собой фактор решающего военного значения (…) В прежние годы, в рамках тогдашних воспитательных задач, можно было безразлично относиться к тому, выполняет заключённый полезную работу или нет. Но теперь имеет значение рабочая сила заключённых, и все силы командиров, руководителей службы снабжения и врачей должны быть направлены на сохранение здоровья и работоспособности заключённых. Дело не в сентиментальности, а в том, что нам нужны их руки и ноги, потому что они должны помочь немецкому народу одержать великую победу; поэтому мы должны заботиться о здоровье заключённых.

Я ставлю такую цель: нетрудоспособными вследствие болезни могут быть максимум 10 % всех заключённых. Эта цель должна быть достигнута совместными усилиями всех ответственных лиц. Для этого необходимы:

1. Правильное и целесообразное питание.

2. Правильная и целесообразная одежда.

3. Использование всех естественных средств укрепления здоровья.

4. Избежание всех ненужных, не требующихся непосредственно для работы нагрузок.

5. Премии за трудовые достижения (…)

Я лично проконтролирую выполнение повторно предписанных данным циркуляром мер».

11 мая 1944 года Адольф Гитлер приказал использовать 200 000 евреев в рамках производства истребителей.

Нижеследующая таблица наглядно показывает противоречие между документами и основанными только на показаниях свидетелей утверждениями официальных историков.

Как мы говорили вчера, и историки, и юристы признают приоритет документальных доказательств над показаниями свидетелей. Вам не трудно будет сделать первые выводы, исходя из данных мною выше сопоставлений.

Студент: Ваша таблица действительно является сильным аргументом против расхожего мнения о якобы имевшем место истреблении трудоспособных евреев. Националсоциалисты, кстати говоря, были бы круглыми дураками, если бы убили сотни тысяч дешёвых рабов, крайне необходимых на их военных заводах. Но это не исключает политику истребления нетрудоспособных евреев.

Ф. Брукнер: Ваше возражение правомерно. Чтобы узнать, была ли такая политика, надо выяснить вопрос, является ли уничтожение евреев в газовых камерах исторической реальностью или мифом. Именно это мы сделаем сейчас, тщательно проанализировав доказательства, касающиеся, так называемых, «лагерей уничтожения».

Начнём с лагерей в Белжеце, Треблинке и Собибуре. Все они находились на востоке Генерал-губернаторства, т. е. в оккупированной части Польши, и называются в западной литературе «лагерями акции Рейнхардт».

Согласно имеющимся документам, «акцией Рейнхардт» называлась конфискация собственности депортированных евреев, а по версии ортодоксальных историков целью этой акции было также одновременное уничтожение евреев, прежде всего, из Восточной Польши. От полутора до двух миллионов евреев, по утверждениям ортодоксальных историков, были убиты в этих трёх лагерях в стационарных газовых камерах выхлопными газами дизельных моторов.

Начнём с Белжеца. Этот лагерь находился в Галиции, в одном километре к юго-востоку от одноимённой деревни, около железной дороги Люблин — Рава Русская. Согласно следственному докладу прокуратуры Замостья от 11 апреля 1946 года в Белжеце с марта по декабрь 1942 года были убиты примерно 1,8 миллиона евреев.

Но даже польские коммунисты, чемпионы в области фальшивой пропаганды, вскоре пришли к выводу, что эта цифра слишком неправдоподобна, и в 1947 году Главная комиссия по расследованию немецких преступлений в Польше снизила её до 600 000.

До сих пор почти во всех трудах ортодоксальных историков Холокоста приводится именно это число.

Правда, в 2001 году стал известен немецкий документ военного времени, в котором указана цифра 434 508 доставленных в Белжец на 31 декабря 1942 года евреев. Так как этот лагерь в конце 1942 года был закрыт, это число соответствует общему числу депортированных в Белжец.

Документ, о котором идёт речь, — это шифрованная телеграмма штурмбаннфюрера СС Хефле оберштурмбаннфюреру СС Хайму от 11 января 1943 года. Уже через четыре дня, 15 января, английские дешифровщики расшифровали эту телеграмму.

В ней указывается общее число депортированных евреев до конца 1942 года в лагеря Треблинка, Белжец, Собибур и Майданек — 1 274 166 человек, что в точности соответствует цифре депортированных в восточныe лагеря евреев из одного широко известного документа, так называемого, доклада Корхерра. Так что можно вполне уверенно полагать, что эта цифра верная.

Студент: Если эта телеграмма была расшифрована ещё в середине января 1943 года, почему же её опубликования пришлось ждать до 2001 года?

Ф. Брукнер: Понятия не имею.

Студент: Но даже если в Белжеце были убиты не 600 000, а «всего» 434 000 евреев, всё равно это преступление, невообразимое по своим масштабам.

Ф. Брукнер: Да, с моральной точки зрения подобная бойня, при уменьшении числа жертв на треть, не становится менее омерзительной. Правда, тот факт, что людей депортировали в определённое место, ещё не доказывает, что их там убили.

Но даже если исходить из того, что практически ни один еврей не выжил в Белжеце, следовало бы ожидать от официальной истории, претендующей на научность, что она отреагирует на публикацию немецкого документа военного времени, в котором указано общее число депортированных в Белжец как 434 508, пересмотром старой цифры жертв.

Тем более, что этот документ опубликовал журнал, который не ставит под вопрос существование Холокоста и исходит из аксиомы, что всех депортированных убили. Но нет, и четыре года спустя после публикации этого документа, например, русское издание «Энциклопедии Холокоста» продолжает придерживаться старой, ставшей невозможной цифры жертв Белжеца — наглядный пример слепого догматизма многих верующих в Холокост. Уменьшение священной цифры «шесть миллионов» всего на 166 000 — для них уже недопустимое святотатство.

Дизельный мотор как оружие убийства

Ф. Брукнер: Дамы и господа! Кому из вас известно имя Курта Герштейна?

Студентка: Я смотрела в Германии постановку по пьесе Рольфа Хохута «Заместитель», в которой фигурирует Герштейн. Будучи офицером СС, он стал свидетелем массового убийства евреев газом в оккупированной Польше.

Потрясённый увиденным, К. Герштейн пытался всеми способами поведать миру о чудовищных зверствах, совершаемых гитлеровским режимом от имени немецкого народа, но ему никто не верил. Его попытка попасть на приём к Папе Римскому не увенчалась успехом. Ватикан тоже хранил молчание о массовом убийстве евреев. Насколько мне известно, Герштейн — историческая личность.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. В гражданской жизни он был горным инженером, а затем стал оберштурмфюрером СС — специалистом по дезинфекции, т. е. по борьбе с паразитами. В конце войны К. Герштейн попал в плен к французам и покончил с собой в тюрьме в июле 1945 года — так, по крайней мере, гласит официальная, не поддающаяся проверке версия.

Но перед этим он сделал признание, которое было представлено на Нюрнбергском процессе, как обвинительный документ, и вскоре было объявлено официальными историками главным доказательством истребления евреев. Собственно, следовало бы говорить не об одном, а о шести признаниях, ибо, как доказал французский исследователь Анри Рок, имеется не менее шести вариантов этого текста, которые порой весьма отличаются друг от друга.

К. Герштейн утверждал, что присутствовал в августе 1942 года при убийстве газом евреев в Белжеце. Я прочту вам важнейшие фрагменты его описания этого процесса:

«Камеры заполняются. Забить их битком — так приказал капитан Вирт. Люди стоят друг у друга на ногах. 700–800 человек на 25 квадратных метрах, 45 кубометрах (…) Двери закрываются. В это время другие ждут снаружи, нагишом (…) Но дизель не работает (…) Приходит капитан Вирт. Видно, что ему неприятно, что это произошло именно сегодня, когда я здесь.

Я всё вижу и жду. Мой секундомер всё чётко регистрирует. 50 минут, 70 минут — дизель не включается. Люди ждут в своих газовых камерах. Напрасно! Мы слышим их плач и рыдания (…) Через 2 часа 49 минут — секундомер всё чётко зафиксировал — дизель включается. До этого момента люди ещё жили в этих заполненных камерах, по 750 человек в четырёх камерах по 45 кубометров.

Проходит ещё 25 минут. Правильно, теперь многие мертвы. Мы смотрим через маленькое окошечко, через которое электрический свет на какой-то момент освещает камеру (…) Через 28 минут остаются в живых лишь немногие. Наконец, через 32 минуты все мертвы».

Упомянутый К. Герштейном капитан Вирт якобы был главным организатором массовых убийств в трёх лагерях «акции Рейнхардт». Но вернёмся к описанию К. Герштейном самого процесса убийства газом. Что вам при этом бросилось в глаза?

Студент: Газовые камеры имели, по Герштейну, площадь 25 квадратных метров. На такой площади никогда не смогли бы поместиться 700–800 человек; это означало бы, что на одном квадратном метре стояли 28–32 человека, что совершенно невозможно.

Студентка: К. Герштейн говорит о четырёх газовых камерах одинакового размера, которые, очевидно, находились в одном здании. Подобное разделение здания совершенно бессмысленно, так как оно сильно затрудняло бы процесс убийства. Хороший специалист в этом деле убрал бы промежуточные стены, чтобы всё здание стало одной газовой камерой.

Ф. Брукнер: Очень точные наблюдения! И другие фрагменты признаний К. Герштейна, которые я не цитировал, также полны нелепостей. К. Герштейн утверждал, например, что видел в Белжеце гору обуви с убитых высотой 35–40 м. А в Освенциме, где он сам не был, по его словам, миллионы детей были убиты следующим способом: перед их носами держали комья ваты, пропитанной синильной кислотой! В одном варианте его признания общее число убитых газом во всех лагерях составляло 20, в другом — 25 миллионов человек.

Студент: Но ни один разумный человек не может всерьёз поверить в такую бессмыслицу! Даже поверхностное ознакомление с этими признаниями означает, что либо у этого Герштейна «не все дома», либо его заставили дать такие показания.

Ф. Брукнер: Я не думаю, что французы были настолько глупы, чтобы заставлять К. Герштейна давать столь бессмысленные показания. По-моему, этот человек действительно был сумасшедшим. В книгах по истории и школьных учебниках этот текст никогда не цитируется полностью; самые явные нелепости часто убирают, а многие авторы даже фальсифицируют показания К. Герштейна.

К числу самых наглых фальсификаторов принадлежит историк Леон Поляков, французский еврей, автор вышедшей в 1951 году книги о Холокосте. Как мы только что упоминали, К. Герштейн утверждал, будто 700–800 евреев одновременно запихивали в газовую камеру площадью 25 кв. м. Л. Поляков заменяет цифру 25 на 93 и тем самым устраняет явную невозможность описанного.

В помещение площадью 93 кв. м действительно можно поместить 800 человек при условии, если они не будут сопротивляться. Хотя ещё П. Рассинье указал Л. Полякову на эту «ошибку», ложная цифра оставалась и в последующих изданиях книги Л. Полякова, например, в издании 1979 года (на с. 223). Это лишь один пример из множества манипуляций Л. Полякова с текстом признаний К. Герштейна.

Два ревизиониста, вышеупомянутый француз Анри Рок и итальянец Карло Маттоньо, провели великолепный анализ показаний К. Герштейна и доказали, что, как исторический источник, они не имеют никакой ценности. Несмотря на это, К. Герштейн вместе с первым комендантом Освенцима Рудольфом Гёссом до сих пор считаются главными свидетелями Холокоста.

Студентка: Но почему?

Ф. Брукнер: Кроме гораздо менее известного польского еврея Рудольфа Редера, Курт Герштейн — единственный свидетель, который дал в какой-то мере подробное описание массовых убийств газом, якобы имевших место в Белжеце. Без него вся история «лагеря уничтожения» Белжец повисла бы в воздухе.

Перейдём теперь к описанному К. Герштейном оружию убийства — дизельному мотору. Слово Анатолию, нашему специалисту по автомобилям и моторам.

Студент: Дело в том, что в дизельных моторах нет свечей зажигания. Для зажигания им нужно большое количество воздуха. Соответственно, в выхлопных газах таких моторов много кислорода и мало ядовитой моноокиси углерода. Если мотор, работающий на бензине, легко может достичь концентрации моноокиси углерода 7 %, то дизельный мотор не достигнет и одного процента. Следовательно, любой мотор, работающий на бензине, в качестве оружия убийства несравненно лучше, чем дизельный мотор.

Студент: Но дизельный мотор даёт больше дыма и воняет сильней, чем мотор, работающий на бензине!

Студент: Дело здесь в тяжёлом дизельном топливе, которое при большой нагрузке на мотор сгорает не полностью, но это не имеет никакого отношения к содержанию моноокиси углерода.

Ф. Брукнер: В 1984 году американский инженер немецкого происхождения Фридрих Берг написал открывающую для исследователей новые горизонты статью, в которой показал непригодность выхлопных газов дизельных моторов для убийства людей в газовых камерах. Расширенный вариант его статьи появился позже в ревизионистском сборнике «Анализ Холокоста» под метким заголовком «Дизельные газовые камеры: идеальное орудие пыток — абсурдное оружие убийства».

Студент: То, что немцы использовали несовершенное оружие убийства, ещё не означает, что массовых убийств не было! Бывает, что убийцы душат своих жертв или убивают их молотком, хотя застрелить из пистолета гораздо легче.

Ф. Брукнер: Вся официальная история Холокоста основывается на положении, будто немцы в нескольких лагерях уничтожения за кратчайший срок убили огромное число евреев, а потом избавились от трупов, не оставив никаких следов. Если это верно, то преступники должны были быть прекрасными техниками и в качестве таковых, разумеется, использовать максимально эффективное оружие преступления.

В 1957 году английские учёные, изучая воздействие выхлопных газов дизельных моторов, поставили опыт на животных. Результаты были следующими. При небольших нагрузках эти газы вообще не вызывали у подопытных животных никаких признаков отравления. Тогда была сымитирована большая нагрузка: подача кислорода в дизельный мотор была уменьшена настолько, насколько возможно при условии, чтобы мотор не остановился.

После того, как газовая камера была заполнена выхлопным газом, его воздействию подверглись 40 мышей, 4 кролика и 10 морских свинок. Только через 3 часа 20 минут умерло последнее из несчастных животных. Для сравнения: согласно Герштейну, после запуска дизельного мотора проходило 32 минуты, прежде чем умирала последняя жертва в газовых камерах Белжеца.

Студентка: Может быть, нацисты не знали о сравнительной безвредности выхлопных газов дизельных моторов?

Ф. Брукнер: Я бы попросил! Германия не была слаборазвитой страной. С 1928 года при добыче угля в её шахтах использовались дизельные моторы, так как их выхлопные газы можно было просто выпускать в шахту без риска.

Ещё один момент. Известны случаи самоубийств с помощью выхлопных газов, но эти самоубийцы сплошь и рядом используют выхлопные газы моторов, работающих на бензине, и лишь в одном-единственном случае человек покончил с собой с помощью выхлопных газов дизельного мотора. Речь идёт о 83-летнем старике с больным сердцем, который надышался выхлопных газов дизельного мотора своего автомобиля.

Но непосредственной причиной смерти стало не отравление моноокисью углерода: этот человек долго вдыхал копоть, и она закупорила его лёгкие. Об этом случае в 1998 году сообщил один английский журнал по судебной медицине. Автор статьи писал, что данный случай, насколько ему известно, уникален: никогда прежде он не слыхал о смертельном отравлении выхлопными газами дизельного мотора.

А национал-социалисты якобы убили этими газами более полутора миллионов людей в трёх лагерях смерти!

Студент: Вероятно, должно было пройти несколько часов, прежде чем запертые в камере умерли бы от отравления моноокисью углерода или копотью. Перед лицом этих голых фактов история с дизелями, разумеется, выглядит неправдоподобной. Почему немцы использовали для массовых убийств дизельные моторы, если каждый специалист знал, что моторы, работающие на бензине, гораздо эффективней?

Ф. Брукнер: Ещё эффективней, чем эти моторы, были, кстати, газогенераторы, на которые с 1942 года был переведён весь парк немецких грузовых автомобилей в связи со всё более острой нехваткой бензина. К концу войны по Европе разъезжали сотни тысяч грузовиков с такими генераторами.

Генераторный газ получается в простых котлах из дерева. Этот газ почти не содержит кислорода, а моноокиси углерода в нём — от 18 до 35 %. Как подчеркнул Фридрих Берг в своей вышеупомянутой статье 1984 года, эти грузовики могли бы быть отличным орудием убийства. Все знали об опасности их генераторных газов, которые к тому же с большим успехом использовались для уничтожения крыс и прочих вредителей. Однако ни один свидетель и ни один историк не упоминает об использовании этих автомобилей для убийства людей.

Студентка: Следовательно, эти машины не идентичны так называемым «душегубкам», в которых якобы было убито множество людей в СССР?

Ф. Брукнер: Совершенно однозначно, нет. Об этих «душегубках», которые в Германии называют «газовыми автомобилями», мы позже ещё поговорим.

Итак, можно считать доказанным фактом, что национал-социалисты к тому моменту, когда якобы начались массовые убийства в лагерях «акции Рейнхардт», располагали десятками тысяч потенциальных орудий убийства на колёсах, генераторными газами которых можно было убивать огромное количество жертв за несколько минут, но никогда их не использовали. А вместо этого выбрали столь неподходящее орудие убийства, как дизельный мотор. Блажен, кто верует.

Студент: Почему официальная история так упорно придерживается версии, что дизельный мотор был истинным орудием убийства?

Ф. Брукнер: Потому, что главный свидетель Курт Герштейн четырежды называет это орудие убийства в своём признании, а также потому, что оно упоминается в судебных актах двух проходивших в середине 60-х годов в ФРГ процессов. Правда, второй по важности свидетель по этому делу, Рудольф Редер, говорил не о дизельном моторе, а о моторе, работающем на бензине.

Студентка: Почему же тогда историки опираются в первую очередь не на достоверные показания Р. Редера, а на недостоверные показания К. Герштейна?

Ф. Брукнер: Насколько достоверны показания Р. Редера, мы сейчас увидим. По его словам, он 16 августа 1942 года вместе с 5000 других евреев был депортирован в Белжец и при этом, единственный из этих 5000, не был сразу же отправлен в газовую камеру, а использован для рытья общих могил. Члены команды могильщиков каждый день подвергались отбору: тех, кто был слишком истощён, убивали и заменяли новичками.

Через три месяца, т. е. в ноябре 1942 года, один эсэсовец поехал на автомобиле за покупками и взял Редера с собой. По дороге эсэсовец заснул, и наш счастливчик смог бежать. В 1946 году вышла его книга «Белжец», в которой он описал свои похождения. При допросе в Комиссии по расследованию немецких преступлений в Польше он так описал процесс массового уничтожения:

«Я не могу точно сказать, какой химический процесс использовался для убийства людей в камерах Белжеца. Знаю только, что из моторного помещения к каждой газовой камере шла труба диаметром в один дюйм. Концы этих труб находились в отдельных камерах. Я не могу сказать, подавались ли по этим трубам в камеры какие-нибудь газы или с их помощью воздух в камерах сжимался или откачивался из камер.

К тому моменту, когда открывались двери, я часто находился у ската, но никогда не ощущал какого-либо запаха, и если я входил в камеры сразу же после открытия дверей, это никогда не имело вредных последствий для моего здоровья.

Трупы в камерах не были неестественно бледными. Они выглядели, как живые люди, у большинства были открыты глаза. Только на немногих трупах были пятна крови. Когда камеры открывали, воздух внутри был чистым, ясным и не имел запаха, в частности, запаха выхлопных газов мотора. Газы от мотора выводились непосредственно в атмосферу, а не в камеры».

Студент: Если газ от мотора выводился непосредственно в атмосферу, а не в камеры, то для чего вообще был нужен мотор и от чего умирали люди в камерах?

Ф. Брукнер: Р. Редер сам сказал, что он этого не знает.

Студентка: Было бы весьма интересно поговорить с этим Р. Редером и «потрясти» его.

Студент: Думаешь, он ещё жив?

Студентка: Если из 5000 евреев пощадили одного его, и если он три месяца ежедневно проходил селекцию, он был, наверное, молод и силён, как бык. Поэтому вполне возможно, что он ещё жив.

Ф. Брукнер: Вынужден вас разочаровать: вы не сможете взять интервью у господина Р. Редера. Если бы он был жив, ему было бы сегодня 126 лет, и он был бы самым старым человеком в мире. Он родился 4 апреля 1881 года, так что, к моменту его прибытия в Белжец ему был 61 год.

Студент: Вот это да! Вторым по важности свидетелем массового убийства сотен тысяч людей в лагере Белжец считается человек, который в возрасте 61 года единственный из 5000 евреев был откомандирован на тяжёлые физические работы, пережил потом 90 селекций и по словам которого выхлопные газы мотора выводились не в газовые камеры, а в атмосферу!

Ф. Брукнер: Насколько достоверны показания Р. Редера можно судить по тому, что во время допроса 22 сентября 1944 года он заявил советскому прокурору Львовской области, что в Белжеце были убиты газом три миллиона человек.

Студент: А самый главный свидетель по делу Белжеца Курт Герштейн говорит о 20–25 миллионах убитых газом в разных лагерях, называет совершенно неподходящее орудие преступления и утверждает, будто в газовых камерах умещались 28–32 человека на одном квадратном метре! Я всё больше прихожу к убеждению, что официальные историки Холокоста — недостаточно умны.

Ф. Брукнер: Могу ли я просить вас проявить немного больше уважения к сиятельным корифеям исторической науки? Я хотел бы указать вам на одного человека, который уже несколько лет считается своего рода мини-звездой на тверди Холокоста, отвергая при этом показания и К. Герштейна, и Р. Редера, как недостоверные.

Это английский еврей Майкл Трегенца, который утверждает, что изучал вопрос о Белжеце несколько десятилетий. Плодом этих исследований стала статья, напечатанная в 2000 году в одном сборнике, где М. Трегенца высказывает мнение, что показания Р. Редера и К. Герштейна «противоречивы» и содержат «логические короткие замыкания».

Студент: Похоже, один слепой прозрел.

Ф. Брукнер: Ошибаетесь. В той же статье М. Трегенца пишет, что в Белжеце были убиты не 600 000 евреев, как обычно считают, а гораздо больше, возможно — до миллиона. То, что этот миллион евреев, по его же словам, убили максимум 15 эсэсовцев — притом за девять месяцев! — верх бессмыслицы.

Студентка: Здесь действительно можно только посмеяться. На какие же свидетельства ссылается этот признанный талант, если он считает показания Р. Редера и К. Герштейна недостоверными?

Ф. Брукнер: На показания бывших членов лагерного персонала во время проведённого в 1965 году процесса и на разговоры, которые он вёл с жителями деревни Белжец через несколько десятилетий после войны.

Студент: Но это просто несерьёзно. Если в Белжеце были убиты миллион, или 600 000, или 434 000 человек и их трупы сначала похоронили, а потом снова вырыли и сожгли под открытым небом, следы этого неизбежно должны были остаться на территории лагеря. Так есть такие следы или нет?

Ф. Брукнер: Именно на этом вопросе мы сейчас и остановимся.

Археологические исследования в Белжеце

Ф. Брукнер: Единственная до сих пор серьёзная попытка апологетов официальной истории Холокоста добыть вещественные доказательства имевших место, по их утверждению, массовых убийств в одном из т. н. «лагерей уничтожения» относится к 2000 году. За три года до этого польский «Совет хранения памяти о борьбе и мученичестве» принял мудрое решение: не довольствоваться больше свидетельскими показаниями, а организовать на территории бывшего лагеря Белжец, где теперь находится только чистое поле, поиск описанных свидетелями массовых захоронений, а также остатков газовых камер.

С 1997 по 1999 годы группа археологов Торуньского университета, которой руководил проф. Анджей Кола, провела раскопки, состоявшие из четырёх этапов и длившиеся в общей сложности 90 дней. Доклад о полученных результатах А. Кола опубликовал в 2000 году.

В третьей главе своей вышедшей в 2004 году книги о Белжеце Карло Маттоньо даёт подробный анализ экспертизы А. Колы. Тем, кто хотел бы сравнить методы работы ортодоксальных историков и ревизионистов, я рекомендовал бы при случае прочесть обе эти книги.

Прежде чем мы перейдём к вопросу о мнимых массовых убийствах в Белжеце, предпошлём им ряд фактов, которые ревизионисты не оспаривают, так как они документально подтверждены.

В июне 1940 года руководство Германского Рейха решило вырыть большой противотанковый ров между реками Буг и Сан на границе между Генерал-губернаторством и Советским Союзом. При этом на принудительных работах использовались 15 000 евреев, которые были размещены в целой сети из десяти лагерей; 2500 из них были отправлены в Белжец, который весной того же года короткое время использовался также, как лагерь для интернирования цыган.

20 сентября 1940 года Трудовое управление Люблина выпустило «Объявление для еврейского населения Люблина», в котором говорилось, что евреи, которые не зарегистрируются в Трудовом управлении, будут «сразу же отправлены в рабочий лагерь Белжец».

Студентка: Значит, существование этого лагеря не было тайной?

Ф. Брукнер: Было бы невозможно скрыть существование целой сети рабочих лагерей. Условия в этих еврейских лагерях были скверными. В «Докладе о результатах посещения врачами лагерей группы Белжец» немецкие врачи подвергли их состояние резкой критике. С евреями, писали они, плохо обращаются, гигиенические условия катастрофические и т. п.

Правда, уже в конце октября еврейский рабочий лагерь Белжец был распущен, и заключённые из Варшавы и Радома смогли вернуться в свои родные города, остальных использовали для строительства дорог в других местах.

Студент: Значит, по крайней мере, осенью 1940 года политика истребления не проводилась?

Ф. Брукнер: Но этого никто и не утверждает. «Лагерь уничтожения», от которого не сохранилось почти никаких документов, якобы был открыт на территории бывшего рабочего лагеря только в середине марта 1942 года и действовал до середины декабря. Сегодня территория лагеря обнесена забором. Его площадь — 6, 2 гектара.

Студентка: Такой маленький лагерь мог принять лишь часть тех 434 000 человек, которые были отправлены туда в течение девяти месяцев. Что же произошло с депортированными, если их не уничтожили?

Ф. Брукнер: Именно это мы и пытаемся выяснить. В Белжеце якобы были два здания для убийства газом, но они работали не параллельно, а по очереди: первое разобрали в июне 1942 года и заменили вторым.

Единственный свидетель, поляк по имени Станислав Козак, 14 октября 1945 года, на допросе местному следователю дал ряд конкретных сведений о первом здании, в постройке которого он, по его словам, участвовал вместе с двадцатью другими поляками (кстати, когда здание было готово, от этих двадцати поляков не избавились, как от «опасных свидетелей», а отпустили их домой). Это здание, по утверждениям С. Козака, было деревянным, занимало площадь 12 х 8 м и разделялось на три помещения, в каждом из которых находилась печь весом около 250 кг, соединенная с водопроводной трубой.

Студентка: Непонятно, зачем нужны в газовой камере печь и водопроводная труба?

Ф. Брукнер: Об этом мы поговорим позже. Существование этих печей и водопроводных труб поможет нам понять истинное назначение лагеря Белжец.

Студент: Как подавались в камеры выхлопные газы, вырабатываемые мотором?

Ф. Брукнер: Об этом С. Козак умолчал, но информацию об этом добавил два дня спустя, 16 октября 1945 года, некий Михал Кусмерчак. Он, правда, не утверждал, что сам наблюдал убийства газом, а говорил лишь, что слышал об этом от одного свидетеля. Мотор якобы находился в 30 м от здания и был зарыт в землю на глубину трёх метров. От его выхлопной трубы в камеры барака вели трубы диаметром 2,5 дюйма.

Почему мотор был так удалён от здания и зарыт на три метра в землю, ни один здравомыслящий человек понять не может, но Майкл Трегенца принимает эту бессмыслицу всерьёз. К статье о Белжеце своего соотечественника Робина О’Нейла он приложил чертёж, на котором видны «мотор для подачи газа, находящийся в яме» и «подземные газовые трубы».

