/ / Language: Русский / Genre:sci_psychology / Series: Мой ребенок - самый лучший

Перестаньте детей воспитывать – помогите им расти

Зарина Некрасова

«Перестаньте детей воспитывать» — голос в защиту родителей, замученных бесконечными советами, чувством долга, отсутствием времени и сил на «воспитание». Авторы предлагают оставить этот трудный и в общем-то неприятный процесс и начать дружить со своим ребенком, понимать его, дышать им, просто любить. «Перестаньте детей воспитывать — помогите им расти» — голос в защиту детей, замученных нотациями, запретами и правилами. Собственно, в книге и нет ни одного совета и правила, зато много тестов, игр и стихов. А еще есть ключи-подсказки родителям на каждый день и почти на каждую ситуацию. Но они здесь не для того, чтобы вы делали все «по книге», а чтобы взрослые увидели мир так, как видят его дети, — и научились у них быть счастливыми и радостными именно сейчас (а не только после зарплаты:)

Заряна и Нина Некрасовы

Перестаньте детей воспитывать — помогите им расти

Вступление

Дети — это такой очаровательный народ, от которого глаз не отвести; а если отвёл — пеняй на себя. Две минуты тишины в детской могут означать приступ вдохновения, из-за чего вы лишитесь и нового дивана, и новой помады. А могут быть следствием огромной любви ко всему миру — ну кто ещё додумается кормить шоколадками видеомагнитофон?!

В итоге слишком многие родители дают себе клятву «не расслабляться»: они всегда готовы к любым… кхм… сюрпризам и каждое сообщение от соседей «а ваш сынок…» встречают хорошо отработанной фразой «а сами-то вы…».

Жизнь таких родителей слишком быстро превращается в марафон нон-стоп, и трудно при таких условиях проявлять любовь к тому, кого пытаешься спасти (или от кого хочешь спастись). Это очень быстро приводит к душевному разладу, депрессиям, хронической усталости и т. д. А сам ребёнок, уставший жить «за стеклом», начинает либо бороться за свою самостоятельность и вырастает хулиганом и нарушителем спокойствия, либо покоряется окрикам и вырастает размазнёй, маменькиным сынком или кисейной барышней (что в современном мире очень опасно).

Некоторые родители смиряются, некоторые предпочитают «взять вожжи в руки». А некоторые начинают искать ответ у педагогов и психологов, но и тут их подстерегает большая опасность. Потому что профессионалы в один голос твердят о педагогических принципах, ответственности родителей и… тем самым «добивают» и так замученных ответственностью мам-пап.

Но у нас есть хорошая новость. Всё не так плохо! Наоборот, всё даже лучше, чем вы думаете. На самом деле можно быть хорошим родителем, воспитывая ребёнка между делом, так, чтобы и ребёнку вас хватило, и самому чувствовать себя человеком.

Тут важно усвоить всего один секрет: детям не нужно, чтобы вы «отдавали им лучшие годы жизни» и всю жизнь на них положили. Единственное, что им нужно, — это ваша безусловная любовь. Что это такое и почему она так важна, как её проявить и чем она отличается от простой любви — об этом мы расскажем в первой части книги.

Если ваша любовь к ребёнку безусловна, то есть не зависит от его оценок и поведения, мнения соседей, напряженности вашего графика и прочих мелочей, вы легко дадите детям то, в чём они больше всего нуждаются. А это всего три простые вещи:

· уважение;

· доверие;

· безопасность.

Три слагаемых, которые сделают любимого человека счастливым. О них — первая часть книги.

Когда теряется безусловная любовь — тогда и начинаются проблемы и трудности с воспитанием. Но вот как заметить, что она уходит, и как сохранить её в себе и детях? Как найти эту грань — давать ребёнку то, что нужно, и не навязывать лишнего, — мы описали во второй части книги. Она посвящена тому, как родителям научиться расти вместе с ребёнком.

Ведь на самом деле хороший родитель набирается опыта вместе с малышом и тоже растет. А это и естьбыли ваши первые уроки сложной, но прекрасной науки «быть родителем». Этот опыт остался с вами, когда младенческие весёлые (и не очень) безобразия закончились и перекочевали в семейные хроники. Из этого первого опыта вы, возможно, уже сделали три полезных вывода:

· Любые трудности — явление временное.

· С ребёнком можно договориться. Всегда!

· Из любой ситуации можно найти выход. И даже не один.

И этот же опыт говорит вам: не усложняйте себе жизнь. Принимайте своих детей такими, какие они есть. Живите и радуйтесь вместе с ними. Воспитание детей — дело совсем не трудное и, даже наоборот, — весёлое и интересное.

Об этом третья часть: растите детей, как цветы. Ведь когда из земли появляется маленький росток, мы не торопим его и уж тем более не тащим за листики, чтоб он поскорее вырос. К солнцу он потянется сам, без нас, потому что это заложено в нём изначально. Мы о-бе-ре-га-ем его. Мы просто создаём благоприятные условия для его роста. Мы просто радуемся и ждём, когда он подрастёт, когда бутон наберёт силу и когда раскроются лепестки.

Любой садовник знает: дерево вырастет, цветы расцветут. Просто им не надо мешать.

Просто надо делать всё вовремя: и поливать, и удобрять почву, и удалять сорняки, и ставить подпорки; и обязательно помнить, что надо именно этому цветку в этот момент, в этой стадии его развития.

Так и с детьми.

Дети растут сами. И всё случается в свой срок.

Надо только не препятствовать этому естественному процессу, а поддерживать, помогать, оберегать.

Так что всё просто — и третья часть книги не сложнее, чем алгебра за 5 класс (которую вам, кстати, тоже ещё предстоит освоить). Надо просто изменить стратегию и тактику своего поведения: не воспитывать ребёнка, а играть с ним в то, что ему полезно и нужно. Игра — самый надёжный способ разрешать сложные проблемы, которые с завидным постоянством подкидывают нам наследники.

Ну а мешать вам осуществить эту замечательную программу будут три врага: чувство вины, химеры вашего собственного детства и ваш личный жизненный опыт (который, если честно, не всегда годится для наших детей). О ловушках для хороших родителей мы тоже расскажем в этой книге. И дадим вам возможность посмотреть врагам в лицо и научиться с ними уживаться.

Ну а чтобы книга ни в коем случае не походила на научное пособие, мы наполнили её играми, практическими заданиями и тестами — весёлыми, легкими и очень-очень важными.

Вот, кстати, первый тест для родителей. Он подскажет, какой вы садовник для своих любимых чад, хорошо ли вы знаете потребности своего ребёнка и не путаете ли их со своими собственными представлениями о том, что хотелось бы иметь вашему сыну или дочке.

Тест Какой вы садовник?

Помните детскую игру «Я садовником родился, не на шутку рассердился…»? Там детки называют себя цветочками и выдают собственные предпочтения в цветах и друзьях.

Вы — садовник; но вы не рассержены. Вы просто решаете, что вам делать сейчас, когда ваш драгоценный ребёнок (в очередной раз) подкинул вам задачку.

Этот тест поможет вам узнать, насколько хорошо вы знаете потребности и нужды собственных детей; умеете ли вы увидеть ситуацию глазами собственного сына или дочери? Да попросту — всегда ли вы понимаете своего ребёнка.

Выбирайте вариант ответа и попытайтесь обосновать свою тактику. Подсказка: читая вопрос, обращайте особое внимание на возраст ребёнка.

Если тот уже вырос — честно вспоминайте свои прошлые действия. Если ещё мал — фантазируйте о будущем.

2 месяца

Ваш малыш проснулся и заплакал. Что делаете вы:

A. Если знаю, что сухой и накормлен, подожду, может, это просто капризы, сам утихнет.

Б. Кто-то из домашних подойдёт; если некому, конечно, подбегу сама.

В. Мгновенно реагирую на плач — подбегаю, чтобы успокоить, беру на руки.

8 месяцев

Вы разговариваете по телефону, а ваш малыш изо всех сил вам «помогает»: кричит, лезет на руки, требует повесить трубку.

А. Призываете к порядку; объясняете, что скоро закончите.

Б. Просите кого-то из домашних занять его или заканчиваете разговор.

B. Подсовываете кастрюлю и крышку, есть шанс, что пока погремит, вы успеете наговориться.

1 год

Собираетесь с ребёнком на прогулку, он не желает надевать ни курточку, ни ботики. Что вы подумаете и что сделаете?

A. Может, ботиночки стали малы? Пора покупать другие?

Б. Успокаиваю и рассказываю, почему надо одеваться.

B. Скажу, что ботиночки сами пошли гулять, и покажу, как они уходят «топ-топ».

1,5 года

Ваш ребёнок мирно играл. Вдруг какой-то ровесник-бутуз вцепился в его игрушку. Оба тянут её, каждый в свою сторону, и оба вопят при этом. Вы:

A. Вмешиваетесь и объясняете, что делать можно, а чего нельзя.

Б. Кидаетесь на помощь своему ребёнку и успокаиваете.

B. Даёте тому карапузу что-то другое, а игрушку возвращаете своему малышу.

2 года

Ваш ребёнок, играя с кошечкой, попытался открутить ей хвост, и та, оскорбившись, цапнула его. Вы принимаете необходимые санитарные меры и говорите:

A. Плохая кошка, мы ей зададим.

Б. Давай-ка выпустим её погулять.

B. Ты же сделал ей больно!

3 года

Ваш ребёнок показал язык взрослой тёте, которая пытается погладить его по головке. Вы:

A. Делаете ему замечание и позволяете тёте погладить его.

Б. Объясняете малышу, что это просто замечательная тётя и она его очень любит.

B. Громко говорите своему чаду: давай я свяжу тётю, а ты в это время погладишь её по голове.

4 года

Вы забрали сына из детского сада. По дороге выясняется, что он прихватил из садика маленькую матрёшку и хочет подарить её подружке — соседке, потому что влюбился в неё. Вы согласны, что это уважительная причина? Ваша реакция?

A. Да вы что? Какая любовь в этом возрасте?

Б. Очень забавно, но игрушку придётся всё-таки вернуть.

B. Быстренько придумываете, что он может подарить этой девочке, а пока возвращаетесь в садик и ставите матрёшку на место.

5 лет

Жарко. Ребёнок выпил уже два стакана воды, и вот прибежал и требует третий. Вы наливаете полкружки. Он рыдает и требует полную. Вы:

A. Оставляете как есть, захочет — выпьет.

Б. Наливаете эту кружку да краёв, придумывая на ходу, как отобрать и не дать выпить всю.

B. Прикинув, что кружка больше стакана, переливаете воду в стакан.

6 лет

Как ваш ребёнок закончит эту историю? «Дочка с мамой шли по дорожке, вдруг на девочку зашипел гусь… она испугалась, но тут мама…»

A. Мама сказала: «Нельзя шипеть на детей».

Б. Мама взяла девочку на руки и пожалела её.

B. Мама обняла дочку, а потом они угостили гуся хлебными крошками.

7 лет

Ваш ребёнок сообщил, что сегодня получил две пятёрки и одну тройку. Что вы скажете ему в первую очередь?

A. Я ж говорила тебе: надо учить все уроки.

Б. Спрошу, по какому предмету схватил трояк, даже посочувствую.

B. Похвалю за пятёрки.

8 лет

Ваш ребёнок уговаривает вас купить ему большую собаку, овчарку или питбуля. Вы не против, так как и сами хотели купить щенка. Что вы сделаете сначала?

A. Обсудим его обязанности.

Б. Поговорим и помечтаем, как будем её дрессировать.

B. Выясню, почему именно большую собаку (может, ему нужна защита).

9 лет

Вы договорились, что сегодня он вернется с улицы пораньше и вы вместе пойдёте в гости. Вы прождали его около часа — и вот наконец-то звонок. Он оптимистично сообщает, что сидит у друга и сейчас прибудет. Как и когда вы скажете ему своё недовольство?

A. Сразу же, как появится.

Б. Решаете, что у вас будет время обсудить этот поступок, например, после ужина.

B. Замечание вы сделаете, но, так как подобное уже было, при первой возможности поступите с ним так же.

10 лет

Вы купили ребёнку красивый свитер. Он в восторге, но вот надел пару раз, сходил в школу — и забросил, потом наотрез отказался надевать. Вы:

A. Уговариваете носить этот свитер, объясняете, как он ему идёт.

Б. Убираете, надеясь при случае подсунуть снова.

B. Решаетесь присмотреться, как и во что одеты его друзья.

11 лет

Ваш ребёнок повесил на дверь своей комнаты большой плакат, на котором — дуля (кукиш). Как вы думаете, почему он это сделал?

A. Вряд ли он способен сделать это, слишком некультурно.

Б. Так он высказал своё мнение о нас.

B. Думаю, это тактичное предупреждение, чтоб не мешали.

12 лет

Ваш сын пришёл домой с другом. Спрашивает, можно ли им вместе поиграть сейчас за компьютером. Вы отвечаете: «Конечно, зайчик», а чуть позже замечаете, что он обижен. Почему?

A. Какие-то неприятности? Надо расспросить.

Б. Как я могу что-то заметить, если они закрылись в комнате?

B. Зайчик уже вырос, ему неудобно перед другом.

13 лет

Ваш ребёнок часто придумывает варианты повести, которую собирается написать, и рассказывает вам их. Впрочем, повесть он пишет уже давно, но сюжет меняется, характер и поведение героя — тоже, и дальше завязки дело не движется. Что вы ему посоветуете?

A. Писать — любое дело надо учиться доводить до конца.

Б. Видимо, ему не хватает времени или усидчивости; помогу, если попросит, например, подкину идеи.

B. Ничего не стану советовать, буду просто с удовольствием слушать всё новые и новые варианты (подумаю, какие интересные параллели с его жизнью, с тем, о чём думает).

14 лет

Вы идёте по бульвару и вдруг замечаете, что на пьедестале, оставшемся от разбитой скульптуры, стоит ваш ребёнок и очень увлечённо декламирует какие-то стихи. Его шумно слушают несколько приятелей. Вы опешили от неожиданности, но потом:

A. Прикидываете, а не стоит ли подойти поближе.

Б. Прикидываете, нет ли поблизости милиции.

B. Слушаете текст, потом, радостно отметив, что он вполне цензурен, потихоньку уходите, пока вас не заметили.

15 лет

Вы вдвоём с сыном гуляете по городу, никаких планов у вас нет. Сын уверенно ведёт вас вперед, но вам кажется, что вы заблудились. Вечереет, а вы всё никак не можете отыскать нужную вам улицу. Ваш молодой мужчина упрямо не желает расспрашивать редких прохожих. Вы:

А. Начинаете нервничать, берёте инициативу в свои руки и быстро находите дорогу.

Б. Вы всегда неплохо ориентировались на местности и поэтому даёте ему советы по выбору маршрута.

В. Решаете, что гулять — приятное занятие, и полностью полагаетесь на него, да и время позволяет.

16 лет

Ради сына или дочери вы забросили своё любимое занятие, так как хотели больше внимания уделять ребёнку. Вы скажете ему об этом?

A. Да.

Б. Нет.

B. А зачем бросать любимое занятие?

Младшее поколение в очередной раз не понимает вас. Как вы считаете:

A. Это вечная проблема «отцов и детей»!

Б. Понять друг друга можно, если очень захотеть.

B. Есть случаи, когда понять друг друга просто невозможно, — остаётся только принять всё как есть.

Результаты

Ни для кого не секрет, что дети думают и чувствуют не так, как мы (секрет только, зачем они запустили тортом в кошку). Им пока недоступна логика взрослых; и то, что взрослому кажется очевидным, может быть недоступным для понимания ребёнка, мир для них наполнен прежде всего чувствами, эмоциями. Они ярче и удивительнее, чем у взрослых, и это формирует собственно детскую систему приоритетов и ценностей (где мамино золотое кольцо не дороже павлиньего пера, а потому их можно обменять). И как следствие — точка зрения ребёнка и взрослого часто не совпадают. Проблемы возникают, когда взрослые ожидают, что их наследники станут вести себя так-то и так-то. Ну а дети порой ведут себя с точностью до наоборот и при этом совершенно не понимают, за что им всё-таки досталось, — и очень переживают.

Но проявить понимание придётся нам, взрослым. Оценивая (порой осуждая) поступок ребёнка, необходимо учитывать, что любимый человечек сделал это не просто так, что на это были какие-то причины. Это с вашей, взрослой точки зрения его действия неверны, а со стороны детской логики все законно. И заставляя его подлаживаться под нас, требуя «взрослости» раньше, чем он сам до неё дорастёт, мы не только выдёргиваем его из детства, но ещё и сбиваем с толку, не даём созреть, дорасти, отстоять себя и право на своё миропонимание. Упорно добиваясь частных мелочей — уборка, уроки вовремя, — мы иногда мешаем ему в главном: осознать себя таким, какой он есть на самом деле, стать собой.

Если большинство ответов:

А. Вы всегда видите перед собой маленького взрослого.

И часто на действия малыша реагируете так, как среагировали бы на проступок взрослого. И потому вы бываете недовольны и разочарованы, а ваше сокровище либо выбивается из сил, чтобы «соответствовать», либо уже готовится стать записным лентяем и прогульщиком — всё равно ведь невозможно соответствовать всем вашим взрослым требованиям.

Другими словами, садовник из вас — так себе. И то, что вы делаете, порой напоминает попытки вырастить пальму в Сибири. Ведь вы же построили парник, почему она не растёт!

Б. Ребёнок для вас — маленький, всегда, при любых обстоятельствах, как бы давно вы ни вышли из роддома.

Вы помните, что дети отличаются от взрослых, но, возможно, иногда забываете, что это не признак их беспомощности, слабости или «недоразвитости». Это просто другая Вселенная, альтернативная вашей, с ней тоже надо считаться, её тоже надо уважать.

Другими словами, садовник вы старательный, но вы закидываете пальму ватниками и заливаете удобрениями. Оставьте ей что-то сделать самой, ведь расти — это ее дело, а не ваше!

В. Вы твердо усвоили, что точка зрения маленького человека не всегда совпадает с вашей. Вы знаете, что он видит мир иначе, что он думает иначе. И самое главное — вы успеваете вспомнить об этом и мысленно встать на сторону ребёнка прежде, чем приступить к «воспитательным мероприятиям».

Поздравляем: вы грамотный садовник. Именно такие, как вы, возводят оазисы в пустыне.

Почему предпочтительнее вариант «В»? Об этом мы вам пока не скажем, но скоро вы и сами всё поймёте. Впрочем, наиболее нетерпеливые могут сразу начать с третьей главы, где мы более подробно рассказываем о возрастных особенностях детей.

Кто прав?

Полуторалетнюю Арину угостили булочкой с маком.

Малышка, старательно повертев её в руках, вдруг отколупывает корочку и бросает на пол.

Одновременно раздаются два возгласа:

«Ты что делаешь?!» — это мамин.

«Ай-ай-ай, как плохо! Нельзя бросаться хлебом!» — это тётин, из очереди.

Обе уверены, что малышка хулиганит.

А та поднимает от булки небесно-синие глаза и спокойно говорит: «Глясь!»

И в самом деле — малышка никогда не видела мак и справедливо приняла маковые зёрнышки за грязь.

Вот и очищает.

Вывод: Хорошо, когда мама не торопится с выговором.

Часть первая

Любить без условий, растить без усилий

Глава первая

Любовь без условий

Безусловная любовь — та почва, на которой вырастают самые прекрасные цветы.

Любить, а не любоваться

Давным-давно (может быть, в прошлую пятницу), когда вашему прелестному созданию было годика полтора-два, он/а научился говорить. И из всех слов русского языка ваше сокровище выбрало чудесную парочку — «дай!» и «неть!» — и тиранило вас ими с утра до ночи (и даже намного дольше). «Пора домой; не рисуй на обоях; иди кушать; дай я тебя умою…» — а в ответ сплошные протесты и требования. Ваше чудо протестовало, бунтовало, хулиганило. Оно пыталось вас не признавать. Даже бороться с вами. Вероятно, иногда вас возмущало и доставало такое поведение, но чаще — забавляло и смешило. Вы легко прощали малышу все фокусы и безобразия, и свои недочитанные книги, и заброшенных из-за него друзей. Вы понимали: он совсем-совсем маленький и вы для него — самый главный в мире человек.

Вы любили его просто так, вот такого, какой он есть: нетерпеливого, капризного, чумазого и своенравного. Любили — и поэтому легко и радостно смирялись и принимали его всего — от макушки до пяток. Недостатков вы не считали (а впрочем, их и не было). А если и сравнивали малыша с другими детьми, так только затем, чтоб лишний раз убедиться: он — самый лучший и другого мне не надо.

Конечно, иногда вы выходили из себя, иногда даже приходилось принимать крайние меры, и это не всегда было приятно. Но на ваше настоящее отношение к ребёнку, на любовь к нему такая повседневная суета не влияла.

Вы прекрасно понимали, что малыш растёт и учится быть самостоятельным. Просто делает он это вот таким своеобразным способом. Потому что иначе ещё не умеет. И вы учили ero, поддерживали и помогали. И учились сами — понимать своего ребёнка и находить с ним общий язык.

И это был удивительный и самый правдивый в мире язык — язык безусловной любви.

Он понятен без перевода, потому что идёт от сердца к сердцу.

Безусловная любовь — это любовь просто так, задаром. Это «я люблю тебя, потому что ты есть». Это не просто любовь к определённому объекту, а та, настоящая, из которой мы сотканы и которая — единственная в мире — дает ощущение первозданного счастья. В ней нет манипуляций — «я буду любить тебя, только если ты…». Она бескорыстна, потому что родители не ставят себе условий: за что любить, а за что нет. Они не оценивают: «Сегодня ты был хороший, дай за это я тебя поцелую». Или: «Ты мне совсем не нравишься, такой вредный». Или: «Что? Ты опять не выучил уроков? Уйди от меня, я тебя не люблю». Такие фразы (даже если мы говорим их в шутку) и такое наше отношение рождает в ребёнке мучительные сомнения: «Меня любят? не любят? я хороший? я плохой?» Человечку очень важно знать правду — и он ищет ответ. Дети всегда спрашивают родителей, как сильно те их любят. Но спрашивают — не только словами, а действиями, поступками. Натворят что-то — и смотрят: а как папы-мамы на это отреагируют? и где она там, их любовь? а правда ли любят? и как?

Вы замечали, как иногда хочется подойти, погладить, утешить нашкодившее дитя, но вы изо всех сил сдерживаетесь. А почему? И правильно ли? А вдруг сейчас, в эту минуту, рушится самое главное — ваше взаимопонимание, и вы теряете душевный контакт со своим ребёнком? Потому что именно в эту секунду он усомнился в вашей любви, а значит — и в своем праве любить и быть любимым. И как понять, насколько действенно наказание, и вдруг оно приведёт к обратному — к полному отчуждению друг от друга?

Это очень тонкая грань: наказывать, выказывать неудовольствие, сомнение — и при этом не смять, не сломать веру малыша в то, что он достоин любви и что вы всегда будете его любить.

Почему для ребёнка так важно почувствовать (прочувствовать) эту истинную любовь?

Потому что от этого зависит тот образ собственного «Я», который создаст малыш, его мнение о себе самом, его самооценка.

Потому что только она, любовь без условий, даёт родному человечку уверенность в надёжности мира, мира, в который он пришёл. Человек, недополучивший в детстве этой иррациональной, безусловной любви, не научится по-настоящему любить себя и любить других, не научится по-настоящему доверять ни окружающим его людям, ни самому себе.

Поначалу ребёнок учится принимать нашу любовь, потом начинает учиться отдавать, дарить её сам, щедро и радостно. И такой «круговорот» любви делает человека счастливым.

Совсем маленьких детей взрослые окутывают именно такой, настоящей, безусловной любовью, но вот ребёнок подрастает — и что-то в родителях меняется. Что?

Сначала мы ставим рамки, выдвигаем условия: «Буду тебя любить, если ты…», причём ставим их как бы понарошку (мы-то знаем, что будем любить всегда!), ставим затем, чтоб ребёнок слушался, чтоб привыкал к порядку, чтоб… да мало ли причин и поводов? Потом родители втягиваются в эту игру, на самом деле абсолютно ненормальную, и в конце концов так привыкают, что и вправду начинают любить не «просто так», а «за то, что ты…» (за то, что ты умница, за то, что послушный, за то, что учишься на «пять», и т. п.). Вот и получается, что родители выдают любовь, как товар в магазине. Им кажется, что так от ребёнка легче добиться желаемого. И тогда происходит печальная метаморфоза: любовь на определённых условиях становится привычкой, точкой отсчёта, основой отношений. Потихоньку, шаг за шагом она вытесняет любовь безусловную.

Разница поначалу не очень заметна: и так любовь, и этак любовь. Но это для взрослого она не очень незаметна, зато дети прекрасно улавливают оттенки. И начинают сомневаться — сначала в нас, потом — в себе, потом — в надёжности всего мира.

Как это происходит

Внешне это выглядит весьма благородно и называется «привить навыки культурного поведения», «приучить к порядку», «уберечь ребёнка от опасности» и т. д. и т. п. Казалось бы, а как иначе? Ну, правда: вцепился малыш в свою игрушку и не даёт никому (ах, жадина! — скажет бабушка), тянется к собачонке (не трогай, укусит! — предупредит бдительная мама), нельзя говорить «противная» незнакомой тёте (так не принято, ну и что, что пристаёт?!), не лезь в эту лужу (а то простудишься и заболеешь, или испачкаешься, как сви… ой, извините!).

И кричат заботливые родители и другие взрослые энергичной детворе с утра до вечера: «Не ходи, не ной, не делай, не смей, нельзя! Обидят! Свалишься! Накажу! Упадёшь! Разобьёшься!»

И всё бы ничего, если бы не одна досадная «мелочь» — дети по-особенному воспринимают наши замечания. Дело в том, что маленький человек не способен критически мыслить и анализировать наши слова. Доверие малыша к родному взрослому абсолютно. Он верит: всё, что мы говорим, — истинная правда. И что же делают наши острастки и сердитые «не»? Медленно, но верно мы внушаем ребёнку мысль, что мир вокруг него опасен и недобр и что надо вести себя тихо-тихо, надо быть осторожным, ведь за каждым углом ждет большая бяка, но главное — главное! — надо слушаться. «А если не будешь слушаться, то любить тебя я не буду», — запросто говорит малышу его родная мама. А малыш пугается и — верит. Фактически ребёнку говорят: тебя любят, только если ты выполняешь такие-то условия, а просто так любить не будут — не за что. Условия могут быть разные, а результат один.

С нашей подачи маленький человечек делает жестокое открытие: любовь не получают просто так, её надо заслужить. Но ему-то любовь нужна как воздух — для дыхания. И он хочет, хочет её заслужить. Но выполнить всё, чего мы от него требуем, ребёнок просто не в силах, как бы ни старался. И когда он это понимает — в его душе зарождается страх. Наружу он выльется капризами, злостью, упрямством, трусостью, нервными срывами и ночными кошмарами…

Почти все наши взрослые боли и недостатки порождает тот самый детский испуг: «Меня не любят!» или «Я недостоин любви!»

И все проблемы воспитания и взаимоотношений начинаются в тот самый миг, когда мы теряем ощущение безусловной любви.

Практикум

Запрет на «нет»

Малыш, который только пришёл в мир, ещё ничего не знает о нём. И первая связующая нить между ним и миром — это любовь.

Это удивительное чувство — любовь. Откуда оно приходит? Ниоткуда.

Любовь просто рождается вместе с каждым маленьким человечком, и живет, и дает ощущение бесконечного счастья, и для этого не нужны никакие условия и никакие усилия. Усилия нужны для того, чтобы научиться НЕ любить. Не отдавая себе в том отчета, мы преподносим нашим детям эти странные уроки. С завидным постоянством, из самых благих побуждений мы отлучаем детей от любви.

Как-нибудь, проходя через скверик, где копошатся маленькие дети, просто прислушайтесь к тому, что и как говорят им мамы. Вас поразит, сколько замечаний обрушивается на детские головы. А если понаблюдаете ещё немного, легко заметите, что родители самых буйных детишек и родители самых застенчиво-тихих чем-то похожи: именно они чаще всего твердят «нет», «нельзя», «разве так можно», призывая (или делая вид, что призывают) к порядку своих карапузиков. Иногда кажется, что внутри такой мамы работает автомат по производству запретов, вот он включился, что-то там замкнуло — и теперь никак не остановится. Впрочем, сама мама в это ни за что не поверит. Мы вообще многое делаем на автомате. Не потому, что вредные, а потому, что так привыкли. И в силу привычки уже не замечаем своих промахов.

На всякий случай проверьте: а сами-то вы не увлекаетесь запретами? Сделать это легко.

Подойдёт любой день, который вы проведёте со своим ребёнком, нужно только запастись мелкими фишками, монетками или, например, орешками.

Тест-эксперимент Посчитай доходы

Вариант 1

Оборудование:

Для этого теста вам понадобятся два кармана и много мелких монет (монеты можно заменить орешками, желудями, камешками, ракушками и т. д.).

Цель:

Выяснить, много ли вы запрещаете (не пропускайте ни одного случая, когда вы что-то запрещаете своему ребёнку).

Процесс:

С самого утра держите под рукой монетки. И делайте так. Каждый раз, когда вы говорите ребёнку «нет», «нельзя» или просто «не…» («не делай, не ходи, не смей…»), кладите монетку в левый карман. Каждый раз, когда вы хотели запретить что-то или были чем-то недовольны, но сдержались, кладите монетку в правый карман.

Результаты:

Уже к обеду ваши карманы потяжелеют. Многие родители замечали, что во второй половине дня монетки в левый карман начинают прибывать гораздо медленнее: «нетканья» становится меньше. Зато правый тяжелеет быстрее.

В конце дня подсчитайте свои «доходы».

И прикиньте: а как бы вы сами реагировали, если б вам столько раз за день сказали «не-зя-я»? И положа руку на сердце, скажите: с вами легко ужиться?

Вариант 2

Ещё лучше, если в этом эксперименте будут участвовать и другие взрослые члены семьи. Если ваши дети достаточно большие, им тоже можно предложить поучаствовать. И когда вы сравните результаты, они вас, вероятно, удивят. А самое главное, появится повод для общесемейной беседы (и выводов).

Попробуйте недельку-другую последить за собой и потом повторите тот же эксперимент. И если «доходы» станут меньше, можете смело себя поздравить.

Вариант 3

Таким же простым способом вы можете проверить, а не слишком ли часто вы навязываете ребёнку свою волю, требуете, приказываете…

Можете поставить прозрачную вазу и предложить ребёнку каждый раз, когда вы на него «нажмёте», отмечать этот факт особым звуком — «хрустальным звоном» по любимой вазе. Гудком, щелчком, писком. Вариантов вы можете придумать множество, главное здесь — научиться замечать за собой собственные ошибки и переборы.

Работа над ошибками

Но вот — заметили, и что дальше? А дальше бывает так. Некоторые сознательные папы и мамы, честно отметив, что они слишком много говорят «нет» и «нельзя» своему любимому наследнику, решают круто измениться. Они резко перестают «грызть» своих детей и… направляют освободившуюся энергию в другую сторону — на то, чтоб погрызть самих себя. Ничего хорошего из этого, естественно, не выходит. «Повинившихся» родителей начинает мучить совесть, им хочется загладить свою «вину». А для этого они, быстренько развернув себя на 180°, делают всё наоборот: если раньше ребёнку безостановочно запрещали, то теперь всё позволяют—изо всех сил. К сожалению, сообразительные детки мигом оценивают новую родительскую тактику и буквально садятся на голову старательным родителям. Да, ваша задача, дорогие мамы и папы, — отказаться от запретов (вернее, свести их к разумному минимуму), но отказаться с умом!

Как избежать запретов

Первое: не позволять себе никаких упрёков в свой адрес! Драгоценная родительская энергия должна расходоваться не на разрушение (то есть самоедство), а на созидание (то есть на отработку новой тактики). Вы заметили — вы исправили — вот ваш девиз.

Второе: чётко сформулируйте, в чём ваша ошибка и как вы будете её исправлять. Ещё лучше, если вы запишете это. Например, вы говорите себе: «Да, я слишком часто одёргиваю ребёнка» и «С (дата) я начинаю контролировать себя и…»

Третье: выполняем.

Ясно, что избавиться от вредной привычки одним махом невозможно.

Если вы привыкли одёргивать и поучать, необходимо время, чтобы от этого отвыкнуть.

Причём, чтобы не переживать из-за каждого промаха, лучше всего отучаться как бы понарошку. Не стремиться искоренить вредную привычку, а начать с ней играть.

Да-да, играть. Давно замечено, что в игровой форме любое «воспитательное мероприятие» проходит веселее, легче и безболезненнее.

Почему? Потому что игра раскрепощает, игра — это маленький праздник, который выводит за рамки повседневности. Игра — это всегда немного несерьёзно, а значит, вы не будете ставить себя и ребёнка в суровые рамки, устанавливать сроки и судить слишком строго. Нет лучшего способа решить проблему, найти общий язык, повеселиться — и всё это можно делать одновременно. В игре есть правила, которые непременно надо соблюдать (а иначе — какая же это игра). А самое главное, если даже вы сделаете неверный ход (ошибётесь, проиграете) — ну и что? Всегда можно сказать «чур-чура» и начать сначала.

Практикум

Игра «День без запретов»

Вариант 1

Поиграйте! Объявите в своём доме «День без запретов».

Да-да, попробуйте как-нибудь обходиться весь день без запретительных акций! (То есть за целый день вы не должны ни разу произнести «нет», «нельзя», «не…» и другие запретительные слова.)

Вы, конечно, скажете, что это нереально — за целый день не сделать ни одного замечания. И будете правы. Потому что частенько мы на самом деле не можем обойтись без запретов. Малыш балансирует на краю дивана, первоклашка после уроков идёт не домой, а на ледяную горку, да мало ли что ещё. Действительно, бывают ситуации, когда вмешаться, остановить ребёнка, сделать ему замечание просто необходимо. Необходимо? Ну и делайте на здоровье. Но только соблюдайте правила игры:

* Делать замечание (останавливать, запрещать) можно только в самом крайнем случае.

* Замечание можно делать только в позитивной форме. Например:

Малыш лезет на подоконник. Вы не кричите ему «нельзя!», а подбегаете, хватаете на руки и всем своим видом показываете, как это страшно, как вы испугались. Малыши всё срисовывают с родителей. И ваш испуг проймёт его гораздо больше, чем прямой запрет.

Ваш первоклашка вместо обычных пятнадцати минут добирается домой со школы часа полтора? Вы можете сказать: «Почему ты не пришёл вовремя?» (Но такая фраза — не по правилам игры!) Поэтому говорите примерно так: «Сейчас два часа, где же ты был?» или «Когда задерживаешься — обязательно звони». Вот вы и замечание сделали, и правил игры не нарушили. Кстати, от соблюдения игровых правил есть ещё одна польза. Первый вариант (замечание с «не…») звучит как упрёк и вызывает внутренний протест у ребёнка, в лучшем случае от такого замечания ему станет стыдно — и только; в другом (без «не…») акцент делается не на упрёк, а на то, как ребёнку надо поступать, чтобы им были довольны. Вы даёте ребёнку направление, ориентир. А это очень важно: ведь на самом деле детям нравится быть хорошими. Даже если вслух они об этом не говорят.

Вариант 2

Если вы чувствуете, что «День без запретов» вам не потянуть, начните с другого, облегчённого варианта. Можете для начала играть в «Час без запретов», а потом, день за днём, постепенно увеличивать время. Примерно через месяц привычка твердить «нельзя» и другие вредные «не» обязательно уйдёт, потому что появится новая: делать любое замечание только в позитивной форме.

Вариант 3

Со старшими детками, школьниками, игра в одни ворота не очень эффективна. Зато с ними можно поиграть в очень увлекательную игру под названием «Да и нет не говорить, в черном-белом не ходить». Кстати, такая забава поможет вывести подростков из меланхолии, в которую они так часто погружаются.

Подловив момент, когда ваше чудо пребывает в добродушном настроении, предложите ему поиграть. Условия игры простые: весь день не говорить слов «чёрное», «белое», «да» и «нет». Кто скажет — с того штраф. После этого вы ставите на видное место ёмкость для штрафов и — продолжайте жить так же, как всегда. Впрочем, «как всегда» у вас не получится, потому что жить в этот игровой день будет гораздо веселее. Запретные слова слишком популярны, они сами собой выскакивают то у одного, то у другого игрока, что каждый раз вызывает радостные комментарии и приступы смеха, причем, чем дальше идёт игра — тем веселее. А смех — это прекрасное раскрепощение! Ну нельзя же одновременно дуться и смеяться, так что волей-неволей напряжение («напряг», как говорят наши детки) уменьшится, а договориться и мирно обсудить насущные проблемы вам станет гораздо проще.

Если хотите — присуждайте штрафные баллы за промахи и оговорки. Придумайте любой штраф (подтянуться на перекладине, выпить чашечку воды, прокричать «иго-го!» — что угодно); единственное условие: штраф не должен быть обидным. Штрафные очки можно отрабатывать сразу, а можно складывать (например, фишки, фантики разного цвета). Подойдёт даже простая баночка-корзиночка, причём одна на двоих (мол, свои люди, сочтёмся); туда вы бросаете что-то вкусненькое, а потом, в конце дня, вместе съедаете. (Забавно: вы не проглатываете обиды — вы ими закусываете!)

Природа запретов

Вообще-то слово «нет», как и частичка «не», очень коварно, но обладает одним странным свойством. Это слово или пролетает мимо ушей, или, наоборот, ребёнок воспринимает наше «не» как прямой приказ — и НЕ делает того, о чём просит взрослый.

Например, посылаете вы своё прекрасное чадо в магазин за молоком и, вспомнив, добавляете: «Не забудь купить ещё сметаны». Скорее всего, про сметану наследник забудет. Но он не виноват! Это вы должны были сказать иначе: «Купи ещё сметаны».

Дети вообще часто слышат не то, что мы имеем в виду. И в первую очередь это относится к негативным высказываниям. Их-то наша психика воспринимает в штыки. Иногда достаточно изменить построение фразы — и исчезает масса недоразумений и неприятностей, связанных с забыванием и непослушанием.

Ну а для наглядности здесь приведена таблица. Высказывания в ней расположены по мере роста детей (и возникающих проблем) — от обращения к малышам до обращения к подросткам.

Как можно запретить не запрещая

Как не надо говорить

Что думает ребёнок

Как сказать правильно

Не прыгай на краю. Упадёшь!

Проверим!

Стой! Осторожно, край! Посмотри…

Нельзя рисовать на обоях.

Буду!

Вот большой лист, рисуй здесь.

Не дёргай кошку за хвост!

А за что можно?

Кошке больно, она тебя оцарапает.

Не лезь в эту лужу!

Я не лезу, только попробую…

Лужа глубокая, обойди её с краю.

Не шуми!

Буду!

Давай послушаем тишину.

Ты опять не выучил уроков…

Ну и что? Па-а-адумаешь!

Через час я проверю, как ты выполнил домашнее задание по…

Нет, я не разрешаю тебе идти в парк, нечего тебе там делать (ты ещё слишком мал, чтобы…).

Я большой! (Но я же не маленький!)

Одному в парке опасно… в парк пойдём вместе, в воскресенье… возьми меня с собой…

Сколько раз тебе говорить!

Форма риторического вопроса не доходит до ребёнка, потому что он не считает это ни за вопрос, ни за указание.

Сделай то-то и то-то… (Конкретно скажите, что вы от ребёнка хотите.)

Не трогай мороженое, пока не съешь кашу.

Вам что, мороженого жалко?!

Сегодня у нас на десерт мороженое!

Сколько можно висеть на телефоне!

Сколько надо! А сама-то…

Извини, ты давно разговариваешь, а мне надо позвонить…

Сними этот безобразный плакат.

А мне нравится! (Много ты понимаешь!)

Повесь, пожалуйста, что-нибудь другое, а то я боюсь такого реалистичного изображения огня (меня пугают такие монстры).

Сколько можно сидеть за компьютером!

Он подумает, но не скажет: «Да сколько угодно».

Ты играешь почти час. Через 10 минут заканчиваешь, хорошо?

Видеть лучшее

Чаще всего дети ведут себя неправильно не потому, что хотят нам насолить, а просто потому, что они дети. И мир они видят иначе, и память у них работает по-другому, и интересы, в конце концов, другие. Если вы помните об этом и верите, что ваш ребёнок — Очень Хороший Ребёнок, это отразится и в ваших словах, и в интонации — подтекстом.

Даже если сейчас, сию минуту он не такой, но вы видите в нём лучшее и делаете акцент на этом-то ему на самом деле захочется быть таким. Если же вы так не считаете — это тоже скажется и в голосе, и в словах. И тогда человечек сделает вывод: так зачем же стараться? Всё равно плохой. Это как планка для прыжков в высоту: опущенная слишком низко, она не дает возможности тренироваться и совершенствовать своё мастерство.

Кто меня научит?

Не обязательно ходить на курсы и штудировать массу книг, чтобы понять, как правильно обращаться с собственными детьми, как вырастить хорошего, уверенного в себе, счастливого человека. Иногда достаточно просто повнимательнее посмотреть вокруг — и неожиданно для себя вы встретите великолепных учителей.

Для нас таким «педагогом» однажды стала собственная собака — рослый поджарый «дворянин» по имени Бонифаций.[1]

Впервые Бонн подошел к кроватке новорожденного «на цыпочках», шумно втянул воздух и растерянно поглядел на час, требуя пояснений.

— Свои, — сказали ему.

— Свои? — изумился Бонифаций и улёгся рядом, видимо обдумывая новую информацию. Свёрток в кроватке зашевелился, и вдруг из него раздался первый пробный вопль. Отныне пёс неизменно терял самообладание при звуках детского рёва. На чём и попался. Мы стали поручать Боне «посидеть» с малышом. Детям любого возраста полезно общаться с животными, ведь правда? Да и нам можно было заняться своими взрослыми делами, не отрываясь поминутно на вопли оставленного в одиночестве ребёнка. Быть один на один с непонятным миром — не каждому малышу по плечу такой груз.

Сын изучал мир младенчески синими глазами — пёс стоял рядом, помахивая белым хвостом. Лёня тянулся к погремушке — пёс задумчиво жевал другую. Лёня учился садиться — пёс с любопытством следил за его кувырками. Лёня с упрямым сопеньем пробовал вставать в кроватке — пёс подталкивал его мокрым носом. А вот пели они на два голоса. Лёнька — вдохновенно и басовито, Бонька — с протяжным жалобным подвывом. Соседи, правда, были не в восторге от дуэта.

