/ / Language: Русский / Genre:sf_fantasy, / Series: Невменяемый колдун

Месть Колдуна

Юрий Иванович

Кремон Невменяемый в невероятно короткие сроки осваивает огромную массу магических знаний, получает громкое, прославленное в среде Эль-Митоланов имя и может осуществить свою заветную мечту: отомстить драконам за гибель своей матери. И даже успевает сделать первые шаги в этом направлении. Но как порой бывают переплетены дороги, ведущие в поставленной цели! Как порой можно навредить своим врагам, даже к ним не приближаясь! Таланты нужны для этого сверхъестественные. Именно таким, окольным путём наставники, король и магический Совет решили использовать уникальные знания и поразительные способности молодого колдуна. И отправили Невменяемого на задание, с которого почти невозможно вернуться. Как ни прискорбно это осознавать, но интересы государства - превыше всего! Но, выполняя поставленную перед ним задачу, Кремон сталкивает с вершины своей мести маленький комочек, который с каждым мгновением перерастает во всесокрушающую лавину.

Иванович Юрий

Месть колдуна

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

СМЕНА ХОЗЯИНА

И так не слишком длинное для Плады лето близилось к своему завершению. Хоть во время полудня столичные жители Энормии ещё изнывали от жары, но ранним утром бодрящая прохлада заставляла одевать помимо рубашек и лёгких брюк кое-что и потеплей. Свитер, куртку, а то и закрытый плащ. Ведь кому захочется идти на работу в предрассветной мгле и стучать зубами от холода? Хотя при возвращении вечером домой и приходилось нести тёплую одежду в руках. Перепад температуры в течении дня порой достигал двадцати градусов, и тот кто вставал раньше всех, испытывал от этого определённый дискомфорт.

Подобными перипетиями погоды не интересовались лишь Эль-Митоланы. При небольшом расходе энергии они могли создавать вокруг тела тонкую оболочку воздуха с заданными параметрами температуры. Поэтому если кто видел спокойно идущего ранним утром в легкомысленной рубашечке человека, не сомневался - колдун. А в разгар дня Эль-Митоланы с тяжёлым вооружением и в тёплых плащах могли бодро вышагивать по мостовой, но при этом на их лбах не появлялось и капельки пота.

И в последнее время полностью вооруженные колдуны на улицах столицы перестали быть редкостью. Причём передвигались они не только как всадники, но и пешком. Так и сновали по всему городу, заглядывая во все закоулки и, порой просто останавливали встречных людей, задавали, казалось бы, бессмысленные вопросы и отпускали восвояси. Может, искали кого-то? Или что-то? Или учения проводили колдовские?

Как бы там ни было, народ относился к этому спокойно и связывал увеличившееся количество магов с недавними событиями на улице Шалуний и последовавшими вслед за этим многочисленными арестами. И почти каждый человек считал своим долгом помочь сыщикам и дознавателям чем только можно. Вполне справедливо полагая, что от этого им же впоследствии будет самим спокойней жить.

В Каменной Радуге, пожалуй, самом уникальном жилом строении столицы, тоже произошло много изменений. И первое, что бросилось бы в глаза непосредственным соседям, будь таковые рядом, невероятное оживление и немыслимое за последнее время увеличение обитателей замка. Фактически ворота не закрывались, и даже камень с новым именем, висящий под въездной аркой раскачивался на поблескивающих цепях от снующих под ним посыльных, поставщиков, визитёров, работников охраны и массы прочих, трудно идентифицируемых личностей. Конечно, вездесущие зеваки и сюда добрались, организовав у подошвы скалы Коготь Орла место для важных дискуссий о погоде и политике. Но продлилось это дня три, четыре. После того как в тупике улочки повис такой стойкий и мерзкий запах, что вызывал тошноту и дрожь в коленках у любого праздношатающегося здесь человека, любознательные старички поспешно ретировались на самое начало улочки, но до того успели выяснить самое главное. Престарелый хозяин дома отдал в наследство чуть ли не всё своё состояние молодому, никому не известному Эль-Митолану, а сам уехал в Морское королевство лечить сильно пошатнувшееся здоровье.

Сам отъезд тоже был достоин отдельного описания. Старейший Эль-Митолан королевства Энормия господин Огюст восседал, вернее, полулежал в открытой карете, а за ним сзади следовало ещё три огромных походных дилижанса с припасами, скарбом и снаряжением. С десяток слуг и охранников сопровождало караван, восседая на красивых и ухоженных лошадях. А впереди двигался почётный эскорт из восьми Эль-Митоланов, облачённых в свои именные мантии и поражающие зрителей невероятно роскошными головными уборами. Поговаривали, что сам король передал личное письмо патриарху с наилучшими пожеланиями в пути и скорейшего выздоровления.

После отъезда господина Огюста, возле дома появился его новый владелец Кремон Невменяемый и тут же приступил к фундаментальной перестройке сада, двора и вспомогательных построек. Вернее приступили вызванные им для этого дела рабочие, а он лишь несколько раз в день выходил для проверки, да покрикивал на нерасторопных. А затем вновь уходил в дом для того, что бы, как поговаривали самые ушлые и знающие сплетники, пересчитывать доставшиеся ему в наследство богатства и перечитывать одну из самых уникальных библиотек в мире. В которую, между прочим, стали напрашиваться тысячи колдунов и простых людей со всего королевства, да и не только. Но всем им следовал твёрдый и однозначный отказ. Хоть надежда тоже давалась: через три года было обещано рассмотреть каждую заявку в отдельности и выбрать несколько десятков самых достойных претендентов. Так что желающим покопаться в сокровищнице тысячелетий оставалось лишь ждать и надеяться.

ПОСЛЕДНИЕ ПРИГОТОВЛЕНИЯ

Последние пять ночей перед отъездом Кремон не спал совершенно. По той простой причине, что интенсивная учёба не прекращалась и на минуту. И сна, как такового, в распорядке суток просто не существовало. Только учиться, учиться и учиться! Даже во время приёма пищи перед ним лежал раскрытый учебник или за столом напротив сидел очередной преподаватель и, помогая себе магическим внушением, передавал необходимые знания. Для поддержки бодрости и снятия сонливости использовалось вливание физической силы, щедро проводимое несколькими Эль-Митоланами по очереди. Поэтому состояние нового владельца Каменной Радуги всегда было лихорадочно возбуждённым, хотелось куда-то бежать, что-то делать, с кем-то спорить, что-то совершить великое и небывалое. Но приходилось лишь поглощать теоретические знания, изредка проверяемые короткой практикой. Зато впитывались все эти знания в голову так, словно вода уходящая в пески раскаленной от зноя пустыни.

Хотя управлять полученными знаниями становилось всё трудней. Подобный поток информации так и норовил создать в голове опасные водовороты хаоса и беспамятства. Молодой колдун даже высказал опасения по этому вопросу патриарху Эль-Митоланов, который как раз вернулся по подземным ходам из своего "дальнего путешествия" и поспешил проверить процесс учёбы.

– Порой полная путаница в мозгах. Хочу вспомнить ингредиенты для создания отравы "Ромашка", а у меня перед глазами формула создания серной кислоты.

– Не переживай, господин Невменяемый, со временем всё уложится, - престарелый Огюст облокотился о край стола руками, так как в последнее время, из-за незаживающей травмы позвоночника, сидеть для него было проблематично. - К тому же у тебя будет весьма дальняя дорога. И ты сможешь в более спокойной обстановке разложить полученные знания по нужным полочкам.

– Спокойной обстановке?! - фыркнул парень. - Да Хлеби только тем и занимается, что штудирует толстенные учебники. И знаете зачем? Что бы всё это мне нагрузить во время нашего путешествия в Агван.

– А чего ты возмущаешься? Наоборот должен радоваться. Вдруг та самая мелочь тебе и пригодится в самый критический момент.

– Ага! Если мне удастся о ней вспомнить…

– Вспомнишь, куда ты денешься! Кстати, сегодня ночью прибудет Эль-Митолан Малихан. Если тебе повезёт, он будет тебя учить до самого рассвета.

– Малихан? А кто это?

– О! Весьма уникальная и неординарная личность. Да и возраст его перевалил давно за три сотни лет.

– И я о нём ничего не слышал?

– Малихан почти всю свою жизнь прожил отшельником в одной из пещер в Себерецких горах. Конечно, время от времени к нему приходят ученики, и он некоторых даже берёт на испытательный срок. Но уже через месяц отправляет их восвояси. По одной простой причине: почти никто не может научиться его талантам. Или, если сказать по-другому: не имеет его возможностей. Лишь два или три человека могут похвастаться кое-какими умениями, полученными от Малихана.

– Вот сейчас припоминаю, - оживился Кремон. - Этого колдуна чаще называют Себерецкий отшельник?

– Верно. И умеет он управлять и повелевать всеми без исключения животными, птицами и некоторыми рыбами. Подобные способности, как ты сам понимаешь, порой могут очень пригодиться. Вначале мы тебя намеревались отправить в Себерецкие горы. Но ведь столько времени уйдёт на дорогу, а его и так катастрофически не хватает. Поэтому постарались сделать наоборот. И пригласили Малихана сюда. Но ты себе просто не представляешь, какими средствами и общими усилиями пришлось упрашивать отшельника прибыть в столицу. Да и то он согласился провести здесь только одну ночь. Мотивируя это тем, что если дар у тебя есть, то он заложит тебе основы знаний за несколько часов. И уже дальше будешь сам совершенствоваться долгие и долгие годы. А если дара нет, то и месяцы обучения ничего не дадут.

– Ух, ты! Вы меня заинтриговали! - воскликнул молодой колдун. - Это ж просто невероятно: управлять животными!

– Только смотри: этот Малихан - превредный и несносный по характеру старикашка. Особенно с людьми, которых он считает на несколько порядков худшими созданиями, чем неразумных животных. Веди себя с ним уважительно, корректно, не дерзи и лови каждое его слово.

– Не беспокойтесь, только и буду ему в рот смотреть!

– Ох! - расстроился Огюст. - И шуточки свои попридержи. Ещё раз повторю: ты даже примерно не осознаёшь, чего нам стоило уговорить отшельника на приезд сюда.

– Всё, всё! Даже шутки прекращаю! - поднял Кремон обе руки вверх в знак полного смирения. - Ради такой уникальной возможности я на всё готов. А как представлю, что можно любого монстра в Гиблых Топях со своей дороги без помех убрать…

Патриарх при этих словах отрицательно замотал головой и категорически воскликнул:

– И не мечтай! - затем с иронией продолжил: - Малихан несколько раз в своей жизни пытался "побродить" по Гиблым Топям, так и его чуть не сожрали. Не действуют в тех местах его уникальные возможности. Вернее действуют, но по минимуму: там птичку, какую позвать, медведя успокоить или червячка одного свернуть колечком. Но только по одному. Аномалии там необъяснимые мешают работать. А так конечно, можно было бы путешествовать по Топям с комфортом: уселся на панцирь валеля и рассматривай проплывающие по бокам пейзажи.

– Да, именно так я себе и представлял, - с сожалением покивал головой Кремон. Затем прислушался к себе и осторожно погладил себя по животу. - Бурчит внутри, видимо сильно я проголодался. Побегу на кухню, что-то перехвачу из съестного. Вы со мной?

– Нет, пойду прилягу. Этот "показательный отъезд" через весь город меня уморил окончательно. Но раз ты идёшь, то закажи и для меня лёгкий ужин в спальню. И потом зайдёшь ко мне: надо будет нам процесс создания нескольких иллюзий закрепить.

На кухне Кремон чуть не столкнулся с несущейся куда-то Мальвикой.

– Ой! А я как раз хотела к тебе бежать, звать на ужин! - защебетала девушка, бесцеремонно хватая колдуна за руку и ведя за собой в одно из вспомогательных помещений с уже почти полностью накрытым столом. - Новые поварихи столько всего наготовили! И так всё вкусно!

– Хорошо, хорошо, - улыбался парень, - Сейчас мы это всё приговорим. - Но надо что-то и дедушке Огюсту отправить в спальню. От тоже хочет подкрепиться.

– Ты кушай, а я всё быстро организую.

Глядя вслед убежавшей девушке, Кремон лишь покачал головой. Шустрая, как огонь! Непоседливая, вёрткая, бойкая, и, что самое главное со стальным характером. Узнав о том, кто она и кто её бабушка, отнеслась к этому на удивление спокойно и твёрдо заявила, что остаётся жить в Каменной Радуге. А маркизе Баризо пообещала навещать её в первое же удобное время. Но пока первая встреча родственников так и осталась единственной. И к всеобщему недоумению Мальвика, теперь уже с громким титулом маркиза Баризо, продолжала жить фактически безвыездно в облюбованном ею месте. Хлеби этому только радовался, Огюст относился к этому с непонятным и, скорей всего наигранным равнодушием. А Кремон Невменяемый никак не мог в этом разобраться. И, скорей всего, боялся взять на себя ответственность и с надлежащей строгостью вытурить девочку жить к своей страдающей от разлуки с внучкой бабушке. Возникло странное положение: старый хозяин дома сразу же отмежёвывался от любых разговоров на эту тему, а новый не мог решиться на конкретные действия. А сама причина этого странного положения носилась без передышки по всем подвалам, комнатам и чердакам и постепенно прибирала к рукам все бразды управления хозяйством. И ведь никто её об этом не просил, а уж тем более не нагружал такими обязанностями. Но факт самовольного присвоения себе титула домоправительницы, оставался на лицо. И скорей даже не присвоения, а воинственного захвата, производимого с детской непосредственностью и нахрапистостью потерявшего совесть агрессора.

Самое смешное, что у неё всё получалось просто превосходно. Запасы пополнялись регулярно и в должном ассортименте. Питались все отлично, вовремя и полноценно, несмотря на резкое увеличение количества обитающих в доме людей. Внутренне убранство постоянно менялось в сторону повышенного уюта и спокойного комфорта. Например, тёмные шторы сменились во всех спальнях на светлые. Строгие и выдержанные в одном стиле ковры уступили место более красочным, с весёлыми и светлыми оттенками. Не говоря уже о том, что и в наведении порядка, а вернее полном переустройстве наружной, приусадебной территории она принимала самое деятельное и непосредственное участие.

Вдобавок Мальвика продолжала каждую свободную минутку читать. Добившись отдельного доступа в библиотеку и умудряясь выносить оттуда некоторые книги в свою спальню. Где свет горел порой целую ночь.

В общем, было непонятно: ни то, кто и почему потворствовал девушке, ни то, как надолго она намерена здесь оставаться. Ни то, что будет с ней в дальнейшем. Кремон же себя утешал лишь одним: он надолго уедет и всё решится само собой, без его участия. Так зачем же сейчас принимать ответственные решения и осложнять себе жизнь? И без того весьма нелёгкую…

Правда о том, что новый Невменяемый скоро уедет по делам, окунувшаяся в хозяйственную деятельность маркиза ещё не знала. А из колдунов никто не торопился поставить её об этом в известность. Более того, задуматься над этим вопросом никому и в голову не пришло. То ли понадеявшись на других, то ли намереваясь объяснить девушке нужные детали уже после отъезда интенсивно обучающегося разведчика.

– Но вот, отправила ужин наверх! - довольная Мальвика с несолидными подпрыгиваниями вернулась в комнату и уселась справа, с торца стола. - Вкусно?

– Мм…! - замычал с полным ртом Кремон, оттопыривая большой палей руки и высказывая этим своё восхищение.

Девушка обежала взглядом стол и заметила ещё нетронутую вазу с салатом:

– А вот этот салат пробовал? Он с мякотью речных раков. Вкуснотища!

И не взирая на слабые попытки сопротивления, наложила парню в тарелку две большие ложки. Пришлось в ответ спешно проглатывать пищу во рту и благодарить:

– Спасибо!

– Да ты ешь и не отвлекайся, - с какими-то очень знакомыми нотками подбадривала Мальвика. - А то совсем в последнее время тебя заучили. Разве так можно? И по ночам тебе покоя не дают. И к чему такая спешка? Вроде если уже закончил учебу, то даже отпуск полагается. Или нет?

– Да как сказать…, - старался не соврать Кремон, облекая свой ответ полуправдой: - Просто мне надо срочно готовиться к самому важному и ответственному испытанию в жизни. А для этого надо напрячься при подготовке. Зато потом можно любой экзамен сдавать без проблем.

– А я читала, что на королевскую службу принимают без всяких экзаменов. Более того - в принудительном порядке.

– Это, смотря на какую службу, - усмехнулся колдун. - А мне твои дедушки такую…, хм, должность подобрали!

– Ой! А почему я ничего не знаю?! - округлила глаза от невероятного любопытства Мальвика. - Расскажи!

– Да ты что! Это пока огромная тайна! - изворачивался парень. - Но после этого "экзамена" я тебе первой расскажу все подробности. Договорились?

Девушка тяжело вздохнула и с большим нежеланием согласилась:

– Договорились…, - но тут же оживилась снова: - А тебе какой тип женщин нравится?

Кремон чуть не подавился от такой резкой смены темы разговора и оттянул время ответа, делая вид, что тщательно пережёвывает пищу. И от направленного на него в упор немигающего взгляда, ему стало немного не по себе.

– Странный вопрос…

– Чем же он странный? Или тебе трудно ответить? Или ты стесняешься?

– Да не стесняюсь. Просто никогда не задумывался над этим…

– И всё-таки?

– Да разные…, наверное. Но в первую очередь весёлые, добрые и открытые. Но тебе-то это зачем?

– О! Я такие книги нашла! Там в них даже специальные тесты есть, по которым можно узнать характер человека, его склонности и симпатии. Я тебе завтра за завтраком три теста приготовлю, и ты должен будешь мне ответить на все вопросы.

– Прямо-таки и должен?

– Конечно! Там кстати подробно описываются мужчины твоего типа. И считается что они "весьма стеснительны и не имеют навыков ухаживания за понравившейся им девушкой".

– Ха!

– И не смейся! Ты этим лишь подтверждаешь утверждение, что и сам никогда не признаешься в своей неумелости, а лишь будешь бравировать с показной самоуверенностью. Причём грозит тебе таким оставаться до тридцатилетнего возраста. А у колдунов, подобная заторможенность в развитии наблюдается и в более позднем возрасте.

– Кошмар! - уже открыто смеясь, воскликнул Кремон. - И где ты только такой ерунды начиталась?

– Там таких книг несколько, - разгорячилась девушка от недоверия. - А самая лучшая "Познание таинств любви и интимных отношений". В ней описывается всё: и как знакомиться, и как себя вести и как заниматься сексом…

– Не может быть!

– Может! - ещё больше завелась Мальвика. - Там и картинки с позами как живые…

На мгновение она смутилась, но тут же продолжила со всей присущей ей напористостью и непосредственностью:

– Да, там и про поцелуи есть. И на картинках нарисовано, как надо целоваться. Как надо при этом обнимать друг друга. Куда дотрагиваться и где поглаживать. Как надо губы расслаблять для большей приятности, или наоборот, напрягать. Показаны даже точки на шее и…в других местах, в которые если поцелуешь или погладишь, становится особенно приятно…

Саркастическая улыбка на лице Кремона постепенно сменилась на растерянную, а голове никак не находилось ответа, как надо правильно отреагировать на подобную беседу. Но самое странное и постыдное, что от слов про поцелуи и описания разных поглаживаний вся плоть колдуна затрепетала от возбуждения. Да так сильно, что только невероятным усилием он сдержал стон страсти. С немым ужасом он наблюдал за появившемся в нём желании приблизиться в Мальвике, обнять всё её хрупкое тельце и целовать, целовать, целовать. И в страстные, чуть пухлые губки, и в нежные, раскрасневшиеся щёчки и в плавные изгибы изящной шейки.

Руки уже тянулись к девичьему телу, когда молодой колдун применил к себе чуть ли не парализующее заклятие с одновременным введением импульса-поглотителя всех эмоций. В обычном состоянии он использовал подобный импульс для моментального засыпания, но теперь лишь частично сбросил сковавшее всё тело невероятное возбуждение. Но и этого оказалось достаточно, что бы взять своё сознание под контроль, незаметно поправить вздувшиеся детали одежды и, с плохо разыгранным сожалением воскликнуть:

– Ох! Я совсем забыл! Мне ведь ещё один учебник надо срочно разыскать! Бегу! Спасибо за вкусный ужин!

Уже на пороге он оглянулся на замершую у стола девушку и поразился блеску в её глазах. Казалось ещё чуть-чуть и из зрачков хлынут два луча света или они превратятся в раскалённые угли.

Чуть ли не бегом достигнув лестницы, он так ускорился, словно находился в боевой ситуации, с удовлетворением отмечая, что тело расслабляется и освобождается от странных оков страсти. Вот уж девчонка книжек начиталась! Да вдобавок и сама пересказывать научилась чуть ли не с полным эффектом присутствия! Талантище! Ей бы в театре выступать. Зрители будут от неё в экстазе. А что? Отличная идея! Надо будет ей подсказать. А может прапра-какому-то-там дедушке нашептать? Я уеду, а он её в какой-нибудь театр пристроит. Заодно все проблемы и снимутся с повестки дня. Ха! Вот я молодец!

И Кремон Невменяемый, довольный своей сообразительностью, всё-таки вошёл в библиотеку. Ведь не даром мчался сюда с такой скоростью?

Эль-Митолан Малихан явился в дом поздней ночью и сразу же уединился с предполагаемым учеником в одной из комнат. Хоть Хлеби Избавляющий и попытался в завуалированной форме выпросить разрешение на собственное присутствие, но для него отказ последовал незамедлительный:

– Посторонние люди будут меня лишь отвлекать.

Себерецкий отшельник никак не выглядел на свои годы. И даже Огюст, после краткого обмена приветствиями успел шепнуть Кремону с некоторой завистью:

– Этот и меня переживёт!

Роста ниже среднего, упитанный, скорей даже пухленький, розовощёкий мужчина смотрелся лет на пятьдесят с небольшим. Вдобавок он ещё и свои длинные рыжие волосы собирал на затылке весьма оригинальным и пышным хвостом. Что делало его облик совершенно незабываемым. А вот голос имел неприятный: скрипуче-хрипящий и оставалось лишь удивляться, как животные не разбегались от него после первых же слов приветствия. Но дело он своё знал отменно: достал из-за пазухи огромного хомяка, водрузил на стол и без всякого вступления приступил к проверке способностей молодого колдуна.

– Расслабься…, выбрось из головы все свои мысли, воспоминания и чувства. А теперь попробуй перенестись сознанием в этого хомяка. Но не "отделённым сознанием", а своим интуитивным подсознанием, как бы ныряя в его мир. Не бойся! Падай туда, падай! Ещё! Ещё раз пробуй.

Кремон старался изо всех сил. Но битый час у него ничего не получалось. Да и не понимал он совершенно, что от него хотят. Как это нырнуть? Куда падать? Что за интуитивное подсознание? Малихан ничего объяснять не собирался, а с маниакальным упорством повторял одни и те же фразы. Дошло до того, что в опустевшей от излишнего "расслабления" голове появилось кружение, а для тела наступила полная раскоординация всех движений. И, как следствие, весь мир для молодого колдуна неожиданно закачался, стремительно и неприятно рванул в стороны, размазываясь и распадаясь на куски, приводя к полной потере сознания. А затем что-то твёрдое шарахнуло его по лбу. От боли и радужных искр в глазах Кремон очнулся и понял, что ударился об столешницу лицом. С трудом, помогая себе руками, он постарался вернуться в сидячее положение. Но его тут же стошнило. Только и успел повернуть голову в сторону.

Но зато существенно полегчало и в голове стало проясняться. А до сознаний дошли восклицания Себерецкого отшельника:

– Отлично! Просто отлично! Потрясающие у тебя способности! Вот только склероз меня подвёл: не предупредил о предварительном голодании. Но кто бы мог подумать?! Ладно, вставай! Идём в другую комнату. Не будем отвлекаться на уборку, времени слишком мало. Эх, тебя бы ко мне на пару лет в горы! - в другой комнате Малихан не скрывал своего удовлетворения достигнутым результатом. И, прежде чем продолжить обучение, сделал небольшое отступление: - Мозг разумного существа отличается от мозга неразумного животного тем, что в своём развитии стоит на принципиально более высокой ступени. И создаёт вокруг себя непреодолимый барьер отчуждения и непроникновения. Разумному существу в таком случае легче развиваться и, в конечном итоге, банально выжить в этом мире. Если бы было иначе, и мы могли читать мысли друг друга, да ещё и управлять себе подобными - это неизменно привело бы к краху любой разумной жизни.

А вот животные остались на иной ступени своего развития. И для них, во многих случаях, ментальное проникновение в сознание всплесков мозговой активности своих сородичей лишь наоборот помогает выжить. Что они и делают, спасаясь во время общей опасности, или следуя за более сильным вожаком-эмпатом в места с обильной пищей. Не буду тебе рассказывать всех тонкостей и деталей моих многолетних наблюдений за поведением животных, это займёт те же самые годы, но ты должен осознать самое главное: твой мозг может влиять на мозг животного при определённых усилиях и выработанных навыках. Сделать это трудно, особенно первые разы. Но потеря сознания и рвота - лучшие признаки того, что у тебя обязательно всё получится. Со временем ты научишься оказывать влияние на животных и без таких жертв, продолжая заниматься своими делами и чувствуя себя превосходно. Но первые разы - самые тяжёлые. Ведь, по сути, ты должен отречься от собственного "Я", стереть чуть ли полностью саму суть твоего существования, увидеть мир глазами выбранного животного и только потом, аккуратно вспоминая, кто ты есть, оказывать влияние на всю деятельность неразумного существа.

Кремон к тому времени уже полностью оправился от слабости в сознании и поинтересовался:

– И даже нескольким животными можно управлять одновременно?

– Конечно. Более того, чем больше стадо, стая или группа представителей фауны, тем легче она поддаётся контролю. Это, между прочим, единственный рычаг управления, который можно использовать и для манипуляции разумными существами. Чем больше толпа, тем легче ею управляет сильный оратор с хорошими эмпатическими способностями. Вот когда мы поломаем в себе этот рычаг, то однозначно перейдём на более высокую ступень развития. Только полностью независимая мыслительная индивидуальность, даёт разумному существу идеальную свободу и возможность жизненного самоопределения. А вот феномен толпы нас до сих пор связывает с существованием животного толка. Понятно?

– Да, это вы красиво объяснили. И я с вами полностью согласен. Но вот почему этот принцип стадности не действует в Гиблых Топях?

– Полностью неуверен, но мне показалось, что там всегда находился кто-то более сильный, чем я. Настолько сильный, что даже взять под контроль небольшое и одиночное животное для меня было весьма проблематично. И я всегда мечтал найти второго такого же как я Эль-Митолана и попробовать поработать в Топях совместно. Объединив усилия можно чего-то и достичь. Да и несколько моих слабеньких учеников и последователей собрать в отряд.

– Меня вы тоже классифицируете как "слабенького"? - спросил Кремон в упор.

– Да нет, - розовощёкий отшельник позволил себе улыбнуться. - Ты весьма отличаешься в выгодную сторону. За час добиться первого результата до тебя удавалось лишь одному человеку. Он, правда, моих высот не достиг, занимается другой спецификацией, но данные имел очень внушительные. Если ты достигнешь хотя бы его уровня, то моя жизнь не будет потрачена даром. Но работать тебе предстоит дальше самому. Хотя мне говорили, что со временем ты можешь таки получить у меня полное образование?

– Конечно, буду к этому стремиться. Как только появится первая возможность… А если мы вдобавок отправимся в совместный поход по Гиблым Топям! Вот красота будет! А уж я постараюсь не упустить такого шанса.

– Вот и прекрасно. А теперь - продолжим! Расслабься, выбрось из головы все мысли…

Занятия продолжались всю ночь и всё утро. И прерывались лишь два раза, когда молодой колдун выходил для получения порций физической энергии.

Малихан так спешил, что отказался даже позавтракать вместе с хозяевами. Ссылаясь не невероятные эксперименты в Себерецких горах, которые без его личного присутствия могли сорваться. Отшельник напоследок лишь пригласил Кремона в гости:

– Можешь нагрянуть, когда заблагорассудится. Если приедешь ко мне, я тебе такое покажу! Всю жизнь с открытым ртом ходить будешь.

– Ой! Зачем же так долго?

– Ладно, может, и не всю жизнь, но год точно будешь выглядеть недоразвитым.

– Да? Тогда, спасибо большое за приглашение, приеду обязательно. Год - не страшно.

Когда Малихан выехал на своём коне на улицу, стоявший рядом на крыльце Хлеби Избавляющий с некоторой завистью констатировал:

– А меня не пригласил на показ своих экспериментов…

– Но ведь и не запретил?

– Да он никому не запрещает приехать и провести пробы. - пояснил кто-то из окружающих их Эль-Митоланов из группы поддержки. - Только надо заранее договориться и за три дня предупредить о приезде.

– Видимо и у него есть какие-то тайны, - предположил Кремон.

– Да нет, ведь тебе разрешил приехать в любое время. Скорей всего он там устроил нечто наподобие маленького государства с животными в виде подданных. Ходят такие слухи…

– М-да! Весьма интересные слухи.

– Ну а ты чем теперь можешь похвастаться? - Хлеби стал разглядывать своего недавнего ученика, так, словно у того должны были рога вырасти. Как минимум. - Продемонстрируй-ка мне нечто эдакое…

– Ага! Сейчас все мухи сюда слетятся со всей столицы. Хотите?

– Шутишь? - передёрнулся Избавляющий от отвращения.

– Вот и я не хочу! Да и не умею! - засмеялся Кремон, но тут же посерьёзнел и стал объяснять: - Малихан мне заложил лишь основы знания и дал начальный навык проникновения в мозг неразумного существа. Но развивать и совершенствовать этот навык мне придётся самостоятельно ещё много месяцев. Даже под его руководством этот срок не слишком уменьшится.

– Хм! Ну что ж, совершенствуйся! Но хочется знать: а меня можешь опробовать на ассимиляцию этого пресловутого навыка?

– Попробовать можно. Если действовать так же, то думаю часа два хватит… Может быть…

– Ладно, - Хлеби причмокнул губами с явным сожалением. - Может, и выкроим по пути эти пару часиков. Сейчас беги, там тебя очередной специалист поджидает. Он умеет придавать определёнными импульсами ускорение растениям при росте.

– А мне это зачем?! - в недоумении развёл руки молодой колдун. Но протектор Агвана лишь безнадёжно вздохнул в ответ:

– Аналитический отдел мечтает сделать из тебя самого многопрофильного Эль-Митолана всех времён и народов.

– А если моё состояние от таких информационных нагрузок станет действительно "невменяемым"?

– Говорят что излечение в таком случае невозможно. Но! - Хлеби не стал сдерживать хитрой улыбки, - Тогда твоё почётное имя будет полностью соответствовать действительности.

– Красота! Но разогнать этот ваш аналитический отдел не помешало бы…

– Только учти, - голос бывшего наставника сменился доверительным шёпотом, - Возглавляет отдел Рихард Огромный.

– Да? - Кремон наморщил лоб в показном раздумье. - Ладно, тогда пусть работают. Надо ведь хоть чем-то заняться Его Величеству в свободное от управления государством время…

ЦЕЛЬ - АГВАН И…ЧУТЬ ДАЛЬШЕ.

Отправляться решили перед рассветом. Не привлекая излишнего внимания ни к себе, ни к усадьбе. Тем более что дом должно было покинуть лишь два человека. А при создавшемся в последнее время движении, никто и не заметит исчезновения двух Эль-Митоланов. Ни служба, ни работники приусадебного участка, ни Мальвика. О том, как она отреагирует, опасались больше всего. Не хотелось, что бы молодая маркиза подняла переполох из-за исчезновения Кремона Невменяемого, и его отъезд получил бы широкую огласку.

Для более полного прикрытия молодого коллеги, престарелый господин Огюст накануне предпринял показательную демонстрацию своих умений. Заинтересованные лица с улыбками наблюдали сквозь прозрачные стены как мнимый Кремон Невменяемый ходил по дорожкам сада, отдавал распоряжения рабочим и даже собственноручно подрезал несколько веток. А затем ускакал куда-то на лошади. Через короткое время вернулся и вновь прошёлся по саду. Ни сам Кремон, ни Хлеби, ни Тормен Звёздный не заметили шероховатостей в поведении полнокровной иллюзии. Подмена выполнялась мастерски и с невероятным совершенством.

Оставалось лишь избегать личной встречи с Мальвикой в самом доме и она долгие месяцы может оставаться в неведении относительно отсутствия её кумира. Ведь ему и так часто приходилось отлучаться по делам, а намечающаяся обязательная служба вообще подразумевалась в виде полной мобилизации.

Перед отъездом Кремон всё-таки успел довести до сознания патриарха Эль-Митоланов настоятельную просьбу убедить, а затем и отправить девушку на ниву театрального искусства. Мол, таланта Мальвике не занимать, и она должна справиться с переквалификацией в актрисы просто мастерски. Немного удивлённый такими просьбами и уверениями, Огюст, тем не менее, дал слово позаботиться о судьбе молодой маркизы и оказать ей протекцию перед нужными людьми. А уж с его умением "упрашивать" можно было не беспокоиться об отказе.

В последний вечер молодому колдуну чуть ли не специально выделили полчаса свободного времени. И прежний хозяин буквально настоял на том, что это время надо использовать на прощание с домом:

– Когда хозяин надолго покидает эти стены, дом должен прочувствовать прощание. При этом ты мысленно желай скорее сюда возвратиться после завершения всех дел. Просто пройдись по коридорам, загляни в библиотеку и обязательно постой под входной аркой. Пусть прозвучит вся мелодия.

– Об этом я и сам мечтаю после первого прослушивания, - признался парень. - Жаль, что нельзя слушать эту музыку в доме. Под неё можно и есть, и спать, и размышлять, и просто помечтать…, когда есть время.

– Да, ты прав…, - с тяжёлым ностальгическим вздохом, согласился Огюст. - Вот только времени на мечтания почему-то не хватает.

Когда Кремон Невменяемый остановился под аркой и поднял правую руку, музыка в тот вечер прозвучала до странности грустно. Словно дом действительно прочувствовал предстоящую долгую разлуку и грустил от грядущего одиночества. Скрипка чуть ли не плакала, да и вся мелодия звучала надрывно, словно в замедленном и рваном темпе. Хорошо, что никого рядом не было. Особенно Мальвики. Уж она бы точно расплакалась от нахлынувшей тоски и жалости.

Выезжали в полной темноте, спокойным шагом. И только на середине улицы пустили коней рысью. С собой колдуны не взяли ни провизии, ни запасных лошадей, ограничившись лишь минимум багажа. Да и вооружились весьма легко, что более молодого Эль-Митолана удивило основательно. Но уже на следующей улице он успокоился: к ним присоединилось четверо сопровождающих. Причём совершенно не прячущих свои магические сущности под щитами. Мало того, трое из них поставило дополнительные защитные барьеры вокруг Кремона, а один вокруг Избавляющего. И лишь только последние дома Плады остались позади, весь отряд продолжил движение на самой максимальной скорости. Словно они от кого-то убегали, или кого-то преследовали.

Через два часа такой бешеной скачки взмыленных коней пришлось сменить и продолжать путь на той же скорости. Конечно, не хотелось расставаться с недовольным и ещё полным сил Торнадо. Да и Смелый требовательно хватал губами Хлеби за плечо, но до следующей подмены рисковать животными не хотелось. К тому же обоих коней должны будут доставить в Агван следом со специальным отрядом. Кремону только и удалось, что протянуть заранее приготовленную горсть вишнёвого мармелада для своего любимца. И тут же вскочить на другое седло.

На третьей подмене лошадей, во время короткого и интенсивного обеда, сменились и сопровождающие их Эль-Митоланы. Шесть часов на такой скорости вымотают кого угодно. Тем более что и магической энергии у них оставалось всего лишь четверть. Слишком много уходило на охрану вверенных подопечных. Кремону и Хлеби двумя прикосновениями передали внушительные запасы своей физической силы ещё два колдуна, так что в новые сёдла они вскочили словно после хорошего и продолжительного сна.

И вновь отряд из шести всадников стремительно преодолевал просторы королевства Энормия. До этого времени Кремон и не предполагал, что можно двигаться с такой скоростью. Фактически за одни сутки они достигли города Сикони, чуть меньше понадобилось для достижения Лиода, и ещё меньше времени прошло до того времени, когда перед их глазами появился Агван, в который они въехали уже в сгустившихся сумерках.

Но даже плохая видимость не скрыла от Кремона огромное сооружение, возвышающееся на водной глади озера.

– Да вы здесь целый порт выстроили?

– Это тебе просто кажется…

– И рыбу наверняка всю в озере выловили?

Избавляющий покрутил головой, осматривая окрестности:

– Не знаю, меня ведь столько времени не было. Появится Давид - отчитается о ведении рыболовного промысла тасакьи.

В то же время и замок протектора Агвана предстал перед путниками во всей красе. А Кремон, радуясь предстоящим встречам, резюмировал:

– Это мы наверняка рекорд скорости побили.

– Да нет, вряд ли, - возразил Хлеби. - Хоть полдня, из отведённого на дорогу времени мы и сэкономили. А вот вдвоём мы ещё быстрей бы добрались. Ну-ка, повернись… Ай да красавчик! Может никто и не узнает…

За время дороги молодой колдун уже весьма существенно изменил своё лицо и стал похож на широкоскулого кочевника с раскосыми глазами. Вот только тело его так и осталось прежним. Да и по утверждениям бывшего наставника манера поведения, походка и отличительные, характерные движения тоже не изменились. Как и голос, цвет глаз и волос. Но последние детали Избавляющий намеревался подправить ещё до пересечения границы с Сорфитовыми Долинами. Сейчас же им обоим было интересно: узнают ли парня нынешние обитатели замка. Сообщение о прибытии протектора с сопровождающими Давид Сонный наверняка принял, и стол в гостином зале наверняка накрыт. Вряд ли тётушка Анна упустит возможность поразить всех своим кулинарным искусством. А что будет делать Коперрульф? Естественно: уже на своём почётном посту! В полном своём боевом и блестящем вооружении дворецкий восседал на своей Полночи у открытого шлагбаума. И первым отсалютовал копьём прибывшим всадникам:

– Господин протектор! Рад вас приветствовать у стен замка! И спешу поздравить с благополучным прибытием!

– Спасибо, Ганби! И я рад видеть тебя в полном здравии. Как здесь у нас обстановка?

– Без происшествий! - чётко доложил Коперрульф, разворачивая свою лошадь и пристраиваясь рядом с хозяином замка. - Если не считать удвоившегося населения посёлка за последние недели. Вот там шум стоит и гам!

– Я тоже обратил на это внимание, пришлось центральную площадь объезжать, там такое столпотворение, почище, чем в столице.

– И замете: в будний день. А что там в выходной делается!

– Представляю… А рыболовная артель уже работает на полную мощность?

Коперрульф немного понизил голос:

– Давид Сонный хотел лично похвастаться успехами. Но я могу добавить, что у нас теперь на столе неимоверное разнообразие рыбных блюд. Хоть и готовятся они все из тасакьи, но отличаются между собой только в лучшую сторону.

– Да? Нам уже не терпится попробовать.

Всадники спешились во дворе и передали поводья в руки ожидающих конюхов. А затем цепочкой потянулись за хозяином дома. Дворецкий пропустил гостей перед собой, поочерёдно оглядывая молчащих и усталых колдунов. Но к фигуре Кремона его взгляд так и приклеился.

Внутри Хлеби Избавляющий лично развёл всех по комнатам, напутствуя каждого возле дверей:

– Приводите себя в порядок и через двадцать минут собираемся на ужин. Просьба не опаздывать.

Кремону, естественно досталась его прежняя комната. Но бросаться сразу в ванную комнату не хотелось. Вместо этого парень присел на кровать, а потом и вообще блаженно откинулся на подушки. Ощущая в душе непонятное успокоение, удовлетворение и тихую радость. Словно он вернулся не куда-нибудь, а именно домой, и сейчас всеми фибрами своего тела впитывал знакомую и приятную до содрогания ауру этого помещения. Осознавая как соскучился по этой кровати, этой знакомой обстановке и этому, свойственному только здешнему дому, запаху.

Но расслабляться долго времени не было. Беготня и движение в коридоре быстро вернули парня в действительность, и он бросился в ванну, спешно смывать с себя дорожную пыль, въевшийся в тело пот и цепляющуюся за ноги усталость. Которая за такое длительное время всё больше и больше скапливалась внутри организма. Даже, несмотря на постоянные подпитки физической силой. Без сна в таких случаях не рекомендовалось проводить больше чем десять суток. Как бы ни хотелось работать в особых случаях без пауз, но и для владеющих тайнами мироздания обычный сон считался необходимым для полного расслабления и снятия напряжения с работающего мозга. Как ни странно, такой отдых планировался для Кремона уже после того, как он окажется на другой стороне границы. Чего представить себе молодой колдун ну никак не мог. А известить его обо всех предстоящих подробностях бывший наставник совершенно не торопился.

Все уже сидели за роскошно накрытым столом, когда к ним присоединился и Кремон, и уселся через два места от дворецкого. На стульях возле Коперрульфа заботливая тётушка Анна усадила двоих колдунов из группы сопровождения. Не преминув усадить другую пару возле себя и теперь всячески заваливая их тарелки вкусно пахнущими блюдами и салатами. А хозяин замка заканчивал краткую процедуру знакомства:

– …Дворецкий замка и маршал Агвана - господин Коперрульф. Несравненная, незаменимая домоправительница и владычица нашего огромного хозяйства - госпожа Анна. К сожалению ещё не вернулся мой помощник и заместитель. Эль-Митолан Сонный находится на новом строительном объекте и должен вернуться с минуты на минуту. Ну а наших гостей не стоит называть по именам. Они здесь с секретной миссией, всего на полтора дня. Отоспятся, подкрепят опустевшие желудки и отправятся обратно. Да кое-кто поможет мне в некоторых экспериментах. Им дан строжайший приказ не раскрывать своё инкогнито.

– А как же к ним тогда обращаться? - нахмурилась тётушка.

– О, без проблем! Можете меня называть Большим, - заулыбался самый упитанный из Эль-Митоланов.

– А меня Стройным, - поддержал шутку его худощавый товарищ. Третий тоже отложил вилку и постарался придать себе вид философа:

– Коль есть возможность получить новое имя, называйте меня Знатоком.

– М-да! - покачал головой самый пухленький из колдунов. Он хоть и был мал ростом, но обладал наибольшим чувством юмора, и не боялся насмехаться даже над собой: - Раз уж на то пошло, то я сразу возражаю против такого обращения в мою сторону как Колобок, Пончик, Сластёна или Котигорошек. И учитывая мой внутренний драгоценный мир, я согласен на скромное и незатейливое прозвище Алмаз.

– Надо же! - воскликнул под смешок товарищей Знаток. - Давай уж тогда полностью тебя увековечим словосочетанием "Алмаз Гранёный".

– Нет, слишком длинно и громоздко. Да и скромность мне не позволяет так выделиться среди стройных и больших знатоков.

Но тётушка Анна лишь вежливо улыбалась и почти не прислушивалась к шутливому присвоению прозвищ. Она во все глаза наблюдала за увлечённо поглощающим пищу Кремоном. Тот без церемоний высыпал содержимое мисок в свою тарелку и несколькими взмахами ложки отправлял пищу в свой изголодавшийся желудок. Причём делал это так естественно и узнаваемо, что хозяин замка досадливо поморщился и опередил готовый сорваться из уст тётушки вопрос:

– А дальше всех от меня сидит наш знаменитый Молчун. В его мыслях всегда превалируют два направления деятельности: как бы не сболтнуть лишнее слово и вкусно поесть. Что, вполне естественно, одно другому не мешает.

Кремон понял намёки своего бывшего наставника и осознал свой непомерный, легко замечаемый аппетит. И в ответ на представление не проронил ни слова. Лишь с набитым ртом постарался величественно кивнуть после присвоения ему нового имени. Получилось это у него весьма импозантно, вызвав новые смешки за столом. А затем вновь занялся блюдами. Но уже с наигранной ленцой и притворным перенасыщением.

Но склонившийся для лучшего рассмотрения Молчуна над столом дворецкий, после этого странно переглянулся с домоправительницей и обое одновременно пожали плечами в недоумении. Однозначно, что Молчун их заинтриговал больше всех. А может и не только заинтересовал, а был элементарно узнан и теперь они удивлялись ненужному маскараду? Как бы там ни было, Кремон умудрился за время ужина не проронить и единого слова, только подтвердив полученное прозвище.

Во время десерта к ужинающим присоединился Давид Сонный. Хоть ему прямо не говорилось, но уж он то прекрасно понимал, с кем Хлеби Избавляющий возвращается в Агван. А опознать в Молчуне своего давнего воспитанника для него вообще не составило труда. Подключаться к вежливому и вялотекущему разговору он не стал, ибо справедливо предполагал окончание ужина и спешил насытиться с проворством изголодавшегося бездомного бродяги.

Хозяин замка, тем не менее, затягивать ужин для себя и Кремона не собирался. Лишь проходя мимо Давида, успокоительно хлопнул того по плечу:

– Не торопись, догонишь нас в долине. А вы все можете отдыхать! Кроме Молчуна.

Судя по открывшемуся уже рту Коперрульфа, тот тоже собирался напроситься в провожатые, но, наткнувшись на многозначительный взгляд хозяина замка, вернулся к прерванному десерту.

В многострадальную долину между скал отправились пешком. Благо было не так далеко, да и лошадей потом стреножить и прятать не придётся. Помимо этого прогулка оказалась полезной после обильного ужина. По пути опытный колдун стал вводить молодого коллегу в курс предстоящих учений.

– Процесс формирования и создания атмосферного коллапсирования тебе известен досконально. Самый большой минус такого магического действия - это его длительная подготовка, минимум двадцать минут. А то и больше требуется для создания и сбор в единую структуру всех заклинаний, формул и переплетения энергетических потоков. Мало того, ещё до десяти минут уходит на трансформацию структуры в заданное место. И уже только тогда Эль-Митолан использует источник энергии, чаще всего стационарный, который запускает в действие все подвластные нам стихии. На это тоже может уйти до пяти минут. С этим ты спорить не станешь?

– Ради хвастовства и лести своему наставнику сбросил бы с этого количества пару минут. - Кремон при испытаниях в долине показывал и лучший результат, но Хлеби оперировал общими данными и не откликнулся на шутку, продолжая вещать менторским тоном:

– Так вот, в нашем случае, мы смело можем сбросить со счетов эти последние пятнадцать минут. Вопрос стоит только в том, что бы создать "структуру отката" заблаговременно, предвидя критическое развитие событий. Потом её достаточно держать в готовом состоянии хоть целые сутки.

– Да, пожалуй, магической энергии на большее время не хватит…

– Или другой Эль-Митолан будет подзаряжать носителя структуры. Если же атаковать литанрой неожиданно, никакой щит не выдержит больше одного удара.

– Бесспорное утверждение. Только вот как предвидеть это самое критическое развитие событий?

– Тренируй своё воображение постоянно и светлые волны озарения омоют твоё будущее! - позволил себе пофилософствовать Хлеби Избавляющий. - Никто не станет тебя атаковать, например, во время сна, при огромном скоплении разумных существ, занимающихся мирными делами или при доверительной беседе. Если тебя начнут окружать для попытки ареста, должны сработать твои инстинкты разведчика и засечь сжимающееся кольцо захвата.

– Хм…

– Только так! Я думаю, чувство опасности ты сможешь уловить. Да и возможностей попрактиковаться у тебя будет хоть отбавляй. Продолжим о нашем деле. Итак, структуру отката ты держишь постоянно активированной, но без адреса и не подпитывая энергией. Но что бы структура сработала без твоего приказа нужно использовать ещё один немаловажный секрет. Ведь стрелять могут в упор, со спины и тебе может не хватить тысячной доли мгновения для активации. Этим вместо тебя займётся вот этот амулет. Или как его называют в древнем описании: модуль. Лишь только в радиусе поражения литанры нажимают на кнопку пуска этого убийственного устройства, как модуль тут же это фиксирует и незамедлительно активирует твою структуру отката. Заряд отражается от неё словно каучуковый мячик, меняет направленность удара строго в обратном направлении и моментально преобразуется в ураганный смерч со всеми исходящими из него неприятностями.

– И сильно получается?

– Сейчас сам увидишь. Выпустишь заряд мне в спину…

– И мне ничего не грозит?

Хлеби от такого вопроса рассмеялся и одобрительно закивал головой:

– Правильный вопрос! Первый раз я об этом не подумал. Коперрульф в меня выстрелил и на него такой шквал бури налетел, что даже я ужаснулся. Пришлось после этого ему новые амулеты защитные создавать. Прежние сразу отработались. Да и то его изрядно потрепало. Но кто же мог предположить такой возврат в виде неуёмной стихии? Это уже в следующие испытания Давид Сонный по мне стрелял из монолитного укрытия и под прикрытием всех своих щитов. И то: четыре заряда, пущенных литанрой одновременно, мы только раз опробовали. Потом ураган в долине полдня свирепствовал. Даже в посёлок вихри со снегом доставали.

– Получается, чуть ли не увеличение эффекта?

– Я бы сказал немного иначе. Непосредственный взрыв заряда - это всё-таки точечная концентрация приложения силы. Тогда как преобразованная и разгулявшаяся стихия имеет громадную инерцию своего действия, и приостановить её, а уж тем более локализовать и обезопасить, гораздо труднее. Понимаешь разницу?