Согласно показаниям С. Козака, это первое здание для убийства газом находилось в южной части лагеря, вблизи от железной дороги. При раскопках группа проф. А. Колы, разумеется, искала в этой зоне остатки здания и действительно их нашла: были откопаны устои бетонного здания площадью 26 х 12 м, разделённого, минимум, на шесть одинаковых помещений площадью примерно 16,6 х 3,8 м каждое. Шестое помещение было дополнительно разделено на два меньших.

Так как через здание проходил канал длиной 6 м, А. Кола пришёл к напрашивающемуся выводу, что речь идёт о яме для ремонта автомобилей и что это здание было гаражом. Однако через восемь страниц он вдруг пытается выдать то, что только что было гаражом, за «первое здание для убийства газом».

Студентка: Но это невозможно уже по той причине, что последнее, по С. Козаку, было деревянным, делилось не на шесть, а на три части и имело площадь не 26 х 12 м., а 12 х 8 м.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Теперь о втором здании. Опираясь на описания разных свидетелей, суд ФРГ на процессе по делу Белжеца 18–21 января 1965 года установил, что в этом случае речь шла о «массивном каменном здании с шестью газовыми камерами площадью 4 х 5 м».

Студент: Опять это нелепое деление здания на шесть камер! Вы можете себе представить, насколько это затруднило бы процесс уничтожения! Если действительно надо было убить несколько сот тысяч людей за девять месяцев, следовало бы действовать рациональней.

Ф. Брукнер: Конечно! Кстати, свидетель номер один по делу Белжеца Курт Герштейн говорил не о шести и не о трёх, а о четырёх камерах — полнейшая неразбериха. Но вернёмся к результатам раскопок. Польские археологи нашли остатки шести зданий, в том числе одного, которое А. Кола обозначил буквой «G». Речь идёт о деревянном прямоугольном строении площадью 3,5 х 15 м.

Поскольку оно находилось на севере территории лагеря, там, где по показаниям свидетелей помещались «газовые камеры второго этапа», А. Кола и его коллеги сделали вывод, что здание G «вероятно» и было этим зданием для убийства газом.

Исходя из догматической предпосылки, что второе здание должно существовать, поскольку это подтверждено свидетелями, команда археологов и в этом случае закрыла глаза на очевидный факт: если это здание было каменным и имело площадь (6 х 4 х 5) = 120 м2, оно никак не могло быть идентичным деревянному зданию площадью около 52,5 м2.

Честней, чем А. Кола, поступает в этом случае Робин О’Нейл, как и Майкл Трегенца — мини-комета на небе Холокоста, который поддерживал команду археологов в их поисках. Он пишет:

«Мы не нашли никаких следов бараков для убийства газом ни на первом, ни на втором этапе строительства лагеря».

Как по вашему мнению объясняет О’Нейл это обстоятельство?

Студент: Несомненно, тем, что немцы замели все следы этих зданий.

Ф. Брукнер: Вы попали в точку. Я вижу, у вас постепенно вырабатывается иммунитет на образ мышления и аргументацию ортодоксальных историков Холокоста.

Перейдём теперь к массовым захоронениям. Трупы убитых в Белжеце, начиная с марта 1942 года, якобы постоянно зарывались в такие массовые могилы, но сразу же после прекращения убийств в газовых камерах в середине декабря 1942 года эти могилы пришлось разрыть и начать сжигание трупов под открытым небом. Потом пепел и остатки костей ссыпали в могилы и снова их зарыли.

Студентка: Если немцы не построили в Белжеце крематориев, почему они сразу не сожгли трупы под открытым небом, вместо того чтобы предварительно их зарывать? Кстати, сжигание сотен тысяч трупов, особенно зимой, связано со сложнейшими техническими проблемами. Надо было бы месяцами поддерживать огромный костёр, видный издалека.

Ф. Брукнер: И разведка польского Сопротивления, которая необыкновенно активно работала всю войну, сразу же узнала бы об этом и передала бы сообщение польскому эмигрантскому правительству в Лондоне. Но ничего подобного не произошло; нет ни одного соответствующего доклада, из чего можно заключить, что такой грандиозной акции сожжения трупов просто не было. О технических проблемах массового сожжения трупов на открытом воздухе мы будем подробно говорить в связи со следующим «лагерем уничтожения», Треблинкой.

В книге Рудольфа Редера «Белжец» имеется сделанный чертёжником И. Бау со слов автора эскиз лагеря. Как видите, на нём изображены 32 могилы, все расположенные на территории лагеря. Шесть из них — в два ряда по три — находятся к северу от газовых камер, остальные 26 — в два ряда по 13 — на юге лагеря.

Правда, Р. Редер говорил в 1945 году в заявлении перед Еврейской исторической комиссией не о 32, а о 30 могилах. Он пояснил тогда: «Одна могила была длиной 100 м и шириной 25 м. В отдельной могиле были захоронены около 100 000 людей. В ноябре 1942 года было 30 могил, т. е. три миллиона трупов».

Прикиньте, какой должна быть площадь этих могил.

Студент: (100 м. х 25 м х 30) = 75 000 м2 = 7,5 гектаров. Но вы сказали, что лагерь Белжец имел площадь всего 6,2 гектара. Значит, могилы должны были занимать большую площадь, чем весь лагерь.

Ф. Брукнер: Правильно. Теперь о докладе А. Колы. Польские археологи при поиске массовых захоронений действовали следующим образом. С помощью ручного бура диаметром 65 мм и длиной 6 м, который, используя насадку, можно было удлинить до 8 м, на территории лагеря были просверлены 2227 отверстий и в каждом отверстии были взяты пробы земли. Изменение состава почвы указывает на её перемещения и, тем самым, — на существование могил.

В 236 отверстиях были сделаны находки, и в двух разных частях лагеря археологи наткнулись на 33 могилы, обозначенные, как «массовые захоронения» общей площадью 5919 м2 и общим объемом 21 310 м3. Ещё до публикации доклада А. Колы Робин О’Нейл в своей уже цитировавшейся нами статье показал расположение могил и их форму. Посмотрите на этот чертёж и скажите, что вы об этом думаете.

Студент: Могилы беспорядочно разбросаны по всему лагерю и имеют самые странные формы. Расположение, описанное Р. Редером, — ровные сдвоенные ряды одинаковых размеров и одного направления — так было бы логичней.

Ф. Брукнер: Карло Маттоньо иронично заметил, что коменданта лагеря, который приказал бы таким образом расположить массовые захоронения, сразу расстреляли бы за саботаж. Перейдём к вопросу, какое максимальное количество трупов могло быть захоронено в могилах, локализованных А. Колой.

Изучив массовые захоронения в Гамбурге (после англо-американской террористической бомбёжки в июле 1943 года), в Катыни (месте массового расстрела НКВД польских офицеров в 1940 году) и Берген-Бельзене (после массовых смертей от эпидемий в начале 1945 года), канадский специалист по аэрофотосъемке Джон Болл пришёл к выводу, что в одном кубометре могут быть захоронены максимум шесть трупов.

Поскольку, можно предположить, что в «лагерях уничтожения» среди жертв было много детей, мы будем исходить из количества восьми трупов на кубометр.

С учётом того факта, что общий объём открытых А. Колой и его группой могил достигает 21 310 м3, в них теоретически могли быть захоронены максимум (21 310 х 8) = 170 480 трупов. Какой вывод вы бы сделали, исходя из этих фактов?

Студент: Что Белжец действительно был лагерем уничтожения, но не полного уничтожения, как утверждают официальные историки. Согласно процитированному вами документу, в Белжец были депортированы 434 000 евреев. Из них около 170 000 могли быть похоронены в массовых могилах. Это означает, что остальные 264 000 покинули лагерь живыми. В Белжеце были селекции, как и в Освенциме и Майданеке. Неработоспособных евреев убивали, а работоспособных отправляли куда-либо на принудительные работы.

Ф. Брукнер: Вам не откажешь в логике, но есть возражение против этого тезиса. В действительности в могилах захоронена лишь часть теоретически возможного максимума 170 000 трупов.

Как сообщает А. Кола, в десяти из 33 могил были найдены несожжённые трупы, «как правило, в нижних частях». Самый толстый слой найденных трупов имел высоту 75 см, хотя большинство могил имело глубину 4–5 м. В остальных 23 могилах были найдены лишь небольшие количества человеческого пепла и древесной золы, основная часть состояла из грунта и песка.

Студент: Во-первых, как объяснить наличие несожжённых трупов? Во-вторых, зачем немцы вырыли столько могил, если это не было нужно?

Ф. Брукнер: По первому пункту, К. Маттоньо выдвигает вполне правдоподобную гипотезу, что несожжённые трупы относятся к 1940 году, когда на территории будущего «лагеря уничтожения» ещё существовал рабочий лагерь. По второму пункту. Найденные при пробных бурениях могилы большей частью вообще не были массовыми захоронениями и вырыты не немцами, а возникли лишь в послевоенное время. 11 апреля 1946 года прокурор Замостья сообщал следующее:

«В настоящее время зона лагеря совершенно опустошена окрестным населением в поисках ценных предметов. Вследствие этого на поверхности земли оказались пепел человеческих трупов, зола, обугленные кости, а также кости, обугленные лишь частично».

Проф. А. Кола пишет в своём докладе:

«…Нарушения археологических структур вызвано интенсивными раскопками сразу после войны, когда местное население искало ювелирные изделия. Эти факты мешают археологам точно определить размер могил, в которых были зарыты трупы».

Студентка: Это проливает свет на факт разбросанности и неправильности форм ям.

Ф. Брукнер: Вот именно. А. Кола подчёркивает, что во многих случаях разные «могилы» были соединены друг с другом, так как стенки между ними были разрушены.

Подведём итог. Треть могил содержит несожженные трупы, но они ни в одном случае не занимают более одной пятой их объёма. Там, где были найдены человеческие останки и пепел, они перемешаны с песком и грунтом.

С учётом этого можно с уверенностью утверждать, что теоретический максимум 170 000 трупов, которые могли быть похоронены в этих могилах, во много раз превышает их действительное число. К. Маттоньо считает, что в Белжеце погибли несколько тысяч, может быть, «несколько десятков тысяч» людей. Мне лично последняя цифра кажется завышенной, но я не могу её исключать.

А. Кола, М. Трегенца и О’Нейл пытаются выдать наличие несожжённых трупов и человеческих останков за доказательство массового уничтожения людей, но этот аргумент не выдерживает критики. Во-первых, многие заключённые могли умереть ещё в рабочем лагере Белжец, где условия были ужасными, а, во-вторых, из 434 000 евреев, отправленных в 1942 году в Белжец, несколько тысяч, несомненно, умерли от сыпного тифа и других болезней.

Студентка: Если бы могилы раскопали, это позволило бы установить хотя бы приблизительное число жертв.

Ф. Брукнер: Да, но ни одна могила не была разрыта и ни один труп не был эксгумирован. Раскопки производились только там, где бурение выявило наличие построек; хотели, наконец, найти газовые камеры. В случае с массовыми захоронениями довольствовались лишь бурением и не брались за лопаты.

Студент: Неужели могилы не разрывали и трупы не эксгумировали? Это невероятно!

Ф. Брукнер: Когда немцы в апреле 1943 года узнали от местного населения о существовании массовых захоронений в Катыни, они разрыли их и эксгумировали трупы 4143 польских офицеров, расстрелянных НКВД. В июне 1943 года они эксгумировали в Виннице трупы 9432 украинцев, убитых накануне войны большевиками.

Как в Катынь, так и в Винницу были приглашены многочисленные, частично иностранные комиссии и судебные эксперты, которые исследовали могилы и трупы, которые потом опубликовали подробные документы с именами жертв и данными медицинской экспертизы. Почему поляки не стали разрывать могилы?

Студент: Есть лишь одно объяснение: выборочное бурение, без всяких сомнений, показало, что число несожжённых трупов, а также пепла и человеческих останков слишком невелики, чтобы подтвердить тезис о лагере уничтожения.

Ф. Брукнер: Правильно. Книга А. Колы содержит 37 цветных фотографий находок, найденных в Белжеце, на которых виден всякий ненужный хлам: монеты, подковы, ключи, ржавые ножницы, осколки стекла, но ни одного трупа и ни единой части трупа.

Студентка: Так что представители ортодоксальной истории Холокоста забили гол в собственные ворота, когда дали задание провести эти раскопки?

Ф. Брукнер: Именно так. Нелепости свидетельских показаний и неподходящее орудие убийства — дизельные моторы — с самого начала делали официальную историю Белжеца совершенно неправдоподобной, но с абсолютной точностью её опровергла только экспертиза А. Колы.

Она показала, во-первых, что описанных свидетелями газовых камер не было, а, во-вторых, что на лагерь Белжец приходится лишь малая часть официального числа жертв. Карло Маттоньо прав, когда он пишет в конце своей книги, что открытия польских археологов позволяют сделать решающий прорыв к истине, но не к официальной версии.

Студент: Итак, Белжец не мог быть лагерем уничтожения. Но и рабочим лагерем он не мог быть, так как был слишком мал для того, чтобы в нём могли одновременно поместиться 434 000 депортированных туда людей. Чем же он был?

Ф. Брукнер: Прошу вас, ответьте сами на свой вопрос. Есть лишь один вариант.

Студент: Пересыльный лагерь?

Ф. Брукнер: Вот именно. Позже, когда мы будем говорить о национал-социалистической политике переселения евреев, я представлю вам неопровержимые доказательства этого.

Белжец: происхождение мифа

Студентка: Господин Брукнер, меня зовут Марина, и у меня есть к вам вопрос.

Ф. Брукнер: Пожалуйста.

Студентка: Разумеется, из изложенного вами явствует, что число жертв Белжеца непомерно завышено. Тем не менее, не вызывает сомнения, что там имели место убийства с использованием газа.

Ф. Брукнер: Прошу вас, обоснуйте это своё убеждение.

Студентка: Я не могу вам представить документальные или судебные доказательства, и, разумеется, ясно, что такие свидетели, как Герштейн и Редер, не заслуживают доверия. Но ведь нет дыма без огня. Не может быть, чтобы какие-то люди просто выдумали историю про газовые камеры.

На мой взгляд, Герштейн в Белжеце действительно присутствовал при убийстве газом, но, будучи человеком со слабой психикой, он потом раздул всё это до чудовищных размеров. Вероятно, он лгал не умышленно, а просто воспроизводил в утрированном виде действительные переживания.

Ф. Брукнер: К такому выводу приходят многие при первом знакомстве с аргументами ревизионистов. Они полагают, что история про газовые камеры должна содержать в себе, как минимум, каплю истины, даже если число жертв преувеличено. Я излечу вас от этого заблуждения, продемонстрировав, как возникла история про газовые камеры.

О лагере Белжец, уже вскоре после его открытия, начали ходить самые дикие слухи. 8 апреля 1942 года польское движение Сопротивления передало следующее сообщение:

«Среди евреев ужас и отчаяние. Мы знаем теперь, что ежедневно в Белжец прибывает один состав из Люблина, другой из Львова, каждый по 20 вагонов. Евреев высаживают из вагонов, уводят за забор с колючей проволокой и убивают электрическим током или ядовитым газом; трупы потом сжигают».

Студентка: Электрическим током? Но это совершенно новый вариант убийства.

Ф. Брукнер: Этот вариант преобладал в прессе в течение трёх лет. Об убийстве газом говорилось лишь в очень немногих из ужасных историй о Белжеце, которые распространяли одновременно польское движение Сопротивления и еврейские круги, и ни в одном случае не упоминался дизельный мотор. Почти всегда говорилось, что евреев убивали током. Например. 12 февраля 1944 года, более чем через год после закрытия лагеря Белжец, можно было прочесть в «Нью-Йорк таймс»:

«Стокгольм, Швеция, 11 февраля (АП). Один молодой польский еврей, который благодаря фальшивым документам не стал жертвой массовых казней в Польше, повторил сегодня историю, согласно которой немцы в Восточной Польше, в старых русских укреплениях устроили «фабрику уничтожения».

Евреев нагишом загоняют на электрическую плиту, которая работает, как гидравлический лифт, и опускают её в огромный резервуар с водой, пока жертвы не оказываются в воде по шею. Их убивают током через воду. Потом лифт поднимает трупы в расположенный выше крематорий, — сказал этот молодой человек».

С поэтической фантазией описал подземную электрическую установку для казней венгерский еврей д-р Штефан Сенде в книге, которая вышла в Стокгольме в 1944 году на шведском языке и год спустя была переведена на английский и немецкий языки. Я цитирую немецкое издание, которое вышло под названием «Последний еврей из Польши»:

«Даже для уничтожения клопов и вшей требуется определённая техника. И никто не может усомниться в том, что немцы — технически высоко одарённый народ. Среди них есть инженеры смерти. Они получили от фюрера и главы СС задание решить техническую проблему. И они решили эту проблему, и сделали это великолепно (…)

Человеческая мельница занимает пространство диаметром около 7 километров (…) Набитые евреями поезда въезжают через туннель в подземные помещения места казней (…) У них отбирают всё. Вещи аккуратно сортируются, инвентаризируются и, конечно, используются в целях расы господ. Чтобы избавиться от этой сложной и отнимающей много времени работы, все составы стали позже загружать голыми людьми.

Голых евреев доставляют в огромные залы, которые могут вмещать несколько тысяч человек за один раз. В них нет окон, они металлические, с опускаемым полом. Пол этих залов с тысячами евреев опускается в расположенный ниже бассейн с водой настолько, чтобы люди на металлической плите не совсем ушли под воду. Когда вода поднимается выше бёдер стоящих на этой плите евреев, через неё пропускается сильный электрический ток. Через несколько мгновений все евреи мертвы — тысячи за один раз.

Затем металлический пол поднимается из воды. На нём лежат трупы казнённых. Включается другая линия подачи тока, и металлическая плита превращается в гроб крематория, раскаленный докрасна, и от всех трупов остаётся один пепел. Потом мощные краны поднимают этот огромный гроб и высыпают пепел. Большие фабричные трубы выпускают дым. Процедура завершена. Следующий поезд с новыми евреями уже ждёт у въезда в туннель.

Отдельные поезда доставляли от трёх до пяти тысяч, иногда и больше евреев. Бывали дни, когда по линии на Белжец проходили 20 и более таких поездов. Таков триумф современной техники при нацистском режиме. Проблема казни миллионов людей решена».

Студентка: Если в Белжец часто прибывали более 20 поездов с более чем 5000 евреев, это значит, что в дни-пик там убивали более чем по 100 000 евреев. Эдак можно было истребить шесть миллионов евреев за два месяца, и другие лагеря уничтожения не понадобились бы.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Само собой, от этой человеческой мельницы диаметром 7 км не осталось ни малейших следов.

Студент: Интересно, был ли хоть один человек, который верил в эту чушь?

Ф. Брукнер: А чем признания Герштейна с его 20–25 миллионами убитых и 28–32 узниками, спрессованными на одном квадратном метре газовой камеры, достоверней рассказа Ш. Сенде? Разница лишь в том, что о Ш. Сенде уже несколько десятилетий никто больше не говорит, тогда как Герштейн всё ещё фигурирует в исторических трудах и до сих пор считается главным свидетелем по Белжецу.

К числу последних, кто ещё верил, что орудием убийства был ток, принадлежал Симон Визенталь, который ещё в 1946 году писал:

«Люди, спрессованные эсэсовцами, подгоняемые латышами и украинцами, вбегали через открытые ворота в «баню», которая могла вместить 500 человек за один раз. Пол этой «бани» был металлическим, а с потолка свисали лейки душа. Когда помещение заполнялось, эсэсовцы включали в металлической плите сильный ток, 5000 вольт. Короткий крик, и казнь закончена».

Что, по С. Визенталю, происходило с трупами, вы уже знаете из прошлой лекции: их перерабатывали на «мыльной фабрике Белжец» в мыло под названием RIF — «чисто еврейский жир».

Впоследствии на описанные многочисленными свидетелями установки для казни током в Белжеце ортодоксальная история опустила завесу молчания. Если вы прочтёте классические труды по Холокосту, такие, как «Энциклопедия Холокоста» или «Уничтожение европейских евреев» Хильберга, вы не найдёте в них об этом ни слова.

Читатели не должны задумываться над тем, что первые рассказы о лагерях резко отличаются от позднейшей официальной версии. Тщательно замалчивается и другая ходившая во время войны история о поездах смерти с известью, заслуга в распространении которой принадлежит в первую очередь поляку (не еврею) Яну Карскому.

Студент: Ян Карский? Он умер пару лет назад. В некрологе говорилось, что он во время войны тщётно пытался обратить внимание мира на Холокост.

Ф. Брукнер: Поздравляю, у вас хорошая память. Ян Карский умер в 2000 году. Во время Второй мировой войны он участвовал в польском движении Сопротивления. Его специальностью была «чёрная пропаганда» — т. е. дезинформация — среди немецких солдат. После войны он считался одним из главных свидетелей Холокоста и великим героем антифашистского Сопротивления, но ни единым словом не упоминали о том, что этот великий герой рассказывал во время самой войны.

В 1944 году он написал книгу «История тайного государства», в которой утверждал, будто в начале октября 1942 года по заданию Бунда, еврейской социалистической организации, он ездил «в город Белжец примерно в ста милях к востоку от Варшавы», где немцы уничтожили «бывших обитателей Варшавского гетто».

Но обитатели Варшавского гетто были депортированы не в Белжец, а в Треблинку, и Белжец находится примерно в 300 км к юго-востоку от Варшавы. Убийство евреев Я. Карский описывал следующим образом:

«А потом произошел самый ужасный эпизод. Руководитель Бунда предупредил меня, что даже если я доживу до ста лет, я никогда не забуду некоторые увиденные мною вещи. Он не преувеличивал (…) Немцы приказали посадить в каждый вагон 120–130 евреев (…) Пол вагона был покрыт толстым слоем белого порошка. Это была негашёная известь (…) Тот, кто видел, как перемешивают цемент, знает, что происходит, когда на известь выливают воду. Смесь пенится и испаряется, когда порошок соединяется с водой, и образуется большое количество тепла (…)

Влажная плоть, которая входит в контакт с известью, обезвоживается и быстро сгорает. Узники вагонов быстро буквально сгорали, так как мясо у них слезало с костей (…) Мои информаторы точно описали мне весь этот рейс. Поезд проехал примерно 80 миль и потом остановился в чистом поле. Потом будто ничего не происходило. Поезд стоял и терпеливо ждал, пока смерть доберётся до всех его уголков.

Это длилось от двух до четырёх дней. Когда известь, удушение и травмы заглушали последний крик, появлялась группа мужчин. Это были молодые, сильные евреи, которым поручали очистку. Под сильной охраной они отпирали вагоны и выбрасывали кучи обгоревших трупов. Гору мяса, которую они нагромождали, потом сжигали и останки зарывали в одну огромную яму».

Студент: И человек, который высосал из пальца такую несусветную чушь, считался одним из главных свидетелей Холокоста?

Ф. Брукнер: Именно так. В девятичасовом фильме «Шоа» французского режиссёра Клода Ланцмана, еврея по национальности, Я. Карский много рассказывает о своих различных «миссиях» во время войны, но не говорит ни слова о Белжеце.

В 1997 году он написал предисловие к новому изданию книги Рудольфа Редера «Белжец», но не упоминает там о своём мнимом посещении этого лагеря и не обращает внимание читателей на то, что его собственное описание этого лагеря отличается от описания Редера, как день от ночи.

Марина, вы высказали мнение, что история про газовые камеры обязательно должна была иметь под собой какую-то реальную основу, её нельзя было просто придумать. После того, как вы услышали о поездах смерти с известью, об установках для убийства током и о «мыльной фабрике Белжец», вы продолжаете считать, что у этих историй тоже есть реальная основа?

Студенткa: Конечно, нет.

Ф. Брукнер: Вот вам доказательство того, что подобные ужасные истории, от которых волосы встают дыбом, можно просто выдумать.

Студент: А когда официальная история остановила свой выбор на дизельных моторах?

Ф. Брукнер: Не сразу после окончания войны. Ещё во время Нюрнбергского процесса польское правительство представило официальный документ о «немецких преступлениях в Польше», который советские обвинители использовали на этом процессе. В нём говорилось, что в начале 1942 года в Белжеце были построены специальные сооружения для массового убийства евреев, которых нагишом загоняли в здание, через пол которого потом пропускали сильный ток.

На заседании Нюрнбергского процесса 19 февраля 1946 года советский обвинитель Смирнов зачитал документ, в котором повторялось это утверждение. Однако в 1947 году Эугениуш Шройт написал в информационном бюллетене Комиссии по расследованию немецких преступлений в Польше, что жертв убивали выхлопными газами, но ещё не уточнялось, что газами дизельных моторов.

Студент: Можно предположить, что после признания Герштейна электрический ток перестали считать орудием убийства?

Ф. Брукнер: По всей вероятности, да. 30 января 1946 года заместитель французского обвинителя на Нюрнбергском процессе Шарль Дюбо представил ряд документов, в том числе и подписанное Герштейном признание. На Западе оно, наряду с признанием первого коменданта Освенцима Рудольфа Гёсса, быстро стало главным доказательством истребления евреев. Поскольку Герштейн четыре раза говорил о дизельном моторе, для поляков стало невозможным держаться за свою прежнюю версию об убийстве током.

Студент: История про дизельный мотор лишь на первый взгляд кажется более правдоподобной, чем история об электрическом токе, пропускаемом через пол или плиту. Неспециалисты думают, что, поскольку дизельные моторы ужасно воняют, их выхлопные газы особенно смертельны.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Из трёх главных методов убийства, якобы применявшихся в Белжеце — с помощью тока, извести и выхлопных газов дизеля, — в конце концов выбрали тот, который выглядит наименее невероятным, причём, лишь через несколько лет после закрытия лагеря Белжец.

Треблинка: газовые камеры

Ф. Брукнер: Кому из вас известно имя Ивана Демьянюка? Вам, да?

Студент: Это был американец, родившийся на Украине, которого двадцать лет назад судили в Израиле по обвинению в массовом убийстве людей в концлагере, приговорили к смерти, но позже освободили.

Ф. Брукнер: Правильно. Демьянюк родился в 1920 году на Украине, в 1942 году попал в плен к немцам. Чтобы спастись от голода в лагере, он, как и многие его соотечественники, записался в добровольцы на сторону немцев и попал в украинскую национальную гвардию, которая сражалась против Красной армии под командованием генерала Шандрука. После войны он сначала жил в Германии, а потом эмигрировал в США, где начал новую жизнь, став рабочим автомобильного завода.

В середине 70-х годов он попал в поле зрения группы «охотников за нацистами». Группа американских следователей выехала в Израиль, где семь бывших узников Треблинки опознали в Демьянюке «Ивана Грозного», украинца, который обслуживал дизельный мотор газовых камер.

Вскоре после этого просоветская газета «Юкраиньен ньюс» опубликовала факсимиле служебного удостоверения из концлагеря Травники, где служили охранниками многие украинцы. Согласно этому удостоверению И. Демьянюк был в марте 1943 года откомандирован в Собибур. В середине 1987 года в США этот документ был подвергнут химическому анализу, который выявил в качестве компонента фотобумаги окись титана — химикат, который использовался в чёрно-белой фотографии только с конца 60-х годов.

Но к тому моменту И. Демьянюк уже находился в израильской тюрьме. Иммиграционные службы США сочли фотокопию этого документа достаточным доказательством, хотя, даже если бы он был подлинным, не доказывал бы пребывание Демьянюка в Треблинке, и распорядились выдать его Израилю.

Студент: А почему Израилю? Этого государства во время Второй мировой войны ещё не было.

Ф. Брукнер: С юридической точки зрения это была полная нелепость. Демьянюка могли бы выдать Польше, но ей он был не нужен. Только через десять месяцев после того, как И. Демьянюк был выдан Израилю, советская сторона предоставила американцам это удостоверение, которое, как позже выяснилось, было фальшивкой.

Студентка: А зачем СССР нужна была эта фальшивка?

Ф. Брукнер: И. Демьянюк в США принадлежал к националистической украинской и антикоммунистической организации. Дело Демьянюка предоставило Советскому Союзу возможность очернить всех украинских эмигрантов, как пособников нацистов и палачей.

Для Израиля последовавший показательный процесс был уникальным шансом подогреть истерию вокруг Холокоста и идеологически обработать молодое поколение; этот процесс в обязательном порядке изучали в израильских школах. Пятеро «переживших Холокост» заявили под присягой, что И. Демьянюк и есть «Иван Грозный», рассказывая леденящие кровь истории о его жестокости.