Но только когда малыш научился ползать, мы по-настоящему оценили стоическое терпение нашего «дворянина». Сыну он позволял то, что запрещено было всем остальным: тащить за хвост, выкручивать уши, бодать, кусать, засовывать в зазевавшуюся пасть игрушки. Именно подвижный и неугомонный во всякое другое время Бонька преподавал нам, взрослым людям, уроки терпения и снисходительности.

Бонифаций учил Лёню ходить. Восьмимесячный малыш хватался за мощные лапы, с трудом, но дотягивался до собачьей холки и вцеплялся в нее мёртвой хваткой. Пёс осторожно делал первый шаг. С ним шагал и малыш, но, конечно, спотыкался и, конечно, повисал на лохматом приятеле. Шкура учителя оттягивалась так, словно дворняжка превращался в шарпея, но пёс терпеливо ждал, когда болтающийся Лёнька снова обретет точку опоры. И всё начиналось сначала.

Вряд ли такие развлечения приносили Бонифацию радость, скорее всего, мужественно терпел и только жмурил глаза и отводил острую морду в сторону, когда маленький ученик в очередной раз полз на уроки.

Может быть, именно тогда мы впервые по-настоящему увидели и поняли, что такое безусловная любовь, терпение и принятие человечка целиком, даже когда он ревет, даже когда он дерётся.

Это именно любовь без условий проявляется в таких мелочах она, в сущности, и складывается из «мелочей» — простых, незаметных событий нашей жизни. На самом деле это вовсе не мелочи. То, что происходит ежедневно, постоянно, что стало привычным, как раз и определяет то, как будут развиваться в дальнейшем взаимоотношения между взрослыми и детьми.

Любовь — это как воздух, пока дышишь — не замечаешь. Но попробуй обойтись без него! Любовь — это способ существования детей и животных. Жаль, что мы, взрослые, забываем об этом. И суетимся, и морщим лоб, и читаем нотации…

Может, давайте вспомним, что просто быть, просто улыбаться, просто прощать и принимать мир таким, каков он есть, — это начало счастья, той любви без условий, от которой в детстве нас почему-то отучают. Да, сначала отучили нас, а теперь мы, в свою очередь, отучаем своих детей. Давайте прервём эту ненормальную эстафету и будем снова учиться просто любить. Безусловно. Потому что безусловная любовь — та почва, на которой расцветают дети. Её легко упустить из виду, и даже не заметить этого. Её легко подменить. Но зато, осознав её подлинную ценность, никогда не поздно к ней вернуться. Уроки детства — самые прочные, ведь они остаются с человеком на всю жизнь. Так пусть те уроки, которые мы даём своим детям, будут уроками добра и любви, настоящей любви — без условий. Сколько бы ни было лет вашему любимому человечку — никогда не поздно начать. А начать придется с себя. Начните сегодня, начните сейчас. Готовы? Начинаем!

Глава вторая

Ловушки для родителей

Есть всего два вида родительской любви: любовь безусловная и любовь озабоченная.

Любовь и страхи

Отучение (отлучение) от безусловной любви проходит поэтапно. Причём процесс этот всегда двусторонний: отвыкаем мы сами и постепенно отучаем своего малыша. Отучаем ребёнка — и отучаемся сами. Но никогда не поздно сказать себе «стоп!». Когда вы за что-то рассердились на своё непослушное создание, когда вы разгневаны или просто обижены и вам хочется сказать ему что-то… м-м-м… не очень приятное, сделайте простую вещь. Поменяйте вектор. Все мы ощущаем детей как своё продолжение и, может быть, даже более своё, чем собственная рука или нога. И всё, что вы хотите выдать своему капризному созданию, когда оно вас «довело», на самом деле вы адресуете себе. И сердитесь вы на себя, и обижаетесь на себя, и гневаетесь на самом деле тоже на себя. А за что? Вернее, почему?

Потому что в этот самый момент, когда вы недовольны своим ребёнком, вы словно теряете частичку безусловной любви. А так как подсознательно вы чувствуете это, отрицательные эмоции захлёстывают вас. Не им, ребёнком, вы недовольны на самом деле — собой. И вы правы: нельзя осуждать ни малыша, ни подростка!

Поступок может быть плохой, но ребёнок — хороший всегда.

Ребёнок всегда любимый и лучший. Как только вы уясните это, и поводов для скверного настроения, и детских проблем у вас будет гораздо меньше. А отношения ваши станут светлее и чище.

Возможно, сейчас вы возражаете: глупости, мне бы побольше времени, мне бы побольше терпения, да будь ребёнок чуть попокладистей — вот тогда был бы полный порядок. Позвольте с вами не согласиться. Начало наших проблем — страх, конец их — любовь.

Это как два сообщающихся сосуда: как только в одном уровень уменьшается, в другом немедленно увеличивается. Уменьшается уровень любви — увеличивается уровень страха, уменьшается страх — увеличивается любовь.

Страх может всплыть неожиданно, да ещё и в такой форме, что его очень трудно опознать. Он умеет маскироваться под гнев, усталость, благие намерения, осуждение, недовольство, он прячется за занятостью, отсутствием времени, непокладистым характером и т. д. и т. п. Распознать свой страх — избавиться от него — вернуться к любви — это самое важное, что надо сделать. Кстати, сделать это не так уж и трудно.

Нужно только понять: как только мы начинаем опасаться, бояться чего-то, усиленно осуждать себя или других за неправильные поступки — мы попадаем в ловушку страха. А страх не лучший советчик. Он переключает внимание с вопроса «как решить проблему» на вопрос «как от неё избавиться».

Решить — это значит понять причины и предпринять определённые действия.

Избавиться — это значит вступить в борьбу. И бороться придётся либо с самим собой, либо с собственными детьми, а чаще — и с тем и с другим. Такая борьба заранее обречена на неудачу. Потому что, кто бы ни победил (вы или дети), изранены будут ваши отношения.

Итак, поговорим о самых распространённых ловушках, которые мешают свободному проявлению нашей любви; о том, как в них не попадать, а если уж попали — как выбраться без крупных потерь.

Ловушка первая

Терпение лопнуло

Сын с папой смотрят по телевизору хоккей; сын громко комментирует: «Так, хорошо… хорошо… очень хорошо… ещё хуже!»

Баюшки-баю, или ни минуты покоя

Возьмём, к примеру, такое ежедневное мероприятие, как укладывание любимого чада в кроватку и его засыпание. Многих родителей оно способно довести до полного исступления. В самом деле, иногда кажется, что кровать — это некий катализатор умственной деятельности ребёнка. У подростков — бессонница, у младшеклассников — умоляющее нытьё «ещё чуть-чуть», а уж с малышами — совсем караул.

Как только детская головка соприкасается с подушкой, в ней тотчас же рождается вопрос: «А не забыл ли я чего?» И тут же выясняется, что забыл. И очень даже многое. Попить. Пописать. Поесть, покакать, сказать всем домашним питомцам спокойной ночи… И ещё уложить игрушки («Мамочка, я забыла самое важное!»). Самое удивительное, что всё заявленное малыш в состоянии сделать; и делает — успешно. Но вот (слава богу!) все насущные потребности удовлетворены. Я тут-то изобретательный ребёнок немедленно переходит к следующему этапу под названием: «Расскажи-почитай мне сказку». Рассказываем… Читаем… Где-то после пятой истории про серого зайчика и вагона прочего зверья вы замечаете, что глазки малыша слипаются, слипаются… затаив дыхание и что-то мурлыкая, вы наблюдаете за этим изумительным процессом… И мысль о свободе и независимости ласкает вашу душу. Нет, не надо питать ложных надежд! На самом деле ваше чадо просто набирается сил, чтобы перейти к следующему этапу борьбы со сном — и с вами. И переходит. Тут уже возможны варианты — от тихого нытья до истошных воплей. Кому как повезёт (это я о соседях).[2]

Развитие же дальнейшего сценария будет зависеть от того, что раньше закончится: силы у ребёнка или терпение у мамы. Обычно всё так и происходит. А теперь давайте посмотрим на эту же ситуацию с другой точки зрения — с позиции безусловной любви. И тогда мы увидим другое.

Развитие же дальнейшего сценария будет зависеть от того, что раньше закончится: силы у ребёнка или терпение у мамы. Обычно всё так и происходит. А теперь давайте посмотрим на эту же ситуацию с другой точки зрения — с позиции безусловной любви. И тогда мы увидим другое.

На самом деле никуда-не-годное засыпание в основе своей имеет две причины: любовь и страх. Любовь к вам, родителям, и страх неизвестности.

Для малыша сон — абсолютно непонятное явление (к слову сказать, мы тоже не очень-то понимаем, куда и почему уводит нас сон, мы просто привыкли). Есть мир, где можно играть, бегать, теребить и обнимать маму; этот мир знаком и, значит, надёжен. Но закрой глаза — и всё меняется, уходит… куда? Уснуть — это как выпасть из привычного мира, уплыть, унестись куда-то, потеряться или исчезнуть, перестать существовать.

Сон для малыша — это разлука с тем, что ему понятно и дорого. Одни дети принимают такую разлуку легче, другие — труднее, но для всех она некомфортна.

Вспомните об этом, дорогие родители, когда, измученные борьбой за здоровый сон, вы готовы выйти из себя и сказать юному наследнику всё, что вы о нём думаете, но чего он на самом деле не заслужил. Постарайтесь подумать о нём хорошо, прикиньте, на какие хитрости приходится идти карапузу, чтоб удержать вас в зоне влияния. Может, эта мысль согреет вас и придаст сил для разработки новых, более эффективных манёвров укладывания.

Видите, как просто сохранять нервы и выдержку (и даже хорошее настроение), если смотреть на ситуацию с точки зрения безусловной любви?!

Вы принимаете своего ребёнка таким, каков он есть, и поэтому прощаете его и себя. Главное здесь — простить себе (своё неумение уложить, уговорить и заставить…) и потому:

· не злитесь, не сердитесь на маленького любимого человечка;

· постарайтесь найти причины «плохого» поведения;

· подумайте о том, что делать с этой причиной;

· и терпеливо исправляйте ситуацию.

Где взять терпение?

На самом деле его нигде не надо брать. Ведь дело не в том, как ведёт себя ребёнок (хорошо-плохо), а в том, как сами мы реагируем на происходящее, в частности, на его поведение.

«Никакого терпения с ним не хватит!» — восклицают почти все родители.

На самом же деле у вас ровно столько терпения, сколько вы позволяете себе иметь. Поясним. Вы решили (и надеетесь на это), что малыш заснёт за тридцать минут. Но вот тридцать минут прошло, потом ещё пять, потом ещё… лимит (который вы выдали сами себе) исчерпан, терпение заканчивается. Вы взрываетесь или скрежещете зубами…

Но вспомните, сколько терпения вы проявляете, если, не дай бог, ребёнок заболел. Вы будете без проблем качать его и два, и три часа подряд, при этом абсолютно не сердясь на него — лишь бы отдохнул, бедняжка… Просто в этом случае вы не ставили ему никаких сроков, не придумывали никаких лимитов.

Так что терпение — категория вымышленная, причём самими родителями, и очень относительная. Вспомните это сегодня вечером!

Или вот другая ситуация. Ребёнок, ученик, пишет первые палочки-крючочки (или решает задачку про бассейны с трубами и с водой). Если вы позволите ему делать уроки в удобном для него темпе — всё нормально. Если же вы ожидаете от него молниеносных успехов (такую, мол, чепуху сделать как следует не может!) — действительно, терпение испарится молниеносно.

Ваше терпение заканчивается, потому что не оправдываются какие-то ожидания. О спокойном вечере или об идеальном ученике. Но и эти категории — тоже вымышленные. А перед вами — живой человек, к тому же любимый, у которого могут быть свои жизненные установки, свой собственный ритм усвоения материала, свои природные таланты (иногда далёкие от школьных предметов).

Значит, лучший выход — отказаться от ожиданий и дать ребёнку возможность установить свои сроки, свой темп и свои ритмы. А самому стать «естественным» родителем, который уважает естественные циклы и ритмы своего малыша, который позволяет ему расти. «Естественный» родитель — тот, кто растет вместе со своим ребёнком, а не подтягивает его к себе.

Чем отличается растущий родитель от родителя терпеливого, то есть терпящего. Первый помнит, что:

· Так как терпения не хватает только тогда, когда не оправдываются какие-то ожидания, «естественный» родитель не ставит себе рамок-ожиданий. «Естественный» родитель идёт за ребёнком, а не за своими ожиданиями.

· Если ребёнок делает что-то наперекор, значит, у него есть на это какая-то причина.

· «Естественный» родитель ищет настоящую причину своих неудач и борется с ней, а не с ребёнком.

· В любой ситуации есть своя комическая сторона. «Естественный» родитель умеет увидеть комизм ситуации и посмеяться над собой.

· «Естественный» родитель знает и использует приёмы самоуспокоения, которые помогают ему расслабиться, успокоиться и принять верное решение.

· Даже если поведение ребёнка никуда не годится, такой родитель знает: поведение, может, и никуда не годное, но сам ребёнок — хороший.

· И никогда не забывает, что у ребёнка тоже есть нервы.

Ловушка вторая

Опасные фразы

— Стояло дерево.

В нём был настоящий яд.

С антимолью

Дети устроены не так, как взрослые. И если мы не знаем этого устройства, то, сами того не желая, можем нанести родному человечку глубокую душевную травму. Не обращали внимания, как часто дети нас переспрашивают, когда мы что-то им сообщаем? Переспрашивают, потому что не понимают — в силу возраста, развития или характера. А иногда случается и того хуже. Они понимают, но абсолютно неправильно. «Как ты мне надоел со своей музыкой!» — говорит мама юному музыканту, опять отлынивающему от гамм в пользу «Собачьего вальса».

Говорит в сердцах и не подозревает, что эта фраза может положить начало его заниженной самооценке. По сути, мама права, но вот форма подачи неверна. Ей надо было сказать чуточку иначе, примерно так: «Пора и позаниматься; поиграй гаммы, а уж потом наслаждайся своим „Собачьим вальсом“». Конечно, один-два случая погоды не испортят, но от слишком частого повторения некоторых вредных слов в голове ребёнка поселяются опасения, сомнения, страхи, что угодно, только не вера в то, что его любят. На многие наши слова (сказанные в сердцах) дети реагируют острее, чем мы, а всё потому, что понимают их буквально. Иные слова вызывают у ребёнка вовсе не те чувства, каких хотели добиться мы. Иногда родители говорят что-то в шутку, и незаметно «куют» малышу серьёзные проблемы.

Фразы, которые опасно говорить детям

Что мы говорим

Что слышит ребёнок

Возможные последствия сказанного

Ты плохой мальчик/девочка.

Я плохой/плохая, я никому не нужен/не нужна.

Страх, ребёнок поверит и начнёт оценивать себя так же.

Ты вредный (грязный, глупый…).

Я всегда вредный (я грязнуля, я глупая…), я никому не нужен такой.

Внушают, что он такой. Заниженная самооценка. Искренне поверит, что он глуп, и станет таким.

Вот придёт милиционер, он тебя…… собачка укусит.

Что придёт на самом деле и такое (!) устроит…

Запугивание, которое формирует фобию.

Ну и оставайся один, я пошла…

Мне всё равно, чтос тобой дальше будет.

Страх, ощущение, что его лишают поддержки, брошенность.

Не трогай, сломаешь (разобьёшь, порвёшь…).

Я неуклюжий, я неловкий, я неумеха… я плохой. Меня не любят.

Программирование на неудачу.

Ты бестолковый, как твой отец.

Мы оба плохие, но я хуже.

Ребёнок переживает за себя и за родителя.

Воспитательница эта просто… (далее следует негативный комментарий).

Её можно не слушаться. Она делает неправильно.

У ребёнка возникнут проблемы с воспитательницей и с другими взрослыми.

Что ты пристал со своими играми.

Мне с тобой неинтересно.

Родители не интересуются им. Почему он должен слушаться людей, которым на него наплевать.

Ваня щёлкает задачки как орешки, а ты…

Он умный, я дурак.

Нездоровое соперничество, зависть.

Как тебе не стыдно…

Ты меня не любишь, и я тебя любить не буду.

Появляется чувство вины, комплекс вечно виноватого.

И это что, твои друзья?! Как можно с ними…

Я не уважаю твой выбор.

Со временем отчуждается и заводит свои секреты.

Разве можно любить такую музыку, группу?

У тебя дурной вкус.

Ребёнок перестаёт делиться, теряет доверие.

Дай, я сама, у тебя не так получится.

Я ничего не умею делать хорошо.

Возникает неверие в свои силы.

Как ты мог опять так поступить?!

Тебя не за что любить.

Ребёнок теряет веру в то, что достоин любви.

Кстати, неплохо бы помнить и о том, что популярные в семье поговорки и «одомашненные» крылатые выражения врезаются в детскую память на подсознательном уровне и часто «помогают» вырабатывать… жизненную позицию.

Попробуйте оценить с этой точки зрения фразы, которые часто повторяете при своём ребёнке, и избавиться от тех, которые несут в себе отрицательные установки.

Например, популярная у старшего поколения фраза «жизнь бьёт ключом» часто имеет продолжение: «Жизнь бьёт ключом, и всё по голове». Правда же, есть разница между первым и вторым вариантом? Первый вариант — жизнеутверждающий. Особенно если пояснить ребёнку, что ключ, то есть родник, — это чистая бурная вода. Во втором есть что-то тяжелое, что долбит и долбит тебя по голове.

«Работа не волк, в лес не убежит», «с волками жить — по волчьи выть», «девушка должна быть скромной», «с лица воду не пить», «и в кого ты такой хилый», «у него гены отца-алкоголика» и т. п., повторенное сотни, а то и тысячи раз, в конце концов собьёт ребёнка с толку, запрограммирует его на определённую жизнь, помешает раскрыться тому лучшему, что в нём заложено.

И может быть, в присказке про мудрого графа, которого каждое утро будили словами: «Вставайте, граф, вас ждут великие дела!» — на самом деле гораздо больше смысла, чем мы думаем?

Мини-тест

Моя твоя не понимает

Большинство воспитательных проблем упирается в один простой момент: взрослый не умеет объяснить, что ему нужно, так, чтобы ребёнок понял. Этот тест поможет выяснить, умеете ли вы объяснять так, чтобы ребёнок вас понял.

Проведение:

Попросите ребёнка нарисовать какой-нибудь несложный рисунок из геометрических фигур, только пусть не показывает его вам. Можно просто вырезать из журнала, но только не слишком мелкий. Теперь тоже самое сделайте вы.

Сядьте спиной друг к другу.

Вы берёте в руки свой готовый рисунок, а ребёнок — чистый лист бумаги такого же размера и фломастер.

Задача:

Вы должны так объяснить-рассказать ребёнку про свой рисунок, чтоб он смог его нарисовать. Показывать ничего нельзя! Рисовать надо, только слушая объяснения.

Потом меняетесь заданиями. Ребёнок описывает свой рисунок, а вы рисуете с его слов.

Сопоставляете два рисунка, готовый и тот, который получился, и оцениваете, насколько совпадают размеры, расположение на листе, форма и т. п.

Этот игровой тест покажет, насколько доходчиво вы умеете объяснять. А также поможет наладить взаимопонимание. Теперь каждый из вас убедился, как сложно порой объяснить что-то другому человеку, и недоразумения случаются не из-за чьей-то вредности, а на уровне «твоя моя не понимает».

Ловушка третья

Как мы обманываем друг друга

— Ты сегодня опять в садике не спала?

— Спала, спала! Я сама видела, как я спала.

Вообще-то все мы знаем: врать нехорошо. Но при этом врём (ну, привираем) гораздо чаще, чем нам бы хотелось. Иногда делаем это так бездумно и привычно, словно отыгрываем сценарий, роли в котором расписаны заранее.

Когда ученик опаздывает на урок, учителю положено на это отреагировать. Реагируют по-разному. Некоторые выпроваживают опоздавших, некоторые, бросив укоризненный взгляд, кивком головы позволяют войти и сесть за парту, большинство же приступает к расспросам (допросам?): а где, мол, тебя носило, отвечай, голубчик. И редко кому придёт в голову спросить себя: а узнаю ли я правду, если спрошу?

На такую неожиданную мысль натолкнули меня однажды собственные ученики.

Как-то после долгой оттепели грянул мороз — и наш город в один миг превратился в большой каток. Естественно, первый урок никак не мог начаться нормально — опоздавшие тянулись бесконечной вереницей. «Итак, — начинала говорить я, — тема нашего…» — тут раздавалось «тук-тук-тук», потом открывалась дверь и в проёме возникал очередной опоздавший. Далее следовал типичный диалог:

— Ты почему опоздал?

— Да, понимаете, автобус сломался.

— Понимаю… Заходи, садись. Итак, тема нашего… «Тук-тук-тук…»

Первый, второй, третий, четвёртый… Все как один говорили про сломанные автобусы и дурную дорогу. Класс бурно радовался каждому новому явлению, я слегка нервничала и поглядывала на часы. Но вот все опоздавшие подтянулись, и только мы как следует взялись за «Отцов и детей»…

… снова раздался стук. Явился последний, очаровательный и абсолютно безалаберный, ученик, по совместительству — мой сосед.

— Можно? — спросил, как и положено опоздавшему, он. Я (как положено педагогу) сделала вид, что нахмурилась:

— Ты почему опоздал?

Он открыл было рот: «Да-а…» — и тут весь класс грянул хором:

— Автобус сломался…

— Ага, — подтвердил он, — автобус.

— Заходи… — согласно сценарию кивнула я головой. Он расплылся в улыбке. И тут же до меня дошло, что автобус ему как раз без надобности: в училище он всегда ходит пешком!

«Соврал», — подумала я, и тут же мне стало ужасно интересно: а другие лгали или нет? Весь урок промаявшись этой мыслью, к концу я не выдержала и спросила ребят:

— Скажите честно, кто сегодня на самом деле опоздал из-за того, что сломался автобус, а не из-за чего-то другого? По классу покатились смешки, потом поднялась пара рук. Впрочем, одна, поколебавшись, опустилась.

— А есть такие, кто опоздал без уважительной причины? — не унималась я.

— А это глядя, что вы за вескую и уважителъную считаете, — получила я в ответ.

Вот тогда-то я и подумала: интересно, а кто инициатор этого вранья, учащиеся или их учитель?

С тех пор вопрос «почему опоздал», дабы не побуждать к вранью, я отмела напрочь. Лучше поверить: на всякий поступок есть своя причина. И не толкать на заранее запланированный обман.

(Кстати, опозданий после этого не стало больше. Ну а с теми, кто ввёл личную моду на опоздания, велись другие разговоры. И уж точно — не на уроке и не при всём классе.)

По природе своей дети честны. На обман детей мы провоцируем сами. Сначала — провоцируем, а потом, если им раз за разом удаётся избежать неприятностей благодаря своим «сказочкам», они привыкают лгать.

Как мы делаем это?

Самый типичный способ — поставить ребёнка в ситуацию, когда ему приходится изворачиваться, придумывать — сочинять сказки для родителей.

Дочка вернулась с прогулки: коленки грязные, лицо чумазое, хлястик на платье оторван.

— Ты что, опять играла в эти дурацкие «казаки-разбойники»? Больше на улицу одна не пойдёшь! — говорят ей дома.

Как вы думаете, скажет ли девочка правду родителям или предпочтёт сочинить «сказку про то, как она не виновата»?

— Можно, я не пойду в школу, голова болит… горло… — жалуется сын.

Мама пощупает лоб (вроде всё нормально!) и отправит ребёнка на уроки. Она молодец, она сумела разоблачить ложь. Но, к сожалению, не обратила внимания на то, что правды так и не узнала. Ведь не только лень заставляет детей срочно заболевать, пить горькие настойки и даже лежать в постели. Ребёнок умолчал, не сказал правду: почему не хочет идти в школу. Может быть, у него большие неприятности, такие, что одному не справиться? Почему он о них не говорит? Уже не надеется на вашу помощь? Стесняется? Не доверяет? Боится? Он будет искать помощи в другом месте? А найдёт ли? И если найдёт, то что?

Как видите, детская ложь опасна не только тем, что вас обманывают. Обманывая (или умалчивая), ребёнок просто отстраняется от вас. И это говорит лишь о том, что маленький человек сомневается в вашей безусловной любви.

Ребёнок честен со своими родителями, только когда:

· доверяет им;

· не боится их гнева или осуждения;

· уверен: что бы ни случилось, его не унизят как личность;

· обсуждать будут не его, а поступок, который надо исправить;

· помогут, поддержат, когда ему плохо;

· ребёнок твёрдо знает: вы на его стороне;

· знает, что даже если накажут, то разумно и справедливо (у детей вообще сильно развито чувство справедливости, и они часто презирают тех, кто её не проявляет, — и деспотов, и слишком мягкотелых).

Маленькие дети (лет до трёх-четырёх) обманывать вообще не способны. У них ещё не развита внутренняя речь (они не умеют говорить «про себя», мысленно), потому и выбалтывают — говорят всё подряд, что приходит в голову. С развитием внутренней речи постепенно появляется и «внутренняя цензура», то есть умение прикинуть, что говорить стоит, а что — нет.

К этому времени ребёнок уже успел сформировать отношение к дилемме: ложь—правда. Что говорить, где соврать, о чём умолчать. А выводы свои он делает из наблюдений за нами, родителями и другими близкими взрослыми людьми. От того, как складываются ваши отношения, насколько искренни с ним вы сами, будет зависеть, насколько правдив будет с вами ваш ребёнок.

Не учите детей лгать

Мы сами часто обманываем своих детей. Правда, зачастую считаем, что делаем это из хороших побуждений. Но так ли они хороши? И стоят ли утерянного доверия?

«Иди поиграй. Я здесь рядом посижу», — говорит мама плачущему малышу, оставляя его в детском саду на весь день.

Он конечно, скоро успокоится и вечером радостно кинется маме навстречу, но где-то там, в глубине души, уже осталась отметочка: «Меня бросают».

«Завтра мы пойдём с тобой в кино», — может сказать папа и забыть. А у ребёнка другая отметочка: «Обещанья не выполняют».

«Нет, я вовсе не сержусь, это всё твои выдумки», — говорят ребёнку. Но забывают добавить, что на него-то вы не сердитесь, а вот на босса, который загрузил работой, — очень даже сердитесь, и поэтому настроение — хуже некуда. А ребёнок, не зная правды, но чувствуя плохое настроение взрослого, всё принимает на свой счёт и переживает: что же я сделал не так? И опять появляется отметочка: «Это я виноват, из-за меня маме плохо».

«Нет, я не выбрасывала твоего хомячка, он сам убежал». «Нет, тебе не звонил твой Васька» (а он звонил, тот самый, которого вы терпеть не можете). Отметочки, отметины, отметание правды. Маленькая ложь, множась и множась, порождает большое недоверие. С уходом доверия… потихоньку разрушается безусловная любовь.

Ребёнок понимает: есть условия, при которых меня будут любить. Любовь для него становится иной — обусловленной.

Если вы поймали своё сокровище на лжи, не торопитесь его обвинять. Спросите себя: почему он не говорит мне правды? А ещё — посмотритесь в ребёнка, как в зеркало. Как аукнется, так и откликнется.

Далее перечислены лишь некоторые, самые явные признаки того, что ребёнок говорит вам неправду. Но, ещё раз напоминаем, это не повод его обвинять. Это повод задуматься: в какие условия вы ставите свою любовь? Что надо сделать, чтобы вернуться к изначальной, истинной и безусловной любви?

Итак, вас должно насторожить, если ребёнок, рассказывая что-то или отвечая на ваш вопрос:

· старается не смотреть вам в глаза;

· начинает что-то говорить и вдруг быстро подносит руки ко рту; у малышей этот жест явно выражен, у детей постарше он сглаживается, становится менее выразительным (одна ладонь или только 2–3 пальца быстро касаются рта);

· потирает глаз;

· часто покашливает во время разговора;

· потирает подбородок или виски;

· неосознанно прикасается к носу;

· подёргивает мочку уха;

· почёсывает шею или оттягивает воротник;

· если при разговоре с вами ваш школьник держит руки в карманах, вполне вероятно, он пытается от вас что-то скрыть.

Признаков, по которым можно определить, что родители говорят неправду, перечислять вообще не надо. Не хотелось бы вас пугать, но дети всегда это прекрасно чувствуют.

Ловушка четвёртая

Инициатива наказуема

— Мама, дай мне твою — мою третью руку.

Родители часто жалуются, что дети не дают им спокойно вздохнуть; они отнимают слишком много времени, им вечно что-то надо от родителей. На самом деле это не так. Если вы внимательно понаблюдаете за собой, то, возможно, заметите, что взрослые отнимают у детей ещё больше времени. И слишком часто берут инициативу на себя. Они предлагают игры, они исправляют ошибки, они ведут разговор. Казалось бы, а что тут плохого?

Мини-тест

Для начала ответьте, пожалуйста, на такой вопрос: «Как поступить?»

Первая часть теста

1. Ваш малыш попросил почитать ему сказку, но вы были очень заняты и пообещали сделать это позже. Наконец, выкроив свободное время, вы подходите к нему с книжкой, но видите, что ребёнок увлечённо играет и до сказки ему нет никакого дела. Вы будете настаивать?

2. Вы хотите (собираетесь, намерены) поболтать со своим ребёнком или спросить его о чём-то, то есть пообщаться. Заходите в детскую и видите, что он сидит у окна, смотрит на улицу и о чём-то размышляет (а может, просто рассматривает что-то, невидимое вам). Вы прервёте его размышления?

3. Ваш любимый подросток уже с час валяется на кровати и ничего (ну ничегошеньки!) не делает. Что вам хочется ему сказать? (Вас это возмущает? Вы посчитаете, что он бездельничает?)

Большинство родителей отвечают «да». Что означает этот положительный ответ, вы сейчас поймёте сами.

Вторая часть теста

Сделайте разворот на 180° и спроецируйте на себя эту ситуацию (проще говоря, поставьте себя в подобные условия).

Представьте на минутку: вы упорно ломаете голову над какой-то проблемой, и вдруг — вас осенило! Пришла идея, свежая, сильная, оригинальная. Ещё немного, ещё немного — и проблема будет решена! И тут (в самый ответственный момент) заявляется приятельница. Так вот, является ваша приятельница и начинает без умолку болтать, требуя внимания к своей персоне. Вы намекаете, что сейчас вам не до неё; собственно, вам вообще ни до кого — вы боитесь потерять нить своих рассуждений. А приятельница не унимается: то настырно что-то предлагает, то чего-то требует от вас… Скажите честно, как вы отреагируете?

Впрочем, и так понятно: вы возмутитесь (внешне или внутренне — в зависимости от воспитания), или выйдете из себя, или просто печально вздохнёте и вступите в беседу. Но в любом случае вы будете не в восторге. Уж верно, такое поведение вам не покажется верхом тактичности.

А теперь представьте, что вы не обдумывали очень-очень важную проблему, а просто сидели и отдыхали от суеты, а в голове у вас кружились приятные воспоминания. И вот врывается ваша приятельница и требует заняться тем, что в данную минуту кажется ей самым интересным (нужным, важным, подходящим). Вам это понравится? Вы сможете в ту же секунду перестроиться и прийти в восторг от такого вмешательства?

А интересно, догадается ли ваша знакомая, что она проявила неуважение к вам как к личности?

Большинство родителей отвечают «нет». Вот вам и ответ на вопросы теста.

Также чувствует себя ребёнок, когда он занят, а вы пытаетесь переключить его на себя.

Конечно, кто-то из взрослых может сказать, что он не собирался мешать ребёнку, а просто хотел сделать как лучше. Конечно, кто-то может сказать, что параллель эта не совсем верная. Вы-то занимались важным делом, а вот ребёнок…

А что — ребёнок? Давайте разбираться. Мы считаем свои личные занятия и важными, и нужными, а детские — так, по большей части прихотью и развлечениями. И потому запросто вмешиваемся в их дела, мысли, игры. Внезапно врываясь в дела и занятия своего ребёнка (хоть малыша, хоть подростка), мы:

· ведём себя бестактно, так как отвлекаем ребёнка, мешаем ему, то есть проявляем неуважение к его личности;

· гасим детскую инициативу.

Это раз.

Второе. Многие родители опасаются, что не успеют сделать для своего ребёнка всё, что нужно: объяснить, поиграть, научить… И буквально рвутся на части и стараются каждую свободную минутку посвятить детям. Они организуют игры, разжёвывают сложные понятия, тщательно отвечают на детские вопросы. В результате ребёнок, который всегда получает готовое (готовенькое), отучается думать сам. Его серые клеточки (те самые, которыми так восторгался Эркюль Пуаро) отвыкают активно работать. Мысли бегут по проторенным дорожкам, а новые прокладывать лень.

Что делать? Всего лишь две вещи:

1. Не перебивайте инициативы ребёнка. Занят он — и, слава богу, пусть занимается.

2. Не торопитесь давать готовых ответов на все вопросы, которые задаёт вам ребёнок. Если вопрос пришёл в голову, значит, эта голова уже на 50 % знает, как на него ответить. Ваша задача — подтолкнуть к размышлению, наводящими вопросами или ассоциациями помочь найти правильный ответ.

Ты меня уважаешь?

У ребёнка всегда очень много дел. И все дела крайне важные.

Это нам кажется, что тащить грузовичок — пустяковое занятие, а на самом деле ваш сынишка, вопя своё «би-би-би», в эти мгновения прокладывает путь через знойные степи, чтобы спасти погибающих от жажды тушканчиков. И корону, которую клеит ваша дочка, нельзя оставить на завтра потому, что сегодня, ровно в полночь, начнётся волшебный бал. И смотреть в окно — это вовсе не ерунда; потому что надо понять, почему так странно качаются ветви дерева…

А подросток, валяющийся «без дела» на диване, только выглядит беспечным: на самом деле он ведёт трудный спор с самим собой. Ребёнок дей-стви-тель-но занят. Так что не удивляйтесь, что ваше обращение (требование, вопрос) вызовет некоторую оторопь, а может быть, даже протест и возмущение.

Во-первых, человеку надо время, чтобы вернуться в этот, реальный мир, а во-вторых, возможно, вы вообще пришли некстати?

Когда родители стараются уделить своим детям как можно больше внимания — это хорошо. Плохо, если они забывают, что дети имеют право на своё личное время и свои занятия не меньше, чем мы, взрослые. И что эти занятия надо уважать!

Когда ваше прелестное дитя повело себя не так, как вы ожидали, а вас это огорчило, сделайте простую вещь: поменяйтесь с ним местами. Мысленно.

Когда-то в детстве отвозили меня на лето в одно сибирское село со странным и красивым названием — Аромашево, к дедушке с бабушкой. Педагогических книг они, жители русской глубинки, не читали, вопросами психологии не занимались, но зато знали очень важную вещь. Вы сейчас сами поймёте, какую.

Как-то мне срочно понадобился дедушка. Во дворе его не было и я помчалась в избу. Влетаю: «Тут?» «Тут», — кивает бабушка. А потом вдруг прикладывает палец к губам и говорит: «Тшъ-шь… дедушко занят». Я тихонько заглядываю в комнату и вижу, что вовсе дедушка не занят. Сидит себе у окна и ничего не делает, сидит и смотрит, а глаза такие задумчивые-задумчивые… вот и всё. Я растерянно оглянулась на бабушку: «Подскажи, мол, что мне-то делать?» А она подошла и тихонько шепнула: «Постой рядышком в сторонке да подожди…»

Я не помню, выполнила я бабушкин наказ или нет: ведь дети так нетерпеливы.

Но зато прекрасно помню, как вечерами, когда садилось солнце, мы вместе с дедушкой смотрели на облака, как они медленно плывут, и какие они разные, и на что похожи… И помню, больше всего мне нравилось то, что, когда я молчала, дедушка меня не перебивал, а когда я спрашивала, не торопился ответить, а просто говорил: давай ещё посмотрим и подумаем… Я гордилась собой, такой умной и «большой», и ни на что не променяла бы эти вечера.

Ребёнок повторяет то, что делаем мы. И ведёт себя так, как научился у нас. Сначала — потому что мы для него — образец, потом — потому что привык, а потом он уже по-настоящему научится проявлять уважение к другому человеку. Научится, если с детства мы дадим ему правильные ориентиры.

Чтобы помнить об этом, не обязательно иметь педагогическое образование.

Уважай мысли другого человека. Относись к другому человеку так, как ты хотел бы, чтоб относились к тебе. Вот и вся наука.

И ещё: прежде чем вмешаться, постой рядышком и подожди.

Не поучать, а побуждать

Вот дочка готовит своим куколкам обед, но делает это как-то странно: вместе с тарелочками и ложечками на кукольный столик сажается плюшевая собачка.

Сознательная мама, конечно, должна непременно вмешаться и объяснить, как сервируется столик и где на самом деле сидят собаки, так ведь? Нет, не так.

Когда мы даём ребёнку готовый совет или чётко объясняем «как делать правильно», мы:

· лишаем ребёнка инициативы;

· даем некий трафарет действий, заготовку, стандартную схему.

Конечно, в жизни без трафаретов не обойтись: именно так, по трафарету, мы, например, прививаем малышу определённые гигиенические и культурные навыки. (Как чистить зубы, держать в руке ложку, как вести себя за столом…) Но такие «домашние заготовки» (трафареты) не побуждают малыша думать. (За «а» всегда идёт «б», а дважды два — четыре, чего ж тут голову ломать?) Сегодня объяснили, как и что делать правильно, завтра объяснили, послезавтра объяснили-разжевали, и в результате мы закладываем в сознание ребёнка готовые схемы действий.

(Обратите внимание: её, эту схему, не сам ребёнок нашёл, а взрослый внушил!) Вот и выходит, что мы не побуждаем думать, самостоятельно искать правильный ответ или правильное решение, а попросту программируем человека: «если это… делай то-то…»

Чем меньше трафаретов — тем лучше! Ребёнок, не привыкший сам искать выход, растеряется в любой нестандартной ситуации (взрослый, впрочем, тоже).

Чтобы развивалась гибкость ума и мышление, необходимо не поучать ребёнка, а побуждать его к мыслительной деятельности.

МИНИ-ТЕСТ

Правила

Вот простые советы-правила.

Если ваш любимый человечек часто возмущается, или бурно ведёт себя при вашем приближении (так делают те дети, что поменьше), или как-то подозрительно часто отказывается общаться с вами (так делают те, что постарше), попробуйте последовать этим тезисам:

Не отвлекайте ребёнка, когда он сосредоточенно что-то обдумывает или играет. Уважайте мысли другого человека.

Не берите постоянно инициативу на себя.

Не спешите показать, как надо правильно действовать. Спросите: а как ты думаешь?

Не вмешивайтесь без крайней нужды в игры. (Не предлагайте постоянно свои игры, развлечения, занятия. Придумывайте их вместе.)

Не закладывайте в сознание ребёнка готовых схем.

Тест для самопроверки

Обратите внимание: каждый пункт мы начали с «не». Как вы думаете, это верно или не верно?

Мы уже говорили, как своеобразно влияют «нет» и «не» на наше подсознание. Поэтому, пожалуйста, прежде чем приступить к чтению нового абзаца, перепишите (или переделайте устно) эти пять пунктов так, чтобы смысл каждого остался тот же, а частица «не» исчезла. То есть создайте позитивную установку.

Ну как, получилось? А теперь сознаемся, зачем мы просили вас это сделать: когда ищешь решение самостоятельно, оно крепче западает в память, его проще воплощать в жизнь, и главное — его хочется воплощать!

Не забудьте это, когда в очередной раз ринетесь к своему юному созданию!

Позитивная установка

Итак, с позитивной установкой наши советы выглядят примерно так:

· Позвольте ребёнку думать самостоятельно. Уважайте его личность.

· Оставляйте инициативу за ребёнком.

· Прежде чем прийти на помощь, выдерживайте паузу. Старайтесь наводящими вопросами, подсказками, параллелями, ассоциациями и подвести его к правильному решению.

· Принимайте участие в игре, когда ребёнок приглашает; предлагайте игры сами, но так, чтобы выбор оставался за ребёнком.

· Трафареты и готовые схемы мешают развивать гибкость мышления. Побуждайте ребёнка искать и самостоятельно делать открытия.

Ловушка пятая

Боюсь на всякий случай

— Надо краник с водичкой покрепче закрыть… (Закрывает.)

— А зачем?

— А то воришки откроют.

— А зачем им вода?

— Ну, вдруг у них руки грязные.

Мы любим своего ребёнка и, естественно, хотим уберечь его от любой опасности.

Вот малыш нырнул в сугроб, вот гоняет на роликах, вот рвётся на дискотеку… ах, как хочется «держать и не пущать» и сказать ему «нельзя», выдав 101 причину! Но что толку в наших запретах и переживаниях. Всё равно мальчишки будут лазить по деревьям, плавать и прыгать через заборы, а девочки не перестанут носит короткие юбки и строить глазки симпатичным незнакомцам. И ручку, за которую мы привыкаем их водить, они когда-нибудь выдернут из нашей руки.

Невозможно предусмотреть заранее все опасности, которые подстерегают человека. Вот родители и мучаются. А вдруг? А что, если? А как бы чего не вышло? А как он там один — без меня? И эта неизвестность, а точнее, невозможность всё предугадать и предусмотреть, защитить и укрыть ребёнка от неведомых опасностей держит многих родителей в постоянном напряжении. Причём это напряжение с годами не ослабевает, наоборот, чем старше ребёнок, тем больше озабочиваются и волнуются его родители. И что получается? Из источника чистой радости любимый человечек превращается в источник постоянных проблем, как реальных, так и созданных богатым родительским воображением. (Какая уж тут радость общения: проконтролировать бы успеть да наставить на путь истинный!)

Чтобы как-то успокоиться (успокоить себя!), мамы и папы начинают усиленно опекать своё чадо: советуют, наставляют, проверяют. И запрещают. Причём зачастую делают это без особой нужды, так, на всякий случай. Ведь проще, например, вовсе не отпустить пятиклашку в поход, чем сидеть-ждать-думать, а не свалился ли «мой малыш» в канаву, и не простудился ли, и не распластался ли под безмерным весом рюкзака, и не обидят ли его одноклассники…

Пока он маленький, эта тактика (контроль и опека) приносит свои результаты: малыш под защитой — взрослые спокойны. Они бдительно стоят на страже его здоровья и его безопасности. Они готовы встать (и встают) между ним и миром, чтобы отразить любые неприятности, подстерегающие маленького человека. Они готовы принять первый удар на себя! Впрочем, даже в раннем детстве излишняя опека мешает малышу своевременно осваивать полезные для него навыки.

Две годовалые малышки учатся ходить. У обеих чуть-чуть уже получается. Одна мама старательно водит свою дочку, легко придерживая за ручки; иногда отпускает, и та идёт сама, иногда падает, но, как умеют это делать малыши, шумно и неопасно. Другую постоянно водят на «поводке», и малышка не падает, а просто повисает и забавно болтается на нём. В результате первая девчушка к концу лета уже топала вполне самостоятельно. Вторую было страшно отпустить (и не отпускали): едва споткнувшись, малышка широко раскидывает руки и ровным столбиком заваливается назад — а трава там или асфальт — это её не касается, это проблемы взрослых.

