/ Language: Русский / Genre:sf_action, / Series: Охотник за демонами

Защитник Демонов

Владимир Лосев

Много бед и несчастий принесли друг другу злейшие враги — демоны и люди. Однако наступил час, когда только хитрый изворотливый ум человека оказывается способным избавить демонов от гибели в огромном мире, где безраздельно господствуют всепожирающие чудовища. Демоны призывают на помощь заклятого врага, и знаменитый охотник на демонов становится их защитником.

ru Black Jack FB Tools 2005-05-26 http://book.pp.ru/ OCR BiblioNet, Spell-check by Серж 7F80C9C5-7CFB-4C63-B20A-1828B13F6592 1.0 Лосев В.И. Защитник демонов: Фантастический роман АРМАДА: «Издательство Альфа-книга» Москва 2005 5-93556-506-4

Владимир ЛОСЕВ

ЗАЩИТНИК ДЕМОНОВ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Монастырь охотников будет разрушен тогда, когда будет нарушен баланс между добром и злом, и поистине не важно, в какую это произойдет сторону: результат будет один и тот же. Помните об этом…

Это Рис Мудрый сказал в день открытия монастыря. Прошла не одна сотня лет, многие патриархи размышляли над его словами и пришли к выводу, что это просто одно из высказываний монарха, которое ничего не значит. Но не дай нам бог когда-нибудь убедиться в его правоте…

Из книг монастыря охотников за демонами

Привратник ходил мрачнее грозовой тучи, ни на кого не обращал внимания, только что-то хмуро и неразборчиво бормотал, и это длилось уже не один месяц. Никто не понимал причины столь резкой перемены.

За последние полгода в округе не произошло ни одного странного события или необычного происшествия. Демоны не нападали на людей, да и вообще, похоже, перестали появляться в этом мире, и охотникам было скучно. Подробности битвы с демонами уже стирались из памяти, и то, что произошло, казалось теперь не таким страшным.

Конечно, многие охотники погибли в бою с демонами-воинами, но те, кто выжил, давно были в строю, а на тренировочную площадку начали выходить даже поправляющиеся тяжелораненые. В монастыре теперь оставалось только сорок три боеспособных охотника, хотя до сражения их было больше двух сотен. Каждый демон-воин унес с собой в могилу десяток охотников. За все время существования таких огромных потерь монастырь еще не знал.

Новые патриархи почти не выходили из своих келий, тренировки с оружием проводились каждый день. И охотники уже начинали мечтать о новой охоте за демонами.

Амия тоже скучала. Раны ее зажили, горечь от потери тройки понемногу уходила. Единственное, чего ей теперь не хватало, так это ее старой соперницы Ласки. Девушка не прочь была бы сейчас снова схватиться с ней в хорошем тренировочном бою. Да и Врона она тоже была бы не прочь увидеть. Этот паренек ей нравился, несмотря на то, что совсем не походил на других полукровок и мало что понимал в оружии и в сражениях.

Амия до сих пор считала, что только благодаря невероятному везению Врон смог убить двух демонов. Но про себя она уже признавала его настоящим охотником за демонами. Удача — это тоже одно из качеств настоящего воина.

Странное отношение к Врону патриархов и привратника было, несомненно, признанием его способностей выживать там, где погибали другие.

В этом симпатичном юноше было что-то милое ее сердцу. Возможно, такие чувства вызывали в ней его скромность и стеснительность. Глядя на него, она сразу вспоминала родной дом, которого лишилась, едва ей исполнилось тринадцать лет.

В ее душе так и осталось навсегда чувство горькой обиды и страха. Амию хотели сжечь на костре, после того как ведунья показала на нее, когда она мирно играла с другими детьми. И все, что с ней произошло потом, было жутким кошмаром. Когда девочку повели по улицам родного города к площади, собравшиеся на зрелище люди стали кидать в нее камни и конский навоз. Особенно старались мальчишки, которые жили с ней по соседству. Именно это ей и было обиднее всего. Амия дралась с ними с раннего детства, потому что они дразнили ее за необыкновенно темный цвет кожи, и часто выходила из этих схваток победителем. Но девочка тем не менее считала их своими друзьями, а то, что они делали тогда, казалось подлым предательством.

Ей повезло, что стражи связали ее небрежно, не ожидая от маленькой худышки никакого сопротивления. Она и не сопротивлялась до тех пор, пока в голову ей не угодил комок грязи, брошенный мальчишкой, который ей очень нравился. Она даже представляла его иногда в девичьих мечтах своим будущим мужем.

Амия запомнила изумление людей, да и тех же мальчишек, когда она, щуплая девчушка, разорвала веревки, которыми была связана, а потом разбросала в разные стороны здоровых и крепких стражей. Бежала она так, что стражи даже на быстрых лошадях не смогли ее догнать до самого монастыря.

Девочке повезло, что ее родной город находился всего лишь в десятке километров от него. Она добежала до монастыря, о котором однажды услышала от какого-то торговца, и заколотила в дверь маленькими кулачками, разбивая их в кровь, прислушиваясь к быстро приближающемуся топоту копыт.

Она не помнила себя от отчаяния и страха и не верила в то, что ей удастся спастись. Но ее впустили, когда стражи уже стали соскакивать с лошадей.

Амия до сих пор помнила, как из калитки вышел высокий старик, низко поклонился стражам, ласково улыбнулся девочке и затолкал ее во двор монастыря. С тех пор она относилась к привратнику как к мудрому богу-спасителю, хотя даже самой себе не призналась бы в этом.

Потом девочка долго ждала на скамье рядом с воротами, пока патриархи решали ее судьбу. Придуманное ими испытание кровью было совсем простым. Ее заставили бороться без оружия с желтокожим полукровкой, который впоследствии вошел в ее тройку.

Он ее побил, хоть и ему досталось изрядно. Амия царапалась, пиналась, кусалась, и желтокожий смог победить только тогда, когда бросил ее на землю и навалился тяжелым и жарким телом, не давая двинуть ни рукой, ни ногой.

С той поры монастырь стал ее родным домом. Она выросла, научилась сражаться и чувствовала себя среди полукровок как морской демон в воде.

Она быстро завоевала уважение за постоянную готовность к драке даже с самыми сильными противниками. Цвет ее кожи здесь никого не смущал, потому что у многих она была не менее странной, чем у нее. Другой жизни она не знала, да и не хотела знать, это был ее дом, и ей здесь нравилось.

Амия вышла на тренировочную площадку. Солнце едва перевалило через стену, во дворе никого не было, только привратник одиноко и мрачно сидел на своей скамье возле ворот.

Амия подошла к нему и вежливо поклонилась. Привратника она почитала за его острый ум и не менее острый меч, которым он владел не хуже любого охотника.

— По-прежнему никаких вестей? — спросила Амия после приветствия. Привратник поднял голову и строго осмотрел ее с ног до головы.

— Смотря какие вести ты хотела бы услышать. Новости есть всегда…

— Я хотела бы узнать о Ласке и Броне. Где они?

— Где они, я не знаю, но они живы, хотя и попали в неприятную историю. О них беспокоиться не надо, они сумеют выжить, сейчас больше — нужно думать о нас самих.

— О чем тут думать? — Амия удивленно посмотрела на старика. — У нас все в порядке, монастырь жив, охотники готовы к охоте. Конечно, нас осталось мало, но придут другие полукровки, это же не в первый раз…

— То, что это не в первый раз, тут я согласен. Но еще никогда нас не оставалось так мало.

— Ты боишься нового нападения демонов, старик?

— Зачем ты подошла ко мне? — Привратник снова поглядел на нее сумрачным испытывающим взглядом.

— Я плохо слышу твои мысли, что-то неважно чувствую себя в последнее время.

— Просто так, — пожала плечами Амия. — Я проснулась слишком рано, никого нет. Даже побить некого, а почему-то очень хочется. Да и вспомнились вдруг Ласка и Врон, поэтому и подошла, чтобы узнать об их судьбе. Тебе же тоже нравился этот паренек?

— Никто не знает, почему судьба бывает так благо склонна к одним и так не любит других, — покачал головой привратник. — Никто не знает, какой шаг толкает одного в пропасть, а другого к спасению. Даже мудрецы и провидцы делают порой ужасные глупости, пытаясь изменить свое будущее, но все в конце концов решает слепой случай. Возможно, сейчас именно такой момент…

— Я не поняла, что ты сейчас сказал, — нахмурилась Амия. — Я не глупа: если ты хотел меня оскорбить этой непонятной фразой, то я готова с тобой сражаться за свою честь…

— Ты глупа именно потому, что готова сражаться даже со мной, — хмыкнул привратник. — Но я не принимаю твоего вызова: я слишком стар и уже не так быстро восстанавливаюсь после ранений, а убивать тебя я не хочу.

— Тогда прости, что помешала твоим размышлениям, — поклонилась Амия. — Но я помню обиды и больше никогда не подойду к тебе.

— В подвале, — произнес задумчиво привратник, — в самой его глубине, на нижнем этаже есть большая железная дверь…

— И что из этого? Я знаю об этой двери, как и о том, что Рис Мудрый убил там безумного могучего переродившегося демона.

— Тогда ты должна была слышать о том, что демон копал ход наружу, чтобы вырваться…

— Я слышала об этом. Как и о том, что он был очень силен и ни один из охотников не смог его убить, а он убил многих, хоть и был безоружен.

— Ему не хватило времени прокопать всего пару мет ров. Ход до сих пор там, его никто не заваливал. Если бы меня послушали новые патриархи, то через час работы у нас был бы запасной выход из монастыря, который мог бы спасти жизни некоторым из вас.

— Нам не нужен путь для бегства. Мы, охотники за демонами, не боимся никого и ничего и не собираемся спасаться… да и не от кого. Обычные люди глупы и слабы — им не справиться с нами. А от демонов все равно не убежишь, они быстрее нас.

— Я сказал, ты услышала. Все остальное в руках богов и слепого случая. Ты права в своих суждениях, но иногда лучше быть неправым и живым, чем правым и мертвым. Я вижу, что уже появились твои товарищи, иди, сражайся, скоро тебе пригодится все твое умение.

Амия еще раз почтительно поклонилась и, недоуменно пожимая плечами, пошла к тренировочной площадке, на которой уже сражались между собой охотники.

«Похоже, что у привратника совсем плохо с головой, — подумала девушка. — Зачем охотникам копать подземный ход? Демонов не было так давно, что все уже забыли, как они выглядят. И если они нападут, мы встретимся с ними лицом к лицу, как полагается охотникам, а не будем, как черви, прятаться по земляным норам. Мы будем сражаться и мы победим, потому что так было всегда».

Но тут, размахивая огромным двуручным мечом, на Амию напал зеленокожий гигант, и она сразу забыла о своих мыслях и о разговоре с привратником. Наконец-то ей попался достойный противник, и Амия вдоволь отвела душу, гоняя зеленого полукровку по тренировочной площадке.

Дни шли за днями, Амия проводила все свое время в учебных боях, как и остальные охотники, совершенствуя свое умение сражаться. К привратнику она больше не подходила, затаив на него обиду, поскольку он разговаривал с ней как с новичком, а не ветераном монастыря, каковым девушка себя считала. Амия полагала, что ничем не заслужила такого отношения к себе.

Она умела сражаться и всегда была готова бросить вызов любому охотнику, в том числе и патриархам. Тем более, что новые патриархи ей не нравились: они были гораздо молчаливее и более суровыми к любым нарушениям дисциплины, чем те, кто были до них.

Но, тем не менее, под их присмотром монастырь понемногу оживал после нападения демонов. Жизнь входила в обычное русло, и охотники по-прежнему считали себя лучшими воинами во всей округе.

Амия набрала себе новую тройку, и зеленокожий полукровка, которому теперь от нее доставалось каждый день на тренировочной площадке, стал ее правой рукой и носителем лука.

Прошло уже три месяца после странного разговора с привратником, и словно в подтверждение его слов монастырь атаковали. Нападение было продумано и хорошо организовано, но самым неожиданным было то, что на монастырь налетели не демоны, а люди.

Благородные во всех трех городах сумели забыть свои распри и объединиться. Это было невозможно, но это случилось.

Никогда еще благородным не представлялась такая великолепная возможность уничтожить полукровок, и они были готовы ради этого даже забыть старые обиды. Монастырь был как никогда слаб, он потерял многих своих лучших бойцов, да и мудрость тоже была утеряна вместе с убитыми патриархами.

Благородные договаривались между собой больше двух месяцев, а после того как согласие было достигнуто, их уже никто не мог остановить.

Они собрали всех стражей, которые были под их началом, включая тех, что охраняли дальние поселения, а также набрали новых наемников, влезая в долги.

И особых усилий для этого им не понадобилось. Все знали об огромных сокровищах, накопленных монастырем за долгие годы его существования, и каждый из людей, живущих на этой земле, готов был рискнуть жизнью, и чтобы получить хотя бы малую частицу этого несуществующего богатства.

Естественно, что и в долг благородным был готов дать каждый купец, особенно если им обещали право на реализацию сокровищ.

Крестьяне, ремесленники, подмастерья, да практически любой человек, который хоть раз в жизни держал в руках оружие, был готов участвовать в этой войне, несмотря на большой риск не вернуться обратно.

И не только алчность толкала их на это. Ненависть к полукровкам, несущим в себе кровь демонов, была еще сильнее жадности, потому что у многих, живущих на этой земле в разные годы, демоны убили кого-либо из родственников. А все охотники несли в себе кровь этих врагов человечества.

Поэтому задача лордов была не набрать как можно больше воинов, для этого не требовалось никаких усилий, а собрать под свое крыло лучших.

В итоге набралась целая армия, больше пяти тысяч человек, и впервые за многие прошедшие столетия со времени последней войны с монастырем благородные поняли, что они смогут победить.

Такие приготовления не могли остаться в тайне. Патриархи знали о готовящемся нападении по крайней мере за месяц до того, как оно должно было начаться, но не сделали ровно ничего, чтобы подготовить монастырь к защите.

Они были уверены в силе охотников, как и в незыблемости законов Риса Мудрого. Но тот умер почти шестьсот лет назад, и с той поры многое изменилось.

Привратника, предупредившего о возможном нападении благородных сразу после битвы с демонами-воинами, патриархи не захотели даже выслушать.

— Да, — ответили ему они. — Нападение возможно, но даже полсотни охотников смогут справиться с толпой плохо обученных стражей. За нами опыт многочисленных сражений, о нашем искусстве владеть оружием слагают легенды. У нас мощные каменные стены, которые невозможно разрушить, а запаса продовольствия хватит на год. Пусть нападают, благородные получат новый урок, который запомнится им и их потомкам еще на несколько сот лет.

Патриархи так были опьянены победой над демонами-воинами, что считали, будто только глупцы способны напасть на монастырь.

— Если мы справились с самыми опасными демонами, которые существовали когда-либо, то обычным людям даже и не стоит думать о нападении на нас, — рассуждали патриархи. — Мы сметем любую армию, в каком угодно количестве и вооружении.

Старые патриархи сумели бы правильно оценить угрозу и нашли бы способ предотвратить нападение, используя подкуп, старые распри лордов и весь арсенал мудрости, накопленный за многие годы.

Но они были убиты, а новые патриархи, недавно избранные из старых охотников, не смогли оценить реальность угрозы. Да и надо признать, что были выбраны в патриархи далеко не самые лучшие и не самые умные…

Новые патриархи не были способны видеть будущее незамутненным разумом, без эмоций и пренебрежения к обычным людям.

Благородные же хорошо подготовились к предстоящему сражению. Было изготовлено огромное количество приставных лестниц, деревянных щитов для защиты от стрел, несколько таранов из крепкой древесины дуба, окованных самым лучшим железом. И даже построили осадные башни. Три месяца кузни во всех поселениях работали дотемна, изготавливая мечи, наконечники для копий и стрел.

Сигнал тревоги прозвучал ранним утром, когда небо только начало розоветь. И подал его привратник, который в эту ночь совсем не ложился спать, а занимался тем, что прятал старые книги в известных только ему тайниках.

Когда охотники собрались на тренировочной площадке, патриархи, недовольные тем, что их подняли в такую рань, обрушились на старика с руганью и упреками. Привратник молчал, дожидаясь, когда подойдут последние воины, и только после этого выступил с короткой речью, не обращая больше никакого внимания на патриархов.

— Охотники! — хмуро произнес он. — Сегодня плохой день для нас, несмотря на то что скоро взойдет солнце и погода будет прекрасная. Я предупреждал патриархов, что это может произойти, но они не вняли моим словам. Так вот, беда уже случилась. Благородные нападут на нас, и очень скоро, первые колонны стражей в полном вооружении уже вышли из всех трех городов. Не знаю, сколько им понадобится времени, чтобы добраться сюда, но думаю, что не так много, как нам бы хотелось…

— С каких пор мы стали бояться благородных? прервал его один из патриархов, носитель меча. — Да, ты предупреждал нас, мы услышали тебя, но мы и сейчас уверены в том, что легко разгромим их в открытом бою. Я готов возглавить вылазку и призываю добровольцев.

Из толпы охотников послышались радостные возгласы поддержки и одобрения. Наконец-то для охотников появилось реальное дело и закончилось время скуки.

— Дай мне закончить, — недовольно покачал головой привратник. — У меня осталось всего несколько слов, а после этого делайте все, что считаете нужным.

Патриарх поднял руку вверх, призывая к молчанию.

— Привратник хочет еще что-то сказать, — выкрикнул он. — Дадим старику это право?

— Пусть говорит, — раздались возгласы из толпы. — Он может видеть будущее.

— Я сказал, что сегодня для нас плохой день, — продолжил привратник. — На самом деле таких дней будет всего два, а потом нас всех убьют. Всех, кроме тех, кому помогут спастись боги. Я закончил.

Он вернулся к своей скамейке около ворот и сел там, погрузившись в мрачную задумчивость.

Охотники долго молчали, обдумывая услышанное. Привратника уважали за его искусство сражаться и умение предсказывать будущее. Но сегодня его слова показались многим неожиданно резкими и обидными, и уж точно никто не принял их всерьез.

Кто может убить охотника-полукровку, кроме демона? Ни один обычный человек не способен на это. Даже если на него нападет десяток людей, то и тогда победа останется за охотником. Это знали все, это объясняли новичкам, и уверенность в этом была полной.

Охотники презирали обычных людей. У каждого из них была своя история, когда люди хотели его сжечь или убить, вогнав осиновый кол в сердце. Поэтому из толпы раздались недовольные возгласы, а количество желающих принять участие в вылазке увеличилось вдвое.

Команду из пяти троек сколотили быстро, возглавил ее носитель меча, и они вышли из монастыря, провожаемые завистливыми взглядами. Никто из охотников не сомневался, что эта команда разгонит стражей и остальным, потом придется слушать хвастливые истории об этой схватке.

Когда охотники ушли, Амия, подошла к привратнику, сосредоточенно полирующему свой меч.

— Зачем ты это сказал, старик? — спросила она. — Ты что, действительно уверен в том, что люди смогут нас победить?

— Я готовлю свой меч к бою и советую тебе заняться тем же самым, — ответил, грустно усмехнувшись, привратник. — Эти дураки скоро вернутся и принесут с собой убитых и раненых. Надеюсь, что у тебя хватит ума воспользоваться моим советом, который я дал тебе несколько месяцев назад. Если нет, то, значит, я в тебе ошибся.

— Ты так и не ответил на мой вопрос.

— А зачем зря сотрясать воздух? Все станет ясно еще раньше, чем солнце поднимется над стеной. — Привратник встал, закрепил меч в боевом положении и улыбнулся. — Осталось только приготовить лук, благо стрел за эти три месяца я наготовил достаточно. Смерть смертью, но удовольствие я все равно получу. Давно хотел разобраться с некоторыми лордами, да только они не давали мне повода.

Он повернулся и пошел к зданию, а Амия с открытым от удивления ртом смотрела ему вслед.

Таким привратника она еще не видела. Перед девушкой был совершенно другой человек — воин, которого она не решилась бы сейчас назвать стариком. Амия недоверчиво хмыкнула, но на всякий случай собрала все свое оружие и приготовила его к бою. И это оказалось нелишним.

Все произошло именно так, как предсказывал привратник. Скоро команда охотников вернулась, неся на плечах убитых и раненых. Почти все охотники получили ранения, пятеро очень тяжелые, и двоих лекари уже не смогли спасти. Патриарх — носитель меча — тоже погиб…

Те, кто участвовал в вылазке, рассказали, что они столкнулись с организованным по всем правилам войском. Охотники легко разгромили передовой дозор, но когда они вышли на дорогу, небо затмила туча стрел, а передовой отряд стражей ощетинился частоколом длинных копий.

Охотников это не остановило, они напали и смяли первые шеренги стражей, но потом войско пришло в движение и каждому пришлось драться в окружении.

Невероятным усилием им удалось вырваться после того, как патриарха убили, а командование на себя взял один из старых и опытных охотников. Благодаря опыту последнего потери оказались такими небольшими…

— Небольшие потери? — воскликнул кто-то из толпы. — Это ты называешь небольшими потерями — пятеро убитых?

— Нас всех могли убить, — угрюмо ответил рассказ чик. — Людей очень много, и они хорошо вооружены. На каждого из нас напало по сотне стражей, а это был только передовой отряд. Можете представить, сколько их всего?

Патриарх — носитель лука — тут же, не дожидаясь окончания рассказа, объявил общую тревогу. Охотники разбежались по своим кельям за боевым оружием. Началась лихорадочная предбоевая подготовка, но большинство распоряжений патриархов были бессмысленными и запоздалыми. Суеты было много, а реальных дел мало.

В конце концов привратник не выдержал и рявкнул мощным командирским голосом.

— Командирам троек собраться вокруг меня, я принимаю командование на себя. Если кто-то из патриархов или охотников с этим не согласен, я готов вызвать любого из них на поединок.

Но этого не потребовалось.

Охотники были готовы ему подчиняться хотя бы потому, что все его предсказания сбылись. Патриархи молча отошли в сторону. Теперь, когда монастырю угрожала реальная опасность, они и сами были не прочь скинуть с себя ответственность за все происходящее, тем более что их командир был убит.

Привратник быстро навел порядок, и каждая тройка получила понятные и осмысленные указания. На стены потащили котлы с маслом и вязанки хвороста, копейщики встали возле ворот и на стены, лучники заняли свои места возле бойниц, а мечники готовы были подносить стрелы, хворост и масло.

Ворота укрепили массивными брусьями и цепями, костры под котлами с маслом разожгли, и тут из-за поворота дороги появились первые стражи. Они, встав на расстоянии полета стрелы, спешились и стали поджидать растянувшееся войско.

Атаковали они только после обеда. Вперед выдвинулись лучники и под прикрытием деревянных щитов начали обстрел монастыря. Привратник разрешил только трем самым опытным охотникам отвечать на эти выстрелы, остальным полукровкам он приказал укрыться в здании.

Потом к стенам двинулись осадные башни. А за густым кустарником стали накапливаться пешие воины с длинными деревянными лестницами для штурма стен. Лучники продолжали свою стрельбу, прикрывая продвижение башен к стенам.

Тут привратник уже разрешил стрелять всем, предупредив, чтобы берегли стрелы. Их было заготовлено не очень много и вряд ли бы хватило даже для одного боевого дня.

Осадные башни попытались поджечь стрелами с промасленной горящей паклей, но те были обложены мокрыми соломенными матами, и успеха это не принесло. Башни донесли до стен и ворот, и начался штурм.

Когда солнце скрылось за горизонтом и стемнело, битва закончилась.

У охотников было трое раненых. Стражи понесли более серьезные потери: у них было убито по крайней мере тридцать и ранено не меньше, но, учитывая то количество стражей, что находилось под стенами монастыря, можно было сказать, что потери с обеих сторон были минимальными. Когда окончательно стемнело, подошла колонна стражей из Горна, а позже еще одна из Траста.

Привратник оставил на стенах только несколько сторожевых. Он не сомневался, что ночью штурма не будет и что основные события произойдут только завтра. Всех остальных охотников он отправил спать. Это было рискованно, но никто не посмел возражать. Привратник уже успел доказать всем, что он единственный по-настоящему опытный здесь командир.

Но через пару часов, когда ночь была в самом разгаре, он снова поднял всех охотников по тревоге…

— Завтра они на нас навалятся всей своей силой, и нам хорошо достанется, — обратился он к охотникам. — Мы не готовы вести долгую осадную войну и не сможем выдержать даже одно полномасштабное сражение. Единственное, что мы умеем делать хорошо, — это сражаться в одиночку или тройками. Так вот, сегодня ночью у нас есть хорошая возможность показать людям, что нападать на нас не стоило. Вряд ли это нам даст какое-то преимущество: стражей слишком много, но такой шанс упускать не стоит.

— Что ты задумал? — спросил патриарх — носитель копья. Командиров троек сейчас спустят на веревках со стен, — ответил привратник. — Задача проста — убить как можно больше стражей, а если получится, то и лордов. Охотники быстры, хорошо видят в темноте — это наши достоинства. Они смогут неплохо проредить ряды противника и посеять некоторую панику, а это будет для нас совсем неплохо. Завтра такой возможности уже не будет, но сегодня, пока лагерь стражей не организован, она есть.

— Может получиться, — согласно кивнул второй патриарх — носитель лука. — Жалко, что сейчас не полнолуние, когда у нас прибывают силы.

— Времени у тех, кто пойдет, будет всего пара часов, — продолжил привратник. — Как только ночь пойдет на убыль, все должны вернуться обратно. Чем больше шума, паники и страха мы наведем в стане врага, тем будет лучше. Убивайте всех, кого встретите, но не ввязывайтесь в долгое сражение, ваше преимущество в быстроте и неожиданности. Они пришли убивать демонов, так нужно показать им, что это совсем не просто. Договоритесь со своей тройкой о сигналах, по которым они сбросят веревки, чтобы поднять вас на стены. И удачи, она вам понадобится.

Охотники заулыбались. Идея привратника им понравилась: действительно, ночное нападение было им по душе. Это лучше, чем стоять на стенах под градом стрел и ждать, когда нападающие подтащат лестницы. Они охотники, а не воины, их задача подкрадываться и нападать из темноты, а не вести большие сражения, в которых обычно все решает только численность.

Веревок хватило всем, командиры четырнадцати троек бесшумно спустились в темноту.

Амия скользнула по веревке последней, потому что ее зеленокожий соратник, во-первых, долго искал веревку, а во-вторых, никак не мог проснуться, поэтому двигался медленно, зевая на ходу.

Амия использовала все ругательства, которые знала, но на зеленокожего это не подействовало.

Другие охотники уже всех поубивают, пока ты меня спустишь, — прошипела Амия, когда парень наконец привязал веревку.

— Дичи много, на всех хватит, — безмятежно отозвался зеленокожий. — Ты, главное, долго там не задерживайся. После того как поднимется паника, они разожгут костры, и тогда тебе придется несладко. Они смогут тебя подстрелить, когда ты будешь подниматься.

— Ты только не засни, а все остальное не твоя забота, — проворчала Амия, хватаясь за веревку.

Она скользнула в темноту и, едва коснувшись твердой почвы, сразу упала на землю, прислушиваясь. Было тихо, из трех лагерей не доносилось ни звука. Когда было нужно, охотники умели убивать тихо.

Амия побежала бесшумно и осторожно, вглядываясь в непроглядный мрак, который для нее был только серым туманом. По дороге к самому дальнему лагерю она заметила несколько таких же осторожных теней.

Девушка сразу повеселела и принялась за дело. Она быстро убила трех часовых у первого костра и заползла в первый шатер. Там было около тридцати человек. Амия убила всех, и никто даже не успел проснуться.

Возле второго костра девушку заметил часовой и успел закричать, прежде чем она его заколола. Но такие же крики теперь слышались повсюду.

Амия металась по лагерю, убивая стражей, выскакивающих из шатров, часовых возле костров — всех, кого встречала на своем пути. Заполыхали огромные костры, освещая лагерь, послышались громкие четкие команды. Командиры собирали своих людей, строя их в боевые квадраты, и Амия поняла, что пора возвращаться. Она бросилась в темноту, но тут навстречу ей попался один из лордов, окруженный охраной.

Такой удачи Амия не ожидала. Она врезалась в строй, рубя направо и налево, пробиваясь к благородному. Сначала у нее все получалось, и она уже почти добралась до лорда, но наемники успели сомкнуться перед ней и ощетинились копьями. Амия тут же забыла о лорде, больше думая о том, как ей выбраться из этой схватки живой.

Получив три небольшие раны, она сумела вырваться, потеряв в сражении свой кинжал.

За девушкой погнались, но в темноте и густом кустарнике она легко ушла от преследователей. Зеленокожий мгновенно втащил ее наверх, едва она подала сигнал.

Из четырнадцати охотников вернулись двенадцать, многие были легко ранены, как и Амия, но свою задачу они выполнили.

До утра в лагерях людей никто не спал, стражи жгли огромные костры, пытаясь осветить темноту.

Двое охотников так и не вернулись. Их ждали всю ночь, а утром тела погибших люди выставили напротив ворот, прибив к деревянным щитам.

Привратник только усмехнулся, увидев это.

Двое против сотни, неплохая цена за жизнь, жаль только, что не удалось убить ни одного благородного.

— Мы должны отбить их тела! — воскликнул носитель лука. — Это наши товарищи, нехорошо оставлять их без достойного погребения.

— Нет, этого мы делать не будем, — покачал головой привратник. — Мы все умрем сегодня, и никому из нас не будет достойного погребения. Наша задача — продать свои жизни как можно дороже, а эти полукровки свою задачу уже выполнили.

В толпе охотников послышался недовольный ропот.

— Хотите умереть? — повернулся к ним привратник. — Тогда просто подождите. Сейчас они похоронят своих мертвых и возьмутся за нас. Идите завтракать, пока еще есть возможность, только каша будет без масла, его еще вчера вылили на стражей. Да и стрел осталось только для пятерых хороших лучников, так что сегодня можно рассчитывать только на мечи и копья.

Охотники помрачнели, только сейчас до них стало доходить, какой ценой им придется заплатить за свою неподготовленность к нападению.

Патриархи поежились под хмурыми взглядами подчиненных.

— Все в этой жизни имеет свою цену, — произнес привратник. — И ее придется платить рано или поздно. Идите завтракать, вероятно, это будет последняя в вашей жизни трапеза.

Охотники с мрачными лицами потянулись в обеденный зал. Амия, подождав, когда все уйдут, подошла к привратнику.

— Неужели все так безнадежно?

— Я об этом рассказываю уже третий месяц, — пожал плечами старик. — Не верю, что меня наконец-то услышали…

— Этого не может быть. — Амия сжала рукоятку меча раненой рукой и скривилась от боли. — Монастырь был всегда и всегда будет.

— Вера — замечательная вещь. Верь, если тебе так легче, только это ничего не изменит… Что же касается моих слов о безнадежности нашего положения, посмотри вон туда, — привратник показал рукой на выстраивающиеся колонны стражей, — теперь их достаточно, чтобы напасть со всех сторон. Смогут ли сорок охотников удержать стены? Если даже я всех расставлю по периметру, включая стариков, то от одного охотника до другого будет почти полсотни метров. Как ты думаешь, что произойдет?

— Они прорвутся, — неохотно признала Амия.

— Именно так все и будет, — кивнул старик. — Стены можно уже не защищать: это бесполезно. Они прорвутся на стены, потом снимут ворота с петель, открыть они их не смогут даже изнутри, а потом, когда внутрь ворвется тысяча стражей, они станут нас убивать.

— Ты так спокойно об этом говоришь, словно тебя не страшит твоя собственная смерть.

— Я стар и уже ничего не боюсь. Ну что ж, раз ты отказалась от завтрака ради этой бессмысленной беседы, тогда позови ко мне всех остальных.

Когда охотники собрались, старик показал рукой на двор.

— Мы будем сражаться здесь, прикрывая вход в монастырь. Лучники могут подняться на стены и пострелять в свое удовольствие, тем более что целей будет достаточно, а потом вернутся к остальным. Умереть в бою — это хорошая смерть, а если удастся взять с собой в мир теней достаточно стражей, то это еще и почетно. Вот, пожалуй, и все, что я вам предлагаю. Я слагаю с себя обязанности вашего командира и сам собираюсь повеселиться на славу. Кто-то хочет занять мое место и предложить свой способ выжить?

Желающих не нашлось. Лучшие лучники, собрав оставшиеся стрелы, поднялись на стены. Остальные расположились большой группой около входа в монастырь, приготовив копья и мечи. Привратник сел на свою скамейку возле ворот, положив меч себе на колени.

Ждать пришлось недолго, скоро со стен донеслись радостные возгласы стражей, а потом они начали спускаться во двор…

* * *

Они довольно далеко ушли от прохода, прежде чем Ласка остановилась.

— Всё, больше не могу, — проговорила женщина, передавая ребенка Врону. Она отняла окровавленную руку от бока. — Рана открылась, кровь никак не останавливается.

— До дома повелителей осталось немного, — произнес Врон. — Ты сможешь дойти?

— Смогу, — выдохнула Ласка. — А может быть, и нет. Плохо мне. Устала и замерзла, и настроение поганое. Не могу до сих пор поверить в то, что мы увидели в монастыре. Почему люди напали на охотников?

— Не стоит думать сейчас об этом. Мы сами едва выбрались живыми. У тебя до сих пор кровь из раны идет…

— Идет, — вздохнула Ласка. — Стражи обложили нас грамотно, чувствуется, что это наемники, а не обычные крестьяне. Едва сумели прорваться. Словно ждали нас, а может, и действительно ждали…

— Мы сами не знали, когда вернемся, и никто этого не знал. Если бы нам удалось, мы бы вернулись раньше. И тогда, может быть, сумели помочь охотникам отстоять монастырь.

— Вряд ли нам это удалось бы. Я думаю, что благо родные объединились, в нападении на монастырь участвовало не меньше двух тысяч стражей, а может и больше. Если судить по погребальному кургану, то охотники убили не меньше шести-семи сотен, но с двумя тысячами им бы не удалось справиться, даже если бы все были там. Мы тоже бы там погибли, а нам умирать нельзя, наш мальчик должен жить.

— Ты так хотела вернуться обратно в монастырь, и все напрасно. Мы снова в ненавистном тебе мире демонов…

— Плохо, все плохо. — Ласка снова схватилась за бок. — Я все еще пытаюсь понять, почему это произошло. Ты же увел демонов, и люди могли жить спокойно, им больше никто не угрожал. Почему они напали на нас?

— Наверно, как раз потому, что демоны перестали им угрожать. Видимо, люди решили, что охотники им больше не нужны, а ненависти у них к нам было много. И мы с тобой лишились родного дома и родного мира.

Ласка остановилась. Она тяжело дышала, на ее балахоне расплывалось огромное кровяное пятно.

— Не знаю, смогу ли я дойти, — прохрипела она, засунув в рот пригоршню снега. — Сил нет, я слабею.

— Ты должна идти хотя бы ради него. — Врон поднес к ее лицу спящего ребенка. — Наш мальчик ни в чем не виноват. Не хочешь же ты, чтобы он стал сиротой?