Кремон коротко кивнул головой и, вслед за протектором стал идти боком по узкой расщелине между скалами. Над головами старший колдун повесил осветительный шар, так что не надо было включать ночное зрение. Затем природные стены раздвинулись, двигаться вновь стало свободно, и разговор возобновился.

– Этот амулет теперь постоянно носи при себе, - Хлеби вручил Кремону поблескивающий металлом ромбик. - Там и булавка есть, и дырка для шнурка, так что можешь носить, как тебе будет удобно. А если потеряешь - тоже не страшно. В замке я тебя научу делать такой модуль за весьма короткое время.

– Может сразу стоит носить с собой запасной?

– Вряд ли… В дальних краях заинтересуются любой мелочью в твоих карманах. Если она единична, можешь назвать её сувениром, памяткой, подарком любимой женщины - поверят. Но если таких вещиц уже две - начнут сомневаться, заподозрят некое оружие и ринутся проверять эту версию до бесконечности.

Крутанув озадаченно головой, парень пробормотал:

– Странно…

– Что именно?

– Да то, что вашу кандидатуру для миссии отвергли как малоподходящую. Мне кажется, лучшего разведчика не найти.

– Ты уже и льстить научился? - хмыкнул Хлеби с улыбкой. - Столичная атмосфера пошла тебе на пользу!

– Чего только не познают молодые колдуны, благодаря своим опытным наставникам, - картинно вздохнул Кремон Невменяемый.

– Ладно, начинай строить "структуру отката", - закомандовал Хлеби. - Моя уже готова. Думаю, тебе не помешает совместить сразу несколько дел? Ведь и стрелять придётся, и наблюдать, и защиту держать. Справишься?

– Думаю - справлюсь.

– Тогда приступим. Вот тебе литанра, влезай в это отверстие и в той скале, с другой стороны, есть узкая щель для стрельбы. Только стреляй одиночным зарядом. Учетверённым попробуем завтра днём при содействии остальных Эль-Митоланов. Будут пытаться накрыть стихию куполом вязкого воздуха.

– Но ведь громыхать будет? - оглянулся Кремон в сторону замка. Но протектор его успокоил:

– Ерунда! В посёлке ещё никто не спит. К тому же сами часто балуют салютами и фейерверками. Да и привыкли все давно к несущемуся отсюда грохоту. Всё, я пошёл. Как дойду вон до той скалы и подниму руку, стреляй. И не забывай об осторожности.

Молодой колдун изобразил на лице угодливое усердие:

– Понял, постараюсь не промазать!

– И я по тебе не промажу! - радостным тоном поддакнул Хлеби. Круто развернулся и заспешил к дальнему концу долины. А Кремон нырнул в каменный мешок, явно рукотворного характера. Зато в нём сразу же почувствовал полную защищённость. Даже мелькнула мысль поставить лишь один лёгкий щит. Но потом дисциплинированность взяла верх, и ещё два щита окутали тело спокойствием и комфортностью. А возводимая структура отката благополучно формировалась на рабочем уровне и уже вырисовывалась на добрую половину.

Хлеби тем временем занял выбранную позицию и поднял одну руку вверх. С вполне понятным опасением Кремон выставил руку с литанрой вне своих коконов защиты, включил луч наводки на цель и нажал на кнопку под указательным пальцем. И с замершим сердцем уставился вслед огненному и смертельно опасному клубочку жара. Ведь ему не раз довелось лично наблюдать разрушительную силу зарядов и сомнения в безопасности показательного испытания у него всё-таки оставались.

Огненный шарик почти незаметно для глаза пронёсся через разделяющее расстояние, полыхнул метровым синим шаром непонятной энергии, упёршись в фигуру колдуна и тут же понёсся назад, моментально преобразовываясь в чёрный сгусток чего-то мрачного и неприглядного. Ещё одно мгновение - и на укрытие молодого колдуна словно обрушилась огромная каменная кувалда. Интуитивно отшатнувшись от щели для стрельбы, Кремон даже на какой-то момент предположил, что сейчас скалы рухнут и погребут его под своими обломками. И чисто автоматически возвел вокруг себя последние два щита из возможных. Но уже через полминуты ураганный ветер стих, шум падающих камней прекратился, а появившийся на стенах укрытия ледок растаял прямо на глазах.

А выглянув в отверстие, Кремон заметил приближающегося Хлеби со светящимся шаром над головой. Бывший наставник улыбался, прекрасно рассмотрев напряжение на лице вышедшего навстречу коллеги:

– Понравилось?

– Ха! Не то слово! От увиденного и пережитого зрелища все поджилки трясутся! - признался парень.

– А с той стороны смотрится ещё более эффектно. Меняемся позициями. Эй, литанру-то отдай! И высвети мне созданную тобой структуру отката. - Некоторое время он изучал созданную Кремоном заготовку. - Хм! Неплохо… Но вот тут и вот тут - явно лишние нагромождения. Они только время отбирают… А вот эту деталь лучше сделать более жёсткой… Вот, теперь - полный порядок!

Показывать свои страхи и сомнения не хотелось, да и гордость бы не позволила. Поэтому парень бодрой походкой отправился на позицию для мишени. Повесив над своей головой персональный и солидный осветительный шар. А, дойдя на место, поразился почерневшим, обугленным и раскрошенным вокруг него скалам. Под ногами шуршал толстенный слой мелкого щебня и удивлял острый запах колотого камня. Колдун даже макушку почесал от возбуждения. Воевали здесь с азартом и воодушевлением! И зарядов явно не жалели.

Повернулся в сторону укрытия и сразу же заметил прибавление в их компании. Давид Сонный приветственно махал ему рукой. Кремон тоже вскинул руку в ответ и тут же об этом пожалел: получилось, что он подал знак о своей полной готовности. Хлеби и не подумал заходить в укрытие, а сразу поднял литанру и произвёл выстрел одиночным зарядом. Видимо под совместным щитом оба колдуна чувствовали себя в полной безопасности. А вот Кремон, мягко говоря, разволновался. Ведь не успел создать вокруг себя самый мощный защитный кокон. И если зажатый в руке амулет не сработает…!

Сработало! Несущийся ему прямо в глаза шарик расплылся переливчатым синим блином, бесшумно и молниеносно развернулся обратно и, искря мини-молниями, понёсся трансформирующейся чёрной тучей к огневому рубежу. Тут же скрывая в своей клубящейся сущности соприкоснувшихся боками колдунов. Миг - и чёрная воронка с ветвящимися молниями закружилась над тем местом, откуда стреляли. Словно пытаясь вырвать и перевернуть всё, что находилось в её основании. Порядочные куски породы взлетели в воздух, их сопровождал сонм более мелких собратьев, и всё это рухнуло во внутреннюю часть воронки. Пытаясь размолоть и погрести под собой всё живое.

А затем туманная дымка рассеялась, и светящиеся шары открыли взору отряхивающихся от пыли и инея колдунов. Кремон от увиденного зрелища припустил бегом и ещё успел услышать шутливое утверждение Хлеби:

– Видишь, ничего страшного. А ты всё боишься попробовать.

Из чего стало ясно, что Сонный не рискнул поучаствовать в создании структуры отката. О чём и подтвердил с недовольным фырканьем:

– Оно мне надо?! И так забот выше головы хватает! - а в следующий момент обнимался и обменивался хлопками по спине со своим давним другом: - Рад тебя видеть! Ух, ты: и возмужал и глазками симпатичными обзавёлся!

– Да ну тебя! Я и так себя в зеркале не узнаю. Ещё и ты насмехаешься, - смеялся Кремон. - Сам-то внешность лишь улучшить пытаешься!

– Каждому своё и в своё время! - назидательно молвил Давид.

– Ага, я тебе ещё многое припомню из твоего предательства! - многообещающе закивал головой Кремон. Намекая на подставы и закулисные махинации Сонного в последние дни перед отъездом в Пладу. На что тот вполне справедливо стал возмущаться:

– Нет! Вы только гляньте на современную молодёжь! Вместо благодарности - напрасные обвинения и низменные инсинуации. Хоть бы спасибо сказал за такую стремительную и небывалую карьеру. Звёздная болезнь - называется. Вполне возможно - неизлечимая.

Вместо готовых сорваться с языка упрёков Кремон покаянно опустил голову и произнёс:

– Спасибо…, большое…

– О! А ведь больной может выжить! - обрадовано воскликнул Давид. - Такой прогресс надо отметить. Возвращаемся в замок?

– Конечно! - Хлеби спрятал литанру где-то во внутренних карманах своей одежды. - Но не для того, что бы отмечать, а для продолжения учёбы. Начальный этап мы прошли успешно, теперь придётся поработать с другими теориями.

И первым пустился в путь. Впрочем, не прекращая интересного разговора. И пространно отвечая на вопросы идущего за ним следом Кремона:

– А зарядов много ещё осталось?

– Много… Но не так много, как бы хотелось. Четыре экспедиции выбрали из пещеры все планки до единой. В этом сильно помогло моё умение создавать ледовую прослойку. Удалось обучить одного из боевых магов сил безопасности, и он с отрядом чуть ли не обжился на Топях. К сожалению никто больше, кроме тебя не может перенять наш опыт. Мало того, ни у него, ни у меня так и не получилось создать Опору на самой поверхности. Лишь сдвоенными усилиями мы вдвоём умудряемся оставлять жидкости по щиколотки. Сам понимаешь, кони в таких условиях быстро повреждают ноги в ядовитой чёрной жидкости. Во что только не приходится заворачивать их копыта.

– Я и сам удивляюсь, почему моя опора получается "сухая", - пожал плечами молодой колдун. - Но ведь всё равно это им помогло?

– Конечно! В пятую экспедицию они забрали все опустошённые планки и опять водрузили в хранилище. По нашим предположениям планки должны наполниться зарядами. Жаль только неизвестно в какие сроки. Но будем ждать, больше ничего другого не остаётся.

– А если поискать другие подобные пещеры?

Хлеби тяжело вздохнул:

– Планируется… Но ты ведь сам понимаешь, с какими трудностями придётся столкнуться. Для этого хотим найти ещё хоть одного Эль-Митолана со способностями создавать ледовую подстилку, и уже тогда, втроём, мечтаем добраться до самого ближайшего плато. Да и несколько возвышающихся участков тверди исследовать по пути.

Колдуны как раз протиснулись из расщелины между скалами, как к ним на Полночи подскакал Коперрульф. А по обеспокоенному лицу дворецкого читалось, что сообщение он торопится доставить очень важное. Или давно ожидаемое.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ЗНАКОМСТВО С ИНЫМИ

– Вы просили немедленно сообщить, если сработает звонок номер три, - выпалил Коперрульф. - Пять минут назад он издал три серии звонков состоящих из четырёх коротких и одного длинного.

– Прекрасно, - обрадовался Хлеби. - Наши друзья прибыли тоже заблаговременно. Ганби, можешь возвращаться. Мы не опоздаем и прогулочным шагом.

Дворецкому не было нужды повторять дважды, а оставшиеся колдуны вопросительно уставились на своего старшего коллегу. Но тот отделался лишь многообещающей фразой:

– Вам предстоит весьма интересное знакомство.

Поняв, что других пояснений больше не последует, Сонный решил продолжить разговор другой темой:

– Расскажите хоть в двух словах: как там поживает наша малышка?

– О! Молодая маркиза весьма интенсивно осваивается с жизнью в столице, - засмеялся Хлеби, но тут же и нахмурился. - Если не считать одного глупого недоразумения, можно смело утверждать, что ей там нравится всё.

– Ага, и умнеет она не по дням, а по часам, - поддакнул Кремон.

– Признаки ей удалось разыскать? - вспомнил Давид о сиротской мечте девушки.

– А что искать, если их нет? - хмыкнул протектор Агвана. - Зато радует, что она вполне успокоилась и теперь ищет для себя новое поприще для своего деятельного характера…

– И, кажется, уже нашла, - продолжил за него Невменяемый. - Захватила в Каменной Радуге всю хозяйственную власть и всем своим поведением, повадками и чрезмерной заботой до содрогания стала напоминать тётушку Анну.

– Вот молодец! - воскликнул Сонный с восхищением. - Такая всего добьётся.

– Только вот зачем ей домом заниматься, если в ней прирождённый артистический талант дремлет?

Такое уверенное заявление немного удивило собеседников, и Давид закивал головой:

– Согласен, она и там себя показать может. Но как ты её таланты определил?

– Да она с таким воодушевлением любую книгу пересказать может, что лучше получается, чем сам читаешь. Я господину Огюсту подбросил идею по поводу театра, и он обещал направить девичий запал в нужное русло. Тем более что у него везде связи есть. А там девчонка закрутится, войдёт во вкус и ей понравится обязательно. И многие глупые мысли постепенно из её головки выветрятся.

– Да, театр - это прекрасно! - мечтательно воскликнул Сонный, погружаясь в свои воспоминания. - Особая обстановка, невероятные костюмы, умопомрачительные дамы, публика, цветы, аплодисменты… В том числе и из королевской ложи…

– Кстати, о короле, - с улыбкой прервал Хлеби готовые выплеснуться на них воспоминания о столичных похождениях знаменитого ловеласа. - Я забыл сообщить тебе приятную новость. Вернее, пока просто времени не было.

– Да? Какую именно?

– Его Величество утвердил твоё назначение протектором Клаковской Пущи. Так что мы теперь с тобой равноправные коллеги и должны замещать друг друга во время отлучек.

– Значит, привязали меня здесь повышением в должности?

– Почему привязали? Судя по твоему довольному виду, ты на это и рассчитывал.

– Ещё бы не быть довольным! Тут у меня такой прогресс с боларами наметился! Меня только волновали последствия моего отъезда с кафедры биологии. Неужели в университете никто не возражал?

– Если бы! Я то не слышал, но по рассказам твой декан ругался как последний портовый грузчик и даже грозился подать в отставку. Ссылаясь на то, что у него всегда забирают самых лучших преподавателей. Тормену Звёздному с деканом чуть не драться пришлось. В итоге наш знаменитый профессор-чародей вынужден был пообещать провести этот учебный год без тебя.

– Приятно, когда тебя так высоко ценят. Но с другой стороны мне теперь надо послать своего дворецкого в столицу за…, хм, кого же пригласить в гости из столичных красоток?

– Можешь приглашать хоть всех без исключения, - взгляд Хлеби посуровел, - Но где ты будешь их принимать? В моём замке места для женщин нет.

– Не волнуйся, башня почти достроена. А уж через две-три недели я точно могу там принять первых многочисленных гостей. И забыл о самом главном: сегодня вечером бур пробил наконец-то отверстие в пещеры дуросовых наплывов. Я потому и опоздал к ужину. Дал распоряжение работать всю ночь и расширить отверстие для нормально проникновения. Съездим утром?

– А как же! - воскликнул Хлеби. - С нетерпением ждал этого момента. Ведь одно дело с трудом передвигаться отделённым сознанием в полной темноте, а другое всё тщательно осмотреть при нормальном освещении своими глазами. И нашего молодого коллегу захватим.

– Попробовали бы не захватить, - буркнул Кремон, - Я ведь тоже там свои силы отдавал. Кстати, ведь только у меня есть специальные дуросовые очки. Помните, я немного рассказывал?

– Звучал рассказ интригующе. Вот завтра и опробуем твой трофейный артефакт.

Молодой колдун кивнул головой, соглашаясь, и вновь обратился к Сонному:

– Но ты, Давид упомянул о значительном прогрессе в своих отношениях с боларами. Удалось подружиться?

– Ты знаешь, как ни странно, но дружбы между нами вроде так и не появилось. Скорее взаимное сближение по совместной работе. С Лирной они дружат, про тебя часто спрашивают, а вот со мной - чисто научное и потребительское общение.

– И как это они обо мне спрашивали?

– А вот прилетят на рассвете, тогда и услышишь. Спин как узнал о твоём приезде, так хотел сразу сюда лететь. Но я его отговорил тем, что по расчётам вы прибудете скорей всего утром. Так что запасайся сладкими фруктами и готовься к встрече.

– Всегда готов! - залихватски воскликнул Невменяемый.

В этот момент они вошли во внутренний двор, и Хлеби распорядился:

– Раз к встрече готов, то старайся не шуметь. И спускаемся в подвалы.

Пытаясь не топать громко ногами, колдуны вошли в дом и стали спускаться по лестницам. Лишь Хлеби на короткое время задержался у панели со всевозможными звонками. На самом нижнем, третьем уровне они остановились возле большого стола, и хозяин замка поинтересовался?

– Узнаёшь?

– Конечно! - Кремон похлопал по столешнице. - Именно здесь я и проходил Воспламенение крови. И до сих пор меня мучает вопрос: кто здесь вам ещё помогал? А потом на этом же столе угощался колбасками и гремвином?

– Очень скоро ты с ними познакомишься, - пообещал Избавляющий и прибавил своему голосу торжественности: - А сейчас я вам открою ещё одну тайну этого замка. Тебе, Давид, надо о ней знать как моему заместителю и сменщику, а тебе, Кремон, именно здесь придётся отправляться в дальний поход через все Сорфитовые Долины. Смотрите!

Но зрители и так были заинтригованы грядущими действиями своего старшего коллеги. А Хлеби подошёл к одному из стеллажей и принялся переставлять на нём тяжёлые предметы из камня. Несколько точно таких же стеллажей стояло по всему помещению, но странные каменные болванки находились лишь на этих полках. По ходу дела давались пояснения:

– Весь секрет открывания заключается в правильном перераспределении тяжести. Я вам потом покажу эти манипуляции более детально…

– А куда ведёт вон та железная дверь? - вполне резонно поинтересовался Кремон, указывая рукой на невероятно массивную, кованую преграду в противоположной части помещения. - Такой мощной двери нигде больше не видел.

– Естественно! Что бы её открыть надо столько усилий и времени потратить! Даже из литанры несколько раз пришлось бы счетверёнными зарядами стрелять.

– Ого! И что же вы за ней прячете?

– Ха! Небольшой чуланчик, который полностью заполнен…, - Хлеби сделал эффектную паузу и лишь затем продолжил: -…Механизмами и устройствами поддерживающими дверь.

– Понятно, - ухмыльнулся Сонный. - Если что, то этой неприглядной мебелью заинтересуются лишь в последнюю очередь.

– Вот именно. - Подтвердил хозяин замка. - О, уже открывается! Давайте за мной.

Этажерка на невидимых направляющих плавно выдвинулась вперёд и отъехала в сторону. И за ней открылся вполне высокий, хоть и узковатый тоннель, под крутым наклоном уходящий в глубину. Пущенный вперёд светящийся шар позволил увидеть высокие ступени, по которым колдуны без промедления последовали вниз. Спускаться пришлось долго. И с каждой ступенькой воздух становился всё прохладней и влажней. А местами на сводах отблескивали мокрые пятна воды, проступающей через скальную породу, да и на ступеньках стали попадаться островки чёрных лишайников, которые назывались сыромятки.

А в конце лестницы оказалось идеально круглое помещение в центре которого стояла металлическая тележка. Из-под неё в расположенный горизонтально тоннель уходили две полоски стали.

Первым высказался Кремон:

– Похоже на тележку увеселительных горок, с площади Агвана.

– Но эта гораздо больше, - удивился Сонный. - И длинней. И сиденья здесь в один ряд. А это место по всей длине возле сидений наверняка для грузов?

– Можно и для грузов, - согласился Избавляющий, усаживаясь на заднее сиденье. - Но можно и для пассажиров. Ведь не все такие же как мы.

При этих словах Кремон и Давид обменялись многозначительными взглядами, догадавшись о каких пассажирах может идти речь. И тоже уселись в тележку.

– Руки на рычаги, - скомандовал Хлеби, создавая ещё один осветительный шар и оставляя его в верхней точке свода. - Ноги на планку! Тянем рычаги на себя и упираемся ногами в планку. Отлично! Возвращаемся в исходное положение! Ещё раз! Теперь быстрей… Поднажмите, ребята, прокатимся с ветерком!

От усилий двух колдунов тележка быстро набрала внушительную скорость, и сырой ветер засвистел, проносясь мимо. Давид добавил впереди ещё один осветительный шар, но видимость не превышала метров пятнадцати. И всё разнообразие несущихся вдоль стен заключалось лишь в цветовом различии скальных пород.

– Ух! Вот здорово! - восхищался Избавляющий. - С такой скоростью я здесь ещё не мчался!

– А если вдруг впереди завал? - высказал опасения Сонный, отворачивая лицо от встречного ветра.

– Так ведь ты у нас вперёдсмотрящий, значит, смотри в оба. И сразу ставь все щиты. Может и пробьёмся!

И тут же, с заднего сиденья раздался довольный смех. Видимо завалов здесь не происходило никогда, потому что смех был снисходительно-уверенный. Но скорость после этого стала постепенно падать, показывая тем самым, что не все колдуны любят быструю езду и так уж безрассудны. А может просто дорога пошла немного вверх? Да и куда она ведёт? Ведь даже по приблизительным расчётам они проехали по тоннелю не меньше нескольких километров. И рукотворный проход стал казаться нескончаемым.

Но вот в конце тоннеля показалось пятно света и через несколько сполохов странно расцвеченных стен, тележка вынеслась в ярко освещённую, продолговатую пещеру. С первого взгляда показалось, что разогнавшаяся карета проскочит пещеру как молния и врежется на другом конце в точно такой же транспорт для передвижения. Но раздался противный визг железа и тормоза показали свою завидную надёжность и эффективность. Давид и Кремон вздохнули с облегчением лишь при полной остановке, когда до преграды осталось ещё метров десять.

Зато теперь стало отчетливо видно тех, кто находился на другой тележке. Иные - собственной персоной.

Миниатюрный таги стоял ногами на переднем сидении и опирался задом на его спинку. А огромный сорфит вальяжно разлёгся на том самом месте, что недавно предполагалось Сонным, как пространство для багажа. Сорфит первым и заговорил трубным голосом, обращаясь к направляющемуся к нему Хлеби:

– Приветствуем тебя! Да ты, я вижу, явился со всей компанией?

– И я рад вас видеть. Так получилось, что мы прибыли чуть раньше и успели даже некоторые дела сделать.

После этого Избавляющий обменялся с иными немного странными приветственными жестами. Но если таги с улыбкой просто хлопнул ручкой сверху по раскрытой ладони человека, то сорфит захватил самой верхней своей двупалой конечностью Хлеби за запястье и принялся тянуть к себе. Тот вначале будто поддался, но потом резко упёрся двумя ногами в тележку, другой рукой схватил разумного червя за вступающий воротник длинной шерсти вокруг головы и со всей присущей ему силой попытался прокрутить тело сорфита. И скинуть его на землю. Но тот, видимо, ожидал нечто подобное. А скорей всего такие приветствия между обоими были в порядке вещей. Поэтому поднял свой толстый хвост и попытался опустить его между задних сидений, придавая телу большую остойчивость. Хлеби перестал упираться, и наоборот оттолкнулся ногами. Притягиваемый конечностью он перелетел через голову сорфита и ловко приземлился на второе сидение. И уже оттуда катнул трехсоткилограммовую тушу, словно свёрнутый огромный ковёр.

В тот же момент таги выкрикнул звонким юношеским голосом:

– Хлеби сокращает разрыв в счёте на приветствиях: пятнадцать - восемнадцать!

Сорфит невозмутимо поднялся на своём хвосте и всеми шестью конечностями поправил ярко-жёлтую мантию. При этом он сразу стал выше всех. И опять протрубил:

– Чаще всего я ему поддаюсь из чисто дипломатических соображений.

– Нет, Татил, ты слышал? - возмутился Избавляющий, выходя из тележки. - Хоть бы раз этот увалень признался в своей слабости или неповоротливости.

Таги протянул руку и ткнул пару раз кулачком сорфиту в районе предполагаемых рёбер:

– Да я за многие годы давно привык к его хвастовству.

– Хвастовству?! Даже счёт говорит в мою пользу!

– Если сравнивать наши массы…, - начал было Хлеби, но разумный червяк его демонстративно перебил:

– И когда же ты нас начнёшь знакомить со своими соотечественниками?

Оба колдуна уже подошли и стояли всего в метре от Избавляющего. Тот на них оглянулся и сразу перешёл к делу:

– Вот это - Давид Сонный. Теперь он на должности моего сменщика. О его талантах и биографии я рассказывал прошлый раз. А этот парень, Кремон Невменяемый - и есть тот ценный груз, который вы обещали доставить к своей западной границе. Теперь представлю и вас. Этот маленький, но умнейший и хитрейший таги - Эль-Митолан Татил Астек. Не обольщайтесь его юным и невинным видом - недавно мы праздновали его стопятидесятилетие. Всего лишь на год младше и этот непобедимый силач Эль-Митолан, которого зовут Рафа Зелай. В Сорфитовых Долинах они тоже занимают должности сродни моей.

Глядя, как новопредставленные колдуны обмениваются осторожными рукопожатиями, протектор Агвана засмеялся:

– Да вы не бойтесь друг друга! Никто здесь никому руку не сломает и не откусит. Тем более что вы все прекрасные парни, и я могу поручиться за каждого.

– Да мы-то не боимся, - пожал своими плечиками таги. - Это Давид прикасается к моей руке так, словно я пятилетняя девочка.

– А ты так и выглядишь в его понимании! - трубным смехом огласил пещеру Рафа Зелай. - Пожмёт тебе руку от всего сердца, а та и отвалится!

– И не стыдно тебе?…Хлеби, - вдруг резко оживился маленький Татил. - А давай твоим коллегам мою цепкость покажем?

– Запросто!

Избавляющий тут же встал спиной к стене и сложил руки в замок. Таги без заминки прыгнул прямо с тележки, ловко оттолкнулся от рук человека и ухватился руками за выступающий под сводом пещеры скальной карниз. А его маленькое тельце свободно повисло вдоль стены. Зато его ноги оказались на расстоянии вытянутых рук Хлеби. Тот тут же приподнялся на цыпочки и ухватил миниатюрного Татила за лодыжки. А потом и поджал собственные ноги. Со стороны его людей-коллег послышалось удивлённое мычание. Но и это оказалось ещё не всё. Таги стал поочерёдно опускать одну руку и держать общий вес двух тел на пальцах одной ладони. Да ещё и раскачиваться при этом.

– Вообще-то даже я признаю, - прогудел сорфит с сарказмом. - Татил - самый цепкий среди всех мне известных разумных созданий.

Когда Хлеби водрузил миниатюрного человечка на тележку, тот опять протянул руку Сонному и теперь они пожали руки как следует.

– Вот, так мне нравится, - похвалил Давида Татил

– А ещё таги нравится, - добавил Хлеби, - Когда человек их приподнимает над землёй при рукопожатии и крутит пару раз вокруг себя. Вот так!

Они продемонстрировали такое приветствие, и на лицо Татила Астека действительно наползла довольная улыбка. Он и головой кивнул, подтверждая:

– Конечно, нравится! - а затем подморгнул Кремону: - Если тебе доведётся с таги здороваться, только так и делай. И не бойся, руку не оторвешь, и никто не сорвётся: мы все цепкие.

– Спасибо за совет. - Кремон учтиво склонил голову, а потом более тщательно стал присматриваться к иным. - Мне кажется, что ваши голоса мне знакомы… Это не вы ли помогали наставнику проводить обряд Воспламенения крови?

– Ха! Смотри, Рафа! - заулыбался миниатюрный таги. - Он нас узнал по голосам! Точно, это мы. Ну а память у тебя просто превосходная…

– А что мы тут стоим и бездействуем? - Хлеби приглашающим жестом указал на свою тележку. - Давайте прокатимся ко мне и посидим немного за столом. Рафа, там и колбаски твои любимые есть, и любимый гремвин Татила в нужных количествах.

Таги смешно и с явным сожалением почесал свою макушку:

– С радостью, но сегодня совсем нет времени. Дел ещё полно.

– Мы и так на всякий случай сюда поехали, лишь часик выкроили, - поддержал своего товарища Сорфит. - Что бы утром время сэкономить.

– Понимаю… У самого дел столько, что хоть раздваивайся. Значит, договариваемся завтра на конкретное время?

– Конечно. Будем ждать вас завтра за два часа до полночи. Кремона усыпим и тут же уложим в комфортную капсулу.

– Да его и усыплять не надо будет, - Избавляющий внимательно посмотрел на своего бывшего ученика. - Он уже девятую ночь без сна.

– Ну, ты знаешь: договор есть договор. И ещё раз хочу напомнить об обязательном и неукоснительном требовании: ни в коем случае не пользоваться отделённым сознанием.

– Естественно, наша сторона относится с полным понимаем к вашим желаниям сохранить все свои тайны.

– Ну, может и не все, - на круглом и бугристом лице сорфита появилась улыбка, классифицируемая скорей всего как загадочная. - Не хочу радовать Кремона преждевременно, но решено кое-что показать из нашего величия. Так сказать по доброй воле и в знак нашего будущего ещё более плотного сотрудничества. Хотя ничего подобного не видел ни один человек добрых двести пятьдесят лет.

– Ого! - протектор Агвана по-дружески толкнул плечом тело сорфита и с завистью посмотрел на Кремона: - А ведь вначале меня планировали послать. Везёт же парню!

– А я что, - решил пошутить молодой колдун, - Всегда могу уступить дорогу старшим.

– Не вздумай! - посоветовал таги. - Тебе такое предстоит увидеть…!

– Заинтриговали, честное слово. Придётся завтра ложиться в эту вашу капсулу и спать до обещанной неожиданности.

– Еду с собой не бери, оружия тоже, - продолжил инструктировать Невменяемого Рафа Зелай своим трубным голосом. - На границе с Баронством Радуги тебя обеспечат всем необходимым. Все амулеты и талисманы тщательно просмотрите и проверьте на предмет их идентификации. Не хватало лишь на такой мелочи проколоться.

Хлеби согласно кивнул головой:

– Уже просмотрели и составили минимальный список багажа. И одежду ему выдадут другую?

– Обязательно.

– Что ещё?

– Пожалуй, всё уже обговорили. - Татил Астек переглянулся со своим огромным товарищем, как бы спрашивая, ничего не забыли, и потёр свои ладошки. - Тогда прощаемся и до завтра!

И все стали обмениваться рукопожатиями. Кремон прощался с таги последним и решил проверить слова миниатюрного человечка. Резко поднял руку и прокрутил вцепившегося мёртвой хваткой Татила несколько раз вокруг себя. И затем бережно опустил на тележку. Малыш чуть ли не запрыгал от восторга:

– Ой, как здорово! Мне понравилось, хочу ещё!

Пришлось на бис повторять процедуру прощания ещё раз. Но и после этого таги явно не хотел останавливаться. Пришлось Рафе Зелаю укорить своего маленького ростом друга:

– Да у него рука сломается, а ты ещё проситься будешь. Мало тебе качелей дома?

– Да, действительно, - немного смутился Татил. - Время поджимает. Но ты, Кремон, молодец. А на обратном пути ты у нас обязательно подольше задержишься и погостишь, как следует.

– С удовольствием! - пообещал Невменяемый и люди поспешили к своей тележке. Когда они оглянулись, то карета с иными уже тронулась с места. Рафа Зелай тремя боковыми конечностями небрежно двигал рычагами, а Татил Астек стоя держался за рычаг тормоза. При этом сорфит и таги что-то оживлённо обсуждали.

– Надо же! - в возбуждении заговорил Кремон. - Никогда не думал, что доведётся лично общаться с иными.

– Да и мне тоже о таком не мечталось, - признался и Сонный.

На что Хлеби скептически усмехнулся и уселся на переднее теперь по ходу движения сиденье, прикасаясь рукой к тормозу:

– Я ведь тоже, до прибытия сюда ни с одним иным не общался в нормальной обстановке. Лишь несколько раз участвовал в допросе пленённых драконов. Но те случаи и общением не назовёшь…

– И ведь, несмотря на наши сильные различия, они вполне симпатичные и приятные существа, - констатировал Кремон.

– И чего только с ними пятьдесят лет воевали? - пожал плечами Давид.

– Вообще-то можете поговорить и на ходу, - обернулся протектор Агвана на своих коллег колдунов. - Ведь дел у нас тоже хватает. Трогайте!

– Запросто!

– Веселей… Ещё бодрей! Вот! Не стесняйтесь, рычаги не сломаются.

– Да? - раззадорился Кремон. - Вот сейчас и проверим!

И уже через полминуты тележка летела с невероятной скоростью. От впечатлений даже Избавляющий завёлся и стал повизгивать от удовольствия. И глаза при этом прикрывал от ветра. Теперь уже Кремон забеспокоился, что они могут невзначай продлить тоннель, протаранив скалы на порядочную глубину. И бросив рычаги, дотронулся до спины Хлеби:

– Может пора тормозить?

– Может и пора, - беззаботно отозвался тот. - Вот как упрёмся во что-то, так сразу и тормознём.

И тут же показавшееся впереди пятно света послужило сигналом к экстренному торможению.

Когда колдуны уже поднимались по крутым ступеням в подвал, Кремон задал вполне очевидный вопрос:

– А кто пробил этот тоннель?

– Конечно же, наши новые друзья. В этих делах - они лучшие специалисты в мире. Когда я только сюда приехал, то для первых переговоров катался на лодке по озеру к сорфитскому берегу. А потом они предложили проложить к замку подземную дорогу. И через четыре месяца вышли точно на стену моего подвала. Причём вы заметили невероятную точность и прямоту всех проходов?

– Заметили. И как им такое удаётся?

– В ответ они только смеются или начинают чертить замысловатые геометрические фигуры. И в итоге остаётся лишь преклоняться перед их талантами. Вдобавок, они ещё укрепили своды какой-то особой, клеящей пропиткой и за все десять лет я не увидел единого упавшего на пол камешка. Даже после лёгких толчков небольшого землетрясения. И строители гарантировали, что такого не случится полвека. После этого надо повторно нанести новый слой и снова пятьдесят лет катайся в полное удовольствие.

Когда они выбрались наверх, время перевалило за полночь, и весь замок находился в царстве сна. Поэтому Хлеби говорил шёпотом:

– Давид, отдай свою физическую силу Кремону и ложись спать. А мы идём штудировать теорию структуры отката.

– А может и тебе часть силы отдать?

– Ещё чего. Уж одни сутки я как-нибудь без вливания обойдусь. Когда проводим Кремона - тогда и отоспимся.

Но перед самым рассветом Избавляющий всё-таки ощутил сильную усталость, и на него стала наваливаться сонливость. Что бы взбодриться, он тут же предложил:

– А давай проведём лёгкую разминку с Истуконом?

– Отличная идея! - обрадовался Кремон. - А то у меня уже все кости ноют от безделья. Такое впечатление, что они срастаться между собой начали.

В тренажёрном зале оба колдуна решили проводить тренировку одновременно. И стали нападать на вращающегося механического монстра с двух сторон. Да так увлеклись, что звон мечей и грохот ударов наверняка перебудил всех обитателей замка.

Может быть, усталость взяла своё, а может Хлеби слишком самонадеянно полез в ближний бой, но через двадцать минут он проворонил удар цепей по ногам и тут же, вдогонку получил страшный удар топором в районе левого бока. Хорошо хоть успел прикрыться мечом и тот плашмя развернулся к телу. Но на несколько метров после этого Избавляющего отбросило в сторону. Не сдержавшись, он осыпал бездушную железяку самыми нелестными эпитетами, да так и остался лежать не боку, потирая ушибленные ноги и восстанавливая дыхание.

А вот Кремон к тому времени только разогрелся в полную силу. И удвоил натиск на Истукона. Его мечи замелькали с неуловимой для простого взгляда скоростью. Причем он успевал не только отклонять от себя оружие Истукона, но и наносить ему регулярные и смертельно опасные для живого противника удары. Минут десять бой продолжался в невероятном темпе, но напоследок Кремон ещё больше усилил атаку, а затем с залихватским криком отскочил назад. И замер в стойке для новой атаки.

Но поднявшийся уже Хлеби отключил тренажёр, а от двери послышался одобрительный смешок:

– Неужели тебя в столице ещё больше мастерству фехтования обучили?

К молодому колдуну приближался улыбающийся Коперрульф. Но первым на его вопрос ответил хозяин замка:

– Ты знаешь, Ганби, я бы тоже так подумал, если бы лично не видел его последние недели. Чем он при мне только не занимался, но только не фехтованием. А до того он лишь дважды брался за мечи.

– Значит, в теле укрепились старые навыки, - констатировал дворецкий, пожимая руку притихшему Кремону. - А личико, какое себе заделал! А глазки! Ух! И не узнать с первого взгляда.

– А со второго? - улыбнулся Невменяемый.

– Без проблем! - высказался Коперрульф вполне категорично. - Да и не только для меня. Наша домоправительница ещё с вечера ко мне пристала: "Почему так? Почему в таком виде? Тоже инкогнито?" Пришлось подтверждать её догадки.

– Жаль, значит плохо замаскировался…

– Не вздыхай так тяжело, - Хлеби похлопал парня по плечу. - Это мы тебя видим насквозь, а на новом месте ты будешь словно чистый лист. Как себя поставишь, так тебя и запомнят. Ладно, пошли завтракать на кухню. Выедем пораньше.

– Там уже и друзья тебя дожидаются, - усы дворецкого раздвинулись в улыбке. - А я как услышал звон мечей отсюда, так с собой и захватил корзинку с плодами. Ведь захочешь угостить боларов?

– Конечно! - Кремон подхватил стоящую возле дверей корзину и первым вышел во двор. Его тут же заметила четвёрка боларов, висящая над конюшнями и плавно спланировала вниз. И сразу же Спин удивил своими вполне связными и правильными восклицаниями:

– Кремон! Дружище! Мы очень рады тебя видеть! Просто здорово, что ты вернулся! А то я подумывать начал о путешествии к столице.

– Вот как?! Отличная идея. Только я сейчас и дальше занят путешествиями. Но как вернусь, обязательно возьму тебя с собой. Полетишь?

– Обязательно! Мне ведь тоже нравятся другие края.

Слова неслись из зелёного шара плавным и естественным потоком. Конечно, было понятно, что это говорит не человек, да и произношение порой было просто ужасным, но зато почти все предложения были понятными и правильными.

– А вот скажи, Спин, ты меня легко узнал? У меня ведь лицо изменилось.

Лишь теперь болар выдвинул из верхней сферы свои глаза на гибких отростках и присмотрелся к молодому колдуну. А затем булькнул смехом и пояснил:

– Если бы ты не сказал, я бы и не заметил. Ведь мы тебя просматриваем совершенно другими способами, на энергетическом уровне. И у каждого существа своя аура. Мы ведь отличаем Эль-Митоланов от простых смертных. Мало того, мы даже видим отличия у тех, кто ещё молод, но уже имеет Признаки.

– Ого, Спин! То, что ты рассказываешь, достойно удивления, но то, КАК ты рассказываешь, меня поражает ещё больше. Как ты так быстро освоил такой громадный словарный запас?

– Ха! Я ведь теперь постоянно живу в уже почти достроенной башне, на крыше и чуть ли не сутки напролёт с кем-нибудь болтаю. Особенно мне в этом плане помогает один отличный парень, мажордом Сонного.

– Да, этот поболтать любит. Но если я правильно тебя понял, то Давид тебя уговорил перейти к нему на полное довольствие?

– Вроде как так.

– А остальные наши друзья?

Спин шевельнул корнями в сторону своих товарищей, которые не спеша принимали угощение от колдуна:

– Они продолжают ночевать в стае. Но днём почти всё врем со мной. К тому же мы все собираемся на обязательных занятиях, которые проводит Сонный. И уже потом все трое учительствуют в классах для трёх разных возрастов непосредственно в стае. У нас там такие преобразования начались…!

– Мирные?

– Да где там! - проскрипел Спин с явным огорчением. - Спорим как полоумные! Особенно старики бесятся, ни о какой дружбе и слушать не хотят. Даже меня изгнать из стаи пытались. Орточмоксы!

– Может правильнее: ортодоксы?

– Точно! Они самые.

– Ха! Да ты уже и такие слова знаешь?

– Я даже несколько крепких словечек запомнил…

– А вот это - зря. И где ты их услышал?

– Да так, кружу иногда возле рабочих…

Кремон озадаченно помотал головой, но потом решил, что Спину может и лучше будет получить полную программу обучения. Затем рассмотрел, что корзинка в его руках пуста и вспомнил о завтраке:

– Я бегу на кухню поесть, а потом мы все едем к новой башне. Подождёте нас немного?

– Так мы для этого и прилетели, - с некоторой обидой проскрипел Спин. - Сегодня ты от меня не отделаешься!

– Согласен.

Во время завтрака тётушка Анна так и крутилась возле Кремона, подкладывая ему тарелку самые лакомые кусочки. И вид у неё при этом был невероятно конспираторский и многозначительный. Колдуны и дворецкий изо всех сил сдерживали свои улыбки и старались выглядеть серьёзно. Кушали прямо на кухне, за большим столом и поварихи только и успевали подносить новые блюда и порции добавок. Сопровождающий отряд Эль-Митоланов до сих пор отсыпался в полном составе и Хлеби приказал их не беспокоить до самого обеда. Пообещав, что и они вернутся к тому времени из поездки на Паласиев луг.

Сразу после выезда из замка болары повисли строго над всадниками и лишь набирали высоту в тех местах, где кроны деревьев сходились над дорогой. Причём двигались они строгой геометрической фигурой, ромбом. Словно вышколенный почётный караул.

К новому дому рода Паласиев решили не подъезжать, дабы не тратить времени. Хоть так и тянуло поближе рассмотреть почти достроенную домину, которая вполне могла тянуть на приличный замок. И протектор Агвана так прокомментировал их транзит:

– Там сейчас их всё огромное семейство. Да и те только. Твой друг Бабу тоже там со своими родственниками помогает. А вы, если встретитесь, и он тебя узнает, то вас потом не растащишь.

Хотя Кремону показалось, что Избавляющий что-то недоговаривает. И от него не укрылся осудительный взгляд, которым протектор наградил Давида Сонного. Хоть тот и продолжил ехать с полной расслабленностью и равнодушием. Но спросить о товарище всё-таки очень хотелось:

– Значит, наш Бабу полностью окунулся в дела своей будущей семьи?

– Разве такой парень пожелает до конца жизни косить траву на лугах? - хмыкнул Избавляющий. - Я тебе не рассказывал, но ещё до своего отъезда решил взять этого гиганта в замок на постоянное обучение воинскому мастерству. Да и Бабу чуть ли не угрозами меня упрашивал. Коперрульф только рад будет вновь показать свой педагогический талант и воспитать если не своего заместителя, то уж сильнейшего и опытного воина. А скорей всего Бабу станет командиром войскового подразделения Агвана. Дружину для этого начнём набирать уже на этой неделе.

– Прекрасно! Будет хоть кому в моё отсутствие Истукона калечить! - обрадовался Кремон.

– Постараемся покалечить этого железного монстра, - пообещал поравнявшийся с ними Коперрульф. И тут же добавил с некоторой отрешённостью: - Но оружие с тренажёра надо будет снять почти всё…

– Ладно, - отмахнулся протектор, глядя только вперёд, - Решим этот вопрос позже. Эх! Красота-то, какая!

Вид действительно поражал любого путника. Сама башня просматривалась, чуть ли не со всех окрестных лугов. Мощная, но не лишённая стройности, красивая, но явно неприступная новая обитель для нового протектора сразу вызывала и восхищение и уважение. Да плюс ко всему она из-за расположенного под ней холма поднималась на немыслимую, казалось, высоту.

Сама постройка в целом уже была завершена, и теперь велись внутренние отделочные работы. Да чуть сбоку, у подножия, достраивали несколько хозяйственных построек. Петляющая дорога по склону холма уже поблескивала нарезанными недавно в каменоломнях и теперь аккуратно выложенными плитами, а крутые откосы были укреплены кирпичной кладкой.

Кремон не скрывал своих восторгов от увиденного зрелища. А Хлеби горделиво восседал в седле и с улыбкой выслушивал комплименты. Он сам отсутствовал последние несколько недель, и поэтому сделанные за это время объёмы работ поразили даже его.

– А я боялся, что вы выбьетесь из графика, - похвалил он своего заместителя.

– Внутри, конечно, ещё полный бардак, - с сожалением покачал головой Давид. - Не пройти, что бы не испачкаться. Мне самому приходится спать здесь, если задержусь, в совершенно антисанитарных условиях.

– Но ведь за неделю управятся?

– Обещают. А к чему такая спешка?

– Ты что, забыл? Ведь прибудет караван с мебелью и со всем необходимым для дома оборудованием. - Напомнил Избавляющий. - Или оставить мокнуть дорогие витрины и полированные столы под дождём?

– Зачем же под дождём? - Сонный с сомнением посмотрел на пасмурное небо и предложил с невозмутимым видом: - А давай эту мебель просто порубаем на дрова?

– Рубай. Но тогда тебе придётся спать и есть на полу.

Всадники выехали на холм и остановились перед громадой башни. К ним тут же устремился главный прораб, поздоровался и доложил, что свод подземной пещеры расширен для свободного входа и даже приготовлена верёвочная лестница для спуска. А колдуны как раз на это и надеялись. Тут же спешились и окружили раму с буровым инструментом. Несколько рабочих уже заканчивали разборку установки, а ещё двое споро накрывали настилом крышу над ямой. В самой глубине чернела круглая дыра со слегка рваными краями. Но легко одетый воин мог протиснуться в неё без труда, хоть и пришлось бы снять с себя пояс с мечами.

– Вы же сами говорили вниз не спускаться, - оправдывался прораб. - А для выравнивания и расширения отверстия нам надо снизу установить помост.

– Ничего, всё правильно! - успокоил его Хлеби и первым стал спускаться вниз. Протиснувшись в отверстие, он быстро создал осветительный шар и опустил его ниже ног. Присмотрелся в глубину и только затем поднял голову к своим коллегам:

– Опускайтесь за мной. Ганби, если тебе интересно, можешь тоже глянуть.

– Ещё бы мне не было интересно! - хмыкнул дворецкий и стал поспешно отстёгивать ремни с оружием.

Постепенно все четверо спустились вниз и встали ногами на твёрдую поверхность. Каждый из колдунов создал по два шара и в подземном пространстве стало даже слишком ярко от излишнего освещения. По расчётам Избавляющего, они сейчас находились в самом большом и объёмном помещении. И дыра над их головами находилась на высоте более чем шесть метров.

Продолжительное молчание нарушил протектор Агвана:

– Значит так, понемножку начинаем двигаться и тщательно всё осматривать. Свои соображения высказывать вслух.

– Да тут и соображать нечего, - сразу же откликнулся Сонный. - Не знаю как у вас, а у меня стойкое ощущение, что эти дуросовые наплывы кто-то когда-то "надул" с явным расчётом.

– Хм, но ведь здесь нет явных признаков искусственности, - засомневался Коперрульф. - Ни одного острого угла не видно. Ни одной ровной грани.

– Но здесь почти идеально ровный пол. Это раз. Потом, все четыре выхода отсюда находятся в почти идеальных пропорциях. Их овалы наоборот, полны изящества и нарочитой мягкости.

– Ну а свод?

– А свод выдавливался совершенно произвольно. Потому и кажется неровным и хаотичным. Да и какая разница, что там вверху. Главное, повыше и ходить не мешает.

– Или ползать, - шутливо добавил Хлеби, начав осторожное движение вправо, к чернеющим овалам выходов. - Но раз это рукотворное образование, то оно должно служить для каких-то целей. И самое главное - в него должен быть вход. Правильно? А я при обследовании не нашёл в этих помещениях ни единой щёлочки наружу. Весь пласт породы этаким клином уходит в глубину. Если мы сейчас не найдём тоннель вниз, значит всё-таки это - естественное образование.

Сонный требовательно протянул руку к своему младшему товарищу:

– Давай свои дуросовые очки! Начнём по очереди смотреть через них и быстрей подтвердим выдвинутые предположения.

Все немного приостановились, понаблюдали за Давидом, а когда тот пожал плечами и двинулся дальше, последовали чуть сзади.

– Но как такое естественное образование могло получиться? - Кремон осторожно ощупывал руками шероховатую стену, опасаясь пораниться выступающими кристалликами поблескивающего камня. - Ведь эти скалы просто невероятно прочны.

– По гипотезам некоторых наших светил геологии, - стал рассказывать Хлеби, внимательно присматриваясь себе под ноги, - Миллиарды лет назад на нашей планете происходила невообразимая по мощи вулканическая деятельность. Порой из недр выбрасывались сгустки самых тяжёлых и ценных металлов. Или сверхпрочных пород. Именно такой породой и является дуросовый наплыв. По предположениям учёных, из гигантских жерл вулканов при взрывах вылетали целые горы расплавленных пород. И с огромной силой вонзались в расположенные в округе мягкие почвы, вонзаясь вглубь клином и тут же застывая. Но скопившиеся в породе газы всегда успевали собраться наверху и "растягивали" самые вязкие и податливые структуры. Да так и застывали, образовав полости, по которым мы сейчас и передвигаемся.

– Ох уж эти теоретики от геологии! - со всем возможным скепсисом фыркнул Сонный. - Что только не придумают!

– Между прочим, все остальные подобные формирования - точно такие же. И в некоторые тоже удалось пробить штольни. Кстати, наличествует один и тот же, весьма примечательный факт: нигде не нашлось и щёлочки наружу.

– Это ни о чём не говорит, - не сдавался Давид. - Если уж у кого-то хватило энергии расплавить дуросовые наплывы и придать им желаемую форму, то они могла впоследствии и "заплавить" входное отверстие. Или залить расплавом, если вам будет угодно.