Слишком осторожная мама создала дополнительные трудности и себе, и ребёнку. Ей кажется, что она спасает, оберегает дочурку, но на самом деле она уже сейчас готова поместить её (и помещает) в коробочку с ватой: ведь как бы чего не вышло.

Беда ещё и в том, что, когда ребёнок подрастает, родители, привыкшие стоять на страже, не в состоянии остановиться, сделать шаг в сторону. Они по-прежнему деятельно опекают его. В какой кружок ходить, с кем дружить, что делать и чего не делать — решают сами, не вместе с ребёнком, а за него. Естественно, подрастающие дети пытаются ускользнуть из-под такого бдительного ока. Начинаются споры, ссоры, конфликты, которые взрослые более-менее успешно подавляют. Но даже если ребёнок притихнет, в душе его нарастает протест. Он стремится тем или иным способом вырваться из пут постоянной опеки. Чем старше становится их ребёнок, тем больше приходится выставлять ему условий, рамок, ограничений, тем крепче надо делать клетку, в которой сидит их «малыш».

И постепенно происходит грустная вещь: любовь подменяется озабоченностью. «Забота — сначала, любовь — потом» — вот девиз опекающих родителей.

На смену безусловной любви приходит иная любовь — озабоченная.

Такая озабоченная любовь буквально душит детей, не даёт им расти свободно и естественно, расти так, как задумано природой, а значит, просто не позволяет раскрыться, проявиться тому лучшему, что в них изначально есть.

Но самое обидное, что такие усилия наносят вред: чем старательнее взрослые опекают ребёнка, тем беспомощней он становится, столкнувшись один на один с настоящей опасностью. А всё потому, что человечку сверхбдительные родители не дали возможности научиться, узнать на собственной шкурке, как поступать в том или ином случае. У него просто-напросто нет практики, практических навыков поведения в различных сложных ситуациях. Жизнь, конечно, рано или поздно научит, но эти уроки будут куда болезненней, чем могли бы оказаться, будь у растущего человека практический опыт, опыт самостоятельных действий.

С чего начинается безопасность

Давно, в студенческие годы, мы «ездили на картошку» (была такая популярная акция почти безвозмездной помощи погрязшим в урожаях колхозам). Меня, как самую мелкую, назначили возничим, то есть, пока другие студенты вовсю резвились в поле на грядках, я должна была держаться за вожжи и сидеть в телеге: умная лошадь всё остальное делала сама. Мне было немного скучновато, немного завидно, но я терпела, потому что местный конюх, почти мальчишка, но страшно серьёзный товарищ, обещал научить меня ездить верхом. И знаете, с чего он начал эти уроки? Он объяснял и показывал, как надо правильно свалиться с коня, если не можешь на нём удержаться. И на втором занятии он снова учил меня, как правильно падать. На третьем… я взбунтовалась. Мне казалось, что это ужасно глупо: учиться падать, когда хочется скакать! Тем более что с лошадью мы подружились, и она явно не собиралась вытряхивать меня из седла…

И только на следующий год, будучи в другом колхозе, уже «на свекле», я поняла, как он был прав, когда упрямо вдалбливал мне эти дурацкие «законы падения». В тот раз я ехала верхом на каурой коняшке, тихой и мирной, и ничто не предвещало неприятностей. Но вдруг раздалось конское ржанье. Мой тихоня вскинул голову, повёл ушами и… превратившись в резвого рысака, рванул к табуну. Надо ли говорить, что от травм меня спасло только умение свалиться по правилам?!

На всю жизнь я запомнила урок, преподанный мне зелёным юнцом. Не хочешь разбиться — учись держаться в седле, но главное — умей падать правильно.

Страховка от опасности

Может быть, единственный способ надёжно защитить ребёнка от опасности (а самим — успокоиться) — это привить ему полезные навыки. Обучить приёмам безопасности.

Если вместо бесконечных предостережений и запретов вы начнёте давать такие уроки, вы убьёте сразу двух зайцев. Во-первых, сами успокоитесь: ведь вы не сидите, сложа руки, вы занимаетесь и видите, как ваш ребёнок становится всё опытнее и самостоятельнее.

Во-вторых — и это главное! — вы примете несовершенство и неумение своего малыша как необходимый фактор развития; и напор подрастающего ребёнка, и попытку вырваться из-под вашего надзора — тоже примете и поймёте. Вы перестанете кричать «нет» и «нельзя», потому что вам не захочется опекать на каждом шагу.

Не опека, не охрана — оберег, вот что нужно нашим детям.

Вы просто растите ребёнка и помогаете ему набираться опыта. Вы не опекаете его, а прививаете ему полезные навыки.

Кстати, при такой тактике происходит две волшебные вещи:

· вы меньше устаёте;

· ваш ребёнок куда меньше сопротивляется и перечит вам.

Вы обучаете его, вы доверяете ему, и в результате вам легко договориться.

Создать безопасные для ребёнка условия гораздо проще, чем постоянно контролировать и опекать его.

Практикум

Как сделать себе проще, а детям — безопаснее

Безопасность малыша

Малыш капризничает и не желает сидеть в манеже, а позже — в детской комнате. Вы разрываетесь между ним и домашними хлопотами. Упростите себе жизнь: создайте безопасное пространство—и выпускайте малыша в свободное плавание по всей большой квартире! Тем более далеко от вас он всё равно не сбежит: карапузики любят крутиться рядом со взрослыми.

Как это сделать:

· Возьмите тетрадь, ручку и сядьте на пол.

· Осмотрите комнату с того уровня, на котором «живёт» ваш карапуз. Помечайте в тетради: где есть острые углы, о которые он может стукнуться? где щели, куда он засунет свои пальчики? где дверцы, которые он потянет и откроет?

· Представьте, что вы ползёте по комнатам (или в самом деле проползите). Постучите и потрясите всё, до чего дотянетесь из этого положения: тумбочки, столики, торшер… подёргайте за шторы (крепко ли висят гардины), потяните скатерть (не свалится ли на вас что-нибудь), проверьте полки с цветами… Ваша задача — определить: что свалится сверху, если постучать снизу?

· Встаньте и проверьте, надежно ли заперты зоны повышенной опасности, куда малышу вход без вас запрещён. Крючки на дверях в ванную, кухню, туалет, балкон, кладовую и т. п.

· Вы можете не просто исследовать дом на предмет безопасности, а устроить большое семейное развлечение. Конкурс: кто больше найдёт и обезвредит опасных мест.

Обратите внимание: делать серьёзные и полезные вещи можно легко и несерьёзно.

Назовите это игрой. Назовите игротерапией. Назовите игрой в безопасность.

Чем больше народу участвует в этом деле, тем лучше.

Вы — главный координатор. Если вашему ребёнку больше трёх лет, назначайте и его главным командиром. Если у вас несколько детей — раздайте должности всем: главный ведущий, главный контролёр, главный исследователь, главный инспектор… все любят быть главными. Так что вперёд, изучать азы безопасности.

1. Детский «курс безопасности» стоит начинать как можно раньше, буквально с пелёнок. Потому что:

· всё, что усвоено в раннем детстве, врезается в память прочно и навсегда;

· важная для ребёнка информация подаётся в самой доступной для малышей форме — в образах и символах. Это действует не на разум, а на подсознание, а то, что человек бессознательно усвоил, становится для него руководством к действию в экстремальных ситуациях, когда некогда думать, а надо действовать.

Ребята постарше курс безопасности могут проходить и на конкретных примерах, в состязаниях, в весёлой игре, в задушевной беседе, самое главное — на практике. Но чтобы все такие «уроки» были усвоены на «отлично», чтобы они не забылись с возрастом, надо не только «учить» детей, но и закреплять весь «пройденный материал». Как:

· в игре;

· в действии;

· в повторении.

2. Придерживайтесь принципа: запрещать редко, но на все 100 %.

Это относится к самым опасным вещам, с которыми может столкнуться ребёнок. Он должен твёрдо усвоить, чего нельзя делать никогда.

Сделайте специальную памятку. Запишите всё, что считаете самым опасным. Если ребёнок уже умеет читать, повесьте её на видном месте в детской комнате и перечитывайте время от времени. Это должно звучать как аксиома.

Стопроцентные запреты:

· никому не открывай, когда ты один в квартире;

· никогда не переходи улицу на красный свет;

· не верь незнакомым (ничего не бери у незнакомого человека и никуда с ним не ходи, что бы он тебе ни сказал);

· никогда не говори по телефону, что дома никого нет.

Эти четыре запрета должны быть стопроцентными. И выполняться они должны всегда.

3. Не сбивайте ребёнка с толку.

· Не делайте для себя никаких исключений! Дети всё срисовывают с родителей. Например, никогда не нарушайте правил дорожного движения. Наоборот, показывайте ребёнку, как важно постоять и подождать, когда на светофоре загорится нужный свет. Подчёркивайте, что, даже если очень торопишься, безопасность куда важнее.

· Не позволяйте малознакомым людям брать малыша на руки, гладить его и обнимать, а тем более не заставляйте ребёнка идти на ручки к тому, к кому идти ему не хочется. Потому что позже вам трудно будет объяснить ему, почему нельзя доверять незнакомым.

4. Для обучения безопасности используйте все возможные «подручные средства».

Сказки. В сущности, любая сказка — это лаконичная, чёткая инструкция о том, что можно делать малышу и чего нельзя.

Причём изложено это в такой доступной форме, что даже самые нерадивые родители, рассказывая сказки, невольно научат детей правилам безопасности.

Там очень просто рассказано, как вести себя в различных ситуациях. Акцентируйте внимание малыша на этих важных моментах. Например, рассказывая сказку «Зайкина избушка», поговорите о том, что домой, когда ты один, нельзя впускать никого постороннего. Или сказка «Кот, петух и лиса». В ней лиса трижды одурачила петуха, а всё потому, что он очень любопытен и очень любит горох. Обратите внимание на такой важный момент в сказке: петух не хотел ослушаться кота и дрозда, не собирался он высовываться в окошко, но любопытство оказалось сильнее. И ещё: петушок забывает обо всех предостережениях, потому что ему очень хочется получить горошка. (Это для нас горох — пустяки, а для таких «петушков», как наши дети, он очень даже соблазнителен. У ребёнка другая шкала ценностей, и родителям важно знать, на что он «клюнет».) Обращайте внимание малыша на хитрых лис, которых не надо слушать, и на то, что спасло любопытного петушка. Он не висел покорно в лисьих лапах, а кричал долго и упорно — звал на помощь. Если тебя обманули, малыш, и ты попал в беду, зови на помощь, кричи громче, поднимай много шума. Не прекращай попыток, не сдавайся! Держись, помощь придёт.

Можно самим придумывать сказки на нужные темы. Например, «Сказка про то, как Дед Мороз принёс подарок нашему Ванечке». Собрался Дед Мороз в гости да забыл, где Ванечка живёт… Пусть меховые игрушки-зверушки подсказывают ему дорогу, пусть адрес называет ваш малыш. Пять-шесть повторений — и адрес надёжно врежется в память. На случай, если не дай бог, ребёнок потеряется.

Стихи. Всё, что зарифмовано, дети запоминают быстрее и лучше. Стихи помогут выучить важные правила, необходимые номера телефонов.

Вот пожар, огонь и дым.
Набирай 01
И пожарный смело
Примется за дело.

Неплохо, если список, куда звонить (служба газа, милиция, скорая помощь) в экстренном случае, будет висеть дома около телефона.

Игрушки и игры. Ребёнок катает по полу свои машинки — воспользуйтесь этим и покажите играя: как вести себя у дороги (потом обязательно закрепляйте это на практике).

Дочка лечит куклу — научите её прикладывать правильно бинт. Вот кукла пошла на улицу — и упала, разбила коленку: что делать, как помочь?

Ребёнок постарше должен знать, как пользоваться зелёнкой, перекисью водорода и где её найти дома.

Ролевые игры. Например, что делать, если к тебе пристали чужие мальчишки, если тебя преследуют. Например, научите звать на помощь, это особенно важно для мальчиков, так как они могут постесняться (а вдруг меня примут за труса?).

Используйте всякий подходящий случай. По дороге, на прогулке, стоя в очереди можно обсудить массу полезных вещей: как переходить улицу; какой дорогой лучше всего возвращаться домой из школы; почему вечером не надо проходить через скверик.

Комментируйте эпизоды, которые заинтересовали малыша. Тут добрую службу может сослужить даже телевизор. Например, в фильме показано, как мальчик остался дома один. Спросите ребёнка, когда он поступал правильно, когда — нет, что бы он сам делал на его месте.

Памятка для родителей

· Обходитесь без морали и длинных наставлений.

· Не старайтесь обучить всему сразу, делайте это часто, но понемногу.

· Никогда не заставляйте ребёнка, лучше создавайте условия для игры. Делайте это по-разному, чтобы интерес у ребёнка не ослабевал.

· Повторяйте и закрепляйте. Новая информация сначала попадает в кратковременную память, там она держится несколько дней, а потом большая её часть забывается. Чтобы материал перешёл на длительное хранение, необходимо время от времени его закреплять.

· Обязательно проверяйте, хорошо ли усвоен пройденный материал. Если, например, вы хотите узнать, правильно ли ребёнок в ваше отсутствие отвечает на телефонные звонки, попросите приятеля, голос которого ребёнку не знаком, позвонить по вашему номеру. Так сделала моя подруга — и схватилась за голову: за пять минут её шестилетняя дочь выложила всю подноготную о доходе семьи и дислокации каждого её члена. Зато теперь молодой маме есть над чем поработать.

Чуть меньше контроля, чуть больше доверия и веры в ребёнка — и всё будет в порядке.

· Меньше учите, больше играйте.

Кстати, игра — это не обязательно игрушки. Игра — любая совместная деятельность, когда вместе вам легко, хорошо и интересно.

Свободу нашим детям!

Озабоченные родители убеждены, что усиленная опека и контроль над ребёнком пойдут ему только на благо. Печальное заблуждение. По правде сказать, делается это в первую очередь для себя, для своего личного родительского спокойствия. Потому что ребёнок, которого усиленно контролируют и опекают, перестаёт надеяться на свои силы, и там, где надо правильно действовать, он будет стоять и озираться: а где она, подсказка и помощь? Он растеряется, а жизнь часто подкидывает непредвиденные ситуации. Ведь недаром говорят о той самой соломке, которую не успеваешь подстелить. От лишних синяков и шишек вашего наследника спасает не вечная опека, а опыт, который вы позволите ему приобрести.

Мы хотим оградить и защитить маленького человечка — это нормально.

Мы хотим привить ему культурные нормы поведения — это нормально.

Мы хотим предостеречь его от ошибок — это тоже нормально.

Это значит: нами руководит безусловная любовь.

Ненормально, когда мы слишком старательно оберегаем детей, когда мы слишком озабочены вопросами правильного воспитания и слишком боимся не доглядеть, проморгать, ошибиться.

Излишне опекаемое чадо лишается инициативы. Ребёнок привыкает во всём полагаться на кого-то другого, он уже не может жить без опоры, как лиана не может сама, без цеплянья за другие деревья, подняться вверх. И когда приходит время совершить свой поступок, делать свой выбор, человек оказывается в тупике. Он бы и рад, да уже не способен положиться на самого себя, он остается вечным младенцем. Вы ведь не хотите такого будущего для своих детей?

…Когда Маленький принц собрался в долгое путешествие, он привёл свою планету в порядок: выполол все сорняки, почистил вулканы, а потом пришёл к своему прекрасному и капризному цветку — попрощаться. Он хотел накрыть её, свою неженку розу, стеклянным колпаком — чтоб не продули её сквозняки и не съели тигры. Но на этот раз она удивила принца; она сказала «не надо», потому что, оказывается, не такая она и беззащитная, какой казалась всегда. У неё есть шипы, чтоб защищаться от тигров, а ветер ей даже полезен. И Маленький принц отложил свой стеклянный колпак, и послушался, и оставил цветок… расти. А потом он улетел вместе с перелётными птицами, и не знал, куда он летит и насколько; но мы-то с вами знали: он обязательно вернётся, потому что мы всегда возвращаемся к тем, кого приручили… кого полюбили…

Как-то я спросила своих старшеклассников: а не глупо ли сделал принц, послушав свой цветок: всё-таки маленькая роза осталась одна, на планете, где есть семена баобабов? И знаете, что ответили мне ребята?

«Маленький принц сделал то, что надо: оставил её на свободе».

Стеклянный колпак, конечно, хорошая вещь. Он защищает от пыли и тигров, от неприятностей и сквозняков. Но я иногда думаю: что будет с цветком, который — с семечка до бутона — вырастет за стеклом?

А ещё мне ребята сказали, что любовь Маленького принца и была той самой — настоящей, безусловной любовью.

Практикум

Ловушка главная

Полезное отступление, или Инструкция для пользователя

Ну вот, дорогие родители, вы прочли о всевозможных ловушках, которые встречаются на нашем родительском пути, и даже обнаружили пару-троечку таких, в которые успешно попадаете сами. Теперь дело, казалось бы, за малым: научиться обходить их стороной. Вот тут-то и подстерегает вас Самая Главная Ловушка, а может быть, даже капкан или настоящая ловчая яма.

Мы точно знаем, что избежать её труднее всего, потому что в своё время сами неоднократно туда попадали.

Дело в том, что прочитать и узнать — это одно, а вот применять свои знания на практике — совсем другое.

Обычно происходит так: родители пробуют новые способы общения с детьми, быстро убеждаются, что они (новые приёмы и способы) работают и… быстро забывают о них. Ну, может, и не совсем забывают, а сначала немножко, потом ещё немножко… и не успеешь оглянуться, как старые, привычные взаимоотношения снова становятся нормой. Недаром говорят: привычка — вторая натура.

Примерно двадцать дней нужно человеку на то, чтобы избавиться от старой привычки и заменить её новой, более полезной и выгодной. Но эти три недели надо как-то продержаться! А это не так и просто оказывается.

Обычно советуют сделать следующее:

а) проанализировать прочитанное;

б) взять бумагу и ручку;

в) написать по пунктам, что будете делать (использовать при этом форму только настоящего времени);

г) вести дневник наблюдений;

д) вносить в него все «плюсы» и «минусы» своей методической работы;

е) отдельными пунктами отмечать любое достижение;

ж) каждую неделю подводить общий итог и записывать результаты.

Уфф-ф!

Как вы — не знаю, но я лично за всю много-многолетнюю педагогическую практику не встретила ещё ни одного человека, который регулярно и последовательно выполнял бы все эти вышепредложенные действия. Думаю, что именно такое серьёзное многоэтапное писание и подрывает хорошую родительскую инициативу прямо на корню. Потому что выполнять всё это скучно: получается какая-то сплошная обязаловка (а уж чего-чего, а в жизни обязательного и скучного хватает).

Одна моя хорошая подруга поступила очень просто. Каждый день она звонила мне и говорила: «Так… Есть одна проблема… Что я должна сегодня делать?» А вечером снова звонила и говорила: «Вот слушай…» — и выдавала полный отчёт. Потом мы вместе анализировали, прикидывали и делали полезные выводы. Метод оказался очень прогрессивным — её отношения с ребёнком день ото дня становились всё лучше и лучше! Но… утомительным… для консультанта.

Другая сделала ещё проще. Она записывала на магнитофон наши лекции и слушала их в метро.

Третья… Впрочем, пожалуй, достаточно деталей, пора делать обобщение.

Вот вам обобщённый опыт тех, у кого получилось отучить себя от вредных «воспитательных» привычек.

Как ни крути, но время вам всё-таки придётся потратить. Но — один раз. Впрочем, проведёте вы его не только с толком, но и весело.

Например, вам надо избавиться от привычки делать постоянные замечания.

Напоминалки, или Как сделать «Инструкцию по применению»

Предлагаем несколько способов, как сделать памятку.

Способ первый. Детский. Если у вас есть принтер, а дети умеют им пользоваться, поручите им отпечатать для вас «Памятные заметки». Польза двойная: и их делом займёте, и сами время не потратите. Повесьте эти заметки там, где они будут часто попадаться вам на глаза (например, у зеркала). А рядом положите эту книгу с закладками.

Способ второй. Вариантный. Если ваша работа связана с писанием, почему бы не делать полезные заметки на работе? Там почему-то не так обидно тратить личное время, правда?

Можно сделать и ксерокопию (только крупным шрифтом!). Проследите, чтобы текст легко читался на расстоянии вытянутой руки.

Способ третий. Узелок на память. Узелком может быть что угодно. Например, если вы часто вмешиваетесь в дела и занятия своей дочки, привяжите на дверную ручку в ее комнату бантик. И каждый раз, касаясь его, говорите себе что-то вроде «инициатива наказуема». Как только вы его увидите, сразу же вспомните, что ценят только те советы, о которых просят.

Способ четвёртый. Ассоциация. Свяжите то, что вы должны запомнить и выполнять, с каким-то приятным действием или предметом, хоть с поглаживанием своей персидской кошечки… или с телефонной трубкой.

Способ пятый. Все вместе. Расскажите всем домашним о тех ловушках, в которые вы решили больше не попадать. Например, вы решили отучить себя делать негативные замечания. Собираете за круглым столом всю семью и рассказываете им о своём решении. А потом просите, чтобы каждый раз, как только вы говорите «не…» или что-то ещё со знаком «минус», они вас останавливали. Но, учитывая, что на прямые замечания (типа «ты не права», «ты ошиблась», «так нельзя говорить…») мы все реагируем плохо, придумайте необидный способ. Например, кричать «Штраф!» или громко хлопать в ладоши.

Способ шестой. Картинная галерея. Здесь вы опять можете вовлечь в подготовку всех желающих. Берёте цветные листы бумаги и вручаете их детям. Они могут нарисовать и вырезать ловушки. Впрочем, подойдут и разные рожицы, восклицательные знаки, клетки с кроликами — как договоритесь. Развесьте эти творения по дому (на дверь, на стены, над столом). Они всегда будут у вас перед глазами.

Способ седьмой. Технический. Наговаривайте на диктофон свои сегодняшние мысли. Привычка подводить итоги очень полезна. Но только пусть это будет не поток самобичевания типа «как я могла», а заявления «сегодня я уже говорила намного спокойнее, и ребёнок меньше вредничал, завтра мы…»

Способ восьмой. Комбинированный. Без комментариев, и так понятно.

P.S. Эти приёмы только кажутся такими наивными, а на деле прекрасно выполняют своё назначение: напоминают и стимулируют. Потому что они наглядны и образны. И ещё. Они не дают возможности увильнуть от самих себя; а, как известно, с собою справиться труднее всего. Попробуйте — удивитесь.

В идеале:

1. Хорошо бы иметь под рукой краткие заметки: ситуация — как действовать.

2. Легче и лучше усваивается то, к чему возвращаешься (мысленно) и о чём рассказываешь; делитесь, обсуждайте, рассказывайте о ваших находках и открытиях; найдите единомышленников (лучше всего — в своей семье).

3. Прикрепите большой лист, на него в центре приклейте инструкцию. Каждый вечер ставьте себе «плюс» или «минус». А можно не ставить, а приклеивать полосочки бумаги того цвета, на какой вы оцениваете прошедший день.

Хотя бы раз в неделю заглядывайте снова в эту книгу — для самопроверки.

Попробуйте сделать так — и вы убедитесь, что в жизни вашей семьи станет больше веселья, смеха, доброты, чуткости и любви.

Что делать, если другие члены семьи не хотят к вам присоединяться?

Не хотят — и не надо.

Конечно, хорошо, если все взрослые проявляют единодушие и придерживаются единых принципов воспитания. Но на деле такое случается, увы, редко.

Чаще получается так: теоретически принципы одни, а практически каждый выполняет их по-своему. Мама с папой ещё могут между собою договориться, а вот бабушки-дедушки и податливей, и мягче, и попустительствуют внучкам почаще. Родители могут проявить непреклонность и потребовать от старшего поколения чёткого выполнения своих инструкций. И, скорее всего, они своего добьются. Но вот велика ли будет польза от этого — ещё вопрос. То внутреннее недовольство, которое будет копиться (из-за несогласия и вынужденного подчинения), обязательно скажется на общей атмосфере семьи и когда-нибудь прорвётся. Ссоры, обиды, замкнутость гораздо хуже сказываются на психике ребёнка, чем мелкие изгибы в «единой линии воспитания». У вас малыш засыпает в кроватке, а у дедушки — только на плече, да ещё с бутылочкой молока? У папы ребёнок идёт домой с прогулки строевым шагом по первому зову, а с вами в «догонялки» играет? Ну и что тут ужасного, если это игра, а не истерический каприз? Ваша позиция должна быть твёрдой только в тех вопросах, которые всерьёз касаются психического состояния и здоровья ребёнка. А остальное приложится — со временем.

Так и тут. Если вы решили воспользоваться полезными советами из этой книги, а остальные не то что читать — даже слушать вас не хотят, — ну и что? Вы начинайте. Вы делайте. И когда ваши отношения с ребёнком на их глазах будут становиться всё лучше и лучше, когда вы сами будете становиться и спокойней, и радостней, тогда на вашу сторону непременно перейдёт кто-то ещё. Потому что любовь притягивает.

Два вида любви

Любовь безусловная и любовь озабоченная

Безусловная любовь не считает ребёнка ни слишком мудрым, ни слишком наивным. Она видит его таким, какой он есть. И принимает его незнание, и несовершенство, и его внутреннюю гармонию. Она учит ЗАРАНЕЕ. Безусловная любовь — это основа и краеугольный камень взаимоотношений ребёнок—родитель.

Только безусловная любовь даёт возможность растить и воспитывать ребёнка естественно и просто, без жутких нервотрепок и назиданий, без вечных стрессов и утомительных проблем. Растить легко и радостно, понимая ребёнка, давая ему именно то, в чём он по-настоящему нуждается, и получать от своих детей то, в чём более всего нуждаемся мы, их родители.

Эта любовь бескорыстная. Но это и не слепая любовь. Она не имеет ничего общего с попустительством, потаканием. Родители, если потребуется, будут и непреклонными, и очень-очень взыскательными. Так чем же она отличается от простой любви, от любви обусловленной? Только одним: ребёнка любят и принимают таким, какой он есть. Настоящая любовь — это приятие. Это понимание. Это «не бойся, я с тобой», «я всегда на твоей стороне».

Любить ребёнка и растить ребёнка — это и искусство, и наука. Но в первую очередь, это творчество. И как во всяком настоящем творчестве, бывают здесь и ошибки, и заблуждения, и срывы. Они случаются и у вас? Простите себя за них.

Безусловная любовь не результат, к которому вы приходите, и не сумма каких-то действий; это поиск, процесс, это ежедневные маленькие открытия. Это просто счастливая дорога вместе. Дарите, дарите ребёнку эту иррациональную любовь, не связанную ни с какими условиями, настоящую. Это самый надёжный (и единственный) способ сделать наших детей любящими, а свои родительские обязанности — радостными.

Итоги первой части

1. Нашим детям нужна безусловная любовь. Не «сегодня я люблю тебя за пятерку» и не «уходи, ты разбил стекло, я тебя не люблю». Любовь не предмет торга.

2. Ребёнок всегда должен быть уверен в любви и поддержке семьи. Его поступок может быть плохим, ребёнок — всегда любимым.

3. Воспитание — процесс обоюдный. Мы воспитываем детей, они воспитывают нас. Правда, делают они это своим, детским способом: ведут себя «плохо». То есть не так, как мы рассчитываем.

4. Растить детей легко, если не пытаться их «воспитывать».

5. Всему можно научиться — играя.

6. Запретов должно быть мало, но они должны быть стопроцентными. Например, никогда не ходи на красный свет (и сами никогда не ходите).

7. Родителей подстерегают ловушки любви. Это:

* терпеть,

* запрещать,

* охранять от жизни,

* лгать,

* бояться.

Они не имеют ничего общего с любовью, какими бы благими намерениями они ни вызывались.

8. Мешать растить детей с радостью будет страх. Его надо заменить активными действиями и верой в своего ребёнка и в себя.

Не надо «тратить на ребёнка лучшие годы жизни». Не надо его выращивать. Просто помогите ему расти.

Часть вторая

Волшебники и зомби, или Что мешает родителям быть счастливыми родителями, а детям —

счастливыми детьми

Ребёнок, который только пришёл в этот мир, ещё ничего не знает о нём.

И первая связующая нить, которая протянется между ним и миром, — это наша родительская любовь. Мы — их земное начало начал, мы проводники, мы первые их учителя и защитники, а может быть, даже немного волшебники.

Глава первая

Новый взгляд на старые обстоятельства

Наши дети легко превращают нас в добрых волшебников. Потому что искренне верят: родители могут всё. И мы стараемся соответствовать этому высокому статусу, и иногда у нас даже получается. Это мы, как волшебники, приносим им первые земные дары, окружаем заботой и вниманием, согреваем, и кормим, и рассказываем добрые сказки. Мы любим открыто и искренне, а малыши принимают эту волшебную любовь и, окутанные ею, потихоньку, постепенно, со временем должны научиться отдавать её так же щедро и бескорыстно, как и получали. Так должно быть.

Но вот незадача: чем старше становится ребёнок, тем меньше и меньше в нас волшебства. Это время всё так меняет? Увы, да. Однажды мы вспоминаем, что родному человечку предстоит жить в обществе, среди других людей, а это значит, что он твёрдо должен усвоить правила и законы этого человеческого мира.

И как только мы проникаемся этой весомой мыслью, мы начинаем не просто растить, мы начинаем воспитывать своё беспокойное чудо. Вот тут-то и подстерегает нас то самое заблуждение, из-за которого делается масса ошибок и появляется столько трудностей. Мы так увлекаемся и так вкладываемся в «воспитательный процесс», отдаём ребёнку так много эмоций, энергии и времени, так много, что на нормальное воспитание — в любви и радости — сил уже почти не остаётся.

И тогда неизбежно мы подменяем любовь без условий на иную, обусловленную любовь. Мы предлагаем детям любовь на наших, а не на их условиях. Мы начинаем требовать и добиваться от любимого чада того, что нужно в первую очередь не ему, а нам.

Что руководит нашими действиями?

Спросите любую стайку малышей, чья мама самая лучшая. И они хором воскликнут: «Моя!» Спросите группу подростков, чья мама самая лучшая — и они… промолчат. И не только потому, что в этом возрасте открытость чувств не приветствуется. Многие дети на самом деле сомневаются: а лучшая ли? Но почему? Может быть, потому, что мамы и папы, делая всё возможное (а часто и невозможное) для счастья собственного ребёнка, забывают уточнить сущую «ерунду»: а что ему самому-то для счастья надо? Не отсюда ли разочарование?!

Что побуждает нас давать ребёнку советы, что побуждает нас принимать определённое решение и поступать так или иначе, чтопобуждает нас делать это: забота о ребёнке или забота… о себе? «Конечно же, забота о ребёнке», — скажет любой нормальный родитель. Скажет и, по большому счёту, ошибётся. «Командовать парадом буду я!» — когда-то заявил тот самый Остап Бендер. И вовсю командовал — себе на пользу (а что из этого получалось — сами знаете). Мамы и папы частенько делают то же самое, только, в отличие от великого авантюриста, вслух о том не говорят.

О ком мы заботимся на самом деле? О себе или о ребёнке?

Перед родителями стоит двойственная задача. С одной стороны, они должны защищать и оберегать ребёнка, давая ему пространство для личностного, индивидуального развития с другой стороны — приспосабливать, адаптировать эту индивидуальность к тем общим требованиям, которые большой мир предъявляет каждому человеку. Поэтому родители волей-неволей на долгие годы становятся чем-то вроде буфера между ребёнком и обществом. Нравится это юному наследнику? Когда как.

Мы разрешаем, но мы же и запрещаем. Мы даём малышу свободу, но мы же и ограничиваем её. И чем старше становится ребёнок, тем больше амплитуда этих «можно-нельзя». А что поделаешь? Мы вынуждены ставить определённые условия (рамки, ограничения), так, как понимаем: «жить в обществе и быть свободным от общества нельзя».

Сохранить разумный баланс между личным и общественным может не каждый. Кто-то из родителей слишком увлекается функцией защитника, кто-то слишком сильно зависит от мнения других людей — и ориентируется на него. Но что интересно: и в том, и в другом случае мы искренне верим, что всё (всё!), что делаем, — делаем ради ребёнка, для его блага. Но, увы, это не совсем так, потому что многое-многое делаем мы не для ребёнка, а для себя! Просто не каждый родитель готов сознаться себе в этом.

Вот, например, вы строго соблюдаете режим дня и требуете, чтобы ребёнок ложился спать именно в 21:00 («Завтра рано вставать», «Режим полезен для здоровья», — говорите вы ему). Но на самом деле, положа руку на сердце, скажите, а не укладываете ли вы ребёнка спать пораньше, потому что жаждете свободы или устали и вам хочется посидеть в тишине, или спокойно побеседовать с мужем, или просто — помечтать.

(Кстати, если вы честно признаетесь себе: «да, это так», то не будете нервничать и давить на ребёнка, когда он немножко выбивается из режимных рамок.) Что вынуждает нас поступать так или иначе: забота о ребёнке или забота о себе — вопрос вовсе не праздный, потому что слишком часто от ответа на него зависит ваше душевное равновесие и дальнейшие отношения с наследником.

Как-то в гостях я обратила внимание на малышку, сидевшую как раз напротив меня.

Я любовалась её хорошенькой нахмуренной моськой и искренне сочувствовала девчушке — та старательно, но безуспешно пыталась ускользнуть из-за стола! Мама и бабушка с ходу хором выставили ей условие: «Поешь как следует — потом пойдёшь играть». И, словно соревнуясь между собой в качестве обслуживания ненаглядной дочки-внучки, изо всех сил потчевали её разными блюдами. Девчушка вздыхала и жевала, жевала и вздыхала. На мой взгляд, малышка давно уже «переела» дозу взрослого человека, а они все подсыпали ей в тарелку и пичкали, пичкали, попутно жалуясь то ли мне, то ли друг другу, как она «плохо кушает» и «какая же она худенькая». В конце концов, умаявшись от перегрузок, девчушка подошла к проблеме кормления (перекорма?) творчески: опрокинула тарелку на пол и громко заревела. «Какая умница, — подумала я, — сообразила, что рыдающее и страдающее дитя долго ругать не будут».

А теперь вопрос на засыпку.

Чей голод усиленно удовлетворяли мама и бабушка? Уж верно, не детский. Кормя и перекармливая ребёнка, они пичкали свою собственную «голодную» мечту о том, что малыш обязан (ну просто обязательно должен!) быть пухленьким да кругленьким, как ангелочек на рождественской открытке. Вот и выходит: мама и бабушка, искренне считая, что заботятся о ребёнке, на самом деле вовсю заботились о себе.

А что будет дальше? Вопрос «сколько надо кушать» скорее всего станет для подрастающего ребёнка проблемным. В ответ на принуждение у неё может выработаться такое стойкое отвращение к еде, что она действительно потеряет аппетит и превратится в эфирное создание. Но это ещё полбеды. Вполне вероятно, что с подачи любящих родственников в её голове отложится такая мысль: «Меня хвалят, когда я ем… значит, когда я ем — я хорошая». И где-то с подросткового возраста или чуть постарше, уже став достаточно самостоятельной, чтобы самой решать, что есть и когда есть, она начнёт «заедать» свои проблемы и плохое настроение. И начнёт стремительно полнеть. Почему так получится? Потому что мысль «когда я ем, я хорошая» внушали и внушили ей с раннего детства. (А ведь хорошим — хотя бы перед самой собой — хочется быть каждому… Чуть что не так — поешь как следует — и снова будет всё хорошо…) На уровне сознания она вряд ли будет это понимать. А вот подсознательно при любых неприятностях рука сама потянется к холодильнику. Интересно, будут ли тогда её мама и бабушка также бурно радоваться каждому съеденному ребёнком кусочку?

Когда мы даём ребёнку совет или принимаем определённое решение, когда поступаем так или иначе, неплохо бы вспомнить, что делать это побуждает нас не только забота о ребёнке, но и забота о самих себе. Мы заботимся о своём душевном равновесии. Что-то, сидящее глубоко внутри, заставляет нас, не обращая внимания на сопротивление ребёнка, настаивать на своём. Что же это?

Осторожно: зомби

Где-то там, внутри каждой родительской головы штабелями наложены всевозможные правила, нормы, приёмы, запреты. И часто бывает, что большие и маленькие решения — что съесть, что сказать, как поступить, куда пойти, что посоветовать, а что запретить, диктует не наше сердце и даже не наша личность, а усвоенные нами правила (понятия). Помните, родители всё детство твердили «нельзя есть немытые фрукты», и как мы с этим ни боролись, как ни увиливали, всё равно теперь мы искренне верим: это правильно. Так и со многими нашими убеждениями (как плохими, так и хорошими) — они результат старых программ, «записанных» в наших мозгах. Одни «записи» сделали мы сами, другие — результат чужого «творчества». И вторых — большинство.

Интроекция

Многое, от чего мы теперь страдаем, мы вынесли из детства.

Если что-то упорно вдалбливается в голову малыша, он «проглатывает» это, не подвергая сомнению. Такое «проглатывание» установок и запретов психологи называют интроекцией. Оно порождает множество бед, и большинство наших взрослых проблем — оттуда.

Тогда нам вдалбливали многие вещи, в правильности которых сами взрослые не сомневались — когда-то. Теперь времена изменились. И головой мы можем прекрасно понимать ложность многих старых установок, а на деле покорно следовать им.

Программ, записанных в нашей голове, великое множество.

Конечно, мы не отрицаем, что есть масса полезных, которые помогают нам жить и развиваться (нельзя же каждый раз заново учиться ходить). Но есть и такие, которые мешают, подсекают на корню лучшие наши побуждения и даже превращают сосуществование с собственными детьми в нечто вроде окопной войны. Что, сами понимаете, не идёт на пользу ни взрослым, ни детям.

Тест

Ради чего вы все это делаете?

Этот тест поможет вам понять, какими мотивами вы на самом деле руководствуетесь, воспитывая своего ребёнка, на что вы его ориентируете и какими могут вырасти те дети, в которых родители закладывают подобные программы.

Перед вами несколько ситуаций. Решите, как бы вы поступили, и выберите один из вариантов ответа.

№ 1. В скверике на лавочке сидят две девушки и тихо беседуют. Ваш ребёнок скачет вокруг них, изображая лихого всадника, и во весь голос кричит «И-го-го!». Девушки осуждающе поглядывают на вас.

A. Говорите ему: «Не кричи, это некрасиво».

Б. Не делаете никакого замечания (скверик всё-таки место общественного отдыха).

B. Говорите: «Не кричи, ты мешаешь людям спокойно поговорить», — и пытаетесь увести его подальше.

Г. Просите девушек тоже покричать, и желательно посильнее.

№ 2. Вы пришли на прогулку в парк и прекрасно провели время. Но ваш ребёнок переполнен новыми впечатлениями и слишком возбуждён. Вам надо его успокоить, так как вы чувствуете, что его совсем «заносит». Как вы поступаете?

A. Говорите «сядь, отдохни» и заставляете усесться, несмотря на протесты.

Б. Даёте что-нибудь вкусненькое.

B. Останавливаете и усаживаетесь рядом с ним.

Г. Хватаете убегающее дитя, обнимаете и говорите: «Давай послушаем, о чём говорят птицы…»

№ 3. Дочка-школьница постоянно разбрасывает носочки и юбочки, вы находите их в самых неожиданных местах. Вы говорите:

A. «Будь любезна, объясни, почему я должна выуживать твои носки из-под всех стульев? Убери на место!»

Б. «Неужели так трудно класть их в ванной, в корзину для белья?» — говорите вы и собираете вещи.

B. «Опять разбросала? Убери носки, а заодно пропылесось всю комнату».

Г. Собираете носки и засовываете куда подальше, пусть поищет завтра утром.

№ 4. Ваш ребёнок протягивает надкушенный бутерброд дворовой кошке. Вы:

A. «Нельзя бросать хлеб на землю, ешь сам».

Б. «Не прикасайся к кошке, вдруг она больная, можно заразиться».

B. Советуете отломить от бутерброда кусочек колбасы и положить возле кошки (попутно напомнив, почему с рук незнакомых животных кормить нельзя).

Г. Кидаетесь к ребёнку и, слегка царапнув его за руку, выхватываете бутерброд; а потом, когда он оправится от шока, предлагаете вместе угостить кошку правильно.

№ 5. Вы застукали ребёнка в тот момент, когда он ломал ветку. Что вы ему скажете?

А. «Не ломай ветку, это всё-таки сквер, а не лес».

Б. «Не ломай ветку, поцарапаешься».

B. «Не ломай ветку, она живая». А если не прекратил, то шлёпаете.

Г. Предлагаете прийти сюда ночью и выдернуть всё дерево целиком.

№ 6. Ваш ребёнок прилип к киоску и громко требует немедленно купить ему «вот этот журнал». Чувствуя, что на вас уже оглядываются, вы:

A. Покупаете, потому что представили, как это выглядит со стороны: ребёнок тянется к знаниям, а родители не пускают.

Б. Покупаете, но обещаете дома как следует с ним разобраться.

B. Говорите твёрдое «нет» и уводите упирающееся дитя.

Г. Тычете пальцем в толстую книжку и вопите «хочу эту книгу, купи, купи…».

№ 7. Вы с ребёнком пришли в гости с великолепно оформленной книгой сказок, которую вместе выбрали в подарок. Уходя, ребёнок решил прихватить книгу с собой. Вы:

А. Объясняете, что подарки обратно забирать нехорошо, так как этим вы огорчите того, кому подарили, и возвращаете книгу.

Б. Уговариваете оставить книгу и обещаете взамен купить новую (такую же или другую).

В. Даёте твёрдое обещание, что, если не прекратит, заберёте из его комнаты все книги с картинками.

Г. Предлагаете распилить книгу пополам, чтобы обоим детям было поровну и никому не обидно.

№ 8. Ваш ребёнок гоняет машинку, а рядом лежит его любимый мячик. Этот мячик берет знакомая девочка. Малыш кричит и требует немедленно вернуть ему игрушку. Вы:

A. Объясняете, что жадным быть плохо, уговариваете поделиться игрушкой, ведь её же вернут, с ней ничего не случится.

Б. Утешаете своего рыдающего малыша, убираете мячик с глаз долой.

B. Предлагаете девочке другую игрушку или просите её дать свою — поиграть.

Г. Кидаетесь к детям, тоже хватаетесь за мячик и тоже вопите. Воспользовавшись их недоумением, мирите детей.