— Сиротой он не будет, ты же живой, да и я не умру, ты не дашь, — выговорила устало Ласка. — Я сейчас пойду дальше, только немного отдохну. Даже не помню, как я пропустила этот удар. Они навалились втроем, а у меня на руках был малыш. Я вертелась как могла, чтобы не подставить его под удар, видимо, в какой-то момент не смогла увернуться. Хорошо, что вовремя подоспел привратник, он убил двоих, а уж с одним я и сама справилась. Всё, надо идти дальше, а то я начинаю замерзать. Не хотелось бы еще раз ночевать в поле. Под твоей слизью чувствуешь себя как бабочка в коконе.

Она медленно, пошатываясь, пошла вперед.

— Хороший у нас малыш. Ни разу не заплакал, а лежал во время боя в моих руках так тихо, словно чувствовал, что от этого зависит моя жизнь.

— Он мог и чувствовать. У меня есть ощущение, что он все понимает, только говорить не может.

— Да, хороший у нас получился мальчик. Жаль только, что он вырастет в мире демонов, вдали от людей.

— А это не так уж плохо, — заметил Врон. — Много ли хорошего мы от людей видели? И тебя, и меня хотели убить только за то, что мы отличаемся от них.

— Ты прав, пусть растет здесь, там его все равно ожидали бы одни неприятности. Надо будет попросить скрыта, чтобы он за ним присматривал, когда мальчик немного подрастет. Да и с драконами нужно договориться, чтобы не обижали.

— С троками я поговорю, да и скрыта попрошу. Для меня это проще, чем договориться с людьми. А вот и дом. Мы дошли.

— Это хорошо, а то у меня уже совсем нет сил. — Ласка повалилась на снег. — Отнеси ребенка в дом, потом вернешься за мной. И найди лекаря, пусть даже и демона.

Врон побежал вперед, он нашел вход в спрятанные комнаты, положил малыша на теплый камень ложа и вернулся за Лаской. Она что-то бормотала в бреду, а ее полуоткрытые глаза были мутными.

— Позаботься о малыше, — прошептала она. — Он ни в чем не должен знать недостатка, покорми его.

— Чем же я его буду кормить? — недоуменно спросил Врон. — Он же питается только твоим молоком. Не вздумай умирать, мы без тебя тоже умрем. А лекаря здесь нет, здесь вообще никого нет.

Он внес ее в дом и положил на камень рядом с ребенком, потом лег рядом и обнял ее. Почти сразу он почувствовал, как тоненькая ниточка энергии побежала от него к ней, он вздохнул и закрыл глаза. Ласка что-то бормотала в бреду, но скоро жар у нее спал, она заснула.

Рана на ее боку закрылась и перестала заливать кровью камень. Врон почувствовал слабость, возможно оттого, что много энергии отдал Ласке. Он помахал рукой, чтобы свет стал мягче, и тоже заснул.

Проснулся Врон оттого, что захныкал малыш. Ласка дала ему грудь, и он звонко зачмокал.

— Мне уже лучше, — сонно пробормотала она. — Вот без тебя нам точно не выжить, так что ты тоже не умирай.

— Я-то не умру, даже если этого очень захочу. Даже не знаю, хорошо это или плохо.

— Это хорошо, будь иначе, я бы уже давно стала вдовой, а мальчик сиротой. — Ласка поцеловала его. — А благодаря тебе мы живы и будем жить, у нас есть этот дом и много других в этом мире. Нам бы только добраться до города, там скрыт, я уже немного соскучилась по нему. Забавный он и очень добрый, но поймать я его все равно поймаю, у меня появилось еще одно желание.

— Интересно, какое?

— А вот этого я тебе не скажу. Ты какой-то сердитый сегодня.

— Как же мне не быть сердитым? Я опять не сумел тебя защитить, вон у тебя какая рана. Она уже затягивается, потому что ты хороший лекарь. И нам больше некуда спешить. Поживем немного в этом доме, а потом пойдем дальше. Только есть уже хочется.

— Я сейчас принесу, — оживился Врон. — Я и сам хочу перекусить.

Он нашел кухню, набрал два полных сосуда темной жидкости повелителей. Парень уже начал привыкать к этой пище, и она даже стала ему нравиться.

Ласка выпила все, что он принес, и встала. Мальчик задумчиво смотрел на них и что-то гугукал. Ласка развернула балахон, в котором он спал, и недовольно сморщилась.

— Это нужно стирать, да и ребенка надо вымыть. Показывай, где тут бассейн.

Врон повел их по коридору, но неожиданно остановился и потянулся к мечу.

— Что случилось? — спросила Ласка.

— В доме кто-то есть кроме нас. Я пойду, посмотрю, кто это. Бассейн за этой дверью.

— С демонами в драку не лезь, — наставительно сказала Ласка. — Да и с драконами тоже не дерись. Не забывай, что теперь это наш мир, мы должны жить со всеми без ссор.

— Постараюсь. — Врон поправил меч и пошел по коридору.

Он открыл потайную дверь и прислушался: в доме стояла тишина. Он медленно и осторожно пошел по огромным залам. Меч держал наготове. Дом был пуст, Врон недоуменно пожал плечами и выглянул наружу.

Потеплело, яркое солнце слепило, отражаясь от сверкающего подтаявшего снега.

— Ну что? Какая там погода? — услышал он голос сзади.

Врон быстро обернулся, но никого не увидел.

— Да, прятаться ты умеешь, — улыбнулся Врон. — Но, если ты пришел сюда, значит, я тебе нужен. Выходи.

— Откуда это я должен выходить? — послышался голос из темного угла. — Из дома я не выйду, слишком холодно, да и здесь не очень тепло.

— Ну и сиди там, если тебе так нравится, — буркнул Врон. — А я пошел к Ласке.

Он сделал несколько шагов и довольно ухмыльнулся, услышав легкий топот за спиной. Он стремительно обернулся, но опять никого не увидел.

— Кстати, у моей самки появилось еще одно желание, поэтому, если она узнает, что ты здесь, покоя тебе не будет.

— Неужели она так никогда и не уймется? — Скрыт проявился перед ним. — Я уже не так молод, чтобы постоянно бегать от нее. Как прошло путешествие в мир людей?

— Скверно, — признался Врон. — Едва удалось спастись, люди устроили на нас настоящую охоту. Моя самка ранена. Ты не мог бы привести лекаря?

— Лекарь далеко, он вернулся к своей семье, но если очень нужно, я приведу, только это будет нескоро. Дня три мы с ним будем топать…

— Три дня — это слишком долго, пусть идет лучше в город. Надеюсь, что у Ласки хватит сил дойти до него.

— Город — это хорошо, это недалеко от того места, где он живет.

Скрыт направился к двери, постепенно исчезая.

— А зачем ты приходил?

— Плохие вести от демонов, которых ты увел в другой мир. Хоть мы их и не любим, но они все равно наши родственники, им нужна твоя помощь.

— Я не буду им помогать, демоны-воины хотели убить меня, мне пришлось с ними драться, чтобы спасти свою жизнь.

— Тебя все хотят убить, иногда даже я, — проворчал скрыт. — Но это ничего не значит, просто ты такой. Встретимся в городе, там я тебе все объясню.

Скрыт исчез.

— Я не буду им помогать, — крикнул вслед ему Врон.

Ответа он не услышал. Ласка кормила ребенка, бледность с ее лица исчезла, выглядела она совсем неплохо, хоть по-прежнему держалась за раненый бок.

— Кто там был?

— Приходил скрыт. У демонов в другом мире какие-то неприятности, он хочет, чтобы я им помог.

— Ты же не будешь им помогать? Они наши враги. Неужели ты забыл, сколько полукровок они убили в монастыре охотников?

— Я так и сказал скрыту. Но боюсь, что все равно придется им помочь.

— Почему? — недовольно нахмурилась Ласка.

— Демонам мы ничего не должны, но скрыту многим обязаны. Он кормил тебя, когда я уходил в другой мир. Он привел лекаря, когда тебе пришло время рожать. Он помогал нам все это время, и мы обязаны ему жизнью нашего ребенка.

— Это правда, — неохотно согласилась Ласка. — Но по чему он хочет, чтобы ты помогал демонам-воинам? Он же не любит их так же, как и мы.

— Он говорит, что они ему родственники…

— Я тоже им родственница, хоть и дальняя, — фыркнула Ласка. — Только от таких родственников нужно держаться подальше, от них одни неприятности…

— Мы потом с тобой это обсудим, а сейчас нам нужно идти. Потеплело, солнце светит, нельзя упускать такую погоду…

— Набери еды древних, и мы пойдем. Только ты понесешь малыша, я все еще плохо себя чувствую.

Врон приспособил сосуды с едой повелителей у себя за спиной и взял на руки мальчика.

Солнце светило ярко, снег таял, дул теплый ветерок, и идти было приятно. Они добрались до города, когда уже стемнело. Ласка чувствовала себя плохо. Несмотря на то что все раны на ней заживали быстро, эта рана то затягивалась, то снова открывалась. Ласка постоянно держалась за бок, но не жаловалась и упрямо шла вперед, хоть каждый шаг ей давался нелегко.

Когда перед ними показался город, Ласка опустилась на снег и устало покачала головой.

— Все, больше не могу, отнеси малыша, потом вернись за мной. Скверная рана, возможно, ребра сломаны. С такими ранами ходить нельзя, а мы с тобой прошли уже два дневных перехода…

Врон в наступившей темноте с трудом нашел отпечаток руки в стене, открыл проход, положил на теплый камень ребенка и вернулся за Лаской. Она была без сознания и бредила, ее лицо стало багрово-красным от высокой температуры. Врон поднял ее на руки. Ласка тихо простонала:

— Накорми малыша едой древних. Я не смогу его покормить, а он голоден.

Врон положил ее на пол, нерешительно обмакнул палец в питье и приложил его к губам малыша, тот зачмокал, потом отвернулся. Похоже, что эта еда его не устраивала. Врон вздохнул, привязал мальчика на грудь, взвалил на плечи Ласку и потащил их к ближайшему дому.

— Скрыт, — крикнул он, но услышал в ответ только вой ветра.

Врон открыл дверь, положил Ласку на ложе и прижал к себе. Через какое-то время она перестала дрожать от озноба и заснула. Ребенок еще какое-то время гугукал, потом заплакал.

Врон стянул с Ласки балахон и приложил ребенка к ее груди, тот начал сосать. Потом он заснул. А Врон лежал и уныло смотрел в темноту. Если лекарь не придет, то его любимая умрет, а вслед за ней и малыш. И он потеряет все, что ему так дорого…

Утром у Ласки вновь началась лихорадка. Врон отнес ее в бассейн и положил в теплую воду, надеясь, что это поможет. Но Ласка не могла самостоятельно держаться в воде, и он сидел с ней рядом.

Младенец лежал у края бассейна и с любопытством смотрел на них темными глазами, но скоро он проголодался и стал плакать. Ласка очнулась и взглянула на него мутными глазами.

— Ты накормил его едой древних?

— Он не ест. Я пытался, но он отказывается.

— Помоги мне выйти из воды, — прошептала Ласка.

— Еще два-три дня болезни, и у меня пропадет молоко.

— Может быть, даже раньше. Ему придется есть эту еду, или он умрет.

Она дала младенцу грудь, тот звонко зачмокал губами, потом затих и заснул.

Ласка грустно улыбнулась, глядя на него.

— Жаль, что так все получилось. Пообещай мне, что ты вырастишь его, если я умру.

— Если ты собираешься умирать, то я тебе ничего обещать не буду. Я не знаю, как я буду жить без тебя, да и малыш тоже. Ты нужна нам…

— Пообещай, — прошептала Ласка и снова потеряла сознание.

Врон отнес их обоих на ложе, потом вышел из дома.

— Скрыт, — прокричал он так громко, как мог.

Он долго кричал, но ему отвечало только эхо, отражавшееся от высоких домов. Врон немного побродил по улицам, продолжая кричать, потом вернулся в дом. Он боялся закрыть глаза, думая о том, что Ласка умрет именно тогда, когда он спит. Врон лежал и чувствовал, как его энергия бежит к ней, но это не помогало. Ласке становилось все хуже и хуже, она уже не открывала глаза и больше не приходила в сознание.

Ребенок постоянно плакал, у Ласки, возможно от высокой температуры, перестало выделяться молоко, а есть пищу древних малыш отказывался.

Врона качало от слабости, когда он раз за разом выходил на улицу и звал скрыта. Он слишком много отдавал Ласке своей энергии и не успевал ее восстанавливать, хотя и ел пищу повелителей каждые полчаса. Но еще больше его приводило в отчаяние то, что ему нечем было накормить мальчика.

Врон все больше осознавал, что вскоре после того, как умрет Ласка, умрет и младенец, и тогда он останется совсем один.

Когда Врон уже решил, что спасение так и не придет, он услышал слабый скрежет когтей по стене. Звук был настолько слаб, что сначала Врон даже не поверил. Но потом вскочил и побежал к двери, пошатываясь от слабости. За дверью стояли скрыт и лекарь, усталые, сердитые и покрытые снегом.

— Что случилось? — мрачно осведомился лекарь. — Неужели все так плохо, что ты заставил меня идти всю ночь? Да еще этот несносный глупый демон подгонял меня всю дорогу.

— Моя женщина умирает, — выдохнул Врон, и из его глаз потекли слезы. — А я ничего не могу сделать.

— Да, похоже, дело серьезно, — проскрипел лекарь, отодвигая Врона и проходя в дом. — Если у человека бегут слезы, то это значит, что все и на самом деле плохо.

Врон побежал вперед, открывая двери и подкладывая под них мелкую каменную утварь, чтобы они не закрылись.

Лекарь склонился над Лаской и пробурчал:

— Совсем больная. Боюсь, ты позвал меня слишком поздно,

— Ты мог бы поспешить, а не ловить птиц по дороге, — заметил скрыт. — Я тебе говорил, что все очень плохо…

Лекарь сбросил окровавленную тряпку с Ласки и внимательно вгляделся в рану, потом, положив на нее руки, закрыл глаза. Так он простоял несколько бесконечно долгих мгновений, потом вздохнул.

— Там что-то есть. Что-то грязное и очень плохое, и это не дает ране закрыться. Придется вытаскивать. Мне нужна вода, — обратился он к Врону. — А еще лучше, если ты отнесешь ее в то место, где воды будет много. Да и ребенка не забудь, он тоже нуждается в моей помощи. Нет, в таком состоянии ты не донесешь даже свою самку. Пусть ребенка несет скрыт.

Врон поднял Ласку на руки и, пошатываясь, побрел к бассейну. Демоны не спеша шли за ним, о чем-то тихо переговариваясь. Врон положил Ласку на каменный пол возле бассейна, она открыла мутные глаза, вглядываясь в демонов.

— Пришли на обед? — прошептала она. — Даже ре шили не дожидаться, пока я сама умру?

— Шутки у тебя глупые, человеческая самка, — усмехнулся лекарь. — Я это заметил еще в прошлый раз. Между прочим, ты действительно очень близка к смерти. И я совсем не уверен, что смогу тебя оставить в этой жизни и дальше.

— А ребенок будет жить? — Ласка попыталась поднять голову, чтобы взглянуть на малыша, но ей это не удалось.

— За него не беспокойся. Ему я не дам умереть. Ласка еще что-то хотела сказать, но снова потеряла сознание.

— Человек, — лекарь мрачно повернулся к Врону, — сейчас я буду извлекать что-то плохое из ее раны, зрелище будет некрасивое. Лучше не смотри и в любом случае не пытайся мне мешать, это может оказаться смертельным для твоей самки. Закрой глаза, или, еще лучше, поспи…

Лекарь провел рукой перед лицом Врона, и тот опустился на пол и заснул.

Он не видел, как лекарь запустил в рану женщины свои острые когти. Из раны фонтаном брызнула кровь. Лекарь слизнул капли широким языком, причмокнул от удовольствия и снова склонился над Лаской. Он вытащил из раны небольшой камешек, неизвестно как попавший туда, и, опустив с помощью скрыта Ласку в воду, промыл ей рану, а потом зализал ее языком. Похоже, что ему это понравилось, потому что он еще раз провел языком по телу женщины, слизывая капли крови, и только потом положил Ласку обратно на каменный пол.

Затем лекарь осмотрел младенца. Тот проснулся и начал плакать, но демон усыпил его, проведя рукой над головой. Он облизал и младенца, на которого попала кровь матери, после чего, закрыв глаза, начал что-то бормотать над ним.

— Ты вылечил самку и детеныша? — спросил скрыт.

— Я сделал все, что мог, — ответил лекарь. — Больше не смог бы сделать никто, это я говорю без ложной скромности. Рана закрыта, все сосуды сращены, грязи в ране больше нет. Я даже поправил то, что произошло в ее груди, она снова сможет давать молоко своему ребенку.

Но самка потеряла много крови, несколько дней будут очень тяжелыми, она все еще может умереть. Мне придется побыть с ней это время.

— А что с детенышем?

— С ним все в порядке, он здоров, просто истощен. Тебе придется найти зерно, чтобы я смог изготовить еду, которую он сможет есть. Лучше отправляйся прямо час. Когда младенец проснется, а это произойдет очень скоро, он будет очень голоден.

— Ты не посмотрел человека, — заметил скрыт. — Он тоже плохо выглядит, а этот воин нам нужен. Ты же слышал, какие вести принес старый.

— Я не люблю старого, — пробурчал лекарь. — Если бы он умер, я не долго был бы в печали. Но умереть всем остальным я не могу позволить, они часть нас, хотим мы этого или нет. А за человека не беспокойся, он не может умереть, это я заметил еще в прошлый раз, когда осматривал его. Он плохо выглядит потому, что переживает за свою самку, выздоровеет она — выздоровеет и человек. Сейчас я его разбужу, чтобы он перенес самку в другое место, а ты отнеси ребенка и помни о том, что мне нужно зерно, чтобы его накормить.

— Я отнесу ребенка, а потом пойду в поле. Лекарь посмотрел вслед скрыту и провел рукой над Вроном. Тот открыл глаза. Я, кажется, заснул. Я не спал две ночи и очень устал. — Он посмотрел на бледное усталое лицо Ласки и тяжело вздохнул. — Ты вылечил ее?

— С ней все будет хорошо, если только она не умрет. Я убрал причину болезни, но твоя самка очень слаба…

— Умрет?

— Умрет, если меня не будет с ней рядом, — усмехнулся лекарь, показывая острые и длинные зубы. — Так что бери и неси ее обратно в ту комнату, откуда принес.

— А что с ребенком? Где он? — Врон вскочил на ноги. — Я убью вас обоих, если вы с ним что-то сделали.

— Другой благодарности я и не ждал, — проскрипел лекарь. — Неси свою самку, ребенок уже наверху. Я от правил скрыта на поиски пищи для твоего детеныша. И лучше поспеши, твоей самке снова нужна моя помощь.

Врон поднял Ласку на руки и потащил ее наверх, а лекарь пошел следом. В комнате, увидев ребенка, мирно спящего на теплом камне, Врон облегченно выдохнул и положил Ласку с ним рядом.

— А теперь уходи, не мешай мне. — Лекарь протянул руки над Лаской. — Придешь, когда я позову. Иди в комнату, где стоит устройство, дающее энергию, это как раз то, что тебе сейчас нужно.

Врон поплелся наверх. Он с тоской посмотрел на ложе и тумбочку рядом. С этой комнатой у него было связано множество воспоминаний, и не все они были хорошими, скорее наоборот.

Парень лег на ложе и провел рукой над тумбочкой, она завибрировала, и его окутал яркий желтый свет, дальнейшее Врон, как всегда, не запомнил. Очнулся он свежим, отдохнувшим, даже настроение поднялось, и будущее уже не казалось ему таким страшным и безнадежным.

Врон бодрым шагом спустился вниз. Лекарь и скрыт были в комнате, Ласка лежала на ложе и выглядела ужасно. Ее лицо было бледным и мокрым от пота, глаза лихорадочно блестели, но она была в сознании и кормила ребенка какой-то кашей. Ребенку еда не нравилась, он капризничал и отворачивался, но Ласка продолжала совать кашу ему в рот.

Увидев Врона, она слабо улыбнулась.

— Мне уже лучше. Впрочем, без этих демонов мне было бы спокойнее.

Лекарь вгляделся в Врона и указал рукой на ложе.

— Ты выглядишь совсем неплохо. Ложись со своей самкой рядом и поделись с нею энергией. Это ей поможет.

Врон обнял Ласку и младенца.

— Я ухожу, — заявил лекарь. — Больше я здесь не ну жен. Потребуется еще несколько дней, чтобы рана окончательно зажила. Когда спадет жар, у самки появится молоко. Рана быстро заживает. Надеюсь, что я вам больше никогда не понадоблюсь. У меня есть своя семья и свои дела, поэтому без серьезных оснований меня лучше не зовите.

Лекарь ушел, а скрыт остановился возле двери.

— Я подожду, когда она выздоровеет, а потом мы по говорим.

— Они не обижали тебя? — прошептал Врон.

— Нет, они даже принесли еду, чтобы накормить малыша.

— Как ты себя чувствуешь?

— Теперь, когда ты рядом, намного лучше. Я очень беспокоилась за мальчика, боялась, что они его съедят.

Врон улыбнулся, чувствуя, как его энергия течет к Ласке и питает ее. Он больше не ощущал тревоги, похоже, что все худшее было позади.

Через три дня Ласка стала вставать, у нее появилось молоко, и малыш был доволен. Он рос, уже пытался ползать и требовал к себе постоянного внимания. Врон старался как мог, но чувствовал, что отец из него никуда не годный. Поэтому, когда у Ласки заросла рана и она начала больше заниматься с малышом, он обрадовался. Прошло еще несколько безмятежных дней, и однажды утром Ласка, поцеловав его, поинтересовалась:

— Когда ты собираешься?

— То есть?

— Скрыт снова нас спас. Мы в долгу перед ним, да и перед лекарем тоже. Ты должен помочь им.

— Я не хочу никуда идти. Я необходим тебе и малышу. Нам нужно приспосабливаться к жизни в этом городе.

— Это так, — согласилась Ласка. — Но ты не просто человек, ты охотник за демонами. Конечно, монастыря нет, но мы-то с тобой остались. А охотник за демонами всегда платит по своим долгам. Найди скрыта и поговори с ним. Кстати, можешь сказать ему, что у меня появились новые желания.

Врон закрепил меч за спиной.

— Если я уйду, меня долго не будет, может быть, несколько недель, а то и месяцев.

— Мы справимся. Просто постарайся вернуться как можно быстрее, не то сын твой вырастет без тебя.

Врон долго бродил по улицам, прежде чем нашел скрыта. Или тот нашел его? С демонами всегда было непонятно.

— Моя самка выздоровела, — произнес Врон, наблюдая, как скрыт проявляется на стене. — И я понимаю, что мой долг к тебе вырос. Я готов сделать все, что ты попросишь.

— За стенами города тебя уже два дня ждет другой демон. — Скрыт встряхнул свой мех, глядя, как тот переливается на солнце. — Он и проводит тебя к старому.

С— разу предупреждаю, путь тебе предстоит долгий и опасный, но я уверен, что ты справишься.

— Долгий и опасный? Куда, по-твоему, я должен буду отправиться?

— Больше я ничего не могу сказать. Могу пообещать только одно: за твоей самкой я присмотрю, с ней и с твоим детенышем ничего не случится. Иди.

Врон недоуменно вздохнул, поправил меч и пошел к стене.

За стеной города таял снег, обнажая черную землю. Кричали птицы, небо было безоблачным. На поле и около стены никого не было видно. Врон пожал плечами и пошел по дороге, которая уже очистилась от снега.

— Человек! — услышал он за спиной.

— Кто меня зовет? — крикнул Врон, озираясь по сторонам.

— Я выйду, если ты пообещаешь, что не будешь хвататься за оружие.

Врону показалось, что голос шел от зарослей кустов, но там было негде спрятаться: листва давно облетела, а черные голые ветки не могли никого скрыть.

— Обещаю. Но я и без меча довольно опасен.

— Опасен, опасен, — пробурчал черный демон, вылезая из-под земли рядом с дорогой. — Вечно вы, люди, о себе много думаете, а на самом деле не способны напугать даже маленького детеныша.

Врон пораженно застыл. Этот демон был не похож ни на одного другого демона, которого он когда-либо встречал. Он был маленького роста, даже меньше скрыта, у него были длинные руки с широкими кистями и огромными загнутыми когтями. Кожа его была абсолютно черного цвета, без единого волоса и матово блестела под солнцем. Глаза были огромными и черными, рот, когда демон говорил, открывался широко и были видны большие острые резцы.

— Что уставился? — недовольно проворчал демон. — Никогда грумов не видел?

— Не видел, — согласился Врон. — Только слышал, что вы живете в горах и копаете там пещеры.

— Не только в горах. Мы везде живем и копаем там, где есть камень, а он повсюду. Пойдем, что ли?

— А куда?

— Куда, куда… куда надо. В город пойдем, только не в этот, а в другой. Я слышал, что ты уже бывал там и разговаривал со старым, вот туда и пойдем.

— Да, я бывал там, правда, это было давно, и я уже не помню дорогу…

— Вот туда и иди, а я за тобой прослежу, чтобы ты с пути не сбился.

Грум исчез так же, как появился. Врон не понял, как это произошло: только что демон был перед глазами — и вдруг его не стало. Он даже подошел к тому месту, где исчез грум. Он ожидал увидеть нору или земляной ход, но под кустом была обычная земля, такая же, как и вокруг, черная и влажная.

— Я и сейчас не знаю, куда надо идти, — крикнул Врон. — Давно это было. Да и в тот город меня больше вели, чем я шел сам.

— Беги по этой каменной дороге, а когда нужно будет свернуть, я тебе скажу, — услышал он глухой голос из-под земли.

Врон недоуменно пожал плечами и побежал. Он пробежал довольно много и уже начал сомневаться в том, что увидит еще раз грума, как снова услышал голос из-под земли:

— Теперь беги к роще, там я тебе скажу, куда дальше. И вообще я думал, что ты быстрее. Про тебя много чего рассказывали, что ты и с троками дрался, и с демона ми-воинами, теперь я вижу, что вранье это все. С такой скоростью не то что от трока — от морского демона не убежишь, а они по земле совсем плохо ходят. Не знаю, зачем ты старому демону понадобился, разве что на обед…

Врон и без грума знал, что уступает демонам в скорости, особенно сейчас. За то время, что он провел в городе, его тело изменилось, мышцы уменьшились, да и силы в нем стало меньше.

Врон выпил один из трех сосудов с жидкостью повелителей, которые предусмотрительно взял с собой, поскольку знал, что никакой пищи в это время не найдет. Живность здесь не водилась — демоны-охотники все давно истребили, а поля с зерном были только у городов. Жидкость оказалась горькой, и еда эта была плохая, но другой не было.

У рощи Врон снова услышал голос грума:

— Теперь беги в сторону солнца. Если никуда не свернешь, то к вечеру будешь в городе.

— Солнце не стоит на месте, — заметил Врон. — Оно тоже движется. Если я буду на него бежать, то сделаю круг.

— Ты беги. Если побежишь по кругу, то я тебе скажу.

— А как ты оказываешься всегда впереди меня?

— Это нетрудно, у нас везде ходы прокопаны, — услышал он глухой голос, грум снова залез под землю. — А топот твой издалека слышен…

ГЛАВА ВТОРАЯ

Вы думаете, что монастырь — это здание, в котором мы живем? Что эти высокие стены и мощная кладка и есть монастырь?

Вы ошибаетесь. Монастырь — это вы сами. Пока жив хотя бы один охотник, жив и монастырь.

Из книг монастыря охотников за демонами

Охотники отбили первую волну атакующих, потом вторую, но те стражи, что сумели прорваться, сбросили ворота с петель, и тогда во двор ворвалась лавина воинов. Строй охотников был разорван, а дальше каждый дрался сам по себе.

Амия пробилась внутрь храма, решив, что на узких лестницах у нее будет больше шансов умереть достойно.

Но против длинных копий, которыми были вооружены стражи, она не смогла устоять и вынуждена была отступать все дальше и дальше вниз. Ей помогала темнота, но скоро у стражей появились факелы, и все стало безнадежно.

После того как ее оттеснили в самый глубокий подвал и буквально втолкнули в темницу, в которой когда-то содержался сошедший с ума демон, она вспомнила о подземном ходе, о котором говорил привратник. При этом она выругалась, потому что неожиданно для себя поняла, что старик намного умнее и дальновиднее их всех.

Двери в темницу были мощные и обиты железом. К ее удивлению, на них она нащупала крепкий засов, который едва успела задвинуть. Это было странно, раньше его не было. Но сейчас чья-то предусмотрительность спасла ей жизнь. Впрочем, Амия не сомневалась, что это сделал привратник.

Немного отдышавшись, девушка полезла в земляную нору, выкопанную безумным демоном.

Она копала, напряженно прислушиваясь к ударам в дверь, и даже не поняла, как оказалась в лесу за монастырем.

Амия тут же залезла на высокое дерево, привязала себя ремнями к крепкому суку и заснула. Напряжение было слишком большим. Ей нужно было передохнуть, перед тем как она будет думать о том, что делать дальше.

Она проспала почти до вечера и, когда стало совсем темно, устроила первую свою охоту. Она убила пятерых стражей, охранявших вход в монастырь, и добыла еды. Потом охоты стали регулярными.

Конечно, Амии было горько и немного стыдно, оттого что из охотников она осталась одна в живых. Ей было некуда идти, она была вне закона, но по-прежнему чувствовала себя охотником. Только теперь она охотилась не на демонов, а на стражей, которые по неведомой ей причине до сих пор оставались возле монастыря.

Их было немного, отряд примерно в четыреста человек, но за пять ночей охотница довела их число до трехсот и собиралась убить всех. Они лишили Амию всего, что у нее было, и наказанием за это могла стать только смерть.

На шестую ночь, когда она подкрадывалась к лагерю стражей, Амия неожиданно встретила привратника.

Он навалился на нее сзади и скрутил ремнем. Амия сопротивлялась, как разъяренная тигрица, но старик оказался сильнее.

— Ты воспользовалась моим советом, — произнес он, отдышавшись. — Это хорошо, выходит, ты не так глупа, как другие.

— Зачем ты связал меня? — Амия не могла сдержать гнева. — Хочешь отдать меня стражам?

— Нет, — покачал головой старик. — Я тебя никому не отдам, а связал тебя из предосторожности. А вдруг в тебе уже проснулся демон?

— Если и проснулся, то что с того? — раздраженно фыркнула Амия. — Монастырь захвачен, охотники убиты. Теперь я сама по себе. Стражи убили моих товарищей, за это я буду их убивать до тех пор, пока никого не останется или пока не погибну сама.

— Я и не сомневался, что это ты их убиваешь. А стражи думают, что это духи демонов охотятся за ними по ночам…

— Развяжи меня! — потребовала Амия. — Если ты не на их стороне, ты должен освободить меня.

— Развяжу, — согласился старик, — но только после того, как мы с тобой поговорим.

— О чем мы с тобой будем говорить? О мести?

— О тебе. О мести говорить нет смысла, монастыря больше нет, остались только мы с тобой. Пора подумать о нашей дальнейшей судьбе и о нашем будущем.

— Какое у нас может быть будущее? — горько вздохнула Амия. — Мы вне закона, нас может убить любой крестьянин, и за это он получит вознаграждение, а не смерть, как было раньше. Куда мы с тобой пойдем, если вокруг нас только враги? Нас осталось двое. Нас убьют сразу, как только обнаружат. За нами будут охотиться, как за дикими зверями, с собаками. А за полуволками пойдут стражи, много стражей, гораздо больше, чем мы сможем убить.

— Нас не двое, а четверо, — заметил привратник. — Где-то есть еще Ласка и Врон, и я думаю, что они скоро придут сюда. Ты права в том, что мы вне закона в этой провинции, но есть и другие земли…

— С одной стороны горы, они непроходимы. А до других земель нам не удастся пройти и половину пути: стражи повсюду, да и ведуньи будут настороже…

— Портал в страну демонов находится как раз в горах, и мы с тобой туда пойдем, если ты, конечно, согласна…

— Что мы будем делать в стране демонов? Сражаться с ними? Ждать, когда нас убьют и мы окажемся в их желудках?

— Там будет видно. Если ты согласна, я тебя развяжу.

Если нет, то я уйду один. А ты потом освободишься сама, если, конечно, тебя не найдут раньше стражи.

— Ты на их стороне, если хочешь оставить меня связанной. Охотники так не поступают. Мы всегда вместе, как пальцы одной руки, и не бросаем друг друга в беде.

— Я на твоей стороне, жаль, что ты этого не пони маешь, — покачал головой старик. — И я не хочу тебя бросать. Если бы я не хотел тебе помочь, я бы давно ушел в горы. Я хотел тебе объяснить только то, что убивать больше не имеет смысла, битва закончилась, и мы ее проиграли. Мы защищали этих людей долгие столетия, а они ненавидели нас, и в конце концов ненависть победила. Но мы с тобой должны простить их. Как можно ненавидеть тех, кого мы оберегали все эти долгие годы?

— Они убили моих друзей! — воскликнула Амия. — Стражи уничтожили монастырь охотников и за это заслуживают смерти!

— Хватит уже смертей. Чтобы отомстить сполна, нам придется убить всех живущих здесь людей. Вот тогда перед нами и встанет вопрос: а кто же мы сами? Чья кровь в нас сильнее, человеческая или демонов? Если мы люди, то мы не должны убивать других людей…

— Но эти люди убивали нас, — резонно заметила Амия. — И они не испытывали при этом чувства стыда и даже сострадания.

— Я сказал тебе все, что хотел. Итак, ты идешь со мной или остаешься мстить? Кто в тебе сильнее — демон или человек?

Амия задумалась, ей очень хотелось ответить, что она остается. Ее сердце, да и вся ее душа требовали мести. Но она понимала, что прав привратник.

Он предлагал ей выход, может быть, не самый лучший, но единственный. Если она останется здесь, то рано или поздно погибнет. Тогда зачем она копала ход? Могла бы умереть, вместе со всеми и не было бы сейчас так одиноко…

— Я пойду с тобой, — неохотно произнесла Амия.

— Хорошо, — кивнул привратник, развязывая ее.

— Мы пойдем к горам, там у меня есть дом, в котором мы сможем какое-то время жить.

Я не хочу идти в страну демонов, но я пойду туда. Может быть, удастся убить одного или двух, прежде чем они съедят меня.

— Поживем — увидим, кого ты еще сможешь убить… Привратник пошел вперед. Амия поплелась за ним.

С каждым шагом ее злость улетучивалась, но на смену пришли тоска и горечь.

— Ответь, почему люди напали на нас? Мы убивали демонов и сами умирали при этом, защищая этих же людей. Почему они возненавидели нас?

— Причин много. Это должно было случиться рано или поздно. Я предвидел это…

— Почему же ты ничего не сделал, что бы предотвратить? Ты видишь будущее, значит, ты знал, что так будет.

