/ Language: Русский / Genre:sf_action, / Series: Звездные войны

Star Wars Потерянные

Тимоти Зан


Timothy Zahn Handoff

Тимоти Зан

Star Wars: Потерянные

* * *

В одиночку или по двое, постукивая каблуками и немного суетясь, музыканты начали подтягиваться к сцене. Они рассаживались по местам, брали в руки инструменты и приступали к процедуре настройки: их нескладное бренчание сливалось в единую приглушённую какофонию. Разговоры публики, привычно погружённой в предконцертную суету, затихали обратно пропорционально нарастанию шума со сцены: зрители предвкушали грядущее действо, и этот дух, словно незримая дымка, расползался по всему залу.

Как, собственно, и должно быть. Здесь, на Чибиасе, в малоразвитом мире, расположенном в Срединных территориях, Корускантский симфонический оркестр готовился дать свой концерт.

Мара Джейд, расположившаяся в двенадцатом от конца ряду в двух сидениях от прохода, сделала глубокий вдох, смакуя это мгновение. Оркестровые выступления были её давней любовью, и вне зависимости от обстоятельств она старалась улучить час-другой, чтобы сходить на концерт.

Временами она даже заходила столь далеко, что изобретала себе повод для подобного посещения, выбирая наугад одного из высоких сановников и напрашиваясь якобы шпионить за ним весь вечер. Её господин часто потакал её желаниям, хотя она сильно сомневалась, что её отговорки хоть раз ввели его в заблуждение. Иногда казалось, что его вообще невозможно обвести вокруг пальца.

В действительности, всё вышло иначе, если вспомнить то, как он погиб. Мара поёрзала в кресле, борясь с нахлынувшими воспоминаниями, затемнявшими все уголки её сознания, – и даже утончённая и причудливая мелодия, которую наигрывали на настройке музыканты, не могла вернуть ей прежнюю лёгкость мышления, с которой она пришла на концерт. Она явилась сюда, надеясь отвлечься, предаться ностальгии по былым временам. Вместо этого подступила лишь новая волна боли; зияющая дыра, на месте которой когда-то была её жизнь, стала ещё шире и глубже. И во всём виноват этот Скайуокер – он и Вейдер впридачу.

Ну и она сама, естественно – виновата в том, что не убила его, когда имела такой шанс.

На сцену высыпал уже весь оркестр, настройка шла полным ходом, но магия действа куда-то исчезла. С горечью в душе Мара пришла к выводу, что слишком засиделась на этой планетке. Пришло время сниматься с насиженного места и продолжать путь.

Бормоча извинения двум дуро, что сидели по соседству, она протолкнулась к проходу. Нет, пора прекратить злоупотреблять местным гостеприимством, учитывая, что Исанн Айсард и вся имперская разведка по-прежнему следуют за ней по пятам.

Ей придётся вернуться в свой скромный гостиничный номер, собрать нехитрые пожитки, после чего наконец сняться с этого камешка. Фрахтовики будут взлетать из космопорта всю ночь, да и центр найма, в котором производится набор экипажей, работает круглосуточно. Она сумеет усмирить свою гордость и согласится на любую временную работу.

Достигнув прохода, она начала взбираться по наклонному пандусу по направлению к выходу. Прямо по курсу в дверях она заметила троих мужчин, которые тихо, но весьма несдержанно вели беседу с каким-то тощим юнцом. Один мужчина был среднего возраста, имел коротко-стриженные чёрные волосы с проблеском седины и был облачён в весьма подходящий случаю вечерний туалет, в какой и должен одеваться любой приличный посетитель филармонии. Двое других были одеты в идентичные униформы театральных служащих, на груди у них поблёскивали позолоченные именные пластинки, а на лицах застыл типичный суровый взгляд сотрудников службы безопасности.

Мара окинула взглядом юнца, мысленно пожурив его за весьма неряшливый вид: парнишка кутался в весьма простенькое облачение звёздного скитальца. На Корусканте в таком поношенном наряде его бы даже на милю не подпустили к филармонии. Тем более учитывая рюкзак у него за спиной…

В следующую секунду, даже не взирая на очередную нахлынувшую волну горьких воспоминаний, она ухитрилась-таки заметить, как мужчина в парадном костюме подкладывает нечто, напоминающее небольшую карту данных, в задний карман рюкзака незадачливого путешественника.

Мара притормозила шаг, встрепенувшись; рефлексы ищейки сработали в ней моментально. Этот человек не просто возвращал юнцу нечто, отнятое у него чуть ранее; его движения были скрытными, всё было проделано таким образом, чтобы сотрудники службы безопасности не имели ни шанса отследить его махинации. Это не могло быть обычной курьерской передачей – всё-таки над юнцом возвышались двое громил. А учитывая, что юноша был центром всеобщего внимания, навряд ли тот мужчина пытался таким образом избавиться от чего-то обличительного, перед тем, как охранники примутся за обыск и его самого.

Оставалась единственная возможность: в рюкзак юноши было подброшено нечто, что могло поставить его в весьма и весьма затруднительное положение.

Наконец один из охранников принялся за осмотр рюкзака, в то время как его напарник мягко, но настойчиво пытался выпроводить парня из дверей обратно в фойе. Как только они скрылись, Мара с удвоенной энергией зашагала в их направлении, на миг задумавшись, что же в точности она хочет предпринять.

А ещё, размышляя, зачем она вообще в это ввязывается. Это не её дело и она, бывшая Рука императора, оставшаяся без полномочий, сейчас вряд ли в том положении, чтобы вмешиваться – особенно, если вспомнить, что ищейки Айсард по-прежнему у неё на хвосте.

Но парнишка выглядел таким смущённым и потерянным – это напомнило ей о её собственных чувствах, которые она испытывала ещё совсем недавно.

В дверях, по обратную сторону от прохода, где Мара только что лицезрела сцену негромкой перебранки, на своём посту стояла консьержка. Полуобернувшись и вглядываясь в фойе, куда увели незадачливого юнца, она теребила в пальцах кипу карт данных с программками.

Вот почему налетевшая на неё на полной скорости Мара застала женщину врасплох.

– Ой, простите! Мне так неловко, – сквозь стиснутые зубы пролопотала Мара, цепляясь за женщину, чтобы сохранить то шаткое равновесие, которое грозило вот-вот нарушиться. – Я такая неуклюжая. С вами всё в порядке?

– Всё хорошо, – заверила её женщина, суетливо пытаясь не выронить кипу карт данных. – А с вами?

– И со мной, – подтвердила Мара, пальцами разглаживая помятый жакет женщины в месте, где она за него схватилась. – Немудрено споткнуться в такой-то темнотище.

– Ничего, – попыталась успокоить её консьержка. – Поторопитесь, а то пропустите увертюру.

– Да, конечно, – Мара сорвалась с места и поспешила к дверям.

Там она остановилась, чтобы отдышаться и приколоть именную табличку консьержки на своё собственное платье, после чего продолжить путь в направлении фойе.

Интересующая её четвёрка никуда не делась: она сгрудилась в стороне от прохода, позволяя последним опоздавшим лететь сломя голову внутрь. Сотрудник службы безопасности по-прежнему тискал в руках рюкзак, но не предпринимал никаких попыток обыскать его. Мужчина в цивильном костюме в свою очередь отступил на шаг назад, позволяя охранникам заниматься своим делом.

Он интересовал Мару больше других, а потому она принялась внимательно вглядываться в его лицо, неторопливо двигаясь в направлении этого столпотворения. Он был моложе, чем показался на первый взгляд: на вид, ему было не более тридцати лет. Его осанка была уверенной, а выражение лица – ровным, но всё равно под этой маской спокойствия ощущалось заметное напряжение. Что-то должно было произойти прямо сейчас, что-то очень важное.

– …до прибытия официальных властей, – говорил важный мужчина, когда Мара достигла пределов слышимости. Он скосил глаза на незваную гостью, окинул взглядом её лицо, облачение, именную табличку, затем столь же стремительно вернулся к роли.

Двое служак, наоборот, не обратили на неё ни малейшего внимания.

– Именно так, советник, – ответил один из них, его взгляд фокусировался на юнце. – Имперский закон суров ко всем, кто уличён в незаконном ношении оружия.

Мара скорчила гримасу. Так вот в чём замысел! Подкинуть малышу нечто изобличительное, затем обвинить его в незаконном ношении оружия, так чтобы появился официальный повод для обыска. Полиция обнаружит подставу, и тогда парнишка окажется по самое горло в неприятностях.

Но каков смысл? Здесь, при более ярком освещении она смогла наконец получить более обстоятельное представление о юноше: он был немыт, имел неопрятную щетину и, очевидно, всю прошлую ночь провёл в одежде. Да что вообще может Империя выгадать, сфабриковав обвинение против такого самородка?

Был единственный способ выяснить это.

– Могу я помочь? – спросила она, вкладывая в голос нотки официальной твёрдости.

Важный мужчина обернулся, его взгляд выхватил именную табличку девушки.

– Кто вы такая?

– Я – Литесса Колэй, – сообщила ему Мара, добавив вымышленную фамилию к имени, выгравированном на позаимствованной табличке. – Директор-распорядитель филармонии по межпланетным связям. Какие-то проблемы… – она сосреточила взор на именной табличке, приколотой к униформе человека, сжимавшего в руках сумку, – Джейкс?

– Мы пока не уверены, – протянул Джейкс, в его взгляде сквозила некоторая настороженность. Но всё ж таки, у неё была при себе необходимая именная табличка, да и вряд ли охрана могла помнить в лицо всех служащих филармонии. – Этот джентльмен – советник Рэйнз из штата губернатора Эгрона. Он утверждает, что видел, как этот юноша прятал в свой рюкзак бластер. Он вызвал полицию, и теперь мы ждём, когда можно будет провести обыск по всем правилам.

– Мы хотим, чтобы всё было по закону, – подтвердил второй охранник, Томин.

– Похвально. – Мара бросила настороженный взгляд за спины служителей безопасности. В боковой стене фойе она заметила три петельных двери: никак не обозначенные, но ведущие, вероятно, в офисы или небольшие кладовые. Мара погрузилась в Силу, надеясь получить хоть какое-то представление о том, что твориться внутри.

Но ничего не добилась. Никаких дополнительных параметров, никаких восприятий, никакой возможности докоснуться до чьего-либо разума.

Похоже, Сила покинула её. Меж тем ей противостояли двое предположительно хорошо вышколенных охранников, каждый из которых превосходил её в весе килограммов на десять, да ещё и личность у неё была липовая, и служаки в любой момент могли попросить её предъявить соответствующие документы. И всё это в самом сердце города, в самом сердце планеты, в самом сердце Империи, где она числилась особо опасным преступником, разыскиваемым властями. Её ручной бластер и световой меч остались в комнате гостиницы. Что, во имя Империи, она здесь забыла?

Так или иначе, но по какой-то бредовой причине она всё-таки позволила втянуть себя в это. Пути назад не было, оставалось только довести дело до конца, – желательно, где-нибудь в менее людном месте.

– Но нельзя же это делать посреди фойе, – продолжила она. Выбрав наугад левую дверь, она ткнула в неё пальцем. – Сюда, пожалуйста.

Томин взял мальчишку под руки, и вся группа взяла старт в указанном направлении. Мара чуть поотстала, просчитывая время. Когда Джейкс отошёл на дистанцию в три шага, она пристроилась к нему за спину и вцепилась пальцами в лямки рюкзака.

– Открывай дверь, – распорядилась она.

Повинуясь рефлексам, он послушно выпустил рюкзак из рук и сделал шаг вперёд, вытаскивая из кармана карту-ключ и загоняя её в прорезь. Раздался звуковой сигнал, и дверь распахнулась.

Позади неё оказался не офис и не кладовая, а длинный коридор с множеством дверей, ведущих наружу. На дальней стороне проход заворачивал влево, по всей видимости, уводя за кулисы.