№ 9. Вы пришли с родительского собрания далеко не в восторге от того, что сказала вам учительница. Вы собираетесь обсудить с ребёнком его поведение. Как и когда вы начнёте разговор?

A. Сразу и строго.

Б. После ужина. Сначала надо посоветоваться с другими взрослыми членами семьи.

B. Подходите и говорите: «Даже не представляю, о чём ты думаешь. Объясни, пожалуйста…»

Г. Предупрежу, что нам надо серьёзно поговорить, и мы вместе выберем удобное время.

10. Вы с ребёнком на пляже, вернее, вы на песке, он — в воде. Несмотря на все ваши требования, ребёнок не желает выходить на сушу. Вы:

A. Вылавливаете пловца и тихо объясняете, что в следующий раз он будет плавать только в ванне.

Б. Не обращая внимания на вопли, вытаскиваете его из воды; в конце концов, здоровье дороже.

B. Берёте брызгалку и просите поливать вас.

Г. Начинаете с энтузиазмом рыть «бассейн» или «канал», чтобы купаться там, и зовёте ребёнка помочь вам.

№ 11. Ваша дочка играет с подружками в «резиночки». Вам тоже хочется попрыгать, как в детстве. Как вы поступите?

A. Подобная мысль вам даже в голову не придёт.

Б. Намекаете и ждёте: а вдруг начнут уговаривать, непременно соглашусь.

B. Вступаете в игру, если дочка с её подружками разрешат.

Г. А если не разрешат, организую свою игру. Уж очень хочется.

№ 12. Вы стоите у зеркала и строите рожицы. Вдруг замечаете, что за вами наблюдает ваша деточка и иронически улыбается. Вы:

A. Вообще никогда не гримасничаете перед зеркалом.

Б. Смущаетесь и делаете вид, что просто подправляете макияж.

B. Продолжаете своё занятие как будто так и надо.

Г. Смеётесь и показываете язык.

№ 13. Ваш старшеклассник пришёл из школы очень сердитым, он жалуется, что его учитель дурак и что он придирался к его домашнему заданию; но вы-то знаете, что накануне сын не выучил уроки так, как следует прилежному ученику. Что вы сделаете раньше, что потом:

A. Делаете замечание, что нельзя так обзываться, потом выслушиваете.

Б. Возражаете и напоминаете, что это он не выучил как следует урок, да и об учителях так говорить неприлично.

B. Сочувственно выслушиваете, а потом, когда выговорится и успокоится, высказываете собственное мнение по поводу эпитетов и домашних заданий.

Г. Дождавшись паузы, разыгрываете монолог учителя: «Этот Петров совсем меня не понимает. Я ему говорю… а он опять, тогда я бы его…»

Подводим итог. Посмотрите, какая буква в ответах встречается у вас чаще всего. И станет понятно, ради чего вы, собственно, и занимаетесь воспитанием. Если вы выбирали:

А. Ваш девиз: «веди себя культурно» (прививаем навыки правильного поведения в обществе). К чему ведёт: ориентируемся на чужое мнение, учим делать всё напоказ. Навыки культурного поведения нужны, но часто вы одёргиваете ребёнка только затем, чтоб самому хорошо выглядеть в глазах других людей. Вероятно, то, как к вам отнесутся окружающие, — ваш пунктик, на котором вы «зациклились». Этикет, в конце концов, — это только «этикетка», вывеска; гораздо важнее, что за ней стоит. Например, какие чувства человек на самом деле испытывает к окружающим. Доброе отношение к миру намного ценнее натянутой вежливости. На самом деле этикет не запрещает нам быть собой. Человек сам ставит себе рамки. Мы ставим — и привыкаем к ним. И тогда эти рамки-ограничения превращаются в клетку. В результате ни в одно занятие вы не погружаетесь полностью. Вы не проживаете момент, вы его пробегаете. Жизненный опыт не даёт нам впустить в свою жизнь ничего нового. Это приходит как следствие информационных перегрузок или боязни не успеть, а может быть, и из-за обыкновенной лени и привычки оглядываться на других. Зачем вашему ребёнку такая «зашоренная» жизнь?

Б. Опасение, как бы чего не вышло, «забивает» вашу любовь. Вы готовы всюду подстелить соломку — на всякий случай. Вы чрезмерно опекаете и оберегаете своего ребёнка и во что бы то ни стало желаете оградить его от ошибок. Но на ошибках учатся. Полезно, чтобы ребёнок учился.

Когда в воспитании на первый план выходит не любовь, а опека, это может привести к тому, что ребёнок устанет от вечного надзора, взбунтуется, или превратится в капризного тихоню, или же будет инфантилен, то есть не приспособлен к нашим временам.

В. Ваш девиз — «подготовить к большой жизни». Вы воспитываете в малыше характер и чувство ответственности, учите считаться с чужими интересами, а не только со своими, учите сочувствовать. Это прекрасно, но порою вы бываете слишком категоричны, считая, что ваши критерии — и есть та норма, на которую надо ориентироваться.

А попробуйте посмотреть на этот мир так, будто видите это впервые. Глазами вашего ребёнка. Окунитесь в этот миг и проживите в нём самозабвенно, как в детстве.

А назойливые мысли о завтрашних задачах оставьте на завтра. Не отвлекайтесь на пустяки. Живите сейчас, так, как умеют маленькие дети. Ведь чему-то же можно научиться и у ребёнка. И тогда вы сможете оставить ему чуть больше пространства и чуть больше свободы для роста…

Г. Вы ориентируетесь на потребности ребёнка, а не на собственные идеи, страхи и сомнения. По крайней мере, вы стараетесь не навязывать ему определённую схему действий, а создаёте условия, когда он должен выбирать и решать, как поступать дальше. Вы побуждаете человека думать самостоятельно и, следовательно, нести ответственность за свой выбор. Вы воспитываете играя, вы просто растите своего ребёнка и растёте вместе с ним. Смело можно сказать, что это самый сложный из воспитательных методов. Но зато и самый ценный. Ведь вы даёте ребёнку возможность на собственном опыте убедиться, как надо поступать и к чему может привести тот или иной поступок.

Когда у вас что-то не получается, когда ребёнок не слушается вас, когда упорно не выполняет то, что требуете от него вы, не спешите принимать крутые меры. Спросите себя: «Что побудило меня сделать это замечание? Взгляд старушки из окна? Воспоминания о том, что мне в детстве этого не давали? Для кого я стараюсь — для ребёнка или для себя?»

И честно ответьте. Это поможет вам принять правильное решение.

Такая, подлинная забота о ребёнке творит чудеса. И волшебство в том, чтобы прислушиваться к мнению ребёнка, приглядываться к его поведению, его поступкам, выносить оценку, а не приговор. И это самое великое чудо — расти вместе со своими детьми.

Кто командует парадом?

Невозможно вычислить все правила, программы и установки, которыми мы руководствуемся. Одни из них так срослись с нашим «я», что мы сами порой не в силах отделить своё от чужого. А другие программы, совсем «свеженькие», только начинают руководить нами и нашими поступками, и мы ещё узнаем их: это фразочка тёти Светы, а так орёт мой начальник. В нашем кругу не принято…

Но попытаться отделить себя от принятых (общепринятых) программ и установок просто необходимо.

Зачем?

Предположим, вы что-то требуете от ребёнка, а он ни в какую не желает этого делать. Можно посчитать это за вредность, каприз — и настаивать (и настоять!) на своём.

Но не лучше ли всё-таки подумать: а почему он так сопротивляется? Может, мой малыш не капризничает, а борется с той чужеродной программой, которую ему пытаются вдолбить? Может, ему действительно это не нужно?

«Писать, есть, рисовать надо правой рукой», — считаете вы и перекладываете ложку и фломастер в правую руку малыша. Но если ребёнок левша, вы позволите ему работать той рукой, которой ему удобнее, так ведь?

А теперь представьте человека, в голове которого «сидит» программа: левшу надо переучивать. К каким грустным последствиям это может привести, вам расскажут замученные левши, которых в советское время было очень много. Тогда была твердая установка «переучивать всех». Результаты — повышенная утомляемость, неврозы, ослабление иммунной системы в результате постоянных стрессов со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Дети в меру сил и возможностей борются с теми вредными установками, которые мы пытаемся им внушить. (С полезными они тоже могут бороться, но это — отдельный разговор, к которому мы вернёмся в третьей части книги.) Но чаще всего — безуспешно; родительский авторитет, воля и непреклонность оказываются сильнее. Но уже то, что ребёнок протестует, — само по себе повод задуматься: кто командует парадом — я или программа, живущая во мне?

Осторожно: программа

Малыш прибежал домой в слезах: приятель-сосед, с которым они вместе строили снежную крепость, взял и (ни за что ни про что!) опять стукнул его. «Тот, кто не умеет дать сдачи, — просто трус!» — скажет в сердцах папа маленькому сыну. Мальчик, скорее всего, разрыдается ещё больше, потому что ему и так обидно, а тут ещё и трусом обзывают. (Он-то считал себя сильным, храбрым.) Но вспомните: маленькие дети слова родителей воспринимают некритично: они верят в то, что мы им говорим. Так что, если продолжать критиковать ребёнка, внушать ему эту мысль: плачут и убегают только трусишки — он действительно засомневается в себе, в своей состоятельности. И тогда возможны два варианта его поведения: 1 — ребёнок поверит взрослому — и превратится в трусишку; 2 — ребёнок поверит взрослому — и (хорошенько постаравшись) превратится в драчуна и забияку. Оба варианта — печальный результат той программы, которую воспринял малыш от взрослого человека.

Программы — очень коварная штука. Они сидят где-то глубоко в сознании (подсознании?) и до поры до времени не дают о себе знать. Но едва прозвучит сигнал (сложится подходящая ситуация), программа мгновенно оживает — и человек начинает действовать; увы, уже не сам, а по её указанию.

Подсказка: верный признак такой программы — решение выскочит само, чёткое, безапелляционное, и, если кто-нибудь из взрослых рядом с вами выскажет сомнение, вы броситесь на него чуть ли не с кулаками, доказывая свою правоту.

Это как 25-й, дополнительный кадр в кинофильме: он проскакивает на экране так быстро, что человек его вроде и не замечает. Но… однажды зрителям прокрутили фильм, где 25-м кадром было слово «мороженое». После фильма, едва выйдя из зала, большинство зрителей, несмотря на холодную погоду, кинулись покупать мороженое. На вопрос: «Почему вы это делаете?» — следовал стандартный ответ: «Просто захотелось».

Это как приказ, который гипнотизёр даёт своему «спящему» клиенту. Например, такой: «Когда зазвонит телефон, вы подойдёте, снимете трубку и скажете, что возмущены поведением звонящего». Клиент, пробудившись, такого приказа не помнит. Но вот звонит телефон, он тут же снимает трубку, узнаёт знакомый голос — и говорит о своём возмущении. А потом сам же удивится: и что на меня нашло?

Не боритесь, а измените тактику

Мы тратим на борьбу с собственными детьми массу сил и энергии. А что, если эту самую энергию направить не на борьбу, а на обдумывание и поиск правильного решения? Представляете, как хорошо станет жить и нам, и нашим детям?!

Ну вот, например, случай с той самой девочкой, которую усиленно пичкают едой. Если бы мама и бабушка осознали, что, как зомби, выполняют внушенную кем-то программу, то, пожалуй, подошли бы к вопросу, сколько надо кушать ребёнку, с другой стороны. Они:

· проверили (и поверили бы!), что их любимица здорова (медосмотр, анализы, гемоглобин, нет ли анемии — всё это указано в медицинской карточке ребёнка);

· посчитали бы тот объём продуктов, который малышка съедает за день (замерять лучше две-три недели, а потом высчитать среднесуточный объём);

· сравнили бы с тем, что и сколько едят другие дети. (Можно даже подсчитать, сколько съедается к/калорий в белках—жирах—углеводах, а также хватает ли витаминов, минералов, микроэлементов; это хоть и канительно, но всё же лучше, чем мучиться от мысли, что ребёнок недобирает нужного.)

Давно замечено и экспериментально доказано: если ребёнку дать возможность выбирать — есть самому, что он хочет и когда хочет, он выберет то, что его организму необходимо.

Программа «Мой ребёнок должен хорошо кушать» очень прочно засела в головах многих родителей. А поскольку, как мы выяснили, любая программа, которой мы упорно следуем, превращает нас в зомби, от неё очень трудно избавиться. Трудно, но возможно. Вот ещё один способ, который мы предлагаем страдающим родителям. Он называется «Поменяемся местами».

Практикум

Игра «Поменяемся местами»

Вариант 1

Участники: один из родителей (обычно это мама) и ребёнок-малоежка.

Как это делается:

1. Приготовьте первое, второе и третье блюдо, а также салат, десерт и холодную закуску.

2. Хорошенько покушайте.

3. Через полчасика перекусите ещё (печенье, конфеты, сладкий сок, фрукты, булочка с маслом — сгодится всё, что вам по душе).

4. Сядьте за стол и пригласите ребёнка.

5. Вручите ему тарелку и попросите положить в неё то, чем он считает нужным вас покормить.

6. Чтоб ребёнок ответственно отнёсся к заданию и творчески выполнял его, скажите ему, что это такая игра в «дочки-матери» и дочка (вы) очень хочет кушать. Он во что бы то ни стало должен её (то есть вас) накормить, поэтому на отказы, капризы и другие протесты ему реагировать не следует.

7. Приступайте к еде. Условие: вы едите всё, что предлагает вам ребёнок.

8. Как только вы попытаетесь отказаться, ребёнок должен схватить ложку и, зачерпнув побольше, засунуть вам её в рот. Уговоры типа «ещё ложечку за папу… за дедушку… и т. п.», естественно, приветствуются!

9. Если вы начнёте брыкаться и вертеть головой, ребёнок должен сделать вам внушение.

10. Если вы (в нечаянном отчаянии) вывалите часть продуктов на столик или на колени, ребёнок должен немедленно положить в вашу тарелку добавки.

11. Если вы начнёте рыдать, ребёнок должен успокаивать вас рассказом о том, чем полезно каждое из предлагаемых блюд (особенно, например, каша из овсянки) и почему надо «всё-всё это скушать».

12. В заключение задайте себе вопрос: ради кого я так стараюсь? Ради ребёнка или ради себя?

Мы уверены, что в этот раз ответ будет абсолютно правильным.

Вариант 2

В игре принимают участие только мама и бабушка, или папа и дедушка, или мама и папа, в общем, играем по-детски, но без детей. Суть игры: один взрослый кормит другого, когда тот совершенно не желает (не хочет!) есть. Условие-ограничение: сопротивляться можно только теми способами, которые использует ваш ребёнок. Попробуйте — весело будет обоим.

На первый взгляд вам может показаться, что такая игра — сплошная пародия и издевательство над взрослыми людьми. Но не спешите критиковать!

Во многих случаях действительно очень полезно поменяться с ребёнком местами. Ведь дети, в сущности, беззащитны, потому что им трудно что-то доказать своим умным мамам и папам, когда те закусили удила и процесс воспитания набирает обороты. Поэтому, хотя бы мысленно, — встаньте на место ребёнка. Почувствуйте, ПРОчувствуйте его состояние. И только потом делайте выводы.

Естественно, принцип «поменяться местами» не менее эффективен и в случае, когда стоит проверить другие свои страхи или твердые жизненные позиции.

Какие бывают программы

— Мама, я знаю пословицу: «Когда я ем, я глуп и нем!»

Увы, почти все «зомби-программы» базируются на нашем желании сделать ребёнка счастливым. Так и выходит, что идея «воспитанный ребёнок», «послушный ребёнок» превращается в программу «ты должен меня слушаться!»; «еда равняется здоровье» — в «чем больше ешь, тем крепче будешь»; «ребёнок должен уметь себя обслуживать» — в «ты обязан…»; идея крепкой здоровой семьи — в «я тебя растила…».

Кстати, сами по себе программы нейтральны; но полезная может превратиться во вредную, если случится перебор. Например, модная сейчас программа «хочу вырастить творческого человека»… Невинная и даже полезная мысль о раннем развитии может вылиться в крутую программу «мой ребёнок—вундеркинд, я сказала!», а мысли о пользе режима дня — в «никаких исключений, отклонений от режима».

В книжном магазине мальчик лет шести очень серьёзно смотрит на полки с русскими сказками. Вдруг глаза его загораются, он вытягивает одну книгу и, медленно полистав, замирает: «Мам, давай купим!» Мама посмотрела на обложку и произнесла мягко, назидательно: «Павлик, эта книга не для тебя. Ты уже большой мальчик, надо уметь выбирать книги по возрасту…» Взгляд у мальчика становится виноватым. Павлик шмыгает носом и, чуть поколебавшись, возвращает сказки на место. Снова перебирает, наконец находит — «Винни-Пуха». «Мам, эту купим?» — «Ну что же ты выбираешь, Павлик, это несерьёзно». — «А эту можно?» — «Ты давно перерос такую литературу». Кажется, он совсем растерялся. Чуть помедлив, он снимает с полки сказки — «Конька-Горбунка», потом «Белоснежку» и… быстро ставит на место. Горбунок забракован, уже «самостоятельно».

У такой мамы вовсю работает программа: «мой ребёнок — вундеркинд». Ребёнку это надо?

В лучшем случае он поверит маме и попытается реализовать её желания: быть самым начитанным, в худшем — ему когда-то надоест жить чужими советами и отказываться от того, к чему его тянет на самом деле. Он взбунтуется. Многие проблемы с подростками — это как раз такой бунт, борьба за самого себя, нежелание принимать навязанное другими, попытка «распрограммироваться».

Сама по себе программа — это всего-навсего свод определённых правил и указов: как, когда и почему поступить следует именно так. Она не плохая и не хорошая, она просто есть. А вот то, как и когда вы её применяете, — это уже другой разговор.

Что она принесёт моему ребёнку: пользу или вред?

Что она принесёт мне самой: пользу или вред?

Или — ещё проще: Это нравится моему ребёнку? Это нравится мне самой?

Интересные вопросы, над которыми неплохо бы поразмыслить в свободное время.

Во многих семьях, где вместе живут и бабушки, и их дочки — молодые мамы, камнем преткновения становится вопрос: как правильно кормить новорождённого — по режиму или «по требованию», то есть тогда, когда ему самому вздумается. И хотя каждый взрослый отстаивает вроде бы свою позицию, на самом деле причина противостояния пришла «по наследству» от прошлых поколений. Тогда (годов до восьмидесятых) педиатры твердили, что младенец должен прикладываться к груди раз в три часа и эту периодичность необходимо выдерживать во что бы то ни стало — для его же пользы. Мамы старались (кто ж не желает пользы своему ребёнку!), младенцы вели себя по-разному: одни легко втягивались в такой режим, другие бурно протестовали. Наша дочка, например, была свято убеждена, что, очнувшись ото сна, она сразу же должна приступить к еде. На все мои сетования медики твердили: соблюдайте интервалы, втянется — привыкнет; старшее же поколение советовало потуже пеленать, тогда, мол, и брыкаться не будет. Из пелёнок дочка ловко вывинчивалась, режим игнорировала, в результате чего я наловчилась спать как часовой на посту — с открытыми глазами, — пристроившись где-нибудь на пеньке в обнимку с коляской. Часы, по которым я засекала время от одного кормления до другого, стали домашним тикающим кошмаром: малышка не желала их признавать — и всё. Спала, бодрствовала и кричала она по своему собственному графику.

К счастью, характер у ребёнка оказался потвёрже моего. Вовсю ругая себя за несознательность, однажды я сдалась. И почти сразу же поняла, что такое райская жизнь…

Рекомендаций придерживаться неплохо, но нельзя верить им безоговорочно. Ни одна книга по воспитанию (включая эту) не является Священным Писанием.

Надо помнить (знать) рекомендации, но ориентироваться всё-таки на ребёнка, больше доверять себе и своим чувствам или его мнению. А дети любого возраста на самом деле умеют донести своё мнение до родителя.

А не зомби ли вы?

Прежде чем возмущаться, исправлять или требовать что-то от своей ненаглядной детки, спросите себя:

· Почему я хочу, чтоб ребёнок это делал?

· Кто в этом больше заинтересован, он или я? (Чья это потребность, моя или ребёнка?)

· Что случится с ним, если он этого не сделает?

· Что случится со мной, если я не добьюсь этого от него?

Такие простые вопросы помогут вам посмотреть на ту же проблему с другой стороны. И когда с ваших глаз спадут шоры, вы сделаете сознательный выбор: настаивать на своём или внимательнее приглядеться к своему ребёнку, прислушаться к его мнению.

И тогда наконец вы зададите себе главный вопрос: а можно ли сделать это как-то иначе?

Прислушайтесь (к себе и к ребёнку) — и вы найдете решение, устраивающее вас обоих.

Как избавиться от программы?

Да не надо от неё избавляться. Надо просто помнить, что она существует.

И учитывать это, когда очень хотите чего-то добиться от своего любимого наследника.

Вредная — она уйдёт сама (то есть изменится на такую, которая действительно учитывает интересы ребёнка). Полезная останется. Если вы, конечно, захотите.

Например, вы со своей деткой в прекрасном настроении подходите к перекрёстку и собираетесь взять её, эту детку, за ручку, чтобы спокойно перевести на другую сторону дороги. Но тут ваш малыш заявляет: «Я большой!» — и рвётся перейти дорогу сам. Конфликтная ситуация налицо. Что делать?

Можно малыша хватать и вести, можно прочитать лекцию на тему безопасности, можно, в конце концов, повернуть обратно, раз детка не слушается. Если вы жёстко запрограммированы, то сделаете именно так. Вы слепо подчинитесь старой привычной программе, которая живёт в вас. Но попробуйте спросить себя: «А можно ли поступить как-то иначе?» Можно. Можно протянуть руку и сказать: «Переведи меня через дорогу, пожалуйста». Вредная программа: «Ты маленький, должен меня слушаться» — превратилась в полезную: «Хочешь быть самостоятельным — я тебе помогу».

Такой разумный подход поможет вам найти выход и избежать ненужной нервотрепки и в мелких житейских ситуациях, которые возникают на каждом шагу, и когда вы сталкиваетесь с большими трудностями.

Но можно поступить ещё проще: для этого нужно завести две полезные привычки:

1. Делать паузы перед тем, как ругать ребёнка (отчитывать его, читать ему мораль). Стараться поймать себя ещё до того, как вы начнёте кричать, сделать глубокий выдох и досчитать хотя бы до десяти.

2. Раз за разом задавать себе два вопроса: «почему и зачем?» и «кому от этого станет лучше?».

И тогда вам станет ясно, для кого вы это делаете, для себя или для ребёнка, и что можно сделать по-другому, как поступить иначе.

Мы перестаём быть волшебниками в детских глазах в тот самый миг, когда позволяем программе стать важнее, чем желание понять и поддержать своего любимого человека.

Практикум

Упражнение «Старая программа — новая программа»

Предлагаем вам несколько житейских ситуаций. Ребёнок-дошколёнок капризничает и не желает делать то, что вы от него требуете. От вас в этом упражнении требуются три шага:

Ответьте, как вы поступите в каждой из предложенных ситуаций.

Определите программу, которая руководит вами.

Найдите решение, поступите так, чтобы все (и он, и вы) были довольны.

Итак:

A. Ребёнок фломастером разрисовывает обои и никакие угрозы и требования не действуют на него. Как спасти интерьер квартиры от юного художника?

Б. Вы собираетесь на прогулку, а малыш визжит и вырывается: он не хочет надевать ни курточку, ни сапожки.

B. Вы шли в магазин, а по дороге вам встретились качели. Малыш попросил чуть-чуть покачать его, но вот уже полчаса как вы не можете сдвинуться с места. А магазин скоро закроется.

Г. Вашему добродушному домашнему коту житья не стало: шустрый ребёнок откручивает у него то хвост, то уши, и вам постоянно приходится отдирать животное от цепких маленьких ручек. Вы опасаетесь, что когда-нибудь кот не выдержит и взбунтуется.

Д. Вы пытаетесь навести в комнате порядок, а малыш бегает за вами следом и старательно раскидывает свои кубики. Е. Ребёнок отказывается есть кашу.

Старая программа заставляет нас ругаться и наказывать — это привычные методы, проторенная дорожка… Волшебники не делают так!

Новая программа: так делать нельзя!

Придется искать новый подход!

Вот вам по варианту решения на каждую проблему:

A. Хвалите рисунки и предлагаете раскрасить что-то конкретно (дверь в своей комнате) или прикрепляете в самом рисуемом месте большие листы бумаги и просите нарисовать картину для украшения дома.

Б. Если очень маленький — берёте сапожки и показываете, как они на улицу идут гулять сами, или, не обращая внимания на поведение ребёнка, начинаете рассказывать тихим голосом очень интересную сказку (в которой участвует сам малыш и его сбежавшая одежда).

B. Обещаете приятную перспективу — на обратной дороге покачаетесь ещё — или предлагаете купить именно то печенье, которое детка особенно любит.

Г. Показываете, как можно по-другому играть с котом (например, привязываете бумажку-мышку на верёвочку), с ребёнком постарше можно заняться дрессировкой животного; или (если причина — безнаказанность, вседозволенность) дать ребёнку почувствовать на собственной шкурке, что чувствует кот.

Д Предлагаете поиграть в игру: «Кто быстрее раскидает свои кубики», потом объявляете его победителем и предлагаете тут же новую игру: «Кто быстрее соберёт кубики в ящик».

Е Зовёте малыша и предлагаете ему сварить кашу вместе, причём он сам может выбрать какую (например, геркулес или овсянку, что, в сущности, одно и то же, но у ребёнка есть право выбора, а дети это ценят).

Кстати, никто не говорит, что это единственный выход из ситуации.

Если вспомнить, что многие наши требования и претензии к ребёнку появляются не потому, что соблюдение того-то и того-то действительно важно, а потому, что мы так запрограммированы, жить станет намного проще.

Сами по себе программы не бывают вредными, они становятся такими, когда вы слепо подчиняетесь им. И превращаетесь в родителей-зомби. Ребёнок растёт, времена меняются, и те схемы действий, которые не раз помогали в прошлом, могут не работать просто потому, что устарели. У вас проблема? Ищите программу и адаптируйте её к новым обстоятельствам — и всё будет в порядке.

Программа, возможно, и останется при вас, но теперь вы не будете слепо подчиняться ей — как зомби.

Одна, другая, третья… пятая… десятая… и незаметно, понемногу вы научитесь отлавливать действующую программу и вовремя поправлять себя. А это значит — легко находить общий язык со своим беспокойным сокровищем.

И вот тогда-то у вас появится отличный шанс: для самого главного человечка в мире — для своего ребёнка — всегда оставаться добрым волшебником.

От волшебников до зомби — туда и обратно

Конечно, нет ничего страшного в том, что кто-то заставляет ребёнка ложиться спать в 21:00, если у него такая зомби-программа. Все родители, в конце концов, не без заскоков. Хуже другое. Хуже, когда таким устоявшимся программам мы начинаем стопроцентно доверять, истово веря в их правильность и незыблемость. Потому что:

· Тогда «зомбирование» не даёт нам возможности услышать и понять истинные потребности своего малыша, а значит, уважать его мысли и чувства и доверять в первую очередь ему, а не тому, что засело в нашей, родительской голове.

· Тогда мы так увлекаемся и вкладываемся в «воспитательный процесс», так много отдаём ребёнку эмоций, энергии и времени, так много, что на нормальное воспитание — в любви и радости — сил уже почти не остаётся.

И тогда неизбежно мы подменяем любовь без условий на иную, обусловленную любовь. Мы предлагаем детям любовь на наших, а не на их условиях. Мы начинаем требовать и добиваться от любимого чада того, что нужно в первую очередь не ему, а нам самим.

А дети между тем растут сами. Как цветы. Суетиться, дёргаться, контролировать и конфликтовать — зачем? Создайте благоприятную среду для роста и развития — и это будет лучший метод воспитания.

Представляете, как это здорово: не мучить и не мучиться в «воспитательном процессе», а растить детей и расти самим!

Но как же родители, искренне желающие своему ребёнку только добра, умудряются делать все с точностью до наоборот?

Осуществить такую замечательную программу нам мешают три тайных врага. Это:

· собственный жизненный опыт,

· борьба за идеал и

· чувство вины.

Тайных — потому что их разрушительную силу мы почувствуем не сразу.

Но это они загоняют нас в те самые «ловушки для родителей», превращают из волшебников в зомби, а безусловную любовь подменяют её бледной копией, суррогатом—любовью обусловленной. Об-условленной, то есть зависящей от каких-то (нами же придуманных) условий.

Чувство вины заставляет родителей всё делать «слишком»: слишком напрягаться, чтобы окружить деточку вниманием и заботой, заваливать подарками и опекать, закрывать глаза на неблаговидные поступки, попустительствовать. И оно же, это чувство вины, может толкнуть в другую крайность: предъявлять явно завышенные требования к своему наследнику, контролировать, критиковать, наказывать.

Погоня за идеалом превращает жизнь родителей и детей в сплошную «гонку за…». Идеалы-то у людей разные, и каждый гонится за своим, но результат для всех одинаково печален: усталость и разочарование.

И наконец, личный жизненный опыт — груз радостей и печалей, ошибок и обретений, который мы несём на своих плечах, а потом, медленно и незаметно, перекладываем на плечи своих детей.

Если честно, во врагов мы их превращаем сами. Как и почему — об этом и пойдёт речь дальше.

Выводы

1. Многие наши чувства, поступки и мысли — результат навязанных где-то когда-то программ.

2. Когда мы говорим ребёнку: «Я делаю это для твоей же пользы», вполне вероятно, что делаем это мы не для него, а для себя.

3. Программа заставляет выбирать только одну, привычную (запрограммированную) схему действий.

4. Она не даёт рассмотреть и использовать другие варианты действия (поведения).

5. Программа диктует один вариант поведения — самый привычный и потому он кажется самым эффективным и самым лёгким.

6 Если вы обнаружили программу, выясните, откуда она к вам пришла, кто её автор.

7 Программу всегда можно пересмотреть, оценить и подправить.

8 Придумайте ещё несколько вариантов (своих действий) — и только потом выбирайте, как вам поступить.

9. Постарайтесь привлечь к такому выбору и ребёнка.

Глава вторая

Враг первый: жизненный опыт

— Мам-пап, я загадку придумал: «В огороде стоит, лохматое и к солнцу тянется. Что это?» Родители хором:

— Подсолнух!

— А вот и нет. Чучело!

Жизненный опыт, несомненно, штука полезная. Во многом благодаря ему мы добиваемся успехов, избегаем глупых ошибок и удачно организуем свою жизнь. Ну и конечно, растим и воспитываем собственных детей. Такой опыт в чём-то сродни мудрости — поприветствуем его. Но он же, этот мудрец-опыт, нас способен и подвести.

Ведь как получается: маленький ребёнок во всём зависит от нас, взрослых. И, ухаживая за ним, поначалу таким беспомощным, мы проникаемся мыслью о собственной значимости (что, в сущности, верно); малыш растёт, а мы им руководим (что тоже верно), но постепенно та-а-ак к этому руководству и значительности своей персоны привыкаем, что начинаем считать свои решения и свою позицию единственно верной, правильной и неколебимой.

И что получается? А то, что мы неизбежно приходим к выводу: мы старше, мы мудрее, ну кому, как ни нам, учить ребёнка жить?! Собственный жизненный опыт упрямо твердит: «Я знаю, как лучше, делай так!» Руководствуясь благими намерениями, родители хотят ребёнка научить, «как делать правильно», предостеречь от ошибок и вырастить успешным человеком.

Нормально? Нормально. Но если при этом они строят детское счастье по тому образцу, по которому представляют счастье сами (на основе своего жизненного опыта), — то получается что-то совсем не то.

Химеры прошлого — голоса из собственного детства

Это только кажется, что мы выросли и наше детство осталось где-то там, в туманном прошлом. Со своими детьми мы заново проживаем его — на эмоциональном уровне. Вернее, оно оживает в нас. Подспудно и мамы, и папы постоянно сравнивают своего ребёнка с собой, с тем, как сами они вели себя в детстве, как чувствовали себя рядом со своими родителями. И вспоминают, как реагировали родители на их поступки-проступки. Если собственные «предки» осуждали вас, а вы возмущались и злились, то теперь сами (как родитель) в подобной ситуации запросто перенесёте на своего ребёнка и осуждение, и возмущение, и злость. Причём сделаете это совершенно неосознанно. Просто в какой-то момент детские эмоции выскочат — и захлестнут вас. Почему? Потому что в вас заговорил опыт прошлого. А поведение собственных детей зачастую становится своеобразным катализатором: ребёнок «капнул» — и пошла бурная цепная реакция — у вас. Как поведёт себя взрослый человек, если в нём заговорили какие-то детские комплексы, разбуженные родной деточкой? Тут уж не до разумного совета… Тут — кто как. Одни хватаются за голову, другие — за ремень…

Ну, например, очень многие отцы учились в школе плохо, но когда их сыновей ругают на родительском собрании, они жутко злятся, кричат, заставляют учиться. Ведь, казалось бы, им нетрудно понять лентяев, но они выбирают ту же модель поведения, от которой страдали сами.

Логики в таком родительском поведении — никакой, ведь здесь срабатывает не разум и не любовь, а комплексы, унаследованные от родителей.

Указывая ребёнку «делай то… не делай этого», очень часто мы на самом деле доказываем своим мамам и папам, какие мы хорошие (мы словно отчитываемся перед ними — за прошлое). Зачем? Да всё затем же: чтобы ощутить, что достойны любви. Ни время, ни возраст, ни прожитые годы тут уже не властны — настолько это важно для человека.

Опыт прошедших лет способен спровоцировать нас на лихой поступок или ввести в заблуждение.

Так что же, своему жизненному опыту и доверять нельзя? Нет, доверять можно и нужно. Но при этом неплохо бы чуточку сомневаться в его назойливых подсказках.

Собственный жизненный опыт дезориентирует нас, если мы, родители:

· слышим испуганные голоса из своего детства и подчиняемся им;

· рвёмся во что бы то ни стало предостеречь детей от тех ошибок, которые совершили когда-то сами;

· уверены, что наш опыт — опора и главное руководство в жизни ребёнка;

· хотим сделать ребёнка счастливым по тому образцу, по которому представляем счастье сами;

· опасаемся за своё будущее.

Если вы думаете, что вас это не касается и вы совсем не такие, — пройдите тест.

Тест

Жизненный опыт — в помощь или во вред?

Когда дело касается воспитания собственных детей, любой наш опыт, как негативный, так и позитивный, может сыграть с нами злую шутку. Но может и не сыграть. У него, жизненного опыта, как у Януса, два лица. Проверьте, каким он поворачивается к вашему ребёнку.

Вам предлагаются разные ситуации. Как вы поведёте себя, если окажетесь в них. Выберете ответ А или Б.

№ 1. Вы купили кубики Зайцева, чтобы обучать малыша чтению. За неделю он научился «писать» своё и ваше имя, а потом наотрез отказался заниматься. Ему больше нравится строить дома. Вы:

А. Решаете: пусть строит сколько душе угодно, главное, что не ломает.

Б. Настойчиво продолжаете обучать (ставите условие: сначала прочитаем и напишем слово, потом будешь строить).

№ 2. В ответ на ваше замечание ваш малыш ясельного возраста строит рожицу и обзывает вас оболтусом. Вы:

А. Искренне удивлены: и где он подцепил такое слово?

Б. Выходите из себя: с родителями так себя вести нельзя!

№ 3. Ваш ребёнок — настоящий копуша, и иногда это выводит вас из себя, потому что:

А. Ну сил нет ждать, с моим-то темпераментом.

Б. В жизни это будет ему очень мешать.

№ 4. Ваш старший ребёнок слопал всё печенье, предназначавшееся младшему, хотя у него было другое. Что вы подумаете:

А. Что делать? Кажется, он чувствует себя таким обездоленным или ревнует.

Б. Что делать? Кажется, он совсем не желает думать о младшем братике/сестричке.

№ 5. Вы записали ребёнка-дошколёнка сразу в три очень полезных и интересных кружка, но быстро поняли, что это для него многовато, и решили оставить в одном. Каком?

А. Оставлю в одном, который он выберет.

Б. Оставлю в одном — самом полезном для него.

№ 6. Вы застукали своё чадо в тот момент, когда он лез на толстое и высокое дерево. Вы его снимаете, потому что:

А. Полез туда без разрешения.

Б. Прекрасно помните, как это опасно — шлёпнуться оттуда.

№ 7. Вы старательно учите дочку вязать, потому что:

А. Ей это нравится.

Б. Знаете, что в жизни ей это пригодится.

№ 8. Ваша дочка влюбилась и жалуется вам, что объект любви оказывает знаки внимания её подружке. Как вы будете её утешать?

А. Буду внимательно слушать горестные рассказы и сочувствовать, вспомню и расскажу про свою первую любовь.

Б. Попробую убедить, что это ерунда и на её долю ещё хватит влюблённых мальчиков.

№ 9. Вам определённо не нравится один из друзей вашего сына. Вы:

А. Предлагаете сыну почаще приглашать его в гости.

Б. Говорите сыну, что этот друг не внушает вам доверия.

№ 10. Ваша дочь объявила, что решила быть артисткой. Вы её отговариваете, потому что:

А. Она давно ходит в театральный кружок, но всегда играет только в массовке.

Б. Знаете, какие заработки и перспективы у руководителей кружков, артистов или культпросветработников.

Результаты:

Большинство ответов А. Всё у вас нормально; жизненный опыт помогает вам, потому что вы не слепо ему доверяете, а умеете прислушаться и понять, что же в действительности надо вашему ребёнку. Вы знаете главное: что ребёнок должен получить свой жизненный опыт, а не опираться слепо на ваш. Конечно, от ошибок вы не застрахованы, но зато благодаря им в вашу совместную жизнь входит новизна.

А и Б примерно одинаково. Пока у вас все неплохо, но начинается перебор, и если вы сейчас не примете меры по ограничению «собственной важности», то постепенно, незаметно для себя перестанете прислушиваться к голосу любви и, уверовав в абсолютную ценность собственного опыта, будете слышать только его голос.

Ответы Б говорят о том, что ваш личный жизненный опыт мешает вам. Вы слишком часто не понимаете, что на самом деле необходимо вашему ребёнку, и навязываете ему свою точку зрения. Вы можете совсем дезориентировать его, так как со временем растущий человечек проникнется убеждением, что сам он не способен ни принимать решения, ни воплощать их в жизнь. Ну а если характер у ребёнка окажется побойчее, то когда-нибудь он взбунтуется и будет действовать вам наперекор (даже если вы тысячу раз правы) — просто потому, что захочет жить по-своему. И главное ваше заблуждение, похоже, в том, что вы уверены: дистанция между вашей опытностью и жизненным опытом, который приобретает ребёнок, никогда не сокращается (и не сократится). Теоретически-то вы в курсе, что дети растут, умнеют, взрослеют, а практически постоянно забываете об этом. И между прочим, времена так сильно изменились, что ваш опыт может и вовсе не пригодиться детям.

Как и когда жизненный опыт вводит в заблуждение

Ошибка первая

Не повторяй моих ошибок

У нас во дворе есть отличная горка, не такая, как те, что заполнили сейчас все детские площадки, а настоящая, просторная, деревянная, с широкими бордюрчиками по бокам. Малыши её обожают, и в хорошую погоду здесь с визгом катается куча разновозрастной малышни. А вот мальчика Женю, трёхлетнего карапузика, мама на горку не пускает, и когда тот тянет её за руку, всем видом показывая, как же ему хочется покататься, торопливо говорит «ни-ни-ни!» и уводит малыша в песочницу, на качели — куда угодно, лишь бы подальше, уводит, объясняя на ходу: «Ножкой ударят — и будет больно… костюмчик испачкаешь… упадёшь и разобьёшься…» Объяснения у мамы всякий раз разные, но суть одна: «Это занятие удовольствия тебе не принесёт. Катание с горки — занятие вредное». Откуда у мамы такая уверенность? Неужели ей и в голову не приходит, что годика через два-три её драгоценный малыш исхитрится, ускользнёт из-под её бдительного ока и всё равно влезет на эту самую горку. И вот тогда, торопясь прокатиться, пока мама не засекла, но не имея опыта, он действительно может и свалиться, и удариться. Впрочем, внушения мамы могут и подействовать: мальчик будет за версту обходить и эту горку, и прочие возвышенности.

Поначалу меня изумляло, почему Женина мама так упорно утаскивает своего малыша: сама по себе горка не высокая и куда безопаснее узких металлических сооружений. Но как-то мы с ней разговорились о нынешней ребятне, потом ударились в воспоминания своего собственного детства — и всё встало на свои места. Оказывается, когда-то давным-давно маленькая мама лихо прокатилась с какой-то новенькой деревянной горки на животике, но (вот не повезло!) доски оказались плохо отструганными. А так как по случаю жаркого дня была она в коротеньком сарафанчике, можете представить, сколько заноз пришлось из неё выковыривать. Надо ли говорить, что горки она разлюбила раз и навсегда. Видите, как просто: мама спроецировала на ребёнка свой (не очень удачный) жизненный опыт. И теперь, пользуясь своей взрослостью, наложила строгое «горочное» вето.

Когда родители рвутся во что бы то ни стало предостеречь своих детей от ошибок, которые совершили когда-то сами, они передают им, как эстафетную палочку, свои собственные опасения и страхи. И свои заблуждения.

Кто обжёгся на молоке, тот и на воду дует, не так ли?

Обожглись-то вы, а ребёнок почему-то должен отвечать за прошлые родительские неприятности. Странно…

Не поймите нас превратно: мы не призываем вас бросаться в другую крайность: плюнуть на собственный опыт и заявить своим очаровательным наследникам: «Живите, детки, своим умом». Просто, заявляя свою позицию, не забудьте выслушать и другую сторону: мнение своего ребёнка. И вспомните себя в этом возрасте, прислушайтесь к голосу того, кого психологи называют «внутренним ребёнком». Это даст вам возможность взглянуть новым взглядом на старые обстоятельства. И, возможно, этот взгляд со стороны не совпадёт с тем, что обычно диктует вам жизненный опыт.

Мини-практикум

Мы предлагаем вам придерживаться тактики Разумной Золотой Середины.

Например, дочка тринадцати лет рвётся в парк на дискотеку, а ваш мудрый опыт говорит: «нет» (ну вы-то в курсе, что творится в этих парках на этих, извините, дискотеках). Отпускать — страшновато, запретить — обидится или поднимет скандал. Конфликтная ситуация налицо. Что делать?

1. Выслушиваете аргументы своей детки.

2. Представляете себя в её возрасте: как вы чувствовали себя, когда родители не отпускали вас в вашу компанию.

3. Думаете как взрослый человек, как можно подстраховать своего ребёнка.