Они вошли в одно из помещений и сразу увидели, что половина округлой стены тоже имеет четыре выхода, но уже чуть меньшие по размеру.

– Если и в остальных трёх помещениях имеется по четыре кладовки, то вряд ли меня кто переспорит о рукотворности этих пещер!

Но Кремон не разделял мнение своего товарища:

– Не спеши с выводами. Каких только чудес не создают природа!

– Да и не кладовка это, - Хлеби первым заглянул в одно их четырёх помещений. - А уж скорей небольшая спальня. Вполне приличная комнатка может получиться.

– А уж какие здесь склады превосходные получатся! - зацокал языком Коперрульф.

– Или лаборатории, - подсказал Давид, заглядывая в другие помещения.

Но придирчивый взгляд дворецкого заметил и кое-что другое:

– Жаль только, что сырость и сюда пробралась. Видите: в каждой комнатке не то плесень, не то лишайник сыромятка пятнами стелется.

Избавляющий склонился и осторожно прощупал непонятное пятно.

– Да нет, это не от сырости. Скорей всего странная пыль, причём более тёмного цвета…, - он ещё раз провел ладонью у себя прямо под ногами. - А вот на остальном полу ни пылинки.

– Странно, - отозвался Сонный из соседнего помещения. - Здесь точно такие же пятна.

– И здесь, - послышался голос Кремона.

Через десять минут исследователи быстрым шагом обошли все четыре смежных помещения. И в каждом их них находились переходы в овальные спаленки. Или кладовки, как их назвал дворецкий. Причём в каждой такой кладовке на полу были одинаковые тёмные пятна пыли. И располагались они в одних и тех же местах.

– А вот это уже и не смешно, - задумчиво пробормотал Хлеби, когда они вчетвером воззрились на пятна в последней, шестнадцатой комнатке.

– И ведь придётся соглашаться с тем, что прав я! - гордо заявил Давид. При этом он со скептическим видом передал дуросовые очки коллегам.

– Ага, осталось только, понять: почему эти пятна расположены так, а не иначе… Хм, что же они мне напоминают…?

– Вспомнил! - от восклицания Кремона все вздрогнули. - Вы же сами сказали: "Или спальни". Помните, в моей спальне точно так же стоит кровать, - он указал на самое большое пятно, - Рядом большая тумбочка с ящиками для личных вещей. Вот это пятно поменьше. Хотя здесь может быть и этажерка с книгами или нечто подобное. И третье пятно, ближе к выходу - это стол со стульями. Видите, даже здесь один угол просматривается, а стульями можно представить эти расплывчатые пятна по сторонам. А? Подходит?

– Точно! - тут же поддержал товарища Сонный. - Давайте уже с этой точки зрения просмотрим спаленки по второму кругу.

Когда повторный осмотр был закончен, все собрались в самом большом помещении, и Хлеби стал подводить итоги:

– Интересное исследование у нас получилось. Хоть очки ничего не помогают. Они видимо лишь затем и служат, что бы найти дуросовые наплывы. Шахтёры за них хорошо заплатить должны. А вот по поводу этого места… Мне теперь придётся ещё раз проверить все сведения про другие пещеры в дуросовых наплывах. Особенно тех, в которых побывал человек. Если хоть где-то подобные пятна заметили…

– То перед людьми встанет ещё одна неразрешимая загадка, - договорил Кремон за старшего коллегу, придав своего голосу интонации глашатая. - А тысячи проходчиков с проклятиями начнут бурить новые штольни в дуросовых наплывах.

– Может быть и так! - засмеялся протектор Агвана. И уже взялся за перекладину верёвочной лестницы, как Коперрульф опять что-то заметил:

– Или мне кажется, или действительно на этой стене, ровно по центру, что-то нарисовано. Или выдолблено… И как раз внизу, под самой стеной, толстая полоска тёмной пыли.

Колдуны сразу заметушились.

– Хм…, действительно нечто проступает…

– А давайте поменяем углы освещения?

– Давайте. Смещайте своих светляков как можно дальше влево…

Через пять минут возни и споров колдуны таки пришли к единому мнению. На стене явно виднелся какой-то символ и его скорей всего перечёркивали две ровные полоски образующие наклонный крестик. Когда символ перерисовали на бумагу, стали вспоминать, что же он обозначает. По твёрдому убеждению самого опытного Эль-Митолана этим знаком на древнесунском языке так обозначали любой металл.

– Причём таким символом в глубокой древности пользовались все без исключения разумные на всех без исключения материках.

– Значит, - решил сделать окончательный вывод Сонный. - Крест на этом символе запрещает употребление, использование или производство здесь любого металла. Или есть другие мнения?

– Скорей всего именно так. Но что обозначает пыль под знаком? Тоже кровать?

– Но тогда её пришлось бы поставить на ребро, стоя, - хмыкнул Давид.

– А если и так? - Кремон ещё раз оглядел знак и полоску пыли. - Вполне могла получиться дверь… Или арка…

– Ты так не шути! - неожиданно разволновался Хлеби, даже отступая на шаг назад. - Ты хоть представляешь, о чём говоришь?

– Я? Про дверь и про арку. А что здесь может быть смешного?

– Да не смешного, а величественного! Эх, молодёжь! Не знать про Арку!?

– А что это такое? - заинтересовались все одновременно.

– Из глубин времён до нас дошло несколько письменных упоминаний о легенде, в которой говорилось о наличии в нашем мире Арок. И через эти Арки можно было путешествовать в другие миры и на другие планеты. Но исчезла энергия, питающая эти Арки, и они превратились в прах. И не суждено разумным созданиям более воспользоваться ими, и не суждено познать величие иных миров.

– Красиво звучит? - признался Сонный. - Аж мурашки по спине пробежали…

– А давайте посмотрим на эту стену со знаком на всех возможных для нас магических уровнях? - неожиданно предложил Кремон.

Как ни странно, первым откликнулся Коперрульф:

– А чего на неё смотреть? Она же явно цельная и неделимая. Какая тут может быть дверь?

– Ну, мало ли какая…, - пробормотал Избавляющий, погружаясь вместе со своими коллегами в транс исследования.

Долгое время стояла полная тишина и ничего не происходило. Скептически настроенный Коперрульф отошёл к противоположной стене и полуприсел на небольшой скальной выступ. Прикидывая про себя, сколько ему придётся ещё так лицезреть замерших колдунов. Но почти тотчас Хлеби Избавляющий пошевелился и оживлённо воскликнул:

– Есть! Вижу слабо мерцающий овал полутора метров в ширину и трёх в высоту!

Тут же зашевелились его младшие коллеги и отреагировали кучей вопросов:

– Где? Как именно надо смотреть? Какого цвета? В глубине породы, или снаружи?

– Верхушка овала лишь чуть не достаёт до знака. Смотреть надо как при системном обозначении границы направленного удара стихии. Словно вы хотите пометить стену адресным заклинанием. И сразу увидите слабо мерцающий овал тёмно-фиолетового цвета. В тот же момент стопорите поисковую систему и начинаете добавлять проникающее воздействие как при медицинском осмотре. И тогда мерцание получает большую насыщенность. Оно выступает на три-четыре сантиметра наружу, и уходит сантиметров на десять в глубь стены. Это просто невероятно! И как мне кажется - это остаточные крохи какой-то энергии. Словно кто-то недавно пытался со стеной что-то делать. Но если прикинуть, что здесь никого не было столетиями… Однозначно: подобный феномен явно результат воздействия разумных существ.

– Вижу, вижу! - воскликнул от прилива эмоций и Кремон. - И мне кажется, что вся фиолетовая масса состоит из гаснущих угольков. Они как бы двигаются или вращаются и потому кажется, что овал мерцает…

– Хм…, - по лбу протектора Агвана поползли морщины от сосредоточения. - А ведь и правда. Очень похоже…

– А у меня ничего не получается! - чуть не захныкал от досады Сонный.

В ответ молодой Невменяемый рассеяно и беззлобно пожурил своего старшего товарища:

– Это потому, что ты всегда отказывался учить магию воздействия на стихию. Придётся теперь верить нашим ощущениям.

– Но вы хоть мне вкратце поясните свои действия! - настаивал Сонный. Но Избавляющий, не открывая глаз, лишь отмахнулся от него рукой:

– Слишком долго! Да и потом у нас ещё будет для этого время, - и предложил Невменяемому: - Кремон, давай постепенно поворачиваемся и осмотрим весь периметр комнаты. Я влево, ты вправо. И кстати: "зрителей" попрошу не загораживать обзор.

Расстроенный своей некомпетентностью, Сонный прошёл между медленно поворачивающихся коллег и принялся чуть ли не всем телом ощупывать невидимый пока для него овал. Да и очками повторно не поленился воспользоваться. За ним тут же проскочил и Коперрульф. И тоже приступил к осмотру, простукивая монолитную стену рукояткой кинжала.

А колдуны опять что-то нашли. Одновременно заметив шесть слабо мерцающих фиолетовых точек. И как раз на том выступе, который недавно использовал дворецкий.

– И что это может быть? - недоумевал Кремон, мелкими шажками подходя ближе к выступу. Хлеби так же, словно слепой, двигался рядом:

– Если всё-таки придерживаться сумасбродной гипотезы о том, что здесь находится некая Арка, то перед нами не что иное, как пульт управления. Или нечто подобное…

– Значит надо на эти точки нажимать? Будем пробовать?

– Уф! У меня даже руки задрожали, - признался Избавляющий. - Конечно, попробуем! Смотри: одной рукой можно нажать лишь на две точки…

– Намекаете на то, что только сорфит мог бы задействовать все свои шесть конечностей одновременно?

– Не обязательно нажимать именно так, но… Всё может быть. Будем пробовать по одной.

И он осторожно стал прикасаться к выступу дуросовых наплывов, меняя комбинации приложения усилий. А Кремон, затаив дыхание, стоял рядом и не шевелился. Но именно он первым обратил внимание на их несообразительность:

– Может мне смотреть в этот момент на овал?

– Конечно! - воскликнул с досадой Хлеби. - Смотри! А то там лишь щупальщики, да стукальщики.

Кремон неспешно повернулся вокруг своей оси и сосредоточил свой магический взгляд на стене со знаком. И тут же стал комментировать увиденное:

– О! Чуть посветлело! Опять по-прежнему… Опять посветлело! А теперь ещё темней стало, чем прежде. Нет… Вроде вернулось к "норме". Опять посветлело. Норма. Темней… Светлей… Темней… Норма.

Долгое время Избавляющий трудился, плотно сжав губы и не открывая глаз. Но когда их усилия не принесли никаких добавочных результатов, разразился восклицаниями:

– Невероятно! Вы себе представляете хоть примерно важность этого места?! То, что мы нашли - уникально, сенсационно и…, опять-таки - невероятно! Хотя ещё рано говорить, что это Арка, но даже энергетическая связь между двумя стенами сразу выводит это место в число объёктов первоочередной важности в сфере самых безотлагательных исследований.

Сонный уже давно перестал ощупывать стенку и теперь слушал старшего коллегу с некоторым недоверием:

– И что теперь будем делать?

– Как что? Как только вернёмся в замок, передаю экстренное сообщение в столицу.

– А сами мы не справимся?

– И не мечтай! Тут нужны особые специалисты. Между прочим, ты ведь собирался пригласить в башню несколько женщин?

– Конечно. Надо же как-то скрасить тяжёлые и серые будни.

Хлеби одобрительно закивал головой:

– Вот и совместим приятное с полезным. Попрошу Тормена Звёздного прислать сюда пяток Эль-Митоланш для исследований этих пещер. Да помоложе.

– Только не это! - с непритворным ужасом стал возражать Давид. - Мне ведь тогда в лесу ночевать придётся. Они же из меня по ночам все соки вытянут!

– Ничего, ты у нас мужчина стойкий, выдержишь.

– Да нет, я серьёзно. Может лучше нормальных профессионалов среди мужчин найти?

– Не получится. Ведь как раз женщины-колдуньи лучше всего ориентируются в энергетических потоках. И могут отлично оперировать в тонком, нематериальном мире. Так что придётся тебе покомандовать отрядом прелестниц.

– Ага, покомандуешь ими, - погрустнел Сонный. - Ещё неизвестно, кого Тормен пришлёт на мою голову…

– Так в чём проблема? - Хлеби жестом указал Коперрульфу на верёвочную лестницу и тот без промедления полез вверх. - Пока будем возвращаться в замок вспомни десяток кандидатур, с которыми ты в нормальных отношениях и я передам этот список нашему Первому Светочу Магического Конклава.

Глаза протектора Клаковской Пущи подозрительно заблестели от вожделения:

– А если мы попросим делегировать сюда кое-кого в обязательном порядке?

– Ввиду чрезвычайной важности найденного объекта, мы можем настоять и на этом аспекте. - Хлеби рассеянно пронаблюдал, как Кремон ловко протискивается в пробитую штольню, и предостерегающе добавил:

– Смотри только, что бы потом жалеть не пришлось из-за присутствия этой "кое-кого".

– Ерунда! - беззаботно ухмыльнулся Давид. - В крайнем случае, я всегда могу отправиться на ночёвку в твой замок. Надеюсь, ты дашь приют старому товарищу?

Уже начавший подъём Избавляющий, только буркнул в ответ:

– Ага! Если тебя отпустят…

У подножия башни оба старших колдуна оседлали своих коней и спешно подались в сторону замка протектора Агвана. А Кремон, в сопровождении Коперрульфа поехал туда же прогулочным шагом. Да и очень хотелось более подробно пообщаться с разговорившимся боларом. И Спин весьма охотно последовал рядом с колдуном. А для большего удобства придерживался одним их своих длинных и гибких корней за луку седла.

Так что друзья по дороге успели о многом поговорить. Но самое главное, летающее разумное растение вызвалось совершить путешествие куда угодно и оказать посильную помощь в дальних краях. Спин признался, что в Ледонию он не летел ещё ни разу в своих миграционных передвижениях, но несколько особей из стаи там бывали, и он обещал посоветоваться с ними по данному вопросу. Основные трудности подобного путешествия заключались в том, что в дождливой и промёрзшей Ледонии летающие растения почти не обитали. Возможно ещё и потому, что в соседнем Баронстве Радуги зелёные шары служили объёктом для праздного удовольствия: на них просто охотились ради развлечения. Но вот в царстве Огов болары обитали, где и как им вздумается. И уничтожались лишь в случае неприкрытой агрессии со стороны одиноких и одичавших особей.

Спин, по крайней мере, предполагал, что такое путешествие ему совершить будет вполне по силам. Расстояние его не смущало. Беспокоил лишь вопрос пропитания в самой Ледонии. Но если бы ему там удалось сразу же пристроиться к группе других летающих растений, то самое трудное осталось бы позади и оставалось бы лишь разыскать нужного человека среди вулканов Кихона. По этому поводу Спин кое-что вспомнил:

– В нашей стае есть один предмет, который считается нашим талисманом. Называем мы его маяком Розы. И он служит всем моим собратьям для нахождения дороги домой. В самую сильную бурю, непроглядный туман или ураганную метель наш талисман испускает красно-розовые нити-лучи, видимые нами в определённом спектре. Подстраиваешься на этот луч, регулируешь постоянную высоту, что бы не врезаться в неожиданную преграду, и спокойно летишь куда надо.

– Феноменально! И такие талисманы есть в каждой стае?

– Да нет, насколько мне известно, только у нас. И учат у нас настраиваться на этот луч, лишь взрослых, которые совершают дальние полёты.

– Постой, - изумился Кремон. - Уж не хочешь ли ты реквизировать этот таинственный предмет для наших нужд?

– Как же! - заскрипел Спин в ответ, - У нашего Грюхуна что-либо реквизируешь! Да и стаю оставлять без маяка мне совесть не позволит. Но вот одолжить сей предмет на короткое время я могу. А вдруг ваша тройка Эль-Митоланов сумеет создать нечто подобное за короткое время?

– Спин, ты просто гений! - радостно воскликнул Кремон и тут же погрустнел, - Времени действительно слишком мало…

– И даже пытаться не будем?

Они уже находились непосредственно под стенами замка.

– Ещё чего! Конечно будем! Для такого дела мы всё остальное на сегодня забросим. Тем более что в замке отсыпается ещё четвёрка опытных боевых Эль-Митоланов. Их подсказка в этом деле может оказаться весьма значительной. Ты себе даже не представляешь, как твоя помощь мне может понадобиться в Ледонии! А если у меня появится шанс взять с собой маяк, подобный вашему, то ради такого дела даже мой отъезд можем задержать.

– Ну, тогда я полетел в стаю! - воскликнул Спин, отпуская луку седла и взмывая ввысь.

– Удачи! - крикнул ему вслед Кремон, переводя своего коня в галоп. - А я сейчас обрадую старших коллег своим новым помощником на дальних пространствах.

Через минуту он уже стремительно ворвался во двор, лихо соскочил с коня и бросился в дом. Даже не дожидаясь конюха. Но на входе чуть не столкнулся с Хлеби Избавляющим.

– Куда ты так несёшься? - остановил парня тот. - А если бы вместо меня шла тётушка Анна? Хочешь оставить меня без домоправительницы?

– Ни за что! Но у меня есть важная новость…

– Хорошо, только не надо так кричать. Мы вначале займёмся тоже весьма важным делом. До обеда осталось достаточно времени для того, что бы мы составили и заверили твоё завещание.

– Какое завещание? - опешил Невменяемый.

– Перед опасным заданием все так поступают…

– Да мне и завещать нечего!

– Э-э! Это раньше ты был гол, как сокол. А теперь только в столице твой дом Каменная Радуга чего стоит! Но ещё больше доходов ты скоро начнёшь получать от производства кремонита. Или ты забыл, что изобрёл этот прекрасный материал? А ведь завод достроен и на днях начинает выпуск продукции. Да какой продукции! Да в каких объёмах! Так что, после возвращения, ты вообще будешь купаться в роскоши и довольстве.

– Если вернусь…

– А куда ты денешься! - Хлеби схватил парня за плечи, увлекая в дом, и доверительно признался: - Я полностью уверен в твоём благополучном возвращении.

– Зачем же тогда завещание составлять?

– Просто хорошая традиция перед трудным делом вспомнить всех тех, кто тебе дорог, близок и любим.

– А…, ну тогда конечно…

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

АЖИОТАЖ ПЕРЕД ОТЪЕЗДОМ

Пока поднимались в кабинет, Кремон всё-таки успел втолковать Хлеби открывающуюся перед ними возможность заполучить непревзойденного связного и верного помощника в далёком стане врага. А когда они вошли в помещение, и до протектора дошла суть разговора о таинственном маяке Розы, то он в сердцах даже расстроился:

– Давид! Оказывается, в стае летающих растений имеются уникальнейшие артефакты, а ты о них ничего не мог выпытать?

Сонный сидел за столом и составлял предварительный проект завещания. А на обвинения старшего товарища, лишь недоумённо пожал плечами:

– Вот когда я для боларов стану таким же другом как Кремон, тогда они мне все свои тайны и выложат. Но не раньше…

– А ты представь, что все зелёные шары - особи женского пола, - подколол Кремон своего старого друга и бывшего первого наставника. - Сразу же почувствуешь неимоверную дружбу с их стороны.

На что Давид ответил с полной серьёзностью:

– Спасибо за оригинальную и достойную идею. Обязательно воспользуюсь…

– На сегодня у нас дел прибавилось, - оборвал его Хлеби. - Готов текст завещания?

– Готов. Осталось Кремону лишь ознакомиться, упомянуть всех своих наследников и распределить само наследство между ними в процентном отношении.

Эль-Митолан Невменяемый тоже уселся за стол и с нарастающим интересом прочитал всё написанное в бумагах. А потом стал тщательно вспоминать всех тех, кто ему дорог, близок и дружествен.

Перед мысленным взором стали проноситься портреты молодого отца и погибшей чуть более четырёх лет назад матери. Дядя Кралси со своей супругой и их две дочери, его самые близкие подруги детства. Его незабвенный товарищ по всем играм и приключениям Стен, по прозвищу "Понч". Первый учитель фехтования Вайсмалдан и первые наставники в великой магической науке: Сонный, Карик и Витбаль. А потом и Хлеби Избавляющий с теперь уже просто господином Огюстом. Прекрасный мастер ведения любого боя Ганби Коперрульф. Добрейшая и милая женщина, тётушка Анна. Немного простоватый, но добрый и преданный Бабу со своей невестой Лирной. И непоседливая, активная и артистичная новоиспечённая маркиза Мальвика Баризо. Оказалось, что ему действительно есть, кого вспомнить и упомянуть в своём завещании.

Обед, к тихому ужасу домоправительницы, превратился в сущий балаган. И виной тому стал доставленный в замок незнакомый предмет со звучным названием маяк Розы. Спин успел его доставить минут за двадцать до трапезы и всё это время монотонно объяснял трём колдунам, что и как надо видеть. Только у него ничего не получалось. В смысле - объяснений. А может Эль-Митоланы элементарно ничего не смогли сообразить. Тогда они оставили своему летающему другу столик с фруктами прямо во дворе и поспешили за общий стол в большой зале, где их поджидала остальная четвёрка боевых магов из группы сопровождения. И уже там, передавая маяк из рук в руки, колдуны попытались наскоком хотя бы рассмотреть невидимые пока лучи. Но кроме крика, шума и плохо съеденного обеда ничего у них не получилось. Да ещё и несколько бокалов разбили, размахивая над столом руками.

В итоге хозяин замка решил остановить дискуссию и поднял руку, призывая к тишине:

– Суть работы этого маяка мы примерно уже поняли. Наверняка подтвердится и наша догадка, что эти две плоские полусферы соединяются между собой посредством резьбы. Тем более что край резьбы хорошо просматривается. А когда устройство откроется, попытаемся разобраться во внутренней начинке и в принципе работы этого регулятора. Чуть позже мы спустимся в мою лабораторию и попытаемся сотворить нечто подобное. Но вначале, для разминки после сытного обеда…

– Как же "сытного"?! - не выдержала и стала сокрушаться тётушка Анна. - Вы же ничего почти не съели. Только…э-э, Молчун меня порадовал своим аппетитом.

– Ничего, мы наверстаем на ужине, - пообещал домоправительнице её племянник и продолжил: - Сейчас мы проведём ещё один короткий эксперимент в близ расположенной долине. Кони уже осёдланы и ждут во дворе.

Проходя по коридору Сонный решил подбодрить своего младшего товарища шуткой:

– Кремон, да ты никак от холода дрожишь? Давай поспешим в долину, на этот раз четыре маленьких шарика тебя уж точно прогреют.

– Да я как-то и не рвусь, - нервно улыбнулся Невменяемый. - Но раз ты думаешь, что там будет теплей, то можешь встать вместо меня. Я тебе по дороге объясню, как создавать структуру отката.

– Нет, нет, нет! - категорически замотал головой Сонный. - Я - не по тем делам.

Хлеби всё прекрасно слышал и добавил небольшое порицательное сравнение для Давида от себя:

– Конечно, если бы на тебя бежало четыре красавицы, ты бы не дрогнул и с места не сдвинулся.

– Да, да! - теперь уже согласно закивал головой длинноволосый ловелас. - Я такой…

Через час все колдуны галдящей и возбуждённой толпой вернулись в замок. Обсуждение прошедшего в долине испытания подогрело до кипения эмоции, поэтому каждый спешил высказаться, поспорить и никто не собирался успокаиваться. Причём больше всех удивлялся не тот, по которому стреляли счетверённым зарядом, а те, кто спрятался за щитами и сдерживал бурю упругим и вязким пологом, который ещё по-другому назывался "каучуковый ковёр". Такого фейерверка молний, вспышек и мерцания ещё никому видеть не доводилось. Так что настроение у всех было преотличным.

Громко топающей, орущей массой колдуны сразу же отправились в подвал на второй уровень. Там у протектора Агвана располагались мастерские по изготовлению точных приборов и все необходимые для этого приспособления, инструменты и комплектующие детали.

Понятно, что один колдун - это хорошо. Но если мозговой штурм предпринимают сразу семеро разумных, владеющих тайнами мироздания - результат чаще всего оказывается именно положительным. Через час маяк был разобран до мельчайшей детали, а ещё через час удалось разгадать суть его работы. Несколько, вполне узнаваемых по отдельности деталей, замыкая на себя энергию, выдавали в пространство невидимый для колдунов луч света. Природу которого пока разгадать не удалось. Источником питания служила маленькая пуговка из непонятного сплава. Скорей всего энергия в ней закончилась бы очень давно, если бы Грюхуны стаи не берегли её, включая прибор лишь в крайних и очень редких случаях.

Такой "пуговки" у Хлеби не нашлось бы при всём желании, но решили её заменить непосредственной передачей магической энергией прямо в момент пользования. Для любого колдуна подобное действие не составит труда, тем более, когда знаешь куда, как и в каком количестве надо передать магический импульс. Такое решение вопроса являлось предпочтительным ещё и потому, что никто другой в дальнейшем не смог бы воспользоваться прибором без разрешения Кремона.

На четвёртый час началась одиночная скоростная беготня вверх-вниз по лестнице. Кремон, или кто-либо другой мчался во двор с полуфабрикатом будущего прибора и демонстрировал его действие прохлаждающемуся в тени замка Спину. Тот внимательно "смотрел" куда надо и отрицательно махал корнями. Иногда заменяя эти жесты скрипучим словом: "Ничего".

И лишь к исходу седьмого часа непрерывной работы летающий шар встрепенулся от восторга и выдал с радостным скрипом:

– Вижу! Вижу зелёный луч! Он изнутри здания вырвался ещё до того, как ты появился. И он такой красивый, яркий. Но…, почему он зелёный?

– Может, не те комплектующие подобрали, - вздохнул в конец измученный Кремон. Вливания физической силы ему уже сегодня не делали, и невероятная усталость становилась всё более ощутимой. - Может так и оставим? Ведь тебе луч виден?

– Ещё, как виден! - подтвердил зелёный обитатель двух стихий. И тут же предложил: - Вы его постарайтесь не выключать всё это время, а я слетаю куда подальше. А лучше всего домой, в стаю. И спрошу у остальных, что они видят. Да и размяться не помешает: ты ведь бегаешь, а меня на одном месте скука добивает.

– Отлично! Лети! И быстрей возвращайся. А мы за это время постараемся придать этой штуковине определённо товарный, приличный вид.

Спин вернулся уже в полных сумерках. Да не сам, а в сопровождении сразу пяти своих соплеменников, среди которых сразу бросалась в глаза сфера с более растрёпанными корнями. Грюхун - шаман стаи, впервые посетил замок собственной персоной.

Встречали летающие растения лишь Хлеби и Кремон, так как остальные подались на поздний ужин. Первым делом протектор Агвана поблагодарил за предоставленный для изучения Маяк Розы. И судя по тому, что никто их друзей Спина не переводил специально для шамана, напрашивалось мнение, что и он интенсивно занимается в одном из классов и вполне прилично понимает человеческую речь. А может и раньше понимал?

– Возвращаю вам эту реликвию, - продолжал Хлеби, несколько раз нажав на включатель. - Работает?

– Да. - Подтвердил Спин, забирая артефакт и передавая его Грюхуну. - Но где же ваше изделие? Все кто умеет, прекрасно рассмотрели луч и мы уверены, что он светит в десять раз ярче и будет виден на расстояние отсюда и до Плады. А наш шаман утверждает, что зелёный луч может испускать лишь не менее легендарный Маяк Жизни. Но на половине нашего пути, луч исчез. Почему?

– Мы его пока выключили, но скоро продемонстрируем. А пока хотим показать вам одну вещицу.

После этих слов Кремон извлёк из кармана простенькую детскую игрушку с выступающей в сторону проволочной ручкой. И стал крутить эту ручку. Тут же раздалась незатейливая и простенькая мелодия, издаваемая мембраной от щелчков по ней тонкой пружинистой пластины. Такими поделками во все времена играются дети в плохо обеспеченных семьях. Видимо и боларам подобное развлечение было известно. Может, и в гнёздах имелось нечто подобное. А может и нечто более раритетное? Ведь оказался у них Маяк Розы! И о зелёных лучах они слышали. Хлеби Избавляющий решил твёрдо: обязательно начнёт с ними торговлю и обмен, надо будет только придумать, чем заинтересовать стаю. Да и отделённым сознанием не помешает все гнёзда проверить.

Один из товарищей Спина, проскрипел с явным пренебрежением:

– Игрушка!

– Вы так думаете? - в голосе Кремона послышалось хорошо разыгранное разочарование. - А если вот так?

И он стал крутить ручку быстрее. А потом направил пучок энергии в определённую часть изделия. Тот час же все болары дернулись, словно от невидимого толчка и громко заскрипели на своём языке. Выражая свои мнения и впечатления одновременно. От этого шума чуть ли не все лошади и похасы в конюшне всполошились, недовольным ржанием выказывая своё отношение к потревоженному покою.

Чуть позже, когда болары успокоились, Спин обратился к колдунам:

– Наш шаман весьма настойчиво просит, что бы вы сделали подобный маяк и для стаи.

"Вот ты старый пенёк и попался! - обрадовался мысленно Хлеби. - Теперь мы с тобой поторгуемся!"

А вслух, слащавым и дружественным тоном, сказал:

– Конечно! Мы обязательно постараемся создать ещё один подобный маяк! И завтра же обсудим эти направления нашего взаимного сотрудничества. А сейчас моему коллеге надо готовиться в дальнюю дорогу. Так что давайте встретимся завтра? Договорились?

Кажется, Грюхуну такое расплывчатое обещание не совсем понравилось, потому, как он тут же развернулся, без прощания, и полетел в сторону леса. А за ним потянулись и остальные болары.

Лишь Спин остался с колдунами обсуждать предстоящие совместные действия.

Кремон погладил своего зелёного товарища по свисающим корням:

– Так ты действительно решил пролететь такое расстояние и по возможности помочь мне в Ледонии?

– Да. Я ведь и раньше любил путешествовать. Только не знаю, что именно смогу сделать?

– Самое главное, если мне, конечно, удастся кое-что отыскать, то ты доставишь сюда некий предмет. Скорей всего у меня не будет почти никаких шансов сделать это лично. А вот с твоим участием сразу снимается огромная часть проблем.

– И большой этот предмет?

– Точно не знаем, но не больше чем самая огромная книга.

– Вполне могу доставить, - утвердительно проскрипел Спин. - И это всё, что я могу сделать?

– Скорей всего Кремона в Ледонии тщательно обыщут по прибытии, - пустился в пояснения протектор Агвана, - А ведь ему бы не помешал впоследствии небольшой набор определённых инструментов. Да и два Флора весьма могут пригодиться.

– Флор? Это те самые шарики из сжатого пуха свала? - уточнил болар с некоторой опаской.

– Они самые. Используются для крупного взрыва.

Летающее растение продолжало сомневаться:

– И если в меня попадёт молния, то от моего корпуса даже щепок не останется?

– Вряд ли! - Хлеби позволил себе снисходительно улыбнуться и продолжил с полной уверенностью: - Тем более что Флоры я помещу в специальный, непроницаемый ни для огня, ни для искр футляр.

– А как же Кремон их будет взрывать?

– Весьма просто, на расстоянии. Для этого его даже научили создавать невидимый зажигательный шарик. А тебе и молния не страшна будет.

– Вообще-то мы в грозу и не летаем, - признался Спин. - Смысла нет никакого…

– Вот и отлично, - обрадовался Кремон. - После ужина мы тебе всё подробно покажем на карте и договоримся о времени суток, в которые я попытаюсь подавать зелёные сигналы.

Молодой колдун прекрасно себе представлял открывающиеся возможности при такой помощи хотя бы одного болара. Шансы на выживание повышались многократно. А когда он осмотрится в тылу врага, то небольшие шкатулки, доставленные Спином, помогут открыть очень многие двери.

Оставив разумному растению заваленный фруктами столик, колдуны поспешили на ужин. Но по дороге Хлеби напомнил:

– Что бы не терять и минуты, я попрошу за столом всех рассказать о своих впечатлениях от моря. А ты внимательно слушай.

Кремон утвердительно кивнул головой. Из всех присутствующих в замке он являлся единственным, кто моря и в глаза не видел. И это при том, что по легенде спасшийся в море Эль-Митолан пират, оказался на одном из островков возле берегов Баронства Стали. И целый месяц его там выхаживала полудикая островитянка. От которой удалось сбежать лишь на попутной шхуне.

А ведь в Ледонии будут не только колабы, которые вообще воды боятся, но и другие наёмники - люди. И вдруг кто-то задаст невинный вопрос: "Ну и как тебе море понравилось?" Отвечать лишь фразами, почерпнутыми из книг и учебников? Не совсем годится…

Поэтому по просьбе Хлеби каждый сидящий за столом рассказал о том, как он относится к морю, что в море наиболее примечательного и коротенькую историю об отдыхе на морском берегу. Урок получился просто отменный. Даже тётушка Анна разразилась своими воспоминаниями из далёкой молодости.

Продуктивно прошли и оставшиеся часы после ужина. Хлеби Избавляющий и Давид Сонный не отходили от своего подопечного ни на шаг и буквально завалили ворохом самой разнообразной информации. Начиная от того факта, что найденную в трупе колаба смолку монстры используют в большие морозы для сохранения чешуи, и кончая политическим устройством и пирамидой власти, управления и наследственными монархическими связями. Причём не только самой Ледонии, но и Сорфитовых Долин, Баронства Радуги, Баронства Стали и царства Огов. Хоть подобной информацией Кремона Невменяемого изрядно нагрузили и в Пладе, но ведь лишних мелочей не бывает. И неизвестно было, знание какой детали спасёт жизнь в самую сложную минуту. Или выручит в опасной ситуации.

В итоге, к назначенному часу, Кремон спускался по тоннелю в скальные глубины уже почти отключившийся от усталости десятидневного бодрствования и лавины информации бурлившей в его измученных перенапряжением мозгах.

Оценив состояние своего коллеги как подходящее случаю, Хлеби решил напомнить ещё об одном задании. Они сели в тележку и когда более молодые налегли на рычаги, старший похлопал Кремона по спине:

– А ведь кое-что ты так и не сделал. И всё благодаря моей забывчивости и непомерной занятости.

Парень отозвался лишь после глубокого и продолжительного зевка:

– Можно подумать, что я лишь собиранием ягод в лесу занимался. И сейчас мне припомните, что я стишок забыл выучить…

– Ну, вроде и не стишок… А вот загадку ты так и не отгадал.

– Пока нет, - тут же согласился Невменяемый, чем весьма удивил своего бывшего наставника. - Действительно некогда было. Но помню о ней и часто думаю над разгадкой.

– Что-то заковыристое? - обернулся Сонный, прекрасно слышавший весь разговор.

– Да вот, - охотно стал пояснять Кремон, - Ещё до того, как выгнать меня из замка, господин протектор мне задал загадку: "Что такое сон?"

– Ха! Отдых! - тут же выкрикнул Давид со смехом.

– Если бы всё было так просто, - фыркнул Хлеби. - Ответ здесь надо искать в другой плоскости, подсознательно-мистической. И лучше всего это делать во сне.

– Спасибо за подсказку. - Кремон правой рукой ожесточённо потёр затылок, разгоняя сон. - Сразу после возвращения получите правильный ответ.

– А если не получу?

– Без всяких сомнений!

– И готов даже поспорить?

– А как же! На что спорим?

– Если проиграешь, отдаёшь мне обе головы тех огромных скиров! - выкрикнул Хлеби.

По замолкшему враз парню было видно, что головы скиров ему очень жалко и отдавать не хочется. Но спор есть спор:

– Ладно! Но если я выигрываю, то вы мне отдаёте в подарок три выбранные мной книги из вашей библиотеки! Договорились?

Теперь уже Избавляющий задохнулся от возмущения и лишь мычал вначале от услышанной наглости. Лишь прокашлявшись, он взорвался восклицаниями:

– Надо же! Каков нахал! Нашёл что сравнивать; останки хищников и уникальнейшие раритеты знаний! Да ты хоть представляешь ценность этих книг?!

– Так потому их и хочу, - удалось вставить парню

– А может, ты ещё и всю библиотеку хочешь?!

– Да у меня самого есть получше, - напомнил Кремон и тут же констатировал: - Значит, боитесь спорить?

– Да, спорщик из него никакой! - вставил свою десятинку и Сонный. - Не умеет проигрывать…

– Уж кто бы говорил! - разозлился Хлеби, начиная торможение. Как раз впереди показалось пятно света. - Ладно, ведь всё равно ты не отгадаешь. Спорим на обозначенных условиях. Я согласен.

– И я согласен.

– Подтверждаю! - отозвался Давид, щурясь от яркого света в пещере. - М-да, наши друзья шариков не пожалели…

Действительно, на околосводовых подставках возлежало сразу четыре мощных Трего, заливая всё подземное пространство ровным ослепительным светом. Но вот состав встречающих на этот раз был иным. Сорфит отсутствовал. Видимо потому, что его место на тележке частично заменял длинный и весьма глубокий ящик с овальными углами. А вот миниатюрных таги наличествовало целых три особи. Причём они все казались на одно личико и различались лишь небольшими деталями в одежде. А ведь Кремону и Давиду показалось, что они всегда узнают нового знакомого.

Зато Хлеби не испытывал никаких сомнений и сразу же поздоровался со своим старым приятелем как обычно.

– Привет, Татил! А Рафа, почему не приехал?

– Привет. Не захотел делиться своим привычным местом с ящиком. Поэтому пришлось заменить его более "мощными" бойцами. Моего помощника ты прекрасно знаешь, а вот третий таги - Пасбель Мортек. Он будет сопровождать вашего разведчика вместе со мной до самого Баронства Радуги.

Во время представления Кремон опять прокрутил Татила вокруг себя, а когда заметил что и другие таги цепляются за его руку в явном предвкушении удовольствия, то их тоже порадовал оригинальной формой приветствия. Что сразу разбило ледок официальности и некоторой дипломатической помпезности. А Пасбель Мортек моментально раскрепостился, взяв все нити общения в свои ручки, и тут же осыпал всех новостями, шутками, наставлениями и пожеланиями. Как успел шепнуть Татил Астек о своём товарище, тот всегда и везде был гвоздём и центром любого коллектива и по складу своего характера больше походил на организатора увеселительных мероприятий, чем на одного из руководителей внешней и внутренней разведки Сорфитовых Долин.

За полчаса шестеро разумных успели и насмеяться, и наспориться, и чуть ли не подружиться. И когда Кремону пришлось укладываться в ящик, то делал он это, сотрясаясь от смеха и совершенно забыв о недавней сонливости.

– Хлеби, а ты ведь обещал, что он будет валиться от усталости, - напомнил протектору Агвана Татил Астек.

– Мои обещания, в данном случае, аннулируются! - кричал раскрасневшийся от эмоций Избавляющий. - По существенной и не зависящей от нас причине. А вот то, что вы с Рафой не привозите ко мне в гости своих друзей - совсем не по-товарищески!

– Мне передавали твои приглашения, - Пасбель хитро заулыбался. - Но дела до сих пор не позволяли вырваться. Но уж на обратном пути мы у тебя долго задержимся. Так что запасайся гремвином и своими знаменитыми колбасками. Всё подметём!

– Принято! Сегодня же ставлю тётушке Анне конкретную задачу. А выпивки у меня на целый полк хватит.

– Сильно не хвастайся, ты ещё не знаешь, как и сколько пьют настоящие таги!

И Пасбель Мортек с рычанием заколотил себя кулачками по небольшому, но явно бросающемуся в глаза животику. Причём сделал это так потешно и своеобразно, что всех окатила новая волна смеха. А молодой Невменяемый от судорожного веселья чуть не вывалился из ящика. Чем внёс и свою лепту в создание хорошего настроения. Когда начали успокаиваться, Хлеби смахнул выступившую от смеха слезу и признался:

– Никогда бы не поверил, что буду провожать ученика на опаснейшее задание в такой приподнятой и радостной обстановке!

– Хорошая примета! - тут же прокомментировал Пасбель, - Как задание начнёшь, так его и закончишь. То есть: в обратном порядке. Проснёшься и сразу начнёшь смеяться!

– Нет…, - простонал Кремон. - Вряд я теперь несколько часов усну…

– О! Наше средство помогает уйти в царство сна за две минуты и при любой активной деятельности! - похвастался Татил Астек, доставая маленькую бутылочку и давая хихикающему Невменяемому сделать несколько глотков.

Хлеби при этом перешёл сразу на деловой тон. Хоть улыбаться не перестал:

– Поделитесь?

– Обязательно! - при этом ответе Пасбель Мортек поймал протектора за руку и любовно её поглаживая, добавил: - Конечно, поделимся! Сразу же, как вы нам передадите для исследования литанру.

– Да я бы хоть сию секунду! - чистосердечно воскликнул Избавляющий. - Вот только запрет никак король снять не хочет.

– Понимаю, понимаю, - закивал таги головой. - Сам человек подневольный… И тоже бы отдал средство прямо сейчас…, просто по-дружбе…, - увидев тут же раскрывшуюся ладонь человека, игриво шлёпнул по ней своей ладошкой и добавил: - Но! Раз уже договорились меняться на литанру…, ничего не сделаешь! Подождём решения вашего Его Величества.

– Я не договаривался, я лишь попросил поделиться…

Пока происходило это дипломатическое препирательство, Кремон прямо на глазах затих и тут же впал в здоровый и молодецкий сон. Но счастливая улыбка так на лице и осталась. Давид Сонный от такого зрелища почему-то наоборот загрустил и стал переживать:

– Спит… И сон наверняка хороший видит… Вы уж там осторожнее езжайте, не гоните. На поворотах особенно.

Все три таги отреагировали одновременно. И с непоколебимой уверенностью стали перебивать друг друга:

– Будь спокоен! Не переживай за своего товарища! Будем за ним смотреть, как за собственными детьми! Доставим к месту в самом лучшем виде! Выспанный, бодрый и накормленный! Прокатится как в сказке! Без шума, тряски и пыли! И вредных попутчиков. Мечта любого путешественника! Ага, и разведчика! Спишь - а служба идёт! И цель на месте не стоит, навстречу бешено летит!

– Как "бешено"?! - ухватился за слово встревоженный Сонный. - Я же просил осторожнее ехать.

– Да это так, к слову сказано, - засмеялся Пасбель Мортек, Одной рукой махая на прощание, а второй хватаясь за рычаг тележки. - Мы любим спокойно ездить.

– Да? - крикнул Хлеби вслед отъезжающему кортежу. - Что-то мне кажется что ваше "спокойно" - выглядит пострашнее, чем наше "бешено"…

Последним к людям обернулся Татил Астек и укоризненно крутанул головой:

– Такие большие дяди, а ездить с нормальной скоростью боятся.

И уже когда тележка вкатила в слабо освещённый тоннель, из него донеслось:

– Запасайся колбасками и гремвином к нашему возвращению!

После этого оба Эль-Митолана ещё некоторое время простояли молча, прислушиваясь к затихающему гулу колёс. А потом Давид признался:

– Хоть пять минут назад смеялся от всей души, а сейчас совсем не до веселья. И в груди что-то неприятно ноет…

Хлеби его полуобнял за плечи и они двинулись к своей железной карете.

– Эх! У меня на душе тоже муторно. Уж лучше бы меня вместо него отправили. А так теперь переживай…

– И хуже всего, что и помочь больше ничем не сможем…

– Да. Теперь Кремон должен надеяться только на самого себя. И если что-то у него не получится, то винить кроме нас будет некого.

Сонный невесело усмехнулся:

– Лучше бы я до сих пор учеником оставался. А вот учителем не только сложней быть…

ЗАСНЕЖЕННЫЙ КИХОН

Столица Ледонии, покрытая снегом, поражала своей неповторимой красотой. И так любое здание строилось лишь из белого мрамора или отделывалось только белым материалом, но теперь, под толстым ковром огромных снежинок весь комплекс городских строений казался, словно выточенным из единой глыбы льда. А стоящие с двух сторон вулканы Ут и Ат, лишь придавали этой картине мощь, незыблемость и фундаментальную несокрушимость. Да и заходящее светило добавляло к этой красоте миллиарды бликов, отсветов и мерцающих переливов.

Залан Лирт уже полчаса находился на самой высокой смотровой площадке вулкана Эт, и всё никак не мог налюбоваться Кихоном. Находясь в плену полной расслабленности и спокойного удовольствия. Поэтому даже вздрогнул всем телом, когда сзади раздался визг остановившегося подъёмника и грохот открывающейся двери. Но тут же вспомнил, что именно для этой встречи он здесь и находится.

Выкатившийся на площадку Боролин Танак прямо излучал деятельную энергию и дышал желанием созидать. Глядя на то с какой молодецкой удалью первый заместитель Главного распорядителя тайной канцелярии затормозил возле самого обрыва, никто бы не подумал, что ему уже идёт сто шестьдесят первый год жизни. Строен, подтянут, гибок и мускулист. Такой ещё не один Поход организует куда угодно.

– Ну что, господин полковник, тебе здесь нравится? - с энергичным придыханием спросил Боролин у своего старого товарища.

– Ещё бы! - заурчал тот от удовольствия. - А я только оказавшись здесь сообразил: почему ты не вызвал к себе в кабинет, а решил подышать красотой. Спасибо! Действительно великолепное зрелище.

– И дышится здесь легко, и думается. Жаль, что времени на отдых здесь не хватает катастрофически.

– Вот именно! - Залан сокрушённо вздохнул. - Хлопот - полные карманы.

– Но, тем не менее, ты в полку уже навёл порядок?

– Если учитывать, что это только третья часть личного состава, то могу лишь утверждать одно: еле-еле начал налаживать дисциплину. Да и то благодаря именно тому сержантскому и офицерскому составу, что я подобрал лично.

– Значит, они справятся с возложенными на них задачами?

– Конечно! Теперь я в них уверен.

Но Боролин Танак продолжал спрашивать:

– И без тебя они не оплошают?

– Хм… А что? Ты мне хочешь предложить повышение? И другую должность?

– Ха-ха! Пока нет.

– А то до меня стали доходить определённые слухи, многозначительно заговорил Залан Лирт, - Что Главный распорядитель тайной канцелярии готовит себе конкретную замену…

– Да ладно тебе, смутить меня хочешь? Я ведь и сам не ожидал, что меня так скоро выдвинут кандидатом на такую должность.

– Всё равно здорово! И я за тебя рад от всей души. Такому боевому ветерану как ты - самое место в руководстве.

– Но меня уже предварительно запугивают, - понизив голос, признался Боролин. - Сегодня утром сам канцлер лично меня предупредил, что повышение мне дают авансом, и будут ждать результатов наших действий с Легионом. Так что, дорогой полковник, если хочешь стать генералом или маршалом, то должен хорошо постараться.

Залан Лирт тут же произвел боевую трансформацию и гаркнул со всей мочи:

– Готов сражаться за Ледонию!

– Вольно дружище, вольно! - засмеялся первый пока ещё зам. Тут же сзади раздался новый скрип подъёмника, и повторный лязг двери. - О! Вот теперь мы в полном составе для важной беседы.

На площадку выкатилось изящное и женственное колесо очаровательной особи всего лишь тридцати лет отроду. По крайне мере с виду она не выглядела старше. Колаба грациозно трансформировалась в обычную форму и похлопала руками себя по телу в знак приветствия.

"Ух, ты! Вот это красотка! - мысленно восхитился Боролин. - Я бы и сам не против её похлопать по блестящей и гладкой чешуе. Да и не только по чешуйкам пройтись… И что она здесь делает?"

– Хочу вас представить, - поощрительный голос Боролина дал знать, что он заметил реакцию своего боевого товарища. - Это полковник Залан Лирт. А это лейтенант Ландра Гулис. Внутренняя разведка. Большой специалист своего дела.

Представляемые колабы чуть сдвинулись ближе и пожали протянутые друг ругу руки. Ландра при этом проворковали очень приятным голосом:

– Полковник, я так много наслышана о вашем геройстве! Что только о вас не рассказывают!

– Да что вы, - немного смутился Залан. - Там больше сказок для подрастающего поколения.

– Хочу заметить, - с некоторой томностью возразила колаба, - Что я уже подросла настолько, что могу отличать сказки от действительности.

Полковник как-то не нашёлся что ответить. Лишь немного по мальчишески переспросил:

– Правда…?

Веселящийся Боролин вновь принял командование на себя и приступил к деловому разговору:

– Значит так! Завтра же вам предстоит отправиться в Баронство Радуги. В их столице Шиирнадаре наши вербовщики подготовили большую партию рекрутов для человеческого полка. Поэтому ты, как старший командир осмотри всех этих людей прямо на месте. А Ландра Гулис тебе в этом поможет. Нам нет смысла тащить сюда ненужный сброд, разгильдяев и, самое главное, потенциальных лазутчиков. Ведь наверняка враги предпримут всё возможное, что бы в наши ряды проникли их осведомители и шпионы. Естественно, тут их проверят по полной программе, но как командиру тебе будет лучше выбрать личный состав ещё на вербовочной пункте. Если лейтенант окажется тебе полезна, то и в дальнейшем он перейдёт в твоё подчинение уже здесь в полку. Всё ясно?

– Так точно! - несмотря на неожиданность предстоящего путешествия, Залан Лирт был весьма доволен. Особенно своей попутчицей и новой подчинённой. И мысленно поблагодарил своего старшего товарища: "Настоящий командир! И знает все нужды личного состава…"

Молодая лейтенант в знак осознания задания лишь хлопнула ладошками себя по туловищу. Но тут же спросила:

– Господин Боролин! Нам с собой брать кубики с новой смазкой?