Не совсем то, что она ожидала, но и это сойдёт.

– Давай вперёд. – Она махнула свободной рукой Томину, приглашая его внутрь. – Мы подождём полицию в главной репетиционной.

Томин едва заметно наморщил лоб, но зашагал по коридору без пререканий. Мара жестом указала советнику Рэйнзу последовать его примеру. Тот ещё раз обежал её взглядом, как будто предчувствуя какой-то подвох, но возразить ему было нечего, и он двинулся следом. Мара сделала шаг вперёд, опередив Джейкса и его пленника, словно собираясь присоединиться к процессии.

И вцепившись пальцами в край двери, она со всей силы захлопнула её.

Джейкс всё ещё находился в некотором ступоре, когда она стремительно крутанулась на пятках и попыталась заехать ему по физиономии трофейным рюкзаком. Охранник машинально загородил лицо руками, оставив корпус неприкрытым, что позволило Маре свободной рукой от души заехать ему в солнечное сплетение.

Скривившись от боли, он согнулся чуть ли не пополам. Мара поразмыслила над возможностью добить его ударом ребра ладони по шее, посчитала, что это излишне, и вместо этого схватила охранника за грудки и изо всех сил швырнула на дверь.

Как раз вовремя. Дверь уже начала отворяться: кто-то из вошедших – Рэйнз или Томин – пытался вырваться наружу. После размашистого столкновения с Джейксом дверь с треском захлопнулась, попутно съездив по мозгам тому, кто был внутри.

Недавний пленник глазел на неё с разинутым ртом.

– Идём, – бросила Мара, хватая его за запястье и таща к выходу.

Сперва ей показалось, что она пытается сдвинуть с места каменную статую. Затем он наконец вышел из ступора, отклеился от мозаичного мраморного пола и позволил уволочь себя следом.

– Но я же ничего не сделал, – взмолился он.

– С удовольствием поглядела бы на твои попытки убедить тех ребят в своей невиновности, – бросила Мара через плечо, внимательно вглядываясь в сделанные из тщательно вытравленного стекла двери парадного входа филармонии. До сих пор никаких признаков полиции не наблюдалось. Толкнув дверь, она вытянула малыша за собой на ночной воздух. – Твой друг советник Рэйнз подбросил тебе что-то в рюкзак.

Резвой трусцой они перебежали через улицу, затем перешли на шаг, что позволило им без труда слиться с праздно шатающейся толпой пешеходов. Ни криков, ни других признаков погони: Маре пришла в голову мысль, что Рэйнз мог вообще не потрудиться вызвать полицию.

Но едва они миновали квартал, как до ушей Мары донёсся ужасающий рёв, и в их поле зрения вплыло небольшое городское транспортное средство, на всех парах несущееся в направлении концертного зала. Только внутри сидели не полицейские. Как только оно поравнялось с уличным фонарём, Мара краем глаза уловила светлый блик штурмовой брони.

Парнишка прокашлялся.

– У вас, разумеется, наверняка не найдётся ничего съестного, – с надеждой в голосе промямлил он. Очевидно, штурмовиков он не заметил.

– Наверняка, – со вздохом проговорила Мара, поворачивая за угол. Их путь лежал в гостиницу.

Во что, во имя Империи, она опять ввязалась?

* * *

Учитывая, что штурмовики уже, вероятно, вовсю прочёсывали районы, примыкавшие к театру, поход в кантину или кафе не казался Маре здравой идеей, а в её гостиничном номере из съестного было всего несколько лежалых фруктов, да упаковка походных рационов из неприкосновенного корабельного запаса.

Но парень оказался неприхотлив. Он так жадно набросился на еду, будто уже неделю не видел ничего съестного. Разглядывая его впалые щёки, Мара пришла к выводу, что в этой догадке есть доля истины.

Как только вслед за фруктами в его чреве исчезли и три плитки походного рациона, он наконец позволил себе отдышаться.

– Спасибо, – вымолвил он, осушая свой пятый стакан воды. – Должно быть, я оказался голоднее, чем думал.

– Не бери в голову, – успокоила его Мара. – Ну. Что там за бодяга-то случилась, в концертном зале?

Он покачал головой.

– Да я и понятия не имею. Всё, что я знаю, – там со мной должен был встретиться один человек, который на встречу не явился, и я не мог вернуться домой…

– Стоп-стоп-стоп, – замахала руками Мара. – Давай-ка с самого начала. Откуда ты?

– Из Сарабан-сити, – поведал он. – Это на Сибисиме. Я, ну… вроде как работал там, когда объявился один дядя. Он предложил мне, как он сказал, отличную работу здесь, на Чибиасе, в губернаторском дворце. Это ведь там, где живёт губернатор, правильно?

– Да, прямо здесь, под всеми этими куполами и башнями, – сухо разъяснила Мара, кивая в сторону окна, в котором открывался вид на расположенный в дюжине кварталов в стороне дворец губернатора.

Парнишка прищурился.

– А. Ну да. В общем, я прилетел сюда неделю назад. Мне выдали билет на звёздный лайнер, но в космопорту меня никто не встретил. Адреса, который мне дал тот дядя, в природе не существовало – вот я и подумал, что, должно быть, забрёл не в тот город. И билет у меня был лишь в один конец. Денег на обратную дорогу у меня не было – а теперь и вообще никаких денег нет: последние я истратил пару дней назад.

– И где ты остановился? – поинтересовалась Мара.

– Там. – Расплывчатым жестом он указал на окно.

– Стало быть, нигде, – буркнула Мара. – Но за каким ситхом тебя понесло на концерт? И как ты попал внутрь, да ещё без денег?

– Да нет же, билет у меня был, – пояснил парнишка. – Его вручил мне тот человек вместе с пропуском на лайнер. Я подумал, что он и сам туда придёт. – Он пожал плечами. – А если и нет, то я, по крайней мере, мог хоть пару часов поспать в тепле.

Он провёл рукой по засаленным волосам.

– Похоже, теперь я этого никогда не узнаю.

– О, думаю, он был там, – заверила его Мара, поднимая с пола рюкзак. – По крайней мере, виртуально. Тебя хотели подставить.

– Подставить? – эхом повторил юноша, хмурясь. – О чём это вы?

– О том, что кто-то завлёк тебя сюда, на эту планету, оставил без средств к существованию, а потом помог впутаться в очень серьёзные неприятности. – Она достала карту данных, которую подкинул юноше в рюкзак советник Рэйнз. – Посредством этого.

Парнишка нахмурился ещё сильнее. А может, он просто пытался прочитать этикетку?

– Что это?

– А мне откуда знать? – буркнула Мара, изучая пометки. – Зато тут стоит официальная печать губернатора Эгрона, плюс она помечена вторым уровнем секретности.

Его глаза выпучились.

– Печать губернатора?

– Точно. – Мара протянула ему карточку и поднялась. – Тебе подбросили важный правительственный секрет.

Она подошла к компьютеру и включила его.

– Но это какое-то безумие, – донёсся протестующий вопль парнишки откуда-то сзади. – Какого… в смысле, почему? Почему я?

– В подобных случаях ответ всегда один, – проронила Мара, запрашивая связь с ГолоСетью. Она вряд ли могла этим хоть что-то добиться, но надо же было с чего-то начинать поиски их предполагаемого шантажиста. – У тебя есть что-то, что им нужно.

– Ещё большее безумие, – настойчиво повторил он. – У меня ничего нет. Ни семьи, ни денег. Ни друзей.

Мара почувствовала, как её губы начинает сводить судорогой. Всё, как у неё.

– А как насчёт твоих навыков или умений? – предположила она. Связь с ГолоСетью наладилась, и она приступил к вводу кодов доступа.

– Умения, которые могут быть кому-то полезны? Бред.

– Что это? – полюбопытствовал он, поднявшись со стула и подходя к ней.

– Я надеялась подключиться к дворцовому компьютеру и засечь местоположение советника Рэйнза, – сообщила ему Мара, пробуя другой шифр. Как и предыдущий, он результата не дал. – Мне известны некоторые шифры высшего уровня, но, похоже, люди губернатора влезли в систему и всё сменили.

– О, – произнёс парнишка. – Можно я попробую?

Нахмурившись, Мара бросила на него настороженный взгляд. Но похоже, парень был вполне серьёзен в своих намерениях.

– Что, тебе известны имперские коды доступа? – саркастически осведомилась она.

– Ну… нет, – признался он. – Но я неплохо лажу с компьютерами.

Мара замешкалась. Бессмысленная трата времени; но, с другой стороны, других здравых идей у неё всё равно не рождалось. Хуже им и так уже не станет.

– Ладно, давай. – Она уступила место. В животе урчало, напоминая о том, что во рту у неё не было ни крошки со времён ланча, так что она подошла к столу, на котором лежали плитки практически опустошённого малышом походного рациона. Может, еда хоть поспособствует мыслительному процессу? Она выбрала наугад одну из плиток и принялась разворачивать обёртку.

– Ну вот, – позвал юноша.

– Что «ну вот»? – переспросила Мара, кусая плитку.

– Я внутри, – пояснил он. – Что мы, говорите, ищем?

Холодок пробежался по коже Мары, когда она топала обратно к компьютеру. Личный имперский дипломатический код губернатора третьего уровня секретности – и этот уличный пацан смог взломать его, как будто от нечего делать?

– Мы ищем того человека с филармонии, – сквозь стиснутые зубы проговорила она. – Сомневаюсь, что Рэйнз – это его настоящее имя, так что тебе придётся пройтись по реестру изображений.

– О, вы правы, – кивнул парнишка, его пальцы ловко застучали по клавиатуре. Первая группа изображений из картотеки личного состава засветилась на экране, и он подался вперёд, чтобы внимательнее рассмотреть содержимое. – Так, посмотрим…

– Здесь его нет, – отрезала Мара. – Листай дальше.

Юнец удивлённо поднял взгляд.

– Но я даже не успел…

– Зато я успела, – сообщила Мара. Она взяла второй стул и уселась рядом с ним. – Здесь его нет.

– Но…

– Эй, доверься мне, – мягко прервала его Мара, натянуто улыбаясь. Малыш по-прежнему был для неё загадкой, но теперь она, по крайней мере, понимала, что такого в нём есть, за что ему можно устроить настоящую травлю. – Твой конёк – компьютеры. Ну а этот конёк – мой.

– О. Ну ладно. – Он по-прежнему выглядел немного смущённо, но всё же вновь переключил внимание на компьютер, вскрывая следующую группу файлов.

Дворец оказался будь здоров: штат служащих, прислужников и советников губернатора Эгрона превышал все допустимые нормы, да и кроме них на правительственном пайке содержался немалый сброд. Даже с дисциплинированным умом и тренированным глазом Мары им понадобилось порядка двух часов, чтобы прошерстить всю картотеку.

И в конечном счёте они пришли к тому, с чего начали.

– Видимо, он таки никак не связан с губернатором, – разочарованно протянул юноша, откидываясь на спинку стула и разминая пальцы.

– О, нет, он связан, – бросила Мара. – В противном случае, где он смог добыть карту данных? Он связан, но не официально.

Парнишка переварил услышанное.

– И что же нам делать?

– Что касается тебя, то ты останешься здесь, – заявила Мара, поднимаясь и подходя к кровати. Вытащив из под неё походную сумку, она выудила оттуда подрукавную кобуру для бластера и пристегнула её к левому предплечью. Вытащив сам бластер из-под подушки, она запихнула его в кобуру. Затем она подошла к небольшому шкафчику и достала оттуда недорогой, но выглядевший весьма элегантно жакет.

Парень не сводил с неё глаз.

– Вы из полиции? – поинтересовался он. В его голосе прослеживалось больше благоговейного трепета, чем обеспокоенности. – Или частный сыщик?