4. Находите выход: отпускаете дочку, а сами вечером идёте на прогулку со своей собачкой прямиком в этот самый парк. И дочку подстрахуете, и обстановку узнаете.

Ничего удивительного в том, что наш жизненный опыт может превращаться из фактора полезного в фактор мешающий, и даже вредный, нет. Ведь именно он кстати и некстати услужливо напоминает о тех болезненных и опасных ситуациях, в которые мы сами когда-то попадали. И надо определённое мужество, чтобы, преодолев собственные опасения, позволить ребёнку приобрести свой личный опыт, научиться, поддержать инициативу, помочь…

Обратите внимание! Поддержать, но не встать поперёк дороги. Ищем способ не сбить с собственного пути, уверовав, что вам он лучше известен!

Ошибка вторая

Я знаю, как для тебя лучше…

Мы подумали, и я решила…

Конечно, мы помним, что когда-то наш маленький человечек вырастет, повзрослеет и пойдёт своей дорогой; за этим, собственно, он и пришёл в этот мир. Но это так далеко и не скоро, что и не верится! Пока мы пестуем свою ненаглядною крошку. Для кого мы это делаем: для него? для себя? И для него, и для себя — и это нормально.

Мы прекрасно понимаем, что от нас зависит и благополучие, и сама жизнь малыша, — и заботимся о нём так, как умеем: опираясь на свой жизненный опыт и полезные рекомендации сведущих людей. Но беда в том, что зависимость младенца (да и маленького ребёнка) от нас так велика, что постепенно иные мамы и папы проникаются чувством такой большой ответственности, такой большой, что… начинают переигрывать в своей родительской роли. И убеждают себя, что всегда и во всём руководить ребёнком — их главная жизненная задача.

Правда, пока младенец сосёт мамину грудь и поливает памперсы, особо поруководить не приходится (тут не выдашь ему никаких рекомендаций и жизненным опытом не поделишься). Но вот карапуз научился садиться, ползать, стоять, вот у него появилось личное мнение. Иногда (изредка) оно совпадает с маминым или папиным, а иногда и нет.

Это — сигнал родителям: малыш подрос. Сам-то ребёнок, конечно, хочет быть самостоятельным и уже пытается ускользнуть от бдительного родительского ока.

Но взрослым по-прежнему (по привычке) будет казаться, что «младенец» без них пропадёт. И если родители вовремя не сумеют сказать себе «стоп!», то у них вырабатывается стойкая привычка: игнорируя мнение ребёнка, брать руководство его жизнью в собственные руки. «Я лучше знаю, как тебе поступить» — вот девиз таких мамочек и папочек. И какое-то время это сходит с рук, пока ребёнком ещё легко управлять. Первые серьёзные конфликты начнутся лет в шесть-семь (а особенно явно — после девяти-десяти), когда для ребёнка мнение сверстников (и своё собственное) начнёт приобретать всё большее значение.

Ошибка третья

Такой разный опыт

Маленькая Заряна сообщает подружке: «Если будешь ходить в танцевальный кружок, то будешь понимать музыку, будешь отличать польку от контрабаса».

Желая перенести свой жизненный опыт на детей, вы сталкиваетесь ещё с одной большой трудностью: их воспитывает не один человек. У каждого члена семьи — свой жизненный опыт. Хорошо, если похожий, но такое бывает редко. Бывает, что мамин и папин по какому-то вопросу оказывается диаметрально противоположным. Так, папин опыт говорит, как полезно знать приёмы самбо. А мама прошла школу бальных танцев и получила от них огромную пользу (фигура, походка…). В результате ребёнок может оказаться в десяти кружках и секциях. Да ещё и дедушки с бабушками, если очень постараются, вносят свою лепту. Конечно, попробуйте поводить ребёнка на разные кружки. Но дайте ему возможность самому выбрать, в какой из них ходить, учитывая не только персональный опыт взрослого, но и способности, желание и стремление своего подопечного.

ПРАКТИКУМ

Семейный совет, или Что делать, когда каждый из взрослых считает свой опыт самым ценным

Самый лучший способ решения спорных вопросов — объявить «большую сходку» — семейный совет. Это прекрасный способ прийти к единому мнению, договориться и сохранить дружескую атмосферу в доме. Участвовать в нём должны все заинтересованные взрослые и — обязательно — сам ребёнок. Он тоже имеет право голоса! (Почему-то взрослые склонны забывать, что ребёнок, даже маленький, тоже личность; то есть теоретически они помнят об этом, а практически считают его (пока!) слишком маленьким и неопытным, чтоб привлечь к принятию ответственных решений.)

Как организовать семейный совет?

1. Заранее назначьте время семейного совета и определите его тему. У каждого участника должно быть время, чтобы хорошенько обдумать своё мнение и свои предложения.

2. Можно заранее написать тему и вопросы, которые будут решаться, и вывесить их на стене или выдать каждому участнику.

3. Совет лучше всего проводить в уютной, тёплой, доброжелательной атмосфере. Хорошо, если вы заведёте специальный «советный» ритуал (встреча за круглым столом или, например, за чаем с самоваром и красивыми чашками).

4. Начните с того, что каждый (по кругу) высказывает своё мнение. Важное условие: оратор никого не критикует и его никто не должен критиковать!

5 Запомните (а ещё лучше — запишите) аргументы каждого выступающего. Потом можете сделать перерыв (включите фоновую приятную музыку, попейте чай и т. п.), во время которого каждый обдумает всё, что услышал.

6 Если ничего — ну ничегошеньки! — не поколебалось в вашей твёрдой позиции, на всякий случай вспомните о зомбировании и программировании. Нет, мы не убеждаем, что от своего мнения надо обязательно отказаться, но, чтобы учесть аргументы других (и особенно своего ребёнка), надо хоть немного усомниться в своей непогрешимости.

7. Обсудите все точки зрения, обсудите «плюсы» и «минусы».

8. Придумайте какой-нибудь сигнал на случай, если мирное обсуждение перейдёт в бурные дебаты и возникнет угроза, что они превратятся в ссору. (Например, ваш малыш может читать забавный стишок типа «мирись, мирись и больше не дерись…», а вы берётесь за мизинцы и честно миритесь.)

9. Ищите компромиссное решение.

Ошибка четвёртая

Родительские страхи

«А что будет со мной, когда он уйдет?»

… убежал птенец, и пингвины хотят его приматеринить…

Когда-то мы тоже были маленькими, и собственные родители казались нам самыми главными людьми на свете. Потом их «главность» потеснили сверстники, потом те, в кого мы влюблялись и любили. Мы помним, как у нас, их детей, появлялся свой мир и свои интересы — и как мы постепенно отдалялись от них, своих родителей. Так и должно быть: в родительской любви всегда есть лёгкая горечь… расставания? отдаления? грусти? Рано или поздно дети вырастают и уходят, с головой уходят в свою самостоятельную жизнь. И родители должны их — неизбежно — отпускать…

Теперь, когда вы сами стали родителями, вам предстоит сделать то же самое: вырастить и отпустить. И нужно немалое мужество, чтобы сделать это. Все родители знают это, почти все родители в глубине души боятся «отдать» малыша другой, большой жизни. Очень немногие могут признаться себе в этом, но ещё меньше тех, кто готов принять этот опыт.

Некоторые родители умудряются даже загодя «принимать меры». Таких родителей можно узнать по фразам типа: «Никто лучше, чем мамочка, не будет о тебе заботиться», «Я на тебя всю жизнь положила». И по устойчивому чувству вины, которое испытывают их взрослые дети.

Есть несколько способов удержать ребёнка (даже выросшего ребёнка) на коротком поводке.

Самые ходовые:

1. Сформировать прочную зависимость — от себя. Зависимый ребёнок уж точно никуда не денется, ведь он так привык зависеть от вас, привык к вашему тотальному руководству.

2. Внушить ребёнку, что он вам бесконечно обязан.

Бесконечно обязанный, да ещё с гипертрофированным чувством долга, он обязательно будет чувствовать себя виноватым. И окажется на приколе… ведь другого выхода у него попросту нет: чтоб избавиться от вины, нужно отдать долги. Вам, естественно.

«Держать и не пущать» — это так просто. Относись к любимой детке как к своей собственности, считай её своей копией, своим отражением — продолжением — и ребёнок в твоей власти.

«Для кого я делаю это на самом деле?» — почаще спрашивайте себя об этом, дорогие родители. И такие слова, как «я так мучилась, когда тебя рожала», никогда не будут вертеться у вас на языке. Ведь малыш не просил его рожать…

Забегая вперед, скажем, что по-настоящему нас никогда не покидают только те дети, которые освободились от родительской зависимости и выросли внутренне свободными людьми. (Более подробно поговорим об этом в третьей части этой книги.)

А пока — две короткие истории. Как вы думаете, что их объединяет?

Сколько я её помню, она всё время жаловалась на свой провинциальный город. И жить здесь скучно, и пойти некуда, и работу толковую не найдёшь. Её старшая дочка вышла замуж, и она срочно купила молодожёнам квартиру — рядом со своей. «А город?» — спросила я как-то. «Что — город? Да, скучный, конечно, и перспектив для молодёжи нет никаких. Но живут же люди», — сказала она и привычно вздохнула.

А когда её вторая дочь, умница, красавица, закончила в этом году школу и собралась поступать в престижный вуз, мама костьми легла, но не позволила. Слишком далеко. Выдержав и слёзы, и скандалы, убедила-таки выбрать что-нибудь поближе и попроще, пусть даже это и будет другая профессия. «Дорого… денег нет, — объясняет она, — и потом, я с ума сойду, как она там будет одна?»

А это рассказ моей бывшей ученицы, которая не так давно «почти вышла замуж».

У Лены был чудный парень — обаятельный, весёлый, трудолюбивый, он нравился буквально всем. Собственно, со стороны они казались идеальной парой, и всё было бы отлично, и уже вставал свадебный вопрос. Но… Но что-то её останавливало. Потом она поняла: его потрясающая мама. Во-первых, несмотря на высокую зарплату, у него были постоянные денежные трудности: мама забирала то на новую мебель, то на обновление гардероба. Во-вторых, мама и сын постоянно конфликтовали. Но главная проблема оказалась в том, что в любое время дня и ночи мог зазвонить его мобильный и маминым голосом изложить очередную просьбу. Прийти, принести, отвести, заехать к… и передать. Её любимые фразы Лена выучила наизусть: «я тебя вырастила и потеряла здоровье… но это неважно», «ради тебя я бросила работу… но это неважно», «для тебя я готова…» При этом никакие отговорки «я занят», «чуть позже, ладно?» не принимались: маме немедленно становилось плохо. И ему надо было ехать и спасать. Или вести долгие телефонные беседы. Впрочем, потом всё равно—ехать и спасать. Иногда Лене казалось, что на свидании они бывают втроём: она, он и призрак его мамочки… Развязка наступила в день её рождения. Вечер начался с того, что он долго и бурно радовался, что успел купить ей подарок до того, как мама потребовала отвезти её к подружке на дачу. Затем, усадив её за столик в ресторане, он углубился в рассказ, что на работе всё плохо, а дома ещё хуже, потому что мама… Все Ленины попытки намекнуть, что в день рождения она хочет поговорить о другом, а не решать его проблемы и не утешать его, развеялись сизым дымом. Когда он поднял бокал и вместо тоста произнес: «Мне так плохо, что я хочу выпить молча», Лена поняла — это конец и больше подобного она не вынесет. Она выскочила из ресторана и вышвырнула букет в урну. А он так и не понял почему: он-то вёл себя как обычно.

Вам нужен ответ? И та, и другая мама не отпустили своих детей. Знаете, чем обе истории кончились? Первая — тем, что одна дочка винит маму в своих неудачах и скучной жизни, другая в вузе учится кое-как: специальность не нравится. Во втором случае — сын сбежал к какой-то женщине, у которой была своя квартира; видно, она смогла покруче мамы распоряжаться его личным временем и им самим. Много ли радости матери получили от того, что дети остались как бы при них?

Практикум

Проверьте, а вас посещали такие мысли:

«А что будет со мной, когда…?»

«Я без тебя пропаду…»

«А как же я… мы…?»

«Я для тебя столько сделала…. а ты…»

«Я ради тебя… ты должен…»

А если честно?

Они посещают всех, разница только в том, что кто-то потакает им и начинает манипулировать ребёнком, делает его «под себя». А кто-то думает сначала о любви, а потом — о себе. И ориентируется на нужды и самореализацию ребёнка, а не на свои.

Потому что чужую жизнь, жизнь за кого-то (даже если этот кто-то — твой собственный ребёнок), прожить невозможно. А вот сломать — не сложно.

Истина состоит в том, что на самом деле дети ничего нам не должны.

Ни повторять наш путь, ни выбирать наше дело, ни реализовывать наши неисполненные мечты. Они имеют право выбора, и выбор их — добровольный. И только то лучшее, что дали нам родители, что они делали ради нас и для нас, мы должны собрать и передать дальше — следующему поколению, своим детям.

А уж захотят они брать это или нет — пусть решают сами.

Долг всегда отдаётся не в прошлое, а в будущее: они будут должны своим детям, как мы должны им.

Если честно…

В юности каждый мечтает покорить мир. Каждый уверен, что жизнь его будет полна и интересна. Строит планы и ищет вершину, на которую он однажды взойдёт. А потом? В какой-то момент, когда пройдена солидная часть жизненного пути, мы прикидываем, что же на самом деле у нас получилось, а что — нет. Проводим анализ: а почему? Делаются выводы — потому что… Подводится итог: надо было сделать так… И вот это «надо было» мы и пытаемся всучить детям в виде своего жизненного опыта. Мы хотим видеть в них квинтэссенцию того лучшего, что пытались создать в себе и для себя в этой жизни, но… не получилось. Это нормально.

Но если родители делают ставку на детей, этот опыт даёт искажения. У каждого будут они свои — в зависимости от той цели, которую мы (явно или тайно) ставим, воспитывая своего ребёнка.

Жизненный опыт — багаж, и чем дальше несёшь, тем тяжелее он становится. Полезно время от времени проводить ревизию — очистить и выкинуть лишнее.

Выводы

Почему мы так легко попадаемся на удочку жизненного опыта? Да потому, что сами желаем этого! Ведь это так естественно:

· оберегать и поддерживать ребёнка;

· оставаться для него главным;

· иметь гарантии на будущее;

· чувствовать себя человеком, достойным любви.

Но когда эти желания становятся самыми главными, всепоглощающими — вот тогда и начинаются ошибки:

· желание оберегать и поддерживать ребёнка превращается в уверенность, что «я знаю лучше тебя»; «не повторяй моих ошибок»;

· желание оставаться для него главным превращается в ощущение своей важности;

· желание иметь гарантии на будущее «помогает» формировать зависимость ребёнка от взрослого;

желание чувствовать себя человеком, достойным любви, заставляет «выжимать» из ребёнка то, что мы мечтаем получить.

Глава третья

Враг второй

Чуство вины

— Ты Руту жалеешь. Ты Руту уважаешь красиво, а меня нет.

Вина захлёстывает родителей по любому поводу. Вам может казаться, что из-за вас малыш не спит по ночам, что у него поднялась температура, что ваш любимый ученик схватил очередную двойку, что у дочки не складываются отношения с подружками, что сын связался не с той компанией, что… тысячи «что». Может быть, это и так. Но если вы погружаетесь в свою виноватость, становится очень трудно — фактически невозможно — найти правильное решение, понять ребёнка и помочь ему. Вина отбирает силы, из-за неё вы погружаетесь с головой куда угодно: в гнев, в депрессию, в сожаление, в раскаяние, самоедство. А возвращаетесь совершенно опустошёнными и обессиленными.

Беда в том, что хорошие родители слишком сурово к себе относятся. Со стороны, внешне, это не заметно, но в глубине души папы, а ещё больше мамы грызут себя. Поводов для этого великое множество, и каждый выбирает свой. В зависимости от программы, которая сидит в голове.

Вот самый простой пример. Всех нас с детства приучали к порядку. Но если у наших собственных родителей был на этом бзик, то и дети будут слегка на нём помешаны. Придите на любую детскую площадку — и вы обязательно встретите маму, которая твердит малышу: «Грязно, не трогай, не упади, испачкаешься…» У такой мамы скорее всего и дома идеальный порядок. Она бесконечно что-то очищает и оттирает, тратя на это массу сил. Кому это надо? Ребёнку — точно нет. Спросите саму маму, и она, что-то пробормотав про микробы и культуру, даже самой себе не сможет вразумительно объяснить, зачем надо переодевать малыша по сто раз в день и почему ей так нужен парадный ребёнок. Что это? Работает программа.

И чувство вины, и попытки перенести свой жизненный опыт на ребёнка, и погоня за идеалом — всё это результаты зомбирования, вбитых в наше подсознание старых программ.

Мы не хотим сказать, что ребёнок должен быть вечно чумазым, но если вас трясёт от вида грязных ладоней и вы готовы полночи перестирывать его рубашку—то спросите себя: зачем?

Каждый раз, когда мы с сыном возвращались из детского сада, на нашем пути возникало непреодолимое препятствие в виде магазина детских игрушек. Здесь замедлялись шаги, а потом произносилась одна и та же фраза: «Мам, я только посмотрю, ладно?» Я кивала головой, и мой малыш, тихо вздыхая, приступал к созерцанию выставленных в витрине монстров. Не знаю, как ему это удавалось, но, хотя он не умолял, не ныл и не требовал, мы почему-то обязательно заходили в магазин и я обязательно покупала ему очередное пластмассовое безобразие. Покупала, хотя и чувствовала, что опять делаю что-то не то. Во-первых, это абсолютно непедагогично — покупать по монстру каждый вечер, а во-вторых, бесполезно, потому что через час-полтора мой мальчик (я точно знала) разберёт эту штуковину на запчасти и забросит куда подальше. Так дело и шло.

Он вздыхал, я покупала, я покупала, он ломал. Но однажды, когда во время генеральной уборки все тушки этих самых монстров были выужены мною на свет божий и сложены в кучку, а куча оказалась ой-ой какой внушительной, меня вдруг осенило: а мой ненаглядный сынок — талантливый манипулятор. А я, соответственно, полная растяпа, которая идёт у него на поводу. «Всё! — сказала я сама себе, — никаких киосков, утыканных монстрами». Я была полна решимости, честное слово. И… через пару недель с удивлением обнаружила, что ничего, в сущности, не изменилось. Монстров мы, правда, больше не покупали, но… но дом заполонили детские комиксы и киндерсюрпризы. В общем, как в математике: от перемены мест слагаемых сумма не меняется. А сумма (в смысле: йена) меня волновала. И не столько денежная, сколько моральная. За что я плачу? А платила я за то же, за что расплачиваются многие поколения сознательных родителей. За спокойную совесть.

Покупки — это следствие. Причина была в другом. В группе сменилась воспитательница, и сын разом разлюбил детский сад. Каждое утро он просил оставить его дома — это раз. А я всё равно вела (а куда, собственно, мне было деваться?) — это два. Раскаивалась и «исправлялась» — очищала свою совесть вот этой самой очередной безделушкой — это три. Устный счёт всё расставил по местам.

Теперь я знала, почему делаю то, за что сама же себя и осуждаю. Из-за чувства вины, которое удобно расположилось где-то внутри меня и ныло, ныло, ныло… Оставалось принять какие-то меры. Я пошла в детский сад, поговорила с воспитательницей, она мягче и внимательней стала относиться к мальчику, и проблемы закончились. И — просто чудо! — ушла проблема — ушло чувство вины! Игрушки, конечно, покупать мы продолжали, но теперь я могла спокойно сказать ребёнку «нет», когда это было необходимо.

Не позволяйте себе быть виноватыми!

Что случается с виноватыми родителями

Давайте посмотрим, что происходит, когда мы погружаемся в чувство вины:

1. Попадаем в зависимость от своих деток. И тогда:

а) усиленно опекаем их, задабриваем, заискиваем, задариваем, становимся снисходительными там, где надо проявить твёрдость и характер, в общем, попустительствуем;

б) или, наоборот, становимся слишком строгими, грубыми, нетерпеливыми, авторитарными родителями.

2. Осуждаем себя и попусту теряем энергию, силы и время: силы уходят не на то, чтобы исправить, а на то, чтобы покаяться.

И тогда: дети манипулируют нами.

3. Ищем виноватых.

И тогда: перекладываем ответственность на чужие плечи.

4. Формируем у собственного ребёнка стойкое чувство вины («если бы ты…»).

И тогда: падает его самооценка, ребёнок теряет уверенность, он низко себя ценит, а мы, выходит, готовим его к неудачам и повторению собственных ошибок.

5. Теряем ориентиры.

И тогда: дети перестают верить в нашу безусловную любовь.

Без вины виноватые дети

Вина — это как плотина на пути любви. Она не даёт любви течь свободно и открыто. Она заставляет нас суетиться, стыдиться, требовать, надрываться, проверять — и всё равно ощущать себя неполноценными родителями неполноценных детей.

Как-то после родительского собрания ко мне подошёл один папа с жалобами на своего сына-подростка: какой он грубый, непутёвый, ленивый, с матерью ещё говорит нормально, а меня (отца родного) совершенно не желает признавать. Разговор у нас получился долгий, и вот что выяснилось. Когда-то папа мечтал вырастить из сына спортсмена и приложил, по его словам, немало усилий. Регулярно он сдавал ребёнка в спортивные секции. Именно «сдавал», так как сам сын туда не рвался. Футбол, баскетбол, тяжёлая атлетика, лёгкая, бокс — попробовали всё, но мальчик не приживался нигде. Как знать, может, он просто уродился неспортивным, а может, не увидел в этом смысла. Сначала папа переживал, сердился, но ничего не мог сделать. Поначалу винил себя за то, что у самого нет времени заняться сыном. Но постепенно акценты как-то сместились. Неспортивный сын стал для отца раздражающим фактором, напоминанием о собственной вине. И такие чувства, как злость (на себя) и недовольство (собою), отец перенёс на ребёнка. Он стал обвинять сына в том, в чём поначалу считал виноватым себя. И постепенно слово «спорт» в этом доме превратилось в синоним слова «бездельник» и «лоботряс», а отношения разладились окончательно.

Отца ослепило чувство вины. Он не видел, что ещё может сделать, потому что все его эмоции ушли на обвинение, а не на поиски выхода.

Мог бы этот папа приобщить сына к спорту и сохранить хорошие отношения с ним? Думается, что да. Во-первых, он мог бы честно признаться себе: да, я чувствую, что виноват, потому что не занимаюсь сыном.

Во-вторых:

а) делать то, что возможно (что мальчику по силам). Зимой покататься на лыжах, летом плавать вместе, погонять мяч, пока жарятся шашлыки, полазить по деревьям, побегать по траве, а дома кувыркаться на турнике и на ковре побороться… Заменить натаскивание весёлой игрой и просто общаться при этом. Это так здорово! Может быть, мальчик не стал бы спортсменом, но друзьями они бы стали — это точно.

Или б) в крайнем случае, папа мог оставить ребёнка в покое. Ну не спортсмен он — и всё. Не стоит заставлять детей делать то, что вы сами сделать не в состоянии (не хотите).

Вы можете предложить, вы можете агитировать, но — не навязывать. Это всё-таки лучше, чем самому маяться виною (что не сумели) и постепенно внушать то же чувство ребёнку.

Вина раскалывает человека пополам: одна его часть говорит «надо», другая говорит «не могу/не хочу». Уж лучше выбрать что-то одно и не раздваиваться. И жить станет легче, и проблемы воспитательные станет решать куда проще.

А главное — вы сохраните взаимопонимание со своими детьми.

Правда, пока ребёнок маленький, нас не очень-то и волнует вопрос взаимопонимания. Просто потому, что маленькие дети, как локаторы, настроены на приём. Они принимают наши сигналы (читай: команды, советы), не критикуя и не утруждая себя выяснением: «А зачем мне это надо?» Но чем старше они становятся, тем чаще в их милые головки приходит: «А действительно, зачем мне это надо?» Критичность и лёгкий скептицизм — неотъемлемая составляющая роста и осознания себя как личности. А подростку уж просто жизненно важно понять суть наших претензий и требований. Он готов критиковать и сомневаться всегда, даже в ущерб себе, даже рискуя потерять наше расположение и уважение. И родителям надо иметь ангельское терпение, чтоб не поддаться на провокацию и найти, найти, найти контакт. Самый важный шаг к этому — избавиться от чувства вины.

Напишите на листе бумаги: винить нельзя помиловать. И поставьте в этом предложении запятую там, где она должна стоять: перед последним словом.

Практикум

Как избавляться от чувства вины

1. Задайте себе правильный вопрос. Не «кто виноват?», а «что делать?».

2. Вина появляется из-за противоречия между «надо» и «не могу/не хочу». (Выбирайте что-то одно.)

3. Делайте.

A. Подойдите и извинитесь. Сказать «извини» — это выйти из вины. Если нет ребёнка рядом — позвоните, напишите письмо. Возможно, письмо вы и не отправите, но для себя объясните, почему так поступили. И поймёте: в тот момент вы не могли поступить иначе — не получалось. Например, вы накричали на ребёнка ни за что ни про что. Покайтесь. Это здорово: честно раскаяться в том, в чём виноват. Сразу почувствуете облегчение. Вы не оправдываетесь, а извиняетесь, то есть признаёте свою ошибку и хотите исправить её.

Б. Решите, что можете сделать прямо сейчас.

B. А потом проанализируйте ситуацию как следует. Найдите в «минусах» свои «плюсы». Например, «зато, когда я извинился, мой подросток впервые за месяц мне улыбнулся».

Г. Решите, как вы будете действовать в подобных случаях в будущем. Если, например, вам трудно сдерживаться, когда вас захлёстывают отрицательные эмоции. Придумайте способы, как от них избавиться, не обижая своих близких. Например, кидайтесь мыть пол, стирать одеяло, можно выскочить с собакой на прогулку, поднять крышку унитаза и хорошенько высказаться. Заставляйте себя соблюдать это правило всегда! Поначалу срывы будут, так как вам надо избавляться от застарелой привычки. Продержитесь три недели — это минимальный срок для того, чтобы выработалась привычка. За это время новая полезная привычка (которой вы заменили дурную) начнет пускать корни.

Д. Хвалите себя за последовательность, за то, что у вас хватает мужества поступать так, как вы решили. Ещё лучше фиксировать свои победы. Например, отмечать их в календаре-ежедневнике большим восклицательным знаком. Чем больше их будет, тем легче вам.

Е. Относитесь лояльно к «рецидивам». Вы снова можете взяться за старое — такова наша природа овладения новым. Шаг назад бывает почти всегда. Но не думайте, что у вас ничего не получилось. Вина — как болезнь: если она застарелая, нужно время, чтоб излечиться. Зато с каждым шагом у вас будет получаться всё лучше и лучше.

И ещё: простите себя.

Что это значит — простить? Это — просто расти.

Расти вместе со своим ребёнком — как родитель.

Давайте вслушаемся в эти слова.

«Извини» — «из вины». Из вины — выйти, то есть освободиться от неё.

«Прости» — «просто расти».

Обратите внимание! Не каяться, не страдать, а исправить. И расти, просто расти вместе со своим маленьким человеком. То есть становиться мудрее.

Тест

Не учите детей быть виноватыми

Привычка быть виноватым не возникает на пустом месте. Нас готовят к этому с детства, и, надо сказать, из многих деток получаются прекрасные ученики. А потом, когда они сами становятся родителями (и учителями своих детей), эстафета продолжается.

Младенцы виноватыми не бывают, потому что ещё не знают, что такое «плохо», а что такое «хорошо». Постепенно мы их этому обучаем. А как же иначе? Каждый ребёнок должен научиться сдерживать свои импульсы, усвоить и соблюдать множество правил общественного поведения, отличать дурное от хорошего. Так мы делаем из ребёнка цивилизованного человека. В процессе такого научения мы одобряем или порицаем его. И этим, вольно или невольно, пробуждаем чувство вины.

Начинается это, когда первый раз родители говорят ребёнку «извинись». Извинись перед тётей за то, что сказал, что она толстая. Она обиделась (потому что это правда), проси прощения. Извинись за то, что ударил мальчика (хотя он первый начал). А ребёнок не чувствует себя виноватым — он сказал правду, то, что есть на самом деле, или старался защитить девочку. А ведь его учат быть честным и защищать слабых. И поскольку ребёнок не может противостоять взрослым, ему приходится смириться и, может быть, считать, что он на самом деле виноват. И это первый шаг к внутреннему расколу. Родители учат говорить правду и заставляют извиняться за то, что он её произнес. Они не объясняют, почему надо делать так-то и так-то, не следят, чтобы действия их ребёнка соответствовали принципам. Конечно, со временем ребёнок адаптируется к этой двойственности. Но у одних детей вина остаётся полезным сигналом, корректирующим поведение, у других перерастает в комплекс вины. (А это уже дискомфорт, напряжённость, страхи и потеря уверенности в себе.)

Тест

Чья вина?

Кто формирует у ребёнка чувство вины? Не вы ли сами?

Этот тест поможет вам узнать, соблюдаете ли вы чувство меры, когда учите его «что такое хорошо, что такое плохо».

Вопросы в тесте расположены по возрастающему принципу (по возрасту: от малыша к подростку).

1. Вообще-то ваш малыш уже умеет проситься на горшок, но тут «согрешил» и намочил штанишки. Что вы скажете:

А. Хорошие детки штанишки не пачкают.

Б. Давай скорей переоденемся, попка любит быть сухой.

2. Знакомая тётя спрашивает ребёнка: «Кого ты любишь больше: маму или папу?» Малыш молчит. Что вы скажете тёте?

А. Ну, скажи тёте, кого любишь больше?

Б. Тётя, а ты какую свою ножку любишь больше, левую или правую?

3. В выходной день вы решаете, что пора навести порядок в детской, и говорите об этом ребёнку. Вы вместе взялись за дело. Но вдруг замечаете, что малыш, вместо того чтобы убирать игрушки на место, достал конструктор и с увлечением что-то там строит. Что сделаете вы?

А. Сдержу возмущение и объясню ему, что порядок наводится не так.

Б. Дам ещё поиграть немножко и предложу взяться за уборку; в конце концов, я сама виновата: надо было контролировать этот процесс.

4. Ваш ребёнок на улице закатил истерику. Вы срочно доставили его домой. Собираясь его наказать, что вы скажете:

А. Ты плохой мальчик/девочка, посиди и подумай.

Б. Ты плохо поступил/а, посиди и подумай.

5. К вам в гости пришла лучшая подруга. Пока вы с нею болтали на кухне, ваш ребёнок трудился в коридоре: разрисовывал акварелью её велюровые сапожки. Что вы сделаете, когда подруга уйдёт?

А. Поставлю его в угол (или посажу в «штрафное» кресло).

Б. Скажу, что теперь я не успею рассказать ему сказку, потому что пойду зарабатывать на новые сапожки подруге.

6. Сегодня в вашего ребёнка словно бесёнок вселился, он всё делает наперекор и совсем не реагирует на ваши взывания и замечания. Вы не выдерживаете и говорите: «Будешь так себя вести, уйду». Раздаётся телефонный звонок и оказывается, что вам и вправду надо срочно уйти. Как вы сообщите об этом ребёнку?

А. Как раньше сказала, так и сейчас повторю.

Б. Извини, я пошутила. Надеюсь, к моему возвращению этот тайфун угомонится?

7. Если ребёнок ведёт себя шумно, как лучше сделать ему замечание:

А. Как можно громче.

Б. Как можно тише.

8. Вы поставили варить курицу, но вам понадобилось срочно уйти. Вы просите ребёнка через пятнадцать минут выключить под кастрюлей газ, а он забыл. Что вы ему скажете?

А. Ну вот, вся семья останется без обеда.

Б. Будем спасать курочку; приступай, а я помогу…

9. Когда на вашего ребёнка находит и он всё делает наперекор, говорите вы ему «Уходи, я тебя не люблю!»?

А. Да, бывает.

Б. Никогда.

10. Предположим, у вас есть навязчивая привычка слишком часто мыть руки, или непрерывно проверять, выключен ли газ, или бесконечно прибирать в доме, или просто так прикасаться к вещам. Как вы думаете, ребёнок её унаследует?

А. Нет.

Б. Да, у него есть нечто похожее.

11. Мысленно вы упрекаете ребёнка в том, что из-за него лишились чего-то приятного (свободы передвижения, хобби и т. п.)?

А. Да, и довольно часто.

Б. Да, иногда бывает, когда особенно достаёт.

12. Ваш мальчик слегка подрался с одноклассником, и на другой день тот почему-то не пришёл в школу. Ваш сын очень расстроен, и вы подозреваете, что из-за этого. Вы:

А. Пользуясь моментом, напоминаете о вреде драк.

Б. Предлагаете позвонить, выяснить, в чём дело, и извиниться.

13. Как вы думаете, какой вопрос важнее?

А. Кто виноват?

Б. Что делать?

А. Да, вы трудолюбиво взращиваете в ребёнке чувство вины. Вы часто обвиняете юного человека, но подумайте, может, на самом деле вы обвиняете себя?

Сами вы тоже часто чувствуете себя виноватым. И тогда становитесь или слишком жёсткими, или слишком мягкими, а всё, что «слишком», вредно для организма. Вряд ли стоит подходить к воспитанию так, «железно». Переключайтесь; не надо ничего искоренять; да, и в вас, и в вашей детке есть какие-то не те черты. Но протест и негодование можно выразить мягче и корректнее. И, кстати, простите себя за то, что не прощаете себя. Надеемся, вы поняли:)

А и Б примерно поровну. В вашем воспитательном методе есть одна странность.

Хорошее поведение вы считаете само собой разумеющимся, а плохое — наказуемым. В результате вы «недохваливаете» ребёнка, как ту лошадку, которую только подстегивают, но забывают покормить. Так совестливость может перерасти в чувство вины, а вина может сделать ребёнка закомплексованным взрослым, который всем обязан.

Начните с себя и сами постарайтесь избавиться от чувства вины. Расслабьтесь и учитесь прощать. Будьте снисходительны.

И со временем ваш ребёнок тоже начнёт меняться.

Б. Нет, комплекс вины вашему ребёнку не грозит. Ребёнок рассчитывает на ваше понимание и поддержку, а если и чувствует себя виноватым, то старается исправиться. И ценно, что вы даете ему такую возможность и делаете акцент на хорошем, а не на плохом. Ну и чувство юмора во многом спасает ситуацию. Потому что невозможно заниматься самобичеванием и смеяться. НО! Не впадите в другую крайность! Полное отсутствие чувства вины — это уже бессовестность.

Вина — это сигнал

Мы стараемся сделать для детей как можно больше. Но «больше» ещё не значит «лучше». У каждого растущего человека есть жизненно важные (базовые) потребности, и наша задача — удовлетворить именно их, причём вовремя и правильно. Если мы это делаем — всё нормально, ребёнок чувствует нашу любовь, отзывается на неё и расцветает.

Если нет — появляются всевозможные проблемы. И тогда, осознавая, что что-то у нас идёт не так, мы начинаем винить себя. Не справились, мол, не сделали, не смогли…

Конечно, мы совершаем ошибки, но это не беда, если вовремя заметить их и исправить. Мудрая природа в этом помогла нам. Она создала сигнал, на который невозможно не отреагировать, — боль. От неё трудно отмахнуться. Когда болит голова, или желудок, или нога, мы волей-неволей реагируем на это. Кто-то пьёт таблетки, кто-то успокаивает нервы, кто-то всерьёз занимается лечением. Мы стараемся избавиться от боли и дискомфорта, потому что для жизни нам нужен здоровый организм, потому что так нам лучше и легче.

Чувство вины — это тоже сигнал, это тоже боль, только уже не тела, а души. Если вы что-то делаете не так, чувство вины укажет вам на это. Вина — это сигнал: ты делаешь что-то не так, исправляй(ся). Если к ней так относиться, то всё будет нормально. Вы найдёте причину и примете нужные меры. Вина исчезает — как уходит боль из выздоровевшего тела.

Другой вариант: вы не можете (или не желаете) определить причину вины. И тогда вина остаётся. Тогда случается грустная вещь: «виноватость» становится хронической (психологи называют такое состояние «комплекс вины»). И, как хроническая болезнь, она будет точить вас изнутри долго и нудно, может быть, всю жизнь. В ней будут свои ровные периоды и будут свои рецидивы, и она обязательно станет источником семейных неприятностей и срывов.

Практикум

Очень часто сознательные родители переживают из-за того, что проводят со своими детьми мало времени и уделяют им мало внимания. В результате чувство вины так их загрызает, что они или балуют детей, засыпая их подарками, попустительствуют уже не невинным шалостям, или же, стремясь наверстать упущенное, кидаются воспитывать их где надо и где не надо.

Иду на сближение

1. Поговорите с ребёнком о том, что вас мучит. Не оправдывайтесь, а поговорите. Дети — прекрасные терапевты. Вы знали это?

2. Не лгите себе, не прикрывайтесь «красивыми словами». «Я кричал на него, потому что в жизни то-то и то-то будет ему очень мешать» — увы, хорошая мина при плохой игре. Скажите себе честно: почему вы так ведёте себя со своим ребёнком и как хотели бы построить ваши отношения. Перечислите всё, что мешает вам сделать это. И сократите список процентов на 90 — как правило, мы склонны преувеличивать, подсознательно оправдывая себя.

3. Компенсируйте недостаток количества хорошим качеством. Лучше меньше, но от всей души, чем притворяться и делать заинтересованный вид, когда вам скучно. Найдите то, что вас объединит. Например, заведите удобные совместные ритуалы (каждый вечер вместе выгуливаете собаку и болтаете «за жизнь»).

4. Найдите общее дело, интересное обоим. Смело привлекайте ребёнка к вашим делам и занятиям. Например, вы продаёте цветы. Ребёнок с удовольствием будет составлять с вами букеты. И гордитесь, как много вы умеете, как хорошо учите.

5. Стройте общие планы, создайте приятную перспективу. (Приятно мечтать и ждать, например, совместной поездки к морю.) И во что бы то ни стало выполните обещанное.

6. То, что вы можете сделать уже сегодня, сделайте сегодня. Съесть мороженое в кафе — тоже отлично, это тоже праздник. И не стоит ждать удобного случая или особой даты.

7. Избегайте повторов. Не повторяйте ошибок. Они будут, но если количество их (и частота, систематичность) всё меньше (всё реже) — вы на верном пути.

Сожалеть можно, винить себя нельзя

Вина — сила разрушительная. Сожаление может стать созидательной…

Вы можете сожалеть о том, что сделали не так, о своих ошибках и промахах, но винить себя за это нельзя. Вина требует наказания, есть даже такая пословица «жертва ищет палача». И мы сами себе становимся и судьями, и адвокатами, и некому защитить нас, потому что приговор мы себе выносим тоже сами. Вина — сила разрушительная.

Сожаление — добрая сила. Оно помогает нам понять себя и свои ошибки; оно не губит, сожаление — это когда вздыхаешь по прошлому, но смотришь только в будущее. Вы ещё жалеете о том, что сделали что-то не так, но уже прощаете себя и готовы делать, действовать, идти дальше.

Родители упорно (подсознательно) считают, что они несут полную ответственность за всю биографию своего ребёнка, за те ошибки, что сделает он, за его удачи и неудачи. Забывая, что многое (и часто очень многое) зависит от самого ребёнка.

Одна моя знакомая, очень энергичная и сильная женщина, родила первенца, когда ей было под сорок. Она просто светилась от счастья всё время, пока вынашивала его, пока кормила грудью! А потом свет этот куда-то исчез. «Знаешь, — созналась она мне, — иногда я смотрю на других родителей, и мне становится стыдно перед своим Димкой. Как ему не повезло! Он ещё такой маленький, а мы у него в таком солидном возрасте…»

Нет, вы можете себе это представить? Семь лет она лечилась, а по сути — боролась, чтобы родить ребёнка. И даже когда врачи разводили руками и не знали, чем ещё помочь, она не сдалась. Страстное желание, упрямая надежда, сила воли превратились в такой сплав любви и веры, что малыш родился. Через неё он пришёл в этот мир, в эту семью, в эту любовь, а она… она вдруг почувствовала себя виноватой. Виновной — в чём? В том, что Человек — родился? И тут уже не важно, придумала она сама эту вину или кто-то запрограммировал её «виноватость», главное, это грызущее чувство вины уже сейчас мешает и ей, и мужу растить ребёнка так, как надо малышу, — спокойно и радостно.

Вашему малышу — вашему ребёнку — по сути, всё равно, и сколько вам лет, и кто вы по образованию, и какие строите планы на будущее, Что ему действительно не всё равно — ваше умение любить. Его, и себя, и этот большой и красивый мир, в который он шагнёт с вашего порога.

Практикум

Как сказать ребенку «нет» и не чувствовать себя виноватым

Если вы имеете опыт знакомства, даже шапочный, с настоящими кошками, то, конечно, замечали в этих зверьках потрясающую твёрдость характера. А именно: кошки всегда делают то, что полезно им в данный момент. Например, если кошка хочет играть с вами, то играет, если хочет спать, то спит. И никакие уговоры и замечательные кусочки колбаски не помогут. Возможно, и съест, но поступит всё равно по-своему. Она не станет потакать вашим капризам.

А мы? Ну, положа руку на сердце. Дети постоянно пытаются заставить вас что-то сделать. И, надо сказать, у них это прекрасно получается. Почему? Потому что они знают ту кнопочку, на которую надо нажать. Они-то знают наши слабинки и виртуозно играют на них. Но не спешите обвинять детей в этом неблаговидном деле. Нами манипулируют только по одной причине: мы сами позволяем им делать это.

Умеем ли мы сказать твёрдое «нет» своему драгоценному наследнику, сказать тогда, когда это действительно необходимо? Или скажем, а потом чувствуем себя виноватыми. А это так неприятно, что в следующий раз мы готовы заменить твёрдое «нет» лояльным «да», а потом сами из-за этого мучимся.

Если уж кошки знают, что свою персону надо беречь от нежелательного вторжения, и твёрдо стоят на своём, когда это необходимо, то уж нам-то, родителям, и подавно надо помнить об этом. Давайте поучимся?

Пять правил, как говорить «нет» и не чувствовать себя виноватым

1. Не торопитесь с ответом. Это не значит, что надо тянуть или уклоняться. Это значит, прежде чем сказать «да» или «нет», согласиться или отказать, подумайте, поймите суть просьбы или предложения, с которыми к вам обращается ребёнок.

2. Внимательно выслушайте и вникните в суть дела. Если что-то непонятно, расспросите, уточните детали. Этим вы убьёте сразу двух зайцев. Во-первых, мы часто говорим «да» или «нет» машинально, под настроение. Во-вторых, ребёнок, которого вы слушаете внимательно, почувствует, что он вам не безразличен. Вы прояснили для себя позицию собеседника.