– Конечно! - воскликнул первый зам. - Они у тебя с собой?

– Да, как вы и приказали, я зашла в лабораторию и взяла несколько штук для демонстрации.

– Отлично! Давай и нам: посмотрим, понюхаем…

Колаба дала каждому по два небольших кубика смазки. Но они хоть и выглядели как обычно, но отличались немного цветом и очень сильно запахом. Полковник первых зафыркал от непонимания:

– Что это? И почему такой запах?

– Не нравится?

– Да нет… Просто очень непривычный.

– Нестрашно, главное, что нам он тоже подходит. - И Боролин Танак пустился в объяснения: - Много тысяч лет назад колабы владели намного большими территориями. И в те времена они пользовались именно этой смазкой для предохранения чешуи от сильных морозов. Впоследствии войны ограничили наше жизненное пространство, и в холодной Ледонии не нашлось тех трав, что использовались в создании этого средства для наших повседневных нужд. Но теперь, когда мы наладили необходимые связи и поставки из южных стран, наши учёные вновь создали мазь по древним технологиям.

– А какая между ними разница?

– Для нас, колабов - никакой. Но вот для людей мы не только перестанем неприятно пахнуть, а наоборот, наш запах им будет очень нравиться.

– Ха! Да плевать на этих людишек! Может нам ещё и их благовониями начать пользоваться?

– А чего ты возмущаешься? Уж от кого, но от тебя я этого не ожидал. - Боролин даже голос повысил от раздражения. - Сам ведь стараешься использовать любую возможность, что бы сблизиться с людьми. А тут такое отношение… Между прочим, в скором времени производство мази планируется сменить полностью на новый состав. И главным фактором для замены считается не ублажение глупых людишек, а возращение к древним рецептам, которыми пользовались наши предки. Так что не кипятись.

Залан Лирт к концу нравоучений уже и сам осознал абсурдность своей вспышки, поэтому сразу покаялся:

– Да это я просто по инерции, - потом булькнул смехом и добавил: - Тем более что новая мазь приготовлена по рецептам далёких предков…

– Тогда заканчиваем наш разговор. У вас ещё есть чем заняться перед путешествием. Да и у меня дел не убавляется, а нарастает с каждым часом. До встречи и счастливого пути в Шиирнадар!

ИЗУМИТЕЛЬНЫЙ ПРАНГАРД

То ли действие снотворного кончилось, то ли у его сопровождающих имелось средство обратного направления, но сон выветрился из головы Кремона моментально. Только что он видел весьма интересное сновидение, и вот уже ухо улавливает вокруг полное спокойствие, а отрытые глаза осматривают ярко освещённые своды тоннеля. Вернее не тоннеля, а весьма внушительной и широкой пещеры. Причём скальная поверхность поражала своей обработкой: гладкая, с плавными изгибами, и вроде даже как расцвеченная. И к тому же покрыта порядочным слоем прозрачного стекла. Или чем-то очень на него похожим.

Кремон рывком сел на своём ложе и осмотрелся. И догадался, что находится в помещении, где хранятся самые разнообразные транспортные средства. Они все, несколькими рядами, располагались на извивающихся и пересекающихся по всей длине пещеры полосках стали. Единственное, что их объединяло - все они имели одинаковые железные колёса и могли передвигаться по рельсам. Но вот по дизайну и внешнему виду, каких только карет здесь не было! И маленькие, и большие. С дверьми и без них. Узкие, открытые, высокие и с крышей. Порой даже в два этажа. И порой второй этаж оставался открытым. Количество, конфигурация и размещение сидений и лежаков тоже соответствовало любому предполагаемому варианту.

Завороженный таким обилием средств передвижение, Кремон всё-таки решил попробовать свой голос на слух:

– И куда меня повезут дальше?

Голос повиновался прекрасно и звучал как обычно. Вот только тишина после этого опять накрыла всю пещеру. Сладко и длительно потянувшись, колдун резво спрыгнул на узкое пространство между тележками и принялся разминать затёкшее от долгого лежания тело. Ведь по предварительным обещаниям его собирались транспортировать в сонном состоянии целые сутки. А значит надо срочно разогнать кровь по всему телу.

Интенсивная разминка прервалась появлением в пещере многочисленной и шумной компании. Она вывалилась говорливым потоком из открывшегося в стене прохода. И сразу же после этого кусок скалы вернулся на своё прежнее место. А шустро перебирающий ножками Пасбель Мортек бежал впереди всех и поднимал обе ручки в приветствии:

– Прекрасно! Наш протеже уже проснулся. Значит можно оправляться на экскурсию.

От него старался не отставать Татил Астек:

– Кремон, только надо обязательно переодеться.

В той же компании выделялось сразу четыре сорфита. Поэтому ещё пятерых миниатюрных таги рассмотреть между ними было проблематично. Да и знакомить их с человеком не стали. Пасбель лишь махнул ручкой назад и пояснил:

– Это наши сопровождающие. Так сказать почётный караул.

В этот момент один из сорфитов положил на тележку внушительный свёрток с одеждой, подсадил туда же обоих таги, что были Невменяемому знакомы, и те принялись по очереди инструктировать человека.

– Мы тебе раньше лишь намекали на нечто уникальное в пути. Сейчас же можем огласить с уверенностью: тебе разрешено посмотреть на столицу Сорфитских Долин из туристического вагона.

– Двести пятьдесят лет ни один человек не удостаивался такой чести. Да и до того времени, такие избранные исчислялись единицами.

– Невероятно! - Кремон не веря своим ушам, приостановил поспешное переодевание - Неужели я сейчас увижу легендарный Прангард?

– Да! - на личике Пасбеля было написано столько гордости и трепетного волнения, что не верилось в его возможность радостно смеяться или шутить. - Самая красивая и величественная столица нашего мира, сегодня тебе откроется с высоты птичьего полёта.

– И на чём же мы полетим? - опять замер Невменяемый. Он слышал о чудесной и невиданной технике жителей Сорфитских Долин, но со здоровым скепсисом отрицал возможность летать по небу на тяжёлых, пусть даже особой формы, тележках. - Значит, у вас и правда есть летающие стальные птицы?

– У нас много чего есть, - загадочно улыбнулся Татил - Но сегодня мы прокатимся над столицей в одном из этих вагонов.

– Да? - парень недоверчиво оглянулся вокруг. - И какой из них полетит?

– Увидишь. Тебе понравится. Но хочу тебя спросить: что тебе известно о нашей столице?

Кремон уже закончил переодевание и сейчас с недоумением крутил в руках отблескивающую красным золотом маску и прикидывал, как бы удобнее нацепить на плечи плотную мантию тёмно-зелёного цвета. Но в голове уже давно перетасовывались те скудные данные, которые имелись у людей по поводу сорфитской столицы.

– Немного. Лишь то, что Прангард находится в огромной пещере и на большой глубине. Освещение создают миллиарды летающих светлячков, а воздух закачивают вниз гигантскими мехами, которые вращаются течением нескольких речек…

После слов гостя, почти все хозяева засмеялись. Вежливо, не обидно и весьма тихо. Лишь Татил утвердительно закивал головой:

– Правильно. Мы сами всегда поддерживаем такие ложные слухи. Но на самом деле, дело обстоит совершенно иначе. Много тысяч лет назад произошла сильная подвижка пластов суши. В результате этого большая полоска гор опустилась на порядочную глубину, образовав этим гигантское ущелье. Или Райский Каньон, как мы его ещё называем. Ещё в глубокой древности здесь обитали наши предки, а по достижении определённого могущества над провалом было создано уникальное покрытие, полностью отсекающее от внешнего мира. Поэтому никто и никогда не мог отыскать местоположение нашей столицы.

Слово перехватил Пасбель:

– Светляки нам не нужны. Лишь ночью мы включаем миллионы Трего. И воздух у нас свежий благодаря растущим внизу деревьям. К тому же покрытие над каньоном имеет в некоторых местах широкие щели, так что циркуляция атмосферы происходит без выдуманных гигантских мехов.

Глядя на растерянного человека, Татил поощрительно усмехнулся:

– Сомневаешься в целесообразности маски? Зря. Это древний наряд, который на нашей территории носили лишь консулы других государств. Хоть мы и доверяем нашим согражданам, но такое событие для них не останется незамеченным. Уже сегодня вся столица будет говорить о том, что иной пришелец из большого мира осматривал столицу. И ни к чему им ещё и пересказывать друг другу все детали твоей внешности. Логично?

– Полностью согласен.

– Тогда надевай маску, и садимся вон в тот вагон. Он как раз нам подходит.

И вся компания устремилась к облюбованной железной карете. Только оказавшись внутри, Кремон с удивлением обнаружил, что пол совершенно прозрачен и выглядит как хрупкое стекло. Появилась боязнь это стекло разбить.

– Не робей! - засмеялся с переднего сидения Пасбель. И замахал призывно рукой. - Иди сюда. Вот, садись между нами. Будем с Татилом по очереди описывать наши достопримечательности.

Невменяемый уселся, но продолжал недоумённо оглядываться в поисках рычагов, используемых для передвижения:

– А как мы поедем?

Таги понял его сомнения и ободряюще воскликнул:

– С ветерком!

И тут же тронул небольшой рычажок, торчащий из стенки, вперёд. Где-то под сиденьями протяжно загудело, вагон завибрировал непонятной дрожью и тут же тронулся с места. Причём скорость возрастала стремительно. Кремон лишь заворожено наблюдал несущиеся прямо под ноги рельсы, да отстранённо фиксировал расположенные на стенах разноцветные огоньки. Несколько раз рельсы, словно змеи сливались с другими полосками железа, а потом скорость передвижения немного снизилась и…

От разверзшейся под ногами пропасти сердце Кремона гулко бухнуло и остановилось. Ком в горле спёр дыхание и только от сковавшего всё тело страха колдун не включил бесполезную в данном случае левитацию на полную силу. Такого зрелища он явно не ожидал.

Далеко внизу распростёрлась холмистая местность, покрытая густым лесом. И до верхушек исполинских зелёных великанов было не менее тысячи метров. Кремон оглянулся назад и увидел в отвесной стене тёмную точку тоннеля, из которого тянулась за вагончиком серебристая линия отполированных рельсов. Казалось, они ни на чём не держатся, но затем полоска чуть вильнула, и стали отчётливо видны убегающие к земле подпорки из переплетённых весьма странным образом стальных полосок. Взгляд пробежался по расходящимся в стороны отвесным стенам и вновь вернулся к рассмотрению того, что простиралось под прозрачным днищем кареты. Лес постепенно сменялся вкраплениями застроек, которые незаметно заняли всю ширину трёхкилометрового каньона. Но теперь уже сами здания могли поспорить с лесными великанами. К тому же на их крышах всё пространство занимали зелёные насаждения.

Весь каньон постепенно делал плавный поворот влево и вскоре стал виден на все свои двадцать километров длины. Именно такие цифры стали наперебой называть маленькие таги. Помимо этого они настойчиво обращали внимание человека на все самые важные и величественные постройки своей столицы.

Библиотеки, дворцы спорта, древние крепости королевских династий, праздничные арены, грандиозные заводы, замки древних аристократических родов и просто изумительные по красоте и оригинальности жилые здания. Таги рассказывали о них взахлёб и с таким гордым восторгом, будто каждое из этих сооружений они построили лично.

Кремон обратил внимание, что высотная дорога идёт не прямиком, а петляет гигантскими зигзагами. Они как раз вновь повернули к левой стене каньона, и в ней стало видно основательное углубление скрытое то ли туманом, то ли паром.

– Что это? - указал Кремон рукой в том направлении. Оба таги надолго замолчали, со священным вниманием всматриваясь в клубящийся туман. Но лишь только порывы лёгкого ветерка приоткрыли завесу, Пасбель с торжественным придыханием произнёс:

– Самое красивое место в мире, Лазурный водопад!

Невменяемый хотел возразить и напомнить, что Лазурный водопад, если исходить из всех официальных источников, находится в Альтурских Горах. И даже рот уже открыл для этого. Но так и замер: резво бегущий прямо в туман вагончик, пробил несколько серых облаков и выскользнул перед падающёй стеной воды. И тут же стал делать плавный поворот направо. Как бы позволяя тщательно рассмотреть всё величие открывшегося зрелища.

Масса падающей воды подавляла настолько, что весь вагончик по сравнению с ней казался ничтожной щепкой. Парализованный обрушивающейся водой взгляд, затягивало вниз, и казалось что там бездонная пропасть и мифическое Дно Мира. Вырывающийся оттуда тяжёлый грохот отдавал в каждой клеточке тела весьма ощутимым содроганием и вибрацией. И сознание почти на всех уровнях кричало о смертельной опасности.

Таги сразу обратили внимание на побелевшие костяшки пальцев рук Кремона, которыми он намертво схватился за изогнутые поручни сиденья и стекленеющий от транса взгляд. И тут же принялись приводить парня в себя массой информации и интересных деталей о водопаде.

– Высота Лазурного - одна тысяча шестьсот метров.

– Ширина срывающегося потока пятьсот сорок метров.

– Глубина потока на карнизе составляет от трёх, до четырёх метров.

– Что бы карниз не разъедало и не деформировало течением, его постоянно подправляют магическими средствами.

– Подсчитано, что если бы из Райского Каньона не будет стоков воды, то он был бы затоплен за два с половиной года.

– Внизу просматриваются поля самых влажнолюбивых растений, овощей и некоторых фруктовых деревьев. Их и поливать не надо.

– Постойте, - стал приходить в себя парень. - А куда же утекает такой огромный объём воды?! Здесь же уровень намного ниже океанского. Я уверен!

– Правильно. Похвальная уверенность. Под противоположной стеной как раз собраны наши так называемые устья всех вод. Они вливаются в подземную реку и засасываются вглубь с невероятной силой.

– Как засасываются? Сами? Или там действительно бездонная пропасть?

– Вот тут я тебе точно ответить не могу, - признался Татил. - Наши учёные с уверенностью утверждают, что существует некая эгоцентрическая инерционная сила планеты, которая затягивает ненужную нам воду чуть ли не в самые недра, а потом выталкивает где-то на дне мирового океана. Вот только довести свои утверждения к полным доказательствам они не в силах по той причине, что ни таги, ни сорфиты не могут лично обследовать мировой океан. А нанять для этого других исследователей из других стран тоже не представляется возможным из-за секретности местонахождения нашей столицы.

– Поэтому в народе прочно укоренилось другое мнение, - подхватил рассказ Пасбель. - Что в недрах нашей планеты обитает немыслимый по размерам Сорфит-прародитель и использует воды Лазурного водопада для своих нужд. А в случаях нехватки начинает ворочаться, устраивает землетрясения и таким образом, через образовавшиеся трещины в коре планеты, получает дополнительный приток жидкости.

Вагончик тем временем вновь удалился от левой стены и Кремон отчётливо рассмотрел многочисленные каналы, пересекающие город во всех направлениях.

– Мне кажется, или я в самом деле вижу небольшие пляжи вдоль каналов?

– Не кажется. И песочек на эти пляжи доставляется из самых качественных карьеров.

А Татил дополнил своего товарища:

– Для столичных жителей купание - самая лучшая забава и круглогодичное развлечение.

Пытаясь охватить взглядом как можно большее пространство, парень, тем не менее, вспомнил об одной известной особенности Сорфитовых Долин:

– А почему на ваших территориях нет ни одного дипломатического представительства? Даже колабы возле Кихона выделили небольшой городок для консулов. И сами в Пладе имеют трёх дипломатов.

– Причина одна, - стал отвечать Татил: - Тысячелетние войны и наша слишком затянувшаяся самоизоляция.

– А может это и благо…, - начал было Пасбель, но был тут же перебит своим товарищем.

– Как бы это благо нам скоро большими проблемами не обернулось! Совсем не знаем, что в других странах делается. А уж про другой континент и говорить не приходится…

Кремон ещё раз оглянулся и заметил, что из облака тумана вынырнул ещё один вагончик.

– А там кто?

Пасбель покровительственно засмеялся:

– Тебе интересно на Прангард посмотреть? Вот и другим тоже хочется. Наши сограждане со всех Сорфитских Долин если приезжают в столицу, то считают для себя непременным удовольствием прокатиться на таком вагончике. И движение здесь останавливается лишь в сумерках и на рассвете, лишь для того, что бы сменить своё направление. Ведь ночью туристы рассматривают город, двигаясь обратным курсом.

– Сейчас разрабатывается проект создания второй ветки, - вмешался Татил Астек. - Одна не справляется с невероятным потоком желающих. Хотя и противников хватает…

– Действительно, - Кремон ещё раз оглянулся в сторону водопада, - Наше передвижение совершенно безопасно? Особенно там, где всё дрожит и подмывается?

– Дорогой господин Невменяемый! - похоже, Пасбель решил немного пуститься в словоблудие и принял для этого высокомерный тон. - Технический гений нашего государства зиждется, в первую очередь, на необычайно высокой основе нашего магического могущества. Наши Эль-Митоланы без ложного бахвальства - самые лучшие, талантливые и разносторонне развитые колдуны в мире. И нет такой непосильной задачи, которую бы наши учёные не претворили в жизнь. А про нашу промышленность, в которой используются невероятные открытия и технологии и вообще говорить не стоит. Мы давно опередили в своём развитии все остальные вместе взятые страны нашего Мира Тройной Радуги.

– Не спорю. - Кремон не собирался сдаваться без полемики. - Хоть и ничего не знаю о вашей промышленности. Но ведь если бы ваши учёные Эль-Митоланы объединились с учёными колдунами Энормии, то ведь результаты улучшились однозначно!

– Ну…, в некотором роде…

– И колабов не пришлось бы опасаться. Ведь не секрет, что они не решаются атаковать Сорфитские Долины лишь из-за незнания позиции моего государства. Будь они уверена в невмешательстве Энормии, уже давно бы начали жестокую агрессию. Невзирая на всю вашу развитую промышленность. Согласны?

– Вообще-то вопрос стоит несколько иначе, - попытался возразить немного растерянный таги, но его товарищ перебил:

– Пасбель, не стоит даже спорить. Без союза с Энормией мы можем и проиграть грядущее столкновение с нашими самыми ярыми и коварными врагами. Уж кто-кто, но ты спорить и не пытайся. Сам знаешь, как колабы нас ненавидят. И о скольких наших уязвимых местах они знают.

Кремон остался доволен своим поведением, но вот его сопровождающие вели себя совсем иначе. Похоже оба таги не на шутку рассердились от этой политической дискуссии и готовились уже продолжить спор между собой. Что бы снять возникшее напряжение парень указал рукой вниз и воскликнул:

– Какая красотища! Что это?!

Несмотря на огромную высоту, расположенное внизу сооружение поражало красотой, величием и тысячами разноцветных струй воды. Пасбель тут же с гордостью заулыбался:

– Это наш самый большой фонтан. Вернее, как мы его называем, Водяной Фейерверк. Жаль что днём не видно всего великолепия подсвеченных разноцветными Трего потоков воды. А вот ночью! Зрелище действительно грандиозное и незабываемое. Туристы прямо визжат от восторга.

В тот же момент сзади послышался визг, свист, уханье и радостное улюлюканье. Сквозь шум которого один из сорфитов из почётного караула протрубил:

– И не только туристы! Нам тоже нравится!

Кремон им согласно закивал головой и поднял оба больших пальца на руках вверх. Видимо этот жест прекрасно понимали и сорфиты, и таги, так как радостный шум усилился. Причём теперь уже кричали и улюлюкали все пассажиры вагончика.

После окончания экскурсии вся компания пересела на открытую платформу и на средней скорости вновь понеслась по тоннелям. Теперь уже Кремон и оба ответственных за него таги расположились сзади всех и там продолжили свою беседу. Хотя в самом начале Пасбель предупредил:

– Через пару часов, на одной из переходных станций, мы тебя опять усыпим на некоторое время. А пока я обязан передать тебе некоторые просьбы своего руководства.

– И какого они свойства? - сразу напрягся парень.

– Не переживай, мы ничем не собираемся тебя нагружать дополнительно. Мы прекрасно понимаем тяжесть тех задач, что на тебя уже взвалили. - Таги при этих словах взял большую руку человека в свои цепкие ручки и стал по-дружески поглаживать. - У нас к тебе действительно только просьбы. Да и то, скорей всего одна.

– Говори. Я готов выслушать.

– Ты наверняка знаешь, что тысячу лет назад колабы коварно похитили Магическую Сферу из нашего государства?

Кремон лишь молча кивнул головой.

– С тех пор мы тратим неимоверные усилия для возвращения Сферы в Сорфитовые Долины. Но, увы! Даже нашей невероятной мощи тысячелетней давности не хватило для этого правого дела. Колабы держат сферу в глубоких и неприступных подземельях Кихона. А сам понимаешь, штурмовать их столицу мы не в силах.

– Почему же вы не прятали этот уникальнейший артефакт в Прангарде? - вполне резонно спросил Невменяемый. - Ведь тогда её невозможно было бы украсть. А вы её прятали где-то в отдалённых и глухих горах. Если я правильно помню?

– Совершенно верно. Но хранить её в столице нельзя. Дело в том, что Сфера очень капризна и выборочна в сам момент Настройки. И наиболее эффективно действует лишь в случае полного и продолжительного "отдыха". Вдали от большого скопления разумных. Наши Эль-Митоланы за сотни лет подобрали именно такой, самый оптимальный вариант для работы этого артефакта. И раз в году могли спокойно инициировать около двухсот детей. А то и вдвое больше.

Возникла пауза, за которую Кремон сделал кое-какие выводы:

– Значит, колабам поэтому не везло всю эту тысячу лет?

– Вот именно! - продолжил таги. - А мы, вполне естественно, и не спешили указать своим врагам на явную ошибку. Но вот в последнее время, как тебе уже известно, все дети колабов двенадцатилетнего возраста обязаны являться в столицу для определённой проверки. И есть небезосновательные опасения, что Сфера стала действовать даже слишком отменно. Или они изменили режим работы, или её отправили в очень уединённое место. Сам понимаешь, какую озабоченность это у нас вызывает.

– Понимаю, - тяжело вздохнул Невменяемый. - Но что я могу сделать?

– Если вдруг тебе удастся, постарайся выведать точное местонахождение Магической Сферы.

– Всего лишь?

– Я понимаю твой сарказм. Но ведь ты будешь в самом логове наших врагов. И вдруг тебе да представится такая возможность. Поверь, наше королевство умеет награждать не менее щедро, чем Энормия.

– Вообще то я и так постараюсь добыть побольше информации об этом древнем артефакте. Могли бы и не просить. А раз просите, то значит ещё не всё сказали…

– Тоже верно! Приятно беседовать с умным Эль-Митоланом! - открыто польстил таги человеку. - Наша просьба такова: в любом случае постарайся донести до колабов информацию о том, что сфера превосходно работает лишь в полном отдалении от поселений, городов и любых столпотворений.

– И что это вам даст?

– Тогда у нас появится шанс вернуть артефакт таким же способов, каким он был похищен. Ведь даже зная точное местонахождение Сферы в Кихоне, почти не будет малейшей возможности к ней приблизиться.

– Хорошо. Постараюсь сделать всё возможное. - Пообещал Кремон и тут же добавил: - Если это не помешает моему основному заданию.

– Конечно, смотри на месте, тебе видней, - заговорил наконец-то и Татил. - И зря в самый огонь не суйся.

Кремон решил пошутить, намекая на холодный климат Ледонии:

– Говорят, в Кихоне скорей можно замёрзнуть, чем обжечься.

На что оба таги чуть ли не в один голос одновременно, напомнили:

– Если Эль-Митолан замёрзнет, то у него ещё есть призрачный шанс ожить. А вот если сгорит, то от него остаётся только…тёплая память.

– Спасибо, утешили.

– Не утешили, а просто напомнили о чрезвычайной осторожности. Колабы хитры, жестоки, изобретательны и подлы. Они не останавливаются ни перед чем. И так проводящийся набор наёмников - невероятное событие. До этого они не впускали других разумных в свою столицу. Разве что в виде скота для своей мясной промышленности.

Кремон даже содрогнулся от этих слов:

– Кошмар какой-то… И ваших…э, соотечественников они тоже…?

– Да. Имеются неопровержимые доказательства.

– Почему же они не трогают Огов?

– Сами терзаемся в сомнениях, - признался Пасбель. - Вот будешь у них в гостях, можешь спросить открытым текстом. Не станут же они врать без особой причины своим будущим соратникам.

– Выясню. При первой же возможности…

– Хорошо, - подвёл итог беседе Татил. - Глобальные задачи мы решили. Но у меня один вопросик: твоё новое имя, Кашад Низу мне кажется слишком странным. Или его подбирали для тебя по первым буквам твоего настоящего имени?

– Нет, Простое совпадение. Просто того человека, на которого я стал сильно теперь похож, так и звали Кашад Низу. У них там, в Южных княжествах это самое распространённое имя. Немного непривычно, но со временем притрётся…

– Ладно. А теперь будь добр, перечисли нам те предметы, что ты взял с собой. Наверняка пару вещей прихватил с особой начинкой.

– Естественно, - сразу же признался Кремон. А когда два удивлённых личика уставилось на него в немом вопросе, приступил к объяснениям: - Сами посудите. Наёмник. Разбойник. Пират. Да ещё и Эль-Митолан… Неужели он не возьмёт с собой в дальнюю дорогу несколько вещиц с коварным сюрпризом? Конечно возьмёт! Ведь он в каждом встречном может узнать недруга. А то и в простой ситуации столкнуться с трудностями. Гораздо подозрительней будет выглядеть колдун подавшийся в наёмники даже без ножа в кармане. Что о нём подумают? Или слишком самонадеян, а значит непроходимо туп, или пытается показаться не тем, кем является на самом деле. Верно?

– Ещё как верно! - одобрил такие рассуждения Пасбель. - Тогда давай проверим твои вещицы на происхождение. А вдруг вы что-то не учли?

– Без проблем. Начнём тогда вот с этой режущей пластинки…

Обсуждения не затихали и на переходной станции. Так в толще Сорфитовых долин назывались пешеходные тоннели между транспортными магистралями государственного назначения. Таги пояснили это неудобство предосторожностью против возможных врагов или диверсантов. Таким образом, никто из пограничных районов не смог бы, спрятавшись в карете, проехать прямиком к столице.

Немного подтрунивая над Пасбелем, который шёл рядом, Кремон продолжал доказывать преимущество одного боевого заклинания. Приноравливаясь к коротким шагам своего собеседника. Остальные особи почётного караула растянулись длинной цепочкой по узкому тоннелю. Самый крупный сорфит с пятью таги вырвался далеко вперёд, а его коллеги пыхтели где-то сзади беседующей парочки. А самым последним двигался Татил Астек. Видимо он порядочно устал от разговоров, а может ему, как ответственному Эль-Митолану предписывалось идти замыкающим в колонне.

Всё началось с того, что идущий впереди таги, вдруг отстал от своих товарищей, а потом и резко остановился. Внимательно при этом присматриваясь к своду. Видимо его магические способности как раз и отличались возможностью просматривать горные породы, и то, что он рассмотрел, ему очень не понравилось. Он тут же включил левитацию, приподнимая своё тельце вверх и лишь начал движение назад, как на него сверху обрушилась многотонная каменная плита. Грохот падения перекрыл хруст раздавленного таги, тем более что и сзади громыхнула точно такая же плита. Отсекая Кремона и Пасбель от всей колонны полностью.

Первым начал действовать таги. Понимая, что от его коллеги-колдуна под плитой не осталось ничего живого, он выпустил туда самый максимальный по силе удар-таран. Намереваясь как можно быстрей пробить преграду. Да ещё при этом, успев выкрикнуть одно слово:

– Ловушка!

Кремон и этого сделать не успел, так как немного растерялся из-за брызнувшей ему прямо в лицо крови раздавленного таги из почётного караула. Он лишь провёл руками по глазам, как поверхность под их ногами резко ушла в сторону и они провалились вниз. Да не просто провалились, а сразу оказались обёрнуты чем-то толстым, скользким и противным. Словно попали в желудок огромного животного. К тому же этот желудок стал моментально наполняться какой-то тошнотворно-вонючей жидкостью.

– Прожигай! - ещё успел скомандовать Пасбель Мортек, как их падение кардинально изменилось. Теперь вонючий "желудок" явно катился по наклонной плоскости или желобу, и таги с человеком закрутились, закувыркались в мерзкой жидкости, теряя ориентацию от вращения, и сознание от едкого запаха.

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

ВЕЗДЕСУЩИЕ НЕДОВОЛЬНЫЕ

Но даже в такой невероятной обстановке оба колдуна продолжали действовать. Конечно не холодным оружием, порезали бы друг друга как котят, а магическим. Да ещё и короткого действия. Как не кувыркалась скользкая и упругая ловушка, но уже через пять секунд после начала падения в ней стали появляться многочисленные дыры, ещё через пять она лишилась почти всей своей вонючей жидкости и стала просто сползать по покатому желобу. А ещё через такое же короткое время оба колдуна проделали достаточное отверстие и вывалились наружу.

Но всё равно опоздали. Так как их сразу обернул ослепительный кокон очередной ловушки. Пасбель и здесь проявил инициативу:

– Ставь "зеркало"! - и тут же с сожалением выкрикнул: - Ох! Ты же ему не обучен!

Но сам он оградил себя чем-то похожим на гибкое зеркало. Теперь весь кокон сместился на него, но тут же стал выстреливать в стороны длинными и ветвистыми молниями красного цвета. А со всех сторон послышались стоны и ругательства. Зато Кремон теперь смог существенно освободиться для ответной атаки, да и рассмотреть тех, кто пытался их захватить. В большой пещере стояло широким кругом до двух десятков сорфитов и таги, и сосредотачивали все свои усилия на удержании странного и никогда человеком не виданного кокона. Только вот, похоже, Пасбель Мортек знал эффективную защиту против такого оружия. Возможно, она заключалась в создании некоей "структуры отката". Многие стоящие в кругу получали удары молний и начинали пошатываться. Мало того, освободившись от сковывающего его кокона, Кремон поставил вокруг себя самую сильную защиту и тут же перешёл в атаку. Отбросив все сомнения по поводу невмешательства во внутренние дела чужого государства. И не задумываясь о природе сложившейся ситуации. Надо было сражаться и спасать свои жизни. И надеяться на спешащую к ним подмогу.

Огненные шары, чередующиеся с синими молниями, стали валить наземь одного нападающего за другим.

Но и враги резко изменили тактику. По раздавшейся команде они одновременно сняли сияющий кокон вокруг Пасбеля и в следующий момент ударили по нему ураганным смерчем своего огненного потенциала. Никакая защита не могла отразить одновременный удар пятнадцати мощных сгустков энергии, и таги в мгновение ока превратился в пылающий факел, а потом и его останки отбросило на почерневшую сразу стену и рассыпало прахом.

Гибель сопровождающего, который за короткое время успел стать другом, так потрясла Кремона, что очередная синяя молния из его руки не достигла цели. И сразу после этого новый силовой кокон сомкнулся вокруг него. Причём ни нападать, ни защищаться парень не мог. С ужасом наблюдая как его щиты истончаются и рушатся прямо на глазах. Затем последовала мучительная минута в сжимающихся тисках чего-то холодного и бездушного. А потом кошмарные телесные судороги поглотила тьма полной потери сознания и отключения всех чувств.

На этот раз Невменяемый приходил в себя с жуткими головными болями, вдобавок ощущая пульсирующие очаги боли по всему телу. Глаза страшно было открыть от пышущего в лицо яркого пламени, а в ушах стоял гул и грохот. Большего всего хотелось плюхнуться в ледяную купель, а то и вообще погрузиться в сугроб снега.

Но самое главное, что сознание всё-таки к нему вернулось. А значит можно заняться исследованием и лечением своего организма. Стараясь не шевельнутся от боли, тошноты и судорог перекрученных мышц, Кремон первым делом обезболил готовую зайтись кашлем грудь и выровнял спирающееся дыхание. Затем принялся за лечение головы, снимая пульсацию боли и восстанавливая слух. И тут же до него донеслись яростные крики. Кто-то громко ругался, а вернее ругал кого-то другого. А может и других. Так как время от времени громкий крик пытались перебить оправданиями. Продолжая оставаться недвижимым и бессознательным, Невменяемый стал чутко прислушиваться.

– …любили похвастаться! И что теперь?! Два трупа среди сопровождающих! Да ещё не кого-нибудь, а самого Пасбеля Мортека угрохали!

– Так ведь он от этого человека ни на шаг не отходил…

– Плевать! Сколько вас было?! А их всего двое! Позор! Позор для лучшего нашего отряда!

– Но Мортек знал о защите "зеркало".

– Вот как? Тоже весьма настораживает! Выходит или среди нас завелись предатели, или мы плохо осведомлены о работе королевских спецслужб.

– А пока мы пытались нейтрализовать Пасбеля Мортека, человек повёл невероятный по интенсивности огонь. Трое погибших и два тяжело раненных…

– И на них плевать! Туда им и дорога! Разве это бойцы?! Не могли таким количеством справиться всего лишь с двумя Эль-Митоланами!

– Но ведь они сильнейшие…

– Молчать! Ещё недавно вы хвастались, что именно вы сильнейшие! Забыли?! И ещё хотели идти на это задание лишь одним десятком. А если бы я не настоял на втором десятке?! Вот именно! Там бы вы все, "слабачки" и валялись бы обгорелые…!

– Господин Ботиче, зря вы на нас так кричите…

– Зря…? - голос невидимого крикуна перешёл на змеиный шёпот, но Кремон уже полностью восстановил слух и услышал каждое слово. - А на кого же мне кричать? А кто провалил столько лет тщательно и неимоверными усилиями подготовленную ловушку? И по чьей вине наших три тайных артерии теперь раскрыты? И что будет, если королевские спецслужбы уже подбираются к этому месту?

– Господин герцог, это место невозможно раскрыть…

Тот, к кому обращались как к герцогу, вновь перешёл на крик:

– Я тебя не спрашиваю, что можно, а что невозможно! Так что будет, если нас уже окружают?!

– Мы отобьёмся…

– Вы?! Вы отобьётесь?! Ха! Посмотрим! Но я уже дал приказ о полной эвакуации руководства в Сопло.

– Но там же смертельно опасно!

– Мне - нет! И тем, кто будет со мной - тоже! А вот вам, в случае негативного развития событий, придётся здесь оставаться и прикрывать наш отход! И вот тогда сразу выяснится, отобьётесь вы или нет!

– Мы всегда готовы умереть за правое дело!

Несмотря на высокопарность и торжественность ответа, его высказали таким дрожащим и жалобным голосом, что у Кремона непроизвольно дёрнулся уголок губ. Видимо всё это время за ним пристально наблюдали, так как сразу же кто-то находящийся рядом крикнул:

– Господа! Внимание! Наш пленник проснулся. Вернее стал приходить в сознание.

Тотчас же послышался топот многих ног, видимо все переместились сюда же из смежного помещения. И тот же крикун скомандовал:

– Снимите с него на короткое время Покрывало и приведите в полное чувство!

– Ваше Сиятельство, но это опасно. А вдруг он притворяется и сразу переёдёт в атаку?

– Вы, трое, становитесь по бокам и сзади и держите вокруг меня максимальный щит. Снять Покрывало!

Тут же Кремон почувствовал невероятное облегчение и ощутил всё своё остальное тело. И догадался, что мешало ему пошевелить хоть одним мускулом: Сонное Покрывало не только заставляло говорить чистую правду, но ещё и полностью сковывало все большие движения и не давало пользоваться в полной мере магической силой. А против этого даже патриарх Эль-Митоланов Огюст Невменяемый Старший не знал противодействия.

Кремон открыл глаза и тут же попросил охрипшим голосом:

– Пить…

– Дайте ему!

Стоящий рядом надзиратель напоминал воина из классического учебника про сорфитов. Так много было на нём вооружения. Когда он подхватил с каменного выступа кувшин с водой и протянул его человеку, то раздался такой грохот и скрежет доспехов, что все непроизвольно поморщились. Оставалось лишь удивляться тому, что до этого не слышно было даже дыхания бронированного надзирателя.

Прохладная вода живительным потоком устремилась в раскалённые внутренности. А сам Кремон отчаянно искал выход из весьма печального для себя положения.

"Так, левая рука и ноги привязаны… Как закончу пить, и правую руку привяжут. Да ещё и спина, даже плечи к спинке кресла прикручены. Да и соперников…двенадцать! Многовато будет… И энергии всего на четверть. Основательно я там, в пещере выложился. Значит, буду тянуть время… Всё равно ведь захотят допрашивать под Сонным Покрывалом. Попробую им втирать запасные легенды. Вот только бы ещё узнать какие силы и кого они представляют…"

Напротив него, через стол, на высоком кресле восседал таги с жёстко и рельефно очерченными линиями лица. Повелительно сжатые губки, хищно изогнутый носик и волевой квадратный подбородок. Видимо с детства привык повелевать. Но вот глаза… Глаза таги так и выплескивали наружу гнев и безумие

– Человек! - сразу же начал кричать таги, и никаких сомнений в том, что перед ним недавно слышимый герцог Ботиче, у Кремона не осталось. - Ты заслужил смерть лишь тем, что вступил в тайный сговор с узурпаторами и преступниками! Предлагаю тебе немедленно признаться: что ты делаешь в нашем государстве?!

– Да я здесь проездом.

– Почему тебе разрешили посмотреть столицу?

– Как простому туристу это вовсе не запрещается.

– Только за это глумление над нашим Пангардом тебя надо стереть в порошок! - опять перешёл на змеиный шёпот герцог. - Почему тебя разрешили провезти через всю страну? Что за срочность?

– Конечно, можно было бы и морем добираться в Баронство Радуги, но мои дорогие родственники тяжело больны и потребовали немедленного моего присутствия при распределении оставляемого ими наследства.

– Очень интересно…, - герцог откинулся на спинку кресла и, прикрыв глаза, задумался. Но видимо обманывать такого опытнейшего и искушённого в интригах лидера было почти невозможно. Он сразу раскусил, что человек просто тянет время, и тут же скомандовал: - Накрыть Покрывалом!

Снова тяжесть и леность сковала все члены Невменяемого и стала заволакивать разум. Но где-то в середине черепной коробки весело и живо подпрыгивал масенький и невидимый Кремончик. Потирая руки, он готовился отвечать непослушными человеку губами и ехидно посмеивался от предстоящего удовольствия.

А герцог приступил к допросу. Опыт он имел немалый, так как спрашивал очень четко формулирую свою речь и не давая одурманенному сознанию шанса запутаться в выборе ответа.

– Как твоё полное имя?

– Дадил Лашек.

В отделе по борьбе с мелкими преступлениями действительно был следователь с таким именем, и для готовящейся легенды оно вполне подходило.

– Какая твоя должность в Энормии?

– Старший следователь по раскрытии преступлений в других государствах.

– Ага! Уже теплее! - ухмыльнулся герцог. - С какой целью ты едешь в Баронство Радуги?

– С целью раскрытия и разоблачения преступной группировки.

– Если у тебя получится, то ты попытаешься их уничтожить?

– Обязательно.

– Чем занимается эта группировка?

– Поставляет в Альтурские горы запрещённые товары.

– Какие именно товары?

– Мушки, продовольствие, оружие, инвентарь, нефть…, - стал монотонно перечислять мнимый Дадил Лашек. Но герцог очень быстро улавливал самое главное:

– Стоп, стоп! Значит, основное твоё задание перекрыть поставки именно "мушек"?

– Да.

– А сколько помощников должно к тебе подоспеть на помощь?

– Двенадцать человек.

– Каким образом они доберутся в Баронство Радуги?

– Они уже плывут морем.

– А чем должен ты заниматься до их прибытия?

– Проследить основные пути поставки и узнать когда в Альтурские Горы пойдёт самые большой караван.

С каждым ответом Кремона лицо герцога всё больше перекашивалось от недовольства, а взгляд мрачнел. Но он пока не останавливался:

– Как вы должны уничтожать караваны?

– С помощью сваловых Флоров.

– Кто их должен доставить?

– Мои помощники.

– Что вы должны будете делать после уничтожения каравана?

– Скрытно переместиться к морю и там уничтожить корабли тех торговцев, которые сотрудничают с контрабандистами.

– А кого собираетесь ещё уничтожать в прибрежных районах?

– Всех контрабандистов, которые попадутся под руку.

– Хм, интересно… А почему именно тебя отправили на самое опасное направление?

– Я больше всех ненавижу драконов.

– Какие у тебя для этого причины?

– По их вине погибла моя мать.

– Как вас потом собираются эвакуировать в Энормию?

– Через два месяца в Келпри нас будет ждать торговое судно.

– А почему вас планируют забрать не со Строна, а именно с Келпри?

– В том варварском городе, среди засилья кочевников, нам будет намного легче затеряться и уйти от погони.

Казалось, что у крикливого таги разболелись зубы, потому как он стал покачивать головой чуть ли не со стоном:

– Ты присутствовал на переговорах с нашими представителями?

– Нет.

– А кто на этих переговорах участвовал из твоего непосредственного начальства?

– Старший дознаватель пограничья Вилия Пламенный.

Герцог Ботиче вообще скривился так, словно его заставили выпить стакан грязной нефти, и обвёл мрачным взглядом своих подчинённых. Те хранили молчание, но, похоже, прекрасно осознавали то, что происходило. А их лидер разочаровано чмокнул своими губками и проговорил в раздумье:

– Так, так… Значит, Вилия Пламенный… Самый страшный и воинственный враг драконов… Надо же! Именно тот, кто и для нас считается героем и примером для подражания…

Вероятно от самобичевания герцога спас прибежавший откуда-то из глубины помещений таги.

– Господин герцог! Наши преследователи бурят в подземный город сразу три штольни с разных направлений. Скорей всего - это вполне осознанное действие, с правильно выбранной целью. Через полчаса они ворвутся на наши магистрали. Я приказал выдвинуться к местам предполагаемого…

– Отставить! - герцог соскочил со стула и понёсся к выходу. - Все за мной! Уходим в Сопло! Все до единого!

– Но мы же можем защищаться?! - воскликнул кто-то.

– Нет! Больше ни одной напрасной жертвы!

– А что делать с пленником? - со всей силы своих лёгких крикнул вслед удаляющемуся лидеру бронированный сорфит-охранник.

– Оставьте как есть! - донеслось издалека. - В покрывале он ничего не сделает, а нам магической вещи не жалко. И немедленно догоняйте нас! Не отставать! Надо как можно скорее преодолеть отдачу Порога. Полная эвакуация…!

Минут десять изо всех помещений слышался грохот, топот, ругань и отрывистые команды. Раздавался скрип и громыхание передвигаемой мебели, стук закрывающихся ящиков и звон собираемого оружия. Похоже, заговорщики или сепаратисты забирали всё самое ценное и необходимое из своего тайного города. Только вот в какое такое Сопло они собрались? Да и как вообще могли существовать в таком однородном и патриотическом государстве, как Сорфитские Долины? Ведь по твёрдому мнению всего мира здесь даже преступности как таковой не существовало. Откуда же и как здесь появились недовольные? И чем они в первую очередь недовольны?

Ладно, этот вопрос прояснится позже. И так хорошо, что хоть осознали свою ошибку и не стали уничтожать пленника, который вёл праведную для каждого таги и сорфита борьбу с ненавистными драконами. Скорей всего и подлинные задания, выболтанные под Сонным Покрывалом, могли вызвать у герцога и его подчинённых понимание и поддержку. Ведь колабы для них - враги гораздо более непримиримые. Но хорошо, что хоть удалось отделаться малой ложью. Вот только гибель стольких разумных оказалась напрасной. И особенно тяжелой болью отдалось в сердце Кремона воспоминание о гибели Пасбеля Мортека. Сильнейшего и опытнейшего Эль-Митолана. Но самое главное - чудесного, весёлого и радушного товарища. Кажется, совсем недавно он смеялся, шутил и держал в приподнятом, мажорном состоянии всех окружающих. А вот теперь… Вряд ли даже пепел от него удастся отыскать.

Вот так, тяжело вздыхая и печалясь о погибшем товарище и провёл Невменяемый целый час. Двигаться не давали ни Сонное Покрывало, ни крепкие путы и потому оставалось лишь ждать приближающихся спасателей.

Скорей всего его нащупали отделённым сознанием заранее, так как Татил Астек вбежал в помещение с явной уверенностью в окончании поисков:

– Живой? Цел? Здоров? - чуть ли не с порога стал выкрикивать таги, а, подскочив к стулу, рывком сорвал с человека Сонное Покрывало. - Что ты застыл? Как себя чувствуешь?

– Да я то в полном порядке, - с тяжёлым вздохом высказался Кремон. А вот Пасбель…

– Что с ним?! - выкрикнул таги, не обращая внимания на подоспевших двух сорфитов, которые тут же принялись сноровисто освобождать человека от пут. - Мы его нигде не можем отыскать!

Кремон попытался сглотнуть пересохшим горлом и потёр подбородок и шею освобождённой рукой. И лишь затем прохрипел:

– Погиб наш товарищ… Они его сожгли дотла.

Один из сорфитов тут же протянул знакомый кувшин с водой и теперь уже Невменяемый осушил его до дна. После этого более спокойно пересказал всё, что с ним случилось.

Во время рассказа к присутствующим присоединилось ещё с десяток разумных. Похоже, что представители командования спасательной операцией. Они весьма бурно воспринимали все перипетии события. Особенно сражение в пещере с десятикратно превосходящими силами противника. А в финале самый старый по виду сорфит засыпал человека дополнительными вопросами. Больше всего его заинтересовало упоминание о некоем Пороге в Сопло. И об отдаче на этом самом пороге. Даже восклицание вырвалось:

– Значит, всё-таки отдача какая-то там есть! А посему, и мы туда прорвёмся обязательно!

– Прорвёмся? - с ледяным спокойствием переспросил ещё один таги, до сих пор не проронивший ни слова. - А зачем? Что бы погибнуть в Сопле?

– Но ведь они там не погибают! - горячился сорфит. - Мало того, используют силы там царящие.

– Да нет! Не используют, а использует! И для этого там надо родиться и выжить. Как герцог Растел Ботиче. И стать частичкой Сопла, его воспитанником и восторженным поклонником.

– Ну, это ты уже…, - начал было сердиться сорфит, но Татил решил вернуть всех к настоящему моменту:

– Давайте доставим нашего гостя на его маршрут. Вы все понимаете, насколько чревата для него длительная задержка. А потом будем последовательно разбираться со своими делами.

– Да, да, конечно! - тут же согласился пожилой сорфит. И стал продвигаться к выходу, раздавая команды: - Начать вывод подразделений. Здесь остаётся лишь второй батальон. Пусть займут все входы и выходы возле Сопла. Дознавателям приступить к обыску помещений. Минерам тоже найдётся работёнка…

– Ты как себя чувствуешь? - озабоченно спросил Татил, глядя как Кремон делает несколько приседаний, разминая таким образом затёкшие ноги.

– Вполне! Даже магическую силу до половины собрал. Так что могу бежать и перемещаться без посторонней помощи.

– Хорошо. Тогда поспешим.

Невменяемый устремился за перешедшим на бег таги. Хотя для этого ему достаточно было перейти на очень быстрый шаг. Но вот произошедшие события требовали ответа хотя бы на некоторые вопросы. Поэтому он попросил:

– Татил! Ты мне хотя бы вкратце расскажи, что это тут у вас такое творится?

Даже на бегу миниатюрный таги умудрился тяжело вздохнуть и утвердительно кинуть несколько раз головой:

– Хорошо. Но только то, что успею. Ведь это слишком длинная история…

Как ты наверняка знаешь, в нашем государстве существуют две правящие династии. Из которых каждые десять лет поочерёдно фактический наследник восходит на престол. То есть, если десять лет на троне восседает сорфит, то следующий период правления принадлежит таги. Закон этот незыблем, бесспорен и прекрасно действует уже более двух тысяч лет.

Подобное правление исключает в первую очередь негативное отношение между династиями. Ведь как ты не правь государством, всё равно придётся оставить престол через десять лет. Повторно короноваться никто не может. И уж тогда все твои ошибки достанут из тайников и выложат на обозрение всему миру. Поэтому возведение законного наследника в короли обязывает ко многому. Ни один король не станет применять жёсткие меры правления к другой династии, или просто виду разумных, так как палка о двух концах. И через десять лет точно такие же кары обрушатся и на представителей твоего рода.

Естественно, власть очень притягательна и некоторые кандидаты пытаются передёрнуть карты и любыми способами обойти своих соперников. Но происходит это в основном лишь внутри королевских династий. Каждой в отдельности. Порой и убийства случались, и отравления, и элементарное беззаконие.

Один из таких случаев и произошёл триста двадцать лет назад. Как раз в тот период, когда Сорфитские Долины находились в состоянии военной конфронтации со всеми соседями. Из королевской династии тагов как раз готовился взойти на престол законный наследник, принц Грегор Ботиче. Но идущий следующим по линии наследства, его племянник герцог Таташ совершил на него покушение. Вся охрана, сопровождающая принца, погибла в кровавой схватке, но ценой свой жизни прикрыла уход наследника и его беременной супруги. С ними же уцелела и одна придворная дама. Всем троим каким-то невероятным чудом удалось прорваться к Соплу и там, скорей всего по счастливой случайности, им повезло преодолеть Барьер. На этом герцог Таташ и успокоился. Почти! Ибо под видом борьбы с таинственными преступниками, держал постоянную засаду у Сопла в течении пяти лет. Хотя за всю известную нам историю, оттуда никто ещё не выходил.