– Ни тот, ни другой, – ответила Мара; очередной укол боли за потерянную жизнь ткнул её в самое сердце. – Я скоро вернусь, – поведала она, надевая жакет и убеждаясь, что есть прямой доступ к рукаву, где она припрятала оружие. – Не звони никому и не отвечай на звонки, никому не открывай дверь. Просто притворись, что тебя здесь нет. Поспи или сходи в душ, если хочешь. Я вернусь, как только смогу.

– Куда вы идёте?

– Здесь должен быть замешан кто-то из дворца, – сказала Мара. – Этот кто-то в настоящий момент ожидает возвращения Рэйнза с тобой на привязи и должен нервничать, не зная, что пошло не так с его планом. – Она натянуто улыбнулась. – Когда дерево уже кто-то встряхнул, гораздо легче сбить с него фрукт.

– О. Ну-да, действительно.

– Действительно, – согласилась Мара. – Ну а ты пока сиди тут и не высовывайся.

Она застыла в дверях, поражённая внезапной догадкой.

– Кстати, я так и не знаю твоего имени.

Он пожал плечами.

– Зовите меня Гент.

– Гент э-э…?

Он выглядел немного смущённым.

– Просто Гент. Вообще-то, у меня есть имя… но никто больше не зовёт меня им, и…

– Ладно, забудь, – перебила Мара. – Увидимся позже.

Она вышла за дверь и накрепко заперла её. Если этот Гент был так впечатлён обычным бластером в рукаве, то уж почти наверняка не заметил другого оружия, того, что угнездилось в небольшом подсумке под её левой рукой.

Убедившись, что световой меч на месте и в любой момент готов к действию, она вышла в ночь.

* * *

– Моё имя – Арица Прадо, – в третий раз за вечер оттараторила Мара, на этот раз адресовав эти слова капитану дворцовой стражи, ожидавшему её на входе в центральное фойе дворца. – Код доступа – Хапспир Баррини. Передайте губернатору Эгрону, что я хочу видеть его немедленно.

Губы капитана едва заметно дёрнулись.

– Возвращайтесь на пост, – приказал он штурмовикам, сопровождавшим Мару от входа во дворец. – Вы: идите со мной.

Они пересекли фойе и очутились у высоких двойных дверей, которые растворялись по голосовому сигналу. С той стороны оказалась частная приёмная, в размерах чуть меньше, чем фойе, зато декорированная немного более вычурно. Помещение было двухэтажным, с куполообразным потолком, который поддерживали искривлённые колонны. На втором этаже располагались балкончики с перилами.

– Значит, вы здесь от лица Гранд моффа? – переспросил капитан, когда двойные двери захлопнулись у них за спиной.

Проверка? Очевидно.

– Должно быть, у вас в деке короткое замыкание, – откликнулась Мара. – Мой код доступа ясно даёт понять, что я – посланница Гранд адмирала.

Капитан буравил взглядом её лицо.

– Не совсем, – заметил он. – Одного слова в коде доступа не хватает.

– Так и есть, – признала Мара. – Но я назову его только губернатору. И никому другому.

Капитан медленно кивнул.

– Конечно, – согласился он. – Ждите здесь.

Он пересёк комнату и исчез за одной из дверей. Мара огляделась в попытках запечатлеть детали интерьера.

– Возможно, я смогу быть полезным? – раздался знакомый голос откуда-то сверху.

Мара подняла взгляд. Человек, называвший себя советником Рэйнзом, стоял на балконе прямо над ней, свесившись через перила.

– Возможно, – кивнула она. – Поговорим?

Коротко улыбнувшись, он распрямился и отошёл от перил. В несколько шагов он преодолел расстояние до винтовой лестницы, которая спиралью нисходила к полу. Пока он спускался, Мара пыталась по осанке и походке определить, кем он может быть и какое положение занимает. Явно, не из военных, ну или, по крайней мере, не из высших чинов. Но и не политик-карьерист. Силы особого назначения? Возможно.

Достигнув пола, он направился прямо к ней.

– Я – советник Рэйнз, – произнёс он. – Кажется, нас не представили должным образом там, в филармонии.

– Вы правы, – согласилась Мара. Краем глаза она углядела свежий кровоподтёк у него на лбу. Очевидно, именно он тогда ломился в служебную дверь и схлопотал по физиономии, когда она швырнула на эту самую дверь охранника Джейкса. – Впрочем, и сейчас с должным представлением у нас тоже не ладится. Такого человека, как советник Рэйнз, в природе не существует.

Его губы стянулись в иронической ухмылке.

– Значит, вы уже копались в файлах губернатора? – Он пожал плечами, как будто признавая своё поражение. – Хорошо. Можете звать меня Маркко. У меня своего рода неофициальные связи с губернатором Эгроном.

– Насколько неофициальные? – предприняла попытку уточнить Мара.

Маркко вновь улыбнулся, в этот раз с ещё большим налётом иронии на устах.

– В любом другом уголке Империи меня, вероятно, назвали бы его другом, – поведал он. – Но, как вам известно, высокопоставленным особам не положено иметь друзей.

Мара с трудом сохранила на лице беспристрастное выражение. Но что-то, должно быть, всё-таки просочилось наружу, потому как она уловила на его лице признак понимания.

– Кстати о друзьях, – безмятежно добавил он. – Как поживает ваш друг?

– Спрятан в безопасном месте, – сообщила Мара, слегка раздражившись своей неспособности держать себя в руках. – Должна сказать, он немного в растерянности. Может быть, вы меня просветите?

– А вы правда от Гранд адмирала? – без обиняков вопросил Маркко.

– Время от времени я работала на него кем-то вроде курьера, – призналась Мара, душой, в общем-то, не покривив. – Но сейчас я нахожусь в творческом поиске.

– То есть, это не официальный запрос?

– Скажем так: случившееся слегка возбудило моё любопытство, – сказала Мара. – Что такого сделал Гент, что вы чувствуете себя вправе с такой лёгкостью вертеть его судьбой?

Маркко пожал плечами.

– У губернатора есть работа, которая требует его участия. Я вызвался помочь в этом деле.

– Шантажируя парня посредством украденной карты данных? Почему бы просто не нанять его?

Маркко хмыкнул.

– Маленького тухлого хакера?

– Маленького тухлого хакера, без чьей помощи вы просто жизни не мыслите, – поправила Мара. – Ну. Сколько?

Маркко, очевидно, был застигнут врасплох.

– Чего сколько?

– Вы меня слышали, – бросила Мара. – Вам нужен Гент. Он у меня. Какие ещё непонятки?

– Вы что, хотите сдать его? – подозрительно спросил Маркко. – Я думал, он – ваш друг.

– Моим другом его назвали вы, а не я, – отметила Мара. – Но я не об этом. Я предлагаю его услуги в наём. – Она слегка задрала брови. – И после всего, во что вы его втянули, не ждите, что он достанется вам подешёвке.

Маркко окинул её понимающим взглядом.

– Ну да, – кивнул он. – А вы, стало быть, как его посредник получите свои положенные десять процентов?

– Двадцать, – поправила Мара. – Поскольку я так же выступаю гарантирующей стороной.

– Гарантирующей что?

– Его безопасность, – мягко проговорила Мара. – Если в хакерском деле он действительно так хорош, как вы полагаете, его таланты могут оказаться полезны для Империи. Так что я не хочу, чтобы он споткнулся обо что-нибудь, скажем, при выходе из дворца.

Маркко расплылся в улыбке.

– Ну конечно, – буркнул он. – Ладно, я в игре. Сколько вы хотите?

Мара быстро произвела в уме нужные подсчёты. Высококлассный спец по компьютерам вправе требовать от легальной компании пять-шесть сотен за час работы. Пришло время выяснить, сколь отчаянно требуются Маркко услуги Гента.

– Две тысячи, – объявила она.

Глаза Маркко повылазили из орбит.

– Две тысячи?

– Ну да, – кивнула Мара. – В час, разумеется.

Маркко покачал головой.

– Вы с ума сошли.

– Зато вы, похоже, в безвыходном положении, – напомнила ему девушка. – Потому как всё произошло отнюдь не так, как вы сказали. Губернатор Эгрон не просил вас содействовать найму Гента, не так ли? Имперскому губернатору ни к лицу нанимать хакера из подворотни.

Она направила на него палец.

– Нет, Маркко. Эгрон нанял на эту работу именно вас. Просто не вышел из вас хакер, и не судьба вам с этой работой справиться. Я права?

Теперь уже Мара смогла по еле различимой реакции собеседника определить, что задела его за больное место. Как и она в тот раз, он был вынужден признать своё поражение.

– Хитро, – кисло выговорил он. – На которого Гранд адмирала, говорите, вы работаете?

– Я говорила, что нахожусь в творческом поиске, – парировала Мара. – Что вам нужно от Гента?

Мышцы на лице Маркко едва заметно дрогнули.

– У нас тут компьютерный комплекс мятежников, – мягко произнёс он. – Не просто какая-нибудь левенькая ЭВМ – мы вытащили его прямо из штаб-квартиры сектора. Если бы мы смогли взломать его, мы бы очистили от этого сброда целый регион космоса.

Мара сделала глубокий вдох, её рука непроизвольно потянулась в направлении светового меча. Вот он, долгожданный шанс насолить повстанческим дружкам Скайуокера.

– Но у вас не выходит?

Маркко скривился.

– Я – вполне квалифицированный хакер. Но подобная задача уж точно вне моей квалификации.

– Как некстати, – пробурчала она. Лицо Скайуокера назойливо замаячило у неё перед глазами…

– Я дам вам восемь сотен, – предложил Маркко.

Мара с усилием прогнала образ Скайуокера из своих мыслей.

– Уговор был на две тысячи.

– Это немыслимо, – взорвался Маркко. – Ну ладно. Договоримся на тысячу. Это вдвое больше, чем он смог бы получить от любой легальной компании.

– Легальные компании не занимаются вымогательством и не заставляют никого спать по два дня на улице, – парировала Мара. – Две тысячи. Соглашайтесь, или я ухожу.

Маркко изнурённо вздохнул.

– Ладно, ваша взяла, – вымолвил он сквозь стиснутые зубы. – Когда?

– Ну, не знаю. – Мара бросила взгляд на витиеватый хронометр, вделанный в стену. – Ночь только в зародыше. Придём через два часа.

– Сегодня? – поражённо воскликнул Маркко.

– А почему нет? Вам нужен взлом – так давайте приступим. С какого входа лучше подойти?

Маркко поджал губы.

– Подходите к юго-западным воротам, – сказал он. – Я вас встречу.

– Мы придём, – пообещала Мара. – Просто удостоверьтесь, что нужная сумма на месте.

Город по-прежнему гудел от пешеходов и проходящего транспорта, когда её вывели за ворота. Она задумалась над мыслью поймать такси, в последний момент предпочла идти пешком. Гент, как она подозревала, придёт в восторг, когда узнает, чего она добилась. При условии, что она сама ему расскажет. Потому как что-то в легенде этого Маркко беспокоило её. Что-то тут не сходилось.

Почему Маркко было так важно подставить – а теперь и нанять на эту работу именно Гента? И раз уж на то пошло, почему губернатор Эгрон нанял именно Маркко? В Империи полно квалифицированных компьютерных специалистов – возможно и не таких ловких, как Гент, но вполне компетентных в своей области. Так почему бы не подрядить кого-нибудь из них?

Должно быть, их уже подрядили, и те просто застопорились на половине процесса. Но зачем же тогда мариновать Гента целую неделю? Почему бы сразу не вызвать его во дворец и не вручить все карты в руки? Как-никак губернатор Эгрон – представитель имперской власти в секторе и он вполне может заставить сделать кого угодно и что угодно.

Нет, тут происходило что-то ещё, что-то неуловимое. Что-то, достойное проявленных ухищрений и денег, которые это может принести.

И вполне достойная причина, чтобы вести за ней слежку.

