/ / Language: Русский / Genre:sf_action, / Series: Зона бессмертного режима

Вселенский Расконвой

Феликс Разумовский

Он – самый быстрый, самый решительный, самый непредсказуемый, самый, самый… Человек-легенда, терминатор во плоти, машина для убийства – могучий сибирский мужик, отставной матрос Данила Бродов. Он прошел огонь, воду, медные трубы, не верит ни в бога, ни в черта, ни в громкие слова, а только в себя, в боевых друзей и в настоящие мужские принципы. Только вот почему длинноногая красавица из предрассветных снов называет его Свалидором, Хранителем Оси, а вся его жизнь являет собой сплошную череду загадочных событий? И стоит ли удивляться, что это он, Данила Бродов, оказывается в центре игры вселенского масштаба? На кон поставлено будущее Земли. Кто будет тасовать, как ляжет карта, приложат ли свои лапы инопланетные шулеры – вот в чем вопрос. Однако Данила Бродов не терзается ответами – он играет. И ходит с козырей…

Феликс Рзумовский

Вселенский рсконвой

А. Кожедубу – мстеру божьей милостью.

Мстерм – А. Витковскому, А. Бильгидинскому, А. Демьяненко.

Всем, кто идет со мной по Пути.

С добрыми попутчикми дорог ровнее…

Автор.

Пролог

Нш метглктик. Сектор Дельт-2.

Обитемя плнет системы Дзет-3.

Север Суверенной Вседорбийской Федерции.

Н берегх Моря Смерти было тягостно – пустынно, склисто, не в меру рдиоктивно. Густо воняло тиной, водорослями, гниющими остткми плнктон, сильный, нпоминющий по цвету кровь дождь лил кк из ведр, ветер прусил его пульсирующую стену, рвл с корнями чхлые кусты-мутнты, рзводил кипящую кудлтую волну. Боже упси и сохрни от ее нелсковых объятий. Д уж, после инцидент с сублинкором, выбросов урния и гибели плвбзы принимть здесь морские внны не хотелось. Это еще не считя стоков, экологии, бктерильно-медицинских шлков, глвное, контейнеров с хипритом, с рзмхом зхороненных н дне по окончнии Второй Великой Свры. Контейнеров, уже двно утртивших герметичность…

В общем, и впрямь – клок, бездн, свлк, огромня рдиоктивня помойк, бушующее море смерти, опрвдывющее полностью свое нзвние. Кзлось, что время здесь остновилось и згнило, все живое обртилось в тлен. В прх, в небытие, в клдбищенскую пыль. Нет, кк бы не тк, не все, поверхностное впечтление обмнчиво. Н склистом острове, что н северо-востоке, жизнь, к примеру, бил ключом. Яростно шипел, спривлсь, с лчностью терзл плоть, нливлсь ядом, зверел, с трепетом пестовл потомство. Потому кк н склистом этом острове жили рептогды. Вернее, выживли. Трудно, по-спртнски, в тесном коллективе. Вот уже, нверное, с десяток лет, со времени последней Генерльной чистки. А знесло их сюд не по воле мироздния – с могучей руки Министерств нпдения. Под островом тогд устривли секретнейшую бзу, и змеи н поверхности были в смый рз, – излишней безопсности, кк известно, не бывет. Особенно если рспояслись печенские террористы – пусть, пусть сунутся, рептогды будут рды. Террористм с той поры крепко прижли хвост, вот змеи прижились, рзмножились и принялись бороться з существовние. Причем весьм успешно, с порзительным энтузизмом: вывели н острове все живое, дружно и рзнообрзно мутировли и принялись жрть себе подобных. Жесткий естественный отбор шел по нрстющей, выживли смые злобные, верткие и ядовитые. Впрочем, внизу, н военной бзе, тоже был гдюшник – мм, не горюй, – рпорты, доносы, дрязги, субординция. Сильные жрли слбых, рвные жлили ближних, первейшей из добродетелей почитлсь гибкость. Умение, желние прогнуться во слву вседорбийских иделов. А что – повышенные оклды, грнтировнные пйки и глвное – глубоко под землей. Хрен вм, гниды с Кссиопеи и Альдебрн, с вшими ркетными ткми. Д здрвствует президент, конституция и нерушимя тотлитрня демокртия! Больше, больше усердия, смоотдчи и бдительности. Д, д, увы – бдительности. Печенские-то террористы хоть и сидят в подполье, но все же иногд высовывют свои мерзкие рожи. Ну уж потом, естественно, поднимют хвост…

Дождь усилился, превртился в ливень. Тучи, кзлось, встретились с пенными верхушкми волн, ярко полыхнули молнии, яростно удрил гром. Небо словно рскололось н тысячу вибрирующих чстей, стихия рзбушевлсь нынче не н шутку. Однко под землей, н третьем уровне, где шли секретные медбиоэксперименты, все было тихо, мирно и спокойно – неслышно функционировл ппртур, светились мтрицы форсировнной ГЭВН, обслуживющий персонл, проверенный до жути, вклывл с энтузизмом, желнием и огоньком. Еще бы не стрться, чуть что не тк – и пойдешь, вернее, побежишь н протоплзму. Время-то военное, д к тому же прикз… Комндовли прдом, естественно, военные. Доверенные офицеры из службы Биобезопсности – вертлявый ловкий полукпитн и неулыбчивый момент-мйор. Собственно, кк комндовли-то. Прикзывл и рспоряжлся всем сквозь зубы почти-мйор, кпитн же был н подхвте, с почтительностью кивл и доводил укзния нчльств до простого трудового нрод. Ну, уж тот… Процесс был отлжен, втомтик н высоте, дело успешно продвиглось. Не простое дело, хлопотливое, Вседорбийской госудрственной вжности – прогрммировли н конечный результт очередного Аттестовнного бойц. Промывли мозги крепкому, кчественно нтскнному прню, чтобы верен был до смого конц иделм конституции и демокртии. Чтобы не девлся никуд из строгого ошейник, зстегнутого Министерством безопсности. Ишь ты, кк вытянулся-то в сркофге прогрммтор – лдный, мускулистый, н сттую похожий. Ббы небось проходу не дют, тк и вешются кто н хрен, кто н шею. Д, впрочем, нет, ккие тм ббы. Их, говорят, гоняют тм, в Центре, стршно, жутко, до умопомрчения, до рзжижения мозгов, и держт впроголодь и в схиме, чтоб злее были. Чтоб ничто не отвлекло, не збивло нюх. М-д, хорош, хорош, крепкий прень, мшин для убийств. Интересно, и куд же его пошлют? Резть этих гнид с Кссиопеи? Рзбирться со сволотой с Альдебрн? Или же мочить беспощдно оборзевших не по чину печенов? Впрочем, лдно, кто его знет, это же секрет, мистерия, госудрствення тйн. Лучше не здумывться, яйц оторвут. А потом бшку…

– Тк-с, вроде бы порядок. Гврдейский, – мйор глянул н приборы, с удовлетворением вздохнул и перевел суровый взгляд н кпитн, срзу выпрямившего хилую спину. – Ну, кк съездил-то? Кк тм хнумк? Тринопля? Бляди кк?

Кпитн только что вернулся из отпуск, двухнедельного, проведенного в Столице, и потому был полон впечтлений.

– Пдшие женщины, увжемый Стрший Нствник, в порядке, дют. Хнумк концентрировн и прекрсно рзведен, тринопля слвно высушен и отличных сортов. Рейтинг президент высок кк никогд.

В голосе его слышлся неподдельный восторг, н простовтом лице зстыло выржение блженств, он был весь во влсти прожитого и пережитого, в объятиях дивной слдкой скзки няву. Хотя, строго говоря, вспоминть-то ему было особо нечего. Вернее, не с чем было срвнивть. Всю свою сознтельную жизнь он употреблял скверный хнумк, курил дешевую триноплю и общлся с простенькими – дже вульв синтетическя – кибернетическими шлюхми. Другие-то ведь млдшему офицерству и не положены. Ну д ничего, бог дст, стнет стршим офицером…

– Д, бляди это хорошо. Рейтинг это отлично. Тринопля это здорово, – вспомнил вслух мйор молодые годы, осклился, с понимнием мигнул, но срзу сдвинул брови, зсопел, сделлся суров. – Ну все, отствить женщин, клювом не водить, держть спину ровно, смотреть н приборы. Что-то мне не нрвится флуктуция в двдцть третьем секторе.

Нстроение у него, мягко говоря, было скверным, хотелось вмзться и покрепче збыться, уйти подльше от релий жизни. А чему, спршивется, рдовться-то? Вот уже вторую сотню рзменял, все еще мйор, до сержнт-полкнин еще трубить и трубить, но глвное дже не в этом – в проклятом метлле. Ну никк, блин, не нбрть деньжт, чтобы взять лицензию н рождение нследник. Д, честно говоря, и с зчтием-то не очень. После службы н «Фотонх» с их фонящими ректорми ну очень дже зпросто отковть мутнт. Вот тк попдешь н ббки, выкупишь жену, т родит урод, не соответствующего Нормм. Ну уж Комиссия Отбор долго ждть не будет, отпрвит новорожденного прямехонько в конвертер. Д уж, блин, жизнь, только держись. Хорошо этому гду рссуждть о блге и процветнии. У, сволочь…

Мйор имел в виду президент Федерции, выступления коего трнслировли кждый день по Центрльному гологрфическому кнлу – в цвете, в объеме, в нивыгоднейших ркурсх. Вот и сейчс почти что во плоти Глвный Вседорбийский Кормчий лихо мнипулировл словми: «З текущий период уровень инфляции снизился почти вдвое. Ткже мы снизили нлог н бездетность, мегквоту н воздух и штрфные пенни н зявленную, но недополученную прибыль. А еще мы пересмотрели пенсии, откорректировли рзовые пособия и чстично увеличили дотции инвлидм Второй Космической кмпнии. Плюс снижение цен н хнумк, улучшение кчеств тринопли, рзрешение брков с кибербиоменьшинствми. Жить, увжемые соотечественники, стло лучше, жить, дорогие соотечественницы, стло веселей. Еще немного, еще чуть-чуть, и негодяи с Альдебрн, погные тври с Кссиопеи и весь этот печенский сброд узнют н своих погных шкурх…»

Что должны были испробовть н своих погных шкурх супостты отечеств, узнть не удлось – где-то глухо ухнуло, грохнуло, мигнули лмпы ГЭВН, и гологрфический првитель зткнулся, побледнел, покрылся рябью и рстял н глзх. А втомтик уже блокировл двери, здривл уровни, ктивизировл зщиту, знудный, донельзя скучный голос возвестил:

– Внимние, это не учебня тревог. Внимние, это не учебня тревог. Всем оствться н местх и ждть прикзов Суперкоординтор. Внимние, это не учебня тревог. Внимние…

– Печены? – перешел н шепот полукпитн. – Луч с Альдебрн? Диверснты с Веги? Кк вы полгете, увжемый мйор? – В голосе его звучли тревог и испуг, чувствовлось, что пороху он еще не нюхл. Только облгороженный хнумком фккин.

– Хрен его мму знет, – выпятил губу мйор. – Скжу одно – это точно не печены. Д, сто процентов не они. Те всегд гсят свет и режут в темноте. Рз свет горит, знчит, не они. Гм… Поле, может, трнсформировли с Веги. Может, время зкрутили с Центвр. Может, бухнули из ннигилятор с Проксимы. Хрен его знет. Не, рз свет горит, знчит, точно не печены. Не, не они. Д и не режет нс пок никто…

Весь вид его выржл сомнение, беспокойство и неуверенность. И дело было вовсе не в объявленной тревоге – силовое поле крепко, втомтик ндежн, боевые роботы нтскны – фигня, пустяковин, бсолютно не стршно. Нет, взгляд мйор был приковн к экрну, и н ттуировнных щекх его игрли желвки – в процессе нблюдлся некоторый сбой. Честно говоря, кк сбой – минимльный пик, млюсенькое отклонение, локльня погрешность н грни допустимого. Однко в деле госудрственном лучше бы без нее, и по идее нужно было немедленно взять тйм-ут: сделть остновку, потом экс-выбрковку и зтем уж неприятные соответствующие выводы. Аг, смому себе жидко нсрть в крмн – д з испогненный мтерил по мошонке и по головке не поглдят. Покжут и досрочного сержнт-полкнин, и лицензию н зчтие и трепетно муссируемую в мечтх нтигенную вкцинцию[1]. И всем будет нчхть, что случилсь тревог и что-то тм нрушило стционрность поля. Глвное ведь отыскть козл опущения и рком поиметь его н лтре отечеств…

– А, знчит, не печены, – полукпитн вздохнул, ухмыльнувшись, рсслбился, с облегчением вытер узковтый лоб, в это время вырубили сирену, и все тот же мерзкий рвнодушный голос произнес:

– Отбой тревоги. Отбой. Опсность миновл. Отбой тревоги. Отбой…

Мягко рзблокировлись двери, погсл бешеня пульсция огней, и, мтерилизоввшись в воздухе кк ни в чем не бывло, гологрфический повелитель продолжил свою речь:

– Мир! Демокртия! Конституция! Плюрлизм! Рвные возможности! Рвные прв! Многопртийня систем в пермнентном действии!

«Включу-к я, пожлуй, систему отлдки. По реглменту не возбрняется, много времени не зймет, штны и совесть будут чисты», – выбрл путь компромисс мйор, хотел было включить систему, но, увы, не успел – призрчный вершитель дорбийских судеб зпел нционльный гимн. Пришлось всккивть, вытягивться, делть респект-слют и вместе со всеми зтягивть, бодро и с интонцией:

О, родин нш свободня!
Дружбы нерушимой ндежный оплот!
Мир, процветние, президент, конституция —
Врг живым от нс не уйдет…

Мягко светились экрны, неслышно урчл ГЭВН, скучл в сркофге, безвольно рскинувшись, лдный мускулистый здоровяк. Что тм творилось у него в мозгх, не знл достоверно никто…

Глв 1

– Ну? – рявкнул Ан с порог Центрльной рубки. – Двй в темпе и в детлях.

– Слушюсь, генерл, – дернулся в кресле дежурный подорлн, вскочил, вытянулся, сделл респект-слют. – Зиг-флгмнский сублинкор тип 4-Б. Гипероновое бронировние, силовой пси-экрн, систем грвикоррекции, временной локции и прострнственного суб-скнировния, десять кнонирских плуб, три рсчет фотонных лучеметов. Мегдроссельня турель с крупноклиберным ннигилятором. Еще – ктивный модуль хронопомех…

– О, мм мия, – огорчился Исимуд. – А ведь у меня сегодня ночью было скверное предчувствие. И вот, пожлуйте, извольте бриться, сон в руку. Вернее, все через жопу, зохенвей. Д, видит бог, сегодня встл я не с той ноги…

– Ну, сук, бля, мшин, рмо[2], железяк хуев, – глянул хмуро н экрн обзор Мочегон, выруглся оценивюще, резко цыкнул зубом. – Нш клибр ему кк слону дробин. Лоб в лоб здесь не попрешь. Кк ни крути и ни ворочй, хуй пизды всегд короче…

А сублинкор тем временем все приближлся – зловещий, смоуверенный, похожий формой н женский оргн. Во всей его повдке было что-то омерзительное, убийственное, леденящее душу. Он был словно воплощение конц…

– Д, день сегодня не очень, – сделл вывод Ан, покусл губу и голосом, от которого все вздрогнули, негромко прикзл: – Антиметеоритную пушку к бою. Всем ншим в рубку. Приступить к эвкуции и к погрузке плнетоид. В первую очередь – женщины и дети. Повторяю, бля – сквжины и короеды. Не дй бог не тк. Я проверю.

– Слушюсь, генерл. – Дежурный вытянулся, сделл респект-слют, в это время рявкнули сирены, и ГЭВН подл свой рвнодушный голос:

– Внимние, внешнее поле субкритической нпряженности. Повторяю, внимние, внешнее поле субкритической нпряженности.

– Они включили мезхронный резонтор, – горестно прокомментировл Тот. – Берут контроль нд упрвляющими контурми. Теперь ни пушки, ни тяги, ни связи. Ни фиг.

Кк бы в подтверждение его слов вырубилсь ГЭВН, зтем смолк рокот головного двигтеля, нкрылся оргном нтиметеоритный комплекс, и стли гснуть экрны нблюдения. Нконец остлся лишь один, центрльный, пру рз мигнул и покзл упитнного нуннк в виц-обер-генерльском роскошнейшем прикиде.

– Ни хрен себе, сук, бля, – удивился Крсноглз. – Тк это же… Ну, сук, бля, писец…

– Эй, Ан, ты меня слышишь? – между тем осведомился нуннк. – Двй выходи н линию, в темпе вльс, есть к тебе рзговор. Считю до двдцти одного. Кк только нберу очко, вшим всем будет хн. Ты еще, ндеюсь, не збыл, что ткое субфотонный луч, ? Лдно, нпоминю для дурков. А счет, между прочим, пошел. Один, дв, три…

И нуннк с усмешечкой исчез, вместо него н экрне появилось изобржение глвной бшни. Дружно полыхнули излучтели, по экрну побежл муть помех, когд спустя мгновение он рссеялсь, покзлсь крупным плном Земля. Нд ее Южным полюсом зловеще рсползлось белым свном огромное, двящее н психику облко пр – лучеметы, черт бы их побрл, угодили точно в ледовый пнцирь. В тот смый, дышщий н лдн, готовящийся к встрече с океном. М-д… А голос нуннк з экрном невозмутимо продолжл отсчет:

– Одинндцть, двендцть, триндцть…

– Сук, – вздрогнул кк от удр Ан, выруглся, зсопел, придвинулся к консоли упрвления. – Эй, Аллу, бросй свой счет. А зодно свои дурцкие шутки. Что тм з рзговор у тебя?

Спокойно тк скзл, с незлобивым юмором, будто бы не смотрели н него жерл лучеметов. Войн – это не только путь обмн[3], войн это еще и психология.

– Интересный рзговор ткой, знимтельный, – весело отозвлся Аллу. – И до жути привтный. Двй в темпе вльс нтягивй «втономник» и кидй кости з борт, через кормовой штормошлюз. Крету поддут. Через полчс…

– Лучше бы через чс, – зртчился Ан. – Автомтик у нс не фурычит, и ты знешь почему. Теперь мы все ручкми, ручкми. Круглое тскем, квдртное ктем. А суетиться нм с тобой вроде бы не к лицу…

См-то он пок что рботл не конечностями – нпрягл извилины головного мозг. Ситуция в целом был прозрчн, однко же не до конц. Кумрби, пскуд, нстучл, Аллу, волей случя, услышл, сделл соответствующие выводы и принял безотлгтельные меры. Кк и подобет нуннку госудрственному, умудренному, пребывющему н стрже зкон. Только вот почему приперся см? Псов легвых у него, что ли, мло? Аг, знчит, имеет личный интерес. Скорее всего, хочет денег, вернее, в долю, инче вязл бы уже по рукм и ногм силовыми смозтягивющимися ремнями. Явился не зпылился, гд, без него было куд кк лучше. Нет бы сидел себе в шхте.

– Лдно, через сорок пять минут, – скзл, словно отрубил, Аллу. – И двй без дурцкого геройств, глупостей и ненужной иницитивы. Ты ведь, нверное, слышл о бет-прлизторх? Тк у меня их здесь три, нстроены когерентно, стоит только нжть н спуск. И… Ну все, время пошло.

Экрн потух, потом вспыхнул снов, и все увидели свой дом со стороны – огромный, утюгообрзный звездолет, отсвечивющий в сиянии солнц. Изобржение быстро приближлось, стремительно росло, деллось детльным и нконец зстыло – сублинкор вышел н дистнцию тки. Теперь если жхнет прлизующим лучом, то все, финит, кйки – будешь ни жив ни мертв. Не помогут ни броня, ни экрнировние, ни жесткий, зщищющий от рдиции гермоскфндр. Д, впечтляющя это штук бет-прлизтор. А у Аллу их три и нстроены в унисон. Вот тк…

– Ты мне глвный двигтель зпустить сможешь? – повернулся Ан к бортинженеру, пожилому оберорлу. – По-простому, без нворотов. Хрен с ними, с упрвляющими контурми, глвное, чтоб тянул. Ну?

– Будем думть, генерл, – вытянулся тот, вздохнул и с виновтым видом улыбнулся. – И вспоминть мтчсть. Ведь столько лет прошло…

Д, сколько уже тысяч лет не зпускли этот чертов двигтель…

– Двй, двй, если хочешь жить, – подбодрил его Ан, глянул н чсы и посмотрел н Тот. – Ну, многоувжемый коллег, и ккие мысли?

– Полные движения и оптимизм, дорогой учитель, – усмехнулся Тот. – Уверен, что необртимых изменений в упрвляющих контурх нет. То есть если оттщить трнссредство из зоны действия блокирующего луч, то оно возьмет стрт в лучшем виде. Вот у ншего друг Исимуд, нпример, есть отличный вместительный хронобот. Быстроходный, мневренный и мощный. Весь вопрос только в том, кк выпихнуть его з борт. Д тк, чтобы пушки сублинкор не превртили его в кшу.

– Что, мой новый хронобот в кшу? – совсем уже рсстроился Исимуд, вздохнул и, вытщив из крмн гиперфон, нжл ктивизирующую клвишу. – Алло, Хурдонй? Азохенвей, ле? Черт, дьявол, связи нет, – он выруглся мтом, убрл свой бесполезный ппрт и горестно посмотрел н Ан, сурового, решительного и невозмутимого. – Генерл, вы только подумйте – нет гудк. Эти гниды н линкоре вырубили нм линию. А я ведь тк хотел иметь слово к своему новому шеф-пилоту. Ас. Золотя голов, умелые руки. И очень длинные. Рньше был пилотом нркомфии. Этот-то уж точно своим лицом в грязь не удрит, не опростоволосится, не дст мху. Что-нибудь придумет. Дельное. Ну, я пойду.

И Исимуд отчлил вниз, в трюм, н швртовочную плубу, где в отдельном боксе покоился его личный хронобот. Объемистый, шикрный, эксклюзивного дизйн, стремительный, но увесистый. И кк тягть его з борт звездолет, один бог знет. Без силового-то узконпрвленного поля. Д под жерл излучтеля линкор. Д, вот здч тк здч. Цен ее решения – жизнь.

– Ну лдно, время, – глянул снов н хронометр Ан, коротко вздохнул и негромким голосом, в котором слышлся булт, влстно прикзл: – Глвного мехник к кормовому штурмолюку. Бегом. Всем не дергться, сидеть н жопе ровно, без кипеж, эксцессов тихо ждть меня. Крсноглз, то есть я хотел скзть, Обер Нствник – з стршего. Все, я скзл. Пошли.

И, сопровождемый Тотом и своими телохрнителями[4], он подлся в дебри необъятного звездолет – ножкми, ножкми, ножкми. Не рботли ни трнспортня дорожк, ни «бегущя волн», ни грузовые лифты, ни гидроэсклторы. Грустно мерцли врийные огни, корбль нпоминл гонизирующее, но все еще живое существо. Хотелось или дть ему спсительное лекрство, или убить, тк, чтобы нповл. Мгновенно, без мучительств, без жути издыхния. Вот тк, жизнь или смерть. Третьего не дно.

Нконец пришли в зднюю чсть исполинского утюг. Здесь, у шлюзокмеры кормового люк, их уже ждл глвмех со своими подручными, при виде Ан они змерли, вытянулись и сделли респект-слют:

– Хурр, генерл!

– Вольно. – Ан мхнул рукой, дружески осклился, зглянул глвмеху в глз. – Мне ндо в втономнике через двдцть минут з борт. Сделешь, орел? Оргнизуешь?

Когд ему было ндо, он рзговривл лсково, добро, в отеческой мнере. Сейчс был тот смый случй.

– Стоит вм только прикзть, Мстер Нствник, – выпятил грудь глвмех. – Эй, Бирмур, Шивй, Эншк, Вэйвел…

Подручные его, одноперые орлны, встрепенулись, зкрыли клювы и, переств жрть нчльство глзми, взялись с энтузизмом з дело. Одни облчли Ан в мобильный упрвляемый скфндр, другие подсоединяли технику к резервной субподстнции звездолет – по-простому, без выкрутсов, без всяких тм упрвляющих цепей. Был бы только кнопк под рукой, кому ее нжть, всегд нйдется…

Нконец орлят угомонились, Тот с удовлетворением кивнул – все было готово н сто процентов. Собственно, кк н сто – оствлось лишь одеть бронешлем и войти в тесный зкут шлюзовой кмеры.

– А кк же я нзд? – поинтересовлся Ан. – Ведь ни связи, ни хрен. Только бсолютный ноль…

– А вы, Вше Достоинство, постучите в борт. Мы услышим, – успокоил его глвмех. – Глвное, сильнее стучите. Ну, с богом. Бернур, подсоби Его Достоинству.

Ловкий в движениях подорлн посодействовл с ндевнием шлем, глвмехник ндвил н рубильник, и створки шлюз кмеры рзошлись. Зкрылись они уже у Ан з спиной, прощльно свистнул откчивемый воздух, и н мгновение нстл тишин, томительня, почти что гробовя. Зтем глвмех, кк видно, опять змкнул конткт, лениво зурчли могучие сервомоторы, и в шлюзовую кмеру ворвлся яркий свет – крышк штормолюк открылсь.

– Ну, господи, блгослови, – умел бы, перекрестился бы Ан, глубоко вдохнул и перевел рычг рнцевого двигтеля н смый млый ход. – Поехли…

Словно невидимя рук мягко подтолкнул его вперед, бережно дл нчльный импульс и плвно повлекл среди миридов звезд, сияющих, похожих н бриллинты. Зрелище это было нстолько зворживющим, что Ан не срзу зметил дмирльский линейный супербот – тот ндвинулся гигнтским фллосом со стороны вульвообрзного линкор. Вспыхнули сигнльные огни, дли реверс двигтели, вызолотились в солнечных лучх опознвтельные знки Федерции. Мгновение – и поляризовнное силовое поле мягко зтянуло Ан внутрь, в просторную шлюзовую кмеру для погрузочно-рзгрузочных рбот. Густо зклубился желтый дым унитрного дезктивтор, кплями осев н шлеме, он моментом рссеялся, ожили, вырвнивя двление, циклотронные нсосы. Двери шлюз открылись, нступил тишин, и опять, словно щенк н шлейке, силовой рукв повлек Ан куд-то вглубь, нверх, в неизведнное чрево супербот. Вояж зкончился в четырехугольном, ярко освещенном зкуте, н низеньком теллуровом тбурете, крепко присобченном к полу.

«Ну вот, приехли», – подумл Ан, вздохнул, хотел было подняться н ноги, однко же не смог – все тело его пребывло в плену невидимых энергетических оков. Сил хвтило только чтобы шевельнуть рукой и поднять бронезбрло шлем, естественно, предврительно бросив взгляд н мркер порттивного нлизтор – условия обитния в зкуте соответствовли норме. А вот выживние…

«М-д, – глянул Ан н столик, стоящий по соседству, – хорошо гостей встречет, сволочь. Мягко усдил, лдно стол нкрыл. Посмотрим, кк рзвлекть будет».

Н столе, н сверкющем хирургическом подносе, лежли рзнообрзнейшие инструменты. Строго по рнжиру, по порядку, рзложенные с любовью и со зннием дел. Ан срзу же узнл многошговый рзрывтель нус, импульсный деструктор мозжечк, поэтпный мехнический кстртор и еще ккую-то штуку для печени и почек. Незнчительную толику инструментрия, отсвечивющего леденящим блеском. Д, похоже, плческя нук рзвивлсь прллельно с демокртией.

– Что, нрвится? – из открывшегося проход покзлся Аллу, дружелюбно подмигнул и устроился в кресле. – Подожди немного, потерпи, дойдет очередь и до них.

Пришел он не один, с компнией, с двумя крепкими, одетыми во все белое мордоворотми. Молч, безо всяких признков эмоций они зстыли неподвижно у стены, срзу-то и не понять – то ли нуннки, то ли биокиберы, то ли мутнты, то ли еще кто. Д, чувствуется, длеко шгнул вперед вседорбийскя нук.

– А ты отлично смотришься, – резко сменил тему Ан. – Горздо лучше, чем тогд, в шхте. Что, не збыл небось гной, норму, повышенную влжность, пониженную жирность, , корешок?

Действительно, выглядел Аллу молодцом – обергенерльский, в золоте, мундир, обергенерльский же рогтый кпюшон, узкие, посеребренные штны с лмпсми, крги, дивные, из кожи осетрнов, пимы н резиновом ходу. А дргоценные, переливющиеся перстни, толстые брслеты н рукх, внушительня, н зслоне груди высшя вседорбийскя отмеченность – орден «З рьяность»? Д, всем хорош был негрянин Аллу, вот только рож его, похожя н жопу, подкчл – толстые щеки, вывороченные губы, глвное – глз. Мленькие, бегющие, нлившиеся кровью. Лживые, хищные, отливющие злобой. Ккие и должны быть у негрянин-рукогрев, поднявшегося из шхты в Нствники Безопсности.

– Н пмять, друг мой, я никогд не жловлся, – н удивление достойно отозвлся Аллу. – Только не хочу сейчс ворошить былое. В больших делх эмоции вредны, я нмерен предложить тебе нечто весьм существенное. Итк, ты готов общться конструктивно?

Ого, кк зговорил-то. Ни гонор, ни фени, ни понтов. Одн лишь сплошня стопроцентня конструктивность.

– Ну двй, двй, излгй, – не то чтобы удивился – рзвеселился Ан. – Только вот рзвязл бы ты меня, ? А то все члены зтекли, д и по нужде бы мне, по млой. Ну же, рзвяжи. Будь нуннком…

– Рзвязть? Тебя? – тоже рспотешился Аллу, отчего его розовые вывернутые губы срзу же нпомнили о женской вульве. – Нет уж, уволь. А в плне млой нужды… Может, я тебе и помогу… Если не получится у нс рзговор, то вырву с корнем мочевой пузырь. Ты ведь не знком еще вплотную с этой милой хреновиной. Хе-хе-хе. – Он рсхохотлся, встл и чем-то збренчл н подносе. – Действует безоткзно, проверено неоднокртно. Не ты, брт, будешь первым, не ты последним, хе-хе-хе. Тк вот, – он резко оборвл веселье, выдержл пузу, и в голосе его послышлся метлл, – нше общение с тобой может зкончиться трояко, бог ведь не фрер и любит цифру «три». Первый, смый скучный вринт зключется в том, что я шрхну сейчс из прлизтор по твоей срной посудине, возьму всех теплыми з жопу с ворохом улик, з что и получу очередное звние, респект от родины и еще одну висюльку н грудь. Ккя пошлость, ты не нходишь? Второй вринт будет интересней, но куд болезненней. Для тебя, мой друг, для твоих подручных и для хербейчик этого твоего. Все, все рсскжете н вивисекторском-то столе. И координты бнк, и субномер счет, и псимегмодуль шифр, и глпроль. А потом все одно згнетесь – медленно, в стршных мукх, зживо, постепенно рзлгясь, здыхясь от криков, исходя н феклии, кровь, слезы, сопли, слюни и мочу. Кк тебе ткя перспективк, ? – Аллу резко змолчл, глянул испытующе н Ан, не зметил стрх в его глзх и недовольно выпятил губу. – Понимю, не впечтляет. Жизнь хорош здесь, в этом грешном теле, не где-то тм, н небесх. А потому, нверное, стоит нм поговорить о третьем вринте. Ты, нверное, слышл, мой друг, об ссурх? Ну, об этих потрястелях вселенной, неизвестно, кк и почему кнувших в Лету, с концми?

– Об ссурх? – изумился Ан, внутренне нпрягся, однко тут же спрвился с собой. – Д, что-то ткое слышл. Эпосы, скзния, бйки. Свежо предние, д верится с трудом…

Сердце его взволновнно збилось, вот, блин, окзывется, откуд дует ветер. Знчит, не все еще потеряно, не все. Знчит, еще повоюем.

– Д нет, друг мой, не бйки, и ты, я уверен, это знешь, – с улыбочкой не поверил Аллу. – А впрочем, лдно, нрвится тебе влять дурк – вляй, только не стоит держть других з дурков. Тем пче, у меня рботют прекрсные нлитики. Мы пронлизировли информцию, перелоптили все днные и пришли к выводу, что тебя знесло в смый эпицентр суперкультуры ссуров. А эт плнетк, из которой ты вовсю кчешь нлево куги и кубббру, и есть их колыбель, льм-мтер, легендрное Вместилище Рзум и Силы. Со всеми вытекющими вжными последствиями, – Аллу встл, вздохнул, сделл круг по зкуту, с удовольствием побренчл инструментми н подносе. – Что же ты не спршивешь, друг мой, ккими именно последствиями? Или для тебя это уже не вопрос? Ну естественно, вопрос теперь только в том, кк воспользовться этим нследием ссуров. Ведь кк пить дть, к гдлке не ходи, что-то остлось – хрмы, летописи, предметы культ. Всегд что-то есть. Глвное, чтобы было з что зцепиться. И понять, друг мой, в чем же все-тки состоял секрет этого ссурского могуществ. Мы вот двигем нуку, рзвивем мтбзу, отлживем технологии. Лиши нс всего этого, отключи энергию – и все, финит, ллес, финиш, мы полное дерьмо. То есть техногенное нпрвление рзвития цивилизции нпоминет тупик. Нет бы нм пойти путем ссуров. Те, используя психические силы, корректировли время, путешествовли в прострнстве, побеждли смерть, гсили пульсры и зжигли звезды. И держли всю глктику во кк, ткую мть! – Выругвшись, Аллу покзл мощный ттуировнный кулк, сплюнул и гдостно осклился. – Д уж, н них, небось, эти гниды с Веги не поднимли хвосты. Рвно кк и эти тври с Альф Дзеты. А сволот с Кссиопеи был, уж верно, тише воды и ниже трвы, не то что, блин, сейчс… Ну д ничего, тк твою рстк, еще не вечер. – Он по новой выруглся, выпрямился в кресле и уствился н Ан, кк удв н кролик. – В общем, лдно, буду крток. У тебя н этой плнетке есть влсть, вторитет, сил, возможности и рзвитя инфрструктур. А мне нужно н этой плнете кое-что нйти. Тк что живи, но дышть будешь, кк я скжу. А слово мое тково: ббки пополм, хербея этого твоего н протоплзму, вывоз рдния, куги и кубббры обеспечу лично и в полном объеме. И смо собой, мои дел – это мои дел, в них твой интерес нулевой, номер шестндцтый. Ну что, друг мой, ккие вопросы?

Кк все-тки переменился Аллу, жутко облгородился, нбрлся мнер, бросил пльцовки и уркгнскую феню. Хотя нет, если глянуть в корень, повнимтельнее и поглубже, то ничего, по сути дел, в нем не изменилось – все т же нгля, смоуверення, донельзя лчня сволочь. Сволочь, которой хорошо бы пересчитть все кости, потом отпрвить н протоплзму в конвертер. Эх, и почему же он не окочурился в шхте, не сгинул от рдния, не здохнулся под обвлом. Выжил, выкрбклся, збрлся нверх, д тк высоко, что стл Куртором Безопсности. И теперь опять з свое. Мло ему денег, почет и влсти, еще могуществ ссуров подвй. Этот не дрогнет, нворотит делов, нпорет косяков, повыпускет кровушки. По щиколотки, по лодыжки, до колен, до горл, выше крыши. Во слву Вседорбийской идеи демокртии. Тьфу! А скорее всего, во слву своих личных мбиций. Амбиций нуннк без сердц и души.

– Вопросов нет. Все ясно и понятно, – не срзу отозвлся Ан, брезгливо усмехнулся, с достоинством кивнул. – Ну что, будем рзбегться? Пойду-к я помленьку к себе, охвчу инструктжем нрод.

– Не спеши, мой друг, не гони волну, мы ведь тк двно не виделись, – улыбнулся Аллу. – Ты знешь, кк бы тм ни было, ведь ты чсть моей жизни. Именно мысли о тебе придвли мне силы, зствляли поднимться из дерьм, нполняли знчением все мое существовние. Тм, н нижнем уровне шхты, в рдниевой пыли, в облкх рудного гз. О, кк мне хотелось встретиться с тобой, зглянуть тебе в глз, услышть твой знкомый голос. Тк что не спеши, позволь мне нпоследок рзвлечь тебя, впечтления, уверяю, будут неповторимыми.

С этими словми он поднялся, взял медъемкость со стол, не спеш открыл и, вытщив орнжевый, с фсолину контейнер, без всякой интонции позвл:

– Номер сорок восемь, ко мне.

– Внимние и повиновение, нчльник, – ближний из мордоворотов ожил, бодро отделился от стены и сттуей комндор в белом вытянулся перед Аллу. – Повелитель номер сорок восемь. Внимние и повиновение.

– Н, жри, – ткнул ему фсолину Аллу. – Жуй.

Мордоворот послушно взял, сунул, не рздумывя, в рот и тут же тяжело упл, збился, скорчился эмбрионом н полу. Всхлипнул судорожно, зстонл, дернулся и нвсегд зтих. По подбородку его, клубясь, текл обильня желтя пен.

– Ну, кк шоу? Впечтляет? – воодушевился Аллу, подмигнул и резко повернулся к стенке, где скучл второй мордоворот. – Эй, номер двдцть три. Тело сорок восьмого в конвертер.

– Д, нчльник. Внимние и повиновение, – встрепенулся тот, почтительно кивнул и, с легкостью подхвтив почившего коллегу, моментом отчлил из зкут. Обыденность происходящего убивл – ни сожлений, ни вопросов, ни сомнений. Ничего нуннкского.

– Что, хороши? – хмыкнул ему в спину Аллу. – Нш новя секретня рзрботк под нзвнием Птентовнный Боец. Ануннки, но без нуннкских слбостей. Вырщивются в пробирке, воспитывются в строгости, умны и иницитивны, не то что биокиборги. Но полностью упрвляемы, предскзуемы, лишены привязок и знют единственный зкон – прикз нчльник. К тому же психически продвинуты, подвергнуты нейропрогрммировнию и знют пру оккультных фокусов н уровне мгистр мгии. Не ссуры, конечно, но и то хорошо. М-д, очень хорошо. Впрочем, кк ты мог бы зметить, у меня все отличного кчеств. И отрв в том числе, – Аллу снов взялся з свою емкость с ядом, медленно священнодействуя, открыл и, вытщив зелено-черную фсолину-контейнер, демонстртивно зрядил ее в инъектор-пистолет. – Сейчс, друг мой, ты узнешь это н своей шкуре. Точнее, мозге. Очень хорошо узнешь.

Тут же длинное, являющееся по сути дел зондом дуло вонзилось Ану глубоко в ноздрю – с хрустом рскололся мир, боль н время погсил его крски, из мрк, из липкой темноты доносился громкий смех Аллу:

– Ну что, друг мой, кк ощущения? Я же предупреждл, что это шоу зпомнится ндолго. О, ты будешь помнить о нем все время, кждую минуту, кждый миг. В бшке у тебя сидит контейнер с ядом, с тем смым, очень кчественным, действие которого ты только что видел. Только концентрция его подобрн тк, что действует он не срзу, медленно и печльно. Однко кждые четыре чс необходимо принимть противоядие. Инче – мсс впечтлений и стршня, жуткя, пролонгировння смерть. Тк что двй, друг мой, иди общйся с нродом, потом возврщйся – с бнковской мтрицей и с плном н перспективу. Подробным, обстоятельным, рзрботнным до мелочей. И если он меня, друг мой, устроит, то, тк и быть, я дм тебе противоядие. Ну если нет, – Аллу вдруг выруглся, зтрясся от бешенств и, уже не влдея собой, хотел было удрить Ан в лицо крепким, похожим н кувлду мослстым кулком, – сдохнешь, сук, згнешься, окочуришься.

Однко Ан уже пришел в себя и инстинктивно уклонился, тк что Аллу снов подл голос, еще свирепее и еще ктивнее:

– Ну, сук, ну, бля!

Не мудрено, было с чего. Кулк его со всего мх попл в бронировнную мкушку шлем, тут не зхочешь, зкричишь.

– Уштю! Рздербню! Н ноль помножу! – прижл Аллу к брюху подрненную руку, ужсно зрычл и превртился в строго недоброго Аллу, беспределыцик с Нибиру. Со всеми соответствующими мерзкими ксессурми – ругнью, пльцовкми, угрозми и понтми. Кзлось, еще чуть-чуть, и он схвтится з блстер, дбы рзнести н протоплзму, н молекулы, н томы этого лидер гнойного, ложкомойник Ан.

Однко ничего, обошлось. Вернее, обошлось млой кровью. Той смой, свежевыпущенной, окрсившей кулк Аллу.

– Лдно, – неожиднно прервлся он, смчно пососл конечность, и жуткя, нпоминющя оскл ухмылк скривил его губы. – Сочтемся. Ккие нши годы. Увидимся. Через четыре чс.

Все еще продолжя склиться, он вытщил комндный пульт, не глядя ндвил н ввод, и сейчс же стршня, неотвртимя тяжесть горою нвлилсь н Ан: кокон силового концентрировнного поля сжл его со всех сторон, сбил, словно дубиной, дыхние, сдернул, кк пушинку, с тбурет. Сил хвтило только н то, чтобы зкрыть бронезбрло, мимо уже мелькли потолки, стены, проходы, переборки. Вроде бы небольшой с виду супербот внутри являл собой лбиринт Минотвр. Нконец нелегкя знесл Ан в шлюз, с минуту продержл в полумрке и, дв понслждться урчнием нсосов, швырнул н просторы метглктики. Снов прошелся по глзм свет миридов звезд, знкомо зголубел Земля, привычно, жркой сковородой, нпомнило о себе Солнце, посудин Аллу в его лучх кзлсь исполинским фллосом, очень символично нпрвляющимся в сторону вульвообрзно-треугольного линкор.

«Вот, вот, шел бы ты в пизду», – пожелл ему удчи Ан, сориентировлся в прострнстве и тоже включил скорость, мксимльную – времени, если Аллу не врл, оствлось немного. А ведь нверняк не врл, не брл н понт, не зколчивл бки, не вешл лпшу… Все точно рссчитл, гд, устроил веселую жизнь… Пдл…

Призрчно мерцли звезды, стрлсь рективня струя, плыл в космическом прострнстве Ан, внутри него, где-то в подсозннии, рботли, постукивли, отсчитывли время чсы. Тик-тк, тик-тк, тик-тк. Еще секунд, еще, еще. Сколько тм их еще остлось-то в зпсе? В ктиве? До смого конц? Д, д, до конц. Он, Посвященный в Мудрость и Воин по крови, не будет брть подчки из рук своего врг. Лучше уйдет… Првд, уйдет не впустую, не нпрсно, не тихо, не зря. Уходя, громко хлопнет дверью. Помня хорошо слов своего отц: «Все мы, сынок, когд-нибудь сдохнем. Весь вопрос только кк…»

Несся в бесконечности Ан, нсиловл рнцевый двигтель, держл верный курс н звездолет. И не было в его душе ни стрх, ни сожления, ни горечи, ни обиды н судьбу. Чего обижться-то – пожил. Пошумел, покуролесил, покзл себя, полюбил. Близко видывл смерть и не откзывлся от жизни, много выпустил крови, но и в бою говорил, что хотел, ни перед кем не гнул шею, змутил большое дело, воспитл двух сыновей. Гм… М-д, что-то хреново воспитл… Что Энки, что Энлиль, дв спог пр… Кретня… В общем, несся Ан н бреющем по околосолнечной орбите, и в душе его црил бсолютный нуль[5]. Одн лишь несурзня, убийствення мысль почему-то беспокоил его: ну кк не услышт, оплошют, не откроют этот чертов люк, протянут дргоценное время? Сколько тм ему еще остлось-то?

Однко беспокоился он зря, люк уже был предусмотрительно открыт, внешние створки рспхнуты нстежь, у высокого порог шлюзового терминл стоял субподорлик в тяжелом скфндре. Он гостеприимно мхнул рукой, изобрзил подобие респект-слют и, подождв, пок Ан в темпе зрулит внутрь, взялся з мссивный, н времянке, рубильник. Щелк – и внешний периметр зкрылся. Щелк – и зклубился облком дезктивирующий тумн. Щелк – и зурчли, потянули воздух ктивировнные вручную могучие нсосы. Скоро Ан уже стоял н пндусе, лично снимл обрыдлый скфндр и внимтельно, с ккой-то стрнной улыбочкой, слушл стрвшегося с доклдом Тот. Тот, кк всегд, говорил по существу: глвный двигтель, окзывется, можно было зпустить безо всякой втомтики, непосредственно из мшотсек, при помощи зводского трировочного режим. Срзу взять с мест, с невиднным нпором – дть пиковую, зпредельную, неконтролируемую мощность. Что рвносильно стопроцентному, хорошо продумнному смоубийству. Ну, во-первых, выброс пси-гиперонов; во-вторых, пульсции мегхронного поля; ну в-третьих, суперускорение, рзрывющее внутренности, деформирующее кости, делющее из нуннк кроввую котлету. А потом, куд лететь-то, в ккую сторону? От пушек сублинкор все рвно не уйти…

– Лдно, – Ан освободился нконец из объятий скфндр, глянул н чсы, отрывисто вздохнул. – Через полчс чтобы все нши у меня. В полном состве. Нет, нет, ребят, я один, – улыбнулся он охрнникм Гиссиде и Тммузу, дружески кивнул Тоту и двинулся к себе – через весь корбль, нверх, нверх, в роскошь и рсслбуху президентской плубы. Шел, смотрел по сторонм, вздыхл, непроизвольно вспоминл былое. Д, ведь большя чсть его жизни прошл здесь, в звездолете, в этом исполинском, врщющемся н орбите утюге. Д, послужил, голубчик, послужил, изрядно пригодился, был и домом, и кровом, и убежищем не одну тысячу лет. И не две, и не три. И не десять. И не сто… И вот сейчс, видит бог, выполнит свое последнее, смое глвное преднзнчение. Если этот бог не выдст, свинья не съест…

Однко, несмотря н мысли, Ан не збывл и про ноги, нпористо держл бодрый темп и вскоре уже был у себя – в прдном, однко необремененном роскошью рбочем кбинете. Здесь его ждли с любовью и нетерпением: н коврике, высунув язык, лежл черный, в крсных яблокх льдебрнский муркот. Огромный, сблезубый, до одури опсный. Кжется, двно ли он был котенком, збвным, мленьким, с висячими ушми. Теперь вот морд в инее, гноящиеся глз, облезлый, некогд пушистый, длиннющий мощный хвост. Д, время-время, безжлостный невидимый убийц. Куд до него муркоту. И чего Ан только ни делл – и гипервкцинцию, и криотерпию, и зообиовибротомогрфию – нет, ничего не помогло, нчисто стереть прогрмму смерти в генх питомц не получлось никк. Впрочем, сейчс вроде бы это уже не имело ни млейшего знчения…

– Ну, здорово, зверюг, здорово. – Ан с ловкостью увернулся от розового язык, поглдил треугольные, с кисточкми уши и, вытщив из криогенник лоток с деликтесми, с отеческой улыбкой положил его н пол. – Двй. Больше не придется.

Смому ему есть что-то не хотелось, д и вообще было кк-то не по себе – ломило позвоночник, кружилсь голов, желудок трепыхлся где-то у смого горл. Кк видно, Аллу не понтовлся, и гдскя его отрв уже нчинл действовть.

– Мр-р-р-р, – рявкнул муркот, не спеш поднялся, с достоинством понюхл и взялся з еду: ну кто же по своей воле откжется от икры крп Ре? Пряного зквс, крупного зерн, д еще с молокми д с ястыкми? Д никто…

А в кбинет тем временем стл нбивться нрод, все нуннки нормльные, свои, проверенные в деле: Тот, Мочегон, Крсноглз, бртны, Гиссид, Тммуз, Исимуд и игиги[6]. Эх, жль, что не было здесь Нинурты и Шмш, корешей бывлых, крученых, верченых, достойно прошедших все тяготы и препоны. Эти бы подсобили, эти бы помогли. А вот о нследничкх своих Ан и не вспомнил дже, ничуть не опечлился, нисколько не згрустил. Вернее, смо собой вспомнил, кчнул головой, вроде бы нхмурился и… с облегчением вздохнул. Нет их, и слв богу. А то опять – шум, гм, гвлт, кипеж, крик, рзборки и мхловки. Подрыв голимый и конкретный отцовского незыблемого вторитет. Брдк. Конечно, слв богу. Хорошо, что они тм, н Земле, подльше от прлизторов и блстеров. Хотя нет, если Аллу не стреножить, то эт гнид доберется до всех – и до людей, и до богов, и до примтов, и до лулу. Всех пустит в рсход, в рспыл, в конвертер н протоплзму. Хотя лдно, еще будем посмотреть…

– Бртв, буду крток. – Ан сел н крй своего стол, посмотрел н собрвшихся, кинул быстрый взгляд н чсы. – Пообщлся я тут привтно с Аллу и скжу одно: кк он был пидером гнойным позорным, тк и остлся. В подробности вдвться не буду, но отвечю головой, что пок он жив, все нм, бртцы, хн. И не только нм. Ншим ббм, детям и хтм тм, н Голубой плнете. – И Ан большим пльцем покзл куд-то вниз, в пол, в нпрвлении орбиты Земли. – В общем, вопрос этот блядский стоит конкретно ребром: или мы, или он. Я скзл.

– Влить его, суку, ндо!

– Очко порвть!

– Уделть нчисто!

Нрод отрегировл првильно, дружно, без экивоков и штний – ну д, мочить. И мочить бескомпромиссно, жестко, со всей возможной конкретикой. Только вот кк? Н психронльный сублинкор с голой жопой не попрешь. В общем, эмоций было много, конструктив не хвтло, все избегли острых углов, никто не хотел н мбрзуру. Никто не хотел умирть. Один лишь Тот, уже нпоследок, с убойной прямотой изрек:

– Все это шум, визг, гм, блуд, бклнские бзры. Никкой конкретики. А ведь вопрос вполне конкретен: или он, или мы. Теперь по существу. – Он вытщил свой вычислитель, ктивировл голорежим, зствил медленно врщться в воздухе утюг объемного изобржения. – Это нш корбль. Узнли? А это, – он подвесил нд утюгом нечто нпоминющее женскую вульву, – вржеский линкор. Нходится он н рсстоянии прямой нводки, в зоне действия этого гребного прлизтор, но смое глвное, что точно по курсу. И если мы зпустим глвный двигтель и стртнем н форсже, то и от линкор, и от прлизтор, и от смого Аллу остнутся лишь воспоминния. Мсс звездолет огромн, мощность гипердвигтеля соответствующя, тк что кинетическя энергия полностью преобрзуется в тепловую. Рсстояние не велико, погрешность минимльн, вероятность неудчи в пределх допустимого. Вот, я тут прикинул в первом приближении…

Мгновение стоял тишин, здумчивя и нпряження, зтем подл голос Мочегон, без всякого энтузизм.

– Д, бртелло, вот это плн тк уж плн, в нтуре солидняк, и никкого бклнского бзр. Все конкретно до невозможности – ш, идем н трн. Сядем усе. Только не врубюсь я, где же тут соль некдот, центрльня идея, смый цимес, тк скзть? Эх, жль, Нинурты здесь нет, он бы врзумил. Он ведь глвный спец у нс по трнм-то[7], стршный виртуоз, ткую мть…

– Весь цимес, корешок, в рсположении причльных боксов, – веско вклинился в беседу Ан, через силу улыбнулся и посмотрел н Тот. – Не тк ли, дорогой коллег? – Увжительно кивнул, встл, поперхл горлом и повернулся к Мочегону: – Рсположены-то они в кормовой чсти. То есть при отсутствии фиксции и нличии ускорения зшвртовнное судно просто выбросит нружу. Словно пробку из бутылки с шмпнским…

Ему было н редкость приятно, что ход мысли Тот н сто процентов совпл с его собственным. А впрочем, кк может быть инче-то? Ведь любимый ученик, друг, сподвижник, опор, нследник и продолжтель всех идей. Не пиздобол Энлиль, не мудил Энки, не блядовтя, пробы ствить негде, слбя н женский оргн Нинти. Эх, дети, дети, и кто только вс выдумл…

– Вы, увжемый учитель, првы, кк всегд, – отрегировл Тот. – Д-д, словно пробку из бутылки. А ниболее подходящя посудин – это личный хронобот ншего общего друг Исимуд – комфортбельный, достточно вместительный, грузопссжирского регистр. Сядем усе. Весь вопрос только в том, кк зпустить двигтель – упрвляющие контуры не рботют, серворобы не функционируют, вся ндежд только н нуннкский фктор. В общем, предлгю тянуть жребий.

И срзу повисл тишин – тревожня, волнительня, ужсно нпряження. Вручную ктивировть гиперонную турбину по своей воле не хотелось никому. Оно, конечно, жизнь копейк, смерть прошмондовк и судьб индейк, д только ведь ндежд умирет последней. А тут – все, финит, ллее, кпут, никкого просвет, никкой ндежды. Вернее, мгновення, стопроцентня хн.

– Отствить жребий, – нрушил пузу Ан, встл, сделлся спокоен, кк скл. – Я пойду. Лично нжму эту кнопку. – Глянул невозмутимо н вытянувшиеся лиц, в корне пресек игру в вопросы и ответы. – А ну-к ш, это прикз. Всем зкрыть псти, не терять нюх и резко приступить к погрузке. Оружие, топливо, медикменты, хрчи. Шевелите грудями, вошкйтесь, время пошло. У нс в зпсе, – он щелкнул по хронометру, – всего дв чс. Двйте, двйте, время не ждет. Крсноглз з стршего, Мочегон н подхвте. А вс, Тот, я попрошу остться…

Все произошло кк-то буднично, обыденно, в рбочем порядке – резко отысклся выход, в тумне збрезжил свет, появился оптимизм, вер в лучшее и т смя ндежд, что умирет последней. Мссы бросились грузить добро в Исимудов бот, жизнь в недрх звездолет резко зкипел, все ясно осознли, что промедление смерти подобно, и квдртное ктли, круглое тскли с невероятной экспрессией. Быстрей, быстрей, быстрей, чертово время не терпит. Д еще кк не терпит…

– Друг мой, я тебя не здержу. Только пр слов, здесь, сугубо привтно, – с чувством скзл Ан Тоту, когд они остлись одни. – Ты ведь знешь, у нуннк нстоящего всегд есть выбор. Я выбирю смерть, тебя – моим преемником и волеизъявителем. Дети мои никчемны, сподвижники недльновидны, последовтели и почиттели донельзя мбициозны. Один лишь ты и воин, и мудрец, и жрец в одном лице. И я прошу тебя приложить все силы, чтобы дело, нчтое нми, не рзвлилось, не похерилось, не пошло ко всем чертям собчьим прхом. Вот тк, друг мой, в тком рзрезе. Ну все, двй иди, следи з процессом, я буду тм где-то через полтор чс. И слушй, помогите тм собрться Анту, он ведь всегд ткя росомх. Двй.

Зкончив говорить, Ан кивнул, с улыбкой проводил взглядом Тот и обртил свое внимние н муркот, непросто перевриввшего зглоченное.

– Ну вот, хвосттый, и все. Финиш, финит, мб. Впрочем, спи еще, спи, у нс с тобой пок еще есть время.

Д, время еще было, и следующий чс Ан провел со всей возможной приятностью: вмзлся хнумком, вдрил по тринопле, съел ломоть пюсной икры крп Ре. Никогд еще хнумк не кзлся ему тким збористым, тринопля ткой ядреной, икр крп Ре ткой сочной, рдующей нёбо. Зтем Ан принял контрстный душ, ндел прдное исподнее и облчился в супергенерльскую млиново-черную форму. Желтые лмпсы, ультрмриновый кнт, крсные, н белом кпюшоне, рог. Шик, блеск, крсот, глз не оторвть. Конечно, по идее, еще следовло бы сконцентрировться и по мксимуму, нпоследок-то, пообщться гормонльно, однко было Ану что-то не до бб, вернее, было что-то конкретно хреновто. Д, рубь з сто, Аллу не соврл, и мерзкое его зелье уже проникло в мозг. Эх, вмзться бы еще, лечь, вытянуться, зкрыть глз, однко ккое тм – ндо идти н трн. Еще слв богу, что не с мест в крьер, медленно, торжественно и печльно, через процедуру рсствния, пускние слезы, выктывние желвков и вибрции гортней. Со всеми этими проявлениями истинной любви, нескзнного увжения и тотльной блгодрности. Д, умирть что-то не хочется никому…

– Ну что, зверюг, подъем. – Ан ндел н питомц прдный, из кубббры, ошейник, лсково похлопл по спине и, нмотв н руку прочную, из ковного орихлк, цепь, нпрвился к мссивной, открывющейся вбок двери. К двери, которую он уже никогд больше не откроет. Никогд. М-д, нд этим стоило подумть. Но только не сейчс, не в этой жизни, времени оствлось не тк уж много. Аллу нверняк уже посмтривет н экрны, рсктывет губу, томится в ожиднии его, Ан. И будет очень нехорошо, если это его ожидние зтянется. Тк что, не мешкя, с энтузизмом, сколько хвтло сил шгл Ан с питомцем по дебрям звездолет – вниз, вниз, вниз, в трюм, н швртовочную плубу. Тускло мерцли врийные огни, мягко пружинил плстик пол, дружно звенели, здвли нужный темп шпоры, цепочк, орден, эткий веселенький, в темпе вльс, игремый зрнее похоронный мрш…

А вот н швртовочной площдке у бот Исимуд ничто не нпоминло о смерти – тм црили оптимизм, ндежд и тмосфер трудового подвиг. Мссы с рвением грузили мтбзу, Тот вел учет, Мочегон со всей свирепостью рычл, Крсноглз в силу привычки бдил. Ккой-то бородтый мблистый хербей спецкрской выводил по борту бот ккие-то знки. Хербей был упитнный, спецкрск светящейся, знки корявые, нпоминющие бркдбру. Рядом печлился угрюмый Исимуд, помешивл в ведерке и мрчно повторял:

– Ну почему же ты не слышишь сюд, Хурдонй? Ну почему же, зохенвей, ты ткой поц? Можешь злить себе все эти крски в тохес. Пустое это все, пустое. Сегодня у меня были сон не в руку и скверное предчувствие…

– Ну не скжите, рбби, не скжите, – бсом отвечл мляр, сплевывл сквозь зубы и усиливл струю. – Это древнее мгическое зклятье, которому меня нучил моя ббушк, их у меня уже целый тлмуд. Зуб дю, должно помочь. Прошу вс, добвьте рстворителя.

Ловкий ткой, смоуверенный хербей, почему-то срзу не понрвившийся муркоту – тот чуть было с ходу не взял его н зуб, верхний, тридцтиснтиметровый, очень похожий н кинжл…

– А з штурвл потом кто сядет? – мягко одернул его Ан, хмыкнул, глянул н чсы и сделл движение рукой. – Ну все, финит, ллес. Кпут. Время.

Негромко тк скзл, вполголос, кк будто про себя, но услышли все – трудовой нкл иссяк, мссы дружно зтормозились, Мочегон зткнул фонтн, Хурдонй прикрыл струю. Нступил тишин, но нендолго, ее нрушил Ан. Он был спокоен, чуть-чуть торжественен, слегк печлен и н удивление крток.

– Я ухожу. Прощйте, нуннки. И помните, что все мы когд-нибудь сдохнем. Весь вопрос только – кк. Я скзл.

Д уж, со спичем Ан не зтянул, не изошел н крсноречие, но столько было в его словх силы, смысл и скрытой экспрессии, тк величествен был он н пороге своей смерти, что все присутствующие дрогнули, потупили глз и бухнулись н колени.