Прошло десять лет. Правление короля Таташа ХХ-го закончилось. И многие его безобразные поступки всплыли на поверхность. В том числе и убийство законного наследника. Что было доказано после допросов под Сонным Покрывалом приспешников узурпатора. Казнь обесславленного монарха была проведена с небывалой подготовкой и феноменальным размахом. И до сих пор считается одной из самых показательных в нашей истории. Естественно, что принца с супругой посчитали погибшими. Но их земли и поместья так и остались во владении дальних родственников рода Ботиче. Только вот права на наследование трона у них уже не было даже при самых странных или благоприятных обстоятельствах.

Зато чуть позже оказалось, что принц не погиб, по крайней мере, сразу. Ему с женой и придворной дамой удалось какое-то время прожить в Сопле. И не просто прожить, а благополучно принять роды и выкормить младенца в самые первые месяцы. И лишь после этого удача от них отвернулась. Потому как по рассказам самого Растела Ботиче своих родителей он совершенно не помнит. Воспитывала его и обучала та самая женщина, что спаслась вместе с наследниками. Она-то и внушила Растелу мысль, что именно он должен стать королём и имеет на это все права. Через двадцать лет он в полудиком состоянии выбрался из Сопла и первым делом потребовал свои земли и поместья. Что ему тут же и вернули законным путём. А следующим его шагом стало требование: возвести на престол.

Вопрос, конечно, оказался не из лёгких. Но всё решилось самым простым образом: на престол не имеет права восходить Эль-Митолан. А полудикий выходец из сопла имел ярко выраженные Признаки. Растел Ботиче вроде притих и принялся интенсивно навёрстывать пропущенную программу образования. Время от времени наведываясь и в Сопло. А когда ему провели обряд Воспламенения Крови, громогласно заявил, что всё равно продолжит бороться за престол до победного конца.

Вот так с тех пор, почти триста лет, он и мутит воду в королевстве…

Татил с тяжёлым вздохом закончил рассказ. Они уже находились возле готовой тележки с лежащим на ней знакомым ящиком. И в руках таги держал бутылочку со снотворным снадобьем. Но Кремон всё-таки решился задать ещё один вопрос:

– А что же это такое - Сопло? Ты ведь ни одним словом о нём не обмолвился.

– О-о! На это времени уйдёт во много раз больше. Да и то: лучше всё самому один раз увидеть, чем сто раз услышать. А времени у нас…

– Конечно, - Невменяемый со смирением сделал пару глотков и поспешно улёгся на предназначенное ему ложе. Глаза тут же стали слипаться, но пару слов он сказать всё-таки успел:- Когда буду возвращаться, обязательно хочу взглянуть на это ваше таинственное Сопло…

ХОТЬ НЕ ИНЫЕ, А ДРУГИЕ

И в этот раз пробуждение было совершенно иным: сон никак не хотел отпускать из своих объятий. То ли снотворного хлебнул чрезмерную дозу, то ли ехать пришлось недалеко, но глаза даже открываться не хотели. Хорошо хоть суетящиеся вокруг таги и сорфиты помогали изо всех сил. Да ещё как помогали! Они поочерёдно то лили холодную воду на Кремона, то тормошили его трубными выкриками, подвергая барабанные перепонки тяжким испытаниям. А то просто отвешивали с залихватским визгом банальные пощёчины. Причём не следует забывать, что ладошки у таги весьма цепкие и сильные. Именно одна из последних пощёчин, а правильнее сказать - зуботычин и рассердила человека до невозможности. Почувствовав во рту привкус крови из рассечённой губы, Невменяемый вынырнул из вязкого сна, и заворочался с возмущением:

– За что меня избивают?! - и лишь затем, с трудом открыл глаза. Тут же в его поле зрения попало обеспокоенное личико Татила:

– Извини! Не со зла бъём! Уже и отчаялись тебя будить, никогда такого не случалось. Видимо сказались последствия применения к тебе кокона-ловушки… Да и Сонное Покрывало свой эффект добавило. Ты как?

Кремон со всей силы замотал головой:

– Уф! Вроде не сплю…, - он сразу применил к своему телу несколько возбудительных заклятий, и это значительно подстегнуло кровообращение. - Но всё равно: ни-и-изя маленьких обижать…

– Ещё раз просим прощения, но все сроки уходят. Тебе бегом надо бежать на место встречи. А мы тебя до сих пор одеть не успели.

Таги указал рукой на разложенные на столе вещи. Парень вскочил на ноги, обтёрся поданным полотенцем, оделся и тут же стал приторачивать приготовленное для него оружие и несколько походных сумок. Организм становился всё бодрей, и разговор стал быстрым и деловым:

– На сколько часов опаздываю?

– На восемь.

– Ужас! А что теперь делать?

– Резидент тебя будет всё равно ждать до отмены приказа. Но когда войдёшь на постоялый двор сразу винись, мол, не уберёг похаса, украли в Жаховке! Вот и пришлось бегом весь день путешествовать.

– Понятно. Как выберусь на дорогу? - эти детали заранее не обговаривались, но сорфиты обещали всё устроить. Видимо собираясь, каждое передвижение своего подопечного обставить тайной. Но сейчас, из-за катастрофической нехватки времени некогда было излишне перестраховываться. Поэтому Татил махнул рукой, увлекая Кремона за собой, и принялся пояснять уже на ходу:

– Естественно, через границу здесь пробраться можно, но постов с их стороны стоит тьма-тьмущая. Сам проинформирован об их странном усердии. Да ещё блуждающие посты добавили. Но мы свои ходы глубоко под землёй прорыли. Выйдешь прямо возле посёлка и войдёшь в него с северного направления. И сразу же подадитесь на юго-запад. Резидент человек опытный. Ругать тебя для виду станет как пса шелудивого. Оправдывайся, проси прощения, ползай на коленях, но упроси его не выгонять со службы. Сегодня выезжать в дорогу поздно, но всё может быть. Возможно, на ночь в посёлке тоже оставаться нельзя. Вдвоём то вы везде прорвётесь, но шум создавать за собой не следует. И положись на его опыт, резидент уже много лет по Баронствам курсирует, много чего знает. Да что я рассказываю! Это же ваш человек. Уж ты его хорошо запомнил по рисункам, издалека узнаешь?

– Надеюсь, что не ошибусь…

Полчаса они двигались по овальному тоннелю фактически бегом. Маленький таги максимально помогал себе левитацией. Когда они ворвались в маленькую пещерку, их встретили два таги и один дремлющий сорфит. Оказалось, он не дремал, а где-то витал отделённым сознанием. Лишь только его "вернули в тело", он сразу стал докладывать:

– Очень удачно всё складывается! В посёлок как раз прошло несколько подвод и две группы пеших крестьян. И больше на дороге никого нет. Пусть выходит немедленно!

В маленьком помещении не было возможности прокрутить крепко вцепившегося в руку таги, да он и не об этом подумал. Второй рукой он просительно погладил человека по тыльной стороне его ладони:

– Очень тебя прошу: береги себя и возвращайся скорее. Договорились?

– Я и сам не особо мечтаю там задерживаться! - как можно бодрее пообещал Невменяемый и выскользнул в образовавшуюся между камнями щель.

Сделал пару шагов и стал осматриваться. Затем оглянулся и при всём желании не смог отличить то место, откуда он только что вышел. И яркое послеполуденное светило не помогло. Практиковаться в магическом зрении было некогда, и он тут же устремился к дороге. А, выйдя на неё, повернул налево и побежал. Время от времени поднимая сапогами клубы пыли. Намереваясь таким образом придать себе вид путника издалека. Пару раз он даже упал на разбитую колёсами дорогу. Тут же вскакивал, воровато осматривался и, отряхиваясь, бежал дальше. В итоге, когда он прибыл на постоялый двор, вид у него был весьма непрезентабельный.

Своего якобы хозяина он сразу же обнаружил в общем зале трактира. Сидящего там чуть ли не в гордом одиночестве, и с озлобленным выражением, прикладывающимся к кувшину с вином. Благо постояльцы и завсегдатаи ещё только-только начинали собираться к ужину. Но сцену резидент разыграл настоящую. Кремон в один момент даже подумал, а не спутали его с каким-то нерасторопным и жутко ленивым работником? Уж так на него кричали! Уж так ругали! А за похаса досталось больше всего. Затем работодатель, немного успокоившись после слёзных обещаний нерадивого охранника, для вида смягчился, и уже вполсилы прорычал:

– За похаса будешь отрабатывать два месяца! А сейчас за мной, в конюшню! Выезжаем немедленно. Может, хоть за ночь часть пути успеем наверстать.

Если так разобраться, то похас им и даром не нужен был. Четыре прекрасных скакуна явно истомились долгим бездействием. И лишь только дорожные сумы были прикреплены к сёдлам, оба путника сразу же отправились в дорогу.

Лишь через два часа резидент разразился следующей фразой. Да и то он предварительно создал карман неслышимости, наклонился вниз, поправляя стремя, и пробормотал:

– Не нравится мне в посёлке. Слишком много всякой швали понаехало.

И до полной темноты больше не проронил ни слова. Давая молодому попутчику время на размышление, осмотр нередких встречных путников да рассматривание его внешности.

А внешность у него являлась ну совсем непримечательной. Пожилой, неспортивного вида мужчина. Среднего роста, лицо круглое, нос пуговкой, глаза невыразительные, волосы серо-бежевые. Хотя возможно, если волосы помыть, они бы стали рыжими. Но это могло лишь казаться на первый взгляд. Одет, конечно, он был в добротные и дорогие одежды, как подобает человеку состоятельному. Но и тут ничего особо запоминающегося. Ничего яркого или уникального. Только лишь функциональное и самое необходимое. И имя вполне подходящее: Бадуш Шиндар. Одно из самых распространенных в Баронствах.

И только несколько человек из окружения короля Энормии, Рихарда Огромного, знало о настоящем имени и возрасте этого Эль-Митолана. Даже научив Кремона врать под Сонным Покрывалом, ему не доверили всей правды об этом уникальном человеке. Лишь намекнули, что Бадуш Шиндар уже давно заработал на безбедную пенсию, старость и всё остальное, что ему заблагорассудится. И помощь Кремону - для него последнее задание.

Ещё в сумерках начал накрапывать небольшой дождик, а когда ночь окончательно вступила в свои права, дождик стал переходить в существенный ливень. Но неприметного на вид резидента такое погодное влагосеяние только радовало. В полной темноте он свернул по узкой тропе в лес, и вскоре они оказались в глухой чаще. И фактически уткнулись в огромную и развесистую хаузпичу, редкостное, но невероятно многоствольное растение-дерево. К тому же купольные кроны создавали прекрасную защиту от дождя. Коням задали корма, а сами удобно разместились сразу над животными.

Бадуш Шиндар по ходу дела приступил к сжатым инструкциям:

– Сюда ведёт только одна тропа. И бояться здесь некого, кроме хищников. Спим по два часа. Ты первый отдыхаешь.

Кремон просто обязан был предупредить:

– Мне пришлось перенести несколько неприятных часов, после которых я не мог проснуться. Сейчас организм взбодрён дорогой, но существует вероятность, что будить меня непросто…

– Хорошо, - тут же согласился резидент. - Тогда ты неси вахту, пока есть силы. Потом будишь меня, и я делаю аналогично.

– Да, так будет лучше.

Бадуш опять проявил немногословность, ничего не ответив. Видимо он выговорился на месяц вперёд при разыгранной сцене в трактире постоялого двора. Лишь удобнее подложил себе под бока сумки, и уже через пару минут его дыхание выровнялось, убеждая в крепком и здоровом сне. Но стоило через час Кремону слегка поменять положение и сместить тяжесть тела, как дыхание резидента замерло, а глаза приоткрылись наполовину. Пол минуты - проверка окружающего покоя - и вновь полноценный сон.

Невменяемый лишь улыбался мысленно такому умению. Сколько же прошёл этот человек дорог? Сколько он увидел на своём веку, что бы вот так чутко и одновременно крепко спать?

Но и вахту парень нёс со всей серьёзностью. И в конце третьего часа издалека заметил приближающегося монстра. Хотя десятиметровый циконский питон и не представлял большой опасности, но своей атакой мог изрядно напугать лошадей, а те в узком пространстве между стволами могли нанести себе существенные ранения. Что было весьма нежелательно в дальней дороге.

Невменяемый сноровисто натянул тетиву, наложил стрелу и уже изготовился к выстрелу, как вспомнил о том невероятном арсенале мелких умений, которым его снабдили в Энормии. Погасив невольную улыбку на губах и сосредоточившись, он издал несколько мурчащих звуков, которые принадлежали гаарскому коту. Тому самому, который считался лучшим охотником на всех змей и любых питонов. Хотя сам был размером не больше волка. Зато имел такие когти, что разрезали даже крепчайшую чешую северного полоза. И обладал иммунитетом к любому яду. А уж как мурлыкал, когда был голоден!

Ползущий в сторону тепла, исходящего от людей и животных, питон лишь только услышал звуки своего смертельного врага, сразу же скользнул в сторону и на максимальной скорости постыдно спасся уползанием.

При этом событии Бадуш опять приоткрыл глаза, затем одобрительно хмыкнул, и вновь провалился в сон. Больше никаких приключений за ночь не произошло. Разве что опять Кремон, перед рассветом, просыпался после четырёхчасового сна с большим трудом. Но обошлось без холодной воды и битья. Хватило лишь силы воли да чего-то очень вонючего, что резидент с коварной улыбкой пытался подсунуть под нос молодому колдуну.

– Проснулся?

– Уже давно не сплю! Просто ждал завтрака в постель.

Шутку Бадуш оценил. Даже подыграл:

– Извините, господин! Но кочегары опять дров не завезли…

Осталось лишь напомнить:

– Так ведь у нас мушки есть!

Два человека вскипятили на таблетках из прессованных водорослей себе по кружке чая и плотно позавтракали продуктами из своих запасов. Ведь предполагалось весь день ехать с максимально возможной для коней скоростью. Тихим, еле слышным голосом Бадуш Шиндар давал новые наставления:

– Запомни самое главное: никогда и ни при каких обстоятельствах не ввязываться в драку. Даже на оскорбления не отвечать. Пусть это банально: но не забывай о прикрытии своей магической сущности. Никто, ни при каких обстоятельствах не должен узнать кто ты на самом деле. То, что ты даже спящим держал щит прикрытия, ещё ни о чём не говорит, потому и напоминаю. В случае большой опасности, начинай защищать свою жизнь лишь по моей команде. Повторяю: только по моей команде! А то здесь полно ублюдочных провокаторов и считается нормальным тоном мерзко пошутить или оскорбить человека.

– Да меня об этом предупреждали. Но неужели до такой степени люди озлоблены друг на друга?

– Сам скоро убедишься. О людской доброжелательности можешь забыть до своего возвращения. Здесь - не Родина. И ещё: в последнее время баронства наводнили сотни колабов. Рыскают по лесам, что-то ищут в горах, путешествуют с караванами. Их ненавидят, презирают, боятся, плюют им вслед с омерзением… Но охраняют как наследников короны. Почти все колабы - обычные. Эль-Митоланов среди них почти нет. Но всё равно, при встрече, старайся не смотреть в их сторону. Это считается самой верной линией поведения. И напоследок: следи за каждым своим словом и жестом. Помни: за нами могут наблюдать и прослушивать отделённым сознанием в любом месте этого государства. Тайнам знакам тебя обучили, надеюсь, в полной мере?

Кремон вначале прищёлкнул языком и только потом пояснил:

– Мне кажется, что даже слишком. Я теперь могу общаться с их помощью на любую тему. Хоть о погоде поговорить.

– Вот и отлично. Давай я заодно и проверю, пока нас никто видеть не может.

Ещё несколько минут оба колдуна общались с помощью тайных знаков и своего ночного зрения. Результатами Эль-Митолан Шиндар остался очень доволен, и даже удивлён. Так как впервые похлопал парня дружески по плечу и проникновенно прошептал:

– Приятно было познакомиться!

Из леса они выбрались при скупом освещении нарождающегося дня. Хоть дождь давно закончился, но тучи так и продолжали висеть низко над лесом, а лёгкие порывы ветерка разогнать их были не в силах. Зато в раннюю пору дорога выгодно отличалась пустотой, и отдохнувшие кони резво мчались галопом, чуть ли не целый час. Затем скорость передвижения заметно спала, но всё равно, до обеда им удалось преодолеть солидный кусок пути. В населённых пунктах путники старались не останавливаться, а то и вообще объезжать их стороной или околицами. Заметив на себе пристальные или заинтересованные взгляды, вели себя с равнодушной усталостью. Тем самым, избегая ненужных дорожных инцидентов.

На обед снова углубились в лес и развели на небольшой полянке хороший костёр. Всё-таки сырость изрядно надоедала. И пока кони паслись рядом, сварили котелок незатейливой мясной похлёбки и сытно отобедали. Изредка перекидываясь фразами:

– Где ночевать будем этой ночью?

Когда разговор шёл о вполне обыденных вещах, говорили открыто и громко.

– Надеюсь, ещё засветло доберёмся в Красногор. И сразу же продадим коней. Затем переберёмся на другой берег Раси и заночуем в припортовой гостинице. На рассвете купим судёнышко побыстроходнее и за день доберёмся в Шиирнадар. Так и быстрей и удобнее будет. Да и выспимся в пути.

– А Рася - сильно широкая река?

– Не сказал бы. Но вот течение там недурственное. Вниз путешествовать - сплошное удовольствие.

– А вверх?

– Хм! Тяжёлый труд. Всё используют: и паруса, и магию. Но в основном - силу гужевых похасов. Если уровень нормальный и разлив не заливает дорогу вдоль русла.

– И часто такое наводнение случается?

– Да не сказал бы. Все-таки уклон внушительный и быстрое течение сносит все дождевые воды. А вот после Шиирнадара Рася замедляется, разливается широко, и до самого Баронства Стали напоминает огромное и длинное озеро. А какие сказочные острова на середине этого озера!

Кремон с некоторым удивлением посмотрел на разошедшегося в воспоминаниях Бадуша и деликатно напомнил:

– Да знаю я. Сам не раз видел.

А тайными жестами добавил: "На рисунках и картах". Только вот резидент всё равно настойчиво продолжил:

– Видеть - мало. Я на них бывал. Да и вообще, здесь столько прекрасных мест! Вот только людишки… М-да… Как бы их к порядку и честности приучить?

Они уже стали собирать свои сумки, когда в окружающих полянку кустах кто-то неосторожно пошевелился. Колдуны сразу усилили свои магические щиты, а неспортивного вида резидент, словно кошка, проскользнул в сторону странного шума. И чуть погодя выволок за шиворот слабо упирающегося мальчонку лет десяти. Грязного, исхудавшего и трясущегося не так от страха, как от холода. Потому как его экзотические лохмотья и одеждой назвать было трудно.

– Ты чего тут прячешься? - с грозными нотками в голосе стал допытываться Бадуш. На что пацанёнок ответил с бойкой готовностью:

– За вами подсматривал.

– Кто послал?

– Никто. Я вас ещё на дороге заприметил. Вот и прокрался за вами. Думал, вы чего съестного оброните.

– А почему в посёлке не живёшь?

Мальчик насупился и после тяжёлого стариковского вздоха признался:

– Сбежал я.

– И давно сбежал?

– Две недели как…

– О! И по какой такой причине?

– Мачеха решила меня продать в услужение нашему барону. А он таких как я насмерть замучивает…

– Ага… А что ж отец?

– Помер он. Месяц назад.

– И куда путь держишь?

– В столицу. В Шиирнадар. Там хочу сестру отца найти

– М-да! - Бадуш обменялся с Кремоном сочувственными взглядами. - А не боишься, что мы тебя сейчас первому же старосте сдадим?

– А что я вам плохого сделал? - удивился малец. - Да и подслушивал я вас долго, люди вы не злые.

– Слышь, что говорит? Не "добрые", а "не злые".

По поданному чуть раньше знаку Кремон уже развязал мешок с провизией и сооружал огромный и сытный бутерброд. От этого зрелища глаза у мальчонки загорелись, словно две звёздочки, а кадык забегал от часто сглатываемой слюны. Трясущимися от нетерпения руками он бережно взял угощение и откусил первый кусок. Причём с некоторой деликатностью отвернулся от мужчин, что бы те не видели, с какой бешеной скоростью заработали детские челюсти.

Некоторое время резидент задумчиво наблюдал за худенькой фигуркой. А потом неожиданно спросил:

– А хочешь, мы тебя с собой возьмём? А потом и тётку поможем отыскать…

Мальчик чуть не подавился от услышанного и так громко сглотнул, что звук наверняка разнёсся далеко по лесу. Кремон тоже воззрился на старшего коллегу с полным непониманием. При всей жалости к сиротке отвлекаться на устройство его жизни было весьма накладно и неосмотрительно. Но видимо у опытного разведчика были свои, далеко идущие планы. А может его намерения были связаны лишь с днём сегодняшним. Так как терять время он явно не собирался:

– Так чего молчишь? Поедешь с нами?

Мальчонка тоже не первый год прожил на этом свете и насмотрелся, видимо и на подлость, и на прочие низости. Потому как спросил со всей осторожностью:

– А что я должен буду делать?

– Присматривать за лошадьми, стеречь вещи, если надо и управляться с парусом, когда будем сплавляться по Расе. Дом у меня в столице небольшой, но там живут два таких же паренька как ты. И смотрят за хозяйством в моё отсутствие. Если захочешь, можешь тоже пожить с ними, пока родственницу не отыщем. А нет - неволить не стану. Так что?

Ещё перед последним вопросом сирота набрал в грудь воздух и сразу же выпалил:

– Согласен!

– Только давай вначале познакомимся. Меня зовут Бадуш, его Кашад, а тебя?

– Родерик.

– Ого! Как настоящего аристократа!

– Это меня так папаня назвал и сумел потом на своём настоять. Даже дорогущий подарок для этого пришлось старосте вручить. Да и позже неприятности баронские подлизы доставляли.

– Слушай, а выражаешься ты слишком правильно для простого сельского парня. Может ты ещё и грамотный.

– Конечно! Мой папаня сам грамоту знал и меня обучил. У нашего управляющего я всю библиотеку перечитал.

На горделивые признания мальчика оба колдуна одобрительно переглянулись, и резидент подвёл итог знакомству:

– Ладно, господин Родерик! Доешь свою порцию обеда в пути. Нам ведь ещё засветло надо успеть в Красногор.

И уже через десять минут все трое выехали из леса и рысью помчались дальше. Мальчонка держался в седле на удивление хорошо, а из-за его мизерного веса животное совершенно не уставало и в любой момент годилось для подмены.

Доехав до первого же крупного посёлка, Бадуш проинформировал своих спутников:

– Проедем напрямик. Так будет быстрей. А сэкономленное время потратим на посещение одёжной лавки.

На выборе одежды долго не задерживались, купили лишь один комплект по размеру, да походный плащ на случай ливня. И после суматошного и потешного переодевания продолжили путь. Но теперь уже Родерик выглядел как маленький паж или слуга вполне солидного и состоятельного человека. И сам с таким восторгом рассматривал манжеты своего нового камзола, что пару раз чуть не свалился с лошади.

В Красногор въезжали ещё при ярком свете дня. Что весьма способствовало быстрой и удачной продаже лошадей. По утверждениям опытного резидента, чем ближе к ночи, тем торговля становилась короче. И цены падали невероятно. Именно поэтому, после переправы, им в порту удалось купить весьма приличную лодку с парусом по смехотворной цене.

– Конечно, так поступать весьма неосмотрительно, признался Бадуш, когда они на вёслах перегоняли купленное плавсредство чуть дальше, вдоль портовых доков. - Но у меня тут один старый приятель сторожем. Честнейший человек, что уже само по себе невероятная редкость. И за пару монет он с удовольствием покараулит и наш мини-корвет.

Как он и предвидел, сторож оказался на месте и с удовольствием принял объект под охрану. А оба колдуна, в сопровождении пошатывающегося от усталости мальчика, отправились на самый большой постоялый двор на территории порта. Каково же было их удивление, когда возле ворот их нагло стала отталкивать свора одетых в одинаковые одежды охранников. Причём не только их, но и нескольких других путешественников, которые намеревались снять здесь комнаты на ночь.

– Пошли вон! Весь двор занят караваном! Посторонним комнаты не сдаются! Чего уставились? Сказано: проваливайте!!!

В этот момент огромные ворота распахнулись на всю ширь, пропуская пустую подводу вовнутрь и все прекрасно увидели во внутреннем дворе черный и уродливый цилиндр развалившегося на отдыхе колаба.

– Смотри, смотри! - раздались приглушенные возгласы. - Вон он лежит!

В этот момент из-за створки ворот выскочил огромный детина со свирепым выражением на лице и гаркнул что есть мочи:

– Что за толпа здесь собралась! Всем разойтись! Ведь понятно объяснили: свободных комнат нет! Или на вас шейтаров натравить?!

Люди с опасением отхлынули от ворот и двинулись вдоль широкого проезда. Но недовольное ворчание легко можно было разобрать:

– Смотри гад, как выслуживается перед караванщиками! Сам недавно ещё слугой был! А как стал хозяином, совсем совесть потерял! Всех нормальных работников выгнал, а взамен одних сволочей набрал. И колаб с ними… Куда это он с караваном? Как куда, наверняка в гости к хвостатым драконишкам собрался, родственников проведать! Да тихо ты! Ещё подслушает кто из охраны…

Постепенно толпа недовольных рассосалась, но Бадуш повёл своих спутников дальше. Приговаривая при этом:

– Это ж какой тварью надо быть, что бы про него здешние гости сказали, что он одних сволочей набрал на работу? Представляешь?

– Не представляю, - признался Кремон. - Но охотно тебе верю Да и вид у него отвратительнейший. А что это за караван?

–Ха! Это самые богатые и влиятельные люди Баронства Радуги. Вернее потому и влиятельные, что богатые. Везут контрабандой мушки в Альтурские горы.

– И все об этом знают?! - ахнул парень.

– А как же! Мало того: только они и имеют право такими делами заниматься. Других сразу же повяжут и укоротят на голову.

– Я конечно о таком знал, - продолжал удивляться молодой колдун. - Но что бы вот так?! В открытую, и в наглую бароны прикрывали этих…

– Торговцев! - наставительно закончил за него старший товарищ. - Караванщики вполне законно скупают мушки на кораблях Морского Королевства. Островитяне, кстати, никогда и не собирались нарушать договор. В Строне тюки перегружаются караванщиками на речные баржи и доставляются в Красногор. И уже отсюда гужевым транспортом везут строго на восток. И называют это лицензионной торговлей. Каждый зарабатывает в силу своих умений.

– А колаб? Он что действительно с ними в Альтурские Горы собрался?

– Вот это - как раз самое интересное. Похоже, некоторые контакты между двумя странами налаживаются всё интенсивней. Жаль, что мы не можем этому "помочь"…

Скоро они пришли к самому большому портовому трактиру. Бадуш дал предварительно нужные пояснения:

– Здесь столько народу вертится, что на нас внимания точно не обратят. Да и комнат здесь сдают немерянное количество. Пусть даже всегда шум от танцев, песен и драк, зато спокойно и уверенно. Охрана из нескольких Эль-Митоланов всегда ведёт наблюдение, и вторая жилая половина неприкосновенна.

У нервного и усталого администратора он спросил:

– Есть комната на троих?

– Есть! - тот оценивающим взглядом прощупал фигурку мальчика и добавил: - две взрослые кровати, одна детсткая.

– Подходит.

– Два серебряных шлага за ночь.

– Получите.

Обменяв деньги на ключ с номером комнаты, путники поспешили на долгожданный отдых. Хоть и душевая оказалась одна на весь коридор, все быстро вымылись и освежённые подались в зал ужинать.

Трактир действительно отличался размерами: два огромных зала на двух этажах. В каждом углу которых находилось по стойке бара. За которыми стояло по нескольку разносчиков увеселительных напитков. Ещё до двух десятков ловких подростков доставляли заказываемые из кухни блюда и закуски. Народа уже собралось достаточно, но музыканты ещё лишь располагались на возвышенности. Выпивку разносили с невероятной скоростью. Да и двери на кухню фактически не закрывались.

Быстро заказали еду и для себя. Больше всех удивил Родерик. Он съел, чуть ли не больше обоих взрослых мужчин, вместе взятых, и осоловел от пресыщения полностью. А пока над ним беззлобно подтрунивали, положил голову на руки и моментально заснул.

Бадуш сокрушённо вздыхая, взял мальчика на руки и понёс в их комнату, буркнув, что сейчас же вернётся. А Кремон остался неспешно доедать и осматривать посетителей трактира.

Так получилось, что возле них стоял другой, гораздо больший стол, и за него сразу же подсело человек десять в той самой форме, которую парень припомнил возле постоялого двора с караванщиками.

Охранники шумно уселись и сразу же заказали выпивку. Причём много дешёвого вина и ничего съестного. И лишь опрокинув в себя по кубку тёмно-красной кислятины, перешли к обсуждения своих насущных проблем.

Особой темой было отсутствие денег и обещанная выдача жалования лишь на обратном пути. Все дружно возмущались тем, что на пару дней будут лишены возможности по человечески поесть и промочить горло. Причём последнее обстоятельство добивало раскричавшихся охранников больше всего. Вот только один не принимал участия в споре, а спешно пытался влить в себя как можно больше заказанного вина. При этом, иногда воровато оглядываясь, и стараясь не привлекать к себе лишнего внимания своих собутыльников.

Как ни странно именно он заметил, что Кремон сидит и прислушивается к их разговору. Почему-то это его страшно разозлило. А может и по натуре этот тип был самым скандальным в компании. Как бы там ни было, он вдруг указал рукой на притихшего колдуна и громко воскликнул:

– Подслушивает!

Хотя подобное обвинение можно было отнести ко всем посетителям трактира. Но собутыльники сразу же откликнулись:

– Точно!

– Вот сволочь!

– Эй, ты, козлина! Тебе чего надо?!

Понимая, что отрицать будет бесполезно, Кремон решил поступить по-другому:

– Да вот слушаю и завидую вам: всё время в дороге, новые впечатления. Да и заработки немалые. Вот бы мне к вам устроиться…

– Ещё чего захотел?!

– Гляди: впечатлений ему захотелось…

– Сейчас мы тебе нагрузим!

– Только успевай рыло подставлять!

Такое развитие событий явно вело только к одному, драке. Вернее элементарному избиению одинокого посетителя. Все сидящие в зале притихли и с нездоровым интересом ждали продолжения сцены. Кремон всё-таки попытался воззвать к благоразумию заводящихся пьянчуг. Ведь воины они были никакие и вряд ли даже таким количеством смогут преодолеть его мастерство:

– Ребята, я ведь вас просто про работу спрашиваю…

– А мы всегда проверяем кандидатов предварительно! - рявкнул самый красномордый, многозначительно приподнимаясь со своего места.

– Что здесь происходит! - раздался возле стола властный голос. Повлекший за собой чуть ли не полную тишину в зале.

В процессе перепалки к ним незаметно приблизилось два человека в такой же форме, но с явно командирскими знаками отличия. И теперь оба с пренебрежением посматривали на Кремона. Причём, даже при осмотре их простым взглядом, становилось понятно, что они были Эль-Митоланами. И скрывать этого не собирались.

Тот же самый алкаш, что первым обвинил Кремона в подслушивании и теперь высунулся раньше всех:

– Этот молодчик сидел рядом и вынюхивал наши тайны.

– Да! - с непонятным весельем воскликнул всё тот же Эль-Митолан. Похоже, он прекрасно осознавал, что его подчинённые просто решили согнать на ком-то злость. И тут же с хамоватой улыбкой дал своё на то согласие:

– Так проучите этого недоумка!

А его коллега, усаживаясь за стол, со смешком добавил:

– И вышвырните его на свежий воздух! Пусть искупается!

Мог бы сразу приказать утопить, а не прикрываться многословным и плоским юмором.

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

МАЛЕНЬКАЯ МЕСТЬ СОЛИДНЫХ МАСШТАБОВ

Охранники бойко повскакивали со своих мест и бросились окружать недоумевающего Кремона. Тот пока ловко пятился между столами к выходу, прикидывая, калечить этих моральных уродов или убивать без оглядки.

Скорей всего охранникам в тот вечер сильно повезло. Потому как перед ними возник разъярённый и брызгающий от гнева слюной господин. И заорал магически усиленным голосом:

– Что опять натворил этот увалень?!

Опять-таки в трактире всем стало понятно: парень не один. Его опекает вполне опытный и агрессивный колдун. Своей силы Шиндар тоже не скрывал, и оставшиеся в тылу готовящейся заварушки Эль-Митоланы из каравана скривились от разочарования. Справиться с одним колдуном они может и справятся, но вот и сами пострадать могут значительно. Это если не принимать во внимание всех других побочных последствий от открытого столкновения магов. Простые охранники с тревогой оглядывались на своих командиров, ведь если те начнут драку, то пешки могут пострадать самыми первыми.

А Бадуш воспользовался всеобщим замешательством, в двух словах выяснил суть происходящего и попросил у одного из посетителей взаймы крепкую трость. А затем, неожиданно в первую очередь для Кремона, стал охаживать его по спине этой тростью и приговаривать:

– Вот я тебя научу правильному поведению! Живо у меня позабудешь приставать к посторонним с глупыми расспросами! Стоять! Всё равно от меня не убежишь!

И бил он своего товарища с немалой силой. Даже рубашка лопнула местами, и показались кровавые пятна. Невменяемому очень хотелось дать выход и своему гневу, но сдержать он себя сумел. Даже подыграл, выкрикивая срывающимся от обиды голосом:

– Больше не буду ни с кем разговаривать! Клянусь!

Бадуш вздохнул с невидимым посторонним облегчением. Видимо очень боялся, что парень сорвётся с тормозов и тогда…

– Иди в свою комнату и не смей оттуда показываться! Быстро!

Молодой колдун рванул на жилую половину с такой скоростью, что все недоумённо переглянулись. А Бадуш вернул трость владельцу, не забыв поблагодарить, и подошёл вплотную к охранникам. Всем своим видом давая понять, что инцидент исчерпан. Хоть и пояснения добавил:

– Дикарь! Что с него взять? Только недавно в нашу цивилизацию попал, и ещё не скоро уму-разуму научится!

Несмотря на такие извиняющиеся речи, разросшаяся группа за огромным столом выглядела угрюмой и озлобленной. Оба прибывших колдуна прекрасно видели немалую мощь своего коллеги, ведь Бадуш специально снял полное прикрытие своей магической силы. Конечно, завяжись потасовка, от огромного портового трактира могли бы лишь головешки остаться, но существовала и масса других вариантов. Видимо Эль-Митоланы из сопровождения каравана как раз эти варианты и просчитывали.

Поэтому, что бы снять возникшее напряжение, Бадуш со всей щедростью и великодушием крикнул в сторону ближайшей стойки 6ара:

– Каждому, кто за этим столом, пятилетнего гремвина по полному кубку!

Оттуда сразу же поспешило два разносчика с большими бутылями, и атмосфера за всеми столами ощутимо разрядилась. Никому ведь не хотелось оказаться в гуще сражения между озлобленными магами. Лишь только надпили первый кубок, как Бадуш тут же заказал по второму кругу. Жадноватым охранникам пришлось давиться и спешно допивать весьма внушительную первую дозу. И в результате дармовой алкоголь очень быстро вызвал у них благодушное настроение. В том числе и у расшалившихся было Эль-Митоланов. По крайней мере, в сей момент. Ибо что будет, когда они переберут веселящего зелья, лучше было не представлять.

Предвидящий дальнейшие осложнения Бадуш не стал искушать судьбу и вовремя, а главное незаметно для окружающих ретировался в гостиницу. Где и погрузился в чуткий сон в предоставленной для них с вечера комнате. Предварительно "прощупав" отвернувшегося к стене Кремона, который спал, накрывшись чуть ли не с головой. Вот только опытный разведчик совершенно не обратил внимания на меньшую кровать, где под тремя одеялами спал пресытившийся Родерик. А если бы и обратил, то был бы весьма удивлён: мальчишки там не было!

Но ещё бы больше он удивился, если бы выяснил, что Кремон в данный момент был весьма далеко от этой комнаты.

Где-то под утро Бадуш резко проснулся от раздавшегося в собственном желудке бурчания. Да и неприятные ощущения в виде колик добавились, словно кишки сами по себе перекручивались.

"Ох! Вот припекло! Кажется на местной кухне не всё в порядке!" - с этими мыслями резидент вскочил с кровати и, стараясь не шуметь, понёсся почти раздетый в самый конец длинного коридора. В туалете он находился не так долго, но этого было достаточно, что бы в их комнату проскочила туманная и неразборчивая тень.

Возвращался Бадуш в номер не спеша, степенно осматриваясь, как и подобает уважающему себя купцу. Да и радовало его, что расстройство желудка фактически прошло. Не потребовалось кардинального вмешательства.

Осмотрел своих соседей и замер: Кремон не спал. Просто лежал полуодетый на кровати, подложив руки под голову и рассматривал вошедшего. Вот только дыхание у него было слишком интенсивным, словно он уже давно проснулся и решил сделать зарядку.

– Чего не спишь?

– Да перепугал ты меня своим бегством, - улыбнулся Невменяемый. - Что, о назначенном свидании вспомнил?

– Ага! А ты решил за мной проследить?

– Само собой. Вдруг помочь надо, или просто на стрёме постоять…

Бадуш уселся на свою кровать и взглянул на спящего мальчонку. Теперь тот был накрыт лишь одним одеялом.

– Зачем у мальца одеяла забрал? - спросил он, усиленно пытаясь уловить ускользающую мысль о чём-то важном.

– Пусть постепенно просыпается. Нам же лучше будет. Ведь мы можем прямо сейчас отправиться к своей барке и начать плавание?

– Вполне. Хоть у нас и завтрак оплачен…

– И никто нам не помешает?

– Хм…, - резидент прислушался к тишине за узенькими оконцами. - Ночные разборки уже окончились. Сейчас как раз ремесленники, грузчики и купцы начинают движение.

– Вот и прекрасно. Тогда уходим?

– Запросто.

Тут же поспешно собрались, подхватили мальчика на руки и покинули огромное помещение гостиницы. К тому же действительно, они оказались далеко не первыми на освещённой двумя лунами территории порта. То там, то здесь виднелись озабоченные и спешащие люди. Начинался новый рабочий день Красногора.

Лишь только они отплыли от пирса и стали выгребать на фарватер Раси, как остающийся сзади порт осветили отблески сильного пожара. Отдавшись во власть течения, колдуны с нездоровой заинтересованностью наблюдали за столбами пламени.

– Вот это пожар! - покачал резидент головой. - И как мне кажется, горит в районе постоялого двора. Того самого…

Словно в подтверждение его догадок, над речной гладью разнёсся ужасающий визг смертельно раненого животного.

– Колаб! - тут же сообразил Бадуш и даже вздрогнул от изумления. - Неужели эта тварь поджаривается?

– А куда он денется? - хохотнул в ответ Невменяемый. - Летать ведь не умеет! И если там все мушки загорелись… Ха! То караванщикам никто не позавидует.

И с самым непринуждённым видом уселся на кормовую банку к рулю. Добавляя:

– Ветерок вроде попутный. Может, парус поставим?

И столько торжества и удовлетворённости было в голосе парня, что Бадуш так и замер стоя, придерживаясь одной рукой за мачту. Лишь переводил иногда взгляд, то на вздымающиеся в удаляющемся порту языки пламени, то на своего молодого коллегу. Лишь когда Красногор окончательно скрылся за излучиной реки, быстро поставил парус, а затем уселся на среднюю банку. Положив при этом руку на голову спящего мальчика. То ли поглаживая ребёнка, то ли проверяя глубину его сна. Заодно ставя вокруг них полог неслышимости. И лишь затем, с ощутимым восхищением в голосе, спросил:

– Опытом поделишься?

– Конечно! - с готовностью согласился парень. - Только каким именно?

– Для начала: как тебе удалось бесшумно выбраться из номера? Усыпил меня?

– Нет. И пробовать бы не стал. Просто ушёл ещё до твоего возвращения из трактира.

– А кто лежал на твоей кровати?

– Родерик. Я лишь нацепил на него свою сущность.

Бадуш лишь крякнул от досады, вспомнив, что по кровати мальчика он просто скользнул взглядом. И проворчал:

– Да, старею. Ну а пожар как устроил?

– Обычными зажигательными шариками. Только невидимыми. Есть такой уникум, который их умеет закрывать особым сгустком плотного тумана. Вернее, таких уникума теперь два. Больше ни у кого не получается. Он же научил меня продлевать срок консервации шарика до трёх часов. Когда мы садились в лодку, я и послал приказ-импульс о воспламенении.

– Но как ты шарики в мушки умудрился затолкать? Там ведь каждый тюк в двойной слой асбеста обёрнут.

– На грубых швах полно мелких отверстий. И в каждый тюк я успел натолкать по десять сюрпризов.

– Впечатляет. Теперь понятно, почему всё загорелось одновременно. Но…

Кремон благосклонно и картинно кивнул:

– Конечно, делать невидимыми шарики я постараюсь и тебя научить.

– Да я не об этом, - фыркнул возмущённо Бадуш. - Ты лучше скажи: почему меня не взял? Хотя бы предупредил.

– А ты бы согласился? По крайней мере, сразу? Вот именно! А времени было очень мало. И так еле успел. Да и вдвоём только бы привлекли нежелательное внимание к себе. А сам я и следов никаких не оставил.

Резидент одобрительно крутанул головой:

– Кроме пепелища! - затем тяжело вздохнул и признался: - Рад, что у тебя так всё здорово получилось. Давно эту мерзость приструнить мечтал. Но силёнок и умения не хватало. А уж какое отребье они вокруг себя собрали! Туда им и дорога. Наука другим будет. Теперь бы ещё их подельников проучить таким же образом.

– Каких подельников? Вроде один караван был.

– Если бы. Пока один к Альтурским горам спешит, второй в Строне товар с кораблей принимает и тоже в путь отправляется. Так и стараются наперегонки.

– Вот как… Значит, скоро они мимо столицы проходить будут?

Бадуш приоткрыл рот после вопроса. Но соображал он отменно. Потому как тут же довольно улыбнулся:

– О! Если бы ещё и этих ловкачей ожидала такая же "горячая" встреча!

Кремон многозначительно добавил:

– Да и кое-кому на востоке будет больше причин дома сидеть. И не летать по соседним государствам.

Некоторое время плыли молча. И молодой колдун с гордостью подумал, что час назад он отомстил своим кровным врагам. Пусть косвенно, но так отомстил, что драконы потеряют значительную часть своей боевой мощи. А если удастся ещё и второй караван уничтожить! Это будет посущественней, чем борьба с воздушными пиратами на границе.

Всё-таки хорошо быть Эль-Митоланом и восстанавливать справедливость. Да и дяде Кралси особое спасибо за своевременное направление на путь истинный.

Когда рассвело окончательно, Бадуш категорически настоял на том, чтобы Кремон выспался и быстрей восстановил потраченную за ночь магическую силу. Услышав их разговор, окончательно проснулся и Родерик. И тут же с восторгом предложил побыть вперёдсмотрящим. Резидент его привязал к передней скамье за ногу крепкой верёвкой, поясняя при этом:

– Места здесь неспокойные. Дорогу на правом берегу охраняют конные военизированные разъезды, но гарантии безопасности это не даёт. По левому берегу тысячи мелких заводей и оттуда порой выскакивает местная пародия на пиратов. Сброд и отребье, но на одиночные судёнышки вроде нашего, любят нападать.

Уже удобно разлёгшийся Кремон приподнял голову над бортом и осмотрел заросший буйной растительностью левый берег:

– А если их огоньком?

– Почти всегда хватает простой демонстрации силы. Сразу гребут обратно так, что вёсла ломают. Потому как все они - обычные разбойники. А вот случаев с участием Эль-Митоланов я не припоминаю. Так что спи спокойно.

– Значит, не будешь прикрывать свою магическую сущность?

– Да нет, прикрою. Не тяжкий труд. А ты, Родерик, завтракать будешь?

Мальчик постарался выглядеть солидно, хоть глаза у него так и заблестели, а язык быстро облизнул враз увлажнившиеся губы:

– Если честно, то я не сильно голоден.

– Ага, значит не сильно? - Бадуш в деланном раздумье наморщил лоб. - Ну что ж, тогда дадим тебе маленький бутерброд.

Глаза у Родерика сразу потухли, а уголки губ опустились вниз от разочарования. Надо же было так переусердствовать в скромности! Но когда он увидел передаваемый ему завтрак, то даже обрадовался, что ему так "мало" досталось. Полбуханки хлеба, чуть ли не килограмм полукопченых сосисок, луковица, два помидора и два огурца.

Под хруст этих огурцов Кремон и заснул. А проснулся лишь оттого, что светило, вставшее у самого зенита, так припекло, что рубашка промокла насквозь от пота. Пришлось тут же раздеваться и ополаскиваться речной водой. За этим занятием его и застал встревоженный голос Бадуша:

– Кажется, мы кого-то сильно заинтересовали.

Чуть ниже по течению из зарослей левого берега стремительно вынеслась изящная шхуна. По всей длине видимого борта которой чередовались резвящиеся русалки и дракончики. Парус у неё не был поставлен, но двенадцать длинных вёсел давали ей любое нужное ускорение. А намерения экипажа просматривались совершенно явно: шхуна шла наперерез.

– Быстренько просмотри, что у них в трюме! - скомандовал резидент, одновременно поворачивая их судёнышко вправо. Таким образом, они сразу же сошли со стремнины и резко сбросили скорость. Тогда как шхуне наоборот ещё придётся преодолевать течение в самом центре реки. Это, конечно задержит встречу минуты на три, не больше, но и этого было достаточно, что бы прощупать соперника и окончательно выяснить его намерения.

Кремон, так и не одевшись, откинулся на спину и сразу метнулся отделённым сознанием к пиратам. А с их стороны в тот же момент через рупор понеслись угрозы и немедленный приказ остановиться. Шхуна развернулась уже носом против течения и шесть пар вёсел интенсивно вспенивали воду вдоль её бортов. Да так слажено и резво вспенивали, что Бадуш мысленно им поаплодировал. Выжидательно взглянув на впавшего в транс коллегу, он решил ещё больше оттянуть момент непосредственного абордажа. Развязал верёвку, поддерживающую парус, быстро опустил полотнище, а ещё через минуту посадил их баркас на песчаную отмель. Как ни странно, на всём видимом пространстве не оказалось ни одной баржи, которую бы тащили вверх по течению. Далеко внизу удалялся большой корвет, оказавшийся явно не по зубам пиратам, да сзади несколько утлых лодчонок, которые они недавно обогнали, со всей поспешностью пытались пристать к правому берегу. О взаимовыручке речные путешественники скорей всего и не ведали. Да уж, это вам не Энормия! В Баронстве Радуги каждый сам за себя.

Кремон вернулся в разгорячённое тело и сразу же стал поливать себя забортной водичкой. Пересказывая увиденное:

– Солидная у них шхуна! Шесть арбалетчиков за бортами скрывается, да и у тех двух горлопанов, что на палубной надстройке кочевряжатся, арбалеты заряженные у ног лежат. Но самое главное - все гребцы на цепях и в ошейниках. И в каюте две девочки заперты. Скорей всего тоже не по своей воле.

– Речной мусор! - заскрежетал зубами Бадуш.

– Так что постарайся их всех не жечь…

– Не учи учёного. Щит я держу против болтов, так что пока не вмешивайся и следи за правым берегом. Вдруг у них и с этой стороны помощники затаились. Особенно вон та хаузпича, сразу за дорогой, у меня вызывает подозрение.

Шхуна тем временем подгребла на расстояние всего метров тридцати, и теперь противники могли переговаривать вполне свободно. Но стоящий на крыше палубной надстройки пират всё равно использовал рупор:

– Куда это вы от нас уходите?! Или вы моих приказов не слышали? Оглохли?!

На что резидент отвечал с деланной нервозностью и некоторым испугом:

– Чего вы от нас хотите? У нас ни товара, ни денег с собой нет!

Пират тут же стал апеллировать к своему компаньону:

– Нет, ты видел таких наглецов?! Украли наш баркас, а теперь ещё и невинными овечками прикидываются!

Тот в ответ издевательски захохотал, подкидывая в руке длинный гарпун с тянущейся за ним верёвкой. Развеяв тем самым последние сомнения в своих намерениях. Путешественникам оставалось лишь одно, покорно принять свою смерть. Только ведь к плохим людям смерть подкрадывается с той же неумолимостью.

– Не двигайся! - главному пирату не понравилось, что Кремон живо надел рубашку и привстал, сжимай в каждой руке по хосту.

В тот же момент копьё просвистело в воздухе и проломило борт баркаса. Видимо пират пытался пришпилить Кремона, но тот увернулся, чуть ли не с ленью. Да так и замер, равнодушно наблюдая, как пират поспешно выбирает верёвку и пытается подтянуть шхуну. Зато старшему напарнику такая ловкость не понравилась. По его короткому взмаху руки из-за бортов приподнялось три арбалетчика и три болта сорвались со своих направляющих. Понимая что в следующий момент отражающий щит раскроет их магические сущности, Бадуш таранным ударом, дробящим кости, сбил с надстройки обоих пиратов, а затем двумя синими молниями парализовал и двух арбалетчиков. Третий, с перекошенным от ужаса лицом успел присесть ниже борта. Вёсла в тот же момент замерли, но расстояние между плавсредствами продолжало сокращаться из-за инерции шхуны и усилий Кремона, который с бешеным напором тянул за гарпунную верёвку.