— У всего есть начало и у всего есть конец. Что-то можно изменить, а что-то не стоит. Мы были обречены с того дня, как перестали приходить демоны. Пока они нападали, мы были нужны людям. Они ненавидели нас и боялись, но еще больше благородные страшились демонов. А вот когда их не стало…

— Они еще вспомнят о нас, когда демоны снова придут. Тогда они поймут, что сами убили своих защитников. Демоны отомстят за нас…

— Так и было бы, но демоны не придут. Если бы я знал, что они по-прежнему будут нападать на людей, я бы не позволил уничтожить благородным монастырь.

— Но ты позволил, это значит, что ты мог все изменить?

— Мог, если бы захотел. — Привратник зашагал быстрее. — Но я отошел в сторону, чтобы события происходили сами собой. Иногда забавно наблюдать, как рушится все то, что когда-то сам создал. Поверь, крепкие здания не рушатся сами собой, а если они падают, то это значит, что пришло их время.

— Сам создал? — удивленно воскликнула Амия. — Что это значит?

— Мне незачем тебе рассказывать то, что понять ты пока не сможешь.

— Ты стал другим. Ты изменился за эти дни. Мне даже кажется, что ты помолодел. Сколько же тебе лет, старик?

— Так много, что я давно перестал их считать, — привратник посмотрел на звезды. — Нам надо спешить, иначе мы не успеем дойти до укрытия раньше, чем взойдет солнце. Тогда нам придется сражаться, а я этого не хочу. Сможешь бежать?

— Я полукровка, а это значит, что я сильнее и выносливее любого человека, — фыркнула Амия. — И в любом случае выносливее тебя. Если ты сможешь бежать, то и я тоже.

— Тогда побежали. Посмотрим, насколько ты вынослива.

Привратник бежал всю ночь, на ровных местах резко увеличивая скорость. Если бы Амия не была такой упрямой, она бы давно сдалась, но позволить древнему старику взять над собой верх девушка не могла. Она готова была умереть на бегу, но только не показать ему свою слабость. Горы появились перед ними вместе с первыми лучами солнца. Привратник свернул в сторону небольшой расщелины, за которой оказалась широкая долина с бегущим посередине ручьем. Здесь он наконец остановился. Амия упала около воды и долго не могла пошевелиться от усталости. Старик умылся в ручье, потом куда-то сходил и принес вяленое мясо и сухой овечий сыр.

— Поешь, ты потратила много сил.

Амия нехотя положила в рот мясо и стала жевать. Мясо оказалось необычайно вкусным, может быть, потому, что в монастыре им давали только кашу. Амия съела все и недовольно пробурчала:

— Я ничего не оставила тебе, мне стыдно.

— Ничего страшного, — пожал плечами привратник. — Я немного ем и пока не хочу.

— Что мы будем делать дальше?

— Пойдем в дом, если ты уже можешь идти.

— Если можешь ты, то смогу и я, — устало фыркнула Амия.

Привратник улыбнулся и легко побежал вперед, Амия сразу отстала. Хорошо еще, что бежать пришлось всего несколько сот шагов.

Старик остановился перед обычной скалой, ничем не отличающейся от других, и приложил руку к серому камню. Неожиданно скала ушла внутрь, открывая узкий проход, за которым был виден большой круглый зал.

— Здесь мы и будем жить. — Привратник втолкнул ее внутрь горы.

Замерцал слабый свет, исходивший из каменных стен, потом он вдруг стал настолько ярким, что Амии пришлось закрыть глаза.

— Что это за дом? И что это за свет? Он словно исходит из стен…

— Это дом древних людей. Здесь есть все, что нужно для жизни, кроме еды. Кровати, вода, даже есть небольшой бассейн, в котором можно купаться.

— Древних людей? — удивилась Амия.

— Что тебя так удивляет? Ты жила в монастыре, по строенном ими, ты видела наши города, которые тоже построили они. Почему тебя так изумляет этот дом?

— Потому что он отличается от всего того, что ты назвал. Откуда здесь свет? И почему дом сделан в скале?

— Многого я не знаю и сам…

Привратник помахал рукой перед гладкой стеной, она отошла, и Амия увидела небольшую комнату. Старик показал на каменное возвышение.

— Это кровать, на которой можно спать. Она сделана из камня, но этот камень мягкий и теплый.

— Мягкий камень? И теплый?

— Можешь проверить сама. — Старик лег на возвышение. — Только избавь меня от своих вопросов, я собираюсь немного поспать. Мне нужно отдохнуть, чтобы потом закончить одно небольшое дело.

Амия осторожно потрогала камень, потом нерешительно села на возвышение. Сидеть было приятно, камень действительно был теплый. Убедившись в том, что с ней ничего плохого не происходит, девушка легла. Камень был мягким, и казалось, что он обволакивает ее тело.

Свет в комнате стал меркнуть, потом исчез совсем, и Амия, положив рядом меч и кинжал, закрыла глаза.

Сны ей снились ужасные, она сражалась с людьми, но потом вдруг оказалась в большом пустынном городе, где не было ни одного человека и вообще никого.

«Я всех убила, — подумала Амия во сне. — И как же я теперь буду жить? Кто поможет мне? Неужели я теперь буду одинокой до конца своих дней? Одна, без друзей и врагов?»

Чувство мести и злости ушло, оставив только разочарование, недовольство собой и страх перед будущим. С этим ощущением она проснулась и облегченно вздохнула, увидев привратника в слабом, исходящем из стен свете. Он надел куртку, закрепил ремни меча в походном положении за спиной, потом задумчиво взглянул на нее.

— Тебе снились плохие сны, ты стонала, и я уже собирался тебя будить. Я ухожу.

— Куда ты уходишь? — Амия потянулась за мечом. — Я пойду с тобой.

— Нет, — покачал головой привратник, — Ты останешься здесь. Дело у меня небольшое, мне просто нужно кое с кем встретиться. К тому же у нас нет еды, а ты скоро захочешь есть.

— Я пойду с тобой. Я не хочу оставаться одна в этом странном доме.

— Ты мне будешь мешать, а дело непростое. Ты боишься остаться одна?

— Я ничего не боюсь, — поджала губы Амия. — Я полукровка и охотница, и я готова сражаться с кем угодно.

— И еще нужно добыть для тебя одежду, — почесал в затылке привратник. — Там, куда я тебя поведу, в одной набедренной повязке будет холодно. Я сделаю так, чтобы ты не чувствовала себя в заточении. В одном из залов есть бассейн с горячей водой, тебе нужно умыться. От тебя пахнет кровью убитых тобою людей. И ничего не бойся, меня не будет часа два или три, в зависимости от того, как сложатся обстоятельства.

— Меня трудно чем-либо напугать…

— Тогда не испугаешься и одиночества, — кивнул привратник и ушел, бросив в проем двери какой-то каменный предмет, чтобы дверь не закрывалась.

Амия полежала немного, потом отправилась бродить по дому. Привратник оставил двери открытыми, накидав в проемы мелкую утварь, неизвестно для чего предназначенную.

Амия нашла бассейн, о котором рассказывал привратник. В нем действительно была горячая вода. Она долго лежала в ней, чувствуя, как расслабляется ее тело, а кожа становится мягкой и шелковистой. Грязь, пот и кровь растворились в воде, а с ними ушла и тоска.

Амия выстирала свою набедренную повязку, промыла клинки и перевязь и только сейчас почувствовала, как болят раны, которые она получила в битве за монастырь.

Большей частью они уже закрылись багровой коркой и теперь понемногу заживали.

Амия вернулась в комнату с возвышением, легла и тут же заснула. Она все еще чувствовала усталость и слабость. Когда она проснулась, привратника еще не было. Амия начала уже беспокоиться, она попробовала найти выход, но ей это не удалось. Девушку окружали только каменные безликие стены.

Амия немного потренировалась с мечом в большом зале, чтобы быть готовой к неприятностям, которые, она не сомневалась, ждут ее впереди, и еще раз искупалась.

Привратника по-прежнему не было, и теперь Амия по-настоящему испугалась. Она не могла выйти из этого дома, и если со стариком что-то случилось, то она умрет здесь. Только погибнет она не в бою, как положено охотнику, а от голода. Девушке уже давно мучительно хотелось есть, а в этом странном доме не было ни крошки еды.

Да и сам дом, похоже, принадлежал не людям и не демонам, а кому-то неизвестному. Слишком странные были здесь вещи, совсем не понятно, для чего они могли кому-то служить.

Когда охотница уже окончательно решила, что старик заманил ее в ловушку, чтобы она умерла здесь, она услышала скрежет открываемой двери.

Амия была готова от накопившейся злости растерзать привратника, но, когда он появился в дверях, от ее ярости не осталось и следа. Привратник был весь в крови, его левая рука висела на одной коже, и он придерживал ее другой рукой, чтобы не потерять. А на груди были видны сочащиеся кровью раны, оставленные мечами и копьями.

— Кто напал на тебя? — гневно спросила Амия, вытаскивая меч.

— Несколько сот стражей, — ответил старик, без сил опускаясь на пол. — Пришлось вступить в бой.

— Ты умрешь, — покачала головой Амия, рассматривая многочисленные глубокие раны. — Открой мне дверь, пока ты можешь еще ходить, чтобы я смогла отомстить за тебя.

— Ходить я уже не могу, но я и не умру. Помоги мне добраться до бассейна, мне нужна вода.

— Вода? Тебе нужен лекарь, и самый лучший. Твоя левая рука уже больше никогда не прирастет, ее нужно отсечь, иначе она загноится. — Амия решительно вытащила кинжал. — Сейчас я это сделаю, немного потерпи.

— Не вздумай, этим ты сделаешь мне только хуже. И это моя рука, она мне дорога как память о многих сражениях, в которых участвовала. Просто выполни мою просьбу. Не изображай из себя лекаря. — Привратник попытался подняться, но снова опустился на пол. — Не мешкай, у меня осталось мало сил.

Амия подхватила старика и взвалила себе на плечи. Старик оказался гораздо тяжелее, чем она себе представляла, а тело его было жилистым и мускулистым. Охотница с трудом дотащила раненого до бассейна и стала раздевать.

— Это лишнее, — буркнул привратник, переваливаясь через край бассейна.

Он сразу погрузился под воду и не смог всплыть. Амия бросилась за ним, но, когда попыталась поднять старика на поверхность, привратник вырвался и снова ушел на дно. Глаза его были открыты и смотрели на девушку вполне осмысленно.

Амия вздохнула и выбралась из бассейна. При этом она постаралась не упускать старика из виду. Но вскоре его тело укрыла кровавая муть, поднявшаяся со дна, и девушка перестала видеть раненого.

Прошло много времени, прежде чем привратник всплыл на поверхность. И все это время Амия боролась с собой, чтобы не броситься в воду и не вытащить старика. Она знала, что потомки морских демонов могут находиться под водой достаточно долго без дыхания, как и то, что вода залечивает их тела, но совсем не была уверена, что старик несет в себе именно их кровь.

Только сейчас Амия поняла, что она ничего не знает о старике. Он всегда держался в стороне, не участвовал в тренировочных боях, и о нем никто ничего не мог рассказать.

Когда привратник выбрался из бассейна, Амия увидела, что отсеченная рука непостижимым образом приросла на свое место, а багровые шрамы от ран побледнели и стали исчезать.

— Да, мне хорошо досталось, — мрачно проговорил привратник. — Если бы не Ласка с ее младенцем, никогда бы не полез в эту драку.

— Ласка с младенцем? С каким младенцем? — удив ленно спросила Амия. — Ты видел Ласку?

— И Ласку, и Врона, — кивнул старик. — Они живы и здоровы, и у них родился ребенок, симпатичный крепыш.

— Где они? Я хочу их увидеть.

— С ними все в порядке. Они ушли из этого мира через портал, и если ты хочешь их увидеть, то тебе придется идти за ними в мир демонов.

— В другой мир?

— Ты задаешь слишком много вопросов. Скоро все узнаешь сама.

— Что с ними случилось?

— Еще один вопрос, но на него я отвечу. Я не успел их перехватить, и они пошли в монастырь. Там они встретились со стражами и им пришлось сражаться. Они смог ли вырваться, но здесь возле гор люди устроили им засаду. Возможно, они бы и здесь справились сами, но с ними был ребенок, а я не мог допустить, чтобы с ним что-то случилось, поэтому был вынужден взять стражей на себя. Мне пришлось тяжело, ты это видела, но охотники смогли уйти.

— Почему ты не сказал мне? Я бы помогла тебе в этом бою.

— Вот именно поэтому и не сказал. Тут едва самому удалось выжить, а с тобой, точно не было бы никаких шансов, ты же всегда лезешь в самую гущу боя, а нужно было только немного задержать стражников.

— Я умею сражаться, — хмуро произнесла Амия. — И убить меня не так просто. Если бы ты взял меня с собой, то не вернулся бы в таком плачевном состоянии.

— Кто знает, возможно, ты и права, — вздохнул привратник. — Но испытывать судьбу я не хотел, не тот случай. Жаль, что я не смог достать еды, не хватило времени. Ну да ладно, придется искать пропитание в мире демонов. Не хочешь немного поспать? Мне-то точно нужно пару часов сна, чтобы мое тело восстановилось полностью.

— Нет, спать я не хочу. Мне надоело валяться на этом мягком камне.

— Как хочешь, — пожал плечами привратник. — Тогда просто подожди, пока я отдохну.

Он пошел нетвердой походкой к комнате с возвышением, а Амия осталась возле бассейна. Она подождала, когда вода очистится от крови и грязи, и нырнула. Девушка сидела в бассейне до тех пор, пока не почувствовала, что сама превращается в морского демона.

Тогда она пошла за привратником.

Старик недовольно сморщился, когда Амия потрясла его за плечо.

— Не надо было рассказывать тебе о подземном ходе, — пробормотал он. — И тогда сейчас я смог бы наконец-то выспаться.

— Но ты зачем-то рассказал. А промолчал бы, и я сейчас лежала бы вместе со всеми и тихо гнила, и мне не хотелось бы так есть.

— Да, признаю, что сам виноват. Если бы не мое видение, то вряд ли бы я сказал тебе хоть слово.

— Видение? — удивилась Амия. — Ты ничего не говорил ни о каком видении.

— И сейчас не буду. — Привратник встал. — Пойдем, я чувствую, что еще не один раз пожалею о своих словах.

Он натянул на себя мокрую рваную одежду, закрепил меч за спиной и пошел к выходу.

Амия поплелась следом. На долину уже спускалась ночь, на темное небо высыпали первые звезды. Дул довольно прохладный ветерок, и Амия зябко ежилась, после теплого дома воздух казался холодным и влажным.

— Но одежду я тебе все-таки добыл, только донести не смог, рука отказала. — Привратник залез в кусты и вытащил одежду стража. — Вот, надень.

— Это одежда наших врагов, я не хочу к ней даже прикасаться.

— Там, куда мы придем, никто не знает стражей. А идти нам придется через горы, где всегда холодно. Кроме того, в мире демонов сейчас зима, поэтому лучше не упрямься.

Амия еще раз придирчиво осмотрела одежду стража и решила, что старик прав. Глупо отказываться от одежды только потому, что ее носили твои враги, тем более, когда превращаешься в сосульку под холодным ветром.

Одежда подошла, даже сапоги оказались впору, и все было чистым, если не обращать внимания на небольшие пятна крови.

— Надеюсь, что этого стража ты убил?

— Боишься, что он потребует свою одежду обратно? — улыбнулся привратник. — Об этом можешь не беспокоиться. Этот юноша смягчил мне падение на камни с большой высоты, а когда я поднялся, он уже не дышал. Кстати, идем осторожно, не поднимая шума. Стражи все еще здесь. Не думаю, что они будут бродить ночью по горным тропинкам, но кто их знает. Мне бы не хотелось вступать в бой, когда мое тело еще не до конца восстановилось.

— А я не против того, чтобы немного размяться. Но, уважая твои раны, я не буду поднимать шум.

— Что ж, и за это спасибо, — хмыкнул привратник. — Иди следом за мной, тропинки здесь узкие и легко свалиться в пропасть, для тебя это будет смертельно, поэтому лучше не рискуй.

— Я охотница за демонами, а это значит, что я пройду везде, где пройдешь ты. Если будет скользко, я сниму сапоги.

— Хорошо, что ты хоть немного меня слушаешь. Но, как мне кажется, главная твоя черта — упрямство. Не плохое качество, когда оно не чрезмерно, но это не про тебя.

— Смотри за собой. И не доставай меня, я уже сейчас готова вызвать тебя на поединок.

— А это уж совсем глупо — убивать единственного человека, кто пытается тебе помочь…..

— Зато после этого станет тихо и никто не будет делать мне замечания, — ухмыльнулась Амия.

— Пожалуй, в этом ты права. Но одиночество скверная штука, гораздо более скверная, чем плохой собеседник. Кстати, мы уже пришли.

Привратник остановился перед высокой скалой.

— Что это за еще один странный дом?

— Это не дом, это ворота в другой мир, — ответил привратник, внимательно вглядываясь в скалу. Он нашел что-то видимое только ему и приложил к этому месту руку. — Ну, вот и все, ворота открыты, шагай вперед, только никуда не сворачивай, иначе окажешься замурованной в скале, когда портал закроется.

— Я не вижу никаких ворот…

— Они перед тобой, но, похоже, придется тебя проводить, иначе ты действительно застрянешь в скале. — Привратник легко подтолкнул ее. Амия уперлась в скалу, но она поддалась под ее руками, и охотницу затянуло внутрь камня.

— Идти было неимоверно трудно, она как будто шагала по трясине. Легкие мучительно сжались от недостатка воздуха, хотелось глубоко вдохнуть, но Амия понимала, что это будет ее последний вдох. Вокруг нее был камень, хоть и мягкий и податливый, как воск.

Девушка испугалась, но в спину ее толкала рука привратника, и она шла. Когда Амия сделала последний шаг и оказалась снаружи, она сначала этому даже не поверила, ее рот открылся сам собой, хватая прохладный воздух, а в глаза ударил яркий солнечный свет.

В мире демонов, если это был он, уже наступало утро. Вокруг были все те же скалы, только покрытые снегом. И на нем отчетливо проступали следы двух человек — мужчины и женщины.

— Это следы Врона и Ласки, — кивнул старик. — Пойдешь по ним. Когда ты их найдешь, они помогут тебе освоиться в этом мире, да и вместе вам будет веселее.

— Неужели это страна демонов? — недоверчиво покачала головой Амия. — Даже не предполагала, что она находится так близко от нас. Здесь много демонов?

— Ты с ними скоро встретишься и все сама узнаешь, — пожал плечами старик. — Но демоны не самые страшные существа из тех, кто здесь живет… Желаю удачи.

Привратник снова пошел к скале.

— Подожди, ты что, оставляешь меня здесь одну?

— Мне необходимо вернуться обратно, в мир людей, я не могу идти вместе с тобой.

— Но почему?

— Ты не единственная полукровка, оставшаяся в живых, есть и другие. Монастыря охотников больше нет, но полукровки как рождались, так и будут рождаться. Кто-то должен будет им помогать выжить.

— А что будет со мной в мире демонов?

— Ты же сама говорила, что умеешь выживать. Здесь живут не только демоны, есть и люди, и такие же полукровки, как ты. Это теперь твой мир. — Привратник вошел в скалу. — Не разочаруй меня, не дай себя убить.

Амия подошла к скале, в которую ушел старик, и потрогала камень, он был обычным, прочным и не проваливался под руками.

— Это теперь мой мир, — задумчиво проговорила она. — Только он какой-то неприветливый и, похоже, со всем не ждет меня.

* * *

Врон бежал в сторону солнца. Он хотел есть и пить, но терпел. К тому же он тратил много энергии на этот сумасшедший бег и все острее чувствовал подступающую усталость, но не останавливался, потому что надеялся добраться до города раньше, чем наступит ночь.

Когда солнце стало клониться к закату, он начал узнавать места, мимо которых пробегал. Вот здесь, в этой роще, демон-воин поймал куропаток. А за большим холмом уже должен показаться город. И действительно, когда он спустился с холма, то увидел высокие, поднимающиеся в небо стены.

Врон искупался в ледяной воде ручья, чтобы смыть слизь, выступившую на коже от долгого бега, и вошел в город через изношенные временем ворота.

Улицы были тихи и пустынны, только звук его шагов отражался от стен высоких домов. На площади, где стоял дом старого, ветер носил прошлогодние листья.

Врон осторожно вошел в открытые двери. Внутри ничего не изменилось, старый демон так же, как и в прошлый раз, неподвижно лежал в зале на каменном полу. Выглядел он больным и усталым. Его шкура и раньше отслаивалась белыми полосками, а теперь она отслоилась почти везде, и серая кожа под шкурой была покрыта глубокими трещинами, из которых сочился желтый гной.

Врон сел напротив так, как уже сидел когда-то, и стал ждать, когда демон заметит его. Ждать пришлось долго. Наконец старый заворочался и закашлялся. Кашель был тяжелый и надрывный.

— Ты пришел? Я уже боялся, что умру раньше, чем увижу тебя.

Вместо привычного рева Врон услышал слабый скрежет, исходивший из полуоткрытой пасти. Грудь демона поднималась и опускалась, как меха в кузнице.

— Зачем ты хотел меня видеть?

— Я знаю, что ты нас ненавидишь, — печально проскрежетал старый. — И я видел мертвые тела демоновоинов, которые напали на тебя в мире вечной зимы. Теперь они превратились в ледяные глыбы. Ты победил пятерых воинов, а на такое не способен ни один человек.

— Я надеюсь, что ты также сможешь справиться и с той бедой, что нас постигла.

— Почему я должен с ней справляться? — мрачно поинтересовался Врон. — Я ничего не должен ни тебе, ни другим демонам.

— Это правда, ты нам ничего не должен. Это скорее мы обязаны тебе. Но я все равно пришел сюда, чтобы просить тебя о помощи. Это был трудный путь, мне пришлось нелегко. Я слишком стар для таких походов. Но больше нам не на кого надеяться, если ты нам не поможешь, то все демоны погибнут.

— Повелители открыли нам ворота в другой мир и исчезли. На этот раз нам даже не удалось найти проход, в который они ушли. Они снова бросили нас…

— Они бросали вас и раньше, — пожал плечами Врон. — Но не из-за этого же ваши беды, они исходят от вас самих. Вы сами первыми ввязываетесь в каждую драку, а потом, когда вам начинают отвечать, ищете место, где бы вы могли спрятаться от заслуженного возмездия.

— И это правда. — Старый демон с тяжелым вздохом открыл мутные глаза. — Но в этот раз мы ни на кого не нападали. Напали на нас. Я прошу тебя спасти наш народ. Мои воины почти все погибли, но не смогли убить ни одно из ужасных созданий, что прячутся под землей. Ты прав в том, что мы сами виноваты во всех своих бедах, но такими нас сотворили повелители. Мы были созданы, чтобы защищать их, если это потребуется. Мы верили им и думали, что в этот раз повелители приведут нас в тот мир, где мы будем сыты и счастливы, но оказалось, что они привели нас туда, где нас ждет только смерть.

— Чем я — то могу вам помочь? — вздохнул Врон. — Это ваши хозяева и ваши создатели, а вы их слуги.

— Думаю, они привели нас в тот мир только для того, чтобы мы сами стали пищей этим ужасным животным, — проскрипел старый. — Обидно, что они придумали для нас такую жуткую смерть. Я и сам не знаю, сможешь ли ты нам помочь. У меня есть лишь слабая надежда, что я не ошибся в тебе. Мы долго были врагами с твоим миром и с людьми, которые его населяли, но мы ушли оттуда и перестали нападать на вас, ты должен быть благодарен нам за это.

— Если бы не троки, то этого бы не случилось, — заметил Врон. — Вы ушли не из-за того, что проявили благородство, а потому, что у вас не было другого выхода. Троки взяли нас под свою защиту, и они бы не позволили вам прийти в наш мир. Вы ушли в другой мир только по этой причине. Вам грозила смерть.

— И это правда, — неохотно кивнул старый. — Я не знаю, какие я должен сказать слова, чтобы ты помог нам. Я готов извиниться перед тобой за все страдания, которые мы причинили тебе и людям, готов пообещать что угодно, лишь бы ты пошел туда, где сейчас умирает мой народ. Мне трудно это говорить, как и тяжело признаться в том, что ты сильнее нас. Я прошел два мира и я единственный, кто выдержал этот трудный путь. Все, кто меня сопровождал, погибли. Они отдали свои жизни ради этой слабой призрачной надежды на тебя, и теперь я понимаю, что она была напрасной и глупой. Жаль, что мы не так умны и не смогли придумать ничего другого. Извини, что потревожил тебя. Я не исполнил то, за чем послал меня мой народ, но он меня простит. Я знал, что умру, просто я хотел, чтобы моя смерть хоть кому-то помогла. Если ты не желаешь нам помочь, то уходи, дай мне обрести покой и справиться с горечью утраты.

— Я еще ничего не решил, — покачал головой Врон. — Мне нужно подумать. Если я решу вам помочь, то вернусь.

— Я буду ждать, только помни о том, что я умираю. Я могу и не дождаться тебя…

На площади стоял густой мрак, уже наступила ночь. Врон прошел к ближайшему дому на площади, нашел там комнату с ложем из теплого камня и лег. Он устал за этот бесконечно долгий день и хотел отдохнуть.

В этом городе дома были другими, не такими, как в городе повелителей. Двери были обычными, как в монастыре охотников, из неизвестной породы дерева. На них не было запоров. Это немного тревожило Врона. Не то чтобы он боялся, что на него кто-то нападет ночью, ему было просто неприятно спать в этом городе с открытыми дверями. Уже один густой запах демонов, витающий в комнатах, вызывал чувство близкой опасности.

Врон задумался над словами старого. Раньше ему и в голову не приходило, что кто-то может напугать демонов. Даже троков они не боялись. Но, если убиты все демоны-воины, значит, мир демонов и в самом деле встретился с чем-то по-настоящему страшным, с тем, что невозможно убить.

А если это так, то и Врон им ничем не сможет помочь. В конце концов, если не брать в расчет его способность восстанавливать свое тело, то он обычный сельский парнишка, который мало что умеет.

Он ничего не должен ни старому, ни его демонам. Это лекарь и скрыт помогали ему и Ласке выжить, а старый хотел только его смерти. И почему он, охотник за демонами, должен переживать из-за того, что всех демонов, враждебных ему и всем людям, убьют? Это же мечта людей, чтобы демонов не стало, слишком много они принесли зла на его землю.

Но люди для него тоже стали врагами. Мир людей теперь так же враждебен для него, как и мир демонов. Люди отправили его умирать в долину пожирателя душ, а потом, когда он чудом остался в живых, устроили на него настоящую охоту, да такую, что он смог найти защиту только в монастыре охотников. Но теперь люди уничтожили и монастырь. Так что в каком-то смысле его судьба очень похожа на судьбу демонов, и, может быть, конец у них с Лаской и ребенком будет такой же. С этой печальной мыслью Врон и заснул.

Проснулся он оттого, что почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, Врон открыл глаза. Рядом с кроватью на каменном полу сидел демон и смотрел на него. Вид у него был необычный, впрочем, когда дело касалось демонов, все было странным. Это был просто еще один из видов демонов, которых Врон никогда до этого не видел.

Демон был небольшого роста, с матово-желтой кожей, без волос, с огромной головой, на которой выделялись черные большие глаза, нос тоже имел приличные размеры, ноздри раздувались, принюхиваясь к запахам тела Врона. В полуоткрытой пасти виднелись длинные острые клыки.

— Не бойся меня, человек, я не причиню тебе вреда, — тихо проскрежетал демон. — Я пришел, чтобы поговорить с тобой.

Врон приподнялся на мягком камне и сел, с любопытством разглядывая демона.

— Ты не похож на других демонов.

— Это так, — согласился демон. — Я последний.

— Что значит, «последний»?

— Я был создан позже всех, как раз перед тем, как повелители ушли из этого мира. Я вылез из яйца год назад, так что я еще очень молод.

— Молодой, непохожий на других демон. И ты создан позже всех, — пожал плечами Врон. — Ну и что из этого следует? Зачем ты пришел? Что тебе от меня нужно?

— Я пришел разговаривать с тобой…

— Почему ты считаешь, что я буду тебя слушать? спросил Врон. — Меня не интересуют ни демоны, ни их проблемы.

— Ты пришел сюда, ты говорил со старым, значит, что-то тебя все-таки интересует…

— Это не так, — покачал головой Врон. — Я пришел сюда, потому что меня попросил об этом скрыт, а ему я обязан жизнью своей самки. Так что будем считать, что я здесь для того, чтобы вернуть ему часть долга.

— Скрыта послал я приглядывать за тобой, — проскрежетал демон. — И я его обязал помогать тебе, так что ты должен не только ему, но и мне.

— А вот в этом я не уверен. — Врон прислушался. Похоже, что других демонов в доме не было. — Я не верю тебе. Чем ты можешь это доказать? Демон задумался.

— Разговор у нас с тобой приобретает странную форму. Я не могу позвать сюда скрыта, он должен приглядывать за твоей самкой и твоим детенышем, чтобы с ними ничего не случилось. Быть может, ты поверишь лекарю, который лечил тебя и твоих близких?

— Лекарю я поверю. У меня есть долг и перед ним.

— Хорошо, — кивнул демон. — Тогда придется немного подождать. Лекарь живет в соседнем городе, он придет сразу, как только сможет. Я позову его.

Демон вышел из комнаты, а Врон побродил по дому в поисках воды и только внизу нашел в одной из комнат небольшую струйку, бегущую из стены. Он умылся и с тоской подумал о том, что, похоже, его возвращение к Ласке и ребенку откладывается. Демон уже поджидал его в комнате, лежа на полу.

— Пока мы ожидаем лекаря, я попробую тебе кое-что объяснить, если ты не возражаешь.

— Мне не хочется говорить с тобой. — Врон вздохнул. — Я хотел бы вернуться к своей самке и к своему детенышу. Я исполнил просьбу скрыта и поговорил со старым, а больше мне здесь делать нечего. Я не смогу вам помочь.

— Не спеши. Немного потерянного времени ничего не значит для тебя, а для нас может иметь большое значение.

Врон потянулся к мечу, взял его в руку, но потом снова бросил на ложе. Этот демон не угрожал ему, он просто хотел что-то сказать. А Ласка его просила не ссориться с демонами. Если это теперь их земля, то нужно учиться жить в мире с соседями. Вряд ли стоило его убивать, последствия могли быть ужасными, и этот мир стал бы для них враждебным. А куда им потом идти?

— Хорошо. Я поговорю с тобой, но если лекарь не придет до конца дня, я уйду и тебе меня не остановить. Я не боюсь тебя, я уже не раз сражался с демонами-воинами и с демонами-охотниками и до сих пор жив. А ты слабее их.

— Я знаю о твоей силе, — проскрежетал демон. — И я не хочу принуждать тебя разговаривать со мной, но у меня нет другого выхода. Слишком важно то, что я хочу тебе рассказать. Выслушай меня, или я сделаю так, что каждый демон в этом мире станет для тебя врагом.

— Я уже согласился. — Врон растянулся на ложе и закрыл глаза. — Я буду тебя слушать, но учти, что я уже проголодался. Скоро придется сделать перерыв, чтобы поесть.

— Я подумал об этом и принес тебе немного еды. — Демон приподнялся и положил рядом с Вроном парочку небольших мертвых птичек. — Я знаю, что ты это ешь и тебе это нравится.

— Не так сильно, как моей самке. — Врон приподнялся, разрезал кинжалом птиц и стал есть. Он бы предпочел жареную дичь, но мог съесть и сырую.

— Ты ешь, а я буду говорить. — Демон снова сел на пол. — Итак, я последний. Меня зовут Ниш. Демоны называют меня умником. Повелители создали меня для того, чтобы я мог понимать все, что происходит, и предлагать свои решения. В этом смысл моей жизни.

— Как-то глупо звучит, — заметил Врон, отбрасывая в сторону кости. — Насколько я себе представляю, демоны вряд ли кого-то слушают.

— Меня слушают. Я так создан, чтобы меня слушали.

— Ты говоришь это абсолютно серьезно?

— Да, — кивнул демон. — Я всегда серьезен. Я не умею шутить, хоть и понимаю, что такое шутка.

— Хорошо, пусть так, но я не понимаю, чего тебе от меня нужно…

— Ты должен спасти тех демонов, что ушли. Они часть нас! Если они погибнут, то наша жизнь потеряет смысл, да и будущее людей тоже будет поставлено под угрозу…

— Меня не интересует ни ваше будущее, ни будущее людей…

— Я же сказал, что мне придется многое тебе объяснить. Выслушай меня…

— Я уже давно согласился. Говори, я буду слушать. Врон закрыл глаза.

— Повелители — очень древняя раса, их сила и знание прирастали тысячелетиями. Они сделали себя почти бес смертными, но это как-то повлияло на них, и у них перестали рождаться дети. Когда-то весь ваш мир принадлежал им, но через несколько тысяч лет после того, как они открыли для себя бессмертие, их осталась только маленькая горстка. Когда они поняли, что скоро их не станет, тогда они создали вас — людей. Повелители сделали вас такими, какими были сами когда-то. Они не внесли в вас никаких изменений, просто повторили себя.

— Забавно. А мы, люди, считаем, что нас никто не создавал.

— Так и было задумано. Это было сделано для того, чтобы вы повторили их путь. Но почему-то с самого начала вы, хотя и хорошо размножались, не смогли освоить весь свой мир. Вы оказались слабыми и неприспособленными к выживанию. Хищники нападали на вас, вам не хватало пищи, вы умирали от холода и жары. И очень скоро наступил момент, когда вас осталось очень мало. Повелители вынуждены были вмешаться, они создали защищенное место, где вы долго жили, и вам там было хорошо. Ваши легенды о рае идут оттуда.

— Повелители поняли, что так у них ничего не получится, и тогда они создали нас — демонов. Мы должны были идти первыми на новые земли, чтобы подготавливать их для вас. Поэтому сначала были созданы охотники и воины, в их задачу входило истребление крупных хищников. Вслед за ними шли строители, они должны были построить для вас города, в которых вы могли бы спрятаться от холода и жары. Если бы ты смог обойти весь свой мир, то нашел бы много таких городов, при взгляде на которые сразу бы понял, что сами люди не могли их воздвигнуть. В ваших легендах также рассказывается о страшных хищниках, которые когда-то населяли землю. Этих зверей давно нет, их истребили охотники и воины.

— То, что ты говоришь, похоже на правду, — задумчиво произнес Врон. — Только проверить это нельзя.

— Да, нельзя, — согласился Ниш. — У вас остались только легенды и каменные города, которым не одна тысяча лет.

— Предположим, что я верю тебе. Но тогда непонятно, почему демоны стали нападать на людей, вместо того чтобы помогать нам?

— Повелителей осталось совсем мало, их сейчас не наберется и двух десятков, и они продолжают умирать.

— Ты же сам сказал, что они сделали себя бессмертными.