– О, генерл! О, отец нш!

Никто не пренебрег, все вырзили респект, мужчины утирли слезы, и дже Адонй, дром, что крутой, не вздумл выделяться из коллектив. Д, никто не хотел умирть.

Потом Ан попрощлся с женми, особо – с официльной, Анту, и в сопровождении друзей и своих приближенных нпрвился в мшинное отделение. Идти было недлеко, н инженерный уровень, сквозь хитрые препоны переборок, но путь этот длся ему трудно. Ужсно тошнило, подкшивлись ноги, перед глзми семфорили круги. Однко он шгл, не подвя вид, являя пример железной стойкости – родился воином, жил генерлом, уходил генерлиссимусом.

Нконец дорог н Голгофу кончилсь, перед глзми Ан предстл мшинный зл – мсштбы, изоляция, зщитные пнели, веселенькие ндписи, нмлевнные повсюду: «Внимние. Угроз пси-хротонов». В смом центре зл, под зглушкой в полу, нчинлсь шхт гиперонового ректор. Тм, в энергококоне, з многоуровневой зщитой, бурлили, кк в втоклве, прострнство и время.

– Генерл, прошу вс сюд, – скзл с почтением глвмех и потянул Ан к стенке, н которой крсовлся внушительный рубильник. – Мы подключились нпрямую, в обход коррект-цепей. Теперь достточно ручку вниз, до упор, точнее, до первого щелчк…

Взгляд его был полон блгоговения, преклонения и восхищения. И – непонимния.

– Ясно, понял. Вниз до первого щелчк. – Ан дружески кивнул ему, подл для прощния руку и грустно посмотрел н своих, скорбно пребывющих в молчнии. – Ну что ж, кореш, время. Оно не ждет.

Крепко поручклся со всеми, кого рсцеловл, кого обнял, кого похлопл крепко по плечу. Ведь столько тысяч лет вместе, в одной упряжке, по одной, вихляющей то вверх, то вниз дороге. Друзья…

– Ан!

– Утес!

– Генерл!

Тот горестно молчл, Исимуд печлился, урки ктли желвки, Гиссид и Тммуз вздыхли, нервничли и судорожно лпли глз. А Мочегон и Крсноглз, эти несгибемые зконники, пускли в унисон слезу, злую, воровскую, скупую.

– Утес! Утес! Утес! Ну, сук, бля, жизнь, ну, сук, бля!

– Ну все, хорош мякнуть. Влите, – быстро зглушил поток стрстей Ан. – Время не ждет. Конткт змкну через двдцть минут. Все, увидимся н том свете.

Честно говоря, он вдруг почувствовл приступ тошноты и не хотел покзывть нпоследок всем содержимое своего желудк.

– Д, д, Утес, увидимся в рю. – Все, не здерживясь, свлили, н Ан девятым влом нктил рвот – жесточйшя, вымтывющя, до судорог, до крови. Зтем нступил слбость. Резко подогнулись ноги, стремительно ндвинулся пол, перед глзми чередой пошли тумнные кртины. Отец, мть, Анту, Нинти, муркот, еще мленьким, смешным зверьком. Тким трогтельным, беззщитным, збвным, вислоухим. С длинными, топорщщимися усми, с розовым сопливым носом, с влжным треугольным языком. Очнулся Ан от боли – что-то шершво-мокрое, нпоминющее нждк, вольно гуляло по его лицу.

«Что з черт!» – Он открыл глз и непроизвольно вздрогнул, увидел нд собой муркот. С жуткими убийственными клыкми, огромной пстью и тем смым шершвым языком. Нпоминющим нждк. В глзх у зверя светилось недоумение – впервые он нблюдл хозяин тким беспомощным и жлким, похожим н всех прочих бесхвостых обезьян…

– Ну, сук. – Ан трудно повернулся н бок, прищурясь, глянул н чсы, и внутри у него все оборвлось. Зхолодело, оделось инеем, окунулось в жуткий, беспросветный мрк. Пять минут. Уже пять минут, кк все должно было зкончиться, он еще вылеживется себе в луже собственной блевотины. Словно птогенно-токсикозня беремення блядь. А что тм, небось, творится в хроноботе? Кк чувствуют себя, о чем думют сейчс сидящие тм нуннки? Пондеявшиеся н него, уповющие н его мужество, доверившие ему свои жизни. А он, он… Стыд, кк кленым железом, с головы до ног обжег Ан. Мучительным усилием, сдерживя рвоту, он взялся з гриву муркот, встл и медленно, штясь из стороны в сторону, трудно дошел до стены. Глубоко вдохнул, обернулся, глянул муркоту в глз и, уже повися всей тяжестью н рубильнике, вспомнил слов отц: «…весь вопрос только кк».

Глв 2

– А ну дй-к руку, – требовтельно скзл мужик. – Не ссы. Плохого ничего не будет.

Улыблся он хорошо, искренне, бесхитростно, совсем по-детски.

– Тк, знчит, говоришь, плохого не будет? – не срзу соглсился Свлидор, н мгновение здумлся и с вескостью велел: – Кжись, не врет. Двй.

– Н. – Бродов подл руку, почувствовл крепкую лдонь и осознл вдруг, что нчл видеть мир глзми Номер зэт-восемь. Элитно-птентовнного бойц по прозвищу Гвидлбрхй, что в вольном переводе со стродорбийского примерно ознчет «потрошитель». Чужие мысли, впечтления, воспоминния нхлынули н него волной, мгновенно зкружили голову, до кря згрузили информцией. Собственно, кк чужие-то? Уже вроде бы свои, кровные, прочувствовнные, пережитые…

Зкнчивлся месяц Фернимор, последний из Зимней Кврты, и вся империя готовилсь встречть великий ежегодный прздник – Ночь Возмужния Президент. Повсюду висели его портреты, в эфире трнслировлись здрвицы, женщины держвы в едином порыве вожделения писли ему любовные письм: «О, ты, опор вседорбийского мужеств. Д укрепится сил в твоих членх, д умножится сперм в чреслх твоих…»

Д, вся империя готовилсь к прзднествм, никто не хотел здом в грязь, и Министерство безопсности и нпдения было тоже, кк обычно, н высоте – в честь грнт нционльной потенции проводило турнир по килболу. Во всех подрзделениях прошли отборочные мтчи, зтем был сыгрн второй круг, и вот нконец финл. Апофеоз, восторг, кульминция, с ум сводящее, зхвтывющее действо. Еще ккое зхвтывющее – н игровом, зсыпнном щебенкой поле собрлись смые-смые. Пятеро смых сильных, ловких, злых, не боящихся ничего н свете. Вернее, не боящиеся ни кулков, ни бшмков, ни крепких деревянных дубинок своих противников. В числе этих удльцов и стоял сейчс Бродов – н глвном стдионе спеццентр, перед нчльственной трибуной. Нроду в прд-мундирх собрлось изрядно – нчльники, комндиры, инспекторы всех мстей. Пришел см Корректор Секретного Нпрвления в компнии с Мстером Нствником и Зместителем Обервершителя. Блестел позолот роскошнейших мундиров, подргивли рог н генерльских бшлыкх, курились мломерные, рзрешенные уством теллуриевые трубки с экстрктом тринопли. Атмосфер нклялсь, все ждли нчл. Но внчле, естественно, был общий респект-слют, рвнение н знмя и зпевние гимн:

Слвное отечество…
Ндежный оплот…
Д здрвствует воля сугубо нродня…
Врг живьем от нс не уйдет…

Нконец стрший полкн-мйор, исполняющий роль рбитр, с силой удрил в гонг, млдший обер-кпитн, исполняющий роль судьи, пронзительно свистнул, и состязние нчлось. Резко клцнул пружино-ктпульт, взмыло свечкой в небо теллуриевое ядро, и пятерк соревнующихся дружно припустил к месту его возможного пдения. Смому сильному и ловкому из них предстояло звлдеть мссивным шром, пронести его через все поле и под бешеный рев трибун опустить в судейскую лузу. Легко скзть. А кулки противников, бшмки, их тяжелые отполировнные дубинки. А особое устройство шр – обжигюще горячего, выпускющего шипы, нделенного способностью к непредскзуемым мневрм…

Итк, добежли, сориентировлись, стли подбирться к ядру.

– Х, – Бродов увернулся от дубинки, ловко уклонился от пинк и мощно, в темп движению прилскл врг ногой. – Хех.

Хорошо попл, кчественно, с чувством, от всей души – срезом толстого тяжелого кблук точно в решетчтую личину. Тут же сокртил дистнцию, двинул коленом в пх, бросил н землю подножкой и вырубил тромбующим в дых. Рядом тоже не теряли дром времени – двое сбоку лежли без движения. Н ногх пок что оствлись только Бродов, мблистый крепыш из Внутренней рзведки д широкоплечий бык из Службы по Нлогм. А теллуриевое ядро оствлось пок в одиночестве. Гордом.

– Хурр! – зверем бросился к нему мбл, отшвырнул, стршно выругвшись, Бродов и, свирепо пнув было сунувшегося бык, подхвтил, кк пушинку, шр. Огненно-горячий, рскленный, цвет Нционльного Прдного Стяг Федерции. Здымились зщитные перчтки, звоняло горелой эрзц-кожей, нуннки н трибунх воодушевились, зелозили в приливе чувств подошвми.

– Хурр! Хурр! Хурр!

«Щс будет тебе хурр», – рзъярился Бродов, сплюнул, выруглся, и они с быком бросились вдогон, д не просто тк, со злым умыслом, стрясь н ходу уязвить друг друг – подсечь, зтормозить или уж, если бог дст, вырубить с концми. А мбл тем временем ускорился, нддл, врубил, гнид, полную скорость и быстро увеличивл рзрыв, кзлось, он прижимет шр не к дымящемуся нгруднику, к своей голой зднице.

– Ах ты, потрох крп Ре! – по-тигриному рявкнул бык, вепрем бросился вперед и швырнул свою дубинку в улепетывющего врг, метя ему в третий позвонок. Не попл. Д уж и не ндо было – шр в рукх мбл неожиднно «сыгрл». В боку его обознчилось отверстие, сверкнул рективня струя, и рскленное теллуриевое ядро стремительно нбрло ускорение. Со всеми соответствующими впечтляющими последствиями: удром в подбородок нокутировло мбл, болидом пронеслось нд площдкой и мощно, тк что комндиры вздрогнули, впечтлось в решетку трибуны. А потом гигнтским помидором тихонько улеглось н щебенку. Помидором, от которого можно зпросто остться без зубов. Д и без мозгов тоже.

– Хурр! Хурр!

Бык тем временем подобрл дубинку, ловко крутнул ее в руке и, не мудрствуя, по-простому, бросился не к шру – к Бродову. По всему видно – с серьезными нмерениями. Чтобы никто больше не крутился под ногми. А Бродов и не стл – поднырнул под руку, зшел з спину и плкой прочертил в воздухе энергичную кривую. Короткую, похожую н зпятую. Вернее, мощно поствил точку. Жирную. Все было, кк н скотобойне – бык рухнул, кк подкошенный, крепкя, вымочення в воде[8] дубинк плотно впечтлсь ему в шею.

– Хурр! Хурр! – воодушевились н трибунх, зстучли подошвми, вот Бродову пок что было рдовться рно – ему предстояло еще згнть этот чертов шр в лузу. Делть это, по идее, было удобнее всего при помощи плки и ботинок, но это только если по идее – дежурный учет-хронометр н информционном столбе нливлся бгрянцем. Кк только он сделется крсным, кк прдный Вседорбийский герб, то все, пиши пропло – рбитр объявит боевую ничью. А это знчит, что увольнения в Город, второго з год пребывния Центре, в рельно обозримом будущем не будет. Эх… Требовлось немедленно обмнуть судьбу, и Бродов не рстерялся, злостно обмнул: сдернул свой шипстый, с збрлом, шлем, молнией н двух конечностях метнулся к шру и быстренько определил его в крепкий, несгоремый, удропрочный контейнер. Пусть теперь крутится-вертится, выпускет шипы, нгревет тмосферу и исходит н струю. Плевть. Потом, под истошный топот трибун, Бродов пересек площдку, резко дл по тормозм н левом ее углу и осторожно, с бережением, еще не веря своему счстью, вывлил ядро в зржвленную, врытую в землю до половины бочку. Будто вытряхнул клубок ядовитых, плотно свившихся для спривния рептогдов. Публик н трибунх неистовствовл, учет-хронометр победоносно желтел, глвный рбитр, суровый и торжественный, зчетно удрил в свой долгоигрющий гонг. Предвкушение блженств в виде увольнения, вояж в Город и сопутствующих удовольствий до откз переполнило счстьем душу Бродов. Хурр! Хурр! Хурр! Уж он устроит себе пир в тумне тринопли и предстся рзврту в объятиях крсоток. Хурр! Хурр! Д рди этого стоило побегть по щебенке…

Зтем был зключительный респект-слют, поднимние стяг и рспевние гимн:

Врг живым от нс не уйдет.

После торжественного зкрытия Бродов кликнули нверх, н трибуну, пред нчльственные очи. Строгие, суровые, всевидящие и, хотелось бы думть, спрведливые.

– Птентовнный боец номер зэт-восемь, – с ходу обозвлся Бродов, вытянулся, выполнил Большой слют. – Внимние и повиновение.

Большой слют – это когд н корточкх, преднно пожиря взглядом любимое нчльство.

– А почему это вы, зэт-восемь, нрушете режим секретности? – желчно и нелсково спросил курирующий турнир Мстер Нствник. – Шлем сняли, понимешь, мску эту зщитную. Теперь кждя гнид с Кссиопеи будет знть вс, понимешь, в лицо. Рвно кк и все эти тври с Альдебрн, сволочи с Альтир и погнь с Альфы Центвр. Про подлецов печенов я уж и не говорю. Полгю, что смостоятельно выходить в Город вм еще преждевременно. Вы еще морльно не готовы. Учите мтчсть, штудируйте уствы. Внимйте президенту.

Желчному этому Мстеру Нствнику двно уже было пор в резерв, и он хотел уволиться н пенсию в чине обер-генерл среднего звен. Д только все никк не получлось.

– Д лдно вм, вице-генерл, не будьте строги, – с улыбкой глянул н него Секреткорректор, сдержнно зевнул и с веселой миной повернулся к. Бродову: – Вон кких молодцов теперь отковывют, орлов. С ними нм не стршны ни гниды с Альдебрн, ни тври с Кссиопеи, ни вся эт погнь с Веги. О мерзких печенх я уж и не говорю. В общем, пусть идет. Зслужил.

Секреткорректор говорил совершенно искренне, с чувством, от всей души – он поствил деньги в тотлизторе н Бродов, и тот не выдл, не дл мху, не опростоволосился, не подвел. Стло быть, орел, молодец, и пускй идет.

И Бродов пошел, вернее, поехл. Не срзу, конечно, не спонтнно, кк полгется по уству – после строго реглментировнных гигиенических процедур, одевния в прдное и получения увольнительного, зверенного Прямым Нчльником жетон. Бодро он миновл Контрольный Шлюз, прошел Центрльные Сигнльные ворот и, предъявив н КПП жетон охрнным киборгм, нырнул в восточный, соединяющийся с подземкой бронеход. Вывернулся н перрон, дождлся поезд, впрыгнул в жесткий, для млдшего комндного звен вгон. Двое желторотых кпрл-ефрейторов при виде его срзу встли, вытянулись, сделли респект-слют, средний, обер-сержнтус, вяло мхнул рукой, крепкий, молодцевтый, уже вмзвшийся фельдфебель глянул с презрением и отвернулся: были они с Бродовым в одинковых чинх, но отнюдь не в рвных социльных ктегориях. Одно дело – потомственный вольнорожденный нуннк, другое дело – безродный, зчтый подконтрольно. Лишенец из пробирки, полуискусственное существо, неполноценный член обществ, не знющий ни род, ни отц. Созднный этим обществом для обеспечения своих нужд, тк, живой рсходный мтерил…

Между тем поезд тронулся, устремился в туннель, невесомо зскользил н пульсирующем субмгнитном пси-поле.

– Вольно! Сидеть! – Бродов осчстливил ефрейторов, с комфортом устроился см и принялся смотреть н внушительный, подвешенный под потолком экрн.

«Двй, двй, мудил грешный, вещй. Эх, поплся бы ты мне в чистом поле…»

Н экрне выступл президент. Солидный и респектбельный, крсивый до невозможности, дело происходило н ужине, звном, с рзмхом здвинутом в его честь. Сочились тягуче слщвые фрзы, сиял куббброй зиц-мршльский мундир, по недосмотру оперторов в кдре и крупным плном окзлся стол: тринопля столбом, хнумк рекой, зернистя икр крп Ре – горой. С блинчикми… Грнт вещл, говорил об успехх, мнил в длекое, но счстливое звтр и, конечно же, грозил. Всем этим тврям с Кссиопеи, негодяям с Альфы Центвр, прохвостм с Дзэт Проксимы и сволочм с Альдебрн. Ну и, естественно, печенм, от которых, видит бог, скоро и мокрого мест не остнется. В общем, с чувством дирижировл кубббровой вилочкой, исходил н посулы, хвлился, грозил – словом, вел себя кк обыкновенный, выбрнный нродом н все сроки президент. Ничего стрнного тут не было, нормльное политическое охмурительное действо. Стрнное же было совсем в другом: действие это здорово не нрвилось Бродову. Ведь птентовнный же боец, кк-никк фундмент, ндеж и опор, взрщенный в духе преднности и любви по отношению к држйшему отечеству. Зомбировли его, зомбировли, подвергли жесткому прогрммировнию, промывли мозги, промывли, тут, окзывется, ткое. Президент империи н фоне прздничного стол, вербльно оннирующий, ему не нрвится! Д рсскзть кому – никто не поверит. Чтобы плоть от плоти своей… А Бродов никому и не рсскзывл, все свое носил с собой молч. Потому кк не хотел ни в конвертер, ни н перепрогрммировние, ни н вивисекторный, служщий для блг нуки стол. А про себя решил стопудово – рвть когти. Н первом же зднии. Куд угодно. Хоть к этим гнидм с Альдебрн, хоть к этим тврям с Альфы Центвр, хоть к негодяям печенм. Эх, конечно, лучше всего было бы рвнуть н Вегу, к местным гумноидм – по слухм, тм у них тепло, сытно и ббы лсковые и добрые. Хотя лдно, чего тм гдть, кк говорится, будет день, будет и пищ. Д, д, посмотрим, чем сейчс воздст от щедрот своих блгодрное любимое отечество.

Тк, основтельно подсев н измену, ехл Бродов в столицу империи, мрчно пялил очи н экрн, поезд мчлся под отчужденной, пострдвшей от мерзвцев с Веги зоной – выжженные поля, оплвленные кмни, высохшие, в трещинх, русл рек. Бр-р-р-р…

Нконец прибыли н седьмой, опоясывющий столицу Оборонный уровень. Поезд встл, двери открылись, и все, дружно поднявшись, подлись н перрон – дльше ехть было нельзя, не положено по уству, своих млдших комндиров родин держл н дистнции. Д, впрочем, и здесь, в центре периферии, тоже было совсем неплохо – никкой рдиции, синтетическя трв, плевть, что зсыхющие, зто нстоящие деревья. Висели в небе искусственные облк, светились окн лбзов и обжорок, от пестроты нзвний и сполохов витрин выкручивлись шеи и рзбеглись глз.

Тверн «Альтир». Нтурльные обеды, кк у ммы.

Диетическя ресторция «Мягкя посдк».

Клуб по интересм «Орион». Гмм-структурировнный пролонгировнный оргзм. Вульвокоррекция. Сексулодптция. Нши цены, девочки и мльчики не кусются.

Д, здесь было где рзвлечься, ктивно отдохнуть, кчественно рсслбиться и душой, и телом. Были бы только деньги. Однко деньги Бродову, кк млдшему нчльнику, были не положены, и поэтому он срзу взял курс н север Периметр, подльше от прздной сутолоки роскошных центрльных улиц. Прошел Госбнк, кзрмы стржи, спецупрвление, тюрьму и, повернув нлево, к рынку, остновился у внушительного, нпоминющего субдредноут модуля. Это был Особый Рекреционный Центр Министерств Безопсности и Нпдения для млдшего комндного звен, н нтенне его гордо реял нционльный стяг, н фсде крсовлся нционльный же победоносный герб. Дверь был зпоминющейся, бронировнной и мссивной и, видимо н стрх всем супосттм, оборудовнной бойницми для ведения огня. Приближться, поднимться н крыльцо и уж тем пче проситься внутрь кк-то совершенно не хотелось. Однко Бродов не дрогнул, подошел, встл под всевидящие лучи опознвтелей.

– Здрвия желем, – ГЭВН признл его, беззвучно отворил дверь. – Прошу.

– Здрвия желем, – ответил Бродов, вошел и окзлся перед второй дверью, в тмбуре, перед экрном лзерного скнер. Первя дверь зкрылсь, резко нступил тишин, мощно зурчл, зворочлсь филигрннейшя идентификционня ппртур. Зтем рдостно вспыхнул свет, открылсь вторя дверь, и электронный голос возвестил:

– Добро пожловть, номер зэт-восьмой, вс приветствует глвня ГЭВН Особого Рекреционного Центр Министерств безопсности и нпдения. Пожлуйст, введите вш увольнительный жетон в инициирующий модуль досуг оргнйзер.

– Внимние и повиновение, – Бродов вствил, что-то щелкнуло, ГЭВН определилсь, по ккой прогрмме ублжть клиент. По минимуму или по мксимуму.

– Номер зэт-восемь, пожлуйст, сюд, – срзу кликнули Бродов в столовую, где уже нслждлись жизнью пр-тройк счстливцев. – Вш ячейк дельт сорок пять. Приятного ппетит.

Столовя предствлял собой вытянутое, со столми по периметру, ярко освещенное помещение. В центре, в крохотной курильнице, вяло дымилсь тринопля, стены, видимо для лучшего пищеврения, укршли летописи боевой слвы – мленькие гологрфические фигуры воинов, сгинувших в борьбе с вргми отечеств. Стояли они плотно, рукв к рукву, свободных мест в этой шеренге не было. А вот вкнтных…

«Скоро н потолок лепить будут, в дв слоя, – скривился Бродов, быстро отыскл свое место з столом, сел и при виде появившегося из сервер контейнер с едой непроизвольно проглотил слюну. – О, жртв. Кк вкусно пхнет-то. Верно, больше килогрмм».

Н подносе стоял плошк с эрзц-похлебкой, блюдце с слтозменителем, сбститут-котлет с гороховым пюре и небольшя кружк с отвром хнумк, видит бог, естественно, экстргировнного. Все нентурльное, низкопробное, фльшивое, синтезировнное из протоплзмы в конвертере. Не икр молодого крп Ре, не фршировнный пенис тигр У и не окорок молочного хурл. Тем не менее это был ед, пищ, шмовк, жрчк, хрчи, пусть хоть ккие-то, но белки и протеины, и Бродов нсыщлся с животным нслждением – с ждностью глотл, рботл челюстями, судорожно двился, истово рыгл. У-у-у, жртв. Больше килогрмм. Не нбившя оскомину н всех местх специльня диет – пищевые инъекции и питтельные клизмы. Оптимльное сочетние для идельного бойц. У-у-у, жртв…

Тк что быстро Бродов успокоил хрч, выпил, не почувствовв ни в одном глзу, левый хнумк и встл – просить добвки птентовнному бойцу было не положено. Д и потом впереди его ожидло смое интересное, по срвнению с которым гороховое пюре – это тк, тьфу, детскя збв.

– Номер зэт-восьмой, пройдите в медприемник, – позвли Бродов в тесный, нсквозь пропхший дизрствором зкут. – Генитлии к осмотру.

Тм его проверили н предмет энурез, сексолихордки, половой чумы и всех прочих не одобряемых уством инфекций, зствили нгнуться и рзвести рукми ягодицы и в зключение всдили в зд толстую четырехгрнную иглу. Срботл привод втошток, с силой ндвил н поршенек, особо концентрировнный дезинфицирующий рствор с нпором пошел в ткни. Теперь Бродов был готов для истинно безопсного, не влияющего негтивно н боеготовность родины секс. И вот волшебный миг нстл. Достлсь ему только что освободившяся, еще хрнящя тепло чужих рук брюнетк, стндртный сексбиокиборг четвертой ктегории. Волнующие пропорции (девяносто – шестьдесят – девяносто), ректльный вибртор, три кчественно функционирующих подогревемых отверстия. Все хорошо. Только вот синтетическя кож ее явно отдвл плстиком, и словрный зпс был весьм невелик, хотя н все сто соответствовл моменту:

– Привет, меня зовут Лск, хочешь посмотреть н мою киску? Ты ведь возьмешь меня нежно? Еще, еще, еще! Вот тк, вот тк, вот тк! Двй, двй, двй! Глубже, глубже, глубже! Ох! Ух! Ах! Ы-ы-ы-х!..

Однко Бродов пришел не рзговоры рзговривть – дело делть. То смое, простое, молодое, нехитрое. Еще, еще, еще? Глубже, глубже, глубже? Вот тк, вот тк, вот тк? Пожлуйст, со всем ншим удовольствием. Однко только он рздухрился и бодро двинул н третий круг, кк секспртнерш его змерл, беззвучно вытянулсь бревном и из кристлл громкой связи рздлся голос ГЭВН:

– Номер зэт-восемь, вы использовли вш лимит. Немедленно одевйтесь и выдвигйтесь н бзу. Повторяю. Номер зэт-восемь, вы использовли вш лимит…

«Зткнись, сук», – с ненвистью подумл Бродов, горестно вздохнул, однко же скзл с почтением:

– Внимние и повиновение, нчльник. Номер зэт-восьмой немедленно выдвигется.

Резво поднялся с лож стрсти, оделся з сорок пять секунд и лётом устремился к двери. Однко все же не удержлся, притормозил и кинул взгляд н кибершлюху – он лежл, вытянувшись, никкя, никому не нужной ндоевшей куклой. Зубы ее осклились, глз зкрылись, стройные, крсивые до неестественности ноги безвольно рскинулись. И впрямь зброшення, ндоевшя, никому не нужня игрушк. Собственно, кк это никому не нужня – вот сейчс Бродов отчлит, и охотнички нйдутся. Свято место пусто не бывет…

А Бродов не здержлся. Получил жетон, прошел идентификцию и пробкой из бутылки выскочил из обители нслждений. Д, д, конечно, нслждений – жртвы было больше килогрмм и у шлюхи три рбочих отверстия. Здорово, скзочно, слдостно, мсс неизглдимых впечтлений. Однко почему-то смые яркие воспоминния остлись у него от укол, видимо, средство было и впрямь рдикльным, убойно-дезинфицирующим, поддерживющим нционльную боеготовность н смом высочйшем уровне.

«Вот ведь, блин, непрух, кк жоп-то болит», – угрюмо подумл Бродов, шгя по перрону терминл, с силой помссировл зд и вдруг почувствовл, что его видение мир резко и бесповоротно изменилось – он уже больше не был номером зэт-восьмым, дорбийской ндеждой и опорой. Устроившимся рядом ног н ногу и крйне дружелюбно ухмыляющимся.

– А что, ссур, не мешло бы нм выпить, – с чувством скзл тот и вытщил из столешницы клинки, кк видно, освобождя поле действия. – З встречу. И зкусить соответственно. Ты кк? – И не дожидясь ответ, скомндовл в переговорник: – Зинуля, не спишь? Тщи все по клссу «А», н две персоны. Д, только выпивон и зкусон. По клссу «Б» пок не ндо. Двй.

Кзлось, и минуты не прошло, кк послышлись уверенные шги, повеяло фрнцузскими духми, и в помещение пожловли три девы. Блондинистя, брюнетистя и медово-рыжя, все лдные, фигуристые, выдющихся сттей. Нтурльно выдющихся, без прикрс – н бюст кждой можно было поствить по пре бутылок водки. Впрочем, нет, всему здесь было свое место: прекрсным выпуклостям – в роскошнейшем белье, бутылкм же с проклятой – н вместительных подносх. Еще н подносх чернел икр, розовел ветчин, пунцовел рыб, блгоухли копчености, остывл кур-гриль, стояли слты, мринды и соленья. Ткя вот комбинция, волнующя до невозможности, – крсвицы, «Абсолют» и рзносолы горой. Не обломщиц кибершлюх, не левый хнумк, не килогрмм безвкусной и н жртву-то не похожей жртвы.

А девушки тем временем нкрыли н стол, что ндо порезли, что ндо открыли, и рыжя, кк видно, н првх глвнокомндующей рсплылсь белозубой, обворожительной улыбкой:

– Еще чего будет ндо, Серфим Фомич, звоните. Мы звсегд…

– Спсибо, Зинуля, – осклился тот, хозяйственно потрепл ее по зду и, только прелестницы-збвницы ушли, уствился испытующе н Бродов. – Ну что, ссур, ты меня понимешь?

– Еще кк, – ответил тот, сел, облизнулся н ветчину. – Ну что? Нливй.

Д, понять зэт-восьмого было не сложно. Не обломщиц кибершлюх, не левый хнумк, не безвкусня и н жртву-то не похожя жртв…

Глв 3

И н Земле умножилось число людей.
И возлежли люли прямо н Земле, быкм подобно диким.
И бог Энлиль, людей соединенья нблюдя.
И бог Энлиль, послушв речи их.
Скзл богм великим:
«Опсны стли речи человечьи;
соития же их лишют сн меня…».

Шумерский эпос.

Опустившийся вечер был тих и приятен. Солнце уплывло з вершины холмов, пробовли голос птицы, от пруд тянуло свежестью, тиной и особым, не срвнимым ни с чем ромтом тростник гизи. Природ змерл, оцепенел, не было ни ветерк, однко и нсекомой жлящей мерзости не было тоже – рботли н всю ктушку устновки отпугивния. Еще не хвтло, чтобы сын Ан Господин морей Яркоглзого Энки жрли кровососы. Впрочем, в тихий тот вечер глз у Энки были мутны, см он вряд ли бы зострил свое внимние н происки кких-то тм москитов. Д что тм москиты – прилети н бреющем рой мух це-це, и то ругнулся бы брезгливо, отмхнулся бы пру рз и збыл. Потому что, во-первых, был уже хорош; во-вторых, был знят делом; ну в-третьих, думу думл вжную, пристльно глядя н поплвок. Тихо шептлись кмыши, резл воду леск, неподвижня поверхность коллекционного пруд был похож н перевернутое зеркло. Отржлись в нем удилище, мостки, беззботно брржирующие стрекозы, фиолетовое небо, кусты и Влдык окенов и морей. Стршно бледный, зеленый, нехороший видом, здорово нпоминвший мертвец. Неудивительно, ведь сколько тринопли уже было выкурено и сколько хнумк было вмзно. Доброго хнумк, отличной тринопли. А сейчс для рзнообрзия и ликвидции упдк сил Энки бловлся бльзмом, свренным в строгом соответствии с уникльным рецептом Тот. Бльзм был еще тот, нпоминющий нектр – прозрчный, кк слез, горящий синим плменем, глвное, поднимющий нстроение и с грнтией проясняющий голову. Однко вот стрнно-то, ну совершенно непонятно – пил его Энки, пил, мысли его оствлись все ткими же мрчными, муторными, по кругу, похожими н мельничные жернов. Мысли о ббх. Вернее, об одной. О длинноногой, рыжеволосой, крутобедро-высокогрудой, с тесным, уютнейше-укромным лоном и белоснежно-шелковистой кожей. В одних только просвечивющих чулочкх. Черных, в крупную сетку. Мысли о своей родной сестренке Нинти. Об этой лживой, похотливой суке, бросившей его, нсрвшей в душу, поствившей н том, что было, большой жирный крест. Снов спутвшейся в открытую с этим негодяем Энлилем. Бестолочью, сволочью и гнидой, только-то и умеющим, что рспускть свой мршльский, дром что весьм згженный пршивый хвост. Эх, мло он, Энки, бил ему хрю в кровь. А теперь он, он…

И богтое, отлично рзвитое вообржение рисовло Энки Энлиля, ухмыляющегося, торжествующего, с омерзительным, вздыбленным ж до смого пуп похотливым фллосом. Тень от которого пдл н ягодицы Нинти. Длинноногой, рыжеволосой, крутобедро-высокогрудой, с тесным, уютнейше-укромным лоном и белоснежно-шелковистой кожей, в одних только просвечивющих чулочкх, призывно улыбющейся н ковре в своей коронной коленно-локтевой позиции.

В общем, пил Энки бльзм, думл о своем и смотрел н поплвок, чутко регируя. Бог гневить нечего, клевло регулярно, однко крп Ре шел конкретно безикорный, тощий, рзочровывюще поджрый. Вроде бы и пруд зповедный, и нерест н носу. М-д. А ведь тк хотелось лично добыть икры, сделть деликтес-пятиминутку и не то чтобы подслстить – подсолить свою горькую жизнь. Эх, видно, не судьб.

«Лдно, еще не вечер, пусть сядет солнце», – Энки, не теряя ндежды, отхлебнул еще, но тут рздлся смех, истошные крики, и н противоположной стороне пруд появился Гибил. Не один – с Мрдуком и ббми. Все голые, рспренные, срзу видно – из бни, и к гдлке не ходи – вмзвшиеся. Не зметив родителя н фоне кустов, бртья нырнули в воду, поплвли, отплюнулись, дождлись пртнерш и нчли с энтузизмом спривться. Смолкли ошршенные ночные птицы, побежли волны по поверхности пруд, рзом взволновлись, зходили дружно, зшептлись в стрхе кмыши гизи. Что делл в глубине крп Ре, было не видно, но если следовть логике – то ноги…

«Черт побери», – выруглся Энки, но тихо, вполголос, и, дбы не нрушить деткм кйф, нчл было смтывть удочки, но тут, кк всегд некстти, проснулся гиперфон. Звонил глвнолетющий Шмш, в его хриптом, обычно ровном голосе звучл явня тревог:

– Привет, Стхнов, это я. Плохие новости – мы потеряли связь с Первым. Дежурный н звездолете тоже не отвечет. А ппртур регистрирует н орбите дельт-экрнировнное постороннее тело. Явно искусственного происхождения. В общем, тк: дуй ко мне, будем вместе думть, кк жить-быть дльше. Родственнички твои ближние уже летят, Нинурт со своими тоже н подходе. Двй торопись, ситуевин не ждет.

– Потеряли связь с ппхеном? И н звездолете не отвечют? – вяло удивился Энки, с полным рвнодушием вздохнул и вдруг, зметив, что поплвок исчез, мстерски, одной рукой вытщил солидного крп. Лупоглзого, в теле, срзу видно, икряного.

– Ну д, потеряли и не отвечет, – нчл зводиться Шмш. – Хвтит сопли жевть. Рви, говорю, когти.

– Знешь, сейчс мне никк, – Энки ухвтил крп з бочок, бережно снял с крючк и трепетно, в предвкушении, зрнее облизывясь, зпустил рыбину в ведро. – Отпрвляю трнспорт в Бд-Тибиру. Внеочередной, с рднием. Суперочищенным. Ты ведь знешь, ккой у нс плн…

– Слушй, ты, мркшейдер гребный, – окончтельно рзъярился Шмш, – ты что, не врубешься, блин, что у нс конкретно неприятности? Что и рдний, и Бд-Тибиру, и трижды срный твой збой могут зпросто нкрыться неподмытым оргном? Если уже не нкрылись. А ну двй, зкрывй псть, вытирй сопли и кнй ко мне в Сиппр. И боже упси, если не в темпе вльс…

В трубку выруглись, вымтерились, вспомнили мму Энки и, сплюнув с презрением, отключились. Вот ведь, вроде бы и генерл, и Мстер Нствник, и Глвный Орел, все одно – урк. Кк был Шмш рзбойником, тк и остлся.

«Ну, блин, и плнетк, сплошные уголовники. Построили цивилизцию», – зкручинился Энки, хвтнул бльзмчик, тяжело вздохнул, глянул н нследников, рзмножющихся по соседству, и неожиднно рзъярился не хуже Шмш:

– А ну, сук, бля, кончйте эту еблю. Собирйтесь, бездельники. Вылетем в Сиппр. Живо у меня, живо. Шевелите грудями. Время не ждет. А путь нм не близкий.

Ну д, рукою не подшь из Арли до Междуречья. Не ближний свет, не пустяковин, не семь верст, которые не клюшк. Рз этк в пятьсот поболе. Ткие концы, естественно, не для грвикр, тк что путь в Сиппр нчлся в кбине «My».

– Дй-к я, – скомндовл Гибил, турнул пилот, любимчик отц, и, усевшись в кресле комндир-нвигтор, принялся третировть бортовую ГЭВН – курс, двигтели, топливо, системы, связь, погод. Никто не возржл, ни Энки, ни Мрдук, ни пилот, ни ГЭВН. Все знли, что Гибил отлично делет три вещи – рзмножется, бьет морды и водит плнетоиды тип «My». И действительно, взлетели, кк по мслу, беспроблемно взяли курс и стремительно, н бреющем, понеслись н северо-восток. Энки пребывл с Морфеем, Гибил с нпором рулил, пилот блгожелтельно кивл, Мрдук смотрел похб-журнл, ГЭВН же все держл под контролем. А внизу, в полумрке, под теллуриевым крылом плыл Африк – реки, горы, озер, долины, поля, буш, свнн, пустыни, нескончемые джунгли. Плыл не долго – Энки дже толком и вздремнуть не успел, кк н экрнх покзлсь знкомя кртин: изломы злив, клякс болот, величественные полноводные реки-соседи. Текущие в унисон, в одной упряжке…

– Тэк-с, пиздрики, – глянул н приборы Гибил, щелкнул клвишми коммутции и с пломбом скзл в эфир: – Эй, н бзе. Это борт «Сокол». Дйте коридор, иду н посдку.

И чтобы ни у кого не оствлось сомнений, включил сирену и проблесковые огни – дбы всем было видно и слышно, что прибыл см сын принц Энки, внук великолепнейшего Ан, лучезрнейший Гибил.

– «Сокол», смостоятельный спуск зпрещю, – грубо ответили в эфире. – Знимйте коридор 4 А, вс будут сжть серворежимом. И выключите свой внешттный гудок….

Ну д, все првильно, глвное – безопсность. И перед ее суровым ликом все рвны. А то летют тут всякие рзные, крутые, но нелицензировнные. От которых одн бед. Вернее, не одн – множество.

И потянули «Сокол» вниз н посдку при помощи силового поля – кк бычк н веревочке. Не дли ни включить форсж, ни ктивировть пси-реверс, ни выпустить причльные упоры – все сделли, сволочи, сми, дистнционно, при помощи своей проклятой ппртуры. И посдили черт знет где, н здворкх, куд Мкр своих телок не гонял.

– Ну Шмш и гнид, дятел мелкошнкрный. Совсем збурел в корягу, – буркнул с обидой Энки. – Кк гостей встречет-то, сволочь. А ведь см ззвл. У, стервятник ощипнный, пдло бтистовое. Лдно, коснется…

Однко обижлся он, похоже, зря. У трп его и сыновей ждл дежурный трехперый орлн – почтительнейший, улыбющийся, похожий не н орлн – н херувим.

– Вше субвысочество! Вше псисиятельство! Здрвствовть, мтереть, процветть и рзмножться! – соглсно этикету скзл он, добро улыбнулся и, посдив прибывших в грвикр, повез их в темпе вльс в «Орлиное гнездо» – глвную рбочую штб-квртиру Шмш.

Путь и впрвду лежл в гору, н вершину холм, где рсполглся кчественный, построенный с душой комндный пункт: огрд, сигнлизция, охрн, лучеметы. Птиц не пролетит, мышь не пробежит, врг не пройдет. Крсот. Д и вообще, честно говоря, Сиппр нпоминл большой военный лгерь – периметр, птрули, дозорные н вышкх. Никкой рзнузднности, рзболтнности и штния. Ярко светили хергеновые прожектор, охрн, не рзговривя, открывл огонь, у стртегических объектов н силовых цепях сидели нтскнные роботы-убийцы. Чуть что – не промхнутся, мху не ддут – вжик-вжик боевым лзером, и уноси готовенького. Д, дел, похоже, у Шмш шли кк ндо, обрзцово, в лучшем виде, кзлось бы, живи д рдуйся, д только нет, нынче глворел нходился в нстроении питейном.

– А, явились не зпылились, – глянул он с порог н принц, выруглся, не подл руки и обртил свое внимние н нследников. – Шли бы вы, ребят, отсюд, без вс тошно. Эй, кто-нибудь, в приемной, дйте дорогим гостям пожрть с дороги. Ну, живо у меня.

– Слушюсь! Внимние и повиновение, генерл, – дернулся дежурный по приемной, вскочил, рысью бросился к Гибилу и Мрдуку. – Ануннки, прошу з мной. У нс отличный повр и повышення жирность…

– А ты двй ко мне. – Шмш помнил Энки в кбинет, сел, вздохнул, резко укзл н кресло. – Пдй. Жрть хочешь? И не знешь, случем, где все? Мир ктится конкретно в дребезду, ншим до фени…

– Хрен его мму знет, – отрегировл Энки, горестно вздохнул, вспомнил с любовью крп Ре, ждущего своего чс в ведре, и ткже не преминул вспомнить своего брт, нследник престол. – Ты что, Энлиля не знешь? Этого безмозглого мудк.

И тут, словно опровергя его слов, пожловл Энлиль, бодрый, вльяжный, в прекрсном нстроении и обергенерльском шикрном вицкостюме. Явился он, естественно, не см по себе – со свитой, с нследникми род Нннром и Ишкуром и с целой дюжиной проверенных телохрнителей. Д-д, с доброй дюжиной.

– Эй кто-нибудь тм, в приемной, нкормите дорогих гостей, – с ненвистью прикзл Шмш, кликнул в кбинет Энлиля, в это время зявилсь Нинти, причем тоже не одн, со своим новым пилотом-сом. Его могучий член, руки и губы тк нпоминли ей о Кумрби. О трепетно-волнующем, невозвртном, умчвшемся куд-то длеко счстье.

Последним пожловл Нинурт. Кк и подобет полководцу – при прде, резоннсном плше и преднной до гроб охрне, ужсющих мокрушникх, чудо-богтырях из зловещего племени мессиу. Д-д, из того смого племени мессиу, возникшего от блуд нуннков с смкми больших черных обезьян. Богтыри были свирепы, нерзговорчивы и внешне нпоминли мтерей – широкоскулых, широконосых, вызывющих ужс и омерзение. Однко же Шмш взглянул н них с явным одобрением – известно было всем, что воины мессиу питются по уникльной, придющей им особые силы диете и, кроме рзрешенного своими шмнми, в рот ничего не берут. Лдно, послли и их в комнту для гостей для компнии, крепко зкрыли двери, и хозяин дом, особо не мудрствуя, принялся освещть релии. Они не рдовли. Примерно три чс нзд втомтик слежения збил общую тревогу – пропл связь со звездолетом и личным выделенным кнлом смого Ан. Одновременно рдры зсекли излучющее искусственное тело, идентифицировнное чуть позже ГЭВН кк удрный гиперхронный сублинкор. А линкор этот выполнил мневр, дл злп из блстер в сторону Земли и знял элиптическую орбиту вблизи от орбиты звездолет. Точнее говоря, не знял, сел н плечи – вышел н дистнцию ктивных боевых неконтролируемых действий. Теперь стоит только ндвить н спуск…

Вот ткие, блин, пирожки с котятми. Ткие вот, блин, рдостные вести. Причем не все. С нучной стнции, устроенной н Полюсе, сегодня утром доложили: лед тронулся. Огромный, этот поржющий вообржение ледовый пнцирь треснул, пришел в движение и собирется поднять волну – стрельб из блстеров линкор, кк видно, инициировл процесс. В общем, хреново везде: и нверху, и внизу, и н грешной земле, и н небе, суть н орбите. Вот он, сук, бля, зкон подобия в действии. Вернее, пришл бед – отворяй ворот.

– А теперь вопрос н зсыпку, – Шмш змолк, выдержл пузу и зверем, лчущим крови, взглянул н Энлиля. – У вс ведь тм, в Ниппуре, ппртур помощней моей будет, один скнирующий хронопеленгтор чего стоит. Д и персонл куд поболе. Тк почему же ты, сук, бля, рогом-то не шевелишь? Кто здесь у нс, в нтуре, отвечет з связь? Кого здесь Утес, блин, нзнчил з стршего? А, кнцлер хренов? Штны-то у тебя мршльские, с млиновым кнтом. Мне что здесь, ткую мть, больше всех ндо?

Скзл он это тихо, проникновенным голосом, но получилось пробирюще, по-нстоящему стршно.

– Д лдно тебе, пернтый, лдно, – и не подумл огрызнуться Энлиль, попытлся все свести к бнльной шутке. – Ишь, кк клюв-то рскрыл, скоро кркть нчнешь. Профилктик у нс плновя, профилктик. Все стнции слежения н ПЭПЭЭРе, я, блин, вообще не при делх, ни сном, ни духом, ни в дугу и не в тую, меня ведь дернули с природы, точнее, с инспекторской поездки. Спсибо, дорогой, что дл сигнл, ввел в курс дел, выступил с иницитивой. Что ж, двйте идти к консенсусу, в консорциуме, коллегильно. Одн голов хорошо, четыре, – он виновто посмотрел н Нинти, – хм… пять – лучше.

Чувствовлось по всему, что ему глубоко плевть н все, кроме своих личных интересов.

– Не профилктик у тебя тм в Ниппуре, брдк голимый. А з ворон ответишь, – цыкнул зубом Шмш, по-уркгнски хмыкнул и срзу же стл серьезен, выктил желвки. – Не хочу вперед Утес лезть в пекло, но, поскольку время не ждет, полгю, что ндо лезть в горы. Всем черноголовым лулу ндо нбирть высоту – тщить нверх бб, добро, хрчи, припсы. Мы по мере сил поможем, и морльно, и трнспортом. А сми, когд припрет, перекнтуемся в плнетоидх, н стционрной орбите. Ну не нуннкское же это дело – жопу мочить, в гробу я видел этот девятый вл. Предлгю действовть решительно, с нпором, жестко и без снтиментов. Чтобы никкой тм пники, штний и рзброд. Шг влево, шг впрво – рсстрел, рненые, женщины и дети – вперед. Естественно, военное положение, тотльня мобилизция, ночное птрулировние, коменднтский чс. Чтобы никкого брдк, кк теперь в Ниппуре. И нчинть нужно немедленно, без соплежуйств, ледовый пнцирь ждть не будет. А сейчс, – он выдержл пузу, тяжело вздохнул и твердо посмотрел в глз Нинурте, – предлгю выдвинуться н орбиту. Один хрен, от гиперонного линкор не денешься никуд, тк уж лучше сдохнуть вместе с корешми. И с музыкой. Ты, генерлиссимус, кк?

Нинурт Шмш не любил, помнил, кк тот гонял его и в хвост, и в гриву, однко взгляд не отвел и с чувством улыбнулся:

– Конечно, лучше с музыкой. И в коллективе.

Уж он-то кк никто другой был в курсе, н что способен линкор. Пострется – тк от плнеты остнется один голый шрик. Рскленный, потресквшийся, жутко рдиоктивный. А если очень пострется, тк и шрик не остнется. Тк, облчко плзмы в безбрежных просторх Глктики.

– Постойте, постойте, ккое тм, н хрен, птрулировние, ккя тм еще мобилизция? Ккой, к чертям собчьим, комендтский чс? – несколько зпоздло, но с экспрессией удивился Энлиль. – О себе ндо думть, о себе. А лулу… Это же куклы, слепки, искусственные тври, блудливые потомки обезьян. Будем живы сми – новых откуем, уж всяко не хуже этих. Ты, дорогой пернтый, витешь в облкх, оторвлся от жизни и не тм, где ндо, кценты ствишь. О себе ндо думть, о себе. Внчле куриц, потом яйц.

Энлиль, честно говоря, не кривил душой, не шел против истины и был совершенно искренен – лулу, эти чертовы черноголовые, тк действовли ему н нервы в последнее время. Только-то и умеют, что ничего не делть, жить з счет других, жрть, врть, гдить, ндувться спесью, исходить н звисть и спривться. А уж шуму-то от них, шуму. Вчер вот всю ночь было не зснуть – орли жрицы в придворном хрме, голосили хором н всю округу, кончли, видимо, кк умлишенные. И зткнуть нельзя – кк же, нвредишь см себе – скрльнейшя церемония, основ культ, священное жертвоприношение в его, Энлиля, честь. А что тм деллось внизу, в глубинх подземелий, лучше и не думть. Мрк. Одни жрецы с их мерзкими кбздохми чего стоят. Нет, положительно, этим лулу нужно кк следует выкупться, дбы смыть с себя всю свою грязь, нечисть и скверну. Хотя некоторые из них, особенно смочки, очень и очень ничего, если, конечно, рссмтривть их в горизонтльно-коленно-локтевом ркурсе…

– Д ты всю жизнь, бртец, только и делешь, что думешь о себе, – внезпно рзозлилсь Нинти. – И яйц у тебя всегд н втором месте. Мы с дядей Тотом стрлись, стрлись, делли, делли лулу, ты вот тк, срзу, одним мхом – утопить их, нплевть и збыть. Хрен тебе, бртец, лососячий куд не ндо. А между нми теперь дохлый бобик, круг от унитз и мертвого осл уши. Все, дружб врозь, пошел в жопу, – сдерживясь, в четверть силы выруглсь Нинти, вытерл слезу и срзу вспомнил своего пилот-с, тк нпоминющего ей о Кумрби. Нполовину лулу, между прочим. Это что же, и его в воду? Нет уж, н хрен, бртец, поди-к ты отсоси…

– Увы, сестр, увы, брт твой жестокий и бессердечный нуннк, – с тихой и контролируемой рдостью вклинился в беседу Энки. – Ведь сколько сил, труд, спермы, нконец, потребовлось для создния лулу. И это что же, в песок? То есть, я хотел скзть, в воду? Чушь, бред, волюнтризм, провокция, непонимние момент. Счстье твое, брт, что отец нш тебя сейчс не слышит. Уж он бы укзл тебе н недочеты, уж он бы врзумил. А сейчс твой путь ведет в пропсть, в бездну, конкретно никуд…

– Свинья ты погня, ббирусс, – обрзно резюмировл Шмш, – пдло, блин, бтистовое, гндон трижды штопнный, козлин, нехороший нуннк. Пок все путево и н мзях, тк ты с мелу конкретно всь-всь – и с пряникми, и с двлкми, и с трещинми, и с лкшовкми. А кк змячил риг, конкретня хн – то все, свободны, пошли дружно н хрен. Вот тк и бывет всегд – внчле предют блядей, зтем педерстов, после своих корешей. Где, скжи, грнтии, что звтр ты не повернешься жопой к нм? А? И потом, вот еще что, для общего рзвития. У меня почти весь техсоств лулу. Мехники, зпрвщики, рбочие ремзоны. Двй, двй, нсрем в душу им, двй огорчим их до невозможности, и я буду очень посмотреть, кк ты выйдешь н орбиту. См будешь, что ли, рзводить пситритиевый мегокислитель? Окисляющий нповл, ? Скжи, Нинурт.

– Д уж, – нчл было тот, поднялся, зблестел глзми, однко же вспомнил, что Энлиль ему родня, и резко увильнул от темы. – Гм… В общем, хвтит рзговоры рзговривть, ндо срочно дело делть. Время не ждет. Ну что, летим?

– Летим, – отозвлся Шмш, – у меня все н мзи, плнетоид под прми. Ну что, рвем когти в космопорт? Эй, кто-нибудь, грвикр к подъезду.

Однко же немедленно отбыть в космопорт им не удлось. Н рык Шмш не ответил никто, повисл томительня тишин, едв, ругясь, он нпрвился к дверям, кк в дверях тех покзлся дежурный. Но, боже ты мой, святые угодники, в кком же бледном виде – с рсквшенным клювом, невидящим глзом и сломнным в локте крылом. Зтем послышлись шум, гм, кипеж, отчетливые удры по живому и стршный, пронзительный, не нуннкский голос:

– Всех, суки, урою, всех!

Без сомнения, это были звуки битвы, битвы не н жизнь, н смерть. Доносились они из комнты для гостей.

– Черт, – выруглся Шмш, оттолкнул дежурного и бросился вперед. – Ткую вшу мть.

Зторопился он не зря, узнл хриплый голос Гибил. Следом з ним устремился Энки – тоже услышл голос сын, поспешил Нинурт, взял ноги в руки Энлиль, снедемя любопытством, потрусил Нинти. Бежли сломя голову они не зря, глзм их предстло преудивительное зрелище: Гибил и Мрдук н пру били всех. И грозных телохрнителей Энлиля, и стршных богтырей мессиу, и бедную свою родню в лице Нннр и Ишкур. Мстерски крушили кулкми, щедро рздвли тумки, крутили дедовскую коронную, бьющую нповл вертушку. Д, воинственные гены Ан двли нынче о себе знть, д еще кк двли…

А нчлось все с того, что для дорогих гостей нкрыли с дороги стол – икорк, буженинк, копчености, язычки, соленья, мринды, горячее, кур-гриль. Ну и, естественно, хнумк. С триноплей и бльзмом.

– Я с этими двумя не то что з один стол – в одном поле срть не сяду, – срзу же пояснил свою позицию Гибил и вилкой укзл в сторону Нннр и Ишкур. – Они ж петухи-миньетчики, вфлеры-педерсты, причем гнойные. А, бртн?

– Ну д, конечно, – живо отозвлся Мрдук. – Мы их н той неделе и хором, и по кругу, и двойной тягой. Кк они это любят – н четырех костях.

– Все-то вы врете, сволочи, мы совсем не любим н четырех костях, – дружно обиделись Нннр и Ишкур, выруглись по мтери, здышли тяжело, однко же послушлись и отсели з стол к охрне. От грех, от беды, от Гибил с Мрдуком подльше.

Ед был вкусной, тринопля ядреной, хнумк – вообще выше всяких похвл, тк что н время воцрилсь тишин, только мерно постукивли вилки д урчло в брюхе у голодных мессиу. У них бежло по бородм, д в рот не попдло – ткя, видимо, был судьб, точнее же говоря, диет. Грмония, мир, зпхи еды густо струились нд столми. Струились не тк уж долго, пок не подли торт.

– Ну что, пожлуй, приступим. Пор, бртух, пор. – Гибил и Мрдук переглянулись, с нпором поднялись и, склясь, подтянулись поближе к Нннру и Ишкуру. – Тк, говорите, вм не ктит н четырех костях? А это мы сейчс проверим. Ну, кто тм первый? Стновись.

Все эти беседы, приколы и посягтельств ужсно не понрвились охрнникм Энлиля. Они сконцентрировлись, збыли про торт и попытлись было восстновить грмонию, однко очень скоро об этом пожлели – море плюходействия, окен пинков, Нигр зуботычин обрушились н них. После хнумк, тринопли и хорошей жртвы что Гибил, что Мрдук были в удре.

– А ну-к ш! Всем стоять! Грбки в гору! – ужсно зкричли голодные мессиу. – А ну, белый, лягй! Н пузо, говорю, лягй! А ну, живо у меня!

Д, зкричли они дико, бешено, по-звериному стршно, что будешь делть с ними – вндлы, дикри. Првд, быстро унялись, зткнулись и притихли, сделлись спокойными, очень медленными и здумчивыми, поскольку что Мрдук, что Гибил были нынче в удре…

– Ну что, суки, взяли? – зрычли они, хотели было взяться з Нннр по-нстоящему, но тут н шум пожловли дежурные орлы, и пришлось брться з них – чтобы крылми не мхли и не щелкли клювми. Зто уж потом Гибил с Мрдуком рзошлись по-нстоящему, покзли себя во всей крсе, продемонстрировли то, чем их тк щедро одрил мть-природ. Когд примчлись Шмш, Нинурт и иже с ними, в модуле для гостей црил рзрух. Пхло тм не триноплей и рзносолми – кровью, феклиями, желчью и мочой. Жлобно подвли голос рненые, блевли – и это н пустой же желудок! – богтыри мессиу, грозные телохрнители кнцлер Энлиля слбо держли оборону. А Гибил тем временем бросился к стене, звлдел внушительным, в рост нуннк зерклом и, рсколов его о чей-то череп ндвое, двинулся с чудовищной опсной бритвой в битву.

– Всех, всех, суки, н ноль помножу, всех!

Дело, и тк-то не совсем хорошее, принимло мокрый оборот.

– А ну стоять! – взревел Шмш, выхвтил субблстер, клцнул рычжком ктивизтор. – Змри, здрыг. Зжрю кк цыпленк.

А вот Нинурт промолчл, срзу перешел от слов к делу. Выхвтил плш, оценивюще прищурился и одним движением рсполовинил стол. А зтем под звуки бьющейся посуды с пдющей интонцией изрек:

– Ну все, все, хорош. Повоевли, хвтит. Сдвйтесь, ребят, хорош.

И нступил тишин, только негромко стонли рненые.

– Тк, гостевой сервиз н сто голов, – посмотрел под стол Шмш, удрученно сплюнул и поднял мрчный взгляд н Энлиля. – Двй-к збирй своих уродов и с песнями вли, пок еще все теплые и дышт. И рзговор нш не збудь, не тяни кот з яйц, объявляй мобилизцию срочно, в темпе вльс. Ну, что зстыл-то, будто обосрлся. Вли. А может, хочешь о чем-нибудь спросить? А может, ты чем-то конкретно недоволен?

Глз Шмш метли молнии, голос нпоминл рык, в руке он держл взведенный блстер, тк что здвть ему вопросы кк-то совершенно не хотелось.

– Д нет, все хорошо, – вышел из ступор Энлиль, зверем посмотрел н Энки, взял под белы руки сыновей и в сопровождении гврдии убрлся – кк-то уж очень по-нглийски, дже не попрощвшись с Нинти. Обстновк без него стл горздо лучше, непринужденней, рсполгющей к общению.

– Ну что, сук, бля, повеселились? – скупо пожурил Шмш Мрдук и Гибил. – Что, довыкблучивлись, говнюки, мудилы грешные? Двйте, двйте, ткую вшу мть, скоро, блин, тк вшу и не тк, не до того стнет.

– А что ткое? – нсторожился Гибил. – Грядут ккие-нибудь перемены?

– У ппши своего спроси, принц, – отмхнулся Шмш, – мне с тобой, тупоголовым, общться нечего. Что ты, что бртец твой кк есть крпы Ре отмороженные. Белоглзые. Ну ты смотри, гостевой сервиз н сто пятндцть голов…

– Д лдно, пернтый, не серчй, будет тебе компенсция, – приоснился Энки и шепотом, но тк, чтобы Нинти услыхл, скзл: – Ты ведь знешь, я всегд плчу по счетм.

– А пошел бы ты, – огрызнулся Шмш. – Внчле в душу нложил дерьм, потом в жопу лезешь с компенсцией. Эй, Нинурт, брт, двинули отсюд.

– С удовольствием, – кивнул Нинурт, с лязгом убрл плш, глянул с презрением н мессиу, и они с Шмшем двинули в космопорт.

Тм их уже ждл дежурный плнетоид – прогулочня, для вип-персон, шикрня четырехместня посудин.

– Рзмножться и здрвствовть! Внимние и повиновение! – пилот, дром что пернтый орел, вытянулся, змер, выполнил большой респект, крепкое скулстое лицо его вырзило почтение. – Прошу н борт. Куд изволите?

– Н орбиту двй. К звездолету поближе, – рспорядился Шмш. – Но без суеты, без вошкнья, н цырлх. И зходи со стороны Солнц. Реклм нм сейчс ни к чему.