Свидетель Пинхас Эпштейн утверждал:

«Иногда он приходил с кинжалом, иногда со штыком, пробивал черепа, отрезал уши, издевался над заключёнными. В это невозможно поверить, но он стоял рядом с трупами и пялился на них. Я хотел бы сказать высокому суду, что это было ужасно — смотреть на трупы, когда их вытаскивали из камер.

Люди с разбитыми лицами, с колотыми ранами в животах, женщины со свисающими из них зародышами, молодые девушки с колотыми ранами, с выколотыми глазами (…) Он стоял там и смотрел на дела рук своих, на заколотых девушек с выдавленными глазами и отрезанными грудями, стоял и наслаждался этим зрелищем. Этот Иван был чудовищем с другой планеты».

Свидетель Элиаху Розенберг вспоминал:

«Я тоже видел, что у него был кинжал, я видел его с этими орудиями убийства, видел, как он бил, хлестал и резал жертв на входе в газовую камеру (…) Мы уже были там, в этом месте, и привыкли к ударам, но не к пыткам. Всемогущий Боже, зачем нужны были пытки? Зачем надо было вырезать мясо из живых людей? Никто не приказывал ему делать это, никто, он делал это по собственному побуждению. Я никогда не слышал, чтобы хоть один немец говорил ему, что он должен это сделать».

Свидетель Иехиль Рейхман показал:

«Я хочу рассказать, что случилось у колодца с моим другом Финкельштейном. Когда мы вместе с ним чистили зубы, подошёл этот дьявол Иван со сверлом и стал сверлить им дыры в ягодице Финкельштейна, приговаривая: «Если ты закричишь, я тебя застрелю» (…) Иван — это был сверхдьявол, сверхубийца из Треблинки».

В апреле 1988 года Иван Демьянюк был приговорён к смертной казни через повешение, но приговор не был приведён в исполнение. А в 1993 году он был освобождён и смог вернуться в США. Его израильский адвокат Иорам Шефтель, который позже написал книгу об этом процессе, обнаружил столько несоответствий и неточностей, что израильтяне не решились на казнь.

Вот одно из этих несоответствий: свидетель Элиаху Розенберг, когда он был ещё Элиасом Розенбергом, заявил в Вене 24 декабря 1947 года, что «Ивана Грозного» забили лопатами во время восстания заключённых в Треблинке 2 августа 1943 года.

Кроме того, И. Шефтель нашёл советские документы, в которых со ссылкой на свидетельские показания говорилось, что газовые камеры в Треблинке обслуживал некто Иван Марченко, пропавший без вести после войны.

Студентка: Стоп! Так «Иван Грозный» был забит лопатами 2 августа 1943 года или пропал без вести после войны?

Ф. Брукнер: Я не знаю. Этот пример наглядно показывает вам, чего стоят свидетельские показания, а всё дело И. Демьянюка — образец того, как можно с помощью сфальсифицированных документов, лгущих под присягой свидетелей и раздутой СМИ истерии объявить невинного человека чудовищем.

Тем местом, где «Иван Грозный» якобы совершал свои преступления, была Треблинка, второй лагерь «акции Рейнхардт». О нём мы теперь и поговорим. Исходная ситуация по многим пунктам весьма похожа на случай с Белжецем: например, о Треблинке также не сохранилось почти никаких документов.

Студент: Очевидно, нацисты уничтожили все компрометирующие их документы.

Ф. Брукнер: Даже если ревизионисты правы, и лагеря «акций Рейнхардт» действительно были пересыльными лагерями, национал-социалистам не делают чести ограбление евреев и отправка их в рабочие лагеря или гетто. Так что, вполне возможно, что немцы уничтожили документацию по Белжецу, Треблинке и Собибуру, как утверждает официальная история. Но могло случиться и так, что эти документы попали в руки держав-победительниц и те либо уничтожили их, либо спрятали, так как они противоречат официальной «правде» об этих лагерях.

Для исследователей Треблинка гораздо более простая тема, чем Белжец, потому что свидетелей во много раз больше, и многие из них дали очень точные описания убийства людей газом и сожжения трупов. В этих условиях гораздо легче доказать, осуществимо ли описанное технически, или нет.

Этому вопросу, не считая Фридриха Берга, работа которого о токсичности выхлопных газов дизельных моторов касается всех трёх лагерей «акции Рейнхард», уделили особое внимание три учёных-ревизиониста: Удо Валенди, Арнульф Ноймайер и Карло Маттоньо; книга последнего, написанная совместно с Юргеном Графом, является на сегодня самым обширным исследованием данного направления.

Студент: Ради объективности вам следовало бы указать и на классические работы официальных историков по Треблинке.

Ф. Брукнер: Здесь, в первую очередь, можно назвать книги Гитты Серени «В эту тьму» и Ицхака Арада «Белжец, Собибур, Треблинка. Лагеря смерти операции Рейнхардт».

Лагерь Треблинка состоял из двух секций: рабочего лагеря Треблинка I и т. н. лагеря уничтожения Треблинка II. Треблинка находится примерно в 80 км к северо-востоку от Варшавы, в 4 км от одноимённой деревни и менее чем в 2 км от реки Буг, на железнодорожной линии Остров Мазовецки-Седльце.

«Лагерь уничтожения» имел площадь около 14,5 га, т. е. был более чем вдвое больше Белжеца. Он был открыт 23 июля 1942 года и работал до августа 1943 года. Его узниками якобы были евреи из Варшавского гетто и других частей Польши, в меньшем количестве — евреи из гетто Терезиенштадт, Словакии, тогда болгарской Македонии и Греции.

После того, как Красная армия завоевала область вокруг Треблинки, к работе приступила советская комиссия. В своём докладе от 23 августа 1944 года она утверждала, что в этом лагере были убиты три миллиона человек.

Как и в случае с Белжецем, польские власти вскоре были вынуждены резко сократить это смехотворно преувеличенное число. В официальной литературе по Холокосту сегодня называется количество жертв от 750 000 до 912 000. Израильтянин Ицхак Арад называет в своей «классической работе» о лагерях «акции Рейнхардт» число жертв до 881 000.

Согласно данным всех авторов, большинство жертв приходится на первые два месяца существования этого лагеря смерти, так как потом туда прибывало гораздо меньше составов. Согласно Араду, до конца сентября 1942 года были убиты газом 491 000 евреев, с ноября 1942 по август 1943-го — ещё 390 000.

В Треблинке, как и в Белжеце, якобы были два здания для убийства газом. Первое имело три камеры площадью 4 х 4 м каждое. Так как их пропускная способность была недостаточной, немцам вскоре пришлось построить второе здание с десятью камерами по 8 х 4 м. В немецком — но не в русском — издании «Энциклопедии Холокоста» говорится, что это второе здание было построено между концом августа и началом октября 1942 года.

Я хотел бы, чтобы вы продумали сказанное мною. Даю вам пять минут…

Так, пять минут прошли. Кто хотел бы высказаться? Вы?

Студент: Меня зовут Владимир, я по образованию математик. Это значит, что я могу, во-первых, считать, а, во-вторых, мыслить логически. Описанные вами процессы в Треблинке — полный абсурд, этого просто не могло быть.

Ф. Брукнер: Почему?

Студент: Если второе здание было построено только в начале октября 1942 года, это значит, что все 491 000 евреев, убитых в Треблинке до конца сентября, должны были обрести смерть в первом здании. С 23 июля по 30 сентября прошло ровно 70 дней; в итоге мы получаем (491 000: 70) = 7014, или округлённо 7000 убийств в день. В первом здании было три камеры по 16 м2, т. е. их общая площадь равнялась 48 м2.

Если исходить из того, что среди жертв было много детей, можно рассчитать теоретический максимум десять человек на квадратный метр, так что три газовые камеры вместе могли вместить максимум 480 человек. При таких условиях в день требовалось бы 14–15 циклов (7000: 480).

При круглосуточной работе газовых камер это означало бы, что на один цикл отводилось бы лишь немногим более полутора часов. За это время жертвы, которые, разумеется, отчаянно защищались, надо было загнать в здание, распределить по трём камерам (деление на камеры было столь же бессмысленным, как и в Белжеце, оно уменьшало полезную площадь и усложняло процесс), потом впустить в камеры выхлопные газы дизельного мотора, а после смерти всех жертв освободить камеры, вытащить трупы из здания, после каждого второго или третьего цикла очистить камеры от кала, мочи и рвотных масс — и так все 70 дней без перерыва.

Разумеется, дизельный мотор никогда не должен был ломаться и при этом работать с сильной нагрузкой, так как при малой нагрузке он вообще не смог бы выработать нужное количество моноокиси углерода. Требовать от рационально мыслящего человека, чтобы он поверил в это, — просто наглость.

Ф. Брукнер: Согласно приговору дюссельдорфского суда на процессе бывшего лагерного персонала Треблинки в 1964–1965 годах, число жертв, погибших в газовых камерах первого здания, составляло 200–350 на цикл, т. е. эти камеры могли вмещать в общей сложности 1050 человек и в день требовалось всего семь циклов. Что касается камер второго здания, то суд исходил из числа 400–700 жертв на один цикл.

Студент: Позвольте, я сейчас подсчитаю… У этих гореюристов получается, что на одном квадратном метре умещались в среднем 17, а часто даже 22 человека?

Ф. Брукнер: Да; это показывает, что дюссельдорфских судей Бог явно обделил мозгами. Но перейдём к следующему пункту. Согласно приговору дюссельдорфского суда, который, разумеется, опирался только на показания свидетелей, газовые камеры первого здания имели высоту «около 2,6 м», а второго — «вероятно» 2 м. По показаниям свидетелей произошла герметизация этих камер, чтобы могла подействовать моноокись углерода от дизельного мотора.

Карло Маттоньо совместно с Юргеном Графом в книге о Треблинке подсчитал, сколько времени при таких условиях должно было пройти в герметичной камере, чтобы жертвы задохнулись. Если согласиться с нереальным числом в среднем 17 человек, которые, согласно дюссельдорфскому приговору, набивались на один квадратный метр, то в камерах первого здания все люди задыхались бы примерно через 32 минуты, второго — примерно через 21 минуту, так как к этому моменту достигалась бы смертельная концентрация двуокиси углерода 10 % параллельно со снижением содержания кислорода в воздухе до 8,5 %.

Если же исходить из максимально возможного числа 10 жертв на квадратный метр, то это время увеличивается на 70 %, в первом здании оно составило бы 54, во втором — 36 минут.

Согласно показаниям свидетелей, при убийстве газом один цикл обычно длился 30–40 минут, но здесь есть много несоответствий. Польская еврейка Рахель Ауэрбах утверждала, что борьба со смертью в новых газовых камерах «часто длилась более часа», так как мотор от советского танка, который подавал выхлопной газ в камеру, не давал достаточного количества газа, чтобы заполнить помещение.

Главный свидетель по Треблинке Янкель Верник писал в 1944 году: «Мотор в новых газовых камерах был с дефектами, и несчастные жертвы вынуждены были ждать смерти часами. Сам Сатана не смог бы выдумать такую дьявольскую пытку».

Парадоксальным образом подача выхлопных газов дизельного мотора не укорачивала, а продлевала жизнь жертвам, поскольку эти газы, как известно, содержат много кислорода. Короче: зачем нужен был дизель, если и без него жертвы могли задохнуться максимум через 54 минуты? Зачем надо было возиться с мотором? Слушаю вас, Анатолий?

Студент: Дизельный мотор работает, как компрессор. Я считаю, что стены газовых камер под давлением подаваемых выхлопных газов не выдержали бы и рухнули.

Ф. Брукнер: На эту возможность указывал и дипломированный инженер Арнульф Ноймайер. Он писал:

«Согласно показаниям свидетелей, моторами, которые заполняли камеры газом, были тяжёлые дизельные моторы советских танков, мощность которых достигала 550 л.с. Так как дизельные моторы имеют высокий уровень компрессии, можно предположить, что они могли ещё продолжать действовать, когда давление выхлопных газов после выхода из цилиндра составляло 0,5 атмосферы. Когда эти газы подавались в герметично закрытое помещение, давление там тоже повышалось на 0,5 атмосферы (что соответствует нагрузке 500 г/см2)».

В первом здании давление на стены достигало силы, которая соответствует весу в 52 тонны. Каменная кладка не могла долго выдерживать столь сильное давление, и газовые камеры должны были рухнуть. Это приводило бы к нужному результату — смерти узников, но с тем маленьким недостатком, что здание после каждого цикла приходилось бы отстраивать заново, если только мотор не останавливали заранее.

Студентка: Скорее под давлением слетели бы с петель двери и жертвы сразу вырвались бы на свободу.

Студент: Однако, несмотря на все эти технические проблемы, нацистам удалось за 70 дней убить 491 000 евреев в трёх небольших камерах первого здания. Зачем тогда, собственно, понадобилось строить второе здание? Ведь с октября 1942 по август 1943 года в Треблинку поступили ещё «только» 390 000 евреев.

Студентка: Может быть, нацисты не знали заранее, сколько жертв ещё прибудет.

Студент: Ты шутишь? Если действительно существовала программа систематического уничтожения евреев, то она должна была проводиться по рациональному плану. Следовало бы исходить из того, что немцы сначала определили, сколько евреев живёт в занятых ими областях. Если они построили в Польше ряд лагерей уничтожения, можно предположить, что они заранее рассчитали, сколько евреев из каких областей и за какое время надо будет депортировать в каждый из этих лагерей. Но в свете вышесказанного у меня всё больше создаётся впечатление, что не было никакой организации и всё было предоставлено на волю случая.

Ф. Брукнер: Прекрасное наблюдение! Когда мы перейдём к вопросу, каким образом избавлялись от трупов почти 900 000 жертв Треблинки, согласно официальной исторической версии, это впечатление станет ещё сильней.

Треблинка: массовые захоронения и сжигание трупов

Ф. Брукнер: Рабочий лагерь Треблинка I, который находился примерно в двух километрах от т. н. лагеря уничтожения Треблинка II и в котором большей частью не евреи, а поляки работали в большом карьере, добывая гравий, не имеет никакого отношения к Холокосту, но даёт нам представление о том, что официальное изображение событий в Треблинке II не соответствует истине.

В августе 1944 года советские власти нашли вблизи Треблинки I три массовых захоронения и приказали провести судебное расследование, о результатах которого было доложено 23 августа. Первая могила имела объём 100 м3, вторая — 95 м3 и третья — 125 м3; в первой находились 105 трупов, во второй — 97 и в третьей — 103. На территории лагеря могил обнаружено не было.

Как вы думаете, почему немцы не хоронили умерших в самом лагере?

Студент: Разумеется, из гигиенических соображений. Как известно, трупы загрязняют почву и воду. Кроме того, возбудители болезней в земле гораздо меньше подвергаются атмосферным воздействиям.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Но в Треблинке II массовые могилы, в которые закапывались трупы до их сожжения, находились, согласно единогласным показаниям свидетелей, на территории самого лагеря.

Охрана и заключённые «лагеря уничтожения» добывали воду из колодцев. На плане, который нарисовали заключённые Мошек Лакс и Манек Платкевич, отмечены четыре таких колодца. Если бы там действительно были захоронены сотни тысяч трупов, эти четыре колодца через короткое время, несомненно, были бы совершенно отравлены.

Таким образом, массовые захоронения, как и в Треблинке I, должны были располагаться вне лагеря, а утверждения свидетелей, отрицающих это, не заслуживают никакого доверия. То же самое относится, разумеется, и к Белжецу.

Перейдём к сжиганию трупов. Как мы уже видели, было бы чистым безрассудством не построить крематорий в лагере, предназначенном исключительно для уничтожения людей. Даже в таком небольшом рабочем лагере, как Травники, лагере-спутнике Майданека, отсутствие крематория порождало проблемы. В августе 1943 года начальник строительства этого лагеря писал:

«Крематория в здешнем лагере нет. На этот недостаток уже не раз указывалось. Постройка крематория является насущной потребностью».

Насколько же нужней был крематорий в «лагере уничтожения», где планировалось убить сотни тысяч людей?

Студент: Господин Брукнер, могу я вас поправить? Если бы планировалось массовое убийство людей, то вряд ли построили бы обычный крематорий, так как его муфельная печь предназначена для сжигания лишь одного трупа, чтобы потом отдать пепел родственникам. Было бы гораздо эффективней построить установку для массового сожжения, какие используются для уничтожения трупов животных. При помощи неё от трупов можно было бы избавляться гораздо быстрей, чем в крематории.

Ф. Брукнер: То, что вы говорите, вполне логично. Я вижу, и мне, лектору, есть чему у вас поучиться.

Согласно официальной версии Холокоста, в феврале 1943 года Треблинку посетил Генрих Гиммлер, который, к своему удивлению обнаружил, что здесь и не приступали к сожжению 700 000 трупов, уже лежавших в гигантских массовых захоронениях на территории лагеря. Правда, этот мнимый визит Гиммлера не подтверждается ни одним документом и, по-видимому, является чистой выдумкой «свидетелей». Американская еврейка Коннилин Фейг, историк Холокоста, пишет:

«Даже если бы сжигали ежедневно по 1000 трупов, понадобилось бы 700 дней, чтобы выполнить приказ Гиммлера. Франц (якобы комендант лагеря) и Лалька рассмотрели несколько возможностей решения проблемы. Они выливали вёдрами бензин на трупы в одной из ям; получалось большое пламя, но трупы лишь слегка опалялись. Они уложили сотни трупов в широкие ямы меньшей глубины и снова залили их бензином. И опять огонь не смог сжечь трупы (…) К концу первого этапа опытов они пришли к выводу, что понадобится 140 лет, чтобы выполнить указание Гиммлера».

Студент: А нельзя было придумать что-нибудь ещё глупей? Если бензин вылить на слой трупов и зажечь, сгорят лишь самые верхние трупы, и то, лишь в том случае, если бензина будет много, нижние же только обуглятся.

Ф. Брукнер: Это первое. Второе: поверит ли кто-нибудь, у кого в порядке с головой, что немцы будут расходовать огромное количество бензина, необходимого им для танков и грузовиков, в то время, как в Польше много лесов? И третье: можно ли представить, чтобы Г. Гиммлер оставил поиск наиболее эффективного метода сожжения 700 000 трупов, к которым добавились ещё трупы евреев, убитых до августа 1943 года, на усмотрение лагерного начальства, которое потом с помощью примитивных ремесленных экспериментов пыталось определить, как лучше всего решить эту задачу?

Если верить свидетелям, эсэсовцы Треблинки решили эту проблему, обнаружив, что многие трупы горят сами. В своём заявлении, сделанном в 1947 году в Вене, наш старый знакомый Элиас Розенберг утверждал:

«Для этой цели (т. е. для сожжения трупов) укладывали на землю параллельно друг другу два рельса и поленья. При этом бывало так, что трупы, особенно только что умерших, горели плохо, и их приходилось заливать бензином».

Студент: Выходит, многие трупы, особенно старые, горели и без бензина, т. е. сами? Но человек на 70 % состоит из воды, трупы не могут гореть сами!

Ф. Брукнер: Похоже, в Треблинке не действовали законы природы. Четыре десятилетия спустя, на процессе над И. Демьянюком, Э. Розенберг ещё больше разукрасил эту бессмыслицу:

«В Треблинке мы узнали, что маленькие дети сгорают быстрей, чем мужчины. Их можно поджечь одной спичкой. Поэтому немцы, будь они прокляты, приказывали нам сначала укладывать в яму для сожжения детей».

Янкель Верник, важнейший свидетель по Треблинке, писал в 1944 году:

«Оказалось, что женские трупы горят лучше мужских, поэтому женские трупы использовались для разжигания огня».

Кроме детских и женских трупов в Треблинке, по словам свидетелей, в качестве горючего использовалась и кровь. Польская еврейка Рахель Ауэрбах, которая сама не была в Треблинке, рассказывает, ссылаясь на показания свидетелей:

«Мужчины не горят без женщин (…) Женские трупы использовались для разжигания огня в куче трупов (…) И кровь оказалась первоклассным горючим материалом».

Студентка: Вы нас разыгрываете!

Ф. Брукнер: Ничего подобного. Это свидетельства, на которые десятилетиями ссылается официальная литература по Холокосту при доказательстве массовых убийств в Треблинке!

Перейдём теперь к вопросу, сколько нужно дров, чтобы сжечь 870 000 трупов. Карло Маттоньо, в результате собственных опытов по сжиганию трупов животных, пришёл к выводу, что для сжигания трупа весом 45 кг нужно 160 кг дров.

Он исходил из такого сравнительно малого среднего веса трупов, потому что если были массовые убийства, то среди жертв должно было находиться много детей, а также с учетом частичного обезвоживания многих трупов после долгого пребывания в земле. Для сжигания 870 000 трупов, исходя из названной цифры (870 000 х 160) требовалось 139 200 000 кг дров.

На аэрофотоснимках, сделанных в мае и ноябре 1944 года, виден густой лес площадью около 100 га с северной и восточной стороны лагеря, небольшая часть которого находится на территории самого лагеря. Так откуда могло лагерное руководство взять эти 139 200 тонн дров?

Перейдём к вопросу о пепле. При кремировании трупа остаётся пепел, вес которого составляет примерно 5 % от веса тела. От 870 000 трупов средним весом 45 кг должно было остаться (870 000 х 45 х 0,05) примерно 1950 тонн пепла.

При сжигании древесины остаётся зола, вес которой — около 8 % веса древесины. При расходе 139 200 тонн дров должно было остаться (139 200: 0,08) около 11 100 тонн золы. Следовательно, по завершении сжигания, вместе с пеплом трупов на территории лагеря должно было остаться (11 100 + 1950) около 13 000 тонн золы и пепла, плюс огромное количество осколков костей и зубов.

Согласно показаниям свидетелей, пепел ссыпали в пустые общие могилы. Даже не принимая во внимание, что, по расчётам Маттоньо, после этого ещё должны были остаться около 48 000 кубометров пепла, советская и польская стороны могли по окончании войны произвести раскопки и представить миру неопровержимые доказательства массовых убийств. Ничего этого сделано не было.

Студентка: Значит, после войны в Треблинке не было никаких раскопок?

Ф. Брукнер: Были, но они дали совсем не тот результат, какого ожидали. Мы ещё вернёмся к этому вопросу, но предварительно я хотел бы ещё сказать о самом безумном аспекте всей этой истории, а именно: о способе сжигания.

Согласно докладу советской комиссии от 24 августа 1944 года, свидетели Абе Кон, Самули Райзман и Енох Бреннер показали, что с помощью экскаватора была вырыта яма длиной 250–300 м, шириной 20–25 м и глубиной 5–6 м, и в дно этой ямы были вбиты три ряда железобетонных свай высотой по полтора метра. Эти сваи были соединены друг с другом поперечинами, а на поперечины с промежутком 5–7 см были уложены рельсы, на которых сжигали трупы. К краям ямы была подведена узкоколейка.

В более поздних показаниях свидетелей размеры этой решётки значительно уменьшились, и она удивительным образом переместилась со дна ямы на её поверхность. В 1965 году дюссельдорфский суд написал в своём приговоре и по делу персонала Треблинки:

«После того, как (…) были поставлены самые различные опыты с сожжением, была, наконец, построена большая установка для сожжения. Она состояла из бетонных цоколей высотой около 70 см, на которых с небольшими промежутками были уложены 5–6 железнодорожных рельсов длиной 25–30 м. Под этими рельсами горел огонь, в то время как трупы убитых в газовых камерах евреев в количестве от двух до трёх тысяч укладывались на решётку и сжигались. Когда увидели, что эта система себя оправдывает, то трупы, захороненные в течение предыдущих месяцев, снова вырыли с помощью большого экскаватора и также сожгли описанным способом».

Вскоре после этого якобы была установлена вторая решётка такой же конструкции; на этих двух решётках с начала апреля до конца июля 1943 года якобы сожгли 870 000 трупов, т. е. 435 000 трупов на решётку, в течение 122 дней, т. е. примерно 3600 трупов в день. Кто из вас мог бы сказать, насколько это технически осуществимо? Вы, Анатолий?

Студент: Я хотел бы сначала узнать, какой ширины была решётка.

Ф. Брукнер: Об этом в дюссельдорфском приговоре не говорится. Свидетель Шия Варшавский указал ширину 4 м, но длину не 20–25 м, а всего 10 м.

Студент: По Ш. Варшавскому выходит, что решётка имела площадь 40 м2. Если мы схематически представим себе труп в форме прямоугольника размером 1,75 м х 0,5 м, т. е. площадью 0,875 м2, то на решётке мог уместиться слой из (40: 0,875) = 46 трупов.

Если же, как утверждает дюссельдорфский суд, ежедневно сжигали 2000–3000, т. е. в среднем 2500 трупов, надо было нагромоздить (2500: 46) = 54 слоя; при средней высоте слоя 0,3 м эта гора трупов имела бы высоту около 16 метров! Даже если бы эсэсовцы попытались сделать это, например, с помощью кранов, рельсы прогнулись бы под тяжестью трупов задолго до достижения этой высоты, и гора трупов обрушилась бы.

Примем теперь длину решётки за 25 м, как уверяют дюссельдорфские судьи, а ширину за 4 м, по Ш. Варшавскому, тогда её площадь была 100 м2…

Ф. Брукнер: Стоп! Нельзя объединять два противоречивых свидетельских показания.

Студент: Но это только игра ума. Решётка не могла быть намного шире четырёх метров, так как тогда после начала процесса сжигания слишком большие куски трупов проваливались бы в промежутки между 5 или 6 рельсами и быстро загасили бы огонь. Исходя из этих данных, на решётке могли умещаться (100: 0,875) около 114 трупов, уложенных (2500: 14) примерно в 23 слоя. Эта гора трупов всё ещё имела бы высоту около 7 м, и рельсы после начала сжигания, прогнулись бы под воздействием тепла. Так что эта история совершенно невероятна.

Студент: Да, но это ещё далеко не всё. Воздействующий снизу на трупы огонь сжигал бы самые нижние слои, во всё меньшей мере обугливал или опалял бы средние, а верхние вообще не доставал бы.

Студент: И огонь под решёткой быстро погас бы. Вопервых, быстро растущая часть дров превращалась бы в золу, а, во-вторых, части трупов постоянно проваливались бы сквозь решётку.

Студент: Так как для сжигания на решётке 3600 трупов имелись всего 24 часа, надо было за это время сжечь всю гору трупов, очистить место под решёткой, заложить новые дрова и нагромоздить следующую гору трупов.

Ф. Брукнер: Итак, вы все убедились в том, что вся эта история от А до Я — совершенная бессмыслица, только дюссельдорфский суд этого, к сожалению, не отметил. Судьи ни на секунду не сомневались, возможно ли это вообще. Свидетели так говорят — и баста.

Студентка: Но если судьи не владели техническими знаниями, они должны были привлечь экспертов.

Ф. Брукнер: На все подобные процессы действительно привлекают экспертов, но не техников и токсикологов, а историков и идеологов, которые читают лекции об отвратительности нацистского режима и огульно считают массовое уничтожение евреев неоспоримым фактом. В задачу суда входит только подкрепление этого «неоспоримого факта» приговором, а для этого надо принимать за чистую монету идиотские показания свидетелей. Мы позже ещё подробно поговорим об этих скандальных процессах и условиях, в которых они проходят, но сейчас я хотел бы завершить тему о мнимых массовых убийствах в Треблинке.

В нелепости, которые рассказывает об этом главный свидетель Янкель Верник, поверить невозможно. Он пишет, будто в Треблинке убили «миллионы» евреев и четверть трупов сожгли за «несколько дней». Если под «миллионами» понимать два миллиона, а под «несколькими днями» максимум 10 дней, это значит, что на вышеописанных решётках в день сжигали не 7600, а 50 000 трупов!

Процесс сожжения Я. Верник описывает так:

«Это было ужасное зрелище, самое ужасное, какое когда-либо видели человеческие глаза. Когда горели трупы беременных женщин, их животы лопались, и можно было видеть зародыши в утробах матерей (…) Бандиты стояли рядом с горой пепла и тряслись в сатанинском судорожном смехе. Их лица сияли поистине дьявольской радостью. Они пили водку и самые изысканные вина, чокались, ели, шутили и создавали себе уют, греясь у огня».