— Я сказал: почти бессмертными. Они умирают не от дряхлости тела, они умирают от нежелания жить. Можно даже сказать, что они сами убивают себя. Бессмертие тяжкий груз, его нельзя нести бесконечно, ты сам когда-нибудь поймешь это. Я знаю, что ты похож на повелителей и сам почти бессмертен, как и твой друг.

— Откуда ты знаешь обо мне и о моем друге?

— Таким я создан, я собираю знания.

— Если ты знаешь о моем бессмертии, то, возможно, ты знаешь и о пожирателе душ? О том существе, что сделало меня таким?

— Да, кое-что я знаю, — кивнул демон. — Когда-то это существо принесли в ваш мир повелители, это было очень давно, и тогда они не были бессмертными. Повелители хотели понять это существо, чтобы изменить себя. Им это удалось. После того как существо было изучено и оно стало им больше не нужно, повелители поселили его в глухой долине. Оно не может выбраться оттуда, потому что эта долина закрыта с помощью сложных и мощных сил.

— Как же она закрыта, если я там был? — спросил Врон. — Если именно там я и стал таким, какой я есть сейчас?

— Оно закрыто для того, кого ты назвал пожирателем душ, это существо не может выйти оттуда. На всех других эти силы не действуют.

— Понятно, — кивнул Врон. — Выходит, я незапланированный эксперимент повелителей?

— Да, это так. То, что произошло с тобой и твоим другом, не должно было произойти.

— Пусть так. Но ты так и не объяснил, почему демоны стали нападать на людей?

— Я же сказал, повелителей осталось мало и они потеряли интерес к своим созданиям, и не только к вам. Они потеряли интерес к любым проявлениям жизни. Их перестали интересовать ими же самими разработанные планы заселения миров. Повелители переселили демонов и троков в этот мир, чтобы они не мешали развитию людей, и ушли дальше. Они не ожидали, что демоны и троки станут между собой враждовать, как и не ожидали того, что проход, который был оставлен для людей, демоны начнут использовать для охоты на них. Сейчас ты исправил ошибку, ты увел демонов в следующий мир, который предназначен нам для заселения. Теперь твоя задача спасти наш передовой отряд, потому что если они погибнут, то этот мир навсегда будет закрыт как для вас, так и для тех демонов, кто должен идти следом.

— Я открыл проход для демонов только потому, что хотел спасти людей, самого себя и свою самку, никаких других целей я не преследовал. Но больше я не желаю помогать вам…

— Ты хочешь, чтобы твою самку снова от тебя спрятали? — полюбопытствовал демон. — В прошлый раз это заставило тебя действовать.

— Если только вы попробуете это сделать, я убью тебя и всех, кто будет в этом участвовать. — Врон снова взял в руки меч, вытащив его из ножен. — Я сделаю это, поверь мне.

— Если ты меня убьешь, то потеряешь все, что тебе дорого, в том числе и свою жизнь. — Ниш даже не шевельнулся, увидев обнаженный меч. — Твою самку и детеныша спрячут под землю, куда ты никогда не сможешь попасть, а потом съедят. Я не пугаю тебя, а просто объясняю, что произойдет. Если ты готов нам помочь только в том случае, когда твоей самке и твоему детенышу будет угрожать опасность, то мы сделаем это.

Врон мрачно сжал рукоять меча, потом нехотя выпустил ее.

— Почему вам нужен именно я? Почему вы не можете оставить меня в покое? Я не мешаю вам, я просто пытаюсь выжить. Я не враг вам.

— Это так, — согласился с ним Ниш. — Ты нам не враг, но ты обладаешь силой почти такой же, как у повелителей. Ты умеешь многое. Я долго думал и решил, что только ты сможешь нам помочь. Кстати, вот и лекарь.

В комнату действительно заглянул лекарь. На его морде читалось недовольство, но, увидев Ниша, он улыбнулся и низко поклонился.

— Я не знал, что меня зовешь ты, скрыт мне ничего не объяснил, иначе я пришел бы гораздо быстрее. Зачем ты звал меня?

— Объясни человеку, почему ты помогал ему. Лекарь сел на пол рядом с Нишем.

— Умник попросил всех нас, чтобы мы помогали тебе, — проскрипел он. — Он приказал нам следить за то бой и помогать при необходимости тебе, твоей самке и детенышу. Он попросил сделать все, чтобы у тебя ни в чем не было больших проблем. Скрыт следил за тобой, и, когда было нужно, он звал нас.

Лекарь повернулся к маленькому демону.

— Я еще нужен тебе или могу идти? Меня беспокоит мой младший, он не понимает многого, а я не могу ему объяснить. Ты не мог бы поговорить с ним?

— Я сделаю это, но только после того, как помогу тем, кто ушел, — ответил Ниш и перевел взгляд на Врона.

— Ты удовлетворен ответом лекаря? Если у тебя есть еще какие-то к нему вопросы, спрашивай.

— А если бы тебя не попросил Ниш, ты бы стал помогать мне? — спросил Врон лекаря.

— Вряд ли. У меня много работы и без тебя. Я не люблю людей, они слишком глупы. Ты немного отличаешься от остальных, и я хорошо отношусь к тебе, но не настолько, чтобы стать твоей нянькой.

— Но если с моей самкой или с моим детенышем что-нибудь случится, ты поможешь?

— Я брошу все и приду, так мне велел Ниш. — Лекарь снова поклонился демону.

Врон вздохнул:

— У меня больше нет к тебе вопросов.

— Возвращайся к своему выводку, лекарь, — проскрипел Ниш. — Если ты будешь мне нужен, я снова позову тебя.

Лекарь еще раз низко поклонился и исчез так же, как и появился.

— Тебя интересует еще что-то, человек, или наш раз говор подошел к концу?

— Интересует. Как я попаду в тот мир, где умирают демоны, и, самое главное, как я смогу им помочь?

— На это у меня нет ответа, — покачал головой Ниш.

— Я пойду вместе с тобой. Мы разберемся в том, что там происходит, и вместе будем искать решение. Если окажется, что ты не сможешь нам помочь, то я разрешу тебе вернуться и ты по-прежнему останешься нашим другом. Тебя устраивает такой ответ?

— Меня устроило бы разрешение вернуться к моей самке и детенышу и чтобы ты забыл навсегда о моем существовании, — грустно произнес Врон. — Но если это невозможно, то я пойду с тобой.

— Выйдем завтра, день уже подходит к концу, а нам придется идти к городу, который ты выбрал для своего житья. Кстати, тогда ты сможешь увидеть свою самку и детеныша.

— Надо поговорить со старым. — Врон встал. — Вчера я его почти не слушал. А сейчас понимаю, что хорошо бы узнать, что все-таки их так напугало.

— Старый умер сегодня ночью. — Ниш направился к двери. — Если бы он был жив, я бы не пришел к тебе. Я не люблю быть на виду, обо мне мало кто знает. Надеюсь, что ты тоже будешь молчать.

— Я бы рассказал, да некому. Людей здесь нет, как и демонов.

— Завтра я приду за тобой рано утром. Будь готов.

Врон проводил его взглядом, снова сел на кровать и задумался. Многое из того, что рассказал этот демон, было правдой. Врон чувствовал это.

Исходя из логики повелителей, демоны вообще не должны были встретиться с людьми. Они, как сказал Ниш, передовой отряд. Но с уходом повелителей все пошло не так. А умник пытается восстановить тот порядок, что был задуман ими когда-то. И для этого нужно спасти тех, кого он отправил в новый мир. Только как это сделать, никто не знает. И он вряд ли на это способен.

Врон вздохнул и пошел по дому в поисках спрятанных комнат. В какой-то из них должна быть еда древних, он по-прежнему хотел есть, птички, которых принес Ниш, не насытили его, они были слишком малы.

В этом доме Врон не нашел скрытых комнат и пошел по городу, заходя в каждый дом.

Самым забавным оказалось то, что скрытые комнаты нашлись только в доме, который выбрал для себя старый. Демон лежал в той же позе, в какой вчера его оставил Врон. Но старый был мертв. Его тело, окоченевшее и холодное, уже издавало слабый запах разложения. Вдавленный в камень отпечаток руки, открывающий скрытую дверь, находился как раз за телом старого демона, словно он и мертвый охранял тайну повелителей.

Врон перешагнул через него и открыл дверь. Он нашел кухню, выпил несколько чашек темной горьковатой жидкости и вернулся обратно в тот дом, который выбрал себе для ночлега. На город уже снова опустилась ночь. Закончился еще один день, и он не принес ему ничего хорошего, скорее наоборот.

Врон долго лежал в темноте, обдумывая то, что рассказал ему Ниш.

Многое сходилось, действительно люди не знали, откуда они появились. Еще мальчишкой Врон много слышал о скелетах диковинных гигантских животных, которые иногда попадались в лесах, много рассказывали и о пустых городах, построенных гигантами, потому что огромные каменные блоки, из которых были сложены стены, не смог бы поднять ни один человек.

Возможно, умник прав: повелители создали людей, как и демонов, и троков, и все они большой отряд, перемещающийся из одного мира в другой. Только теперь передовой дозор попал в беду, и Врон должен его выручить только потому, что благодаря ужасному стечению обстоятельств стал почти неуязвимым и чем-то похожим на повелителей.

Только у него нет ни их знаний, ни их ума.

Но ему придется спасать демонов. Иначе Ласка с ребенком умрут, а он не сможет их защитить. Да и другого места для жизни у них тоже нет, кроме этого. Ничего у них нет. Есть только они сами да их малыш.

Врон закрыл глаза и скоро заснул.

… Он стоял на покрытой лесом горе и смотрел вниз на ровное поле. Он был не один, Ниш стоял рядом и тоже внимательно вглядывался в высокую траву.

— Они идут, — проскрипел демон. — Смотри.

Врон вгляделся в то место, куда показывал демон, и увидел, как земля вздымается высокими волнами, эти волны двигались к ним. На поле выбежал высокий зеленокожий демон-охотник, он что-то закричал, размахивая руками.

Волна травы подкатилась к нему и разверзлась огромной воронкой, поглотив демона. Еще какое-то время были видны его руки и голова, потом все исчезло, поле снова стало ровным, как и было вначале. Потом поле взбугрилось, из образовавшейся дыры вылетело что-то круглое и полетело в их сторону. Зеленоватый шар упал и покатился по склону. Когда он подкатился к его ногам, Врон увидел голову демона с открытыми, полными ужаса глазами.

Врон проснулся, вытер холодный пот со лба и посмотрел на свою руку. Она была покрыта слизью — его тело менялось во сне. Он вздохнул, встал и вышел из дома. Над городом поднималось солнце, она было красным и холодным.

Ему вновь пришлось вернуться в дом старого, потому что бассейн был только там. Врон смыл со своего тела слизь, выпил темной жидкости на кухне. Потом постоял над телом старого, прощаясь, и вышел на площадь.

— Сегодня будет неплохой день, — услышал он за спиной голос умника. — Поднимается ветер, но это даже не плохо, он поможет солнцу растопить снег.

— Утро неплохое, да и день будет теплым, — вздохнул Врон. — Жаль только, что придется провести его в твоей компании.

— Если ты готов, мы можем идти, — усмехнулся Ниш, оценив шутку. — Я не такой быстрый, как демоны-воины, но и не такой медленный, как люди.

— Я тоже не совсем человек, поэтому вряд ли отстану от тебя, — пожал плечами Врон.

— Тогда вперед!

Ниш помчался к воротам. Бежал он совсем неплохо, Врон часто отставал, и ему приходилось нелегко. Но вскоре его тело стало перестраиваться, набирая мускулы, и он побежал с демоном на равных.

Они устроили всего один небольшой отдых на половине пути.

Пока Врон купался в ледяной воде ручья, Ниш поймал трех птиц. Одну из них он съел сам, а две отдал Врону.

— Я мало ем, — пояснил Ниш. — Вы, люди, совсем другие, вам нужно много еды.

— А я даже не знаю, кто я такой, — Врон разрезал птицу кинжалом. — Во мне много такого, что отличает от всех.

— Ты человек, в этом можешь не сомневаться. В твое тело внесены изменения, которых нет у других людей, но ты мыслишь так же, как и они. У тебя те же стремления, что и у людей, и ты преследуешь те же цели. У нас, демонов, иные цели и желания. Хоть многое роднит нас с людьми, но иначе и быть не могло, демоны были созданы частично из людей, частично из других животных.

— Вы созданы из людей? — Врон от удивления чуть не поперхнулся.

— Конечно, — улыбнулся Ниш. — А иначе как бы у ваших женщин от нас рождались полукровки?

— А ты из кого был создан? — Врон выплюнул перья и взял вторую птицу. — Что за зверь стал твоей основой?

— Этого я не знаю. Знаю только, что я был сотворен для того, чтобы приобретать знания. Я должен решать все проблемы демонов, чтобы заменить повелителей. В этом моя цель и моя задача. К сожалению, потребовалось слишком много времени для моего создания. Если бы я появился раньше, то множество неприятных событий просто бы не случилось. Я не позволил бы демонам поссориться с троками и не разрешил бы нападать на вас, людей.

— Я не знаю, можно ли винить тебя, но эти события уже произошли. Они изменили мою жизнь, да и жизнь других людей тоже…

— Обещаю, что скоро все изменится. Я постараюсь все исправить. После того как демоны-охотники уничтожат всех опасных зверей в новом мире, другие демоны пойдут за ними. Этот мир мы оставим вам, а сами уйдем дальше.

— А зачем нам этот мир?

— Ты приведешь сюда людей. Что вы будете делать здесь, я не знаю, но так задумано повелителями. Пока этот мир еще не готов для вашего прихода. Городов по строено мало, и что-то нужно решать с троками. Если они останутся, то вы не сможете здесь жить. Они будут убивать вас и ваш скот, потому что им нужно мясо, чтобы откладывать свои яйца. Я должен привести здесь все в порядок, а ты будешь помогать мне.

— Я не хочу помогать демонам и тебе тоже.

— Придется, хочешь ты этого или не хочешь. — Ниш встал. — Будущее твоего и моего рода зависит от нас двоих.

— Но почему ты выбрал меня?

— У тебя измененное тело, ты, как сам сказал, не совсем человек, но главное даже не в этом, главное в том, что ты уже знаешь достаточно, чтобы делать правильные выводы. И ты неплохо относишься к нам, демонам, хотя мы и принесли много горя тебе и твоим близким. В тебе нет ненависти к нам, есть только горечь понимания.

— Ненависти к вам у меня действительно нет, в этом ты прав, — вздохнул Врон. — А вот горечи предостаточно.

— Мы изменим этот мир, мы должны это сделать хотя бы потому, что больше некому!

И Ниш огромными скачками устремился вперед.

Они выбежали на дорогу, и скоро перед ними показался город. Ниш замедлил шаг, ноздри его широко раздулись.

— Этот город построен не для людей. Я не ожидал увидеть такое, в моей памяти нет знаний о нем.

Врон остановился перед стеной и приложил руку к отпечатку ладони. Проход открылся.

— Это тоже удивительно.

— Что удивительно? — недоуменно спросил Врон, помахав рукой, чтобы зажегся свет.

— Удивительно то, что тебе подчиняются древние механизмы.

Демон подошел к отпечатку ладони, открывающему выход в город, и приложил свою лапу. Ниш подождал какое-то время, потом со вздохом отошел в сторону.

— А мне они не подчиняются.

Врон пожал плечами и открыл проход.

— Похоже, что тебя не очень хорошо сотворили.

— Я так не думаю, у повелителей свои тайны. — Ниш подошел к ближайшему дому, недоуменно принюхиваясь. — А где двери?

Врон нашел отпечаток руки и приложил свою руку, потом бросил на пол первый попавшийся ему на глаза каменный предмет в проем, чтобы открывшиеся двери больше не закрывались.

— Как видишь, все просто. Здесь ты проведешь ночь, а утром я приду за тобой. Здесь есть вода и место, где можно спать. Я оставлю двери открытыми, чтобы ты мог спокойно входить и выходить.

— Мне нравится этот дом, — проскрипел Ниш. — Я осмотрю все в доме, а потом и в городе. Здесь много интересного для меня. А если ты будешь мне нужен, я найду тебя по запаху.

— Лучше не ищи. Мне хочется побыть со своей самкой и ребенком. Если тебе нужен проводник по городу, то найди скрыта, он покажет тебе все, что ты захочешь.

— Мне не нужно его искать, скоро скрыт сам придет ко мне.

— Тогда я тебе больше не нужен, — пожал плечами Врон и направился к своему дому. Он поднялся по лестнице и вошел в комнату. Ласка и малыш спали. Ребенок, почувствовав его, тут же открыл глаза и радостно загугукал. От его голоса проснулась Ласка. Она сладко зевнула.

— Поговорим потом, сейчас я хочу спать. Мы весь день с малышом бегали за скрытом. Малыш чувствует его, а может быть, даже и видит. И он всегда начинает лепетать, когда скрыт рядом. Так что нам было весело, только сейчас спать очень хочется. — Ласка погрозила малышу пальцем. — Будем спать. А завтра еще побегаем.

Малыш послушно закрыл глаза. Врон удивленно покачал головой.

— Он слушается тебя…

— Еще бы, — фыркнула Ласка. — Я его мать и командир. У нас с ним строгие отношения.

Врон нежно поцеловал ее.

— Успела прокричать скрыту свои желания?

— Успела, — сонно пробормотала Ласка. — Одно уже сбылось, ты же здесь, рядом.

— Утром я снова уйду.

Потом поговорим, когда я проснусь.

Ласка тихо засопела. Врон погладил ее по волосам, прижал к себе и тоже закрыл глаза.

… Они спустились по тропе, и подошли к тому месту, где исчез демон. От охотника осталась только небольшая воронка в земле. Ниш взял землю в лапу, растер ее и понюхал.

— Это очень большой зверь. Он ходит под землей, как строители. Придется привести их сюда, чтобы они обнаружили его логово.

— А если зверь не один? — спросил мрачно Врон. — Ты не боишься, что всех погубишь?

— Если не один, тогда все плохо. Нам придется вернуться обратно…

Малыш заплакал, и Врон проснулся. Ласка приложила ребенка к груди, и он затих.

— Ты сказал, что утром уйдешь. Куда?

— Вслед за демонами. — Врон поцеловал ее. — Надеюсь, что ненадолго.

— В прошлый раз тебя не было почти полгода, — сердито заметила Ласка. — Тогда я очень испугалась, что ты можешь не вернуться совсем.

— В этот раз может быть еще хуже. Но я постараюсь сделать так, чтобы ты не успела соскучиться.

— Я уже соскучилась, а тебя не было всего два дня. Да и наш мальчик тоже скучал.

Врон погладил малыша, тот оторвался от груди и серьезно посмотрел на него. Врон улыбнулся.

— Я постараюсь быстро вернуться.

Ребенок что-то пролепетал. Ласка встревожено посмотрела на Врона.

— Он говорит, что это очень опасно.

— Он же не умеет говорить. Он просто что-то лепечет.

— Умеет. И я его понимаю. Он говорит на своем языке, потому что наш ему пока плохо дается. Но слово «мама» он уже говорит.

— Не может быть, — недоверчиво покачал головой Врон.

— Мама, — громко и отчетливо произнес мальчик.

— Он действительно уже умеет говорить, — удивленно произнес Врон. — Хотя мне было бы приятнее, если бы он сказал «папа».

— Папа, — сказал малыш. Врон рассмеялся и взял мальчика на руки. Ты молодец. Учись говорить быстрее, чтобы я смог тебя понимать.

— Он мне сказал, что там будет опасно. Лучше рас скажи, куда ты идешь.

— Опасно, — повторил за ней мальчик, глядя на Врона черными глазами.

— Вот видишь, — нахмурилась Ласка, забирая малыша, и снова приложила его к груди. — Итак, куда ты собрался?

— Я иду в тот мир, куда ушли демоны. Оттуда вернулся старый демон и попросил меня о помощи…

— Вернулся? Когда? Проход в тот мир находится здесь, в этом городе. Как он смог пройти мимо нашего дома?

— Не знаю, — задумчиво проговорил Врон. Эта мысль даже не приходила ему в голову. — Мы не так давно здесь, всего несколько дней. Возможно, он прошел через город тогда, когда мы были в мире людей?

— Возможно. Что он тебе рассказал?

— Что демоны встретились с чем-то враждебным, с чем не смогли справиться. Все его демоны-воины погибли, а он вернулся сюда один.

— Убить демонов-воинов непросто. Если они встретились с каким-то ужасным зверем, то у тебя еще меньше шансов выжить, чем у них. Перед этими демонами никто не может устоять.

— Я пойду не один, и мне придется это сделать. Ниш сказал, что в случае отказа они спрячут от меня ребенка, да и тебя тоже. Он предупредил, что если я откажусь, то демоны могут нас убить…

— Это уже серьезно. Я хочу сама поговорить с этим демоном.

— Он здесь, в городе. Утром мы встретимся.

— До утра времени осталось не так уж много. Подождем. Итак, если ты откажешься, то они похитят нас с малышом и могут убить. А если ты пойдешь, то можешь и не вернуться. Так?

— Я вернусь. Ты же знаешь, что меня трудно убить.

— Но это возможно… Я не буду рисковать.

— Будешь. Ты по-другому просто не можешь. Хотя то, что смертельно для других, для тебя всего лишь легкая царапина. Но все равно это слишком опасно. Я пойду с тобой, потому что, если ты погибнешь, нам тоже не вы жить в этом мире.

— Опасно, — пролепетал мальчик.

— Ты уверен? — спросила Ласка, склоняясь над малышом, тот что-то прогугукал в ответ.

— Не думала, что ты у меня такой трус, — улыбнулась ребенку Ласка. — Твой отец и твоя мать — охотники за демонами. И мы готовы драться с любым демоном или зверем. И ты не должен бояться…

— Малыш прав. Один я сумею выжить, а с вами вряд ли. К тому же демон пообещал мне, что, пока меня не будет, у вас не будет ни в чем недостатка.

— Я не могу отпустить тебя одного, слишком опасно.

— Одного опасно, — отчетливо проговорил ребенок. Врон недоуменно захлопал глазами:

— Он говорит.

— А я что сказала? У нас очень умный ребенок, он все понимает и быстро всему учится. Если он говорит, что опасно тебе идти одному, то значит, так оно и есть.

— Но я иду не один, а с Нишем, так зовут демона.

— Когда ты наконец вырастешь? — сердито спросила Ласка мальчика. — Ты же видишь, у нас одна беда за другой, а я из-за тебя даже не могу помочь твоему отцу. Ты слишком мал и требуешь постоянной заботы.

Ребенок что-то пролепетал в ответ, лицо Ласки сразу смягчилось, она улыбнулась, поцеловала малыша и завернула его в коричневый балахон.

— Спи и не мешай нам с отцом разговаривать.

— Что он сказал?

— Он сказал, что любит нас обоих и чтобы я не бес покоилась: если ты пойдешь не один, то вернешься.

— По-моему, ты все это придумала, — осторожно за метил Врон. — Придумала то, что понимаешь его, придумала, что он тебе что-то говорит. А на самом деле он просто что-то лепечет, как обычный ребенок.

— Я понимаю его. Это не слова, а я его слышу как-то по-другому. Его мысли словно звучат в моей голове. Он не обычный малыш, ты же слышал, что он говорит. И говорит, не просто повторяя слова, а осознанно, понимая их значение.

— Тебе это только кажется.

— Ты бы так не говорил, если бы видел, как мы вчера гонялись за скрытом. Демон прячется, а ребенок его видит. Скрыт даже рассердился, он устал от нас бегать, а спрятаться ему не удалось ни разу. Я прокричала ему все желания, которые только смогла придумать, а он только ругался в ответ.

— Интересное занятие вы себе придумали. А что за желания ты кричала?

— Я не скажу тебе. Если о моих желаниях будет знать еще кто-то, то они не исполнятся, и даже скрыт не поможет.

— Понятно. — Врон прислушался к приближающемуся скрежету когтей и встал. — Мне пора.

Ласка взяла спящего ребенка на руки.

— Я пойду с тобой.

— А вот этого я бы не хотел.

— Я твой командир и должна знать, куда ты направляешься и с кем.

— Похоже, мое мнение никого не интересует, — вздохнул Врон.

На улице стоял скрыт и царапал когтями стену. Увидев Ласку, он попытался изменить цвет, чтобы спрятаться, но потом передумал, так и остался наполовину серым, наполовину коричневым. Было еще темно, небо только начало бледнеть перед рассветом. Ласка подергала скрыта за длинную шерсть.

— Ну что, не получилось от меня спрятаться?

— Она гонялась за мной весь день, — пожаловался демон Врону. — Если бы ты знал, сколько всевозможных глупостей я услышал. Мне кажется, что у твоей самки не все в порядке с головой. Вот, например, она мне вчера заявила…

Ласка ловко щелкнула его по носу.

— Только посмей ему что-нибудь рассказать, и я из тебя шкуру на пол сделаю. Желания не сбудутся, если их рассказывать.

— Вот видишь, — развел лапами скрыт. — Точно, она больная! Надо лекаря звать. Ее давно пора лечить.

— Не ссорьтесь. Постарайтесь подружиться. Я не знаю, сколько мы с Нишем пробудем в другом мире, так что вам придется помогать друг другу.

— Мне ее помощь не нужна, — фыркнул скрыт. — От нее одни неприятности. Зачем ты себе взял такую глупую самку? Неужели не нашел никого умнее?

— Если бы ты не выполнял мои желания, я из тебя давно бы сделала ковер на стену, — вздохнула Ласка и повернулась к Врону.

— Я не буду за ним гоняться и не буду с ним ссориться…

— Что значит «не будешь гоняться»? — возмутился скрыт. — Тут и без того нечего делать, а если еще и ты не будешь гоняться, то станет совсем скучно. Нет, гоняться гоняйся, только волю своим рукам не давай, ты у меня вчера половину шерсти вырвала. Знаешь, как долго она потом вырастает? И не кричи разные глупости, у меня потом от этого голова болит.

Малыш на руках Ласки что-то прогугукал.

— Еще и этот, — проворчал скрыт. — Тоже вечно со своими советами лезет.

Врон недоуменно посмотрел на скрыта.

— Ты что, действительно понимаешь, что он говорит?

— Что ж тут не понимать? Вполне ясно и понятно объясняет, только мал еще мне советы давать, я и без него знаю, что мне делать.

— Хватит вам ссориться. — Врон посмотрел на светлеющее небо. — Ты зачем пришел?

— Умник ждет тебя, он просил передать, что вам уже пора идти в другой мир.

— Тогда пошли.

Врон шел впереди. Скрыт с Лаской следовали за ним, беззлобно переругиваясь между собой, иногда к их разговору присоединялся малыш со своим лепетанием. Врон решил, что он давно сошел с ума и только поэтому не удивляется всему, что происходит за его спиной.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Страх — это то, что сжигает тебя изнутри, и то, что убивает быстрее, чем" удар меча. Встреться со своим страхом лицом к лицу, посмотри ему в глаза, и окажется, что все совсем не так, как казалось издали. Страх велик на расстоянии, чем ближе ты подходишь, тем меньше он становится.

Твой страх больше и сильнее того, что его вызвало. Преодолей его, и ты победишь. Страх испытывают все, но побеждают только те, кто умеет взглянуть своим страхам в лицо.

Из книг монастыря охотников за демонами

Амия подошла к краю скалы и посмотрела вниз. Чуть сбоку виднелся небольшой уступ, испещренный когтями демонов, а дальше следы когтей исчезали в небольшой расщелине.

«Вот он, путь, которым приходили и уходили демоны, — подумала Амия. — Я должна идти вслед за ними».

Девушка легко спрыгнула на уступ, а потом стала спускаться по расщелине. Далее начинался заснеженный плавный спуск, на котором уже не было видно ничьих следов, только небольшие ямки, занесенные снегом. Но чуть дальше исчезли и они. Снег, похоже, выпал совсем недавно. Теперь ей самой нужно было выбирать, в какую сторону идти.

Амия поежилась под холодным пронизывающим ветром, поправила меч за спиной, чтобы он не мешал, и побрела по заснеженной равнине. Снег был неглубоким, и идти было бы даже приятно, если бы не легкий мороз.

Как все полукровки, Амия ненавидела холод. А в монастыре осенью и зимой всегда было прохладно. Только патриархам приносили жаровни с углями, все остальные охотники довольствовались тонкими одеялами, которые никого не могли по-настоящему согреть.

Она пошла к замеченной издалека небольшой роще в надежде, что там сможет спрятаться от ветра и, возможно, поймает какую-нибудь дичь. Она была голодна, поскольку ничего не ела с тех пор, как встретила привратника. Три или четыре дня…

Роща была пуста и холодна, в ней не было никаких следов дичи, скорее всего, их тоже занесло снегом. Или ее здесь никогда и не было? Амия нашла яму, заполненную сухими листьями, разгребла их и легла. Если не считать голода, больше всего ей мучительно хотелось спать.

Сон пришел не сразу. Девушка долго не могла согреться, но когда ей это удалось, то заснула крепким сном без сновидений.

Утром Амию разбудило солнце. Ветер изменился, стал теплее. Если бы еще не сосало так противно в желудке, то все было не так уж и плохо.

Амия пожевала сухой лист и с отвращением его выплюнула, потом одним легким движением выпрыгнула из ямы. Она принюхалась, ветер пах чем-то непривычным для нее, запах был немного пугающим. Амия передернула плечами от неприятного ощущения и пошла в ту сторону, откуда шел запах.

Первое, что всегда говорили новичкам в монастыре: если тебе страшно, то встреться со своим страхом лицом к лицу. Амия поправила меч и решительно зашагала к большому заснеженному холму. Запах шел оттуда.

Она поднялась по пологому склону и увидела большую нору. Амия нагнулась и крикнула:

— Эй, кто там, а ну выходи! Дай поглядеть на тебя… Из норы донесся чуть слышный шорох, а потом сзади раздался скрежещущий голос:

— И чего ты кричишь? Потерялась, что ли?

Амия резко обернулась: перед ней стоял демон. Он был невысокого роста, с длинными руками, широкими кистями и загнутыми когтями. Тело у демона было мощное, крепкое, а кожа абсолютно черного цвета без единого волоса и матово блестела под солнцем. Глаза большие, темные и прикрывались какой-то прозрачной пленкой. Пасть открывалась широко, и в ней были видны большие острые резцы. Пока Амия удивленно рассматривала это невероятное чудище, сзади послышался еще один голос.

— Что она здесь кричит? Другого места не нашла, чтобы горланить? Гони ее прочь и давай копать дальше.

Амия оглянулась и увидела, как из норы вылез еще один черный крепыш.

— Что молчишь? Отвечай, пока мы тобой не пообедали.

— Попробуйте! — Амия выхватила меч. Это уже было понятно, ей давно не хватало хорошей драки, чтобы почувствовать себя здесь как дома. — Только предупреждаю сразу, это будет не так уж просто.

— Она еще предупреждает, — рассмеялся первый демон. — Какое вежливое человечье мясо.

Амия взмахнула мечом, но демон поймал ее руку с мечом и стиснул в своей лапе, словно в стальных тисках. Потом усмехнулся, вырвал меч из ее рук и засунул его себе в пасть. Щелкнули клыки, и от меча остался только жалкий обрубок. Демон пережевал крепкую сталь и сморщился.

— Железо плохое, чувствуется, что это изделие людей, а они никогда ничего хорошего из железа сделать не могли.

Амия несколько секунд растерянно переводила свой взгляд то на обрубок, то на демона, потом пришла в ярость.

— Этот меч мне служил верой и правдой не один год, — прошипела она. — А ты его сломал!

Она взмахнула рукой и, когда демон поймал ее, тут же ударила ногой в то место, где у него были видны большие гениталии. Демон с визгом отлетел в сторону, и Амия тут же повернулась к другому. Тот замер, недоуменно уставившись на Амию. Этого мгновения девушка не могла упустить и, подпрыгнув, ударила каблуком сапога прямо в широкий лоб. Демон грохнулся о землю и замер.

Амия засмеялась и станцевала несколько движений боевого танца. Но тут же поняла, что обрадовалась слишком рано. Из норы вылезли еще трое демонов. Они, недоуменно моргая огромными глазами, смотрели на своих поверженных товарищей.

Амия рванулась к ним, но на этом ее везение закончилось. Демон, которого она ударила первым, уже пришел в себя и схватил ее за ноги. Амия рухнула на землю, а остальные демоны навалились на нее сверху. Охотница пыталась вырваться, но выскользнуть из этих невероятно сильных рук было непростой задачей, да и вес у демонов был немалый, так что Амия могла только извиваться всем телом. Кусаться она даже не пробовала, поскольку уже поняла, что зубы у демонов гораздо крепче и они легко могут откусить ей не только руку, но и ногу. Девушка ухитрилась высвободить руку и попробовала ударить ближайшего демона, но тут она почувствовала боль в плече, а потом в глазах у нее потемнело.

Когда она очнулась, то даже не поверила, что все еще жива. Вокруг нее был непроницаемый мрак, в котором что-то шевелилось, а запах демонов был настолько сильным, что ее даже начало мутить.

Постепенно глаза привыкли к темноте. Это было одно из ее достоинств, которым Амия гордилась: она всегда хорошо видела в темноте, каким бы плотным ни был мрак, и этой ее способности завидовали многие охотники.

Когда девушка смогла различить детали, то поняла, что находится в большой пещере. Вокруг нее на ровном каменном полу сидели черные демоны, а прямо перед ней стоял не то трон, не то высокое кресло, вырубленное из огромного камня. На троне кто-то сидел.

Амия пошевелилась и, к своему удивлению, поняла, что даже не связана. Ее кинжал тоже находился на поясе, словно демоны не сочли его серьезным оружием. Амия незаметно вытащила его и приготовилась к последнему бою.

— Очнулась? — услышала она слабый скрежет небольшого демона, который сидел на троне. Он был меньше других, а голос его показался Амии каким-то надтреснутым. Возможно, этот демон был очень стар.

«Значит, это старший, — подумала Амия. — И от него будет зависеть, как скоро они меня съедят».

— Что ты молчишь? — спросил демон. — Я же вижу, что глаза у тебя открыты. Не знаю, что сказать. — Амия приготовилась к прыжку. — Мне стыдно, что я позволила твоим демонам схватить меня.

— Они не мои демоны, они сами по себе, просто я старший по возрасту, а следовательно, самый мудрый, поэтому тебя и принесли ко мне, чтобы я решил твою судьбу.

Амия присмотрелась и увидела большой проход, ведущий из зала. Она недовольно покачала головой, поняв, что не успеет пробежать даже половину расстояния до выхода, как ее снова схватят. Демоны рядом внимательно следили за ней, а Амия уже убедилась, что они сильны и быстры.

— Так что ты скажешь? — продолжил демон. — Объясни, почему ты набросилась на Грена и Крона?

— Они решили мной пообедать, а мне это не понравилось.

Демоны весело расхохотались.

— Думаю, мне такое предложение тоже было бы не по душе, — кивнул демон. — Кое-что становится понятным. Что было дальше?