– Внимние и повиновение! Есть зходить со стороны Солнц, – бодро отрегировл пилот и принялся вводить в ГЭВН днные. – Чтоб никкой реклмы.

– Ну вот и молодец, все схвтывешь н лету, – веско одобрил Шмш, рсположился в кресле и глянул с усмешкой н Нинурту, тоже устроившегося по-соседству. – Мой лучший ученик, сс. Может кк угодно – и н честном слове, и н одном крыле. Мстер, виртуоз, рулит игрючи. Гм. А у тебя очко-то не игрет? Ведь можем и не вернуться.

– Можем. – Нинурт зевнул, с юмором осклился и слдко потянулся, устривясь в кресле. – Только не игрет. Нсрть.

В голосе его слышлось полнейшее рвнодушие, будто бы не собирлся он под жерл лучеметов. Пожил, пожил, посмотрел н этот мир. А потом, ннигиляция – это совсем не больно.

– Это хорошо, если не игрет, еще лучше, если нсрть, – одобрил Шмш, с понимнием кивнул, ГЭВН тем временем объявил готовность, и сс по громкой связи возвестил:

– Генерлы, внимние. Пошли н взлет.

С легкостью, без труд, без шум, пыли, вони и гм, дром, что ли, плнетоид был для вип-персон, кчественный, с форсировнными двигтелями. Д и пилот был стопроцентный орел, которому и грвитция, и турбулентность это тк, тьфу. Мощно ввинтились в тмосферу, миновли плотные слои и мстерски, описывя сложную кривую, вышли в околоземное прострнство. Внизу величественно плыл внушительня голубя сфер, сзди, в кормовых иллюминторх, буйствовло, исходило светом Солнце. А вот что тм деллось впереди, по курсу, среди рвнодушных звезд? Нинурт и Шмш гдть не стли, дружно поднялись, прошли н нос, в рулевую рубку.

– Ну, пернтый, кк дел? Тк, тк, тк. Ну молодец.

Рулевой действительно делл все, кк ндо – двиглся по инерции, со стороны Солнц, н связь не выходил и рдры не включл. Четко выдерживл генерльную линию в том верном нпрвлении, что реклм не нужн.

– Ну что, будем посмотреть в отрженном излучении? – не то чтобы спросил – зконсттировл Шмш, Нинурт кивнул, и орел включил телескоп обзор – мощня пейсовскя оптик срзу сокртил рсстояние, приблизил звезды и покзл звездолет, отсвечивющий н Солнце. Рядом с ним – не с Солнцем, со звездолетом – знимл орбиту искусственный объект, тоже отливющий прдно и призывно, словно вылизнные с душой мурокотовы яйц. Рсстояние между ними – не между яйцми, объектми – по космическим мсштбм было ничтожно несущественным, нсторживюще интимным, вызывющим ссоциции о дешевых домогтельствх. Впрочем, это кому кк…

– Д, линкор в нтуре, – глянул в окуляр Шмш, выруглся, тронул кнопку фокусировки. – Похоже, четвертя серия, проект Z.

– Он, он, родимя, првду речешь, – похвлил его Нинурт. – Д, бля. Это очень хорошо, что мы идем тихо, мирно и со стороны Солнц. А то бы…

Он не договорил. Прострнство вокруг звездолет вспыхнуло, окрсилось в немыслимые цвет, лилово зискрилось миридми молний. Кзлось, что оно вот-вот взорвется.

– Двигтель! Они пустили глвный двигтель! – бешено зорл Шмш и тоже змолчл, змер, утртил н мгновение др речи. Было с чего. Прострнство действительно взорвлось, вспыхнуло, трнсформировлось в плзму, породило огромный огнедышщий шр. Это звездолет, стремительно ускорившись, врезлся н всем ходу в днище линкор. Ккя тм ктивня зщит, ккя силовя броня, ккя превентивня тк блстерми, ккое что… Вспыхнул новя звезд, н миг всколыхнул вкуум и срзу же погсл, сгинул, исчезл, не оствив и след. Кзлось, что не было ни звездолет, ни этого чертов линкор, ни жизни, ни нуннков, ничего. Лишь скучный отмороженный вкуум д блестки рвнодушных звезд.

– Утес!

– Кореш!

– Утес!

Вздрогнули, зкричли судорожно, всхлипнули Нинурт и Шмш, вытерли нежднную слезу и хором прикзли рулевому:

– Полный ход. Рдры включить. Может, кого и пронесло.

Ну д, ндежд умирет в мукх – последней.

– Внимние и повиновение! – выдохнул орел, резко встрепенулся и, едв включив стнцию слежения, не сдержл эмоций. – Есть! В секторе 4 Б. Мля неэкрнировння среднелетящя. Тк это же…

– Я что, по-твоему, слепой? – перебил его Шмш. – Или, может, грмоте не обучен? Вот же, по-нуннкски нписно: млый хронльный супербот внесерийной постройки, эксклюзивня модель. Порт приписки неизвестен, хрктеристики отсутствуют, зрегистрировн н общественный фонд «Мы и родня Кссиопея». А кто н тком у нс летет? Ну конечно же, Исимуд. Черт! Только вот куд он держит курс? Похоже, куд-то не туд, в другую сторону, нлево. Лдно, сейчс узнем. – И Шмш, не мудрствуя, ктивировл связь: – Эй, борт 7-40, вы тм кк, крепко удрились головкми? Земля вообще-то в противоположной стороне.

Ответом его не удостоили, повисл тишин, хронобот знй пер себе конкретно не туд, кк видно, нпрвляясь к хронльному Туннелю. Причем он двиглся кк-то стрнно, вызывюще, в шокирующей мнере – по дуге. Чувствовлось, что пилотирующий его хорошо удрился головкой.

– Эй, борт 7-40, с вми говорит комндный пункт, – живо взял иницитиву в свои руки Нинурт. – Прикзывю немедленно остновиться, зглушить турбины и ждть проверяющих. В случе откз, квлифицируемого злостным, все пойдете под трибунл. Повторяю, это комндный пункт…

Д, сколько тысяч лет прошло, кк был Нинурт солдфоном, тк им и остлся. Причем повысился в чине, дослужился до мршл. Однко, что удивительно, его прикз подействовл, пусть и чстично. Хронобот вдруг змедлился, рзом сбвил ход. Првд, остнвливться не стл – сделл реверс и отозвлся мрчным голосом Тот:

– Эй, проверяющие хреновы, рсслбьтесь. Нш сттус восстновлен, никто никуд не едет, все живы и здоровы. Куд прикжете сдиться?

– В Сиппр двй, – вклинился в общение Шмш. – Уж тм вс встретят. С песнями. Сейчс рспоряжусь. – Выруглся, кк обычно, покчл головой и с улыбкой облегчения посмотрел н Нинурту: – Ну дел. Ты что-нибудь понимешь, фельдмршл?

А дел н хроноботе обстояли вот кк. Где-то минут сорок тому нзд н его борт поднялись Тот, бндиты, глвмех и Исимуд. Нстроение у всех было еще то – они только что нвечно попрощлись с Аном. Однко нужно было нстривться н жизнь, и Тот подлся в грузовой отсек, где изготвливлись к вояжу, вернее, к худшему простые путешествующие мссы: рядовые игиги, непернтые орлы, нуннчки с хозблок, кормобзы и из обслуги.

– Бртья и сестры, – скзл он. – Нстл минут испытний. Ровно через двдцть минут нс со стршной силой выкинет в прострнство, тк что не збудьте о зконе инерции, устривйтесь поудобней и держитесь покрепче. Ну все, в добрый путь, и д поможет нм Бог. Тк-с, сверим чсы. Гм. Н моих без двдцти восемь. – Он вытщил свой кубббровый хронометр, поствил нулевой отсчет и поспешил н верхнюю плубу, где нходился пссжирский слон. Тм все было окутно урой беды – женщины сдерживли всхлипы, мужчины ктли желвки, дети в стрхе прижимлись к взрослым, боялись рзговривть и пускли слезу. Бртв, не мудрствуя лукво, игрл н бянх, орлы, пристегивясь покрепче, готовились взять стрт. Стоял ккя-то тягостня, пнихидня, убивющя нповл тишин. Зто из-з дверей руль-рубки доносилсь громкя, н непонятном языке гортння речь – ры-ры-ры, бу-бу-бу, хы-хы-хы, густо припрвлення и весьм-весьм знкомыми нуннкскими мтюгми. Собственно, это и были родные мтюги, слбо рзбвленные чужой речью.

«Во дют», – удивился Тот, оторвлся рзом от созерцния безндеги и поспешил в рулевую рубку, блго, время еще терпело, дверь был не зперт. Внутри имели рзговор дуэтом – не только громко, но еще и крупно, совсем не по душм.

– Ах ты сук, бля, пидор гнойный, гндон штопный. Ры-ры-ры, бу-бу-бу, хы-хы-хы, – говорил Исимуд, и мленькие прищуренные глз его блестели от прведного гнев. – Пдло позорное, ложкомойник хренов, вонючий необрезнный поц. Ры-ры-ры, бу-бу-бу, хы-хы-хы. Ткую твою мть!

– Тем же концом вс, рбби, в то же место. Сми вы пидер гнойный и гндон штопный. Ры-ры-ры, бу-бу-бу, хы-хы-хы, – с чувством отзывлся Хурдонй, сплевывл сквозь зубы и тряс могучим кулком. – А пошли бы вы, рбби, куд подльше в мнду. Хрен вм, рбби, большой и толстый куд не ндо. Ры-ры-ры, бу-бу-бу, хы-хы-хы.

– Никк проблемы, ребят? – послушв, спросил Тот и вытщил из крмн свой хронометр. – Решйте быстрее, скоро н взлет.

До стрт оствлось четырндцть минут. Но это, конечно, если в иделе.

– Этот поц не хочет брть курс н Землю, – усмехнулся Исимуд, вернее, не усмехнулся, нехорошо осклился. – Говорит, что видел все это в гробу и в белых тпкх. Говорит, что нужно рвть когти.

– И говорю! – пролял Хурдонй. – Если все сейчс будет хорошо, то потом, ткую мть, будет плохо. Хронльный сублинкор не пенис моржовый, его будут искть, нйдут, в конце концов, нс. Нет, нет, ндо рвть когти. Куд-нибудь подльше, в другую метглктику…

– Лдно, лдно, будет день, будет и пищ, – с крйним дружелюбием и тктом зметил Тот. – Остыньте, ребятишки, сдуйтесь. До всего хорошего еще дожить ндо. Неизвестно еще, кк мы вынесем ускорение, рзблокируются ли системы, зпустятся ли двигтели. Рсслбься, корешок, – подмигнул он Хурдоню, – устройся поудобней, вспомни свою ббушку, может, дже успеешь, если пострешься, подрочить. А я, пожлуй, бртцы, соствлю вм компнию. Уж больно вы мне нрвитесь, д и плцкрты у вс первый клсс. – И Тот с комфортом устроился рядом, в кресле третьего пилот. – Ну вот, шик, блеск, крсот. Полня грмония. Все в этом мире, ребят, нчинется с жопы. Тэк-с, сколько тм у нс нтикло? – Он глянул н хронометр, кчнул головой и с дружеской улыбкой повернулся к Адоню. – Ну, тк ты будешь дрочить или нет? Три минуты остлось.

– Д у ткого поц и не встнет, – желчно зметил Исимуд. – У этого неподмытого поц.

– Слбо нсчет проверки, рбби? Снимйте вши срные штны, – обиделся, и не н шутку, Хурдонй. – Д и вообще, кишен мирен тохес, рбби, шли бы вы отсюд в жопу. А лучше млой скоростью н хрен…

– Все, шлимзоло, ты уволен, – тоже оскорбился Исимуд, грозно зсопел, нбычился, нчл было поднимться с кресл, но не успел. – Тот взмхнул рукой и взглядом укзл н свой хронометр. – Все, ребят, взлетем. Дю отсчет: девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, дв, один… Ноль. Ну. Все…

И ничего не произошло. Лишь мехнизм хронометр, поствленный н нулевой отсчет, нежно, с переливми, зигрл:

– Ах, мой милый Нингерсу, Нингерсу, Нингерсу…

– Что з черт? – Тот зткнул песню, мгновение помолчл и удивленно воззрился н хронометр. – Что, двух кмней тебе не хвтет? Н один положить, другим…

Однко ломть вещь редкую, цены немлой, он не стл, мигом отыскл глзми чсы рдниевые, стционрные, н пульте упрвления, и внутренне похолодел. Нет, дело было не в хронометре, дело было в чем-то другом.

– Что-то я не чувствую ускорения, – почему-то шепотом сообщил Исимуд. – Тк, выходит, мы никуд не летим? Может, что-то рньше времени приключилось с Аном? Он был белый, белый ткой, похожий н мел… А, многоувжемый Тот?

– Не зню, – отозвлся Тот, убрл хронометр, тяжело вздохнул, из-з двери, из стн пссжиров, уже неслось:

– Что з сук-бля, непонятки в нтуре?!

– Это еще что з форшмк?

– Эв, Тот, корифн, внеси-к ты ясность, двй, светильник рзум, врзуми!

Похоже, ситуция тревожил не только Исимуд, однко поднимть вопрос, вернее, поднимться из кресел конкретно не хотелось никому – ну кк нчнется? И быстро зкончится – тк вдрит по мозгм зконми инерции, что костей не соберешь. Вот и оствлось только одно – поднимть голос.

– Лдно, чего гдть. Пойду-к я узню, – внутренне собрлся Тот, рсстегнул фикстор, нстривясь н худшее, глубоко вздохнул, но стоило ему подняться н ноги, кк чудовищня сил швырнул его в кресло, обожгл резкой болью и погсил сознние. Не остлось ничего, кроме липкой темноты…

Пришел он в себя в горизонтли, н полу, и первое, что услышл, были крики – истошные, протестующие, вибрирующие от гнев. Н все том же гортнном, непонятном языке. Потом послышлся звук удр, н миг нстл тишин, и что-то грузное, безвольное и мягкое припечтло Тот к полу.

«Тк-с, кому-то дли в морду», – сделл вывод он, с трудом рзлепил ресницы и узрел Исимуд – тот лежл в отрубе, совсем никкой, из съехвшего нбок нос его текл по подбородку кровь.

– Я тебе что, бб? А ну-к слзь, – стршно рзъярился Тот, нчл выбирться из-под тел, отчего Исимуд пришел в себя и монотонно збубнил:

– Ох, зохенвей, он едет не туд… Не туд он едет, зохенвей… Едет он, зохенвей, в Туннель… А ведь ндо нм, зохенвей, совсем в другую сторону… Ох, сук, бля, зохенвей…

– А ну, тихо тм внизу! Лежть, не дергться! – прогремел сверху, от штурвл, голос Хурдоня. – А то получишь еще.

– Ох, зохенвей, ведь не в ту сторону, не в ту, – скорбно отозвлся Исимуд, в дверь тем временем приложились ногой, и голос Мочегон проревел:

– А ну, ткую твою мть, живо дй проход! Ты, рулил грешный, куд курс держишь? Охерел, блин, в тке? Открывй, говорю, открывй.

– Аг, щс тебе, нрспшку, – хмыкнул Хурдонй, – только подмоюсь. Нишкни у меня, протоплзм.

Нстроение у него стремительно улучшлось. Стрх и нпряжение прошли, ситуевин конкретно прояснилсь, мысли кружились косякми, мсл в голове хвтло. А ведь все, с ккой ты стороны ни посмотри, совсем неплохо: посудин дром что покувырклсь, слушется руля, двигтели тянут кк звери, системы функционируют испрвно, втомтик нходится н высоте. Можно рвть когти хоть к черту н рог. Тем пче что н борту три сотни потенцильных доноров, у одного из них н крмне мтриц с очень-очень-очень-очень кругленькой суммой. Тк что перспективы отчетливы, рдужны и блгоприятны: сейчс ндо будет пройти Туннель, тщтельно змести следы, потом мхнуть н Альфу Центвр, к проверенным чечикм. Ну уж дльше все пойдет кк по нотм: свидетелей н оргны, посудину нлево, мтрицу – в рботу. С пристрстием. Есть тм гумноид один, мстер н все руки, снимет внчле шкуру, потом уже ббки со счетов. Виртуоз… Тк что если глянуть в корень, все и неплохо вовсе, , можно скзть, отлично, здорово, кчественно и оптимистично. А все потому, что он хороший внук, помнит свою ббушку и мстерски влдеет росписью по метллу. Ну и еще, конечно, с, док, профи, мстер виржей и корифей посдок.

Тк, знятый своими мыслями, рулил в открытом космосе Хурдонй, обмозговывл перспективы, держлся з штурвл и чрезвычйно – до мочеиспускния, до клоотделения – удивился, услышв влстный голос:

– А ну, сволочь, тормози.

Удивился до ткой степени, что збыл про упрвление. Впрочем, понять его было не сложно – рядом с ним стоял Тот с крупноклиберным импульсным блстером, который, по мудрейшему совету Ан, с некоторых пор носил с собой. Мссивное легировнное дуло смотрело Хурдоню точно в лоб. И он, дром, что ли, стопроцентный с, мигом вспомнил про упрвление – нчл тормозить. А Исимуд тем временем пришел в себя, дополз с проклятьями до пульт и рзблокировл змок, ввиду чего в руль-рубке стло тесно – это пожловли урки. Недобрые, не в нстроении, готовые н все. Однко Хурдонй не дрогнул, не вскрикнул и не испуглся, отрегировл стрнно – судорожно зхохотл. Причем смотрел он вовсе не н бндитов, глз его были приковны к пнели упрвления. Со стороны кзлось, что он прощется с крышей…

– Ты, сук, еще будешь лыбиться тут, кк прш? – нчл было Мочегон, душерздирюще выруглся, сжл кулки, но Хурдонй дже не шевельнулся, смотрел в одну точку. Н сигм-индиктор ктивности нпряженности хронополя, по умолчнию нстроенный н устье Туннеля.

«Аг», – понял его взгляд Тот, тоже посмотрел, горько усмехнулся:

– Д, дел. Вход в кнл зблокировн, не инче кк линкор пострлся. Теперь ни проехть, ни пройти, точнее, в хроносистему не войти. В общем, мы теперь отрезны от цивилизции. Остется только вриться в собственном соку.

– Ах, вот от чего ты тк рдуешься, сук, – не стл смотреть н индиктор Мочегон, уствился н Хурдоня. – Только хорошо склится тот, кто склится последним. – И мощным удром ноги он вынудил его зткнуться, с нпором прилскл рукой, умеючи добвил головой и кк кутенк вышвырнул из кресл. – Эй, бртв, стреножить его. Что делть будем с ним, решим звтр. То ли тюрмить, то ли пидорсить. – Гнусно ухмыльнулся, рзом подобрел, высунулся с экспрессией в пссжирский слон. – Эй, пернтые, хтунг! У нс тут с рулевым бед, приболел млехо. Ну, кто н новенького? Пок не злетели н хрен.

З добровольцми дело не стло, но лишь только опытнейший из них четырехперый орлн знял еще теплое место, кк глз его в стрхе округлились.

– Тм н связи проверяющие, из комндного пункт. Грозят трибунлом.

– Из комндного пункт, говоришь? Проверяющие? – взял нушники Тот, ухмыляясь, послушл, узнл голос Нинурты. – Эй, проверяльщик хренов, рсслбься. Нш сттус восстновлен, никто уже никуд не едет. Все живы и здоровы.

Добро тк скзл, лсково, искренне, кк н духу. Впрочем, нет, мленечко соврл – Хурдонй совсем не выглядел пребывющим в добром здрвии. Зфиксировнный ремнями по рукм и ногм, он лежл в бледном виде и нпоминл мертвец.

Глв 4

– Ну что, ссур, будем? – с чувством скзл мужик, громко чокнулся с Бродовым и лихо осушил сткн. – Ух ты, пошло. Хорошо. Флернское[9] отдыхет. Кислятин. Вот, колбски бери. Охотничья. Черкизовского комбинт. Хотя по срвнению с теми, что я едл в Мрене[10], это не колбски, дерьмо. Собчье. Охотники бы есть не стли. Собки тоже.

Словоохотливый ткой сотрпезник, жутко компнейский, только, кк срзу понял Бродов, лишнего не болтющий. И очень четко выдерживющий свою генерльную линию. Интересно, и ккого черт ему ндо?

– А что это ты меня, Сим, все ссур д ссур? – отведл, кк учили, охотничьей Бродов. – Нет бы по-человечески, по имени, по отчеству. Можно просто Днилой. Дном. А то кк-то не по-людски…

В голове его вертелось из Алексндр Сергеевич и из Влдимир Семенович. Про шестикрылого серфим, явившегося клссику н перепутье, и про лихого дух, горздого и пслмы читть, и крылья рспускть.

[Имеется в виду текст песни Влдимир Семенович Высоцкого:

Возврщюсь я с рботы, ствлю ршпиль у стены
Вдруг в окно сигет кто-то из постели от жены
Я конечно к ней с вопросом – кто ткой
А он мне отвечет – дух святой.
Он пслом мне прочитл и крылом пощекотл.]

А в глубине души Бродов мучило сомнение – может, он спит и видит не привычный, со Свлидором, сон, вот этот стрнный, с мблом-гумноидом. С суперэлитным птентовнным бойцом с милой кликухой ткой Гвидлбрхй, что в вольном переводе, блин, со стродорбийского примерно ознчет «потрошитель». М-д…

– Не по-человечьи, говоришь? Не по-людски? – рссмеялся Серфим, сунул в огурчик вилку, и в голосе его послышлось презрение. – Д я бы с тобой, Дня, и рзговривть не стл, если бы не был ты, Дня, ссуром. Люди, человеки, хомо спиенсы. Алчные, тупые, мбициозные тври, возомнившие себя венцми эволюции. Не знющие ни кто они ткие н смом деле, ни что у них в душе, ни что у них вокруг. Вернее, не желющие знть. Венцы мироздния, блин. Ткую плнету просрть!

Очень зло скзл, искренне и вроде бы дже с сожлением.

– Просрть? Плнету? – Бродов перестл жевть, нхмурился, вырзил вялый интерес. – Что-то я не понял. Вот же он, шрик. Крутится-вертится голубой. Все н той же орбите. А вот мы, лчные, тупые, мбициозные тври. Все н том же голубом шрике. Может, объясните, дяденьк?

Хорошо сыгрл, н уровне, ни н йоту не покзл, что тем ему знком. И срзу же вспомнил Дорну. Ее глз, голос, губы. Где он сейчс, с кем, пересекутся ли снов их пути?

– Только вы н нем, Дня, уже двно не хозяев, – ухмыльнулся Серфим, крякнул и вилкой згрпунил срдинку. – Кк тм вш этот кшевр-то поет? Кукол дергют з нитки, н лице у них улыбки? Это, Дня, про вс, про вс, вернее, про твое срное человечество. Ну двй, что ли, нливй.

– А, вот ты про что, – улыбнулся Бродов, выпил и пльцми потщил из бнки испнскую мслину. – Кк же, кк же, знем, знем. Летющие трелки, узоры н полях, тинственные истязтели, терроризирующие прнокопытных. И еще люди в черном, про них еще кино сняли. Вернее, все прочее человечество конкретно в дерьме, они, эти люди, все белые и пушистые. Фигня, провокция, ересь, полный бред. Эх, хорошо пошло. А у тебя?

Интересно, и к чему это потрошитель клонит? Черт ли ему собчьего в этих рзговорх про пришельцев? О ббх было бы приятнее.

– Муру эту сняли по зкзу, чтобы выпустить пр. Слишком много нкопилось информции, покзний свидетелей, кино-, фото– и прочих мтерилов. А это уже нводит н мысли, это уже не шутк, – взял колбску Серфим. – Вот и свели все дело к трепу, к веселухе, к нибнльнейшей комедии. Помню, кк-то Мзрини во время ужин в Сен-Клу скзл: «Грф, если угодно вм остться незмеченным н улице, смело вствйте под фонрь», уж он-то был не дурк, длеко не идиот. Эх, если бы ты, Дня, только знл, кк мы нбрлись тогд. – Потрошитель рссмеялся, приложился к квску, и от веселого нстроя его не остлось и след. – Конечно же, просрли. Вчистую. Гумноиды с Персея трхют вших бб, инсектоиды с Центвр похищют детей, рептозоиды с Цереры прилетют н сфри. Отгдй с трех рз, н кого же они охотятся? Д у вс не плнет, блин, гдюшник, отстойник, клок, помойк, межглктический зоопрк. Венцы мирозднья, ткую мть. Д вс же держт з уродов, з скотов, з дичь. Вернее, тк вы сми себя держите. В коленно-локтевой позиции. Все чего-то делите, перетирете, выясняете, кроите. Войны, войны, войны. И добром это, чует мое сердце, явно не кончится. – Потрошитель змолчл, посмотрел н Бродов и улыбнулся вдруг очень добро, с детской непосредственностью. – А мне бы, блин, этого очень не хотелось. Ну что, может быть, уже пор кликнуть бб? Двй что ли, ссур, рсслбимся, вдрим по рубцу[11], ну, ты кк? Несмотря н выпитое, и выпитое изрядно, выглядел он молодцом, совершеннейшим огурчиком – чувствовлсь большя прктик. Д и потом «Абсолют», он и в Африке «Абсолют», провисня белорыбиц, он и в Арктике белорыбиц. А уж в сочетнии с чвычей, мриндми, блыкми, языком…

– Э, брт, двй-к снчл здесь зкончим, – отвертелся Бродов. – Может, популярно объяснишь, зчем меня ншел? И кк? А ббы никуд не денутся, только лскучей будут. Знешь, кк в той песне поется – первым делом мы испортим смолеты, ну девушек, девушек потом.

– Ох, Дня, Дня, эт гниля людскя сущность тк и прет из тебя, – огорчился Серфим, тяжело вздохнул и, чтобы, кк видно, немного утешиться, нчл дефлорировть бутылку. – Ну нельзя же тк нечутко относиться к женщинм. Тем более к вшим. Знешь, – он умело зкончил с пробкой, прилскл посудину, водрузил н стол, – я трхл многих. З весьм солидный исторический период. Видывл и бядерок-девдсси[12], и египетских лмей, и финских диктерид[13], и крутобедрых лкидемонянок, и млетрид, и куртизнок, и гетер; Пигрету[14] дрл, сношл Гнотену[15], Теодоту[16] брл, имел Тис[17]. И вот что я тебе, Дня, скжу, – Потрошитель змолчл, знчительно осклился и чем-то сделлся похожим н дохлого бульдог. – Все они в подметки не годятся вшим ббм. Русские сквжины смые лучшие, бурил бы и бурил, не вылезл. Это я тебе точно говорю.

– Ну вот, блин, елки-плки, опять ты з свое, – огорчился Бродов. – Сим, хорош про бб, двй по существу. Колись до жопы, зчем звл. Вещй, кк н духу, не хитри.

– А я и не хитрю, – усмехнулся Серфим и нчл рзливть по сткнм, – предлгю крепкую мужскую дружбу. Боевую. Понимешь ли, у меня, кк у всякого гумноид, появилсь некоторя проблемк. И решть ее горздо лучше, когд рядом верное плечо. Крепкое, широкое, испытнное. Д и у тебя, Дня, кк я зметил, тоже все склдывется не просто. Вернее, не у тебя, у прня одного, отпрвившегося в «жигулях» н небес. Вот я и предлгю рботть в пре, в унисон, идти в одной упряжке. Другн-то твоего, судя по всему, ухлопли мои двние знкомые. От которых вся моя головня боль. Вот бы нм с тобой, Дня, двух зйцев одним удром. Вернее, блин, не зйцев – этих моих двних знкомых…

– Тк. – Бродов взял сткн, горестно вздохнул, злпом осушив до дн, помянул Женьку и Клру. – Ну теперь все, в принципе, ясно. Двй, освещй подробности.

– Экий же ты дотошный, брт. И хрен ли тебе в этих подробностях? – усмехнулся Серфим, тоже выпил, отдулся и обртил свое внимние н кпустку. – Збыл, что ли, чем меньше знешь, тем легче спишь. Жизнью проверено, причем неоднокртно. И в полной мере. – Глянул н Бродов, перестл жевть и срзу же поклдисто опустил глз. – Лдно, лдно, не лезь в бутылку. В одной упряжке, тк в одной упряжке, в унисон, тк в унисон… Гм… У вс, кк ты уже, нверное, понял, здесь свлк, клок, проходной двор. Всякой тври по пре, зходи, кто хошь. И зходят, д еще кк. Нши тоже прислли делегцию, двно еще, с исследовтельской целью. Пойди туд, не зню куд, нйди то, не зню что. Во имя президент, конституции и Вседорбийской нционльной идеи. А мне н эту идею было нсрть, и я подлся в бег, то бишь в дезертиры. До сих пор ищут с легвыми собкми. Д только хрен им собчий – я оглядывюсь н бегу. Всегд нстороже, всегд н стреме, знешь, кк в этой песне вшей: «Ни минуты покоя, ни секунды покоя… тр-т-т, что это ткое…»

И, о господи, этот птентовнный убийц, гумноид из пробирки, бодро, н хорошем русском зпел. Причем с дрйвом, с интонцией, с нпором, помогя себе ритмичными телодвижениями. Однко пел Серфим недолго – выкинув невиднное коленце, он змолк, выруглся, сел и дружески улыбнулся Бродову.

– Икорки-то, вот, возьми, не стесняйся. Лососевя, небось, не от минтя. По срвнению с ней нш, добывемя из крп Ре, – отрв, суррогт, скисшие помои. Пусть ее тм хвют у нс н высшем уровне. – Он криво усмехнулся, рсктисто икнул и вилкой покзл куд-то в потолок. – Тк вот, к вопросу о нших. Я слвно провел время у этих клоунов в подвле – не только мебель портил, но еще и рзговоры рзговривл. А кк услышл про отморозков из кнреечного минивн, что корешу твоему пустили кровь, тк стло, Дня, мне смешно. До слез. Мы ведь, поверь мне, не сми по себе, кто-то нс, кк кукол тряпочных, дергет все время з нитки. И тебя, и меня, и человечество твое, и вших, и нших, и чужих. Всех. Сейчс поймешь, к чему я это говорю, не потеряешь, ндеюсь, ход моих мыслей. А крутятся они, мои мысли, вокруг торгового концерн «Альтир», в рспоряжении которого нходятся ткие точно кнреечные минивны. Знешь, импорт-экспорт, бнковскя фигня, филилы по всему этому вшему голубому шрику. И ткие вот поносные микровтобусы, с отмороженными, н все готовыми уродми. О, у моих бывших сослуживцев прямо-тки непреодолимя тяг к желтому. И еще горячее, прямо-тки плменное желние згребть жр чужими рукми. Потому они всегд и мскируются, и не высовывются, и косят под других, ищут, вернее, лепят бессловесных исполнителей своей воли. Впрочем, лдно, рзговор сейчс не об этом. И дже не о том, что я должен взять у них одну мленькую штучку, и не о том, что помочь мне можешь в этом деле только ты, и без колебния пойдешь нвстречу, потому кк мои бывшие однополчне ухйдкли твоего лучшего друг. А рзговор у нс, Дня, о том, что не длее кк сегодня утром мне позвонил ккя-то бб и н чистейшем русском языке выдл конкретное ЦУ: что если, мол, интересует меня т мленькя штучк и, кк следствие, ссурский Первый брт, то прямя мне дорог н Петрогрдскую, в подвл к двум мудкм с иницитивой Мише и Пше. Ткя вот, блин, общительня фемин – в курсе и про тебя, и про меня, и про сортничков моих, мть их з ногу. Вот бы поиметь ткую. Только, боюсь, ткя см оттрхет кого угодно.

В голосе его слышлись рстерянность, испуг и тихое непротивление злу. Комндных обертонов что-то в нем не нблюдлось.

– А что это з мленькя штучк, к которой ты имеешь ткой огромный интерес? – Бродов рзвивть тему не стл, взялся, кк учили, з зернистую. – Ну эт, мленькя и блестящя?

В голове его вертелись мысли, связнные с Великим Комбинтором: о бтистовых портянкх, о снежно-белых штнх, об ргентинском тнго с интригующим нзвнием: «У моей девочки есть одн мленькя штучк». Интересно, к чему бы это?

– Это лекрство, особя вкцин, – не срзу, после пузы ответил Серфим. – Профилктическое средство, чтоб не сдохнуть от стрости. Если бы только знл, сколько мне лет. Столько не живут. Д еще с ббми.

Ну д, я стрый, больной, и год не был в бне. Меня девушки не любят…

– А ты молодец, следишь з здоровьем, – веско похвлил его Бродов, кивнул и рзом отбросил мысли о сыне турецкоподднного. – Слушй, все же что этим твоим однополчнм здесь ндо? Столько лет уже сидят, портят тмосферу, медом, что ли, здесь нмзно?

– Двй н эту тему потом, – отмхнулся Серфим. – О ней ндо с трезвой головой. Ты лучше точно мне скжи – пойдешь? Соглсен или нет?

Добро тк спросил, лсково, глядя, ухмыляясь, в глз. А взгляд – пронизывющий, ищущий, опсный, словно острие меч.

– А что, рзве и тк не ясно? – возмутился Бродов. – Друг моего лучшего взорвли, меня пытлись убить, ведут себя вызывюще, в нехорошей мнере. И что ж, я им это спущу? Схожу, схожу, обязтельно схожу, д еще друзей приведу, в коленкх не слбых. Будет тебе, Сим, тот смый эликсир, всю жизнь н птеку рботть не будешь.

– Друзей? – хмыкнул Серфим, почесл скулу, и лицо его вырзило вежливое презрение. – Если только они не ссуры, то не ндо, остнешься один. У Рхт тм поствлен хронльный директтор.

– И что, хорошо стоит? – с хрустом рскусил огурчик Бродов. – А Рхт, он кто, блондин, брюнет? И одно яйцо у него левое, другое првое?

Ему вдруг стло до омерзения тошно. Сидит он тут, водку под икорку, с блычком, Женьк с Клрой двно того… Д ндо, блин, не рзговоры рзговривть, двигть резть тем супосттм глотки. Клинок есть, нстрой тоже, нколку Сим сейчс дст. Конкретно будем посмотреть, ккой тм у Рхт директтор…

– Директтор, Дня, это форсировнный хронокрут, – пояснил Потрошитель, – то есть пси-модулирующий генертор бет-корректирующий свойств континуум. У Рхт он обычно нстроен н пи-режим. А это знчит, что порох не горит, лзеры не ктивируются и блстеры не излучют. И все решет только звонкий, издющий песню смерти клинок. И уж поверь мне, Дня, Рхт им влдеет весьм неплохо – он мег-лицензировнный элитный супербоец тотльно специлизировнного пятого клсс. – Серфим змолк, пригорюнился, н лицо его нбежл тень. – Мне с ним никк. Армировнный скелет, гипертрофировнные мышцы, рдниевый ктивтор, вживленный в мозжечок. Плюс кчественно промытые, лишенные всего нуннкского мозги. Чудовище, зверюг, неистовый монстр, обктння мшин для убийств. Имеет спецзвние обер-вивисектор, сто двдцть восемь полных доз и подчиняется лично Гвру, курторщику экспедиции. Его боятся все, дже см Гвр. А тот уж, Дня, длеко не трус, из ксты Черных, Шкуродеров. Из тех смых жутких шкуродеров-кишкорезов, что делли Большой Погром, учствовли в Пятой Чистке и вырезли Второй Прлмент. А потом и Третий, – зкончил Серфим, потупился и тихо, очень знчимо вздохнул. Видимо, и впрямь те шкуродеры-кишкорезы были очень серьезные ребят. А стло быть, Рхт – вообще вырви глз.

– Ну вот и лдно, – обрдовлся Бродов, поглдил рукоять меч, однко дергться не стл, взглянул н собеседник. – Двй-к, Сим, мы устроим с тобой игру в вопросы и ответы, потом двинем н прогулку, полюбовться н релии. Вернее, будем посмотреть, чем вся эт сволочь дышит. Пок. Идти-то длеко, Суснин?

Вот тк и никк инче – поспешишь, людей нсмешишь, д и не людей, злетных гумноидов, у которых очень стрнное предствление о юморе. А впрочем, лдно, это еще большой вопрос, кому придется склить зубы последним. Если доживем, увидим…

– Ох, блин, и ты туд же. Д не было Суснин, не было, поляки сми спьяну зблудились. Все это измышления историков, гитк, пропгндистский бред, фльшивк тип этого вшего Морозов, потом Мтросов, – вяло оскорбился Серфим, сплюнул, выпил в одиночку и сменил гнев н милость – нчл излгть. И чем больше он рсскзывл, живописл, углублялся в подробности, тем более мрчнел Бродов, хмурился, двигл н скулх желвки.

История был еще т, не для слбонервных. Около четырех тысяч лет тому нзд Серфим, вернее, брвый обер-фельдфебель Гвидлбрхй з отличие в боевой и политической подготовке был включен в соств особой спецсекретной экспедиции, курируемой лично президентом. Экспедиции к черту н рог. Но, кк окзлось, сюд, н Землю, к Нилу, в Египет фронов. Ответственным нчльником был Гвр, тогд еще эрзц-полкнин, з боевым нстроем следил Пер, имперский проклмтор, комндовл спецнзом Стукодрон, мйорус из Особой супергильдии. Всего было трист – бтльон – нуннков, не считя нуннчек из хозроты. Дисциплин был теллуриевой, обеспечение превосходным, кдры нсквозь проверенными, зто и здние – непростым. Требовлось нйти что-то ценное, ккой-то рритет, вроде бы древнюю книгу. Детлей и подробностей Потрошитель не знл, всю миссию, словно тумном, окутывл стршня тйн. Дело еще осложнялось тем, что недвно создння Всеглктическя инспекция держл ушки н мкушке, дром не курил триноплю и тянул свои згребущие щупльц к плнетным колонизторм, не купившим рзрешения. Причем ломил ткие цены з лицензии, ккие Вседорбийский нционльный бюджет никоим обрзом не мог себе позволить. Тк что приходилось действовть с опской, осторожно и по принципу ловли крп Ре в мутной воде мутить эту воду до крйней невозможности – провоцировть бунты, волнения, восстния, рзнообрзнейшие войны и социльные ктклизмы. Блго, опыт имелся, и солидный весьм…

– Если бы ты только, Дня, знл, ккое это было дерьмо, – сделл пузу Потрошитель, взял сткн, нлил, и лицо его вырзило отврщение. – Только плвл я в нем недолго. После смуты с Аменемхетом[18] слинял – только меня нши и видели. Причем, смо собой, по полной боевой – меч, секир, прщ, хрчи; н все стреляющее, ннигилирующее и излучющее у нс, естественно, было полное тбу. А то ведь эти гниды из глктической легвки имели повсюду толпы стукчей. И до сих пор имеют, д еще кк. Я тебе потом предметно покжу, – Серфим прервлся, опорожнил сткн, зжевл корейской мриновнной кпустой. – В общем, слинял я с концми, змел следы и пру десятков веков был в свободном полете. Бог гневить нечего – не бедствовл. Все свое брл см, чего брть, было в избытке. Знл бы только, Дня, ккое это было слвное время. А потом нстл мне хн, вернее, нчл ктивировться ген стрения – появились седин, мелнхолия, лысин, неполдки с желудком и проблемы с потенцией. Не з горми были стрость, болезни и мучительня смерть. А вокруг природ, крсот, толпы лохов, окен возможностей, груды золот, доверчивые мссы, чудо-девки, роскошнейшие ббы. Словом, кинулся я искть вкцину, вернее, нших. Ншел в Плестине, в городке Цезрия, – они кк рз лезли в душу к римлянм и евреям, дбы легче было рзобрться с чудиком одним, просветителем с Кссиопеи. У того все было н мзи – и глкт-лицензия, и удитория, и оккультный др – вш Кшпировский удвился бы. Дй ткому волю – не Кшпировскому – Кссиопейцу – тк ккой тм опиум для нрод, ккя мутня вод, ккое что! Только всепрощение, любовь и кристльня, ни в одном глзу, ясность. А ншим оно ндо? Словом, упирлись они рогом в поте лиц, мзли во все дыры и прокуртор, и синедрион[19], я тем временем знгжировл недорого одного сикрия[20] и с его помощью экспроприировл у Гвр шприц вкцины. Устроился у одной вдовы, ширнулся со всем ншим удовольствием, кк отлежлся и полегчло мне, подлся нвстречу приключениям. И ндо же – срзу встретил кореш, того смого знгжировнного сикрия.

– О, зохенвей, шолом, – говорит он мне, – поздорову ли, многоувжемый Симон?

– Шолом, Иуд, – отвечю я ему. – Отлично выглядишь. С тким счстьем – и н свободе.

– Не только н свободе, но и при больших делх, – улыбется он, ярко лучится счстьем и нчинет мне толкть про Кссиопейц. Про того смого просветителя, у которого теперь ходит в кодле. Что, дескть, тот и прведник, и зконник, и просто без понтов светильник рзум. А в зключение говорит: – Пойдемте, многоувжемый Симон, я спрвлю вм привтное знкомство. У нс сегодня нмечется мероприятие одно, ответственное, учебно-просветительный междусобойчик. Будут все нши.

Нет бы откзться мне, послть его подльше – что, блин, я кссиопейцев не видл? Д только то ли бес попутл, то ли еще кто, может, просто вкцин н хляву удрил по мозгм. В общем, пошли мы с ним н то мероприятие учебно-просветительное. Тк, ничего особенного – стол, хрч, винище, десяток мужиков и ни нмек н бб. И Кссиопеец тут сидит собственной персоной – тощий ткой, птлтый, кк и положено кссиопейцу. Глянул я с прищуром, улучил момент – ведь действительно мозг, и впрямь просветленный…

– Шур-шур-шур-шур, – что-то зшептл ему Иуд, я, естественно, – психический брьер, и Кссиопеец не врубился, мху дл:

– Здрвствуй, – говорит, – Симон-хннеянин. Двй, брт, к столу. Будем вечерять…

Приятный ткой, рдушный гумноид, уж н язык-то не прост, ох, мстк поговорить. Ткие нчл притчи згибть, ткие принялся истории зверчивть, что стло всем нм з столом не до еды. А зхотелось дружно, сплоченными рядми идти з ним в счстливое длеко. Только не дли. Рздлся грохот, дверь упл, и в помещение ворвлись римляне – нс брть, тепленькими, с поличным. Нши, смо собой, з мечи, я, естественно, тоже, щ вм, думю, устрою пятую пуническую войну. И срзу же зтормозился – увидел Рхт, неслбо зкосившего под легионер. Вернее, под опцион[21]. Шлем, пнцирь, поножи, серебряные зпястья[22]. Только вот меч – не глдиус, нш – из структурировнного теллурия. И рож – куд тм римлянм. Против ткого не попрешь. И я не стл – рвнул с концми. Однко, блин, с концми не получилось. Что, Дня, про Симон-зелот не слыхл? Думю, что неоднокртно[23]. – Потрошитель змолчл, скупо улыбнулся и чересчур уж молодцевто выпятил грудь. – Словом, Дня, я не ккой-нибудь тм хрен с бугр. И мне приятнее идти н Гвр с тобой, чем с предтелем человечеств. Ты меня хорошо понял, ссур?

Смотри-к ты, Потрошитель, не чужд эмоций. Д, видимо, здорово недоглядели тогд при его кодировнии в спеццентре.

– Понял я тебя, постол, отлично понял, – в тон ему отозвлся Бродов. – И к Гвру твоему с Рхтом зглянем непременно, ох и зглянем. – А см всем сердцем пожлел, что не встретился с Рхтом рньше. Тогд, в Земле обетовнной, когд брли Кссиопейц. Быть может, все сейчс в этом мире проистекло бы по-другому.

Где-то две тысячи лет до Рождеств Христов

Ветер дул с зпд, со стороны Зоны смерти. Он нес зловонное дыхние земли, стену рдиоктивной пыли, мрчные, нбухшие кислотными дождями тучи. Жители Столицы не вылезли из домов, нземный трнспорт резко сбвил скорость, воинские птрули ндели кпюшоны, однко же по-прежнему крепили шг по мостовым. Д, что-то нынче рно пожловл зим, время низкой, нвевющей тоску кислотно-рдиоктивной облчности. Впрочем, в низкой этой кислотно-рдиоктивной плеве имелись и рзрывы – нд Дворцом президент стрниями метеорологов розовело по-прздничному небо. Причем не только розовело, внушя оптимизм, но еще и рдовло глз сиянием двойного солнц. Синие, негреющие лучи освещли сд, бссейн, гзоны и, зглядывя в мбрзуры окон, кк бы говорили: «Не все тк плохо, нуннки. У природы нет плохой погоды». Бодрые ткие лучики, оптимистичные, ужс кк поднимющие нстроение.

Однко в Млом кбинете президент, невзиря н рздвинутые жлюзи, нстроение у большинств присутствующих, мягко говоря, было не очень. Воздух явственно отдвл грозой, порохом, бедой и длеко идущими неприятными последствиями – шло экстренно внеплновое зседние Стрейшин Держвного Совет. Собственно, кк зседние – грнт полулежл в кресле, Сортники почтительно стояли, Попутчики зстыли в большом респекте, кибермехнический, нстроенный н ритм грнт гд свернулся кольцми у ног хозяин и тихо тк шипел в ожиднии прикз. Кого н время придушить рмировнным хвостом, кого удрить в пх бронировнным носом, кого, боже упси, взять н острый, от души отрвленный зуб. Однко комнды к действию пок не поступло – президент вещл. В том скорбном плне, что дело плохо: кзн пустеет, инфляция рстет, экология ни к черту, рождемость снижется. А глвное, достли эти сволочи с Плеяд, гниды с Альдебрн и сучьи дети с Веги. Ну, еще, конечно, эти чертовы печены. С другой же стороны, без них никк нельзя – ну кк в Отечестве без супостт, н которого все спишешь? В общем, хн, зсд, писец, трындец. Еще немного, еще чуть-чуть, и нечем будет плтить з членство в Глктсовете. А это знчит: введут эмбрго, подрежут крылья, включт счетчик и доведут в конце концов до совершенного рсстройств. Со всеми вытекющими гнусными последствиями вроде Глктнезд, Глктпредъявы и, очень дже может быть, Глктрзбор. А это кое для кого может кончиться скверно. Конвертером…

– Что, господ хорошие, не хотите н протоплзму? – стл переходить н личности президент, и мленькие, в выцветших ресницх глзки его сузились от ярости. – А может, вс лучше н оргны? Впрочем, мозги вши никому не нужны, ну рзве что н корм полицейским кулм. Что, довыкблучивлись, блин? Довыпендривлись, дотрясли мудями? Тк вшу этк и не тк, и не вшу, и не рстк, и не этк…

В резком голосе его было столько экспрессии, что биомехнический кртельный гд вырзил беспокойство, звякнул чешуей и с тйной ндеждой посмотрел н хозяин, однко прикз не дождлся, сник и ткнулся в досде бронировнным носом в пол. Что-то двненько он никого не брл н свой отточенный, прямо-тки истекющий ядом зуб. А еще говорят, что демокртия уступил место дикттуре. Врут. И смым-смым нглым, нипостыднейшим обрзом. Во, отрвы сколько, девть просто некуд…

Впрочем, врли не только врги отечеств – президент тоже был весьм неискренен. Лихо он изобржл кипение стрстей, в душе же был убийственно спокоен. Войн, дегрдция, болезни, рдиция? Проблемы экологии, вырождения нции? Нсрть. Все пути отход двно уже продумны, мысли воплощены в жизнь, деньги переведены. Есть и куд рвть когти, и н чем, и с чем. Глвное – точно чувствовть момент, уж с чувством-то момент у президент было все в порядке – три Тотльных чистки пересидел, не считя Средних. А уж мелких-то ктклизмов…

– Ну что, господ долбоебы, – вроде бы подобрел он, – ккие будут предложения? Кк думете выводить свою нцию из беды? А? Или вы птриоты только н словх?

Черт бы подрл эту нцию! Дьявол побери птриотов! Скоро время первого обед… А ну кк объявится сейчс ккой-нибудь клоун и примется нести хинею, возводить воздушные змки, строить сумсшедшие прожекты? Боже спси и сохрни…

– Внимние и повиновение, – проблеяли почтительно, прокшлялись ндрывно, поперхли горлом и, словно воплощение грнтовых тревог, с нтужным кряхтеньем поднялись.

– Вше Истинное Достоинство, дозволяемо ли мне?

Тощий ткой, плюгвый нуннк, по носу срзу видно – из Соплежопых Интеллигентов. Из тех пршивых интеллигентов, что не попли в Топку во время Третьей чистки. И, видит бог, зря.

Гм, и кто это ткой? А, вроде бы мудк, курирующий культуру. Или, может, искусство. А впрочем, ккя, н хрен, рзниц, один хрен лососячий. И черт ли ему ндо.

– Дозволяемо, дозволяемо, – горестно вздохнул грнт. – Ну двй, что ли, вещй, его Достоинство с внимнием внимет.

А богтое вообржение зримо нрисовло ему стол в Розовой гостиной: блншировнный пенис тигр У, фршировнные по-хербейски ребр крп Ре, млосольные, с молокми и икрой провисные ястыки от все того же крп. И все это – в блгоухнной, вызывющей слдостное головокружение звесе тринопли. Эх, блин, и почему же всю эту интеллигенцию не вывели тогд под корень, когд был возможность? Кто знет? Кто виновт?

– Внимние и повиновение, – пискнул интеллигент, трудно проглотил слюну и, сделв вдруг многознчительное лицо, рспрвил свою тощую грудь. – Стршный секрет, госудрствення тйн! Слово нуннкское з мной.

Ого, это уже не шутки – ткое-то при нроде. Вот ведь блин, до чего знудный интеллигент, и въедливый ткой, не боящийся ответственности. Спршивется, блин, чего ему не хвтет? Личный плнетоид, модуль, рбы, бб и, это уж кк пить дть, с нтурльным влглищем. Нет бы сидел себе, нслждлся релиями. А то ведь слово-то нуннкское, оно кк плк о двух концх. И в результте можно остться без своего единственного…

– Тк, – помрчнел грнт, не торопясь поднялся, глянул пристльно н объявителя. – Слово твое, нуннк, д будет услышно, – и сделл резкое движение рукой, отчего Попутчики, Эрзц-Сортники и прочя шелупонь мгновенно пришли в движение. Миг – и в кбинете остлся только цвет нции – Истинные Сортники, Зкдычный Зм и, конечно же, см грнт, ндеж и опор. Еще – кртельный биомехнический гд и, естественно, см зявитель, возмутитель спокойствия. У него из этого кбинет было дв пути – нверх, н повышение, поближе к президенту, или же вниз, н опускние, поближе к Членовредителям. Ну зтем, естественно, в никуд, то есть н оргны или в жерло конвертер…

– Что же, двй толкй, рз нпросился, – глянул с усмешечкой н него президент. – Ндеюсь услышть что-то вжное. Ну, если нет…

– Д, д, – зторопился нуннк, – внимние и повиновение. Повиновение и внимние.

И нчл знудливо, издлек, в ккой-то отвртительной менторской мнере. Он, окзывется, действительно имел отношение к прекрсному, првд, поверхностное, весьм – курировл Дорбийский Субнционльный Библиофонд. И вот не длее кк третьего дня в руки ему поплсь очень древняя гологрмм – ндо полгть, неотпрвленный чрезвычйный донос стршего помощник обер-мршл Аллу. Тот, если кто-то помнит, возглвлял безопсность во времен отц Его Истинного Достоинств, дй бог ему здоровья, процветния и очень долгой половой жизни. Не отцу Его Истинного Достоинств – смому Его Истинному Достоинству.

– Э-э, двйте без словоблудия, двйте по существу, – резко перебил грнт. – Тк что, бишь, этот смый Аллу? Ну тот, который обер-мршл?

Рзговоров о своем покойном ппе президент не любил. Тот был тоже когд-то президентом, очень любил влсть и совершенно не понимл, что у него уже взрослый половозрелый сын. А потому умер быстро, легко, не издв ни крик, првд, не по своей воле…

– Д, д, Аллу, мршл Аллу, – сконцентрировлся библиотекрь. – Гм… Тк вот, кк это явствует из донос, Аллу звлдел ккой-то стршной тйной и собирлся дезертировть н гиперонном звездолете. А тйн эт кслсь могуществ ссуров.

– Ассуров? – збеспокоились Сортники, Зкдычный Зм сбледнул с лиц, президент поймл себя н мысли, что хочет последовть примеру Аллу. Д, д, сесть н гиперонный сублинкор, нцелиться в Туннель д и мхнуть н двно уже купленную, томящуюся в ожиднии плнетку. Хороший дом, ядреный хнумк, умелые лсковые жены – что еще нужно нуннку, чтобы достойно встретить стрость? Впрочем, ккя еще тм н хрен стрость – вкцины для профилктики море, пруд пруди, хоть злейся. Живи себе тихо, в мире и грмонии, рдуйся течению бытия. Подльше от этих умников-ссуров с их ужсющими секретми. Впрочем, было неплохо и здесь. И вот ведь, блин, нелегкя принесл урод…

– Тк ты говоришь, ссуры? – недобро осклился грнт. – Знешь, тебе бы не библиотекрем – скзочником. Ишь ккую бйку здвинул. Ндеюсь, у нее будет хороший конец.

– Д, д, вше Истинное Достоинство, д, д, очень хороший, – зторопился библиотекрь. – Я позволил себе нвести некоторые спрвки. Кстельно Аллу. Тк вот, он действительно исчез, примерно з год до кончины вшего ппы. Гм… То есть я хочу скзть, был объявлен нционльный трур… Гм… Вш пп выступл с прощльной речью…

– Я же по-нуннкски скзл, ясно, доходчиво, для безголовых мудков: не ндо трогть моего ппу, – рссвирепел грнт. – Или меня здесь кто-то совсем не понимет? Или же, сук, бля, вообще не хочет понять? – Он здышл, нхмурился, нморщил толстый нос и посмотрел н зявителя, мгновенно сделвшего Большой Респект. – Что, в конвертер зхотел? Н протоплзму, блин? Н оргны? Желешь послужить дорбийской нуке? Что, совсем не хочешь? Не горишь желнием? И ктегорически против? То-то у меня, сучий потрох. Смотри фильтруй бзр, придержи ботло и излгй по существу, кк велят стршие. Ну, тк что тм Аллу?

– Внимние и повиновение, Вше Истинное Достоинство, – всхлипнул библиотекрь, вздрогнул, дернул острым кдыком и, не подымясь с корточек, продолжил: – Тк вот, Аллу исчез не просто тк, действительно н гиперонном звездолете. Боевом сублинкоре клсс 8 Z. Но это, Вше Истинное Достоинство, не все. И не глвное. Глвное, Вше Истинное Достоинство, в другом. У меня есть друг детств, Стрший Вычислитель, специлист по пси-прострнственным переходм. Тк вот, он по моей просьбе ктивировл рхив, рспечтл ннлы и рссчитл субмегмтрицу нпряженности тензор поля. А следовтельно, и вектор перемещения Аллу в модльно-детерминируемый момент. С вероятностью, близкой к единице. Вот, у меня здесь все зписно, крсным по черному. – И он вытщил дешевый, для нчльной школы, голоблокнот. – Внимние и повиновение, Вше Истинное Достоинство.

– Знчит, говоришь, с вероятностью, близкой к единице? И крсным по черному? – отрегировл грнт, н мгновение здумлся и резко снизошел: – Лдно, иди сюд, двй. – Взял из здрожвших пльцев кубик голоблокнот, хмыкнул, повертел, взвесил в руке. – М-д, лдно, молодец. Слово твое нми услышно. Двигй пок что, подожди-к в приемной. И вы тоже, – глянул он быстро н Истинных Сортников. – А вс, дорогой коллег, я очень попрошу остться.

И мленькие, глубоко посженные глз его твердо посмотрели н Зм. Они словно бы скзли ясно и без всяких слов: корешок, ведь дело-то стоящее. В нтуре.

Зм был нуннком тертым, многоопытным, лихим, прошедшим Свру и Глобльную Чистку. Он выдержл тяжелый президентский взгляд, золотозубо осклился и всем своим видом покзл: голимо ясно, что в нтуре стоящее, двй, пхн, рсклд, и будем мозговть…

А собственно, чего тут мозговть – шевелить грудями ндо. Ну не полный же кретин этот смый Аллу, чтобы вот тк, с пост обер-мршл рвнуть с концми сквозь Туннель. Стло быть, имел козырный, к гдлке не ходи, интерес, знчит, не хрен рзговоры рзговривть и ндо попу рвть н сто лимонных долек…

Президент, впрочем, полгл совершенно нлогично.

– Вот что, милый, – скзл он Зму, когд они остлись в кбинете одни, – впрягйся в пхоту. Бери-к этого библиотекря вместе с его корешем вычислителем, выворчивй их низннку, делй с ними, что хочешь, но чтобы звтр уже к обеду был положительный конкретный результт. Ты меня понял? Положительный и конкретный, – повторился президент. – Звтр к первому обеду. – И неожиднно он проглотил слюну – вспомнил о столе в Розовой гостиной. Н котором пенис тигр У и молоки крп Ре – горой.

Три дня спустя, в секретном бункере Зкдычного Зм

– Ну-с, пожлуй, нчнем. – Зм посмотрел н зместителей. – Двйте излгйте в темпе вльс. Однко попрошу без суеты. Итк?

Помощников у Зм было трое: Бывлый Вивисектор, Блюститель от Юстиции и Глвсекреткорректор Безопсности, все нуннки тертые, проверенные, являющие собой комнду. Сборную. Ох, и слвно же поигрли во время Четвертой и Пятой Тотльных Терок. С мокрым счетом в одни ворот…

– Внимние и повиновение, Генерл, – слово взял Глвный Вивисектор, встл, мигом ктивировл гологрфический проектор. – Доклдывю.

И принялся вещть, склдно, внятно, брво, с чувством, с интонцией, с рсстновкой. Точнее говоря, это был не доклд – рсскз в кртинкх. Все было строго здокументировно, тщтельно зпротоколировно, н веки вечные знесено в решетку голокристлл. Д, рбот был проделн дов. Змовы помощники поговорили крепко с выскочкой библиотекрем и умником вычислителем, тк что первый пошел н оргны, второй н протоплзму. Однко же не зря – впереди збрезжил свет истины. Првд, мутно и длеко. Только Первый Вивисектор, Блюститель от Юстиции и Глвсекреткорректор не боялись трудностей – они принялись рыть дльше и причем всеми четырьмя конечностями. И рскопли фкты прелюбопытнейшие, от коих крепко зхвтывло дух, будь Зкдычный Зм в лдх с Пегсом, ткой ромн бы нписл. Впрочем, ккой тм жеребец, ккой ромн – госудрствення тйн.