3. Покажите ребёнку, что вы признаёте его право иметь собственное мнение. («Да, ты действительно считаешь, что мы должны купить этот велосипед», «Да, я понимаю: ребята будут тебя ждать».) Вы не соглашаетесь и не критикуете, вы просто констатируете такой факт: с его точки зрения это правильно.

4. Объясните коротко и внятно, что вы не можете (не хотите) делать то, о чём вас просят.

Коротко назовите (объясните) причину отказа. Чем младше ребёнок, тем короче и проще надо говорить.

5. Если ребёнок не внял вашему «нет» и продолжает вас уговаривать, реагируйте как «автоответчик» — повторяйте одно и то же. А именно: на каждый новый довод (выпад, скулёж) реагируете так: а) соглашаетесь с доводами (я понимаю, тебе хочется иметь велосипед; я понимаю, в этой компании ты давно не был… и т. д.); б) повторяете отказ одними и теми же словами («но это слишком дорогой велосипед»; «без взрослых в поход я не могу отпустить тебя»). Никто долго не выдержит. Аргументы у ребёнка иссякнут, и ваш отказ примут как факт.

Важное дополнение!

Говорите «нет» как можно реже. Только в особых случаях. Как в поговорке: редко, но метко. Тогда ребёнок не будет спорить с вами, а вы не почувствуете себя виноватым. Предпочтение отдайте «да». А знаете, кому труднее всего сказать «нет»? Самому себе.

Глава четвертая

Враг третий Погоня за идеалом

Папа открывает настольную игру:

— А инструкция была? — спрашивает.

— Нет, не была. Она ещё не приходила.

Все представляют свой идеал по-разному. Но есть что-то, что объединяет все наши «идеальные» представления. В словаре Ожегова даны три значения этого слова. Идеал — это:

1. То, что составляет высшую цель деятельности, стремлений.

2. Совершенное воплощение чего-нибудь.

3. Наилучший вид, элитный образец.

Когда мы думаем и стремимся к нему, имея в виду первый вариант, — идеал становится нашим союзником. Два других превращают его во врага.

Как это начинается

Когда наш малыш родился и мы уже можем прикоснуться к нему, подержать на руках, ощутить его лёгкое дыхание — мы изумлены и счастливы. Романтическая любовь окутывает нашу первую встречу, и первые дни, и недели, и даже первые месяцы…

Мы влюблены

Наш внутренний мир словно меняется, и весь отсчёт мы ведём от него, такого прекрасного и трогательно-беспомощного существа. Мы строим планы, мы думаем, мы мечтаем: каким же он будет потом, наш малыш!

И в этих мечтах мы видим своё маленькое чудо, конечно же, Идеальным ребёнком, а себя — Идеальными родителями. Влюблённые, даже если они родители, все таковы. Они смотрят на младенца, а на носу у них — розовые очки. И это прекрасно. Такое состояние — романтики и влюблённости — помогает нам принять наш новый родительский статус и адаптироваться к тем трудностям, которые сваливаются на нашу голову с появлением малыша. Но постепенно мы привыкнем к этому потрясающему факту — у меня есть ребёнок! — и к самому малышу привыкнем; и к новой для себя — родительской — роли тоже. И тогда приходит любовь. И тогда наступает иное. Мы снимаем «розовые очки» и смотрим на маленькое чудо — своего малыша — уже не влюблёнными, а иными глазами. Глазами любящих родителей.

Так и должно быть. Когда влюблённость переходит в любовь.

В чём же здесь разница? — скажете вы. А в том, что поначалу наш восторженно-романтический взгляд видит не просто младенца — он видит Идеального младенца, самого-Самого-САМОГО, такого, как нарисовало его буйное родительское воображение. И нет в нём изъянов, а если есть, то принимаем мы их за достоинства — пока романтически влюблены. А он, малыш, действительно самый-самый-самый, только — другой. Он не такой, каким мы его вообразили, не идеальный. Со своими достоинствами и недостатками, со своим очарованием и своими капризами. Он не лучше и не хуже, он просто другой— не идеальный.

Ребёнок идеальный и просто ребёнок (тот, который растёт в нашем доме), так же далеки друг от друга, как правда и вымысел.

Истинная Любовь начинается тогда, когда мы понимаем и принимаем это.

Элитный образец

Но бывает, что розовые стёклышки не желают спадать. Тогда родители будут и дальше идеализировать своего ребёнка, а значит, будут ожидать от него Идеальных поступков, и Идеального развития, и Идеальной самореализации… Они захотят иметь Наилучший вид, Элитный образец, что привиделся им во времена романтической любви (влюблённости). И тогда, рано или поздно, они разочаруются в нём, в своём настоящем малыше. Потому что всегда найдётся такой пунктик идеальности, которому ребёнок соответствовать не будет. Конечно, мамы и папы это дело так не оставят. Они постараются подтянуть маленького человека к тому идеальному образу, который запрограммировали в своей голове.

К счастью, дети — упрямые существа.

И они не желают становиться идеальными нам в угоду. И не становятся. Почему? Да хотя бы потому, что идеала в природе не существует. На каждого умного есть тот, кто умнее, на каждого доброго есть тот, кто добрее, и завтра ты уже не будешь безумно счастлив от того, чего достиг вчера. Мы ко всему привыкаем. И всего хочется больше и больше. Идеал — всего лишь иллюзия, прекрасная иллюзия, к которой можно и нужно стремиться, но добежать до неё и догнать её невозможно. И это, знаете, прекрасно. Потому что догнать — это значит остановиться. А там, где начинается застой, — там, извините, образуется болото.

Хорошо, если мамы и папы вовремя это поймут. А если не поймут, то события начнут развиваться вот по такому сценарию.

Сначала родители:

· ставят ребёнка в определённые условия в соответствии с тем образцом-идеалом, который они для него придумали. (Что он должен делать, каким он должен быть.) Затем, вольно или невольно,

· сравнивают своего ребёнка с другими детьми. Тот заговорил в полтора года, та в три научилась читать, у соседки дочка готовит — пальчики оближешь, у другой ребёнок играет на скрипке… Выясняется, что большинство сравнений не в пользу дорогого и единственного «образца». Кто-то в чём-то оказывается лучше. И как только это выяснится, родители впадают в панику и

· начинают суетиться. Они торопятся: подгоняют, заставляют, требуют. Им кажется, что надо ещё поднажать, найти правильный ход — и всё в порядке, «элитный образец» им обеспечен. Меняются кружки, воспитатели, воспитательные меры… иногда это помогает, но чаще — не очень. И тогда родители

· начинают сомневаться — в себе: а такие уж они хорошие родители; в ребёнке: а настолько ли он хорош, как они думали; возмущаются и недоумевают: да как же так (!). И

· разочаровываются в себе, в ребёнке, в своих способностях; и отдаляются друг от друга.

И тогда случается самое плохое: родители

· теряют уверенность; они перестают верить в то, что они хорошие родители, а их дети — хорошие дети.

Но картина не так печальна, как может вам показаться.

До опасной черты мы доходим редко. Такое случается, но только с самыми упрямыми, самыми идеалоустремлёнными, самыми, извините, твердолобыми родителями. Наши мудрые дети помогают нам снять эти самые розовые очки и разобраться что к чему: ребёнок отдельно, идеал — отдельно.

«Элитный образец» взбунтовался

Дети так нуждаются в нашей любви, что ради неё готовы подстраиваться под нас, соглашаться, слушаться и подчиняться. Но — только поначалу. Потом они поднимают бунт.

Вот малыш выводит на листе кривой кружочек и шесть загогулин и комментирует: «это собачка, это хвост». Если вы решите, что двухлетней детке пора рисовать и получше, если начнёте исправлять его собачку с шестью хвостами и учить «как рисовать правильно», он, вместо того чтобы обрадоваться, поднимает рёв. Почему? Потому что в этом возрасте детей не волнует, похожа ли собака на собаку. Это вам нужны его «правильные» рисунки. А малыши рисуют не конкретный мир, а своё настроение, своё отношение к этому миру. Вы не поняли его? Вы настояли на своём и победили? А он зашвырнёт фломастеры куда подальше и не захочет больше рисовать.

Впрочем, это ещё не бунт, так, бунтишка, с ним, казалось бы, и справиться ничего не стоит. Однако не справляемся.

Если раз за разом ребёнок протестует, если это идёт по нарастающей, самое время подумать: не слишком ли много мне от него надо?

Всем нам знакомо это ужасное детское «я сам», «неть!», «не буду!», «не хочу!». Это не просто детский каприз. Это — способ отстоять свою «самость», своё настоящее «Я» (и заодно «выдернуть» нас из болота идеализации).

С возрастом ребёнок набирается опыта, и его «не хочу» становятся всё изощрённее: «не могу», «у меня не получится» (в смысле: делайте сами), «я забыл», «не знаю», «ла-адно» (подтекст: достали вы меня все), «потом», «нет», «неохота».

И чем настойчивей вы делаете из него эталонного ребёнка, тем сильнее (и вреднее) будет выражен этот протест. Впрочем, возможны и молчаливые вариации: от обиженного сопенья до громкого рёва и хлопанья дверью — в зависимости от ваших методов воспитания. Как известно, действие рождает противодействие.

В сущности, наши дети всю жизнь сражаются за то, чтобы разрушить образ идеального ребёнка в родительской голове. И если вы очень упрямы и твёрдо проводите политику «идеализации», со временем что-то разлаживается в них. Неадекватные реакции, плохое поведение, непослушание, соматические заболевания — как раз следствие (или последствия) такой борьбы. И тут как раз тот случай, когда нам полезно проиграть.

Идеальные родители

Конечно, ни один папа, ни одна мама не скажет: «Мы решили быть идеальными». Но это не значит, что они не захотят ими стать. Впрочем, мужчинам проще: им вряд ли придёт в голову посвятить себя исключительно родительской доле и провести остаток жизни в неустанной борьбе (с ребёнком, женой и семейным счастьем). Мужчины — реалисты, люди дела и захватчики, они всегда направлены вовне.

А вот мамы — другое дело. По самой своей женской сути, по природе своей они романтичны… Когда-то девочке, будущей маме, снились принцы на белых конях и она ждала, и мечтала об удивительной встрече и идеальной вечной любви… И пусть закончились сны и скакунов сменили «мерседесы», но мечта-то, мечта осталась. Поэтому маме труднее снять те самые розовые очки и, шагнув из влюблённости в любовь, стать для своих детей просто мамой — чуткой и хорошей. Не идеальной. Обычно она и сама не осознаёт, что приняла такое решение: быть идеальной. Но что из того? Относится к себе, и требует с себя, увы, исходя из него, по полной программе.

Тест

Проверьте себя

1. Вы часто говорите себе: «Я должна»?

2. Когда вы заняты не ребёнком, а чем-то другим (например, любимым делом) и вам интересно, вы чувствуете себя виноватой?

3. У вас появляется желание сбежать от ребёнка на край света?

4. Вы распланировали его жизнедеятельность на ближайшие пять лет? Когда вам делают замечания по воспитанию или по уходу за ребёнком, в душе вы возмущаетесь или обижаетесь?

5. Когда с ним занимаются другие родственники, вы скрипите зубами?

6. Когда ребёнок играет самостоятельно, вам очень хочется его поправить, что-то посоветовать или запретить?

7. Вы очень устаёте, когда он все время «почемучкает»?

8. Вы часто оправдываетесь перед ребёнком (вслух или хотя бы мысленно)?

9. Назовите, не задумываясь, три вещи (дела или занятия), которыми вы без колебаний пожертвовали ради него на этой неделе?

10. Между тем, что вы запланировали, и тем, что вы делаете, большой разрыв?

Если на все вопросы вы без колебаний ответили «да», значит, вы из этих мам, из идеальных. Если, слегка поколебавшись, вы ответили «да» на большинство вопросов — увы, у вас есть все задатки для того, чтобы развить в себе «комплекс идеальной матери». И это печально. Ибо уже сейчас вы изрядно устали от своей родительской доли. Но утешить вас нам нечем: дальше будет ещё «усталее». А когда ваши дети вырастут и вы попытаетесь расправить плечи и сделать глубокий выдох, вдруг окажется, что вам нечем дышать. Потому что всё это время ваши лёгкие, сердце, желудок, селезёнка (и что там у вас ещё имеется?) принадлежали не вам — детям. И теперь, когда они уходят, в вас остаётся пустота. А идеал? А до идеала вы так и не дотянулись, он так и маячит там, впереди, в зыбком розовом тумане. И останутся одни сожаления.

Скажите честно: вам это надо?

Сочинение на тему «Один день из жизни идеальной мамы»

Утро. Робкий солнечный луч (хорошо-хорошо, давайте без лирики!). Итак, утром, едва учуяв шевеление в детской кроватке, идеальная мама должна бодро вскочить, раздвинуть плотные шторы, впустив в детскую солнечные лучи (вот заразы — лучи, привязались!), чтобы они весёлыми зайчиками запрыгали по стенам, мебели и веснушкам на сонном личике дорогого ребёнка. Ваше чудо (вище) открывает глаза и, радостно приветствуемое вами, приступает к зарядке (конечно, вместе с Идеальной мамой). Потом она мчится на кухню и, пока готовит (ся) лёгкий разнообразный, с учётом вкусов и потребностей, калорийный завтрак, попутно красиво сервирует стол (не забыв про цветы и салфетки), ненавязчиво контролирует водные процедуры дорогого и ненаглядного, непринуждённо втягивает его в беседу о ночных видениях (обдумывать, что бы это значило, — обязательно!), помогает надеть свежую футболочку и другие модные элементы одежды (или ненавязчиво контролирует этот процесс) и с улыбкой приглашает к столу. Да, чуть не забыли: непременно должна звучать бодрая и тонизирующая музыка (проследить, чтоб громкость нарастала постепенно, по мере просыпания ребёнка). Пока детка завтракает, мама следит: чтоб все калории и витамины попали по назначению, подсчитывает их объем и выдаёт недостающие дополнительно. Следом за этим проводится сеанс трудотерапии, в процессе которого необходимо вытряхнуть-заправить постель, вымыть-прокипятить чашечки-бутылочки, смахнуть пыль, проветрить комнаты, провести влажную уборку (квартиры и, повторно, — ребёнка). Дополнение: возможно, придётся вынести мусор. Ребёнок работает вместо — ой! — вместе с мамой, которая ненавязчиво контролирует (его и все бьющиеся предметы). Она же направляет, поправляет, исправляет и, в случае крайней необходимости, делает что-то за ребёнка. Не забывая при этом хвалить (в нужных местах) и подзадоривать (в случае упадка душевных сил). Затем, взглянув на часы, сдержать панический возглас: «Опаздываем!» — и мягко, непринуждённо, учитывая его индивидуальные особенности, характер и темперамент, напомнить ребёнку, что ему пора одеваться… обуваться… собираться… и… (убираться! — ой, нет!) отправляться в школу'/детский сад/кружок/секцию. Нежно целуя на прощание (или в темпе одеваясь). Идеальная мама кладёт в ранец бутылочку с водой, бутерброды и мягкую игрушку (это по требованию).

Примечание: Если ребёнок домашний и пребывает в нежном подгузниковом возрасте, мама обязательно проводит 2 занятия по 10–15 минут сама, в перерывах играет с ним (исключительно в развивающие игры), а также обнимает, ласкает и носит на руках, опуская на пол опять же по первому требованию. Если ребёнок находится на попечительстве няни, то с её появлением Идеальная мама не теряет бдительности; сотрудничает с нею весь день (по телефону, по Интернету или посредством видеосъёмки). И при этом радостно улыбается…

Вопрос: как долго будет улыбаться мама?..

Вот так и рекомендуется вести себя Идеальной маме. Мы лишь воссоздали, так сказать, этот образ. Собственно, сделать это нетрудно, достаточно только заглянуть в соответственную литературу (психопедагогическую) и в хорошие детские журналы. И хотя общий тон статей и рекомендаций достаточно мягок, но под этой грудой запросто можно утонуть и не всплыть. И не потому, что советы плохи.

А потому, что советов и рекомендаций слишком много! А Идеальная мама тем и отличается от просто — хорошей — мамы, что на вооружение готова взять все.

Потому что прекрасно понимает, какая большая ответственность лежит на ней.

Потому что знает, что все комплексы дети зарабатывают в глубоком детстве, причём с помощью своих родителей.

Потому что боится, что стоит ей отвлечься, как её собственный ребёнок тут же схватит самый опасный (комплекс, а не насморк), и будет всю жизнь маяться фобиями-фрустрациями или, на худой конец, достигнув половозрелого возраста, взвоет от подавляемых в младенчестве эмоций и невыраженных чувств.

Маленькое отступление на ту же тему

Но надо ещё учесть, что современные мамы — это не просто мамы, это ещё и женщины, реализовывающие себя в жизни по всем параметрам. Они не уступают мужчинам, они берут на себя мужские роли и успешно с ними справляются. И это здорово, было бы здорово, если бы не одно «но».

Общественное мнение, телевидение, СМИ, подруги, коллеги по работе и пр., и пр. общими усилиями создали некий образ Идеальной женщины. То есть ты, женщина, должна быть:

Красавицей + Дамой со вкусом + успешной Бизнес-леди + идеальной Матерью + прекрасной Хозяйкой + превосходной Женой + Суперлюбовницей.

Семь эталонов, которым надо соответствовать! И все в превосходной степени, то есть лучше всех. Не слишком ли много на одну женскую голову? Можно круглосуточно из года в год стараться-трудиться-бороться за воплощение такого идеала, тратить силы, нервы, энергию, но достичь его во всех сферах разом не-воз-мож-но! Даже сказочная Василиса в одних сказках Премудрая, а в других Прекрасная. Даже она такую нагрузку не потянула.

Остается один неразрешённый вопрос — зачем нам всё это? Зачем нам стараться быть лучше всех (то есть тех всех, кого мы сами когда-то выбрали себе в пример)? Нам кажется, что «если я смогу соответствовать» (у меня идеальная работа, идеальный дом, идеальный… и т. п.) — вот тогда-то и «будет мне счастье». Увы, здесь как раз тот самый случай, что от количества слагаемых сумма счастья не увеличивается.

Вывод очень прост. Пойми себя — и будешь счастлив. Очень важно понять свои истинные желания и потребности. Кому-то нужен журавль в небе, а кому-то синица. И дело, в сущности, не в размерах пойманного счастья, а в том, умеем ли мы осознавать его и наслаждаться по-настоящему. Когда бежишь в разные стороны, удовольствие получить не успеешь.

Что делать? Впереди общественного мнения нужно ставить своё… истинное желание. И ориентироваться на него. Да, вы не окажетесь эталоном — Идеальной женщиной (Идеальной матерью). И слава богу. Задача (и мечта, и потребность) любого нормального человека — быть счастливым, а не лучшим (идеально-образцовым). И пусть в доме у вас иногда бывает пыльно — зато весело. И пусть малыш успевает на отлично не по всем предметам — зато он отличный пловец. И пусть вы не будете нравиться всем и всегда, зато вы будете жить в гармонии с самой собой.

Определите свои приоритеты. В какой сфере вы хотите себя реализовать на все 100 % в данный момент? В разные периоды жизни перед нами стоят разные задачи. Иногда надо сосредоточиться на карьере — год, два, три, кому сколько, но потратить на карьерный рывок. А когда у вас родился малыш, можно смело задвинуть всю общественную жизнь и сосредоточиться только на нём. Сначала побыть идеальной (если хотите), потом — нормальной.

Это только кажется, что вы не успеете, что вы куда-то опоздаете и надо торопиться, совершить, освоить… Мудрецы не зря говорят: «Когда Бог создавал время, он создал его достаточно». Вот маленькие дети никуда не торопятся, а посмотрите, сколько они успевают сделать за каких-то пару лет: учатся сидеть, ходить, говорить, думать, принимать решения, реализовать их и даже отстаивать свою самостоятельность. И всё это — играючи! — без серьёзной мины на лице, сведённых от напряжения скул и панического «мне опять не повезло». По большому счету, заблудиться можно только в одном: по дороге к счастью своему и своего ребёнка.

Гнаться за идеалом — это поставить такую высокую планку, которую невозможно перепрыгнуть.

Опустите планку, вы не кенгуру

Как бы мы ни старались, мы никогда не сможем сделать для ребёнка всё-всё-всё. Не найдём для него самых лучших друзей, не заработаем всех денег, не исполним всех желаний. Но зато, гоняясь за идеалом, приобретём стойкое чувство вины.

Вот как это случается. Такая мама слишком озабочена своим ребёнком, бесконечно контролирует и опекает его. Но на самом деле она попутно подавляет его потребности, не давая свободно расти и набираться жизненного опыта. Опека переходит в гиперопеку. Случается такое в двух случаях:

1. Родители используют ребёнка для удовлетворения собственных потребностей. Ребёнок как бы замещает, подменяет той же маме все остальные способы и пути самореализации (не реализовав себя в работе или в браке, она вкладывает все силы и надежды в ребёнка).

2. Гиперопека маскирует сильную враждебность к ребёнку (он разочаровал родителей, мешает их карьерным планам, делает не то, что ожидали). Враждебность вызывает чувство вины, вина вытесняется в подсознание. А откуда враждебность? От того, что родители разочаровались в нём, т. к. он не стал Идеальным ребёнком, не реализовал их ожиданий. Идеальная мама не может, не позволяет себе открыто выразить свои эмоции (идеальные не ругаются, не сердятся!). Но то, что долго копится, рано или поздно взрывается. Если этот взрыв будет направлен наружу — он выльется на того же ребёнка; если внутрь — на себя. (О нервных срывах, депрессиях и прочих вещах не говорим — вы и сами знаете.)

Идеальная мама слишком много требует от себя (идеальные должны успевать всё!). Она всегда начеку и не позволяет себе расслабиться. Ни-ког-да. Она устаёт. Она становится не-радостной. А усталость накапливается и накапливается. Мама, углубившаяся в «процесс воспитания», уже озабочена не столько ребёнком, сколько самим процессом, в котором вечно что-то не получается; так она становится не-радостной мамой. Она становится не-счастливой. А как же она будет растить счастливых детей? Собственно, цель всей этой котовасии с идеальностью?

Жизнь непредсказуема, и то, что было неприятным (проблемным) вчера, может оказаться очень полезным уроком на завтра. В ошибках можно видеть крушение надежды. А можно взять за правило в каждом «минусе» искать (и находить) свой «плюс».

Научитесь видеть в каждом «минусе» свой «плюс» и научите этому своих детей.

Жизнь, конечно, не идеальна, зато она очень-очень интересна.

Практикум

Ищем плюсы

Выполняется очень просто. Берёте коротенькое словечко ЗАТО и произносите его при каждом удобном случае. Случилась неприятность — ищите в ней пользу для себя. Например, на прогулке ваш малыш свалился в лужу, промок и испугался. Вы недосмотрели — это минус, но зато малыш запомнит, что лужи бывают очень глубокими и коварными. Или так: вы простудились, зато со спокойной совестью можете полежать в кровати (и почитать!); ваш ребёнок умудрился сломать телевизор — зато теперь не надо отлеплять его от экрана; вас окончательно доконали домашние обязанности — зато теперь у вас точно есть повод распределить их между всеми членами семьи и т. д., и т. п.

Легко опустить лапки, когда что-то не ладится, но гораздо полезней, пережив первую волну отрицательных эмоций, сказать себе: «Что? Не везёт? Зато…» Научитесь извлекать пользу из того, что происходит!

В сущности, современные родители — большие молодцы. Они не желают бродить в потёмках, они грамотны, ответственны и зачастую относятся ксвоей родительской роли как ко второй, а может, и главной профессии. (Может, потому у нас и появляется всё больше и больше удивительных детей…) Это просвещённые родители. И в том — большая опасность для них. «Многие знания — многие скорби», — говорил Экклезиаст. Обилие просветительской литературы, а зачастую и противоречивость рекомендаций кого угодно сведёт с ума, особенно тех матерей и отцов, которые по каким-то причинам не избавились от романтической прострации и влюблённость которых в маленького драгоценного наследника не переплавилась в не-идеальную безусловную Любовь.

Не надо любить ребёнка таким, каким вы надеетесь его увидеть.

Так или иначе, он не оправдает ваших ожиданий. Любите его таким, какой он есть. И это спасёт ваши отношения в любой семейной неурядице.

Детям не нужны идеальные родители. Хотя бы потому, что мы готовим их к реальной жизни, в реальном мире, с реальными людьми. Рецепт прост: постарайтесь не планировать— не программировать дальнейшую жизнь ребёнка. Мир слишком быстро меняется, десять лет назад трудно было предположить, какие профессии сейчас окажутся самыми-самыми. Позвольте себе отступать, недоделывать, а иногда попросту ине делать всего-всего, что положено.

Не идеальные, а заботливые и терпеливые родители нужны детям.

Те, что умеют расти как родители — вместе со своими детьми.

И ещё. Вы можете вложить в ребёнка всё, что… сможете. А конечный результат всё равно зависит от него. Представьте себе автомат по приготовлению кофе. Вы в него закладываете мешок кофе, сахар, сливки, молоко — потом кто-то нажимает на кнопку, а автомат сам решает, сам выбирает пропорции и сам выдаёт результат. Ребёнок, конечно, не автомат. Природа мудра, и она сама выберет лучшее. Нам бы только не помешать. Нам бы только поддержать, уберечь, не сломать. Природа умна, она наделила каждого человека своими особенностями и своей, личной, отличной от других программой. И это единственная из программ, на которую можно полностью положиться.

Будьте терпеливы

Когда появляется маленький росток, садовод не тянет его за листики, чтобы тот скорее вырос. Он терпелив, потому что знает: всему своё время, и росток вырастет, и бутон откроется в свой срок. А ещё он знает, что все цветы — разные, знает, чем отличается один от другого и что у каждого цветка — свой срок, и свои особенности, и своя внутренняя, биологическая программа. Потому он и не будет сетовать и страдать, что в пору, когда зацветают тюльпаны, его пионы только-только набирают силу. Он просто терпеливо и старательно будет делать то, что нужно, и делать это вовремя. Вовремя поливать, не выжидая, пока земля пересохнет, чтоб потом отпаивать цветы потоками воды. Он вовремя видит проблемы, которые появляются у его питомцев, и находит то средство, которое поможет избавиться от них. Ему, конечно, важен результат, но он умеет получать удовольствие уже от самого роста и развития своего неповторимого цветка. И он знает, как важно быть терпеливым.

Вместо выводов

Растить — это так просто.

Это умение ждать.

Это умение делать сейчас то, что нужно делать сейчас.

Это умение деятельно наблюдать. Не вмешиваться без нужды и не пропустить момент, когда ваше вмешательство необходимо.

Это умение быть снисходительным.

Это любить ребёнка и смеющимся, и плачущим, и грубым, и неугомонным, и когда устали, и когда завтра на работу.

Это любить всегда и без условий.

Это умение не клясть себя за ошибки, а исправлять их.

Это желание совершенствовать своё мастерство.

Это — расти вместе со своими детьми.

Глава пятая

Как и почему дети выводят нас из себя

Хорошо, — скажут родители, — я согласен растить детей, как цветы; перспектива действительно приятная. И даже расти вместе с ними я согласен. Примем это как стратегический план. Но скажите, пожалуйста, что конкретно делать, если, например, старший любимый «цветочек» появился дома в боевой раскраске, а младший украл игрушку в саду. Что делать, если — довели и хочется шлёпнуть, рявкнуть и разрыдаться от собственного бессилия?!

Если ваш ребёнок раз за разом выкидывает очередной фортель, а вы совершенно не знаете, что делать, — не делайте ничего.

Поясним почему. Во-первых, в такие моменты мы впадаем в педагогический ступор (будем действовать автоматически, как зомби, — по-старому, не раз провалившемуся сценарию); во-вторых, нам кажется, что мы никудышные родители, если не можем настоять на своём; в-третьих, нам может показаться, что у нас никудышный ребёнок. Ни первое, ни второе, ни третье отношений наших не уладит и улучшения не принесёт. А вот ошибок можно наворотить массу.

Иногда самое умное, что можно сделать в конфликтной ситуации, — не делать ничего.

Ребёнок ожидает от вас отпора, а вы своим «бездействием» собьёте его с толку (что для начала совсем неплохо). И дадите время опомниться и поразмышлять. Скажите спокойно и веско: «Мне не нравится… я не позволяю вести себя так грубо…» И оставьте его одного. Малыша оставьте одного на 3-10 минут, школьнику наедине с собой неплохо побыть и подольше, от 15 минут до часа.

Это не означает, что вы пасуете: ребенок прекрасно понимает что «разборка» с вами ещё впереди. Нет, вы выиграли первый раунд уже потому, что не участвовали в нём. Для малышей это само по себе жёсткое наказание, для детей постарше — серьёзный повод задуматься и насторожиться: а не перебрал ли я? а что со мной будет дальше? Для подростков — хороший знак, знак того, что вы не держите его за младенца, которого «надо поставить на место», что вы относитесь к нему как ко взрослому и, не вступая в мелкие разборки и препирательства, даёте время одуматься и прийти в себя.

Вы взяли тайм-аут, и теперь у вас появилась отличная возможность как следует разобраться в ситуации.

Если стычки случаются регулярно и почти всегда по одному и тому же поводу — это верный признак того, что вы совершаете одну и ту же ошибку. Как правило, конфликтная ситуация — только следствие, а истинная причина в чём-то другом.

Ваша задача: найти — понять — исправить.

Самое первое, что надо теперь вам сделать, — задать себе вопрос: в чём дело? Почему меня это (именно меня, именно это!) так сильно выводит из себя?

Самый логичный (и привычный) ответ, который приходит в голову, обычно такой: потому что это неправильно (нехорошо, вредно, безобразно, неуважительно — по отношению ко мне, некультурно…). Отложим его в сторону: логика (вот такая, привычная) здесь поможет мало.

Вывести из себя и даже довести нас до белого каления дети способны в двух случаях:

· когда они ведут себя иррационально, а мы не понимаем почему;

· когда их поведение напоминает нам о неприятностях из собственного детства.

Поясним.

Дети выводят нас из себя, потому что:

1. Мы не понимаем, почему они так себя ведут и что им от нас надо.

А раз не понимаем, то и сами делаем совсем не то, что требуется. Перепробовав одно-другое-третье, мы приходим в полное недоумение (да что же делать?) — и выходим из себя. По сути, мы теряемся и, пытаясь скрыть своё состояние (причём не столько от непослушного ребёнка, сколько от себя!), совершаем не слишком-то обдуманные поступки.

Что делать? Понять, почему они ведут себя именно так и почему реагируют на наши слова и поступки именно таким образом. Понять, чего он хочет добиться от взрослого таким своим поведением. (Подробнее об этом мы поговорим в третьей части книги.)

2. Мы вспоминаем своё детство, а точнее — те неприятные моменты, которые нам вспоминать не хочется.

Некоторые их поступки заставляют нас вспомнить то, что в детстве нас настолько мучило, что мы об этом «забыли», то есть вытеснили в дальний чулан своей памяти, и закрыли дверцу, и повесили надпись: вход воспрещён. Когда поведение ребёнка напоминает нам о таком прошлом — дверца открывается! — и мы в ту же секунду выходим из себя. Мы злимся, гневаемся, переживаем, не можем взять себя в руки, мы приходим в отчаяние, то самое детское отчаяние, которое мы испытывали когда-то в подобной ситуации. И тогда реагируем на поведение собственного ребёнка уже не как взрослый и опытный человек, а как… ребёнок, потому что нас захлёстывают те самые мучительные детские эмоции.

Химеры прошлого и подавленные эмоции

Вполне вероятно, что здесь вы найдёте и что-то своё.

Когда поведение родной детки начинает выводить из себя, раздражает, когда хочется топнуть, шлёпнуть, крикнуть, когда от обиды опускаются руки, вполне вероятно, эти вредные чувства вызваны ребёнком, но относятся они не к нему, а к вам самим.

Это ваше детство реагирует так больно. Ребёнок — только катализатор, реакция идёт в нас.

Итак, если вам трудно взять себя в руки — это верный знак, что до исступления вас доводит не столько ваш ребёнок сколько негативные эмоции, которые таились (а теперь оживают) в вас.

Вот основные случаи, когда ребёнок выводит нас из себя. Поищите, подумайте, вспомните — вполне вероятно, вы найдёте здесь кое-что до боли знакомое.

1. Если ваш ребёнок не желает выполнять то, что всегда делал безотказно (сначала делать уроки, а потом идти гулять; каждый день сидеть с братиком-сестричкой и т. д., и т. п.). В некоторых семьях мусорное ведро, которое ребёнок регулярно забывает выносить, может стать поводом для скандала. А есть родители, которые относятся к этому спокойно, даже с долей юмора.

2. Если в детстве вам чего-то не позволяли, а вам очень хотелось. Чтобы успокоить себя, вам пришлось себя убедить, что это (то, что не позволено) не так и ценно, что это вредно для вас. Теперь вам трудно согласиться, что детям можно позволить то, чего вам не позволялось. Возможно, вы и смиряетесь — внешне, но в глубине души всё равно протестуете, потому что искренне считаете, что это неправильно! Например, одеваться вызывающе, гулять до 12 ночи.

3. Если поведение ребёнка нам напоминает о своей собственной детской слабости. Так, если над вами смеялись, когда вы прибегали с улицы в слезах, или стыдили, когда вы боялись войти в тёмную комнату, а вы очень переживали из-за этого, вас, вполне вероятно, очень сильно будут раздражать в ребёнке любые проявления слабости или осторожности — «трусости».

4. Если нам что-то очень не нравилось в себе, а теперь то же самое мы замечаем в своём ребёнке. Например, сильно жестикулировали и громко говорили (и часто получали за это нагоняй), плохо танцевали (и стеснялись бывать на дискотеках), не умели прыгать через «козла» и играть в баскетбол (и из-за этого вам вечно ставили «тройки» по физкультуре), не научились мастерить (и теперь мелкий ремонт в доме—для вас огромная проблема). Если в детстве вы сами сильно страдали от этого, то, возможно, и в ребёнке эта же черта вас будет возмущать и выводить из себя.

5. Если, наоборот, ребёнок очень сильно от нас отличается, а мы считаем ту черту характера, которая есть в нас, но в ребёнке отсутствует, полезной и необходимой. Так, активная и подвижная мама выходит из себя, если обнаруживает, что её малыш слишком медлительный. Она будет называть его тюхой, копушей, дёргать и торопить, если её собственные родители особенно ценили в ней мобильность и подгоняли, и критиковали, когда она была нерасторопна или медлительна.

6. Если понимаем, что чувствует ребёнок, но не хотим сознаться себе в этом, потому что нам-то было когда-то так же плохо! Дочка, не отходящая от телефона в ожидании звонка «одного парня», будет раздражать вас, если вы имели печальный опыт подобных переживаний. Вы её понимаете, вы ей сочувствуете — и вы же на неё злитесь, потому что в своё время ваш парень заставлял вас мучиться, и ждать, и страдать, когда обещал — и не приходил. А может, когда-то вы стащили из школы линейку или не подготовились к контрольной… и это был такой позор! И ваш ребёнок делает нечто подобное…

7. Если мы не понимаем «как можно так поступать!»-Вполне вероятно, что понимаем прекрасно, но подавляем такие воспоминания, потому что нам внушили, что «это нехорошо», «так приличные дети не поступают». Например, ваш ребёнок нагрубил учительнице, когда та назвала его бездельником, нахалом и лентяем. Вы возмущены, что он вёл себя некультурно, и это не даёт вам возможности понять, что юный человек защищал своё достоинство — вот так, как умеет.

8. Если в детстве вам не хватало родительской любви, вы будете раздражаться и выходить из себя всякий раз, когда ребёнок требует от вас больше заботы и внимания, чем вы считаете нужным дать.

Собственные дети заставляют нас переоценить свой детский опыт.

Когда мы растим своих детей, в нас самих с необычайной силой возрождаются давно забытые детские впечатления, переживания из собственного детства.

И это здорово!

Дети дают возможность по-новому взглянуть на то, что с нами было, — на свой личный детский опыт.

Дети помогают нам провести переоценку ценностей — переоценку собственного детского опыта.

В нас оживает прошлое, и мы глядим на него другими глазами — глазами взрослого человека. Мы уже можем понять, почему было что-то так, а не иначе, простить и утешить самих себя, найти и оценить те отрадные моменты прошлого, когда нас по-настоящему любили. Мы вдруг понимаем те знаки любви, которые в детстве воспринимали как должное или как родительские претензии («Почему я должна приходить раньше!»). И в то же время тот маленький ребёнок, который живёт внутри каждого взрослого, излечивается от старых ран — что «меня не любили родители», что «ко мне придирались».

И это целительно.

Но, возвращаясь к нашим детям, которые нас выводят из себя, хорошо бы сделать ещё две вещи:

А. Понять, на что вы на самом деле реагируете: на ребёнка или на те болезненные старые эмоции, которые он в вас всколыхнул.

Б. А потом вместе с ним прожить (и получить) то, чего вам не хватало.

Тогда вы отпустите свои страдания, свои застывшие чувства на свободу — вы освободитесь.

Такая работа — дело не одного дня и, может быть, даже не одной недели. Но это тот случай, когда цель оправдывает средства. Если вы поймёте и осознаете свои детские обиды, свои невыплаканные слёзы, причины своих детских страданий и своей радости, вам будет легко простить и понять своего ребёнка и не выходить из себя, когда он делает что-то (по вашему разумению) не то и не так.

Простить не значит позволить делать всё, что ему хочется.

Простить — это значит непредвзято, без вредных эмоций относиться к нему.

Вам легко будет отделить поступок ребёнка от него самого. Хороший поступок, плохой поступок — вы оцениваете его, а не ребёнка и принимаете нужные меры. А может быть, сам ваш взгляд на «плохо» и «хорошо» в чём-то поменяется. И то, что вам казалось просто безобразным, на деле окажется вполне приемлемым и терпимым.

Но при этом самого ребёнка, несмотря ни на что, и любить, и принимать, и ценить продолжаете. Это и есть безусловная любовь.

Здесь всё взаимосвязано.

Если вы умеете любить по-настоящему, вырастете вместе со своим ребёнком. Если вырастете вместе с ребёнком, вы избавляетесь, освобождаетесь (освобождаете себя!) от тех застарелых болей, которые сидят в вас много лет.

Практикум

Как определить, что именно «меня выводит из себя»

Способ № 1

Возьмите чистый лист и подпишите: «Какая ситуация вызвала во мне гнев» (можно написать: злость, обиду — что там у вас чаще случается). Вспоминайте и записывайте подряд, не напрягаясь и не анализируя, все-все ситуации, которые всплывут в вашей памяти. Кто говорил, что говорил, что произошло, какое чувство возникло, как вы с ним поступили, долго ли переживали потом и т. д. и т. п.

И если вы честно вспомните серьезные неприятности и столкновения со своей деткой, то обязательно увидите определённую закономерность, одинаковую модель развития событий. Похожи ситуации. Похожа ваша эмоциональная реакция. Вероятно, схожи и последующие события.

В общем, спасибо негативным эмоциям за подсказку!

Поняв причины, вы сможете более спокойно и объективно оценить ситуации и проблемы.

Способ № 2

Все мы были когда-то детьми и сталкивались с теми же проблемами. Значит, чтобы понять, что происходит с сыном или дочерью, когда они сопротивляются вашим требованиям, надо просто вспомнить себя в том же возрасте и задать себе два вопроса: «Чем меня больше всего „доставали“ мои родители?», «Чего мне не хватало?».

Многое вы вспомните и сами. Что-то подскажут вам старые фотографии, письма, записки, дневники. Спросите у близких родственников — устройте вечер воспоминаний. Иногда давняя песня, мелодия из детства или запах способны легко оживить почти позабытые ощущения и чувства, эмоции.

Легче всего вам будет разобраться в своих истинных чувствах (эмоциях), если все такие случаи, когда поведение ребёнка возмущает вас до глубины души, вы сопоставите со своими собственными воспоминаниями. Сведёте в одну таблицу.

Выглядеть это может примерно так:

Что не так (что не нравится, возмущает, больше всего выводит из себя)

Параллели из моего детства (чем меня «доставали» родители; что выводило из себя, обижало, не нравилось)

Что я могу сделать и для ребёнка, и для себя, что «возьму на заметку», как исправлю ситуацию (мысли, идеи, рекомендации)

1. Разбрасывает вещи, в комнате вечный беспорядок.

Я выполняла безотказно. Я всегда всё убирала на место, а если был беспорядок, меня не пускали на улицу гулять.

Что делаю для себя: Раз в неделю — никакой уборки, вместо этого отправляюсь в гости к своим друзьям.

2. Одевается очень вызывающе.

Мне не позволяли. Все подружки носили модные береты, а меня родители заставляли одевать вязанную шапочку.

Делаю для него: Мне тоже хотелось одеваться так, как мои друзья. Буду советовать, но не требовать беспрекословного подчинения.

3. Ни на минуту не хочет оставаться один, капризничает, зовёт.

Моя детская слабость. Мне было года 4, я сидела одна дома, вдруг… и так испугалась, что описалась; за это меня долго стыдили.

Надо понять, что же его пугает на самом деле. Кажется, я его избаловала, все дела бросаю в любую минуту и кидаюсь на первый же зов.

4. Вечно всё не доделывает, увлечённо начинает, но бросает… не умеет… обижается на любое замечание.

Похож на меня, я тоже бросила музыкальную школу, несмотря на протесты родителей. Училась шить, но так и не выучилась… это для жизни плохая черта.

Спокойно напоминать, помочь составить план или памятку, контролировать и хвалить, когда сделает всё.

А может, и неплохо, что он многим увлекается? Найдёт со временем дело по душе.

5. Безынициативный какой-то…

Не похож на меня в этом. Я принимала участие во всех школьных мероприятиях.

Проследить, не слишком ли я много запрещаю. Планируем вместе, как будем проводить ближайшие выходные и каникулы.

Зато как разбирается в компьютере, и ведь сам научился!

6. Страшно сердится, когда вхожу в его комнату.

Меня много контролировали. Проверяли, что ношу в карманах, и выкидывали лишнее.

Для него: постучать, прежде чем войти. Для себя: создать свой уголок, где меня не будет никто тревожить.

7. Слишком активный интерес к противоположному полу, разговоры о сексе; а плакаты в комнате висят — просто ужас!

Понимаю, но считаю, что это нехорошо. Моя мама правильно говорила: «слишком рано»…

Читаю литературу на эту тему. Разрешаю приглашать в дом друзей и одноклассников/одноклассниц; постараюсь познакомиться с ними поближе.

8. Вмешивается, перебивает, иногда даже кричит, если с кем-то долго разговариваю.

Не хватает родительской любви. Со мной так не возились.