И показания этого Янкеля Верника, как мы скоро увидим, являются основными, к которым восходит вся современная версия событий в Треблинке.

Студент: Мы все не дураки и без труда можем оценить достоверность подобных свидетельств. Но нас интересует, что нашли поляки при раскопках на территории лагеря.

Ф. Брукнер: В первой половине ноября 1945 года следователь из Седльце Здзислав Лукашевич организовал в Треблинке раскопки, которые длились четыре дня, и изложил их результаты в докладе.

В первый день команда могильщиков нашла «множество польских, советских, немецких, австрийских и чешских монет, а также осколки различных сосудов», но подчёркивалось, что «никаких человеческих останков не найдено».

Во второй день нашли «всякую кухонную посуду, различные предметы домашнего обихода, обрывки одежды, множество более или менее сильно повреждённых польских документов, сильно повреждённое удостоверение личности одного немецкого еврея и ещё больше монет».

На третий день наткнулись среди прочего на «большое количество пепла и человеческих останков».

Наконец, на четвёртый день нашли «обломки всякой кухонной посуды, большое число лохмотьев, греческие, словацкие и французские монеты, документы на еврейском и польском языке, а также остатки одного советского паспорта».

На глубине 5 м раскопки были прекращены из-за постоянно ухудшающихся погодных условий. 13 ноября 1945 года Лукашевич приказал прекратить раскопки, так как «с большой долей вероятности на территории бывшего лагеря нельзя больше найти никаких могил».

Какой итог вы можете подвести?

Студентка: Конечно, в Треблинке люди умирали, но этого никто и не оспаривает. Если бы имело место массовое уничтожение людей, то, кроме осколков кухонной посуды, монет и остатков одного советского паспорта, однозначно нашли бы следы массовых захоронений, огромное количество человеческого пепла, а также миллионы осколков костей и зубов.

Ф. Брукнер: Так что мы можем спокойно назвать историю о «лагере уничтожения» Треблинка — мифом. А теперь давайте обратимся к истории вопроса, то есть, рассмотрим, каким образом этот миф возник.

Треблинка: происхождение мифа

Ф. Брукнер: Треблинка была открыта 23 июля 1942 года, как пересыльный лагерь для евреев из Варшавского гетто. Вскоре после этого еврейские и польские организации Сопротивления начали распространять повсюду слухи о массовых убийствах депортированных. 17 августа подпольная газета «Информацья бежонца» сообщила о подвижной газовой камере, которая разъезжает взад-вперёд между массовыми захоронениями.

8 сентября в той же газете была напечатана еще более дурацкая история:

«Украинцы вытаскивают евреев из вагонов и ведут их для «мытья» в баню. Это здание, окружённое колючей проволокой. Они входят туда группами по 300–500 человек. Каждую группу герметически закрывают и пускают газ. Этот газ, правда, действует не сразу, так как потом евреи идут к удалённым на 10–20 м ямам глубиной 30 м. Там они теряют сознание и падают вниз, экскаватор засыпает их тонким слоем земли. Потом подходит следующая группа».

Другой вариант появился месяц спустя в той же подпольной газете. На этот раз говорилось, будто евреев убивают в бараке выхлопными газами мотора, к топливу которого подмешаны «ядовитые жидкости».

Через полгода этот барак превратился в «сотню газовых камер». В одном докладе, представленном польскому эмигрантскому правительству в Лондоне 31 марта 1943 года, мы читаем:

«В конце концов они (жертвы) у цели — по внешнему виду это ванные, в действительности — газовые камеры. Они входят попарно в одну камеру, а всего таких камер около ста».

Студентка: Иными словами, каждый «свидетель» рассказывал, что ему взбрело на ум.

Ф. Брукнер: Вот именно. Правда, в гораздо более подробном описании мнимого процесса уничтожения людей в Треблинке о газе вообще ничего не говорится. Я хочу зачитать вам длинный отрывок из доклада, составленного движением Сопротивления Варшавского гетто 15 ноября 1942 года и переданного польскому эмигрантскому правительству в январе 1943 года. Он назывался «Треблинка. Вечный позор для немецкого народа» и содержал, кроме подробного описания Треблинки, также чертёж лагеря.

Согласно этому докладу, немцы сначала построили в Треблинке «дом смерти № 1» с тремя камерами и одной котельной, но уже скоро началось строительство второго, большего «дома смерти» с десятью камерами примерно по 35 м2, и к сентябрю постройка была почти завершена. Прибытие заключённых и процесс убийства описываются следующим образом:

«Обычно в Треблинку приходят ежедневно два состава, утром и вечером, но, когда время поджимает, приходят несколько составов. Каждый из них состоит из 10–20 товарных вагонов (…) Людей быстро выгружают из вагонов. Забитая и в высшей степени нервная человеческая масса облегчённо вздыхает, когда выходит на площадь, где их встречают.

Её сразу встречают евреи из вспомогательной службы во главе с «капо» [заключённым, который выполняет функцию помощника администрации. Им приказывают на языке идиш, что надо делать. Женщин с детьми сразу уводят в бараки, а мужчины остаются на площади. Когда они оглядываются вокруг, то видят на высоком столбе плакат, на котором огромными буквами написано «Внимание, варшавяне», хотя в Треблинку прибывают в массовом порядке составы с евреями и из многих других городов т. н. Генералгубернаторства, а также из Германии и других западноевропейских стран.

«Не беспокойтесь о своей судьбе, — написано далее, — вас всех пошлют на Восток, вы будете работать, а ваши жёны будут вести домашнее хозяйство. Но перед отъездом вы должны вымыться, а вашу одежду надо подвергнуть дезинсекции. Ценные вещи и деньги вы должны сдать в здешнюю кассу; вам будут выданы соответствующие квитанции, и после бани и дезинсекции вы получите всё назад в целости и сохранности» (…)

Чтобы вызвать у евреев доверие к немцам и создать впечатление, будто на приёмной площади действительно производится разделение по профессиям для посылки разных профессиональных групп на работу, на площади в разных местах расставлены таблички с надписями «Портные», «Сапожники», «Столяры» и т. д. Разумеется, в действительности никакого разделения не производится.

Вместо этого капо быстро строят мужчин в ряды по 10 человек, приказывают им снять обувь, потом совсем раздеться и отправиться в баню. Каждый может взять с собой кусок мыла и документы. Тем временем сортировочная команда доставляет снятую одежду на предназначенное для неё место. Женщины и дети тоже вынуждены раздеваться донага.

Теперь наступает последний акт трагедии Треблинки; терроризированная масса мужчин, женщин и детей вступает на свой последний путь, путь смерти. Впереди гонят группу женщин с детьми, которую постоянно подгоняют ударами хлыстов или пинками сопровождающие её немцы с хлыстами в руках (…) У входа в дом смерти № 1 стоит сам начальник с хлыстом в руке и его ударами хладнокровно загоняет женщин внутрь.

Пол в камерах скользкий, люди скользят и падают, но не могут подняться, так как на них наваливаются новые массы насильно загоняемых внутрь жертв. Маленьких детей начальник бросает в камеры на головы женщин. Таким образом камеры заполняются до отказа, потом двери герметически закрываются и начинается медленное удушение водяным паром, который подаётся по трубам через многочисленные отверстия. Сначала изнутри доносятся приглушённые крики, которые постепенно слабеют, и уже через 15 минут казнь завершена.

Теперь наступает очередь могильщиков. С криками и понуканиями немецкие надзиратели гонят их на работу, которая заключается в том, чтобы вытащить трупы из камер. Могильщики стоят у края, напротив заслонок. Заслонки открываются, но трупы не выпадают. Под влиянием пара все трупы образуют монолитную массу, которая склеивается потом убитых (…)

Чтобы могильщики могли вытащить отдельные трупы, эту массу поливают вёдрами холодной воды из ближайшего колодца. Тогда один труп отделяется от другого и их можно легко вытаскивать (…) Раньше могилы находились у самого дома смерти, и убитых можно было быстро зарыть. Но по мере поступления всё новых жертв граница могил передвигалась всё дальше на восток, и доставка трупов к месту их вечного упокоения стала занимать всё больше времени (…) Так казнят мужчин. И они проходят свой путь к смерти через лес (…)

Новый дом смерти рассчитан на уничтожение 8-10 тысяч жертв (в день). С учётом того, что к настоящему моменту на территории Треблинки похоронены уже 2 000 000 (два миллиона) жертв, т. е. большая часть польского еврейства, возникает тревожный вопрос, для кого эсэсовцы строят новый дом смерти и какие обречённые отдадут в нём Богу душу (…)

Призрак смерти в паровых камерах стоит в настоящее время перед глазами у польского народа, и тревожные сигналы уже поступают. По рассказу одного свидетеля, немцы во второй половине августа уже казнили в доме смерти №1 группу поляков».

Студент: Значит, в Белжеце применялся ток, а в Треблинке — пар.

Ф. Брукнер: Применительно к Треблинке тоже говорили о массовых убийствах током. В известной хронике гетто Эммануила Рингельблюма утверждается, что в Треблинке для убийства использовались «газ, пар и электричество».

Но последний метод для Треблинки никогда не был признан официально, и до 1944 года господствовало мнение, что там использовался пар.

Студентка: А что говорят официальные историки Холокоста о том докладе, который Вы нам только что процитировали?

Ф. Брукнер: Наиболее честные из них, например Рауль Хильберг или издатели «Энциклопедии Холокоста», просто его замалчивают, как и версии об амбарах или подземных резервуарах с водой и электрическими плитами в Белжеце. Ступенью ниже на лестнице морали стоят люди вроде израильского историка Ицхака Арада, который, хотя и даёт в своей книге резюме доклада от 15 ноября 1942 года, но, ничтоже сумняшеся, заменяет слово «паровые камеры» на «газовые камеры».

Он пишет, например: «Доклад заканчивается вопросом, зачем строят новые газовые камеры, если большинство польских евреев уже уничтожено». И Арад подвергает критике только названную в докладе цифру два миллиона евреев, убитых до ноября 1942 года, и считает её преувеличенной, однако он утверждает: «Описанные на основании виденного факты соответствовали действительности». И этот наглый фальсификатор считается ведущим специалистом по лагерям «акции Рейнхардт»!

Студент: Представители официальной версии событий в Треблинке могли бы прибегнуть к следующему объяснению. Движение Сопротивления узнало от своих эмиссаров, что в Треблинку непрерывно приходят составы с депортированными евреями, и все они уходят оттуда пустыми. Из этого был сделан правильный вывод, что евреев убивают.

Но, поскольку этот лагерь был отдалённым и закрытым, ни один посторонний не мог туда проникнуть и ни один заключённый не ушёл оттуда живым, не было известно, каким именно способом осуществляются убийства, и эти обстоятельства порождали самые дикие слухи. Истина стала известна лишь через несколько лет.

Ф. Брукнер: Этот аргумент кажется на первый взгляд логичным, но не выдерживает критики, потому что исходит из ложных предпосылок. Треблинка не была ни «отдалённым», ни «закрытым» лагерем, шёл даже интенсивный обмен между заключёнными и польскими крестьянами — жителями соседних деревень. Крестьяне приходили, чтобы «делать дела», сообщает бывший заключённый Самуил Вилленберг, а бывший заключённый Аврам Кшепицкий пишет:

«У каждого из работавших евреев было полно денег (…) Местные крестьяне это очень хорошо знали и понимали, что нигде в мире они не смогут выручить за свои продукты больше, чем в Треблинке (…) В Треблинку приносили корзины с белым хлебом, жареными цыплятами, сыром, маслом, кремом и т. д. Молодые люди (т. е. рабочие евреи) давали какому-нибудь украинцу деньги, и он приносил потом ту еду, которую они заказывали».

Студентка: Да, любой из русских и немецких солдат, которые мёрзли и голодали в окопах Сталинграда, охотно провёл бы отпуск в таком «лагере уничтожения».

Студент: Я никак не могу объяснить эту бессмыслицу с паровыми камерами. Как могли люди из движения Сопротивления Варшавского гетто дойти до того, чтобы высосать из пальца такую невероятную историю?

Ф. Брукнер: Но я убеждён, что паровые камеры были.

Студент: Неужели?

Ф. Брукнер: Они существовали, но не для истребления людей, а для истребления вшей и прочих вредных насекомых. Наряду с дезинсекцией одежды газом, во время войны применялась и дезинсекция паром. Её техника описана в книге, которую выпустил в 1943 году врач СС по имени Вальтер Детцер.

Помните, поляк Станислав Козак, который участвовал в постройке первого «здания для убийства людей» в Белжеце, говорил об установленных в «газовых камерах» печах и водопроводных трубах? По всей вероятности, эти «газовые камеры» были паровыми камерами для дезинсекции одежды, а печи и водопроводные трубы служили для получения горячего пара. Кстати, эту вполне логичную гипотезу первым выдвинул Жан-Клод Прессак в 1995 году.

Студент: Если исходить из того, что Треблинка была пересыльным лагерем, в котором одежда пересылаемых очищалась горячим паром от паразитов, обретают смысл и другие фрагменты доклада от 15 ноября 1942 года, например, плакаты, на которых евреев извещали, что они должны вымыться перед дальнейшей поездкой на Восток, а их одежда подлежит дезинсекции, или разделение по профессиям.

Ф. Брукнер: Очень тонкое наблюдение! Этот доклад, несомненно, был рафинированной смесью правды и лжи. Перейдём теперь к вопросу, когда и при каких обстоятельствах произошло чудесное превращение паровых камер в газовые.

В мае 1944 года польский еврей Янкель Верник, по его собственным словам проведший год в Треблинке, написал книгу, которая в том же году была переведена на английский язык и опубликована в США. Он перенёс в неё план лагеря из доклада от 15 ноября 1942 года, но не описание метода убийства.

Вместо паровых камер у него впервые появились два «здания для убийства газом», которые позже перекочевали в официальную историю. Правда, по Вернику, в первом здании было пять газовых камер, а не три. Орудием убийства Я. Верник назвал мотор, но не сообщил читателям, был ли этот мотор дизельным или работающим на бензине. Однако, несмотря на это, нынешняя версия событий в Треблинке была оформлена впервые именно в его книге.

Студент: Очевидно, Верник считал историю о паровых камерах не слишком умной.

Ф. Брукнер: Да, но прошло ещё два года, прежде чем версия о моторе утвердилась окончательно. В августе 1944 года Красная армия завоевала район Треблинки, и советская комиссия опросила ряд бывших заключённых лагеря. Методом убийства, который они описывали чаще всего, было не убийство паром или выхлопными газами мотора, а удушение путём откачивания воздуха из камер.

17 августа свидетель Абе Кон заявил, что «баня» состояла из 12 кабин площадью по 6 х 6 м; в каждую кабину загоняли 600 человек (т. е. 17 на квадратный метр!). За баней стояла машина, которая откачивала воздух из камер; жертвы задыхались через 6-15 минут.

Студентка: Но это ещё большая бессмыслица, чем паровые камеры! Пониженное давление разрушило бы камеры.

Ф. Брукнер: Что не помешало советской комиссии взять на вооружение эту дурацкую версию. Она описывала процесс убийства следующим образом:

«Баня» — дом удушения — состоял из 13 кабин, каждая размером 6 х 6 метров. В кабину загоняли по 400–500 человек. Они имели 2 двери, закрывающиеся герметически. В углу между потолком и стеной было 2 отверстия, соединённых шлангами. За «баней» стояла машина. Она выкачивала воздух из камеры. Люди задыхались через 6-10 минут. Затем открывали вторую дверь, и мёртвых людей на вагонетках отвозили в специальные печи».

В сентябре 1944 года Треблинку почтил своим посещением профессиональный пропагандист ужасов нацизма, советский еврей Василий Гроссман. В своей вышедшей в 1945 году и сразу же переведённой на несколько иностранных, в том числе на немецкий, языков книге «Треблинский ад» он, разумеется, позаимствовал названную советской комиссией цифру три миллиона жертв.

Поскольку он явно не знал, какой из трёх описанных свидетелями методов убийства выбрать, то предусмотрительно описал все три:

«Для убийства использовали самые различные средства: нагнетали выхлопные газы тяжёлого танкового мотора, который обсуживал силовую станцию Треблинки (…) Вторым, чаще всего применявшимся в Треблинке способом убийства было откачивание воздуха из камер с помощью специальных отсасывающих устройств (…) И, наконец, ещё третий, более редкий, но также применявшийся метод — убийство с помощью пара; этот метод также основывался на том, что организм лишался кислорода — пар вытеснял воздух из камеры».

Студентка: Полный хаос!

Ф. Брукнер: Он присутствует и в показаниях других свидетелей, которые в конце 1945 года выступали перед польскими следователями. Например, в протоколе следователя Здзислава Лукашевича указано, что Шимон Гольдберг заявил:

«Евреев травили, откачивая воздух — была машина для выкачивания воздуха — и впуская газ автомобиля. Сжигали эфир и впускали пары. Был ещё хлор».

На Нюрнбергском процессе польское правительство по таинственным причинам сделало выбор в пользу пара. В переданном поляками 14 декабря 1945 года нюрнбергским судьям документе говорилось:

«Все жертвы должны были снять свою одежду и обувь, которые потом собирались, после чего все, сначала женщины и дети, загонялись в камеры смерти. Тех, кто слишком медленно двигался или был слаб, подгоняли шомполами, ударами хлыстов и пинками (…) Маленьких детей просто вбрасывали внутрь. Набитые камеры герметически закрывали и впускали пар».

Студент: Когда же произошел переход к газовым камерам?

Ф. Брукнер: В 1946 году. Тогда Рахель Ауэрбах — та гениальная учёная, по мнению которой кровь — первоклассное горючее, опубликовала на языке идиш книгу «На полях Треблинки», которая 33 года спустя была переведена на английский язык и вошла в сборник Александра Доната «Лагерь смерти Треблинка».

Р. Ауэрбах назвала указанную В. Гроссманом цифру три миллиона жертв Треблинки преувеличенной, предложила свою цифру жертв 1,074 миллиона и говорила только о газовых камерах, не упоминая ни единого слова о других методах убийства.

Эта версия быстро укрепилась в официальной истории по вполне понятным причинам. Поскольку три «восточных лагеря уничтожения» подчинялись одним и тем же немецким инстанциям, было бы невероятно, чтобы в каждом из них применялись различные методы убийства; требовалась унификация, и логично было выбрать самую правдоподобную, по крайней мере, на первый взгляд, версию. Так, паровые камеры и камеры для отсоса воздуха Треблинки были отправлены в чулан истории вместе с электрическими установками и засыпанными известью поездами смерти Белжеца.

Во время войны утверждали, что в третьем «восточном лагере уничтожения» Собибуре для убийства применялся хлор, но потом от этой версии тоже отказались. Важнейшая свидетельница по Собибуру, еврейка Зельда Мец, определила число жертв этого лагеря в два миллиона и так описала процесс уничтожения:

«Потом они (евреи) входили в деревянное здание, где женщинам остригали волосы, а потом в «баню», т. е. газовую камеру. Их удушали хлором. Через 15 минут все они задыхались. Через окошко смотрели, все ли мертвы. Потом пол автоматически открывался. Трупы падали в вагонетки поезда, который проходил через газовую камеру и доставлял трупы в печь. Это было огромное открытое горнило с костемолкой».

Советский свидетель Александр Печерский называл орудием убийства не хлор, а некую «чёрную жидкость», которой жертв обливали по спирали из отверстий в потолке, но и у него «после казни открывался пол, трупы падали в вагонетки, их вывозили из здания, обливали бензином и сжигали».

Студент: Воистину, немецкая техника творила чудеса!

Ф. Брукнер: Да, изобретательный ум немецких инженеров-убийц заставляет замереть от почтения. Но и на эти варианты после войны была тактично накинута завеса молчания, и число жертв Собибура снизили с двух миллионов до 200–500 тысяч. В русской версии «Энциклопедии Холокоста» вы найдёте первую цифру на с. 325, вторую — на с. 569.

Таким образом, для всех трёх «восточных лагерей уничтожения» с 1946 года был установлен постулат о массовых убийствах с помощью выхлопных газов моторов, но ещё не было чётко прописано, что это были именно дизельные моторы. Насколько мне известно, о дизельном моторе в Треблинке было впервые упомянуто в декабре 1947 года, а именно Элиасом Розенбергом в его уже не раз цитировавшемся заявлении в Вене.

Своим окончательным утверждением эта версия, несомненно, обязана показаниям Герштейна. Таким образом Треблинка и Собибур, как и Белжец, получили свои «дизельные газовые камеры», которые сегодня фигурируют во всех книгах по истории, и, оспаривая существование которых, вы можете сегодня в Германии загреметь в тюрьму на пять лет.

Студент: Не скажете ли ещё несколько слов о Собибуре?

Ф. Брукнер: Ревизионистами пока не написана монография об этом лагере, ибо по нему нет почти никаких документов и мало свидетельских показаний. И здесь описываются столь же технически невероятные методы, как в Белжеце и Треблинке, с тем единственным отличием, что избавляться от трупов было легче, поскольку число жертв было меньше. Позже я представлю доказательства того, что Собибур точно так же, как Треблинка и Белжец, был пересыльным лагерем.

Четвёртым и последним из т. н. «чистых лагерей уничтожения» был, согласно официальной истории, расположенный к северо-западу от Лодзи лагерь Хелмно, по-немецки Кульмгоф. Насколько я знаю, не сохранилось ни одного немецкого документа военного времени об этом лагере.

Нам приходится довольствоваться показаниями свидетелей, которые, как доказала немецкая исследовательница Ингрид Веккерт в хорошо обоснованной статье, изобилуют противоречиями и нелепостями. В Хелмно массовые убийства совершались якобы не в стационарных газовых камерах, а в газовых автомобилях. Об этих автомобилях мы ещё будем говорить в связи с событиями на Восточном фронте.

Концлагерь Майданек

Ф. Брукнер: Что касается пятого мнимого центра уничтожения, концлагеря Майданек под Люблином, то исходная ситуация здесь принципиально иная, нежели в случаях с Белжецем, Треблинкой, Собибуром и Хелмно. Во-первых, историки всех мастей согласны в том, что Майданек был основан в 1941 году одновременно, как лагерь для военнопленных и как рабочий лагерь.

Согласно официальной версии Холокоста, кроме того, он в течение 14 месяцев, с августа 1942 по начало ноября 1943 года, служил также лагерем для уничтожения евреев. Этот лагерь попал в руки Красной армии 23 июля 1944 года неразрушенным, и позже поляки устроили там мемориал.

Именуемые газовыми камерами помещения сохранились, и их можно исследовать на предмет возможности выполнения приписываемой им задачи. Поскольку после войны сохранилось много документов, можно реконструировать историю этого лагеря, чего нельзя сделать в случае с четырьмя т. н. «чистыми центрами убийства».

Мне хотелось бы знать, какие представления связаны у вас с лагерем Майданек?

Студент: Недавно я видел еженедельник военного времени со снимками только что освобождённого лагеря Майданек, в котором, как говорилось, было убито огромное количество людей. На снимках можно было видеть печи, перед которыми лежали скелеты, банки с Циклоном-Б и огромные горы обуви, которая, как утверждалось, принадлежала убитым заключённым.

Ф. Брукнер: Посмотрите на эту фотографию с русскими надписями, снятую после освобождения лагеря. На ней изображены советский солдат, стоящий на крыше здания, обозначенного, как «газовая камера», поднимающий крышку шахты, через которую Циклон-Б якобы засыпался в расположенную ниже «газовую камеру».

Студентка: Как можно «засыпать» газ?

Ф. Брукнер: Пестицид Циклон-Б поставлялся в герметично закрытых банках в форме гранулята, содержащего синильную кислоту. При контакте с воздухом синильная кислота медленно высвобождается. Мы подробно поговорим о свойствах Циклона-Б и о том, мог ли он, с чисто технической точки зрения, использоваться для убийства людей, в связи с концлагерем Освенцим.

В данный момент я хотел бы ограничиться указанием на то, что суеверное представление о подаче Циклона-Б в газовые камеры через лейки душа технически нереализуемо. Это учитывают и официальные историки, которые говорят, что гранулят засыпали в газовые камеры через шахты. Правда, на снимке мы видим вентиляционную шахту.

Студент: Признаёт ли официальная история, что Циклон-Б — это пестицид?

Ф. Брукнер: Да. Циклон-Б использовался для дезинсекции во многих лагерях, в том числе и в таких, где, по единогласному мнению всех историков, людей не убивали газом. В Майданеке и Освенциме этот яд, согласно ортодоксальной версии Холокоста, выполнял двойную функцию: использовался, как для борьбы с паразитами, так и для убийства евреев.

Как видите, банки с Циклоном-Б, которые постоянно показывают в книгах и фильмах, сами по себе не являются доказательством злоупотребления этим препаратом в преступных целях, подобно тому, как обладание топором или кухонным ножом не доказывает, что ими был убит человек, хотя это в принципе возможно.

Студент: Известно ли, сколько примерно Циклона-Б было поставлено в Майданек?

Ф. Брукнер: Это известно даже точно, так как поставки строго документировались. Лагерь получил всего 4974 банки Циклона-Б общим весом 6961 кг.

Студент: То есть, почти семь тонн! И такое огромное количество использовалось, по мнению ревизионистов, только для дезинсекции? В это невозможно поверить.

Ф. Брукнер: Сотни бараков для заключённых и казарм охраны периодически подвергались дезинсекции. Циклон-Б был нужен для обработки одежды заключённых также на фабриках, особенно для построенного в Майданеке филиала фабрик одежды войск СС Дахау (люблинский филиал), где меха и ткани перед их обработкой подвергались дезинсекции.

Из переписки между лагерным начальством и фирмой «Теш унд Штабенау», которая поставляла пестицид, явствует, что последняя не могла выполнить все заказы, и лагерь периодически страдал от катастрофической нехватки Циклона-Б. Так, например, 31 августа 1943 года лагерное начальство констатирует, что срочно необходима дезинсекция лагеря, и ситуация не терпит дальнейшей отстрочки.

Другие «картинки», которые якобы доказывают массовые убийства в Майданеке, тоже сомнительного качества. Найденные в лагере советскими войсками человеческие останки доказывают лишь, что люди в лагере умирали, но сколько их было и каковы причины их смерти, остаётся неясным. Наконец, горы обуви, которые до сих пор прилежно показывают пропагандисты Холокоста, не являются доказательством того, что её владельцы были убиты.

Студент: Если бы горы обуви являлись доказательством массовых убийств, можно было бы предположить, что в каждой обувной мастерской творятся страшные дела.

Ф. Брукнер: В самом деле. Как утверждает польский историк Чеслав Райца в статье 1992 года о числе жертв этого лагеря, наличие в Майданеке 800 000 пар обуви без труда можно объяснить тем, что там существовала огромная мастерская по ремонту обуви; туда присылали, в частности, для ремонта обувь с Восточного фронта.

Студентка: Тем не менее, эти фотографии производят сильное впечатление.

Ф. Брукнер: Да, это так. За отсутствием научных доказательств массового убийства евреев в «лагерях уничтожения», представители официальной версии Холокоста регулярно используют такие впечатляющие средства.

Я начну с краткого рассказа об истории этого лагеря. Во время своего визита в Люблин в июле 1941 года Г. Гиммлер приказал построить лагерь на 25–50 тысяч заключённых, которые работали бы в мастерских СС и в полиции. Правда, даже меньшее число никогда не было достигнуто, так как в Майданеке никогда не находилось одновременно более 22 500 человек (этот максимум был достигнут в июле 1943 года).

Этот лагерь возник в октябре 1941 года на окраине Люблина, в пяти километрах к юго-востоку от центра города. Первыми заключёнными были люблинские евреи, которые уже сидели в небольшом «еврейском лагере» посреди города, а также советские военнопленные. Хотя военнопленные всегда составляли лишь одну из многих категорий заключённых, лагерь сначала получил название Люблинского лагеря военнопленных и лишь в марте 1943 года был переименован в Люблинский концлагерь. Название Майданек происходит от расположенного поблизости поля Татарский Майдан.