— А потом один из них сожрал мой меч, — пробурчала Амия. — Этот меч мне дали в монастыре охотников, и он хорошо мне служил. Не для того я его носила с собой, чтобы какое-то страшилище его съело.

Демоны развеселились еще больше.

— Значит, сначала они решили съесть тебя, а потом твой меч?

— Не знаю, что они решили, но мой меч точно съели.

— Грен, каков был меч на вкус?

— Так себе, — проворчал демон. — Железо плохое, а съел я его только потому, что она хотела меня им порезать.

— Это правда, человеческая самка? — спросил демон на троне.

— Я просто хотела преподать ему урок вежливости.

— Хороший урок, если бы я не съел твой меч, ты бы меня разрубила напополам.

— Я так всегда поступаю, когда кто-то хочет меня съесть, — пожала плечами Амия. — И не надо было даже пытаться.

— Итак, они решили тебя съесть, а ты решила их убить? — проскрипел демон на троне.

— Мы бы не стали ее есть, слишком она костлявая, впрочем, кости мы тоже любим.

— Все так и было. — Амия вздохнула, внутреннее напряжение понемногу уходило. — Они меня здорово разозлили. Если бы мне удалось, я бы сама их съела. Я не ела пять дней и очень голодна.

Демоны снова рассмеялись.

— Тихо! — возвысил голос до жуткого скрежета демон на троне. — Дел у нас много, можно целый день развлекаться, слушая эту человеческую самку, но нужно принимать какое-то решение. Ваш гогот мне мешает.

Демоны притихли.

— Итак, что мы имеем? Перед нами человек, его можно съесть.

Амия вжалась в камень и выставила вперед кинжал, приготовившись к драке.

— Но есть нельзя по двум причинам. Демоны недовольно взвыли.

— Нельзя, — повторил демон. — Первая причина в том, что эта человеческая самка — один из наших потомков.

— С чего ты это взял? — проскрипел демон, сидевший рядом с троном. — У нас нет потомков. С тех пор как старый запретил нам спариваться с людьми, прошло много лет, и никто из нас ни разу не нарушил этот запрет.

— Присмотрись внимательнее к этой самке. У нее цвет кожи такой же, как у нас, я уверен, что она такая же крепкая.

Амия мысленно согласилась с демоном. Кожа у нее действительно была крепче, чем у остальных охотников. Это была одна из причин, почему Амия лезла в каждую драку. Легкие кинжалы не прорезали ее, да и косой удар меча оставлял только легкую царапину. В какой-то мере ее кожа заменяла легкие доспехи.

— Кроме того, она видит всех нас, а в наших пещерах, где всегда темно, такое свойство присуще только нашим детям. Следовательно, она из наших потомков…

Демон, сидевший рядом, протянул лапу и ущипнул девушку за плечо прежде, чем она успела среагировать. Удар кинжалом вспорол только густой, наполненный терпким запахом воздух пещеры, демон был быстр.

— Подтверждаю, кожа толстая, не такая, как у людей, хоть и не такая, как у нас, — проревел демон. — И она нас видит.

— Кроме того, она сильна, — продолжил демон на троне. — Это могут подтвердить те, кто схватил ее, а также Грен и Крон. Кроме того, у самки характерный запах, говорящий о нашем родстве.

Демон с другой стороны принюхался, приблизив голову к Амии. На этот раз Амия успела шлепнуть его ладонью по носу, прежде чем демон отодвинулся, и это доставило ей огромное удовольствие.

— Как такое могло случиться? Никто из нас не спаривался с людьми уже много сотен лет. Этого не может быть.

— Это загадка, но мы можем спросить человека, — пожал плечами демон на троне. — Человеческая самка, ты знаешь, как получилось так, что ты один из наших потомков?

— Я не самка, а охотник за демонами. И у меня есть имя, меня зовут Амия. Своих родителей я не знаю, могу только сказать, что пришла из другого мира и до этого никогда здесь не была.

Демоны переглянулись между собой и закивали головами.

— Тогда это возможно. Если она из того мира, который когда-то был нашим. Но почему нельзя ее есть? Она больше человек, чем мы.

— Есть ее — это все равно что есть яйца, которые несут наши самки. Мы не охотники и не воины, которые могут позволить себе подобное, — проскрипел демон на троне. — Мы не можем пожирать своих детенышей, у нас и так их не слишком много.

— Ты говорил, что причины две, а мы услышали только одну, и она нас не убедила, — пробурчал демон, сидевший рядом с троном. — Говори дальше, а то работы много.

— Вторая причина в том, что умник запретил есть людей, приходящих из того мира. Вы же знаете, что один из них открыл ворота в другой мир, а сейчас он снова помогает нам. Вы слышали и ту историю, что рассказал мне старый. Охотники и воины не смогли справиться с ужасными зверями, которые напали на них, теперь вся надежда на умника и человека, которые собираются идти туда. И до тех пор, пока они не вернутся, мы не будем есть людей. Так решил умник. Да и троки объявили, что берут этих людей под свою защиту.

— Троки нам не страшны, — проскрипел один из демонов. — Они еще ни одного из нас не сумели поймать. А мы можем легко прокопать туннели к их гнездам и съесть их детенышей, если они решат с нами воевать.

— Мы не будем, есть детенышей и яйца троков, у нас с ними договор, — недовольно покачал головой демон на троне. — И мы будем его соблюдать, пока умник не предложит другое решение.

— Так что с ней делать? — раздраженно проревел один из демонов. — Неужели мы ее отпустим?

— Я все вам объяснил, решайте сами. Я считаю, что придется ее отпустить. Человеческая самка доставила нам некоторые хлопоты, но она никого не убила, и мы не можем воспользоваться правом самозащиты. Она даже никого не поранила! Не понимаю, зачем вы ее вообще сюда притащили? Надо было стукнуть ее по голове не сколько раз, чтобы больше не лезла к нашим норам, и отпустить.

— Мы притащили человеческую самку для того, чтобы ее съесть, — пробурчал один из демонов. — Но потом ре шили спросить твоего совета, слишком она непохожа на тех, что живут рядом с городами. По-моему, мы сделали глупость, не надо было тебя звать, съели бы ее, да и все.

— Вы хотели услышать совет, вы его получили. Эту самку есть нельзя, а причины я вам объяснил.

Демоны, недовольно ворча, стали расходиться. В зале остались только те, с кем Амия подралась наверху, и демон на троне.

— Они проводят тебя на поверхность, человеческая самка, — проревел старший демон, слезая с трона.

Амия вскочила. «Похоже, что в этот раз мне повезло», — подумала она.

— У меня есть просьба! — выкрикнула девушка, ненавидя себя за то, что собиралась сказать.

— Что ты еще хочешь, человек? Ты наш потомок, которого зовут Амия, я это запомнил.

— А как же мой меч? У меня нет мощных когтей, как у вас, и нет больших клыков. Вы что, хотите оставить меня без оружия? А если мне встретятся другие демоны или какой-нибудь страшный зверь, как я буду защищать себя?

— Не зарывайся, Амия, — предупредил демон. — Мы можем и изменить свое решение. Если мы тебя съедим, никто об этом никогда не узнает, ты под землей, а мы редко выходим на поверхность.

— Вон тот, что сожрал мой меч, пусть вернет мне его, — упрямо продолжила Амия. — И еще я сама тоже не прочь чем-нибудь перекусить. Неужели одному из своих потомков вы позволите умереть с голоду? Не думаю, что так вы поступаете со своими детьми.

Из широкого хода, куда ушли остальные демоны, послышался дружный гогот. Заулыбался и старый демон, а вслед за ним засмеялись Грен и Крон.

— По крайней мере, в трусости тебя не обвинишь, — одобрительно покивал демон. — Чувствуется наша кровь, едва спаслась от неминуемой гибели — и снова лезешь в драку.

— Я просто требую справедливости! — воскликнула Амия, чувствуя, что нашла верный ход в этом разговоре. Ее стали слушать, это была хоть маленькая, но победа, и девушка собиралась воспользоваться ее плодами.

Амия уже догадалась, что эти демоны и есть те знаменитые кузнецы, равных которым не было. Среди людей о них ходили легенды. Это они делали мечи, которые могли резать камни и любое железо. Кроме того, о грумах говорили, что они и есть те неведомые строители, которые возвели города людей и монастырь охотников за демонами. Но точно никто этого не знал, грумов давно никто не видел на земле людей.

— Вот видите, что вы наделали, — проскрежетал демон, обращаясь к Грену и Крону. — Теперь мы от нее никогда не избавимся. Она уже что-то требует. Надо было просто ее поколотить. Ты же сам сказал, что железо было плохим, она бы им даже не прорезала тебе кожу. Не понимаю, зачем вы ее притащили сюда? Я не знаю, что теперь нам делать…

— Можно ее съесть, а можно поколотить и выбросить. Решай сам, ты же самый старый из нас, а значит, самый мудрый.

— Придется пока запереть ее в комнате, — вздохнул демон. — Отпускать ее нельзя, она везде будет кричать, что мы нарушаем договор. К тому же теперь она знает один из наших выходов, и я даже не сомневаюсь, что скоро она снова в него полезет. А для того чтобы принять правильное решение, мне нужно поговорить с умником.

Демон махнул рукой. Амию схватили и поволокли по широкому длинному коридору, вырубленному прямо в скале.

— Решений всегда несколько, — услышала за спиной Амия голос старого демона. — Одни лучше, другие хуже. Если ты будешь сидеть под землей, пока сама не умрешь, то этим мы не нарушим ни одного пункта договора. А мертвого человека никто не запретит нам съесть. Конечно, ты будешь не такой упитанной, но ведь ты и сейчас не очень толстая…

Амия пыталась вырваться, но лапы у демонов были словно кузнечные клещи. Женщину внесли в небольшой зал и с размаху бросили на каменный пол. Прежде чем она успела вскочить на ноги, дверь захлопнулась. Амия заколотила в нее кулаками. Бесполезно: дверь была сделана из отличного железа и даже не шелохнулась.

— Какая же я дура! — пробормотала с досадой Амия. — Вечно одна и та же история: только все налаживается, я снова все порчу.

Она вытерла слезы, подступившие к глазам, и села на пол.

— Ну и пусть я умру, такую дуру, как я, только это и ждет рано или поздно. Нет, подумать только, едва появилась в этом мире, как сразу поссорилась с легендарными грумами. А уж они-то точно те демоны, с кем ссориться было нельзя!

— Грумы никогда не враждовали с людьми и всегда старались держаться от них в стороне. Герои, о которых рассказывали легенды, легко находили общий язык с грумами, помогали им в их небольших делах, и демоны в благодарность дарили им великолепные мечи. А уж потом, когда герои получали мечи, их никто не мог остановить. Люди давно пытались узнать секрет этих мечей, но у них ничего не получалось. Грумы ковали мечи из того же железа, что и свои инструменты, а ими они рыли ходы в самых твердых горах, где искали алмазы и золото.

Амия снова выругалась. И угораздило же ее поссориться именно с грумами. Можно было просто промолчать, а потом вернуться к ходу и поймать одного из демонов. Вот тогда она получила бы свой меч как выкуп…

Понадеялась на то, что грумы признали ее своим потомком. Вот уж глупость так глупость. Родство, если оно и есть, было таким отдаленным, что в. Амии почти ничего и нет, кроме черной и крепкой кожи да темных глаз.

Пленница засмеялась. Вот уж этого точно никто не ожидал. Она не раз допытывалась у патриархов, чья кровь бежит в ее жилах, но они не знали. Даже лекари, и те были в недоумении, осматривая ее. Кровь охотника они видели, кровь морского демона они знали, а вот о крови грумов не имели никакого понятия, да и не могли они этого знать: грумов в ее мире никто не видал уже не одну сотню лет. Вот если бы им сейчас рассказать об этом, она бы всем утерла нос. Амия тяжело вздохнула. Только рассказать некому, все мертвы…

Девушка легла на пол, настроение у нее испортилось окончательно. Все мертвы, кроме привратника да Врона с Лаской. Единственные охотники, оставшиеся в живых после нападения людей. И они пришли в этот мир, чтобы устроить себе здесь новую жизнь, но Амия и тут уже успела наделать глупостей. Поссорилась с родственниками, пусть и очень дальними. Ну как можно быть такой дурой? Амия положила кинжал под руку, хоть и понимала, что не удастся проткнуть кожу подземного демона, в лучшем случае только слегка поцарапать.

Она вздохнула и закрыла глаза. По крайней мере, здесь было тепло, темно, можно выспаться и отдохнуть. А что ей еще делать? Если грумы решили, что она должна умереть от голода, то так и произойдет. И правильно, такие, как она, не должны жить…

С этой мыслью Амия и заснула. Сколько она проспала, девушка не знала. Да и как узнать время, если нет солнца и всегда темно. Тут даже не узнаешь, лето или зима наверху…

* * *

Ниш расхаживал рядом с домом с довольно сумрачным видом.

— Это и есть тот демон, с которым ты пойдешь в тот мир? — спросила Ласка.

— Да, это он, — кивнул Врон. — Ты видишь, что он не похож на других?

— И это он сказал тебе, что похитит меня и нашего ребенка? — Ласка угрожающе посмотрела на демона. — Не лучше ли мне прямо сейчас отрубить ему голову?

— Ты пришел не один? — проскрипел Ниш. — Это, должно быть, твоя самка и детеныш, очень разумное существо.

Он подошел к Ласке, посмотрел в упор на малыша, потом протянул к нему лапу, но Ласка резко оттолкнула его и выхватила кинжал.

— Это мой ребенок, если ты дотронешься до него, я тебя убью, — прошипела она.

— Я не хотел сделать ничего дурного, я просто хочу поприветствовать его, — спокойно ответил Ниш и снова протянул лапу.

Ласка настороженно следила за ним, сжимая кинжал. Ребенок что-то прогугукал, и Ниш низко ему поклонился.

— Все будет так, как вы говорите, — тихо пробормотал демон и отошел в сторону. Ласка вздохнула и с видимым облегчением убрала кинжал.

— Ну, если у нас больше нет причин здесь задерживаться, то, может быть, пойдем к порталу? — спросил Ниш, косясь на ребенка, словно ожидая от него каких-то знаков.

— Немного подожди, демон, — хмуро проговорила Ласка. — Ты, кажется, угрожал моему мужчине?

— Я не угрожал, — Ниш еще раз поклонился, на этот раз Ласке. — Я просто рассказал, что будет, если человек откажется нам помогать.

— И все будет не очень хорошо. Так?

— Да, я вынужден признать это.

— Скажи, а что может помешать мне убить тебя прямо сейчас?

Ласка взмахнула кинжалом.

— Скрыт бросится под твое оружие, — пожал плечами Ниш. — И тебе придется бороться с ним.

— Что? — Ласка хмуро взглянула на скрыта, который встал перед ней, закрывая собой Ниша. — Почему ты прячешься за других, а не дерешься сам?

— Я слишком ценен для демонов, мне никто не позволит сражаться самому.

Ласка растерянно взглянула на Врона.

— Не расстраивайся, все будет хорошо, — вздохнул он. — Я вернусь.

Врон вошел через пролом в дом. В доме все еще остро пахло демонами-охотниками, а прошел уже почти год со времени их ухода. Когда Врон оказался в коридоре, который вел в большой зал, он помахал рукой, и стены осветили пыльный пол, на котором четко просматривались следы старого.

В зале ничего не изменилось. Повсюду валялись разбросанные каменные предметы непонятного назначения, и на многих из них виднелись следы зубов демонов.

Врон подошел к стене, в которой открывался портал, и встал перед ней. Ему все меньше и меньше хотелось идти в чужой холодный мир, от неприятного предчувствия сердце стало биться реже и болезненнее.

— Не знаю, хватит ли у меня сил открыть его. Похоже, что я уже забыл, как это делается.

Ниш подошел к стене и с любопытством обнюхал ее.

— Здесь использовалась мощная энергия, и не раз. Эта стена не такая, как другие, она изменена, даже структура у нее совсем другая.

— Ты когда-нибудь ходил через порталы? — поинтересовался Врон.

— Нет, никогда, но я кое-что знаю об этом. Когда ты проходишь через туннель, твое тело становится другим, подстраиваясь под новый мир. Повелители говорили, что это очень неприятное ощущение…

Ласка обняла Врона и шепнула:

— Я уйду. Не могу на это смотреть. Мне так и кажется, что ты больше никогда не вернешься.

Ребенок что-то прогугукал. Врон рассеянно поцеловал их обоих, не отводя при этом глаз от стены. Ласка тихо ушла, вслед за ней исчез и скрыт, и они с Нишем остались одни.

— Они все боятся, — тихо пробормотал демон. — И ты тоже, я чувствую запах страха, который исходит от тебя.

— Да, мне страшно. И думаю, что скоро станет страшно и тебе.

Он закрыл глаза и увидел на стене желтое пятно портала. Он подошел поближе и протянул вперед руки. Энергия пошла из него, сближая проявившиеся багровые столбы, закрывающие вход. Когда с чуть слышным треском они соединились вместе, портал открылся и из него ощутимо потянуло холодом. В лицо Врону ударил морозный ветер.

— Иди вперед, — скомандовал Врон, не открывая глаз. — Я не смогу долго держать ворота открытыми.

Ниш скользнул в дыру, и издалека донесся его голос:

— Здесь очень холодно.

— Там всегда холодно, потому что за туннелем находится мир вечной зимы…

Врон открыл глаза и опустил руки. Портал стал закрываться, и охотник, тяжело вздохнув, шагнул в темную дыру. Он шел, преодолевая сопротивление портала, потом его потащило вперед и бросило на снег.

В мире вечной зимы, как всегда, была ночь, ярко светили огромные чужие звезды. А вдали блистал негаснущими огнями город.

— Побежали, если не хочешь замерзнуть, — крикнул Врон.

— А ворота? — спросил Ниш, показывая на исчезающий проем. — Надо их оставить открытыми, иначе мы не сможем вернуться обратно.

— Это невозможно, ни у кого не хватит сил, чтобы держать их открытыми. Не беспокойся, в случае необходимости я открою их снова, если, конечно, со мной ничего не случится.

Врон пошел было вперед и тут же споткнулся обо что-то вмерзшее в снег. Он присмотрелся и увидел лекаря, его лапы торчали вперед, словно продолжая открывать портал. Рядом с ним лежало еще несколько замерзших тел, а чуть дальше Врон увидел и тела демонов-воинов, которых когда-то убил.

Охотник перепрыгнул через трупы и побежал к городу. Ворота были открыты. Ниш остановился перед ними, возбужденно принюхиваясь.

— Это очень странное место, из него исходят непонятные запахи, чувствуется много энергии. Ты уверен, что здесь безопасно?

— Безопасно было в твоем мире, а здесь всегда происходят странные вещи. Если ты не хочешь замерзнуть, как твои собратья, то входи.

В городе было чуть теплее, может быть потому, что улицы были освещены ярким светом, исходящим от стен домов.

Ниш с любопытством разглядывал широкие улицы, расходящиеся веером от ворот, пока Врон искал на ближайшей стене дома отпечаток руки. Наконец охотник вложил руку в выемку, стена отошла внутрь, открывая длинный коридор, из которого ощутимо пахнуло теплом.

Врон втолкнул в помещение Ниша, а потом зашел сам.

— Я не хочу мерзнуть. И не хочу, чтобы замерз ты. Да, здесь очень холодно, но интересно. — Кожа демона посерела и стала отливать странным фиолетовым оттенком, а голос немного задрожал. — Это совсем другой город, он построен не так, как другие. И в нем есть что-то очень странное, словно он построен так, чтобы не пускать кого-то внутрь. Ты заметил, что стены вокруг города источают энергию, но она направлена наружу?

— Нет, этого я не заметил…

Врон пошел вперед, открывая двери в поисках кухни. Он хотел есть. Охотник замерз и хотел восполнить энергию, которую потерял, открывая портал. Ниш шел следом. После недолгих поисков Врон попал туда, куда хотел. Он поставил чашку на столбик, который тут же поднялся вверх.

— Что ты делаешь? — поинтересовался Ниш.

— Сейчас увидишь.

Врон взял чашку с опустившегося столбика и выпил темную горьковатую жидкость, потом поставил чашку обратно.

— Это еда повелителей, по крайней мере, я так думаю. На вкус не очень приятно, но есть можно.

Он подал чашку с жидкостью Нишу. Демон понюхал жидкость и закрыл глаза. Какое-то время он молчал, потом неуверенно сказал:

— Действительно, похоже на еду. — Он попробовал напиток, потом залпом выпил, недовольно морщась.

— Очень плохой вкус, но энергии в этом напитке много.

Врон поставил чашку обратно.

— Привыкай, нам придется теперь питаться в основном этим. Он выпил еще несколько чашек, а Ниш пробурчал:

— Я бы лучше съел мясо или кашу из зерен, но раз здесь нет ничего другого, я, наверно, должен быть благодарным и за это. А теперь расскажи, что мы будем делать дальше?

— Мы отдохнем, поскольку мне надо набрать энергию, чтобы открыть следующие врата. Признаюсь сразу, в прошлый раз мне это не удалось, как бы я ни пытался. Может, не получится и в этот раз.

— Странно, я думал, что тебе подчиняется все, что было создано повелителями.

— Я не очень умен и многого не понимаю. Возможно, для спасения сородичей ты выбрал не того героя.

— Другого нет, ты единственный, кто бывал здесь, и ты умеешь выживать. Это очень важно. Портал ты непременно откроешь. Насколько я понимаю его природу, чем чаще портал открывают, тем легче это происходит. А ворота в тот мир открывали уже несколько раз.

— Будем надеяться, что ты прав. — Врон задумался над тем, стоит ли выпить ему еще одну чашку или уже до статочно?

Ниш тем временем пошел к двери.

— Я согрелся и хотел бы побродить по городу, если ты не возражаешь. Мне необходимо постоянно приобретать знания, а здесь много интересного.

— Делай то, что считаешь нужным. Этот город безопасен, тут нет ничего живого.

Ниш ушел, а Врон отыскал комнату с мягким камнем и прилег немного отдохнуть.

Проснулся он от странного ощущения, что кто-то его зовет. Зов был ясным и громким, но откуда он исходил, — непонятно. Врон вскочил прислушиваясь. Он все еще слышал очень слабый звук, исходивший из неизвестности. Врон быстро обежал дом, демона нигде не было. Видимо, он все еще бродил по городу.

На широкой улице, как и во всех других городах повелителей, каменная мостовая сияла в свете фонарей чистотой, снега на ней не было, а значит, и следов демона. Врон обошел десяток улиц, но Ниша все-таки нашел. Демон стоял на большой площади и разглядывал бьющий фонтан. Как бы ни было холодно в городе, фонтан не замерзал, и даже внизу на каменной мостовой не было ни одной замерзшей капли.

Ниш дрожал от холода, кожа его окончательно приобрела фиолетовый цвет.

— Ты звал меня? — спросил Врон.

— Это чудо, — показал Ниш на фонтан. — Вода совсем другая, она не замерзает и при этом ледяная. Я пытался отгадать, зачем это здесь.

— Ты звал меня?

— Нет, — покачал головой демон. — Я и не вспоминал о тебе, я даже не знаю, сколько времени я здесь стою.

Врон открыл дверь ближайшего дома.

— Тебе нужно согреться. Хоть ты и демон, но можешь заболеть.

— Ты прав. — Ниш неохотно вошел в дом. — Оставь дверь открытой, я буду наблюдать за фонтаном отсюда, а ты можешь идти. Ищи меня здесь, когда придет время отправляться дальше.

Врон пошел по улице, вслушиваясь в себя. Он был уверен, что его звал Ниш, попавший в какую-то беду, но с демоном все было в порядке. Кто же тогда его звал?

Врон вернулся в дом, выпил еще несколько чашек горьковатой жидкости и вновь почувствовал, что его кто-то зовет. Это явно был не звук, а что-то похожее на стороннюю мысль. Но в городе не было никого, кроме Врона и Ниша… Или охотник ошибается и здесь есть еще кто-то? Врон снова прислушался к себе. Зов шел от ворот.

Молодой человек вышел из города и сразу почувствовал, что не один. Кто-то невидимый был рядом. Только мельтешили над огромной заснеженной равниной странные тени. Тени? Врон вздрогнул: в нем возникло странное ощущение, будто охотник встретил самого себя.

«Я долго звал тебя», — услышал молодой человек внутренний голос.

— Кто ты? — спросил Врон, хотя уже знал ответ. «Когда-то я был частью тебя, да и сейчас я в тебе, точнее, — частица меня».

— Прости, я забыл, что как раз в этом месте ты покинул меня. Как тебе живется здесь?

«Хорошо, тихо, спокойно, много друзей. А как живешь ты?»

— Мне тебя не хватает, — честно признался Врон.

— Без тебя мне одиноко. Та частица тебя, что ты оставил во мне, она какая-то пустая. Она помогает мне и спасает меня в разных ситуациях, но никогда не разговаривает со мной.

«Разума в ней немного, почти нет. Прости, но я не мог оставить тебе больше, иначе я бы не чувствовал себя полноценным».

— Ничего, я уже привык, но с тобой мне было лучше. «Мне тоже не хватает тебя. С тобой было весело и интересно, а здесь немного скучно. Зачем ты пришел сюда? Не для того же, чтобы повидаться со мной?»

— Нет, не для этого. Хотя сейчас я понимаю, что это самое приятное из того, что меня здесь ожидало. Я должен пройти в другой мир, туда, куда ушли демоны. Ты же помнишь их?

«Я не умею забывать. Почему ты хочешь идти туда?»

— Я не хочу, меня попросили об этом. С демонами в том мире случилась беда, кто-то нападает на них и убивает. Я должен выяснить, кто это, и помочь демонам, если получится. Только боюсь, что не смогу открыть портал, ведущий в тот мир. В прошлый раз у меня это не получилось.

«Стой спокойно, я войду в тебя и посмотрю твое тело».

Врон увидел, как тени сплелись вокруг него, а потом одна из них вошла к нему прямо в грудь. У охотника появилось желание немедленно убежать, но он пересилил себя. Затем Врон почувствовал внутри теплоту, она спустилась к ноге, потом стала подниматься. Когда теплота достигла мозга, охотнику стало невероятно жарко, потом все прошло.

«Я проверил тебя, — услышал Врон внутренний голос — Твое тело неплохо работает, моя частица тоже чувствует себя хорошо. Я внес кое-какие изменения в тебя и в ту часть меня, что живет в тебе. Я сделал тебя сильнее, но будь осторожен: если эту силу не контролировать, она убьет тебя. Я не могу войти в город, он защищен, поэтому я ничего не могу рассказать тебе о воротах в другой мир. Но я буду ждать, когда ты вернешься обратно».

Врон вдохнул полной грудью холодный воздух и только сейчас понял, что задержал дыхание, когда тень вошла в него.

Охотник прислушался к себе и понял, что рядом больше никого нет. Тени исчезли, остался только плотный снег, мерцающий в свете огромных звезд. В себе Врон тоже не чувствовал ничего необычного, разве что ему стало тепло. Молодой человек пожал плечами и вернулся в город.

Ниш ждал его у дома, переминаясь от холода с лапы на лапу.

— Кажется, нам пора идти дальше. Я не могу не думать о том, что, пока мы находимся здесь, там, в чужом мире погибают мои собратья.

— Может быть и так. Только почему ты думаешь, что мы сможем им помочь? Вероятнее всего, мы тоже там погибнем.

— Надеюсь, что ты ошибаешься…

— Я тоже на это надеюсь. Чтобы попасть в следующий мир, мне нужно подготовиться.

— Как ты это сделаешь?

— Здесь есть ложе, дающее энергию. Я просто лягу на него и засну, а когда проснусь, то буду чувствовать себя сильным.

— Я хочу посмотреть на это.

— Не стоит. Скрыт и лекарь один раз уже присутствовали при этом, потом они долго дрожали от страха. Ты уверен, что хочешь испытать такие же чувства?

— Я создан, чтобы собирать знания, а они часто приобретаются болью и страхом.

— Я тебя предупредил.

Врон открыл скрытую дверь и поднялся вверх по лестнице. Ниш шел за ним, стараясь не отставать ни на шаг. Врон лег на ложе.

— Приготовься, — сказал он. — Сейчас меня накроет облако света, а тебя отбросит к стене. Лучше сразу встань к ней.

Охотник помахал рукой над тумбочкой и закрыл глаза. Его действительно накрыло облако желтой энергии, а дальше он, как всегда, ничего не помнил. Когда Врон открыл глаза, Ниш лежал у стены и бурно дышал. Глаза его были закрыты, а лапы судорожно дергались. Врон рывком поднял демона на ноги. В молодом человеке бурлила сила, которая требовала выхода.

— Тебе понравилось?

— Не думаю, что захочу еще раз это испытать, — пробормотал демон. — Не знаю, что со мной происходило, я ничего не запомнил, кроме жуткого беспричинного страха.

— Зато теперь ты знаешь, что не всегда стоит что-то узнавать, иногда лучше остаться в неведении.

Врон, поддерживая демона, повел его к дому, в котором находился проход в другой мир. Сам Ниш идти не мог, он дрожал, спотыкался и часто обессилено повисал на охотнике.

Врон ввел демона внутрь дома и осмотрелся. Все здесь осталось в том же виде, как и тогда, когда он пытался открыть проход последний раз. На каменном полу были видны следы когтей демонов, они вели в большой зал и обрывались перед ровной стеной.

— Мои собратья были здесь, — прохрипел Ниш. — Они не боялись, совсем не чувствую в воздухе запах страха. Только примешивается слабый запах повелителя, он был один. Я знаю его, он был самым молодым, ему едва исполнилась тысяча лет. Это он создавал меня.

Врон, закрыв глаза, вгляделся в стену и сразу заметил желтое пятно. Оно было большим, гораздо больше всех тех, с которыми ему приходилось встречаться. Закрывали пятно не только багровые столбы — посередине пятна пульсировала сетка из тонких желтых линий.

Охотник протянул вперед руки и направил энергию. Она выходила из него ровным плотным потоком. Багровые столбы стали сближаться. Когда они соединились вместе, пятно стало темным, но проход не открылся. Сетка из желтых линий стала почти не видна, но Врон по-прежнему ощущал ее, она перекрывала вход в туннель и не давала ему открыться.

Охотник попробовал ее разорвать, но сетка не поддавалась. Тогда Врон направил энергию к ее краям, надеясь оторвать сетку от стенок. На этот раз у него что-то стало получаться, линии на сетке утончились, потом она исчезла совсем.

— Иди вперед в стену, — скомандовал Врон Нишу.

Демон шагнул в проход, Врон, не открывая глаз, шел за ним. Что-то было не так в этом проходе, у молодого человека сразу закружилась голова, его начало мутить, потом неожиданно бросило вперед. Охотника перевернуло несколько раз, и перед ним открылась темная пропасть. С громким испуганным вскриком Врон полетел в бездну.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

В горах иногда можно найти пещеры, которые напоминают дворцы. Там есть огромные залы с высокими потолками, множеством залов поменьше, и каждый из них по-своему привлекателен и красив. Стены гладкие и ровные, и на каждой есть свой рисунок. Эти пещеры сделаны горными демонами, которые давно ушли из нашего мира. Остались только легенды о кузнецах, живших в толще горы. Они ковали оружие, равного которому никогда не было. Эти мечи могли резать камень и железо, говорят, что ими можно было разрубить даже кожу дракона.

Такой меч был у Риса Мудрого. Он сам как-то рассказывал, что меч подарил ему один из горных демонов за спасение его жизни. Иногда этих демонов называют гномами, иногда — грумами. Жаль, что они покинули наш мир.

Из книг охотников за демонами

Проснулась Амия от ощущения острого голода, ее желудок уже не просил, а требовал еды. Женщина встала и обследовала комнату. В углу она обнаружила небольшую струйку воды, выбегавшую прямо из стены. Амия напилась и снова легла.

Ей до рези в желудке хотелось есть, да еще раздражал запах пищи, который доносился неизвестно откуда. Запах?

Амия вскочила на ноги. Она вгляделась в серый туман — такой она видела окружавшую ее темноту. Потом медленно пошла к двери, пристально вглядываясь в стены и выискивая источник запаха.

На самой двери было сделано что-то вроде небольшого ящичка, который Амия раньше не заметила. Запах шел оттуда. Охотница вытащила кинжал и просунула лезвие в небольшую щель между ящиком и стенкой, слегка надавила, и ящик открылся. Там в каменной чашке лежало что-то похожее на кашу, которой ее кормили в монастыре.

Каша была холодной и мерзкой на вкус, но Амия была слишком голодна, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Она быстро проглотила все содержимое чашки и поставила ее обратно в ящик.

Теперь, когда охотница немного утолила голод, она могла спокойно подумать о том, как каша оказалась в ящике. То ли грумы передумали морить ее голодом, то ли, наоборот, решили ее подкормить, прежде чем съесть. Не зря же они все время жаловались, что она слишком костлявая. А теперь, когда она сидит в заточении и почти не двигается, да с хорошей едой, конечно, она станет жирной и вкусной. Амия выругалась.

Ну уже нет! Этого они не дождутся. Охотница за демонами никогда не будет исполнять роль гусыни на откорм к празднику урожая. Амия стала бегать по комнате, сначала просто бесцельно, потом размахивая кинжалом и вспоминая все приемы владения оружием, которым ее учили в монастыре. Охотница высоко прыгала, каталась по гладкому отполированному полу и наносила удары по воздуху. Когда одежда стала мокрой от пота, Амия сбросила ее и продолжила бой с пустотой. Прошло часа три, прежде чем она решила немного отдохнуть.

Амия вымылась под струйкой воды, вдоволь напилась и легла. Но пролежала она недолго, ей все еще хотелось есть. Охотница с замиранием сердца подкралась к ящику, открыла дверцу и увидела чашку, в которой снова лежало варево из зерен, только на этот раз оно было теплым.

Женщина быстро съела всё, вылизала языком стенки и дно чашки и, поставив ее обратно, легла около двери. Она хотела узнать, как каша оказывается в ящике — в двери не было отверстия, даже намека на скрытую дверцу. Амия закрыла глаза и стала вслушиваться. Было очень тихо, толстые каменные стены прятали все звуки. Единственное, что нарушало тишину, — звук бегущей в углу струйки воды.

Незаметно для себя Амия заснула. Проснувшись, она тут же открыла ящик, варево уже было там, только на этот раз оно оказалось горячим. Похоже, что его положили в ящик совсем недавно. Амия съела всё и снова легла, вслушиваясь.

Голода она больше не испытывала, желудок наконец-то успокоился. Прыгать, скакать с кинжалом по комнате Амии тоже не хотелось. У нее осталось только одно желание — поймать за руку того грума, который приносит кашу.

Охотнице было скучно в темноте. Ничего не происходило, даже неминуемая смерть уже стала казаться женщине не такой страшной.

Через какое-то время ее терпение было вознаграждено. Амия услышала за дверью какой-то звук. Она мгновенно вскочила на ноги, одним прыжком оказалась у ящика, дернула его, и ящик пошел вперед вместе с дверью. Стальное полотно повернулось на скрытых шарнирах, и охотница увидела перед собой старого грума.