Она не прошла и квартала, когда заметила его: низенький неприметный человечек, болтающийся в нескольких десятках метров позади, словно деревенский фермер, впервые получивший шанс поглазеть на красоты большого города. Он неплохо справлялся со своей задачей, но всё же был недостаточно хорош, чтобы запудрить мозги человеку с её опытом. Очевидно, Маркко не слишком-то доверял её обещаниям.

Также очевидно, что он недооценил её.

Это оставляло целый спектр возможностей.

Не замедляя шага, она продолжила двигаться в исходном направлении, не выпуская преследователя из виду. Прямо по курсу за углом располагались два небольших городских театрика.

По крайней мере, в одном из них прямо сейчас представление должно было подходить к концу. Она завернула за угол, на время скрывшись из поля зрения «хвоста». Как она и ожидала, по обеим сторонам тротуара были ровным рядком припаркованы лэндспидеры, а шумная толпа людей и инородцев активно высыпала из дверей одного из театров, расположенных на дальней стороне улицы.

Превосходно.

Коротко оглянувшись назад, дабы убедиться, что угол здания по-прежнему скрывает её от взгляда «хвоста», она ловко распласталась на тротуаре и закатилась под одну из припаркованных машин. В какой-то мере подобный манёвр был очевидным, но императорские инструкторы заверили её, что многие люди, даже профессионалы, могут запросто выпустить такую возможность из виду.

Особенно когда другие возможности гораздо более заманчивы. Транспортные средства по всей улице понемногу приходили в движение и покидали насиженные парковочные места – театралы спешили домой. Она сосредоточила свой взгляд на углу улицы, и буквально через несколько секунд в её поле зрения вплыла пара низких ботинок. Мужчина застыл на месте, затем засеменил прямо по курсу.

Но его миссия была обречена на провал, и он понимал это. Слишком много машин, слишком много людей, слишком мало света. Он миновал пару лэндспидеров; пройдя мимо укромного местечка Мары, он наконец полностью остановился, неохотно признавая своё поражение. С его губ сорвалось проклятье, хорошо слышимое даже несмотря на рёв удаляющихся машин, и он развернулся.

Он вновь проходил мимо лэндспидера Мары, когда из-за угла показалась ещё одна пара ботинок.

– Что ты делаешь? – прошипел мужской голос, едва различимый сквозь громыхание толпы. – Где она?

Интересно, подумала Мара, подбираясь как можно ближе к краю своего укрытия, насколько вообще хватало её дерзости. Так значит был и второй «хвост», готовый в любой момент подхватить эстафету, если она преуспеет в обведении вокруг пальца его более очевидного предшественника. Всё-таки Маркко не настолько недооценил её, как ей хотелось думать.

– А сам ты как думаешь? – огрызнулся первый «хвост». – Где-то здесь, в толпе. Или уже ушла.

Новоприбывший выругался, хоть и не столь живописно, как его напарник.

– Тебе лучше бы доложиться. Маркко это не понравится.

– Маркко это не понравится, – принялся грубо дразниться первый «хвост». – Без шуток.

Рапорт был коротким и резким. Мара не могла разобрать слова в комлинке, но с её стороны диалога было вполне очевидно, что Маркко совсем не рад происходящему. Оба преследователя развернулись на пятках и потопали обратно за угол в направлении, откуда явились.

Мара дала им тридцать секунд, чтобы развить дистанцию.

Затем, выкатившись из-под спидера, она смахнула грязь, прилипшую к платью, и пошла за ними.

Её преследовали. Она имела полное моральное право отплатить им той же монетой. И заодно показать этим недотёпам, как нужно правильно вести слежку.

* * *

Она предполагала, что оба «хвоста» вернутся во дворец, и тогда она сможет выяснить, кто будет встречать их у входа – Маркко или кто-то ещё. К её удивлению, за два квартала до дворца они предпочли повернуть вниз по улице. Минутой позже они растворились в дверях большого частного дома где-то посреди квартала.

Мара двинулась к задней двери, не выпуская из виду противоположную сторону улицы и одновременно пытаясь осмыслить такой неожиданный поворот событий. Зачем Маркко посылать их куда-то ещё? А может, они просто отправились по домам? Но не мог же он отпустить их, не получив полного отчёта о произошедшем.

Или это дом Маркко? Но опять же, какой смысл приводить их сюда, если гораздо проще расспросить обо всём во дворце?

Задняя дверь оказалась заперта; впрочем, Мара не могла назвать это серьёзной преградой. В тылу здания было темно и тихо, но как только она вошла в затенённую прихожую, она смогла разглядеть щепотку рассеянного света и откуда-то спереди до неё донеслись мягкие голоса. Свет и звук усиливались, по мере того как она продвигалась через просторную столовую, комнату для игр, а также покой для медитаций: последнее помещение было обустроено так, что скорее подходило для шумных гулянок, чем для просиживаний в одиночестве.

И вот, повернув за угол, она наконец добралась до цели.

Комната тянулась на пять метров параллельно коридору; сквозь распахнутые настежь двери проникал яркий свет, а вместе с ним – обрывки напряжённого разговора. Два голоса она узнала: они принадлежали двум её несостоявшимся «хвостам». Прочих голосов было, по меньшей мере, три, и ни один из них, по всей видимости, не принадлежал Маркко. Она навострила уши, пытаясь уловить отдельные слова.

– Просто держи руки на виду – вот так, – послышался знакомый тембр Маркко откуда-то сзади.

Мара прикусила язык, еле удержавшись от брани. Она так крепко сосредоточилась на чужом разговоре, что совсем забыла о том, что нужно приглядывать и за собственными тылами.

Впрочем, в те, ушедшие навсегда дни ей и не нужно было беспокоиться о таких мелочах. Сила всегда была рядом, она давала ей подсказки, еле уловимые предостережения о вещах, за которыми не могли уследить её глаза и уши, она повышала её предел бдительности и давала лишний уровень защиты.

Но Сила покинула её.

Почему это произошло? Неужели после внезапной гибели императора она просто позабыла, как обращаться с этой древней мощью? Или тот инцидент так травмировал её, что её сознание оказалось каким-то образом отрезано от Силы, а былые пути доступа заблокированы? А может, на самом деле Сила вообще никогда не была с ней? С ней был могущественный в Силе император, который запросто мог временно даровать ей необычные способности, а теперь вот забрал их обратно.

Да, это был неплохой предмет для анализа, но как-нибудь в другой раз. Прямо сейчас на её голову обрушились куда более насущные проблемы.

– Вот ты где, – невозмутимо проронила она, оборачиваясь, держа руки как можно дальше от пояса. Маркко стоял у открытой двери в чулан в трёх метрах позади неё, в его руке грозно поблёскивал бластер. – Зачем такие сложности? Мог бы просто позвать меня на вечеринку.

– Потешно, – хрюкнул Маркко. Затем он мотнул дулом бластера. – Давай внутрь. И без фокусов.

– Я? – с показной удивлённостью в голосе воскликнула Мара. Повернувшись, она взяла курс в направлении комнаты. – Ты сам начал эти фокусы. Мне казалось, мы договорились.

Разговор в комнате стих. Мара шагнула в дверной проём и оказалась в кольце из восьми людей, восседавших на стульях или мягких креслах, – и все как один повернули головы в её сторону. Руки троих спешно потянулись к внутренним карманам пальто, очевидно, чтобы ощутить успокаивающее тепло рукояти бластера.

– Всем привет, – раскланялась Мара. – Добро пожаловать на еженедельную игру «Догони лидера», проводимую под эгидой досточтимого Маркко.

Первый «хвост» фыркнул.

– Смешно, – пробурчал он.

– Меня зовут Арица, – продолжила меж тем Мара. – Я – лидер.

Она подняла взгляд на Маркко, который вступил в комнату следом за ней.

– Как насчёт официального представления, Маркко? Давай начнём с тебя.

– Ты же лидер, – сухо напомнил ей Маркко. – С тебя и начнём. – Он многозначительно мотнул бластером. – И перед тем, как ты приступишь к своим байкам, хочу заранее предупредить, что я сверился с дворцовой компьютерной картотекой. И никакой Арицы Прадо не нашёл.

– Прадо, – буркнул один из мужчин. – Среди сановников Палпатина был некий Алек Прадо.

– Никакой связи, – заверила его Мара. – Я просто временами заимствую его имя. Бывает удобно.

– Так кто же ты? – спросил Маркко. – И чью сторону ты выбрала в этой войне?

Мара пожала плечами, меж тем усиленно пытаясь догадаться, что здесь происходит. Она мысленно подбросила монетку. Тайная встреча вне дворца вполне могла означать собрание анти-имперски-настроенных личностей. С другой стороны, если у Эгрона есть во дворце враги – а он всё-таки губернатор, куда ж без них – то на эту встречу с его санкции вполне могли явиться и его собственные приспешники.

Монетка приземлилась на ребро.

– В настоящий момент – ничью, – сообщила она Маркко. – Я – строго независимый подрядчик.

– Ты работаешь на Тэлона Каррда? – с подозрением в голосе спросил кто-то из присутствующих.

Мара покачала головой.

– Никогда не слышала о таком. А кто это?

– Потенциальный главарь контрабандистов, – фыркнул кто-то ещё. – Один из той непомерной своры, что пытается влезть в нору хатта Джаббы, так заботливо оставленную после того, как хатту передавили его жирную глотку.

Мара почувствовала, как что-то сдавливает её собственное горло. Джабба Хатт. Убит на Татуине – ну а кем ещё он мог быть убит? – Люком Скайуокером. Куда бы она не совалась, везде по пятам шёл призрак его деяний.

– Так причём тут этот Каррд?

– Абсолютно не причём, – ответил Маркко. – Так значит, у тебя вообще нет политических пристрастий? Мне казалось, только безмозглые слизняки лишены убеждений. Слизняки и трусы.

– Для меня политические убеждения – непозволительная роскошь, – невозмутимо парировала Мара. Мало-помалу привыкая к манере его речевых атак, она не могла позволить, чтобы её вывели из себя нотки вызова в его голосе. – В последнее время я была слишком занята вопросами выживания. Так что, обычно я стою на стороне того, кто предложит больше. Или того, чей бластер целится мне в спину.

– Сейчас в твою спину целится мой бластер, – напомнил ей Маркко, для выразительности помахав оружием. – Будет ли это означать, что ты готова к сотрудничеству?

Мара пожала плечами.

– У тебя есть бластер. А у меня Гент. И я по-прежнему жду официального представления.

Несколько долгих секунд Маркко буравил её взглядом.

– Ну ладно, – сдался он. – Меня зовут Маркко. Я – агент Альянса повстанцев.

Альянс повстанцев. Даже несмотря на то, что она была в какой-то мере готова к такому повороту, подобное откровение явилось для неё определённым шоком.

– Ясно, – протянула она, изо всех сил стараясь, чтобы нотки презрения не выскользнули наружу. Те самые люди, что разрушили её жизнь… – А компьютерный комплекс? Ваш?

– Почти. Он принадлежит другой группе, – кивнул Маркко. – Я должен был втереться в доверие Эгрона и оказаться здесь, когда компьютер будут пытаться взломать. Я должен был нейтрализовать наиболее важную информацию, после чего имперцы возрадовались бы тому, что осталось.

– Очень великодушно с твоей стороны, – бросила Мара. Жестом руки она обвела прочих людей, кольцом сгрудившихся вокруг неё. – А они кто такие?

– Они входят в местную ячейку. – Маркко иронически улыбнулся. – В их обязанности входило убедиться, что ты приведёшь Гента на встречу, как и обещала.

– Отлично, – кивнула Мара. – Считай, что их работа выполнена.

И она повернулась к двери.

– Эй, куда ты идёшь? – требовательно спросил один из мятежников.

– Я буду у юго-западных ворот вместе с Гентом через полтора часа, – сообщила она Маркко, пропустив вопрос мимо ушей. – Не опаздывай и держи деньги наготове.