Каждый день отвожу время и на совместные занятия и игры с ребёнком, и на индивидуальные, лично для себя.

Часть третья

Как они растут

Чтобы освободиться от подавленных эмоций, надо:

1) признать, что они существуют;

2) разрешить себе сделать то, что не позволялось в детстве;

3) рассказать, пережить снова это чувство, состояние.

О чём вы узнаете из этой части книги

Когда-то считалось, что дети — это маленькие взрослые. Просто размером поменьше и с опытом покороче. Много веков к ним так и относились: растили, воспитывали, иногда и баловали, но в целом исходили из правил «ты должен…» и «делай, как я». Правда, ещё века три назад Руссо догадался (и заявил об этом во всеуслышание), что «детство думает, чувствует и мыслит иначе», но на это никто особого внимания не обратил. В результате многие поколения родителей, не забивая себе голову педагогическими премудростями, растили детей так же, как растили их самих. По наитию, по трафарету, по стандарту. Дети терпели и росли (а куда им, собственно, было деваться?). Находились, правда, такие, которые упорно выбивались из этой наезженной колеи. Но судьба большинства из них оказалась незавидной: их брали в оборот и так или иначе приводили к общему знаменателю. Те, которые не перевоспитались, уже вполне самостоятельно шли двумя путями: или опускались на дно, или становились первопроходцами (в науке, в искусстве, в семейной жизни).

Но однажды (наконец-то!) детям повезло. Самые умные взрослые решили присмотреться к ним повнимательнее. Присмотрелись. И вдруг с изумлением обнаружили: а дети-то — вовсе не уменьшенная копия взрослых. Они — другие. И интересы у них другие, и потребности другие, и вообще — голова у них работает как-то иначе. И то, что хорошо для взрослых, не всегда пригодно для детей. Попутно развеялся миф о детстве как поре беспечной и легкомысленной. Доподлинно установили: никогда человек не бывает так деятелен, пытлив и инициативен, как в детстве. И никогда ему не приходится расходовать столько сил на битву за свои права! (Между прочим, народная мудрость давно пришла к такому выводу и отразила в своих сказках: там герои — извечные дети, вечно попадают во всякие передряги и зловредные истории. И благополучно из них выпутываются — не в последнюю очередь за счет своей детской доброты и непосредственности.)

Умные взрослые так удивились, как будто сами никогда не были детьми. И, видимо, от удивления, детство и детей начали интенсивно изучать. Было проведено множество экспериментов, было создано много разных теорий, касающихся развития детей и их возрастных особенностей. На страницах этой книги мы не будем ни анализировать, ни сопоставлять их. Даже не скажем ни одного научного слова. Мы просто предлагаем вашему вниманию те общие выводы, на которые стоит опереться, чтобы растить ребёнка без особых проблем, чтобы общение с ним доставляло радость и вам, и ему. Чтобы, проще говоря, вы были счастливы вместе.

Тот человек, которого ты любишь во мне, конечно, лучше меня: я не такой. Но ты люби, и я постараюсь быть лучше себя.

М. М. Пришвин

Вечером мимо наших окон из детского городка возвращаются маленькие дети. Забавно смотреть, как по-разному они идут. Иные мамы и малыши шагают рядышком, крепко взявшись за руки. Есть детки, которые вечно скачут впереди и тащат мам за собою. А бывает и так: идёт мама, а где-то там, позади, на отлёте, крепко прихваченный за руку, семенит её карапуз. Сначала он мужественно старается поспеть за торопящейся мамой, но в конце концов силёнок не хватает, малыш выдыхается и, если мама не опомнится и вовремя не притормозит, начинает рыдать и проситься на ручки или устраивает буйные протесты.

В «воспитательной» жизни случается то же самое.

Когда родители слишком спешат, ребёнок устаёт и отстаёт.

Когда идут слишком медленно, ребёнок убегает вперёд (а со временем так убежит, что вы его не догоните).

Искусство воспитания — это умение подлаживаться под шаг ребёнка, под ту скорость движения (читай: развития), которая комфортна именно для него.

Можно слегка ускорять шаги, можно — замедлять, но при этом всегда (всегда!) учитывать темп, в котором удобно двигаться ребёнку.

Это ведь так просто: взять и посмотреть (ориентироваться не на свои нужды, а на детские). И тогда не придется дёргать за руку, тащить за собой, нужно только, уловив внутренний ритм — гармонию самого движения, — подладиться под этот лёгкий детский шаг. И тогда вам будет хорошо вместе. И тогда вы поймёте (не так с чужих слов, как душою своей), поймёте самое главное: счастье — это вовсе не «вчера» и не «завтра», оно не впереди вас и не позади. Счастье — это «сейчас», это то, что рядом. Вот оно, вместе с вами (и в ваших руках). Оно уже в том, что вы идёте по одной дороге и что шаги ваши легки. И что ещё долго-долго вам будет по пути.

Так почему же во многих семьях бывает иначе?

Глава первая

Долевая ответственность

Испортить свою родительскую жизнь можно всего двумя способами: сложив с себя всю ответственность или взяв на себя всю ответственность за рост и развитие ребёнка. В первом случае вы, понятно, придерживаетесь политики невмешательства. Во втором — активно вмешиваетесь в те сферы, которые определяем не мы.

Любой цветок в вашем саду растёт и развивается согласно заложенному в нём генетическому коду. У каждого ребёнка — тоже свой генетический код, и в первую очередь он определяет его развитие. В каждом ребёнке изначально заложена определённая биологическая программа, и он «плывёт» по жизни, направляемый ею. Мы, родители, конечно, можем внести свои поправки, но эффективными (и полезными) они окажутся только в том случае, если не будут противоречить этому коду-программе, а будут следовать за её течением. Можно и дополнять, и расширять, и поддерживать её, но плыть против течения нет ни малейшего смысла: утонут все ваши благие воспитательные намерения.

Только представьте:

Эти «внутренние часы», внутреннее расписание развития человека, создавались и проверялись три миллиона лет биологической эволюции. Природа отметала всё лишнее, собирала и берегла нужное. Зачем же противоречить ей?

Самой Природой так запрограммировано: созревание—развитие человека происходит всегда. И всегда — в определённой последовательности. Сначала малыш научится сидеть, а потом ходить, и только потом — бегать; он забормочет, прежде чем научится говорить; сначала сумеет нарисовать круг и только потом — квадрат; он становится эгоистичным, прежде чем научится альтруизму; поначалу он зависит от других и только потом научится полагаться на себя. Все его навыки и способности, которые он приобретает, подчиняются законам роста!

Именно из-за этих процессов внутренней саморегуляции дети порою так стойко сопротивляются нашим усилиям обучить их чему-то новому. Есть задачи, которые ребёнок может решить с помощью взрослого, а есть такие, до которых он просто ещё «не дозрел». Мудрые родители скажут: подождём. Нетерпеливые начнут бороться.

Какие битвы, например, разгораются вокруг горшка! Если родители сочли, что карапузу «пора», — они приложат все возможные (и невозможные) меры в борьбе за сухие штанишки. Иногда это доходит до абсурда. Я знаю одну маму, которая каждую ночь подолгу, сонная и страдающая, держала младенца над тазиком и твердила ему: «пи-пи… пи-пи…». «Зачем?» — изумилась я. «Чтоб быстрее привык», — молодая мама так взглянула на меня, что, кажется, только хорошее воспитание не позволило ей повертеть пальцем у виска. А между тем, сколько ни старайтесь, пока организм не готов, пока не развились мышцы мочевого пузыря, малыш не может научиться контролировать процесс.

Регулярно навязывая детям то, до чего они ещё внутренне не способны дотянуться, мы одновременно совершаем две вредные вещи: сбиваем их биологические часы, а заодно и лишаем уверенности в себе и в своих силах.

Что будет, за чем будет, в какой последовательности — решила Природа.

Наша задача — прислушиваться к ней и придерживаться её законов.

У каждого ребёнка свои особенности

В сущности, сам процесс созревания и развития — это магистральная дорога, по которой проходит каждый ребёнок. А вот скорость продвижения у каждого своя. Отклонения случаются в обе стороны — чуть раньше, чуть позже, но то, что положено ребёнку «пройти» и усвоить, он пройдёт и усвоит обязательно. В своё время.

В этом смысле можно выделить три детских типажа.

Первый — подвижный; на перемены он реагирует быстро, обычно умён и сообразителен, большой оптимист.

Второй — медлительный и осторожный. У детей этого типа всё происходит как бы с некоторым запозданием. Но зато они умеют ждать, обычно обладают ровным характером и способны решать свои жизненные проблемы без надрывов.

Третий — смешанный; эти дети то рванут вперёд, то «застревают» на каком-то этапе. Они развиваются как бы рывками. «Смешанный» ребёнок то слишком осторожен, то, наоборот, рискован и дерзок, его настроение меняется часто, ему трудно ждать. Но зато у таких детей отлично развита интуиция.

Мало того. Один и тот же ребёнок может так внутренне меняться, что его просто не узнать. Сосредоточенный трёхлетний малыш в три с половиной года может стать застенчивым тихоней, а в четыре, наоборот, вдруг окажется активным и деятельным; но постепенно, годам к пяти, эти две тенденции переплетутся и уравновесятся. Такое сплетение взаимно противоположных черт длится обычно лет до 16, до той поры, пока у человека вырабатывается устойчивый образ собственного «Я».

Все дети проходят одну и ту же последовательность в развитии, но скорость прохождения у каждого своя.

Кто-то скорее, кто-то медленнее, но результат будет обязательно…

Не спешите, и тогда вы не опоздаете.

Почему воспитание кажется нам трудным

Беда многих хороших родителей — они слишком нетерпеливы и слишком ответственны.

Мы сохраним массу времени и нервов, если будем помнить, что дети изначально способны к правильному развитию (саморегуляции), что они сами знают, когда и что им надо «проходить», и сами (в нужное время) потянутся к тому, что им необходимо «выучить». Всё будет как надо, если этому не мешать.

Хотим мы того или нет, но все мы разные, со своим, персональным набором пристрастий и привычек. И дети наши разные. Карманы, набитые железяками, ненужная болтливость, «рисовальные» способности, кукла в школьном портфеле, замкнутость или страсть к шумовым эффектам — у кого что, и не всегда симпатичное. С этим можно бороться, это можно подстёгивать, исправлять, но стоит ли? В конце концов, такие особенности делают человека неповторимым, единственным в своём роде. Можно бесконечно спрашивать: ну почему он вытворяет то-то и то-то и почему он такой, а не этакий. Однако куда полезнее будет усвоить другое: как надо реагировать на эти поступки.

Подсказки для родителей

Мы не можем просто так, по собственной прихоти, менять детское поведение, иначе наломаем дров. Занимаясь с детьми, реагируя на их поступки, мы исходим из некой программы «Как должен вести себя мой ребёнок». Вместо того чтобы обдумывать это «как должен», куда полезней внимательнее присмотреться к нему.

Ребёнок так устроен, что он честно заявляет нам о своих потребностях и всегда подаёт нам сигналы: что надо ему, что лишнее, где мы правы, а где ошиблись. Знаки эти не в словах, а в жестах, в поведении, в поступках. Мы должны улавливать эти знаки, к нам обращенные, и правильно расшифровывать их. Тогда и реагировать мы будем правильно.

Можно, например, выходить из себя, когда ребёнок делает всё наперекор, а можно вспомнить, что детское непослушание — это тот же сигнал, знак, который необходимо правильно расшифровать. Так, противное «неть!» — основное слово двух-трёхлетки, не выведет вас из себя, если вы правильно «прочтёте» его — как знак, что ваше хулиганистое чудо поднимается на новую ступеньку развития. А вот истеричное «нет» и плаксивость у малыша лет пяти скажут уже о другом: с одной стороны, он слишком избалован, с другой — ему не хватает вашего истинного внимания и любви.

Страстное желание всюду следовать за мамой вполне нормально для полуторагодовалого карапузика, а вот если и в семь-девять лет он не желает отцепиться от маминой юбки — это повод насторожиться. Детям этого возраста положено заводить друзей и свои первые тайны.

Понаблюдайте за теми трудностями, которые создает ваш малыш, и считайте их знаками.

Это — сигналы, которые подаёт ваше прелестное создание, учитесь их интерпретировать.

Самое благодатное время для этого — первый год жизни ребёнка, когда он всецело зависит от взрослых людей и постоянно находится рядом с вами. Но и в любом возрасте не поздно сделать это.

В сущности, мы (как родители) и растём-то тогда, когда старательно учимся понимать индивидуальные и возрастные особенности своего ребёнка. И что бы он ни сделал, что бы ни захотелось сделать нам, начинаем с трёх важных вопросов, которые надо задать самому себе:

· что хочет мой ребёнок;

· что может мой ребёнок;

· что он из себя представляет (и чем отличается от всех других детей). Все эти «что» определяются возрастом ребёнка и той средой, в которой он растёт.

А вот это зависит от вас!

Уже при рождении у младенца имеются все клетки мозга, которыми природа одарила человека. Но сама нервная система ребёнка ещё не совершенна. Сразу же после рождения начинает бурно развиваться сеть нервных волокон, та самая сеть, которая даёт возможность каждому человеку ходить, говорить, запоминать… Мозг малыша деятельно готовится к мышлению, речи, приобретению новых знаний. А вот насколько качественна будет такая подготовка — это уже зависит не только от нас.

Это зависит от того, как идёт его биологическое созревание и какой жизненный опыт приобретает ребёнок. Проще говоря, всё зависит от природных задатков и воспитания — тех условий, в которых живёт малыш. Это раз.

Пока мозг созревает, образуется множество нейронных связей. Те из них, которые будут активно использоваться, сохраняются, а те, которые не используются, постепенно исчезают. Это как тропинки в лесу: зарастают те, по которым не ходят. Это два.

К подростковому возрасту происходит довольно-таки грустное явление: все неиспользованные «тропинки» начинают стремительно «зарастать» и исчезать. Это три.

Но напомним: важно не просто использовать «тропинки», надо знать, когда (в каком возрасте) какую «протаптывать»!

Отсюда — простое резюме:

1. Делай всё вовремя.

2. Не навязывай лишнего.

3. Пользуйся тем, что дано, иначе потеряешь.

Формула успешного роста

На развитие ребёнка влияют: биологическая программа + индивидуальные особенности + среда, в которой растёт ребёнок, и наше отношение к нему.

Или, другими словами:

Мудрость природы + то, что заложено в ребёнке + вы как родители и воспитатели + окружающий мир = то, каким вырастет ребёнок.

Для того чтобы быть хорошим садовником, надо:

· знать этапы созревания и роста ребёнка и как он через них проходит;

· знать особенности его темперамента и характера;

· учитывая возрастные особенности малыша, создавать нужные условия;

· всегда искать и находить с ним контакт.

Вы выращивали цветы? Тогда вы знаете: пока росток всего в два листика, он требует от вас особой нежности и внимания. Пока он набирается сил, вы пестуете его. Но если вы делаете всё правильно, чем «старше» он становится, тем меньше требуется ухода за ним. Чем дальше — тем понятней и привычней. И проще с цветком, за которым с самого росточка, изначально был организован правильный уход. Он растёт да радуется (и радует вас), а всё потому, что находится в зоне вашего внимания, в зоне вашей любви.

Так и с детьми: сколько вложено — всё вернётся. Но вот то ли мы вкладываем, что действительно надо?

Тест-эксперимент

Проверь себя

Каждый ребёнок проходит этапы развития, определённые самой природой. И на каждом этапе он несколько иначе, по-другому воспринимает мир. А потому и ведёт себя по-своему, и часто — не так, как мы от него ожидаем. Так знаете ли вы, чего ожидать от своего ребёнка?

Сначала ответьте на вопросы — как правильно и почему это правильно, — а потом сравните ваши и наши ответы.

№ 1. Ваш четырёхмесячный малыш лежит в кроватке и вовсю радуется новенькой погремушке, которую вы держите перед ним. Если вы спрячете эту погремушку, как вы думаете, он будет её искать?

Сначала младенцы словно бы и не знают, что вещи существуют сами по себе. Но постепенно у них появляется «память на вещи». Спрячьте от трёхмесячного малыша погремушку — и он немедленно забудет о ней. В буквальном смысле: с глаз долой — из сознания вон. Спрячьте от восьмимесячного — и он начнёт её искать.

№ 2. На полу лежит теннисный мячик и ма-аленький шарик. В комнату входит (вползает) ваш десятимесячный малыш. Как вы думаете, что постарается он схватить в первую очередь?

Маленький шарик. В столь юном возрасте дети особенно интересуются всяческими мелочами и любят брать их в ручки (и в рот).

№ 3. На прогулке вы встретили знакомую; она пришла в восторг от вашего малыша и ласково зовёт его к себе. Но он протестует. Позволить ей взять малыша на ручки или нет?

Нет. В восемь-девять месяцев ребёнок опасается незнакомцев. Он уже научился отличать знакомых от незнакомых, и, главное, он эмоционально привязан к вам — своим родителям, поэтому отдавать его в «чужие руки» вот так, по прихоти кого-то, нежелательно.

№ 4. Приятным летним утром, когда мягко светит солнце, цветут одуванчики и у вас прекрасное настроение, вы со своим малышом идёте по бульвару. Вдруг мимо пролетает бабочка и садится на цветок — совсем неподалёку. «Посмотри, — говорите вы малышу, — какая красивая!» Как вы думаете, малыш будет рассматривать бабочку издали или тут же направится к ней?

Постарается подойти поближе. Его мышление не словесно-логическое, как у нас, а чувственно-образное. Это значит, ему, чтобы познакомиться с новым предметом (и понять его устройство), надо в первую очередь задействовать органы чувств (потрогать, понюхать, ощутить).

5. Из двух одинаковых маленьких баночек вы выливаете вкусный сок в два стакана. Один стакан — узкий и высокий, другой — низкий и широкий. «Бери пей», — говорите вы ребёнку. Какой стакан он возьмёт?

Высокий и узкий. Малышу покажется, что там сока больше. До шести-семи лет детское мышление несистематично и нелогично, они еще не понимают принцип сохранения жидкости.

№ 6. Кто-то выкинул старую кровать с пружинным матрацем, она валяется прямо под вашими окнами. «Опять захламляют двор», — подумали вы. Вы недовольны, а ваш ребёнок?

Очень доволен: старая кровать легко превратится в корабль, дом, батут — во всё что угодно, и даст возможность ребёнку придумать ещё массу новых развлечений.

№ 7. Учительница вчера сказала, что решать задачу надо «вот таким способом». Если вы предложите другой вариант решения, ваш первоклассник согласится с вами или будет настаивать на первом?

Если и согласится, то со скрипом: для ученика начальной школы главный авторитет — его учительница.

№ 8. Все одноклассники вашего ребёнка приходят на дискотеку в свитерах и куртках. Вы же предлагаете надеть костюм, который очень ему идёт. Как вы думаете, легко вам будет убедить его в этом?

Вряд ли вам это вообще удастся сделать. В средних классах для ребёнка главный авторитет—его сверстники, а одежда — знак принадлежности к одной с ними общности.

№ 9. Ваш ребёнок влюбился, и, кажется, безответно. Если вы скажете, что «это пройдёт» и таких увлечений в его жизни будет ещё много, а настоящая любовь впереди, он вам поверит? Это его утешит?

Нет, не утешит, а обидит настолько, что он может больше не прийти к вам за советом и сочувствием. Подростки истово верят в то, что они уникальны, и то, что они чувствуют сейчас, не чувствовал никто и никогда.

Ну а теперь посмотрите, много ли было правильных ответов. Много? Вы неплохо понимаете детей и особенности их, детского, мировосприятия.

Даже если вы угадали, как поступит ребенок, но не смогли объяснить почему, значит, вы все-таки интуитивно чувствуете его. И это прекрасно, потому что интуиция — лучший помощник…

Ну а если ошиблись больше чем в половине ответов — это вас должно насторожить. Вероятно, детское мышление (и поведение) для вас тайна за семью печатями. Но не огорчайтесь, а просто — читайте дальше. Тайны на то и существуют, чтоб их открывать.

Глава вторая

Вверх по лесенке

Лёнькина философия:

«Мама выше меня. Заряна выше мамы.

Папа выше Заряны. Мы как ступеньки».

Развитие ребёнка всегда проходит через определённые стадии или, как их ещё называют, периоды. Исследователями детского мира придумано множество возрастных периодизаций. Мы не будем изучать каждую. Мы просто посмотрим общие закономерности развития. Они помогут нам понять, что было с вашим ребёнком, что происходит с ним сейчас и что можно (и нужно) ожидать от него в ближайшем будущем.

Приведём для примера периодизацию развития, принятую в нашей стране:

перинатальный до рождения

новорождённый до 10 дней

младенческий до года

ранний детский возраст от года до 3 лет

преддошкольный возраст от-3 до 5 лет

дошкольный от 5 до 6–7 лет

младший школьный возраст от 6–7 до 10 лет

подростковый возраст от 10 до 14–15 лет

возраст ранней юности от 14–15 до16-17 лет

Через эти этапы развития проходит каждый ребёнок. Полноценное проживание каждого возрастного периода подготовит юного человека к восхождению на следующую ступеньку. По этой лестнице он поднимается вверх.

Как видите, размеры лестницы и ширина ступенек разная. Они устроены так, что каждая последующая обязательно чем-то отличается от предыдущей. На каждой новой ступеньке:

· ребёнок по-новому, иначе чем на предыдущей, воспринимает и осознаёт мир и самого себя;

· у него появляются новые возможности и новые потребности;

· его ждёт новое главное задание. (Психологи называют его «центральной задачей возраста».) И прежде, чем отправиться дальше вверх, он должен её решить.

Что это за задача — вы увидите в таблице № 2, а пока нам надо запомнить вот что: если задача не решена вовремя, ребёнок, конечно, на второй год не останется, но идти дальше ему будет гораздо сложнее. По большому счёту, от того, как он её решит, зависит, как он будет развиваться и каким в конце концов станет.

Вместе со своими детьми эти ступеньки одолеваем и мы с вами. Но теперь уже в новом качестве — родительском. Всё устроено очень мудро — вы помогаете развиваться своему ребёнку, ребёнок помогает расти вам. Вместе вы составляете идеальную команду и у вас есть все необходимые качества, чтобы справиться с любой жизненной задачей.

Например, ваш подросток отстаёт по химии. Вроде бы и учит, и вы его проверяете, и материал знает очень даже неплохо, а учительница все равно ставит «трояки». Вы уже и ходили, и просили, и объясняли (ну не такой он плохой, ей-богу!) — ничего не помогает. Возможно, потому, что ваше чадо ведет себя слишком агрессивно (вы-то понимаете, что это его оборонительная реакция, но вот училке объяснить как-то не получается). И проблема не решится до тех пор, пока вы будете решать ее прежним способом — за ребенка. Теперь ваша миссия иная: помочь ему выбраться из межличностного конфликта самому. Адаптироваться, меняться самому — и этим менять обстоятельства (в данном случае — отношение к себе). Теперь самое лучшее, что вы можете сделать, — это не кидаться прикрывать и улаживать, а советовать, направлять и подправлять. А он в свою очередь научит вас невмешательству, умению вовремя дать ему нужную дозу свободы — то есть доверию. Вере в него. И уж поверьте (или проверьте на себе, по желанию), эти качества вам обоим ещё многократно пригодятся. Точнее сказать, пока вы этому не выучитесь, взаимопонимания с подростком вам не найти.

Есть задача у ребёнка. Есть задача у вас. Так что всё очень просто: решайте её — и будьте счастливы. Вместе.

На каждой «ступеньке» интенсивно развивается психика и личность ребёнка, он накапливает знания, умения, опыт. Такое накопление происходит постепенно, плавно, без резких падений и взлётов; потому сами периоды так и называют: литическими (то есть стабильными, спокойными). А вот начинается и заканчивается каждый из периодов тем, чего опасается большинство родителей: возрастным кризисом.

Возрастной кризис (от греческого «решение», «исход») — нормальный (обратите внимание: нормальный!) переход от одной стадии развития к другой.

В это время резко меняется «внутренняя позиция» ребёнка и его положение в системе общественных отношений (семья, школа и т. д.). Зачем нужен кризис? Затем, что он даёт ребёнку новый жизненный опыт и новые переживания (родителям, кстати, тоже даёт, и довольно ощутимо). Всё логично: прежде чем приобрети что-то новое, надо отбросить кое-что старое. (И больше всего этого «кое-чего» в нашем отношении к растущему человеку.)

Чтобы кризисный период не превратился в период сплошных страданий, стоит помнить вот что: если ребёнок протестует, значит, у него есть на это свои причины.

Прежде чем приобрести (принять, найти и освоить) что-то новое, надо подготовить для него место. Как вы расчищаете место, когда, например, приобретаете новый шкаф? Выбрасываете старый. Освобождаетесь от того, что вам уже не нужно. Так и ребёнок, он тоже интенсивно освобождается от того, что мешает ему двигаться дальше. Упрямство, негативизм и сплошное непослушание становятся «нормальным» поведением ребёнка. И это — хорошо. Так дети подают сигнал своим родителям и прочим взрослым, что закончилась одна стадия развития и начинается другая и пора кое-что менять в ваших взаимоотношениях. Если вы услышите эти шумные сигналы и вовремя перестроитесь, то больших воспитательных проблем (конфликтных ситуаций) не возникнет. Юный человек, немного порезвившись-побуянив, в конце концов перейдёт на новую ступеньку. А вы (искренне надеемся) опять сможете слегка расслабиться.

Что будет, если вы не сориентируетесь и не изменитесь (не измените отношения) сами? Проблемы и конфликты пойдут по нарастающей. Много, долго и громко протестуют те дети, чьи родители не желают принять то новое, что рождается в них. Вы, конечно, можете очень постараться и прижать к ногтю непокорную детку. Но… ничего хорошего из этого не получится: громкий бунт модернизируется в «бархатную революцию»: ребёнок начнёт проводить свою политику, действуя исподтишка.

И неизвестно ещё, что хуже и опасней.

А можно ли вообще пресечь всякий бунт на корню?

Можно, но тогда вы сломаете своего ребёнка — сломаете как личность.

А можно как-нибудь обойтись «без» — без этих этапов — периодов и кризисов?

Нет. Тот или иной этап (и соответственно, очередной кризис) может наступить чуть раньше или чуть позже, он может быть мягким или крайне болезненным, но в том, что он будет, — не сомневайтесь.

Вот основные кризисы, которые нам светят:

кризис новорождённого 2 месяца

младенческий период — кризис одного года жизни до года

ранний детский возраст — кризис трёх лет от года до 3 лет

преддошкольный возраст от 3 до 5 лет

дошкольный — кризис семи лет от 5 до 6–7 лет

младший школьный возраст от 6–7 до 10 лет

подростковый возраст — кризис тринадцати лет от 10 до 14–15 лет

возраст ранней юности — кризис семнадцати лет от 14–15 до 16–17 лет

Общий принцип развития личности таков. Всё, что не пройдено на предыдущем этапе, переходит на следующий. (То, что не выработано и не усвоено, соответственно, должно усвоиться и выработаться.) Если нет — «непройденный материал» останется проблемой на всю жизнь, а значит, будет всё равно «проходиться», но очень болезненно: проявляться в виде комплексов и других форм неадекватного поведения. Например, когда молодой мужчина никак не найдёт себе достойного занятия, чтоб обеспечить себя и семью, и при этом легко поддаётся чужому влиянию, можно с уверенностью сказать, что в дошкольном возрасте его инициатива и желание самому что-то делать постоянно гасили любимые взрослые, а он не смог их «победить». В результате центральная задача возраста (проблема доверия, а затем — независимости) не была им решена. Удел такого человека — вечно сомневаться в своих способностях, потому что в нём глубоко укоренилось чувство вины за любое усилие быть независимым.

Вместо того чтобы бороться, мучиться и усиленно воспитывать, надо понять и принять новое поведение своего ребёнка— и только потом принимать меры. Впрочем, если вы примете и поймёте — особые меры вам просто не понадобятся.

У лесенки развития есть одна особенность: по ней не подняться одному. Даже самый талантливый, даже гениальный ребёнок в одиночку не сможет её одолеть. Ему нужен посредник — взрослый, который когда-то уже прошёл этот путь и теперь сможет стать как бы промежуточным звеном между ребёнком и обществом.

Он — соединительная нить, страховочный канат и канал информации, он — образец и представитель большого мира, с него (или с них) будет ребёнок писать свой портрет.

И отношения в этом тандеме не просто «взрослый—ребёнок», то есть «старший—младший», а взаимоправное сотрудничество, партнёрство.

Глава третья

Сверяйтесь по таблицам

Чтобы вам было проще ориентироваться во всех этих переходах, ступеньках и кризисах, мы свели их в простые таблицы. Время от времени возвращайтесь к ним. Замечено — это успокаивает. Приятно осознавать, что ты не один на планете страдающий родитель. И полезно знать, что любая трудность обладает одним прекрасным свойством: она когда-нибудь заканчивается.

Одним из признаков перехода ребёнка от одной стадии к другой является изменение ведущего типа деятельности, а по сути — того способа, каким ребёнок познаёт мир и себя (приобретает знания о мире и о себе).

Чтобы освоить мир и определить своё место в нём, ребёнок сначала должен усвоить достижения предшествующих поколений. В каждом возрастном периоде он делает это по-разному, но всегда—через определённую деятельность. Когда же растущий человек переходит на следующую ступеньку развития, старый тип деятельности (как способ познания мира и себя) не исчезает, но отходит как бы на второй план, уступая место новому. Так, например, игра — основной вид деятельности дошкольников, но играют не только маленькие дети, играют и подростки, и взрослые, только игры у них другие, а «чистая» игра для них уже не так важна. Ведущая деятельность — это, по сути, ведущее отношение ребёнка к действительности.

Таблица № 1 Ведущий вид деятельности

Возрастной период

Вид деятельности

Польза

Младенец

Эмоциональный контакт с родителями (или с теми, кто их заменяет); непосредственно эмоциональное общение.

Благодаря этому образуется потребность общаться с другими людьми.

Раннее детство

Предметно-манипулятивная деятельность; практическое сотрудничество со взрослым.

Ребёнок занят предметом и действием с ним; возникает потребность в речи (чтобы наладить контакт).

Дошкольный возраст

Общение (ролевая игра); игра (как универсальная форма развития); сюжетно-ролевые игры, игры с правилами, игры-драматизации; потребность принять участие в жизни и деятельности взрослых.

Формируется потребность воздействовать на мир; действует как взрослый, но с предметами-заместителями.

Младший школьный возраст

Учебная деятельность; игра исчерпала свои познавательные возможности; игровая мотивация сменяется на познавательную.

Учится выполнять осмысленную работу, развиваются такие качества, как устойчивое внимание и прилежание; развивается словесно-логическое мышление; ребёнок учится управлять восприятием, вниманием, памятью; появляется способность к произвольной регуляции поведения.

Подростковый возраст

Общение интимно-личностное; общение со сверстниками (в общественно полезной деятельности).

Постепенно осознаёт (узнаёт) себя и свой внутренний мир; учится строить отношения с другими людьми; умеет посмотреть на ситуацию с точки зрения другого человека и принимать решения в соответствии с этим.

Юность

Учебно-профессиональная деятельность.

Осознав свои потребности и интересы, отвечает на вопросы «кто я, каким и кем мне быть».

Основная цель конкретного возрастного периода — центральная задача, которую ребёнок должен решить.

Таблица № 2

Период

Чему надо научиться, что в себе выработать

1. Если задача решена

2. Если задача не решена

Дошкольный возраст

Решить проблему доверия, а затем — независимости (автономии).

1. Формируется чувство базисного доверия (1-й год); умение проявлять свою волю и самому что-то делать (2-й год); инициатива (3–5 лет).

2. Не формируется; сомневаются в своих способностях; появляется чувство вины за усилие быть независимым.

Школьный возраст (6-11-13 лет)

Приобрести уверенность в том, что они способные и трудолюбивые существа (развитие компетенции).

1. Ведут себя уверенно; проявляют трудолюбие; Живут в равновесии (в гармонии) с миром.

2. Ведут себя приниженно; появляется чувство неполноценности.

Тинейджеры 14–20 лет (12–18 лет)

Проигрывают разные роли, чтобы самоутвердиться. Необходимость постичь своё собственное «я» (синтез прошлых, настоящих и будущих возможностей)

1. Идентичность (знать и любить себя, принимать таким, как есть); уверенность в своём будущем; положительный образ своего «я»; интимность; способность любить.

2. Ролевое смещение; не решается вопрос «кто я такой?»; изоляция; чувство социальной изолированности.

Таблица № 3 Возрастные кризисы

1. Когда? Особенности

2. Зачем? Что ребёнку надо?

3. Как? Формы протеста

4. Кто? Главный авторитет

1. Кризис первого года. «Неть!» Стремление к физической самостоятельности.

2. Исследовать мир, удовлетворить своё любопытство; познать свойства и назначения вещей; пометить своё место в мире. Эмоционально окрашенное самоощущение; это — предтеча личности, сознания.

3. Побег (уходит, уползает из-под контроля); отказывается выполнять требования; делает то, что нельзя; отказывается от помощи взрослых.

4. Родители или тот, к кому выработалась прочная привязанность.

1. Кризис трех лет (2,5–3 года) «Я сам!» Появление самосознания.

2. Научиться удовлетворять свои потребности и желания самостоятельно. Эмоционально оценивает себя очень высоко, без соотнесения с оценкой других.

3. Ревность; подозрительность; негативное поведение отрицание (то есть отрицание того времени, когда был беспомощным, и всего, что с ним связано: игрушки, одежда, некоторые привычки и т. п.).

4. Родители или тот, кому ребёнок доверяет. (Напомним: доверие формируется на основе привязанности.)

1. Кризис дошкольного возраста (5–7 лет) Рождение социального «Я». Лейтмотив: «Хочу, но не могу!» Ребёнок делает открытие: «А взрослым-то быть лучше, чем маленьким!»

2. Стать равным взрослым, то есть всемогущим, всезнающим; переделать, усовершенствовать то, что имеет (но умения не хватает). Рождается социальное «Я»

3. То же, но в более мягком варианте. Изменяется поведение: ребёнок ведёт себя демонстративно; перестаёт следовать привычным нормам поведения (особенно когда дело касается бытовых требований).

4. Родители. Постепенно увеличивается авторитет тех, кто даёт знания.

1. Кризис подросткового возраста Лейтмотив: «Кто я такой?», «Зачем я здесь?» Становление нового самосознания.

2. Понять себя и свои возможности. Формируется «Я- концепция».

3. То же, только в более жёсткой форме.

4. Авторитет родителей и взрослых постепенно сменяется (вытесняется) авторитетом ровесников.

Ребёнок растёт и изменяется. И на каждой новой ступеньке он немного иной: уже не тот, что был «вчера», и ещё не тот, что будет «завтра». На каждой новой ступеньке обязательно возникают такие изменения, которые определяют сознание ребёнка, его отношение к среде обитания (к миру), его внутреннюю и внешнюю жизнь и то, как он будет развиваться дальше.

Таблица № 4 Как меняется ребенок

Возраст

Новые качества

Младенчество

Эмоционально окрашенное самоощущение (это — предтеча личности, самосознания).

Раннее детство

Зарождение самосознания; появляется «Я».

Дошкольник

Учится сочетать свои цели и желания с требованиями других людей (соподчинение мотивов); воображение становится основой творческого отношения к деятельности, жизни и самому себе.

Младший школьный возраст

Психические процессы произвольные (способен управлять ими); учится вырабатывать внутренний план действий; рефлексия собственного поведения (способность оценивать собственные действия, умение анализировать содержание и процесс своей мыслительной деятельности); контроль и самоконтроль; потребность в активной умственной деятельности.

Подростковый возраст

Умение сознательно регулировать свои поступки; умение понимать чувства и настроения других людей и строить своё поведение в соответствии с этим.

Ранняя юность, или старший школьный возраст

Психологически готов к личностному и профессиональному самоопределению: самосознание сформировалось; развитые потребности; есть нравственные установки, ценностные ориентиры, временные перспективы; осознаёт свои интересы, потребности, способности.

А теперь с учетом всего вышесказанного давайте подробно пройдемся по детским возрастам.

Глава четвёртая

Здравствуй, это я!

От 0 до 3

Не так давно считалось, что для новорождённого мир — это такая странная реальность, где всё гудит и светится. И что кроме неясных пятен света и тени он не видит ничего.

Но, оказывается, крохотные дети много чего и видят, и умеют. Экспериментально установлено, что младенцы в первый месяц жизни могут различать цвета, звуки, формы, и — мало того! — они даже имеют некоторое представление о числах и простейших физических законах.

Их сенсорный (чувствительный, чувствующий) аппарат от рождения настроен на восприятие социальных объектов (то есть нас с вами). Например, новорождённые поворачивают голову не на любой звук, а в направлении человеческого голоса, и куда пристальней будут вглядываться в рисунок человеческого лица (даже если он схематичен), чем, например, в погремушку-мячик. Но самого себя как отдельное существо младенец пока не осознаёт. Он даже от мамы себя не отделяет. Он тянется к ней как к своему продолжению, по прикосновению, по запаху, по дыханию он легко узнаёт её. Где заканчивается его тело (и он сам), где начинается всё другое — пока это ему неизвестно. Он слит, един со всем, что происходит вокруг него и внутри него. Весь мир состоит словно бы из разрозненных кусочков, и, как рассыпанную мозаику, маленькому человеку ещё предстоит его «собирать».

На исходе третьего месяца ребёнок начинает сначала смутно, потом всё чётче осознавать самого себя. А месяцам к шести у младенца начинают формироваться представления о других людях (и особенно о маме) как о необходимых, но отдельных существах. Потом он начнёт узнавать себя в зеркале (именно себя, что это его — его! — отражение). Потом у малыша появится самосознание — осознание собственного «Я». Постепенно, годам к четырём-пяти, он усвоит идею пространства, и пёстрая мозаика большого мира сложится в целостную картину. А потом уяснит ещё одну — очень сложную для детского понимания — идею времени, прошлого и будущего. В это же время у него сформируется довольно чёткое представление о схеме своего тела, то есть понятие о его пропорциях и о том, как части тела расположены относительно друг друга. По сути, в первые годы свой жизни — от 0 до 5 лет — ребёнок проделывает грандиозную внутреннюю работу: создаёт собственную концепцию мироустройства. И находит в ней место для себя.

А чтобы всё сложилось, чтобы из частей возникло целое, чтобы уверенно и радостно совершал ребёнок эту грандиозную внутреннюю работу, ему нужна поддержка и опора взрослого.

Без опаски

«Собирать» картину мира и определять своё место в нём малыш будет обязательно, вопрос лишь в том, как он будет делать это. Спокойно и радостно или, наоборот, настороженно, вздрагивая и напрягаясь в ожидании всяческих подвохов и катастроф. Вот это уже зависит от нас. Не бояться большого мира, радостно и полноценно изучать мир можно только тогда, когда доверяешь ему.

Если вы заботитесь о своём малыше, вовремя удовлетворяя его главные жизненные потребности, растите в любви и ласке, малыш поймёт, что мир безопасен. Почему? Потому что будет знать (чувствовать!), что у него есть надёжная защита и опора — вы. В первый год жизни у ребёнка сформируется базовое (основное, стопроцентное) доверие. Сначала — к родителям, а потом и к миру, в который он так недавно пришёл. Базовое чувство доверия — это надёжный щит от многих эмоциональных проблем, например, таких, как умение (точнее, неумение) устанавливать и поддерживать близкие доверительные отношения с людьми.

Если же потребности (главные нужды) малыша не удовлетворяются полностью и вовремя, то уверенность: «я под надёжной защитой» — тоже не появится. А откуда ей взяться, если малыш не знает, что и когда ожидать от взрослых? И тогда чувство базового доверия не сформируется. Сначала он не доверяет родителям. А потом он не сможет поверить, что и другой мир (там, за порогом дома) надёжен и добр. И ему можно до-ве-рять.

Вопрос доверия-недоверия — это центральная задача, которую ребёнок будет решать в первый год своей жизни. Успешность её решения во многом зависит от степени близости малыша и родителей.

Детская площадка (как и песочница) — прекрасный полигон для исследования взаимоотношений детей и взрослых. Если в тёплый денёк вы присядете и понаблюдаете, то среди пёстрой компании малышей, деловито копошащихся на детской площадке, обязательно обнаружите парочку-троечку особо деловитых и бесшабашных. Таких, которые не обращают ни малейшего внимания ни на собственную маму, ни на её окрики и призывы. Они ведут себя так, словно в маме и вовсе не нуждаются. У них свои дела и свои интересы, они идут куда хотят и делают, что им нравится. А если мама выловит и подхватит такого карапузика на руки, тот начнёт буйно протестовать и вырываться, весьма недвусмысленно проявляет своё недовольство.

Обычно родители с затаённой гордостью говорят о таком ребёнке: «Он/она ничего не боится!» — и в глубине души им нравится такая «самодеятельность». На самом деле такая «самодеятельность» говорит вовсе не об отваге малышей и малышек. И картина не так оптимистична, как может показаться на первый взгляд.

Как это происходит (и как должно происходить)

Что ощущает ребёнок, исследующий мир, как родители могут создавать или не создавать безопасные условия для исследования, как поведение родителей (особенно мамы) проявится в характере и поведении ребёнка — всё это выяснилось в ходе экспериментов, проведённых в разное время и в разных странах исследователями детской психологии.

Вот один из таких экспериментов. В нём участвовали годовалые дети и их мамы. Сначала посмотрим, как ведут себя малыши в Неизвестном, Но Интересном месте, а потом попробуем понять, почему они ведут себя так, а не иначе.

Итак, вместе с мамами детишек приводили в комнату, где было много игрушек, потом мама уходила (малыш оставался под присмотром незнакомого взрослого) и вскоре возвращалась обратно. Психологов интересовало, что будет делать малыш в её отсутствие и как поведёт себя, когда она вернётся.

Обнаружилось три типа поведения.

1 тип поведения. Надёжно привязанные младенцы (доверяющие). Попав в игровую комнату и посидев немного рядом с мамой, малыш с любопытством озирался и отправлялся в самостоятельное путешествие. Время от времени он оглядывался, как бы проверяя, на месте ли мама, и, успокоенный, продолжал исследовать и играть. Когда мама уходила, ребёнок начинал беспокоиться, а его исследовательский интерес (и игра) быстро шли на убыль. Но вот мама возвращалась — малыш активно приветствовал её, некоторое время оставался с ней рядом, а потом снова начинал играть — исследовать окружающую обстановку.

Оказалось, что мамы этих детишек весь первый год жизни ребёнка быстро реагировали на плач и другие сигналы, которые он ей подавал. Эти матери утешали, когда малыши нуждались в утешении, были всегда доступны и щедро делились с ними своей любовью. Малыш целиком и полностью доверяет своей маме. Впоследствии такие дети выросли уверенными в себе, упорными и умеющими опираться на собственные силы.