— Вот твой меч, — буркнул он, протягивая что-то завернутое в плотную ткань.

Амия растерянно взяла сверток. Она была в недоумении: стоит ли оттолкнуть грума и попытаться сбежать?

Глупость! За спиной демона маячили еще трое грумов, внимательно следивших за пленницей. Амия вздохнула и развернула сверток. В ее руках оказался меч! И какой! Амия вытащила его из ножен и восторженно выдохнула. Меч сам лег ей в руку и словно стал продолжением охотницы. Амия взмахнула им, намереваясь опробовать его на стене, но тут старый грум поймал ее руку и недовольно проворчал:

— Это хороший меч. Он сделан под твою руку, и если ты будешь им размахивать, то можешь порезать меня. Он легко разрубит камень, да и мое тело тоже. Поэтому убери меч в ножны, если хочешь им владеть, иначе мы заберем дар обратно. Мы не даем такое оружие в неумелые руки.

Амия послушно убрала меч в ножны, а потом забросила его себе за спину.

— С чего это такая щедрость? — спросила она с подозрением.

— Причин, как всегда, несколько, но ты не поймешь ни одной, — ухмыльнулся старый демон. — Впрочем, одну ты, может быть, сможешь понять. Нас попросили тебя отпустить.

— Кто?

— Это сейчас не важно. Считай, что тебе невероятно повезло, ты уйдешь отсюда и снова увидишь солнце. Предупреждаю, хотя и понимаю, что ты глупа и все равно сделаешь по-своему: никому не рассказывай, где ты была и что ты здесь видела. Конечно, ты ничего толком не видела, но все равно лучше молчи. И забудь о том ходе, по которому тебя сюда привели. Мы сегодня же закроем его, и больше никто не сможет через него сюда попасть.

— А кто все-таки вступился за меня?

— Если хочешь найти его, то ищи сама, мы не станем помогать тебе. Прощай.

Демоны, стоявшие в коридоре, схватили Амию за руки и за ноги и куда-то понесли.

— А как же родственные чувства? Вы должны пре поднести подарки и пообещать, что будете мне помогать.

Демоны затряслись от смеха и чуть не уронили Амию на каменный пол.

— Люди настолько глупы, что даже этого не понимают.

— И почему-то думают, что мы им что-то должны.

Ей следовало бы радоваться, что мы ее не съели, а она снова еще чего-то пытается выпросить.

Амия хотела ответить, но тут перед ней засиял яркий свет. Глаза наполнились слезами и сами собой закрылись. Грумы с размаху бросили пленницу куда-то вниз, и Амия, покатившись по земле, уткнулась лицом в грязь. Она поднялась и попыталась открыть глаза, но яркий свет резанул по ним острой болью. Охотница была вынуждена подождать, пока глаза привыкнут к свету. Амия выхватила новый меч и настороженно прислушалась к малейшему звуку, остро чувствуя свою беспомощность. Если сейчас кто-то на нее нападет, то Амия даже не сможет его поразить, потому что не увидит нападающего.

Слезы еще долго текли из глаз, прежде чем охотница почувствовала, что может их открыть. Амия огляделась и увидела, что стоит у подножия большого холма. Она быстро взобралась на вершину, но вместо хода увидела такой же подтаявший снег, что лежал повсюду. Грумы сдержали слово и закрыли свою нору. Теперь женщина при всем желании не сможет попасть к ним, и уж точно никто не поверит, что она их видела.

Но зато у Амии теперь есть их меч. Она в очередной раз взглянула на оружие и восторженно ахнула. Это было настоящее сокровище: сталь переливалась в лучах восходящего солнца, по темному металлу шел странный узор, заметный только под определенным углом… Амия внимательно вгляделась в изображение и увидела себя, прыгающую и скачущую с кинжалом. Сходство было несомненным.

«Выходит, они подглядывали за мной, — подумала охотница. — Интересно, как они это делали? Стены каменные, крепкие и толстые, а дырок в них не было».

Амия спустилась с холма и побрела к ближайшей роще. Там она опробовала новый меч на небольшой березке.

Клинок легко срубил деревце, Амия даже не почувствовала сопротивления. Охотница недоверчиво покачала головой и срубила еще несколько стволов. Да, меч стоил того страха, которого натерпелась женщина в подземелье грумов.

Амия прошла рощу и зашагала дальше по холмам в надежде увидеть еще один ход грумов, но в этот раз ей не повезло. Ближе к вечеру охотнице удалось сбить камнем небольшую птичку, беззаботно певшую на ветке. Амия съела ее целиком вместе с перьями и потом долго плевалась птичьим пухом. Птица уместилась в ладошке, но голод утолила надолго. Амия повеселела и решила, что этот мир начинает ей нравиться. В конце концов, она до сих пор жива, может охотиться и никто не смеет ее в этом упрекнуть. У нее появился новый меч, да такой, что за него можно запросить стадо овец или даже огромный кусок земли, да и этого будет мало.

О том, что ждет ее впереди, Амия больше не задумывалась. Что будет, то будет. Ее больше занимал вопрос, где она сегодня будет ночевать. День выдался теплым, но уже приближалась ночь, а ночью мороз в этом мире был почти нестерпимым.

Наконец Амия нашла кое-что подходящее. Это была большая нора, выкопанная неизвестно каким животным. Она была довольно глубокой, и в ней давно никто не жил. Последнее Амия поняла по старому запаху. Здесь охотница и решила заночевать, пожалев в очередной раз о том, что у нее нет кресала, чтобы развести костер.

* * *

Когда Врон очнулся, он почувствовал запах травы, леса и чего-то еще непонятного и живого. Молодой человек открыл глаза и схватился за землю, на которой лежал, потому что все закружилось перед его глазами. Когда охотник сумел справиться с собой и его зрение пришло в норму, он увидел, что лежит на траве сочного изумрудного цвета. Над головой колыхались ветви огромных деревьев, кроны которых уходили вверх на невероятную высоту и почти касались темно-красных облаков и желтоватого неба.

Врон перевернулся на живот и попробовал встать. Ему это удалось только со второй попытки, земля раскачивалась под ногами, а когда он запрокинул голову вверх, ему показалось, что на него падает небо. Врон опустился на колени, и его стошнило. Постепенно тело ожило, и охотник почувствовал себя гораздо лучше, только в желудке продолжало что-то болезненно бурлить.

Молодой человек тяжело поднялся на ноги и огляделся. Ниш лежал в паре метров от него, кожа его посерела, глаза были закрыты, и он казался мертвым.

Врон подошел к демону и потрогал его за плечо. Кожа у Ниша была теплой на ощупь. Это плохо. Обычно кожа демонов была невероятно горячей. Врон перевел взгляд на грудь спутника и заметил, что демон дышит, но очень слабо. Тогда охотник закрыл глаза и лег рядом. Главное, что Ниш жив, оставалось только ждать, когда его тело освоится в новом мире и умник придет в себя.

Прошло довольно много времени, прежде чем Ниш слабо простонал. Врон повернул к нему голову, и их глаза встретились.

— Что это было? — проскрипел чуть слышно Ниш. — Меня как будто вывернуло наизнанку.

— Не знаю. Со мной такого ни разу не было, да и сам переход показался мне не совсем обычным. Я потерял сознание сразу, как только в него вошел.

— Я тоже. — Ниш взглянул вверх на деревья. — Небо чужое, да и деревья тоже. Похоже, что мы все-таки в другом мире. Надеюсь, мы попали именно туда, куда нужно, и демоны находятся где-то здесь.

— Не уверен. — Врон привстал, потом сел. — Но в том, что это чужой мир, у меня нет никаких сомнений.

— Мне нужно отдохнуть. Я не могу двинуть ни одной лапой, да и глаза закрывает какая-то пелена.

— Нам некуда спешить. — Врон снова лег. — Если ты не возражаешь, я посплю.

— Возражаю, — чуть слышно прорычал Ниш. — Нам следует как можно быстрее приступить к поиску моих собратьев, но я не могу даже встать.

Врон закрыл глаза, по-прежнему чувствуя, как земля покачивается под ним. Просто это качание стало слабым, почти незаметным. И охотник заснул. Ему снились ужасные сны, в которых за ним кто-то гнался — кто-то настолько страшный, что у преследуемого ноги подкашивались от ужаса. Но он бежал и чувствовал, что зверь его догоняет. Когда огромные зубы щелкнули возле его правой ноги и едкая слюна обожгла кожу, беглец закричал. От этого дикого крика Врон и проснулся. Ниш сидел рядом и дрожал мелкой дрожью.

— Ты напугал меня, — пробурчал он. — Тебе было больно, или это было что-то другое?

— Это был просто плохой сон.

Врон сел. Небо над головой стало лимонно-желтым и быстро темнело. Облака, если это были облака, казались кроваво-красными.

— Приближается ночь, — проскрипел Ниш. — Нам нужно найти какое-то укрытие. Обычно ночью на охоту выходят самые опасные хищники.

— Я до сих пор чувствую слабость и не могу идти. Единственное, что могу предложить: давай залезем на ближайшее дерево и там переждем ночь.

— Недурная мысль, — согласился Ниш, — только если местные хищники не живут на деревьях.

— Придется рискнуть, оставаться на земле, я думаю, будет еще опаснее.

— Я-то смогу залезть на дерево, мне помогут когти, а вот сможешь ли ты?

— Попробую, — неуверенно ответил Врон, приглядываясь к деревьям. Они были такими огромными, что молодой человек не смог бы обхватить даже самый тоненький ствол, да что там ствол, ветки над головой были такой толщины, что потребовался бы десяток людей, что бы обхватить их.

Ниш вонзил когти в черную кору и стал быстро подниматься вверх. Скоро он уже сидел на нижней ветке, которая находилась в десятке его ростов над землей.

Врон подошел к стволу и понял, что сможет взобраться. Кора у дерева была неровной, с глубокими впадинами, которые можно было использовать как ступеньки лестницы. Пусть не так быстро, как Ниш, но охотник тоже добрался до нижней ветки.

Быстро темнело, над головой появились звезды. Они были огромными и очень яркими, однако под деревьями сгустилась непроглядная тьма.

Ночное зрение Врона почему-то не работало. Видимо, тело еще не приспособилось к этому миру. Наконец охотник устал таращиться в темноту, прислонился к стволу и закрыл глаза. Он чувствовал себя разбитым и уставшим, словно пробежал не один десяток километров. Его все еще мутило, хотя уже и не так сильно.

— Мы можем упасть вниз ночью, если будем неосторожны, — проскрипел Ниш. — Нужно спать по очереди и присматривать друг за другом.

— Это лишнее. Я не упаду, да и ты вряд ли свалишься, если вонзишь когти в кору.

— Отличная идея! — Ниш улегся на ветку и впился в нее когтями. — И все-таки я беспокоюсь за тебя, люди лишены когтей…

— Когтей у меня нет, но я упираюсь спиной в ствол, так что не упаду.

— От этого мира у меня внутри все дрожит. Не понимаю, почему повелители выбрали его для нас?

— К нему надо просто немного привыкнуть. Он не так уж плох: много земли, зелени. А нашим телам требуется время, чтобы приспособиться.

— Здесь даже воздух какой-то другой, я дышу полной грудью и не могу надышаться.

Врон прислушался к себе и понял, что тоже дышит не так, как обычно. Его грудь судорожно вздымалась, а кожа стала шершавой, поскольку открылись все поры.

— Ты прав, воздух здесь другой. Но если тебе тут не нравится, мы можем вернуться.

— Возвращаться нельзя. Мы пришли сюда, чтобы помочь моим собратьям. И моя неуверенность вызвана только тем, что этот мир меня пугает. Надеюсь, что ты прав и уже завтра наши тела будут чувствовать себя лучше.

Врон закрыл глаза. Здесь не только воздух был другим, здесь все было чужим. Странные запахи наполняли воздух, кора деревьев тоже пахла, и запах этот был не очень приятным. И не только запахи, звуки тоже были странными. Охотник слышал топот шагов, рев зверей. И существа, их издававшие, явно были невероятно огромными.

Врон вложил голову в выщерблину коры и попытался заснуть. И тут он почувствовал слабое колебание воздуха. Но это был не ветер. Врон открыл глаза и в слабом свете звезд увидел круживших над ним огромных насекомых с прозрачными крыльями. Вот одно из них опустилось к ноге и село рядом с набедренной повязкой. Врон присмотрелся. Это существо было похоже на обычного комара, только размером оно было в половину его ладони.

Врон с любопытством наблюдал. Вот комар высунул хоботок и попытался проткнуть его кожу. Врон почувствовал давление в этом месте кожи, потом давление внезапно ослабло и исчезло совсем, а высохшее тельце упало на ствол.

Врон усмехнулся и закрыл глаза. Вот теперь он ничего не боялся. Его тело стало само поедать насекомых! Значит, оно приспосабливается. И самое главное, охотнику больше не надо заботиться о пище — она сама прилетит к нему.

Врон услышал, как заворочался демон, потом негромко вскрикнул:

— Меня укусили. Кто это был?

— Это местные насекомые, — пояснил Врон. — Они пытаются высосать из тебя кровь.

— Им удалось проткнуть мне кожу. Ну, если им так хочется полакомиться мною, то я не буду им мешать. Пожалуйста, подлетайте.

Врон услышал чавканье.

— А на вкус они очень даже неплохи. Если хочешь, я поймаю и тебе.

— Спасибо, но мне даже не надо их ловить. Они сами садятся на меня.

— Ты их ешь или они тебя?

— Пока я их ем.

— Хорошо, а то я начал беспокоиться за тебя, такие кровососы могут и убить.

— Меня им не убить.

— Тогда я буду спокойно наслаждаться их нежным вкусом.

— Если ты заснешь, то и они смогут насладиться тобой.

— Думаю, они скоро поймут, что лучше меня не трогать. Ты не пробовал вот этих крупных с красными крыльями?

— Я пробую всех, кто пытается попробовать меня.

— Этот мир начинает мне нравиться, не нужно гоняться за едой, она сама прилетает к тебе. Надо признать, что мир, из которого мы пришли, беден живностью.

— Благодаря вам, демонам…

Мы слишком надолго задержались там, нам уже давно надо было уйти, но повелители потеряли интерес и к нам, и к своим планам.

— В этом мире, думаю, не только насекомые такие крупные, но и хищники, — задумчиво произнес Врон. — Если демоны столкнулись с ними, то это и могло стать причиной их гибели.

— В том, что они столкнулись с хищниками, я не сомневаюсь. Но убить демонов-воинов почти невозможно. Они очень быстры, у них легко зарастают раны, у них крепкие клыки и когти. Они могут убить даже трока, если нападут организованно.

— В том мире вам стало невозможно жить как раз потому, что воины начали нападать на троков, — заметил Врон. — Результат оказался плачевным. Если здесь существуют подобные хищники, то понятно, почему этот мир стал для вас опасным.

— Возможно, что все дело в этом, — согласился Ниш. — Но этот мир выбрали для нас повелители, значит, они были уверены, что мы справимся. К тому же троки разумны, а местные хищники вряд ли. Демоны-воины должны с ними справиться. Но мы еще ничего не видели и не готовы сделать правильные выводы.

— Я только предположил и очень бы не хотел оказаться правым…

— Неожиданно Врон замер.

— Ниш, — прошептал он. — Посмотри вниз.

Демон взглянул под ветку и задрожал мелкой дрожью.

Под деревом стоял тигр, принюхивавшийся к их следам. Но что это был за тигр! Из его пасти свисали огромные клыки, да и сам он был размером с небольшой дом. Тигр подошел к стволу и вновь принюхался.

Врон сразу подумал о том, что они выбрали не самое лучшее убежище. Этот тигр при желании легко бы допрыгнул до ветки, на которой они сидели.

Хищник вытянулся во весь рост, и его когти содрали кору на стволе всего в каком-то метре от Врона. Охотник вытащил меч и приготовился к схватке. Он не надеялся на то, что ему удастся убить зверя, но если он сумеет нанести тигру тяжелые раны, тот, может быть, и отступит. Но ему самому потом придется долго восстанавливаться, благо, как правильно заметил Ниш, еды здесь достаточно.

В этот момент где-то рядом послышалось громкое сопение, и тигр насторожился. Он замер, хвост его нервно замолотил по траве. Потом зверь одним прыжком исчез в зарослях.

— Ты был прав, — чуть слышно проскрипел Ниш.

— С таким зверем даже трем демонам-воинам придется туго. Они смогут его убить, но будут серьезно ранены, а может быть, и сами погибнут.

— Говори тише. Тигр все еще где-то рядом. Надо подняться выше, иначе нам несдобровать.

Ниш прополз по ветке и начал карабкаться вверх. Врон, убрав меч, последовал за ним. На полпути до следующей ветки он остановился и замер, прислушиваясь. На земле что-то происходило. Врон добрался до ветки, сел удобнее и посмотрел вниз.

Что-то темное не спеша вышло из густых зарослей на поляну и стало прислушиваться. Из-за кустов выскочил тигр и впился зверю в холку. Тот упал. Ниш возбужденно принюхивался.

— Кровь, — прошептал он. — Я слышу запах крови. Охота была удачной.

Снизу послышались звуки разрываемой плоти, тигр рвал зубами тело своей жертвы и урчал от удовольствия.

Врон прижался к стволу и закрыл глаза. Ему не хотелось ничего видеть и слышать. Все, что происходило под деревом, пугало его не меньше, чем тогда, когда он столкнулся со своим первым демоном. Сейчас демоны ему уже казались милыми и тихими существами в сравнении с теми хищниками, что бродили во тьме и потрясали лес своим ревом.

Охотник даже не мог представить размер животных, от чьей поступи содрогалась земля и раскачивалось дерево, на котором они с Нишем прятались. И даже огромный тигр под деревом, рвущий клыками свою добычу, замирал, когда громкий рев и тяжелые шаги приближались. В конце концов тигр не выдержал и убежал в кусты. Ниш прижался к Врону, словно надеялся, что тот сможет его защитить от чудовища, затаившегося в густом мраке.

— Как могли повелители привести нас сюда? — пробормотал демон. — Здесь же невозможно выжить.

— Ты сам сказал, что демоны-воины умны, сильны и быстры…

— Но и они все погибли…

— Значит, самое страшное мы еще не видели и не знаем.

— Да! Я даже думать боюсь о том, что это может быть. Если мы все-таки сумеем избавить демонов от этого страшного, мне придется вновь заняться выведением демонов-воинов.

— Ты знаешь, как это делать?

— Конечно, я же умник. Но на это потребуется не сколько лет. Самое главное, чтобы самки не погибли.

Врон кивнул и снова закрыл глаза. Он все еще хотел спать. Насекомые куда-то исчезли. Рев животных стал заметно тише. И охотник задремал.

Ему приснилась все та же покрытая травой равнина. Врон увидел стадо животных, похожих на оленей. У них были ветвистые рога, они были огромны и соответствовали размерам тигра, который прятался в высокой траве, подкрадываясь к ним все ближе и ближе. И когда тигр уже приготовился к прыжку, вот тогда это и случилось.

Трава неожиданно поднялась высокой волной и стала двигаться. Олени бросились к лесу, но волна догнала и поглотила тех, кто не успел домчаться до леса. Мимоходом она проглотила и тигра. Даже во сне Врону стало страшно.

Молодой человек проснулся и почувствовал, как затекло его тело от неподвижного сидения на ветке. Солнце уже вставало над лесом, оно было бледно-красным и совсем непохожим на солнце в его мире — слишком оно было велико. Впрочем, в этом мире все было огромным.

Ниш не спал, а задумчиво смотрел вниз.

— О чем ты задумался? — спросил Врон. — Что там, еще один зверь?

— Там никого нет, — покачал головой демон. — Я думаю о том, какое же на вкус животное, что лежит под нами. Не могу думать ни о чем другом, мне очень хочется мяса.

— Ну, это легко исправить. Давай спустимся и по пробуем.

— А тигр? Что, если он бродит где-то поблизости? Вряд ли ему понравится, если мы начнем есть его добычу.

— От тигра мы, может, и сумеем спастись. А вот от того хищника, что его напугал, вряд ли. Но спускаться все равно придется. Ночь закончилась, нам пора идти дальше, если мы хотим найти демонов.

— Ты прав, спускаться придется. Ты не мог бы пойти первым, а то я никак не могу оторваться от этой ветки. Все время думаю о тигре, мне так и кажется, что он прячется вон в тех кустах.

— Хорошо, я пошел.

Врон, цепляясь за кору, стал спускаться. Страха в нем не было. Возможно, потому, что он чувствовал себя бодрее и сильнее. Вчерашняя слабость прошла за ночь, видимо, этому помогла энергия насекомых, которые слетали сейчас с охотника легкой пыльцой. А возможно, просто его тело уже подстроилось под этот мир.

Под деревом лежал олень, похожий на тех, что Врон видел в своем сне. Внутренности животного были вырваны и съедены тигром, но оставшегося мяса вполне хватило бы на то, чтобы накормить небольшую деревню. Ниш слез с дерева и, возбужденно принюхиваясь, подошел к туше.

— Ты не будешь возражать, если я немного поем? спросил он. — Обычно я редко ем мясо, но сейчас меня трясет от нетерпения.

— Ешь, — пожал плечами Врон. — Возможно, это как раз то, что тебе сейчас необходимо.

Ниш вырвал когтями огромный кусок и съел его с громким чавканьем, потом еще один, потом еще. Живот у него раздулся, но демон продолжал есть и никак не мог остановиться. Врон недовольно покачал головой.

— Хватит! Если ты съешь очень много, то не сможешь идти. А если придется бежать или карабкаться на дерево? Жадность тебя погубит…

— Надеюсь, что ты сможешь защитить меня, — проскрипел Ниш, с тяжелым вздохом отворачиваясь от туши.

— Попытаюсь, конечно, но я мал ростом и легок. Тигр собьет меня с ног одним ударом.

— Ниш неохотно отошел от туши и встал рядом с охотником.

— Спасибо, что остановил. Сам бы я не смог. Такого со мной никогда еще не было.

— Со мной тоже! — Врон прислушался к себе. Он чувствовал, как в нем прибывает сила, его кости скрипели, подстраиваясь под растущие мышцы. — Ты знаешь, в каком направлении нам идти?

— Я еще вчера пытался найти какие-нибудь следы, но ничего не заметил.

— Демоны, бесспорно, были здесь, — Врон показал рукой на дерево, на котором они провели ночь. — Вряд ли эти царапины оставил тигр.

Ниш подошел к стволу, принюхался и растерянно развел лапами.

— Ты прав, это следы когтей демонов, но я не чувствую их запаха. Прошло слишком много времени с того мо мента, как они были здесь. Запах уже почти весь выветрился.

— Как же мы тогда будем их искать?

— Они должны были оставлять следы когтей. Это только первый след, должны быть еще. Я найду.

Ниш прошел по поляне, вглядываясь в каждое дерево, потом замахал лапой, призывая Врона. Он показал на длинную глубокую царапину, прорезавшую кору почти до древесины.

— Они пошли в том направлении. — Ниш показал лапой на кусты. — Ты не мог бы войти в эти кусты первым? Мне почему-то кажется, что там нас обязательно поджидает страшный зверь.

— Могу, почему бы и нет? Рано или поздно нам все равно придется схватиться с каким-нибудь голодным хищником, так почему бы не сейчас?

Кусты были плотными и казались непроходимыми, но охотник заметил чуть в стороне от того места, где он стоял, пожелтевшие ветки. В кустах была проломлена каким-то животным, а может быть, и демонами, небольшая просека.

Врон спокойно прошел по ней и вышел на следующую поляну. Ниш тут же обогнал его и, подбежав к большому дереву, радостно замахал лапами. Он нашел следующую царапину.

Когда стало темнеть, путники снова залезли на дерево. Врон проголодался: за весь день он ничего не съел. Поэтому, когда солнце скрылось и появились насекомые, он обрадовался. Ниш тоже оживился, и Врон сразу услышал его довольное чавканье. Похоже, кровососы нравились демону не меньше, чем мясо оленя.

Ночь прошла спокойно, их никто не тревожил, под деревом никто не прятался, но где-то в стороне всю ночь слышалась какая-то возня. Ночные хищники обходили это место стороной, оглашая окрестности громким ревом.

Утром на соседней поляне путники увидели перед собой огромное сооружение, которое возвышалось на добрый десяток метров и было собрано из веток и земли. Они подошли поближе, и тут на них напали.

Огромные муравьи с большими крепкими челюстями устремились на путников со всех сторон. Насекомые доставали им почти до колен, когда вставали на задние лапки.

Нишу сначала это показалось забавным, он даже съел несколько десятков атаковавших его муравьев. Врон тоже рассмеялся: муравьи падали у ног, едва касались его кожи. Но когда из муравейника стали выбегать целые колонны насекомых, путники поняли, что дело принимает дурной оборот и надо срочно ретироваться.

Муравьев было много, тело Врона просто не успевало отнять у них энергию и жизненную силу. А муравьи бесстрашно лезли вперед по высохшим трупикам своих товарищей. Когда Врона укусил первый муравей, на молодом человеке осталась очень болезненная рана. Охотник молниеносно схватил демона за плечо и потащил его подальше от поляны. По дороге его укусили еще пару раз. Но потом, к счастью, преследователи отстали от беглецов.

После стычки Врон хромал часа два. Муравьи вырвали из его ноги изрядный кусок мяса. Ниша спасла его крепкая кожа, но муравьиные челюсти оставили на ней две глубокие ранки, которые демон потом долго зализывал.

В конце концов путникам в очередной раз пришлось залезть на дерево и провести на нем остаток дня, потому что ни тот ни другой не смогли идти дальше. Укусы оказались очень болезненными, возможно потому, что в слюне муравьев содержался яд. Ниш стонал, его трясло, а его кожа снова стала серой.

Тело Врона быстро справилось с ядом, но молодому человеку пришлось заращивать рану, и утром он чувствовал слабость. Поэтому оба решили, что не смогут идти дальше, и провели еще один день на дереве.

На следующее утро они отправились на поиски демонов, но уже гораздо осторожнее, вглядываясь не только в кусты, но и в густую траву под ногами. Ниш по-прежнему каким-то непонятным образом находил следы когтей демонов, которыми те метили свой путь. Но лицо его все больше выражало недоумение и растерянность.

— Не понимаю, куда они идут? Этот мир очень опасен. Почему они не остались возле прохода? Что они искали? Я все больше беспокоюсь за них. Мы прошли уже достаточно далеко, а я все еще не чувствую их запаха. Они все так же далеко.

Врон только пожал плечами. Он не знал, куда шли демоны и что они искали.

Загадка разрешилась на следующий день. Ниш поднялся на вершину высокого дерева, а когда он спустился вниз, лицо его сияло от радостного возбуждения.

— Я знаю, куда они направились, — торжествующе воскликнул демон. — За лесом я увидел большую гору. Если демоны еще живы, они там!

— Почему ты так решил?

— Я просто знаю, как рассуждал старый. Он полагал, что выжить в. новом мире и освоить его можно только в более или менее безопасном месте. Горы — это как раз то, что лучше всего соответствует требованиям безопасности. Там гораздо меньше живности, чем в лесу, горы более открыты, и опасность можно увидеть издалека.

— Кроме того, среди скал можно найти пещеры, где легко спрятать молодняк и самок. Я уверен, что он рассуждал именно так.

— Думаю, он ошибался…

— Почему?

— Потому что сейчас они там погибают… Врон пошел вперед, но Ниш скоро обогнал его.

— Это совсем близко, — проскрипел он. — Гора вот за теми деревьями. А насчет того, что они погибают именно потому, что пошли в горы, я не уверен. Горы всегда безопаснее леса.

Путники пробрались сквозь кусты, и перед ними показалось ровное поле, покрытое густой сочной травой. За полем возвышалась большая гора.

— Они там, я уверен, — проскрипел Ниш и побежал вперед.

Врон какое-то время стоял, разглядывая траву и гору. Что-то ему здесь не нравилось, но пока он не понимал что. Ниш пробежал уже метров сто, прежде чем Врон понял, что именно это поле он и видел в своем сне. Охотник бросился за демоном, но тот бежал очень быстро, его невозможно было догнать.

Вдруг трава под ногами охотника стала желтеть, а сам он почувствовал, как его ноги удлиняются и наливаются силой. Изменениям помогали насекомые, которые появлялись из травы и кружили над ним прозрачным облаком. Они давали человеку необходимую энергию и силу. Врон побежал огромными прыжками.

Однако, несмотря на столь мощную энергетическую подпитку, охотник сумел догнать демона только на середине поля, когда уже стало все равно, куда бежать — вперед или назад.

— Ниш, — прокричал он. — Это поле опасно. Под землей прячутся хищные звери.

— Я никого не вижу, — проскрипел Ниш. — Но если они появятся, мы их увидим издалека.

— Не увидим. Они перемещаются под землей.

— Как грумы? Как грумы. Если хочешь жить, ты должен бежать еще быстрее.

— Я бегу так быстро, как могу. Кстати, я уже вижу демонов! Они встречают нас.

Врон бежал, стараясь охватить взглядом все поле и каждую секунду ожидая нападения из-под земли. Но ничего не происходило.

— Где же твои звери? — весело спросил Ниш. — Ты же видишь, здесь никого нет. В этот раз, похоже, чутье тебя подвело.

— Не думаю. Но надеюсь, что с нами ничего не случится и мои страхи напрасны.

Демоны стояли на высоком камне в паре сотне метров от горы. Вот трое спрыгнули на траву и побежали навстречу Нишу. Когда они приблизились, Врон определил, что это демоны-воины. Они подхватили умника и понеслись обратно так, что Врон сразу отстал. Один из воинов побежал с ним рядом, настороженно озираясь вокруг.

— Ты не можешь бежать быстрее? — нервно спросил он. — Из-за тебя я могу погибнуть.

— Беги вперед. Я сумею позаботиться о себе.

— Ты не знаешь, что за животные здесь прячутся, они очень опасны.

Большой серый камень был уже близко, Врон и демон легко запрыгнули на него, с трудом переводя дух. Ниш уже был наверху, он рассматривал воинов с довольной улыбкой.

С— тарый сказал, что вы все погибли.

— Так оно и есть, — мрачно отозвался один из воинов. — Мы — это все, что осталось от двух сотен воинов.

— Отлично, — довольно потер лапы Ниш. — Я думал, что дела еще хуже…

— Что ты нашел в этом хорошего, умник? — угрюмо осведомился воин. — Тебе нравится, что нас осталось только трое?

— Я доволен, что хотя бы вы выжили, — весело проскрипел Ниш. — А если бы вообще никого не осталось?

— Вот тогда мне пришлось бы искать ваши тела, чтобы было из чего приготовить семенную сыворотку для оплодотворения самок.

— Все тела воинов остались там. — Один из демонов показал на поле.

— Это хорошо, — проскрипел Ниш. — Сейчас мы пойдем туда и заберем не сильно разложившиеся тела.

Ниш шагнул к краю камня, но, прежде чем он успел спрыгнуть, его схватили воины.

— Они мертвы, и мы не знаем, кто их убил. Если ты пойдешь туда, то и ты умрешь.

— Человек мне говорил о какой-то опасности, но я ничего не заметил. Вот в лесу действительно страшно, а здесь тихо и спокойно.

— Это кажущееся спокойствие, на самом деле все не так. Мы удивлены, что вы смогли пройти поле и за вами не погнался зверь.

Ниш недоуменно пожал плечами.

— Я никого не вижу и считаю, что вы чрезмерно чем-то напуганы, чтобы спокойно рассуждать. Отпустите меня, я должен найти тела мертвых воинов, тогда мне будет легче восстановить вас.

Демоны в ответ только крепче сжали его лапы.

— Ты никого не найдешь, все воины съедены, от тел ничего не осталось.

— Что? — недоуменно проскрипел Ниш, разглядывая высокую траву. — Но я по-прежнему ничего не вижу.

— Увидишь позже, — мрачно пообещал один из демонов. — А сейчас нам необходимо добраться до лагеря. Это тоже будет не просто. Мы понесем тебя, но человеку придется бежать самому. Кстати, зачем ты его привел?

Он наш враг, разве ты этого не знал?

— Он не враг нам, — покачал головой Ниш. — Он наш единственный друг.

— Он враг! Разве ты не видел тела воинов в мире вечной зимы? Они лежат там, похожие на ледышки, и среди них лежит наш командир, которого сейчас так не хватает. Этот человек убил их.

— Видел. Хорошо, что вы мне напомнили об этих телах. Если придется делать сыворотку, их нужно будет принести сюда. Можно отправиться прямо сейчас. Вы же справитесь со зверями, которые охотятся в лесу?

— Он ничего не понимает, хоть и умник, — переглянулись между собой воины. — Он даже не понимает того, что ему не добраться до леса, не то что вернуться обратно в ледяной мир.

— Я не понимаю вас, — развел лапами Ниш. — Но, видимо, я слишком мало знаю и тороплюсь с выводами.

— Это точно. — Демоны стали вглядываться в траву, разделяющую камень и гору. — И все-таки зачем ты привел сюда этого человека? От него приходится ждать только неприятностей, а их и без того нам хватает.

— Это он привел меня, — проскрипел Ниш, продолжая разглядывать поле. — Он защищал меня, и он открыл про ход, сам бы я не сумел это сделать.

— Человек, — обратился один из демонов к Врону. — Мы ценим все, что ты сделал. Мы благодарны тебе за умника, но помни, что мы по-прежнему ненавидим тебя. Мы не будем убивать тебя сейчас, но позже, когда умнику ты будешь уже не нужен, тебе придется уйти, если, конечно, хочешь жить. А сейчас нам нужно преодолеть этот участок поля, чтобы добраться до горы. Ты-то хоть понимаешь, какая опасность таится в этом поле?

— Понимаю. За меня не беспокойтесь, я буду осторожен. Вытаскивайте своего умника, а я буду спасать себя сам.

Воины переглянулись, потом спрыгнули с камня и побежали к горе, таща вырывающегося Ниша на своих плечах.

Врон подождал, пока они доберутся до пологого каменистого склона, потом спрыгнул сам и побежал. На этот раз он уже не боялся поля.

«Если что-то должно было случиться, — подумал он, — то это бы уже случилось. Похоже, зверь спит или, может быть, ушел совсем из этих мест». Демоны только недовольно фыркнули, глядя на его неторопливый бег, потом стали взбираться вверх.

Гора была частично покрыта травой, кое-где виднелись небольшие, изогнутые ветром деревца. Впрочем, «небольшими» они были в сравнении с другими местными деревьями. На самом деле они были примерно того же размера, что и деревья в родном мире Врона. Когда путники поднялись выше, охотник увидел небольшой распадок между двух вершин, а в нем толпу демонов.

Ниша встречали как повелителя. Демоны склонялись перед ним в низком поклоне. Врон шел следом, не обращая внимания на хмурые взгляды демонов-охотников. Их было не так уж много, гораздо меньше, чем прошло через проход. Врон насчитал чуть больше пятисот, включая детенышей, сидевших на плечах самок. А не так давно их было больше двух тысяч.