Она бросила взгляд через плечо на остальных повстанцев.

– И не пытайтесь преследовать меня, – добавила она. – Увижу хоть один «хвост» – и наше с вами соглашение покатится в кювет.

Не дожидаясь ответа, она покинула комнату.

Никто не пытался остановить её. И преследовать тоже никто не стал.

Минутой позже, когда она вновь окунулась в прохладу ночного воздуха, её голова шла кругом от открывшихся перед ней возможностей. Захваченный повстанческий компьютер. Настоящая мятежная ячейка.

И по случаю высокопоставленный повстанческий агент. И всё это в её руках. Она справится. Она знает, что справится. Они ей доверяют, ну или, по крайней мере, осознают, что у них просто нет другого выбора, кроме как довериться ей. Она может провести Гента во дворец, взломать компьютер, а потом сдать и компьютер, и Маркко губернатору Эгрону.

Возможно, этого будет достаточно, чтобы получить стоящую работу в местном департаменте разведки. А если губернатор и не будет столь щедр, то ей всё равно этого хватит, чтобы, по крайней мере, обрести себя, вспомнить, что она всё ещё может бороться, противостоять мятежу. У неё появится шанс выстроить для себя новую жизнь. Возможно, даже шанс сбросить Айсард с хвоста.

Да, у неё должно получиться. А всё потому, что она решила задержаться на Чибиасе, чтобы лицезреть концертное выступление. Возможно, Сила всё-таки не оставила её насовсем.

Но несмотря ни на что, Мара избрала долгий кружной маршрут обратно в гостиницу, то и дело поглядывая через плечо и в любой момент ожидая слежку.

* * *

– Вы уверены, – недоверчиво пробормотал Гент, пока они спешно продвигались в направлении огней дворцовых юго-западных ворот, – что это удачная идея?

– Всё будет в порядке, – заверила его Мара, вкладывая в слова как можно больше твёрдости. План казался ей блестящим всю дорогу до гостиницы. Не сомневалась она в его изумительности и пока растолковывала этот план Генту: юный хакер, чьи волосы были взъерошены даже больше обычного, только что вылез из душа и натужно пытался закатать рукава комбинезона, позаимствованного из её гардероба.

Но теперь, с каждым новым шагом, проделанным в направлении дворца, безоблачность этого замысла таяла прямо на глазах.

Особенно учитывая, что она шарахалась от каждой тени, ожидая увидеть в ней затаившегося повстанческого дружка Маркко. Если она не сможет убедить губернатора Эгрона, что они с Гентом на его стороне, отход из дворца станет заметно проблематичным.

Охрана распахнула ворота без каких-либо вопросов или возражений. Внутри их ожидал Маркко вместе с шеренгой из полудюжины штурмовиков. Он молча кивнул Генту, затем поднял взгляд на Мару.

– Следуйте за мной, – вот и всё, что он сказал.

Они так и поступили. Мара без удивления заметила, что штурмовики не отстают от них ни на шаг.

Маркко вёл их сквозь лабиринт тускло освещённых коридоров, через каждую пару углов меняя направление. Наверняка существовал и более прямолинейный маршрут, но их, по всей видимости, намеренно пытались сбить с курса. Так, чтобы гости не имели ни малейшего понятия, где они находятся и – что более важно – как отсюда выбраться.

В конечном итоге они достигли проёма с безликими дверьми. Маркко распахнул их, и вся группа ступила внутрь.

Комната оказалась гораздо больше, чем можно было предположить по размеру дверей. В целом она походила на приёмную, в которой ещё совсем недавно состоялась её столь увлекательная беседа с Маркко, – с куполообразными потолками при поддержке декоративных колонн, растущих прямо из пола. Но по назначению она больше напоминала палату для аудиенций: в дальнем конце помещения располагался подиум, на котором покоился стул, чем-то напоминающий трон. Резные каменные стены были украшены старинными гобеленами и объёмными произведениями живописи, в нишах или на небольших пьедесталах, расбросанных по всему залу, ютились скульптуры. Палата ясно давала понять всяк входящему о богатстве, величии и культурной образованности губернатора Эгрона.

И посреди всего этого великолепия, прямо в центре зала перед троном стоял захваченный компьютер.

Он оказался значительно больше в размерах, чем представляла себе Мара по описаниям Маркко. Или, возможно, размеры были иллюзией, которую создавали всевозможные подставки и столы, плотным кольцом громоздившиеся вокруг компьютера: на них содержалось различное исследовательское оборудование, подсоединённое к подопытному объекту паутиной проводов всех цветов радуги. Маркко и его сообщники не сидели сложа руки в ожидании, когда придёт Гент и сделает за них всю работу. Они выбивались из сил в попытках расколоть этот крепкий дамакский орешек, прежде чем окончательно капитулировали.

А это означало, что Гент и она действительно застали их сидящими на пороховой бочке. Она вполне могла попытаться выжать из них ещё больше денег, и Маркко всё равно был бы вынужден согласиться.

Она бросила взгляд на Гента, задумавшись, не пришла ли ему в голову та же мысль. Но нет. Он таращился на компьютер с таким видом, с каким ценитель искусства разглядывал бы собранные в этом же зале скульптуры и картины. Про деньги он, по всей видимости, забыл окончательно.

– Ну, наконец-то, – протянул низкий голос откуда-то сзади.

Обернувшись, Мара увидела, как вслед за эскортом штурмовиков, вставших по стойке смирно в дверях, в комнату вошёл человек в летах с лицом, покрытым глубокими морщинами.

– Полагаю, это и есть Гент? – добавил мужчина, с сомнением изучая юнца.

– Да, это он, – ровным голосом произнесла Мара. Лично она никогда не встречалась с этим конкретным чиновником, но его лицо содержалось в тех файлах, что император заставлял её заучивать много лет назад. – А вы, я так понимаю, губернатор Эгрон?

Эгрон посмотрел на неё так, словно она была лишним, не содержавшемся в заказе, блюдом.

– Маркко? – позвал он.

– Это знакомая Гента, – объяснил Маркко. – Она ведёт от его лица переговоры.

Эгрон пронзил его острым взглядом.

– Переговоры?

– Всё в порядке, – сказал Маркко, пытаясь успокоить его мягким движением руки. – Всё под моим контролем. Что ж, Гент, вот компьютер. Приступай.

Гент безмолвно приблизился к компьютеру, его глаза по-прежнему азартно блестели. Минуту-другую он продолжал разглядывать его, глазами отслеживая переплетения проводов; затем, всё ещё не говоря ни слова, он уселся за центральную панель управления. Сначала медленно, затем набирая всё большую и большую скорость, его пальцы принялись нежно поглаживать клавиши.

– Стало быть, вы его агент по трудоустройству? – прозвенел голос Эгрона в ушах Мары.

– Неофициально, – ответила девушка, поворачиваясь к нему лицом. – Это временная работа и, по моим предположениям, весьма прибыльная.

Эгрон фыркнул.

– Скажу сразу: вымогать деньги у имперского губернатора – занятие рискованное.

– Нет, что вы. Я совсем о другом, – произнесла Мара, исподтишка оглядываясь по сторонам. Маркко стоял на почтительном расстоянии позади Гента, наблюдая за его работой. Никто из штурмовиков также не находился в пределах слышимости. Это была наиболее благоприятная возможность выложить всё как на духу. – Скажите мне, губернатор…

– Губернатор? – приглушённо позвал Маркко. – Не могли бы вы подойти?

– Конечно. – Эгрон коротко кивнул Маре, затем пересёк зал и очутился рядом с Маркко. Тот прошептал ему пару слов на ухо, и спустя несколько секунд они с головой ушли в разговор.

Мара отвернулась, где-то в глубинах её подсознания прозвенел тревожный звоночек. Неужели Маркко разгадал её планы сдать Империи всю его повстанческую шайку? Если так, то он будет делать всё возможное, чтобы держать её подальше от Эгрона, по крайней мере, до тех пор пока не сочинит какую-нибудь достойную байку, призванную выбить опору у неё из-под ног.

И скорее всего, он прямо сейчас этим и занят. Вспоминая досье на Эгрона, Мара пришла к выводу, что губернатор скорее поверит предполагаемому другу, чем имперским опознавательным кодам, предоставленным Марой.

Она оглянулась на дверь. Единственный выход из зала охранялся непреодолимой стеной из шестерых штурмовиков.

Пришла пора найти альтернативный путь наружу.

Она принялась вальяжно шествовать по залу, притворяясь, что изучает предметы живописи. Частный офис Эгрона и его жилые апартаменты почти наверняка должны были иметь потайные выходы, в отличие от приёмной залы для аудиенций. Так что её единственной надеждой могла быть лишь всеми забытая задняя дверь, скрытая за одним из гобеленов.

– Арица? – позвал Маркко.

Она обернулась. Маркко по-прежнему стоял позади Гента и жестом приглашал Мару присоединиться к нему; губернатор отошёл чуть в сторону и теперь рыскал посреди нагромождения компьютерного оборудования, словно голодный врикс в поисках пути к загону для бант.

Мара подошла к Маркко, не сводя глаз со штурмовиков. Но те пока не выказывали никаких признаков готовности к активным действиям.

– Да?

– Губернатор согласился на все твои требования, – сообщил ей Маркко. – Две тысячи в час. Полагаю, стандартная имперская валюта подойдёт?

– Вполне, – ответила Мара. – А теперь поговорим о тех деньгах, что заплатишь нам лично ты.

Он нахмурился.

– О чём ты говоришь? Я же только что сказал…

– Ты сказал, что губернатор платит две тысячи, – отрезала Мара. – Но и сам ты тут не последний человек, так? Зачем сидеть у губернатора на шее?

Маркко шумно выдохнул.

– Поверить не могу, – прорычал он. – Ты могла бы гораздо проще, напрямую… – Он подавил все слова, которые собирался выложить, как на духу. – Ладно. Делай, что хочешь. – Повернувшись кругом, он спешно ретировался.

– Как скажешь, – бросила ему в след Мара, стараясь скрыть удовлетворение в своём голосе. Как проще всего покончить с нежелательным разговором? Заговорить о деньгах.

Повернувшись спиной к дымящемуся от злости Маркко, она сделала шаг в направлении Гента.

– Ну как тут всё? – спросила она.

Ноль внимания.

– Гент? – попробовала она снова.

В этот раз он соизволил поднять взгляд.

– Вы что-то сказали? – рассеянно бросил он.

– Я спрашивала, как движутся дела, – повторила она. – Прогресс есть?

– Небольшой, – сообщил он. – Пока всё идёт медленно. Я никогда не сталкивался с такими шифрами.

– Уверена, что ты справишься, – ободряюще сказала она.

– О, я знаю, – смущённо молвил он, поворачиваясь обратно к консоли.

– Дай мне знать, когда будешь близок к завершению, – тихо добавила она. – Только мне. Ясно?

– Конечно, – ответил он. – Эй, хотите увидеть кое-что по-настоящему клёвое? Смотрите.

Он отстучал несколько команд и тарабарщина на одном из дисплеев сменилась изогнутым ало-голубым логотипом, который кривился и поворачивался, словно змея, исполняющая балетные па. Под ним ходуном ходили различные буквы и цифры, как будто зрители, наблюдающие шоу.

– Разве это не прикольно? – заявил Гент. – Вы когда-нибудь видели такое?

– Ага, – промолвила Мара сквозь внезапно онемевшие губы. И правда, прежде она уже видела подобный логотип. Это была эмблема корпорации «Сплетники Шасстарисса», небольшого семейного подряда, который заключил договор с Империей на создание особых военных шифров. А судя по кодовому числу, выписанному под логотипом…

Когда она снова подняла взгляд на компьютер, в затылке неприятно покалывало. Этот компьютер не был захвачен у повстанцев.

Это был первичный управляющий узел с имперского «звёздного разрушителя».