Полную тишину нарушил лишь крик отчаяния, суматошный топот по палубе, да четыре всплеска за кормой шхуны. А потом под её килем заскрипел песок речной отмели. И резидент тут же продолжил свои действия. С помощью левитации преодолел покрытое водой пространство, перемахнул через борт шхуны, и пройдя на корму хладнокровно добил барахтающихся в воде арбалетчиков. Трупы их командиров тоже не оставил без пристального внимания, удостоверившись что плавающие спинами кверху на мелководье тела уже больше никому не доставят неприятностей. И лишь затем повернулся. Двенадцать пар глаз уставились на него со страхом, надеждой и безысходностью.

– Что же вы позволяете себя в ошейниках держать?

– Можно подумать нас об этом спрашивали! - тут же отозвался мощного телосложения загребной. - Да и помощи ждать не от кого. Все только о себе пекутся. Так нас поодиночке всех и приковывают.

– И бежать не пробовали?

– Ещё как пробовали! - загребной чуть повернул спину, показывая уродливые рубцы от хлыста и кивнул подбородком но своего товарища. У того были такие же узоры. Затем зло сплюнул и добавил: - Да ещё и свои же товарищи предают.

– Это как же?

– В последний раз четыре гребца предателями оказались. Теперь тоже пиратствуют, выслужились…

– Ладно! Всех освобождаем! - и Бадуш принялся поочерёдно вскрывать замки цепей. Но второй загребной не слишком то этому обрадовался:

– Свобода? А что с ней делать? Меня уже третий раз ловят и вновь приковывают…

– А можно мы с вами?! - оживился его товарищ. - Готовы на любую работу! Возьмите не пожалеете! Или хотя бы доставьте к столице, если вам по пути. Там хоть немного больше законности.

– М-да? - резидент надолго замолчал, продолжая освобождать гребцов.- Насколько я понял, тут у вас большая шайка пиратов орудует?

– Ещё какая! - ответил загребной. - Там на острове, в болоте, целая флотилия собралась.

– И Эль-Митоланы среди них есть?

– Да нет, но и без них лютуют.

– А что же охрана дороги не реагирует на это?

– Так ведь им идут проценты от разбоя! Вот они на этом участке и не кажутся.

– Теперь понятно… А что за две девочки в каюте заперты?

Гребцы все разом помрачнели и нахмурились. А загребной вообще заскрипел зубами:

– Вчера эти сволочи рыбацкую деревеньку на притоке Раси сожгли, а девочек себе на потеху забрали… Всю ночь бедняжки диким криком кричали…

– Вон оно как! - Бадуш с некоторым сожалением взглянул на мелководье, а один из гребцов высказал его мысль:

– Легко эти гады отделались!

– Но зато эти двое ещё дышат! - кто-то указал на парализованных арбалетчиков.

– Да эти сосунки ещё и в подмётки не годятся тем двум изуверам! - высказался ещё кто-то.

Тем временем резиденту помог Кремон, и они вдвоём отошли на нос шхуны для короткого совета. Молодой колдун настаивал на том, чтобы немедленно избавиться от шхуны и продолжить путь:

– А то слишком подозрительными покажемся.

– Как раз наоборот, - возразил опытный разведчик. - Мы вызовем большее подозрение, если бросим свою законную добычу.

– А что делать с гребцами?

– Желающих возьмём с собой, остальные пусть идут куда хотят.

– Не разболтают лишнего?

– Вряд ли. Обо мне и так знали. Ты простым остался. Да и чего людей неволить?

– Согласен. Но что с девочками делать будем?

– Ох! Я даже заходить к ним боюсь, - признался Бадуш. Они столько натерпелись, как бы и меня не испугались.

Кремон мотнул головой в сторону притихшего от событий Родерика:

– Давай тогда мальца перед собой пошлём? Дети ведь быстрей общий язык найдут.

Резидент тяжело вздохнул, соглашаясь:

– Да уж…

Идея оказалась верной. Лишь только стали открывать каюту, как оттуда понёсся муторный вой, прерываемый рыданиями. Родерик, которому дали несколько советов как себя вести, смело стал на пороге и крикнул своим голоском:

– Хватит уже реветь! Вас освободили, а ваши мучители уже за бортом раков кормят.

Вой и рыдания сразу же стихли и мальчик, совсем по-взрослому вздохнув, вошёл вовнутрь. А оба колдуна приступили к набору экипажа и снятию шхуны с мели. Продолжить плавание к столице Шиирнадару выразили желание пять гребцов, во главе с загребными. Зато остальных, перед тем как отпустить, обязали помочь освободить плавсредства из песчаного плена. Дружными усилиями шхуну подали назад, а затем и баркас легко подался за ней следом на буксире. Тут же приподняли наполовину носовой и средний паруса и устремились наверстывать потерянное время.

Начавших подавать признаки жизни арбалетчиков тщательно обыскали и приковали к средней паре вёсел. По их поводу Бадуш лишь намекнул, что убивать такую мелочь не стоит, могут пригодиться для гораздо большего дела. Какого именно, он лишь шепнул на ухо своему коллеге. Но, судя по злорадной улыбке Невменяемого, дело того стоило.

Затем целый час оба колдуна проводили поочерёдное собеседование со всеми пятью новыми членами экипажа. Причём Бадуш это делал в палубной настройке, не отходя от штурвала. А Кремон на носу шхуны, возле бухт с канатами, заодно тщательно осматривая фарватер реки и оба берега.

Не то что бы они хотели действительно взять бывших рабов на постоянную работу, но для предстоящего дела требовались люди, действительно желающие и могущие помочь. Да и то, что они натерпелись от речных пиратов, наверняка побуждало их к определённой мести. Новые члены экипажа оказались вполне бравыми и надёжными ребятами, а только лишь уловив намёк на большую и красивую месть своим бывшим обидчикам, все как один высказались, что готовы помогать безвозмездно. Но что Бадуш лишь посмеивался и утверждал, что и хорошие дела должны оплачиваться, как следует.

СТОЛИЧНЫЕ ХЛОПОТЫ

Первая авральная работа для матросов была довольно проста: спешно закрасить фривольные росписи на бортах захваченного трофея. Благо краска на судне имелась. И к вечеру шхуна, поблескивая свежевыкрашенными бортами, уже ошвартовалась в одном из столичных портов, возле самой далёкой и неприметной пристани. Где у резидента тоже оказались проверенные и надёжные сторожа. К тому же и матросы остались на борту, неся поочерёдно вахту и охраняя пленных.

Ещё до прибытия в порт, Родерик позвал молодого колдуна в каюту и тот, всеми известными ему способами залечил неприятные и болезненные повреждения на детских тельцах. Сиротки терпели, понимая, что им хотят только добра, но всё время посматривали на присутствующего там же мальчика. Видимо, воистину родственные души подобрались.

После швартовки оба колдуна, Родерик и девочки пересели в удобную, маневренную гондолу и отправились к домашнему очагу. Мальчик за те несколько часов общения, что прошли во время плавания, довольно тесно сблизился с жертвами пиратского разбоя, проявив редкие для своего возраста способности утешителя, наставника и опекуна вместе взятые. И в гондоле старался изо всех сил. Даже, несмотря на то, что сиротки всего лишь неполный день назад потеряли всех своих родственников, время от времени на их избитые личики набегала мимолетная улыбка, и то и прорывалось неожиданное хихиканье. Дети есть дети, но и взрослые, слушая хвастливые рассказы о похождениях Родерика, не скрывали порой своего смеха. Неплох попутчик оказался, весьма неплох! Такой нигде не пропадёт. Если его откормить хорошенько, как добавлял частенько Бадуш.

К дому резидента добирались больше часа. Шиирнадар, столица Баронства Радуги, славился своими неисчислимыми каналами, протоками, глубокими рвами и целыми площадями, залитыми речной водой. Как любили бахвалиться сами шиирнадарцы, их город располагался на миллионе островов. Что во всём мире вызывало лишь снисходительную или презрительную улыбку. Но когда гость попадал сюда впервые, и порой целый день блуждал в узких водных лабиринтах, то в сердцах восклицал: "В этом лишённом разуме Шиирнадаре не один, а десять миллионов островов!" На что шиирнадарцы с сарказмом отвечали: "Какой неграмотный попался, совсем считать не умеет! Десять миллионов у нас не островов, а мостов!" И это было похоже на правду. Потому как каждый остров считал для себя обязательным иметь не менее десяти мостов, ведущие на соседние островки суши. Иначе удача от жителей такого острова отвернётся, они начнут болеть, стены начнут гнить и так далее и тому подобное. Дело порой доходило до абсурда. Из-за мизерности некоторых клочков суши, мосты с них строили в два, а то и в три этажа. Или делили полотно моста на две части, независимые друг от друга. Причём щель делалась не меньше двадцати сантиметров. Что вело к многочисленным травмам горожан, поломке карет и телег и прочих связанных с этим несуразностей.

Несмотря на такое обилие мостов, лучшим городским транспортом считалась гондола. И по скорости доставки, и по комфортности плавного, непыльного передвижения. Здесь вся опасность заключалась лишь в том, что с какого-нибудь моста может прямо на голову свалиться разгулявшийся горожанин. Но такое могло случиться лишь поздней ночью, в определённых местах, да лишь во время крупных празднеств. По ходу плавания Бадуш давал необходимые пояснения:

– И это единственный случай, когда нарушителя не штрафуют. Но за любой брошенный в воду предмет, мусор или просто обрывок бумаги, сразу налагается солидный штраф. Крайне не советую также мочиться с моста, за такие вещи разгневанные соседи могут забить пакостника палками.

Невменяемый не преминул высказать свои сомнения:

– Уж не хочешь ли ты сказать, что местная канализация справляется со всеми возложенными на неё обязанностями?

– Ещё как справляется! Присмотрись: вода грязная?

– Нет. Вполне чистая, как для речной.

– Плохой запах есть?

– Давно бы почувствовал.

– Вот видишь, а ты сомневаешься в канализации! Она здесь такая, что даже в Пладе могут позавидовать! А какой здесь совершенный водопровод! И все городские службы работают на удивление слажено и организовано. Утром по каналам проплывают узкие баржи мусоросборники.

Они как раз проходили, словно по туннелю между двух каменных стен с превосходной каменной кладкой. Над головой не виднелось ни единого мостика, зато в самих стенах, на уровне воды, располагались ворота, на которые и указал рукой резидент:

– А вот в такие можно проплыть на гондоле, а то и большой барке и оказаться во внутреннем бассейне какого-нибудь престижного и дорогого дома.

– Постой, - воскликнул Кремон. - Но как же здесь ремонтируют кладку под водой? А вдруг фундамент осядет? Или его подмоет? Ведь кое-где заметно пусть небольшое, но всё-таки ощутимое течение.

– Вот для этого в Шиирнадаре и существует Большой Аврал. В разгар лета, на три недели уровень воды опускают на четыре метра. Вода уходит из города полностью, и все силы бросаются на ремонт подводных этажей, фундаментов, канализации и водопровода. Ну и очищают занесённые илом участки.

– Как же им удаётся регулировать уровень воды на таком огромном пространстве?

– Существует предназначенный для этого отводной канал, проходящий вне города. Корабли при этом заходить в порт не могут, но и там это время используется с пользой, для починки пирсов, доков и набережных.

– Вот уж не думал, что здесь народ так умеет строить! - удивился Кремон. На что его коллега пробурчал:

– Строители они замечательные. И чистюли, каких поискать. Но вот по утрам из каналов трупы целыми гроздями порой вылавливают. Так что в остальном, здесь жизнь как на вулкане. Такое иногда творится!

Притихший при рассказе Родерик, гневно блеснул своими глазками:

– А почему народ сам не наведёт порядок? Раз могут соблюдать чистоту, должны бороться и за справедливость. Правильно?

Оба колдуна только хмыкнули на такие наивные речи, а затем Бадуш ответил вопросом на вопрос:

– Твоя мачеха тоже из народа? Тогда почему она хотела тебя отдать в услужение барону? И почему ты не согласился?

– Так то - совсем другое дело, - потух мальчик. - Я ведь ничего не мог сделать…

– Вот и они не могут. Может, не умеют, может, боятся… Причин много, да и справедливость видит каждый по-разному.

Родерик опять оживился:

– Значит надо чётко и правильно сформулировать законы. Тогда их поддержит большинство народа и справедливость восторжествует!

– Гляди, какой начитанный! - засмеялся Бадуш. - Вот подрастёшь, станешь юристом и проявишь себя на ниве законотворчества.

И вот тут мальчик с неожиданной грустью выдал:

– Нет, никакой юрист здесь не поможет. Для этого надо стать бароном. Только они имеют право издавать и менять законы.

– Так в чём дело? - Кремон протянул руку и пригладил Родерика по волосам. - Становись! А мы тебе поможем по мере возможностей.

Повисла напряжённая пауза, которую прервал резидент:

– А вот и мой домик. И свет горит! Ждут, видимо. Я ведь обещался ещё вчера заявиться, а то и раньше.

Домик действительно был небольшим и стоял немного в глубине густо поросшего деревьями острова. Соседствуя с десятком таких же, отделённых друг от друга строений. Что сразу переводило его на более высокий уровень престижности. К самому порогу вёл узкий канал, в конце которого застыла гондола. Когда прибывшие ошвартовывались рядом, Бадуш кивнул на пустое плавсредство головой:

– Ну вот, мои все должны быть на месте. Прошу не стесняться и чувствовать себя как дома.

С этими словами он первым поднялся по ступенькам и громко постучал в толстую дверь условным манером. Тут же внутри дома раздался радостный визг, топот, метушня, затем дверь раскрылась, и Бадуша бросилось обнимать двое мальчиков, такого же возраста что и Родерик. Но более упитанные, ухоженные и уверенные в себе. Они наперебой выкрикивали:

– Ура! Ура! Наконец-то ты приехал! Как здорово!

За ними стояла пунцовая от радости женщина лет тридцати и терпеливо ожидала, когда и ей достанется часть приветственных объятий. Она первой заметила гостей за спиной хозяина, и лицо сразу озарилось такой тревогой и переживанием, что стало понятно её некоторое особое положение в этом доме. Бадуш тоже немного засмущался, неловко поцеловал женщину в щёчку и стал представлять своих попутчиков. На Кремона не слишком-то обратили внимания, а вот на детей уставились с удивлением. Причём в глазах мальчиков вспыхнула ревность, а в глазах женщины - непонимание пополам с озабоченностью.

Хозяин плотно закрыл за вошедшими дверь, проверил стационарную защиту против проникновения отделённым сознанием и лишь тогда расслабленно рухнул в огромное кресло. Приглашая жестом гостей сделать тоже самое. И тут же восклицая:

– Далица, а что у нас на ужин?!

Женщина пожала плечами:

– Хватит на всех. Со вчера тебя поджидает жареный поросёнок. Осталось его лишь подогреть.

Но уходить из прихожей не собиралась, намереваясь вначале всё выяснить о гостях. Пришлось Бадушу пуститься в краткие пояснения.

– Свед, Гермес! Вот вам новый товарищ на несколько дней. Зовут его Родерик. Прошу любить и жаловать. Для начала немедленно покажите ему его кровать и пусть вымоется с дороги.

Затем кратко описал события, при которых они взяли под свою опеку несчастных сироток. Старался делать это коротко, что бы девочки вновь не впали в депрессию, но всё равно всхлипывания стали наполнять гостиную как наводнение. Причём плакали и девочки и Далица. Но женщина тут же прижала к себе несчастных детей и повела в свою комнату, лишь на ходу многозначительно поведя плечиком в сторону кухни. Чуть раньше них, искоса поглядывая друг на друга, ушли и мальчики.

Бадуш проводил их с тяжёлым вздохом, но тут же вскочил, энергично потёр ладонями и поманил Кремона за собой:

– Что поделаешь, придётся самим немного похозяйничать! Но ведь нам не привыкать, правда? Если мы в лесу с голода не умирали, то уж тут тем более не пропадём! А какая у меня кухня…!

Несколько следующих дней Невменяемый провёл в знакомстве с городом. Шиирнадар, как и любая другая столица имел несколько масок для любого приезжего, зависящих не только от времени суток, но и от района, обстоятельств и толщины кошелька. Местных монет - шлагов - Кремон имел достаточно и разного достоинства, но вот с некоторым сожалением приходилось изучать самые опасные и криминогенные районы. Именно те, в которых по данным Бадуша, чуть ли не в открытую работали вербовщики Ледонии. А сожаление возникало чаще всего из-за необходимости пить самые дешёвые спиртные напитки, подаваемые в местных трактирах. Ведь в последние месяцы Невменяемый пивал только самое лучшее и благородное зелье. Но по легенде выделяться не стоило. Мало того, приходилось намеренно встревать в любые пьянки, оргии и, как следствие оных, в жестокие драки, а то и целые баталии с применением любого холодного оружия. Про огнестрельное оружие в этих местах пока только ходили слухи, да нелепые выдумки.

Как ни странно в Шиирнадаре существовал особый кодекс чести, не позволяющий Эль-Митоланам применять свою боевую магию. И кодекса этого, при всей его нелепости и несуразности, старались придерживаться. Во всех злачных местах висели почерневшие порой от пыли и времени белые платки, способные выявлять применяемую магию, но свой цвет меняли очень редко. В этом случае считалось необходимостью всем скопом уничтожить нарушителя. Что и делалось со странным удовольствием и особой жестокостью. Конечно, в глухих переулках, в мрачных подворотнях и под широкими мостами следовало всегда опасаться магической молнии, но в общественных местах, на виду у свидетелей, такими силами ворочать не осмеливались.

Зато все другие виды и способы жестоких противостояний только поощрялись. Коли, рви, кусай, ломай, руби, выворачивай, ударяй - всё что угодно! Если конечно выучка и здоровье позволяет. И вот возле самых умелых, отчаянных драчунов больше всего и крутились вербовщики. Причем, не особо делая различие между простыми воинами и Эль-Митоланами. Различались лишь суммы в договорах, да количество сразу выдаваемого аванса. Раз в пять, а то и больше. В зависимости от воинского мастерства и магической силы, которую проверяли потом в отдельности. Может, существовали и другие способы попасть на глаза заинтересованных лиц, но на совещании, устроенном в первую же ночь, Бадуш с Кремоном решили идти более простым и логичным путём.

Сам резидент тем временем тоже работал, не покладая рук. Доводя набранную команду яхты до необходимого совершенства и добиваясь слаженной работы в предстоящей операции. Что было довольно-таки нелегко по той причине, что сами матросы ещё ни о чём конкретно не знали. Все детали и основная суть предстоящего мероприятия разрабатывались лишь Эль-Митоланами.

В самом доме жизнь тоже не отличалась спокойствием. И в первую очередь трения возникли среди мальчиков. Вероятно, более сдружившиеся Свед и Гермес, на правах старых обитателей решили показать новичку кто в доме хозяин. Так сказать, решить вопрос о лидерстве, на которое претендовал чуть более крупный и напористый Гермес. Как они там разбирались, и кто первый решил применить силу, Бадуш не стал даже выпытывать. Минут пять он с угрюмым сарказмом рассматривал то огромный фингал под глазом у Родерика и его разорванное ухо, то сразу два бурых пятна под глазами и многочисленные ссадины на лице Гермеса, то расквашенный чуть ли не в лепёшку нос Сведа. И только потом задал короткий вопрос:

– Произошло что-то страшное?

За всех, вполне спокойно и безбоязненно ответил Родерик:

– Заигрались и покатились с лестницы.

Свед с обидой взглянул на Гермеса, и уже было открыл рот, чтобы наябедничать, но два других мальчика так грозно на него взглянули, что он только сделал вид что закашлялся. Прекрасно всё понявший Бадуш почесал свою макушку и философски констатировал:

– Надо будет ковровую дорожку купить для лестницы. Давно собирался. Ну что ж, будем ужинать? Далица! Можем садиться к столу?

– Давно пора, - отозвалась женщина из столовой. - Мы с девочками сидим и только вас ждём.

А вот Кремон, вернувшийся в дом уже при свете дня, поступил по-иному. Видимо, лишняя доза алкоголя в организме пробудила настоятельное чувство кого-то перевоспитать. Он, правда, тоже не ругался, но зато долго и дотошно рассказывал мающимся от нравоучений мальчикам весь вред плохого поведения, нетоварищеских отношений и основные принципы взаимовыручки. В результате, когда через два часа Невменяемый всё-таки выговорился и поддался искушению поспать, ребята вышли на улицу потные и утомлённые. А Свед высказал вслух общее мнение:

– Лучше бы он нас побил!

Но и на этом разногласия в доме не окончились. Ещё через день и Гермес, и Свед оказались с поцарапанными лицами, что явилось печальным результатом их попыток поближе познакомиться с девочками. Помимо этого, теперь и у Сведа под глазом наливался красно-бурый синяк. Здесь уже чувствовалась решительная рука Родерика. Теперь уже выяснением всех обстоятельств занялась лично Далица. Проводя длительные беседы с каждым из пяти детей. Бадушу она лишь потом кратко отчиталась:

– Ничего страшного, просто маленькие жизненные недоразумения.

После этого в доме воцарился мир и спокойствие. Но девочки стали ходить за Родериком, словно два разукрашенных хвоста. Ведь Далица их приодела в самые нарядные одежды. А Сведу и Гермесу ничего не оставалось, как двигаться следом и прилагать все свои старания, что бы их приняли в игры и прочие детские развлечения. Просто потешно было со стороны наблюдать, как круглый сирота Родерик выводит во двор свою свиту из таких же сироток и с умным видом начинает распоряжаться и раздавать роли в предстоящей игре. Причём с каждым днём в их коллектив добавлялся один-два ребёнка из соседних домов. Даже с других островов поиграть приходили. Но самое странное, что и старшие, гораздо более развитые ребята, быстро принимали верховенство Родерика. Взрослые только удивлялись как организационным талантам, так и очевидной изобретательности новоявленного детского лидера.

Естественно, когда для этого было время и возможность понаблюдать за детскими, а порой и частично взрослыми играми. В основном большинство новостей они узнавали от Далицы, которая занималась домашними делами и присмотром за неугомонной пятёркой. Из-за нехватки времени поиски тётушки Родерика решили отложить на следующую неделю.

Кремон в своих ночных похождениях показал себя просто отменно, как для гуляки, драчуна и бабника. Причём всегда и везде передвигался по городу не прикрывая своей магической сущности. Но, как ни странно, пока к нему лишь присматривались не вполне понятные господа. Может они являлись лишь посредниками к вербовщикам?

ДВОЙНОЙ УДАР

Как бы там ни было, но на восьмую ночь своего пребывания в столице оба колдуна отправились на рейд столичного порта для проведения тщательно спланированной операции. Перестраховавшись по полной программе. Ведь за домом к тому времени могли тщательно наблюдать, и хорошо, что хоть стационарная защита не позволяла пробираться вовнутрь дома ничьему отделённому сознанию. Но вот в астральном плане дом могли просмотреть. Поэтому оба колдуна навесили тени своих сущностей на детей, оставшихся в доме, а сами через подвал проплыли в канал и только там взобрались, словно угри в гондолу, которой управлял один из матросов шхуны.

Ещё через час они уже находились на борту своего трофея и, уединившись в каюте, перепроверяли поступившие к ним сведения. Действительно, второй караван прибыл поздно вечером из устья Раси и расположился на мелководье речного рейда. Восемь транспортных кораблей, груженных под завязку тюками с мушками, даже не стали заходить в порт. То ли по причине слишком большой спешности намеревались продолжить путь ранним утром, то ли по мотивам повышенной безопасности. Ведь известие об участи их подельщиков, вряд ли могло так долго добираться до ушей контрабандистов.

На берег отправилось лишь две лодки с несколькими людьми и четырьмя Эль-Митоланами. Все остальные несли вахту и отдыхали прямо на кораблях. Среди них удалось насчитать ещё восемь колдунов, которые, в общем-то, не слишком тщательно несли охрану вверенного им имущества. Кто спал, кто пил или играл в карты, но все проделывали это с ворчанием и проклятиями в адрес руководства. Жалуясь и возмущаясь, что им не разрешили даже ступить на берег.

Естественно, несколько Эль-Митоланов могли затеряться между простыми спящими матросами и тщательно просматривать в то же время всё окружающее пространство. Но шиирнадарский порт был воистину огромен и Бадуш надеялся на элементарную удачу.

После дачи подробнейших указаний каждому члену команды, отряд мстителей приступил непосредственно к самой операции. Шхуна, повинуясь ударам шести вёсел, ушла вверх, против течения Раси и скрылась в радужном лунном мареве и поднявшемся от воды тумане. А чуть ниже стоящих на якоре гигантских транспортников обосновалась утлая на вид лодчонка с одиноким рыбаком. На речном плесе эта лодчонка совершенно ничем не отличалась от нескольких десятков ей подобных и ничем не вызывала чьего-либо интереса.

Три часа лишь скрип якорных цепей да плеск рыбы нарушал ночную тишину. Да порывистый шелест поднявшегося, словно по заказу ветерка. А потом, чуть ли не одновременно над всеми транспортными кораблями, взвились с гудением яркие языки пламени. И дружный, панический вопль огласил все окрестности:

– Пожар на борту!!!

Потушить спрессованную из специально выращенных и тщательно высушенных водорослей таблетку, если она уже загорелась, довольно трудно. Разве что, отсекая приток воздуха, или полностью погрузив в воду. Если мушку в момент горения разломать, она ускоряет свое горение с резким повышением температуры пламени. Именно этот принцип и используют драконы при ведении своих боевых действий. Они мелко пережёвывают таблетки, смешивают их со своей легко вспламеняющейся слюной и получается такая опасная и смертельная для всего живого смесь, что даже Эль-Митолану трудно укрыться под всеми магическими щитами от всепроникающего жара. Причём смесь обладает уникальной вязкостью и липкостью, её невозможно сразу же стереть и она некоторое время продолжает гореть даже в воде.

Вот потому-то и существует международное соглашение между всеми странами о запрете продажи воздушным пиратам этого безобидного и крайне полезного во всём мире товара.

На транспортных кораблях драконов не было. Их слюны тоже. Но горели мушки красиво и эффектно. Кое-где попытались бороться с пожаром. Рубая верёвки на стогах с тюками и сталкивая пылающие клубки в воду. Но тут из речного тумана вынырнула несущаяся на всех парусах шхуна. А с её борта последовало несколько залпов из арбалетов. Самые организованные матросы пали, сражённые шуршащими в воздухе болтами. Руководящим тушением Эль-Митоланам пришлось сконцентрировать всё своё внимание на новом противнике. Надводная часть шхуны была буквально искромсана ответными залпами и дробящими таранными ударами магической силы. Но за эти несколько мгновений огонь успел набрать полную силу. Весь караван был обречён. Сумевшие спастись охранники и матросы прыгали в воду и поспешно плыли к берегу. Над поверхностью воды в бешенстве левитировали четыре оставшихся в живых Эль-Митолана. Видимо они пытались отыскать среди сотен мокрых голов виновников пожара.

А рыбачья лодка тем временем, спешно достигла берега. Кремон только и успевал успокаивать плывущих под прикрытием бортов Бадуша и матросов:

– Да не толкайте вы лодку так быстро! Никто ведь за нами не гонится! Я ведь и так только делаю вид, что веслами махаю, а мы несемся, словно запрягли морского змея.

Добравшись до безопасного места, Бадуш раздал довольным матросам вознаграждение и добавил на прощание:

– Переждёте ночь здесь. А утром отправитесь по данным вам адресам. Там вас будут ждать на работу. Если понадобитесь для нового благого дела - сообщу дополнительно.

Уже дома, расположившись у камина и прислушиваясь к поднявшемуся в столице переполоху, Кремон спросил:

– А если они всё-таки не поведутся? И не поверят в причастность речных пиратов к нападению?

– Ещё как поведутся! - резидент с усталой улыбкой отпил гремвин из своего бокала. - Даром я, что ли столько дней кормил этих замызганных арбалетчиков? Их трупы послужат наилучшим доказательствам.

– А если шхуна утонет?

– Не дадут. Да и я отчётливо видел, как один Эль-Митолан из охраны метался по её корпусу. Ещё до утра проведут предварительное следствие, отыщут в каюте все доказательства и…

– Прощай пиратский остров! - воскликнул Невменяемый. На что Бадуш приподнял свой бокал в тосте:

– И что бы другим не повадно было!

ВЕРБОВОЧНЫЙ ПУНКТ

А на следующую ночь к Невменяемому подвалил один из новых приятелей-собутыльников. Сам колдун уже сидел в компании таких же буйных головушек и с внутренним омерзением делал вид, что упоённо похмеляется дешёвым вином. Вставляя иногда в рассказ сидящего с ними наёмника скабрезные реплики и замечания. Наёмник от каждого вмешательства в свой рассказ сбивался и наливался яростью. Пахло предстоящей дракой, а все остальные помалкивали с предвкушением и с нетерпением ждали первого оскорбительного слова. Было заметно, что Кашад Низу, именно под таким именем все знали Кремона Невменяемого, очень злой и готовится расквасить морду первому же попавшемуся под руку человеку.

Поэтому вновь прибывший некоторое время сомневался в целесообразности выхода на сцену в данный момент. Как позже выяснилось, он опасался слишком крупного инцидента, но жадность толкала его на немедленные действия.

– Приветствую всех! - он уселся рядом с Кремоном и быстро зашептал ему что-то на ухо. Но тот демонстративно отодвинулся и пренебрежительно фыркнул:

– Работа?! Да у меня её сколько хочешь! А сейчас я на отдыхе. Отвали!

– Слышь, Кашад! Я ведь серьезно говорю! Разговор идёт о такой работе, что потом до конца жизни отдыхать сможешь.

– Болтать ты горазд! А чего же сам туда не идёшь?

– Может и меня возьмут, - губы трактирного забулдыги в улыбке приоткрыли чёрную дыру между зубами и Невменяемый вспомнил его кличку: "Беззубый". - Только вначале просили тебя привести. Они ещё вчера хотели с тобой побеседовать, да не нашли…

– О! - оскалился уже совсем пьяненький сводник, сидевший с краю стола. - Я вчера Кашада к таким девочкам направил!

– Ты бы поменьше о моих пристрастиях трепался! - рыкнул на него совсем беззлобно мнимый Кашад Низу.

– Так как, пойдёшь к ним в контору?

– Хватит заливать, Беззубый! - рассердился Кремон. - Делать мне больше нечего, как тебя слушать. Да и чем докажешь?

Опять забулдыга склонился к уху колдуна и что-то быстро зашептал. Тот уже с некоторым сомнением предложил:

– Покажи!

На что Беззубый продемонстрировал десять серебряных шлагов.

– Ух, ты, не врёшь. - Кремон с омерзением отставил от себя кубок с вином. - Но может ты нам поставишь по такому случаю приличной выпивки? Раз уж тебе такой аванс выдали за меня?

– Конечно! Половину жертвую в общий стол.

Пять шлагов серебром не так уж много на такую компанию, но сразу на столе появилась разбавленная гремучка и солидная закуска. Что перевело беседу на ступень поглощения угощений. Хотя все подозревали, что Беззубый мог утаить добрую часть заработка, или вторую часть обещанного получит лишь после доставки Кашада к работодателю. Тем не менее, один из собутыльников, крепкий пожилой мужчина, посоветовал:

– Ты не сомневайся, Беззубый никого не обманывал. И многим бойцам хорошую работу нашёл. Особенно в последнее время. И самое главное - все наёмники остались очень довольны.

– Но у меня слишком большие аппетиты! - промычал Кремон с набитым закуской ртом.

На что Беззубый доверительно шепнул ему на ухо:

– Значит, можешь потребовать больше всех…

– А сколько они платят колдунам?

Вновь информация была передана только ему одному. От услышанной цифры Кашад перестал жевать, подбородок у него отвис, а глаза фанатично заблестели. С минуту он что-то напряжённо подсчитывал в уме, а потом недоверчиво переспросил:

– Ещё и трофеи?! - получив утвердительный кивок, залпом допил гремучку из своего кубка и стал подниматься со словами:

– А я за такие жалкие гроши надрываюсь у этого купчишки! Вот жлоб! Пошли немедленно! Может, и я успею этой ночью красиво гульнуть на выданные авансы.

Покидая кабак, он заметил многочисленные взгляды завсегдатаев. Причём сочувствующих и презрительных было намного больше, чем завистливых.

Добирались долго, место встречи находилось в далёком пригороде. В добротной вилле, прочно стоявшей на Большой земле. И огороженной высоким, кирпичным забором. Непосредственно в беседе участвовало пять человек. Из них трое Эль-Митоланы. Кремону уже давно очень хотелось посмотреть на отступников и предателей рода человеческого. Но когда он, наконец, их увидел, то даже разочаровался: самые обычные, ничем не примечательные горожане. Тут же в памяти всплыл образ резидента. И осознание того, что и вербовщики не станут слишком выделяться из толпы. Невольное сравнение вызвало улыбку. На что самый старший на вид Эль-Митолан язвительно откликнулся:

– Что? Не внушаем доверия? А ты бы хотел увидеть перед собой мощных воинов, закованных в сталь и увешанных оружием?

– Ну, нечто подобное…, - протянул Кремон. А про себя отметил: "Опытнейший специалист по эмоциям! Надо не забывать о его умении, но в остальном держать себя развязно и нагло". А вслух спросил: - А кто же ещё может предлагать горячее дельце для настоящих воинов? Да ещё и с солидными трофеями!

Другой Эль-Митолан, с тусклыми бесцветными глазами нравоучительно произнёс:

– У каждого свой кусок общей работы. А конечный итог успешного военного похода зависит даже от такой мелочи, как оперение для болтов арбалета. Поэтому все важны.

Затем озабоченный процедурными вопросами клерк зачитал основные требования к наёмнику, его права и обязанности. Напомнил об индивидуальном для каждого вербуемого размере оплаты. И огласил дополнительные требования заказчика:

– Проходить военную подготовку на территории Ледонии.

– Во всём подчиняться командирам-колабам.

– Быть готовым по первому же приказу воевать против любого государства.

– Здесь, в Шиирнадаре, а потом и в Кихоне пройти проверку на лояльность под Сонным Покрывалом.

Казалось, что Кашад Низу нисколько не смутился, услышав первые три требования, но прямо-таки вскипел и раскраснелся лишь при самом упоминания следственного артефакта. Восклицая чуть ли не с праведным гневом:

– А это ещё зачем?!

На что самый младший из колдунов, спросил с ядовитым сарказмом:

– Молодой человек! Уж не думаешь ли ты, что твои мерзкие и неблаговидные поступки в Южных Княжествах нас хоть на медный шлаг интересуют? И что мы выдадим тебя одному противному, заплывшему жиром князьку?

Пришлось с затравленным видом согласно кивнуть головой.

– Вот видишь, понимаешь! Может, есть иной смысл что-то скрывать?

Кашад Низу задумчиво покряхтел и снова не ответил. Лишь пожал плечами.

– Действительно - нечего. Тогда можешь садиться под Покрывало с чистой совестью.

Тут же слово взял специалист по эмоциям. Видимо он любил и умел торговаться:

– Теперь давай предварительно оговорим сумму твоей оплаты.

– Давай! - согласился Кашад с загоревшимися глазами и тут же воскликнул: - Хочу получать триста тысяч золотых шлагов в год!

В ответ все пятеро вербовщиков от души и громко рассмеялись. И лишь немного успокоившись, тусклоглазый добродушно пояснил:

– Понимаешь, таких денег у нас никто не получает. И не получал. Ты слышишь? Ник-то! Ни-ког-да!

– Зато я самый лучший, сильнейший и непобедимый! - гаркнул Кашад Низу, багровея от злости. - И если найдётся хоть один, кто меня победит, готов получать половину его жалования!

– Договорились! - чуть ли не хором воскликнули все Эль-Митоланы и радостно переглянулись. Уж завтра лучшие воины покажут этому новичку свою мощь. - Тогда с утра выходишь на наш внутренний ринг и демонстрируешь своё мастерство.

– Согласен.

Будущий наёмник ответил с некоторой неуверенностью. И четверо вербовщиков приняло это за страх перед завтрашними поединками. Но лишь специалист по эмоциям уловил явное разочарование, идущее от молодого колдуна. И относилось оно к тому, что этой ночью он никак не сможет вернуться в кабак с полученным авансом и продолжить бесшабашную гулянку. Придётся спать на новом месте и копить силы на утренние поединки.

"И то хорошо! - подумал опытный вербовщик с одобрением. - Ответственный парень! И вовремя умеет подавить свои низменные инстинкты. Для общей дисциплины - это весьма важно".

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ

Так и пришлось заночевать в загородной вилле. Хотя на условия жаловаться не приходилось. Вербовщики не поскупились ни на славный ужин, ни на роскошные и чистые покрывала на широкой постели. Сразу было заметно, что приём подобных гостей у них поставлен на широкую ногу. Не жадничают, пытаются вести себя солидно и с великодушием. Значит, средствами оперируют немалыми. Точнее, очень и очень крупными деньгами они ворочают. Вот бы выяснить, откуда идут эти денежные потоки. И как? И через кого? Ведь не могут сами бароны в своём государстве содержать вербовщиков на свои средства. А может они просто предоставляют Ледонии ссуду? Тогда под какие закладные это делается? Возможно, им пообещали нечто грандиозное в будущем?

Ответов на все вопросы не было. И никто не собирался выкладывать нужные сведения на протянутой ладошке. Бадуш Шиндар не пытался подкупить даже клерков, которые могли бы что-то подслушать в зале заседаний Верховных Баронов. А уж о каком-то влиянии на самих баронов, не могло быть и речи. То есть о связях, договорах и конкретных направлениях сотрудничества между Ледонией и Баронством Радуги, в Энормии могли только догадываться. Бадуш лишь пожаловался Невменяемому, в один из первых дней прибытия в столицу, что основные сведения собирают не разведчики, а представители посольства Энормии. И делают это на самых заурядных и банальных пьянках. Когда упившиеся вусмерть работники канцелярий и министерств выбалтывают всякую всячину. А от разведки почти нет толку. На что Кремон шутя, предложил просто-напросто похитить одного их Верховных и элементарно выпотрошить из него все тайны. Как ни странно резидент с этим согласился, но добавил, что на такое они пойдут только в самом крайнем случае.

На завтрак можно было брать что угодно. Только Невменяемый умерил свой аппетит, резонно опасаясь предстоящих испытаний. Хотелось сразу же и навсегда закрепить за собой звание лучшего и непобедимого. А полный желудок вряд ли поможет такому стремлению.

С самого подъёма все три Эль-Митолана вербовщика не отходили от молодого кандидата ни на шаг. Знакомя с распорядком дня, зачитывая правила и разъясняя систему увольнительных, режим тренировок и основы взаимоотношений между наёмниками. Как ни странно, но Кремону организация жизни на вербовочном пункте весьма понравилась. На первый взгляд, по крайней мере. Чувствовалась продуманность каждого момента, соответствие каждой детали насущной необходимости и просматривалась уверенная рука талантливого организатора.

На внутренний плац колдуны-вербовщики вывели Кремона в разгар начавшихся тренировок с оружием. Не с настоящим конечно, а с точными копиями, изготовленными из утяжелённых пород дерева. Естественно, что без единого намёка на режущие кромки и заострённые наконечники. Вместо них острия мечей заменяли округлые набалдашники.

– У нас весьма строгие указания об избегании травматизма в процессе тренировок.

Кремон, ещё не считавший себя обязанным разговаривать вежливо со старшими в иерархии центра, пошутил:

– Это потому, что никто ещё не отработал выданных авансов?

– Не только. Мы хотим донести до сознания каждого: никто и никогда не подвергнет жизнь наёмника той опасности, которую можно избежать. Ни один полководец не должен считать своих бойцов расходным материалом войны и посылать их не гибель во имя своих амбиций или для прикрытия своей некомпетентности.

– Ого! Мне нравится такой подход. И кто же проводит в жизнь такие обнадёживающие тенденции?

– С высшим командным составом наёмник знакомится лишь после подписания контракта.

– Логично! Только вот…, - Кремон хотел ещё поговорить на тему нововведений, как заметил в углу плаца группу женщин. Они тоже отрабатывали приёмы обращения с холодным оружием. Но не это поразило парня. Женщин хватало среди наёмников везде и во все времена. Ему сразу бросилась в глаза необычайно красивая и яркая девушка. Она и так привлекала всеобщее внимание своей гибкостью, изяществом и совершенством. А врождённая смуглость кожи лишь дополнительно притягивала взоры. Но вдобавок на ней была такая короткая кожаная юбка, что при некоторых движениях легко просматривались и трусики. Сразу становилось понятным, что она Эль-Митоланша. Потому что только они могли себе придать вид восемнадцатилетнего совершенства. А в корпуса наёмников никогда не принимали особей моложе двадцати двух лет.

Сопровождающие вербовщики сразу поняли замолчавшего кандидата и чуть ли не одновременно вздохнули. Причём вздохнули так многозначительно, что нельзя было разобрать, что их гнетёт больше: недовольство, вожделение, отчаяние или безысходность. Но слюнки стали глотать почти все. Самый старший вербовщик заговорил сухим, официальным тоном:

– Сразу предупреждаю категорически: в корпусе запрещены фривольные отношения в период знакомства.

– Как это? - совершенно растерялся Невменяемый.

– А так. Запрещены подмигивания, свист женщинам вслед и любые скабрезные комментарии. За нарушение - штраф в десять золотых шлагов.

– Ого! За что?! За простое подмаргивание?! Да у вас тут что, пансион придворных девственниц?! - возмутился Кремон.

В корпусах наёмников интимные связи никогда не запрещались. Никогда пары не разделялись, даже в бою. И всегда создавались условия для отработки контракта совместно. По возможности обеспечивали отдельным жильём. Естественно, что услышавший о таких строгостях выходец из небольшого Южного Княжества просто обязан был возмутиться. А уж такой ловелас, гуляка и скандалист, каким себя показал в последнее время Кашад Низу, мог просто развернуться и уйти из вербовочного центра с вполне понятным негодованием.

Теперь уже в объяснения ударился вербовщик с тусклыми и невыразительными глазами:

– Понимаешь, Кашад, наше командование борется за категорическое равноправие полов. Естественно, если тебе понравится кто-то из женщин и ты очень деликатно… Хочу особенно повторить это слово: деликатно!…Дашь ей знать о своих симпатиях - ничего страшного. Всё в порядке вещей. Если тебе ответят взаимностью, делайте что хотите. Но если женщина тебя отторгает и игнорирует твои, опять-таки, деликатные, намёки, ты не имеешь право ни возмущаться, ни мерзко шутить, ни тем более полагаться на свою мужскую силу. И наши женщины этими правилами пользуются в полной мере.

– Каким образом?

– Заметил ведь ту красавицу?

– Ещё бы! К ней и слепого потянет! И калека к ней поползёт! Да и вообще: ей место возле королей, баронов и князей.

– Вот именно! - опять вздохнул старший вербовщик. - Признаться, именно по причине её умопомрачительной внешности мы бы предпочли её здесь не видеть. Но у неё такой чёрный послужной список, что любой богатый человек предпочтёт спать в Гиблых Топях, чем с ней. Особенно после знакомства с её характером.

– Да кто она такая?

– Она из Менсалонии. Зовут Золана. Двадцать восемь лет. Молодая, да? Но ещё до того, как прошла обряд Воспламенения убила на гладиаторских аренах сотни бойцов разного пола. А когда стала владеющей тайнами мироздания, ещё больше оставила за собой кровищи. На её счету десятки заказных убийств. Причём весьма громких и скандальных. Даже в Энормии она таких дел натворила, что слабо верится. Но всё-таки смогла уйти от погони и преследования королевской охранки.

– Но она и вначале была такой красавицей? - криво улыбнулся Невменяемый, думая про себя: "Похоже действительно редкостная и ядовитая змея. Жаль, что про таких уголовников, как она, мне дать информацию просто не успели".

– Конечно, внешностью своей она занимается постоянно. Но и боец она просто уникальный. И на достигнутом не останавливается. Постоянно совершенствует своё воинское мастерство. Уже не говоря о магических талантах. Если можно так выразиться, наш командир в ней души не чает.

– А почему "если можно"? Влюбился что ли?

– Кашад, не будь таким любопытным. Всему своё время.

– Понял. И осознал. Что к этой менсалонийке лучше не подкатывать. А не то выгонят из корпуса.

– Да нет, - опять старший вербовщик скорбно улыбнулся. - Вся сложность именно в ней самой. Всех предупреждаем очень строго, но от вашего брата редко добьёшься дисциплины. Так и норовят все руки распустить. Как следствие, у нас тут жуткие скандалы и двое похорон.

Кандидат в наёмники весело стрельнул глазами в сторону тренирующейся красотки и ехидно спросил:

– Что, кто-то умер от любовных переживаний?

– Если бы. А то два простых бойца скончались от её ударов. А потом ещё и Эль-Митолана покалечила изрядно. Еле спасли дурака. Пятьдесят лет живёт, а ума не набрался. Решил её обездвижить да по попке похлопать.

– Вот она какая…! - теперь уже южанин смотрел на менсалонийку с опасливым уважением. А вербовщики перевели разговор непосредственно к испытаниям.

– Пока будем проверять лишь твое воинское мастерство. Для начала и этого хватит. Кто тебя победит, половину жалования того, ты и получишь.

Кашад Низу презрительно улыбнулся:

– Пока мы здесь болтали, я не рассмотрел ни одного порядочного воина.

– Отлично. Тогда выбирай оружие. А мы тебе будем назначать противника.

Парень со снисходительной улыбкой подошёл к пирамиде с деревянным оружием и выбрал два хоста. Крутанул ими в воздухе, проверяя балансировку, и удовлетворённо кивнул. Тем самым, показывая, что готов к бою.

По знаку руки один из наёмников приблизился к группе и получил указание атаковать Кремона. Вместе с предупреждением:

– Смертельных ран не наносить. И постарайтесь друг друга не калечить. Слишком уж…

Само собой, затягивать поединки не имело смысла. К чему тратить силы и играться со слабыми соперниками, если в финале обязательно надо будет напрягаться с самым сильным и опытным? Только вперёд! Естественно: экономя силы и не рискуя напрасно. Ведь даже заведомо слабый дуэлянт может нанести коварный и трудно отразимый удар.

За короткое время южанин легко победил четверых соперников. Тратя на них не более нескольких взмахов хостами. Такая техника ведения боя поразила не только вербовщиков. Почти на всём плацу занятия прекратились, и наёмники стали подтягиваться к месту испытаний нового кандидата.

На пятый поединок вышел уже сразу десятник. Причём весьма опытный и умелый воин. Он с трудом, но сумел выстоять атаку Невменяемого и тут же бесстрашно перешёл сам в нападение. Не прочувствовав, что противник и не собирается защищаться. Сшиблись они телами знатно, сцепились и несколько раз прокатились по земле. А потом оба замерли. Десятник в позиции напоминающей отжим лёжа, а Кашад Низу - прижимая коленкой позвоночник соперника и держа оба хоста снизу и сверху его шеи. Очень красивые и эффектные ножницы получились. Все так явственно и представили: протяни южанин свои мечи в стороны и голова десятника покатится по земле, словно отброшенная тыква.

Затем новичок оставил поверженного противника, отошёл в сторону и многозначительно посмотрел на вербовщиков. А потом и демонстративно зевнул. И тут же услышал женский голос:

– Господин комендант, разрешите мне?

В образовавшийся круг вышла менсалонийка. При этом она игриво виляла своим задком и чуть ли не томно облизывала свои пухлые и соблазнительные губки. А уж длинные ресницы так и порхали невинно, словно в предвкушении первого поцелуя. При одном виде этого прелестного создания сразу на лица большинства мужчин наползла глупая улыбка. И само оружие в их руках показалось кощунственным и неуместным.

Эль-Митолан, с тусклыми и невыразительными глазами, к которому обратилась девушка, чуть задумался. И лишь потом, с некоторой неохотой, дал отмашку на добро. Такое поведение ещё больше насторожило Кремона, и он лишь удвоил осторожность.

Девушке подали две длинные и узкие рапиры, видимо её любимое оружие. Концы этих деревянных образцов тоже были закруглены, но ведь убить человека можно и пальцем.

Да и владела рапирами менсалонийка просто потрясающе. Невменяемый невольно залюбовался тем изяществом и стремительностью, с которой на него повелась мощная атака. И чуть не прозевал опаснейший и коварный выпад из, казалось бы, неудобной позиции. Причём удар был весьма грязным и подлым для такого поединка. Бывшая наёмная убийца метила в глаз. С явными намерениями лишить этой нужной и привычной части тела.

Тут уже парень перестал любоваться грацией и фигурой сексапильной смуглянки. Вдобавок в памяти всплыли слова о кровавом следе, который менсалонийка оставила в Энормии. Этого оказалось вполне достаточно, что бы представить перед собой самого ярого и заклятого врага. Взрывной каскад приёмов и напоследок удар со всей силы ногой в брюшную полость, отбросил наёмницу Эль-Митоланшу в гущу других наёмников. В другой момент они бы и не отказались прикоснуться к её телу хотя бы таким образом, но сейчас раздались в стороны, словно капельки ртути, от руки человека. С хрипящим стоном девушка ударилась о земь и прокатилась, роняя свои рапиры. Дух из неё вышибло отменно. Но всё равно она попыталась вскочить на ноги и атаковать с помощью магии. Все три вербовщика заступили Кашада Низу к тому времени своими телами, поставили приготовленные щиты и дружно крикнули:

– Стоять!!!