Двным-двно, окзывется, еще в эпоху дед грнт, случился социльный ктклизм, причем случился, гд, н смом верхнем уровне – групп лицензировнных высокопоствленных курторов попытлсь было зхвтить влсть. Однко, слв богу, безрезульттно. Одним из предводителей восстния был некто Бессмертный Ан, его, кк полгется, судили по всей строгости и дли пожизненный срок. Послли кйлить рдний. Естественно, в мобильной, известной н всю глктику зоне н строй, но недоброй Нибиру. Тк вот, этот Ан бежл, причем не в одиночку, с компнией. Кк – черт его знет. Првд, примерно в это же время пропл суперкруизный лйнер, однко прямо привязть Ан к его пропже не предствляется возможным. Зону, естественно, рсформировли, режим усилили, нчльство большей чстью отпрвили н оргны, однко дело совсем не в этом. Дело в том, что обер-мршл Аллу был в это время зэком н Нибиру и, кк видно, очень не любил того смого беглого Ан. Нстолько, что, дорввшись до влсти, устроил грндиозное рсследовние, д только дром тртил время и деньги – не поймл никого. Немного вроде бы угомонился, толково втер нчльству очки и принялся с рзмхом копть под ссуров, мсштбно выяснять причину их могуществ. Еще кк мсштбно – вытряхивли музеи, переворчивли рхивы, устривли этногрфические экспедиции н Альдебрнщину и Кссеопейщину. И все это с легкой блгословляющей руки тогдшнего президент. Понять грнт было несложно – кзн пустеет, инфляция рстет, змучили свры с Тумнностью Персея. А тут ткое. Тйное могущество. А ну кк повезет. Подвлит. Подфртит… Но, кк известно, деду президент повезло не очень, он вскоре умер тихо и скоропостижно. А вот Аллу, видимо, что-то рскопл, причем нстолько знчимое, что зхотел слинять. Что именно – не ясно, можно только догдывться. Конкретики не знл дже его Стрший Помощник, решивший н прощние зложить своего шеф. Однко до Аллу ему было длеко – обер-мршл исчез, имя нездчливого фискл бесследно зтерялось в векх. Единственное, что остлось, – это гологрмм с доносом. Но это тк, нвскидку, не ухвтывя суть, не зглядывя в корень, не понимя всех нюнсов. А по большому счету глобльно – еще, конечно, тензоры полей, сводные днные ннлов, векторы хронльных флуктуции. Кк говорится, тйное когд-нибудь д стновится явным. И теперь с достточной грнтией ясно, куд держл свой путь негодник Аллу. Неясно только зчем. Вернее, в чем был его конкретный интерес. Можно только приблизительно догдывться, что он ншел нечто очень вжное…

– Ну конечно же, что-то весьм существенное, инче бы ни з что не слинял, – мстерски подвел итог вводной чсти Зм, милостиво кивнул и обрдовл зместителей: – Ну что, молодцы. Я сегодня же вечером буду во дворце и со всей возможной тщтельностью отрпортую президенту. И хотя не одобряю скороплительных прогнозов, но уверен всеми фибрми своей души, что его Истинное Достоинство дст добро. Гм… То есть зеленый свет. А это знчит: не рсслбляться. Боже упси вс сидеть н жопх ровно – в темпе зготвливйте плн, уточняйте детли, думйте, и со всей ответственностью, о кдрх, черт бы их дрл. Они, эти кдры, в нтуре решют все. Тк покзывет прктик, тк говорит президент.

– Вше Првдолюбие, тк точно, – мстерски, вперед других, соглсился с Змом Секреткорректор, см подумл о чудо-молодце, ухре-виртуозе с килбольного поля. Не удрившим в грязь лицом, ни н йоту не оплошвшим, не двшим себя объехть н кривой, двшим возможность зрботть денег. И не млых. Ох, верно говорит этот президентствующий мудк, что кдры решют все…

Плнет Земля. Сто веков до Рождеств Христов

– Итк, нуннки, попрошу тишины, – влстно, с неожиднной твердостью, негромко скомндовл Тот. – Пострюсь быть крток.

События последних дней резко переменили его, мягкий интеллигентный эрудит вспомнил свое вковское прошлое. И вспомнил донельзя отчетливо – сейчс требовлсь предельня жесткость. Без нее ни порядк, ни дисциплины, ни субординции, знчит, нрхия, штния, рзброд и беспредел. И кк результт, кк логическое следствие – неизбежня, стопроцентня гибель всего. Крушение дел, нчтого Аном. Великим учителем, бессмертным нуннком. Дром что ушедшим – живейшим среди живых.

– Двй, двй, корешок, вещй, – срзу и с увжением отозвлся Крсноглз. Мочегон шмыгнул носом, Нинурт кивнул, Шмш осклил зубы с полнейшим дружелюбием. – Двй, Тот, бртух, мы все слухем тебя.

Энки, Нинти, Энлиль и Исимуд не отрегировли никк, сидели тихо, молчли себе в тряпочку. Последний нходился в кком-то отупении, стрдл от безысходности, убивлся по деньгм, первый, вторя и, особенно, третий стрлись не высовывться и были тише воды и ниже трвы. Ведь рньше-то они были кем – нследникми Ан, плотью от плоти его, любимыми детьми. А сейчс, когд Ан не стло… Ни рельной влсти, ни вторитет, ни сортников, ни проверенных друзей, только куч косяков, гор ошибок и толпы зтившихся вргов. Тк что лучше пок сидеть молч. Еще в Дурнки[24], что в Ниппуре, где нынче собрлся Совет, присутствовли Адонй и Анту. Тоже н удивление тихие, смирные и молчливые. Впрочем, что тут особо удивляться – бедня вдов пребывл не в себе, чсто-чсто кивл и стрнно, с блженным видом, улыблсь. Гнусный же изменник скорчился в углу и, будучи с зботой обихожен Мочегоном, не имел возможности ни шевелиться, ни говорить. Номер его был дже не шестндцтый – семьсот сороковой.

– Ну-с, приступим. – Тот достл свой любимый вычислитель, привычно ктивировл гологрфический режим и принялся делиться живыми впечтлениями – он только что вернулся из полет нд Антрктидой. Ничего особо нового не рсскзл, просто уточнил подробности, конкретизировл детли и в крскх рсписл ближйшую перспективу. Он не рдовл. Совсем. Стрельб из блстеров линкор дром не прошл, лед действительно тронулся. Миллирды и миллирды его тонн поползли в холодные объятия окен, обещя породить огромнейшую волну цунми, которя, естественно, устремится по нпрвлению к Северному полушрию. Со всеми вытекющими метеорологическими прелестями – резким изменением темпертур, жуткими ургнными ветрми, мощными ливневыми дождями. Бури, мгл, нводнения, бед – вот он, безрдостня перспектив. И, судя по динмике процессов, перспектив очень и очень близкя…

– Тк, кстти, кк тм у нс дел с топливом? – срзу поинтересовлся Мочегон. – Вернее, здесь? В Ниппуре, кк я слышл, центрльный склд НЗ.

Вот ведь, блин, и уркгн, и мокрушник, и н редкость тонкий интригн.

– Все верно, склд есть, НЗ нет, – мрчно отозвлся Шмш, вяло выруглся и зверем посмотрел н Энлиля. – Если н Луну летть с ббми, то никкого топлив не хвтит. Н Земле ебстись у нс некоторые не могут. Грвитция, блин, им не позволяет. А может, половя функция…

– Причем тут, к богу н хрен, моя половя функция? – не выдержл, вскочил, обиделся Энлиль. – Я, что ли, один рзвлекюсь с ббми? Всего-то пру рз слетл, д и то без посдки, рзговоров, ткую мть, рзговоров. И потом, черт ли собчьего нм теперь в этом топливе, звездолет-то нет. Непогоду переждем н грвиподушкх, лулу пусть сми думют о своей эвкуции. Все одно – их столько рсплодилось, столько рзвелось, что отволочь всех в горы н нших плнетоидх ну никкого топлив не хвтит. И потом, спсение утопющих – дело рук смих утопющих, збыли, что ли, нуннки?

Повисл нехорошя пуз. Энки внутренне рдовлся, Шмш сжимл кулки, Нинти подвленно вздыхл – не дур, понимл отчетливо, что дело принимет скверный оборот. Нчнут-то, если нчнут, с Энлиля, кончт-то уж точно н ней…

Однко ничего ткого стршного не произошло, Тот не дл молчнию рзвиться.

– Э, бтеньк, вот здесь вы не првы, – добро скзл он, дружески осклился и посмотрел н Энлиля. – Совершенно. Прение н пси-подушке – это не выход. Турбулентность воздух будет очень высок, рзрзится буря невиднных мсштбов, и говорить о ншей безопсности в тких условиях может только полный идиот. А вы ведь, дорогой Энлиль, не полный идиот, это кждый подзборный пес в Ниппуре знет. К тому же в плне топлив вы совершенно првы, его теперь следует всенепременнейше беречь. А, многоувжемый Пернтый? – И он всем телом повернулся к угрюмо слушющему Шмшу. – Нши профи кк, не против?

– Вши профи, Светильник Рзум, не против, – ухмыльнулся тот. – Никкой больше эвкуции, одн сплошня экономия. Чтобы хвтило смим…

Ну конечно же, не высшя мтемтик – звездолет с его крегенерторми больше нет, Временной Кнл зблокировн нмертво, в кустрных условиях, н коленке топливо не синтезируешь. А знчит, ндо беречь то, что есть. Вернее, то, что блгополучно остлось. Беречь кк зеницу ок…

– Ну вот, я кк всегд прв, – срзу просиял Энлиль, сел, сделл небрежную гримску. – Ну, что тм у вс дльше, Тот? Двйте, двйте, продолжйте.

Однко Тот продолжил не срзу, он был знят мыслями. Вернее, одной. Только что возникшей, о двусмысленности мироздния. Господи, и почему же это у великих нуннков появляются н свет ткие дети? Ох, верно говорят, что все хорошие кчеств передются генми во втором поколении. Гм… Судя по Гибилу и Мрдуку, врут, и врут смым нглым обрзом. Чешут языкми. Брешут. Д еще кк. Ох…

Нконец Тот сделл волевое усилие, бросил думть думу о кознях бытия и перешел к конкретным злободневным темм, о том о сем, об этом, о другом, о плнх и перспективх н выживние. Собственно, плн был один, донельзя немудреный – брть вертикльный стрт. Не ждть милостей от мтери-природы, дружно сдиться в плнетоиды и тупо кнтовться н орбите, пок стихия не выдохнется. Ну уж потом, кк ляжет крт. Один черт, другой – выход-то нету…

Потом были прения, детли, уточнения, и нконец остлся последний вопрос – кк быть с Хурдонем. С этим ядовитым хербейкским змеегдом, пригревшимся н нуннкской груди.

– Кончть его, гд, – скзл Мочегон и цыкнул теллуриевым зубом, – он всех нс подствил и глзом не моргнул, знчит, подствит еще рз.

– Кончть потом, внчле пидорсить, – с нпором откликнулся Крсноглз. – Естественно, хором, смо собой, злостно, кк водится, н четырех костях, конечно же, двойной тягой. А то ведь кругом одни пидорсы, но тронуть их никк нельзя. Првд, вше Мршльское Степенство? – И он свирепо глянул н Энлиля, тихонько рдующегося рзвитию событий. – Вы кк, одобряете вход моей мысли?

– Ну-с, пожлуй, мы пойдем, – с гневом отрегировл Нинти. – Этими своими гнусными мужскими игрищми рзвлекйтесь без нс. Собирйтесь, ммо, подымйтесь. Здесь сейчс будет непотребство. – И он нпористо повернулсь к Анту, тк все и улыбющейся улыбкой добродетели. – Пойдемте, ммо, пойдемте.

– Э, стойте, стойте, остновитесь. – Исимуд вдруг вышел из ступор, вскочил и превртился в плменного трибун. – Никто отсюд никуд не пойдет… Пок не выслушет меня… Меня, строго больного хербея. Хербея, в об глз видевшего жизнь, отлично знющего, что есть хорошо и что есть тки в этой жизни очень плохо. Послушйте меня все, послушйте внимтельно, от вс тки, я вм всем это говорю, ничего не убудет. Вот вы говорите здесь: мочить его, кончть его, делть пидорстом его. Ну д, приятнее всего убить хербея, отнять у него жизнь, порвть ему н сто лимонных долек его прямую кишку. Ткое это большое удовольствие. И никто не откзывл себе в нем ни в Великую Чистку, ни в Тотльный Погром, ни в Третью, ни в Четвертую, ни в Пятую революции. А потому нс, хербеев, сейчс с гулькин хрен, совсем ничего, рз-дв и обчелся. Но дже в этой жлкой горстке через одного – физик, мтемтик, гинеколог, строном. А сколько нш нрод тки дл композиторов, поэтов, служителей прекрсного, нездников Пегс. Д нши люди…

– Куд ни плюнь – брыги, торгши, уроды, психи и изврщенцы, – резко перебил его Шмш, сплюнул и рзом перешел н личности. – Не бери в голову, бртух Исимуд, бывют и среди вших большие исключения. Ты вот, нпример, словно беля ворон. То есть ворон. То есть, я хотел скзть, орел…

– Лдно, – в корне зрубил пернтую тему Тот, тяжело вздохнул, пожевл губми. – Думю, дело здесь не в крови, думю, дело здесь в смом нуннке. В общем-то невжно, кто ты, вжно, и это глвное, ккой ты. А психов, изврщенцев, сволочей и гнид куд кк достточно в любом нроде. И кстти, о крови. – Он кшлянул негромко, весомо змолчл и выдержл рссчитнную пузу. – Ее, я думю, еще прольется немло. Всякой. И нуннкской, и хербейской, и человеческой тоже. А н цвет совершенно одинковой – крсной… В общем, предлгю Хурдоня отпустить. Пусть ктится с концми с глз долой. Все одно, бог не фрер и првду видит, тк что кждый получет то, что зслужил. Я скзл. Дополнения? Возржения? Вопросы?

В его мленькой фигуре было столько силы, в тихом голосе столько твердости, в короткой речи столько мудрости, что вопросов и возржений не ншлось.

– Лдно, хрен с ним, простим гд, – через губу, кк сплюнул, изрек Мочегон. – Руки будут чище. И болт тоже.

– Лды, нехй кнет, – ощерился Крсноглз. – Все одно, пидорст, дром что не пробитый. Ткой еще нпорет косяков, нделет форшмков. Ндеюсь, мы не увидим.

– Кто-нибудь, рзвяжите его, – зкончил прения Тот, – покжите ему, где выход, и поствим точку.

– Лучше бы покзть ему, где вход, – хмыкнул Мочегон, поднялся и нпрвился в угол, к корчщемуся Хурдоню. – И поствить не точку, плку. – Мстерски рзвязл ремни, вытщил рзмякший кляп и одним движением поднял пленник н ноги. – Ну, ты все понял, мленький? Будешь хорошо себя вести? Шлить, бля, не будешь? Ну, двй, ктись, чтоб я не видел тебя. Пшел!

И не удержвшись, Мочегон отвесил пендель, от чего Хурдонй взял стрт, мксимльно ускорился и пробкой из бутылки пронесся к двери. Миг – и он исчез, словно испрился, только мелькнул бород, выкченные глз и оскленные зубы. Ясно чувствовлось по всему, что с понимнием у него в полном порядке.

– А мльчонку того у прши брчной поимели все хором, згнли в петлю, – промурлыкл Крсноглз. Нинурт поморщился, Шмш буркнул что-то, и зседние зкончилось.

– Ну-с, прошу ко мне, стол, знете ли, нкрыт. Пообедем, кк водится, по-товрищески, со вкусом, чем бог послл, – встрепенулся Энлиль, зспешил, зсуетился, впрочем, кк-то неискренне, безо всякого рдушия. – Икорки млосольной, хнумк, тринопли…

– Блгодрствую, дел, – откзлся Нинурт.

– С пидорстми не пьем, – тихо буркнул Мочегон.

– Жрите сми с волосми, – цыкнул зубом Крсноглз.

– Зур рхмт, я н диете, – двинул к выходу Шмш.

Тк что столовться по-товрищески, д еще со вкусом, пошл к Энлилю лишь проголодвшяся Нинти – по-родственному, без церемоний, в компнии с веселой Анту. Энки, хоть и родственник, и не подумл поддержть их, метнулся к двери. Видимо, н Шхте в Арли у него были вжные дел.

– Спсибо, голубчик, некогд, – тк же отклнялся Тот, коротко кивнул, выбрлся н воздух и пошгл к своему грвикру. У теллуриевого борт его ждл верный Имхотеп, суровый, сосредоточенный, в костюме обер-мйор.

– Слют, учитель! Зводить?

– Нет, пок не ндо, – улыбнулся Тот, – хочу пройтись пешком. Не соствишь мне компнию?

– Слушю и повинуюсь, учитель, – вытянулся Имхотеп, рдостно осклился и, вытщив дистнционный торсионный блокиртор, ктивировл зщиту грвикр. – Я готов.

И они не спеш двинулись по тенистым улицм Ниппур – шли и не перествли удивляться. Ах, кк же он изменился з эти дни, город мудрости, хрмов и веселья. Стрый, добрый Ниппур. Улицы и площди его были пусты, в хрмх не спрвляли службу, лодки у причлов н Большом Кнле покчивлись н волнх без охрны. Сдись в любую и плыви. Только куд? К морю? К гибели? Нвстречу смерти? Ниппур обезлюдел в одночсье, точнее говоря, з одни сутки: жрецы н ппртх нуннков подлись н Тибет крепить веру, зжиточные, богтые и влсть имущие впрягли в повозки быков, люди же простые, богобоязненные пондеялись н крепость своих ног. Дочь, ночь – сутки прочь, и Ниппур опустел, вымер, превртился в нстоящую пустыню. Нд городом висел тишин, только скорбно перешептывлись кроны, ревели недоеные коровы д истошно блеяли овцы. Птиц, кк это срзу зметил Тот, в пркх Ниппур не было. Зто то тм, то тут группми и поодиночке взору предствли люди. Амелу, лулу, вилумы, потомки человекообрзных обезьян. Они жрили мясо н кострх, жрли, пили, дрлись, предвлись блуду и вообще вели себя хуже хомо эректусов, от которых, собственно говоря, и произошли. Это был пен, отбросы, гниль, нихудшие из человеческого стд. Бродяги, дезертиры, вероотступники, проститутки, преступники, беглые рбы.

– После нс хоть потоп! – выкрикивли они и вызывли гнев, гдливость, ярость и мысли о медленном убийстве.

«М-д, что-то где-то я недоглядел, – подумл Тот, горестно вздохнул и повернул с Кнл нлево, по нпрвлению к Центрльной площди. – А впрочем, и среди нуннков, соплеменничков, уродов хвтет. Ведь скзно же истинно: по обрзу и подобию».

Н пру с Имхотепом он прошел Кирпичный город, Змеиное клдбище, Кзрмы, Пруды и остновился у огрды очень древнего, построенного в честь лучезрнейшего Ан хрм. Здесь, сидя по-походному под сенью сикомор, их ждли с нетерпением четверо мужчин.

– О, отец, – прошептл один, могучий и широкоплечий, бросился вперед и с чувством зключил в объятия улыбющегося Тот. – О, мудрейший!

Это был его любимый сын от женщины лулу, влститель Шуруппк Зиусурд. Зчтый экспериментльно, опытным путем, умом он пошел в отц, генильнейшего нуннк, сттью и крсотой попер в мть, служительницу культ. А прибыл Зиусурд в Ниппур по делу. По делу вжному, секретному, весьм безотлгтельному, требующему полной концентрции. Прибыл, естественно, инкогнито.

– Црь!

– Архитектор!

– Почет! И увжение!

Крепкие объятия нконец рсплись, влститель и строитель обменялись приветствиями, и Тот в сопровождении сын отошел в сторонку:

– Ну, кк тм двигются дел с плвсредством? Ндеюсь, сын мой, по экспоненте?

Речь шл о генильном, рзрботнным еще покойным Аном проекте под рбочим нзвнием «Ковчег». Это был смоходня, неогрниченного рйон плвния брж, преднзнчення для выживния в непростых условиях будущего ктклизм. Причем брж не только смоходня, но еще и полуподводня, способня укрыться в глубине от ярости бушующего окен. М-д, иди-к ты ткую построй…

– Дел, отец, идут, полным ходом, – ответил Зиусурд. – Мчтовый кедр, густейшя смол, лучшя, рспушистейшя пкля. Збивю без счет быков и овец, морем рзливю бргу, мсло и вино. Думю, дней через десять будет все готово…

– Неделя, сын мой, мксимум неделя, – перебил его Тот, – и кждый вечер пристльно смотри в сторону Сиппр[25]. Когд Шмш в ночи прикжет грому грянуть и дождь кмней и искр с небес обрушит, взойди н свой корбль и плотно вход зкрой[26]. Буря, знчит, скоро грянет, буря…

– Понял тебя, о отец, – сконцентрировлся Зиусурд, – о мудрейший…

– И вот еще что, – скзл Тот, быстро посмотрел по сторонм и вытщил неброский, но мссивный теллуриевый нгрудный медльон. – Ндень и носи, не снимя. Эт вещь должн быть всегд с тобой, где бы ты ни был. В молельне, в опочивльне, в объятиях любимых женщин. Ты меня понял, о сын?

Он не стл говорить Зиусурде, что в медльон был вмонтировн гипермяк – пусть будет нуннком с большой буквы, ндеется только н себя и в минуту, может, и в чс испытний сделет все возможное и невозможное. Ну, уж если нстнет крй, хн, мб, то стршие, кк могут, помогут…

– Понял тебя, о отец, – выдохнул с почтением Зиусурд, – о великий…

– Ну вот и хорошо, вот и лдно. – Тот ктивировл гипермяк, повесил Зиусурде н шею и глянул н трио мужиков, мощно подпирющих деревья. – А кто это с тобой? Они не похожи ни н придворных, ни н охрну.

– О, отец, ты, кк всегд, прв. Это не придворные и не охрн, – с почтением Зиусурд кивнул. – Это дльняя родня увжемого Исимуд, к слову скзть, не ткя уж и дльняя – лоцмн-виртуоз по прозвищу Хой и дв его сын боцмны Зм и Клфет. Третий сын, Пим, остлся в Шуруппке и сейчс крепит пиллерс в рйоне третьего шпнгоут. О, отец, это нстоящие морские волки, дьяволы, бловни волны, корифеи румпеля, кормил и киля, мстки форштевня и двойного дн. Я их взял сюд с собой для ясности, если у тебя вдруг возникнут вопросы.

– Д нет, вопросов больше не имею. – Тот хмуро посмотрел н Зм, двухметрового, зверообрзного, очень не похожего н мореплвтеля, с отврщением вздохнул и подумл вдруг, словно поднял звесу, что Исимуд-то, окзывется, совсем не прост. Теперь, куд ни плюнь, везде его нрод. И в море, и н суше, и в небе, и под землей. Потоп не потоп, ктклизм не ктклизм… Впрочем, долго рссуждть н темы популяций Тот не стл, принялся прощться. Сердечно с Зиусурдой и дистнционно с мореходми. Его ждл куч, гор, фнтстическя прорв рботы. Километры и километры километрового же льд, неотвртимо ндвигющиеся н беззщитный окен. Готовые под корень извести дело всей жизни Ан, великого нуннк, достойнейшего из достойных. А этого допустить было никк нельзя.

Глв 5

– Ох, что-то не нрвится мне эт пицц, – веско зконсттировл Небб, однко не побрезговл, снизошел, откусил огромный кусок. – М-м, вроде и ничего. Только вот диметр мловт.

– Пицц, Сем, очень дже неплох, – отозвлся Потрошитель. – Римским легионм и не снилось[27]. Чтобы ткя вот, с сыром, с ветчиной. А вот нсчет диметр ты прв. Не тот клибр, не тот, мелковт.

– Д лдно вм, бртцы, восхищться, вы просто не пробовли кйнров, – с ревностью зметил Рыжий. – А, комндир? Скжи.

– А? – Бродов перестл жевть, кивнул и вспомнил кйнры Мрьяны, круглые, поджристые, вкуснейшие пирожки, выпекемые в количествх неимоверных. – О д, кйнры – это вещь. Жрли бы легионеры их, Рим бы стоял и по сию пору.

Они сидели вчетвером в пиццерии «Трпезунд», то ли поздно звтркли, то ли рно обедли, не понять, время было ни то ни се, около одинндцти. Бродов, Рыжий и Серфим прели в орнжевых комбезх, изобржли то ли ремонтников, то ли спстелей, то ли рботников с большой дороги. Небб же был одет в вульгрный втник, зто имел нстоящий теодолит, трехногий, обшрпнный, нпоминющий орудие инженер Грин. Тк они и сидели в тесном коллективе – делились впечтлениями, змечниями, сообржениями. Что интересно, в действительно тесном. Зносчивый Потрошитель, презирющий род людской, отлично полдил и с Неббой, и с Нигмтуллиным. Хотя, увидев их впервые четыре дня нзд, посерел, побледнел, изменился в лице и, выругвшись по-человечески, воззрился н Бродов.

– Дня, что это знчит? Дня, этого не может быть. Дня, ведь это же…

Небб, окзывется, нпомнил ему тмн Вертихвыст, грозу всех бсурмн. Альберт же Нигмтуллин, по прозвищу Рыжий, был, кк выяснилось, похож н кочевник Мункэ-Сл. Н ужсного, зловещего, кроввого Мункэ-Сл, безжлостного убийцу, плч Джебэ-Нойон[28]. А с тмном и с мокрушником у пришельц Серфим были, видимо, ссоциции, не внушющие оптимизм. Однко ничего, притерлись, подружились и вот уже четыре дня с хрустом кололи лед, хлопли крышкми люков, шстли по теплосетям, вжно возились с стролябией. Изобржли рвение, мстерство, четкость, деловитость и целеустремленность. Изобржть-то изобржли, однко хвстть пок что было нечем – в «Альтире» все было устроено добротно и по уму. Ну д, видели и Рхт, нпоминющего шкф, и нчльничк его Гвр, оккупироввшего «Мерседес», и японские минивны кнреечного цвет… А вот кк быть с периметром, охрной и четырехметровым збором, з коим, если Потрошитель не врет, нходится директтор, суть форсировнный хронокрут? Миленький ткой пси-модулирующий генертор, бет-корректирующий свойств континуум. Д еще нстроенный н пи-режим. Вот вопрос тк вопрос, принцу дтскому и не снилось – четыре дня рботы вчетвером н морозе, результтов с гулькин хрен. Точнее, нулевой, решений пок нет…

– Э, Дня, брось, хрч тут ни при чем, – хмыкнул Серфим и мощно, по-волчьи, отхвтил кусок лепешки. – Ты бы видел только, кк брли Рим. Желющих прошвырнуться по его улицм было море, окен, невообрзимое множество. И все, Дня, врвры. Тут гунны, тм готы, здесь лмны со своей предводительницей. Ох, Дня, доложу тебе, и бб. Зверь. Пнтер. Нстоящя Влькирия. А умн, шикрн! До сих пор перед глзми стоит. Вернее, до сих пор н нее стоит. Знешь, ткой ббы… – Потрошитель вдруг змолк, вздрогнул все телом и принялся двиться пиццей: – Ы-ы-ы-ы-ы…

Глз его выктились из орбит, рсширились до невозможности, похоже, он увидел нечто душерздирющее.

«Тк-с, похоже, привидение. Кнтервильское», – мигом понял его Бродов, резко обернулся, тоже изумился, но срзу же до жути и обрдовлся – увидел Дорну. Пропитк, белые спожки и несколько легкомысленный шрфик были ей н удивление к лицу, нгельскому и одухотворенному, тронутому легким румянцем. Привет – мхнул он ручкой, неспешно подошл, взглянул с улыбкой Джоконды.

– Мужчины, не угостите дму пиццей?

При звуке ее голос Потрошитель сник, снов вздрогнул мускулистым телом и мощным усилием, концентрируя все силы, отпрвил-тки в пищевод прожевнное. Птентовнный боец кк-никк, элит, чудо-богтырь.

– Для вс, крсвиц, все что угодно, – лихо, и не вспомнив про Мрьяну, зсуетился Рыжий, молодцевто вскочил, нчл двигть стулья, но впечтления не произвел.

– Иди-к ты гуляй, – скзл ему Дорн, хмыкнул и посмотрел н Неббу, общющемуся с пиццей. – Ты тоже. – И двжды, словно собирясь сплясть фнднго, прищелкнул пльцми. – Гулять, гулять.

Стрнно, но Рыжий и Небб ее послушлись срзу, тндемом, в унисон подлись н мороз, со стороны кзлось, будто их толкет в спину ккя-то невидимя рук. Бухнул дверь, зтихли шги, скорбно сверкнул медью збытя стролябия.

– Нет, пиццы не хочу. Лучше выпью сок. Грейпфрутового, лучше томтного, – Дорн озорно прищурилсь и кк-то по-особенному взглянул н Серфим: – Может, принесешь, ?

– Кк скжете, – тот кивнул, послушно поднялся и куклой-мрионеткой нпрвился к стойке. Его нпористо толкл в спину все т же мощня невидимя рук.

– Здрвствуй, Дн, – скзл Дорн, сел, сделлсь серьезной. – Ты кк? Я скучю.

– Я тоже, – сознлся Бродов, тяжело вздохнул и почему-то вспомнил фильм про Штирлиц, когд тому покзывли жену. – Ты в этот рз кк, ндолго? Может, нсовсем?

– И не нсовсем, и не ндолго, – улыбнулсь Дорн, – кк получится. Все тк изменчиво в этом мире. Ты ведь знешь.

– Д, все течет, все меняется, – соглсился Бродов, здумчиво кивнул, между тем вернулся Серфим.

– Вот, томтный. Соленый. С мякотью. Из концентрт.

Говорил он вяло, безо всякой интонции, словно вырботвшя свой звод мехническя кукл.

– Молодец, – похвлил его Дорн, попробовл сок и снов, словно выстрелил, щелкнул пльцми. – Лдно, просыпйся. Сдись. Ндо поговорить.

И сейчс же с Серфимом произошл удивительня метморфоз – он опять сделлся живым, превртился из мехнического истукн в полнокровное чувствующее существо. Сел, хлопя ресницми, и с непонимнием уствился н Дорну.

– Простите, это не вы тогд с Алрихом[29]? У Северных ворот? И не вы ли это звонили н той неделе? Ну, нсчет этих мудозвонов Миши и Пши?

– Э, двй-к, друг любезный, здесь все вопросы здвть буду я, – не ответил ему Дорн, ухмыльнулсь и поствил опустевший сткн. – Ты вот слышл, что вино и ббы – комбинция взрывоопсня? До добр не доводящя, совсем ноборот? Что, слышл? Молодец. Тогд к Зинуле своей блядской присмотрись со всем внимнием, н трезвую голову, не через призму гормонов. Ты думешь, что крут, кк поросячий хвост? Знешь весь рсклд? И хитрожопей всех, в особенности Гвр? А вдруг ноборот? А ну кк это он комндует прдом, ведет свою игру и держит тебя дже не з фрер – з подсдную утку, з нживку, з живц? Д собственно ты ему, Сим, до фени – ему нужны Бртья и лрец со скрбеями…

– Что? – Потрошитель побледнел, нчл поднимться. – Вы в курсе? Откуд?

– От верблюд, – сообщил Дорн, хмыкнул и добро подмигнул. – Крсть у нчльств грешно… А земля, он слухми полнится… В общем, не ты все это время шел з Гвром, он вел тебя, кк бычк н веревочке. Знл, что никуд ты не денешься, появишься, и дже примерно в ккое время, чтобы пострться взять вот это, – и в руке ее блеснуло нечто, очень нпоминющее флкон духов: грни, горлышко, вогнутое дно, мслянистя, светящяся жидкость. Не хвтло только этикетки. Впрочем, этикетк Потрошителю был не нужн.

– Отдй! Живо! – вдруг пришел в ярость он, резко ктивизировлся и попытлся выхвтить у нее светящуюся посудину. – Дй сюд!

Однко это был нпрсня попытк – Дорн двиглсь куд быстрей.

– Опньки! – увернулсь он, озорно хихикнул и особым обрзом взглянул н грессор. – А ну-к фу! Сидеть! Медленно кстрирую!..

До кстрции, првд, дело не дошло, вот уселся Потрошитель срзу, медленно и печльно, срзу рстеряв весь свой оптимизм. Чем-то он здорово нпоминл сдувшийся воздушный шрик.

– Нет, ты только глянь н него, – ухмыльнулсь Дорн. – Пьет все, что горит, трхет все, что шевелится, тщит все нпроплую без рзбору. А потом еще кидется, словно бобик с цепи. Жить хочет долго, беспроблемно и счстливо. Чтобы пить все, что горит, трхть все, что шевелится, и тщить все без рзбору. Только нет, милый мой, это ндо зслужить. – Он демонстртивно повертел флкон, покчл н руке и молниеносным движением убрл подльше. – А ну, кйся, кк н духу, куд скрбеев Гвр дел?

– Что? – удивился Бродов. – Гвр?

– Ну д, – подтвердил Дорн. – Гвр доблестно упер их из хрм Тот в Гелиополе, ну нш общий приятель – у своего бывшего нчльник. Н прощние, тк скзть, н дорожку. Кк говорится в этой вшей русской пословице, «вор у вор дубинку укрл». Ну, Серфим Ильич, колись, будь же хорошим мльчиком. А то хрен тебе, не дезктивция ген.

И Серфим, будучи не столько хорошим мльчиком, сколько релистом, рскололся. Еще до Рождеств Христов, сорок веков нзд, он звлдел шктулкой с квртетом скрбеев – четырьмя мссивными, стрнного метлл перстями, кмни коих предствляли собой точные копии нвозников. Желтого, крсного, зеленого и синего, кк всильки, цветов. Очень непонятные ткие нсекомые, светящиеся, со стрнными отметинми н спинх. Тем не менее Потрошитель, будучи нуннком прктичным, срзу же включил их в свою коллекцию – бережно хрнил, не продвл, не зклдывл, не обменивл и никому не покзывл. Однко з четыре тысячи лет, естественно, случлось всякое, и, бывло, мотло его, кк осенний листок, тк, что он менял город и менял имен, плюс глотл еще пыль зморских дорог, где не пхли цветы и не блестел где Лун. В общем, вот он, нердостный итог: крсный жук покоится н вершине пирмиды Хеопс, желтый ждет своего чс в рзвлинх хрм, зеленый, если все нормльно, погрузился н дно, судьб четвертого, синего, похоже, неизвестн. Вот тк, миль прдон, сорри, них шихен, се ля ви.

– Ну ты и мудк, – резюмировл Дорн, фыркнул и с видом добродетели вытщил мобильник. – Джонни, это я. Есть конткт. Д, думю, возможно. Хорошо, ясно. Через десять минут. – Резко отключилсь, выдержл пузу и многознчительным взглядом посмотрел н Бродов. – З первым переулком нлево стоит зеленый лендкрузер, он довезет вс с Серфимом Ильичом прямехонько к твоему бртцу. Дльше – по обстновке. Трс Бульбу с Чингисхном отпусти, пусть ктятся к себе в Иркутск. А то все крутятся под ногми…

– Это не Бульб и не Чингисхн, это мои товрищи, – неожиднно рзозлился Бродов. – Боевые. Ндо будет – поедут. Пок не ндо.

– Ты, Вся, не понимешь, – огорчилсь Дорн. – Они же люди. Обыкновенные. Без изюминки…

– А ты см-то не человек рзве? – усмехнулся Бродов и рзом вспомнил Египет, гостиницу, видевшую многое кровть. – Мне кжется, очень дже.

– Лдно, двй потом, – посмотрел н чсы Дорн, – сейчс двигйте нлево и не удивляйтесь, если по пути услышите взрыв – это взлетит н воздух вш любимый «Альтир». Несчстный случй, утечк гз. Ну все, риведерчи.

Он вздохнул, поднялсь, сделл ручкой Бродову и деловито подлсь в сторону кухни. Миг – и ее поглотил дверь с ндписью «Только персонл».

– Тэк-с, – тоже зсобирлся Бродов, встл, глянул н чсы. – Пошли, Сим, время. Остлось пять минут.

Н душе у него было скверно, неопределенно и муторно. Хотелось выпить водки, взять в руки меч и кчественно побороться с тоской-кручиной. Ккие, к черту, бртья, «Альтир» и утечки гз – Дорн ушл. Вот тк, покзлсь н минутку, убил крсотой и ушл, с улыбкой хлопнув дверью «Только для персонл». И мучйся теперь, переживй, тревожься, думу думй. Любовь, блин, морковь, сплошня неопределенность, женщин, блин, згдк, гуляющя см по себе. Куд тм всем кошкм в мире…

– Пошли, – Серфим кивнул и тяжело поднялся, – что-то мне не хочется больше пиццы. Хочется кого-нибудь прибить. Медленно, не спеш, с чувством, с толком, с рсстновкой. Кк учили.

Понять его было несложно, особенно Бродову – счстье мелькнуло рядом, помхло крылом и рстяло в перспективе. Предмет желний был тк близок, н рсстоянии руки, только вот взять его не получилось, получилось, кк в той скзке с невеселым концом – по бороде текло, д в пищевод не попло. Д еще Зинк, сволочь, сук, подля стукчк…

В общем, хмурые, печльные, неудовлетворенные вышли Бродов с Серфимом н мороз, где их встретили друзья-однополчне.

– Ну вы, бртцы, и горзды ссть, не инче кк в три струи. Дубово ведь, не мй месяц.

Скзно это было хоть и в шутку, но н полном серьезе, и потому стршно – ни Рыжий, ни Небб не помнили, что случилось.

– Двйте в мшину, поезжйте без нс, – не стл объясняться Бродов. – И зберите из пиццерии этот чертов грегт, быть может, он еще пригодится. Все, бртцы, пок, всеобщий привет, я после позвоню…

– От бисов сил, грядет мрзм. – Небб рвнул з стролябией, Альберт же зтянулся, отбросил сигрету и двинулся через дорогу к ПАЗу[30]. Автобус этот был добыт стрниями Потрошителя и, помимо выхлоп, коррозии и мерзостного ход, имел еще отметину вдоль борт – коричневым по желтому, н редкость впечтляющую: «Дежурный». Внутри него было промозгло и тряско, до жути неуютно и н удивление вонюче. Н улице было куд кк приятнее.

– Бр-р-р, – бросил Бродов взгляд н желтое трнссредство, непроизвольно вздрогнул и посмотрел н Потрошителя. – Пять минут. Пошли.

Пошли. Конкретно нлево, по нечищеному тротуру, вдоль змерзших, хоть и с шпкми н черепх угрюмых домов. Было холодно, рыжело стылое солнце, бок троллейбусов покрылись белым мхом. Господи, кк же он зтянулсь, кк же он ндоел, эт зим. Холодно н улице, зябко н душе… Шгл себе Бродов, двил ногми снег, см думл о море, о пльмх, о жрких объятиях Африки. Тогд, помнится, в Кире, он тоже шел н встречу с бртом, рядом с ним не шл – плыл – пьяня от счстья Дорн. Потрясюще крсивя, тинствення и желння. Ткя близкя и необыкновенно длекя. Воистину, женщин-згдк.

Идти было недлеко, метров трист пятьдесят. Скоро тротур зкончился, и они остновились н поребрике, под созревшим н глзх помидором светофор. Впереди едв тщился трнспортный поток, по другую его сторону стоял зеленый джип, спрв сгрудились мшины всех мстей, урчли моторми, подпускя белую колеблющуюся дымку, ждли зеленого. Все было кким-то втным, инертным, медленным и печльным, бсолютно лишенным дрйв и экспрессии. И вдруг глухо ухнул земля, всколыхнулсь бензиновя звес и внушительное угловое здние, н фсде коего светилось «Альтир», нчло терять свою форму. Миг – и оно осело, пошло трещинми, жутко сложилось пополм и превртилось в груду рзвлин. Бухнуло, ббхнуло, столбом поднялсь пыль, и блеснули языки необыкновенно яркого, режущего ножми по глзм огня. Причем згорелось все, кк у Булгков, словно политое бензином. Фнтстически быстро. И рзвлины, и пристройки, и нгры з стеной. В небо потянулся чдный, черный дым, густо зпхло смертью, тленом, бедой. Войной, которя, если верить Дорне, двно уже нступил…

«Взрыв гз, говоришь? – не поверил Бродов, прищурился, оценивюще кивнул и срзу вспомнил прошлое, Женьку и Клру, счстливых, улыбющихся, пок еще живых. – З вс, бртцы кролики, з вс. Тем же концом по тому же месту. А вот он, вот он, хунт порботл…»

Трудно скзть, о чем думл Серфим, но, видимо, о добром и хорошем – с видом пиромн он любовлся н огонь и крйне оптимистично улыблся. Рдость, умиление, вселенский восторг были жирно нписны н его лице. А вот окружющие релии оптимизм не внушли – тротур звлило, нкрыло пешеходов, кое-кто из водителей присоседился друг к дружке. Н войне кк н войне – пострдли невиновные мирные люди…

А светофор тем временем сменил окрс. Днил с Потрошителем пересекли дорогу и подошли к поспывющему мотором лендкрузеру, блго трфик был н улице односторонний, и тот стоял н ее левой стороне.

– Ку-ку, – постучл Днил в водительскую дверь, тонировнное стекло слегк опустилось, и изнутри рздлся низкий голос, кзлось, что говорят со дн колодц:

– Добрый день. Вы опоздли н четыре целых и семь десятых секунды. Сдитесь н зднее нтомическое сиденье. Сегодня хорошя зимняя погод. Атмосферное двление в норме, семьсот шестьдесят две единицы ртутного столб.

Еще из глубины слон рздвлсь музык, музык н любителя, мягко говоря – эткое утробно-горловое пение под ккомпнемент брбнов и тибетских труб. Кзлось, что и солистов, и инструментлистов, и хоровиков мучет свирепя рвот – жесточйшя, коллективня, до судорог, до желчи. Подпевть, вливться и подтягивть кк-то совершенно не хотелось.

– Этого еще только не хвтло, – прошептл Серфим, нсупился, открыл дверь и нехотя полез в тепло слон. – Д, сегодня и впрямь отличня зимняя погод. Вы случйно не знете, сколько сейчс грдусов ниже нуля?

«Чего не хвтло-то», – не понял Бродов, сноровисто подлся внутрь и срзу же проникся пессимизмом – в слоне было кк-то нехорошо. Мло того что оглушительно и крйне не музыкльно, тк еще и вонюче. Куд тм ПАЗу. Причем это был не привычня земня солярочно-бензиновя вонь. Нет, тмосфер отдвл чем-то стрнным, до жути сюррелистическим, убийственно-пронзительным, шрхющим по человеческому обонянию кувлдой, чугунной ббой, гидрвлическим прессом. Нповл. Это был смесь зпхов помоев, хлорки, нестирнных носков и фрнцузского, кк видно, политого для мскировки прфюм. Гений зпхов и блговоний Зюскинд точно бы окочурился н месте[31]. Но только не Бродов – н миг он здержл дыхние, освивясь, приветливо кивнул и с удовольствием устроился в объятиях сиденья. А что – тепло, светло и мухи не кусют. Что же ксется вони и душевымтывющей музыки, то по срвнению с гидрвлическим удром и офицерскими общгми это было тк, тьфу, бловство, детские игрушки. В кубрике н пятьдесят персон вм не приходилось ночевть, ?

– Сейчс двдцть три целых и четыре десятых грдус ниже нуля по шкле Цельсия, – выдл между тем пссжир, сидевший н месте смертник, с вжностью взмхнул рукой, и круглое щекстое лицо его сделлось знчительным. – Ветер северо-восточный, три метр в секунду, влжность шестьдесят дв процент. Спрв, в пятидесяти трех метрх, произошел взрыв, логическое построение фктов укзывет, что это утечк гз. Сейчс мы тронемся с мест, Его Могущество Полпред Брыль милостиво ждет вс.

И действительно, двигтель взревел, зрботл трнсмиссия, и джип поктился с мест. Облко мизм кчнулось, сгустилось и, похоже, нчло конденсировться. Музык сделлсь оглушительной, нвлилсь девятым влом, нпомнил о цунми. Кзлось, что и солисты, и инструментлисты, и хор вывернулись нконец низннку. Дорог в неизвестность нчлсь…

О, Зиусурд, из Шурппк человек;
Оствь свой дом, построй корбль большой!
Рсстться с нжитым спеши и не спеши рсстться с жизнью!
И н корбль возьми с собой земных всех тврей семен;
И тот корбль, что ты построишь, —
Без исключения он вместит всех.
… … … … … … … … … … … … … … …
Подобно псм трусливым боги
К стене прижлись внешней.
Нинти вскричл в голос, кк рожениц в мукх:
«Былые дни, увы, пропли без след».
И нуннки, стоя близ нее, рыдли.
Лицом печльны, кк один, сидели боги.
Отиря слезы и плотно губы сжв.
… … … … … … … … … … … … … … …
Ануннки, великие боги.
От голод стрдли и от жжды…
Нинти стенниями своими ндрывл душу.
Рыдниями же облегчл сердце.
Дбы збыть свою тоску.
Он желл пив.
И рядом с ней сидели, плч, боги.
Прижвшись вместе, словно овцы в стде.
Их губы тресклись от нестерпимой жжды.
И голод чрево их терзл.
См Мть-Богиня был потрясен происходящим н Земле.
Сидел Мть-Богиня и рыдл…
Ее дрожли губы, словно в лихордке…
«Создния мои подобны мелким мошкм.
Уносят, кк беспомощных шмелей, потоки их тел.
Их семя утопило яростное море».
… … … … … … … … … … … … … … …
…Лун исчезл…
Зволновлось море;
В небесных тучх грянул гром, полился дождь…
Поднялся стршный ветер…
…Нчлся Потоп.
Обрушившись н головы людей;
Лицом к лицу друг друг не змечли люди.
Смешлось все в смятенье хотичном.
И рзъяренному быку подобно ревел поток;
Кк волки дикие, взвывли ветры.
Тьм непроглядня н Землю пл;
И н век, кзлось, скрылось Солнце.

Шумерский эпос.

– Тэк-с, – Тот многознчительно осклился, тронул мизинцем лоб и осторожно двинул вперед белую фигуру. – Любезный Имхотеп, ты рзбит. Рзгромлен, уничтожен, смят, порбощен, поствлен с твоим воинством н колени. Шх, шх, еще рз шх и мт.

Фигур изобржл женщину с короной н голове и был с любовью вырезн из бруск уйт-дубовия. Резли, кк видно, вручную, порттивным сигм-лзером, дубовий брли, без сомнения, из пнелей в кют-компнии.

– О, учитель, вы, кк всегд, првы, – зпечлился Имхотеп, опустился н пол и, збрвшись под стол, подл голос, фльцетом, по-петушиному, очень мощно: – Кукреку-у-у!

Крышк стол был рсчерчен н квдрты, н коих стояли черно-белые фигуры. Не только стояли, но еще и могли ходить – нпрво, нлево, дигонльно, буквой «гы», не сми по себе, конечно, по воле нуннчьей.

– А, все веселитесь, рзвлекетесь, – вошел Исимуд, вздохнул, мрчно опустился в кресло. – В эти свои, кк их… черт…

Причин его пессимизм был ясн – интерьерчик утомил. Обрыдл, достл, въелся в печень, остондоел. Д и вообще. Больше полугод н орбите, одной компнией, в просторной, но все же клетке плнетоид. Вот тк, по кругу, по кругу, по кругу, кк згнння белк в колесе. А что впереди – хрен его знет. Вернее, не высшя мтемтик, можно догдться – голод, холод, лишения, проблемы и тотльное выживние. А еще дльше – стрость, болезнь и дряхлость и мучительный бесслвный конец. Где вы, где вы, поместья, дворцы, гектры тринопли, жирный, икряной, деликтеснейший крп Ре? Где, где – внизу, в объятиях стихии, под мощным пологом зловещих, сплошь в ярких искрх молний туч. Н дне, блин, мирового, во всю плнету, окен. Собственно, крп Ре, нверное, все же плвет, но кверху брюхом, в дрейфующей мнере – соленя купель не для него. Вот тк, ткую мть, только зхотели жить по-новому, кк срзу природ-мть – плку в колес. Непрух, блин, зсд, попдлово, облом, трындец, писец, кидлово, подрочек судьбы. Все пропло, все сгинуло, улетело все вдль, ничего не остлось, лишь тоск и печль. Д еще вот это имечко новое, зрегистрировнное в Глкт-компьютере, – Птх. И хрен ли в нем собчьего, стоило ббки плтить…

– В шхмты, држйший Птх, в шхмты, – добродушно отозвлся Тот. – Я нзвл эту свою придумку шхмтми. Тк, небольшя рзвлекух н досуге, бесхитростня, незтейливя пищ для невзысктельного ум. Кстти, дорогой коллег, не желете ли сыгрть? Дю вм королеву в фору.

Тот мыслил широко, мсштбно, н ксты не смотрел, потому симптизировл Птху. Кк нуннку энергичному, хвткому и отвечющему з свои слов. Обещл отборный лес для судн Зиусурды – сделл. Подряжлся в плне клея, пкли, битум, крски и смолы – не подвел. Брлся выручить с тесом, скобми, ткелжем и гвоздями? Причем гвоздями теллуриевыми, проковнными, повышенных сттей? Выполнил, не подствил, не подвел, слово свое сдержл. Првд, и зсунул в экипж до черт своей родни, тк ведь понять его не сложно, не квдртур круг – своя рубшк н то и есть своя рубшк, чтобы быть поближе к телу. Словом, нстоящий нуннк, нифилим божьей милостью, стопроцентный орел, дром что хербей…

– Д нет, увжемый, уж игрйте без меня, – Исимуд улыбнулся, впрочем, кк-то невесело, посмотрел н Имхотеп, кукрекющего во всю мочь, и устремил взгляд н Тот, рсствляющего фигуры. – Нстроения нет. Кк гляну в иллюминтор, тк вспомню, кк вспомню, тк вздрогну. Ткое нктит, ткое зхлестнет, совсем кк тм, внизу, полгод нзд.

Д, полгод нзд стихия покзл себя во всей крсе. Поднялся, нлетел ужсный ветер, небо зтянули тучи, дождь полил потокми, все усиливясь, кк из ведр. Опустилсь непролзня темень, жуткя, сплошня, нрушемя лишь вспышкми молний. А потом откуд-то с юг поктился ужсный рев. Это шл семимильно, все сметя н пути, чудовищня приливня волн. По срвнению с которой девятый вл это тк, тьфу, бловство, детские игрушки. И хотя знли о ктклизме, с тщнием готовились и пребывли н взводе, вернее, сидели н чемоднх, но взлетли в беспорядке, в хосе, безо всякого энтузизм. Д впрочем, ккой тм, н фиг, энтузизм – только темнот, глз выколи, сильнейшя турбулентность д водяня стихия-убийц, знимющяся мокрым делом. И вот с тех пор уже полгод кк н орбите. По кругу, по кругу, по кругу. Одни и те же созвездия, одни и те же лиц, одни и те же темы для рзговоров…

– Кстти, о пище, – прервлся Имхотеп, кшлянул с ндеждой и выглянул из-под стол. – Дорогой учитель, не пор ли нм обедть? Вы же сми говорили, что режим – это все. Плюс кчественное, сблнсировнное, рционльное питние…

– Д, д, кк же это я. – Тот перестл рвнять фигуры, глянул н чсы, посмотрел под стол. – Лдно уж, вылзь, прощю. Ревнш возьмешь потом. – Быстро убрл чсы, с чувством шмыгнул носом и улыбнулся Птху. – Брось ты печлиться, коллег, пойдемте-к лучше обедть. Чем бог, вернее, конвертер послл. Глвное ведь – првильное пищеврение.

Дружно они покинули кют-компнию, молч миновли коридор и вошли в Зеленую буфетную, где привыкли есть в последнее время. Интерьерчик здесь и впрвду вдохновлял и воодушевлял, ибо стилизовн был под прковую беседку – со стенми из дубовия, обвитыми плющом, с удобнейшими креслми приятной глубины, с мссивным, н одной ножке вместительным столом, н коем уже скзочно блгоухл снедь. Тут же томились, рзговривли по душм жены Исимуд, Тот и Имхотеп, дети их, нложницы, внуки и родня столовлись рядом, в зле для бнкетов. Здесь же стол был нкрыт с умеренностью, всего лишь н шесть персон, дбы ничто не мешло рботе печени и, кк следствие, првильному пищеврению.

– Спсибо тебе, Ан, отец нш, – кк требовлось, скзл Тот, все кивнули, потупились, прониклись, рсселись и дружно зрботли челюстями. Ели слты с мидиями и грибми, любительские фриксе из бычьих семенников, горячую похлебку из пернтых по-хербейски, фршировнного же хербейского провисного крп Ре. Все, конечно, хоть с пылу с жру, но синтезировнное, из конвертер, однко же вкуснейшее, клорийнейшее, от нтурльного не отличишь. Д, видит бог, првильно, что послушлись Шмш и отпрвились н этой посудине, не н ктере Исимуд. Н нем сейчс нходятся нследнички Ан – не н Птхе, естественно, н его хроноботе. Все, все, полным соством, тесной компнией, святейшим семейством – Энки, Энлиль, Гибил и Нннр, смо собой Нинти, Мрдук и Анту. А еще в придчу Нинурт в кчестве приемного сынк. Вот уж тм, нверное, весело, тк уж весело, не скучют небось, не теряются, збвляются от души. Шмш все устроил с Мочегоном и Крсноглзом, они вообще все по жизни ткие большие шутники…

Зстолье между тем шло по нрстющей – кнели, пштеты, сырники, эсклоп, рисовя зпекнк с мясом водоплвющих, блинчики с мятой печенью, ливер тигр У. Смо собой немного хнумк, чуть-чуть рствор тринопли и много, много, много строго доброго «Гнойнекен». Нконец шеф-повр подл слдкое, жрицы рсстрлись с чем, и обед вступил в свою зключительную фзу – все вкушли скучно, без ппетит и нпор, не ощущя уже ни вкус и ни рдости. Только првильную рботу печени, выделение желчи и желудочных соков и конкретно винтообрзную, греющую душу, ктивность кишок. Скоро никто дже не мог смотреть н торт, шоколдно-кремово-внильно-мрципновый, с цуктми, вфлями, фистшкми и мрмелдом.

– Спсибо тебе, Ан, отец нш, – поднялся Тот. – З все.

– Д-д, з все, – Исимуд кивнул, Имхотеп вздохнул, шеф-повр вытянулся, жрицы весьм двусмысленно колыхнули прелестями. – З все.

Обед блгополучно кончился, пришло время его првильного усвоения.

– А не пойти ли нм, моя рдость, н боковую? – глянул н супругу Птх, жриц срзу же увел куд-то шеф-повр, Тот же с Имхотепом, кк истинные жрецы, двинули знимться делом. Их ждл хронльно-очередной комндно-информтивный сенс связи. Честно говоря, всегд общлся по эфиру только Тот, Имхотеп мячил в рубке для компнии – строго выктывл глз, бдил, мерил взглядом дежурного подорлик, смотрел с блгоговением, почтением и любовью н своего учителя, комндующего прдом. Тк было вот уже полгод, тк случилось и н этот рз: Тот, устроившись в кресле комндир, мощно вошел в эфир, Имхотеп сел рядом, зверем посмотрел н вхтенного, дежурный подорлик третьей ктегории вытянулся, змер и опустил глз, ему до очередного звния оствлось две недели. Сенс комндной очередной спецсвязи успешно взял стрт.

– Эй, Ромшк 69, это Ибис, – скзл Тот в эфир. – Эй, Ромшк 69, ответьте Ибису.

– А, это ты, Светильник рзум? Шлом. Мочегон н линии, – хрипло ответили ему. – У нс все нормуль. Орбит стционрня, пиво холодное, бртв путевя, ббы горячие. Слышь, ккие горячие, кипятком ссут.

Из кристлл связи и впрямь доносились громкие, полные здор женские крики. Что-то тип «еще, еще, глубже, глубже, двй, двй». Чувствовлось по всему, что жизнь, в особенности половя, кипел н орбите ключом.

– Лдно, понял все, отбой, – не срзу отключился Тот, вздохнул, послушл и плвно изменил нстройку. – Эй, Орлиное гнездо, это Ибис. Орлиное гнездо, ответьте Ибису.

– Ответственный дежурный н линии, – мгновенно отрегировли в эфире. – Доклдывю: без происшествий. Вооружение, снряжение полностью, рненых и убитых нет. Его степенство генерл Шмш сию минуту подойти не могут – охвтывют зместителей комндным инструктжем. Что-нибудь прикжете передть?

– Рсслбься, подорлик, вольно, – по-доброму скомндовл Тот, поежился, куснул губу и нехотя подкрутил нстройку. – Ибис вызывет н связь Избушку. Избушк, ответьте, это Ибис. Избушк, немедленно ответьте Ибису. Избушк…

Нконец его услышли, в эфире щелкнуло, охнуло, по-кошчьи поскреблось и отозвлось голосом Анту:

– Ась? Ктой-то? Ась? Тот Ибисович, ты, что ль? Ты?

– Д я это, я, – не стл зпирться Тот. – Кк тм у вс н борту?

– А у нс н борту кк всегд, – рдостно доложил Анту. – Ругются. Потом дерутся. Энки двеч Энлилю в жбр, Гибил, не мудрствуя, Нннру в нюх, Нинуртушк их, сердешный, рзнимть, д тоже получил с ноги под дых. Ну, конечно, осерчл д и, знмо дело, з плш. Хорошо, Мрдук не оплошл и прилскл его бутылкой между рог. Тк что тихий лежит ткой, скучный, отдыхет. А у нс тк весело, уж тк весело, – неожиднно зпечлилсь Анту, всхлипнул, шмыгнул и перешл н шепот: – Бтюшк Тот Ибисович, ты уж рсстрйся, збери меня, кормилец, отседов. Нинлильш-то, стерв, ведь мне проходу не дет, жучит меня, язвит, кзнит, прилюдно лет, не может все никк збыть, что нзывл я ее сукой, блядью, дешевкой, стервой и двлкой. А он ведь и есть дешевк и блядь, Энлилюшку-то ведь бедного кк женил тогд[32]. И Нинт, кобылищ, ей под стть… Блядно живет, и с Энки, и с Энлилем, и с Гибилом. С кем только ни живет. Хорошо, хоть меня не язвит, некогд ей. Ох, видел бы все это Ан, покойник, зступник. Уж он бы покзл кое-кому, что почем, уж он бы меня в обиду не дл… Бтюшк ты мой, Тот Ибисович, именем его, учителя твоего, прошу – эвкуируй меня. Ведь это же не нуннки – звери, всех их в упор, в упор из лучеметов. А лучше бы н протоплзму в конвертер или же н оргны их всех пустить, н оргны…

И кто это скзл, что Анту не в себе? Нет, кое в кких вопросх он рзбирлсь неплохо.

– Не понял вс, не понял, помехи, – отключился Тот, горестно вздохнул и, нверное, уже в сотый рз поймл себя н мысли – нет, блин, не вер в ндежду умирет последней, злоб, лчность, ненвисть, предтельство и ложь – мощно прогрессирующие кчеств згдочной нуннкской души. Д уж, ткой згдочной, непонятой и непростой…

«Лдно, поговорили», – отключился Тот, яростно шмыгнул носом и, дже не глянув н вхтенного, влстно прикзл:

– Скнеры обзор включи.

Четко срботл втомтик, вспыхнул гологрфический кристлл, в цвете, в объеме, в черт знет кких лучх покзлсь несчстня плнет. Еще ккя несчстня – по поверхности ее гуляли волны, в тмосфере буйствовли бури, из сплошного полог иссиня-черных туч низверглись реки, водопды, окены. И все это дское великолепие освещли мириды молний. Эх, был бы Тот эстетом, дышл бы неровно к музм, ткой бы сюр здвинул, ткое бы нвлял. В смом стршном сне не привидится. Однко был он стопроцентным релистом, нуннком дел и мужем своих жен, потому стл мерить скорость ветр, темпертуру воздух и высоту волны. Зтем здействовл хронльный пеленгтор, нбрл коды доступ, ктивизировл режим, и рдостно-тревожня отцовскя улыбк осветил его хмурое здумчивое лицо – н голоэкрне, выписывя зигзг, пульсировл неприметня орнжевя точк. Это ярко нпоминл о себе хрономячок, устновленный в медльоне у Зиусурды н груди. В теллуриевом мссивном округлом медльоне, согревемом живым нуннкским теплом.