Таким образом, всё буквально за долю секунды встало на свои места. Маркко не искал возможности порушить некоторую повстанческую базу данных, прежде чем информация попадёт в чужие руки. Он сам собирался наложить лапы на контрольные матрицы, модели передачи данных и военные шифры со «звёздного разрушителя».

Она исподтишка глянула на Маркко. Не удивительно, что он хотел выжать из Гента максимум, не гнушаясь в средствах. Подобный успех с ходу поднимет его как в глазах повстанческих дружков, так и по карьерной лестнице. Ещё бы, провернуть такое дельце прямо под носом у имперского губернатора…

В её горло ледяной хваткой впился какой-то невидимый кулак. Она запоздало вспомнила, как в том повстанческом притоне Маркко упоминал о своём проникновении в дворцовый компьютер в попытках определить истинную личность Арицы Прадо. И на всю эту работу ему понадобилось всего несколько минут: ровно столько времени прошло между моментом их расставания во дворце и их новой неожиданной встречей на явочной квартире повстанцев.

А по его собственному признанию, он был всего лишь неплохим компьютерным взломщиком. Как же он так быстро пробился через все специализированные охранные шифры в оперативную картотеку?

Ответ прост: он этого не делал, потому что кто-то сделал это за него. Кто-то, кому не требовалось взламывать систему, потому что у него и так имелись нужные шифры.

Иными словами, губернатор Эгрон.

Она бросила взгляд на Эгрона: тот по-прежнему без устали выписывал круги по комнате. Невидимый кулак сжался вокруг её горла ещё сильнее. Имперскому губернатору нет никакой нужды в военных шифрах. Как и в любой другой информации, хранящейся на борту «звёздного разрушителя»

Если только он не намеревался продать её.

Она сделала глубокий вдох. Вот оно что. Маркко не пытался обвести ничего не подозревающего Эгрона вокруг пальца. Губернатор сам раньше других понял, откуда дует ветер, и решил заключить сделку с победившей стороной – Восстанием – чтобы выставить себя в благоприятном свете.

Да, похоже, Эгрон и есть тот человек, который стоит за всем этим. Всем, начиная от выхода на контакт с Маркко и заполучения компьютера и заканчивая поиском полулегального хакера, который способен сделать всю грязную работу в мгновение ока.

Отсюда проявлялась и истинная причина, почему Гента целую неделю промариновали на улице. Так и не попытавшись ни с кем связаться, не обратившись ни к кому за помощью в своей нужде, он только доказал, что ему просто не к кому обратиться. А это значит, что, выполнив свою задачу, он мог запросто по-тихому исчезнуть, и никто даже не побеспокоился бы о нём.

И кстати, если Генту было суждено исчезнуть, то такая же участь ждала и любого, кто мог оказаться с ним в одной упряжке. И знание имперских опознавательных кодов спасти здесь не могло.

Скорее могло сослужить дурную службу.

– Разве это не круто? – вновь воскликнул Гент. – Мне прямо нравится, как она…

– Довольно, – оборвала его Мара, предупредительно положив ладонь на плечо.

Должно быть, было что-то такое в её голосе или прикосновении, потому что он на удивление быстро уловил, что от него хотят.

– Что-то не так? – тихо поинтересовался он.

– Прямо сейчас всё не так, – угрюмо сообщила ему Мара. – Мы окружены врагами, Гент. Нам нужно выбираться отсюда и как можно скорее.

На мгновение ей показалось, что она совершила ошибку, сказав это. Челюсть малыша отвисла, его глаза в ужасе округлились, и Мара уже морально приготовилась к дикому воплю, на который грозила сбежаться вся округа.

Но в этот раз инстинкты, к счастью, подвели её. Рот закрылся, глаза вернулись к прежнему состоянию, и он едва заметно кивнул.

– Ладно, – сказал он. – Что я должен делать?

– Самое ценное сейчас – время, – поведала она. – Ты сможешь его потянуть?

Он пожал плечами.

– Без проблем. Мне и так потребовалось бы ещё не меньше получаса работы.

– Растяни на час, – распорядилась Мара, оглядываясь в поисках вдохновения. Штурмовики столпились у дверей, Эгрон и Маркко нетерпеливо мерили шагами зал…

Зал с каменными стенами, колоннами, сводами и подвесными скульптурами.

Рискованная задумка, причём сразу по двум параметрам. Но в их ситуации выбирать не приходилось.

– Можешь как-нибудь заставить эту машину пошуметь? – спросила она. – Не слишком громко, но чтобы возник гул, либо трели?

– Э… – Он огляделся. – Да, наверное. Хотите что-нибудь по-настоящему раздражающее?

– Нет, нужно просто заглушить некоторые другие, умеренно глухие звуки, – разъяснила она. – Дай мне минут пять и тогда начинай.

– Ладно, – согласился он. – А что потом?

Она одарила его весьма обнадёживающей улыбкой.

– А потом не беспокойся. Если мы уйдём отсюда, мы уйдём вместе.

Ещё раз тихонько сжав его плечо, она направилась прямиком к наворачивающему круги Эгрону. Тот заметил её и остановился.

– Он закончил?

– Пока нет, но он голоден, – объяснила Мара. – Я хочу сходить за какой-нибудь едой.

– Он поест, когда закончит, – вклинился в разговор Маркко.

– Голодные хакеры обычно работают не так усердно, как сытые и счастливые, – возразила Мара. – Не так усердно и не так быстро. – Она пожала плечами. – Впрочем, вы тут заказываете музыку, ребята. Хотите оплатить лишнюю пару часов – я ничего против не имею. Мне тоже торопиться некуда.

Маркко и Эгрон переглянулись. Мара уловила едва заметный кивок повстанческого агента…

– Хорошо, – согласился губернатор. – Но ты никуда не пойдёшь. Я сам кого-нибудь пошлю.

Он зашагал прямиком к штурмовикам. Они перекинулись парой слов, после чего двое из шестёрки сделали разворот «кругом» и исчезли в дверях. Маркко меж тем тоже отвалил прочь. Мара отошла к стене, к месту, где она совсем недавно разглядывала подвесную скульптуру. Теперь за ней приглядывали всего четверо штурмовиков – правда, только до тех пор, пока не вернутся остальные.

Теперь всё зависело только от Гента. Если малыш опять ушёл с головой в работу так глубоко, что совсем забыл о её просьбе наделать шуму…

Описав половину окружности по залу, она принялась рассеянно изучать треугольное полотно с грубо нанесёнными красками, когда впервые обратила внимание на неясный гул.

Сперва он был негромким, словно стрёкот крыльев какого-то насекомого. Но почти мгновенно уровень шума возрос почти до самого пика. Она принялась оглядываться по сторонам, притворяясь, что пытается определить его источник; её взор наткнулся на Гента почти в тот же миг, когда к нему подошли Эгрон и Маркко.

– Что за адский шум? – потребовал ответа губернатор. – Что-то не так?

– Нет, всё в порядке, – заверил его Гент. – Обычный цикл обратной связи Периандера. Применяется почти во всех системах безопасности. Сильно шумит, когда кто-то пытается взломать их.

– А нельзя его отключить? – осведомился Маркко, склонившись над плечом Гента и изучая дисплеи.

– Отключить? – эхом отозвался Гент в показном изумлении. – Нет-нет. Пускай будет.

– Но зачем? – проворчал Маркко.

– Это очень полезно, – терпеливо пояснил Гент. – По шуму можно определить, насколько успешно продвигается взлом. Смотрите, если тон повышается… – Он углубился в технические обоснования, но Мара и так уже услышала достаточно. Вновь отвернувшись, она вытащила из потайного отделения жакета свой световой меч. Гент отыграл свою роль на отлично. Пришёл её черёд.

Подойдя почти вплотную к одной из картин, она приложила руку к рамке, как будто желая получше изучить данное произведение искусства. Повернувшись таким образом, чтобы закрывать обзор одновременно со стороны двери и компьютерного комплекса, она поднесла эмиттер светового меча к стене и зажгла его.

Трескучее шипение раздалось в десять раз громче обычного. Она внутренне напряглась, морально готовясь быть услышанной.

Но под аккомпанемент непрекращающейся трескотни Гента и всё нарастающего гула, что издавало оборудование, её манипуляции, очевидно, прошли незамеченными. Держа рукоятку строго перпендикулярно стене, так чтобы сияющий клинок ненароком не попался на глаза наблюдателей, она начала медленно продвигать её вверх, осторожно прорезая камень под углом. Папаракский поперечный разрез – известный лишь посвящённым элемент инженерного искусства, один из многих, каким её в своё время обучил император, – представлял собой особую технику, предназначенную для ослабления прочности стены таким образом, чтобы та не обрушивалась до тех пор, пока диверсант благополучно не выйдет из зоны поражения.

Она завершила резку по камню и отключила меч. Следующий надрез, по её подсчётам, предстояло сделать у основания опорной колонны в трёх метрах справа от неё. Спрятав оружие обратно в тайное укрытие, она небрежной походкой направилась к следующей картине.

Для комнаты таких размеров приготовления к папаракскому поперечному разрезу в обычных условиях заняли бы не больше пяти минут. Стараясь действовать так, чтобы её ни в чём не заподозрили, Мара затратила на это дело все двадцать.

Оставалось сотворить последнюю серию надрезов. В тыльной стороне комнаты, чуть правее крайне занимательной картины она незаметно высекла треугольное отверстие, которому суждено было послужить им выходом после обрушения зала.

Пришёл час побега.

Она убрала меч обратно в потайной карман и затопала к Генту ленивой походкой скучающего дельца, который только и ждёт, не дождётся того момента, когда можно будет начать пересчитывать свои кровно заработанные кредитки. Губернатор Эгрон как и прежде занимался праздношатанием, зато Маркко, похоже, решил весьма уютно устроиться за плечом у Гента.

Придётся как-то его спровадить. Впрочем, на этот счёт у Мары уже роились в голове кое-какие мысли.

Когда она остановилась у Гента за другим плечом, Маркко обернулся.

– Наслаждаешься губернаторской коллекцией искусств? – спросил он.

– Да, коллекция ничего, хотя видали и побогаче, – бросила Мара, заглядывая в дисплей. – Скажи мне, Маркко, а насколько хорошо ты знаешь губернатора на самом деле?

– То есть?

– То есть, мне интересно, не может ли он догадываться о твоей истинной роли.

На непродолжительное время повисла тишина. Гент, как и ожидалось, был всецело сосредоточен на своей работе и, предположительно, находился в неведении всего, что происходило вокруг.

– А почему ты спрашиваешь? – наконец нарушил молчание Маркко.

– Да так, заметила там одну картину. – Мара кивнула в сторону стены, над которой она так тщательно поработала. – Слышал когда-нибудь о газе кантрош?

– Это тот, убивающий? – буркнул Маркко.

– Нет, оживляющий, – саркастически бросила Мара. – Слышал ты о нём или нет?

Сквозь стиснутые зубы Маркко раздалось шипение.

– Это боевой газ. Быстро разносится по воздуху, высоко-токсичен для большинства известных видов.

– Неплохо, – похвалила Мара. – Так вот, рамка, в которую заключена та картина, выполнена из раствора, содержащего окисел кантроша. Хочешь, за пару лишних кредиток я расскажу тебе, что случится при контакте этого раствора, скажем, с бластерным разрядом?

Маркко бросил настороженный взгляд на губернатора.

– Нет, он не станет этого делать.

– Почему нет? – возразила Мара. – Нет, ну сам он, очевидно, будет находиться в другой комнате, если только он не принёс с собой дыхательную маску и не заныкал её где-нибудь в подлокотнике трона. Штурмовики также не пострадают: в их шлемах хорошая система фильтрации. Так вот, возвращаясь к исходному вопросу: может ли губернатор догадываться о твоей истинной роли?