С минуту бешенные, потерявшие всякую человечность глаза буравили вставших у неё на пути колдунов. И лишь потом она сделала первый, судорожный вздох. Похоже и обстановку стала оценивать более трезво. Потому как прокашлялась, сплюнула кровь из рассечённой губы и с сарказмом добавила:

– Победил… Пока!

Судя по тому, как комендант центра не сдержал облегченного вздоха, стало понятно, что вот именно этого он и боялся больше всего. Мало того, что победить наёмница пыталась со смертельным исходом, так она и проигрывать не умела. Да и не любила. А скорей всего ненавидела всех, кто мог оказаться сильней её. Поэтому в момент ярости могла сотворить что угодно. Редкая натура по подлости, коварству и ядовитости.

Когда все стали убирать магические щиты, Кашад нагловато заявил:

– Жаль, не догадался потребовать гораздо большую оплату.

Говорил он тихо, только для вербовщиков. Но самый старший из них, ответил тоже не громко, только для него:

– Хотели тебя пожалеть, но раз ты так настаиваешь…

Все подняли взгляды на второй этаж здания, а комендант уважительно попросил:

– Господин Дорнесс, не хотелось вас беспокоить, но больше некого.

Оглянулся и Кремон. На балконе второго этажа стоял неподвижный и внушительный воин. Видимо он с самого начала наблюдал за ходом поединков. Лет пятидесяти, грузный, массивный, напоминающий скорее скальной нарост. Даже его лицо, изборождённое шрамами, напоминало иссеченный ветрами каменный выступ. Казалось, возжелай кто-то прикоснуться ладонями к его чертам, то обязательно порежется об острые грани.

– Иду, господин комендант.

Когда Дорнесс спустился вниз и оказался рядом, у любого здравомыслящего человека сразу пропадало желание бузить, спорить и просто разговаривать. О сражении с ним и говорить не приходилось.

Комендант коротко представил их:

– Это новый кандидат в наши рябы Зовут его Кашад Низу. А это наш сотник. Ветеран. Самый непобедимый наёмник всего Баронства Радуги.

Ни один мускул не дрогнул на лице сотника. Даже губы не пошевелились. Лишь челюсть чуть провисла вниз, а слова вылетали, словно из бочки:

– Может и не самый. Да и этот малый - великий боец. Его манера боя мне напоминает лучших фехтовальщиков Энормии. Там учился?

Что оставалось отвечать? Видать действительно опытнейший мастер клинка, раз так верно подметил стиль и школу. Но ведь Кашаду Низу это ничего не ведает. Он ведь и не бывал там никогда. Поэтому южанин лишь презрительно скривился в ответ и произнёс:

– В гробу я видал вашу Энормию!

На секунду воцарилось невероятная тишина. Показавшая, что ответ не совсем верный. Даже комендант как-то нервно хмыкнул, пытаясь разрядить обстановку. И добавил, словно извиняясь:

– С Южных Княжеств он…

– Угу…, - прогудел сотник. Но тут же с угрожающей злостью продолжил: - Я хоть и ненавижу Энормию больше всего в жизни, но запрещаю в моём присутствии выражаться пренебрежительно в адрес самого сильного государства нашего мира. Понятно?

Пришлось держать выбранный тон до конца:

– Сильного! Ха! А чем докажете?

– Тем, что я там проходил обучение и получил своё мастерство.

– Да? - тут же Кремон понизил голос и спросил у вербовщиков: - А сколько получает господин сотник?

– Столько же, сколько хочешь получать ты, - последовал ответ.

– Тогда я тем более не вижу смысла проигрывать ему в поединке. Будем сражаться?

– А в чем, собственно дело? - попытался вникнуть в ситуацию ветеран. Старший из Эль-Митоланов, привстал на цыпочки и прошептал всю суть предварительного разговора о деньгах на ухо Дорнесса. Напоследок спросив вслух:

– Так что будем делать?

– Ха, ха! - без заметных внешних эмоций хохотнул сотник. - Я бы ему заплатил. Он того стоит. Но могу и срезать заработок наполовину.

– Вот и прекрасно! - повеселел комендант. - Выбирай оружие.

– Без оружия! Кулачный бой! Или борьба! - громко огласил лучший наёмник Баронства. - Лучше ему потом пару костей срастить, чем всё тело сшивать.

Все вокруг загудели, одобряя выбранный метод боя. Послышались и некоторые возгласы:

– Удушит как цыплёнка! Или в узел завяжет! Но уж поломает точно! Туда ему и дорога!

Последнее восклицание высказала женщина. И без сомнения голос принадлежал обиженной поражением менсалонийке.

Оба соперника разошлись чуть в стороны присматриваясь друг к другу. Силён сотник, силён. Вот он расставил свои руки чуть в стороны, и они стали похожи на вырванные с корнем деревья. В тиски между этими деревьями попадёшь - не вырвешься. Значит надо ловить эту каменную скалу на контратаках. Это при условии, если он станет атаковать.

Прекрасно это понимая, Дорунит стоял на месте. Не преминув даже поддеть молодого парня:

– Атакуй! Ведь это тебе надо меня победить.

Подобная заявка не соответствовала действительности, но ведь и пассивность могут принять за трусость и засчитать поражение. Поэтому пришлось дать несколько кругов вокруг Дорнесса. Присматриваясь и приноравливаясь к атаке. Кого-то он сильно напоминал. Именно своей несокрушимостью, мощью и непробиваемостью. Вначале Кремон никак не мог сопоставить сравнения, а потом его озарило: точно так же стоял в тренажёрном зале новый Истукон. И точно так же скрывал всё своё оружие и опасность до того, пока не начинал двигаться.

Вот и сотник пока ещё не начинал двигаться. Тем более что он не бездумное механическое чудище, а хитрый и опытнейший ветеран. Переживший не одно кровавое побоище. Значит, все опасности у него ещё припрятаны. Но, как ни странно, лихорадка предстоящего боя неожиданно сменилась твёрдой и расчётливой уверенностью: Истукона победил, значит и с этим справлюсь. Вот только надо найти самое слабое место у противника. И потом срубить как Истукона.

Только где это слабое место найти? Кремон продолжал медленно обходить скалообразного человека. Тот умудрялся стоять к нему лицом, словно его крутили на подставке.

Невменяемый зачастил шагами, приблизился к линии атаки и нанёс два молниеносных удара в голову соперника. Цель достигнута. Но костяшки пальцев сразу заныли, словно и вправду соприкоснулись с камнем. Сам Дорунит вроде и не шелохнулся, но его корявая правая рука неожиданно взлетела снизу и наподдала завихрением воздуха. Сотник явно ждал подобной атаки и ему не хватил всего лишь мгновения, что бы встретить Кремона крюком.

Следующий подскок и удар достиг грудной клетки ветерана. Тот даже не екнул. Хотя кулак опять пострадал.

А дальше Кремон понял, что надо делать. Как отвлечь противника от основного удара. Для этого он стал применять смешанный стиль боя, нанося противнику удары и руками, и ногами, и головой. Всё больше и больше вгоняя сотника в гнев. Делая вид, что хочет своими комариными укусами сокрушить незыблемый бастион. А сам, готовясь к задуманному ходу. И таки дождался того момента, когда ветеран бросился за ним вдогонку, пытаясь достать якобы замешкавшегося новичка.

Дорнесс сделал несколько широких шагов, настигая противника, но тот вдруг сложился, словно мячик в воздухе, а в следующее мгновение распрямился как пружина. И одновременно двумя ногами нанёс неотразимый удар по правой коленке сотника. И на эту ногу как раз приходился упор всего огромного тела.

Казалось, ничего особенного не произошло. Дорнесс отскочил назад и замер в боевой стойке. Но в повисшей тишине все отчетливо расслышали скрежет зубов. Таким образом ветеран пытался скрыть корёжащую его сознание боль. Но нога была повреждена однозначно. И к тому же основательно.

Эль-Митоланы вербовщики это поняли сразу. И кто-то из них стал прокашливаться, чтобы высказать своё решение, но Кремон их опередил:

– Господин Дорнесс, теперь ваша очередь атаковать. Мне ведь главное - не быть побеждённым. Напрасно я поддаюсь на провокации и бегаю с места на место. Теперь вы свой шанс ищите в атаке.

Скрип зубов прекратился, и матёрый ветеран стал шевелить ступнями, перераспределяя тяжесть тела на здоровую ногу. С его опытом он смог бы атаковать и с отрубленной конечностью. Вот только вряд ли он догонит вёрткого и совершенно неповреждённого соперника. Комендант это понял и громко скомандовал.

– Испытания окончены! Всем продолжить занятия! Господин сотник, пройдёмте с нами в административный отдел. Подумаем вместе над дальнейшими испытаниями.

– Хорошо. Иду. - Лаконично ответил сотник, но было понятно, что он не решается сдвинуться с места, так как сразу же все удостоверятся в его переломе.

Оба других вербовщика моментально сообразили, что к чему, и стали поощрительно похлопывать Дорнесса по плечам, якобы восторгаясь:

– Здорово! Ты от его ударов даже не пошевелился! Но вот если бы ты его кулачищем подцепил…!

А сами тем временем сконцентрировали силы своей левитации на пострадавшем теле. Сотник сразу почувствовал облегчение и смог, совершенно не прихрамывая войти в здание вместе со всеми. Там уже комендант сразу скомандовал:

– В лазарет!

Когда ветеран улёгся на кушетку, все четыре Эль-Митолана засуетились возле повреждённого колена. Как ни странно, но именно Невменяемый оказался полезней всех. Что тоже вытекало из огромной массы натолканных в него сведений и умений. Поэтому именно он вначале квалифицированно обезболил место повреждения. Ориентируясь при этом на дрожащий мизинец ветерана. Вероятно, его когда-то подрезало или переломало в бою, потому что только он выдавал состояние Дорнесса. Когда дрожь утихла, тщательно осмотрел повреждение и уже вместе с другими колдунами устроил консилиум. В результате коротких споров приняли самое верное решение, и заключили осколки треснувшей коленной чашечки в специальное поле-лубок. Затем Кремон влил в ногу часть своих регенерирующих магических свойств и приступил к послеоперационным консультациям:

– Три дня не прыгать, ходить крайне осторожно, ни в коем случае не ставить ногу жёстко и прямо. Только в чуть полусогнутом состоянии, словно крадётесь. Каждый день на просмотр, надо будет подпитывать энергией лубок. Если и я буду здесь - тоже хочу наблюдать за срастанием чашечки.

– Что значит "если буду"? - насторожился специалист по эмоциям.

Кремон ответил лишь после тяжёлого вздоха:

– Гнетут меня тяжкие сомнения по поводу вашей платежеспособности.

– М-да? - скривился в усмешке комендант. - С чего бы это вдруг?

– Да вот смотрю я на вашего сотника, и представить себя не могу на его месте. Что бы я за такие деньги себе ноги ломал на плацу? Да никогда в жизни!

Дорнесс тем временем встал и осторожно притаптывал на месте. Услышав восклицания парня, впервые изобразил на лице некое подобие улыбки:

– А ведь я сразу предупредил: лучше заплатить. Зато теперь меня не будет три дня в строю… И кто меня заменит?

– Да нет, - тут же деловым голосом возразил Кремон. - Покрикивать, ругаться и прохаживаться вдоль строя можно сколько угодно. Главное…

– Да понял он, понял! - стал неожиданно раздражительным комендант. - Не мальчик, что бы прыгать. Но ты нам лучше признайся: где ты так врачевать научился?

– О! В этом мне повезло несказанно! - стал хвастаться мнимый Кашад Низу. - Полгода я обучался у великого шамана одного из племён Пустыни Умирающих Духов. Ходят упорные слухи, что эти племена доходят порой до Южного полюса и там общаются с духами таинственных сентегов. И те их учат очень многому. Так вот этот шаман действительно умел творить чудеса, Например, ладонями накрывал отделённый от руки палец, и через десять минут палец прирастал обратно. Разве что резко двигать им не рекомендовалось. А меня шаман обзывал тупым и безмозглым.

– Надо же! - некоторое время вербовщики переглядывались между собой, а потом высказались. - Если ты и в других дисциплинах магии такой же "тупой и безмозглый", то пожалуй сможешь рассчитывать на требуемую тобой оплату. Хотя окончательно будет решать наш командир.

– Понятно. Но раз я буду получать такой приличный заработок, то и должность должна быть соответствующей. Какую мне предложите?

– Молод ещё! - фыркнул специалист по эмоциям. - Да у нас ветераны в рядовых ходят!

– Ой! - тоном базарной торговки тут же подхватил Кремон. - А сколько ветеранов-то полегло в сече лютой, так и не став командирами. Так и хоронили их рядовыми. А то бывали случаи, что и десятники от старости умирали, так и не став сотниками. А порой и сотники, генералами становились лишь на смертном одре.

И уже нормальным, сокрушающимся тоном добавил:

– Чего только бабки не рассказывают.

Эль-Митоланы выжидательно уставились на Дорнесса. Подбородок его чуть отвис, и вылетели слова:

– Десятником пойдёшь. Для начала… Если магические испытания пройдёшь.

– Ну вот, совсем другое дело! - обрадовался Кашад Низу с непосредственностью прожжённого южанина. - Когда продолжим?

– Как только пообедаем. - Пообещал комендант. - Но учти: перед подписанием контракта тебя ещё ждёт Сонное Покрывало и собеседование с командиром.

– Ага, это с тем самым, что души не чает в злобной менсалонийке?

– Именно.

– Да я готов хоть сейчас.

– Видим, что ты готов. Осталось только дождаться приказа командира о твоей судьбе. А пока, идёмте все вместе в столовую! Пообедаем чуть раньше, что бы не мешать личному составу.

– О! - воскликнул Кремон. - Вот теперь я вам покажу, что такое настоящий обжора!

На территории вербовочного центра, у самого края, находился подземный ангар. Укреплённый по всем правилам магического искусства и имеющий массу стационарных поглотителей шума и сотрясений. Именно там и проходил второй этап испытаний Кашада Низу. Теперь уже как владеющего тайнами мироздания.

Присутствовало теперь уже человек десять. Они расселись за столами в начале длинного помещения, а большое, затемнённое зеркало осталось за их спинами. Подобные стекла распознавались молодым колдуном безошибочно, в Каменной Радуге таких магических средств было несколько. Они обладали вязкой защитой против отделённого сознания, но при опредёлённом умении можно было использовать и их недостатки. Поэтому, проверив пространство за зеркалом на ментальном уровне, Кремон заметил две сущности. И сразу понял, что на смотрины лично пожаловали представители командования. Скорей всего, колабы. Собственными персонами. А может не персонами? Может цилиндрами? В подобных семантико-логических построениях Невменяемый ещё не успел усовершенствоваться, поэтому с внутренней усмешкой дал окончательное определение: "собственными сущностями".

Проверяли долго, скрупулёзно и тщательно. Причём приказы следовали один за другим, быстро, не давая время на раздумья и заставляя тело двигаться в чисто автоматическом режиме. Что было для проверяющих довольно легко, ведь они зачитывали команды из длинного списка.

А вот для Кремона просто необходимо было успеть "профильтровать" каждую команду через жёсткую сетку определений. Ведь как выходец из Южных Княжеств он просто был вынужден знать основные, характерные для того региона магические манипуляции с энергией, некоторые нюансы и хитрости которые можно получить лишь там, и показать значительный пробел в тех знаниях, которые получали Эль-Митоланы Энормии. И последнее было сделать очень трудно. Но необходимо.

Ведь только такой ветеран как Дорнесс, запросто мог оценить не только школу фехтовального мастерства, но разнообразие магических навыков и приёмов. И ведь об этом сотнике ничего известно не было. Не говоря уже обо всех остальных присутствующих. Кто они? Откуда? Где получали образование? Что знают, а чего нет?

Вопросов масса, ответов ноль.

Но самые хитрые, тайные, сложно выполнимые и вообще несуществующие в арсенале боевого мага Энормии действия, Кашад Низу ловко и, главное моментально, игнорировал. Порой демонстративно впадая в ступор или ошарашено мотая головой из стороны в сторону. Да ещё и восклицая при этом:

– Издеваетесь?!

Или удивлённо переспрашивая:

– Просто закипятить воду в том ведре? Шутите!!!

– Разве можно Связывающую Паутину превратить в стекло?

– Сделать зажигательный шарик невидимым? Не смешите меня!

Через три часа кандидат остался без капли энергии и испытания завершили. А комендант стал подводить итоги:

– Не скрою, ты нас поразил. Есть в тебе силища не мерянная. Да и по времени ты очень долго держался. Только вот знаний у тебя многих не хватает…

– Так подучусь! - с уверенностью воскликнул Кашад. - Я очень быстро всё схватываю.

– Ну, пока ты ещё наверстаешь все знания… Вот тогда и пересмотрим договорённость об оплате. А пока мы тебе предлагаем тоже вполне реальный заработок…

В образовавшуюся паузу молодой кандидат вставил с резкой озлобленностью и упорством:

– Ещё чего?! На меньшее я не согласен! И то: с обязательным пунктом, в котором будет оговариваться пересмотр суммы через год.

– Но ведь ты сам видишь, скольких команд ты не выполнил!

– Зато я ещё знаю много такого, о чём вы не спрашивали!

– Скорей всего - это второстепенные умения.

– Ерунда! В бою я разорву любого! - от бешенства и еле сдерживаемой ярости Кремон даже стал брызгаться слюной. - И вообще, мы с вами договаривались о поединке! Как только восстановлюсь, готов сразиться с любым! И никакие ваши хитрости вам не помогут! Зажарю, как отбивную!

– Спокойно, Кашад, спокойно! - специалист по эмоциям даже подошёл к Невменяемому и по-отечески похлопал по спине. - Зачем так нервничать? Ведь так вопрос ставится исходя из реальных наблюдений и оценки твоих умений. Командование скажет своё заключительное слово, мы тебе его чуть ли не сейчас и поясним. И ведь у тебя остаётся возможность элементарного отказа.

– Конечно!

– Вот видишь. Ты просто говоришь, что тебя эта оплата не устраивает, мы с сожалением разводим руками, и ты волен идти куда тебе заблагорассудится. Но ведь и ты прекрасно понимаешь: нигде и никто тебе не даст даже половину из того, что ты просишь.

– Ещё как понимаю! - огрызнулся кандидат всё с тем же упрямством. - Но и вы соображаете не хуже меня. И лучшего бойца чем я, вам не найти никогда.

– Незаменимых людей не бывает…

– Вот и заменяйте меня кем угодно!

Комендант, молчавший во время этого разговора, резко оживился и потребовал:

– Садись напротив меня. Вот так… А теперь перечисли все те свои знания и способности, которые мы не видели сегодня.

– Ладно, - с некоторым сожалением согласился Кашад. - Хотя мне и нравится иметь в запасе нечто оригинальное на чёрный день, но если иначе не получается… Да и всё равно вы о моих секретах выведаете под Сонным Покрывалом.

– Вот именно! Хотя там мы будем проверять лишь твою лояльность к корпусу и твоё неукоснительное соблюдение каждого пункта контракта.

– Тогда слушайте…

Больше часа у Кремона ушло на перечень своих талантов, а то и на демонстрацию самых оригинальных действий. Для этого один из присутствующих Эль-Митоланов щедро снабдил кандидата магической энергией. И в заключении, по итогам всего увиденного, экзаменаторов таки проняло окончательно. Хотя комендант всё-таки переспросил:

– Это всё?

Кашад пожал плечами:

– Ну, может и осталось несколько несущественных мелочей. Так ведь они уже роли не играют. Верно?

– Верно, - тут же согласился комендант.

Затем он прихватил с собой трёх коллег, сотника и вышел из ангара. Как тут же определил Кремон, в то самое помещение, что находилось за огромным зеркалом. Ну что ж, пусть совещаются. Но стоять на своём условии надо до последнего. Ни одного шлага меньше! И пункт о пересмотре жалования через год - тоже не забыть! Уж к тому времени ему вполне будет по силам занять должность сотника, или нечто схожее. А жадность - единственное негативное качество, которое нужно постоянно выставлять напоказ. И даже им бравировать. Иначе в среде наёмников будешь выглядеть, как белый колаб.

Целый час Кремон занимался словоблудием с оставшимися с ним в ангаре людьми. Под видом непринуждённой беседы каждый пытался вытянуть из собеседника как можно больше сведений. Невменяемому задавали вопросы о детстве и юности Кашада Низу, но тот упорно переводил разговор на то, кто, сколько получает и за что именно. Не забывая при этом хвастаться своими недавними подвигами, а также хваткой, смекалкой и сообразительностью.

Когда в ангаре, наконец, появился комендант с группой сопровождения, вид у всех был скорей озадаченный. Кроме сотника Дорнесса, естественно. Тот как всегда выглядел так, словно находился в каменной маске. И когда он молчал, то на лице двигались лишь веки, время, от времени смаргивая и смачивая тем самым глазные яблоки.

Далее всё делалось молча. На стол перед Кремоном положили два приготовленных листа с текстом. И огромный, полный кошель. Договор отличался внятностью и лаконичностью. Отдельным пунктом внизу оговаривалась возможность пересмотреть величину заработка через год. Кошель отличался солидностью и невероятной пузатостью.

Перечитывая договор по второму и третьему разу, Кремон не смог сдержать охватившего его волнения. Пришлось чаще косить глазами на кошель и делать вид, что это именно сей объект, пробудил дремлющую алчность и разгорячил молодецкую кровь. На самом деле Невменяемый сразу понял одну важную деталь. И понимание пришло одновременно с прочтением последнего пункта в договоре. Однозначно: колабами запланирована весьма важная и грандиозная операция. И состоится она именно в течении года, считая с этого момента! А значит, у них в Ледонии уже готовятся к чему-то полным ходом. А значит, времени на выполнение основного задания может оказаться катастрофически мало. Успеет ли он найти трактат Установки? Или на его долю выпадет лишь предупредить о грядущей опасности и указать место и направление удара?

Но отступать уже было некуда. Он требовал - ему всё предоставили. Поэтому Кашад Низу облизнул пересохшие губы и довольно улыбнулся:

– Ну вот, и стоило так долго спорить?

– Значит, ты готов подписать договор?

– Конечно

– Только вначале должен тебя уведомить…, - комендант сделал небольшую паузу. - Перед этим с тобой хотят поговорить наши командиры.

– Имеют на то полное право! - тут же согласился кандидат.

– И уведомить тебя, что после подписания контракта ты получаешь аванс в размере…, - опять пауза и рука вербовщика легла на кошель, - Десятой части одного процента.

Деньги действительно были большие и все с напряжением следили за будущим наёмником. Но тот постарался скрыть брызжущую из него радость и лишь соглашательски кивнул головой:

– Примерно на такую сумму я и рассчитывал.

– Да?! - не поверил специалист по эмоциям. - И ты собираешься за два дня отпуска, выделенных тебе для улаживания и закрытия всех дел потратить триста золотых шлагов?

– С чего это вы взяли, что я их собираюсь потратить? - удивился Кремон и хитро подморгнул: - Большие деньги должны приносить новые деньги! Не правда ли? Поэтому я намерен выгодно вложить свои капиталы.

Похоже, ему не слишком-то и поверили, потому, как комендант лишь устало махнул рукой одному из своих помощников:

– Проводи его к командиру.

И уже через две минуты молодой колдун оказался перед двумя колабами. С этой стороны зеркало в ангар позволяло всё видеть как на ладони. Даже слышать тихонько переговаривающихся между собой вербовщиков. А вот из этого помещения звук наружу не проникал совершенно. Но основное внимание прибывшего на собеседование кандидата, было уделено представителям иной расы. Тем более что теперь Невменяемый встречался с ними не в бою, а в совершенно другой, чуть ли не дружеской обстановке.

Но теперь старался выглядеть как человек, который ни разу не видел этих созданий и не слишком-то разбирался в их строении. Поэтому Кашад Низу лишь растерянно переводил свой взгляд с одного конца цилиндра на другой. Пытаясь видимо отыскать органы зрения, или нечто подобное. При этом не надо было обладать острым глазом, чтобы подметить, что чёрные туши имеют существенные различия. Словно они приходились друг другу отцом и сыном. Или…?

– Сравниваешь наши размеры? - неожиданно спросил большой колаб. Парень решил отвечать без колебания:

– Я слышал, что взрослые колабы почти все одинаковые.

– Верно. Но ведь женские особи всегда отличаются стройностью и гибкостью

– Ах, вон оно что! - с облегчением рассмеялся кандидат. И тут же вполне серьёзно кивнул в сторону меньшего цилиндра: - Извините, мадам, что без цветов!

Голос колабы существенно отличался в сторону мягкости и игривых модуляций:

– Я слышала об этой вашей традиции дарить цветы. Но ведь не на службе же это делать!

– В данном случае и здесь это приемлемо, - молодого колдуна уже совершенно не пугал начавшийся разговор. Более того, он почувствовал себя свободно и раскрепощённо. - Тем более что цветы в данном случае символизировали бы наше взаимопонимание и готовность вместе идти к одной цели.

– Я вижу, ты вполне быстро осваиваешься в любой обстановке. - Одобрительно прогудел колаб. - Или тебя проинструктировали как надо себя вести?

– Увы! Если бы! Хотя мне представлялась наша встреча немного по-другому.

– Интересно почему? - видя, что человек в сомнении наморщил лоб, его тут же поощрили: - Не стесняйся, рассказывай.

– Да я и не стесняюсь. Просто мне не раз говорили, что такие встречи происходят обычно на природе, на открытом воздухе…

Колабы синхронно издали нечто вроде смеха.

– Понятно! Как всегда пугали легендами о нашем жутком запахе. А как на самом деле?

Кремон действительно с первого момента принюхивался с всё возрастающим изумлением. Ведь он прекрасно помнил те неприятные запахи, которые исходили от убитых колабов. Но сейчас вынужден был признать:

– Запах не то, что бы приятный, а…очень приятный! И чего только обыватели не выдумают от незнания!

– Хорошо. Второстепенные детали мы ещё обговорим впоследствии, - колаб чуть сменил позу и выдвинул одну из рук, протягивая её человеку: - Меня зовут Залан Лирт. Полковник.

– Рад познакомиться, господин полковник.

Рука колаба была, чуть ли не полтора метра в длину и вдвое толще человеческой. Да с более твердой, словно обожжённой огнём кожей. Своей рукой колабы в бою могли одним ударом убить обычного воина. А если в ладони находился ещё и меч или внушительный топор, противостоять такой силище становилось весьма проблематично. Поэтому Кремон пожал протянутую длань с понятной опаской и осторожностью. Но тут же услышал совершенно неожиданное:

– Меня радует не твоя осторожность, а твоя толерантность в отношении представителей другой расы. Очень многие не могли себя заставить элементарно прикоснутся к моей ладони. А вот ты это сделал весьма спокойно.

Кремон не нашёл ничего лучшего чем сказать:

– Я очень люблю подраться, но не с теми, кто стоит со мной в одном строю.

– О! Весьма сильно сказано. Хоть и высокопарно. Но! Я тоже всегда придерживаюсь данного правила. Теперь представляю тебе моего заместителя, лейтенанта Ландру Гулис.

– Очень рад, госпожа лейтенант с вами познакомиться.

Теперь уже Кремон постарался провести рукопожатие ещё более открыто и дружественно. Словно он всю жизнь только этим и занимался. Но своей многозначащей фразой колаба его просто шокировала:

– У вас ведь принято не только цветы дарить, но и целовать ручку знатным дамам при знакомстве. А раз цветов нет…

Как ни дико это прозвучало, как ни вульгарно и отталкивающе смотрелось уродливое цилиндрическое создание, но Кремона словно молнией ударило. А почему бы и нет! Тем более что запах исходил от огромной ладони как минимум очаровательный. Надо просто представить себе большую и высокую женщину, наклониться и…

– Мадам, ещё раз рад вам представиться: Кашад Низу. Надеюсь что в недалёком будущем - князь Кашад Низу.

То, что человек поцеловал руку колабе, смутило гораздо больше самих колабов. В последний момент Ландра Гулис сделала непроизвольную попытку выдернуть свою ладонь, и теперь она просто была растеряна. Скорей это ей стало неприятно, а может и омерзительно. Поэтому она лишь пробормотала:

– Князь? Ах да, конечно…

Залан Лирт решил замять непонятный инцидент и сразу перешёл к делу:

– Вначале меня интересует: куда вы собираетесь вложить полученные авансом деньги?

– М-да? Мне казалось, что это моё личное дело.

– Может и так. Но как командир я просто обязан знать помысли и мотивы поведения своих подчинённых. Трата денег - это один из основных показательных постулатов в поведении. Да и всё равно, подобный вопрос будет при проверке под Сонным Покрывалом.

– Действительно? Но кто будет присутствовать при моёй проверке на лояльность?

– Только я и лейтенант Гулис.

– Так бы сразу и сказали, господин полковник. А то ведь это действительно порядочный секрет. - Кашад Низу чуть наклонился вперёд и снизил голос: - Начинают строить новые пирсы на обводном канале. Когда они будут готовы, столице станет не страшен Большой Аврал. Да и корабли большего водоизмещения смогут там становиться под разгрузку. Купец, на которого я в данный момент работаю, собирается вложить туда приличную часть своего состояния. В его честности я уверен, поэтому постараюсь вложить и все свои деньги в это строительство. И сами догадываетесь, что произойдёт, если все узнают об этом выгодном деле.

– Резонные опасения. И поступаешь практично. Не в пример другим будь сказано. А как же трактирные друзья и собутыльники?

– Я ведь не нищий. Просто запасливый и экономный. Всегда небольшой запас имею. А двадцати серебряных шлагов вполне хватить для прощальной попойки.

– А вот против попойки я возражаю категорически.

– Да как-то неудобно. Все свой аванс прогуливают. Или хотя бы часть.

Голос полковника стал строгим и раздражённым:

– Все - тебе не указ. У тебя среди них родственники? Друзья детства? Подруги юности?

– Да нет…

– Вот именно: они тебе никто. Если уж так хочешь гульнуть, пригласи своих новых товарищей по оружию и проведите шумную ночь в трактире "Циконский питон". Это всего в ста метрах от нашего центра. И подружишься быстрей, и нам спокойнее будет.

Становилось понятным, что заполучив такого наёмника полковнику неприятна даже сама мысль о том, что новичок может погибнуть в заурядной кабацкой драке. Да и аванс в таком случае уже не вернуть.

Но Кремону и самому не хотелось ещё раз упиваться с совершенно незнакомыми и бесполезными собутыльниками. Поэтому он сразу пообещал:

– Хорошо, я так и сделаю.

– И второе: ещё раз мне подробно расскажи, как ты создаёшь "твёрдую опору".

Заинтересованность колаба была понятна. Вряд ли кто из них мог создавать нечто подобное. А Хлеби Избавляющий как-то даже спорил, что такое под силу только человеку. Напоминая, что за свою жизнь смог обучить этому магическому действию лишь двух колдунов. Да и сам научился этому лишь в сорокалетнем возрасте, совершенно случайно у одного из умирающих патриархов типа Огюста Невменяемого.

Естественно самого главного, в умении сотворить "твёрдую опору", Кремон раскрывать и не собирался. А то, неровён час, и среди колабов таланты найдутся.

На эти пояснения, тоже ушло времени порядочно. Но всё это время вербовщики за зеркалом так и не покинули ангара, терпеливо дожидаясь окончания собеседования. Похоже, и полковник с лейтенантом порядочно утомились. Напоследок ещё раз обменялись рукопожатиями, и уже полноправный наёмник поспешил подписывать договор. В котором ещё и указывалось, что его берут на должность десятника. Правда, с испытательным трёх месячным сроком, но это уже было несущественно. Вряд ли он поведёт себя так, что его разжалуют в рядовые наёмники. О назначении договорились не разглашать до официального представления. И случится это на первом построении, когда Эль-Митолан Кашад Низу явится на территорию центра после завершения всех своих дел в гражданской жизни. То есть, все его требования и пожелания учли. И всё получилось как нельзя лучше.

Но лишь оказавшись с тяжеленным кошелем в гондоле, Невменяемый окончательно поверил в то, что первая часть задания выполнена. Оставалось лишь согласовать детали с Бадушем, передать ему деньги и договориться о дополнительной связи. Вернее даже не о связи, а о тех сигналах, которые Кремон впоследствии попытается каким-либо способом передать резиденту. Это ведь может быть и простой отпускник, через которого незазорно передать гостинец. А то и просто денежная сумма. Ведь деньги через посреднические банки можно будет переводить непосредственно из Ледонии. Но вот количество монет и их качество тоже многое может рассказать опытному разведчику.

Именно на совершенствовании и запоминании всех этих необходимых деталей и нюансов и сосредоточили оба колдуна свои усилия. И потратили на это чуть ли не целые сутки. Но зато оговорили все возможные и теоретически невозможные варианты связи на будущее. И только после этого со спокойной совестью отправились на праздничный ужин.

Именно так Бадуш обозначил перед домашними прощание со своим наёмным охранником. Поэтому за столом присутствовали все пятеро детей, а уж Далица постаралась накрыть стол заранее, что бы отлучаться лишь за горячими блюдами. Официальной версией расставания считалось то, что Кашад нашёл себе новую, сказочно оплачиваемую работу, а со старым своим нанимателем с этих пор становится компаньонами. Как следствие этой легенды любознательный Родерик тут же принялся выпытывать про сферу взаимных интересов, и куда собираются свежеиспечённые компаньоны вкладывать свои капиталы.

– Рановато тебе, - хмыкнул Бадуш, - В такие коммерческие тайны нос совать.

И кто бы мог подумать, что за мальчика вступится одна из девочек:

– Родерик может любые тайны хранить!

Её тут же, без всякого смущения, поддержала другая сиротка:

– А ещё он ваши книги о торговле прочитал! И лучше старших ребят в купеческом деле разбирается.

– Надо же! - хозяин дома многозначительно переглянулся с взрослыми сотрапезниками. - А я думал, что ты просто картинки в книжках рассматриваешь. Или решил в будущем стать специалистом по торговле?

Родерик отвечал степенно и с недетскими раздумьями:

– Да нет. Но знать тонкости торгового дела просто необходимо. Причем любому человеку, независимо от его сословия.

– Ага, помню. - Бадуш кивнул головой. - Там так и сказано в предисловии. Но вот дальше, по тексту, там порой такое наворочено… Всё понятно?

– Да нет, не всё…, - признался мальчик с завидной простотой.

– Ладно, при случае задашь вопросы, - великодушно разрешил Бадуш. - А теперь давайте все дружно пожелаем Кашаду удачи на новом месте работы. И хороших заработков. Ну и скорейшего и благополучного возвращения.

Теперь уже Свед выказал своё любопытство:

– Кашад, а когда ты вернёшься?вот дальше, по тексту, там порой такого наворочено…димоми.к:ос совать.кладывать свои средства.нашёл себе новую, сказочно о

– Ну…, может через год. - Молодой колдун неожиданно задумался. - Или два…

Чисто машинально поднял свой бокал с гремвином и чокнулся с Бадушем и Далицей. Но выпить так никто и не успел. Потому как надолго замерли после высказываний Родерика:

– А мне приснилось, что Кашад вернется, когда мне исполнится восемнадцать лет. Только вот во сне он выглядел совершенно иначе: не такой скуластый и с нормальными глазами. Но я почему-то был совершенно уверен, что это Кашад.

Лишь через минуту Кремон пожал плечами и выдавил:

– Всё может быть. А вдруг я к тому времени научусь сильно изменять внешность? Или возжелаю омолодиться одновременно с превращением в другого человека…

Далица с чисто женской интуицией уловила, что мужчины странно напряжены и попыталась перевести разговор в другое русло:

– В нашем городке существует такой обычай. Каждый, кто уезжает надолго, рассказывает интересные истории из своей жизни. Что бы соседи и родственники его чаще потом вспоминали.

Все дети тут же поддержали такое предложение и закричали наперебой:

– Давай, Кашад, расскажи!

– Только самое интересное!

– Как ты обнаружил первые Признаки?

– И как научился драться?

– И кто был твоим первым учителем?

– А приключения у тебя были?

– Да ещё таинственные и неразгаданные?

Молодой колдун непроизвольно рассмеялся от такого напора:

– Стойте, не кричите все вместе. Да и не сумею я рассказать так много за короткое время. Давайте я лучше сделаю, как водится у нас, в Южных Княжествах. У нас в подобных случаях рассказываются сказки и легенды о великих и славных героях. И они тоже очень интересны. Хотите послушать?

После единогласного детского подтверждения, молодой колдун принял удобную позу и приступил к повествованию.

Как ни странно настоящий Кашад Низу знал таких историй великое множество. И при личном общении Кремон умудрился и это выпытать у южанина. Естественно, если забыть об историях страшных и кровавых, то для детских ушек годилась лишь треть увлекательных рассказов, но и этого хватило, что бы ужин затянулся далеко за полночь. Но зато дети отправились спать с непоколебимой уверенностью, что Кашад - наилучший сказочник в мире. И с твёрдым намерением равняться на тех героев, действия которых Кремон ещё и приукрасил от себя лично.

Оставшись в столовой вдвоём, колдуны ещё какое-то время попивали гремвин и обговаривали странный сон Родерика.

– Ты его на Признаки не проверял?

– Проверял. - Бадуш в сомнении покачал головой. - Но ведь в таком возрасте они могли ещё и не проявиться.

– Вот именно. Так что посматривай за ним. Даже если он к тётке переедет жить. Кстати, когда её розыском займёшься?

– Дай хоть со своими делами управлюсь. Да и не обращай особо внимания на мальчишеские сны. Мало ли ему что померещилось и совпало с действительностью.

– Ну не скажи. Такие совпадения…, - Кремон покачал головой, а потом оживился и спросил уже с улыбкой: - А знаешь, что мне больше всего в его вещем сне понравилось?

– То, что ты сюда вернёшься через восемь лет?

– Нет! То, что я вообще сюда вернусь! А значит - надежд у меня на одну станет больше. И задания все выполню.

Бадуш хохотнул и высказал:

– Тогда можешь к своим надеждам добавить ещё одну, основанную на моей твёрдой уверенности в твоём успешном возвращении.

– Добавляю.

– Только не расслабляйся до тех пор, пока мы с тобой не увидимся вновь.

Кремон Невменяемый тяжело вздохнул:

– Разве мне дадут расслабиться?

Утром Невменяемый выспался от души, собрал свой небольшой багаж и после лёгкого завтрака, отправился на вербовочный центр. По предписаниям он должен был явиться в казарму наёмников лишь к завтрашнему утру, но хотелось ознакомиться с бытом, новыми товарищами и распорядком в более спокойной и неспешной обстановке. К тому же он решил придерживаться обещания и пригласить своих новых сослуживцев именно в трактир "Циконский питон". И уже там завязать первые приятельские отношения со своими возможными подчинёнными. Ведь когда завтра на утреннем построении объявят о его назначении десятником, обычного доверия, которое возникает между равными воинами, может уже и не получиться.

Знакомство, в общем состоялось. Тем более что все наёмники отнеслись к нему с приличествующим уважением, а то и осторожностью. Ведь они до сих пор были поражены той лёгкостью, с которой новичок победил всех на предварительном просмотре. Никто естественно не знал о результатах магических испытаний, но многие заранее предпочитали иметь такого сильного воина в друзьях, нежели вступать с ним в конфронтацию. По крайней мере, в открытую.

Поэтому когда обе луны разогнали своим сиянием опустившуюся ночь, все желающие стали стягиваться в трактир "Циконский питон". Само заведение было огромным и действительно поражало солидностью, чистотой и массой вспомогательных помещений. О которых хвастливо поведал хозяин трактира во время знакомства и заказа всего необходимого для попойки. Удивили приятно и цены. Хоть и пришлось выложить пятьдесят серебряных шлагов вместо запланированных для такого дела двадцати. Но при предварительном расчёте хозяин преподнёс сюрприз, заявив, что по договоренности с вербовочным центром, если попойка пройдёт без увечий и крупного скандала, то основному плательщику возвращается половина суммы. Из кармана владельцев виллы, соответственно.

Кремон сразу вспомнил о полковнике и вынужден был признать целесообразность подобных действий. По всей видимости, безопасность и дисциплинированность поощрялась всеми возможными и никогда ранее не слыханными средствами.

А потом началось шумное и весёлое гуляние. Наёмники прибывали по одному и группами, и сразу же вливались в шумный и разноплановый разговор, опрокидывали по первому полному кубку и не брезговали знатно приготовленной закуской. Пиво лилось рекой, вино потоками, а гремучка стремительными ручьями.

Музыканты, собравшиеся на возвышении, грянули первую разухабистую мелодию, но из-за небольшого пока количества женщин танцы не предвиделись ещё доброе время.

Поэтому Кремон решил быстренько освежиться, и хоть частично избавиться от переполнявшей его жидкости. И неведомо по какой причине забыл о постоянной бдительности.

Лишь только он вошёл в мужскую комнату, как чьи-то руки проскользнули у него под мышками и моментально обхватили грудную клетку. А в спину впились выпуклые доспехи неожиданного агрессора. И раздалась резкая команда:

– Стоять!

ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ

ДВОЙСТВЕННОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

Причём голос был женский, а обхватившие руки не предпринимали никаких опасных для тела движений. Именно поэтому молодой колдун сумел удержаться от приёма "огненное вращение" и таким образом спасти глаза и лицо неожиданного агрессора от жутких ожогов. И ответить спокойным голосом:

– Стою. А что дальше?

– А дальше - ты просто обязан объясниться.

– В чём? - Кремон рассмотрел обнажённые по локоть смуглые женские руки и утвердился в том, что сзади него менсалонийка. А та продолжала, не разжимая своего захвата:

– Во-первых: почему ты не пригласил всех девушек и меня лично?

– Неправда. Я приглашал всех желающих. В подтверждение моих слов - несколько наёмниц уже сидят за столами.

– И, во-вторых: почему ты до сих пор передо мной не извинился?

Кашад Низу с некоторым усилием развел женские руки, повернулся и лишь затем пожал плечами:

– И какая же причина для извинений?

В другое бы время он залюбовался открывшимся ему зрелищем. Девушка выглядела эффектно и обворожительно. Высокие, выше колен сапоги со шнуровкой. На среднем каблуке. Короткая юбочка с металлическими полосками. Широкий пояс, на котором висело всего лишь два узких ножа. Ярко-красная рубашка с коротким рукавом. И поверх рубашки кольчужка в виде жилетки со стальными блестящими нагрудниками. Причем, судя по гравировке на нагрудниках, кольчужка просто неимоверно дорогая и редкая.

Но в сознании Кремона, образ менсалонийки твёрдо сросся со стереотипом злейшего и жестокого врага. Поэтому он проявлял элементарную подозрительность, когда отступил ещё и на два шага назад.

Наёмница восприняла это как желание рассмотреть её лучше и кокетливо захлопала подкрашенными ресницами. Да ещё и улыбку нацепила на личико самую обворожительную. Но когда стала отвечать на вопрос, болезненно скривилась и нахмурила брови:

– Какая причина? Да у меня до сих пор желудок выворачивает от боли! И наверняка теперь рожать не смогу после твоего убийственного удара. Я ведь женщина! И мог бы после боя проявить ко мне хоть элементарное сочувствие.

– Да я, было, собрался, но услышал, как ты пожелала мне поражение в поединке с сотником, и последние капли сочувствия испарились на шипящей сковородке твоей злобы.

После такой отповеди Кремон без сожаления развернулся, вошёл в отдельную кабинку и со спокойной совестью облегчился. Слыша звуки открываемой и закрываемой двери, он вздохнул с некоторым возмущением, надеясь, что настырная менсалонийка просто перепутала туалетные комнаты и уже движется в нужном направлении. Каково же было его удивление, когда, выйдя из кабинки, он обнаружил двух переминающихся с ноги на ногу наёмников и со спокойным видом на них взирающую женщину. Причём расположилась она на умывальнике, без стеснения задрав ноги на бак для мусора так, что короткая юбочка опять ничего не скрывала.

Стараясь не встречаться глазами с ошарашенными коллегами, Кашад тут же выскользнуть в дверь, но менсалонийка на выходе успела его догнать, обхватила за локоть и повисла на нём так, что у любого человека их увидевшего, мысли принимали определённое направление. В общем зале тоже сразу же заметили вывалившуюся из туалетной комнаты парочку и если вульгарные шуточки не посыпались со всех сторон вслух, то только благодаря всеобщему изумлению. Но изумление очень скоро перешло в громкое и многозначительное "мычание". И что было делать? Начать с ней драку? Подумают что поссорились. Сделать отмороженный вид? Так ведь она ему противна и мерзка до рвоты. Даже пожалел, что устроил здесь попойку. Уж лучше бы в Шиирнадаре, с посторонними и незнакомыми собутыльниками.

Какое-то время Кремон стоял, задумавшись, спешно ища выход из этой непростой ситуации. Менсалонийка ослабила чуть хватку и левой рукой принялась игриво поправлять и без того безукоризненно уложенную причёску. Оставалось только спросить её шёпотом:

– Тебе чего от меня надо?

– Ничего. - Она тоже отвечала шёпотом. - Просто хотела посидеть с тобой рядом.

– Но я не сижу с незнакомыми женщинами даже близко…

– Так вот оно в чём дело! Нас же не представили! - захихикала наёмница. - Меня зовут Золана Мецц. Ты можешь не представляться, я замуж за тебя не собираюсь. Идём к столу? Я ужасно хочу расслабиться и повеселиться.

Понимая, что их шептание ещё больше его компрометирует, Кремон повысил голос, еле сдерживаясь от распирающей его злобы:

– Отпусти мой локоть немедленно!

– Пожалуйста! - менсалонийка опустила руки, но осталась стоять рядом.

Тогда Кашад Низу подошёл к столу и указал на него рукой:

– Я приглашал всех. Садись где тебе понравится.

– Естественно, что я выберу место самое лучшее.

И бесцеремонно уселась на тот стул, где до того сидел сам хозяин банкета. Молодой колдун этому только обрадовался, подхватил свой кубок, прибор, тарелку и пересел на другое место. Подальше от экстравагантной садистки. Уже через несколько минут вокруг него расселись вновь прибывшие наёмники и гулянка пошла дальше своим чередом. Только вот настроение порядочно испортилось. Да и не только у Кремона. Золана Мецц сидела словно фурия. Но не забывала вливать в себя спиртное наравне с мужчинами. И с каждым разом поглядывая на окружающих всё с большей озлобленностью и ненавистью.

Обстановку на долгое время разрядили начавшиеся танцы. С их помощью веселье достигло своего пика. Кашад не станцевал ни разу, а использовал каждый момент для ознакомления с новыми сослуживцами. Пытаясь в разговоре выглядеть славным и незаносчивым парнем, и чуть ли не с каждым в отдельности выпивая за знакомство и боевое братство. В результате многие наёмники отнеслись к нему вполне по-дружески, как для первого раза. Вот только чрезмерное употребление алкоголя стало сказываться на организме. Не помогали даже несколько раз использованные заклинания отрезвления. Поэтому пришлось срочно, улучив удобный момент вновь наведаться в туалет и облегчить переполненный желудок с помощью прозаической рвоты.

Но зато сразу полегчало. Хоть к столу Кашад и возвращался в слегка одурманенном состоянии. Усевшись меж двух самых отъявленных весельчаков, он некоторое время участвовал в пересказе коротких и весьма непристойных анекдотов. А потом они, положив руки друг другу на плечи, даже попытались что-то спеть, перекрикивая громкую и залихватскую музыку. Но так как были из разных стран, то путного у них ничего не получилось. Каждый раз прерванный куплет сменялся дружным хохотом и очередной порцией выпивки. И, как следствие, поспешным закусыванием.

В один из таких моментов Кашад придвинул к себе миску с салатом и в своей любимой манере опустошил её. Затем довольно выпрямился и обратился к товарищу, который сидел слева:

– А что сейчас споём?

Но тот скорей всего уже перебрал положенную ему норму, так как лишь ответил помутневшим взглядом и неожиданным иканием. И не менее неожиданным вопросом:

– Ты чего с ней?

Но Невменяемый уже и сам заметил, что товарищ справа обнимает его за плечи слишком уж странно. Не по-дружески. А, обернувшись, натолкнулся на страстный взгляд менсалонийки. Которая тут же, заплетающимся языком стала пояснять:

– Всё. Мне больше пить нельзя. А то сорвусь. И тогда… Но я ведь не для этого сюда пришла. Хочу уйти с тобой. И не смей мне отказывать!

Идти на явную конфронтацию не хотелось, поэтому возникла мысль разрешить ситуацию простыми и логическими уговорами:

– Слушай, Золана, почему у тебя случились неприятности с коллегами? После которых двое отправились в могилу?

Глаза наёмницы сразу сузились от гнева:

– Оттого что эти дебильные хамы решили ко мне приставать!

– Вот видишь. Видимо они забыли приказ командира не проявлять низменных страстей и вести себя очень сдержано. Ведь и ты наверняка слышала, как комендант всех учит: деликатно! Очень деликатно можете лишь намекнуть на ваши симпатии! Но! Не больше! Правильное предупреждение?