– Тэк-с, – Тот повеселел, подмигнул дежурному и с луквым видом посмотрел н Имхотеп: – А что, друг мой любезный, ты еще не рсхотел взять ревнш? Э, не рсхотел, по глзм вижу, что не рсхотел. Ну лдно, лдно, пойдем, пойдем, будет тебе фор и белые войск. Кк нсчет туры, коня и офицер?

Клубились, чернели, нливлись жутью тучи, ужсно ревел гром, бушевл стихия. И пульсировл точк н экрне пеленгтор, неприметня, орнжевя, нпоминющя светлячк. Летящего сквозь темень куд-то в неизвестность. Потому что все же, кк ты ни крути, не зло и ненвисть – ндежд умирет последней…

Спустя время

– Не будем сдиться, корешок, зходить н посдку, – усмехнулся Мочегон, смчно выруглся в эфире и неожиднно змельтешил: – Погоди-к, бртух, погоди, я сейчс. – Было слышно, кк он поднялся, с негодовнием метнул слюну и вдруг взревел н всю Глктику, тк что квзры содрогнулись: – А ну, ш, полож бян, ты, сучий потрох! Двй хвтй штурвл, рисуй мршрут, Светильник Рзум скомндовл посдку. И если только, сук, бля, не мягкую, в нтуре, то будешь не орлном у меня, петухом. Эй, бртв, поднимйте рулевого, кнтуйте в вертикль, крепите в кресле. Д осторожней вы, тк вшу рстк, осторожней, ему еще н мягкую посдку идти.

Послышлсь возня, увесисто упло тело, и кто-то омерзительно зпел:

А все потому, что мы пилоты
И небо – это нш родимый дом.
Первым делом мы испортим смолеты.
Ну, девушек оттрхем потом…

Песня тут же иссякл, вяло излился мт, и в эфире повисл мертвя тишин. Однко нендолго. Тут же ее нрушил Мочегон, кк бы в продолжение рзговор он хрипло спросил:

– Тк, знчит, говоришь, рспогодилось? Без блды? А то очень бы не хотелось жопу мочить. Впрочем, рог мочить[33] куд кк хуже. В общем, зпрессовли, только свистни – сойдем с орбиты. Нколку н координты подгони…

– Все будет тебе вовремя и в полном объеме. Нстривйся н звтр, – зверил его Тот, связлся с Шмшем, «Избушкой» и всеми прочими, со вкусом пообедл и нчл думу думть. Не в одиночку, коллегильно, точнее говоря, н пру с мудрейшим Имхотепом. Тот дром что полулулу, то бишь из грязи в князи, геогрфию учил отчетливо, д и во всех прочих нукх рзбирлся изрядно. Д уж кк изрядно – вон ккого Сфинкс отвял. Тк что недолго совещлись Тот и Имхотеп, струили потоки мудрости, нсиловли ГЭВН – быстренько пришли к консенсусу, генильному, кк все простое. Приземляться было решено н Горе Спсения[34], к ней, судя по пеленгтору, крепко держло курс судно Зиусурды. А что – склоны пологие, рельефы кменистые, имеются ровные просторные площдки – плнетоиду сесть просто делть нечего. Д при отличной видимости, нулевой турбулентности, зннии детлей…

– Кк тм говорит Мочегон-то? Сядем усе, – резюмировл Тот, зпустил прогрмму и посмотрел н Имхотеп. – Ну что, дорогой коллег, делу время, потехе чс. Пусть ГЭВН рботет, он теллуриевя. А нм не мешло бы рзвлечься, ктивно отдохнуть. Кк нсчет ревнш, первого ход и двух лдей форы? А?

«И петушиного солировния под столом», – подумл Имхотеп, вздохнул, однко же ответствовл с улыбкой:

– Для вс, дорогой учитель, что угодно.

Действительно, для Тот, друг и нствник, он был готов н все.

И вот нстло следующее утро.

– И смотри, чтобы без эксцессов у меня. Помни, кого везешь, – Тот взглянул н ответственного орлн, тот – н пилот-подорлик, подорлик – н экрн ГЭВН:

– Есть готовность. Дю отсчет. Девять, восемь, семь, шесть…

Рзом проснулись двигтели, рыкнули с энтузизмом, дли выхлоп и тягу. Плнетоид вздрогнул, сошел с орбиты, нчл по кстельной приближться к Земле. Летющей трелкой ввинтились в тмосферу, включили торможение, исполнили мневр и по крутой прболе, с уркгнским свистом принялись зглубляться в плотные слои. Внизу, ярко освещемя солнечными лучми, влжно голубел поверхность плнеты. Вот именно влжно – пятен континентов не было и в помине, лишь один сплошной безбрежный окен. Точкми, кляксми, озисми тверди в водной этой пустоши кое-где виднелись горы – вершины, отроги, склистые хребты, – то немногое и многострдльное, что остлось после Потоп. А вот и он, Гор Спсения, сверху весьм нпоминющя почку тринопли. Вот он стл рзмером с кремнку, с блюдце, с трелку, с тзик для бритья, и нконец, словно теряющя голову крсвиц, открылсь для взоров во всей своей крсе: дв внушительных, нпоминющих груди пик, пр голубых очей озер, тйн девственной укромности рсщелин, роскошь линий и рельефность форм. А вообще-то дмочк был еще т, в теле, о лобок ткой и зхочешь не порежешься[35]. И, кк видно, общительня, по-хорошему компнейскя, не чурющяся коллектив мелулулу: кое-где нд отрогми, кк сигнлы мяков, поднимлись в небо струями белые дымы. Это жгли сырое дерево в племени своих костров выжившие – те, кто вовремя успел, добежл, верно сориентировлся, стойко переждл. Не поддлся ктклизму, уничтожившему цивилизцию.

«Ккя вритивность, ккя приспособленность, ккой стойкий получился вид», – Тот глянул н экрн, не без гордости вздохнул и перевел взгляд н подорлик, мучющего скнер:

– Ну?

– Готово, Вш Мудрость. Есть конткт. ГЭВН дет добро. – Тот почтительно кивнул, взялся з штурвл и с силой ндвил ногой педль ход. – Поехли.

Звисший плнетоид вздрогнул, кчнулся влево и нчл опускться вертикльно вниз – н ровную, нпоминющую плешь склистую площдку, когд-то это был льпийский луг, но ливни смыли грунт. Рыкнули прощльно двигтели, клцнули приветственно упоры, мягко ушл в сторону мссивня крышк люк. Внутрь плнетоид, согревя душу, ворвлся прохлдный воздух, густо зпхло ветром, влгой, озоном и ндеждой.

– М-д. – Тот вышел первым, спустился по трпу, коснулся ногми земли. – Двно мы дом не были.

Тк и скзл – «дом», с чувством, с интонцией скзл.

– Д уж, – соглсился Имхотеп, рдостно кивнул и шумно потянул ноздрями воздух. – Вы не поверите, дорогой учитель, но тм, н орбите, меня тк мучил ностльгия. А кроме того, меня мучил…

Он не договорил – грохнуло, рявкнуло, клцнуло, и н поляну зявился Мочегон, следом прибыл плнетоид Шмш, стли дружно приземляться остльные.

Лишь один челнок не влился в коллектив, вернее, конкретно не впислся в тректорию – чертом вывлился откуд-то свысок и, кк мешок с дерьмом, впечтлся н брюхо. Открылся люк, рздлся мт, и н свет божий появился Гибил, причем не только появился, но и срзу же взял мощный стрт. З ним, игря резоннсным плшом, с нпором припустил Нинурт. «Я тебе, сук, покжу, дй порулить!» – орл он. Только зря орл, поигрывл и бежл – упл, видимо, скзлсь перемен силы тяжести…

– Ой, вэй, гицын провоз, бедный мой хронобот, – зпечлился Птх. – Интересно, кончилсь грнтия?

– Не ссы, силовые конструкции целы, – успокоил его Шмш, Мочегон же, щерясь, посмотрел н Крсноглз и вырзительно кивнул в сторону дымов:

– Ну что, пойдем строить мссы? Не смим же упирться рогом, круглое тскть, квдртное ктть.

Тот пок что хрнил молчние, мрчно посмтривл н окен, руки его бюкли хронльный, слбо попискивющий пеленгтор – мерзко, знудно, словно издыхющя мышь. Неожиднно звук усилился, окреп, стл выше тоном, удрил по ушм.

– Тк, – Тот возрдовлся, глянул н экрн и, сориентироввшись с зимутом, взялся з бинокль. – Ну-к, ну-к…

И мощня субпросветлення оптик явил ему незбывемое – в полусотне кбельтовых вскипел вод, могуче зврщлись пенные струи, и гигнтским левифном, поржя вообржение, н поверхность всплыло судно Зиусурды. Оно шло курсом н Гору Спсения – нпористо, могуче, держ нужный ритм, врщлись гребные, н конской тяге, колес.

– Пойдем, друг мой, свершилось. – Тот с облегчением вздохнул, глянул н Имхотеп, и они поспешили вниз, нсколько можно торопиться н склоне. Скоро з ними увязлся Гибил, мрчный, взволновнный, с рсквшенным носом, чувствовлось по всему, что он был готов куд угодно, только бы подльше от Нинурты с плшом. Тк они и шгли по скользким кмням – молчли, блнсировли, смотрели по сторонм. Собственно, особо любовться было нечем – ливни, стихия, ургнные ветр ободрли Гору Спсения ки липку. Водные потоки смыли грунт, буря вповлку уложил деревья, н склонх зияли обширные проплешины, глз остновить было решительно не н чем. Склы, склы, бзльт и грнит, недобрый, волгло отсвечивющий щербтый кмень. Покуд Тот, Гибил и Имхотеп скользили по тропинке, Зиусурд тоже времени зря не терял, судно его медленно, зто верно двиглось по нпрвлению к суше. К южному, некогд лесистому пологому склону. В том-то и дело, что некогд – буря не пощдил могучие деревья, подмыл им корни, швырнул в нвл, првд, устроив что-то вроде причл – с пру дюжин стволов н поверхности воды. Вот к этой-то импровизировнной пристни и нпрвлял свой ковчег Зиусурд, в чс по чйной ложке, по чуть-чуть, чтобы не зцепить н киль. Мерно кромсли воду кницы, мощный форштевень гнл волну, ковчег все приближлся, вырстл, двил н психику своими гбритми. Нконец колес змедлились, встли и нчли отрбтывть нзд. Ковчег послушно сбвил ход, змедлился и присоседился к причлу. С плеском сорвлся в воду якорь, трудно открылся мссивный люк, и н плубу, щурясь, вылез Зиусурд.

– О, отец! О, Имхотеп! А, это ты, Гибил.

Мощный, суровый и широкоплечий, с пристни он кзлся мленьким и добрым. Следом з ним выскочили вхтенные, взялись з швртовы, опустили трп, и мореплвтели нчли сходить н берег: см Зиусурд, охрн, родня, приближенные, доверенные, служительницы культ. Нроду н ковчеге путешествовло изрядно, кк говорится, в тесноте, д не в потопе…

– А скжи-к ты мне, сын мой, где этот шкипер-с? – с улыбочкой спросил Тот, когд рзжлись его отцовские объятия. – Ну тот, которого еще рекомендовл любезный Птх? Кк бишь черт его… А, Хой. Что-то я его не вижу в толпе. Ни его, ни сыновей. Что, небось н вхте стоят?

– Не стоят, сидят. И не н вхте, в трюме. – Зиусурд помрчнел, мстительно осклился, и в глзх его вспыхнули яркие огни. – Вместе с этим вшим Хурдонем. Н одной цепи. Хотел я их пустить н корм пнтерм, д не стл – спинным мозгом чую, что тут змешн политик. Высокя. А мы люди мленькие.

Окзывется, лоцмн Хой и сыновья нходились в преступном сговоре с бывшим пилотом Хурдонем, потому инкогнито провели его н борт, тйно прятли в рйоне трюм, и лишь счстливя случйность, являющяся, по сути, зкономерностью, спутл рз и нвсегд плны негодяев. И что прикжете с ними делть теперь, не с плнми, с негодяями? Повесить? Утопить? Отдть нроду? Четвертовть? А может, ндо было все же отдть их н корм пнтерм? Зиусурд был крток, крйне точен и угрюм, в голосе его слышлись устлость, звон теллурия и тйня ндежд – может, все же пустить н корм пнтерм?

– Нет, сын мой, ты был прв, их не ндо никому отдвть. Здесь и впрвду змешн высокя политик, – веско похвлил его Тот, коротко вздохнул и с брезгливостью, словно кот лпой, потряс рукой. – Вели отпустить их. Пусть идут. Д побыстрей, пок не появился Мочегон. А то идти будет не н чем.

– Д, о отец, – помрчнел Зиусурд, отвесил почтительный поклон и голосом, полным экспрессии, с комндной интонцией прикзл: – Эй, вхтенный, рестовнных сюд. Живо у меня. Время пошло.

– Д, д, пусть приходят, – вклинился в общение Гибил, – у меня кк рз нстрой подходящий. Хочется кому-нибудь дть в рыло, д не просто тк, чтобы вдрызг. Д и место здесь рсполгющее, просторное, не то что тм у нс, н орбите.

– Зпомни, друг мой, здесь тебе не н орбите, – глянул н него сурово Тот, Зиусурд кк-то стрнно усмехнулся и хлопнул Гибил по плечу. – Не беспокойся ты з них, не только у тебя бывет подходящий нстрой…

Скоро н плубе послышлись движение, крики, проклятия, злобный лй комнд, зстучли ноги по нстилу трп, и преступники сошли н землю, злые, удрученные, совершенно не в нстроении. И в конкретно бледном виде – со связнными рукми, рспоротыми штнми и с бритыми нполовину бородми. В сопровождении нтскнной, знющей свое дело охрны.

– Господи, кк же от тебя воняет, – с ходу сообщил Хурдоню Тот и дл совет: – Вли куд-нибудь подльше. Двй, двй, умтывй и дружков своих говенных прихвтывй. Чтобы не было больше о вс ни слуху ни духу. Эй, кто-нибудь, рзвяжите негодяев.

Скзл и не ошибся, в смую точку попл – рестовнных держли в отделении для феклий.

– Живо рзвязть, – продублировл Зиусурд, вышколенные стржники бросились выполнять, Хурдонй же, почувствовв дыхние свободы, отбежл шгов н двдцть и поддернул штны:

– Я вм, ткую мть, отвлю, еще кк отвлю. Отвлю тк, ткую мть, что не унесете. Д я вс сто рз продм и куплю, ткую мть, в ренду сдм и проценты получу. Сдохнете, згнетесь, окочуритесь, кнете в Лету с головой. А я буду жить, буду здрвствовть, буду живее всех живых. Всех куплю, сдм в ренду, продм.

– Двй, двй, внчле только отмойся от дерьм, – усмехнулся Тот. – И смотри, Мочегону не попдись. Он не я – сделет уродом. А впрочем. – Он снов усмехнулся, вздохнул и с брезгливостью посмотрел н прочих пленников, избвившихся от веревок. – А ну-к брысь!

Его послушлись. Миг – и лоцмн с боцмнми рвнули з пилотом, дружно унося с собою в горы сортирный ромт. Сделли они это очень првильно и своевременно, только чудом рзминулись с Мочегоном.

– Шолом, – скзл он, поручклся с Зиусурдой и оценивюще воззрился н ковчег. – Д, хорош коробочк, вместительня. Ты прнокопытных привез? Жуть кк хочется свинины н ребрышкх. Д и чушкин бы бушлт не помешл. Тк душу бы и согрел.

– Ну, кк тм боригены? – вежливо обломл его Тот. – Одичли? Дегрдировли? Склонны к кнниблизму? Нблюдется ли типичный, ярко вырженный регресс?

– Может, и нблюдется, может, и склонны, д только нм с бртвой нсрть, – хмыкнул не без гордости Мочегон. – Уже охвчены, построены и в пхоте. Всосли срзу, кто ху из ху. Упирются рогми в лучшем виде, не хотят, чтобы конкретно по рогм. – Он змолк, сплюнул, высморклся, хркнул, очень смчно, с удовольствием, рстоптл и, прищурясь, улыбнулся Зиусурде. – А у тебя ведь здесь, земляк, рбот дов, гной, кк я посмотрю, пердячий пр[36]. Хоть и кждой тври по пре, зоопрк еще тот. Хвостов, рыл до хрен, вот рбочих рук… А я бы мог помочь. По-кунцки, з увжуху…

– Шутить изволите? – возрдовлся Зиусурд, порывисто вздохнул и взглядом ищущего колодец в пустыне с мольбой уствился н улыбющегося Тот. – А, о отец?

– Лдно, лдно, все в порядке, естествення убыль, – успокоил его Тот, поклдисто кивнул и осчстливил Мочегон. – О свиньях дже и не думй, нужны для популяции. Бери вон единорог, один фиг, прнокопытный. И не збудь н ужин приглсить. По-простому, з увжуху. Кунки мы, блин, с тобой или нет?

Глв 6

– Что, не нрвится мбре? – хмыкнул Потрошитель в ухо Бродову. – Ничего, принюхешься, и к зпху дерьм привыкнуть можно. А это вовсе дже не дерьмо, это нши стршие бртья по рзуму – гумноиды с Плеяд, Кондршкине, если по-нучному. Вице-юниоры Конфедерции, кндидты в члены Глктсовет, лицензировнные обер-послнники Млого и Большого Круг. А по сути дел сявки, ложкомои, обсоски и шныри. К тому же еще рботющие н оперчсть Совет. Слв богу, тупые, узколобые и бсолютно не опсные, крдинльно помешнные н порядке и н цифрх. Ничего, ничего, Дня, принюхешься. Знл бы ты только, брт, кк пхнут их ббы. Ох, вонючие. Зто, кк ты говоришь, лскучие. Хотя по срвнению с вшими, русскими, тьфу. Эх, помню, полонянк у меня был одн… Когд брли мы с Бту-хном Рязнь…

Вот ткой вот вербльный компот – Плеядиры, Глктсовет и Бту-хн. Ну, еще, конечно, ббы.

«От этих гумноидных кондршкинцев недлеко и до кондршки», – сделл вывод Бродов, нехотя вдохнул и посмотрел н Потрошителя, пребывющего в прошлом:

– Русскя полонянк? Когд брли Рязнь?

– Ну д, полонянк, нтурльня княжн, – зтумнился Серфим. – Ох и бб же был. Бровями союзлив, очми блистющ, всеми членми игрющ, очень плоть уязвляющ. Я ее потом у Бугурчи[37] сменял н бултный нож, он, кнлья, уж и не зню з что, н следующее утро снял с нее кожу. С него-то смого что взять. Врвр, зит, вольный сын степей.

Джип между тем змедлился, зехл в тупичок и с плвностью дл по тормозм у крепких решетчтых ворот. Рядом с ними н стене был вмуровн бронзовя плит, крупные выпуклые буквы поблескивли строго и внушительно: «Снкт-Петербургский филил Междунродного фонд Доггилвер».

Низко зурчли электродвигтели, мощные створки рзошлись, и джип въехл внутрь, н белый прямоугольник двор.

– Угловя скорость коленвл девятьсот семндцть оборотов в минуту, темпертур мсл девяносто дв грдус по шкле Цельсия, нпряжение в бортовой сети четырндцть целых и три десятых Вольт, – сообщил водитель-плеядир, плеядир же пссжир улыбнулся и с готовностью включился в общение:

– А до внешнего люк модуля А восемндцть метров и сорок восемь с половиной снтиметров. Прошу к мшине.

Двжды просить ни Бродов, ни Серфим не пришлось – они выскочили из джип, ждно глотнули воздух и глянули в унисон по сторонм. Модуль А предствлял собой мссивный двухэтжный особняк, в семь осей по фсду черного крельского кмня с флюгером и блконми. Внешний же люк зкрывл кршення суриком дверь. Бронзовя, в виде рыкющего скимен ручк склилсь недобро и зловеще, кк бы невербльно говоря: «Вход рупь. Выход сто». Впрочем, видимо, уже для полной ясности н двери еще висел тбличк, жестяня, с пятнми коррозии, мило сообщвшя, что влезть не ндо, инче со стопроцентной грнтией убьет…

– Сюд, сюд. – Плеядир-пссжир взошел н крылечко, стртельно пошркл косолпой ногой и, почему-то ндув многознчительно щеки, мизинцем приголубил пуговку звонк. Проснулись, прилживясь, серводвигтели кмер, послышлись тяжелые рзмеренные шги, злязгли, открывясь, могучие зпоры. И дверь, скрипнув петлями, сейчс же подлсь, но не полностью, щелью, строго н длину цепочки. Изнутри рздлся невнятный звук, то ли хмыкнули, то ли кшлянули, то ли подвились, не понять. Клцнул, будто выстрелил, отстегнутя цепочк, и дверь нконец открылсь. Н пороге стоял мощный мэн в хки, у него были огромные фсетчтые глз, кк у стрекозы.

– Приятного вм дня, – тонким голосом скзл он. – Зходите. Вс ждут.

– Это, Дня, денороид, гомоинсектоид с Бетельгейзе, – сообщил Серфим, покуд они шли з плеядиром в недр здния. – Ни мозг, ни пищевого тркт, ни волосяного покров, одни понты. Не боец – нвозник, говно. Нсчет бб я, увы, не в курсе…

Лдно, миновли тмбур, двойные двери, узкий коридор с видеокмерми и окзлись нконец в вестибюле. Вокруг было сумрчно и неуютно, будто в римских кткомбх первых дней христинств. Все великолепие помещения – лепнин потолков, нпольные взы с укршениями из бронзы, скульптуры просского мрмор, светильники из черного хрустля – все терялось в полумрке, кзлось нерельным и призрчным. Воздух был зтхлый, отдвл плесенью и пылью, из кмин, выложенного изрзцми, тянуло холодом и клдбищенской сыростью. Чувство было ткое, что время здесь остновилось и згнило. Единственное, что оживляло интерьер, рдовло глз и хоть кк-то грело душу, был кртин. Монументльня, от пол до потолк, в мссивной золоченой рме. Н ней было ярко увековечено незбывемое: больниц, плт, гония, смертный одр и крйне эксцентричный миллионер Доггилвер, отписывющий все свое кровное движимое и недвижимое Междунродному мегфонду любителей собк. Позднее, естественно, нзвнному в пмять о великом человеке, собчнике божьей милостью. Впрочем, оживлял интерьер не одн лишь кртин – неподлеку от нее сидел огромный, жуткого вид – собк Бскервилей отдыхет – брбос. Причем сидел вольно, не н цепи, без ошейник, поводк и нмордник. Кк живя, дже слишком живя, пмять об льтруисте Доггилвере.

Бродов, кк это и положено спецнзу, собчек не любил, более того, был всеми фибрми против. Однко дже он почувствовл восторг, рсположение, удивление и профессионльный интерес: «Ишь ты, кк сидит-то, словно сфинкс. Ккой окрс! Ккой костяк! Ккой прикус! Д, если что, с тким придется повозиться». Потрошитель же, ноборот, срзу помрчнел, вполголос выруглся и пробурчл Дниле в ухо:

– Вот только киноцефлов, блин, вульгрисов нм не хвтло. Морльные уроды, зверье. Если берут з штны, то мертвой хвткой. А уж если з глотку…

Однко же, вопреки его словм, пес окзлся зверем компнейским. Он дружелюбно зрычл, жутко, но без умысл, осклился и поднял выше головы переднюю веслообрзную лпу. При этом энергично дернул здней, отчего включился тйный мехнизм, срботл секретня пружин, и монументльня, с Доггилвером, кртин пришл в движение. З ней окзлся лифт, формой и гбритми нпоминющий вгон.

– Скорость движения девяносто семь и семь десятых снтиметр в секунду. Рсстояние по вертикли восемндцть метров и пятьдесят шесть с половиной снтиметров. Грнтия безопсности 99 и 99999 процент.

Пссжир-плеядир поклонился не по-ншему, глядя куд-то вверх и левым плечом вперед, киноцефл-вульгрис вильнул хвостом, лифтер же медленно, двигясь кк во сне, открыл прозрчную дверь:

– Прош-ш-ш-ш-ш-ш-у, прош-ш-ш-ш-ш-у.

Он совсем не двигл тонкими губми и смотрел, не отрывясь, куд-то в потолок, слов его рождлись в голове сми по себе, словно тм из горсти сыпли песок. Сухой, желто-белый озерный лесок, пульсирующий тонкой струйкой…

– Это троонт, Дня, с системы Асхнд, – с презрением шепнул Серфим, пок они грузились в лифт. – Шнырь, шестерк н подхвте. Питется высокомолекулярным субстрктом. Зчтки телептических способностей, внешних половых оргнов нет. Не боец, говно всмятку. Бб у них, Дня, нет…

Лифтер между тем зкрыл дверь, нжл мссивную крсную кнопку, и лифт послушно тронулся с мест. Кк обещл плеядир, вниз, н восемндцть целых и пятьдесят шесть сотых метр строго по вертикли. И все это – в полнейшей тишине, словно в окене вты. Нконец лифт остновился, лифтер пошевелился, прозрчня дверь открылсь.

– Вм ш-ш-ш-ш-ш-гть, – сделл знк троонт, неловко и угловто, и стло ясно, что конечность у него трехпля, с когтями и перепонкми. Жть эту смую конечность н прощние ну совершенно не хотелось. Бродов с Серфимом и не стли.

– Пок, – отклнялись они, вылезли из лифт и окзлись в узком коридорчике с одной-единственной, крытой дермнтином дверью. Место было недоброе, можно скзть, зловещее, н стенх словно было нписно: все, ребят, сушите весл. Писец. Приехли. Чмокнул прозрчня дверь, лифт пошел нверх, сумрк к коридорчике сгустился. Тишин сделлсь ощутимо плотной.

– Тк, – усмехнулся Серфим, по-уркгнски сплюнул и вытщил из рукв нож. Тот еще ножик-режик, киноцефл-вульгрис прирезть можно. Зодно с троонтом, денороидом и всеми тм плеядирми…

– Сим, я тебя умоляю. Что з уголовные нклонности, – глянул с укоризной Бродов и, шркнув утеплителем по полу, с достоинством открыл дверь. – Рзрешете?

И срзу, словно в зеркле, увидел себя. Точнее говоря, не в зеркле – в минитюре, поменьше ростом, похудее, в плечх поуже, похлипше в стти. И цветом кожи изрядно покрсней. При первом взгляде н этого мини-Бродов срзу же вспоминлись прерии, ржние мустнгов и льтруист Виниту, который друг пчей. Все было при нем, не хвтло лишь томгвк. Впрочем, искренности, сердечности и дружелюбия ему было тоже не знимть.

– А, это ты, брт, – просто, словно вчер рсстлись, скзл он и протянул крепкую руку. – Ну здорово. Свои нзывют меня Джонни.

Это уже потом, позже, Бродов понял, что дело было дже не в родственных чувствх. Они об были теплокровными, прямоходящими, рзмножющимися половым путем. Гумноидми.

– Ну силен, силен, – отнял руку мини-Бродов, громко рссмеявшись, потер и принялся ручкться с Потрошителем, ножик свой уже зныквшим в рукв. – Привет, нунникянин, привет. З твою голову Космопол, между прочим, дет уже двести тысяч. Рстешь.

– Перебьются. Мне он пригодится смому, дорог кк пмять, – хмуро отшутился Серфим, бртец Джонни, не перествя склиться, сделл плвный гостеприимный жест: – Проходите, сдитесь, знкомьтесь. Это мой первый зместитель Кнорр с Дельты Лебедя[38].

Идти было недлеко, к противоположной стене, где стоял вместительный, прямо-тки звленный жртвой стол. З ним сидел невзрчный гумноид, пльцы его охживли ноутбук.

– Приветствую, – оторвлся он. – Я Кнорр из системы Десс. О ншей цивилизции у вс знют. Дже сняли фильм. Очень приятно[39].

Скзно это было исключительно для Бродов – в эрудировнности Потрошителя здесь, кк видно, не сомневлись.

– Д, д, весьм приятно, – тем не менее зметил тот, Джонни-бртец повел рукой и очень по-простому предложил: – Двйте-к к столу, без церемоний, кк это принято у вс, русских, хлеб д соль, чи д схры. А зодно и о делх нших поговорим скорбных.

Н столе, првд, не было ни чя, ни схр, ни хлеб, ни соли, зто злежи фруктов, россыпи конфет, горы термопков и бутылок с сокми. Чувствовлось по всему, что у последовтелей Доггилвер нступил конкретно Великий пост. Количество, увы, не переходило в кчество, жрть, по большому счету, было решительно нечего…

– Лдушки, – двинули к столу Днил и Серфим, рсселись, нлили, принялись осмтривться. Взгляд особо положить было не н что – офис, стеллжи, прямоугольники стен, причем одн, видимо, прозрчня, зшторення жлюзи. Тк, ничего особенного, не в бункере у фюрер – прня рбочя берлог среднего комндного звен. Впрочем, нет, кое-что примечтельное все же было – кртин, в полный гумноидный рост. Не ткя, првд, величествення, кк т, про льтруист Доггилвер, но тем не менее очень зпоминющяся, к тому же нсыщення сюжетно. Под нзвнием, кк это явствовло из подписи, «Герсим учит дйвингу My-My». И действительно, дело проистекло под журчние струй: крепкий широкоплечий гумноид, стоя во весь рост в моторной лодке, высоко вздевл нд головой черного огромного брбос. Мышцы его были нпряжены, лицо решительно, улыбк нгельск, во взгляде что-то от Степы Рзин, швыряющего з борт свою княжну. От холст тк и веяло релизмом, достоверностью, зпхом тины, плеском волны. Слышлся рык, торжествующие крики, жлобное повизгивние и квкнье лягушек. Смое интересное было то, что в лихом том гумноиде Бродов узнл себя, знимющийся дйвингом черный волкодв жуть кк нпоминл киноцефл-вульгрис. И сттью, и окрсом, и прикусом, и костяком.

– Что, нрвится? – проследил взгляд Бродов бртец Джонни, весело кивнул и с удовольствием хлебнул крсносмородинового сок. – Это мой втопортрет, под плохое нстроение. А то эти чертовы бобики-тобики совсем отбились от рук. Лучшие друзья гумноидов, тк и рстк. Впрочем, лдно, плевть, проехли, вернее, проплыли. Не будем терять времени н всякие тм эмоции. Итк, бртец, чтоб ты знл, н шрике ншем сейчс нсчитывется более двдцти видов инфэжэ, то есть иноплнетных форм жизни[40]. А посему…

Он не договорил. Холст, кмуфлирующий, словно у ппы Крло в кморке, секретную дверь, пришел в движение, послышлись тяжелые шги, и в помещение зявился негр, огромный, мощный, широкоплечий, похожий н веселого людоед. Впрочем, выглядел он совершеннейшим хирургом: очки, резиновые перчтки, фртук и высокий, н курчвой шевелюре колпк. Все – и очки, и колпк, и фртук были в кких-то жирных, цветом нпоминющих жбу пятнх.

– Тк-с, – глянул н него бртец Джонни, помрчнел и срзу взял иницитиву в свои руки. – Для тех, кто не в курсе. Знкомьтесь, это мой второй зместитель Гирд. Во всей крсе. А это мой брт и…

– Ну, с этим-то нунникянином мы знкомы. Очень хорошо, – с ненвистью глянул Гирд н Потрошителя, стршно зсопел и, резко сдернув лтексную перчтку, сунул мускулистую руку Бродову. – Гирд, гумноид. С Беты Орион. Много слышл о тебе волнующего, Первый Брт. Кчественного пищеврения, бодрости эрекции, – полуприсел он, сделл полупоклон и, увильнув от темы, повернулся к Джонни: – Порядок. Клиент дозрел. К общению готов…

– Ну? – удивился тот, вскочил и твердо посмотрел н Бродов. – Мне нужно отлучиться, брт, по делу, нендолго. Нблес, черт бы его подрл, оближ. А в курс дел тебя введет коллег Кнорр, все покжет, рсскжет, подробно рзжует, рзложит по полкм. А, коллег?

– Ну конечно же, шеф, конечно, – обндежил его Кнорр, кивнул, и Джонни с Гирдом нпрвились к Герсиму.

Клцнул пружин, срботл мехнизм, стихли в глубине проход быстрые шги. Нстл тишин.

– Ну что ж, нчнем, пожлуй, рсклдывть по полочкм, – нрушил ее Кнорр, зхлопнул ноутбук и бросил взгляд н Бродов. – Я не стну изливться в три струи вербльными потокми по древу. Кк говорят у нс н Дессе, семь рз отмерь и с одного рз зрежь, и лучше один рз увидеть, чем сто семь рз услышть. Тк что вот, – он подошел к столу и вытщил из ящик ппку, – смотри, читй, вникй. Будут вопросы ккие – здвй. А мы пок, может быть, – глянул он с ндеждой н Серфим, – примем квчи. В знк мир, дружбы и взимного сотрудничеств. Кк говорят у нс н Дессе, кто прошлое вспомнит, тому яйцо вон…

– Что? – пришел в волнение Потрошитель. – Уж не ослышлся ли я, дессит? Ты говоришь о квче? О черной льдебрнской квче? О той квче, что вот-вот должн поспеть?

– Ну д, о ней и говорю, – с вжностью подтвердил Кнорр. – Вчер был окзия с Альдебрн, родня прислл мне сто доз. Одному, ясное дело, неинтересно. С подчиненными, – он посмотрел н жлюзи, – нельзя. Брт твой, – он кинул взгляд н Бродов, – увжет виски, Гирд мло того что сдист, тк еще и стукч. В общем, лдно, двй, нунникянин, примем, квч нынче удлсь, не пропдть же добру.

И подкрепляя свои слов делом, Кнорр нпрвился к холодильнику, откуд вытщил, нверное, с пуд то ли огурцов, то ли бннов, то ли рхитичных кбчков. Пупырчто-ребристых, рдикльно-черных, имеющих конкретную фллическую форму. Точнее, очень дже нпоминющих эрегировнную мужскую гордость. Однко Кнорру с Потрошителем было плевть н цвет и форму – ждно они схвтили по диковинному плоду, смчно зхрустев, нчли с конц и принялись сосредоточенно выссывть содержимое. Зрчки их срзу судорожно рсширились, щеки побледнели, носы сделлись пунцовыми, словно н морозе. Процесс пошел ктивно, с огоньком, в воздухе поплыло зловоние, будто из силосной ямы.

«Ну вот, блин, и здесь побеждет зеленый змий. Что ему глктик с метглктикой», – Бродов усмехнулся и знялся нконец ппкой от Кнорр. Был он, кк это ни стрнно, знкомого обрзц – бордовя, с тиснением, с крмном для фотогрфии. И с внушительным грифом в верхнем првом углу: «Совершенно секретно. Хрнить вечно».

«Господи, неужели и здесь нши», – не поверил глзм Бродов, хмыкнул про себя и принялся вникть. Ншими тм, точно, не пхло…

Мрт 1947 год. В Грт Кньоне близ Ацтек (штт Нью-Мексико) нйден иноплнетный космический корбль диметром около 33 метров. Из него было извлечено семндцть трупов пришельцев и большое количество фргментов человеческих тел.

Июль 1947 год, Росуэлл, Нью-Мексико. Скотовод Уильям Брдел нблюдет крушение НЛО. Н следующий день нйдены обломки корбля и трупы иноплнетян, которые впоследствии перепрвят н бзу ВВС Рйт Птерсон. О нходке в Росуэлле доложили президенту Трумэну. Из доклд следовло, что нйденные обломки вероятнее всего являются остткми рзведывтельного корбля млого рдиус действия внеземного происхождения. Погибшие иноплнетяне получили нзвние ЕВЕ – Extraterrestrial Biological Entities (внеземные биологические существ).

1949 год. Еще одно крушение НЛО вблизи Росуэлл. Один иноплнетянин, оствшийся в живых, доствлен в Лос-Алмос, где умер 18.06.1952 год. Существо это описывлось кк рептилоидный гумноид с определенными инсектоидными признкми, то есть смешння форм человек, пресмыкющегося и нсекомого. Оно получило кодовое нзвние ALF – Alien Live Form (иноплнетня форм жизни).

18.11.1952 год. Крткий, н восьми стрницх, доклд кндидт в президенты Дуйту Д. Эйзенхуэру о результтх рботы секретной структуры MJ12, специльно знимющейся проблемой иноплнетян. Выдержк из доклд: «…По рссмтривемой проблеме не было никких достточно полных днных до тех пор, пок 02.07.1947 год в рйоне Росуэлл не был обнружен потерпевший крушение НЛО с четырьмя сильно деформировнными трупми иноплнетян. 06.12.1950 год вблизи Эль Индио н грнице Техс и Мексики потерпел врию еще один объект. Он ткже был нйден, но новых сведений не дл. …Цель их появлений и происхождение неизвестно. Предполгется лишь, что технически они знчительно превосходят землян. Необходимо всеми силми предотвртить появление мссовой пники. MJ12 едино во мнении, что новя дминистрция должн сохрнять степень секретности нстоящего проект».

1953 год. Астрономы обнруживют в космосе большое количество объектов, приближющихся к Земле. Первончльня версия, что это стероиды, быстро отпл – объекты были эскдрой космических корблей. Они зняли очень высокую орбиту нд эквтором Земли ив 1954 году по соглшению с мерикнской дминистрцией высдились н вибзе Голломэн, где было достигнуто принципильное соглшение. Пришельцы были из рсы «большеносых серых», прибывших из созвездия Орион. Вторя высдк произошл позже, н бзе Эдврде. Это историческое событие было сплнировно зрнее и прошло в глубокой секретности. Президент Эйзенхуэр взял отпуск и приехл в Пльм Спрингс. В нзнченный день его доствили н бзу, прессе сообщили, что президенту нужно было срочно к зубному врчу. Эйзенхуэр встретился с иноплнетянми и подписл формльное соглшение между этой внеземной рсой и Соединенными Шттми. Тким обрзом мерикнцы получили первого внеземного посл – «Его Всемогущее Высокопревосходительство Крл». Соглшение предусмтривло следующие договоренности:

– иноплнетяне не вмешивются во внутренние дел США и ноборот;

– США сохрняют в тйне присутствие иноплнетян;

– иноплнетяне снбжют США прогрессивными технологиями и помогют им в технологическом рзвитии;

– они не зключют никких договоров с другими нциями Земли;

– они имеют прво периодически и в огрниченных количествх збирть к себе людей в целях медицинских исследовнии и нблюдений з их рзвитием, но при условии, что все эти люди остнутся целыми и невредимыми, будут возврщться н место их зхвт, не будут помнить о происходившем с ними, ткже что иноплнетяне будут регулярно предоствлять првительству (MJ12) списки всех похищенных и перечень всех контктов с людьми;

– кждя сторон должн предложить другой стороне соответствующего посл н срок действия соглшения;

– для иноплнетян будут построены подземные бзы, чсть из которых будет преднзнчен для совместного использовния иноплнетянми и мерикнским првительством.

Н совместных бзх предполглось осуществлять обмен технологиями. Бзы должны были рсполгться под индейскими резервциями, в углх квдрт, обрзовнного шттми Ют, Колордо, Нью-Мексико и Аризон. Еще одн бз должн был быть построен в Невде, в рйоне, известном под кодовым нзвнием S4, примерно в 7 милях южнее зпдной грницы квдрт 51, нзывемого ткже Стрной Грез. Контроль нд всеми бзми иноплнетян должен был осуществлять ВМФ США.

Рботы продвиглись медленно до тех пор, пок в 1957 году н это не были выделены по-нстоящему крупные средств. Были ткже создны особые формировния, специльно подготовленные для охрны этих проектов, они получили нзвние Delta Forces (отряды Дельт).

В 1950 году крупнейшя строительня фирм «Рэнд-Корпорэйшен» провел симпозиум по вопросм строительств подземных сооружений. Н нем присутствовли 650 предствителей рзличных оргнизций, в том числе делегции от General Electric, Stanford Research Institute, Bachtel Corporation. Все они тесно связны с ЦРУ. Во время зключительного доклд были покзны мшины, способные проклдывть подземные туннели диметром 15 метров со скоростью 1,5 метр в чс. Кроме того, были продемонстрировны снимки огромных туннелей и подземных помещений, предствляющих собой, по сути, гигнтские сооружения и дже целые город.

Единственной возможностью финнсировть эти подземные проекты было создние нелегльного рынк нркотиков. Билл Купер, бывший офицер по связям с иноплнетянми, выскзывет предположение, что в рзрботке проект по рспрострнению нркотиков принимл ктивное учстие бывший президент США Джордж Буш, в прошлом зместитель директор ЦРУ, ныне президент и коммерческий директор фирмы Zapata Oil в Техсе. Фирм эт проводил в то время эксперименты с новой технологией бурения морских сквжин. Можно предполгть, что нркотики доствлялись рыбцкими судми из Южной Америки н морские буровые плтформы, оттуд корблями снбжения перепрвлялись н берег, минуя тможню и береговую охрну, без досмотр и не возбуждя ни у кого любопытств. Буш нлдил взимодействие в этом вопросе с ЦРУ. Плн осуществился дже лучше, чем ожидлось, и действует по сей день во всем мире. Постепенно ЦРУ рспрострнило свой контроль нд всеми нркорынкми мир. Поговривют дже, что вьетнмскя войн велсь с единственной целью – зщитить Золотой треугольник (Кмбодж, Бирм, Лос). Во время войны нркотики зшивли в тел погибших солдт и тким способом перепрвляли их в Америку. Грязные деньги рекой текли н подземные секретные бзы.

Существуют следующие типы «зсветившихся» иноплнетян:

– групп с Сириус. Это существ ростом около 2 метров, с коротко подстриженными светлыми волосми и голубыми глзми, зрчки которых вертикльны, кк у кошек и змей. Змешны в грязных оперциях, связнных с похищениями людей;

– Длинноносые Серые. Рост их соствляет около 2,5 метр, они имеют сходное с нсекомыми строение, серую кожу и рскосые глз. Внешние половые оргны отсутствуют. Чрезвычйно грессивно нстроены к людям. Их причисляют к группе с Орион, целью которой является зхвт и порбощение человечеств. Они не выступют открыто, зствляют других, в том числе и людей, выполнять для себя всю грязную рботу;

– Серые с Цет Рецикули. Невысокие коренстые существ в темных комбинезонх. Их широкие лиц в звисимости от освещения принимют темно-серый или темно-голубой оттенок. Блестящие, глубоко посженные глз, вздернутые носы, узкие, почти человеческие рты. Исходящий от них зпх слегк нпоминет зпх оргнических кислот, внешние половые оргны отсутствуют. К людям относятся менее грессивно, по срвнению с другими видми Серых;

– Высокие светловолосые гумноиды. Эти гумноиды с длинными светлыми волосми имеют рост около 2 метров. Глз голубые, с большими овльными зрчкми. Вместе с другими они принимли учстие в кциях, связнных с подземными бзми;

– Рептилоидные гумноиды. Эт групп глвенствует среди Серых. Ее элит имеет н спине крыловидные нросты. Многие подгруппы Серых вышли из-под контроля рептилоидов;

– Синтетические рботники. Этот тип существ видели кк н подземных бзх, тк и н борту рзличных леттельных ппртов. Их рост где-то чуть больше метр, они обнруживют некое подобие рзум, срвнимого с рзумом пчелиного роя. Способны к телептии.

Подземные бзы.

Недлеко от город Дьюльс, штт Нью-Мексико, рсположен одн из подземных бз Серых. Это бз является генетической лборторией, имеющей подземное сообщение с Лос-Алмосом – местом рождения томной бомбы, ткже с еще одной бзой в Невде. Здесь проводятся генные эксперименты и исследовния, осуществляется срвнительный нлиз биологической структуры землян и иноплнетян. Не исключено, что тм проводятся эксперименты по генной инженерии нд людьми с целью выведения новых рс. Вся документция Третьего Рейх по экспериментм нд военнопленными был после войны зхвчен мерикнцми. И они продолжют рботть в этом нпрвлении. Сюд нпрвляются миллирды доллров из средств нлогоплтельщиков.

Эт бз предствляет собой семиэтжный подземный комплекс, где знято примерно восемндцть тысяч пришельцев и десять тысяч людей, в том числе шесть тысяч ученых, рботющих нд проектми генной инженерии и контроля нд рзумом.

Первый уровень – служб безопсности и коммуникции.

Второй уровень – помещения для людей.

Третий уровень – упрвления, бюро и лбортории.

Четвертый уровень – эксперименты по контролю нд рзумом (н людях).

Пятый уровень – помещения для иноплнетян.

Шестой уровень – генетические эксперименты. Зверинец для подопытных экспонтов.

Седьмой уровень – холодильня кмер для хрнения результтов неудвшихся экспериментов.

«Н шестом уровне проводятся широкомсштбные эксперименты по изменению генетического строения людей тк, чтобы они могли рботть в опсных условиях. Эт технология доведен до ткого совершенств, что вскоре мы превртимся в общество рбов однорзового использовния».

Флькон (псевдоним – высокопоствленный офицер секретной службы, отвечющий з безопсность прогрмм, связнных с иноплнетянми).

З всеми этими экспериментми стоит Defense Advanced Research Projects Agency – гентство перспективных оборонных исследовтельских проектов. Есть свидетельств о результтх генных экспериментов н шестом уровне – о многоногих существх, нполовину людях, нполовину осьминогх, о людях-рептилиях, о людях с крыльями и когтями вместо рук – результтх скрещивния рзличных видов. Их держт в клеткх. Многие из них могли дже плкть и просили о помощи н человеческом языке. Некоторые были нкчны нркотикми, чтобы не буйствовли. Седьмой уровень еще хуже: тысячи эмбрионов человекогибридов хрнятся тм в холодильной кмере. Существует информция о системе безопсности бзы, о лифтх, действующих н основе электромгнетизм, без проводов. Тм нет обычных лмпочек и тому подобного, все рботет н электромгнитном принципе.

С нчл функционировния бзы в Дьюльсе в его окрестностях стл исчезть скот, многие животные были изуродовны. Было устновлено, что пришельцм нужны были чсти коровьих туш для собственного питния и проведения экспериментов. Они впитывют пищу через кожу, у них нет привычной нм системы пищеврения. Им нужны ткже большие количеств человеческой крови. Уильям Гмильтон, бывший офицер секретной службы, рсскзывет, что в 1978 году н бзе Дьюльс произошло нечто вроде войны между людьми и Серыми. Причиной явилось то, что люди узнли, ккие исследовния проводились н бзе, и обнружили результты этих экспериментов. С обеих сторон были убитые. Всего погибло 66 особей – глвным обрзом из числ охрнников, входящих в тк нзывемую группу Дельт. В кчестве оружия применялись импульсные прлизторы (flash-Gun), имевшиеся у обеих сторон. Бз Дьюльс был н некоторое время зблокировн. Позже состоялись переговоры н првительственном уровне, и было решено продолжть дело тк, кк оно шло рньше.

Помимо бзы Дьюльс, н территории Соединенных Шттов действует предположительно 75 тких подземных бз, построенных н средств рзличных «чрезвычйных фондов». Вот некоторые из них:

– Стрн Грез – одн из бз, рсположенных в Невде;

– Бз ВВС Неллис в Невде. Рсположен под озером Грум Лэйк в квдрте 51, одном из ниболее строго охрняемых испыттельных полигонов США. Предполгется, что тм пришельцы не только помогют мерикнцм в рзвитии их военных технологий, но и предоствляют им для изучения свои космические корбли;

– Пйп Гэп в Австрлии. Финнсируется првительством США и подчиняется мерикнскому Агентству перспективных оборонных исследовтельских проектов (DARPA). Он был построен в 1966 году и официльно нзывется Joint Defence Space Research Facility (Объединення бз оборонных космических исследовний). Здесь производились вмештельств в мозг и стирние пмяти у людей;

– Гум, бз ВМФ США, нлогичн по нзнчению бзе Пйп Гэп;

– Трнсвль. Рботющий здесь персонл состоит предположительно из 1200 сотрудников мерикнского консульств.

MJ12 стло известно, что иноплнетяне нрушют подписнные договоренности. Было докзно, что они проводили эксперименты и опыты н живых оргнизмх, длеко выходящие з рмки договор. Им нужны были чсти человеческого тел для поддержния своей жизнедеятельности. Првительство предприняло ряд попыток военным путем избвиться от пришельцев, но все они потерпели неудчу ввиду явного превосходств последних. Решено было воздержться от дльнейших шгов до появления более эффективного оружия.

Сентябрь 1966 год, Колордо: нйден труп лошди. Выше шеи остлся только скелет с белыми выцветшими костями, словно он много дней нходился под лучми плящего солнц. Чсть тел ниже шеи был полностью невредим. Ни след от укусов или рн. С этого времени учстились сообщения о тк нзывемых Cattle Mutilations (изуродовнных животных). Сотни подобных случев отмечлись н Среднем Зпде США, в Кнде, в Пуэрто-Рико, Мексике, Центрльной и Южной Америке, в Австрлии, Англии и н Кнрских островх. Только в США количество случев изуродовнных животных к 1980 году достигло 10000, и их продолжют нходить вплоть до нстоящего времени.

14.10.1988 год. Двухчсовя документльня передч в США, трнслируемя н всю стрну, через прямую спутниковую связь и н Москву. Нзвние передчи: «UFO – Cover-Up» «НЛО под покровом тйны». В ней принимли учстие дв сотрудник ЦРУ (голос и лиц узнть невозможно): «Что тщтельно скрывется, тк это посещения Земли рзличными внеземными рсми… В США в четырех местх группми численностью до 200 специлистов рзрбтывются секретные проекты по исследовнию НЛО». Выступли ткже предствители мерикнских првительственных кругов, которые рсскзли о пдении н Землю неопозннных леттельных объектов, о встречх и конкретных контктх мерикнского првительств с иноплнетными пришельцми. Во время прямого эфир с Москвой здвлись вопросы двум советским экспертм по нблюдению з НЛО н территории СССР, один из которых по фмилии Булнцев нзвл дв случя, когд советские военные вступли в конткт с экипжми НЛО. Флькон (псевдоним) зявил: «В структуре MJ12 есть книг, которую нзывют Библией. В нее в хронологическом порядке знесены все технологические днные, которые мы узнли от иноплнетян со времен Трумэн, ткже медицинские описния нйденных в пустыне остнков, результты проведенных вскрытий, информция, получення нми от иноплнетян, об их социльной структуре и о Вселенной. Сейчс, в 1988 году, у нс в кчестве гостя првительств США нходится один иноплнетянин. От общественности его скрывют. Имеются своеобрзные „Желтые стрницы” – книг, полностью соствлення первым пришельцем, который был у нс в пятидесятые годы. В ней содержтся многочисленные днные о родной плнете пришельцев, их звездной системе, их двух солнцх, социльной структуре, ткже об их жизни среди землян. С 1949 год три иноплнетянин были гостями првительств США. Первый был нйден в пустыне Нью-Мексико после ктстрофы его космического корбля. Он оствлся у нс до 1952 год. От него мы узнли об иноплнетянх, об их культуре и об их космических корблях. Второй нходится у нс в рмкх прогрммы обмен. Третий прибыл ткже в порядке обмен и с 1982 год является гостем првительств США». Флькон (псевдоним) добвил, что с иноплнетянми зключен договор, по которому:

1. США сохрняет в тйне существовние иноплнетян.

2. Они не будут внедряться в нше общество.

3. Они получют землю и прв, США – технологии.

10.02.1989 год. Уильям Купер сдл н хрнение нотриусу документ н шести стрницх, в котором выдвигл обвинение против првительств США. Документ был нпрвлен ткже в Комитет Конгресс по обрщениям грждн, его копии – всем сенторм. Купер обвинял првительство по следующим пунктм:

1. Зключение секретного договор с иноплнетной рсой вопреки Конституции и без одобрения Конгресс.

2. Предоствление этой иноплнетной нции земель и бз н территории США.

3. Торговля человеческими жизнями, животными и землей в обмен н иноплнетные технологии, что является грубым нрушением грнтировнного Конституцией прв любого гржднин н зщиту со стороны првительств.

Дння внеземня рс должн ответить з многочисленные издевтельств нд животными н Среднем Зпде США и з похищения при помощи НЛО тысяч людей с нчл шестидесятых годов, которые проходили, кк првило, по одной и той же схеме: человек или групп людей н пустынной горе в сельской местности или ночью в городе нблюдют з приближющимся НЛО. Мгновення потеря сознния – и вот они опять н том же месте, сбитые с толку, с рубцми н теле. В последующие недели они видят один и тот же сон, будто они лежт н оперционном столе, окруженные стрнными, отвртительными существми. Им снятся кошмры про то, кк в их тело что-то вводят длинными иглми или кк их искусственно оплодотворяют. Многие из них обрщются з психитрической помощью, чтобы избвиться от этих сновидений. После устновления, обртной связи или под гипнозом они вспоминют во всех подробностях, кк их доствили н борт НЛО и тм подвергли исследовниям.

07.05.1989 год. В 13.52 по Гринвичу неопозннный объект проник в воздушное прострнство ЮАР. Попытки устновить с ним рдиосвязь результтов не дли. Экипжу истребителя был дн прикз открыть по объекту огонь из экспериментльной лзерной пушки Тор-2. Прикз был выполнен. Объект нчл покчивться и упл в пустынной местности в 80 км севернее грницы ЮАР с Ботсвной, в центрльной чсти пустыни Клхри. Объект был обнружен и доствлен для дльнейшего изучения в зону безопсности военно-воздушной бзы. Во время осмотр объект н бзе ВВС вдруг рздлся посторонний звук. Один из люков медленно открылся, и из него покзлись дв гумноид в плотно облегющих комбинезонх. Об существ были немедленно отпрвлены во временный крнтин. Все предметы, нходившиеся внутри корбля, были изъяты для исследовния. Зключение, сделнное медикми после осмотр нйденных гумноидов: рост – 1,24-1,3 метр, кож серовто-голубого оттенк, мягкя и элстичня, волосяной покров н теле отсутствует, непропорционльно большя голов с темно-голубыми пятнми вокруг глзниц, выделяющиеся скуловые кости, длинный узкий рзрез глз. Зрчки отсутствуют. Нос нет, только дв ноздревых отверстия. Рот – мленький рзрез без губ. Нижняя челюсть очень мл по срвнению с человеческими пропорциями. Уши не обнружены. Руки длинные и тонкие, достигющие колен. Грудь и живот покрыты чешуйчтой ребристой кожей. Ноги длинные и тонкие. Внешние половые оргны отсутствуют. Н ногх три пльц без ногтей с перепонкми. Н рукх три пльц с перепонкми и когтевидными ногтями. По причине грессивного поведения гумноидов срзу взять нлиз крови и пробы кожи не удлось. От пищи откзлись. Переведены для дльнейшего обследовния н вибзу Рйт Пттерсон.

22.08.1990 год. В гзете «Бильцйтунг» помещен нонимня зметк под зголовком: «Уфолог полгет». В ней говорится, что США имеют в своем рспоряжении остнки семндцти видов пришельцев. Одни из них доброжелтельны, другие нет. В последнее время учстились посещения жестоких пришельцев, которые необъяснимым обрзом убивют животных, в последнее время и людей. Подобные случи стли чстым явлением, особенно в Нью-Йорке. Людей убивют и уродуют. У трупов отсутствуют уши и носы, чсто половые оргны, иногд и половин лиц. При этом не видно никких следов ндрезов. Но смое потрясющее то, что у жертв збирется вся кровь до последней кпли.

Европ и СССР.

С восьмидесятых годов учстились случи появления НЛО нд территорией России.

14.06.1980 год. Гигнтский НЛО – шр диметром 100 м облетел Москву и был змечен тысячми людей. Время от времени этот объект выпускл более мелкие леттельные ппрты, которые рзделялись в небе.

23.08.1981 год. Вновь появление НЛО нд Москвой. Н этот рз город облетел целя флотилия из семндцти крупных корблей. Их сопровождл дюжин небольших объектов.

12.03.1982 год. Светящийся метллический шр столкнулся с грузовым соством, перевозившим секретный груз из Томск в Новосибирск.

01.06.1982 год. Около двух чсов ночи нд космодромом Бйконур появились дв орнжевых медузообрзных НЛО. Один из них полетел дльше, второй звис прямо нд глвным стртовым комплексом. Из него пошел серебристый дождь, который в течение 14 секунд обволкивл свою цель. Н следующий день охрн обнружил исчезновение сотен болтов и зклепок из стльных конструкций стртового комплекс. Все зплнировнные пуски ркет пришлось отложить н две недели.

26.08.1983 год. Нд секретной бзой подводных лодок в Вентспилсе н высоте 3000 м обнружен шрообрзный НЛО. Шесть истребителей-перехвтчиков МиГ были подняты в воздух с здчей остновить пришельц, вынудить его приземлиться или сбить. Когд смолеты приблизились к объекту н достточное рсстояние, они получили прикз открыть огонь. Но ркеты не сошли с пилонов и взорвлись прямо н смолетх. Пять из шести МиГов рухнули н землю, шестой столкнулся с НЛО, но, несмотря н серьезные повреждения, пилоту удлось посдить мшину. НЛО кк ни в чем не бывло полетел дльше.

02.12.1983 год. Сотни тысяч жителей Лугнской облсти н Укрине нблюдли в ночном небе лучистый обрз, окруженный семью светящимися шрми.

Феврль 1984 год. Акдемия нук и Союз нучных и технических обществ СССР обрзовли Комиссию по изучению необычных тмосферных явлений под председтельством летчик-космонвт генерл Пвл Попович. В прессе было опубликовно обрщение сообщть в эту Комиссию о всех случях нблюдения НЛО. Через несколько недель пришло более 30000 писем.

Мй 1984 год. Советский Северный флот небоеспособен в течение шести месяцев. 13.05.1984 год в результте серии взрывов взлетели н воздух ркетные склды Североморск – военно-морской бзы н Кольском полуострове. Последоввшие з этим взрывы вследствие детонции боеприпсов не удвлось взять под контроль вплоть до 18 мя. Одновременно 15 мя под Бобруйском – 138 км юго-восточнее Минск – взорвлись 10 из 11 склдов боеприпсов. Преступня хлтность и террористы исключются.

26.05.1987 год. Появление нд Киевом целого флот НЛО – одного большого серо-голубого сигрообрзного корбля и шести более мелких, шровидных.

27.09.1989 год. Сотни жителей город Воронеж видели в небе бннообрзный объект. Из него опустился н землю шр 10 м в диметре. В нижней чсти открылся квдртный люк, и оттуд, по покзниям очевидцев, вышел иноплнетянин трехметрового рост, с мленькой головой и третьим глзом н лбу.

Всего з период с 23.09 по 03.10 н территории СССР было отмечено по крйней мере три приземления НЛО. В то же время похожие шры-корбли с гигнтскими членми экипж нблюдлись в окрестностях Мргеллы (Испния) и близ Згреб (Югослвия).

Подводные лодки у берегов Швеции.

С 1982 по 1988 год у Швеции были большие проблемы с НМО – неопозннными морскими объектми.

Сентябрь 1982 год. Почти кждую неделю шведы испытывют ощущение, что их нейтрльня стрн стновится объектом военной рзведки со стороны ккого-то невидимого противник. Глубинные бомбы не помогют. 01.10 шведские ВМС блокировли неопозннную подводную лодку-призрк. Толстя стльня сеть прегрдил ей путь. Никкой рекции н взрывы глубинных бомб. Боевые пловцы устновили н корпусе подлодки гидрокустический звукоулвливющий прибор, который, однко, через двдцть минут после зпуск ее двигтелей вышел из строя.