С марта 1942 года туда стали поступать в большом количестве чешские и словацкие евреи, к которым позже добавились евреи из ряда других европейских стран. Значительная часть заключённых использовалась на строительстве самого лагеря, другие работали на множестве военных заводов.

С 1943 года Майданек служил дополнительно лагерем для больных, куда отсылали неработоспособных заключённых из разных лагерей Рейха. В частности, 3 июня 1943 года в Майданек была переброшена группа из 844 больных малярией заключённых из Освенцима, так как в районе Люблина не водились малярийные комары.

Студент: Вы сказали, что согласно официальной истории Майданек служил «лагерем уничтожения» только до начала ноября 1943 года. В таком случае, целью отправки больных заключённых, начиная с декабря того же года, не могло быть их убийство, и это важный аргумент против утверждения из литературы о Холокосте, будто неработоспособных заключённых уничтожали. И зачем было посылать малярийных больных из Освенцима в Майданек, если их хотели убить? Это легко можно было сделать в якобы постоянно работавших на полную мощность газовых камерах самого Освенцима.

Ф. Брукнер: Никто и не утверждает, что этих больных убивали. Подобные логичные возражения против тезиса об уничтожении вы тщётно будете искать в ортодоксальной литературе. Создаётся впечатление, что авторы этих книг ходят по миру с шорами на глазах.

Точно так же, как в случаях с Белжецем, Треблинкой и Собибуром, и для Майданека сначала называлось смехотворно неправдоподобное число жертв. Согласно докладу польско-советской комиссии, которая в августе 1944 года работала в этом лагере, там погибли полтора миллиона человек.

Так как эта цифра была слишком невероятной, её в Польше уже в 1948 году уменьшили до 360 000, а в 1992 году вышеупомянутый Ч. Райца уменьшил её до 235 000. Ч. Райца признал, что количество жертв раньше было преувеличено по политическим причинам.

Однако его цифра тоже была сильно завышена, ибо лишь три недели назад, 23 декабря прошлого года, польская пресса сообщила, что Томаш Кранц, директор научного отдела музея Майданека, в последном номере журнала музея понизил число жертв лагеря до 78 000.

Для сравнения: в написанной Карло Маттоньо и Юргеном Графом и вышедшей в 1998 году книге о Майданеке с опорой на сохранившиеся документы, названо число 42 300 погибших.

Студент: Значит, новая цифра, приведённая музеем, на 36 000 выше, чем число, предлагаемое ревизионистами, но на 157 000 ниже, чем цифра, которая называлась в Польше ещё месяц назад! Это действительно капитуляция польских историков.

Cтудентка: Но даже если в Майданеке умерли «только» 78 000 или 42 300 человек, это всё-таки очень много. Как ревизионисты объясняют эту высокую смертность?

Ф. Брукнер: В первые два года санитарные условия были ужасными, что неизбежно вело к распространению всевозможных болезней. Заместитель бургомистра Люблина Штейнбах в начале 1942 года запретил строительному управлению концлагеря подключаться к городской канализации, поскольку это требовало слишком большого количества стройматериалов, и город терял слишком много воды.

До мая 1942 года на территории лагеря не было ни одного колодца, до января 1943 года — ни одной прачечной, до августа 1943 года — ни одного ватерклозета. В таких условиях свирепствовал не только страшный, переносимый вшами сыпной тиф, но и распространялись всевозможные другие болезни, и смерть пожинала обильный урожай.

После уже процитированного мною циркуляра инспектора концлагерей Рихарда Глюкса от 28 декабря 1942 года комендантам всех лагерей, в которых он требовал любыми средствами снизить смертность, в начале 1943 года в Майданек прибыли для инспекции два врача СС, которые подвергли критике санитарные условия в лагере, но констатировали также улучшения.

20 января 1943 года гауптштурмфюрер СС Кроне сообщил в своём докладе, что лагерь подключили к городской канализации Люблина, и готовится постройка прачечных и туалетов во всех бараках. 20 марта 1943 года унтерштурмфюрер СС Биркигт стимулировал ряд мер по улучшению гигиенических условий и медицинского обслуживания заключённых.

Что касается питания заключённых, я хотел бы процитировать короткий отрывок из сделанного в конце января или начале февраля 1943 года доклада движения Сопротивления, которое отнюдь не было заинтересовано в приукрашивании условий в лагере.

Движение сопротивления всегда было в курсе событий в лагере, поскольку, по данным польских историков, на протяжении существования лагеря были освобождены 20 000 узников, т. е. более 500 человек в месяц. От освобождённых представители Сопротивления регулярно получали информацию о том, что происходило в Майданеке. В данном докладе говорилось:

«Сначала рацион был скудным, но в последнее время он улучшился и стал лучше качеством, чем, например, в 1940 году в лагерях для военнопленных. Примерно в 6 часов утра заключённые получают по пол-литра горохового супа (дважды в неделю — мятный чай), на обед около часа дня — поллитра довольно питательного супа, даже с жиром или мукой, на ужин около 5 часов — 200 г хлеба, намазанного мармеладом, сыром или маргарином, дважды в неделю — 300 г колбасы и пол-литра горохового супа или супа из муки неочищенного картофеля».

Я не уверен, что каждый из сражавшихся на фронте советских или немецких солдат мог ежедневно рассчитывать на такой рацион!

Перейдём теперь к вопросу о якобы имевших место массовых убийствах. Согласно официальной истории, в период с августа 1942 года по октябрь 1943 года в газовых камерах Майданека было убито большое количество евреев. Кроме того, 3 ноября во время бойни, которая по непонятным причинам вошла в историю под названием «праздник урожая», в самом Майданеке якобы были расстреляны 17–18 тысяч, а в ряде его лагерей-спутников — ещё около 24 000 еврейских рабочих военных заводов.

Сначала я хотел бы, чтобы вы подумали о том, кажутся ли вам достоверными эти массовые убийства в свете того, что вы знаете о Майданеке. У вас пять минут на размышление и обсуждение… Кто хотел бы высказаться? Вы, Алексей?

Студент: В целом всё выглядит неправдоподобным. Массовые убийства в Майданеке ни в коем случае не удалось бы скрыть, так как он находился на окраине Люблина, и отпущенные на свободу заключённые, а их отпускали более чем по 500 в месяц, постоянно давали бы информацию о событиях в лагере.

Те, кто считает, что в Майданеке имели место массовые убийства, практически утверждают, будто немцы были совершенно безразличны к тому, что вся Европа в кратчайшее время узнает об их преступлениях. Зачем тогда все описанные в литературе о Холокосте меры по сокрытию геноцида, якобы использовавшийся в документах «условный язык» или попытки бесследно избавиться от трупов?

Студентка: Невероятно, чтобы немцы в ноябре 1943 года расстреливали рабочих военных заводов, в которых они испытывали насущную потребность.

Ф. Брукнер: Особенно с учётом того, что Освальд Поль из главного экономического ведомства СС незадолго до этого, 26 октября, предписывал в своём циркуляре, чтобы все усилия комендантов, руководителей и врачей были направлены на сохранение здоровья и работоспособности заключённых, так как их труд имеет военное значение.

Студент: А месяц спустя, в начале декабря, больные заключённые из других лагерей были переведены в Майданек, но их там не убили, хотя они были бесполезны для немецких военных усилий. Где логика?

Ф. Брукнер: Отсутствует. Обратимся теперь к доказательствам якобы имевших место массовых убийств. Нет ни одного свидетеля, который бы дал сколько-нибудь точное описание убийства людей газом. Если вы мне не верите, можете взять изданную на английском языке книгу многолетнего директора мемориала «Майданек» Иозефа Маршалека.

Он посвящает убийству газом ровно две (!!!) страницы и цитирует в качестве свидетеля не одного из бывших заключённых Майданека или служивших в Майданеке эсэсовцев, а эсэсовца Перри Брода, который служил в Освенциме, а в Майданеке никогда не был. Убийства газом в Майданеке осуществлялись способом, «похожим» на тот, который П. Брод описал, говоря об Освенциме, считает пан Маршалек.

Студентка: Если нет ни документальных доказательств, ни свидетельских показаний об убийствах людей газом в Майданеке, как же можно серьёзно утверждать, что они были?

Ф. Брукнер: Как на доказательство этого, обычно ссылаются на поставки Циклона и добавляют, будто немцы пользовались в своих документах «условным языком». Как мы уже знаем: и то, и другое — шито белыми нитками.

Майданек. Газовые камеры и массовый расстрел, якобы имевший место 3 ноября 1943 года

Ф. Брукнер: Согласно докладу польско-советской следственной комиссии, составленному в период с 4 по 23 августа 1944 года, в Майданеке были четыре газовых камеры для убийства людей. Камеры №№ 1–3 находились в лагерном бараке № 41, именовавшемся «баней», а камера № 4 — рядом с душевой, в отдельном флигеле того же здания. Польские историки позже добавили ещё пятую газовую камеру, о которой эта комиссия ничего не знала и которая якобы находилась в новом крематории лагеря.

В своём написанном в апреле 1988 года докладе Фред Лейхтер рассматривал, главным образом, именуемые газовыми камерами для убийства людей помещения в Освенциме I и Освенциме-Бжезинке, но касался также аналогичных помещений в Майданеке. Согласно его выводам, они не могли служить для убийства людей газом. В конце 1988 года Жан-Клод Прессак подверг Ф. Лейхтера критике в одной из своих статей; его собственные доводы были не вполне безупречны, но в целом он дал довольно тонкий анализ проблемы. Ж.-К. Прессак, кстати, никогда не посещал Майданек и пользовался только планами соответствующих помещений. Он фактически исключил убийство газом Циклон-Б, но считал правдоподобным, что использовалась моноокись углерода.

Через десять лет К. Маттоньо в своей, написанной вместе с Ю. Графом, книге о Майданеке взял эту статью Ж.-К. Прессака за исходную точку главы о газовых камерах в Майданеке.

Начнём с именуемого газовой камерой помещения в новом крематории. Оно находится между кабинетом для аутопсии, коридором и моргом. Как писал Прессак, директриса мемориала «Майданек» ответила ему на его запрос, что эта камера использовалась «мало, очень, очень мало», что, по мнению автора, означало, если говорить открытым текстом, что она вообще не использовалась. Поскольку это помещение не имело механической вентиляции, аргументирует он, после каждого цикла приходилось бы на длительное время очищать от людей весь крематорий. Если бы Прессак лично изучил этот лагерь, он, несомненно, добавил бы ещё, что на стенах этого помещения нет следов синих пятен, что полностью исключает применение Циклона-Б.

Студент: Значит, в данном случае налицо явный и крайне примитивный обман?

Ф. Брукнер: Что касается остальных четырёх газовых камер, то здесь обман не так легко раскрыть, потому что в них бесспорно использовался Циклон-Б, о чём свидетельствуют синие пятна на стенах. Сохранившиеся в большом количестве документы чётко доказывают, что эти помещения планировались и строились, как камеры для дезинсекции. В их строительстве участвовали, кстати, и польские фирмы, например, фирма «Михал Охник», которая 18 ноября 1942 года составила калькуляцию сооружения двух каминов размером 0,75 х 0,75 х 1,70 м в газовых камерах (так в тексте!) и проделывания соответствующих отверстий в потолке.

Студент: Если в этих помещениях действительно использовался Циклон-Б, то с помощью химического анализа нельзя доказать, что в них не убивали людей.

Ф. Брукнер: Действительно, нельзя. Такой анализ доказывает только, что в этих камерах применялась синильная кислота, но нельзя однозначно сказать, убивали ею насекомых или людей, или и тех, и других.

Студент: Значит, тезис ревизионистов нельзя доказать!

Ф. Брукнер: Собственно, обвинитель должен доказывать вину обвиняемого, а не тот или иной защитник — его невиновность. Но технические расчёты заставляют исключить использование этих камер для убийства людей газом, что равнозначно «доказательству ревизионистского тезиса».

Первые три камеры расположены в северо-западной части здания «Баня и дезинфекция». В камере № 3 нет отверстий в потолке для вбрасывания гранулята Циклон-Б. Для дезинсекции это и необязательно, так как в этом случае человек в противогазе просто может рассыпать препарат по полу. Но при убийстве газом людей это, разумеется, невозможно, так что в данном помещении людей убивать газом не могли.

В первой и второй камерах в потолке имеются отверстия, но они пробиты столь неловко, что возникает подозрение, будто их проделали поспешно перед прибытием польско-советской комиссии. Доказательством служит рассказ советского писателя Константина Симонова, который был корреспондентом газеты «Красная звезда» и посетил Майданек сразу же после его освобождения. К. Симонов точно описывает камеру № 1, но не упоминает никаких отверстий в потолке. Зато такое отверстие бросилось ему в глаза в смежной камере дезинфекции барака № 42, о которой никто не упоминал, как о месте убийства людей.

Студент: Возражаю! Это слабый аргумент. Если К. Симонов не упоминает отверстие в камере № 1, это не значит, что его там не было.

Ф. Брукнер: Послушайте, как К. Симонов описывает процесс убийства газом: «Более 250 человек запихивали в помещение площадью 40 м2. После того, как их туда загоняли, закрывалась стальная дверь. Щели заделывали клеем, чтобы сделать помещение ещё более герметичным, и зондеркоманда в противогазах вводила «Циклон» из банок через трубы из смежного помещения (…) «Циклон» вводился через трубы. Эсэсовец, который руководил операцией, наблюдал за процессом удушения, длившимся, согласно разным показаниям, от двух до десяти минут».

Ваш комментарий?

Студент: Этот метод совершенно невозможен. Гранулят нельзя вводить через трубы.

Ф. Брукнер: Описание К. Симонова доказывает, таким образом, что бывшие заключённые Майданека, от которых он получил эту «информацию», никогда не присутствовали при убийстве газом Циклон-Б и не имели представления о способе использования этого пестицида, а просто дали волю своей фантазии. К. Симонов не знал, что для убийства людей Циклоном-Б нужно отверстие в потолке для его вбрасывания. Но в польско-советскую комиссию, которая прибыла через десять дней после него, входили инженеры и токсикологи, которые очень хорошо знали о свойствах Циклона-Б и не могли повторить в своём «докладе экспертов» бессмыслицу, пересказанную К. Симоновым. Люки в потолках камер I и II были пробиты, вероятно, в первых числах августа 1944 года.

И ещё о камере № 4. Она не могла служить газовой камерой для убийства людей, так как в ней было окно, которое заключённые, конечно, сразу же разбили бы.

Студент: Минутку! А если это окно тоже сделали после освобождения Майданека?

Ф. Брукнер: Его рама сильно посинела, а это доказывает, что окно уже было, когда в этом помещении использовали синильную кислоту.

Студентка: Эта явная несообразность должна была бросаться в глаза посетителям лагеря!

Ф. Брукнер: Нет, не бросается. Сила внушения столь велика, что ни один из тысячи посетителей не усомнится ни на секунду в реальности страшных историей, которые он слышал с самого раннего детства. Если же кто-то осмелится задавать экскурсоводу критические вопросы, его сразу заставят замолчать встречным вопросом: «Вы что, хотите реабилитировать Гитлера?»

Студент: Говорят ли, что в Майданеке использовалась для убийства также моноокись углерода?

Ф. Брукнер: Говорят. Яд якобы подавался в камеры из больших стальных бутылок. В одной камере барака № 41 и сегодня стоят две таких стальных бутылки. Но на них написано, что они содержат не моноокись углерода, а безвредную двуокись углерода. Опять налицо грубый обман.

Студентка: Допустим, бутылки содержали моноокись углерода. Можно ли считать это доказательством убийства людей газом?

Ф. Брукнер: Это вопрос всем присутствующим.

Студент: Наличие бутылок с моноокисью углерода в камере барака № 41 в Майданеке доказывало бы только, что кто-то их туда поставил.

Ф. Брукнер: Совершенно верно!

Ещё один чрезвычайно важный момент. Как мы уже знаем, польское движение Сопротивления было прекрасно информировано о происходящем в Майданеке. Если бы там действительно убивали людей газом, об этом узнали бы уже через несколько дней. Посмотрим доклады, которые бойцы Сопротивления составляли в этот период для польского эмигрантского правительства в Лондоне.

Первое упоминание о газовой камере мы встречаем в докладе от 15 декабря 1942 года в одном-единственном предложении: «Газовая камера и крематорий работают». В последующие месяцы об этой газовой камере больше нет речи. 20 декабря движение Сопротивления приходит к чёткому выводу, что Майданек не является лагерем уничтожения, так как «истребление еврейского элемента почти завершено и осуществляется в лагерях Треблинка, Белжец, Коле (несомненно, имеется в виду Кульмгоф или Хелмно) и Собибур». Отметим, что и Освенцим отсутствует в этом списке лагерей уничтожения. Строительство Майданека этот доклад связывает с «антипольскими мерами немецких властей».

В уже упомянутом докладе движения Сопротивления, датируемом концом января или началом февраля 1943 года, нет ни слова о газовых камерах. Они начинают регулярно упоминаться в докладах только с начала мая 1943 года.

Подведём итог. Убийства газом в Майданеке якобы начались в августе 1942 года и продолжались до октября 1943 года. Если не считать одну фразу в докладе от середины декабря 1942 года, в сообщениях движения Сопротивления с августа 1942 до начала мая 1943 года нет никаких указаний на такие убийства. Если бы они имели место, бойцы Сопротивления сразу бы узнали и постоянно сообщали бы об этом. Значит, их не было, и все доклады об убийствах газом с мая по октябрь 1943 года заведомо неправдоподобны.

В заключение я хотел бы ещё вкратце сказать о якобы имевшем место массовом расстреле еврейских рабочих военных заводов 3 ноября 1943 года — событии также совершенно неправдоподобном из-за полной экономической абсурдности такой меры. К. Маттоньо убедительно доказал, что в данном случае речь идёт о ещё одной выдумке еврейской и польской пропаганды ужасов нацизма.

Студент: Мы хотели бы знать, что произошло 3 ноября 1943 года в Майданеке, согласно официальной истории и почему эта версия неправдоподобна.

Ф. Брукнер: Главным свидетелем этого якобы имевшего места массового убийства был обершарфюрер СС Эрих Муссфельдт, начальник крематория в Майданеке, который 16 августа 1947 года, находясь в польском плену, дал довольно подробное его описание. Перед казнью еврейских заключённых заставили вырыть три зигзагообразных рва длиной около 100 м и глубиной более двух метров. Расстрел длился с 6–7 часов утра до 5 часов пополудни. Более 17 000 обречённых на смерть евреев выводили десятками из барака и заставляли бежать ко рвам. Расстрельные команды регулярно сменялись. Он, Э. Муссфельдт, наблюдал эту сцену из окна расположенного поблизости нового крематория.

Может быть, наш математик Владимир быстро подсчитает, сколько времени потребуется в этих условиях на расстрел одного десятка?

Студент: Логично исходить из того, что кандидаты на смерть распределялись равномерно по трём рвам, так что на каждый ров приходилось (17 000: 30) = 567 расстрелов десятками. Так как эта акция длилась максимум 11 часов, на расстрел одной группы (11 х 3600: 567) уходило около 70 секунд. За эти 70 секунд десять жертв должны были добежать до отведённого им рва, залезть на непрерывно растущую гору трупов их расстрелянных единоверцев и принять смерть от пуль.

Ф. Брукнер: Было ли это возможно?

Студент: Несомненно, но лишь в случае постоянного взаимодействия между палачами и жертвами. Э. Муссфельдт не говорил, как долго эсэсовцы и евреи тренировались, чтобы эта акция прошла без накладок?

Ф. Брукнер: Я вижу, у вас явная склонность к цинизму. Конечно, вся эта история — полная бессмыслица. Евреи, поняв, что им нечего больше терять, попытались бы бежать, и вся акция обратилась бы в хаос, ещё не начавшись. Польское движение Сопротивления узнало об этой «бойне» только 15 ноября, хотя деревня Дзесята находилась всего в 500 м от «места казни», и датировало её пятым, а не третьим ноября. О сожжении более 17 000 трупов в его докладах не было ни слова, хотя, по Муссфельдту, оно длилось до Рождества. Кстати, описание Э. Муссфельдтом процесса сожжения изобилует несообразностями, но я не буду на них останавливаться, так как нечто подобное мы уже рассматривали в связи с Треблинкой.

Студент: Значит, из Э. Муссфельдта выбили такие показания?

Ф. Брукнер: Разумеется. Поляки могли принудить любого попавшего в их руки немца к даче любых показаний.

Предположительно, еврейские рабочие военных заводов в начале ноября 1943 года полностью или частично были переброшены из Майданека и его лагерей-спутников в другое место, а пропаганда впоследствии превратила эту «переброску» в массовый расстрел. В пользу этой версии говорит тот факт, что число еврейских рабочих военных заводов в Генерал-губернаторстве с октября 1943 по январь 1944 года не только не уменьшилось, как следовало бы ожидать после такой бойни, а наоборот, увеличилось.

Студентка: Как может официальная история, в свете изложенных вами фактов, всерьёз придерживаться этой версии, будто Майданек был лагерем уничтожения?

Ф. Брукнер: После того, как Майданек десятилетиями изображался центром уничтожения, вся официальная история Холокоста треснет по швам, если пожертвовать этим «лагерем уничтожения». Политики и историки, прежде всего, в ФРГ и Польше, стали пленниками своей собственной лжи, и любое исправление допущенных ими фальсификаций истории таит в себе непредсказуемый риск. Если признать, что о Майданеке лгали, очень многие люди спросят, а не лгали ли так же об Освенциме и Треблинке? От этих двух «лагерей уничтожения» нельзя отказаться, иначе вся история Холокоста рассыплется, как карточный домик.

Кроме того, я хотел бы обратить ваше внимание на то, что в Дюссельдорфе с 1975 по 1981 год проходил суд над бывшими служащими лагерного персонала, в ходе которого СМИ изображали обвиняемых зверями в человеческом облике, а сотни школьных классов пропустили через зал суда, чтобы натравить детей на «поколение преступников», их отцов и дедов. Восемь обвиняемых за участие в якобы имевших место убийствах газом и в якобы имевшем место массовом расстреле 3 ноября 1943 года были осуждены на разные сроки лишения свободы: от пожизненного до трёх лет.

Если теперь согласиться, что этих преступлений не было, и германская юстиция вынесла вопиюще несправедливый приговор, сразу же будут поставлены под вопрос и приговоры всех других судов ФРГ по делам «нацистских преступников», потому что все эти процессы проводились по одному шаблону.

Дамы и господа, наша сегодняшняя лекция закончена. Благодарю вас за проявленный интерес и активное сотрудничество. Завтра мы рассмотрим эпицентр Холокоста — концлагерь Освенцим. Опять небольшое домашнее задание для одного из вас. Кто готов внимательно прочитать в русском издании «Энциклопедии Холокоста» 13 страниц об Освенциме и завтра сделать резюме? Да, белокурый молодой человек с усиками?

Студент: Меня зовут Игорь, по образованию я историк и специализируюсь по новейшей истории, в частности, по Второй мировой войне, так что я кое-что уже знаю об Освенциме.

Ф. Брукнер: Хорошо, Игорь, тогда я охотно доверяю вам эту задачу. До завтра!

Глава III. Освенцим

Официальная версия истории Освенцима

Ф. Брукнер: Доброе утро, дамы и господа! Сегодня, на третий день нашего семинара, мы остановимся на самом крупном из так называемых «лагерей уничтожения» — концлагере Освенцим.

Прошу вас посмотреть на карту, чтобы наглядно представить географическое расположение того места, о котором мы сегодня будем говорить. Освенцим — город в Верхней Силезии, расположенный в месте впадения в реку Вислу притока Солы, не входил во время Второй мировой войны в состав Генерал-губернаторства, но находился на территории Германского рейха. Комплекс лагерей Освенцим включал следующие лагеря: базовый лагерь, именуемый также Освенцим I, который был расположен к юго-западу от города Освенцим; вошедшая позже в историю, как «лагерь уничтожения» Бжезинка, или Освенцим II — в двух километрах к западу от него, а примерно в семи километрах к востоку от базового лагеря, в промышленной зоне, находился Моновиц, или Освенцим III.

Теперь предоставим слово нашему другу Игорю.

Студент: Статья под рубрикой «Освенцим» занимает в «Энциклопедии Холокоста» страницы с 432 по 444-ю; ее автором значится Рауль Хильберг. Вкратце содержание статьи Р. Хильберга можно изложить так.

27 апреля 1940 года немцы устроили на территории бывших казарм польской армии концлагерь, начальником которого был назначен гауптштурмфюрер СС (капитан) Рудольф Гёсс.

В начале 1941 года химический концерн «И.Г. Фарбениндустри» искал подходящее место для производства синтетического каучука и топлива. Выбор пал на Освенцим, потому что он находился вблизи от силезских угольных шахт и железнодорожного узла, а также потому, что там имелась дешёвая рабочая сила в виде заключённых.

Ф. Брукнер: Ещё одной причиной выбора Освенцима было то, что он тогда находился вне пределов досягаемости вражеских бомбардировщиков. Только в 1944 году, когда англо-американские войска в Италии продвинулись на север, эта ситуация изменилась.

Студент: С лета 1941 года в Освенцим начали попадать, наряду с заключёнными других категорий, и советские военнопленные. Лагерь быстро расширялся — этим занималось Главное строительное управление СС, которое возглавлял Карл Бишофф. В 1942 году в Бжезинке возник лагерьспутник, именуемый лагерем для военнопленных; ещё один лагерь-спутник был построен в том же 1942 году при филиале «И.Г. Фарбениндустри» в Моновице.

Согласно написанным после войны в польском плену запискам Рудольфа Гёсса, он получил в июне 1941 года от Г. Гиммлера задание: установить в Освенциме устройства для убийства, предназначенные для «окончательного решения еврейского вопроса». Жертвами первых убийств с помощью газа были, правда, не евреи, а советские военнопленные, которых убили синильной кислотой в блоке 11 базового лагеря «Освенцим I». Дата в «Энциклопедии…» не указана.

Ф. Брукнер: Это очень показательно. Традиционно в исторических работах это первое убийство с помощью газа датируется 3-м сентября 1941 года, но Ж.-К. Прессак по непонятным причинам перенёс его на декабрь. Поскольку Ж.-К. Прессак долгие годы считался ведущим специалистом по Освенциму, Р. Хильберг поостерёгся указывать какую-либо дату.

К. Маттоньо в вышедшей в 1992 г. книге доказал, что свидетельские показания об этом первом убийстве с помощью газа противоречат друг другу по всем мыслимым позициям. Так что вполне можно исходить из того, что речь идёт о мифе. Пожалуйста, продолжайте, Игорь.

Студент: Первое убийство евреев с помощью газа произошло в феврале 1942 года на территории Освенцима в морге крематория I, превращённом в газовую камеру. Поскольку её пропускная способность была недостаточной, в газовые камеры перестроили также два крестьянских дома, расположенных вне лагеря Бжезинка и именуемых «Бункер I» и «Бункер II». 17–18 июля 1942 года Г. Гиммлер посетил Освенцим и наблюдал при этом процесс убийства с помощью газа евреев с только что прибывшего в Бжезинку железнодорожного состава.

Ф. Брукнер: Это положение основывается лишь на записях Рудольфа Гёсса, сделанных в польской тюрьме. Однако оно опровергается документом, подлинность которого неоспорима, а именно: служебным дневником Гиммлера, в котором точно запротоколирован его визит в Освенцим. Г. Гиммлер посетил только «уголовный лагерь» (Освенцим I), а также женский концлагерь, который находился в особом секторе Освенцима I. Визит в лагерь для военнопленных, т. е. Бжезинку, в дневнике не отмечен.

Студент: Но если истребление евреев, как постоянно утверждается, было секретной задачей III Рейха, не следует ожидать, чтобы присутствие Г. Гиммлера при убийстве с помощью газа было зафиксировано в служебном дневнике.

Ф. Брукнер: Согласно логике официальных историков Холокоста, в таком случае в дневнике была бы запись о его присутствии при «акции по переселению» или «специальной акции». Но описанная в дневнике программа посещения Г. Гиммлером Освенцима с указанием точного времени категорически исключает его поездку в Бжезинку. Причём, для этого была уважительная причина: разразившаяся незадолго до этого эпидемия сыпного тифа свирепствовала в Бжезинке ещё сильней, чем в базовом лагере, и не было нужды подвергать рейхсфюрера СС опасности заражения. Пожалуйста, продолжайте, Игорь.