Маркко неплохо сдерживал свои мысли и эмоции, но наружу просочилось вполне достаточно, чтобы Мара поняла, что попала в самую точку. Как-никак, имперский губернатор, который с такой лёгкостью предаёт своё собственное правительство, вряд ли станет мучиться от угрызений совести, если совершит предательство и в другую сторону.

– Похоже, ты большой спец по этой части, – наконец пробурчал он. – И что ты предложишь?

– Предложу вынести её отсюда, вот что, – колко бросила Мара. – Снимем картину со стены, отнесём её к дверям и скажем Эгрону: либо убирается она, либо мы.

– И ты считаешь, он нас послушается?

– Ну, драгоценная информация, в которой он так страстно нуждается, по-прежнему под замком, забыл? – проговорила Мара. – Что ему остаётся? Гент? Давай, малыш, просыпайся.

Тот заморгал, возвращаясь к реальности.

– Что такое?

– Пора на прогулку, – сказала Мара, вытягивая из-под него стул. – Ну же, поднимайся.

– Секундочку, – встрял Маркко, когда Мара уже почти подняла хакера на ноги. – Он, что, пойдёт с нами?

– Скажем, что ему нужно размять ноги, – ответила Мара. – Послушай, если пойдём только мы с тобой, он может приказать штурмовикам открыть огонь, посчитав себя достаточно ловким для того, чтобы успеть вызволить Гента, пока газ не успеет распространиться по комнате.

– Газ? – всполошился Гент. – Что за газ?

– Не волнуйся, – сказала Мара, взяв его под руку. – Всё под контролем. Пойдёшь с нами.

И они двинулись через комнату.

– Эй, куда это вы намылились? – крикнул Эгрон, встав как вкопанный.

– Ему нужно размяться, – откликнулась Мара. – Если так не терпиться помочь, почему бы тебе не сходить и не разузнать, что там с едой?

Эгрон прошипел что-то сквозь зубы и отвернулся.

– Секундочку, – вновь влез Маркко. – Нельзя, чтобы он покидал комнату.

– Он не поставит на кон жизнь Гента, – напомнила ему Мара, не сбавляя шага. – Ты лучше проверь тот трон на предмет наличия припрятанной дыхательной маски.

Мара не сомневалась: будь у Маркко время хорошенько всё обдумать, он ни за что бы не оставил их с Гентом наедине, не отпустил бы даже на несколько шагов. Но она с лёгкостью распознала в нём тот тип человека, который привык выполнять приказы – и Маркко без возражений совершил разворот «кругом» и зашагал к трону. Мара не меняла курса, больше всего на свете желая оглянуться и посмотреть, чем занят Эгрон и штурмовики, но не посмела. Ещё десять шагов… ещё пять…

И вот они уже у стены.

– Приготовься, – прошептала она, полуоборачиваясь и располагаясь боком к треугольному надрезу, что она сделала минутами ранее. Бросив быстрый взгляд в сторону штурмовиков и убедившись, что их винтовки опущены, она занесла правую ногу и что есть силы вонзила стопу в камень.

С ужасающим хрустом каменный треугольник раскололся на сотню маленьких частиц.

– Давай! – она толкнула Гента в пролом, сама разворачиваясь на сто восемьдесят градусов, дабы встретить своих оппонентов лицом к лицу. Эгрон стоял столбом с глупым видом и челюстью, отвисшей неподобающе его высокому сану; штурмовики припали на одно колено, хватаясь за винтовки…

На лице Маркко застыл отвратительно злобный взгляд человека, которого только что выставили на посмешище.

Нырнув в пролом вслед за Гентом, она расслышала отрывистый приказ, и стена вокруг неё начала дробиться и искрить от бластерного огня. В этом и крылась главная ошибка. Конструктивная целостность помещения и так уже была повреждена сделанными световым мечом точно просчитанными надрезами, и бластерный огонь лишь довершил начатое. Мара едва успела ухватиться за руку Гента, когда целая стена стала осыпаться прямо за их спинами.

– Беги! – прокричала Мара, волоча паренька по служебному коридору, в котором они очутились. Вокруг них сверху сыпались каменные глыбы, погребая коридор в руины и наполняя его удушливой каменной пылью. Судя по звуку, обрушалась не только стена, но и весь зал, в котором они находились только секунду назад. Мара понадеялась, что обрушение уничтожит компьютер со «звёздного разрушителя», хотя возможности подстегнуть этот процесс у неё уже не было.

Кашляя и прерывисто дыша, они добежали до конца коридора, только чтобы обнаружить, что он упирается в стену.

– Что теперь? – выпалил Гент, откашливаясь.

– Приготовься бежать. – Мара достала меч и зажгла его. Два коротких взмаха и удар ноги – преграды как не бывало. Комната на той стороне оказалась безлюдной, зато откуда-то сзади до них стал доноситься хруст каменной крошки под ногами, отрывистые приказы и отдельные отдалённые вскрики.

Они пересекли комнату, добравшись до двери, и Мара опасливо выглянула наружу в столь же пустынный коридор.

– Действуем тихо и быстро, – шепнула она Генту на ухо, отключая меч. Если бы только все во дворце сосредоточились на сцене разрушения и позабыли о них…

Они преодолели ещё два прохода, прежде чем их удача исчерпала себя. Навстречу шагал патруль из четырёх штурмовиков.

– Стой, – рявкнул начальник патруля, поднимая бластерную винтовку. – Назовите себя.

Мара замешкалась. Её меч был скрыт под жакетом, прижат к поясу, а палец лежал на кнопке активации. В таком узком замкнутом помещении ей понадобится всего пара секунд, чтобы расправиться со всей четвёркой.

Но это были имперские солдаты, адепты порядка, которому она когда-то с гордостью служила. И пусть они теперь выполняли приказы губернатора-изменника, сами-то они ни в чём не провинились.

– Имперский агент на задании, – вместо этого разъяснила она. – Опознавательный код Беш-Сент-Иск-12.

Штурмовики заметно распрямились.

– Кодограмма Нен-Пет? – спросил начальник патруля.

– Один-три-семь-семь, – отчеканила Мара.

– Принято. – Штурмовик опустил винтовку. – Можете проходить.

Гент застыл на месте, в изумлении таращась на штурмовиков. Мара подтолкнула его, вернув юношу к реальности, и они оба возобновили свой путь.

– Ух ты, – выдохнул он, когда они завернули за угол и оказались в ещё одном пустынном коридоре. – Откуда вам известна вся эта абракадабра?

Внезапно он посмотрел на неё ещё более изумлённым взглядом.

– Вы что, джедай?

– Едва ли, – хмуро отмахнулась Мара. Единственный джедай, с которым ей довелось столкнуться в те дни… – Пойдём, – бросила она, дав себе зарок больше не вспоминать сегодня это имя. – Дверь, через которую мы пришли, должна быть прямо по курсу.

Тут ей пришло в голову, что ей придётся как-то разминуться с мятежной ячейкой Маркко. Но вряд ли стоило загадывать так уж далеко. Патруль штурмовиков, очевидно, ещё не получил известий о том, что Мару и Гента ищут, но охрана у ворот непременно должна быть предупреждена о побеге. Если так, то второй раз сыграть имперского агента на задании ей уже не удастся.

На горизонте уже замаячили двери на выход, и никого рядом с ними. Либо все охранники снаружи, либо их всех в срочном порядке созвали в палату для аудиенций разбирать завалы. Задышав чуть свободнее, она сделала несколько шагов вперёд.

– Не так быстро, изменница.

Она застыла. Голос явился откуда-то сзади и был искажён неистовой злобой… но она всё равно без труда опознала его.

– Привет, губернатор, – протянула она. – Неплохо выглядишь.

– Хочешь сказать, я чересчур живой? – прорычал он. – Да, это так. Прости, что расстроил твои планы.

– В мои планы это всё равно не входило, – сообщила Мара, оглядывая его с головы до ног. Его лицо было вытянутым и бледным, одежда покрыта пылью, как и её собственная, а из множества порезов и царапин сочилась кровь.

Но рука, в которой он держал бластер, была твёрдой, как скала.

– Кстати, где же твой друг Маркко? – поинтересовалась она исключительно ради того, чтобы поддержать разговор. – Стоял слишком далеко от двери?

– И не надейся, – отрезал Маркко, выступая из бокового прохода, который пересекал их коридор в нескольких метрах ближе к выходу. Он был в ещё более плохой форме, чем губернатор, бластер в его руке подрагивал, как у пьяного, который усиленно делает вид, что трезв.

Но нетвёрдость его хватки легко компенсировалась решимостью, полыхавшей ярким пламенем в его глазах. Сильно хромая на левую ногу, он, тем не менее, подковылял к ним довольно уверенной походкой, пусть и заметно вздрагивая от боли при каждом шаге.

– Вы совсем меня не поняли, – заявила Мара, стараясь держать голос как можно ровнее, пока она пятилась к ближайшей коридорной стене. В них с Гентом целились два бластера; но нетвёрдая рука Маркко представляла для них определённо меньшую угрозу, по крайней мере, до тех пор, пока он не подойдёт поближе. – Я не планировала убивать никого из вас, – добавила она. – Даже ранить не собиралась.

Она вновь посмотрела на Эгрона.

– Всё, что мне было нужно, – это компьютер. – Она расплывчато махнула левой рукой в направлении обрушенного зала; этот жест достаточно отвлёк их внимание, чтобы она смогла сделать ещё один шаг назад. Меч был по-прежнему полуприкрыт её правой рукой, ручной бластер был наготове, прикреплённый к её левому предплечью. – Вам незачем иметь эти военные шифры, губернатор. И права на них у вас тоже нет.

– Сейчас это уже не играет роли, не так ли? – горько заметил Эгрон. – Ты добилась своего. Там весь потолок рухнул – от компьютера и мокрого места не осталось.

– Отлично, – проронила Мара. – Надеюсь, хотя бы штурмовики…

Она оборвалась на полуслове, одним движением выхватив меч в ладонь, запалив его и метнув прямо в губернатора.

Эгрон взвизгнул, сделал рефлекторный выстрел из бластера, ушедший в «молоко», и бросился прочь с траектории летящего клинка. Мара припала на четвереньки, выхватывая из рукава бластер, в то время как по коридору разнёсся ещё один визг: его источником был Гент. Эгрон снова выстрелил, в этот раз промазав ещё сильнее.

В то время как меч Мары вошёл прямо в цель.

– Замри! – раздался отрывистый голос Маркко.

Мара осторожно повернула голову, её бластер был по-прежнему нацелен на бездвижное тело Эгрона, в то время как в душе у неё закипала досада. Вопль Гента, как оказалось, был совсем не от неожиданности, как она предположила долю секунды назад, – а от эмоционального потрясения, когда вокруг его горла внезапно обвилась рука Маркко.

Теперь она крепко сдавливала его, прижимая Гента к телу агента мятежников.

А дуло бластера вонзалось в его висок.

– Видишь? – с трудом выговорил Маркко. – Я тоже иногда проявляю чудеса сообразительности. Брось пушку.

– Я поражена, – откликнулась Мара, даже не думая подчиняться его требованиям. – Показная хромота, дрожащая рука – неплохо придумано.

– Благодарю, – бросил Маркко. – Я предположил, что, имея выбор вероятных мишеней, ты предпочтёшь атаковать ту, которая представляет для тебя наибольшую угрозу.

– И ты не ошибся, – ответила Мара. Разговор начал приобретать весьма странный оборот. Сейчас они напоминали двух экспертов в одной области, ведущих светскую беседу на узкопрофессиональные темы.

Возможно так и было.

– Я смотрю, тебя тоже неплохо обучили, – заметила она. – Вероятно, не хуже, чем меня.

– Вероятно, лучше, – предположил он.

– Вероятно, – согласилась Мара. – Но ты допустил один серьёзный промах.

– Да? И какой же?

Мара едва заметно кивнула на его пушку.

– Не в того целишься.