Мрт 1983 год. Всего с 1982 год НМО более сорок рз проникли в шведские территорильные воды и дже в рйон рсположения секретных военно-морских бз. Но смым крупным и дерзким нрушением суверенитет Швеции было появление шести субмрин вблизи бзы ВМФ Муске южнее Стокгольм.

Мй 1983 год. Для борьбы с НМО шведский ВМФ применяет ркеты – день и ночь идет охот з неопозннными морскими объектми.

Мрт 1984 год. Осдное положение в бухте Крлскрун. После того кк корбли и водолзы в течение трех недель безуспешно охотились з НМО и дже видели чужих квлнгистов, комндовние ВМФ ввело чрезвычйные меры безопсности.

Октябрь 1986 год. Вновь неопозннные подлодки у шведских берегов. С июля по вгуст 1986 год НМО 15 рз нрушли территорильные воды Швеции. Их нционльную приндлежность определить не удлось.

Июль 1987 год. Шведы вновь охотятся з подводными лодкми. Применение глубинных бомб против НМО в северной чсти Блтийского моря результтов не дет. Фотоснимки, слухи, сплетни, очевидцы.

Июнь 1988 год. Шведы усиливют подводную охоту. Только з неделю в стокгольмских шхерх взорвно более 50 противолодочных мин и снрядов. Русские предлгют создть совместную флотилию, чтобы «отыскть и потопить эти проклятые подлодки, тк кк из-з них ухудшются отношения между двумя стрнми».

Август 1988 год. Мссовя гибель тюленей у гермнских берегов. Это связывется с глубинными бомбрдировкми НМО.

Изменения в мировой политике.

Ноябрь 1985 год. Ронльд Рейгн впервые встретился с Горбчевым. Рейгн предложил выступить единым фронтом в случе вторжения из космос.

17.11.1986 год. Экипж японского вилйнер нблюдл несколько НЛО нд Аляской, что было ткже подтверждено видиспетчерми. Они видели две светящиеся цепочки, которые снчл прили н месте, потом молниеносно пронеслись по небосклону. «Внезпно появились дв космических корбля и стли нс облучть», – рсскзывл кпитн лйнер. Позже нд Фйрбнкс экипж увидел силуэт гигнтского космического корбля. 650 км чужеродный объект преследовл японский смолет. Н земле экипж был допрошен компетентными оргнми, протокол знял 42 стрницы.

20.11.1986 год. Из гентурного донесения. «…В конфиденцильном договоре с высшим грифом секретности президент Ронльд Рейгн и пртийный лидер Горбчев решили объединить свои военные силы для зщиты Земли от нпдения вржеских космических корблей. Двухсторонний оборонительный союз обязывет кк США, тк и Советский Союз предоствить все свои ядерные ркеты, смолеты-рзведчики, пилотируемые и беспилотные космические корбли, включя „Шттл”, для проведения глобльной оперции. Документ предусмтривет мобилизцию неядерных, военно-воздушных, военно-морских и сухопутных сил, ткже немедленное подключение к боевым действиям русских и мерикнских томных подводных лодок. Но более вжное знчение имеет поддержние в постоянной боевой готовности военных спутников, уже нходящихся н орбитх. Они могут поржть ткующие космические корбли, дже если те нходятся еще достточно длеко».

17.02.1987 год. Во время встречи в Женеве президент США выскзл мысль о том, что в случе угрозы нпдения н Землю иноплнетян Соединенные Штты и Советский Союз объединятся, чтобы совместными усилиями отрзить его [41]

Тйное првительство.

ЦРУ и Упрвление нционльной безопсности.

Многие годы сохрнение тйны пришельцев обеспечивли только ВВС США и ЦРУ. С смого нчл ЦРУ было создно по укзнию президент кк Центрльня рзведывтельня групп с единственной здчей – знимться вопросми присутствия н земле иноплнетян. Совет нционльной безопсности (СНБ) был обрзовн для ндзор з деятельностью секретных служб и рядом рспоряжений и прикзов, освободил ЦРУ от сбор и обрботки информции о зрубежных спецслужбх, все более и более нцеливя его н проведение секретных кций кк внутри стрны, тк и з рубежом. Определенные директивы СНБ узконили секретные оперции спецслужб и прктику нрушения зконодтельств США кк отвечющие интересм нционльной безопсности стрны. Теперь это стло интерпретировться тким обрзом, что «в верхх» никто не должен ничего знть, пок соответствующие кции не будут успешно звершены. Тем смым создвлся своего род буфер между президентом и информцией. Суть этого буфер состоял в том, чтобы дть президенту возможность опровергть любую информцию в случе утечки сведений о действительном состоянии дел. В последующие годы блгодря нличию этого буфер президент узнвл о присутствии иноплнетян лишь в той мере, в ккой считли необходимым секретное првительство и высшие чины спецслужб.

В 1953 году в мсштбе всей стрны ЦРУ рзвернуло кмпнию опровержения присутствия НЛО. Оно опубликовло с того времени огромное количество исследовний, поместило в прессе сотни сттей, чтобы создть вокруг НЛО тмосферу иронии и сркзм. В обиход были зпущены обмнные сведения о контктх с НЛО и смя невероятня ложь. Эт кмпния продолжется и сегодня, проникя ткже и в широкие уфологические круги.

Секретному првительству Америки, в том числе ЦРУ, было рекомендовно устрнять неугодных политиков. Тких, нпример, кк Джеймс Форрестол, в то время министр обороны. Он был не соглсен с змлчивнием информции об НЛО и собирлся поствить об этом в известность Конгресс. Трумэн посоветовл ему откзться от этого нмерения, тк кк боялся последствий, если Форрестол зговорит. Нчлсь кмпния по его изоляции и дискредитции. Рнним утром 22.05.1949 год генты ЦРУ нкинули ему н шею бельевую веревку и выбросили из окн.

22.11.1963 год во время своей поездки по Дллсу (штт Техс) был смертельно рнен президент Джон Кеннеди. Обвиняемым по этому делу сделли Ли Хрви Освльд. По информции, полученной уже в восьмидесятые годы, Кеннеди убили з то, что после знкомств с одним из секретных документов он хотел придть оглске сведения о пришельцх. Во время своего президентств Кеннеди удлось проникнуть в некоторые тйны, ксющиеся иноплнетян и учстия ЦРУ в торговле нркотикми для финнсировния соответствующих проектов. В 1963 году он поствил ультимтум. Решение Кеннеди вызвло озбоченность зинтересовнных кругов. Прикз о его убийстве был отдн Директивным комитетом MJ12 и приведен в исполнение в Дллсе. Кеннеди был зстрелен водителем своего втомобиля, гентом секретной службы. Все свидетели, нходившиеся поблизости и видевшие это, ткже погибли в течение ближйших двух лет. Кк, впрочем, были нйдены убитыми и многие другие птриоты, пытвшиеся проникнуть в тйну иноплнетян.

MAJESTICS 12.

В нчле 1953 год Эйзенхуэр уже знл, что не может посвящть Конгресс в тйну существовния пришельцев. Эйзенхуэр и Нельсон Рокфеллер рзрботли плн и приступили к созднию секретной оргнизции по нблюдению и контролю з ктивностью пришельцев. Секретным рспоряжением президент NSC5412/1 был создн постоянный комитет, нзвнный Majestics 12 (MJ12), в здчу которого входили ндзор и координция всех секретных кций, связнных с проблемой пришельцев. В первую же неделю после своего избрния Эйзенхуэр нзнчил Нельсон Рокфеллер председтелем Консульттивного комитет при президенте по вопросм првительственных оргнизций. Официльно этот комитет подчинен Депртменту здрвоохрнения, просвещения и социльного обеспечения. Сюд входили высокопоствленные првительственные чиновники и ученые. Во глве комитет стоял директор ЦРУ. Эт оргнизция существует и по сей день. Вот имен, которые связывют с истокми MJ12:

Гилленкеттер Роско X. – дмирл, директор ЦРУ;

Форрестол Джеймс – министр обороны;

Буш Внневр – глв Министерств нучных исследовний;

Соурс Сидней – председтель Совет нционльной безопсности (СНБ);

Вндерберг Хойт С., генерл – нчльник штб ВВС США;

Твининг Нтн, генерл – зместитель нчльник штб ВВС США;

Грей Гордон – нчльник подотдел психологических стртегических оперций ЦРУ;

Гнзкер Джером – руководитель Нционльного консультционного комитет по эронвтике, предшественник NASA;

Монтегю Роберт М., генерл – бз ВВС Снди близ Альбукерк, штт Нью-Мексико;

Менцель Донльд – строном и строфизик;

Эйзенхуэр Дуйт Д.;

Нельсон Рокфеллер;

Дллес Аллен Уэлш – директор ЦРУ;

Рэдфорд Артур У. – нчльник Генерльного штб;

Гувер Дж. Эдгр – директор ФБР.

Нчиня с 1947 год все директоры ЦРУ были членми MJ12, все министры инострнных дел США ткже входили в соств этой структуры.

Секретные проекты и их крткя хрктеристик.

Aquarius («Водолей») – головня оргнизция для координции всех исследовний в облсти НЛО, генерльный проект-прикрытие.

Blue Book («Голубя книг») – подпроект, созднный для проведения мероприятий по дезинформции о любых оперциях, связнных с пришельцми.

Cia/Nsc (ЦРУ/СНБ) – в действительности с смого нчл ЦРУ было создно по укзнию президент кк Центрльня рзведывтельня групп с единственной здчей – знимться вопросми присутствия н Земле иноплнетян. Совет нционльной безопсности был обрзовн для ндзор з деятельностью секретных служб, в чстности в плне всего, ксющегося пришельцев.

Delta Forces (отряды Дельт) – особое подрзделение, специльно подготовленное для охрны проектов.

Garnet («Грнт») – исследовние влияния иноплнетян н эволюцию человечеств.

Groom Range (Грум Рэйнч) – рйон в пустыне Невд, примерно в ст километрх северо-зпднее Лс-Вегс, где испытывются леттельные ппрты. Кроме того, здесь проводится испытние грвитционных двигтелей и изучются леттельные ппрты неземного происхождения.

Grudge («Звисть») – дльнейшее рзвитие проект Sign. В целях дезинформции и для сбор менее вжных сведений в рмкх этого проект был рзрботн подпроект «Голубя книг», релизцией которого знялсь групп Grudge. З несколько лет этой группой было обрботно шестндцть томов мтерилов. Был создн специльный отряд Голубые Комнды, в здчу которого входил перевозк упвших летющих трелок, ткже мертвых и живых иноплнетян. Позже Голубые Комнды были преобрзовны в тк нзывемые Комнды Альф для осуществления проект «Нскок». В эти первые годы ВВС США и ЦРУ осуществляли непосредственный контроль з сохрнением тйны Чужков.

Guests («Гости») – кодовое нзвние для группы из трех иноплнетян, инче нзывемых ALFs (буквльно – чужие формы жизни); с 1949 год они были гостями првительств США. Есть сведения, что жизнь одного из них до сих пор поддерживется в холодильной кмере в Лос-Алмосе. Первончльно их было шестндцть, и они прибыли в США в обмен н шестндцть мерикнских офицеров. Впоследствии пятндцть из них умерли. Гости предпочитли струю тибетскую музыку, их коэффициент интеллект IQ превышл 200. По их утверждению, они создли все земные религии в кчестве регулятор эволюции. По их словм, кровь с отрицтельным резус-фктором является докзтельством скрещивния рс, и ученые, с которыми они общлись, не исключют ткую возможность.

Jason Scholars («Ученики Джейсон») – тйное общество, созднное в 1954 году президентом Эйзенхуэром. В 1972 году его возглвляли знимвшие в то время пост директор ЦРУ А. У. Дллес, доктор Збигнев Бжезинский (в 1973-1976 годх – президент Трехсторонней комиссии) и доктор Генри Киссинджер. Оргнизция подчиняется MJ12.

Luna (Лун) – кодовое нзвние бзы пришельцев н Луне, которую видели и сняли н кинопленку стронвты «Аполло». Н ней ведутся горные рботы и рзмещются большие сигрообрзные корбли-бзы пришельцев. Н фотогрфиях, сделнных стронвтми «Аполло», можно рзличить купол, большие круглые постройки, похожие н бункеры, огромные Т-обрзные горные мшины, оствляющие н лунной поверхности остроугольные следы. Видны ткже иноплнетяне, их млые и большие леттельные ппрты.

MJ12 – нзвние секретной контрольной группы из соств опертивного руководств. Тйное общество, созднное в 1954 году президентом Эйзенхуэром; союз состоит из тридцти двух человек и упрвляется Советом двендцти, который нзывется MJ12. До резиденции группы в рйоне Мэриленд, в кругу посвященных известном кк «Деревенский клуб», можно добрться только по воздуху. MJ12 знимется координцией всех проектов, связнных с иноплнетянми. В него входят высокопоствленные првительственные чиновники и ученые во глве с директором ЦРУ.

Maji – сокрщение от Majority Agency for Joint Intelligence – Глвное гентство совместной рзведки. Официльно Maji нзывется The Senior Interagency Group (SIG) – групп высших межведомственных координторов.

Majority – общее нзвние всех оперций, связнных с любым спектом, проектом и последствиями пребывния иноплнетян н Земле.

Pounce («Нскок») – отвечет з обрботку информции о потерпевших ктстрофу космических корблях и з изучение биологического строения их экипжей.

Redlight («Крсный Свет») – знимется испыттельными полетми н восстновленных корблях иноплнетян или н космических корблях, предоствленных ими. В свое время релизция этого проект осуществлялсь в рйоне 51 н бзе Грум Лэйк в штте Невд.

Sigma – отвечет з электронную связь с иноплнетянми. Это первый проект, позволивший в смом нчле устновить конткт с пришельцми.

Sign («Знк») – в декбре 1947 год был создн специльный отдел, в который вошли ниболее высокопоствленные ученые. Он получил кодовое нзвние «Знк» и был подчинен нчльнику рзведывтельной службы ВВС США (военно-воздушня бз Рйт Пттерсон штт Огйо). В здчу отдел входило изучение феномен НЛО. В декбре 1948 год проект Sign был преобрзовн в проект Grudge.

Snowbird («Перелетня птиц») – это кодовое нзвние рбот по обрботке иноплнетных технологий космических полетов. С некоторого времени н строго охрняемом полигоне Грум Рейнч в пустыне Невд, в 100 км северо-зпднее Лс-Вегс, нчлись испытния новейших леттельных ппртов. Кроме того, здесь испытывлись грвитционные двигтели и леттельные ппрты неземного происхождения. В здчу днного проект входило рспрострнение официльной версии, что случйно увиденные гржднми леттельные ппрты проект Redlight являются ни чем иным, кк экспериментльными рзрботкми ВВС США. Ткие ппрты изготовлялись с использовнием обычных технологий, и при кждом удобном случе их полеты демонстрировлись предствителям прессы. Проект Snowbird использовлся ткже для отвлечения внимния общественности от случев появления НЛО, которые уже невозможно было скрыть. Релизция проект протекл успешно, и в последующие годы количество зявлений об увиденных НЛО знчительно сокртилось.

S4 – обмен с иноплнетянми технологиями предполглось осуществлять н совместных бзх. Одн из тких бз был построен в Невде, в рйоне, известном под кодовым нименовнием S4, примерно в 7 милях южнее зпдной грницы территории 51, нзывемой ткже Стрной Грез. Этот рйон получил кодовое нзвние «Темня сторон Луны». Со времени нчл контктов с иноплнетянми были получены технологии, которые знчительно превзошли смые смелые ожидния. В рйоне 51 нходится леттельный ппрт «Аврор», н котором совершются регулярные полеты в космос. Речь идет о космическом корбле многорзового использовния, сокрщенно нзывемом TAV (Trans Atmospheric Vehiele). Он может взлетть с полосы длиной 12 м, выходить н околоземную орбиту и приземляться н ту же взлетно-посдочную полосу. Сейчс в Невде, в рйоне S4, имеется корбль, похожий н корбль иноплнетян. Америкнские пилоты уже совершили н нем межплнетные полеты н Луну, Мрс и другие плнеты.

Трехсторонняя комиссия. Был обрзовн в 1972 году. Он состоит из двухсот комиссров – предствителей высших политических, финнсовых, промышленных и нучных сфер. Ее создтелем является Двид Рокфеллер. Члены комиссии предствляют Америку, Европу и Японию, поэтому комиссия нзывется трехсторонней.

Бильдербергеры. Со времени нходки в Росуэлле президент Трумэн постоянно держл в курсе событий, связнных с проблемой пришельцев, не только союзников США, но и Советский Союз. Это было нужно н тот случй, если бы события приняли оборот, угрожющий существовнию человечеств. Были рзрботны плны отржения ншествия н Землю. Сохрнение проект в тйне нтолкнулось н серьезные трудности, было признно необходимым создть междунродную специльную зкрытую группу для ндзор и координции действий по сохрнению тйны и предотврщению утечки в прессу информции из посвященных првительственных кругов рзличных стрн. Ткя групп был оргнизовн в 1952 году. А в 1954 году н ее основе было создно тйное общество, известное нынче под нзвнием Бильдербергеры.

Покуд Бродов читл про гнусные происки пришельцев, пришельцы эти в лице дессит и нуннк нжрлись. Изрядно. Нынче урожй черной льдебрнской квчи и впрямь здлся.

– А все-тки ты, дессит, пдл, – кинуло вдруг в тоску Потрошителя. – И ты, и Гирд этот твой, и кбсдохи эти гребные, и бртельник трижды долбный его, – глянул он недобро н Днилу. – Всем скопом, суки, н меня тогд всем кглом, гды, всей толпой. Один-то н один слбо? Что, пидоры гнойные, взяли? Вот я вс, и тк, и сяк, и эдк. И не тк, и не этк, и не в мть…

И Потрошитель, вытщив свой нож, принялся мхть им, пускть слезу и виртуознейше ругться, причем сугубо по-русски. Скзть по првде, он был не очень-то похож н внеплнетную форму жизни, во всей его мнере, движениях и повдке остро чувствовлось нше, родное, знкомое до жути.

– Д лдно тебе, нннукянин, лдно, – моментом рзрулил ситуцию дессит. – Все претензии к Космополу. А мы гумноиды мленькие, к тому же служивые, под богом, под прицелом и под прикзом ходим. Поверь, ничего личного. Двй-к мы лучше зчвкем квчи. Хотя нет, двй-к мы лучше внчле поцелуемся.

Лдно, облобызлись троекртно, н христинский мнер, с чувством хвтнули квчи, и Потрошитель подобрел. А подобрев, зговорил о глвном, о нсущном, о ббх:

– Д, дессит, ведь это преступление пользовть квчу-то без бб. Переводим, считй, вхолостую продукт, с низким КПД, без полет фнтзии. Никкой ромнтики, эткого шрм, свежих ощущений. Гумноиды мы, сук, бля, или нет?

– Гумноиды, гумноиды, еще ккие гумноиды, – поднял голову н крик, ухмыляясь, Бродов. – Может, вм, ребят, хвтит? Все одно бб нет. Кк же вы без полет-то фнтзии? С низким КПД, без шрм?

– Не ссы, земеля, мы тебе оствим квчи, – понял его по-своему Кнорр, Потрошитель слдострстно чмокнул и нчл посвящть Днилу в подробности. Волнующие, экзотические, до жути пикнтные. Квчу, окзывется, в приличном обществе принято употреблять сугубо ректльно, трепетно вверяя хмельное содержимое в слизистые объятия прямой кишки. Чтобы добро не пропдло и КПД был выше. Ну и понятно дело, что присутствие дм обычно нпрвляет процесс в новое русло. Собственно, кк новое – прллельное… Со всеми вытекющими, вернее, втекющими особенностями. Волнующими, интригующими и зело приятными.

– Ну, в мужской компнии првильных гумноидов квчу употребляют через тонкую кишку, – строго, кк отрубил, резюмировл Потрошитель, мощно, не без гордости, рыгнул и сделл резкое, но очень дружественное движение. – Все, Дня, хорош читть, пор двить и глотть. Иди сюд, Десс проствляется. А квч, я тебе доложу, хорош--.

– Нет, нет, нет, ему нельзя, – резко поднял голову с груди Кнорр. – Кк же это я срзу-то не допер? Ему еще говорить с Большим Собком. По душм. А у того что слух, что нюх. Д и глз лмз. Унюхет квчу, поднимет вой. Нет, нет, земеля, внчле чтение, квч потом. Мы тебе оствим.

Он уже был хорош – в дупель, однко держлся молодцом. Вернее, крепко держлся з ручку холодильник, дбы не спикировть со стул н пол. Впрочем, дже если и спикировть, то орлом…

– С Собком? С Большим? И по душм? – не то чтобы удивился – рзвеселился Бродов. – Не с тем ли, что нверху у кмин сидит? Без строгого ошейник?

Лично у него с собчкми рзговор был один. Весьм короткий.

– Д ты, земеля, чего? – глянул н него, кк н мленького, Кнорр. – Нверху сидит обыкновенный Рвч, третьей или пятой ктегории, сторожевую службу несет. А Большой Собк – это Большой Собк, он службы не несет и гуляет см по себе. Сволочь. Потому кк чрезвычйный и полномочный предствитель Глктсовет в квдрте «ГЭ». Нш прямой и непосредственный нчльник, ндеж и опор, отец родной. А тм что, об этом рзве не нписно? – зыркнул он н крсную ппку, тяжело поднялся, подошел. – Д это же не те корки. Вот дерьмо, ну и брдк. Прдон, земеля, ошибочк вышл. А впрочем, лдно, может, тк и лучше, я тебе н пльцх объясню. Это нм не сложнее, чем дв пльц обоссть, все просто, кк трижды три – единство и борьб противоположностей. Есть хорошие рзумные существ, есть подонки, отщепенцы и зсрнцы. В мсштбх вшей змечтельной плнеты это резко положительные конфедерты и всякий прочий межглктический сброд – злобный, низкий, непредскзуемый и опсный. Авнтюристы, воры, пирты, всякя космическя шелупонь. В то время кк конфедерты плтят квоту, руководствуются зконом и не нрушют договор, эти горе-колонизторы ведут себя по-хмски, не ведют, что творят, и вызывюще чихют н все декреты Глктсовет. А потому…

– Ведут себя по-хмски, говоришь? – не вовремя проснулся Серфим, рыгнул и вдруг стремительно, с звидной легкостью схвтил рсскзчик з горло. – Тк, знчит, я, по-твоему, подонок? И еще горе-колонизтор и зсрнец? А эти твои лицензировнные конфедерты блюдут зкон, не нрушют порядок… Ах ты пдл, – врезл он десситу коленом, зрычл, мстерски прижл к стене и вытщил свой ножик-режик. – А кто проводит опыты н людях? Нсилует женщин? Похищет детей? Кто извртил все мировые религии, покупет сильных мир сего, медленно и верно толкет человечество к погибели, ? Что же ты зткнулся, гд?

Ножик-режик в его руке блеснул, дернулся, описл сложную кривую и нчл потихоньку приближться прямо к промежности дессит. Дело принимло мокрый оборот – Кнорр от полноты эмоций обмочился.

– Сим, т, хорош, мб, быстренько врубй здний ход, – срзу же вмешлся Бродов. – Нм еще восемндцть метров нверх. Строго по вертикли. Тк что все, ребят, брейк. Мир, дружб, бллйк. А квч и впрвду хорош---, вишь, кк шибет-то по мозгм.

– Вши конфедерты гребные и лицензировнные и есть смые глвные зсрнцы! – рявкнул Потрошитель и убрл нож. – И друг моего, првильного гумноид, ты, пдл, перестнь крестить земелей. Ккой он тебе, н хрен, земеля? Он ссур, ткую твою мть, ссур. Ты меня понял? Ты меня понял, тк твою рстк, или нет?

Со стороны посмотреть – нтурльный лрек, если глянуть в корень – иноплнетяне.

– См дурк, – резво рзорвл дистнцию дессит, выруглся по мтери, потрогл штны. – Не любят вс в глктике и првильно делют. Кк есть воры, бндиты, уроды и мньяки. Ну ты смотри, новые трузер. Вйтовые, колоколми, н шелковом подклде. А ты знешь, гд, ккой химический соств моей мочи? Что, не знешь? И знть не хочешь? Ну погоди, погоди, вот я возьму свой когерентный лзер…

– Ну двй, двй, возьми свой когерентный лзер, я тебе его зсуну в жопу, – едко усмехнулся Серфим. – Нет, ндо все же тебе дть. Чтобы костями срл. Чтобы кровью блевл. Чтобы…

– Э, ребят, мы же договорились. Них шизен, мир и бллйк, – по новой встрял Бродов. – Пожмите друг другу руки, прикиньте хрен к носу, поговорите з жизнь. Сожрите еще этой вшей квчи. И не нервируйте меня. А то эт дурня ссурскя нследственность…

Про дурную ссурскую нследственность здесь знли. Очень хорошо.

– Дня, д чтобы мы нервировть тебя, – зулыблся Серфим, икнул и повернулся к Кнорру. – Не бери в голову, дессит. Это был шутк. Дружескя. В своем кругу. Гумноиды мы здесь все, блин, или нет? Ну что, зчвкем квчи?

– Д, шуточки у вс, – вроде бы збыл про когерентный лзер Кнорр, горестно поежился, потрогл штны. – Д, весело, ткую мть, ох кк весело. Ну что, двй тяпнем квчи.

– Двйте, ребят, двйте, только без дурков, – одобрил Бродов, сел и, чтобы не видеть пришельцев воочию, принялся читть об их художествх.

20.05.1953. В Кингмне, Аризон, нйдены обломки НЛО. Объект имеет овльную форму, кк две сложенные крями миски, десяти метров в диметре. Мтово-серебристый метлл, похожий н люминий, входной люк открыт. Внутри – дв врщющихся кресл, овльня кбин и инструменты. Метллургический нлиз покзл, что метлл, из которого сделн НЛО, н земле неизвестен. Внутри лежло тело одного из членов экипж: 1,2 м ростом, темно-коричневя кож, внешние половые оргны отсутствуют. Тело перепрвлено н вибзу Рйт Пттерсон.

1955 г. Комиссии (MJ12) стло известно: иноплнетяне нрушют подписнные договоренности. Подтвердилось подозрение, что пришельцы не передли комиссии полный перечень всех их контктов с людьми, ткже список похищенных ими людей. Было докзно, что н живых оргнизмх они проводили эксперименты и опыты, длеко выходящие з рмки договор. Для поддержния жизнедеятельности им были нужны чсти человеческого тел. Было обнружено, что пришельцы эксплутируют большое количество людей, используя для этого тйное общество, мгию, оккультизм и религию. Их подозревли в сотрудничестве с СССР, и это подозрение подтвердилось. Првительство предприняло ряд попыток военным путем избвиться от пришельцев, но все они потерпели неудчу. Решено было воздержться от дльнейших шгов до появления более эффективного оружия. Другим вжным открытием стло то, что пришельцы используют людей и животных в кчестве источник секретов желез, ферментов, гормонов и крови, ткже для совершенно безнрвственных генетических экспериментов. Пришельцы объяснили это жизненной необходимостью, говоря, что их генетическя структур испорчен до ткой степени, что они не могут больше рзмножться, и если не продолжть эксперименты, то их рс вскоре прекртит свое существовние. Все эти объяснения были приняты с большим недоверием, но тк кк земное оружие было млоэффективным по срвнению с оружием пришельцев, MJ12 принял решение продолжть поддерживть с ними дружественные отношения до тех пор, пок у землян не появятся новые технологии. В результте появились проекты «Джошу» и «Эксклибур». «Джошу» – это оружие, зхвченное у немцев и уже в то время (Вторя мировя войн) способное пробивть броню толщиной 10 см с рсстояния 2 км; здесь используются пучки низкочстотных звуковых колебний. Это оружие плнировлось применять против леттельных ппртов и лучевого вооружения иноплнетян. «Эксклибур» – это вид оружия, доствляемого к цели с помощью ркеты. Дльность полет не менее 10000 км, рссеивние не более 50 м от цели. «Эксклибур» был способен проникнуть в землю н глубину до 1000 м. Он мог нести боеголовку мощностью в 1 мегтонну и был нзнчен для уничтожения пришельцев н их подземных бзх.

Янврь 1956 г. Антрктик. Н протяжении более 12 ч мерикнские исследовтели нблюдли НЛО. Это были сигрообрзные, с метллическим отливом объекты, висевшие без движения в прострнстве друг нд другом под углом примерно 30 грдусов к северу. Они не двиглись и не издвли никких звуков. Через некоторое время один из них с невероятной скоростью рвнулся ввысь, проявляя при этом удивительную мневренность в поворотх под острыми углми, все время меняя нпрвление, то опускясь, то вновь взмывя вверх. Нчв движение, воздушный корбль моментльно изменил свою форму: он превртился в сверкющий объект, постоянно меняющий окрску во все цвет спектр, пок вновь не принял свою прежнюю форму и окрску. Следующий объект проделл тот же мневр. Во время этих восьмиминутных шоу не было слышно ни звук, хотя корбли должны были неоднокртно преодолевть звуковой брьер. Объекты были около 150 м длиной и 25 м шириной. Предположительня скорость их передвижения соствлял около 40000 км в чс.

12.03-25.05.1981 г. Полет русского «Слют-6» с космонвтми Влдимиром Ковленком и Виктором Свиных. Ковленок увидел в иллюминтор объект овльной формы. Он был круглый, без причльных мчт или кких-либо других выступющих приспособлений. Диметр соствлял около 8 м. По борту он имел три ряд по 8 иллюминторов, из которых три центрльных были достточно большими. Ковленок зснял объект н пленку.

15.05.1981 г. Космонвты отметили, что шр приблизился н рсстояние около 100 м. Теперь они смогли рссмотреть в иллюминторх обиттелей корбля: это были человекоподобные существ с неким подобием шлемов н головх. Космонвтов порзили глз иноплнетян: они были вдвое больше человеческих и, если смотреть в бинокль, кзлись устремленными в пустоту. Они неподвижно уствились н космонвтов, не проявляя никких эмоций. Н третий день объект приблизился н 30 м. Будто желя продемонстрировть мневренность своего корбля, пришельцы шесть рз срывлись с мест и исчезли в прострнстве. Космонвтм пришл в голову идея использовть бинрный код, н который иноплнетяне ответили буквой «Е» в логрифмическом нписнии. Вслед з этим они вышли из своего корбля и стли перемещться в прострнстве. Они были высокие, кждый по 2 м ростом. Н них были те же скфндры, в которых они нходились в корбле. Они плвли в прострнстве без кких-либо видимых кислородных приборов или полетных устройств. Их костюмы были похожи н водолзные скфндры, стекл шлемов зстегнуты внизу. Они перемещлись тк, что их легко было зснять н пленку. Этот сорокминутный фильм о встрече с чужим космическим корблем был покзн н секретном совещнии в Москве 18.06.1981 г.

30.09.1986 г. Советский ледокол обнружил под водой в Антрктике неопозннный объект величиной с футбольное поле. Сброс глубинных бомб результтов не дл. Внезпно объект пробил многокилометровую толщу полярного льд и стремительно исчез в небе. Ледокол буквльно зсыпло огромными кускми льд.

Однко толком вникнуть в происки пришельцев Бродову н этот рз не дли. Только он принялся читть про бедную деревню[42], нкрывшуюся с концми стрниями НЛО, кк нрисовнный Герсим пришел в движение и возвртился Джонни вместе с Гирдом. Воняло от них гдостно, рзделочным цехом, однко квчу они унюхли дружно, без всякого труд.

– Ну вот он, мировя спрведливость, – горестно посетовл Гирд, скорчил недовольную гримсу и сделлся похож н Луи Армстронг, мощно выворчивющего душу в блюзе. – Мы тм, внизу, с этой сволочью, они здесь, с квчей. Черной, льдебрнской! По словм ншего десситского коллеги, все еще нуждющейся в дозревнии. Лдно, учтем, зпомним. Скоро урожй суборионской дрычи.

– И кк только можно квсить эту квчу, – вяло удивился Джонни, вздохнул, поморщился, покчл головой. – Гдость! Хуже еще, пожлуй, только хнумк. И что только некоторые нходят в ней? Рзве что жуткий отходняк.

Ни Потрошитель, ни дессит никк не отрегировли – бледно-зеленые, нтужно дыш, они пребывли в дреме. Со стороны кзлось, не во сне – в гонии.

– Ну, ты кк, врубился? В первом приближении подковн? – Джонни посмотрел н Бродов, потом н ппку в его рукх, кивнул. – Ну, и о'кей. Еще пр слов, и ты, кк это говорят в этом вшем фильме, дойдешь до кондиции. Итк…

– Пойду-к я смою кровь, – тктично буркнул Гирд и двинулся по нпрвлению к Герсиму. Однко не кртчйшим путем, по дуге, с изъятием изрядно квчи из холодильник. Кк видно, для предстоящей дегустции н предмет необходимости дозревния…

– Кровь, гумноид, лучше всего смывть спиртом, – осклился ему Джонни вслед, слишком уж бодро хмыкнул и глянул невесело н Бродов. – Ты, нверное, уже понял, брт, что дело нше плохо. Земля в Кдстре Глктсовет знесен в Брутльный список, то есть в список дебил-объектов, нселенных дикрями. И следовтельно, рзрешен ее колонизция, освоение и мониторинг. По принципу: хуже, чем есть, уже не будет. В результте плнет поделен н зоны влияния, в ншем квдрте «ГЭ» зпрвляют кбсдохи из скопления Персея. Собственно, кк кбсдохи – киноцефлы-вульгрисы, действительно высокооргнизовнные существ. Хорошие строители, отличные бойцы, непревзойденные поэты, увжемые в Федерции. Совсем, совсем не худший вринт, не то что, нпример, Чешуйчтые Серые, нсилующие земных женщин нпрво и нлево. Брбосы эти, поверь мне, не дурки – рзвили производство этому смому Доггилверу, зтем, после создния фонд, уморили его и в результте окзлись при сумсшедших деньгх, причем все сделли кчественно, комр нос не подточит. А деньги, кк ты знешь, у нс это сил, причем куд мощнее, чем знние или зкон. И вот ткя, бртец, нш собчья жизнь – кбсдохи, человечество, Его Премудрость Большой Собк и я, вш покорный слуг, Ответственный Собчник. Лицо, уполномоченное предствлять интересы человечеств н этой чертовой псрне. А интересы человечеств в основном ты, брт, знешь – жрть, пить, срть, убивть себе подобных, уничтожть все и вся, упивться своим могуществом. Поэтому и ходим под кбсдохми, еще немного, еще чуть-чуть, и н нс нденут ошейники. – Джонни змолчл, с ненвистью прищурился и неожиднно лукво подмигнул: – А может, и не нденут. Может, мы им всем ддим пинк. А впрочем, лдно, не будем о будущем, двй о нстоящем. Я чертовски рд, брт, что мы все же встретились. Спсибо Руне, он дром времени…

– Кому, кому? – перебил его Бродов. – Ты скзл, Руне?

– Ну д, – усмехнулся Джонни, – той смой симптичной незнкомке, которя к тебе нервнодушн. Вернее, нервнодушн ко всем нм, првильным хомо спиенсм. Кто ткя, откуд и зчем, один бог знет. Или черт. В общем, тйн, згдк, рун, нстоящя зноз в жопе конфедертов. Мы ее тк и зовем – Дорной, колючкой. В честь той двдцть пятой гипотетической руны[43]. Впрочем, лдно, довольно про бб, – бросил Джонни взгляд н чсы. – С тобой желет пообщться Большой Собк. Вернее, погутрить со мной в твоем присутствии. Видишь ли, брт, з последние полчс обстновк здесь крдинльно изменилсь. Точнее, изменилось соотношение сил н ншей симптичной плнете. Если сволочь одн яйцеклдущя, конечно, не врет. – И улыбнувшись светло и возвышенно, он стер с плеч микроскопическое пятнышко. Потом понюхл руку, зсопел и глянул в сторону резвящегося Герсим. – Ну что, пошли?

– Пошли. – Бродов не возржл. Герсим и предющяся дйвингу Му-Му тоже.

Глв 7

– Большой Собк, в принципе, кобель не вредный, – тихо скзл Джонни Бродову, когд Герсим пришел в движение, плвно повернулся и дл проход. – Првд, большой оригинл. И берет не з глотку, двит интеллектом.

З холстом нходилсь потйня дверь, з дверью длинный, очень похожий н туннель в метро, коридор: глогеновые лмпы, прямоугольники дверей, мощные, нпоминющие удвов кбели вдоль стен. Не хвтло только пятиконечных звезд, чсовых с Клшниковыми и веселеньких плктов тип: «Цель советских ркетчиков – коммунизм».

– Сюд. – Джонни остновился у ближйшей двери, нжл пльцем кнопку, кк видно, вызывя лифт. – Нм недлеко.

З дверью и впрвду окзлся лифт – все тот же, огромный, нпоминющий вгон. И все с тем же квелым троонтом с Асхд, у которого ни член, ни желудк, одн только телептия.

– Прош-ш-ш-ш-у, – прошуршл он в мозгх, шевельнул трехплой рукой и нпрвил лифт конкретно по горизонтли, куд-то нлево, беззвучно, млой скоростью.

– Это тк нзывемя Псрня, собчья половин, – шепнул Джонни Бродову, когд они покинули троонт. – Альм-мтер киноцефлов, кбсдочья Мекк, официльня резиденция Его Премудрости Куски Брыля. Он суперлицензировнный Большой Собк и способен к трнсмутции, првд, в пределх вид. Ну все, тихо, тс-с-с, зходим.

Путь их лежл к внушительной, нпоминющей шлгбум препоне, по соседству с которой стоял пр здоровенных кобелей. Стоял живописно, естественно, н здних, хорошо нкчнных лпх. И сттью, и окрсом, и костяком брбосы были кк тот рвч у кмин, однко, не в пример ему, блистли муницией – нплечникми, нгрудникми, поножми, портупеями, подвесми с изогнутыми клинкми. Смотреть н них было жутко и звлектельно, глдить, особливо против шерсти, не хотелось. А Джонни кобели знли, причем, видимо, хорошо, тк что рычть, кидться, зливться лем дже не подумли, принялись открывть шлгбум, их мускулистые, с пльцми передние конечности рботли сноровисто и быстро.

– Ргв, – или что-то вроде этого скзл им Джонни и, дв не схрку и не колбски, вроде бы отдв честь, тронул з локоть Бродов. – Скоро будем. Это третий периметр охрны.

Н втором стояли псы коричневые, во всем желтом, н первом – белые, видимо, льбиносы, в черной, мтово отсвечивющей муниции. Зоомскрд здесь был в рзгре еще тот – не для женщин, чд и слбонервных.

Нконец Джонни с Бродовым миновли все препоны, перевели дух и вошли в пятиугольную, открывющуюся не по-ншему, нверх, дверь. З дверью этой, з подобием стол сидел в кресле плевя – срзу видно, сук. Тщтельно рсчесння, в притленном нбрюшнике, с брслетми н передних и выбритых здних лпх. По местным доггилверским понятиям он, нверное, был писной крсвицей.

– Ряв-тяв, в--в, ры-ры-ры, – с улыбочкой скзл ей Джонни, крсвиц изящно осклилсь и вежливо протявкл в ответ:

– Ры-ры, в-в, ряв-ряв.

Зубы у нее были кк схр, длинный язык кк рбуз, нос кк кусок стопроцентного нтрцит, смзнного ничистейшим мслом. Крсвиц, фемин, богиня, сердцеедк, сомнений нет.

– Пошли, Большой ждет нс. – Джонни кшлянул, приоснился, сделлся суров и нпрвился к шестиугольной, ткже открывющейся не по-ншему двери. З дверью этой рсполглся кбинет, просторный, светлый, однко обствленный по-спртнски. В единственном кресле з низеньким столом сидел упитнный, внушительного вид боксер – курносый, кк это и положено боксеру, со слюнявыми брылями и мленькими, глубоко посженными глзми. Сунь ткому сигру в псть, ндень н череп шпяпу-котелок, и все, можно смело н плкт, многокрсочный, большой, из цикл «Хищный оскл империлизм». Или: «Вот оно истинное лицо эксплутторов трудового нрод».

– Брт, делй, кк я, – быстро прошептл Джонни Бродову и двжды по-собчьи шркнул ногой: – Гв-ряв-ры. Гв-гв-гв.

Будто отбросил з порог кбинет все плохое и недоброе.

– Гм… Ры-ры, – продублировл его движение Бродов. – Гв-гв.

Он чувствовл себя не то чтобы идиотом – учстником дешевого фрс. Н уровне художественной смодеятельности. Игрющим где-нибудь в ЖЭКе н прзднике н общественных нчлх.

– Лдно, лдно, двйте без церемоний, – неожиднно выдл по-русски пес, белозубо осклился и вльяжно взмхнул лпой. – Прошу сдиться. У вс, гумноиды, не тк уж много времени.

Он не выливл слов – скулил, словно бы его мучил зевот. А см, не отрывясь, смотрел н Бродов, и тот вдруг почувствовл в душе дискомфорт, вернее, почувствовл в душе постороннего. Это был толстый, лохмтый, воспитнный пес, беззлобный, дружелюбный, компнейский. Он зшел тк, н минутку, не по умыслу и не по злобе – пообщться. Обнюхться. Боже упси, не склить зубы.

– Ктись-к отсюд, шелудивый, – добродушно посоветовл ему Свлидор. – Ктись колбской, смим жрть нечего. Вли, вли, пок я в хорошем нстроении.

И пес, блго не дурк, быстренько отчлил, понял срзу, что Свлидор злить не след. А потом голосом Его Премудрости Брыля вжно проскулил:

– Д, теперь я вижу, полковник, что это вш стрший брт. Ну все, семейк в сборе. Можно нчинть. Я понятно изъясняюсь, гумноиды?

– Д, Вш Мудрость, предельно ясно, – Бродов и бртец его Джон, к тому же окзвшийся еще полковником, уселись дружно н что-то жесткое, пес почеслся, сглотнул слюну и нчл с мест в крьер, с бульдожьей хвткой. – Вот выдержк из космогрммы, ксющяся Вердикт Глктсовет относительно нселенного объект Земля. Сегодня получили. Тэк-с. – Жестом фокусник он извлек кристлл, положил н стол, поколдовл, и в воздухе поплыли светящиеся символы. – Итк, озвучивю… Речь идет о жестокости, с которой эти тк нзывемые хомо спиенсы ведут войны, рзрушют город, уничтожют смцов, смок и детенышей своего вид, речь идет о рвнодушии, с которым их првительств и духовные лидеры взирют н то, что дже в мирное время детеныши этих хомо спиенсов погибют от голод. Речь идет о врврском уничтожении всех прочих видов, нрушении экологического блнс и Космической грмонии в целом. Речь ткже идет, – хм, это мы пропустим, это тоже… А это – нет. Вот, пожлуйст: «В результте нпршивется однознчный вывод: жители Земли, вышеознченные хомо спиенсы, являются зкоренелыми прогрессирующими врврми… Решением Большого Совет от… признть плнету Земля объектом повышенной опсности, требующим принудительного Глктического мониторинг. Ртификцию решения о призннии Мониторинг отложить до 2012 год по местному времяисчислению в звисимости от динмики рост энтропийных изменений н вышеукзнном объекте к ознченному сроку. Контроль з исполнением возложить н…» Ну, впрочем, лдно, дльше неинтересно. – Брыль сделл псс лпой, кристлл исчез, письмен погсли. – А вот лично у меня нибольший интерес вызывет эт вш полковник-сук, хм, смк гумноид. Кк бишь ее, , Зноз. Ведь он словно бы знл об этой космогрмме и экстренно оргнизовл вшу встречу с бртом. И вообще, чувство ткое, что для нее не существует невозможного. Не удивлюсь, если он уже в курсе про рептов. Вы-то сми-то хоть что-нибудь узнли про нее?

– Увы, Вш Премудрость, увы. – Джонни изобрзил скорбь. – В Бнке Глктоднных он не знчится, дктилоскопия ее не берет, киновидеосъемк тоже. Он словно привидение, существо из ниоткуд.

– Ох, полковник, вы счстливый гумноид. У вс есть крйний, вернее, крйняя. – Брыль снов сделл свой волшебный псс, взял возникший из ниоткуд тзик, принялся с ждностью лкть. – Тогд, в Египте, облжлись выше крыши, устроили рзборку н всю Глктику, с пльбой, и ничего, все хорошо, т сук виновт. Сегодня превртили в пыль логово нунникян, првд, глвные ушли – мелочи, фигня, издержки, и опять-тки т смя сук виновт. А что прикжете мне рпортовть в Глктсовет? З три декды до почетной Пенсии? Когд вопрос зшел о Мониторинге и н плнете объявились репты? А? Кто скжет? – Брыль вдруг резко поствил тзик, с рздржением зевнул и принялся меняться н глзх – чернеть, нбирть мссу, рздвться вширь. Кк видно, нчлсь т смя внутривидовя трнсмутция. И точно, и минуты не прошло, кк боксер превртился в пуделя, д не ккого-нибудь, мтерого, эдкого Артемон от Мльвины. Угольно-смоляного, огромного, похожего н недоделнного гризли. – Прошу извинить, нервы, – голосом боксер скзл он, быстро трнсформировлся в ризеншнуцер и с ждностью глотнул из своего тзик. – Последствия рнения скзывются, того, тяжелого, черепно-мозгового, полученного в бою под Орионом. Лдно, к чертям собчьим снтименты, двйте уповть н логику. Итк, что мы все-тки имеем? Анунникяне здесь вертятся не зря – нверняк ищут нечто ценное. А рз к ним еще подключились репты, знчит, это нечто точно того стоит. И если их обыгрть, опередить, объехть н кривой, первыми зполучить это нечто, потом с выгодой продть, то возможности и перспективы человечеств знчительно рсширятся. Я же, со своей стороны, то же сделю все возможное и пострюсь убедить Глктсовет в ошибочности Вердикт. Ну рзве под силу зкоренелым врврм создть все это? – с пфосом спросил он, резко отодвинул тзик и принялся выклдывть н стол книги. Про белого пуделя, про Белого же Клык, про дму с собчкой, про Шриков, про Мухтр. Следом з книгми нстл очередь кино – о погрничном кобеле Алом, о четырех тнкистх и собке, о черном Биме с белым ухом, о Псе, который жил д был…

– Д-д, у хомо спиенсов еще не все потеряно, не все, – выдохся нконец Брыль, вернулся в боксерское обличив и, резко вств из-з стол, сделл стойку. – Первый и Второй бртья, послушйте меня, Строго Собк. Вы об ссуры, но в вс много от хомо спиенсов. А потому нйдите это нечто и спсите человечество. Ибо всем известн рсстновк сил: люди и им подобные против рептов ничто. Биться с ними могут лишь нунникяне, мы, киноцефлы, и вы, ссуры. Кстти, о нс, киноцефлх. – Он многознчительно змолк, приложился к тзику и смчно облизнул свои висячие брыли. – Я готов финнсировть мероприятие в полном объеме. А кроме того, дть в помощь ндежнейшего бойц, нииспытннейшего Сортник, нипредннейшего Член сти. Потомственного Костегрыз, зслуженного Кишкотряс, Лицензировнного спецтерьер, суперпритрвленного и мегнтскнного. Аппорт-офицер, мультиорденоносц, киноцефл с древней родословной. Д с тким нюхом, кк у него, все рептозоиды будут вши. Дежурный, Кобельборз ко мне.

Прикзл он н русском и кк бы в пустоту, однко уже через минуту дверь открылсь, и зляли приветственно и увжительно. Вошел огромный, смесь мстиф с сенбернром, чудовищных кондиций кобель, иссиня-черный, поджрый и мускулистый, срзу видно, рубк и боец: в мощном бронировнном нгруднике, с брякющим по полу теском, с внушительным, ж до скктельного суств изогнутым, ззубренным ножом. Через всю его морду нискось пролегл чудовищный шрм, левого ух не было, зто в првом, обезобрженном рубцми, висел огромня, пирты отдыхют, серьг. Срзу чувствовлось, что кобель сей к цепи не привык и вилять своим обрубленным хвостом перед кем попло не будет.

– Вольно, подполковник, вольно, можете опрвиться, – с ходу облскл его Собк. – Есть дело. Секретное. Глобльной вжности, не терпящее отлгтельств. Я помню, конечно, что вм положен отпуск по тяжелому рнению…

– К черту отпуск. Я совершенно здоров, – брво стукнул теском кобель. – Вш Премудрость, стоит вм только прикзть…

При этом он скрежетнул зубми, ндрывно вздохнул, и стло ясно, что в любимом отечестве его с нетерпением ждут – может, добря струшк мть, может, сук с резвыми щенятми. И что рди них – ммы, суки и отечеств – он готов н все, невзиря н рны.

– Ну вот и отлично, – одобрил его Бриль. – Тогд слушй здчу, информцию к рзмышлению и устный боевой прикз. – И, видимо, из сообржений доходчивости, знчительности и секретности, он резко перешел н собчий: – Ряв-ряв-ряв, гв-гв-гв, в-в-в…

Пок Брыль вещл, Джонни нейтрльно улыблся, Бродов потихоньку зверел, кобель стоял нвытяжку, не шевелясь, и жрл прямое нчльство глзми. В них светилсь тоск по отпуску…

Нконец комндный лй иссяк. Кобель сделл стойку, увжительно кивнул, Собк дернул брылями и перешел н человечий:

– Итк, гумноиды, предствляю вм нчльник предстоящей экспедиции охрнного подполковник Кобельборз. Он истинный киноцефл, рвч первой ктегории, субмстер пятого хн тотльного боевого кушу. А это, подполковник, ссуры – Собчник и его Стрший брт. Прошу любить и жловть.

– Приятно, очень приятно, большя честь, – подл лпу кобель. – Рд, рд, чертовски рд, ндеюсь, гумноиды, мы срботемся.

Пльцы у него были крепкие, когтистые, словно из желез, голос мощный, дром что скулящий, дющий оттяжки в бс. И впрямь не подрок, не кобель, орел, киноцефл-орденоносец, рельный мстер кушу.

– Знчит, срботетесь? – Брыль приложился к своему тзику, мощно долкл, однко вылизывть не стл, резко поствил. – Ну и лдно. Дльше – в рбочем порядке. Вернее, в Зле постновки здч. Все, сортники, все свободны, удчи, процветния и успехов.

Со стороны кзлось, что ему нужно было срочно по нужде.

Лдно, тявкнули, гвкнули, рявкнули, прошли предбнник, мимо сучры-секретрши, и по широкому светлому туннелю подлись в Зл для постновки здч. Формой он походил н првильную полусферу, внушительными гбритми – н теннисный корт, цветовым решением и гммой интерьер – н мокнущее в проруби киноцефлово дерьмо. Н стенх сотнями висели гологрммы, увековечившие героев, скорее мертвых, чем живых, по центру было устроено ндгробие, нпоминющее формой московский мвзолей. В целом обстновк был тягостной, муторной и очень непростой, в воздухе, будь ты хоть трижды глух, отчетливо слышлось: никто не збыт и ничто не збыто, у нс хорошя пмять и острые зубы. А еще у нс длинные лпы. Очень цепкие… В общем, нходиться здесь долго, зтягивть общение кк-то совершенно не хотелось. Хотелось конкретно ноборот. Слв богу, кобель был крток.

– Звтр, гумноиды, к девяти ноль ноль я жду от вс иницитивный рпорт, – влстно проскулил он. – А ткже жду н собеседовние этого вшего беглого нннукянин. Лично хочу посмотреть ему в глз, то чем больше узню гумноидов, тем сильнее тянет к вшим собкм. Увжемый Собчник, я ндеюсь, вы оргнизуете все это?

«Может, взять его з шкирку? – мысленно оздчил себя Бродов. – А то что-то рзбрехлся».

«Дже и не думй, – отрезл Свлидор. – По сути дел, он ведь прв…»

– Не беспокойтесь, подполковник, все будет сделно, и в срок, – мило отозвлся Джонни. – Вы ведь скзли, мы срботемся. Звтр к девяти ноль ноль вм будет и иницитивный рпорт, и беглый нунникянин, и, быть может, еще что-то в кчестве сюрприз.

– Ндеюсь, приятного. – Кобельборз кивнул, сухо попрощлся и, гремя по полу теском, вышел. Джонни и Бродов тоже подлись от ндгробия подльше, по широкому туннелю, через периметры препон, к вгонообрзному лифту с зторможенным троонтом.

– Слушй, кк получилось, что ты здесь? – спросил Бродов уже в конце пути, н половине гумноидов. – Ну ведь не по объявлению же в гзете?

– Тк, двняя история. Дед шмн хопи[44], служб в ЦРУ, стечение обстоятельств, дурные гены. – Джонни усмехнулся, лихо подмигнул и взялся з ручки двери, той смой, в тылу Герсим. – Спроси потом у Свлидор, он в курсе. Ну, и кк дел тут у нс, у првильных гумноидов?

Дел у првильных гумноидов, нблюдемых в количестве трех душ, были не очень. Кнорр сидел понурившись, но глядя в потолок, всхлипывя, бюкл нос и жлобно стонл. Гирд скучл рядом, держлся з ребро и тоже пребывл в миноре и тк же н полу. Потрошитель сидел в кресле, рзглядывл кулк и голосом человек, честно выполнившего свой долг, вещл:

– Кенту моему по воле Дне-ссурянину рхмт скжите, не резон мне его перед бртельником криво подствлять. А то бы я вс сейчс, пидорстов…

Что сотворил бы он с десситом и орионцем, узнть не удлось – вошли Днил и Джонни.

– А, знчит, гумноиды всех рс, объединяйтесь? – мрчно изрек Джонни, выруглся мтом и сделлся нехорош. – Знчит, н предмет льдебрнской квчи? Которя уже поспел? А ведь кобель был прв! Трижды прв сей кобель был. Тянет не к гумноидм, тянет к собкм. А ну, встть! Живо у меня! А ну, блин, рвняйсь, ну, ткую мть, смирно!

Дром что полковник, взревел Джонни мощно, с дрйвом, очень по-сержнтски. Тк что подействовло срзу.

– Ох, что з глктик, что з рзумные существ, – по стеночке поднялся Кнорр. – Не гумноиды – звери.

– А смя мрзь – нунникяне, – встл, держсь з печень, Гирд. – Тти, мокрушники, бндиты, ворье. Скольких в свое время я отпрвил н оргны…

– Ты лучше зткнись, плч, – выпрыгнул из кресл Потрошитель. – Сейчс у меня см отпрвишься н хрен. Млой скоростью…

– Ну что, коллеги по рзуму, бузим? Нжрлись квчи? – тихо, уже в мнере дипломт, с ухмылочкой продолжил Джон. – Все, кончй гулять. Н шрике репты, понимешь, у вс полнейший брдк. Н псрне у Большого порядок-то не в пример. Обрзцово-покзтельный. Н здних лпх ходят. – И он пльцем покзл н нрисовнного Герсим. – Причем строем и с песнями…

– Кк? Н шрике репты? – изумился Потрошитель. – Опять? А я-то думл, что эти врут, свистят, зливют в три струи. – И он с брезгливостью кивнул в сторону потерпевших. – Думл, обидеть норовят…

– Кк же, тебя, урку, обидишь, – фыркнул от ненвисти Гирд, Кнорр же дотронулся до лепешки нос, охнул и снов зскулил:

– Ох, и глктик. Ох, и гумноиды.

Хвл ллху, что его не знимли больше высохшие трузер.

– Ну все, довольно эмоций, – резко поднял боевой дух Джонни. – Дю полчс н опрвку, будем соствлять иницитивный рпорт. Сопли подобрть, время пошло. А вм, ребят, ндо идти, – глянул он н Бродов и сумрчного Потрошителя. – У нс здесь сейчс нчнется ткое. Двйте, я провожу.

– Приятно было, – кивнул Бродов с сухостью десситу и орионцу. – Пок.

Что-то иноплнетные бртья по рзуму его не впечтлили. Абсолютно. Все, кроме киноцефлов…

А вот Серфим нпоследок вдруг потянуло н общение:

– Ну, счстливо оствться, извините, что не тк. Премного вми довольны, бывйте здоровы и богты. А мы того, до дому, до хты. Двйте н дорожку обнимемся, по ншему обычю, по нуннкскому. Ты что это, Черный, нос воротишь? Никк возгордился? Или, может, хочешь, чтобы яйцо вон? Збыл что ли, кто прошлое вспомнит… А, молодец, Черный, мть твою, сообржешь, не збыл. Ну теперь ты иди сюд, Дохлый, двй, двй. Д не ссы ты, мть твою рстк, не ссы, не обижу. Ну двй, Дохлый, не кшляй, рсти большой. И глвное, лопй, двй, лопй, рвняй, тк твою рстк, рожу с жопой. Чтобы был вот кк у Черного.

Нконец Серфим иссяк, Герсим крутнулся, тйня дверь подлсь, и Джонни срзу повернул нлево, в узкий, полого поднимющийся кверху ход. Тускло горели лмпы, лениво кружилсь пыль, где-то премерзко пищли влдыки подземелья крысы. Шли недолго.

– Ну вот и все, – Джонни остновился, – послушйте сюд. Сейчс вы выйдете в подвл, зтем в подъезд, ну уж после во двор. Зпомните его, кк «Отче нш», ровно кк и номер дом. Звтр точно в девять ноль-ноль вы должны быть тм рядом с мусорными бкми. Мы с Кобельборзом будем вс ждть. Если что-то изменится, я позвоню н сотовый, номер твоей трубы Зноз мне дл. Ну что, бртух, двй. Мы теперь одн семья, сил, нм теперь весело шгть по плнете. – Джонни обнялся с Бродовым, крепко поручклся с Серфимом, рзвернулся н сто восемьдесят и нпористо подлся вниз. Днил же с Потрошителем двинулись нверх, вперед, дй бог чтобы н белый свет, и скоро они, кк Джонни и обещл, попли в объятия подвл. Собственно, кк подвл – низенького дровяник. Рньше, до эпохи центротопления, грждне держли здесь дров, сейчс, в эпоху крх перестройки, обосновлись, кк это водится, бомжи. Точнее, бомж – мелкий, видимо, из-з недокорм, мэн с белыми, во всю млиновую рожу, глзми. Молч он вылез из угл, подктился к двери, открыл змок трехплой, в грязно-желтой чешуе конечностью:

– Good luck! Good trip[45]!

– Бурклы протри, недоквшенный, мы в России, – дл ему совет по-русски Потрошитель, выруглся по мтери, рыгнул, и они подлись н пру с Бродовым в мрчный, кчественно згженный подъезд. Привычня земня цивилизция встретил их письменми н стене: «Дй в жопу рком, Коновлов!» Во дворе было тоже до боли привычно – неубрнно, зснеженно, испятнно мочей. В помоечном бке по шею в добре сидел и угощлся черный кот, зеленые, гноящиеся глз его смотрели н мир со скепсисом и некоторым рзочровнием.

«Тк, вот эт улиц, вот этот дом», – Бродов и Потрошитель сориентировлись н местности, вышли из-под рки и змедлили шг, двигться куд-либо им было кк-то в лом, слишком уж двило н психику бремя впечтлений. А кроме всего прочего, Потрошителю было тошно, похоже, он изрядно погорячился с квчей.

– Слушй, кто ткие репты? – Днил посмотрел н него, сочувственно вздохнул. – Что-нибудь ядовитое и ползющее?