Студент: Поскольку крематорий базового лагеря был слишком мал для сжигания трупов поступивших заключённых, в Бжезинке были построены и введены в действие с 31 марта по 26 июня 1943 года ещё четыре крематория. В них были установлены газовые камеры, в которых впоследствии совершались массовые убийства. Эти газовые камеры, а также крематории обслуживала специальная рабочая бригада, состоящая из этнических евреев, так называемая «зондеркоманда».

В ноябре 1943 года Р. Гёсса отозвали в Берлин. Его преемник Артур Либехеншель разделил комплекс Освенцима на три основных лагеря: «Освенцим I», «Освенцим II» (Бжезинка) и «Освенцим III» (Моновиц). В 1944 году в Освенцим прибыли не менее 600 000 заключённых, из них 95 % евреев. Весной и летом этого года в Бжезинке происходило массовое уничтожение венгерских евреев, а также евреев из гетто города Лодзь. В апреле над лагерем впервые пролетели разведывательные самолёты авиации «союзников», а между августом и декабрем их бомбардировщики совершили четыре налета на промышленные предприятия фирмы «И.Г. Фарбениндустри». Призывы еврейских организаций разбомбить газовые камеры были проигнорированы, как в Вашингтоне, так и в Лондоне.

1 ноября 1944 года убийства газом были прекращены. На 17 января 1945 года в лагере ещё находились 67 000 заключённых, но десять дней спустя, к моменту подхода Красной армии, из них остались лишь 8000, остальные были эвакуированы.

Всего в Освенцим было депортировано около 1,3 миллиона человек, из них примерно 1,1 миллиона евреев. Погибли в этом лагере около 1,1 миллиона человек, из них: миллион евреев, 75 000 поляков, 20 000 цыган, 15 000 советских военнопленных и 10 000 представителей других наций.

Ф. Брукнер: Большое спасибо, Игорь. Теперь я хотел бы представить вам самый главный из официальных трудов по истории Освенцима — книгу, на которой в значительной мере основывается пересказанное Игорем описание событий в этом лагере. Речь идёт о «Календаре событий в концлагере Освенцим-Бжезинка, 1939–1945» польского историка госпожи Дануты Чех. Первое издание публиковалось с 1958 по 1964 год в виде серии статей в журнале «Освенцимские тетради», а в 1989 году вышло в виде книги второе, переработанное издание. В ходе наших рассуждений мы будем постоянно возвращаться к этой работе; если не будет особой оговорки, всегда будем ссылаться на второе издание.

«Календарь…» представляет собой хронику событий в лагере. Вот один пример. О дате 21 мая 1944 года Д. Чех сообщает следующее:

«Прибыл состав № 25 из города Малин (Бельгия) с 507 евреями (228 мужчин, 29 юношей, 221 женщина, 29 девушек). Вероятно, к этой группе после отбора по прибытии присоединились 200 евреев из других мест, после чего в лагерь были приняты и зарегистрированы 300 мужчин и 99 женщин, мужчины под номерами с А-2546 по А-2845, женщины под номерами с А-5143 по А-5241. Примерно 300 остальных были уничтожены в газовых камерах».

Студентка: Здесь указывается точное число уничтоженных в газовых камерах. На какие источники опиралась госпожа Чех?

Ф. Брукнер: В конторах политического отдела лагеря в качестве писарей и на подсобных работах часто использовались заключённые разных национальностей, хорошо знавшие немецкий язык. Они тайно копировали документы о прибывающих в Освенцим составах и отмечали, сколько прибывших зарегистрировано, т. е. принято в лагерь по правилам, а сколько нет. На основании этих документов польский следователь Ян Сем в преддверии суда над Рудольфом Гёссом 16 декабря 1945 года, подсчитал общее число прибывших групп заключённых, которое достигло 3600. О незарегистрированных заключённых говорится, что они сразу же были убиты.

Студент: Это и были те, кого, признав нетрудоспособными, сразу отправляли в газовые камеры?

Ф. Брукнер: Совершенно верно. При этом речь шла исключительно о евреях. Выяснение судьбы этих людей — важнейший вопрос во всей проблеме Освенцима. Но сначала давайте остановимся на числе жертв среди заключённых, зарегистрированных в лагере официально.

Число жертв Освенцима

Ф. Брукнер: Сохранившиеся немецкие документы позволяют историку точно подсчитать число зарегистрированных в Освенциме заключённых. Францишек Пипер, начальник исторического исследовательского отдела музея Освенцима, указывает в своей работе «Число жертв Освенцима» цифру 400 207 человек. К. Маттоньо, ведущий ревизионистский специалист по Освенциму, в статье «Францишек Пипер и число жертв Освенцима», немного увеличивает эту цифру до 401 500 человек. При этом около 205 000, т. е. более половины зарегистрированных заключённых, составляли евреи.

Студентка: Известно ли количество мёртвых из этих зарегистрированных?

Ф. Брукнер: Не точно, так как в документации есть пробелы. Важнейшим источником для определения числа жертв среди официально зарегистрированных в лагере заключённых являются т. н. «Книги умерших», которые заполнялись в Освенциме по тому же принципу, что и в других концлагерях. Объём каждой книги достигал максимум 1500 страниц, причём на каждый смертельный случай отводилась одна страница, где указывались имя и фамилия умершего, дата рождения, происхождение, категория заключённого и причина смерти.

В 1990 году Советский Союз предоставил в распоряжение Международного Красного Креста 46 книг умерших в Освенциме, которые до тех пор считались пропавшими. Они охватывают, с некоторыми пропусками, отрезок времени с августа 1941 по декабрь 1943 года и содержат в общей сложности 68 751 имя. В 1995 году были опубликованы результаты обработки этих документов с помощью ЭВМ.

К сожалению, «Книги умерших» за 1944 год, наиболее важный для истории, полностью отсутствуют.

Студент: Сразу возникает подозрение, что немцы «помогли» исчезнуть «Книгам умерших» за 1944 год.

Ф. Брукнер: Мне очень жаль, но «Книгам умерших» за 1944 год «помогли исчезнуть» совсем другие люди. Ю. Граф и К. Маттоньо обнаружили в московском Государственном архиве Российской Федерации относящуюся к 1948 году переписку между некими С. Козыревым из 1-го европейского отдела Министерства иностранных дел СССР и П. Богоявленским, руководителем Чрезвычайной государственной комиссии (ЧГК). По запросу П. Богоявленского С. Козырев 19 февраля 1948 года уполномочил Комиссию ознакомить посольство Голландии с 80 книгами, содержащими списки «убитых» в Освенциме, находящимися в распоряжении Комиссии. Речь могла идти только о «Книгах умерших» из Освенцима, причём «утерянные» позже дополнительные 34 книги должны были целиком или большей частью относиться к 1944 году.

Студент: Невероятно, чтобы эти 34 книги были просто утеряны в советских архивах. Почему их не передали в 1990 году вместе с остальными 46 книгами Красному Кресту?

Ф. Брукнер: Об этом лучше всего спросить МИД вашей страны.

Кроме «Книг умерших», есть и другие немецкие документы военного времени, которые позволяют приблизительно подсчитать число жертв среди зарегистрированных заключённых, в том числе т. н. «сообщения о численности», которые дают сведения о численности обитателей лагеря в определённые дни. Эти документы за 1944 год большей частью сохранились. На их основании Ф. Пипер называет цифру 202 000 умерших в лагере зарегистрированных заключённых, К. Маттоньо — приблизительно 135 500.

Студент: Но это весьма существенная разница!

Ф. Брукнер: Вот именно. Но я не буду описывать вам, каким путём эти два автора получили такие цифры, что заняло бы слишком много времени. Вы можете сами прочитать названные тексты и решить, чья аргументация более точна, Ф. Пипера или К. Маттоньо.

Студент: По данным Ф. Пипера, умерла половина, по К. Маттоньо — более трети заключённых. Как трактуют это ревизионистски настроенные историки?

Ф. Брукнер: Причиной большинства смертей были болезни, прежде всего, постоянные вспышки сыпного тифа, с которыми с лета 1942 года никак не удавалось справиться полностью. Правда, официальные историки утверждают, что большая часть умерших зарегистрированных заключённых — это люди, признанные нетрудоспособными, которых убили в газовых камерах или путём инъекций, а причины смерти, указанные в «Книгах умерших», во всех этих случаях «липовые». Вопрос, насколько верны эти утверждения, мы вскоре рассмотрим, но сначала желательно определить число депортированных, но не зарегистрированных в Освенциме заключённых. Для этого надо взять число жертв этого лагеря согласно официальным утверждениям, и проследить, как это число за последние десятилетия пересматривалось в сторону уменьшения.

Газета «Правда» от 7 мая 1945 года утверждала, будто в Освенциме нашли смерть четыре миллиона человек. Если исходить из цифры максимум 200 000 погибших зарегистрированных заключённых, это означало бы, что 3,8 миллиона депортированных были убиты в газовых камерах без регистрации. Я лишь вкратце расскажу вам, каким образом была получена эта смехотворно неправдоподобная цифра, которую советская сторона даже оглашала на Нюрнбергском процессе.

Вскоре после освобождения Освенцима там начала работать польско-советская следственная комиссия, которую возглавляли поляки Давидовский и Долинский и представители СССР Лаврушин и Шуер. Определяя число жертв лагеря, эта комиссия исходила не из списков транспорта и «Книг умерших», а из пропускной способности крематориев. Четырём крематориям Бжезинки она приписала пропускную способность, в восемь раз превышавшую реальную, тогда как в случае с крематорием-I в базовом лагере она, по непонятным причинам, довольствовалась завышением всего в два раза. Кроме того, эти «эксперты» исходили из положения, что крематории работали бесперебойно и произвольно назвали совершенно фантастический средний коэффициент их загрузки — 0,9. С помощью таких дешёвых трюков они вычислили, что в крематориях было сожжено 3 263 тысячи трупов. К этому добавили ещё 795 000 убитых газом в «бункерах» Бжезинки и сожжённых под открытым небом, получив 4 058 тысяч жертв, округлённо — четыре миллиона.

Студент: Но это совершенно ненаучная методология!

Ф. Брукнер: Безусловно, но всё равно западные СМИ десятилетиями повторяли, как попугаи, эту цифру — четыре миллиона. Западные историки, в том числе еврейского происхождения, такие как Рейтлингер и Хильберг, никогда её не признавали. После публикации первого издания «Календаря…» (1958-64) невероятность этой цифры стала ещё более явной, так как общая численность железнодорожных составов, указанная Данутой Чех, никак не дотягивала до четырёх миллионов. Опираясь на это первое издание «Календаря…», французский еврей Жорж Веллерс опубликовал в 1983 году исследование о числе жертв Освенцима. Хотя он тоже часто прибегал к жульничеству, тем не менее снизил цифру жертв с четырёх миллионов до полутора.

Студентка: А в чём заключалось жульничество Ж. Веллерса?

Ф. Брукнер: Из-за ограниченности во времени, я приведу лишь один пример. Согласно телеграммам посла Германии в Будапеште Эдмунда Везенмейера, с мая по июль 1944 года были депортированы 438 000 венгерских евреев. Поскольку лишь около 28 000 из них были зарегистрированы в Освенциме, как утверждал Ж. Веллерс, остальные 410 000 были уничтожены в газовых камерах. При этом Ж. Веллерс не мог не знать, что в Бжезинке был пересыльный лагерь, в котором размещались незарегистрированные евреи перед отправкой в другие лагеря. Но именно об этом сообщала Д. Чех в первом издании «Календаря…», на которое опирался Ж. Веллерс. Так, 22 августа 1944 года в пересыльном лагере временно находились 30 000 венгерских евреев.

Студент: Итак, были евреи, которых не регистрировали и не убивали в газовых камерах, потому что Освенцим был для них пересыльным пунктом.

Ф. Брукнер: Это подтверждается документами, и официальная история не может об этом умолчать, но всячески преуменьшает число тех, для кого Освенцим был лишь местом пересылки.

После краха коммунистического режима в Польше новое правительство в Варшаве решило избавиться от балласта невероятных преувеличений. В 1990 году на территории Бжезинки были сняты мемориальные доски, на которых на 20 языках были высечены надписи о четырёх миллионах жертв Освенцима, и заменены новыми с цифрой в полтора миллиона. Я хотел бы процитировать слова, сказанные по поводу этой исторической ревизии польским журналистом Эрнестом Скальским:

«Что касается меня, то я, как поляк, испытываю, прежде всего, смущение, потому что ситуация чрезвычайно неприятная. Заблуждение, хотя и допущенное давно и другими, остаётся тенденциозным (…) Я допускаю, что часто приходится скрывать истину, т. е. лгать, иногда даже по возвышенным мотивам, из сострадания или деликатности. Но всегда следует знать, почему это делается и что даёт такое отклонение от истины (…) Даже если правда — не всегда добро, то ложь гораздо чаще — зло».

Студент: Поучительная цитата. Этот журналист открыто высказывает мнение о лжи вокруг истории Освенцима.

Ф. Брукнер: Но этот же журналист пишет также, что ложь часто бывает оправдана «возвышенными мотивами». Такой «оправданной возвышенными мотивами ложью» несомненно была, по логике Э. Скальского, и указанная на новых мемориальных досках цифра — полтора миллиона жертв. Примерно тогда же, когда были установлены новые доски, Францишек Пипер из музея Освенцима опубликовал польскоязычную версию своего исследования о числе жертв этого лагеря, где он пишет, что в Освенцим были депортированы около 1,3 миллиона человек, из которых погибли примерно 1,1 миллиона. Таким образом, цифра на новых досках на 200 000 больше числа всех заключённых, которые, согласно Пиперу, за всё время были доставлены в Освенцим. Но и новая цифра Ф. Пипера ни что иное, как элементарная фальсификация или, говоря словами Э. Скальского, «ложь по возвышенным мотивам».

При власти коммунистов Ф. Пипер рьяно защищал цифру «четыре миллиона», хотя, имея доступ ко всем документам, лучше всех должен был знать её абсурдность. В своей вышедшей в 1992 году на польском, а год спустя — на немецком языке книге он допустил целый ряд мошеннических передёргиваний, на которые К. Маттоньо указал в вышеупомянутой статье, развенчивающей версию Ф. Пипера.

Во-первых, Ф. Пипер, как и все ортодоксальные историки, догматически исходит из того, что всех незарегистрированных убивали, хотя нет никаких документальных доказательств этого. Исключение он делает только для тех заключённых, кто временно находился в пересыльном лагере, но определяет их количество в 25 000, хотя доказано, что их было, как минимум, 96 000. Кроме того, он выдумал 180 000 депортированных в Освенцим евреев, в том числе 112 000 польских. Ф. Пипер высосал из пальца версию о целой веренице составов из польских гетто, люди из которых якобы прямо без регистрации направлялись в газовые камеры, хотя в «Календаре…» о них нет ни слова. Число попавших в Освенцим венгерских евреев он завысил, как минимум, на 39 000, как завышает в почти каждом случае число составов с евреями, прибывших из других стран.

Студент: Но для чего все эти жульничества?

Ф. Брукнер: Чтобы нагрузить совесть немецкого народа наибольшим количеством жертв и одновременно, как можно ярче высветить, роль евреев, как народа-мученика.

Если подвергнуть цифры Ф. Пипера необходимой корректировке, мы получим максимум 611 000 евреев, которые были отправлены в Освенцим, но не были ни зарегистрированы, ни размещены временно в пересыльном лагере. Предположительно, и эта цифра завышена. Дополнительный пересмотр этой цифры в сторону её уменьшения может потребоваться, если обнаружатся новые документы о точках назначения, куда направлялись депортированные в 1944 году венгерские евреи. Из 438 000 высланных из этой страны евреев 39 000 были отправлены не в Освенцим, но многое указывает на то, что фактическая цифра была больше.

Из архивов концлагеря Штутгоф, находившегося к востоку от Данцига, явствует, что туда во второй половине 1944 года прибывали составы из Латвии и Литвы с венгерскими евреями. По всей вероятности, их депортировали в Прибалтику не через Освенцим, а через Львов. В Прибалтике они строили укрепления, а потом, по мере приближения Красной армии, их эвакуировали в Штутгоф. У меня нет доказательств, но подозреваю, что победители после войны уничтожили документы, по которым можно было бы судить о местах депортации венгерских евреев.

Студент: А сколько евреев вообще было в Венгрии в 1944 году?

Ф. Брукнер: Предположительно 800–900 тысяч. Депортация коснулась, главным образом, провинциальных евреев; столичных, которые составляли примерно половину всего венгерского еврейства, они большей частью не затронули. В июле 1944 года венгерский регент Хорти приказал прекратить депортацию, несомненно, под влиянием того, что всё более ясной становилась перспектива поражения Германии и её союзников, к числу которых принадлежала и Венгрия.

Студент: То, что немцы депортировали в 1944 году из Венгрии работоспособных евреев, я ещё могу понять: они отчаянно нуждались в рабочей силе для своих военных заводов. Но почему увозили также детей и неработоспособных?

Ф. Брукнер: Согласно официальной истории — с целью их убийства, согласно ревизионистской версии — немцы не хотели разбивать семьи.

Можно ли было скрыть массовые убийства в Освенциме?

Ф. Брукнер: Во время ведения войны, кроме всего прочего, необходима была техника, в том числе грузовики, а им требуются топливо и шины. Поскольку в Германском Рейхе не хватало ни нефти, ни каучука, после начала войны усиленно стали заниматься разработкой методов превращения угля в газообразные или жидкие углеводороды, которые использовались нефтехимической промышленностью в качестве исходных материалов для синтезирования химического топлива, в частности для получения синтетического каучука и бензина.

Во время Второй мировой войны в больших масштабах использовалась немецкая технология рафинирования угля. Доклад военного министерства США, составленный в 1947 году, гласил:

«Германия военного времени была империей, которая держалась на угле, воздухе и воде. 84,5 % её авиационного бензина, 85 % бензина для моторов, почти вся резина, 100 % концентрированной серной кислоты, исходного сырья для всех военных взрывчатых веществ, и 99 % столь же важного метанола синтезировалось из этих трёх видов сырья (…) Туловищем этого промышленного организма были установки, которые переводили уголь в газообразное состояние».

По уже упомянутым причинам: близость Силезского угольного бассейна, дешёвая рабочая сила в виде заключённых, расположение у железнодорожного узла, защищённость от бомбёжек авиацией «союзников» — технология переработки угля особенно энергично развивалась в Освенциме. Поскольку «союзники», благодаря разветвлённой сети агентов, были очень хорошо осведомлены о ситуации в Германии и оккупированных ею странах, это обстоятельство не могло ускользнуть от их внимания.

Студент: Понятно, к чему вы клоните. «Союзники» внимательно следили за тем, что происходит в Освенциме, так как тамошние предприятия приобретали всё большее значение для военной экономики.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Поэтому американский ревизионист Артур Бутс в своей вышедшей в 1976 году книге «Мистификация ХХ века» сделал вопрос о том, что знали в Лондоне и Вашингтоне об Освенциме, центральным вопросом своего исследования.

Каков был объём инвестиций фирмы «И.Г. Фарбениндустри» в Освенцим. можно представить себе из следующего отрывка, напечатанного в классической работе о Холокосте Рауля Хильберга:

«19 марта и 24 апреля 1941 года технический совет (фирмы И.Г. Фарбен) уточнил детали производства в Освенциме. Предстояло построить две фабрики, одну для изготовления синтетического каучука (Буна IV), другую для производства уксусной кислоты (…) Капиталовложения в Освенцим первоначально составляли 500 миллионов, а в конечном счёте превысили 700 миллионов рейхсмарок (…) Работы вели около 170 фирм-подрядчиков. Была построена фабрика и бараки для заключённых, проложены дороги, фабрику обнесли колючей проволокой. Поскольку город Освенцим переполнили сотрудники фирмы «И.Г. Фарбениндустри», для них построили два посёлка. Чтобы обеспечить фирму всеми необходимыми стройматериалами, Краух предусмотрительно добился того, чтобы предприятие «Буна» вплоть до его постройки относилось к 1-й категории срочности. Фирма «И.Г. Фарбениндустри» снабжалась углём из шахт Фюрстенгрубе и Янина. В обеих шахтах работали евреи».

Группа современных немецких инженеров подсчитала на основании документов общую стоимость постройки лагерного комплекса Освенцим. По нынешним ценам, СС израсходовали тогда на строительство этого лагеря 750 миллионов евро.

Студент: Как же могло прийти нацистам в голову сделать промышленную зону ареной массовых убийств? Или им было всё равно, что мир в кратчайшее время узнает об их зверствах?

Ф. Брукнер: Таким вопросом действительно можно задаться, если исходить из того, что эти зверства — исторический факт. Кстати, у Жан-Клода Прессака вы можете прочесть, что не менее 12 гражданских фирм участвовали в строительстве четырёх крематориев Бжезинки. Гражданские рабочие жили на лагерной территории и, разумеется, находились в постоянном контакте с заключёнными.

Студент: Возможно, газовые камеры после их ввода в действие были хорошо защищены от любопытных взглядов, так что ни заключённые, ни гражданские рабочие не могли ничего видеть.

Ф. Брукнер: Это было невозможно ни в Бжезинке, ни в Освенциме I. Крематорий I в базовом лагере, морг которого с февраля 1942 года якобы использовался в качестве газовой камеры для убийства людей, находился непосредственно напротив лазарета; и пациенты, и врачи могли день за днём наблюдать, как обречённых на смерть ведут в газовую камеру, и как эсэсовец поднимается на крышу крематория и засыпает через трубу гранулят Циклон Б. Четыре крематория Бжезинки были окружены только колючей проволокой, что отнюдь не защищало её от любопытных взглядов. В таком случае весь лагерь знал бы об убийствах в газовых камерах; гражданские рабочие сразу же рассказали бы своим семьям, а переведённые в другие места и освобождённые заключённые разнесли бы повсюду весть о том, какие невероятные ужасы они пережили.

Студентка: Вы говорите о переведённых в другие места и освобождённых заключённых. Можно вас попросить назвать цифры?

Ф. Брукнер: Разумеется. В своей книге о числе жертв Освенцима Ф. Пипер упоминает о примерно 187 000 переведённых из лагерного комплекса Освенцим заключённых, но К. Маттоньо утверждает, что их действительное число было гораздо выше: только в 1944 и 1945 годах из Освенцима были отправлены в другие места 250 800 человек.

Студент: А для какой, собственно, цели надо было перебрасывать такое большое число заключённых из одного лагеря в другие?

Ф. Брукнер: Заключённых перебрасывали туда, где больше всего требовалась рабочая сила, а, начиная со второй половины 1944 года, по мере того, как Красная армия занимала всё большую часть территории, ранее оккупированной немцами, узников концлагерей эвакуировали, чтобы противнику не достались рабочие и солдаты.

Из тех заключённых, которые пережили войну, большинство побывало в нескольких лагерях. Например, австрийский еврей и левый социалист Бенедикт Каутский сначала был в Дахау, потом в Бухенвальде, затем в Освенциме, а в конце 1944 года его снова перевели в Бухенвальд.

Теперь, что касается освобождённых. Ирена Стшелецкая, историк музея Освенцима, говорит в своей работе на эту тему следующее. На основании документов она утверждает, что в 1942, 1944 и в январе 1945 года были освобождены, в общей сложности, 1549 человек, и, что по другим годам документов нет. Настоящая цифра во много раз больше. В Освенциме также была категория заключённых, официально именуемых «воспитуемыми». 28 мая 1941 года Г. Гиммлер отдал распоряжение о создании «лагерей трудового перевоспитания», куда интернировали рабочих, которые отлынивали от работы или нарушали трудовую мораль. Максимальный срок интернирования достигал 56 дней. По данным бывшего директора музея Освенцима Казимежа Смолена, в Освенцим попали около 10 000 мужчин и 2000 женщин этой категории. После освобождения эти люди должны были зарегистрироваться в трудовом ведомстве. Например, по данным трудового ведомства города Белиц, Верхняя Силезия, в июле 1944 года зарегистрировался 71 такой заключённый, а в августе того же года — 82.

Студентка: Тогда должно было стать известным о массовом убийстве венгерских евреев и евреев из гетто города Лодзь.

Ф. Брукнер: Да, но «союзники», Ватикан и Международный Красный Крест ничего не знали об этих массовых убийствах, продолжая хранить молчание. Удивительно, не правда ли?

Студент: Что же, никакие вести из концлагеря Освенцим действительно не доходили до внешнего мира?

Ф. Брукнер: Почему же, доходили.

Студент: Какие именно?

Ф. Брукнер: Как раз об этом мы сейчас и поговорим.

Что было известно об Освенциме во время войны?

Ф. Брукнер: Во время немецкой оккупации в Польше существовало польское эмигрантское правительство в изгнании — Делегатура, представительство которого находилось в Лондоне. Делегатура имела собственную армию под названием «Армия Крайова», а также Департамент информации и прессы. Последний непрерывно снабжал эмигрантское правительство в Англии информацией о положении в Польше. Само собой разумеется, что созданные оккупационными властями на территории Польши концлагеря привлекали особое внимание теневого правительства, а из всех концлагерей Освенцим был самым большим.

Прекрасный испанский исследователь Энрике Айнат в своей вышедшей в 1994 году работе проанализировал переданные Делегатурой во время войны сообщения об Освенциме. В ходе дальнейшего изложения я буду опираться на эту работу.

Всего за период с 24 октября 1941 по 7 июля 1944 года было 32 сообщения Делегатуры об Освенциме. Приведу фрагмент одного из этих сообщений. Оно было составлено в форме письма президенту Республики Польша и датировано 24 мая 1944 года. В нём говорилось:

«В районе Бжезинки находятся шесть печей, т. е. крематориев. Они работают непрерывно. Сжигание трупов умерших в лагере — лишь малая часть их работы. Эти печи предназначены для живых, а не для мёртвых. И каждый день, да, каждый день по железнодорожной линии, которая ведёт в лагерь, прибывают поезда с евреями из Болгарии, Греции, Румынии, Венгрии, Италии, Германии, Голландии, Бельгии, Франции, Польши, а до недавних пор прибывали и из России (…) Ужасно думать об этом, ужасно видеть, как по лагерной улице едут грузовики, которые везут на смерть 4000 детей младше 10 лет (детей из гетто Терезиенштадта в Чехии). Одни плакали и звали «Мама!», другие, наоборот, улыбались прохожим и махали ручками. Через четверть часа все они были мертвы, и их анестезированные газом маленькие тела горели в ужасных печах. Кто мог бы счесть возможными такие сцены? Но я гарантирую и заверяю, что это действительно было, и призываю в свидетели живых и мёртвых. Убивают газом. Да, газ стоит дорого, и зондеркоманда, которая обслуживает камеры, расходует его экономно. Используемая доза убивает более слабых, а более сильных только усыпляют. Последние снова приходят в себя в тележках крематория и падают живьём в огненную бездну».

Студентка: Но это ещё страшнее современной версии!

Ф. Брукнер: Утверждение, будто немцы сжигали живьём евреев, особенно еврейских детей, сегодня не повторяет ни один историк, но во время войны оно входило в стандартный репертуар пропаганды ужасов нацизма и долго держалось ещё после войны. Вспомните отрывок из вышедшей в 1958 году книги Эли Визеля «Ночь», который я зачитал вам позавчера.

В качестве орудия преступления в докладах Делегатуры неоднократно упоминался некий «пневматический молот». Иногда под этим имелось в виду пневматическое ружьё, из которого обречённых на смерть убивали выстрелом в затылок, иногда своего рода подвижный потолок, который, опускаясь, разбивал головы узникам камеры смертников.

Студент: Опять фантастические способы убийства, как в Белжеце и Треблинке.

Ф. Брукнер: Верно. Согласно другим сообщениям, людей убивали в «электрических ваннах» или отрубали им головы. Говорилось и о газах: о БОВ, о мифическом газе под названием «крецолит» и, наконец, о синильной кислоте. Но никогда не утверждалось, будто она использовалась в форме пестицида Циклон-Б.

Студент: Агенты Делегатуры, конечно, не имели доступа к крематориям и не могли точно знать способов убийства, поэтому неизбежно распространялись самые дикие слухи.