Воины привели Ниша к высокому камню и помогли взобраться на него, потом сами легко запрыгнули наверх и встали за спиной вождя, как почетная охрана.

Врон остался внизу, в толпе демонов, их самок и детенышей. Затем молодой человек тихонько отошел к скале. Запах демонов был настолько сильным и неприятным, что он едва мог дышать. Охотник уже забыл, как сильно и неприятно пахнут демоны. Ни Ниш, ни лекарь, ни скрыт не обладали таким острым и невыносимым запахом, как охотники.

Врон поднялся на небольшой каменный уступ и лег там, прислушиваясь к разговору демонов с Нишем.

— Мы голодаем, — жаловались они. — Наши дети умирают. Это благодатный мир, в нем много пищи, но мы не можем дойти до леса, чтобы поохотиться на зверей. Под травой в поле живут страшные звери, они пожирают нас. Даже воины не смогли справиться с ним, они все погибли, и теперь нас некому защитить. Мы умрем здесь, если ты не спасешь нас. Когда и куда ты нас поведешь?

— Я вас никуда не поведу, — проскрипел Ниш. — Этот мир выбрали для нас повелители, и мы все останемся здесь.

— Но мы умираем с голоду. Мы уже давно питаемся только насекомыми, потому что на этой горе больше ничего нет. Но и насекомых становится с каждым днем все меньше и меньше. Спаси нас.

— Для этого я сюда и пришел. Наберитесь терпения, необходимо разобраться в том, что здесь происходит. Дайте мне немного времени, потом я скажу, что делать. А пока я прошу всех уйти, пусть останутся только самки. Я выберу тех, кто сможет выносить в себе яйцо демона воина. Без воинов у нас нет никаких шансов выжить в этом мире, поэтому сначала я займусь их выведением.

Демоны, недовольно ворча, разошлись, оставив самок у камня. То, что происходило дальше, Врона больше не интересовало, и охотник уснул.

Проспал он до самого вечера. Человека никто не замечал, он никому не был нужен.

Проснувшись, Врон посмотрел вниз. Ниш по-прежнему стоял рядом с камнем, самок вокруг него осталось не так уж много, не больше полусотни, и демон что-то делал с ними. Врон снова закрыл глаза. На этот раз он проспал почти до самого утра, даже не почувствовав, как ночью над ним закружились насекомые. Врон это обнаружил только утром, когда увидел, что весь покрыт их засохшими тельцами. Они прилипли к слизи, которую выделяло его тело, все еще перестраивавшееся под новый мир.

У камня никого не было, демоны ушли. Врон спустился вниз и пошел искать воду, чтобы смыть с себя слизь. Выше он нашел небольшую грязную лужу, около которой было много следов демонов.

Охотник брезгливо вымылся и порадовался тому, что, по крайней мере не придется отсюда пить. В этом мире воздух был влажным, влага впитывалась в кожу, этого организму вполне хватало.

Врон снова забрался на уступ, но заснуть ему не удалось, только он начал дремать, как за ним пришел демон-воин.

— Умник зовет тебя, человек. Спускайся вниз, я отведу тебя.

Они прошли к склону горы перед полем. Ниш сидел там, на голом камне, лицо его было усталым и мрачным. Два демона-воина и пятеро охотников сидели поблизости.

— Ты меня предупреждал о звере, человек, когда мы вступили на поле, — проскрипел Ниш. — Выходит, ты знал о нем?

— Я видел опасность в одном из своих снов, но не сразу понял, что это именно то поле, иначе я бы не пустил тебя одного.

— Как выглядит этот зверь?

— Я видел только, как на поле вздымается высокая волна травы, которая поглощает всех, кто сюда ступает.

— Ты сказал всех? — недоуменно переспросил Ниш. — Но, посмотри вон туда. — Демон махнул лапой в сторону поля. — Вон там, возле леса, пасутся олени, их много, целое стадо, и их никто не трогает.

Врон посмотрел, куда указывал Ниш.

— Я не вижу, — признался он. — Мне нужно подойти поближе.

— Это опасно, — проревел демон-воин, — но тебя, человек, мы останавливать не будем, ты по-прежнему наш враг. Убить мы тебя не можем, но и мешать сделать это зверю мы не станем. Можешь подойти поближе. Лучше всего, если ты будешь наблюдать с камня, что стоит между нами и лесом. На камне вполне безопасно. Зверь не трогает тех, кто стоит на нем.

— Человек нам нужен, — недовольно проскрипел Ниш. — Он единственный, перед кем открываются врата между мирами. Мы не можем позволить ему умереть. Кому-то из вас придется сопровождать его. Я не хочу, чтобы с ним пошли воины, их осталось слишком мало. Новые воины родятся не скоро…

— Я отведу человека, — вышел вперед один из охотников. — Моя самка уже родила большое потомство.

— А почему, собственно, я должен куда-то идти? вздохнул Врон. — Вы видите оленей, я — нет и не хочу их видеть.

— Мы должны понять, что за зверь скрывается под этой травой, — проскрипел Ниш. — От остальных, кто здесь находится, нет никакого толку. Они слишком на пуганы, чтобы внятно рассказать об увиденном, а ты, человек, обладаешь острым умом и смекалкой и ты уме ешь выживать. Я прошу тебя, посмотри зверя вблизи.

— Хорошо, если это твоя просьба, то я могу сходить и посмотреть на оленей.

Демон-охотник пошел впереди. До камня разведчики добрались без особых проблем. Вблизи Врон увидел группу животных, о которых говорили демоны. Молодой человек вгляделся в поле и понял, что именно этих оленей он и видел в своем сне. Скоро Врон заметил тигра, который крался к оленям со стороны леса. И дальше все произошло именно так, как случилось в его сне. Неожиданно трава вздыбилась и пронеслась волной по полю, а когда волна исчезла, уже не было ни оленей, ни тигра. Врон даже не смог разглядеть пятен крови, которые неизбежно должны были остаться на траве.

— Ты все увидел, человек? — спросил посеревший от страха демон-охотник. — Если увидел, то нам лучше вернуться в скалы, пока зверь переваривает оленей.

— Хорошо. Вернемся к остальным.

Охотник легко спрыгнул с камня и побежал к склону горы, где их ждали Ниш и демоны. Врон подошел к краю, но последний шаг сделать не смог. Чувство опасности предупредило его о чем-то близком и ужасном. Охотник замер на месте с нелепо поднятой ногой.

И тут он увидел, как земля вздымается высокой волной и движется от горы к камню. Зеленокожий демон-охотник что-то закричал, размахивая руками, потом быстро развернулся и побежал назад к камню, но не успел. Волна травы подкатилась к несчастному и разверзлась огромной воронкой, куда демон и провалился. Еще какое-то время были видны его руки и голова, потом все исчезло, поле вновь стало ровным и благостно спокойным. Неожиданно оно взбугрилось и из травы что-то вылетело в сторону Врона. Когда это упало к ногам охотника, Врон увидел голову демона с открытыми, полными ужаса глазами.

Охотник сел на камень, внутри у него все дрожало. Врон просидел так довольно долго, бессмысленно глядя на траву. Он никак не мог встать, потом вдруг безотчетно спрыгнул вниз.

Демоны на склоне предостерегающе взревели и, вскочив, стали размахивать лапами, но охотник не обращал на них никакого внимания. Все его внимание было приковано к траве.

Врон побежал вперед огромными прыжками. Он бежал и ждал, что вот-вот перед ним появится высокая волна травы и поглотит его, но ничего не происходило. А когда до скал осталось не больше полусотни метров, охотник вдруг понял, что ничего и не произойдет. Он запрыгнул на склон и упал на землю, судорожно дыша. Демоны-воины недовольно покачали головой.

— Лучше бы погиб ты, человек, а не охотник. Ниш подошел к Врону и сел рядом.

— Я не ошибся в тебе. Ты действительно умеешь вы живать. У тебя есть то редкое чутье, что делает разумное существо везучим, и ты сейчас продемонстрировал мне его. С этого дня, обещаю, всегда буду слушать твои предупреждения. Но сначала ответь мне на несколько вопросов. Как ты сумел понять, что не следует бежать за охотником? Почему ты не остановил его? И самое главное, как ты понял, что зверь ушел и можно вернуться?

— А я ничего не понял, — грустно усмехнулся Врон. — Это, как ты говоришь, то самое чутье. Я уже был готов прыгнуть следом за охотником, но что-то меня остановило. А пока я думал, что это было, охотника уже съели. Потом, когда я спрыгнул с камня, то уже почему-то знал, что мне ничего не угрожает.

— Так я и думал, — уважительно проскрипел Ниш. — В тебе есть что-то, что управляет тобой. И это что-то умнее тебя, да, пожалуй, и меня. Это хорошо, мне снова потребуется твоя помощь, чтобы выманить зверя. После только что увиденного я не могу взять с собой демонов.

Мы пойдем вдвоем. С тобой безопасно, если следовать твоим предупреждениям.

— Выманить зверя? Ты думаешь, это возможно?

— Думаю, да. Я догадываюсь, что это за зверь, но мне нужно его увидеть, чтобы окончательно в этом убедиться. Завтра мы отправимся на охоту, а сегодня мне необходимо сделать кое-какие приготовления.

— Не знаю, что ты задумал, — покачал головой Врон, — но чувствую, что это что-то очень опасное.

— Конечно, опасно, но мы должны это сделать. Если мы не узнаем, кто прячется под землей, то и не поймем, как с ним бороться.

— Я даже не представляю, кто там прячется.

— Я умник, так меня называют другие демоны, потому что у меня много знаний в голове. Если сказать честно, то я и сам не представляю, что в меня вложили повелители. Но если я увижу зверя, то смогу его узнать, а потом и понять, как его можно убить.

— Если я тебе помогу в этой опасной охоте, ты отпустишь меня к моей самке?

— Нет, сейчас не могу. Могу обещать только, что, как только я решу проблему зверя, мы вместе уйдем отсюда. Такой ответ тебя устраивает?

— Не очень. Но это честный ответ.

Ниш встал и пошел вверх по склону, воины и охотники обступили его, словно охрана лордов, хотя сейчас-то умнику как раз ничего и не угрожало. Врон провел ночь на том же уступе. Его никто не тревожил, только насекомые в очередной раз попытались им полакомиться, поэтому его кожа утром была снова покрыта их высохшими трупиками.

Утром Врон вымылся в той же грязной луже. Он все время думал о том, как ему не хочется жить в этом мире. Впрочем, охотник не сомневался в том, что и демонам здесь тоже не нравится. Они пытались найти самое безопасное место в этом мире, но нашли, как всегда, самое опасное. Эта невезучесть демонов заставила Врона грустно усмехнуться.

Возможно, это не невезучесть, а предопределенность, которая была заложена в них повелителями. Слишком уж все сходилось. Что ни делали демоны, все приводило к тому, что очередной мир становился для них опасным, и именно это заставляло их идти в другие миры, навстречу новым опасностям.

Впрочем, надо признать, что и люди не отличаются большим умом. Они убили всех охотников за демонами. А если сейчас на них нападут демоны? Кто их будет защищать? Разве это не глупость?

Правда, на них никто и не нападет, потому что все демоны здесь, и они погибают, несмотря на то что сильны, сообразительны и проворны. Если демоны не смогли справиться со зверем, то с ним уже никто не сможет справиться. Врону и Нишу можно уходить отсюда с чистой совестью…

Врон вернулся к уступу, там его уже ждал умник.

— Пойдем, — проскрипел демон. — Прежде чем мы начнем охоту, нам нужно добраться до леса.

— Зачем? — удивился Врон. — Ты хочешь умереть?

— Нет, я хочу есть, — усмехнулся демон. — Здесь нет пищи. А то, что находят охотники, разную мелкую живность, мы должны отдавать самкам. Я хочу поесть мяса, а для этого нам придется убить оленя. А еще оленья туша потребуется нам в качестве наживки, чтобы заставить зверя появиться перед нами.

— Сомневаюсь, что мне удастся быстро поймать такого быстрого зверя, как олень, — покачал головой Врон. — Лучше взять с собой воинов.

— Что ж, тогда возьмем с собой и воинов, — согласился Ниш. — Но при переходе через поле ты будешь нами руководить.

— Почему я? Я же человек, а не демон.

— Ты сам как-то говорил, что ты не совсем человек. Но главное, у тебя есть чутье, которое помогает тебе выживать. Не забывай, от того, как быстро мы решим эту проблему, зависит наше возвращение, — добавил Ниш, отводя последние колебания Врона.

— Хорошо, я попробую, только не забывай, что я не настолько умен, как ты, и не настолько силен, как твои воины.

— Но у тебя есть много других полезных качеств, которых нет у нас.

— Тогда пошли, — вздохнул Врон.

Ниш помахал лапой, и из-за поворота появились демоны-воины. Один из них нес на плече длинную, сплетенную из коры веревку.

— Ты знал о том, что я потребую сопровождение? — удивился Врон.

— Я учитывал и такую возможность. Не беспокойся, они будут выполнять все твои распоряжения.

Врон и демоны спустились по склону горы и остановились перед полем, мучительно размышляя над тем, можно ли сейчас здесь пройти. Охотник нерешительно потоптался, потом осторожно ступил на траву.

Ничего не произошло, тогда он помчался к камню. Демоны не отставали. Умника они несли на плечах. Врон взобрался на камень. Демоны обступили его, вглядываясь в траву. Врон отдышался, спрыгнул с камня и помчался вперед.

В середине пути тело его как будто само по себе прибавило скорость, охотник помчался еще быстрее. Демоны чуть ли не обгоняли его, хотя это явно давалось им нелегко. Когда до леса осталось не больше сотни шагов, на поле за их спиной поднялась волна. Они едва успели вбежать под деревья. Волна у края леса остановилась, потом растаяла, словно ее никогда и не было.

— Вот видите, — довольно кивнул Ниш. — Человек чувствует опасность гораздо лучше нас. Теперь, когда мы без особых проблем добрались до леса, нам необходимо поймать какую-то живность, которую мы используем как приманку, чтобы выманить зверя. Какие у тебя будут предложения, человек? В какую сторону нам лучше отправиться, чтобы не встретиться с хищниками?

— Здесь нам не нужна его помощь, — прорычал один из воинов. — Мы не боимся тех, кто ходит по земле и кого мы можем видеть.

— Хорошо, — согласился Ниш. — Мы с человеком по дождем вас здесь. Идите и поймайте какое-нибудь животное.

— Какого размера оно должно быть?

— Такого, чтобы его можно было забросить на веревке в поле, то есть, не очень большое.

— Мы услышали тебя. — Воины исчезли в кустах. — Мы скоро вернемся.

— Выходит, ты решил половить рыбу в поле? — спросил Врон. — Откуда ты знаешь, что так можно выманить зверя?

— Не знаю, я только надеюсь. — Ниш подошел к кромке леса и стал вглядываться в поле. — Как ты считаешь, зверь далеко отсюда?

Врон подошел к демону и попытался шагнуть на траву, но тело отказалось пересечь границу поля.

— Зверь рядом. Возможно, он ждет нас там, где опустилась волна.

— Я тоже так подумал. — Ниш вернулся к деревьям. — Надеюсь, что воины быстро поймают животное и зверь не устанет ждать.

— Что ты собираешься увидеть?

— Самое страшное, что может быть во всех мирах.

— Интересно, что же это такое?

— Скоро узнаешь, я слышу шаги — воины возвращаются.

Действительно, из-за кустов выбежали демоны. Они несли на плечах небольшое животное, не похожее ни на одно животное родного мира Врона. Тело его было покрыто чешуей, как у рыбы, только чешуя эта оказалась твердой, как кость.

— Что это такое? — недовольно спросил Ниш.

— Не знаем! Похоже на детеныша какого-то большого животного. Мы решили, что раз тебе все равно, что привязывать к веревке, то этот зверек ничем не хуже других. Кстати, детеныш еще жив, мы только слегка его оглушили.

— Ладно, привязывайте, — проскрипел Ниш. — Мне действительно все равно, что станет наживкой. Надеюсь, подземному зверю тоже. А то, что оно живое, это даже неплохо. Жаль только, что я не поем мяса…

Демоны быстро и сноровисто обвязали животное веревкой, потом бросили его в поле, привязав веревку к стволу большого дерева. Ничего не произошло. Животное лежало на земле, а трава под ним была неподвижна.

— Что-то у нас не получается, — покачал головой Ниш. — Зверь должен был уже схватить наживку, а он даже не пошевелился. Может, нам попробовать постучать по траве?

— Глупая затея с самого начала, — прорычал один из демонов. — Не этого мы от тебя ожидали, умник. Мы считали, что ты уведешь нас отсюда, а ты занимаешься глупостями, вместо того чтобы спасать нас. Мы, конечно, можем и постучать по земле, только это ничего не даст.

Один из воинов вырвал из земли небольшой ствол дерева и начал стучать им по траве. Ничего не происходило.

— Что скажешь, человек? — спросил Ниш у Врона. — Что нужно сделать, чтобы выманить зверя?

— Не знаю, — пожал плечами Врон. — Идея-то твоя… — Хотя бы скажи, зверь здесь или уже ушел? Врон вновь подошел к кромке поля, затем вернулся.

— Не знаю почему, но я не хочу идти по траве. Скорее всего, зверь где-то рядом.

— Что же мы делаем не так? — задумчиво пробормотал Ниш. — Как его выманить?

И как раз в этот момент странное животное очнулось и попыталось вскочить на ноги, но демоны связали его столь крепко, что оно могло только слабо дергаться. Тогда животное закричало. Это был странный, тонкий, пронзительный и очень печальный крик. Демоны расхохотались.

— Теперь твоя наживка еще и кричит, только зверь все равно не хочет ее есть.

Врон неожиданно почувствовал, что ему очень хочется залезть на дерево. Он не стал сопротивляться этому чувству и полез вверх по стволу ближайшего великана.

— Что ты делаешь? — засуетился внизу Ниш. — И самое главное — зачем?

— Я лезу на дерево, и вам советую сделать то же самое, если хотите жить. Сейчас что-то произойдет.

— Все быстро лезем на ветки, — громко проскрипел Ниш, впиваясь когтями в кору и спешно взбираясь по дереву. Демоны снова расхохотались.

— А если человек полезет под землю, ты тоже полезешь вслед за ним?

— Делайте то, что я сказал, и немедленно! Вы обещали слушаться, — взревел Ниш. — Ваша жизнь все еще нужна демонам.

Воины неохотно подошли к деревьям, и тут со стороны леса послышался такой громкий рев, что у Врона заложило уши. Земля и деревья содрогнулись от тяжелых шагов неведомого существа.

Воины, испуганно оглядываясь, буквально взлетели на деревья. И тут из леса выступило огромное животное, в точности повторяющее то, что сейчас лежало на траве. Разница была только в размерах. Это животное было больше всего, что видел Врон в своей жизни.

Оно по траве подошло к детенышу. Трава сразу вспухла высокой волной и понеслась к жертве. Однако она явно не доставала головы гиганта. И тогда Врон впервые увидел гигантскую, наполненную многочисленными острыми зубами пасть скрывавшегося под землей хищника.

Гигантское животное взревело и ударило мощным хвостом по пасти и травяной волне, открывая тело убийцы. Зверь был похож на большую гусеницу, имел множество ног, а тело его сплошным щитом покрывали мощные костяные пластины.

Животные вступили в смертельную схватку, и сразу стало понятно, что подземный житель гораздо слабее. Он кусал, вырывая огромные куски из тела гиганта, но и животное не оставалось в долгу. Его вооруженный костяными наростами хвост с мощью впивался в плоть гусеницы и разрывал ее в клочья. Вскоре гигант пустил в ход зубы, и тогда его победа уже не вызывала сомнений. Он буквально перекусил хищника пополам, а затем, подхватив детеныша зубами, убежал в лес. При этом веревка, которой малыш был привязан к дереву, лопнула, а дерево переломилось, как тростинка. Хорошо еще, что на нем никого не было.

Ниш спустился и, подойдя к мертвому хищнику, стал задумчиво рассматривать его. Воины и Врон подошли следом.

— Твоя задумка, умник, сработала как надо, — пробормотал воин. — Ты убил зверя. Мы можем больше его не бояться. Ты спас нас. Извини, что мы думали о тебе столь плохо.

— Да, да, — пробормотал Ниш. — Конечно, все получилось не так, как я задумал, а гораздо лучше. Что ты думаешь, человек, мы спасли демонов?

Врон прошелся по траве, потом вернулся.

— Если мы хотим добраться до демонов, то лучше сделать это сейчас, — сказал он. — Потом будет поздно.

— Поздно, почему поздно? — Демон-воин вырвал кусок мяса из туши мертвого хищника и стал с аппетитом жевать. — Зверь убит, мы можем больше его не бояться. Вкус не очень хороший, но есть можно.

Другие демоны тоже стали рвать мясо.

— Человек хочет сказать нам, что зверь был не один, — проскрипел Ниш, засовывая в пасть кусок мяса. — Пожалуй, я увидел все, что требовалось. Давайте возвращаться. Бежать или идти? — спросил он у Врона.

— Бежать и как можно быстрее. Не знаю почему, но я чувствую, что времени у нас мало, а потом мы уже не сможем пройти.

— Вперед! — скомандовал Ниш воинам.

Демоны схватили умника и побежали по полю. Врон не отставал. Едва они успели добраться до камня, как сзади послышался громкий шум. Беглецы оглянулись. В месте, где лежал убитый хищник, встретились две огромные травяные волны.

— Вот сейчас мы можем спокойно добраться до горы, — улыбнулся Врон. — И даже можем не торопиться.

— Ну уж нет! — воскликнул один из воинов. — Лучше бежать.

Демоны вновь подхватили Ниша и понеслись по полю. В этот раз Врон сразу отстал, но он и не спешил. Охотник часто останавливался и оглядывался назад. Поле было ровным, а тело погибшего хищника исчезло.

Воины спустили Ниша с плеч и стояли рядом в ожидании дальнейших указаний. Ниш отправил их в лагерь, а сам подошел к Врону.

— Я знаю, кто этот подземный зверь, — проскрипел он. — Все мои самые невероятные и неприятные ожидания сбылись.

— И кто же это?

— Это даже не зверь, а всего лишь маленькая личинка, — ответил Ниш. — Но положение наше ужасно.

— И чем же оно ужасно?

— Весь поход в этот жуткий мир был большой ошибкой. Демоны больше никогда не вернутся обратно. Старый демон мертв и уже не сможет ответить за совершенное…

— Не понимаю, что тебя так испугало. Конечно, сейчас все так же плохо, как и день назад…

— Я могу рассказать об этом звере только тебе и больше никому, потому и отослал воинов в лагерь. Подумай сам, что будет с демонами, когда сюда придут те, кто отложил яйца в землю?

— Не знаю, — пожал плечами Врон. — Может быть, и ничего.

— Ошибаешься. Хищники, которые когда-нибудь, но непременно вернутся сюда, самые страшные звери во всех мирах! Никому не удастся спастись от них. Надо уходить сейчас, пока здесь всего лишь личинки.

— Животные могут и не прийти…

— Могут, — согласился Ниш. — Но личинки сами скоро вылезут из-под земли и начнут искать себе пропитание на поверхности. И они найдут его здесь, на этой горе. Вряд ли детеныши будут рыскать по лесу, пока не подрастут…

— Что же это за звери, если даже их личинки настолько страшны, что с ними почти никто не может справиться?

— Этих зверей зовут рвачами. Старый демон сделал большую ошибку, приведя демонов на эту гору. Почему он не остался в лесу? Там бы у них было больше шансов остаться в живых, чем здесь.

— Если бы они столкнулись с тем животным, что убило личинку, демонам тоже пришлось бы несладко, — возразил Врон. — А таких зверей в лесу, думаю, немало, мы с тобой видели только тигра…

— Ты прав, — горестно кивнул Ниш. — Весь этот мир — смертельная ловушка для нас, именно поэтому повелители привели нас сюда. Они знали о том, что здесь живут рвачи, да и другие жуткие животные. Они хотели нашей гибели…

— Быть может, так, а быть может, и нет. Мы мало знаем о повелителях, чтобы так говорить, — пожал плечами Врон. — Возможно, все выглядит совсем иначе. Про сто мы мало что понимаем. Но где я еще слышал слово «рвачи»?

ГЛАВА ПЯТАЯ

Многие демоны сильны и коварны. Взрослый демон любого вида способен убить самого крепкого и сильного человека. И не только человека.

В наших летописях описаны схватки демонов с тиграми, медведями и огромными змеями. И во всех этих боях демоны побеждали. Есть также рассказ о том, как на демона напала стая волков из двенадцати особей, конец был печален для волков, а демон сытно пообедал.

Если кому-то из вас придется встретиться с демоном один на один, то вероятнее всего, вы погибнете. Убежать вам не удастся, демоны быстрее людей. Взрослый демон легко догоняет лошадь. Убить демона тоже вам вряд ли удастся, у него крепкая шкура, которую трудно пробить мечом даже из хорошей стали, копье вам тоже не поможет, как и лук — стрелы впиваются в демона неглубоко и не доставляют ему особых неприятностей.

Только тройка опытных, хорошо обученных охотников сможет справиться с демоном…

Из книг монастыря охотников за демонами

Только она стала засыпать, как в овраге послышался какой-то шорох. Амия осторожно выглянула из норы и увидела, что по оврагу прямо к ее норе идет какое-то странное животное, похожее на большой комок шерсти.

Охотница вытащила меч и, когда животное оказалось всего в нескольких шагах от нее, выскочила из норы. Амия прокатилась по земле и замахнулась мечом, уже заранее жалея о том, что ей не удалось сделать это тихо. Почти наверняка зверушка удерет, а гоняться за нею в такой темноте было бесполезно. Прощай сытный ужин.

Но комок шерсти не бросился в бегство, а остановился. Амии даже показалось, что зверь с любопытством следит за ней, наблюдая, что она будет делать дальше. Охотница быстрым движением ударила, собираясь проткнуть зверушку насквозь, но меч ее неожиданно был остановлен, его словно в стальные тиски зажали.

— И чего ты этим железом размахалась? — ехидно поинтересовалась зверушка. — Тебе это просто нравится или решила со мной подраться?

— Кто ты? — прошипела Амия, стараясь вырвать меч.

Охотница перенесла вес на левую ногу и ударила правой, но и нога была захвачена лапами зверя. Женщина, потеряв равновесие, рухнула на стылую землю. Мохнатый комок выпустил ее и сел рядом. Овраг освещали только далекие звезды. Даже Амии, с ее ночным зрением, не все было видно.

— Человеческая самка, — задумчиво произнес комок. — Давно я их не видел. Не понимаю, что привлекательного находят люди в голой общипанной коже? Хорошая самка должна быть с мехом.

Амия вскочила на ноги и поднесла меч к тому месту, откуда доносился голос. Голос был нечеловеческий, хриплый, похожий на рычание, так говорили демоны.

— Я спросила, кто ты? — мрачно произнесла Амия. — Если не ответишь, снесу тебе башку!

— Башка — это, видимо, голова, — проскрипел голос сам себе. — Видимо, самка хочет иметь отдельно мою го лову, а отдельно другие части тела. Очень глупая мысль. Должно быть, эта человеческая самка — полная тупица.

— Ах ты мерзкий комок шерсти, еще и ехидничаешь воскликнула Амия и снова взмахнула мечом, но так же, как и в прошлый раз, ее рука была поймана цепкой клешней. Девушка выхватила кинжал, но и вторую руку ждала та же участь. Охотницу спеленали, как младенца, потом бросили на мерзлую землю. У нее даже слезы брызнули от обиды, боли и злости.

— Ну, мерзкая тварь, — простонала Амия. — Только отпусти меня, я тебе покажу, что это такое — связываться с охотницей на демонов.

— Могу отпустить, — ответил голос — Хотя, мне кажется, что я уже видел все, что ты умеешь.

Амия снова попыталась ударить комок ногой, и снова ее нога была поймана.

— Да сколько же у тебя лап? — в отчаянии возопила Амия.

— Всего четыре, как и у тебя, только я умею лучше ими пользоваться, — ответил меховой комок. — Ты проиграла этот бой, потому что я умнее и быстрее. Если ты с этим согласна, то я тебя отпущу.

— А что ты будешь делать со мной дальше? — поинтересовалась Амия, тщетно" пытаясь вырваться. Демон неизвестного ей вида был очень силен.

— Я не знаю. Можно, конечно, тебя съесть, но я совсем недавно поужинал, так что есть я тебя не хочу. Может, просто поговорим?

— Ладно, меховая шуба, считай, что ты победил, — неохотно согласилась Амия. — Я больше не буду на тебя набрасываться.

— Вот и хорошо.

— Руки и ноги охотницы оказались на свободе. Амия сжалась в комок, меч и кинжал не убрала, готовая при удобном случае снова напасть.

— Так кто ты?

— Очень глупый вопрос, на который у меня нет ответа. Если тебя интересует, как меня зовут, то следовало спросить, каково мое имя? Если тебя интересует, из какого я рода, то нужно было так и спросить.

— Ты еще учить меня будешь! — проворчала Амия. — Так из какого же ты рода?

— Из демонов, созданных повелителями. Назначение — разведка и наблюдение. Проще говоря, скрыт. Так меня, кстати, все и называют. Так что я сразу ответил на два твоих глупых вопроса.

— Что же ты не спрятался от меня, как только увидел? Насколько я знаю, скрыта потому и называют скрытом, что он умеет прятаться.

— А я не хотел от тебя скрываться, наоборот, решил, что ты должна меня увидеть.

— И почему ты так решил?

— Было предписано: наблюдать и помогать, никто не говорил, чтобы скрытно, поэтому я и решил, что ты можешь меня хоть один раз увидеть. Но, похоже, решение было неправильным, раз ты на меня стала кидаться, как самка троков на все живое перед тем, как снести яйцо.

— Кем было предписано?

— Тебе не кажется, человеческая самка, что ты слишком много вопросов задаешь?

— Не кажется. Я, между прочим, здесь спокойно спала и не собиралась ни на кого кидаться, пока ты не пришел.

— Кстати, если уж мы решили знакомиться, то меня зовут Амия.

— Ты хочешь меня убедить в том, что ты тихое мирное создание, Амия? Звучит кстати, весьма отвратительно.

Это имя что-нибудь означает?

— Амия — имя одной из наших богинь, она была смелой и быстрой и боролась с вами, демонами.

— Грумы рассказывали, что ты и на них кидалась, и они тоже не знали, что с тобой делать. Это ты делала из-за своего имени или просто от глупости?

— Я на них бросилась потому, что они хотели меня съесть, — фыркнула Амия. — Так это они тебя послали за мной следить?

— Очередное глупое предположение. Грумам никто не нужен и никто не интересен. Ты хоть и несешь в себе их кровь — это видно по твоей коже, — но они были очень довольны, когда от тебя избавились. Им даже вход в свои подземелья пришлось заложить, чтобы тебя больше не видеть. Сейчас я их хорошо понимаю…

— Ты, мерзкий комок шерсти, прекрати надо мной издеваться, не то я тебе всю шерсть выдеру!

— Сказано было смешно, — рассмеялся скрыт. — Только ты не то что шерсть у меня не можешь выдернуть, ты даже встать не сможешь. Глупо бросаться на того, кто сильнее и быстрее. Тебе так же кажется?

— Не кажется. — Амия снова попыталась вскочить, но скрыт был наготове и быстро схватил ее за ногу. Женщина снова упала на землю и зашипела от боли. — Убью тебя! Разорву на мелкие кусочки, мерзкий скрытный демон.

— Люди глупы, так мне всегда говорила мама, — засмеялся скрыт. — И я все больше понимаю, что она была права.

— Ладно, ты действительно сильнее меня и быстрее, — вздохнула Амия. — И я, может быть, и глупа. И все-таки скажи, кто тебя приставил за мной следить?

— Тот, кто имеет право нами руководить, — умник.

— Какой еще умник?

— Так мы с тобой, кажется, уже побеседовали, — проскрипел скрыт. — Ты меня увидела, ты меня услышала, а на твои глупые вопросы, которые из тебя так и сыплются, как из рваного мешка зерно, пусть отвечает кто-то другой.

Скрыт отошел в сторону или откатился и исчез, растворился прямо на глазах.

Амия протерла глаза, чтобы убедиться, что ей это не показалось. Но она больше не видела демона и даже не слышала, хоть до края оврага скрыт не мог добраться так быстро.

— Эй, скрыт! — позвала Амия.

— На глупые вопросы отвечать не буду, — услышала она из темноты.

— Ты сказал, что будешь помогать.

— Ну и что?

Амия поднялась, вглядываясь в темноту, но, несмотря на то что она отлично видела весь овраг, скрыта так и не заметила.

— Я есть хочу.

— Ложись спать в свою нору, а утром я принесу тебе еду.

— Это не моя нора, — проворчала Амия. — Я думала, что она твоя.

— Тогда пользуйся, нам такого не жалко. — Из тем ноты послышался удаляющийся смех.

— Мерзкий меховой мешок, — крикнула Амия. — Я тебя все равно поймаю.

Ответа не последовало. Постояв еще немного, Амия снова залезла в нору.

— Глупый мир с прячущимися противными демона ми, — пробурчала она, закрывая глаза. — Тут даже разговаривать с тобой нормально никто не хочет.

Утром охотница нашла около норы сверток с зерном, оно было противным на вкус, еще противнее, чем каша, которой кормили ее грумы. Но Амия съела столько, сколько смогла, потом пошла навстречу солнцу. Скрыта она так и не увидела, хоть и обошла весь овраг.

Запах демона был слабым и смешался с запахами подтаявшей под лучами солнца земли, следов на земле тоже не было видно, словно демон мог летать.

Амия выругалась и пошла дальше, проклиная себя за то, что не спросила скрыта о том, где ей искать Ласку и Врона. Он-то должен был об этом знать. Демон был прав, женщина задала ему много глупых вопросов, но ни одного по-настоящему умного. А следовательно, и не получила ответа, который ей действительно был нужен.

Солнце светило ярко, и от него шло хорошо ощущаемое кожей тепло, так что идти было бы даже приятно, если бы Амия знала, куда ей идти. Есть путнице уже не хотелось, пить тоже — снега вокруг хватало. Зерна скрыт оставил ей достаточно — она могла не думать о еде несколько дней.

Вокруг была все та же унылая равнина, на которой только иногда встречались высокие холмы, с которых Амия могла определять ближайший путь. Но куда ни падал ее взгляд, везде было одно и то же: равнина, покрытая снегом, местами протаявшим до черной земли, да холмы, покрытые желтой прошлогодней травой вперемешку со снегом.

Пока в этом мире охотница не увидела ни одного дома, ни дороги, ничего, что говорило бы о том, что здесь живут разумные существа.

Амия и сама не знала, куда она идет и, самое главное, зачем. Этот мир был огромен, и глупо было надеяться на то, что охотница просто так найдет в нем своих товарищей. Она вполне могла бы остаться в любом выбранном месте и обживаться, вместо того чтобы идти неизвестно куда. Это же теперь ее мир, родной она потеряла, как и всех тех, кто ей был дорог.