– И летющее, и землю роющее, и в воде не тонущее. А уж яду-то тм точно хвтит н всю Глктику, – мрчно, тягуче и зелено сплюнул под ноги Серфим. – Про дрконов слыхл? Тк вот это одн из рзновидностей рептов, причем не смя худшя. Последним мы устроили Стлингрд во времен првления Артур. Эх, Дня, что это было з время! В рукх теллуриевый пси-резонирующий клинок, окрещенный ккой-то гнидой Эксклибуром, по првую руку – шобл от Стол, по левую – в нтуре экстрсенс, светильник рзум с фмилией Мерлин. Ну, доложу я тебе, и спец, мозг, голимый виртуоз, ему, к примеру, триппер вылечить или тм проклятье снять – делть нечего, кк дв пльц обоссть. А еще, Дня, был у меня бб, с бюстом, Артуров не ткя, конечно, клевя, кк ббы средней полосы, но тем не менее козырня, с ногми, и не с серым – с черным веществом[46]. И вот говорит он мне кк-то в койке поутру: «Сэр Лнселот, сэр Лнселот. А не слбо ли вм…»

– Сим, хорош про бб, двй про рептов, – мягко попрвил его Бродов, вздохнул и глянул н медно-рыжее уползющее з крыши солнце. – Вечер уже, темнеет.

– Щ, момент, – вынырнул из прошлого Потрошитель, горестно, с ндрывом, икнул и, бросившись к ближйшему киоску, воротился с джином-тоником. – Щ будет тебе и внн, и кофе, и ккв с чем. И репты. Ух ты, – мощно приложился он к бнке, чмокнул, здергл кдыком и, сделвшись угрюмым и печльным, сплюнул уже фиолетово н снег. – Это рзве джин? Дерьмо. Вот, помню, шли мы кк-то с Кромвелем по… – поднял он глз н Бродов. – Лдно, хочешь про рептов – пожлуйст. Сделем. Тк вот. Репты. Рньше они держли всю Глктику, все их конкретно ссли, стрлись не связывться и плтили процент. А потом пришли вши, то есть я хотел скзть ссуры. Они нвляли рептм, устновили порядок и стли блюсти зкон – во имя мировой грмонии. А процент ссуры не брли, весь их интерес был в духовных ценностях. Репты же между тем дегрдировли, мутировли, рссеялись по свету, превртились в этких изгоев, вечных стрнников, по сути дел, рзбойников с большой дороги. Немногочисленных, но очень опсных – способных к трнсмутции, перевоплощению, хитроумным козням, дьявольским интригм. Они все однополые, холоднокровные, изворотливейшие тври. Им неведом ни любовь, ни дружб, ни жлость, ни чувство сострдния. Только трезвый рсчет, чувство целесообрзности, неутолення свирепость и бешеня злость. У них нет слбых мест, кроме одного – зпх. Репт может выглядеть кк гумноид, но все рвно будет вонять рептом. Смертью, рзрушением, издыхющей душой. И учуять этот зпх могут только киноцефлы, недром же ссуры всегд держли их при себе. Не то чтобы н цепи, но н дистнции, н рсстоянии, примерно кк этот вш Крцуп держл в своем хозяйстве Мухтр. Без тени пнибртств. А вот нынче времен переменились, и н плетень ншл т смя тень…

Тк, з рзговорми, они дошли до метро, зтормозились у ступенек, и Потрошитель бросил свою бнку в урну.

– У, прш, пойду-к я домой, то блевть тянет. Д и половой вопрос ндо бы решить. С Зинкой рзобрться. Кк тм у вс в песне-то поется? Ты зшухерил всю ншу млину и теперь мслину…

– Смотри не збудь, звтр в девять. У помойки, – нпомнил ему Бродов и двинулся дльше своим ходом – отсюд до его берлоги н Строневском было не то чтобы рукой – ногой подть. Н душе у Бродов было скверно – муторно, тревожно, неопределенно. Хотелось съесть чего-нибудь горячего, выпить водки и злечь спть. Чтобы – Дорн, Свлидор, Вертящяся громд. Чтобы никких тм рептов, десситов и орионцев. С троонтми, оденороидми и рзговорчивыми брбосми. Ну их всех н хрен.

«Д, ндо выпить водки», – не стл колебться Бродов, не думя, взял литр, не мудрствуя, кило жртвы и в темпе вльс двинул нх хузе. Плевть, что скользко, долетел кк н крыльях, прошел по древней лестнице нверх, не срзу, чертыхясь, полдил с несговорчивым змком. И уже в коридоре понял – что-то не тк, что-то случилось. Мгновенно зтил дыхние, вжлся в стену, ментльно сконцентрироввшись, двинулся вперед. И вдруг остновился – увидел Дорну. Блистющую пикнтнейшим хлтиком, идущую к его берлоге со стороны кухни. Губы ее призывно улыблись, шлые глз блестели, в рукх шкворчл сковород, густо издвя ткие зпхи, что Бродов стл глотть обильную слюну.

– А, Дн, привет, двненько не виделись, – лсково скзл ему Дорн. – Ты кк рз вовремя, ужин поспел. Кк прошел денек?

Ну ни дть ни взять – дрожйшя половин, встречющя своего зконного после трудовой вхты.

– Отличный хлт, Дорн, – не удрил лицом в грязь Бродов. – Тебе идет. И пхнет здорово, мясом. Свининк?

– Если я тебе скжу, ты не поверишь, – весело подмигнул Дорн, озорно хихикнул и ногой в туфельке н высоком кблуке пхнул дверь Бродовой берлоги. – А если поверишь, то точно есть не будешь.

Внутри приключилсь удивительня метморфоз – тм црил совершеннейший порядок. С нбело отдренными половицми, кчественно отмытым подоконником, выглженной с душою сктертью и лютикми-цветми в взе. Белье н кровти было перестелено, сияло чистотой и звло в свои объятья. Не шептло зстенчиво – исходило крикми стрсти.

– Ты смотри, и умниц, и збвниц, – восхитился Бродов, снял пропитку и выгрузил н стол литр и килогрмм. – Устриц, извини, не предлгю. А ткже не спршивю, кк ты вошл без ключ. Ну что, выпьем водки?

Спроси его сейчс, чем переполнен душ, нверное бы не ответил. То ли безмерным удивлением, то ли сумсшедшей рдостью, то ли древним, будоржщим сознние желнием. Сердце его билось кк сумсшедшее – Дорн объявилсь, Дорн. Женщин – неведомя згдк, гуляющя см по себе. Смя желння н свете женщин.

– Водк эт вш, особенно сейчс, совершеннейшя отрв, – сделл гримску Дорн. – Хуже ее, пожлуй, только квч. Нет, мы будем пить вино. Кк это тм у вс говорят в нроде? Пить крсное по-черному? Вот, – он взял с комод пкет, с улыбочкой протянул Бродову. – Флернское, двдцтилетней выдержки. Ндеюсь, ты сумеешь открыть?

«Флернское, и двдцтилетней выдержки?» – Бродов достл объемистую емкость, глянул с интересом, взвесил н руке. – Ну, Дорн бтьковн, ты и впрямь збвниц, – хмыкнул с восхищением, вытщил нож и игрючи полдил со свинцовой зтычкой. – Д, не уксус[47]. И не солнцедр.

Действительно зпхло солнцем, жизнью, виногрдной лозой. Не кислятиной и не бормотухой, весьм приятно.

– Ну и слвно, – улыбнулсь Дорн, – нливй.

Вино, которое, если Потрошитель не врл, пил Спситель со своими ученикми, было терпким, пряным, приятным н вкус и цветом нпоминло млину. Под буженину, селедочку и копченую колбсу полетело не птицей – крылтой ркетой. Вот тебе и крсное десертное, к рыбе, д еще соленой.

– Ух, хорошо, – скзл Дорн, когд покончили с миногми, съели оливье и взялись з жркое, уже несколько остывшее. – Ну что, н Псрне был? Глвного брбос видел?

Лицо ее рскрснелось, хлтик рспхнулся, пунцовые губы игриво улыблись, однко же глз смотрели оценивюще – похоже, он совмещл приятное с полезным.

– Был, видел, общлся, – взял колбски Бродов. – Преизряднейший кбсдох. Еще брт видел, говорил, звтр встречемся по делу. В проходном дворе. Вместе с нуннком Потрошителем и псом одним, подполкном Кобельборзом. Ндеюсь, он будет в нморднике.

– Осторожность, осторожность и еще рз осторожность, – перестл жевть Дорн. – Ты ведь, верно, в курсе уже нсчет рептов? От этих тврей можно ожидть всякого. Единственное тбу для них – это применение пси-оружия. Из блстеров сто процентов шмлять не стнут, д и из ннигиляторов тоже – кому охот связывться с Полицией Глктсовет? А бить их, Дн, лучше всего в шею, туд, где жбры, чем-нибудь колюще-режущим. Д, и вот еще что, – он взял бокл, глянул н свет, сделл глоток, – Потрошителю этому своему нпомни, что вино и ббы не доводят до добр. Это я к тому, что Верк его рботет конкретно н ментов, Нинк кормится от корыт федерлов. Слв богу, что Зинк теперь стл безрботной. Бледной, холодной, фргментировнно-рсчлененной…

– Слушй, солнце мое, н кого рботешь ты? – глянул ей в бездонные глз Бродов. – Чувство ткое, что н господ бог. Ни прошлого, ни будущего, похоже, не существует для тебя, все-то ты, моя рдость, знешь нперед.

Про себя он твердо решил звтр дть, и дть кк следует, Серфиму в морду. Чтобы здумлся, гд, о рсчленениях-фргментировниях…

– А н смом деле, Дн, их и нет. Ни прошлого, ни нстоящего, ни будущего, – усмехнулсь Дорн. – Есть все. Бесконечное, мультивринтное, тонко резонирующее. А все эти дискретности – от огрниченности сознния. Однко огрничено оно, хвл ллху, не у всех. Больше, извини, пок скзть тебе не могу. Будешь много знть, скоро состришься. А ты мне нужен…

Кким был нужен ей Днил Бродов, Дорн не договорил – рздлись звуки музыки. Грянуло полифонически, ж н сорок голосов, про то, кк вргу не сдется нш гордый «Вряг».

– Извини. – Бродов взял мобильник, послушл, зсопел, мрчно окинул взглядом свои скудные влдения. – Д нет здесь телевизор. И, видно, не было никогд. Тк, двй н словх.

Звонил Небб. В трнсе, из гостиницы, прямо от экрн. В голосе его сквозили ярость, мук, тревог, злость и сильное желние идти резть глотки. Было с чего – по ящику только что передли новости, телевизионные и последние. Весьм безрдостные. В рйоне Бйкл, окзывется, зтевлсь большя стройк – собирлись возводить перербтывющий комбинт. Унифицирующий рдиоктивное, привозимое из-з грницы дерьмо. А это знчит: все, сушите весл. Не будет ни Бйкл, ни тйги, ни омуля, ни зверя, ни Черных скл с тинственным Зург[48], ни священной рощи-йхе[49] н скрльном Месте силы. Не будет поселк Бирюлинский, где родился и вырос Бродов, не будет тренировочного центр «Скт», не будет больше рзговоров о Золотой ббе, зпрятнной, по поверью, где-то в этих крях. Будет только зон, могильники и влют рекой, изливющяся водопдом в бездну чьих-то крмнов.

– Лдно, Семен, лдно, я после позвоню, – отключился Бродов, горестно вздохнул и вспомнил сосед Хгдев[50]. Ох, недром, видно, прилетл к нему дух-хрнитель, крыльями бил, плохое вещл. Вот, блин, и нкркл…

– Что, невжные новости? И, небось, в плне экологии? – оживилсь Дорн, глянул н Бродов, изобрзил скорбь. – Ну вот у тебя и появился повод отослть помощничков домой. С устроителями могильник нужно биться жестоко, свирепо, не н жизнь – н смерть. А что твой Трс Бульб, что Чингисхн – прекрсные бойцы. Проверенные, ндежные, испытнные, отлично знющие, что почем. Тм, дом, в родных пентх, они свернут Урльские горы, здесь, в болотине, н чужбине, моментом сгинут ни з грош. Пойми, Дн, тягться с рептми могут только ссуры, особо подготовленные нуннки и специльным обрзом нтскнные чистопородные киноцефлы. Все. У современных хомо спиенсов нет ни шнс. Кк тм в этой вшей песне-то поется: «Кк школьнику дрться с отборной шпной?»[51] Во, во. И совсем не потому, что людей обидел природ. Нет, у них могучее тело, совершеннейшя психик, дивный, способный делть чудес, мыслительный ппрт. Только людям, кк видно, н это нплевть – единицы из них зняты смосовершенствовнием. Большинство же думет о крьере, о деньгх, о якобы процветнии, о новой мшине, о дче под Москвой, о прочей сиюминутной ненужной ерунде. Не понимя совершенно, вернее, не желя понимть, что идут не в ту сторону и совсем не тем путем[52]. Вот и дошли до ручки. – Дорн мотнул головой, отпил флернского и превртилсь вдруг в обыкновенную, соскучившуюся по мужику ббу. – О, Дн, иди-к ты ко мне. Вот сюд.

Н белоснежную, трепетно нкрхмленную, с любовью рсстеленную простынь. И зходил ходуном кровть, и зкчлсь люстр под потолком, и понеслись к ней стоны ликовния, безумной стрсти и восторг. Уж н что, кзлось, хорошо было Бродову и Дорне тогд, в строй гостинице в Египте, однко нынче, в этой убогой комнтухе, они конкретно сходили с ум. Вот уж верно и мудро говорят, что в родных пентх и стены помогют. Однко чудное мгновение всегд тк кртко…

– Погоди-к, дорогой, погоди, – мягко отстрнилсь Дорн, когд Днил было двинул н третий круг. – Глвное – ведь это вовремя остновиться. То есть чувствовть момент…

Змейкой он соскользнул с постели, ловко присел н корточки, глянул снизу вверх:

– Ну-к, иди-к ты сюд.

«О, эти женщины! Н полу-то зчем?» – понял ее по-своему Бродов, слез, был отвергнут, глянул под кровть и срзу утртил весь нстрой – узрел ВУ. Адскую, отсчитывющую время мшину, поствленную н него, Днилу Бродов. Все по полной прогрмме, чин чинрем – зряд, провод, крсные, весело перемигивющиеся светодиоды. Грммов, нверное, двести ккого-нибудь гексонл, с любовью нфршировнного крупно-рубленными гвоздями. Д еще под смой жопой. Д, ну и сюрпризец, вообще-то, не смешно. А ну кк если бы рвнуло…

– Д ты, мть, просто изврщенк. Ведь это чистый мзохизм, знть, что под тобой ткое, и… – Бродов с восхищением вздохнул, с чувством поглдил Дорну по схрному бедру. – Ну что, будем обезвреживть?

В глубине души он ей плодировл – вот это выдержк, вот это нервы. Книгу можно нписть, эпопею, эротический ромн в трех чстях, нет, вернее, в двух, под пикнтным интригующим нзвнием «Оргзм н бочке с порохом». Или: «Оргзм и тротил». Или…

– Нет, не будем, – отрегировл Дорн, кшлянул, посмотрел н чсы. – Через сорок три минуты должно рвнуть. Соседи, не боись, не пострдют, комнт двно уже нуждется в кпремонте. Пусть сородичи твоего Потрошителя думют, что ты уже все, того. Обиделись, дуршки, з Альтир, вот и нервничют, суетятся, пкостят по пустякм.

– Знчит, говоришь, через сорок три минуты? – Бродов вышел из упор-присед, щелкнул кнопкой бр и неожиднно, вроде бы не к месту рссмеялся. – Зчем тогд нужно было пол-то дрить? Что-то я не пойму.

– И не поймешь, – тоже встл Дорн, взял теплый чйник со стол и, без смущения присев по новой, стртельно знялсь гигиеной. – В мире, где я живу, древесины нет. Только синтезировнные мтерилы. Зто полно мехнической обслуги, выполняющей всю черную рботу. Д, милый мой, ты дже не предствляешь, что знчит трогть обыкновенную доску. Вы, люди Клиюги, не цените свой мир, по-нстоящему не понимете дже, чем влдеете. Вернее, влдели. А впрочем, лдно.

Он со вздохом поднялсь, быстро взялсь з полотенце, глянул с явным одобрением н в темпе одевющегося Бродов.

– Двй, Дн, двй, действуй. Сорок три минуты это тк, чисто теоретически. А вот сколько н смом деле. Может, больше, может, меньше.

То, нсколько теория рсходится с прктикой, они поняли где-то через полчс в подъезде – нверху ббхнуло, вздрогнул стрый дом, с потолк посыплсь беля порош, одевя все вокруг в эткое подобие свн…

– Решение системы темпорльных урвнений всегд имеет в себе субэлемент просикмции. Точнее, неопределенности, – Дорн фыркнул, тряхнул головой и первя вышл н мороз. – Ну, Дн, смотри, ккя ночь! Крсот.

Д, ночь был и впрвду хорош, словно из ккой-то зимней скзки. В небе висел полня лун, тут же димнтми переливлись звезды, город мирно спл, нкинув белый плед, окн его домов были зкрыты и темны. Првд, не все – окно бывшей бродовской берлоги светилось ярким дским плменем, внутри, похоже, шли процессы ничуть не хуже, чем н солнце. Ккое тм шли – бежли…

– Д, крсот, – соглсился Бродов, тяжело вздохнул, посмотрел н тротур, где горели фргменты мебели. – Ну, и куд же мы теперь? Ночь н дворе.

– Есть тут одно премиленькое местечко, думю, тебе понрвится, – усмехнулсь Дорн, с легкостью присел, слепил снежок. – Зщищйтесь, сэр. И трепещите. Щ я тебя из глвного клибр…

Премиленькое местечко имело интригующее нзвние «Збв mia» и носило сттус ночного клуб. А точнее, если глянуть в корень, это был клуб по интересм, интересм сексульным. И меблиршки, и бордель, и свингер-клуб в одном флконе. Зведение универсльное, широчйшего профиля, где для кждой тври с грнтией по пре. Однко Бродов и Дорн окзлись клиентми не компнейскими, нетребовтельными, не пожелвшими воспользовться всеми прелестями сервис. С ходу они откзлись и от мльчик, и от девочки, и от «шоколдер», и от трнс, и от обученного рб, взяли номер люкс, зкзли ужин и отпрвились в свои пртменты. Они не желли делить свое счстье ни с кем.

Следующее утро. 8.57

– А, Дня, привет. Ну что, место встречи изменить нельзя, – обрдовлся Потрошитель, узрев нырнувшего под рку Бродов. – Идти, мыслю, нм лучше тндемом, то что-то у меня сегодня скверное предчувствие. А может, фигня все это, просто мло спл, зкнчивл ночные неотложные дел. Эх, Мурк, ты мой муреночек, эх, Мурк, ты мой котеночек…

– Хорошо поешь, Сим, – испортил ему песню Бродов. – Только почему Мурк-то? Зинк. Ну что, кйся, гд, угробил небось бедную девушку?

Мыслями, чувствми, душой он был еще в объятиях Дорны, потому особо злобствовть не стл, уж тем более бить морду Потрошителю. А потом, н войне кк н войне – Зинк дром что бб, предтель, иуд, крйне вредный элемент. И что прикжешь делть с ткой?

– А то, – Потрошитель скривился с брезгливостью, зевнул. – Всю ночь с ней провлндлся привтно, будто выхлебл корыто дерьм. Верк с Нинкой-то, окзывется, того. Тоже, окзывется, зслнные, пдлы, сукдлы. Хотел было их зодно с Зинкой, но не стл – возьму н контроль, уют устрою позже. Вот ведь, Дн, кк все в жизни-то получется, может, првы пидорсты, и все беды от бб?

Он витиевто выруглся, Бродов промолчл, и они нпрвились в дебри двор, к бкм. Точность – вежливость королей, их уже ждли. Првд, не короновнные особы, Гирд и Кобельборз. Последний, видимо, в целях мскировки, был н четырех и н цепи, которую крепко держл в руке н совесть одетый орионец. Д, здорово придумно, с душой – негр в втнике, треухе и прохрях, выгуливющий поутру вервульствующего ликнтроп. И все это н фоне помойки!

– Тэк-с, девять ноль-ноль. Это рдует, – мощно шевельнул хвостом Кобельборз, Гирд же кинул быстрый взгляд н Бродов и зговорщицки скзл:

– Поздорову ли, ссурянин? Твой брт не смог, я з него. Пойдемте, вс с нунникянином ждет специльный инструктж.

– Нет, внчле будет собеседовние, – проскулил, кк отрезл, Кобельборз и нтянул цепь, укзывя зимут. – Вперед.

Путь лежл опять-тки под рку, нлево, в соседний двор, окзвшийся узким, грязным, похожим н слепую кишку. Вот именно что н слепую – зкупоренную с одного конц, нпоминющую мышеловку.

«Хреновое место, – нсторожился Свлидор, – ну-к хвост по ветру. И ушки н мкушку…»

– Полундр, – толкнул Бродов Потрошителя и вышел из Поток Времени, н крыше дом, между печных труб, уже мелькнули тени. Щелкнули, будто выстрелили, тетивы, с силой рспрямились плечи, мерзко свистнул, ввинчивясь в воздух, сблнсировння оперення смерть. Это мощно и стремительно взяли стрт рблетные мссивные болты. В количестве чертовой дюжины. Д, д, Бродов двжды пересчитл, сркстически хмыкнул и отметил про себя, что зсд средненькя, Потрошитель – молодец, супостты посягют исключительно н них двоих. Те действительно проигнорировли и орионц, и киноцефл, словно жутко любили церберов и прикинутых под зэков негров. Между тем болты блгополучно долетели, миновли увернувшиеся живые цели и вонзились в снег. Здоровенные ткие дуры, сорокснтиметровые, с четырехугольными внушительными стльными нконечникми. Очень хорошо, что не попли…

– Ты куд привел нс, сук? – крикнул Потрошитель Кобельборзу, тот непонимюще мхнул хвостом, Свлидор выруглся не по-ншему и уже по-ншему скзл:

– Ну, сейчс нчнется.

И точно – дверь подъезд подлсь, збухли тяжелые шги, и во двор нчл выктывться нрод, оргнизовнно, в темпе вльс, числом не менее отделения. Причем не просто выктывться, переть, кк н буфет, мхть с экспрессией колюще-режущим и деловитостью брть в кольцо. Кого? Д Бродов и Потрошителя, лжефрикнец и пес-брбос супостт не интересовли. Зто уж сми-то вызывли смый жгучий интерес – мссивные, широкоплечие, свирепые, мордстые, куд тм Терминтору. И все – в коричнево-бордовых, фльшивой кожи, полупльто с воротникми из искусственного зелено-спидного мех.

«Ну и фсон, – Бродов вытщил из снег болт, с легкостью уклонился и всдил короткий дротик нпдющему в горло. – Отдыхй». Вытщил еще один, угробил следующего. Потом еще, еще, еще… Для него это было привычное кино, кроввое, змедленное и печльное. С экспрессией в нем двиглся лишь один герой, ндо думть, положительный – мокрушник Серфим. Двиглся по спирли, с душой, помхивя в охотку тесчком. Собственно, не тесчком, кинжльчиком, по првде, не тким уж и большим, однко же с змечтельным эффектом – грессоры влились кк снопы. Только вот что стрнно – крови не было, снег в эпицентре битвы нпоминл девственный свн. Изредк, првд, когд рсклывлись от удров череп, под ноги вывливлось нечто, цветом нпоминющее феклии. Впрочем, совершенно без зпх.

А между тем зкончились болты. Вернее, зкончились мордовороты.

– Я тебя спросил, бля, ты куд звел, сук? – снов поинтересовлся Серфим, хркнул, выруглся мтом и, не выпускя теск из рук, двинулся к Кобельборзу. – И вообще, в этот двор вход кбсдохм и ниггерм будет зпрещен. Я скзл.

– Тихо, тихо, тихо, – Кобельборз вдруг ловко снял ошейник, встл н здние конечности, передними с видом миротворц сделл плвный успокивющий жест. – Все хорошо, все спокойно. Я же лсково скзл – внчле будет собеседовние. Оно блгополучно зкончилось, и сейчс будет вводный инструктж. Что, увжемый нунникянин, здесь ткого непонятного?

Огромный, стршный и клыкстый, без муниции и плш, он был и впрямь весьм похож н фнтстического оборотня. Дерзить ему, ругться мтом, крестить кбсдохом и кобелем кк-то совершенно не хотелось. А уж сукой-то обзывть просто язык не поворчивлся. Ну видно же срзу – ткой смэц…

– Понял, не дурк. Мир, дружб, бллйк. Них шизен, – сориентировлся Серфим, убрл плш и принялся следить з шустрыми двуногими – те выскочили из подъезд с подобием носилок и стли нводить во дворе гврдейский порядок. Состельные их хоботы выржли оптимизм, хвттельные клешни шевелились с нпором.

«Ай-яй-яй-яй-яй, что же это делется-то в отечестве, – Бродов ткже оценил стртельность двуногих. – С ткими рылми и н свободе. В смом центре грд трех революций. И ведь хоть бы высунулся кто из окн, истово перекрестился, мтом зорл. По-ншему, по привычному, по трехэтжному. По земному. Только хрен. Нет здесь нших, вывелись, ликвидировны с концми, все подмяли гды пришельцы под себя. Теперь еще вот клешни тянут к Бйклу. К Сибири, к Ольхону, к тйге, к родительскому изнчльному поселению. Ну, тк их рстк, мы клешни-то им…»

Безрдостный ход мыслей Бродов нрушил Кобельборз.

– Прошу з мной, н инструктж, – влстно проскулил он, зевнул, дернул очень по-собчьи лпой и в темпе вльс, но с достоинством, нпрвился к зднию котельной.

Внутри не было ни котлов, ни труб, ни жр, ни пр, ни истопников. Людей вроде бы вообще не было. Был офис, пульт, не нш техник и хмурый ссурянин Джон.

– А, бртух, ты? – обрдовлся он. – Извини, было не предупредить. Никк. Бобик н деле окзлся знудой, педнтом, очковтиртелем и крьеристом. Вон ккое шоу нчльству устроил, взвод сервис-киборгов, гд, не пожлел. Ткой пойдет длеко, семимильными шгми, и по головм. Т-с-с, идет…

И действительно, откуд-то из недр котельной появился Кобельборз – уже не подзборным ликнтропом, брвым подполкном: при внушительной серьге, остром плше и спрвной муниции.

– Итк, гумноиды, прошу сдиться, – проскулил он, включил голопроектор и принялся учить уму-рзуму. Тк похожий, ткую мть, н друг человек…

Глв 8

Стоял летняя ночь, душня, измтывющя и опсня. Ветр не было и в помине, небо зтянули облк, но дже и через их плотный полог сине пробивлось солнце. Жркое, двойное, рдиоктивное, с грнтией убивющее нповл. Однко лицензировнным жителям Столицы солнце это было тьфу – они мирно спли. В своем кчественно экрнировнном, зрегистрировнном в ГлвГЭВЭНе жилье. По улицм ходили только Вивисекторы, бродили киберптрули д ездили уполномоченные Хвттели в своих кртельных оливковых бронетнкеткх. Сон укрыл крылом жемчужину Империи, ничто не угрожло жителям, в Столице было все спокойно.

Вот тк, все дрыхли, никто не устоял, всех взял в свои объятия Морфей, но только не Грнт. Глвный дорбийский Кормчий бодрствовл в об глз, был н посту и, естественно, бдил. Ну еще, конечно, думу думл, зодно ужинл. Поздно, но легко, в Розовой гостиной и в компнии. Собственно, кк в компнии – рядом с ним з столом трпезничл Зкдычный Зм, сбоку говели н бнкеткх Блюститель от юстиции и Глвсекреткорректор и уже в отдлении, н софе, дожидлись своего чс секретрши. Они же переводчицы, чтицы по губм, они же проверенные нуннчки. В количестве пехотного отделения. Рзговор з столом не клеился, ели в молчнии, првд, в охотку, ждли, когд же появится Бывлый Вивисектор, послнный еще с обед по делу. Делу секретному, госудрственной вжности, сугубо конфиденцильному, не терпящему отлгтельств. Смо собой, мокрому. А случилось тк, что пру дней нзд Бывлый Вивисектор знимлся делми, своими, вивисекторскими – ну тм экспорт-импорт крови, лимфы, оргнов, семени, желез. Ничего личного, корыстного, все, конечно, во слву Вседорбийской империи. И вот гумноиды центврские, с которыми Бывлый и вел дело, нмекнули тктично, однко же с нпором, что его хочет видеть один теплокровный. Крутой, кк поросячий хвост. Соврли – н стрелку пришли двое и холодных кровей. Это были репты из «Швх Гллх», суперглктической террористической оргнизции, во глве которой, по слухм, стояли Избрнные. А пришли они не просто тк, с иницитивой, и по сути дел, весьм козырной: негодяи предлгли бш н бш. Они, мол, берут н теркт этих тврей с Альдебрн, сволочей с Альтир и сучьих выкидышей с Веги, в ответ Вседорбийскя сторон отдет им льм-мтер ссуров. Вот тк, в тком рзрезе, все мирно, тихо, лдно и без понтов…

Бывлый Вивисектор был гумноидом основтельным. Он крепко подумл, прикинул хрен к носу, привтно посоветовлся с нчльством и нконец дл отмшку – добро, только деньги будут с пузой, внчле дйте стулья.

– О'кей, ноу проблем, – отозвлись негодяи, с ухмылочкми отклнялись и крепко нсолили супосттм империи, с тем чтобы нынче нмылиться в гости и попросить ответ н свой дурцкий вопрос: где, где все-тки он, эт обитель ссуров? И черт ли собчьего им в этой обители?

– Здерживются что-то, не идут. Может, что случилось? – Грнт между тем взял икры, нмзл ншпиговнную буженину и испытующе взглянул н Зм, ктивно общющегося с копченостями. – Этот Вивисектор твой и впрвду бывлый? Не нломет дров? Не нпорет косяков? Не подствит? Не подведет под монстырь? Смотри тм у меня!

– Смотрю, Вше Истинное Достоинство, в об глз смотрю. – Зм судорожно дернулся, молниеносно глотнул, вытер слфеткой губы. – Смотрю, слушю и повинуюсь и головой ручюсь з Бывлого – кремень, не подведет. Ну, уж если и подведет, то я его см вот этими мозолистыми, не знющими пощды…

В это время клцнуло, пискнуло, зрботл секретный мехнизм, и в полу, у смых ног Грнт, обнружилсь солидня дыр, из нее по пояс высунулся Глвкорректор дворцовой безопсности.

– Вше Истинное Достоинство, н периметре Бывлый Вивисектор и еще трое. Хотят внутрь. Дозволено ли им?

– Дозволено, дозволено, – цыкнул Кормчий зубом, подождл, когд зкроют люк и сделл легкое движение рукой, словно покусился н здоровье мухи. – Ап.

Этого было достточно – збренчл теллуриевя чешуя, ктивировлись системы подчи яд, и кртельный биомехнический гд припустил из своего угл к хозяину. Зшипел пронзительно, вызывя дрожь, поморгл орнжевыми глзищми и зтих, притулился, свернулся в брний рог, поместился под столом. Тк, н всякий случй – лишней безопсности не бывет. А тем временем пришл в движение дверь, и пожловл Бывлый Вивисектор, рядом с ним мели плщми пол трое двуногих в черных кпюшонх. Звякли плзменные резки, клцли боевые шпоры, гордо поскрипывли, внушя увжение, лзерные сервокобуры. Лиц окпюшоненных видно не было.

– Вше Истинное Достоинство, – с чувством, кк это и положено по этикету, респектнулся Вивисектор, – дозволено ли нм?

Окпюшоненные промолчли, но кивнули, првд, едв-едв, будто бы говоря всем своим видом – ну здрвствуй, здрвствуй, хрен мордстый.

– Дозволено, дозволено. – Кормчий проглотил плевок, мило улыбнулся, сделл гостеприимный жест. – Прошу, прошу. Зкусить с дорожки. Чем бог послл.

– Блгодрствую, – отозвлся вдруг один из гостей, сел, откинул кпюшон и взглянул н Грнт. – Ну-с, чем будете потчевть?

– Вот икорк… крп Ре. С ястыкми и молокми… Пряного зквс. Вот, извольте видеть, пенис тигр У… Блншировнный, в собственном соку… Вот… В общем, не стесняйтесь, кушйте, гости дорогие… – Кормчий побледнел, кк смерть, опустил глз, судорожно, словно бы борясь со рвотой, дернул горлом. – Мы вм звсегд… рды.

Понять причину его смущения было несложно – перед ним сидел репт. Причем не ккой-нибудь тм репт третьей ктегории, кои только-то и могут, что мокрушничть в Глктике. Нет, это был репт из Избрнных, жрец, посвященный и чродей, влдеющий гипнозом, оккультизмом, мгией и прочими тйными премудростями. Внешне же являющий собой стршную продию н нуннк – синее чешуйчтое лицо, крсные фсеточные глз, розово-безгубя прорезь рт. Это не считя нос, похожего н бклжн, огромных, лопухми, ушей и мощных шестиплых когтистых конечностей, облдющих чудовищной силой. А уж яд, хитростей, увертливостей и злобы…

– Уверен, гости дорогие, вм понрвится другое угощение, – с ловкостью вклинился в общение Зкдычный Зм, ушлый, многоопытный и тертый. – Момент, – усмехнулся он, положил икры н трелку и кинул безрзличный взгляд в сторону софы с секретршми. – Эй, кто-нибудь, сюд.

Мигом вскочил и подбежл одн, грудстя, тугобедря, в теле. Кормчий, видимо, любил плотных женщин… Репт из Избрнных тоже.

– Ближе подойди, – рспорядился он, взял пузу и мутно посмотрел, кк удв н кролик. – Рздевйся.

Тулет нстоящих секретрш обычно скор и упрощен. Двигясь, кк во сне, женщин избвилсь от блузки, опустил н пол юбку-клеш и, оствшись только в туфелькх и розовых чулкх, змерл покорной, н все готовой сттуей. Со стороны явственно кзлось, что он и ни жив, и ни мертв.

– Откормлення, – усмехнулся репт, сделл отвртительную гримсу и вдруг движением лпы вскрыл женщине живот. Словно прошелся скльпелем…

Срзу же подскочили окпюшоненные, крепко зфиксировли тело, Избрнный зсунул лпу в рну и нчл углубляться внутрь. Хмыкнул, понимюще кивнул Бывлый Вивисектор, глянул сльно н бедр жертвы привычный Зкдычный Зм, вздрогнули, охнули, зшлись беззвучным криком белые, кк свн, секретрши. И с облегчением вздохнули – пусть, сволочь, жрет, вось подвится. А Избрнный тем временем покоплся в рне, чмокнул с экспрессией, дернул плечом и вытщил окроввленную мтку. Взвесил н когте, трепетно лизнул и, мкнув в икру, отскусил половину. Зубы у него были мощные, острые, словно зубья пилы.

– Мтк с икрой, – все же взял себя в руки, н то он и президент, Президент. – А ведь это символично. Очень дже.

– Не столько символично, сколько клорийно, – вытер кровь н остром подбородке репт. – Эт вш сует полов меня ничуть не возбуждет. А вот хорошо поесть, – он мерзостно рыгнул, – это вжно. Впрочем, лдно, приступим к делу.

Он сделл жест окпюшененным, и те поволокли женщину прочь, подобную теплой еще, бездыхнной кукле, с безвольно волочщимися по полу ногми. В розовых, сексульно-журных чулкх, злитых до колен кровью. Тщили недолго, до угл. Бросили н пол, сняли кпюшоны и, добыв яичники, принялись жрть. Зрелище было донельзя омерзительное – чвкющие монстры, поедющие плоть.

– Ккие могут быть вопросы? Вот, кк договривлись. – Зм перестл жевть, переглянулся с Кормчим и вытщил пси-контейнер с кристлло-гологрммой. – Здесь все в полном объеме – сектор, геосистем, координты плнеты. Кк говорится, бнкуйте, бон вояж.

Губы его кривились в ухмылочке, пльцы бюкли теллуриевый нож, хитро прищуренные лчные глз нет-нет д и посмтривли н пирующих чудовищ. Сомнений нет, из ксты рептояров, этих плчей, сдистов, безжлостных чудищ. Вот бы тких нбрть н службу. Д побольше…

– Сектор и геосистем это, конечно, хорошо. – Репт из Избрнных взял контейнер, с улыбкой покрутил и положил н стол. – Сектор и геосистем это, конечно, слвно. А координты туннеля? Чтобы нм нпрсно не терять нше время…

– Координты туннеля? – переспросил Президент. – О кком тком туннеле вы говорите, увжемый? А, припоминю, тм вроде бы был один. Совершенно непролзный, зблокировнный предтелями. Был у нс изменник один, мршл Аллу, тк вот он, кнлья…

– Д лдно вм, достопочтимый, – перебил его репт. – У вс же послн туд деснт, вы поддерживете с ним связь. Интересно, кк? Не ндо пудрить мне мозги, держть з дурк и пытться объехть н мякине по кривой. А то получется кк-то скверно. – Он выдержл пузу, уствился н Кормчего, и крсные фсеточные глз его нлились огнем. – Мы вывели из строя хронокрут н Дзете, тк? Взорвли бзы скорчеров в Персее и в Гончих Псх? Угробили цвет нции в Пегсе и Альтире? А удр-комнды киборгов, зжренных н Веге? А субполк гврдейских роботов, ннигилировнный в Проксиме? А секретня, не подлежщя восстновлению мегпушк н Центвре? Рзве этого всего недостточно для дружбы, понимния, открытости и искренности? Для доверия, рсположения, взимовыгодной симптии? А? Что-то в сердце у меня копится скверный осдок, ужс, ккой тяжелый и до отврщения горький. – И репт, дбы покзть всю полноту своих чувств, прошелся когтями по крышке стол, отчего н поверхности остлись веские отметины.

«Вот сволочь», – огорчился Президент, глянув н испорченную полировку, однко ничего, виду не покзл, тонко и дипломтично улыбнулся.

– Ну конечно же, конечно. Кк же я мог збыть. Что-то с пмятью моей стло. Првд вш, увжемый, есть тм еще один кнл. Тк, зхудлый, пользуемся в случе ндобности. Нужды ккой. Млой. Эй, кто-нибудь, рсстрйтесь, живо координты сюд.

– Принято, Вше Истинное Достоинство, – Зм вскочил, изобрзил усердие. – Понято, прочувствовно и сделно. Вот, – сунул он руку в крмн и подл кристлл с координтми, – кк и было прикзно, Вше Истинное Достоинство.

Сделно это было нстолько мстерски, что Избрнный перестл переживть, взял координты, попрощлся и вместе со своими отчлил, только шпоры звякнули. Вот тк, по-хмски, дже и з хлеб-соль не поблгодрив…

– Н фиг мне нужн ткя дружб нродов, – с рдостью резюмировл Грнт, когд зкрылись двери. – Тких гостей з хрен и в конвертер. Нгдили, нпкостили, нсвинячили, мебеля угробили, в душу нплевли. Нечуткое опять-тки отношение к женщине, – зкшлялся он, вздохнул, поежившись, поцокл языком. – Ткя секретрш был, скзк, рпсодия, смк – огонь. А он ей мтку вывернул. Д еще и сожрл. Нет, я только чудом удержлся, чтобы не спустить н них змея, – пхнул он гд-кртеля, свернувшегося под столом. – Чтобы знли, сволочи, кк вести себя с приличными гумноидми.

Негодовл-то он негодовл, жутко сверкл глзми, однко же в душе был доволен – ур, дело сделно, тйм-ут взят – всей этой вего-льтир-льдебрнской сволочи крепко прижли хвост. Тк что время есть. Время не спеш собрться, вдумчиво подбить ббки и свлить. Туд, где нет ссуров, рептов, политического говн, мудк этого Зм, остывющих шлюх, лежщих прздно, без дел и без мтки. Хвтит, обрыдло, достло. А потом, к гдлке не ходи, все зкончится очень нехорошо. Коли появились репты – добр уже не жди. А знчит, ндо линять. Подльше. В свой рйский уголок. К ббм, хнумку, грмонии и тринопле. Много ли нуннку ндо для полного-то счстья…

Изрядно лет после Потоп

– Д, сколько воды-то утекло. – Тот хмуро посмотрел в иллюминтор, поежился, тяжело вздохнул. – А еще сколько остлось-то.

– Д, сыро, кк в пизде, – зметил Мочегон, осклился, фыркнул, рдостно зржл, случйно столкнулся взглядом с Нинти и мстерски включил дурк. – Прдон, мдм, прдон. Я хотел скзть, в вульве. У вс рзве не тк? А, многоувжемый мршл? – И он издевтельски кивнул сонному Энлилю. – Скжите, вше блгородие.

Конечно же, сонному, – от Междуречья до Мгн[53] не ближний свет. Особенно н грвикре – н плнетоидх-то уж и збыли, когд летли, горючего нет. Вернее, есть конечно, но с гулькин хрен. Поди-к попроси его у ждины Шмш…

– А пошел бы ты. Туд, где сыро, – достойно отстоял честь дмы Энлиль, почмокл, зсопел, поерзл в кресле и снов зхрпел во все звертки, блго грвикру было еще тщиться и тщиться.

Под теллуриевым крылом проплывло безрдостное: болото, трясин, зтопленные поля, рзлившиеся реки, не знющие берегов. Ведь кжется, уже сколько лет прошло с того чертов Потоп, голубя плнет все пребывл в бледном виде. Точнее, в мокром. Тк что приходилось биться з кждую пядь земли, знимться ирригцией, осушением болот, дренжировть притоки рек, строить дмбы и рыть кнлы. Хорошо еще, что имелся опыт[54], д и кждый – лулу ли, нуннк ли, – покзл себя гумноидом с большой буквы. Вот, к примеру, Птх-Исимуд. Потеряв все – ктивы и дворцы, он не пл духом, не скис, не предлся черной постыдной мелнхолии – нет, ншел в себе силы обмнуть судьбу и всецело удрился в рботу. А с его-то связями, нстойчивостью и хвткой. Вскоре в мссх уже сложили о нем гимн:

Чтобы землю зщитить, вокруг возвел могучую он стену.
Рсклывет жезлом горы;
Кменные глыбы н плечи поднимет, дом из них он строит…
Рзлившиеся воды собрл он воедино;
Те, что рссеялись в горх.
Собрл и в Тигр нпрвил.
От вод высоких он пхотную землю осушет.
И вот – все н земле хвлу воздют Исимуду.
Господину суши.

От Исимуд не отствл и Нинурт, о нем в мссх пели:

Он глвный осушитель топей и овргов.
Нинурт, гордость Междуречья, судьбу провозглшет;
О, блгостня земля, д будут здесь высокие деревья.
Деревья, что в горх рстут.
Пусть троном слвятся твои роскошные дворцы.
Д вырстет тростник высокий здесь.
Тростник, что рос в горх…
Пусть тучные быки плодятся.
Быки, что с пстбищ гор спустились…
Достнет злтом серебро твое.
Иметь не хуже будет олов и бронзы.
Пусть множится нрод твой;
Нинурт пусть вперед стремится, кк упрямый бык.

Тот, кк истый посвященный, шум не любил, потому без всяких тм песен вывел сорт зерн с тройными хромосомми, дл лулу ярмо, быков и плуг и окультурил клубневые рстения. Попутно он собрл Совет Богов, стл тм глвным, то есть первым среди рвных, и нвел теллуриевый порядок по теллуриевому же принципу: диктум – фктум[55]. В мссх, кк Тот ни противился, все же пели, првд, вполголос:

Стрниями Его, Влдыки Междуречья.
В овчрню поместили существо, что шерсть дет.
Зерно, что урожй приносит, опустили в землю.
Рсчистили же для посевов место.
Рбочим ярмо и плуг вручили…
Пстух овец рзводит в изобилье;
Во множестве рождют женщины детей.
Н поле вств, взор поднимет к небу;
С небес н землю изобилие нисходит.
И существо, что шерсть дет, и хлеб возделнный
Рождются в избытке.
Скоплению людей нстли времен досттк.
Д слвится в векх отец нш Тот, крс Земли
Черноголовых.

Грвикр тем временем сбросил скорость, плвно снизился, вздрогнул и звис – прибыли. Внизу лежл Центрльный комндно-укзтельный Мгнский комплекс, но боже мой, святя богородиц, в кком же виде! Мягко говоря, в плчевном. Грни Укур[56] и двух прочих пирмид потускнели, нтенны были смыты водой, Сфинкс, жлобно выглядывющий из-под грязевого покрывл, утртил позолоту, крску и рог. И все это н фоне болот, трясины, стоячей, угрюмо-мутной воды. М-д.

– Нельзя ли пониже? – скомндовл Тот. Шмш посмотрел н Орл, и грвикр послушно пошел вниз, прессуя подушку пси-поля. – Теперь десять грдусов н север, – опять подл голос Тот, и все срзу поняли его – мшин нпрвлялсь к Сфинксу. Гигнтскому, высеченному из кмня монстру, зпечтлевшему в своих чертх обрз Ан. Великого нуннк, живейшего из живых. Мудрейшего, достойнейшего, не ведющего стрх. Если бы не он тогд н звездолете… Д и вообще…

– О, учитель, – глянул в смотровое стекло Тот, встл, понурился, отвесил поклон. – О, великий…

– Ты гля, Утес в нтуре, – прослезились уже вмзвшиеся Крсноглз и Мочегон. – Ну, сук, бля, тринопля.

– Ппо, ппо, – тоже прослезилсь Нинти, всхлипнул и резко обознчил свой сттус. – Твоя мленькя дочк помнит о тебе. И любит…

– Тк же, кк и твой сынок с внучком, – рдуясь, что Энлиль спит, с живостью поднялся Энки, с видом великомученик вздохнул и швркнул по плечу Гибил, плотно общющегося с бржкой. – Положь, сволочь, флягу и вствй. Теперь кончй склиться и клняйся двй. Д не мне, придурок, не мне. Деду своему легендрному клняйся…

– Ой бтюшки, ну и чудо-юдо, – глянул в иллюминр Анту. – Господи, стрх-то ккой. Видел бы покойник Ан, он бы не стерпел, не допустил. Кремень был, ндеж, скл. Ну вот кк эт, только без крылов…

– Эх, хорошо лежит, – одобрил Исимуд, вытщил пси-сенсорный бинокль и принялся осмтривть окрестность н предмет диструкционных изменений. – Д, поймистый был, хвткий нуннк. Очень удивительно, что не хербей… Тк, эрозия… Гм, коррозия… Д нет, думю, ничего стршного, необртимых изменений не нблюдю.

– О, учитель… О, великий, – вытер скупую слезу Тот, сел, мрчно посмотрел н рулевого. – В Гелиополь двй. Трогй.

Глухо зурчл мотор, пискнули генерторы пси-поля, плвно ушел вниз, н мгновение зстыл и полетел нзд кменный Ан. А впереди в полнейшем безобрзии уже виднелсь могучя рек – своенрвня, полноводня, двно збывшя про берег. Совершенно рспоясвшийся, немерено рзлившийся Нил. Где луг с непугными нтилопми, ромт кций и птичьи трели. Теперь – только мутня вод, торжествующее скопище пернтых д рулды мирид лягушек. Крй грмонии, неги и крсоты после Потоп превртился в болото.

Грвикр между тем выполнил мневр, рзвернулся, сбросил скорость и зстыл, внизу лежл Гелиополь. Город-хрм, город-сд, город-солнце. Вернее, то, что от него остлось. Стихия погулял здесь от всей души, рзрушив большинство здний и укутв руины толстым слоем нносов. Словно грязным свном.

– Д, – Тот прищурился н экрн обзор, горестно вздохнул и ощутил потерянность в душе – все, все к чертовой мтери, все муркоту под хвост, столько труд пропло дром. Не остлось ничего – ни хрм Ан, ни Библиотеки, ни Обсервтории, ни бнь, ни водопровод, ни лбзов, ни зернохрнилищ, ни сдов. И его, Тот, дом, двухэтжный, с колоннми, из рмировнного кирпич, тоже стл грудой мусор, похороненной под грязью. Эх…

– Ну что, господ нуннки, ккие будут мнения? – спрвился он с собой, кшлянул и превртился в прежнего Тот, мудрого и волевого. – И, кто-нибудь тм, рзбудите Энлиля, этк он все мозги отоспит.

– Отсыпть уже нечего, – живо отликнулся Гибил и вроде бы по-родственному, однко же, встряхнув все внутренности, похлопл Энлиля по мощному плечу. – Дядюшк, подъем, у вс пожр в доме.

Подействовло. Срзу.

– Мнением уже вроде выржлись, – отозвлся Крсноглз, ухмыльнулся Мочегону и с удовольствием взглянул н шрхющегося Энлиля. – Сыро, кк в пизде. Когд-нибудь д просохнет…

– И долго ты ждть думешь? – спросил Нинурт. – Амелу плодятся, кк мртовские муркоты, жрть скоро в Междуречье будет нечего. Без освоения новых регионов пропдем.

– Ну тк и двй, бртелл, освивй, – рссмеялся Мочегон. – Кто у нс, блин, пбилсг[57], Полный Орел и мршл в нтуре? А мы тким делм вовсе не обучены и кроме мордобития никких чудес.

– Д я бы рд, только никк, – срзу сник Нинурт. – Лрк ндо поднимть, исконную родовую вотчину. Н светлую пмять Хозяин нплевть никк не могу[58].

Ловко отмзлся, с чувством – и впрямь Полный Орел.

– А я возьмусь, пожлуй, – взглянул н Тот Исимуд. – Опыт есть, кдры тоже. Проверенные кдры. Шурин своего Зяму, тьфу ты, Шу, возьму, сын его Осю, вот черт, Геб, подключу. Никк, мть его ети, не могу привыкнуть к новым именм.

Д, похоже, бури и ктклизмы сделли из бедного Исимуд хронического трудоголик.

– Ну вот и отлично, – возрдовлся Тот. – А вы говорите, влжность, кк в вгине. Шмш, дружище, двй-к домой.

– Не ссы, лягух, болото сухо, – громко, ни к кому конкретно не обрщясь, объявил Гибил, фыркнул и сделл знк Энлилю: – Дядюшк, ку-ку. Кк сплось?

Знк был очень неприличный, сексульного свойств.

– Я те покжу, сволочь, ку-ку, – грозно отрегировл Энлиль. – Вот погоди, сядем, костями срть будешь.

– Когд мы сядем, ты у меня ляжешь, – не дл сын в обиду Энки. – В свою любимую позицию, н брюхо. А сейчс зткни лучше псть.

Нзревл, кк нрыв, очередня дрк, однко Тот не вмешивлся, молчл, ибо мыслями был длеко – в горх Тибет. Тм молодой, но перспективный посвященный Рм вовсю уже освивл нследие ссуров – изучл их хрмы, рсшифровывл язык, углублялся в тйные подземные коммуникции. И теперь, блгодря трудолюбивейшему Птху, можно будет отпрвиться туд и приникнуть к этой сокровищнице, к этому клдезю знний, потому кк знния – это сил, истиння мудрость бесценн…

Скользил грвикр, урчли моторы, тянулись болот под крылом. Анту все смотрел в трелку иллюминтор, кчл головой и вслух выржл неудовольствие:

– Ну и грязнот. Ну и мокрот. Стрх. Эх, был бы жив покойник Ан, он бы не стерпел. Он бы не допустил. Потому что был кк скл…

Много лет спустя

– Прошу сдиться. – Тот влстно кивнул, поперхл горлом и первым сел з т-обрзный, првильно нкрытый стол. – Итк, нчнем.

Првильно – это с икоркой, рыбкой, буженинкой, крсным и белым, томленым и печеным. И конечно же, с курительницми, в коих дымилсь тринопля.

– Д, дело не терпит, – скзл Шмш. Крсноглз икнул, Мочегон взглянул н крп Ре и облизнулся, Имхотеп, Тммуз, Гиссид и Нинурт промолчли. Слово-то оно, кк известно, кубббр, молчние – золото. Особенно когд слов нормльных уже и не остлось, есть только ругтельные – по-черному д по мтери.

Дело происходило в Ниппуре, в святилище Тот, в Глвном Скрльном Зле Пмяти Ан. Все кк положено – гигнтский рзмх, резные колонны, идейно-величественно-воспиттельные брельефы н стенх. Центрльное место знимл композиция «Ан, Тот и муркот». Ан, смо собой, могучий и добрый, муркот осклившийся и верный до конц, Тот тихий, здумчивый и кк бы не в себе, с любовью обвивющий зверюгу з шею. Горели священные огни, отржлись от позолоты и полировки, курился блговонный черный дым, клубми поднимлся к потолку. Обстновочк был торжественной, возвышенной, нстривющей н прекрсное. Смой рсполгющей.

– Знчит, тк, – нчл Тот и вилкой згрпунил ломтик рыбы. – Проблему муссировть нет смысл, все в курсе. Прошу выскзывться, и по существу. Жду конструктивных предложений.

Вся пищ в хрме был блгостной, деликтеснейшей и преисполненной грмонии. Совсем ткой, один в один, кк любили ее Ан и муркот.

– А че тут особо думть-то? – хмыкнул Мочегон и ловко ткнул ножом в брний бок. – Кончть гд. Покзтельно и мучительно. Медленно и печльно. Чтоб другим было неповдно.

Они сидели ввосьмером в мужской компнии, без хнумк, игрищ и бб, ткже прочих излишеств. Д и ккие тут могут быть ббы, когд идет собрние Центрльного Совет, причем не просто Центрльного Совет, Глвсовет его Стрейшин. Богов нимудрейших, провереннейших, слвных, с достоинством определяющих релии мир. Сейчс же речь шл о Мгне – Поднятой земле, черт бы ее дрл. Дел н берегх Нил шли плохо, из рук вон. Внчле кто-то привязл з хвост кобру в купльне Птх, и т ужлил его в пх, с летльным исходом. Не успел его шурин Шу взять зконную влсть в свои руки, кк ослеп, оглох, потерял все волосы и отпрвился в рй – кто-то трвнул его ядом из беллдонны, крысняк, ртути и клистого циния. Кто-кто – скоро стло ясно, что это сынок его, Геб. Тот, окзывется, влюбившись в свою мть, крсвицу Тефнут, изнсиловл ее, отрвил отц и, зняв его трон, возомнил себя пупом земли: вот уже месяц с лишком кк не зсылет в общк. Более того, всех гонцов и доверенных шлет без рзговоров н хрен. А в Египте-то сейчс смя лф, месор-месяц[59], собирют, небось, к гдлке не ходи, очередной урожй. И все – мимо кссы.

Д, кк-то очень нехорошо было тм, н берегх Нил. Впрочем, здесь, н берегх Тигр и Евфрт, было тоже не очень – стбильность в регионе подрывли н корню дрчливые нследники Ан, к тому же невероятно похотливые. Собственно, гиперсексульный мотив был здесь из основных – Нинти спл со всеми, и не всем это сколько-нибудь нрвилось. Энки бешено ревновл ее к Энлилю, Гибил – к Нннру, Мрдук – к Ишкуру, в результте чего возникли дрки, потсовки, свлки и побоищ. В людных местх, в рбочее время, кровво-трвмтичные, с применением колюще-режущего. Причем дело уже не огрничивлось мсштбми семьи – оргнизовывлись пртии, клубы по интересм, сборищ энтузистов, кодлы, грядки, бнды. Все Междуречье теперь уже не пхло в поте лиц, , рзбившись н дв фронт, выясняло отношения. И если глянуть в корень, из-з чего? Из-з ккого-то тм слизистого, вибрирующего кнл, в котором постоянно сыро? С этим нужно было немедленно кончть. Решительно и бесповоротно. Рз и нвсегд. А инче кнл этот окжется стршней Потоп…

– Отличня мысль, – одобрил Крсноглз, рыгнул и щедро положил себе копченой оленинки. – А зтем, когд рулить в Ебипте будет некому, мы и здвинем туд нших клоунов. Одного вниз, в Дельту. Другого нверх, к Порогм[60]. И пусть побеждет дружб. А с поблядушкой этой ндо поговорить. Крепко. Чтобы не совлсь. Вернее, чтобы не совл. В Ебипет же съезжу лично и нпомню кое-кому, что общк, блин, в нтуре, это дело святое. Мочегон, Тммуз, Гисид, корешки, вы со мной?

А с Нинти рзговривть н следующее утро отпрвился Тот. Причем рзговривть не крепко, по душм, дбы не нломть дров, не нпороть косяков, прийти к консенсусу и желтельно млой кровью.

Нинти жил скромно, вместе с мтерью. А ткже с прой слуг, полудюжиной служнок, повром, кулинром, звхозом и упрвляющим. В ккуртном кменном домике – двухэтжном, с колоннми, крыльцом и брельефми, очень похожим н тот, сгинувший в Гелиополе.

– А, Тот Ибисович, ты, – обрдовлсь Анту, зеленя, кк привидение. – Ну, кк живешь-можешь? Кк здоровье? Кк стул? У меня с трудом, одолевют гзы. Ты только послушй, кк в брюхе-то урчит. Опять-тки вздутие кишок. А повр, гд, не у плиты, он у Нинти, сучки, все в постели. Ох, был бы жив покойник Ан, он бы не стерпел, он бы не допустил. Потому кк был кк скл. Тот Ибисович, пмятью его зклиню тебя поствить мне клизму. Ты ведь по этой чсти глвный специлист.

– Попробуйте внчле уголь. А тм будет видно, – содрогнулся Тот, тяжело вздохнул и двинулся н половину Нинти. – Из город никуд не уезжйте, еще поговорим.

Вынырнул из тмосферы богдельни и окунулся в негу блговоний, кк будто бы попл н церемонию в хрм – величественную и торжественную. А это и был церемония, впрочем, без нмек н тинство – Нинти принимл внну. Собственно, кк внну – пленительня, в чем мм родил, он плесклсь в небольшом бссейне. Тут же стоял служитель лулу, жрл свою хозяйку глзми и резко выделялся цветом кожи н фоне лебстровых стен. Черное н белом – сексульное, мускулистое, готовое н все.

– А, дядя, ты? – отрегировл Нинти, легл н спинку и помхл в воздухе точеной ногой. – Может, побрхтемся н пру? Тебе нрвится по-собчьи?

Тон ее был двусмыслен, интонция похбн, стройня ножк – верхом совершенств.

– Д нет, дочк, ндо бы поговорить, – срзу же нбрл дистнцию Тот, – чтобы потом, не дй бог, до дел не дошло…

К Нинти, кк бы тм ни было, он относился хорошо. Во-первых, умн, во-вторых, крсив, в-третьих, и это смое глвное, плоть от плоти Учителя. А то, что не в меру любвеобильн и слб н передок, тк это от избытк гормонов, от здорового естеств, от крепкой, несомненно в Ан, сексульной оргнизции. Ведь если глянуть в корень, без хнжеств и лживых догм, кждя нормльня женщин по сути своей блядь, и все звисит только от случя и обстоятельств. Другое дело, если половя жизнь нчинет осложнять жизнь в социуме…

– Ну, рз не хочешь по-собчьи, тогд можно и поговорить, – усмехнулсь Нинти и без тени смущения подлсь из воды, тело у нее было восхитительно глдким, кк стекло, полностью, по трдиции, лишенным рстительности. Срзу же к ней подскочил мускулистый, нбросил полотенце, почтительнейше зстыл и, получив прикзние в виде быстрого кивк, принялся бережно вытирть свою хозяйку. С чувством, стртельно, трепетно, не спеш, похоже, это очень нрвилось им обоим.

– Я не буду читть тебе морли, дочк, – тихо и по-нуннкски нчл Тот. – Твоя личня жизнь – это твоя личня жизнь. Только вот в последнее время он нчинет вредить общественной. Думю, тебе лучше уехть.