Женщина икнула и пьяно ухмыльнулась:

– Совершенно правильно!

– А почему же ты тогда так "неделикатно" ко мне пристаёшь? Нарушаешь приказ. Нехорошо.

– Ха! Это для вас, самцов, этот приказ. А такая тонкая и чувственная натура как я - имеет право выбирать лично.

– Правда! - с пренебрежительным сарказмом бросил Кашад. - Ну а если ты мне совершенно не нравишься?

– Ой! Не смеши меня! - откровенно засмеялась Золана. - Такого ещё ни разу в моей жизни не случалось! Любой только и мечтает меня облапить, и раздевают глазами на любом расстоянии.

– Но ведь я не любой. И ты мне совершенно не подходишь. - Кремон постарался сказать это твёрдо и безапелляционно. - Так что поищи себе кого-нибудь другого для развлечений.

Менсалонийка даже растерялась от такой отповеди.

– Да я знаю, что ты не такой… Но… Именно поэтому тебя и выбрала.

Затем она резко притянула его за плечо, пригнулась к самому его лицу и горячо зашептала:

– Ты самый лучший, самый сильный, самый добрый и честный! Я мечтала о таком всю жизнь! Я просто погибну без тебя! И я уже сутки не могу найти себе покоя. Вспоминаю твой каждый взгляд, каждый жест, каждое движение, каждое слово!

От такого напора молодой колдун даже непроизвольно вздрогнул. И попытался отстраниться:

– Странно. Ведь женщине не пристало вешаться на шею мужчине и вести себя при этом как последняя шлюха.

– А мне плавать на глупые условности! И ты всё равно будешь моим! Понял?

От её выкриков чуть ли не все повернули головы в их сторону. Не желая в данный момент накалять обстановку, Кашад тяжело вздохнул и кивнул головой:

– Хорошо! Будем считать, что ты мне "очень деликатно" намекнула о своих симпатиях. Но я имею полное право подумать. Не забывай этого. И лучше спокойно дождись от меня ответа.

Возмущённая менсалонийка вскочила на ноги. И сделала это так резко, что от толчка несколько кубков упало, опрокидывая своё содержимое на стол. Как раз и музыка смолкла на мгновение и все отчётливо услышали разъярённые выкрики:

– Хорошо! Думай! Но если у тебя есть мозги, думай очень быстро! Времени у тебя мало! Очень мало!

И перешагнув лавку, отправилась на своё прежнее место. А все наёмники скрестили свои взгляды на растерянном и расстроенном лице Кашада Низу. И чего только в этих взглядах не читалось: и зависть, и насмешка, и удивление, и презрение, и даже жалость. Но вот сочувствия почему-то никто не проявил. Да оно и понятно, в такой среде каждый сам за себя. А уж сочувствовать в данном случае, вообще было не принято. Такая женщина к нему в постель набивается, а он ещё носом крутит!

Хотя, скорей всего, никто и не хотел оказаться на его месте. Ведь репутация у менсалонийки была премерзкая и страшная. И наверняка многие сейчас предвкушали удовольствие от зарождающегося скандала. Тем более что знали садистку гораздо большее время и успели ознакомиться с её повадками. И отчётливо понимали, почему она так взбеленилась: впервые решила себе выбрать парня, а тот её элементарно проигнорировал.

Естественно, без добряков не обошлось. Сидящий напротив Невменяемого желтокожий ордынец без тени насмешки посоветовал:

– В данный момент и три уровня защиты не помещает. Эта девица, когда метает кинжалы, вонзает их в дерево по рукоятку. Да и синяя молния, если в неё вложить всю магическую мощь, почти всегда добирается до цели.

– Бывает и так, - согласился Кремон. И тут же не погнушался воспользоваться советом. Попутно ещё раз, присматриваясь к ордынцу. Эль-Митолан, на вид лет тридцать пять, низкоросл, но кряжист и устойчив неимоверно. Оголённые по плечи руки увиты выступающими мышцами. Поперёк лба и до самого кончика носа отчётливо видимый шрам. Странно, почему не упрятанный или не залеченный магическими средствами? Может напоминание о чём-то важном? Надо будет узнать. Ведь и по предварительным наблюдениям этот ордынец показался рассудительным, опытным и неболтливым воином. Да и умеренности в питье придерживался. А ведь придётся, уже ставши десятником, себе помощника выбирать. Так почему бы и не его?

Гулянка опять набрала силу. Да и хмельной угар уже окутал мозги многих посетителей трактира. Что не всегда способствует нормальной и мирной обстановке. А тут, к тому же, собрался весь цвет наёмнического отребья. Но если трезвые, они ещё как-то помнили о дисциплине, то, упившись, полностью теряли над собой контроль.

Всё началось с того, что один верзила пригласил Золану Мецц на танец. Та при этом немного поартачилась, с вызовом глядя в сторону Кашада. Мол, смотри и реагируй адекватно. И не теряй времени. Да и побежала поближе к музыкантам.

В танце менсалонийка тоже чего только не вытворяла. Это притом, что многие па ей попросту не удавались из-за опьянения. И если бы не ловкость партнёра, который её несколько раз ловил и подхватывал в критических моментах, женщина бы не раз наткнулась на столы или сшибла бы других танцующих. Но именно эти подхватывания и послужили причиной конфликта. Верзила, распалённый прикосновениями к роскошному женскому телу, повёл себя как большинство мужчин на его месте. Когда танец окончился, он не отпустил красавицу от себя, а, крепко прижав, стал пылко уговаривать то ли на следующий танец, то ли ещё на что-то более интимное. При этом его руки совершили довольно смелые действия. А губы вытянулись для поцелуя в шейку.

Неожиданно гомон и шумные разговоры перекрыл крик ярости, и огромная туша наёмника отлетела метров на пять. Да так, на приличной скорости и врезалась в бревенчатую стену. Если бы верзила не был Эль-Митоланом, на этом бы его жизнь и оборвалась. Но он сумел совершить немыслимое, ещё чуть ли не полёте окружив себя максимальной защитой. Мало того, поблизости от места его удара об стенку оказалось ещё несколько наёмников-колдунов, которые тоже присоединили свои усилия для упреждения опасных последствий. Именно благодаря этому невидимые от скорости кинжалы отразились от щитов и вонзились в потолок, а "ледовый удар" максимальной мощности не заморозил незадачливого партнёра насмерть.

Только менсалонийка на этом не остановилась. С вульгарной руганью, которой постыдились бы даже портовые грузчики, она умудрилась разжиться у кого-то коротким мечом и бросилась добивать своего обидчика "вручную". Тут уже подключилось ещё несколько колдунов. И совместными усилиями попытались сковать разбушевавшуюся менсалонийку "парализующими кандалами". Казалось, что запнувшаяся и упавшая женщина через минуту будет упеленана связывающей паутиной и отправлена в прохладное место для успокоения. Уже и паутина обвила её тело. Но магические силёнки у наёмницы ещё остались. Да и необычное средство она имела в запасе. На удивление всем три наброшенных на неё Связывающих Паутины вспыхнули яркими искрами и роем опасных и стремительных ос рванули во все стороны. Никто и никогда ещё о таком магическом действии не слышал. Зато когда увидели, со всех сторон послышались ругательства и вопли возмущения. Ведь в зале присутствовало много обычных людей и им никак не удалось избежать небольших, но весьма неприятных ожогов. Да и колдуны разозлились почти все до единого. Назревало групповое убийство Эль-Митоланши, которая преступила неписанные законы неприменения магии.

Видимо и менсалонийка что-то сообразила. И попыталась избежать незавидной участи. Лишённая магической энергии, она, тем не менее, имела ещё достаточно обычной, физической. Пригнувшись, двигаясь по полу чуть ли не перекатом и тыкая во все стороны мелькающим мечом, она бросилась в просвет между столпившимися и ещё отгоняющими от себя "горящих ос" наёмниками. То ли специально, то ли случайно, но наёмница выкатилась прямо на стоящего Кашада. И даже мечом на него попыталась замахнуться. Но тот к тому времени подготовился, усилил свой голос неимоверно, да так рявкнул, что всех чуть ли не парализовало от ломающего сознание звука:

– Золана! Стоять!

Даже господин Огюст, в бытность свою последним наставником Невменяемого, загордился бы своим учеником. Так и у него редко получалось на уроках. Может, стар слишком?

А вот у ученика получилось просто великолепно. Все вздрагивали и корчились внутренне от неприятных ощущений. А уж менсалонийка, прямо в лицо которой ударила основная волна, чуть ли вообще не лишилась сознания.

– Отдай мне меч!

За момент до этого он и так чуть ли не выпал из тренированной руки садистки, но теперь она его отдала без промедления. И заволакивающимися от алкоголя и звукового удара глазами уставилась на Кашада Низу.

– И что же теперь с тобой делать? - Уже нормальным голосом спросил он. На этот вопрос ответил с полной невозмутимостью всё так же сидящий за столом ордынец:

– Отвёл бы ты её в казарму. Она тебя послушается и не будет больше бузить.

– Думаешь? - Кашад не обернулся к советчику, а лишь скривился в сомнении. И что делать? Вечер и так почти испорчен. А если убрать эту скандальную гидру, то ещё и вернуться можно. Если охота будет. И вполне неплохо пару часиков повеселиться. Но эту дебоширку надо спровадить срочно, пока она не очнулась…

– Ладно, пошли я тебя проведу к кроватке.

Золана без возражений позволила взять себя под локоть и вывести из трактира. Хотя вслед ей неслись ругательства и весьма неприятные оскорбления. Видимо кто-то уже решительно настроился разделаться с этой стервой, пользуясь благоприятным случаем, да вмешательство зачинщика банкета всё испортило. В его сторону тоже вылетело несколько нелестных эпитетов, которые сводились к одному: ладно, пусть уводит, сам же потом впоследствии пожалеет, что защитил эту тварь.

На свежем воздухе менсалонийка сразу взбодрилась, шумно несколько раз выдохнула и попыталась вырвать локоть из пальцев Кремона.

– Пусти! Мне же больно!

– Странно! - не ослабляя хватки, ответил тот. - А мне показалось, что тебе нравится боль. И ты специально постоянно на неё нарываешься.

– Неправда! Всю жизнь мне приходилось защищаться. Это мне хотят все сделать больно.

– Защищаться? Меня с тобой не познакомили, но о твоих пристрастиях нападать первой и часто убивать - наслышан.

– Ха! - менсалонийка искоса, прожгла Кашада взглядом. - Много они обо мне знают!

– Ого! Им ещё и многое неизвестно? - иронизировал парень. - Как же так?! Могла бы всеми своими подвигами похвастаться и сразу стать десятником. Или ты сразу не место сотника метишь?

– Да нет, - с неожиданной грустью ответила наёмница. - В десятники надо брать таких умных и рассудительных как ты. А я за малейшее непослушание убить подчинённого готова. Это не по мне…

– Так ведь ты и командира можешь убить, если решишь, что приказ неправильный. А?

– Могу… Но уже с гораздо меньшей степенью вероялт…, тьфу, вероятности!

Заплетающийся женский язык, вызвал презрительную усмешку у Кремона:

– А зачем же тогда в наёмники пошла? Зарабатывала бы, как и прежде - заказными убийствами.

Опять менсалонийка ответила со странной грустью:

– Тебе этого не понять.

– М-да, конечно. Можешь не признаваться. Но ведь у каждого из нас своя цель. И она известна командованию. Или у тебя нет никакой цели?

– Есть. Как тебя это не удивит. - Золана попыталась пуститься в философствование: - Ведь существув…, кхе, существование каждого разумного индивуду…, да что такое?! Ин-ди-ви-ду-у-ма…

Произнеся последнее слово по слогам, она тяжело вздохнула и призналась.

– Напилась! Как последняя скотина. Давно со мной такого не случалось. Да и ни разу в жизни я так много не употребляла…

– Да ну?! - не поверил Невменяемый, вспомнив, как наёмница опрокидывала в себя кубок за кубком.

– Не веришь? Кстати, мне действительно больно. Может, отпустишь мою руку? Обещаю вести себя смирно.

– Конечно, - отпуская женский локоть, пробормотал Кремон. - На что ты без магии годна…

– Не скажи. Я ведь будучи ещё простым воином больше сотни побед имела в сражениях на арене. И из них больше половины - над мужчинами. Да и здесь мне нет равных.

– Самонадеянность наказуема.

– Я не имею в виду тебя или сотника. Может, кто ещё свои силы скрывает. Но в остальном - все они сброд, отщепенцы и моральные уроды. Такие как они никогда больших высот в воинском искусстве не достигают.

Кремон только фыркнул от таких сравнений:

– И кто бы говорил!

И опять менсалонийка согласилась с лёгким кивком головы:

– Как ни странно - я знаю, что говорю. Да ведь и ты наверняка через хорошие телесные судороги прошёл, пока в тебе эта кажущаяся лёгкость не утвердилась. Один из моих учителей так двигался. Но сам достиг этого совершенства лишь через пять десятков лет. А ведь ты совсем недавно прошёл Воспламенение. И таланты без крови и пота не пришли. Правда?

– Увы! Пришлось покорячиться изрядно. - Согласился молодой колдун. Они уже вошли в казармы, на женскую половину и он спросил. - И где же ты располагаешься?

– У нас здесь намного лучше. - Золана не хвасталась, а просто констатировала. - Мужчины живут вчетвером в одной комнате, а у нас по двое. Мне же удалось отвоевать маленькую комнатку для себя одной. Она слишком мала, но я страшно не люблю, когда кто-то ещё рядом ворочается. А вот и моя обитель.

Комнатушка действительно оказалась небольшой. Кровать занимала в ней две трети пространства. Стол узкой доской откидывался на стену, под самым потолком над ним приютилась полка с книгами, да возле самого окошка втиснулась высокая тумбочка.

– Да, не разгонишься! - согласился Невменяемый. - Надеюсь тебя не надо усыплять заклинаниями?

– Меня? А зачем? - спрашивая это, наёмница быстро сбросила сапоги и ничего больше не снимая, откинула одеяло и прыгнула под него. - Я уже и так в постели.

Она накрыла свои голые ноги, подложила одну большую подушку себе под спину, а вторую бросила в ногах:

– Садись и облокачивайся на неё.

– А зачем? - скривил парень губы в презрительной усмешке.

– Изначально что бы я успокоилась, никуда больше не рвалась и спокойно заснула. И потом: разве я не могу тебе рассказать маленькую историю о маленькой девочке? Обещаю, потом я сразу усну.

Кремон в раздумье цокнул языком и оглянулся на закрытую дверь:

– А мне надо слышать твой рассказ?

– Тебе - нет. Но мне просто необходимо его хоть кому-то рассказать. Хоть раз в жизни.

– Да? И кто же была эта маленькая девочка?

С этими словами он присел в ногах кровати и подложил подушку себе под бок. Золана печально усмехнулась:

– Не важно кем она была, главное то, что с ней случилось. А дело было так. Жила она с родителями в большом и красивом доме. В любви, ласке и роскоши. И до пяти лет не ведала, что в мире существует зло, коварство и предательство. Но страшный день наступил слишком неожиданно. Однажды пришли звероподобные дядьки и на глазах у несчастной девочки убили её родителей и всех остальных, кто по случайности оказался в доме. Неизвестно по какой причине, но малышку пощадили, и её забрал в страшный и дикий лес предводитель разбойников. И с того самого дня для ребёнка наступил кромешный ад. Что с ней только не вытворяли. Били, калечили, издевались и измывались со звериной жестокостью. По сравнению с этими ужасами, элементарное изнасилование воспринималось малышкой, чуть ли не как благо. Порой её жизнь висела на волоске, и она страстно желала, что бы смерть скорей забрала её в свои спасительные объятия. Но разбойники Эль-Митоланы вновь возвращали ей пролитую кровь и растраченные силы. Вновь ставили на ноги и вправляли, сращивали поломанные кости. А потом снова принимались за прежние издевательства.

Годам к десяти предводителю разбойников втемяшилось в голову сделать из девочки лютого зверя, который по малейшей команде исполнял бы любое желание. Убить, сжечь, выпить кровь из горла жертвы, съесть нечто самое мерзкое и неприятное и исполнить любую прихоть. Для этого ублюдок собрал ещё нескольких детей такого же возраста и принялся за нечеловеческие эксперименты. По прошествии трёх лет он своей цели добился: девочка выжила лишь одна из всего детского коллектива. Но стала при этом настоящим чудовищем. И с её участием стали устраивать целые кровавые представления. В диких горах Менсалонии существует специальная долина, на которой построено до десятка арен разных размеров. И на них постоянно проходят сражения рабов-гладиаторов. Причём в разных возрастных категориях. Начиная чуть ли не с пятилетнего возраста.

Девочку стали обучать самым грязным приёмам и самому высокому и таинственному искусству боя. А потом выставляли на поединок, к примеру, против двух, а то и трёх мальчиков её возраста. Порой и гораздо старших мальчиков. И делали огромные ставки. А что бы остаться в живых, девочке пришлось убивать постоянно. Каждодневно. Чисто автоматически. Лишь бы заслужить благосклонное слово хозяина.

Такой кошмар продолжался много лет. Очень, очень, очень много лет…

После этих слов менсалонийка неожиданно задохнулась, парализованная жуткими рыданиями и забилась в неистовой истерике. Хорошо, что её магические силы были на нуле. Бросившийся на неё Кремон смог сдержал бьющееся в конвульсиях тело лишь с огромными усилиями. Пользуясь, раз за разом успокоительными заклинаниями и помогая женщине восстановить нормальное дыхание. Лишь минут через пятнадцать её грудь стала опадать ровно и без жутких содроганий. Ещё через пятнадцать она почти уснула, положив голову Кремону на бедро. А ещё через четверть часа и сам Невменяемый впал в дрёму, не заметив как размышления об услышанном кошмаре перешли в сон и, не обращая внимания на то, что у него под затылком жёсткая спинка железной кровати.

Но именно эта железная спинка и заставила колдуна пробудиться через пару часов. Растирая онемевший затылок Невменяемый покручивал затёкшей шеей и пытался вспомнить, как он здесь оказался. Вспомнил. Стал недоумевать, почему остался. Тоже пришло просветление. Проклиная себя за такое неумеренное поглощение алкоголя, он медленно встал, стараясь не разбудить вздрагивающую во сне менсалонийку и, словно вор, на цыпочках, покинул маленькую комнатушку.

В коридоре он немного расслабился и ускорил продвижение. И на самом повороте чуть не столкнулся с несколькими возвращающимися из трактира наёмниками. При всей своей нетрезвости те сразу сообразили, откуда идёт Кашад Низу, и замычали, переходя на пьяный гогот. А один из них, перекрывая собственное икание, попытался сострить:

– Гик! А птичка-то только с виду недотрога! Но хвостик быстро подняла…

Из-за спины наёмника вынырнул меченный шрамом ордынец и несильно огрел того кулаком по рёбрам:

– Гляди-ка, разговорился! Ещё минуту назад и слово промычать не мог.

– А что?! Мне уже и поговорить нельзя?! Гик!

Второй удар был уже весьма ощутимым:

– Говорить - это одно. А вот болтать лишнее - вредно для здоровья! Спать идите, не устраивайте тут базар. Если комендант на шум прибежит, всем не поздоровится.

Может наёмники опасались коменданта, может авторитет ордынца подействовал, а может вспомнили как бывает мстительна менсалонийка и озлоблена, но все притихли и потащились по своим комнатам. А Кремон отметил, что низкорослый крепыш чуть ли не самый трезвый из всей компании и самый рассудительный. Умеет себя подобающе вести, да и другим не даёт распускаться. Утром надо будет расспросить его биографию и первый кандидат в помощники десятника - готов.

Поспать на своей кровати удалось лишь часа два, но и этого хватило для полного восстановления сил. Да способности организма быстро саморегенирироваться помогали. И на утреннем построении Кашад Низу красовался особой подтянутостью фигуры, безупречностью выданной формы и свежим, без единой морщинки лицом. Комендант его поставил возле себя слева и исподлобья рассматривал строящихся наёмников. Подмечая и фиксируя взглядом каждую деталь одежды, заспанные глаза или непричёсанные вихры. И по эмоциям легко было проследить, кого из воинов он встречал с одобрением, а кого с плохо скрываемой раздражительностью. Сотник Дорнесс, со свей окаменевшей внешностью стоял справа от коменданта, и в его ауре даже эмоции не считывались.

Одной из последней, на грани временного фола, в строй встала свежая и приятно пухнущая менсалонийка. Причём, проходя мимо стоящей в центре плаца тройки, она неожиданно приблизилась, нежно погладила Кашада по руке и томно пожурила:

– Что же ты ушёл так тихо? Я проснулась, а тебя нет. Хоть бы поцеловал на прощание…

Комендант, глядя, как наёмница становится в строй, тяжело и протяжно вздохнул. И даже в ледяных глазах сотника мелькнуло что-то похожее на удивление. А уж остальные сослуживцы позволили себе не только ухмылочки в полный рот, но и несколько сальных шуточек. Как ни странно Золана ответила на них просто с ехидным сарказмом, а последнему шутнику даже беззлобно нахамила:

– Ну не с тобой же, козлина, мне свою кровать делить!

Тут же со сторону выхода из здания раздался короткий звонок. Оповещающий условленное время и сотник, отвесив челюсть, зарычал:

– Оставить разговоры! Внимание! Слушать коменданта!

Старший на построении командир выдержал длинную паузу и заговорил:

– Сегодня мы продолжим наши занятия в том же ключе. Два часа занятий по физическому совершенству, потом теоретические дисциплины. Разве что после ужина отменяется свободное время, и будем проводить усиленные занятия на выносливость.

Раздался недовольный гул голосов, но комендант стал краснеть от гнева и сразу перешёл на крик:

– Как?! Вы забыли о всеобщей ответственности?! Или не прочитали в контракте, что каждый ответственен не только за себя лично, но и за своего товарища?! И вместо обычной попойки решили продемонстрировать свои способности в боевой магии?! Вот вечером и будете негативную энергию сливать на барьерах и тренажёрах! А если кто-либо забыл о сохранности собственных карманов, так я вам ещё один пункт напомню! Там говорится: командование в некоторых оговорённых случаях имеет право оштрафовать провинившегося на сумму до ста золотых шлагов. О чем выйдет соответствующий приказ в отношении госпожи Золаны Мецц.

– Но я не виновата! - воскликнула менсалонийка с явным отчаянием. - Этот хам мне такое сказал!

Недалеко стоявший от неё верзила, чудом спасшийся во время ночной потасовки, миролюбиво улыбнулся и пожал плечами:

– Так ведь ты сама мне на шею вешалась! Да и подобные слова остальных женщин только дополнительно возбуждают.

Общий смешок ясно показал, на чьей стороне большинство наемников, но комендант продолжил выкрикивать со злостью и презрением:

– Вопрос стоит в том, что некто позволили себе применить боевую магию во время отдыха против своего товарища. А значит, пусть готовится распрощаться со ста золотыми шлагами. И никаких оправданий!!! Такое недопустимо! Никогда! Зарубите это на своих носах или сделайте татуировку на своих лбах, если страдаете склерозом. Мало того, сегодня же выясним твою фразу и ты, Схатак, будешь оштрафован как минимум на половину этой же суммы.

– За что?!!! - взревел верзила.

– Молчать! - рыкнул страшным голосом сотник и двинулся в сторону возмущённого наёмника. А, подойдя, остановился на расстоянии полуметра и стал буравить крикуна взглядом. Комендант словно и не замечал этого:

– А за то, что спровоцировал пьяную драку! Или тебе столбняк в голову ударил?! И забыл, как к нашим женщинам подходить надо?!

Верзила опять хотел возмутиться, но так и замер при виде слегка качнувшегося в его сторону сотника. Решив видимо не раздражать начальство в такой обстановке.

– И хочу напомнить: со дня на день вы отправляетесь на ваше постоянное место дислоцирования. И уже там подобные выходки будут иметь для любого самые плачевные последствия. Не хочу пугать, но штрафовать вас вряд ли станут. Просто сожгут, как преступивших закон! Как выжигают болотных ядовитых червей! И никакие ваши выкрики-возмущения "За что?!" не помогут! Всем понятно?! Или кто-то хочет показать свою тупость, прикидываясь большим умником?!

Все стояли нахмуренные и молчаливые, и лишь те, кто имел такую возможность, косились со злобой на виновников скандала. Хотя верзила Схатак явно попадал в категорию невинно попавших под раздачу.

Комендант буравил своими вдруг ставшими пронзительными глазами чуть ли не всех одновременно, ожидая услышать хоть малейшие возражения. Но тупоголовых в строю не нашлось. Желающих притвориться умниками - тоже. Поэтому, проводящий построение Эль-Митолан, вновь принял невозмутимый вид, глаза его вновь стали тусклыми и невыразительными, а голос - спокойным и обыденным:

– Теперь перейдём к нашему пополнению. Скорей всего вы уже познакомились, но теперь представляю вам нового товарища официально. Кашад Низу. Его воинское мастерство вы уже могли оценить недавно. Хочу добавить, что и магические таланты у него не менее уникальные. Поэтому командование сразу присвоило ему звание десятника.

Речь немного прервалась, и продолжилась после пробежавшего по рядам ропота:

– Сегодня Кашад занят обычной рутиной организационной волокиты. Но завтра должен стоять во главе своего отряда. Желающие могут подходить к нему в свободное время и предлагать свои кандидатуры. А сейчас! Внимание! Разойтись на запланированные места занятий!

Строй распался, закружил небольшим водоворотом. На Кашада поглядывали с ещё большим удивлением и заинтересованностью. И многие прикидывали что делать? Идти к этому почти незнакомому Эль-Митолану в отряд или нет?

В среде наёмником подразделение на десятки и сотни было во многом условно. Так сотней считалась группа, в которой было не меньше шестидесяти особей. Но порой то же самое говорили об отряде численностью и до ста пятидесяти воинов. Правда чуть разнились названия: слово "сотня" предварялось прилагательными "малая" и "большая". Десяток имел лишь одно ограничение: в нём должно быть не менее десяти человек. Но порой бывало и до сорока. Тогда к данной терминологии формирования добавляли значения "белый", двойной, "триединый" и "чёрный". "Белый", как правило, давали под командование начинающего десятника. Или в боевых условиях в него входили отборные наёмники квалифицирующиеся в разведке, расшифровке следов и диверсионной работе. И уже "чёрным десятком" командовали заслуженные и опытные ветераны, которым оставался лишь один шаг до перехода на должность сотника.

Скалоподобный Дорнесс стал покрикивать на наёмников, разгоняя их по местам занятий, а комендант повёл Кашада в здание. Но на полпути их догнала менсалонийка, игриво шлёпнула Невменяемого ниже спины и вызвала этим вполне справедливую вспышку негодования:

– Да что ты себе позволяешь?!

– Всё! Поняла, господин десятник! Больше не повторится! - затараторила Золана, совершенно не обращая внимания на нахмуренного коменданта. - Я только хочу сообщить, что очень рада, что попала под твоё командование. И предупредить: никого больше пока не набирай без совета со мной.

Как ни умел Кремон держать себя в руках, но тут потерял дар речи от возмущения. А в следующее мгновение после наёмницы остался лишь запах ухоженного женского тела и чарующей парфюмерии. Комендант резко возобновил движение и бросил через плечо:

– Присмотрел себе заместителя?

– Вроде бы. Только хотел подробнее узнать биографию ордынца со шрамом поперёк лба.

– А, Меченный! - одобрительный кивок и уважительный взгляд. - Смотри ты, как быстро заметил! Действительно надёжный воин. Хоть и до десятника немного не дотягивает. После "беседы" с командиром я тебе дам его дело почитать.

Кремон уже догадывался, что именно сейчас его будут проверять на лояльность под Сонным Покрывалом, но относился к этому с полным безразличием. Его больше интересовало количество приданных ему в подчинение людей.

– В договоре этого не укали! Почему?

– На данный момент у нас туго с десятниками здесь. Ты будешь лишь четвёртым, а надо как минимум пять, а то и шесть. Но и в Ледонии скорей всего будут некоторые пересортировки личного состава. Так что пока себе наберёшь двойную десятку. Только учитывай: при переходе может тебе придётся командовать и сорока подчинёнными. Справишься?

– Постараюсь.

– Кстати, эту фурию ты точно к себе берёшь?

– Ещё чего?! - чуть ли не выкрикнул Кашад, фыркая с возмущением. - Даже не пойму, почему она так себя ведёт, я ей повода не давал. А уж тем более видеть её в своём десятке не желаю!

Комендант остановился перед дверьми памятного помещения и придержал молодого колдуна за локоть:

– А где же выход из сложившейся ситуации? Вот ты не желаешь, другой тоже о ней слышать не хочет, третий чуть в обморок не падает при её имени. А мне что делать? Оставить этот ураган при центре в качестве источника новых неприятностей?

– Вы что, серьёзно? Хотите славить это чудо мне?

– Серьёзней некуда! Вся надежда на тебя. Она хоть слушать тебя собирается. Да и признаёт твою силу.

– Интересно, а почему вам её десятником не поставить? Бояться её будут однозначно.

– Ага! Если выживут в первую же неделю! Ты сам подумай о своём предложении со стороны.

– Ах да, - вздохнул Кашад, - Она мне и сама в подобном признавалась. Опасалась убить за малейшее ослушание…

– Вот видишь! Она тебе даже раскрывается понемногу. Уже отлично. Я думаю, что ты с ней справишься обязательно.

– Да нет, не хочу я такой нервотрёпки категорически!

– И не надоело спорить со старшими? - тихо, но со злобой зарычал комендант. И подтолкнул к двери: - Давай, иди. Не заставляй ждать полковника и очаровательного лейтенанта.

Хотелось ещё спорить и доказывать своё право выбора, но дверь уже открылась, а полковник призывно махнул рукой:

– Заходи! Чего ты там топчешься?

– Уже вошёл, - с раздражением и досадой Кашад закрыл за собой дверь и прошёл к одиноко стоящему стулу. - Господин полковник, десятник Низу прибыл для беседы.

– Садись, чего стоишь. Или боишься?

– Да нет, не боюсь.

К разговору подключилась лейтенант Гулис:

– Но почему такие негативные эмоции из тебя плещут?

– Как же тут быть спокойным, когда под моё командование пытаются всучить самую сволочную и противную самку этого мира!

– Ой! Мне кажется, я поняла! - в голосе колабы явно проскальзывало осуждение: - Ты ненавидишь всех, кто хоть чем-то отличается от тебя? Цветом кожи? Строением?

– Ну что вы? Госпожа лейтенант! Как можно сравнивать?! Под вашим руководством, например, я готов выполнять что угодно. Потому что вы высокоинтеллектуальное и развитое мыслящее существо. Тогда как лишь чуть более загорелая менсалонийка вызывает мою ненависть не смуглой кожей, а своей тупостью, неумением держать себя в руках и желанием перессорить вокруг себя всех на свете.

– Понимаю тебя, - заговорил полковник, - И даже сочувствую. Но если рассуждать здраво, то скажи, что тебе лично Золана Мецц сделала плохого?

– Как что?! - захлебнулся возмущением Кашад. - Да что…, что…, да всё!

– Конкретней?

– Ну…, пыталась закатить истерику в трактире. Нагло приставала ко мне в мужском туалете. Потом…

– Ага, ещё вспомни, как она, после твоего жуткого удара, пожелала поражения от сотника. И как наверняка обиделась, что ты не пригасил её на танец. Ни разу. Да и твои обвинения в приставании и в истерике звучат, мягко говоря, слишком по-женски. Точно так же мне недавно жаловалась одна наёмница на увивающегося за ней мужчину. А потом через два дня пришла опять со слезами и пожаловалась, что ухажёр сбежал от неё после второй ночи страстных любовных игрищ. И просила заставить его одуматься и вернуться к ней. Но то - она. А ты? Ещё и десятником захотел стать! Ха! Как же ты собираешься людьми командовать, если с одной самкой справиться не можешь?!

С минуту стояла полная тишина. Кашад не знал, что ответить и лишь пытался уловить эмоциональный фон колабов. Полковник, похоже, действительно сердился, но вот над лейтенантом Гулис колыхалось марево еле сдерживаемого веселья. Как жаль, что у цилиндров нет лица и определить мимику практически невозможно.

– Ладно, приступим! - закомандовал полковник.

Лейтенант ловко подкатилась сзади и одной рукой наложила Покрывало на голову Кашада Низу.

" Ну вот, опять придётся врать! - подумал тот, привычно уменьшаясь в размерах и располагаясь в собственной черепной коробке. - Бедные червячки! Как им хочется верить, что можно купить лояльность человека большими деньгами! Ну что ж, порадую их своей жадностью и стремлением разбогатеть любой ценой. И об их системе дознания не помешает составить собственное представление. Надо будет скрупулёзно запомнить все их вопросы. Возможно, это и пригодится. Ведь если это интересно им, то и для нашей стороны может представлять определённый интерес".

– Первый вопрос: в каком населённом пункте ты родился?

– Очень маленьком, - заунывным голосом ответил десятник пока ещё не набранного "двойного десятка". Полковник Залан Лирт как-то странно скрипнул и сменил форму вопроса:

– Как называется населённый пункт, в котором ты родился?

В дальнейшем все четыре с лишним часа, вопросы сыпались на сознание Кашада Низу выверенные и правильные. Но о том, что этот южанин на самом деле один из самых лучших Эль-Митоланов Энормии, в души колабов не закралось и тени подозрения.

После обеда пришлось с головой окунуться в процесс формирования личного состава. Прочитать более шестидесяти личных дел, переговорить хотя бы коротко с пятидесятью претендентами. Да ещё и умудряться до самого отбоя не попадаться на глаза разъярённой менсалонийке. И на ночь глядя, используя свободное время, выделенное на сон, новоиспечённый десятник прихватил с собой пятнадцать человек и отправился в Шиирнадар попить пивка. Где они пропадали, чуть ли не до утра, никто не знал, но видимо Кашад решил поближе познакомиться уже с конкретными подчинёнными.

Хорошо что сотник Дорнесс правильно прочувствовал обстановку и после ужина загонял бедную наёмницу чуть ли не до смерти. Напоминая чуть ли не ежеминутно, что она сама виновата в своих бедах и чрезмерных тренировках. И когда Золана поздней ночью добралась до своей комнаты, то сил оставалось лишь на то, что бы обессиленной рухнуть на не откинутое одеяло. Правда, какие-то бормотания из её уст раздавались:

– Ну, погоди, дай мне только выспаться… Хоть чуть-чуть… А потом я тебе устрою.

Компания, возглавляемая молодым десятником, вернулась часа за три до побудки. Хоть все и были порядочно на взводе, но по своим комнатам пробирались тихо. Так же тихо раздевались и ложились на кровати. И опять-таки Кашад пожалел, что так легко поддавался искушению и явно перебрал спиртного. Что-то его слишком качало и кружило на кровати, словно она была подвешена к потолку и раскачивалась как качели. Да и перед глазами, словно туман стоял. Непонятно по какой причине молодой колдун ещё минут десять отчаянно сопротивлялся атакующему сознание сну. Насторожено прислушиваясь к сразу мерно засопевшим товарищам. Но потом отбросил все тревоги и моментально отключился от действительности.

Зато сон вполне приятный приснился. Будто он лежит на берегу озера, а ему делают массаж две симпатичные девушки. Вернее даже не массаж, а эдакие возбуждающие поглаживания.

Поэтому когда почувствовал что просыпается, вначале и глаз открывать не хотел. Было тепло, приятно и сон частично не выпускал из своих объятий. Хотя ухо отчётливо различило передвижения проснувшихся товарищей, их одевания, короткие и приглушенные смешки. А какой-то неприятный червячок сомнения и тревоги никак не мог вырваться из под окутанного сном, разомлевшего сознания. Может как раз всё наоборот? И приглушённые передвижения по комнате как раз и снятся встревоженному чувству ответственности?

В этот момент все вышли, судя по звукам, а один из товарищей по комнате остановился в дверях и проговорил:

– Слушай, Кашад! Мы вас не тревожили, раз вы сами вставать не хотите. Но ведь уже завтрак начинается, а после него сразу построение. Так что смотрите, не опоздайте!

"Странно! Неужели ещё кто-то проспал?!" Теперь уже червячок тревоги превратился в монстра, легко разорвал вязкую паутину сна и вернул сознание в действительность. И туту же Кашад с ужасом почувствовал, что поглаживания ему не снятся, а существуют на самом деле. Под одним с ним одеялом лежала женщина! Плотно прижавшись к его боку, она водила пальчиками по животу и груди, тем самым и вызывая приятные сновидения.

Его выбросило из кровати, словно огромной пружиной. И несколько минут он с ошарашенным видом разглядывал довольную и улыбающуюся Золану Мецц. Одеяло упало на пол, красавица осталась совершенно обнажённой, но словно и не замечала этого. Сладостно и похотливо потянувшись всем своим умопомрачительным телом, она крайне соблазнительно легла на бок и растерянно захлопала ресницами:

– Что, разве уже все ушли?

В этот момент кто-то из обитателей комнаты вернулся, вернее, хотел вернуться. Может, забыл чего. Но лишь на несколько секунд открыл дверь и тут со страшным грохотом её захлопнул. От этого Кашад вздрогнул и перевёл взгляд на себя. Ничего не оставалось делать, как спросить с полным видом дебила:

– А…, а меня кто раздел?

– Фи! Как не стыдно! Может, ты в пьяном угаре забыл, как и меня сюда пригласил?

Парень всем своим обнажённым телом попытался выразить возмущение и несогласие сказанному, но менсалонийка сама заговорила громко и быстро:

– Ладно, не знаю как тебе, но мне ночка понравилась. Кстати, ты можешь и не есть, но я зверски голодна! - при этом она одевалась словно по боевой тревоге. - Поэтому я бегу хоть чего-то перехвачу на завтраке. Не могу потом с пустым желудком тренироваться! Всё, Я побежала! Цём, па!

Мало того, пробегая мимо стоящего посреди комнаты столбом Кашада, она ещё и успела его шлёпнуть ниже спины. Со стоическим видом парень и это издевательство перенёс. А затем чисто машинально стал одеваться, пытаясь понять, как же он попал в эту ловушку. И вспомнил раскачиваемую постель и туман перед глазами. И ту странную тревогу, которая не давала ему некоторое время заснуть. Чем-то на него подействовали! И очень сильно подействовали! И это нечто должно хоть какой-то след оставить на кровати.

Тут стал лихорадочно поднимать простыни. Подушку и матрас и сразу же обнаружил четыре оплавленных кругляша воска в районе подушки. Непосредственно под простынею. И от восковых остатков до сих пор веяло странной и незнакомой силой. Вот тебе и менсалонийка! Вот тебе и постоянная, даже во сне не опускаемая защита! Ничего от этой ведьмы не спасает! И что же теперь делать?

За оставшееся время завтрака Невменяемый тщательно изучил следы магического воздействия, а, идя спокойной размеренной походкой на плац, выстроил логическую цепочку из тысячи крупиц своих знаний и понял, как именно беспробудный сон прорвал его защиту. И сразу же придумал, какие контрмеры надо предпринимать в подобном случае.

Вот только что делать дальше? Помимо того, что у своенравной и жестокой наёмницы может быть в запасе до десятка таких секретов, так ведь ещё и общественное мнение теперь полностью уверено в прелюбодеяниях десятника. Конечно, командование убедить будет легче, а вот остальных? Попробуй всем расскажи о тех сказочных приливах страсти, которые окутали его под видом сна… Неожиданно Кремон вспомнил те приятные ощущения, которые он испытывал при поглаживании и остановился как вкопанный. А ведь ему приятно это вспоминать! И не просто приятно, а очень приятно!

Да… И какое решение принять? Вот уже и плац. И пятнадцать наёмников на левом фланге, выстроившихся тремя пятёрками. Осталось лишь зачитать имена ещё пятерых, из числа тех, которые высказали вчера желание служить под его командованием.

Встал возле них. Справа от него первый помощник. Уроженец Кремниевой Орды, Кузласс Бинай, по прозвищу "Меченный". Он незаметно подмигнул своему десятнику, мол, не робей, всё будет хорошо. И Кашад Низу немного успокоился. А что, может и вправду взять эту убийцу к себе? А вдруг пригодится в нужный момент?

Комендант опять пожурил разгильдяев, наказал двух драчунов, ввел в строй четверых новых наёмников и только затем вызвал в центр нового десятника.

– Ну, кого ещё берёшь?

Кашад по деловому зачитал три имени из короткого списка и три воина перешли на левый фланг. Незаметно наблюдая, как лицо менсалонийки всё больше и больше сковывает маска отчаяния и скорби. Затем огласил четвёртое имя:

– Лидия Салграй!

Немного флегматичная Эль-Митоланша из Баронства Стали сама не ожидала, что её примут в сдвоенную десятку, но прошествовала на новое место чинно и чуть ли не вальяжно. Естественно никто пока не знал, что на неё слишком запал ордынец Меченный и со временем собирался расшевелить суровую крепость своим вниманием. А Кремона он убедил тем, что Лидия считалась одной из самой лучшей по части врачевания. А иметь отличного медика из Эль-Митоланов в своей десятке никакой командир не откажется.

Перед оглашением последнего имени комендант заглянул в короткий список и скривился от разочарования. А затем с укором посмотрел в глаза десятника и прошептал:

– Всё-таки меня не послушал?

Горестно кивая, он с жалостью скользнул взглядом по застывшей в страшном напряжении менсалонийке, и та всё поняла. Плечи её поникли, голова свесилась на грудь, а лицо окаменело почти так же, как у сотника Дорнесса.

Кашад не стал оправдываться. Лишь ещё раз сверился со своим списком и громко крикнул:

– Золана Мецц!

Удивились все. Конечно, каждый по разным причинам. Но больше всех была поражена сама наёмница. Она резко распрямилась и с недоверием уставилась на центр плаца. Пришлось после тяжёлого и специально страдальческого вздоха, предназначенного в первую очередь чуть улыбнувшемуся коменданту, повторить:

– Золана Мецц!

Менсалонийка чуть ли не слевитировала на своё место в новом строю. Туда же отправился и Кашад. А комендант развёл всех на занятия и тренировки. Добавив:

– Новая сдвоенная десятка занимается по индивидуальному плану своего командира. Разойдись!

Кремон уже заранее приготовил определённую программу по выявлению самых слабых в физическом плане и начал с неё. Но от маленькой предварительной речи не удержался:

– Сейчас вы будете бежать за мной. По той самой тропинке в лесу. Кто отстанет больше чем на сто метров сходит с дистанции и возвращается к начальному рубежу. Это только первый тест и он во многом зависит от вашего состояния в данный момент. Но и он кое-что значит. Так что старайтесь. Бегом, марш.

За территорией виллы находился вполне порядочный участок леса. Скорей всего он тоже принадлежал тем же владельцам. Но специально и сильно огорожен не был. Лишь кое-где на палках висели таблички-предупреждения, что данный лес частная собственность. Курсанты центра там постоянно проводили свои марш броски по натоптанной и витиевато петляющей тропе. Причём срезать путь было довольно сложно, и схитрить никто особо не мог. Поэтому о лучшем месте для испытания на элементарную выносливость и мечтать не приходилось.

Вначале Кремон поддерживал средний темп. Через час побежал в три четверти своей силы. Но лишь на третьем часу появились первые отстающие. А когда десятник рванул чуть не в полную свою силёнку возле него моментально остались лишь менсалонийка и ордынец. Но если женщина бежала довольно легко, благодаря своим длинным у резвым ногам, то подобная скорость в исполнении коротконогого Кузласса Биная, заслуживала настоящего уважения и восхищения. Он бежал с таким видом, что казалось, сейчас умрёт, но не отстанет.

Завершив круг, десятник медленно пошёл в сторону виднеющейся в заборе калитки, а Меченному скомандовал:

– Собирай всех и веди сюда!

Тот изрядно сбросил скорость и поспешил на розыски остальных наёмников. Но по разгоревшимся глазам было понятно, что в первую очередь он станет разыскивать Лидию Салграй.

А Кремон остановился и строго уставился на запыхавшуюся менсалонийку:

– Зачем ты это сделала? - имея в виду ночное усыпление. Но Золана ничуть не смутилась, лишь отвечая, интенсивно пыталась восстановить дыхание.

– Да потому что ты мне очень нравишься. И я приложу все свои усилия, что бы заслужить твою любовь.

– Вот дела! Вряд ли у тебя получится. Только запретить права не имею. Пробуй. Но учти: не такими гадкими и нечестными способами.

– Хорошо, я готова и к длительной осаде моего героя.

– М-да… Странное поведение. И учти, я имею право отчислить из десятки любого в период обучения!

– Понимаю, и стараюсь тебя не гневить даже словом, которое может оскорбить твой утончённый слух.

– А если вздумаешь ещё раз повиснуть на моём локте…

– Слушаюсь, мой командир! И теперь лишь с трепетом и надеждой буду ждать твоего специального приказа.

– Будешь дурачиться и кривляться, придумаю за это другие наказания. Я не хочу, что бы про нас думали, как о любовниках.

Золана картинно вскинула руки на вздымающейся груди и с патетикой воскликнула:

– О горе мне! Но я готова и на это. Тем более это так пошло, быть любовниками…

Она даже смешно скривилась от этих слов. Но что-то в её тоне Кашаду не понравилось. Попытался взглянуть на её эмоции, но, наткнувшись на явное смирение и довольство, недоумённо пожал плечами: "Что же она задумала"? Но довести эту мысль до приемлемой разгадки, не получилось. Подчинённые прибежали, чуть ли не строем и обступили своего командира.

– Хорошо. Сейчас на обед и после него сразу собираемся в ангаре на разбор марш-броска и проверки других способностей. Каждый из нас должен иметь представление о возможностях своего товарища. За мной!

ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ

ПОДГОТОВКА

С каждым днём напряжение на вербовочном центре нарастало. Не только по интенсивности тренировок и по хлынувшему потоку новичков. Чуть ли не каждый день наёмники участвовали в патрулировании вокруг одного их огромных особняков, расположенных неподалёку. Фактически весь особняк был превращён в гигантский склад, на котором аккумулировались неисчислимые ящики с оружием. Откуда его только не доставляли. И водным путём, и по суше, и непосредственно из оружейных мастерских Шиирнадара. Да, по всей видимости, не только оружие. Кремон не раз наблюдал, с какой осторожностью и трепетом Эль-Митоланы склада лично вносили вовнутрь усиленные магической защитой сундуки и баулы.

По всем предпосылкам колабы готовились сделать два дела одновременно: доставить в Ледонию невиданный по размерам караван с оружием и артефактами и под видом мощной охраны перепровадить туда же набранных бойцов для своего полка иноземцев. А пока уже сформированные пять сдвоенных десятков, командование центра использовало в дополнительной охране особняка-склада.

Естественно, при первой же увольнительной, Кашад наведался в город и поделился своими наблюдениями и выводами с резидентом. Бадуш к тому времени и сам имел такие же догадки. Ведь подобная скупка оружие и уникальных артефактов была просто скандальной. Только явное покровительство могущественных Верховных Баронов, давало колабам гарантию неприкосновенности и общественное недовольство не доходило дальше приглушенного ворчания. Да и оружейные мастерские трудились в таком круглосуточном темпе, что оставалось лишь удивляться их изворотливости. Видимо многие радовались свалившимся на голову заказам и приличным заработкам. В последние недели в столице самой востребованной стала работа кузнеца. И мало кто подумывал, куда и для чего идёт изготовленное оружие. Никакой щепетильности и предвидения будущего.

Об этом в основном и сокрушались на встрече. К тому же Бадуш почти сразу заявил: никакими средствами и достаточными силами для попытки диверсии они не располагают. И караван, скорей всего, без единых потерь достигнет Ледонии.

– А если попытаться провести диверсию на складе? В особняке?

– И как ты себе это представляешь? Сам ведь перечислял просто невероятные линии защиты вокруг особняка.

– Потому и перечислял, чтобы ты над ними подумал. У меня мозги и так уже опухли. Там ведь сразу три стационарных периметра наставили. О тихом поджоге и думать не приходится. Разве что незаметно вовнутрь Флор пронести…

– И не думай даже! Да и не пускают вас туда.

– М-да… А что же делать?

– Да и Флор у меня только один.

– Всё равно существенно бы им насолили, - не сдавался Кремон. - Там просто до потолков завалено всё ящиками, сундуками и баулами. Вполне может пожар начаться после взрыва. Так что давай Флор мне

– Нет, так не пойдёт. - Бадуш был настроен категорически. - Не хватало сорвать главное задание. А вдруг тебя обыщут? Или кто заметит твои действия, когда ты будешь закладывать шар?

– Тогда остаётся только одно. Постараться вложить Флор непосредственно в один их ящиков с оружием. В момент отправки из оружейной мастерской. Самое сложное - это быстро сообщить мне номер и точное описание конкретного ящика и доставить его в момент моего патрулирования. А я ещё перед воротами быстренько напихаю туда несколько невидимых "зажигалок".

Резидент схватился за голову и закачался, сидя на стуле:

– Ох! Да ты хоть представляешь, как сложно согласовать все эти разрозненные детали?

– Представляю. И понимаю, что времени у нас почти не осталось. По всем прикидкам через несколько дней начнут готовить и загружать непосредственно транспорты каравана. Но другого выхода нет.

– Да и как я успею и сумею тебе сообщить, в каком именно ящике находится Флор?

– Понятия не имею… Ну а что удалось узнать о тех огромных средствах, которыми орудуют колабы?