– Нет, я так не думаю, – заверил её Маркко. – Тебя явно заботит судьба этого ребёнка. Сомневаюсь, что тебе будет по нраву, если он умрёт.

Гент нервно сглотнул. Его вылезшие из орбит глаза с мольбой взирали на неё.

Но Гент явно не понимал, к чему ведёт этот разговор. В отличие от Мары. По крайней мере, она надеялась, что понимает.

– Согласна, мне это будет не по нраву, – допустила она. – Как впрочем мне было бы не по нраву убийство любого невинного человека без особой на то причины. Факт в том, Маркко, что до сегодняшнего вечера я вообще не была знакома с Гентом. Нас с ним сложно назвать давними друзьями.

Несколько мгновений Маркко изучал её.

– В таком случае, – сказал он наконец, – мы зашли в тупик.

– Боюсь, что так, – согласилась Мара. – Если ты пристрелишь Гента, ты потеряешь свой щит. Что более важно, ты не успеешь нацелить свой бластер на меня: я всё равно застрелю тебя первой. За это я ручаюсь.

– И я тебе верю, – протянул Маркко. – Ну а если я попытаюсь нацелить на тебя бластер прямо сейчас…

– Произойдёт то же самое, – сообщила Мара. – Тебе следовало пристрелить меня сразу вместо того, чтобы пытаться взять заложника.

– Да, – пробормотал Маркко. – Согласен: я определённо допустил промашку. Но я хотел понять, кто ты и что тебе нужно.

– О, да тут всё просто, – ответила Мара. – Я – правосудие. – Она кивнула на мёртвого Эгрона. – Он пытался предать Империю. Я признала его виновным и привела приговор в исполнение.

– Всё так просто?

– Всё так просто, – подтвердила Мара.

Губы Маркко подёрнулись.

– Похоже, я и в самом деле влип.

Мара бросила взгляд на перекошенное от ужаса лицо Гента. Повстанческий оперативник, враг Империи и всего, во что она когда-то верила… и напуганный гражданский. Ребёнок, попавший в беду отнюдь не по своей вине.

К чему её обязывал долг?

Когда-то она твёрдо знала ответ на этот вопрос. Сейчас в её сознании всё перемешалось.

Но Гент пришёл сюда, доверившись ей. Доверившись.

И теперь, когда император мёртв, а Империя – в руках отморозков вроде Айсард, возможно, вера – единственное, что для неё что-то значило.

– Не обязательно, – известила она Маркко. – Казнив предателя, я выполнила свой долг. Против тебя я ничего не имею.

Маркко фыркнул.

– Ну да, как же. Человек, олицетворяющий себя имперским правосудием, не имеет ничего против повстанческого агента?

– Давай сделаем так, – сказала Мара. – Предлагаю уговор. Ты отпускаешь Гента и кладёшь бластер на землю, после чего мы все трое расходимся полюбовно, живые и невредимые. Ты настаиваешь на продолжении игры в повстанческого героя – и я буду единственной, кто уйдёт отсюда живым.

Взгляд Маркко метнулся к мёртвому Эгрону, затем снова переключился на Мару.

– Почему я должен тебе верить?

Мара пожала плечами.

– Почему нет? У меня есть всё, что мне нужно: мёртвый предатель, военные шифры, которые больше никогда не попадут в ненадёжные руки. Я могу себе позволить небольшую щедрость. – Она взметнула брови. – Кроме того, как я уже сказала, мне не по нраву убийства невинных, особенно когда они совсем ещё дети.

Несколько долгих мгновений Маркко пристально изучал её. Мара недвижимо стояла на месте, её сердце колотилось, а глаза неотступно следили за любыми движениями повстанца. И пусть только попробует хоть видом показать, что уязвлённое самолюбие всё-таки перевесило инстинкты самосохранения…

В следующую секунду он медленно отжал дуло бластера от виска Гента и ослабил хватку на его шее. Гент издал тихий булькающий звук, после чего повалился на пол, словно тонкий опустошённый мешок. Ещё несколько мгновений Маркко стоял на месте, целясь в потолок, его взгляд блуждал по Маре, беззвучно приглашая её отречься от своих обещаний.

Но Мара не сдвинулась с места; тогда, сделав глубокий вдох, Маркко развернул бластер дулом вниз и заткнул его в карман своего пальто.

– До скорого, – молвил он, коротко поклонившись. Повернувшись к ним спиной, он шагнул в боковой коридор, из которого вышел, и исчез за поворотом.

Ещё несколько секунд Мара прислушивалась к его удаляющимся шагам, затем распрямилась. По-прежнему сжимая в руке бластер, она подошла к телу Эгрона и забрала меч.

– Пойдём, Гент, – сказала она, пряча оружие обратно в потайное отделение жакета. – Дверь вон там. Нам пора.

* * *

Когда они отдалились от дворца на три квартала и завывание аварийных сирен наконец стихло, Гент решился заговорить.

– Вы и вправду были готовы позволить ему убить меня? – спросил он.

– Если бы он хотел убить тебя, я бы ничем не смогла ему помешать, – ответила Мара. – Прости, но по-иному было просто нельзя. Всё, что я могла сделать, – это попробовать убедить его, что ты ничего для меня не значишь и он не сможет использовать тебя в качестве рычага.

– Но вы правда имперский агент?

Мара сглотнула.

– Была когда-то, – признала она. – Прямо сейчас… скажем так, у меня нет постоянного прибежища.

Гент с трудом переварил это.

– Что же нам теперь делать?

– Убираться отсюда, и как можно скорее, – ответила Мара. – Слишком многие видели нас там, во дворце. Как только они смекнут, что к чему, они будут разыскивать нас обоих. Что тебе нужно, чтобы добраться до дома?

– Не знаю, – буркнул Гент. – Деньги на билет, полагаю. У нас есть время, что бы вернуться в гостиницу за моим рюкзаком?

– Не лучшая из идей, – произнесла Мара, покачав головой. – Мне казалось, что люди Маркко не смогли отследить мой путь в прошлый раз. Но теперь я знаю: Маркко гораздо умнее, чем я думала.

Она бросила хмурый взгляд через плечо. Она совсем забыла о той группировке мятежников, которая по всем предположениям должна была поджидать их на выходе из дворца. Однако она так не встретила ни одного из них у ворот, как, впрочем, не было и других преград на пути к свободе. Неужели они все разбежались по лесам, когда взвыли первые аварийные сирены?

Или, быть может, они снова собрались у гостиницы Мары в надежде свершить отложенное возмездие?

– Нет, это определённо плохая идея, – заключила она. – Прости.

– Всё в порядке, – вздохнул Гент. – Я и сам это уже понял.

– Как бы там ни было, мне тоже придётся оставить там большую часть своих пожитков, – произнесла Мара, роясь по карманам. – Не в курсе, сколько стоит билет до Сибисима?

– Э… не совсем, – сознался он. – Вероятно, сотен восемь. Или девять.

Мара скорчила гримасу. Иными словами, почти все её сбережения. Похоже, она скатывается на самое дно.

– Держи. – Она протянула ему деньги. – Надеюсь, этого хватит.

– Но я не могу взять ваши деньги, – запротестовал он.

– Бери, – приказала Мара, будучи не в настроении спорить ещё и об этом. – Я смогу заработать себе на отъезд с этого камешка. А ты просто возвращайся домой, ладно?

Он с неохотой принял кредитки.

– Но как я смогу отплатить?

– Об этом не беспокойся, – сказала Мара, вновь оглядываясь. Вроде никаких признаков слежки. – Возможно, когда-нибудь мы снова встретимся. Меж тем… – Она ткнула пальцем прямо перед собой. – Космопорт в той стороне. Сможешь добраться самостоятельно?

– Конечно, – ответил он. – А как же вы?

Она указала направо.

– Там, дальше по улице стоит офис транспортной гильдии. Наймусь пилотом. Береги себя, ладно?

– Конечно, – сказал он. – И вы тоже.

На секунду показалось, будто он собирается обнять её. Но Мара просто отвернулась и зашагала прочь. Она не сомневалась: с ним всё будет в порядке. Ну или просто надеялась на это.

* * *

Парнишка прошагал ещё два квартала в гордом одиночестве, без той таинственной женщины, с которой они только что расстались, прежде чем Тэлон Каррд решил, что пересечься с ним вполне безопасно.

– Прошу прощения, – проговорил он, выступая из тени. – Не вы ли Гент?

Парень застыл на месте.

– Да? – нервно пролопотал он. – А вы кто?

– Моё имя – Тэлон Каррд, – представился мужчина. – Не волнуйтесь, я не имею злых умыслов. Я здесь, чтобы предложить вам работу.

Гент хмыкнул.

– Спасибо, но с меня уже довольно предложений работы. – Он внезапно нахмурился. – А не вы ли – тот, кто прислал мне билет?

– Нет, – заверил его Каррд. – Хотя, должен признать, ваше внезапное исчезновение немного сбило меня с курса на несколько дней. Я хотел подойти к вам с этим предложением ещё на Сибисиме, когда вы внезапно улетели.

– Ладно. – Теперь Гент выглядел немного озадаченным. – Так чего вы хотите?

– Как я сказал, хочу предложить вам работу, – молвил Каррд. – Я руковожу весьма скромной организацией, которая занимается перемещением грузов и информации от одного места к другому…

– Контрабандисты?

Каррд пожал плечами.

– Можно и так сказать. Нам срочно необходим хороший хакер; а наши источники говорят, что вы – лучший.

Он указал в направлении космопорта.

– Если вы желаете обсудить этот вопрос, мой корабль неподалёку. Никакого принуждения, естественно.

– Что ж… – Гент оглянулся через плечо. – Я не знаю. Меня тут кое-кто ищет. Имперцы, ну и кое-кто ещё. Она сказала, что меня могли объявить в розыск.

– Кое-кто ещё – это, очевидно, ячейка повстанческого Альянса, – произнёс Каррд. – Да, и те, и другие действительно заняты вашими поисками.

Гент в который раз оглянулся.

– Хотите сказать, что они уже здесь?

– Уже нет, – заверил его Каррд с нотками чёрного юмора в голосе. – Мои люди разобрались с обоими группами.

Гент удивлённо уставился на него.

– То есть, сейчас вполне безопасно вернуться в гостиницу и забрать мои вещи? А она сказала, что нам придётся всё оставить.

– Можем отправляться, куда захотим, – сказал Каррд. – Мне вызвать лэндспидер?

– Нет, здесь не далеко, – бросил Гент. – Мы можем пройти пешком. Сюда.

– Кстати, о той женщине, – походя заметил Каррд. – Она находилась слишком далеко от меня, чтобы я смог разглядеть её в деталях. Кто она?

– Да не знаю, – честно признался Гент. – Она так и не назвала мне своего имени. Всё, что она сказала: что она когда-то работала на Империю, но потом завязала.

– Любопытно, – задумчиво произнёс Каррд. – И, говорите, она оставила какие-то свои вещи в вашей комнате?

– Да, но не думаю, что мы когда-нибудь сможем вернуть их, – сказал Гент. – Она собиралась наняться пилотом на какой-то корабль. На какой? Я не знаю.

– Жаль, жаль, – пробормотал Каррд. – И всё же, кто знает. Быть может, однажды мы встретимся с ней снова.

– Да, она мне сказала то же самое, – доверительно сообщил Гент. – И ещё, знаете, у неё был световой меч. Как вы думаете, она джедай или ещё кто-то?

– Кто знает, – вновь пробормотал Каррд.

Об одном он умолчал. Даже если их пути и не пересекутся снова, среди её брошенных вещей всё равно должно будет найтись что-то, что даст ему намёк на её истинную личность.

Возможно, когда-нибудь это окажется полезным. Никто не может знать наверняка.

Подав знак своему кольцу охраны сомкнуться как можно плотнее, Тэлон Каррд увёл Гента прямиком в ночь.