– Вот кк? – удивилсь Нинти, хмыкнул, кчнул головой и подошл к смшитовой, с инкрустциями, лежнке. Бросил полотенце, устроилсь н животе, сделл знк своему мускулистому. – И куд же, если не секрет?

– Подльше от Энки и от Энлиля. Подльше от всех прочих входящих. Подльше от Шумер и Междуречья. – Тот дружелюбно подмигнул. – Туд, где тебя еще не знют и не нзывют, извини меня з резкость, блядью и шкурой из Совет Богов. Место обитния в первом приближении я тебе уже присмотрел. Немного порботть рукми, и тм все будет, кк в той скзке:

В долинх зелень буйня произрстет.
Н холмов же склонх вин и мед будет урожй.
И вырстут зблум-деревья и смшит.
А н вершинх сд рскинется фруктовый…

Между тем служитель Нинти подошел к лежнке, умстил мслми тело госпожи и принялся с экспрессией рботть ручкми – мять, поглживть, постукивть, трепть. Причем, кк срзу зметил Тот, ручкми весьм шловливыми – то, что он творил, было не очень-то похоже н мссж, вернее, это был мссж специфический, сугубо эротический. Вернее, откровенный петтинг.

– Ах, дядя, – Нинти тяжело вздохнул, вздрогнул, судорожно выгнулсь в спине, – я тк боюсь стрости. Дряхлости, ветхости, змшелости. Времени, когд з глз меня будут нзывть не блядью, коровой. Строй, вонючей, никому не нужной коровой. А время это, дядя, увы, не з горми, вкцины-то ведь уже больше нет, чего нельзя скзть о гене. Вот я и живу нстоящим, н всю ктушку, считя, что день без оргзм прошел впустую. Дром, нпрсно, зря, – Нинти вдруг змолчл, всхлипнул, встл рывком н четвереньки и уже в экстзе, не влдея собой, громко зстонл от нслждения – д, похоже, нынешний денек нчлся для нее кк ндо.

– Лдно, дочк, пок. Дй-то тебе бог, – не стл мешть действу Тот, резко зсобирлся и уже н улице, в носилкх, улыбнулся ходу своей мысли – ведь это идея. Коров. Буренк. Телк божьей милостью. Священня, скрльня, символизирующя плодородие. Родившя, допустим, солнце, звезды, месяц и чего тм есть еще. Рог ей, трибутику, легенду подлинней, и все, извольте бриться, культ, в общем, готов. Тот смый, тройной очистки, хнумк для нрод. Кк тм по мгнски-то коров? Хтхор? Очень хорошо. Остлось теперь только определить ее в стойло. Д, честно говоря, не ткое уж это и стойло – зброшенный комндный пункт н космодроме в Тельмуне[61]. Не рйское, конечно, место, не долин в Междуречье, ну д ничего, Нинти не дур, выживет[62]. Пусть, пусть порботет ручкми, ножкми и головой, не одним только оргном своего млого тз. Не слизистым кнлом – серым веществом. Тк думл Тот, устроившись в носилкх, мерно рскчивющихся в ткт шг рбов, см невольно чувствовл презрение к себе. Рм и Имхотеп тм, в горх Тибет, срывют покровы с Тйны всех тйн, он, увы, здесь, погрязнув в рутине, копется в вопросх н уровне лобк. С другой же стороны, кто будет копться-то? Великий Воин Нинурт? Мокрушник Мочегон? С ходу выворчивющий мтки и кишки Крсноглз? Или зсевший в своем Орлином логове Шмш, взирющий н все с высот Кедровой горы[63]? А копться ндо, необходимо, и кк можно глубже, причем со всей возможной тщтельностью, решительностью и нпором, ибо речь идет о деле, нчтом Великим Аном. Великим нуннком, Учителем, Предтечей. Пмять о котором предть, суть втоптть в грязь, ни з что нельзя. И в первую очередь ему, Тоту, обязнному Ану всем…

Лсково светило солнце, ветер трепл листву, мерно покчивлся, думл о своем Тот, Посвященный и Мудрец. Мысли его были возвышены, сильные руки чисты, доброе сердце горячим, лыся голов холодной. Словно горный, кристльно прозрчный, хрустльно звенящий ручей.

…И вот злобный Сетх стл готовить зговор. В число зговорщиков вошли цриц Эфиопии Ассо и с ней еще семьдесят дв сообщник, недовольных првлением Осирис. Сетх тйком измерил рост брт и по этой мерке изготовил роскошный деревянный сркофг, укршенный золотом и кменьями. Когд сркофг был готов, Сетх и остльные зговорщики устроили звный пир, н который приглсили и Осирис.

В рзгр прзднеств Сетх велел принести сркофг и поствить н обозрение пирующим, дбы гости могли полюбовться. Все стли нперебой выржть восхищение великолепным изделием. Тогд Сетх кк бы в шутку скзл: «Ложитесь по очереди в этот сркофг! Кому он придется в пору, тот и получит его в подрок». Зговорщики стли по очереди ложиться в этот сркофг, но для одних он окзывлся слишком велик, для других чересчур мл, для третьих слишком широк или слишком узок. Нконец подошл очередь Осирис. Ни о чем не подозревя, он лег н дно сркофг. В тот же миг зговорщики зхлопнули крышку, обвязли сркофг ремнями, отнесли его к реке и бросили в воду. А произошло это н двдцть восьмой год црствовния Осирис, в смый первый его день…

И вот однжды Сетх отпрвился н ночную охоту в Дельту и тм, бродя по кмышм, случйно нткнулся н сркофг. Он рзвязл ремни, откинул крышку и, увидев мертвого Осирис, пришел в ярость. Изрыгя проклятья, злодей выхвтил меч, рзрубил тело брт н четырндцть чстей и бросил их в воду. Позднее жен Осирис Исид собрл их все, кроме фллос: его съели рыбы – оксиринх и лепидот. С тех пор египтяне считют этих рыб священными…

Скзки Древнего Египт.

Еще много лет спустя

Шел третий день Прздник Летнего Солнцестояния, близился рссвет, ритул перерождения Великого Осирис был в смом рзгре. Меж огромных, покрытых росписью колонн струился блговонный дым, звучли кимвлы и шушн-удуры, во внутреннем дворе Абидосского хрм двли волнующую мистерию. Внчле Р под видом Муркот по полной рзбирлся с Апопом[64] – кромсл его цветстое, из пльмовых волокон тело огромным теском. Содействовли ему в этом пнтер Мвдет, волчр Упуйт[65] и резко положительный змей Михент. Зтем Тот в обличье пвин пронзл копьем чудовище Мгу, помогли ему в этом Шу, Геб, Осирис и см Птх. Действо зворживло, нрод впл в экстз, от многотысячной толпы рзило пивом и потом. А еще чесноком… Д, скоро, скоро н небе появится Сху, вслед з ним с восходом Солнц взойдет Сотис, и в Египте нчнется Новый год, который принесет блгословенный рзлив Великой реки. Со всеми вытекющими блгоприятными последствиями[66].

«Ну и жр. Ну и вонь, – Энки выруглся про себя, горестно вздохнул и с бережением, чтобы мссы не зметили, пошевелился н троне. – Вот, блин, жизнь. Жоп кк не родня, отсидел. Тк и до просттит недлеко».

Строго говоря, в бедственном положении нходилось не только его седлище. Голов, увенчння короной Хеджет[67], гудел и был словно теллуриевя, тело в црских, с збом[68], одеждх взопрело, кк мышь, руки в кольцх, брслетх и перстнях утомились держть эти чертовы трибуты[69]. Ткие вот голимо скрльные дел – мистерии и хнумк для трудового нрод. Придумли, рсткую мть, херню, ни вздохнуть, ни пернуть. Вернее, не придумли – придумл. И ведь не дьявол же, не Стн, не Вельзевул – он, он, Ярчйший Светоч Рзум, Мудрейший Среди Мудрых. Достопочтенный Тот. Вон он, пскуд, притулился в сторонке, в компнии херихебов[70] и верхних жрецов, вместе с Иерофнтом и Стрейшиной Зл опускет эрптов н долю млую в хрм. А что ему? Приехл, поштлся, проинспектировл Сокровищницу, поездил по ушм и блгополучно свлил. Конечно, блгополучно, н плнетоиде-то лф, это вм не по Нилу-реке вниз н прусной тяге. Шмш небось горючее ему без крик нливет, по смое по некуд, лишь только подмигни, тут уже полгод кк до Нинти не добрться, и спинным мозгом чувствовть, что трхет ее Энлиль. Сволочь. Гнид. Пдл. Бловень судьбы. Во всем. Ведь дже тогд, при жеребьевке, ему достлся Нижний Мгн – Черня конкретно земля[71], плюнь – и что-нибудь д взойдет. Что, что… Просо, пшениц, полб, ячмень, овощи, бобовые, рзноцветный лен[72]. А систем мощеных дорог? А обширные охотничьи угодья? А прямой – торгуй, не хочу – выход к Средиземному морю? Это не считя фнтстических климтических условий, позволяющих снимть по три урожя в год[73]. Тк что хрен большой и толстый в обе руки – нет н свете счстья. Спрведливости тоже, блин, нету. Есть только имя, сосвтнное Птхом, до жути символичное, н мгнский мнер. Действительно, ведь тк и получется – ндо усрться и не жить[74]. Д, перспективк хоть куд. Еще хорошо, что…

Однко подумть о чем-нибудь хорошем Энки не дли – подл голос Гибил, сидящий по соседству.

– Бтя, бля, ну скоро тм еще? Ссть хочу, не могу, сейчс под трон потечет.

Трон у него был свой, золоченый, с збом, но похуже, чем у Энки, голос осипший, хриптый, срзу слышно – с перепоя, и жестокого. Хорошо еще, что говорил он с чинной, приличной интонцией, тишком, не меняя положения лобстой, декорировнной короной головы. Кк это и положено принцу.

– Говорено лее тебе было по-нуннкски – пив этого чертов не жрть, – сквозь зубы зшипел Дмкин[75], кчнул золоторогой головой. – Господи, у всех дети кк дети. А здесь… Нет, лучше бы я тогд сделл борт… Я тебе, чертов сын, нссу…

Он был тоже при короне и н троне, шипел, словно очковя змея. Происходящя церемония ей ужсно нрвилсь.

– Терпи, сынок, терпи, – по-доброму отозвлся Энки, – дыши животом, рсслбляйся, думй о чем-нибудь глобльном. О вечности, о Космосе, о грмонии, о времени, о течении жизни. Держись, будь мужчиной, не дй сфинктеру взять верх…

А тинство тем временем шло по нрстющей – все гуще клубился дым, все громче звучли ритмы, все явственней стновились зпхи. Нконец н востоке нд горизонтом появилсь лучезрня Сотис[76]. Дружно, с новой силой грянули шушн-удуры, ззвенели кимвлы, взвизгнули цевницы, и ликующя толп пл н животы. В церемонии остлся зключительный штрих.

«Ну, господи, блгослови! – Энки вытщил из кобуры блстер, снял с предохрнителя, с тщнием взял прицел. – Я спокоен, я спокоен, я совершенно спокоен. Я уверен в себе, я уверен в своих силх, я смый лучший. Моя рук тверд, глз остер, нервы теллуриевые, теллуриевые, теллуриевые. Только не промхнуться, только не облжться, только не пульнуть в белый свет, ки в копеечку. Тот не простит, в Совете покроют мтом, Шмш не отвлит топлив, Нинти будет спть с Энлилем…»

Ему предстояло явить чудо – поджечь внушительную, нлитую до крев горючей смесью емкость, дбы этим символизировть нчло год. Внушительную-то внушительную, однко и рсположенную черт знет где, н верхотуре пилон – ближе что, сукины дети, поствить не могли? Что, блин, ткую мть, не позволяет религия?

– Ну, помогй нм Аллх. – Энки сконцентрировлся, здержл дыхние, мысленно и энергетически устремился в цель и во время пузы между пульсциями сердц с плвностью, кк и полгется, ндвил н спуск. – Хурр!

Вспыхнуло, грохнуло, проехлось по ушм, дло по глзм, ндвило н психику. Попл!!!

«О, шйтн!» – восхитились мссы, снов упли н живот и простерли руки к высокому пьедестлу, н коем и рзмещлся Энки с семейством.

– О, Осирис! О, Исид! О, великолепный Хор!

Близко, однко, никто не подходил, все держли дистнцию. Д и кк тут подойдешь, когд бдят львы, могучие мджи, жреческя гврдия и свирепые шмсу-хоры[77]. Н фиг, себе дороже – от богов лучше подльше, к котлу поближе. Если зхотят – услышт.

Нконец тинство зкончилось, Новый год нстл. Мссы подлись в поля, эрпты – отсыпться, Нил-кормилец – вон из берегов. Собрлся в путь-дорожку и Тот.

– Ну-с, – скзл он Энки н прощние, – держишь линию, хвлю. Будет тебе топливо. Но не сейчс, чуть позже. Когд сдшь недоимку з прошлый квртл по просу. Ну все, привет семье. – Он улыбнулся, лсково кивнул, погрузил контейнер с дрми, сел н плнетоид и свлил. К гдлке не ходи, нмылился в Тибет – копться в этой своей змечтельной премудрости ссуров. Горючее не горючее, форсж не форсж – умчлся, кк нскипидренный.

«Д, когд муркоту делть нечего, он яйц лижет», – глянул Энки плнетоиду вслед, сплюнул, вяло выруглся и отпрвился в опочивльню – к Морфею под крыло. Однко выспться кк следует, то есть до обед, ему не дли – ндо было подымться, омывться и делить святые хлеб. Воз и мленькую тележку, выше крыши, н всех блгополучно здрвствующих жителей Египт. Еще слв богу что теплые, только что из печи[78]. «Ну, жизнь», – фргментировл крви Энки, ярился, обижлся н судьбу, Верховный Иерофнт, сук, все никк не унимлся, знй подтскивл себе целые хлеб. Гд. Нконец роптть и злиться ндоело, Энки с усмешечкой вздохнул, выруглся, откусил от блгодти и нчл в крскх предствлять, что будет делть, когд весь этот выпечной кошмр зкончится. Все, хвтит хлеб, нстнет очередь зрелищ: он устроит себе прогулку н лодке. Пусть принесут ему двдцть весел из эбенового дерев, отделнного золотом, с рукояткми из дерев секеб[79], отделнными светлым золотом. Пусть приведут к нему двдцть женщин, у которых крсивое тело, крсивые груди, волосы, зплетенные в косы, и лон которых еще не были открыты родми. И пусть принесут ему двдцть сеток[80]. И пусть эти сетки отддут этим женщинм, после того кк с них будут сняты все одежды. И пусть эти женщины нденут сетки, сдятся в лодку, берутся з весл и медленно везут его по глди озер, в зросли кмыш гизи. Вот это будет гребля тк уж гребля…

Однко, промявшись с хлебми до обед, Энки понял, что стоит н ложном пути. Что они могут, эти придворные крсвицы, послушные, нпоминющие зхвтнный, много рз уже прочитнный ппирус. Нет, гребля, пусть дже и групповя, не принесет отдохновения душе, не прольет волшебного бльзм н сердце, не ослбит нпряжение нтянутых, судорожно вибрирующих нервов. Нет, нет, тут требовлось нечто особенное, экстрординрное, с грнтией способное рзжечь огонь в устлых чреслх. Д тк, чтобы никкой копоти. И мысли Энки срзу устремились н север, в хрм блгочестивого Мин, рсположенный где-то в двдцти схенх от древнего Ахмим[81]. Собственно, кк хрм – зведение с девочкми, ктивисткми культ, продющимися з идею. Впрочем, взять в ренду и без всякого труд тм возможно было еще и мльчик, и бобик[82]. Кк говорится, н вкус и цвет… А содержл зведение, то бишь был верховной жрицей, полухербейк мдм Ассо, внучтя вод н киселе светлой пмяти Птх. Однко это было не глвное, глвное зключлось в том, что среди жриц-удрниц, поддерживющих культ, был одн – рыжеволося крсвиц Нхер. Сттью, мнерми, упругостью груди один в один похожя н божественную Нинти. А в полумрке, в позе прчки, д еще со спины и вообще не отличить. Нинти, Нинти, конкретня Нинти… А честно говоря, Энки и не пытлся – едв его желния совпдли с его возможностями, он всеми силми души стремился в обитель Мин. Вот и нынче, плотно зкусив и поигрв в сенет[83] н щелбны с Гибилом, он вызвл стршего своей охрны ужсного громилу Имхуэмнх. Это был мощный, гбритми с дверь, лысый полукровк лулу, н поясе он носил дв кинжл, н людях – мску в виде птичьей головы, среди своих, в особенности подчиненных, шутливую кликуху – Блженный. Впрочем, шутки шутить с ним особо не хотелось – вмжет, добвит, и будет не смешно…

Энки его не здержл – с ходу отдл прикз.

– Д, мой господин, повелевй, – бодро проревел Имхуэмнх, стукнул об пол коленом, поднял в воздух првую руку, левой удрил себя в грудь. – Все будет сделно, Влдык Двух Миров. Д будет твой блгословенный К облскн смим созидтелем Птхом.

И действительно – скоро Энки уже плыл по рзливющемуся Нилу. Только, боже упси, не н прдном судне – величественном, золоченом, с рзвевющимися стягми. Нет, Имхуэмнх, кк и было велено, снрядил в дорогу обыкновенную лодку, обшрпнную, низкобортную, с зплтнными прусми. И гребли двумя рядми не дворцовые крсвицы, ядрено-крутобедрые, в одних лишь только сеткх, нет, веслми рботли зковнные рбы с отрезнными под корень – чтобы никких тм утечек – языкми. См Имхуэмнх левой рукой крепко держлся з кормило, в првой же руке он держл кнут, бдил и не двл гребцм поблжки. Тк что лодочк шл споро, кк под мотором – ветер в прус, быстрое течение, трудовой энтузизм рбов.

Однко Энки, устроившемуся н носу, кзлось, что посудин еле двигется – он в нетерпении вздыхл, нервно сплевывл в великую реку и мысленно подбдривл Имхуэмнх: «Ну-к еще рзок, ну-к еще, ну-к еще». Впрочем, подбдривть того было не нужно, плечи, спины и бедр гребцов были сплошь в кровоподтекх. Нконец подошли к высокой белокменной пристни, устроенной с учетом рзливов Нил.

– Левый борт, тбнь, – рявкнул Имхуэмнх. – Делй рз, делй дв, делй три. И не тк, и не этк, и не в мть. Весл суши.

Гребцы сделли все кк ндо, лодк уткнулсь в причльный брус, железное кольцо с привязнным швртовым нделось с ззором н бронзовый кнехт. Пусть вод прибывет, и посудин поднимется – нестршно.

– Тк, хорошо, – одобрил Энки, встл, строго посмотрел н Имхуэмнх. – Жди меня здесь. И нкорми людей – прздник сегодня. Дй им пив, хлеб, чеснок и бедро бык. Я проверю.

– Д, о мой господин, повелевй, – рявкнул ему в спину Имхуэмнх, обреченно вздохнул, вытщил корзину с провизией, питьем и отдл ликующим мссм. – Нте. Жрите.

Себе он оствил лишь кувшин с минетом[84], который, дбы не терять лиц, то есть не снимть мску, принялся тянуть через стебель кмыш. Мир, грмония, взимопонимние и спокойствие воцрились н время в лдье. А Энки тем временем поднялся по ступеням, глянул н Нил с крутого бережк и двинулся вперед по хорошо знкомой дороге – мощеной, широкой и прямой, кк стрел. Ветер шевелил листву сикомор, солнце крсным шром уходило з горизонт, встречные лулу влились н землю, ясно понимя, что лицезреют бог. Не понимя, првд, ккого именно – боги, принимющие обрз людей, все н одно лицо.

– Вольно, вольно, ребят, влите, не до вс, – Энки игнорировл проявления почтения, резво шел вперед, путь его лежл к мссивному пилону, нд которым полосклись языки стягов. Тм и нчинлся хрм Мин, божественного, друющего и животворящего: мленький открытый дворик, окруженный резными колоннми, зтем гипостильный зл, ведущий в Прострнство Тинств, з ним Помещение Лдьи, плывущей по Небесному Нилу, и нконец – непосредственно Святилище, где душ соединяется с Богом. Бнльщин, обыденность, избитость, голимый хнумк для нрод. Ничего интересного. Все интересное здесь, кк водится, рсполглось внизу, в подземелье хрм, и Энки зходить в гипостильный зл не стл, срзу из внутреннего двор повернул нлево, в неприметный проход – путь ему прегрдил дверь.

– Именем Мин созидющего, – трижды постучлся он, в двери обознчилось окно, рвнодушный голос спросил:

– Знк?

Молч Энки снял нгрудник, обнжил плечо, покзл:

– Смотри.

Н плечо свое левое покзл – Знк, Метку Чести[85]. Ее кленым теллурием ствит кждый нуннк своему зконному, только что родившемуся ребенку. Все верно – тем, кто меньше чем нполовину бог, делть в хрме святого Мин нечего.

– Зходи. – Дверь без звук открылсь, Энки шгнул внутрь, и в руку ему сунули личину, стилизовнную под козлиную морду. – Ндевй. Иди н свет, держись стены.

Опять-тки, все верно, кк ни посмотри, в тесной компнии богов и проституток лучше хрнить инкогнито. Тк что Энки, не дрогнув, с ходу зкосил под козл и двинулся подземной глереей в просторный полукруглый зл. Тм трепетно горели светильники, курился блговонный дым, сидел, стоял, общлсь по интересм невидння стя двуногих: жирфы, нтилопы, коровы, быки, брны, гзели, гиппопотмы. А еще тм стонли флейты, били в ткт удрм сердец тмбуры и кимвлы, и плясли полуобнженные, одетые лишь в гз крсотки. Кружились, извивлись, имитировли оргзм, отточенной пнтомимой нбивли себе цену.

– Ну-с, кого желем? – пвой подтянулсь к Энки Ассо. – Мльчик? Девочку? Песик? Мртышку?

Он был кривоног, вислогруд и тучн, рзговривл вкрдчиво, с оценивющей улыбочкой. Срзу чувствовлось – гнид, ложкомойниц и тврь, однко же не дур. Очень длеко.

– Я хочу Нхеру, – Энки вытщил золотой дебен, взвесил н лдони, протянул Ассо. – А это н лтрь Мину. Животворящему.

В днный момент ему хотелось одного – врезть этой суке, чтобы шнобель нбок.

– Слушйте, слушйте, слушйте, и что это тки вм всем сегодня ндо Нхеру, – Ассо помедлил, пофыркл, однко же дебен взял. – Тощя, рыжя, курнося, нестругня доск дв соск. Слушйте, слушйте, слушйте, возьмите мою племянницу Сру. Груди ее кк серебряные чши, бедр кк эбеновые взы, лоно кк только что обрезнный свежий стебель тростник гизи. Ягодицы ее нпоминют…

– Я хочу Нхеру, – нчл злиться Энки, помрчнел и вытщил второй дебен. – Вот еще этому вшему Мину. Животворящему.

– Мин животворящий не збудет вс, – зверил Ассо, цепко схвтил монету и неожиднно рзвел рукми. – Э, ведь вм все рвно придется брть Сру. Нхер-то знят, плотно, до утр. Мину хорошо зплчено. Очень хорошо.

– Что, до утр? – Кровь удрил Энки в голову, рстопил мозг и устремилсь к сердцу, не оствляя н душе никких чувств, кроме упоительного бешенств. – Тк, тк, до утр?

Тк, тк. Знчит, внчле у него збрли Нинти, потом лишили Нхеры, теперь предлгют спть с Срой? Лдно, ткую мть, это мы еще посмотрим. Очень хорошо посмотрим.

Бешеные отцовские гены вышвырнули его в коридор, молнией протщили в полумрке и зствили змереть у знкомой двери. Двери в рй, в нирвну, в восторг, в блженство, в неземное нслждение. Н этот рз зкрытую.

«Ах, знчит, ткую мть, с Срой», – Энки отступил н шг, нстривясь, вздохнул и стремительным движением, кк учил его отец, с концентрцией пнул дверь. Вышиб ее зодно с коробкой, смерчем ворвлся внутрь и… зстыл – увидел Нинти. Золото рспущенных волос, нгельски очерченные плечи, бедр, пребывющие в движении, ягодицы, белеющие в полутьме. Стройную женскую фигурку, глопирующую н коленях у мужчины. Смку, впвшую в любовный рж, смку, тонущую в экстзе, смку, потерявшую рссудок и стыд от прилив внеземного нслждения. Потерявшую рссудок не с ним – с другим…

– Сук! – шмякнул Энки женщину в висок, сбросил н пол со вздыбленного фллос и взялся з удчливого соперник, крепкого, с рельефом, нуннк в мерзкой мске ухмыляющегося волк. Однко тот был не промх, отнюдь. Молнией сверкнул теллурий, чмокнул нсилуемя плоть, и Энки срзу зтормозился – убийственно-вибрирующий клинок вошел ему в яремную впдину. Хлынул кровь, рухнуло тело, в келье зпхло смертью. И в этот миг пожловл Ассо, д не одн, в компнии жрецов охрны.

– А ну-к, фу! – рявкнул нуннк и лихо очертил мечом кривую, д тк, что гости зстыли н пороге. – Стоять. Ты, – глянул он н бледную Ассо, – зйди. Остльные – н хрен. И не вздумйте мне шуметь – прибью.

Огромный, в мске, с мерцющим мечом и все еще стоящим фллосом, он был по-нстоящему стршен.

– Д, д, не вздумйте шуметь, – мигом сориентировлсь бндерш. – Мин животворящий не любит шум. Живо влите в коридор, ждите по-тихому меня тм.

Мысли ее судорожно метлись – д, шум, конечно, ни к чему. А то ведь прикроют лвочку, отзовут лицензию, и уж кк водится, нложт штрф. Д еще копть нчнут, и уж кк пить дть, ткого нроют. И все это, блин, в прздничные дни, когд клиент прет косякми. Д, шум, конечно, совершенно ни к чему. Живым. А мертвым уже все рвно. До фени. Что громко, что тихо… С другой же стороны – мокрух в хрме. Опять-тки, ткую мть – в прздничные дни. Это вм не шутк. А еще недоносительство, укрывтельство, сокрытие релий, суть злонмеренное пособничество, квлифицируемое кк содействие… М-д, з ткое, небось, по головке не поглдят. Жопу редькой порвут[86], клитор осокой отрежут, священным крокодилм скормят н обед. Ох, что лее делть? Что делть? Что делть-то?

– А ты не дур, – одобрил нуннк, кивнул, взмхнул мечом и неожиднно стянул мску. – Или я не прв?

– Тк это ж… – посмотрел н него Ассо, н миг утртил др речи и приземлилсь н живот. – Вше Црское Могущество…

Перед ней во всем природном естестве стоял см лучезрный Сетх – влдык Нижнего Египт. Фллос его тоже все еще стоял и поржл рзмерми и формой.

– Ну, если не дур, тогд двй берись з дело, – скзл он и вытщил с пригоршню зб. – Н, чтоб быстрей рботлось. И лучше молчлось. Вели своим посвященным принести ккой-нибудь сркофг. Побольше. И побыстрей.

И, не обрщя больше н Ассо внимния, он знялся вплотную Нхерой: присел, перевернул, потрогл сонную ртерию и с явным облегчением вздохнул:

– Готов.

Устроился половчее, взялся з меч и принялся рсчленять тело – к моменту возврщения Ассо из коридор келья большее нпоминл бойню. Пси-резонирующий теллуриевый клинок резл одинково легко и кости, и мясо. Все – пол, покрывло, подушки, ковры – было густо отмечено человеческой кровью. А лучезрный Сетх, хотя и из црей, орудовл с энтузизмом бывлого мньяк – резл, фргментировл, выворчивл, рсчленял, кромсл, укорчивл, рссекл, потрошил. И все это – спокойно, деловито и не спеш. Првд, когд он добрлся до покойник и сдернул с лиц его козлиную мску, в голосе его послышлось изумление:

– Вот это д. Видимо, судьб. Ну теперь будет вони…

Однко в это время приперли сркофг – добротный, вместительный, из ливнского кедр, и Сетх змолчл – ушел в рботу. А едв дождвшись, когд жрецы уйдут, кинул грозный взгляд н бледную Ассо:

– Эти твои кк? Нормльно? Не подствят? Не сддут? Не подведут?

В голосе его уже слышлось не удивление – звон теллурия.

– Не беспокойтесь, Вше Црское Могущество, – с поклоном отрегировл т. – Эти – не подведут, потому кк не опсны. Они полностью кстрировны, дегельминтизировны и снировны, в языки им до смого корня введены прлизующие шипы дерев хиру. Они холодны и нерзговорчивы, словно рыб лепидот[87].

В глубине души ее мучили сомнения: может, все же плюнуть н тот фкт, что клиент идет косяком, и дть своевременно сигнл? А с другой стороны, н кого? Н Его Црское Могущество Повелителя Нижнего Египт? Н лицензировнного бог первой ктегории? В оперенной короне «Дешерт»[88]? Нет, нет, н хрен, лучше молчть. Кк в той песне – ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скжу. Ля-ля-ля.

– А, дегельминтизировны? Это хорошо. – Сетх поствил точку клинком, жирную и кроввую, бросил в сосновый ящик бренные остнки Нхеры и принялся грузить туд же то, что остлось от нуннк. – Ну вот, мечты сбывются, вы теперь вместе.

Н душе у него сомнений не было – это перст судьбы. Рок, фтум, провидение, смертельное стечение обстоятельств. То, что должно было случиться рньше, еще двно – или он, или Энки. Третьего было не дно – Нинти не делится н двоих. И теперь все будет хорошо, слвно, преисполнено грмонии. Если, конечно, эт жирня свинья не проболтется. Д нет, нвряд ли, зссыт. Центрсовет богов – хрен знет где, нтскнные мджи – вот они где, рядом, н рсстоянии прямой слышимости, только свистни. Нет, не зложет, зссыт.

Нконец все было готово – сркофг нполнился.

– Тэк-с, – глянул н свою рботу Сетх, оценивюще поцокл языком, здумчиво вздохнул. Эх, хорошо лежт. Двинулся к сосуду для интимных омовений, пльцем сделл знк н все готовой Ассо. – Ну-к, полей мне. Аг, вот тк, вот тк, н спинку, теперь пониже. Я сейчс уйду, ты двй по плну. Плн ткой – коробочку зкрыть и в Нил, пусть себе плывет. До город Чугуев. Здесь нвести мрфет, гврдейский порядок, флотскую уборку по клссу «А». Чтобы все блестело, кк у муркот яйц. Фр-р-р. – Он шумно отплюнулся, встряхнулся всем телом и нчл энергично вытирться. – Ну что, посвящення ты нш, всосл? Или рзжевть?

– Всосл, Вше Црское Могущество, всосл, – зверил Ассо. – Чтоб все блестело, кк у муркот яйц.

– Ну вот и отлично. – Сетх не спеш оделся, вдумчиво прицепил клинок, вытщил еще зб, без счет, сколько влезло в горсть. – Н. И держи язык з зубми. А то вырву. И зубы, и язык…

– Д я… Вше Црское Могущество… буду кк т рыб. Лепидот, – глянул ему в спину Ассо, судорожно вздохнул и принялсь зпрятывть зб. – Д никому! Д никогд! Д ни з что!

Х, он не знл, кк умеет допршивть Крсноглз! Пру дней спустя он рсскжет все, что знет и не знет, зтем умрет, медленно, позорно и печльно, куд тяжелее и неприятнее, чем безвинно погибшя Нхер. Д, что-то Мину животворящему со жрицми в последнее время не везло. Определенно.

И боги устло обртились к Сетху и Хору, говоря:

– Слушйте, что мы скжем вм. Ешьте, пейте и дйте нм покой. Прекртите свои кждодневные ссоры.

– Д, – соглсился Сетх и дружелюбно скзл Хору: – Пойдем ко мне домой. Мы проведем прекрсный день и слвно отдохнем.

– Поистине я тк и сделю, – скзл Хор.

Весь день Сетх и Хор пировли и веселились. Когд же пришл пор идти спть, слуг Сетх постелил широкое ложе, и боги улеглись вместе. Хор нивно полгл, что дружелюбие, которое выкзывет Сетх, искреннее. Он не подозревл, что Сетх змнил его к себе в дом с коврным рсчетом: изнсиловть его и тем смым нвсегд опозорить перед богми. Едв Хор уснул, Сетх нбросился н него, пытясь им овлдеть. Но Хор перехитрил своего врг. Он не стл сопротивляться. Пользуясь темнотой, он незметно взял фллос Сетх в свою руку, собрл семя н лдонь и только после этого уснул. Коврный Сетх был уверен, что ему удлось осуществить свой змысел. Хор же рно утром отпрвился к Исиде и скзл ей:

– Приди ко мне, Исид, мть моя, приди и посмотри, что сделл со мной Сетх.

С этими словми он рскрыл лдонь и покзл мтери семя Сетх. Исиди схвтил медный нож, отрубил Хору оскверненную руку и выбросил ее в воду. Вместо отрубленной руки он сделл новую, зтем зствил Хор возбудить свой фллос, собрл его семя в глиняный кувшин и нпрвилсь к дому Сетх. Тм он спросил у его сдовник:

– Ккие овощи ест твой хозяин?

– Он есть только лтук, – ответил сдовник.

Тогд Исид полил лтук семенем Хор, и Сетх, поев з обедом овощей, збеременел.

Н следующий день боги опять собрлись н суд. Сетх, смеясь, объявил Совету:

– Отдйте сн првителя мне. Сын Исиды Хор не достоен этого: я овлдел им и опозорил его!

Тут боги Совет испустили великий крик. Они подняли Хор н смех, плевли ему в лицо и нперебой осыпли оскорблениями. Хор же поклялся именем отц, говоря:

– Все, что здесь скзл Сетх, ложь. Вызовите семя Сетх, и мы посмотрим, откуд оно ответит. И пусть вызовут мое семя, и мы посмотрим, откуд откликнется оно.

Смех прекртился. Тот возложил руку н плечо Хор и прикзл:

– Семя Сетх, выйди нружу.

Но семя ответило из глубины болот. Тогд Тот возложил руку н плечо Сетх и скзл:

– Семя Хор, выходи нружу. И семя вышло.

– Прв Хор и непрв Сетх, – со смехом скзли боги.

Древнеегипетские скзы.

– Трижды громоглсно и вторитетно вопрошем – по мирному или кк? – Тот с силой приложился жезлом о бронзовый огромный гонг, д тк, что плмя фкел дрогнуло. А когд вибрирующий звук зтих и в зле нступил тишин, ее нрушил рык Гибил, полный ненвисти и лютой злобы:

– Крови! Мозг! Смерти!

– Принято! – зверем зревел в ответ Энлиль. – Будет тебе кровь! Будет тебе мозг! Будет тебе смерть!

Что он, что Гибил, что Тот были без одежд, в одних только кожных нбедренникх. Тк же, кк Нинурт, Шмш, Мочегон д и все прочие члены Центрлсовет – древний Ритул Црицы Мгр ни для кого не делл исключений. Ритул боя не н жизнь, н смерть. Жестокую, кроввую, мучительную, полную невырзимого позор.

– Полностью услышно? – Тот глянул вопросительно н членов, мгновение помолчл и снов с жуткой силой приложился к гонгу. Нстроение у него было мерзко-гнусно-пкостно-хреновым. Ну вот, блин, дожили, ткую мть – нследники Великого Ан сейчс будут биться в хрме Великого Ан. Решительно, бескомпромиссно, жестоко, не оствляя сопернику ни шнс. Н смерть. Д, тков древний Ритул Црицы Мгр – неписный тысячелетний зкон чести. Зкон, соглсно которому кждый нуннк может вызвть н бой другого нуннк. А с другой стороны, если без эмоций, то все, что ни делется – к лучшему. В стрне Мгн должен быть один првитель, у Нинти, черт бы ее побрл, – определенность выбор, у него, Тот, – душевня грмония. Дбы спокойно, вдумчиво и не спеш знимться делом всей жизни. Тм, н Тибете. Вместе с коллегми и любимыми ученикми – мудрейшим Имхотепом и нидостойнейшим Рмой. Не отвлекясь, блин, н терки, стрелки, блуд, бзры и рзборки. Ну что спокойно не живется-то? Земля рожет, Нил течет, пшениц зреет, ббье дет. Эх, рсткую-то вот мть, и не тк, и не этк, ведь не повезло Ану с детьми. Ох кк не повезло. Вот сынок Зиусурд, дром что полулулу, не срмит где ни попдя отцовских-то седин. Црствует себе в Шурппке, строит святилищ и дворцы, в большую политику не лезет, четко понимет, что к чему. Во всем у него полный порядок – и по мясу, и по шерсти, и по зерну, и по мслу, и по опиуму для нрод, и в отношении Совет Богов. И сексульных проблем нет – в корне, в зродыше, в зчтке, в помине, есть только грем, умелые нложницы, восторженные подднные и хрмовые жрицы. Полня, совершення грмония. А тут… Ткие, блин, дел…

Дел в центре злы и впрямь рзвивлись по нрстющей: вргов сковли цепью длиною в шесть локтей[89], дли кждому по ножу и скомндовли: «Фс». Впрочем, комнды здесь были не нужны – вихрем, молнией, рзъяренным вепрем нлетел Гибил н своего дядю. Он был очень грозен и уверен в себе – последние две недели они тренировлись с Мрдуком, специльно прибывшим в Египет из своей вотчины в Южной Африке. Однко же Энлиль был совсем не подрок – нож в его руке мелькнул, отбросил свет, и Гибил зорл, отпрянул, бросился нзд, сколько позволял цепь. По его небритой щеке медленно ползл кроввя жиж – то, во что мгновенно превртился его левый порезнный глз.

– Ну-к, иди сюд, мленький, – громко подбодрил его Энлиль. – Сейчс я тебе вырежу второй. А потом и яйц. По одному.

Слов свои он подкрепил делом и бросился в тку н Гибил, однко тот держлся молодцом: боль мигом отрезвил его, дисциплинировл, добвил в сердце ярости, но ярости холодной, рсчетливой, убийственно опсной для врг. Некоторое время схвтк шл н рвных: жутко блестел стль, кндльно звенел цепь, слышлось горячее дыхние. Бойцы были под стть друг другу – рослые, сильные, выносливые, не боящиеся ни крови, ни смерти. Кзлось, что все это ндолго. Однко это только кзлось.

– Хуррррр! – Гибил вдруг сделл финт, сорвл дистнцию, прошел зигзгом и, уронив н пол свой нож, сжл его пльцми босой ноги. И тут же, резко откинувшись нзд, всдил клинок Энлилю в пх. Фтльно, мощно, глубоко, по смые упоры[90]. Словно с концми пригвоздил к гробовой доске. Однко нет, Энлиль был еще жив: громко зстонв, он рухнул н колени, скорчился, сложился вдвое, перевлился нбок и вдруг зшелся конвульсивным криком – ншел в себе все же силы вырвть из рны нож. Тело его безжизненно обмякло, мутные глз зкрылись, рдяно пульсирующим потоком зструилсь кровь. Однко это было не смое стршное.

– Ну что, сук, тк и будешь лежть бревном? – гоголем подошел Гибил, сдернул с Энлиля нбедренник, с силой, трмбующим удром бросил в лужу крови н живот. – Ну-к, рздвинься, мленький.

Нвлился, пристроился, куд ндо, попл и принялся уподоблять Энлиля женщине – с чувством, с рсстновкой, рзмеренно дыш, со счстливой, дже блженной ухмылкой. Врг его теперь, дже если и выживет, уже не нуннк – тк, слбя продия н нуннк. Жлкя, грязня, всеми презиремя, вызывющя тошноту и омерзение. Впрочем, нет, нужен последний штрих, звершющий мжорный ккорд. А, вот и он…

Тот, сидя в кресле Председтеля Совет, нблюдл з действом с глубочйшей скорбью – о господи, видел бы Ан, кк его горячо любимый внук рвет очко н сто лимонных долек своему дяде. Только что вырезвшему ему глз. М-д. И ведь не торопится, стервец, не спешит, срзу видно, тянет время, нслждется моментом, упивется триумфом и открывшимися перспективми. Кроет своего родственничк тк, что брызги летят. А, похоже, уже все – кончил. Добился своего, пскудник, смешл родного дядю с дерьмом. Нпрочь обломл рог, помножил н ноль, с головой втоптл в грязь. Крепкя нуннкскя семья, ячейк обществ, ткую мть…

А Гибил действительно опорожнился, встл и громоглсно возвестил:

– Семя мое отныне в нем!

Тммуз и Гиссид подошли, удостоверились, дружно подтвердили:

– В нем, в нем.

– Прв Хор и не прв Сетх, – Тот снов удрил в гонг, скривился, угрюмо подождл, пок Энлиля октят водой. – Ты, трижды не првый, с семенем чужим, отвечй, кк н духу – живот или смерти?

Про себя он решил, что лично прибьет Энлиля, если тот вдруг выберет жизнь, которя хуже смерти. Не должно отпрыску Ан жить погным пробитым пидорсом. Однко же Энлиль, хоть и уподобился женщине, в душе остлся мужиком.

– Смерти и мгновенной, – прошептл он, вздохнул, поднял взгляд н торжествующего Гибил и внезпно с издевкой усмехнулся, будто губы его свел предсмертня судорог. – Двй, племяш, двй. А з мссж простты мерси. С меня причитется.

– Услышно – смерти, – выдохнул с облегчением Тот, Хор плотоядно кивнул, и его двнему спору с Сетхом пришел долгожднный конец – молнией мелькнул стль. Чмокнул рзреземя плоть, крови в центре злы прибвилось… Древний спрведливый суд чести блгополучно зкончился – пор было зкругляться. Однко, не тут-то было – н центр вышел Крсноглз с речью.

– Светильник Рзум, бртв, – нчл негромко он. – Мы тут с кентми посовещлись, перетерли, прикинули хрен к носу и решили соскочить[91]. Ну, не то чтобы выпрыгнуть с концми[92] или тм сменить окрс, нет – желем свежей струи. Точнее, хотим свлить н Гнг, к Инду, нчть тм новую жизнь. И с новыми погремушкми, кк Утес перекрестил. Ну тм, – Крсноглз нпрягся, выруглся, волною нморщил лоб. – Вот бля, тринопля, гребня пмять. Сук. А, вот. Вишн, Врун, Индр, Пушн и кк бишь еще-то, мть его, , Рудр. Тк что, кореш любезные, двйте без обид – просим ншу долю честную из глвного общк. По трнспорту, по топливу, по оружию, по рыжью. Свое просим, кровное, зслуженное в боях. У меня, бля, все.

Огромный, голый, с внушительным рельефом, он выглядел до жути эксцентрично. Д и вообще композиция в центре зл впечтлял, двил н психику и зпоминлсь ндолго: труп без головы, детин с ножом и ттуировнный ортор, изъясняющийся по фене. И… кровь. Кровищ. Рекой.

– Знчит, говоришь, долю? Из глвного общк? Свою, кровную? Зжитую, зслуженную в боях? – Тот знчительно поерзл в кресле, крякнул, тяжело вздохнул, глянул вопросительно н хмурого Шмш и, чуток подумв, кивнул: – Лды. Будет вм, бртцы, доля, честня, вот только сведу учет. Век воли не видть. Мы своих кентов не кидем.

– Ну вот и лдушки, в нтуре, – одобрил Крсноглз, и его стршную, обезобрженную шрмом физиономию облгородил добря ухмылк. – Эх, и зживем же мы, земеля, счстливо, по уму. И все будет у нс, кк в песне – всех змочим ментов, всех попишем сексотов, провернем по железке воровские дел и рвнем с понтом дел с изенбровкми к морю, где в нтуре кнет голубя весн. Эх…

Изрядно лет спустя

О, Индр, своей молнией убил ты Дсью…
Длеко от земли н все стороны свет
Древние нечестивые н погибель бежли свою…
Дсью с небес оплил ты.

Сошлись они в битве с прведным войском
И Нвглы явили всю силу свою.
И бессильные, с битвы бежли они.

От Рудры крутыми тропми бросилися прочь.
Вишн ворвлся в Элипсы крепости сильные
И Сушну рогом своим н куски рзрубил…

Громом твоим рзишь ты в срженьях врг.
Оружие грозное Врун н вргов опустил.
Громовержцем он острым рзящим
Все их город истребил.

Древнерусские скзы.

Глв 9

Двлов Вер Федоровн, стрший лейтеннт госбезопсности, 1978 год рождения. Телосложение 90-60-90, рост средний, кож смугля, н ощупь брхтистя, волосы блонд-плтинум, глз зеленые. Нционльность – русскя. Обрзовние среднее. Личный номер БЩ-683117, гентурные клички: Трещин, Сквжин, Солистк, Облизух. В совершенстве влдеет стрелковым и холодным оружием, приемми зщиты и нпдения. Курит мло, лкоголь употребляет в случе необходимости, любит бифштекс с кровью, мороженое эскимо, стройных голубоглзых женщин, симских котов и лысых пожилых мужчин. Предствляет особую опсность при здержнии.

Умеет выделить глвное и сосредоточить усилия н ключевых учсткх профессионльной деятельности. Принимет обосновнные решения, стремится действовть нестндртно, не боится взять ответственность н себя.

Из служебной хрктеристики.

В Египет отбывли втйне, но с рзмхом. Секретным прикзом Кобельборз было создно туристическое бюро с коротким, но интригующим нзвнием «Прямо в рй», которое и оргнизовло эксклюзивный тур для доблестных рботников холдинг «Нш шерсть», естественно в природе не существующего. По первости проблем не было, все нчинлось хорошо. Дже вопрос с кдрми, которые, кк водится, решют все, прошел с легкостью, без головных болей: Альберт отпрвился рзбирться в Иркутск, Небб сгодился кк стжер, шкур Верк и Люськ, Серфимовы протеже, были взяты в кчестве нживки. Ведь всем известно в глктике, кк репты любят женщин, особенно их половую сферу – н вкус. Пусть жрут – сексоток не жлко. Д и вообще ничего не жлко для победы. В кчестве же основного звен в экспедицию вошли: Бродов, Потрошитель, Гирд, Кнорр и, естественно, Кобельборз, Уполномоченным нчльником. Словом, все пончлу склдывлось хорошо. Сложности нчлись потом, чуть позже, когд стли собирть в дорогу Нчльник. Он, в соответствии с легендой, выдвл себя з земного кобеля, потому нуждлся в вкцинции, ветдокументции и специльном, с непромокемым дном, ящике для перевозки. Кроме этого, еще требовлся документ из федерции служебного собководств, что подлежщий выезду киноцефл не предствляет ценности кк производитель, в госплемктивх родины не состоит, потому может ехть улучшть породу куд угодно. В том смом специльном, с непромокемым дном, ящике. А знимться всей этой кинологической возней было доверено стжеру Неббе. Игрючи, без препон, он решил вопрос с ящиком, легко взяв нчльство н поводок, привил его от бешенств и липоспироз, вот с получением бумжки от корифеев из федерции дело кк-то не здлось.

– Д ты что, прень? – скзли корифеи Неббе. – Ты только гля, ккой костяк! Ккой окрс! А прикус ккой! И вще, это не кобель, это огурчик. Очень редкой, ныне исчезющей породы – гвинейский мстиф. Прень, это же достояние республики, мы его сейчс будем ствить н специльный учет. В общем, вывозить будешь через нш труп.

Сколько стоило Неббе добыть спрвку, д тк, чтобы все остлись живы-здоровы, один бог знет. А ведь еще предстояло изгонять глистов, спрвлять ветпспорт, получть сертификт, сдвть суровейший нлиз крови н предмет нличия в ее состве нтител бешенств. Слв богу, приснодеве и крылтым рхнгелм, что летели в Египет. Не в Ирлндию, не в Швецию, не к нгличнм или н Мльту[93]. Конечно, можно было исхитриться и обмнуть судьбу – сделть нглый финт ушми в плне темы собк-поводырь, однко Кобельборз ктегорически пошел в откз.

– Все должно быть нтурльно, – проскулил он. – Дорогу осилит идущий, терпение и труд все перетрут, время все рсствит по своим местм. Вперед.

И вот день убытия нстл, слякотный, мртовский, хмурый. Однко н второй этж Пулково-I прибывли путешественники, являющие собой дже н первый взгляд воплощение счстья. Словно очумелые, брослись они к стойке с логотипми турфирм, хвтлись з конверты с вибилетми и вучерми[94], шуршли документми, рссмтривли их, любовно убирли и изнемогли от нетерпения. Глз их при этом лихордочно блестели, губы улыблись, члены подергивлись. Многие уже успели нбрться н дорожку, им было хорошо и без Нил, и без пирмид. Руссо туристо облико морле.

В шумной этой рзномстной толпе были и туристы из «Ншей шерсти» – тк же, кк и все, изрядно взбудорженные, готовящиеся ктивно к приятным переменм. Не было лишь стжер и Уполномоченного нчльник, отпрвившихся решть свой извечный вопрос – кинологический. Д, впрочем, оно, может, было и к лучшему – в отсутствие нчльств сплоченней коллектив. Кнорр трвил збористые -ля Одесс некдоты, Гирд с учтивой гендерностью посмтривл н дм, дмы, Верк и Люськ, подргивли прелестями, кисли от смех и оглядывлись н Потрошителя.

– Серфим Фомич, Серфим Фомич! Двйте и мы тк же тм, в Египте. Под пльмы, н песочке, лямур де тру…

Пожлуй, один лишь Днил Бродов кк-то не вписывлся в коллектив – мысли его были мрчны, тяжелы и очень длеки от суеты. Кзлось, двно ли, всего-то ничего, стоял он вот тк же, собирясь в полет, и все были живы, здоровы и блгополучны, полны оптимизм и веры в судьбу. И Женьк, и Клр… Эх.

«Эх, хорошенькое нстроение, веселый будет полет», – одернул он себя, вздохнул и принялся смотреть, кк нших соотечественников, терземых зрнее ностльгией, с неимоверной силой тянуло н конткт – к знкомству, рзговорм, общению по интересм. Собственно, интерес был здесь один – ну кк тм оно в Египте? Жить можно?

В то же смое время стжер Небб отпрвлял в полет своего нчльник.

– Вы нсчет плцкрты, товрищ полковник, не сомневйтесь, – говорил он, держ положенную субординцию. – С удобствми полетите. Я вм водички зморозил, не рсплещется, можно полизть, н дно гзеты постелил свежие, толстым слоем. Ну тм, для всяких неожиднностей. Н ошейничке у вс бирк, н ящике тоже, тк что, бог дст, может, и не потеряетесь…

– Знешь, стжер, я много чего видел, полметглктики прошел. Был н Астероиде Вмпиров, провливлся в Черную дыру, ходил в психическую тку под режущим псилзерным огнем, – мрчно отзывлся Кобельборз, почесывлся, судорожно бил хвостом. – Но ткой срной цивилизции, кк вш, нигде, дже н дне Вселенной, не видл. Гумноиды двуногие, мть вшу, хомо спиенсы гребные… Тк, говоришь, гзеток-то свежих положил? Молодец, сообржешь, хоть в дороге почитю. И вот еще что, стжер. Что-то мне совсем не нрвится этот черный с Орион. Кк бишь его? А, Гирд. Он и эт сук, то есть смк блондинк, отзывющяся н кличку Верк. Что-то в них не то. Не то, стжер, не то. Лдно, бог дст, прилетим – рзберемся. По полной прогрмме, кк положено, со всей строгостью, кк учили. Ты понял меня, стжер, понял? Ну лдно, двй лпу, кобель, я ндеюсь н тебя. Очень крепко ндеюсь…

Кобельборз вздохнул, выруглся, злез в ящик и отдл себя в руки грузчиков, уже кк следует нгретых предусмотрительным Неббой. Нгретых грмотно, коротким энергичным монологом:

– Мужчины, не дй-то вм бог. Если что не тк, нйду…

А дел н втором этже Пулково-I шли себе своим чередом: великодушно скомндовли н посдку, нчлся великий шмон, копние в белье и постепенное подтягивние к мгзину дьюти-фри. Любимое отечество здесь было в своем репертуре, любимом же, ликероводочном. А цены, кк и в прошлый рз, ткие, что Бродов дже крякнул от удивления. Впрочем, удивлялся он недолго – подъехл втобус, збрл нрод и быстренько перекнтовл н летное поле. К внушительному, не вызывющему дурных эмоций эробусу. Здесь их уже ждли с нетерпением погрничники, стюрдессы и энергичня дм в шттском. Взгляд, нижние конечности и броскя фигур были у нее кк у смки блондинки Верки.

И вот, нконец, свершилось – мссы поднялись внутрь, рсселись по местм, пристегнули ремни. И Бродов словно увидел збытый, но знкомый сон – рявкнули могуче турбины, «Илюшин» взял стрт и помчлся по летному серому полю. Дружно рвнули з корму елки лесополосы, шсси резиново отбрбнило мрш прощния, моторы выдли н-гор всю мощь. И пссжиры, невзиря н зложенные уши, вздохнули с облегчением – ур, взлетели. Обстновк срзу сделлсь непринужденной, теплой и дружественной. Если что – тк все товрищи по несчстью. А тут еще стюрдессы выктили тележки, уствленные емкостями с горячительным, хоть и з бешеную цену, кк в последний рз, но с грнтией не левым, не пленым, голимо фирменным. Нрод денег не жлел, брл – впереди еще предстоял мягкя посдк. В общем, скоро в смолете стло жутко весело – шум, гм, смех, штния по слону. Срзу же со всей отчетливостью выяснилось, что пришелец Гирд и иноплнетянин Кнорр жлуют не только черную квчу, но и земное виски с черным лейблом[95]. Девушки и Серфим компнию поддержли, д еще кк, обеими рукми. Вернее, взяли в коллектив и уже не отпускли горького пьяницу Джонни Уокер. С шуткми, песнями и зигрывниями без пряников взял зеленый змий туристов под свое крыло. Впрочем, не всех, Бродов вообще не пил, хмурился, думл о своем, Небб был не в духе и думл о Кобельборзе: «И кк же он тм, сердечный, в бгжном-то отсеке. Без мундир, без штнов, в одном только ошейнике, среди злежей брхл». Еще в голове у Семен крутился стих сообрзно нстроению:

Негрм, млйцм душно и жрко.
Брызжет волн, и дымит кочегрк[96]

А полет между тем, хвл Аллху, продолжлся – в иллюминторе тянулись облк, по слону ползл зеленый змий, стюрдессы нчли нести хрчи в путешествующие мссы. Тк что Бродов побловлся минерлкой, съел эрофлотовский обед и, глянув сквозь стекло н пену под фюзеляжем, мгновенно по спецнзовски зснул. Приснилось ему кк всегд – бшня, мерное коловрщение и женский певучий голос. Волнующий голос Дорны. Господи, где он сейчс…

Проснулся Бродов от рев моторов – эробус зходил н посдку. Горело сигнльное тбло, облк в иллюминторе рссеялись, внизу, под брюхом смолет, поблескивя, проплывло море – ленивое, изумрудное, вльяжное, нпоминющее шелковое одеяло. Момент был смый волнительный: пссжиры притихли, стюрдессы сели, дже Кнорр зткнулся, бросил выпендреж, что-то ему сделлось не до некдотов. Похоже, побледневшие губы его шептли: «Господи, спси, сохрни и не выдй. Сделй тк, чтобы количество нших взлетов всегд рвнялось сумме нших посдок».

Его десситский бог был в хорошем нстроении, д и нши летчики не подкчли – смолет плвно снизился, проктился н шсси и, ревя турбинми, блгополучно змер. Ур, долетели. Вот он, згрниц-то, вот он, Африк. Вот он, Черный континент. И нчлсь обыдення послепосдочня сует – возврщение бгж, зполнение бумжек, прохождение перед ликми тможенных орлов, донельзя вльяжных, до невозможности устых, мсляно посмтривющих своими грозными очми. Только не для всех.

– Комндир, подойди, – услышл Бродов в мобильнике хриплый голос Неббы, отпрвившегося з Кобельборзом.

Днил подошел. Потомственный Костегрыз, Зслуженный Кишкотряс, он же Стрший Лицензировнный Терьер лежл н дне своего ящик очень тихо. Язык его вывлился, глз зктились, из псти обильно пузырилсь кроввя пен. Кзлось, что он более мертв, чем жив. Весьм отчетливо кзлось.

– Тк, – Бродов помрчнел, прищурился, потрогл киноцефл. – Жив. Но, похоже, плох. И не скжу, что это морскя болезнь.

– Я, комндир, тоже. Глянь, – перешел н шепот Небб, быстро посмотрел по сторонм и зшуршл гзетой. – Вот, у кобельк под лпой лежло. Под передней. Првой.

В гзету было звернуто стрнное существо: змеиное туловище, перепончтые крылья, когтистые лпы н мнер голубиных. И длинные, бороздчтые передние зубы, похоже, ядовитые – гдюки отдыхют. Д, стрнное ткое летучее существо, к тому же полурздвленное, все в розовой слизи. А уж вонючее-то…

– А еще говорят, рожденный ползть летть не может, ткую мть, – Бродов посмотрел, выруглся, вытщил мобильник. – Сим, брось все. Иди сюд.

Внутри него будто лопнул пружин, все срзу встло н свои мест, приняло форму, сделлось конкретным и определенным. Миссия провлен, секретность тоже, где-то дже не утечк – полноводня рек. А знчит, ндо влить, зметть следы, корректировть легенду и держться своих. Тех своих, с которыми делить нечего.

Тем временем подтянулся встревоженный Серфим.

– Ну, бля, – зглянул он в ящик, сплюнул, помолчл, понюхл существо. – Вот сук. Слышл о тком, но еще не видел. Это репто-мутнто-вульгрис млый, ядовитый, кк сто гдюк. Летющий моменто море. Стрнно, и почему это нш нчльник еще жив? Гм, стрнно, очень стрнно. А ведь…

– Знчит, тк, – буркнул Бродов, зсопел и нчл упковывть существо в гзету. – Нс кто-то сдл со всеми потрохми, потому нужно экстренно свливть. А по пути определить брбос к врчу, чем черт не шутит, может, и выживет. Держться друг друг, фиксировть тылы, не рстягивть колонну и нюх не терять. Лично у меня нет доверия ни к Гирду, ни к Кнорру, ни к брышням из оргнов. У них своя компния, у нс своя. Ферштейн?

«Д что уж тут непонятного-то», – Потрошитель вздохнул, Кобельборз промолчл, Небб же здумчиво поглдил череп:

– Тк, знчит, бывют еще эти мутнты и большие? Д… Ну что, взяли? Эх, ухнем.

Вдвоем с Серфимом они подняли Кобельборз и, словно в сркофге, потщили н досмотр. Вот, извольте видеть, пспорт, вот сертификт, вот мульки от вкцины, д не от ккой-нибудь – от «Супердефендер-3». А тихий ткой лежит потому, что в полете укчло. Не привык, знете ли, к эрофлоту, все больше к будке д к цепи. К тому же сонный он, н нркоте, вот и сомлел с усттку д от перелет[97]. Который, трижды хвл Аллху, прошел тк слвно и блгополучно.

Н выходе туристов из «Шерсти» ждл добро склящийся рб – тоже нш, контрктно звербовнный, из штт фирмы «Прямо в рй».

– Велькм ту Иджипт[98], едем в номер, – скзл он, рспушил усы и очень по-мужски взглянул н прелести от Верки. – Вй, ккя эшт[99].

– Мы, – Бродов посмотрел н Неббу и Серфим, – подъедем позже. Внчле в ветклинику, песик у нс плох, в дороге укчло. Млдший брт кк-ник