2 тип поведения. Неуверенные избегающие (не доверяющие) младенцы.

В Неизвестном месте эти малыши выглядели достаточно активными и независимыми. Как только такой малыш с мамой оказывался среди массы новых игрушек, он тут же, словно забыв про маму, принимался их изучать. Мама выходила, но малыш не обращал на это ровным счётом никакого внимания и, ни о чём не беспокоясь, продолжал играть. Когда мама возвращалась и сама подходила к малышу, обнимала, брала на руки, он отстранялся: отводил взгляд, вырывался, в общем, избегал контакта.

Оказалось, что мамы этих младенцев не сразу или неправильно реагировали на естественные потребности своего младенца. Они реже носили ребёнка на руках, раньше отлучали от груди, меньше играли, предпочитали оставлять в манеже, кроватке или на попечительстве кого-то другого (например, няни), часто активно вмешивались в занятия ребёнка, настаивая или навязывая то, что считали нужным и правильным — со своей точки зрения. Увы, всё это ребёнок воспринимал как признаки не-любови, отвержения. Конечно, мамы детей своих любили, но предлагали любовь не на их, а на своих условиях.

Эти дети испытывали эмоциональные трудности, по сути, они были не уверены, найдут ли у матери поддержку, и потому (на всякий случай) сами отвергали её, реагировали в оборонительном ключе. Эта безразличная, сдерживающая манера поведения — на самом деле способ себя защитить. Детишек так часто отвергали в прошлом, что они словно пытаются забыть о своей потребности в матери, чтобы избежать (спасти себя от) новых разочарований.

3 тип поведения. Неуверенные, амбивалентные младенцы.

В Незнакомом, Но Интересном месте эти малыши так беспокоились, что буквально ни на минуту не отрывались от своих мам. Понятно, что никакими самостоятельными исследованиями в таком состоянии они заниматься не могли, на новые игрушки почти не реагировали и естественного любопытства почти не проявляли. Когда мама уходила, ребёнок тут же начинал очень сильно волноваться, расстраивался, а когда она возвращалась, буквально «прилипал» к ней и… сердился. Оказалось, что мамы этих младенцев общались с ними в непоследовательной манере. Иногда были ласковы и отзывчивы, иногда — наоборот. Такая непоследовательность, видимо, сбивает малыша с толку, и он не знает, когда на маму можно положиться, а когда нет, будет ли мама рядом, когда он в ней нуждается или нет. Такие дети тоже ведут себя непоследовательно: одновременно и добиваются контакта с мамой, и сами же сопротивляются ему. К сожалению, тревожность и зависимость в этих детях с возрастом никуда не исчезнет; она остаётся и дальше (просто проявляться будет в несколько иной форме).

Вывод? А вывод прост. Дети растут и взрослеют, и чем старше они становятся, тем дальше отходят от родителей и самостоятельно исследуют мир. Пятилетние дети могут целый день обходиться без своих мам, а подростки просто мечтают проводить время без них. Однако жизненные трудности мы преодолеваем уверенней и легче, если знаем, что есть надёжное место, куда мы можем вернуться. А мама — отправная точка в нашем путешествии по жизни.

Итак, чтобы человек уверенно шёл по жизни, у него должно сформироваться базисное доверие. Чтобы оно сформировалось, необходимо, чтобы возникла привязанность (которая служит основой доверия). Причём желательно, чтобы главная привязанность была именно к родителям, а не к няням, бабушкам, тётушкам-дядюшкам. Только хорошо бы разобраться, что такое привязанность. И начинать надо, как водится, с самого начала.

Привязанность

Поначалу, кажется, младенец только и умеет что смотреть туманным взглядом, беспорядочно двигать ручками-ножками, кряхтеть и громко плакать. Однако это не так. Умная Природа позаботилась о том, чтобы беззащитный младенец от рождения был окружён заботой и вниманием. Она научила его подавать знаки-сигналы. Да-да, это не просто шум, это знаки, которые подаёт маленький человек большому. Вскоре вы замечаете, что кричит малыш по-разному — он очень быстро обучает маму (и других внимательных взрослых) различать оттенки своего плача. «Есть пора», «хочу, чтоб погладили», «мне мокро»… Так маленькое чудо рассказывает нам о своих потребностях.

Чуть позже (на втором месяце жизни, у 5–6 недельного малыша) появляется самый, пожалуй, очаровательный знак, что он сыт и вполне доволен вашим поведением. Улыбка.

Поначалу она адресована всем, кто находится в зоне его влияния. Но очень скоро (через каких-то пару месяцев) крошка научается различать «своих» и «чужих», одних награждать очаровательной своей улыбкой, от других отстраняться. Его внимание и любезность теперь надо заслужить! Улыбка и гуленье (а потом агуканье) окрыляют, очаровывают и переполняют родителей глубоким чувством любви. Так малыш «привязывает» к себе взрослого, а взрослый привязывается к нему.

Привязанность — это одновременно и природный инстинкт, и начало безусловной любви.

Благодаря привязанности ребёнок обеспечен заботой и уходом, т. е. тем, что необходимо ему для выживания. Детская привязанность, по мнению психологов, чем-то схожа с «импринтингом» у животных. Импринтинг (буквально: запечатление, «впечатывание» конкретного образа). Это мощный инстинкт, который удерживает детёнышей рядом с их защитниками — родителями и способствует выживанию. Так, гусёнок примет за свою «маму» первого, кого увидит, вылупившись из яйца. Он видит гусыню — и она моментально становится «самым авторитетным лицом», птенец будет ходить только за ней, а значит, находиться под её защитой. Если он первым увидит человеческие ботинки, то будет следовать за ними. Человеческая привязанность инстинктивна, а потому не менее прочна. Однако в отличие от «привязки» того же гусёнка, она появляется не мгновенно. Привязанность ребёнка к родителям развивается постепенно, в течение первого года жизни. (По мнению некоторых психологов — до 18 месяцев.) По мере взросления наши привязанности, конечно, меняются. Наш безопасный тыл — родители — заменяются ровесниками, затем теми, в кого мы влюбляемся… Но ранняя привязанность самая мощная, память о ней подсознательно остаётся в человеке на всю жизнь и будет служить моделью для всех дальнейших отношений с другими людьми.

Вывод однозначен и прост: для прочного контакта с детьми необходимо, чтобы они в младенческом возрасте прочно «привязались» к своим родителям.

Кого вяжет привязанность[3]

Конечно, инстинктивная связь изначально существует между родителями и детьми, особенно между младенцем и матерью, хотя бы потому, что новорождённый ребёнок воспринимает себя и её как единое целое. Однако на исходе третьего месяца он уже осознаёт свою «отдельность». Малыш охотно улыбается другим людям, подолгу «гулит», «агукает» и ко всем идёт на ручки. Это время формирования его привязанностей. И здесь работает именно инстинкт самосохранения.

Малыш сильнее привяжется к тому, кто больше его любит— не в смысле гладит и сюсюкает, а удовлетворяет его потребности. Кто всегда откликается на его зов — то есть рев, кто кормит, оберегает, носит на ручках, когда болит животик.

Другими словами, кто соответствует трем главным критериям:

1) кто ему хорошо знаком;

2) с кем он чувствует себя комфортно;

3) кто удовлетворяет его жизненные потребности. Наибольше шансов быть главными в жизни малыша у мамы иу папы, если только они будут соблюдать три эти условия. Если… сами не создадут себе проблем.

Чтобы няня не стала мамой

Наверное, все знают имя няни Пушкина, но почти никому не знакомо имя его матери. К чему мы это говорим? К тому, что наличие очень опытной, очень надежной няни, бабушки или тетки не снимает с родителей воспитательных проблем. Кажется, все это знают и понимают — но только на словах. При этом очень незаметно, потихоньку «перекладывают» самые неприятные (или самые трудоемкие) задачи на плечи няни (или на какого-нибудь очень ответственного родственника). И в результате в обеспеченных семьях часто бывает так, что ребёнок родной считает няню, её зовет, когда ночью страшно. А иногда даже называет мамой.

А занятые работой мамы просто с ужасом думают о том часе, когда поедут в отпуск вместе со своим ненаглядным малышом. А папы остаются допоздна на работе, чтобы только не пришлось читать пять сказок подряд. Так что же сделать, чтобы избежать «эффекта Арины Родионовны», выбирая няню для своего малыша?

Няня — человек нанятый, ее заработок зависит от настроения малыша и родителей. Она не раздражается, когда детка капризничает, она утешает его. В ее поведении нет резких взлётов восторга, когда младенца тискают, подкидывают под потолок вопреки его желанию, и приступов апатии, когда надо полчаса орать, чтобы тебя заметили. Няня не будет метаться ночами от переживаний — в какой сад вести малыша, не станет сильно раздражаться от того, что её трёхлетка не знает наизусть стихотворения. А вот мама будет ночей не спать, сердиться или рыдать над своими разбитыми иллюзиями. Поэтому младенцу с няней спокойнее. Её поведение предсказуемо!!! А это то, что малышу нужно больше всего, — стабильность привычек, настроения и поведения. Это дает уверенность в том, что его и защитят, и накормят. В маленьких неокрепших головках есть уверенность, что положиться можно на того, кто надежен и понятен (кстати, попробуйте доказать нам, что взрослые дружат с ненадёжными и непонятными и доверяют им).

Кормить, переодевать, укачивать, успокаивать — тяжелый труд, а вот поиграть с весёлым сытым бутузом — одно удовольствие. И тут у мамы (а у папы тем более) возникает большой соблазн «увильнуть» от самой трудоёмкой части, раз уж у них есть подарок судьбы в виде добросовестной няни. И тогда, если вы спрячетесь за няню, перепоручив ей всё-всё-всё, ваш малыш поставит няне «плюс», а родителям «минус». Потому что она надежна, а родители — нет.

После года

Примерно после года начинается практическая фаза жизни малыша. Ребёнок активно исследует окружающее пространство, как будто весь мир — его большая игрушка. Он превращается в ужасно деятельного и занятого человечка, становится всё более независимым и активным. Лексикон пополняется словами «неть!» и «я сам!». И тут, общаясь со своим ребёнком, родителям важно избежать двух крайностей.

Первая. Родители испытывают чувство вины от того, что малыш находится на попечении няни, и, когда свободны, по старой привычке продолжают усиленно навязывает ему своё общество: игры, занятия, интересы. Излишне возятся с ним, следят за каждым шагом, вместо того чтобы предоставить ему самостоятельность в выборе увлечений. Так они тормозят развитие собственного ребёнка и мешают ему своей назойливой опекой.

Вторая. Маме (а чаще папе) кажется, что ребёнок начинает отбиваться от рук, не слушается и командует, и она (он) срочно хватается за его воспитание. Замечания, одёргивания и объяснения «как надо» сыплются на малыша как из рога изобилия. И то и другое просто заставляет малыша «спрятаться» за няню, потому что умная няня умеет прислушиваться и уважать желания ребёнка.

Есть и ещё один грустный результат такого отношения к малышу. Брать постоянно инициативу на себя — верный способ воспитать капризного, избалованного и изнеженного ребёнка.

Лучше всего потребности малыша иллюстрирует простая детская игра. Если вы заметили, что ребёнок охотно сбегает от вас к няне, а вы никак не поймете почему, поиграйте с ним в «догонялки». Дети обожают эту игру, потому что она позволяет ребёнку внезапно ощутить свою независимость (вырываясь и убегая от вас) и тут же снова обрести единство с вами (будучи пойманным). Он рвётся утверждать и расширять свою автономию, но в то же время хочет найти подтверждения тому, что мама и папа — его надежный тыл.

Такая раздвоенность собственных желаний очень мучает самого малыша, он становится требовательней и капризней. И если у вас так и происходит, то… не раздражайтесь, а радуйтесь: повышенная требовательность к родителям говорит о прочно сформированной привязанности к ним.

К двум, двум с половиной, максимум к трём годам вредность его пойдёт на убыль. (Если, конечно, вы вели себя правильно.) К этому времени малыш обычно вырабатывает у себя «внутренний образ хорошего родителя». Это значит, что он может находиться без вас, удерживая в сознании ваш образ, ваши пожелания, правила поведения и свои положительные эмоции, которые вызываете у него вы.

Практикум

C няней

Сначала (от 0 до 2)

1. Плач — это сигнал дискомфорта. Когда младенец заплакал, постарайтесь среагировать сразу. Подходите к нему первыми, утешайте, и только потом «подключайте» няню. Берите детку на руки (чем чаще, тем лучше: малышам важно иметь телесный контакт с близким человеком, это настраивает его на вашу волну). «Беседуйте» с ним. Кстати, младенцам нравится видеть лицо взрослого в фас, а не в профиль, тогда они чаще улыбаются и активно лепечут.

2. Если вы не кормите малыша грудью — всё равно кормите его сами, из бутылочки. Пусть няня приготовит, разогреет, а кормите вы. Питание—важнейшая жизненная потребность, и пусть она в детском сознании связывается с вашим образом.

3. Массаж, зарядка, купание, игра — желательно, чтобы эти необходимые для ребёнка ритуалы проделывали с ним вы. Причём не обязательно делать всё, выбирайте то, на что хватает времени и что доставляет наибольшее удовольствие малышу и вам. Детка постепенно поймёт, что с вашим появлением ему становится особенно комфортно. И будет его ценить. Так развивается доверие—важнейшая составляющая всяких отношений.

4. Старайтесь, чтобы в минуты, которые вы проводите вместе, ваше поведение было предсказуемым, ровным, понятным для малыша. Когда мама то захлёбывается от восторга, общаясь с ребёнком, то говорит ему «подожди», «уйди», «отстань», раздражается или сердится, малыш пугается (ведь он не понимает, почему с ним так обходятся) и в следующий раз предпочтёт ей спокойную и уравновешенную няню.

5. Родителям необходимо позаботиться о том, чтобы няня не только взращивала любовь малыша к себе, но и поднимала в детских глазах родительский престиж. Попросите няню «поднимать ваши ставки» в глазах ребенка. Мама и папа — главные и любимые, им он «принесет с прогулки цветочек» (а няня напомнит), «вместе мы уберём игрушки, наведём порядок, вот мама придёт и обрадуется, какой ты молодец» и т. п.

Няня никогда не должна говорить малышу: «Пожалуюсь папе… мама накажет…» Наоборот, пусть няня почаще напоминает малышу, как родители любят его. Дети очень хотят быть хорошими, поэтому «папа обрадуется… мама будет довольна».

Резюме

Младенцу необходимо ваше пристальное внимание к его нуждам, а не постоянное присутствие в зоне видимости. Можно сутки напролёт сидеть со своим ребёнком, но бесконечно отвлекаться на телевизор, телефон, домашние дела, а можно посвятить ребёнку час, но — целиком и полностью, и пользы будет гораздо больше. Решение — в качестве общения.

Потом (от 2 и дальше)

Вы возвращаетесь — и няня должна отходить на второй план. Даже если вы очень устали, помните, что малыш честно ждал вас и вправе рассчитывать на стопроцентное внимание. После первых бурных приветствий вы можете просто посадить малыша на колени и вместе поиграть в «Послушаем тишину», «Красивая музыка», «Как за окном дует ветер» — назовите такой отдых игрой — и ваш ребёнок с удовольствием посидит рядом.

Не обязательно бросать все дела ради ребёнка (да к тому же исполнять каждый каприз вредно). Но вы можете сделать любое ожидание ребёнка приятным. («Ты поиграй, я помою посуду, а потом мы вместе почитаем сказку», «Я немного отдохну, а потом мы порисуем».) Единственное условие: всегда выполняйте то, что обещали. Тогда ребёнок будет особо ценить время, проведённое с вами. Он научится ждать и не обижаться, когда вы заняты или устали.

Заведите общую тайну, секретное место, особую игру (любую, хоть шашки), в которую «не умеет» играть няня. Проводите «научные исследования», например, по круговороту воды в природе: вместе наполняете прозрачный стакан водой, ставите на подоконник и каждый вечер отмечаете уровень воды в стакане. Что происходит, куда девается вода?

Создавайте приятные перспективы. «В воскресенье мы с тобой пойдём в кукольный театр…» Эффект предвкушения побуждает ребёнка думать о вас, он обсуждает, мечтает, и его мечты связаны с вами. Примерно в одно и то же время вы звоните домой и одну-две минуты разговариваете с ребёнком о ваших общих «важных делах».

Резюме

Когда родители рядом, малышу нужно их ненавязчивое присутствие. Он не нуждается в родительских наставлениях и надзоре. Что же детям по-настоящему нужно? Доступность терпеливых мам и пап, а когда их нет рядом — уверенность, что они обязательно вернутся. Вы в силах это создать, не надеясь на няню. Не забывайте, что она всего лишь ваш временный заместитель.

Ориентируйтесь на потребности ребёнка, а не на свои

Маленькие дети — хорошие индикаторы других людей.

Они понимают истинные чувства другого человека, сквозь маску умеют разглядеть лицо. Это не удивительно: посмотрите, как пристально они вглядываются в лицо заинтересовавшего их человека. Мы смотрим совсем не так. Взрослые часто видят внешнее, дети всегда замечают суть. (Именно поэтому бывают так точны и ёмки детские высказывания, именно поэтому говорят, что «устами младенца глаголет истина».) А взрослые? Со взрослыми посложнее.

Обычно, пока ребёнок ещё совсем крошка, мы тоже настроены на его волну и легко улавливаем детские сигналы (читай: нужды, потребности) и тоже легко расшифровываем их. А значит, мы понимаем потребности ребёнка, вовремя и правильно удовлетворяем их. То есть наша взаимная привязанность крепнет и растёт. Но со временем, увы, случается, что такая чуткость (настройка на волну ребёнка) куда-то уходит. Это печально, потому что в тот самый миг, как мы перестаём читать детские знаки и реагировать на них, мы начинаем ориентироваться не на ребёнка, не на его потребности, а на себя и на свои собственные. И тогда мы уже не столько поддерживаем юного человека, сколько усиленно тянем его за собой. И не всегда (чаще всего — не всегда) в нужную сторону. Ребёнок-умница, конечно, сопротивляется, а мы — мы страдаем, не понимая, в чём же тут дело, — «НУ ЧТО ТЕБЕ ЕЩЁ НАДО?!» — и быстро выбиваемся из сил. Ну кому из нас не случалось хлопнуть себя по лбу и воскликнуть: «Так вот же почему он плакал, а глупая мама никак не могла взять в толк, что шапочку завязала слишком туго».

На самом деле «настройка» на волну ребёнка, если она есть, никуда деться не может. Просто она чуть-чуть сбилась, эта волна любви. Просто ребёнок уже изменился, а мы ещё нет. Потому, не понимая его новых возможностей и потребностей, говорим с ним на «старом» языке.

Как сказать малышу: «Я люблю тебя…»

— Да это папа пошутил.

— Я не поняла, где у него улыбка: в сердце или на лице.

Казалось бы, чего проще: подойди и скажи. Но нет. «Детство по-своему видит, думает и чувствует», — так говорил ещё Руссо. А мы добавим: понимает оно в первую очередь не то, что сказано словами, а наши истинные чувства и намерения. И то, как мы, взрослые люди, выполняем их.

Например, любой малыш чувствует настроение своей мамы. Родительскую озабоченность дети часто принимают на свой счёт — мама не в духе, а малыш подумает, что это из-за него такое плохое настроение у мамы, мама им недовольна, а вдруг уже не любит?! И начнёт нервничать, капризничать, липнуть к маме. А та, не понимая, в чём дело, сердится — уже на него. Проблему можно было бы решить, сказав даже маленькому человеку: «Мама сегодня грустная, ты посмотри мультики, сейчас я отдохну, и мы почитаем».

Но лучше всего говорить с малышами о любви на том языке, который им понятен и доступен. На языке жестов, движений, чувств. Когда вы внимательны к нуждам малыша, когда вы вовремя удовлетворяете его потребности, когда часто носите на руках, когда ухаживаете за ним — этим вы и говорите ему «я люблю тебя».

Самое важное для маленького ребёнка — эмоциональный контакт с мамами, папами, бабушками, дедушками, тётями, дядями — с людьми, которые находятся с ним рядом. Массаж, прикосновения, поглаживания — всё это мы дарим ребёнку, но одновременно — и самим себе. В нас живёт смутная память этого давнего языка любви. И уже став совсем взрослыми, мы расцветаем (радуемся), едва почувствовав его.

— Привет, сто лет тебя не видела!

— О, здравствуй, а я тебя вспоминала…

Улыбки, кивки, неназойливые и искренние знаки внимания — это все те же «поглаживания» раннего детства.

Если человек в детстве почему-то был ими обделён, вряд ли он научится дарить и принимать их потом. То есть формально — научится (все умеют здороваться и говорить приятные вещи), но вот так, от души, вряд ли.

Примерно месяцев в восемь малыши начинают бояться чужих людей. Но это не страшно, главное — вести себя с ребёнком так, чтобы не нарушить доверие к вам, родителям, сохранить эту детскую веру в то, что вы надёжны, что он — любим. Почему же он отстраняется от чужих? Просто его нынешний «внешний мир» — это вы, это дом, это его вещи и игрушки. Всё это он пока воспринимает как часть, как продолжение себя самого. И потому не надо настаивать и заставлять, когда ребёнок не желает идти на ручки к чужой тёте или отдать свою игрушку «вон тому мальчику». Это — вежливость для других. Учите его делиться, но — не заставляйте. Просто делитесь сами и будьте сами добры, и тогда, когда подрастёт его самосознание, это умение придёт и к нему. Всему своё время.

«Слова» вашей любви:

1. Привязанность и доверие.

2. Непосредственно эмоциональное общение.

3. Тактильный контакт.

4. Дать возможность проявлять свою независимость.

5. Не пресекать инициативу.

6. Играть и заниматься с малышом.

7. Подключать его к тому, что делаете вы.

8. Поддерживать, когда он что-то делает сам.

9. Позволять проявлять свою волю (под вашим присмотром).

Порядок и беспорядок

В один непрекрасный день, а точнее, ночь, молодая семья (мама, папа и семимесячный ребёнок) пребывала в полном смятении. Дочка истошно кричала, а родители маялись в безуспешных попытках убаюкать её. Носили на руках, пели песни, укачивали, клали в кроватку, отходили на цыпочках… но тут малышка открывала глаза — и весь процесс начинался по новой. В сущности, в такой ситуации не было бы ничего удивительного, если бы не одно «но». До сей поры подобного не случалось ни разу: девочка вообще была на удивление спокойной. Родители уже не просто нервничали: они паниковали, а бедный младенец всё заходился в плаче. В конце концов решено было вызвать «скорую». Папа уже решительным шагом направился к телефону, но тут мама, в панике почему-то решив, что ребёнку не хватает воздуха, решительно скинула новенький полог, только сегодня повешенный над детской кроваткой. И тут произошло чудо. Ребёнок вскоре утих — и заснул.

Если бы родители знали особенности мировосприятия младенцев, если бы умели расшифровывать знаки, которые подаёт им ребёнок, они бы сразу догадались, что крик и плач их малышки не капризы и не симптом заболевания, а нормальное требование: «Оставьте всё, как было раньше, уберите эту штуку над головой!» Маленькие дети терпеть не могут изменений, происходящих с ними и в их мирке.

Мир для малыша состоит как бы из разрозненных кусочков. Когда он начнёт «собирать» его, для него станут очень важными три вещи:

1. Убедиться в надёжности мира.

2. Расставить вехи — ориентиры в пространстве.

3. Пометить, оставить след своего присутствия в мире.

Как малыш убеждается в надёжности мира

Вы замечали, как малыши слушают сказки? Одну и ту же, раза три подряд, да чтоб одними и теми же словами, да чтоб строго по порядку. Замечали, как любит ваш малыш знакомые мелодии, как осторожно пробует незнакомое блюдо. Он и гулять-то выходит, прихватив игрушки (те же), которые брал и вчера, и позавчера. И за руку берёт вас всегда одинаково. Нет, он не против новенького, но со старым, привычным, ему спокойнее. Почему? Детям нужно постоянное подтверждение, что мир вокруг них надёжен и предсказуем. Всегда перед сном пьём молоко… утром встаёт солнце и мы говорим ему «здравствуй»… мама всегда возвращается с работы… Когда ребёнок знает, что всё идёт своим чередом, он счастлив, он доволен. Тогда он чувствует себя в безопасности! А значит, готов сотрудничать с родителями и потому с ним легко договориться.

Потребность следовать заведённому порядку для ребёнка от года до трёх так же важна, как еда, сон и ваша забота… С возрастом бес-порядок (то есть изменения) детьми ощущается не так остро, но всё-таки при любых переменах будьте готовы успокоить и поддержать ребёнка.

Практикум

Попутные советы

Если вы идёте в гости или переезжаете

Если честно, лучше не ехать совсем: перемен малыши не любят. Но если уж это необходимо, то перевозить надо и те вещи, которые составляют постоянное окружение малыша, — кроватку (или хотя бы буфер из кроватки), ванночку, соски, одеяла.

После года вы можете не тащить с собой такие крупные вещи, как, например, одеяло.

Теперь малыша успокоит и родной предмет размером поменьше: любимая игрушка (особенно если вы не имели глупость её постирать: незнакомый запах малышей настораживает), кукольное одеяльце, знакомая одежда, которую вы повесите в поле его зрения.

Если пришлось надолго уехать

Длительная разлука тяжела для малыша просто потому, что он не понимает, что такое «скоро», «завтра» или «через неделю». За пару недель маленькие дети успевают перестроить свой внутренний мир и адаптироваться в новых условиях к «усечённой» семье.

Как реагирует малыш на отсутствие того, к кому привязан?

Сначала он протестует, бунтует, плачет, отвергает все виды забот, которые предлагаются ему взамен. Это первая стадия.

Затем наступает вторая — период отчаяния. Малыш затихает, «уходит в себя», становится пассивным и печальным.

Но через какое-то время (это зависит от возраста и темперамента) всё вроде бы приходит в норму: ребёнок успокаивается, он снова весел и охотно контактирует с тем человеком, который о нём заботится в данный момент. Кажется, он даже не вспоминает тех, кто его покинул, и нисколько не страдает от этой разлуки. Это стадия отчуждённости. Это сработал защитный механизм, охраняющий психику ребёнка. По-видимому, ребёнок «закрывался», чтобы легче пережить разлуку. Он «подключился» к другому человеку, привык к иному ритму жизни. Когда мама возвращается, малыш словно не хочет её признавать, он отворачивается, избегает её. Кажется, что малыш потерял к маме всякий интерес.

К счастью, через какое-то время после разлуки большинство детей восстанавливают свою утерянную связь с мамой. Но бывают и исключения. Если разлука была слишком продолжительной, если уход за маленьким ребёнком был «не тот», если родители не смогли снова «подключить» малыша к себе, ребёнок может утратить доверие ко всем людям вообще. В результате из такого ребёнка может вырасти «личность, лишённая любви», то есть человек, не умеющий любить и по-настоящему заботиться о других людях.

После длительной разлуки вам снова придётся завоёвывать доверие ребёнка. Наберитесь терпения и не торопите малыша. Дайте ему время присмотреться, вспомнить, привыкнуть. По сути, у малыша должна снова сформироваться (вернуться) привязанность к вам.

Разлука не будет так мучительна для малыша, если близкие, которые ухаживают за ним в это время, помогут маленькому человеку сохранить привязанность и доверие к вам. Можно рассказывать о том, как «мама и папа тебя любят», где они, что делают, готовить подарки, рассматривать альбом с вашими фотографиями, смотреть видеозаписи. Не пугайтесь, если эти напоминания так сильно расстроят малыша, что он расплачется. Малышу гораздо труднее перенести «пропажу» любимых родителей. Просто надо приласкать, посадить на колени, погладить и разделить с ним переживания (ребёнку, даже очень маленькому, важно чувствовать, что его понимают и поддерживают). Слёзы принесут облегчение, а напоминание об отсутствующей маме (или папе) успокоит и поддержит веру в то, что она любит его и обязательно к нему вернётся.

Как малыш ориентируется в пространстве

И вещи, и предметы для малыша означают не то, что для нас с вами. Вещи и предметы для него — ориентир в пространстве, и они помогают это пространство освоить. Это нелёгкое дело. Если сомневаетесь — сходите ну хотя бы в Эрмитаж, откуда без карты и советов вы не выберетесь. Или вспомните свои ощущения, когда вы заблудились в незнакомом городе или государстве. Так и малыш. Когда он начинает изучать (проползать, потом прошагивать) пространство той же комнаты, ему нужно найти и отработать способ ориентирования в нём. И когда вы что-то передвигаете, что-то меняете, малыши теряют ориентиры.

Вещи — это вехи. Точки отсчёта, долины и горы большого мира. Это — вестовые столбы, и если какой-то оказался слишком шатким — не ругайте ребёнка, а просто верните «столб» на место.

Практикум-игра

Хочешь быть моим хвостом

Когда малыш начал ползать и ходить, незамысловатые игры, подобные этой, помогут вам сориентировать его в пространстве (особенно если там появилось что-то новенькое), удовлетворят его инстинкт следования за мамой, зададут ритм и темп передвижения и развеселят вас обоих. У вас есть общее дело (что очень приятно для ребёнка), он чувствует свою причастность и нужность. Благодаря подобным играм вы легко налаживаете диалог, что способствует, сами понимаете, установлению доверительных отношений.

А играть очень просто. Вы говорите или напеваете: «Я змея, змея, змея, я ползу, ползу, ползу. Хочешь быть моим хвостом?»

Малыш жестами выражает свою готовность (а очень скоро он научится говорить «да», «хочу»). И вы передвигаетесь в нужном вам направлении. Это может быть ползание прямо на коленках или зигзагами, ползание на брюшке, катание по родительской кровати. А когда малышу будет 1,5–2 года, он сможет за вами прыгать, бегать, ходить на полусогнутых, что тоже очень полезно.

Восьмимесячный карапуз, сидит на полу.

Старшая сестра по собственной инициативе поднимает его и переносит на ковёр.

Протест, рёв!

Я возвращаю его обратно и говорю дочке, что так и должно быть: в этом возрасте он уже хочет что-то решать сам (не то что раньше — куда повернёшь, туда и ползёт), ведь в нём пробуждается личность.

«Довольно вредная личность пробуждается», — печально говорит старшая сестра.

Оставь свой след

Примерно в год (чуть раньше, чуть позже), когда ребёнок деятельно осваивает пространство комнаты, квартиры и даже улицы, он вдруг делает ещё одно поразительное открытие. Оказывается, что оно, это самое пространство, можно не только исползать-исходить, но и пометить, то есть оставить в нём следы своего присутствия! И он с большим энтузиазмом начинает помечать. Фломастером, мелками, чумазыми пальчиками — всем, чем получится. Это нам, взрослым, кажется, что малыш просто пачкает обои и палас. На самом деле его первые каракули, которые он оставляет во всех доступных (а часто и малодоступных) ему местах, — это радостный крик, заявление: «Смотрите: Я есть! Я здесь! Я существую!» Для ребёнка это очень важно: оставить свой след, подтвердить своё существование в мире.

Примерно то же самое, что красный флаг над Рейхстагом. Представляете теперь, как выглядит для него наш окрик: «Прекрати!» Вместо того чтобы тормозить малыша, сделайте две вещи: направьте его «рисовальную» энергию в нужное русло и понаблюдайте, как он рисует. И вы лучше узнаете, что там у него внутри маленькой пушистой головки.

Дайте большой лист бумаги и фломастер — пусть рисует. А вот его забавные каракули могут кое-что рассказать о самом малыше.

Если ребёнок просто размулёвывает бумагу как попало, его каракули запросто убегают за край листа и он не обращает на это ни малейшего внимания, значит, он ещё не усвоил понятия «край» («граница», «предел», то есть то, за что нельзя переступать).

В этом же «бескрайнем» (бескраевом) возрасте он так же запросто может забыть про край дивана или стула и, соответственно, свалиться. А вот когда карапуз твёрдо усвоит, что такое «край» и чем он опасен, этот опыт сразу же отразится в его рисунках: весёлые каракули, добегая до края листа, начнут изгибаться и возвращаться внутрь, к центру. Обратите внимание и на то, как вольно обращается малыш с самим пространством листочка. Не признавая ни верха, ни низа, он поворачивает во все стороны и малюет там, где есть свободное место. Не мешайте, так и должно быть. И не учите «как надо делать правильно». Пока малыш ещё не сориентировался в мире, не разложил свои представления «по полочкам». Что вижу — то пою… как чувствую — так рисую… Умение придёт. Не мешайте, а наблюдайте. Детские рисунки помогут вам заметить новый шаг в развитии ребёнка.

Годам к полутора-двум малыши переходят от крупномасштабных «полотен» к «миниатюрам». И это опять-таки не случайно.

Внимание к мелочам

От года до трёх дети концентрируют своё внимание на мелких деталях. Замечали, как ваш карапуз углядывает на газонах муравьев и мошек, а на большой картинке — малюсенький цветочек, на который вы и внимания не обратили? Порадуйтесь этому: психическое развитие ребёнка поднимается на новую ступеньку: он желает изучить мир во всех деталях. Это его естественная потребность, и не надо гасить её, ругать за комочки, листочки и прочие безобразия, которые он норовит подобрать и успеть попробовать на зуб.

В квартире малыш тоже гоняется за мелочами. Он пытается отколупнуть кусочки обоев, пробует отодрать все попавшиеся кнопочки, винтики, гаечки, проявляя при этом завидное упорство. А если застукает за обедом кошечку-собачку, примется за сухой корм. Ребёнок ползункового возраста всю мелкую добычу тянет в рот, двухгодовалый малыш готов экспериментировать: а куда войдёт горошинка, в нос или в ухо? А если ненароком упадёт шкатулка с мелочами, маленький пылесосик охотно займётся её содержимым.

Нанижите на крепкую нитку пуговички и другие безделушки — пусть развлекается. Хватательно-кусательная страсть маленького исследователя скоро трансформируется в открывательно-закрывательную. Что-то открывать, закрывать, класть что-то внутрь, а потом обратно вытаскивать, складывать, строить (и разваливать) малыши просто обожают. И опять-таки, не тратьте нервы и не боритесь. Так дети оттачивают свои движения и чувство осязания. Направьте страсть в мирное русло: малышки охотно займутся с вами уборкой, а пока вы наводите порядок, например, на кухне, поперекладывают кастрюльки и с удовольствием пороются в крупе.

Практикум

Несколько идей, как занять ребёнка на кухне, чтобы успеть все приготовить

1. Крупа на тарелочке. Насыпьте на большую плоскую тарелку два-три вида круп. Ребёнок перебирает, щупает её, сравнивает, а вы рассказываете, откуда она берётся и что с ней можно делать (кашу, например).

2. Покройте тонким слоем пластилина лист (картон, пластик). Насыпьте малышу в разные тарелки гречку, рис, горох и покажите, как можно выкладывать узоры, вдавливая продукты в пластилин. 10–15 минут тишины вам обеспечено.

3. Самые вкусные игры—ссыпать вместе два-три сорта изюма, орехов, разных по форме, цвету и вкусу, естественно. И путь он их разбирает.

Кстати, чем больше малыш работает всеми своими пальчиками, тем раньше и лучше развивается его речь. Дело в том, что в коре головного мозга двигательные и речевые области находятся рядом. Причём речевые активно формируются под влиянием импульсов, поступающих от пальцев рук. Вот и получается, что уровень и темп развития речи малыша напрямую зависит от того, насколько развиты тонкие движения детских пальчиков.

Практикум

Игры с пальчиками

Прелесть пальчиковых игр не только в развитии речи, но и в том, что они мгновенно переключают внимание малыша с капризов или нервозности на телесные ощущения — и успокаивают. Это прекрасное занятие, когда ребёнка больше нечем занять (например, в дороге или в очереди). Просто прикасаетесь к пальчику и говорите:

Здравствуй, пальчик, выходи,

На Алёшу (называете имя своего ребёнка) погляди.

Вот твоя ладошка — наклоняйся, крошка. (Касаетесь пальчиком ладошки.)

Вот твоя ладошка — поднимайся, крошка. (Выпрямляете пальчик.)

Затем берёте следующий пальчик и повторяете то же самое. И так — со всеми десятью.

Вскоре вы заметите, как ребёнок начнёт «помогать» вам, подавая следующий пальчик. Это значит, что пальчики вашего малыша становятся «умнее» и речевой центр активизируется.

Малыши очень любят ритмически организованную речь, поэтому незамысловатые стихи или сказки доставят им особую радость:

Репку мы сажали («роете» пальчиками в детской ладошке лунку),

Репку поливали (показываете пальчиками, как льётся вода из лейки),

Вырастала репка (показываете, как растёт, выпрямляете постепенно пальчики)

Хороша и крепка (оставьте ладони открытыми, а пальцы согните как крючочки)!

Тянем-потянем (крючочки левой и правой руки сцепляются и тянут — каждый в свою сторону),

Вытянуть не можем (потрясли кистями рук),

Кто же нам поможет (прибегают по очереди все герои сказки и помогают тянуть)?

Тянем-потянем, тянем-потянем!

Ух (расцепили руки, потрясли кистями)!

Вытянули репку.

Простые правила игры

1. Старайтесь, чтобы в игры вовлекались все пальчики (особенно безымянный и мизинчик — они самые ленивые).

2. Обязательно чередуйте три типа движений:

· сжатие;

· растяжение;

· расслабление.

Как ещё активизировать пальчики

· Дайте газету, листы бумаги — пусть рвёт (только следите, чтоб в рот не отправлял эти «откуски»).

· Нанижите на крепкую нитку крупные пуговицы — пусть перебирает.

· Дайте деревянные бусы, счеты, пирамидки.

· Нарисуйте на пластмассовых пробках мордочки, наденьте на пальцы. У вас получился пальчиковый театр.

Почему он всё хватает и не слушается

После года ведущей деятельностью ребёнка становится предметно-манипулятивная. Маленький ребёнок просто обожает схватить какой-нибудь предмет и что-то с ним делать. Причём делать не ради какого-то результата, а просто так. Совершенно бесполезно спрашивать малыша: «Ты зачем схватил эту вазу?!» — и объяснять, что она стеклянная, упадёт, разобьётся, осколки рассыплются по полу, он порежет себе ручку, пойдёт кровь, будет больно. Он не может пока представить такую длинную последовательность действий. И ему, естественно, не понятно, чего же вы так возмущаетесь. Когда вы хотите объяснить что-то малышу, не стройте логические цепи (логика — не их стихия). Говорите простыми короткими фразами, содержащими простое действие. «Пойди помой руки» не работает, потому что это несколько действий. Пойти, открыть дверь в ванную, войти, включить кран, взять мыло. На каком-то этапе малыш отвлечется — залюбуется мусором на полу, начнет играть краном. И это не потому, что он непослушный, а потому, что ваши команды ему не понятны.

Молодая мама гуляет с малышкой лет полутора. Очаровательный подвижный ребёнок кажется усталой маме и своевольным, и непослушным. Ну действительно: она говорит, говорит, а дочка словно и не слышит:

— Не забывай смотреть под ноги. (Дочка смотрит на маму.)

— Не надо поднимать ручки с песочком высоко! (Дочка подкидывает песочек.)

— Ты куда пошла, разве можно одной туда ходить?! (Дочка шаг не замедляет.)

Ребёнок совершенно не обращает внимания на мамины реплики — просто потому, что не понимает этих фраз: сложные высказывания, да ещё льются сплошным потоком.

Из кустов выскакивают две весёлые псинки; они громко рычат, наскакивают друг на друга и виляют хвостами — играют.

Девчушка тут же направляется к ним — тоже поиграть-погладить.

Мама хватает её и кричит возмущённо:

— О чем ты думаешь, когда лезешь к ним? (Дочка выкручивается из маминых рук и, кажется, готова заплакать.)

Я не выдерживаю:

— Ни о чем она не думает, просто хочет погладить.

И обращаюсь к малышке:

— Слышишь, собачки рычат, — девочка смотрит на меня, потом на собак — и разом успокаивается. А я продолжаю: — Они могут укусить.

И детка больше не полезла к собакам! Вообще! Потому что теперь она поняла.

Практикум

Как остановить малыша

Говорите правильно.

Не говорите ребёнку, что не надо делать (видите, вы и то не сразу поняли, о чём речь!). Говорите, что делать надо. Например: «песочек поднимаем низко», «смотри под ноги». Детский мозг старается отбрасывать неприятное, в том числе и частицу «не». И в ушах маленьких детей фраза-запрет «не беги в ванную» звучит как «беги в ванную». Он, естественно, туда и бежит, но тут до него доходит ваше «НЕ» — ребёнок останавливается или падает. Эта модель «беги в ванную не» буквально сбивает ребёнка с ног (а уж тем более с толку). Ему будет проще понять и послушаться, если вы скажете «остановись» или «посиди со мной».

Мы сами часто провоцируем своих малышей на хулиганство. Ну зачем на полу стоит тазик с водой? С точки зрения карапуза, только затем, чтоб окунуться в него.

Чтобы ребёнок не подбирал и не ел с пола или из собачьей мисочки, достаточно просто не забывать убирать и еду, и мисочку куда подальше. Это легче и полезней, чем воевать и запрещать.

Иногда отчаянные родители прибегают к крутым мерам: мажут чем-то невкусным место, которое нельзя трогать и лизать (например, спинку кровати, или ножку стула, или щётку для сбора пыли). Это не только жестоко, но и неэффективно: ребёнок схватил, «обжёгся», бросил — он уже прекратил вредное действие, а во рту всё не вкусно и лучше ему не становится.

Любое внушение (наказание) должно быть быстропроходящим и мгновенным.

Используйте звуковую сигнализацию! Она доставляет неприятность именно тогда, когда малыш делает не то… например:

Гремящая баночка. Её кладёте на предмет, который карапуз обожает утягивать…

Когда ваш малыш идёт-ползёт к помойному ведру (газовой плите, в ванную), раздаётся неприятный звук… «Ну уж нет, — подумает он, — мне такое нытьё не нравится, лучше буду держаться подальше от этого места!» Малыш уходит — звук прекращается.

НО! Не делайте звук слишком резким: малыш может испугаться.

Маленькие дети очень осторожны, а если попадают в переделки, так только по незнанию, из-за отсутствия опыта. Им только надо объяснить, где живёт опасность и как её избежать, — и они поймут. Но объяснить на их, детском языке.

«Испытай на собственной шкурке». Неприятные случаи запоминаются лучше, чем неприятные слова. Поэтому вместо запрета «нельзя тянуть скатерть» поставьте на край стола пластмассовый стаканчик с холодной водой. Малыш потянет скатерть — стаканчик опрокинется на него. Два-три таких происшествия — и стол превратится в неприко