Ф. Брукнер: Любопытно, что ни в одном из 32 докладов местом убийства не назывались крематории Бжезинки. Газовые камеры помещали в какие-то «дома в лесу»; иногда их описывали, как «души, из которых вместо воды шёл газ», иногда, как «огромные залы с окнами, через которые забрасывали газ». Как мы помним, согласно официальной версии, убийства газом в крематориях Бжезинки начались в марте 1943 года. Последний доклад Делегатуры об Освенциме датирован 7 июля 1944 года. Это значит, что Делегатура за 16 месяцев не смогла установить местонахождение газовых камер, хотя в 1944 году (неизвестно, в каком месяце) был составлен точный план Бжезинки, на котором, в частности, точно указывалось, где находятся кухни и прачечные женского лагеря. Выводы, которые можно сделать из этих голых фактов, однозначны.

За пределами Польши доклады Делегатуры не вызывали ни малейшего интереса. Английский еврей Мартин Гилберт пишет в своей книге «Освенцим и Союзники»:

«Названия и географическое положение четырёх лагерей уничтожения: Хелмно, Треблинки, Собибура и Белжеца — стали известны в союзных странах, самое позднее, летом 1942 года. Зато существование газовых камер в ОсвенцимеБжезинке оставалось тайной с первой недели мая 1942 года, с момента их ввода в действие, до третьей недели июня 1944 года (…) И даже тем, кто, как они полагали, составляли всё более полную картину того, что происходило с евреями, название «Освенцим» в эти годы почти ничего не говорило (…) Оно не входило в хорошо известный и часто цитируемый список мест уничтожения».

Студент: В крематории базового лагеря якобы убивали газом уже с февраля 1942 года. Как же «тайна Освенцима» могла оставаться неизвестной союзникам целых 28 месяцев?

Ф. Брукнер: Вот именно. И после июня 1944 года об Освенциме говорили только еврейские организации на Западе; союзные правительства продолжали хранить молчание, и Ватикан тоже.

Студент: Ватикан молчал, потому что, в противном случае, немцы могли подвергнуть репрессиям католическую церковь и лично Папу.

Ф. Брукнер: Лично с Папой Римским после 4 июня 1944 года они ничего не могли сделать, потому что в этот день англо-американские войска вошли в Рим. Националсоциалисты были не настолько безумны, чтобы при постоянно ухудшающейся военной обстановке преследовать ещё и католическую церковь, тем самым восстанавливая против себя всех католиков Европы, включая немецких. Я хотел бы обратить ваше внимание на то, что у католического епископа Клеменса Галена, который в своих проповедях выступал против т. н. эвтаназии — медицинского умерщвления душевнобольных, ни один волос не упал с головы, как и у его единомышленника протестантского епископа Теофиля Вурма. После выступлений этих двух епископов, по крайней мере, в самой Германии эвтаназия была прекращена.

Международный Красный Крест также упорно молчал. В сентябре 1944 года его делегация посетила Освенцим. В докладе, составленном после этого для центра в Женеве, делегаты писали, что ходят слухи, будто людей в Освенциме в массовом порядке убивают газом в «очень современном душевом помещении, но не представлялось возможным чтото доказать. Сами заключённые об этом не говорили».

Студент: Значит, даже в сентябре 1944 года об Освенциме не было ничего, кроме «слухов», и убийства газом происходили в душевой, а не в крематориях.

Ф. Брукнер: Всё изменилось два месяца спустя. В ноябре 1944 года в США появился т. н. «Доклад КВБ» — что означало «Комитет военных беженцев». Речь шла об организации, созданной в начале 1944 года под эгидой министра финансов США, еврея Генри Моргентау. «Доклад КВБ» содержал три описания, данных бежавшими из Освенцима бывшими заключёнными. Важнейшим из них был т. н. «Доклад Врбы-Ветцлера». Рудольф Врба (настоящее имя Вальтер Розенберг) и Альфред Ветцлер — это два молодых словацких еврея, которым 7 апреля 1944 года удалось бежать из Освенцима. Потом они пробрались в Словакию и опубликовали там документ о лагере на словацком языке, который позже был переведён на английский. Отрывок из него фигурировал на Нюрнбергском процессе, как «доказательный материал» обвинения. Согласно этому документу, в Бжезинке до апреля 1944 года были убиты газом 1 765 000 евреев, в том числе 150 000 французских и 50 000 литовских. Правда, из Франции за всю войну был депортирован 75 721 еврей, и не все они попали в Освенцим, а о депортации литовских евреев в Освенцим историки вообще никогда не упоминали.

Р. Врба и А. Ветцлер так описывали убийства газом в крематории II Бжезинки:

«2000 человек заполняют эту камеру так, что они могут только стоять (…) Когда все уже в камере, закрывается тяжёлая дверь. Потом короткое время ждут, вероятно затем, чтобы температура в камере стала достаточно высокой, потом эсэсовцы в противогазах поднимаются на крышу, открывают оконные ставни и высыпают в камеру из жестяных банок препарат в форме порошка (…) На банках написано: «Циклон» для уничтожения вредных насекомых (…) Через три минуты все в камере мертвы (…) Потом камеру открывают, проветривают, и зондеркоманда отвозит трупы на плоских вагонетках полевой железной дороги к печам, где их сжигают».

Попробуйте сравнить это описание с позднейшей версией убийств в Освенциме.

Студент: Обе версии совпадают в том, что убийства газом происходили в крематориях Бжезинки и что орудием убийства был Циклон. Таким образом, «Доклад Врбы-Ветцлера» представляет собой значительный шаг по направлению к современной версии. Различие заключается в том, что газовая камера у Врбы-Ветцлера явно находится на том же уровне, что и печь, иначе трупы туда нельзя было бы доставлять по рельсам «полевой железной дороги». Однако, как вы говорили позавчера, морг, который согласно ортодоксальной версии служил газовой камерой, находился этажом ниже, чем печь.

Ф. Брукнер: О «Докладе КВБ», который иногда называют также «Освенцимскими протоколами», Энрике Айнат написал работу, которую я очень советую прочесть. Но она, к сожалению, пока существует только на испанском языке. В ней автор указывает и на другие противоречия между «Докладом Врбы-Ветцлера» и нынешней официальной версией.

27 января 1945 года Освенцим был освобождён Красной армией. Вслед за солдатами в лагерь вошли и советские журналисты, самым знаменитым из которых был военный корреспондент Борис Полевой, еврей по национальности. Как вы помните, немцы отпустили 8000 слабых и неработоспособных заключённых, так что Б. Полевой и его коллеги имели возможность в деталях узнать от большого количества свидетелей о том, что происходило в этом лагере. 2 февраля в газете «Правда» появилась статья Б. Полевого, в которой, в частности, можно было прочесть следующее:

«В прошлом году, когда Красная армия раскрыла перед всем миром страшные и отвратительные тайны Майданека, немцы в Освенциме начали заметать следы своих преступлений. Они сровняли с землёй холмы, так называемых, «старых могил» в восточной части лагеря, взорвали и уничтожили следы электроконвейера, где сотни людей одновременно убивались электрическим током; трупы падали на медленно ползущую печь, где и сгорали дотла (…) Увезли в тыл особые подвижные аппараты для умерщвления детей. Стационарные газовые камеры в восточной части лагеря были перестроены: к ним приделали даже башенки и архитектурные украшения, чтобы они выглядели невинными гаражами (…) Этот гигантский комбинат смерти был оборудован и снабжён всеми орудиями пыток, какие только могли изобрести немецкие изверги».

Студент: Я надеюсь, о конвейере, на котором заключённых отправляли током на тот свет, мир тогда услышал в первый и в последний раз?

Ф. Брукнер: Да, как и о прелестно разукрашенных газовых камерах «в восточной части лагеря».

Студентка: Похоже, Б. Полевой дал волю своей необузданной фантазии.

Студент: Может быть ещё одно объяснение: бывшие заключённые солгали ему. Но зачем они рассказывали о вымышленных ужасах, если пережили вполне реальные?

Ф. Брукнер: Вот именно, зачем? Статья Б. Полевого доказывает, что западные союзники и советская сторона не скоординировали своевременно общую пропагандистскую легенду в вопросе об Освенциме. В ноябре 1944-го появился доклад КВБ, в котором говорилось, что массовые убийства совершались в крематориях с помощью Циклона. Очевидно, американцы или действовавшие в Америке еврейские организации не сообщили своевременно эту версию в Москву, иначе Б. Полевой в своей статье в «Правде» не выдумал бы электрический конвейер и не поместил бы газовые камеры в восточной, а не в западной части Освенцима. Вот причина разночтений!

Студентка: А когда история Освенцима была сформулирована в своей современной версии?

Ф. Брукнер: Вскоре после освобождения этого лагеря. Перед советско-польской следственной комиссией выступили три польских еврея — Генрик Таубер, Шлама Драгон и Генрик Мандельбаум. Они были членами, так называемой, «зондеркоманды». Я говорю «так называемой», потому что этот термин, в связи с крематориями, не подкреплён документально. В документах говорится просто о «персонале крематория», но ради упрощения мы и впредь будем употреблять этот обычный для специальной литературы термин. Трое названных свидетелей в один голос заявили, что орудием убийства служил пестицид Циклон-Б и локализовали, как место преступления, крематории Бжезинки. Таким образом, ложь об Освенциме обрела свою нынешнюю форму, только число жертв было позднее резко сокращено.

Как вы помните, советско-польская комиссия говорила о четырёх миллионах погибших в Освенциме. Эту цифру Г. Таубер повторил 24 мая 1945 года перед польским следователем, что является одним из многих доказательств того, что свидетелей инструктировали перед допросом, что именно они должны говорить. Даже если исходить из возможности реальных убийств в газовых камерах, свидетели не могли знать общее число жертв.

Студент: Если я вас правильно понял, задача зондеркоманды заключалась в обслуживании газовых камер и крематориев?

Ф. Брукнер: Совершенно верно.

Студент: Тогда члены зондеркоманды были самыми опасными свидетелями, поскольку они знали процесс уничтожения во всех деталях. Как же немцы оставили в живых столь опасных свидетелей, как Г. Таубер, Ш. Драгон и Г. Мандельбаум, вместо того, чтобы своевременно их устранить?

Ф. Брукнер: Речь идёт не только об этих троих. Хотя в официальной литературе говорится, будто членов зондеркоманды ликвидировали каждые четыре месяца и заменяли новыми, благодаря невероятному стечению чудесных обстоятельств они годами оставались в живых целыми толпами, а после войны рассказывали перед судами и комиссиями о том, какие ужасы они пережили.

Убивали ли в Освенциме нетрудоспособных заключённых?

Ф. Брукнер: Согласно версии официальной истории, в Освенциме производились два вида отбора: первый, как правило, по прибытии в лагерь состава с еврейскими заключёнными, причём утверждается, что нетрудоспособных евреев без регистрации сразу отправляли в газовые камеры; во-вторых, регулярно производился отбор и среди зарегистрированных заключённых. Вот отрывок из обоснования приговора Франкфуртского суда по делу над персоналом Освенцима (1963-65):

«В концлагере Освенцим в большом количестве убивали и находившихся в лагере больных заключённых, особенно евреев, признанных нетрудоспособными (…) В больнице для заключённых почти ежедневно из тех заключённых, которые заявляли о своей болезни и после осмотра врачом из рядов заключённых показывались лагерному врачу, отбирались те, кого лагерный врач признавал нетрудоспособными. Потом их убивали при помощи инъекций фенолина (…) Кроме того, периодически проводились т. н. лагерные селекции. При этом заключённые (…) обследовались на предмет их трудоспособности (…) Заключённые должны были при этих селекциях раздеваться догола. Лагерный врач-эсэсовец определял их трудоспособность на глазок. Того, кто казался ему нетрудоспособным (…), отделяли от других заключённых и изолировали от них в отдельный блок. Через несколько дней отбракованных заключённых доставляли на грузовиках в газовые камеры и там убивали газом».

Подробнейшая документация о медицинском обслуживании заключённых в Освенциме категорически опровергает эти утверждения, основанные, разумеется, только на показаниях свидетелей.

Студент: Значит, вы не верите, что в Освенциме практиковали «селекцию»?

Ф. Брукнер: Она, несомненно, проводилась, но целью этого отбора была не отбраковка нетрудоспособных для отправки их в газовые камеры или их убийства с помощью уколов фенола, а принятие решения, отправить ли отобранных в лагерь, и если да, то в какую его часть. Освенцим имел более 30 лагерей-спутников, в которых заключённые использовались на разных работах, например, в лагере-спутнике Райско — на сельскохозяйственных.

Студентка: А что происходило с теми, кого не принимали в лагерь?

Ф. Брукнер: По мнению ревизионистов, их направляли в другие места, доказательства чего я приведу завтра. А сначала поговорим о медицинском обслуживании заключённых Освенцима. Я буду опираться, в первую очередь, на рукопись ещё не опубликованной книги К. Маттоньо о селекции в Освенциме, в которой цитируются десятки относящихся к этому вопросу документов.

Начнём с датированного 20 марта 1943 года письма гауптштурмфюрера СС врача д-ра Вирта коменданту лагеря Рудольфу Гёссу, озаглавленного «Больница для заключённых ЛВП» (ЛВП — лагерь для военнопленных, имеется в виду Бжезинка), в котором говорится:

«После обсуждения этого вопроса с комендантом, для строительного участка 2 ЛВП за основу для расчёта необходимого числа больничных мест взято количество заключённых, равное 45 000. Соответственно при средней цифре 10 % лежачих больных требуется 4500 коек».

16 декабря 1943 года лагерным врачом концлагеря Освенцим I был составлен «Квартальный отчёт о санитарной службе концлагеря Освенцим I», из которого я хотел бы привести большие отрывки:

«Больница для заключённых имела в отчётном квартале следующие специальные секции: рентгеновский кабинет, химическую лабораторию, секцию отоларингологии, оптическую мастерскую, секцию светолечения, аптеку лекарственных трав, диетическую кухню, стоматологическую секцию. Умывальников, клозетов, а также ванн вполне достаточно и для большего числа больных. Заключённые моются минимум раз в неделю. Камер для дезинфекции и прачечных также достаточно. Бельё можно менять раз в 14 дней (…)

Для борьбы с угрозой сыпного тифа ежедневно проводится проверка на вшивость и на лихорадочное состояние, а также дезинсекция и дезинфекция всех лагерных блоков. Дальнейшее распространение заболеваний сыпным тифом удалось таким образом предотвратить (…)

В октябре в блоке 24 устроен бордель с 19 женщинами. Эти женщины были предварительно обследованы на реакцию Вассермана (сифилис) и гонорею. Такие обследования повторяются с регулярными промежутками.

В осенние месяцы в некоторых блоках в больших количествах появились клопы. Эти блоки были обработаны газом Циклон-Б и с его помощью очищены от вредных насекомых.

Снабжение мылом, по условиям времени, по-прежнему недостаточно, равно, как и средствами ухода за зубами (…) Продовольственное снабжение в целом не претерпело значительных изменений, и его можно считать достаточным. Не вполне достаточно в настоящее время снабжение картофелем. Добавочные порции хлеба и колбасы также остались прежними. Примерно дважды в месяц заключённые получают кроме того молочный суп (…)

С наступлением холодной погоды соответственно утеплена одежда заключённых. В настоящее время все команды снабжены суконной одеждой, шинелями, шапками, чулками, шерстяными жилетами, рукавицами и закладками для защиты ушей».

Студентка: Всё это совсем не похоже на лагерь уничтожения.

Ф. Брукнер: В самом деле, не похоже.

Студент: Может быть, медицинским обслуживанием пользовались только заключённые-неевреи?

Ф. Брукнер: С еврейскими заключёнными обращались, в принципе так же, как и с другими, и с конца 1943 года также их в случае необходимости лечили в больницах вне лагеря. 9 декабря 1943 года инспектор концлагерей Рихард Глюкс писал в циркуляре комендантам всех лагерей, включая Освенцим:

«По согласованию с Главным ведомством безопасности Рейха приказываю, чтобы еврейские заключённые, которым срочно необходимы операции, переводились в ближайшую больницу. Такой перевод возможен лишь в том случае, если операцию будет проводить врач-еврей, тоже переведённый для этой цели».

Пять дней спустя комендант Освенцима Рудольф Гёсс, по согласованию с Главным ведомством безопасности Рейха, сделал дополнение, согласно которому операцию мог проводить и врач-нееврей из числа заключённых, если не найдётся врача-еврея.

Ещё на тему операций. Согласно данным польского историка Генрика Свебоцкого, который опирается на сохранившиеся «Книги операций» врачей СС, в период с 10 сентября 1942 по 23 февраля 1944 года в Освенциме было сделано всего 11 246 операций. Сборник, в котором напечатана статья Г. Свебоцкого, называется «Освенцим: Исследования по истории концлагеря и лагеря уничтожения». Это в «лагере уничтожения» за 18 месяцев были прооперированы более 11 000 заключённых!

Студент: У меня постепенно создаётся впечатление, что ортодоксальные историки Холокоста явно страдают умственным расстройством.

Ф. Брукнер: Не забывайте, что исторические исследования, противоречащие официальной версии, беспощадно пресекаются также в Польше. И в сегодняшней «демократической» Польше не меньше, чем во вчерашней, коммунистической. Тот, кто хочет в этих условиях изучать историю Холокоста и Освенцима, не должен выходить за политические рамки, продиктованные системой. Не желающий этого делать должен учитывать все возможные последствия: от запрета на профессию и общественного осуждения, до тюрьмы.

Студент: А историк, который не хочет лгать ради карьеры и при этом не потерять своё место и не оказаться за решёткой?

Ф. Брукнер: Пусть занимается темами, где есть свобода исследований, поскольку они не имеют значения для господствующей системы, например, византийской историей или Карлом Великим, существование которого оспаривает целая историческая школа, не рискуя иметь из-за этого неприятности с юстицией.

Но давайте продолжим. Перед вами датированная 27 июля 1944 года статистика «временно размещённых в лагере венгерских евреев». Из неё явствует, что к этому дню 3138 венгерских евреев лечились в лазарете. Причины:

хирургические операции — 1426 случаев,

понос — 327,

запор — 253,

ангина — 79,

диабет — 4,

сердечная недостаточность — 25,

чесотка — 62,

пневмония — 75,

грипп — 136,

опрелость — 268,

прочие — 449.

Инфекционные болезни:

скарлатина — 5,

свинка — 16,

корь — 5,

рожа — 5.

Студент: Именно тогда, когда якобы происходило массовое убийство венгерских евреев!

Ф. Брукнер: «Доказательством» массового убийства служат одни свидетельские показания, тогда как приведённая статистика взята из официального документа. Обратите, кстати, внимание, что в заголовке доклада речь идёт о временно размещённых в лагере венгерских евреях; это подкрепляет тот тезис, что Освенцим для большинства депортированных был лишь пересыльным лагерем, как давно утверждают ревизионисты.

Наконец, я хотел бы указать ещё на то, что число нетрудоспособных заключённых в Освенциме всегда было очень высоким. На 22 сентября 1942 года там находились 16 459 заключённых мужчин и 11 748 женщин, из них 5481, т. е. 20 %, были нетрудоспособными. На 31 декабря 1943 года число заключённых составляло 85 298 человек, из них нетрудоспособными были 19 699, т. е. около 23 %.

Студент: Неработоспособные могли при надлежащем лечении снова стать трудоспособными, так что убивать их с экономической точки зрения было бы нецелесообразно. Возможно, убивали только инвалидов, которые и в будущем не смогли бы работать.

Ф. Брукнер: И эта гипотеза опровергается документами. Инвалиды в Освенциме относились к особой категории. 24 июня 1942 года оберштурмбаннфюрер СС Герхард Маурер, начальник ведомства Д-II, писал в циркуляре комендантам лагерей:

«Нетрудоспособные заключённые. Указывать их число в ежедневных сообщениях (…) в такой последовательности:

1) Больные а) на амбулаторном лечении б) на стационарном лечении.

2) Инвалиды».

Так что инвалиды регулярно указывались, как особая группа в сообщениях о численности заключённых.

Студент: Значит, Вы считаете все утверждения об убийстве нетрудоспособных заключённых в Освенциме ложью и фальсификацией?

Ф. Брукнер: Я полагаю, что в ряде случаев убийства неизлечимых тяжелобольных с помощью инъекций имели место, причём, в свидетельствах о смерти причиной называли «остановку сердца», не уточняя, чем была вызвана эта остановка сердца. Как вы знаете, в Третьем рейхе практиковалась т. н. «эвтаназия»; под этим понимали, большей частью, медицинское умерщвление психически больных, но часто и физически неизлечимых больных. С учётом этого я считаю вероятным, что и в Освенциме имели место такие случаи, но не думаю, что их было больше нескольких сотен, поскольку только болезнь сама по себе, нетрудоспособность или даже инвалидность никогда не были причиной для убийства. Одни лишь процитированные сегодня документы уже подтверждают это, а они — лишь ничтожная доля сохранившихся документов о медицинском обслуживании в Освенциме.

Студентка: А как вы оцениваете «убийства из милосердия» с моральной точки зрения?

Ф. Брукнер: Мы сегодня выясняем исторические факты, а не даём оценки. Но я отвечу на ваш вопрос. Я категорически против «эвтаназии», но считаю её менее отвратительным преступлением, чем поставленная в нашем современном либеральном обществе на поток варварская практика абортов: убийство миллионов здоровых детей во чреве матери.

Студент: А как обстоит дело с утверждением, будто в Освенциме убивали стариков и маленьких детей, поскольку это были «лишние рты»?

Ф. Брукнер: И это утверждение официальных историков опровергается документами. Если бы оно было верным, то не было бы никаких свидетельств о смерти таких людей, потому что их вообще не регистрировали бы в лагере. Но в действительности всё выглядело иначе.

В 1991 году немецкий журналист Вольфганг Кемпекнс изготовил копии 800 свидетельств о смерти. Опираясь на эти документы, один американский ревизионистский журнал опубликовал статью на эту тему с копиями 30 свидетельств о смерти стариков.

Студент: Разве это не позор, что стариков отправляли в лагерь?

Ф. Брукнер: Разумеется, хотя причиной этого был не садизм, а нежелание отрывать этих людей от их близких. По данным компьютерной обработки «Книг умерших», в Освенциме было зарегистрировано такое количество смертей стариков и детей младше 10 лет:

свыше 90 лет — 2.

от 80 до 90 лет — 73.

от 70 до 80 лет — 482.

от 60 до 70 лет — 2083.

от 0 до 10 лет — 2584 смертных случая.

Если бы версия официальной истории была бы верной, не было бы ни одного такого свидетельства о смерти, так как всех этих людей сразу же по прибытии в лагерь без регистрации отправили бы в газовые камеры.

Один показательный пример. Родившаяся 20 сентября 1874 года чешская еврейка Минна Гроссова была депортирована 19 октября 1942 года в Треблинку. Поскольку Треблинка считается «лагерем тотального уничтожения», её должны были бы там сразу убить. Но этого не случилось; госпожа Гроссова умерла 30 декабря 1943 года в Освенциме; то, что её смерть была зафиксирована документально, доказывает, что и там её сразу же по прибытии не отправили без регистрации в газовую камеру. Кстати, подобные случаи подкрепляют ревизионистский тезис, согласно которому Треблинка была пересыльным лагерем.

После освобождения Освенцима четверо еврейских врачей, бывшие заключённые этого лагеря: Лебовиц, Рейх, Вейль и Блох — составили по заданию советских властей список имён более тысячи заключённых, почти сплошь евреев, которые на 27 января 1945 года находились в лагерной больнице. Среди них было 97 мальчиков и 83 девочки в возрасте от нескольких месяцев до пятнадцати лет.

Студент: Как же объясняют все эти факты ортодоксальные историки?

Ф. Брукнер: Вообще никак! Они замалчивают то, что невозможно опровергнуть. Понимаете теперь, почему эти господа никогда не вступают в дискуссию с более компетентными ревизионистами?

Студентка: С учётом всего сказанного, мы можем считать тему Освенцима закрытой и уйти домой раньше, чем планировалось.

Ф. Брукнер: В принципе, да. Но, учитывая огромное значение проблемы Освенцима, мы не можем не рассмотреть этот вопрос с судебной точки зрения.

«Орудие убийства»: циклон-Б

Ф. Брукнер: При каждом нормальном процессе об убийстве должен быть налицо труп или, если такового не имеется, доказательство того, что человека убили, а от его трупа потом избавились. Кроме того, должна быть проведена экспертиза орудия убийства; например, при убийстве ножом судебный медик ищет на лезвии ножа следы крови, а на рукоятке — отпечатки пальцев.

Ни на одном процессе «нацистских преступников» этого не было проведено. Имелись лишь свидетельские показания, так что научные исследования были не нужны.

Студентка: Значит, ревизионисты впервые подняли этот вопрос?

Ф. Брукнер: Первые ревизионисты, как ни странно, нет. П. Рассинье в своих книгах, хотя и касается в ряде мест вкратце технических аспектов мнимых убийств с помощью газа, не останавливается на них подробно. Историческая заслуга осознания значения этого вопроса принадлежит его соотечественнику и последователю Роберту Фориссону.

Р. Фориссон, 1929 года рождения, профессор французской литературы, никогда не верил в истребление евреев по той простой причине, что во Франции слишком много евреев. Но при этом газовые камеры примерно до 1960 года он считал реальностью. Чтение книги Поля Рассинье «Ложь Одиссея» посеяло в нём сомнения, и он решил основательно изучить этот вопрос. Центральным вопросом исследований Р. Форрисона, наряду с изучением документов и анализом свидетельских показаний, стала технология убийств с помощью газа.

«Я хотел знать, как усыпляют газом племенных норок, как пускают его в лисьи норы, как осуществляются в США казни с помощью газа. При этом я установил, что в подавляющем большинстве случаев используется цианистый водород».

Первая казнь осуждённого на смерть с помощью газа состоялась в 1924 году в штате Невада, последняя — в 1999 году в штате Аризона. Тогда казнили этим способом немца, осуждённого на смерть за убийство. Он мог выбрать смертельную инъекцию или газовую камеру и выбрал последнюю.

Студент: Почему американцы стали применять такой способ казни?

Ф. Брукнер: Два других практиковавшихся в США способа казней: электрический стул и повешение — могли быть очень мучительными при неквалифицированном исполнении. Если электрический стул работает неправильно, казнь на нём может превратиться в сожжение живьём, а если при повешении неправильно завязать петлю или если виселица слишком низкая, смерть наступает не быстро в результате перелома шейных позвонков, а медленно в результате удушения. Поэтому была изобретена газовая камера, как более гуманная альтернатива этим способам.

Студент: Почему приговорённых к смерти просто не расстреливали, как было у нас до отмены смертной казни?

Ф. Брукнер: Это загадка и для меня. Возможно, изобретение таких способов казней, как электрический стул и газовая камера, можно объяснить американским помешательством на технике.

Сейчас вы видите рисунок газовой камеры в городе Ралей, штат Северная Каролина. Казнь с помощью газа — сложный процесс. Газовая камера должна быть герметичной, иначе для персонала тюрьмы и свидетелей он превратится в игру со смертью. Процесс казни протекает следующим образом. Приговорённого привязывают к стулу. Потом шарики цианида опускают в сосуд с разбавленной серной кислотой. Шарики растворяются, и смертельный газ выходит. Если приговорённый глубоко дышит, он теряет сознание примерно через 45 секунд, но до его смерти проходит потом, минимум, 10 минут. Затем газовую камеру вентилируют в течение 15 минут; газ нейтрализуется очистителем воздуха и отводится через высокую трубу. Ещё через 30 минут врач и два помощника входят в камеру в противогазах и удаляют труп.

Студент: Но если приговорённый долго задерживает дыхание, этот вид казни тоже может быть весьма мучительным.

Ф. Брукнер: Такие случаи действительно были. Это, наряду с дороговизной и опасностью данного способа казни, было причиной того, что все штаты США, которые ранее практиковали этот способ, заменили его смертельной инъекцией или, по меньшей мере, допускают последнюю, как альтернативу.

Как вы думаете, почему я столь подробно остановился на этой мрачной теме?

Студент: Это каждому ясно. Если даже убийство одного человека цианистым водородом связано со столь большими проблемами, то одновременное убийство сотен или даже тысяч людей в Освенциме было бы несравненно более сложным делом.

Ф. Брукнер: Элементарно, мой дорогой Ватсон. Удивительно, что до Р. Фориссона эта нелепость никому не бросилась в глаза.

Цианистый водород чрезвычайно подвижен. Это причина того, что он регулярно используется для уничтожения вредных насекомых. Куда бы ни спрятались блохи, вши и тараканы, газ их достанет. Обратная сторона этого свойства данного газа — его способность проникать через щели и трещины и создавать угрозу также для людей, если подлежащие дезинсекции помещения недостаточно герметичны.

В одной книге о клинике и терапии отравлений описан несчастный случай со смертельным исходом, произошедший в Германии. Двадцатилетняя декоратор работала в подвале дома, на втором этаже которого производилась дезинсекция с помощью цианистого водорода. Из-за недостаточной герметичности газ проник в коридор, где задержался дезинсектор, а оттуда через воздушную шахту — в подвал. Декоратор и двое её сотрудников вдруг почувствовали головные боли, головокружение, першение в горле и покинули подвал. Через полчаса они вернулись туда, и декоратор упала в обморок. Сотрудники доставили её в больницу, где её удалось спасти. Дезинсектор же был найден мёртвым в коридоре1.

Другой источник опасности — способность цианистого водорода прилипать к поверхностям.

И на этот счёт есть показательный пример. В 1998 году один студент колледжа в штате Айова совершил самоубийство, проглотив большое количество цианистого калия. Не менее девяти человек — двое служащих колледжа, три студента и четыре фельдшера — отравились, прикоснувшись к его трупу. Поднимавшиеся от трупа самоубийцы пары синильной кислоты вызывали у них приступы слабости и головокружение. К счастью, все девять человек остались в живых.

Насколько опасно касаться трупа жертвы синильной кислоты, описывает Билл Армонтраут, директор тюрьмы в Джефферсон-Сити, штат Миссури, в книге о смертных казнях в США:

«Цианистый водород проникает через поры кожи. Нужно надевать резиновые перчатки и потом обрызгивать из шланга труп (казнённого в газовой камере) для освобождения его от ядовитых веществ, прежде чем делать что-то другое».

Студент: Разумеется, персонал тюрьмы, который после казни входил в газовую камеру, должен был надевать не только перчатки, но и противогазы.

Ф. Брукнер: Притом противогазы, оснащённые специальными защитными фильтрами, иначе они не обеспечивали бы абсолютной защиты. Теперь давайте вернёмся в теме Освенцима. В своих записках, сделанных в 1946-47 годах в краковской тюрьме, первый комендант Освенцима Рудольф Гёсс так описывает действия зондеркоманды, которая якобы обслуживала газовые камеры и крематории в Освенциме:

«Потом трупы вытаскивали из камер, удаляли золотые зубы, отрезали волосы и волокли их к ямам или к печам (…) Все эти работы они проделывали с тупым равнодушием, будто делали что-то повседневное. Перетаскивая трупы, они ели или курили».

Что вы об этом скажете?

Студент: Члены зондеркоманды вряд ли могли есть и курить в противогазах. Поскольку они, в отличие от персонала американской тюрьмы после казни в газовой камере, перетаскивали не один, а сотни или тысячи трупов, да ещё вырывали у них золотые зубы и отрезали волосы, после чего все должны были вскоре рухнуть без сознания и умереть. Поляки явно заставили Гёсса написать то, чего он не мог видеть, поскольку это невозможно.

Ф. Брукнер: Это действительно единственное логическое объяснение. Посмотрите теперь на следующий рисунок. Его сделал Давид Олер, еврей, который зарабатывал в Освенциме дополнительный паёк, рисуя портреты эсэсовцев. После освобождения он изобразил ряд страшных картинок, которые периодически воспроизводятся в литературе о Холокосте и в СМИ. Рисунок, который вы видите, был помещён, например, в книге Ж.-К. Прессака «Освенцим. Техника и работа газовых камер», а также в статье об Освенциме в журнале «Шпигель» от 4 октября 1993 года. На нём изображены члены зондеркоманды, которые в крематории III Бжезинки волокут трупы из газовой камеры в печь. Что на этом рисунке бросается в глаза?

Студентка: Члены зондеркоманды не только работают без противогазов, но ещё и обнажены до пояса. Они бы мигом умерли, отравившись синильной кислотой.

Студент: И печь находится на одном уровне с газовой камерой, а в крематории III печь и морг находились на разных этажах.

Ф. Брукнер: Совершенно верно. Как видите, достаточно минимальных знаний об этом предмете, чтобы назвать рисунок Олера «причудливой сказкой» (Р. Фориссон). Но лишь один из сотни читателей знает свойства синильной кислоты и лишь один из тысячи — структуру крематория III в Бжезинке, а на «непосвящённых» такие картинки производят сильное впечатление.

В конце 1978- начале 1979 года Р. Фориссону удалось опубликовать в ведущей французской газете «Ле Монд» две статьи, отрывки из которых я хотел бы процитировать.

В первой из них, напечатанной 29 декабря 1978 года, Р. Фориссон сравнивал казнь в американской газовой камере с описанными свидетелями массовыми убийствами газом в Освенциме:

«Чтобы отравить газом одного связанного по рукам и ногам заключённого, американцы используют особый газ в небольшом помещении. После использования газ отсасывается и нейтрализуется. Как же могли, например, в Освенциме запихнуть две или даже три тысячи людей в помещение площадью 210 м2 (!), а сразу же после смерти жертв посылать в это насыщенное цианистым водородом помещение команду без противогазов, чтобы вытаскивать отравленные цианидом трупы?»

Во второй своей статье, напечатанной 16 января 1979 года, Р. Фориссон указывал на то, что согласно запискам Рудольфа Гёсса, уже через полчаса после ввода газа, дверь открывали, и включали вентиляцию. Р. Фориссон утверждал невозможность этого и добавлял:

«Все свидетельские показания, какими бы туманными или противоречивыми они ни были в остальном, сходятся, как минимум, в этом пункте: команда открывала помещение либо «сразу же», либо «уже вскоре» после смерти жертв. Я считаю, что один этот пункт уже доказывает лживость свидетельских показаний».

Студентка: Как вы объясняете, почему все свидетели в один голос рассказывали такие невероятные истории?

Ф. Брукнер: Вопрос ко всем! Дайте, пожалуйста, ответ сами!

Студент: В тот момент, когда давались эти свидетельские показания, все говорили о четырёх миллионах жертв Освенцима, из которых подавляющее большинство якобы погибло в газовых камерах. Если так, то газовые камеры в Освенциме должны были работать непрерывно, убивать людей в рекордно короткие сроки, и их нельзя было вентилировать на протяжении многих часов после каждого цикла.

Ф. Брукнер: Вы попали в самую точку.

Перейдём теперь к свойствам содержащего синильную кислоту пестицида Циклон-Б. Он был выпущен в продажу вскоре после Первой мировой войны и под фирменным названием «цианосил» используется и сегодня при сильном заражении паразитами. Этот пестицид имеет форму синильной кислоты, поглощённой пористой несущей субстанцией (обычно гипсом). Он поставляется упакованным в банках. При контакте с воздухом синильная кислота выходит из гранулята, причём скорость испарения зависит от температуры: чем выше температура, тем быстрей испарение. При 15 °C проходит около двух часов, прежде чем вся синильная кислота выйдет из несущего материала. Вы видите на этом графике корреляцию между температурой и скоростью испарения.

Кто из вас может мне объяснить, почему синильная кислота должна так медленно выходить из несущего материала?

Студент: Чтобы обеспечить безопасность дезинфекторов.

Студентка: Чтобы яд мог проникнуть в самые дальние уголки помещения и в самые глубокие складки одежды, в которой завелись вши.

Ф. Брукнер: Оба объяснения правильны.

Циклон-Б до конца Второй мировой войны распространялся фирмой «Дегеш» (Немецкое общество борьбы с паразитами) и служил главным средством борьбы с паразитами в силосных башнях, на кораблях, в поездах, в домах и т. д., а также при дезинсекции одежды. Для ускорения дезинсекции одежды были сконструированы специальные камеры, которые работали т. н. циркуляционным способом «Дегеш». В них банки с Циклоном-Б открывались расположенным снаружи механизмом и грануляты падали в корзину, куда веерное устройство поддувало горячий воздух, вызывавший быстрое испарение синильной кислоты и быстрое распространение ядовитых паров по всей камере.

Студент: Говорится ли в литературе о Холокосте об убийствах людей газом в этих камерах для дезинсекции фирмы «Дегеш»?

Ф. Брукнер: Нет, ни одного свидетельства такого рода не существует.

Причиной, вызвавшей поставки Циклона-Б в Освенцим, был сыпной тиф, вспышки которого в этом лагере были регулярными. Первая большая эпидемия разразилась в начале июля 1942 года. Своего пика эпидемия достигла в период с 7 по 11 сентября 1942 года, когда в среднем ежедневно умирало 375 заключённых.

Для борьбы со вшами — переносчиками сыпного тифа — в Освенциме, кроме Циклона-Б, использовались и другие средства: горячий воздух, горячий пар, а с лета 1944 года — короткие волны. Последняя технология оказалась самой эффективной.

Вернёмся к мнимым убийствам людей газом в Освенциме I и Бжезинке. Как видно из графика, при 15 °C проходит около двух часов, прежде чем синильная кислота выйдет из несущего материала. В моргах крематориев II и III Бжезинки, где якобы было убито подавляющее большинство жертв, температуры, особенно в холодное время года, были ниже, значит, испарение синильной кислоты должно было длиться дольше двух часов. Какие последствия это повлекло бы за собой при убийстве людей газом в данных помещениях?

Студент: Было бы совершенно бессмысленно начинать вентиляцию до полного испарения синильной кислоты. Если свидетели говорят правду и двери газовых камер открывались «сразу же» или «вскоре после» смерти жертв, то зондеркоманде приходилось входить в помещение, где грануляты продолжали испускать ядовитый газ. Это привело бы не только к смерти членов зондеркоманды, но и к тому, что газ устремился бы в открытые двери и отравил всё здание, а также местность вокруг него.

Ф. Брукнер: Яснее сказать нельзя. Познакомимся теперь с типичными по своему содержанию свидетельскими показаниями и сравним их с теми голыми фактами, которые мы знаем.

Рудольф Гёсс: «Требовалось от 3 до 15 минут, в зависимости от климатических условий, чтобы убить людей в камере смерти. Когда прекращались крики, это означало, что люди умерли. Мы ждали обычно полчаса, прежде чем открывали двери и вытаскивали трупы».

Филип Фридман:

«Газ действовал быстро. Через трипять минут никого не оставалось в живых. Потом трупы вытаскивали, помещение вентилировали и заводили новую группу жертв. В таком темпе газовая камера могла уничтожать 4000–5000 человек в час».

Карл Сигизмунд Бендель:

«Слышались крики и стоны, и они [заключённые в камере] начинали драться друг с другом, причём они стучали в стены. Это длилось две минуты, а потом наступала полная тишина. Через пять минут двери открывали, но ещё 20 минут в них нельзя было войти. Потом зондеркоманда приступала к работе».

Ваши комментарии?

Студент: Описанное этими свидетелями совершенно невозможно и никогда не могло происходить.

Ф. Брукнер: Человек со здравым человеческим рассудком к иному выводу прийти не может.

Вопрос о следах цианида в стенах «газовых камер»

Ф. Брукнер: В 1988 году в Торонто состоялся кассационный процесс над жившим тогда в Канаде немецким ревизионистом Эрнстом Цюнделем, который за три года до этого был приговорён судом первой инстанции к 15 месяцам тюрьмы.

Хотя в Канаде не было закона против ревизионизма, Цюндель был обвинён еврейкой Сабиной Э. Цитрон, председательницей «Ассоциации памяти Холокоста», на основании устаревшего закона о «Распространении ложных сведений». Разумеется, адвокат Цюнделя подал апелляцию.

Есть две прекрасных книги о втором процессе над Э. Цюнделем. Одну написала Барбара Кулашка, другую — Роберт Ленски. Первая из них представляет собой настоящий кладезь информации для каждого, кто интересуется темой Холокоста.

В качестве эксперта со стороны защиты на кассационном процессе 20–21 апреля 1988 года выступил американский инженер Фред Лейхтер, который сконструировал газовые камеры для казней в нескольких американских тюрьмах для каторжных. Ф. Лейхтер по заданию Э. Цюнделя и Р. Фориссона в конце февраля вместе со своей женой Каролиной, фотографом Юргеном Нейманом, художником Говардом Миллером и переводчиком Тюдором Рудольфом вылетел в Польшу, где обследовал предполагаемые газовые камеры Освенцима I, Бжезинки и Майданека. По возвращении он написал свой ставший впоследствии знаменитым доклад.

Нас интересует сейчас только та часть, которая посвящена Освенциму I и Бжезинке. Ф. Лейхтер пришёл к выводу, что именуемые газовыми камерами помещения по конструктивно-техническим причинам не могли служить таковыми. Кроме того, он утверждал, что мощности этих крематориев были недостаточны для сжигания трупов якобы убитых газом людей. Наконец, он сослался на анализы проб со стен мнимых газовых камер, сделанные по его заданию в одной химической лаборатории штата Массачусетс. Опираясь на результаты этих анализов, он пришёл к выводу, что в данных помещениях не могли происходить убийства с помощью газа.

Студент: Об экспертизе Ф. Лейхтера вы вкратце упоминали уже в первый день нашего семинара. Вы сказали тогда, что эта экспертиза содержала ряд ошибок. Не могли бы вы привести примеры?

Ф. Брукнер: Во-первых, Ф. Лейхтер недооценил мощность крематориев — к этому пункту мы ещё вернёмся. А, во-вторых, он предположил, что из-за опасности взрыва газовые камеры, где использовалась синильная кислота, не могли располагаться в одном здании с печами крематория. Цианистый водород действительно взрывоопасен, но лишь в том случае, если концентрация достигает минимум 67,2 г на кубометр воздуха. Такая концентрация при дезинсекции никогда не достигалась и могла быть достигнута лишь в том случае, если бы использовалось нереально огромное количество Циклона. Согласно Рудольфу Гёссу, который, насколько мне известно, единственный приводит эти данные, при убийстве газом в моргах крематориев II и III использовалось от пяти до семи банок Циклона. Как подсчитал К. Маттоньо, максимальная концентрация синильной кислоты при этих условиях составляла 15 г на кубометр воздуха — слишком мало, чтобы опасаться взрыва.

Студентка: Значит, правы те, кто называет экспертизу Ф. Лейхтера псевдонаучной?

Ф. Брукнер: Не спешите. То, что работа содержит ошибки, далеко ещё не значит, что все её выводы ложны, и она «a priori» ненаучна. Ф. Лейхтер был пионером, а пионеры неизбежно обречены на ошибки. К тому же у Ф. Лейхтера было слишком мало времени на экспертизу: процесс над Цюнделем уже шёл к концу, а он должен был обязательно представить свои выводы до конца процесса.

Важнейшая часть экспертизы Ф. Лейхтера была посвящена следам цианида. Здесь я хотел бы задать кое-какие вопросы. Есть среди вас кто-нибудь, кто знает химию? Вы, Владимир?

Студент: Моя основная специальность — математика, а вторая — химия.

Ф. Брукнер: Хорошо, Владимир. Значит, вы знаете, что такое цианиды и ферроцианиды.

Студент: Конечно, знаю.

Ф. Брукнер: Тогда поделитесь с нами вашими знаниями.

Студент: Цианидами называются соли цианида водорода (HCN), а ферроцианидами — соединения железа с цианидами. Железо имеется в природе в небольших количествах повсюду, например, в глине и песке. Если содержащий железо материал вступает в контакт с цианистым водородом, образуются ферроцианиды, которые отличаются необыкновенной стабильностью. Синие пигменты ферроцианидов называются «берлинской лазурью».

Ф. Брукнер: Отлично. Если в каком-то помещении используется синильная кислота, на стенах обычно образуются синие пятна. Приведу пример. В 1977 году в протестантской церкви в Визенфельде, Бавария, на стенах во многих местах появились огромные синие пятна. Сначала не могли понять почему. Позже выяснилось, что стены при реставрационных работах покрыли новым слоем известкового раствора, а потом всю церковь в целях борьбы с древоточцами опрыскали цианосилом — так сегодня называется Циклон-Б.

Если вы осмотрите газовые камеры концлагерей Майданек и Штутгоф, вам сразу бросится в глаза синяя окраска стен. В Штутгофе синие пятна заметны даже на наружной стене, т. е. по прошествии нескольких лет краска проступила сквозь стену. Согласно официальной версии, эти помещения, хотя были построены и использовались, как камеры для дезинсекции, использовались позже также для уничтожения людей, а согласно концепции ревизионистов, в них убивали газом только вшей и других вредных насекомых. С помощью только химического анализа, разумеется, нельзя доказать, кто прав. Вернёмся опять к теме Освенцима.

В. Бжезинке было два здания, известных, как строения 5а и 5б. Они использовались в целях гигиены, и в них имелись, в частности, камеры для дезинсекции. Никто никогда не утверждал, что там убивали людей. Их стены, как внутренние, так и наружные, усеяны синими пятнами.

Студент: Даже сегодня, когда прошло более шестидесяти лет со времени использования газа в этих помещениях?

Ф. Брукнер: «Берлинская лазурь» не растворяется в воде, поэтому дождь и снег на неё не действуют. Так чего следует ожидать в газовых камерах, где якобы убивали людей, в Освенциме I и, прежде всего, в Бжезинке?

Студент: Разумеется, синей окраски стен.

Ф. Брукнер: Вот именно. Но если вы посетите самую знаменитую из всех «нацистских газовых камер», ту, что находится в базовом лагере Освенцим I, то не обнаружите там ни малейших следов синей краски. Морг I крематория II Бжезинки, где, согласно показаниям всех свидетелей, было убито газом самое большое число людей, частично можно осмотреть и сегодня. И там вы напрасно будете искать на стенах синие пятна.

Студент: Господин Брукнер, у меня нет слов! Как могло случиться, что столь элементарные вещи десятилетиями никому не попадались на глаза, даже ревизионистам?

Ф. Брукнер: Первые ревизионисты либо не могли ездить в тогда коммунистическую Польшу, либо, если могли, не уделяли внимания этим вопросам. Их аргументы были исключительно исторического, а не технического или химического характера. Представители официальной истории, понятно, остерегались поднимать эти вопросы, а критически настроенные посетители, которым эти пятна бросались в глаза, благоразумно помалкивали.

Вернёмся к мнимым камерам для убийства людей в крематориях Освенцима. Крематорий I базового лагеря был оставлен немцами нетронутым, четыре крематория Бжезинки были взорваны. Из них лучше всего сохранился крематорий II, контуры здания крематория III ещё ясно видны, а от крематориев IV и V остались лишь огромные груды развалин.

Фред Лейхтер и его коллеги взяли множество проб штукатурки в крематории I, в моргах крематориев II и III и на развалинах крематориев IV и V. Для контрольного сравнения была взята также проба в камере для дезинсекции. По возвращении в США они передали эти пробы в химическую лабораторию (Альфа Аналитикл Лабораториз, Эшленд, штат Массачусетс) для исследования на содержание цианидов, разумеется, не объяснив ответственному за анализы эксперту, д-ру Джеймсу Роту, откуда эти пробы.

Студент: Начиная с какой концентрации можно доказать наличие следов цианида?

Ф. Брукнер: Начиная с 1 мг на килограмм. Более низкие величины не имеют доказательной силы.

Вот результаты измерений, проведённых в массачусетской лаборатории. Я ограничусь величинами для крематориев I–III, так как в полностью разрушенных крематориях IV и V невозможно определить, из каких частей здания взят исследуемый материал.

Таким образом, самый верхний слой штукатурки на стене камеры для дезинсекции состоял более чем на 10 % из ферроцианидов, тогда как максимальная величина, полученная на пробе из «газовых камер», была меньше более чем в 150 раз. Какие выводы следуют из этих результатов, должно быть ясно каждому.

Студентка: И всё же, величины некоторых образцов из помещений, считающихся газовыми камерами для убийства людей, превышают нулевые. Значит, там вполне могли совершаться убийства людей газом, хотя и не в таких масштабах, как утверждают.

Студент: Но примечательно, что величины проб из крематория II, на который якобы приходится наибольшее число жертв, нулевые. А как объяснял сам Ф. Лейхтер тот факт, что на пробах из крематориев I и III были получены величины до 7,9 мг на кг?

Ф. Брукнер: Он выдвинул гипотезу, что эти помещения один или несколько раз подвергались дезинсекции с использованием Циклона-Б. Это действительно не исключено.

Студент: Значит, нельзя исключить и убийство газом отдельных людей?

Ф. Брукнер: С помощью химического анализа, конечно, нельзя.

В качестве реакции на экспертизу Ф. Лейхтера музей Освенцима заказал Институту судебной медицины в Кракове контрэкспертизу, которая была проведена в сентябре 1990 года группой экспертов под руководством профессора д-ра И. Маркевича. Эти учёные объяснили отсутствие заметных следов цианида в «газовых камерах» тем, что атмосферные воздействия стёрли их на протяжении истёкших десятилетий, не объяснив, однако, почему эти воздействия не затронули следы цианида в стенах камер для дезинсекции.

Не могу не упомянуть одно особенно смехотворное объяснение, которое отдельные представители «холокостового лобби» дают по поводу отсутствия заметных концентраций цианида на стенах. Согласно их аргументации, всю синильную кислоту вдыхали жертвы, поэтому на стенах ничего не оставалось.

Студент: Боюсь, что молекулы синильной кислоты могли не подчиниться приказам СС лететь только в носы и рты жертв.

Ф. Брукнер: Р. Фориссон иронизировал в этой связи о «молекулах с наводящимися головками», как на ракетах, которые сами ищут цель. Этот аргумент совершенно нелеп ещё и потому, что грануляты Циклона-Б испускают синильную кислоту на протяжении минимум двух часов, а жертвы, согласно показаниям всех свидетелей, умирали быстро: одни говорят «мгновенно», другие — «через 15 минут». Мёртвые не могли дышать, даже в Освенциме.

Поскольку наука никогда не была сильной стороной апологетов «холокостового лобби», они направили большую часть своей энергии на травлю Ф. Лейхтера. «Охотница за нацистами» из Парижа Беата Кларсфельд заявила: «Пусть Лейхтер поймёт, что он не останется безнаказанным за своё отрицание Холокоста». А в США еврейка Шелли Шапиро со своей организацией «Пережившие Холокост и друзья справедливости» развернула яростную кампанию травли Ф. Лейхтера, в результате чего он потерял все заказы и был разорён.

Студент: Что и говорить, у лоббирующих Холокост сильные научные аргументы!

Ф. Брукнер: Силу этих аргументов ещё больше, чем Ф. Лейхтер, ощутил на себе немецкий химик Гермар Рудольф.

Осенью 1989 года Рудольф, будучи 24-летним студентом, прочёл книгу, в которой упоминался «Доклад Ф. Лейхтера». Г. Рудольф, как химик, сразу заинтересовался этим и вступил в контакт с ревизионистами. Весной 1991 года он познакомился с генерал-майором в отставке Отто Эрнстом Ремером, которого привлекли к суду за «отрицание Холокоста». Адвокат Ремера, Хайо Герман, искал специалиста, который мог бы проверить результаты Ф. Лейхтера, и Г. Рудольф вызвался это сделать. В августе 1991 года он поехал с одним коллегой-спутником в Освенцим, провёл конструкторско-техническое обследование крематориев и взял пробы штукатурки из «газовых камер», которые потом передал на анализ в Институт Фрезениуса.

Четыре пробы из морга 1 («газовой камеры») крематория II Бжезинки имели содержание цианида 7,2 мг, 0,6 мг, 6,7 мг и 0,1 мг на кг, а образцы со стен камер для дезинсекции — до 13 500 мг на кг. Наличие небольших концентраций цианида в некоторых из проб из «газовых камер» он объяснял тем, что синильная кислота — природный элемент и в небольших количествах может встретиться в любом здании. Например, в стенах одного крестьянского дома в Баварии были обнаружены более высокие концентрации цианида, чем в «газовых камерах» Освенцима.

Первая авторизованная версия экспертизы Г. Рудольфа появилась в июле 1993 года. В тех немногих случаях, когда критики не ограничивались руганью и угрозами, а приводили аргументы, Г. Рудольф легко доказывал их необоснованность.

Австриец Иозеф Байлер, доктор химических наук, попытался объяснить синий цвет стен камер для дезинсекции с помощью иной гипотезы: что стены были покрыты синей штукатуркой. Но, во-первых, штукатурка на этих стенах белая, во-вторых, неясно, зачем надо было эсэсовцам покрывать стены камер для дезинсекции, куда никто посторонний не заглядывал, синей штукатуркой; в-третьих, в этом случае стены были бы сплошь синими, а не усеяны синими пятнами, и, в-четвёртых, штукатурка не проступила бы через несколько лет на наружной стороне. Да, Владимир?

Студент: А что, в Австрии степень доктора химических наук может получить любой осёл?

Ф. Брукнер: Я полагаю, д-ру Байлеру подсказала эту гипотезу его жена, Бригитта Байлер-Галанда, фанатичный идеолог антифашизма из «Центра документации австрийского Сопротивления». И. Байлер высказывался ещё по докладу Ф. Лейхтера и проявил прискорбное отсутствие профессиональных знаний.

Другие попытки опровергнуть Г. Рудольфа были также неудачными. Из-за недостатка времени я не буду на них останавливаться. В дополненном новыми данными английском издании своей экспертизы Г. Рудольф отвечает всем критикам; поскольку там указаны названия их работ, годы выпуска и издательства, каждый интересующийся может их прочитать и проверить аргументы обеих сторон.

Но в «самом свободном в немецкой истории государёстве», как с оруэлловским цинизмом называет себя ФРГ, аргументы ничего не значат, если затронуты интересы евреев. В июне 1995 года в Штутгарте Г. Рудольф был приговорён за «разжигание расовой ненависти» к 14 месяцам тюрьмы без условного срока. Пока шёл над ним кассационный процесс, он в марте 1996 года эмигрировал. Девять лет и восемь месяцев он оставался свободным человеком и проделал за это время поистине сверхчеловеческую работу. Подробнее об этом я скажу послезавтра, в последний день нашего семинара.

«Газовые камеры»: конструктивно-технический анализ (I)

Ф. Брукнер: Крематорий I в базовом лагере Освенцима был построен в 1941 году. В июле 1943 года, после ввода в действие четырёх крематориев Бжезинки, он был остановлен и осенью 1944 года перестроен в бомбоубежище. В морге этого крематория с февраля 1942 года на протяжении нескольких месяцев якобы происходили массовые убийства евреев газом. Как это делалось, подробней всего описал Перри Брод, эсэсовец, который после войны попал в плен к англичанам и написал для них в июле 1945 года «памятную записку» о событиях в этом лагере. Вот отрывок из неё:

«Вдруг снабжённая резиновыми прокладками и железными запорами дверь закрывалась, и запертые внутри слышали грохот тяжёлой задвижки. Винтовые запоры делали дверь герметичной. Всех охватывал парализующий ужас. Люди бросались к двери и колотили в неё в бессильной ярости и отчаянии. В ответ они слышали издевательский смех. «Не обваритесь, когда будете мыться», — говорил кто-то через дверь. Некоторые замечали, что крышки шести отверстий в потолке открывались. Люди испускали громкие вопли ужаса, когда в отверстии появлялась голова в противогазе. «Дезинфекторы» приступали к работе (…) Вскоре после открывания отверстий в них высыпалось содержимое банок. Каждый раз отверстия быстро закрывали на запор (…) Примерно через две минуты крики стихали и переходили в глухие стоны. Большинство было уже без сознания. Ещё через две минуты (…) всё кончалось (…) Так всё началось в 1942 году».

Если вы посетите морг крематория I, где якобы происходили эти страшные вещи, то сразу заметите, что на стенах нет ни малейших следов синей краски, что исключает возможность массового убийства людей газом Циклон-Б в этих помещениях.

Студе