Тут Амия вновь вспомнила о скрыте и выругалась. Если бы она не была такой дурой, то могла бы узнать у демона все, что ей было нужно.

Амия поднялась на очередной холм и без особой надежды оглядела окрестности. Скрыта нигде не было видно, хотя он и обещал за ней следить. Вдали охотница заметила небольшую рощу и направилась к ней. В роще было пусто и холодно, ветер продувал ее насквозь, а деревья прятали лучи теплого солнца в тени.

На снегу не было ни одного следа животного, в роще не слышно было птиц, и вообще весь этот мир выглядел пустыней, в которой не было ничего живого. Амия прошла рощу и неожиданно впереди заметила что-то странное. Она прибавила шагу, а когда подошла ближе, то увидела небольшое строение, похожее на обычный человеческий дом.

Амия поправила меч и открыла скрипучую дверь. В доме никого не было. Одна комната с небольшим очагом, в котором серебрилась кучка давно остывшей золы. Небольшое оконце выходило на поле. Под окном стояли нары, сбитые из стволов молодых березок. На них Амия и легла, чтобы отдохнуть и подумать, что же ей делать дальше. Этот дом был совсем неплох, в нем вполне можно жить. Особенно если охотница придумает какой-нибудь способ добыть огонь. Близ очага Амия нашла небольшой котелок с остатками засохшей каши, а под нарами — зерно, точно такое, что принес ей скрыт.

— Так, — сказала Амия сама себе. — Думай. Почему этот дом построен в поле? Потому что рядом роща, в которой можно набрать дрова для костра. Потому что где-то рядом должны быть пища и вода. Ни один здравомыслящий человек не будет строить дом там, где всего этого нет. Рощу я видела, котелок тоже. Осталось найти воду и еду.

В овраге неподалеку от дома Амия обнаружила небольшой ручей. Охотница вымыла котелок и набрала воды. Насчет еды она тоже не ошиблась: в поле, на которое выходило окно дома, росли высокие стебли, и на некоторых из них женщина обнаружила не осыпавшиеся колосья с крупным зерном.

Амия вернулась в дом, поставила котелок на земляной пол и задумалась над тем, как добыть огонь. Она сходила в поле, принесла несколько охапок полувысохших стеблей и положила их в очаг, потом без особой надежды чиркнула кинжалом по мечу. Самым забавным оказалось то, что искры так и брызнули с меча. Амия оживилась, разложила стебли по очагу, выбирая самые сухие, и попробовала их поджечь. Провозилась она долго, почти до самого вечера, прежде чем смогла разжечь огонь. Женщина обрадовалась ему так, словно встретила старого друга.

Амия принесла из рощи сухих веток и стволов небольших березок и поставила на огонь котелок. Сварив кашу, она съела ее с огромным удовольствием, а потом, привалив дверь стволом, спокойно легла спать.

* * *

— Ну хорошо, возможно, мы не понимаем всего замысла повелителей, но нам все равно нужно искать какой-то выход. — Ниш привстал и стал оживленно размахивать лапами. — Если ничего не делать, то демоны погибнут, и очень скоро.

— Я не испытываю большой любви к демонам, но понимаю, что не вернусь к своей женщине, пока мы не найдем способ их спасти, — вздохнул Врон. — Мы можем попробовать натравить на личинок лесных зверей.

— Но мы даже не знаем, сколько их прячется под землей? Может быть, их десятки или даже сотни! И то, что получилось один раз, может больше не получиться. А в охоте за детенышами этого огромного костяного жука с хвостом могут погибнуть демоны-воины. Их осталось всего трое. Да и поле придется переходить не один раз, а это очень опасно.

— Что ты от меня хочешь? — Врон недовольно пока чал головой. — Я всего лишь человек, я слабее воинов и охотников, я не умнее тебя, а ты все равно от меня ждешь какого-то чуда. Разве это не глупость? Ты бы и сам мог что-нибудь предложить. Раньше ты говорил, что, если увидишь зверя, сможешь рассказать о его повадках и придумаешь способ, как с ним бороться…

— Кое-что я могу рассказать. Правда, в моей памяти не так много знаний о рвачах. Они живут колониями, как правило, в горах или на другой возвышенной местности. Взрослые особи не очень прожорливы, в отличие от личинок, хотя тоже нападают на все, что движется. Ты даже не представляешь, насколько они огромны, они даже больше троков…

— Больше троков? — переспросил Врон.

Смутная мысль мелькнула в его голове, он попытался сосредоточиться, но мысль исчезла так же быстро, как и появилась.

— Перед тем как превратиться во взрослых рвачей, личинки вылезают из-под земли и поедают все вокруг: деревья, траву, — продолжил Ниш. — В этом месте остается только голая земля. Потом рвачи уходят на место поселения.

— А место поселения у них одно? — уточнил Врон.

— Не знаю, — смущенно покачал головой демон. — Эти знания не мои, а повелителей. Они вкладывали мне в голову не все, а только то, что нужно было знать демонам для выживания в других мирах.

— Выходит, если они вложили тебе знания о рвачах, то они знали, что вы с ними встретитесь?

— Думаю, что они догадывались об этом…

— Хорошо, — кивнул Врон. — Продолжай.

— Вероятно, в прожорливости личинок и есть та при чина, по которой взрослые особи стараются откладывать яйца как можно дальше от своего поселения, иначе ли чинки и молодые рвачи съели бы их самих. В моей памяти есть знание о том, что часто молодые рвачи нападают на взрослых особей и съедают их. Так они устроены…

— Устроены? — удивленно поднял брови Врон. — Ты хочешь сказать, что и рвачей вывели повелители?

— Нет, повелители их не выводили. Рвачи появились сами. Мне известно еще, что они каким-то образом умеют путешествовать по мирам, но тут я могу только догадываться, как они это делают.

— Если повелители создавали вас для того, чтобы вы осваивали один мир за другим, то, конечно, они предполагали, что вы рано или поздно столкнетесь с рвачами. Вот и столкнулись. Вопрос в том, почему вы оказались к этому не подготовлены? Повелители должны были что-то придумать…

— У меня нет знаний об этом. — Ниш огорченно помотал головой. — Возможно, повелители просто не успели, а быть может, не ожидали, что мы столкнемся с рвачами так скоро. Похоже, что рвачи попали в этот мир совсем недавно, слишком много жизни вокруг, а после рвачей в любом мире остается только пустыня… Именно поэтому они переходят из одного мира в другой. Жизнь в мирах потом восстанавливается, но на это уходит не одна тысяча лет. А рвачи так и кочуют из одного мира в другой.

— Если они умеют открывать проходы, то выходит, что они разумны?

— Не знаю, не уверен. — Ниш сокрушенно развел лапами. — Я могу только предполагать.

— Высказывай свои предположения. Это же тебя демоны называют умником, а не меня. Ты должен знать, как решить эту проблему.

— Не знаю, насколько оправдываю свое прозвище и хорошо ли я мыслю. Я же появился совсем недавно, и это мое первое испытание. А в голову ничего не приходит, я не знаю, как бороться с этими тварями.

— Ты что-то хотел мне рассказать о разумности рва чей…

— Нет, не о разумности, я хотел высказать свои предположение о том, как они переходят в другие миры. — Ниш нахмурился. — Мы с тобой, да и другие демоны, ходим по переходам, которые создали повелители. Так?

— Так.

— Но эти переходы созданы на земле, и они небольшого размера, рвачи через них не пройдут и их личинки тоже. Ты согласен со мной?

— Да. В обычный переход им не протиснуться.

— Вот именно, — закивал Ниш. — Поэтому я подумал о том, что, может быть, рвачи сами создают свои пере ходы. А вот как они это делают? Ты больше меня знаешь о переходах. Может ли их создать неразумное существо?

— Я этого не могу, но я и не считаю себя очень разумным, скорее наоборот.

— Да нет, — возмущенно замахал лапами Ниш. — Ты разумен, только очень странный.

— Ну, значит, и рвачи такие же.

— Если так, до мы в отчаянном положении. Разумных рвачей нам не побороть. Тебя же мы не смогли победить?

— Меня не смогли, но это ничего не значит. И мы сейчас решаем не то, как меня победить, а как нам спасти от рвачей демонов.

— Мне по-прежнему ничего в голову не приходит. Голова хоть и полна разными знаниями, но я не представляю, как их приложить к этой ситуации.

— Нужно думать, — покачал головой Врон. — Твои знания о рвачах пока нам ничего не дали. Скорее наоборот, оттого, что ты сейчас рассказал, ситуация кажется совсем безнадежной. Итак, что мы знаем: они сильны, они умны, они быстры и они прожорливы. Они сильнее нас, и даже демоны-воины оказались перед ними бес сильны. Отсюда вывод: мы должны найти им такого противника, который сможет с ними справиться. Каким он должен быть, по твоему мнению?

— Он должен обязательно летать.

— Почему он должен летать? — удивился Врон.

— Потому что личинки слышат, значит, для того чтобы с ними бороться, нужно летать, это позволит подбираться к ним незаметно.

— Что еще?

— Этот зверь должен быть сильным, у него должны быть крепкие челюсти, чтобы прокусывать костяные спинные пластины. И этот зверь должен быть не один, с одним рвачи быстро справятся. Их же много…

— Значит, у него должны быть крылья и крепкие челюсти, он должен уметь драться и летать, и иметь еще какое-то преимущество, которого нет у рвачей. Может быть, выдувать огонь?

— Троки! — воскликнул Ниш. — Как же мне это сразу в голову не пришло?

— Эта мысль у меня уже давно вертелась в голове. Ты назвал зверя рвачом, и я сразу вспомнил о троках. А знаешь почему?

— Нет.

— Однажды я разговаривал с троком, и мы говорили о предназначении каждого из нас. Трок сказал, что их создали повелители, чтобы бороться с рвачами.

— Неужели так все просто? — Ниш даже замотал головой от огорчения. — Троки были созданы повелителя ми, но для чего? Не для того же, чтобы испортить нам жизнь? Я должен был догадаться…

— Успокойся. Мы сейчас так же далеки от решения нашей проблемы, как и раньше.

— Нет, мы уже нашли решение. Теперь нам остается только вернуться обратно в свой мир, поговорить с троками и…

— А что дальше? Ну, поговорили мы с троками, пусть даже они согласятся прийти сюда, чтобы бороться с рвачами, хотя я считаю, что с их стороны согласие будет большой глупостью…

— Почему глупостью?

— Потому что в этой борьбе погибнут многие троки конечно, если все рассказанное тобой о рвачах правда.

— Они пойдут, — уверенно проскрипел Ниш. — Если они созданы для борьбы с рвачами, то они пойдут. Это заложено в них. Думаю, что стоит только нам рассказать о том, что мы видели рвачей, и троков не остановить. Нам нужно только помочь им проникнуть в этот мир. Мы приведем их в город и…

Лицо Ниша помрачнело.

— А они смогут пройти в мир вечной зимы?

— Вот ты и задал тот вопрос, на который у меня нет ответа. — Врон вздохнул. — Я все ждал, когда ты до этого сам додумаешься.

— Ты должен найти ответ. Я не умею открывать про ходы и мало знаю о том, как они устроены.

— Ты сказал правильное слово — открывать. Я только открываю проходы, но создавать их я не умею, а для троков существующие проходы малы, поэтому даже в мир вечной зимы по ним они попасть не смогут.

— Я не знаю, где нам искать повелителей, поэтому проход придется создавать тебе самому.

— А я этого не умею. Меня никто этому не учил, все мои знания случайны…

— Знания не могут быть случайными.

— У меня могут! — Врон задумался. — Скажи, а как троки попали в ваш мир из нашего? Они же были созданы в нашем мире, как и вы.

— Это я знаю. Есть проход, но он создан не на земле, а находится высоко в воздухе, он очень большой, и троки просто пролетели сквозь него. Вот тебе и решение, ты должен создать такой же проход в воздухе для перехода в мир вечной зимы.

— Не такой же, — поправил его Врон. — А два таких же: сначала в мир вечной зимы, а потом уже сюда. Но все это фантазии, я даже на земле не могу создать проход, что же говорить о том, чтобы создать проход в воздухе…

— Ты должен это сделать, просто потому, что больше некому, — растерянно проскрипел Ниш. — Я-то точно этого не умею…

— Я тоже. Это умели только повелители, а их нет. Значит, наше решение никуда не годно.

— Возможно, проход уже есть, — предположил Ниш. — Повелители вполне могли создать его. Просто он находится в воздухе. Нам нужно только вернуться и найти его.

— А если его нет?

— Если нет, значит, мы проиграли. Я все равно не вижу другого выхода. Нам следует вернуться и найти способ переправить троков сюда. Возможно, я смогу найти знания в городе, в котором ты живешь со своей самкой. Может быть, там я найду другое решение или другое знание, которое нам просто не приходит в голову. Все, решено — мы возвращаемся.

— А демоны?

— Ситуация осталась такой же, что была и без нас. Мы ничем не смогли помочь им. Надеюсь, до ухода мы все-таки кое-что придумаем и сделаем.

— И что же?

— Демоны умирают от голода. Если ты поможешь демонам-воинам и охотникам перейти через поле, то они смогут поохотиться, а потом принесут сюда мясо убитых животных. Это поможет им продержаться какое-то время.

— Ну, это я, надеюсь, смогу сделать.

— На охоту я дам только один день, после этого мы уйдем решать нашу задачу с троками.

— Ты был создан, чтобы находить верные решения, а я тут при чем? Зачем ты втянул меня во все это?

— А ты и есть мое решение, — улыбнулся всей пастью, полной острых зубов, Ниш. — Пока ты не решишь эту задачу, ты будешь со мной, а твоя самка и твой детеныш будут у нас.

Врон потянулся за мечом, вытащил его и помахал им перед глазами Ниша.

— Я могу убить тебя, и тогда никто больше не будет вмешиваться в мою жизнь.

— Ошибаешься, — проскрипел Ниш. — Убьешь меня, и за тобой и твоими близкими будут охотиться все демоны, как в этом мире, так и в том, где ты их оставил. Это заложено в них, защищать меня даже ценой своей жизни, а если не удастся защитить, то отомстить не только тебе, но и всему твоему роду.

— Почему ты все время угрожаешь близким мне людям и при этом требуешь от меня невозможного? — Врон мрачно вложил меч в ножны. — Я уже сделал все, что мог. Не мне решать такие сложные задачи, я слишком глуп для этого.

— А почему ты опять схватился за меч? Ты расстроился из-за самки и детеныша? Или ты боишься, что тебе не удастся создать проход?

— И то и другое. А еще больше я расстроен тем, что вы, демоны, вцепились в меня мертвой хваткой, словно я был создан повелителями для того, чтобы помогать вам. Но это не так! Я обычный человек, я мало что знаю и мало что умею.

— У нас нет другого выхода, кроме как вцепиться в тебя мертвой хваткой, иначе всех нас ждет смерть. Воз можно, ты не очень умен и силен, но у тебя есть талант выживать и здравый смысл, ты уже не раз демонстрировал это. Помоги нам, и обещаю, что все демоны, которые только существуют во всех мирах, будут относиться к тебе с уважением и благодарностью. Они будут исполнять любую твою просьбу, никто не посмеет обидеть тебя и тех, кто тебе дорог. А если ты откажешься, то обещаю, что весь ваш людской род будет уничтожен. Вы дрались только с охотниками и воинами, но нас гораздо больше, и многие из нас не менее опасны, чем они. Все демоны выступят против людей, мы изведем вас и снова вернем себе ваш мир.

— Люди-то в чем перед вами виноваты? — хмуро спросил Врон. — Они вам ничего не сделали.

— А у нас не будет другого выхода. Если мы не сможем освоить этот мир, нам придется вернуться в ваш. Вы станете для нас пищей, и это тоже будет решением нашей проблемы.

— Скверное решение…

— Ты же сам видишь, что я пытаюсь найти другое, но у меня ничего не получается.

— Я даже не знаю, как подступиться к этой проблеме. Я никогда не создавал проходы, да и открываю их с большим трудом. А ты хочешь, чтобы я привел сюда троков…

— Помоги нам, и все будет так, как я сказал. Ты получишь от нас все, что захочешь. А если нет, то и ты сам, и те, кто тебе близок, умрете первыми, а потом и другие люди. И дело не в том, как мы к тебе относимся. Просто это будет еще одно решение проблемы…

— Я сделаю все, что смогу, и надеюсь, что этого будет достаточно.

— Хорошо. Если ты не очень устал, то, может быть, отведешь охотников в лес?

— Отведу, — вздохнул Врон. — Но скоро станет совсем темно.

— Охотники любят охотиться ночью, а утром они вернутся с добычей.

— А чем ты будешь заниматься?

— Объяснять, утешать и давать надежду. Это пока всё, что я могу. Ты готов?

— Готов, — мрачно кивнул Врон.

Ниш замахал лапами, и по склону стали спускаться охотники.

— Ты уже знал о том, что я соглашусь?

— Я спланировал эту охоту сразу, как только понял, что ты чувствуешь личинок.

Врон хмуро посмотрел на окруживших его охотников, их было несколько десятков, потом перевел взгляд на Ниша.

— Их слишком много, чтобы я смог уберечь каждого. Скажи им, чтобы они все делали, как я. Я бегу — они бегут, я стою — они стоят.

— Об этом не беспокойся. Они будут тебя слушаться беспрекословно, поскольку понимают, что их жизнь зависит от тебя.

— Может быть, нам разделиться на две группы? предложил один из охотников.

— Я не собираюсь возвращаться обратно еще раз, — резко ответил Врон. — Мы пойдем все сразу, бегать вы умеете быстро, поэтому, как только я ступлю на поле, бегите к лесу, не дожидаясь меня.

— А если ты не успеешь?

— То меня съедят, как и тех, кто будет со мной рядом.

— Веди, человек. Мы готовы.

Врон спустился по склону и замер, вслушиваясь в свои ощущения. Несколько раз он опускал ногу на траву, но потом поспешно ее убирал. Прошло много времени, прежде чем охотник смог ступить на траву, демоны тут же попрыгали на поле и понеслись к лесу. Скоро Врон оказался в одиночестве, демоны уже бежали далеко впереди, никто не хотел умирать вместе с ним.

Настроение у охотника за демонами было отвратительное, возможно поэтому он бежал неспешно, по крайней мере, до середины поля. Потом Врон побежал быстрее. А когда до леса осталось не больше двух сотен метров, он помчался так, что даже обогнал последних демонов. Отставшие демоны тут же прибавили ходу, и до леса они добрались вместе. Встав под деревом, Врон оглянулся и увидел за собой поднявшуюся высокую травяную волну, которая растаяла возле леса.

— Хорошо, человек, — кивнул один из охотников. — Мы убедились, что ты чувствуешь зверя. Наш основной лагерь будет здесь, сюда мы будем сносить добычу. А где будешь ты?

— Я залезу вон на то дерево, — показал рукой Врон на огромного лесного великана.

— Ты можешь не беспокоиться за свою безопасность: те, кто первыми придут с добычей, будут охранять это место от хищников.

— Хищники сожрут вас вместе с вашей добычей, — невесело усмехнулся Врон. — Я проведу эту ночь на де реве.

— Хорошо, человек, мы будем знать, где ты, а за нас не беспокойся. Мы уже не раз дрались с местными хищниками и научились их убивать.

Охотники исчезли за кустами. Солнце клонилось к закату. Врон залез на ветку и закрыл глаза. Вскоре появились насекомые, и охотник пообедал, потом поужинал, а потом и позавтракал — за долгий день он все равно ничего не ел.

Демоны суетились внизу, они появлялись и снова исчезали, складывая туши убитых ими животных в огромную кучу. Трое охраняли склад, прислушиваясь ко всем звукам и вглядываясь в темноту.

Посредине ночи произошло то, чего так опасался Врон. Привлеченные запахом крови, появились хищники. Первым пришел огромный тигр, похожий на того, что видели они с Нишем.

Демоны разбежались, громко и недовольно рыча, и полезли на ближние деревья. Врон с интересом наблюдал за тем, что происходило внизу. Тигр подошел к груде убитых животных и стал с громким чавканьем поедать добычу. Демоны тут же спустились с деревьев и спрятались в кустах, поджидая остальных. Когда охотников собралось достаточно много для атаки, демоны бросились на тигра. Хищник грозно заревел и прижался к земле, его хвост с оглушительным шумом забил по земле. Затем тигр прыгнул, но на том месте, куда он приземлился, уже никого не было. С дерева ему на спину запрыгнул один из охотников и впился зубами в шею. Тут на хищника со всех сторон набросились остальные демоны. Что происходило дальше, Врон не видел, столь плотно облепили тигра охотники. Когда они разошлись, на земле остался мертвый хищник, а рядом с ним лежал один демон с переломанным хребтом.

Врон не поверил своим глазам — демоны убили огромного тигра, потеряв при этом всего одного охотника!

Молодой человек задремал и проснулся только с первыми лучами солнца. Демоны уже с нетерпением ждали его. Пасти у многих были перемазаны кровью, а некоторые все еще жевали. Животных ими были убито много, гораздо больше, чем они могли унести на себе.

— Хочешь мяса, человек? — спросил один из охотников.

Врон отказался, он был сыт насекомыми. Парень оглядел груду мертвых тел, недоверчиво качая при этом головой. Многие животные размером были гораздо больше демонов. Врон не представлял, как охотники смогли их убить, но еще меньше он мог себе представить, как демоны собирались нести свою добычу к стоянке?

— Вы не сможете с этим бежать, — заметил Врон.

— Это не твоя забота, человек, — ответил кто-то из охотников. — Мы возьмем с собой не все, а только то, что сможем. К сожалению, умник дал нам только один день для охоты, и мы старались убить как можно больше. Хорошо было бы вернуться сюда еще разок…

— Если получится!

Врон подошел к траве, ступил на нее и замер, вслушиваясь в себя.

— Можно возвращаться!

Молодой человек побежал вперед. Он первым достиг камня и оглянулся. Демоны тяжело бежали по полю, двигались они не очень быстро, но гораздо быстрее любого человека. Около камня первые притормозили было, но Врон махнул им рукой.

— Бегите дальше, пока еще безопасно. Последняя тройка демонов бежала медленнее всех, поскольку несли тушу огромного оленя. Врон почувствовал тревогу. Он крикнул им, чтобы бросили тушу и спасались, но демоны его не послушали. Врон увидел, как за их спинами поднимается травяная волна. Тут из-за камня выскочило трое воинов, они схватили тушу оленя и помчались так, что демоны остались далеко сзади. Охотники, освободившись от ноши, побежали быстрее, но уже было понятно, что они не успеют. Врон громко закричал, демоны оглянулись и успели вскочить на камень. Волна пронеслась мимо, гонясь за демонами-воинами, но те успели перебросить тушу охотникам на склоне горы и запрыгнули сами. Волна растаяла так же мгновенно, как и появилась.

Врон оглянулся на охотников, они лежали на камне, а их груди ходили, как меха в кузнице. Кожа была мокрой от пота, лапы дрожали мелкой дрожью.

— Вы едва успели.

— Это не важно, — пробурчал один демон. — Главное, что пища не пропала. Тем, что мы принесли, можно кормить детенышей несколько дней.

Демоны на склоне разошлись, унося добычу. На горе остались только воины и Ниш. Охотники еще долго лежали на камне, приходя в себя. Наконец, один из них устало пробормотал:

— Скажешь, человек, когда можно будет бежать дальше. Мы готовы.

Врон подошел к краю камня и остановился, чувствуя свое нежелание двигаться дальше. Он покачал головой.

— Зверь все еще где-то рядом.

— Мы подождем, — чуть слышно проревел демон. Ждать пришлось долго. На склон вернулись охотники, готовые пойти в лес за оставшейся добычей. А Врон все никак не мог заставить себя спрыгнуть на траву. Солнце уже стояло над головой, было жарко от нагретого камня.

— Мы будем ждать остальных здесь, — проревел один из охотников. — Подай им сигнал, когда можно будет бежать.

Врон подошел к краю, но потом снова сел на камень.

— Зверь все еще где-то рядом.

Демоны уже отдохнули и теперь просто лежали, подставляя то один бок, то другой припекавшему солнцу. Врон тоже лег и стал глядеть в небо с желтыми пушистыми облаками.

— Там в лесу делят нашу добычу мелкие звери, а мы тут сидим без дела, — проворчал демон-охотник. — Сколько времени нам еще здесь сидеть?

— Я вас не держу, — пожал плечами Врон. — Можешь бежать куда хочешь.

— Ну уже нет, — покачал головой демон. — Я подожду, когда ты побежишь. Знаешь, скольких демонов сожрал этот зверь из-под земли?

— Скольких?

— Больше восьми сотен, не считая детенышей и самок. Похоже, что ему понравился наш вкус. Поэтому он, должно быть, никуда отсюда не уходит!

— Возможно…

Врон в очередной раз подошел к краю и почувствовал, что можно двигаться. Он закричал и замахал руками, давая знак тем, кто был на горе, потом спрыгнул с камня и побежал к лесу. Демоны догнали его только на середине пути, тут были все — и те, кто оставался с ним на камне, и те, кто ожидал его сигнала на склоне.

На месте, где были свалены туши животных, возилось множество хищников, пожиравших добычу. Некоторые были гораздо крупнее демонов. Охотники, добежавшие до леса первыми, вступили в борьбу не задумываясь и не дожидаясь остальных. Слышались визг и рычание, и даже непонятно было, кто их издает — демоны или звери. Врон обежал место схватки стороной и быстро залез на дерево.

Схватка закончилась быстро — демоны легко расправились с хищниками. Часть зверей разбежалась, остальные были убиты. Демоны собрались у дерева, на котором сидел Врон.

— Мы готовы возвращаться.

Врон неохотно слез вниз, поскольку рассчитывал провести на дереве ночь. Но охотники решили иначе. Молодой человек подошел к полю и, не почувствовав угрозы, побежал. В этот раз им всем удалось благополучно добраться до склона.

Солнце уже опускалось за гору. Когда демоны унесли всю добычу со склона, к Врону подошел Ниш.

— Добычи хватит на несколько дней, больше охотиться все равно нет смысла, мясо протухнет, — проскрипел он. — Мы уйдем отсюда завтра утром или, если хочешь, прямо сейчас.

Врон подошел к краю поля и прислушался к своим ощущениям.

— Пойдем сейчас, — сказал он. — Что будет завтра, я не знаю.

Ниш оглянулся на стоявших чуть в стороне демонов-воинов. Они ожидали его приказа.

— Я хотел бы взять их с собой, тогда в лесу нам было бы намного спокойнее.

— А что потом? Мы даже не знаем, вернемся ли обратно, а если вернемся, то неизвестно когда.

— Согласен, — с сожалением кивнул Ниш. — Жаль, они лучшие, но ты прав, пусть остаются. С ними другие демоны будут чувствовать себя спокойнее.

Врон помахал воинам рукой.

— Мы вернемся, — крикнул он.

— А мы постараемся вас дождаться, — подошел к нему демон-воин. — Береги умника, без него вся наша жизнь не имеет смысла, за него мы спросим с тебя особо.

— Если сами сумеете остаться в живых.

— Конечно, если сумеем, — хмуро согласился воин. — Но мы все сделаем, чтобы выжить. Мы будем есть тех, кто умрет, мы будем есть насекомых и траву. Мы больше не пустим на поле ни одного демона, чтобы не терять мясо. Мы дождемся, даже если придется ждать год. Дольше нам вряд ли удастся выдержать, но перед смертью мы схватимся со зверем, теперь мы знаем его слабые места. Нас слишком мало, чтобы победить, но ранить мы его сумеем. Поверь, наша гибель ничего не значит. Тебе все равно придется ответить за смерть умника перед другими демонами, теми, кто остался в том мире.

— Не умирайте, — вздохнул Врон. — Я не знаю, удастся ли мне привести сюда троков, но обещаю, что сделаю для этого все, что в моих силах.

— Главное — сохрани умника, — проревел воин. — Пока он жив, у нас есть надежда.

До леса они добрались быстро и сразу залезли на дерево, потому что уже стемнело и в лесу слышался громкий рев хищников.

— Скажу честно, я проголодался, — проскрипел Ниш, поедая больших комаров. — Даже тех мелких насекомых, которых я ловил на горе, я отдавал детенышам. У тебя уже есть план? Ты знаешь, что будешь делать?

— План? — удивленно переспросил Врон. — Я считал, что это ты будешь придумывать, как нам договориться с троками.

— Троков я боюсь, — неохотно признался Ниш. — Я пойду с тобой к тому месту, где они живут, но разговаривать с ними придется тебе.

— Не слишком ли многого ты от меня хочешь? покачал головой Врон. — Я должен и уговорить троков, и придумать способ переправить их сюда. А потом ты заставишь меня руководить ими в борьбе с рвачами и заботиться при этом, чтобы они не трогали демонов?

— Троки не будут слушать меня только потому, что я демон. Они презирают нас.

— А почему ты думаешь, что они послушают меня?

— Этого я не знаю, но ты очень странный. Разговаривая с тобой, я иногда ощущаю, что ты равен мне по уму. Ты способен понять очень многое, часто даже то, что недоступно мне. Другие демоны считают, что я знаю все, но это не так. Я знаю много, но этого знания не достаточно, чтобы убедить троков прийти сюда.

— Я не очень умен, в этом ты ошибаешься. Но троков я не боюсь, поскольку уже дважды сражался с ними и мне удалось победить в обоих случаях.

— Тогда они будут слушать тебя, — закивал демон. — Троки уважают силу. Уговори их.

— Придется, иначе вы от меня никогда не отстанете, — вздохнул Врон. — Давай спать.

Ночь прошла спокойно, хотя все время под деревом бродили неведомые звери. Иногда они заходили на поле, но только под утро, когда уже стало светать, личинка рвача проявилась травяной волной. Она поглотила всех, кто неосторожно забрел на поле и не успел вернуться в лес до утра.

Когда совсем рассвело, путники направились к порталу. Теперь они знали, куда идти, и продвигались намного быстрее. За день Врон и Ниш несколько раз натыкались на зверей, но им везло — это были не хищники, а травоядные. Кроме рогов, костяных пластин и зубов у многих животных имелись длинные острые когти и клыки. Животные выглядели миролюбиво, однако все равно приходилось убегать от них, чтобы остаться в живых.

Один странный зверь, сплошь состоявший из шипов и клыков, к концу дня загнал путников на дерево и долго кружил под ним. В конце концов пришлось заночевать на дереве, а зверь ушел только тогда, когда послышался близкий рев какого-то ночного хищника.

До портала оставалось не так уж далеко, всего полдня пути. Но в эту ночь им не повезло. На них напал очередной хищник, и закончилось все тем, что Врона съели. Молодой человек проснулся от испуганного визга Ниша. Он открыл глаза и увидел, как демон, перепрыгнув через него, стремглав полез вверх по дереву.

— Что случилось? — воскликнул Врон и мгновенно увидел все сам. Ветка, на которой он спал, раздвоилась, увеличилась, поднялась, и тут охотник осознал, что это не ветка, а какой-то зверь, забравшийся на дерево. Прежде чем он понял по-настоящему, что происходит, над ним нависла плоская голова с разинутой зубастой пастью.

Врон медленно потянулся за мечом, опасаясь спровоцировать зверя на нападение, но раскрытая пасть и без этого втянула в себя сначала его голову и плечи, затем руки и верхнюю половину туловища.

«Этот зверь проглатывает меня живьем», — успел подумать Врон, ощущая едкую слизь на лице и как его тело сжимают, перехватывая дыхание, мощные мышцы. Едкая пищеварительная слизь обжигала глаза сквозь закрытые веки, боль была настолько острой, что он потерял сознание.

Ниш с ужасом наблюдал за тем, как огромная змея проглотила человека целиком, а потом замерла, переваривая. И в этот момент демон вдруг осознал, что пришла настоящая беда, что все его замыслы и планы спасения демонов зависят только от человека — не стало Врона, и все стало бессмысленным и невозможным. Теперь можно было возвращаться к демонам или не возвращаться, это уже не имело никакого значения. Умник не найдет проход в тот мир, из которого пришел, и не сможет его открыть. И никто из демонов, находящихся здесь, этого не сможет. А для того, чтобы вырастить нового лекаря, понадобится не один десяток лет. За это время личинки съедят всех. Даже если ему каким-то невероятным способом удастся открыть проход и вернуться в родной мир, он все равно не сможет создать новый проход для троков. Да что там проход, он не сможет даже уговорить троков последовать за ним. Они не станут разговаривать с демоном. Все было кончено, Ниш уже погиб, как и все другие демоны…

Правда, он еще жив, но это, вероятно, продлится недолго.

Ниш закрыл глаза и прижался к стволу дерева, трясясь от страха и от жуткого ощущения того, что он все сделал неправильно. Он не должен был бежать от змеи, лучше бы она съела его, тогда, по крайней мере, еще бы оставалась надежда… Человек остался бы жив, а это значит, что он смог бы продолжить то, что они начали. А теперь… а что теперь?

Неожиданно змея задергалась, то сплетаясь в огромные петли, то снова распрямляясь. В какой-то момент, потеряв равновесие, она с глухим ударом свалилась с ветки, чем вызвала небольшое землетрясение под деревом. Она билась на земле, временами задевая ствол, и от этих ударов дерево раскачивалось и тряслось так, что Ниш, вцепившись когтями в ствол, с трудом удерживался в кроне.

Потом движения змеи стали замедляться, она дернулась в последний раз и замерла.

«Возможно, меч человека убил ее, — подумал Ниш. — Человек, даже мертвый, все еще защищает меня».

Демон тяжело вздохнул и прижался к стволу, до утра было еще далеко.

Скоро внизу послышалось визжание мелких зверей, рвущих тело мертвой змеи. Потом появился какой-то крупный хищник, послышался громкий рев, потом еще один, мелкие звери разбежались, а снизу раздалось довольное урчание и чавканье.

Ниш понемногу успокоился, его тело перестало дрожать от страха. Он вытянулся на ветке, закрыл глаза и впал в забытье с неодолимым чувством ужаса перед будущим, которое его ждет.

Умник проснулся, когда его осветили первые лучи поднявшегося над лесом солнца. Ниш стал спускаться вниз, все еще не представляя, что он будет делать дальше. Но сидеть на дереве, дожидаясь неминуемой смерти, демон не мог.

Змея лежала внизу, точнее, то, что от нее осталось после трапезы падальщиков. Она была огромна и могла проглотить не только человека, но и десяток демонов, а возможно, даже могла бы побороться с троком.

«Эту змею демоны ели бы несколько дней», — подумал Ниш, осторожно обходя остатки змеиного тела и разглядывая огромное чудовище. Ночные звери хорошо потрудились, кожа змеи свисала порванными лохмотьями, и было видно истерзанное клыками мясо. Ниш оторвал небольшой кусок и пожевал его. Мясо показалось ему очень неплохим на вкус, и демон вырвал когтями следующий кусок.

В теле змеи он обнаружил зияющую рану, вырванную клыками какого-то огромного животного. Ниш осторожно просунул голову между острыми обломками ребер и заглянул внутрь змеи, рассчитывая найти тело Врона или то, что осталось от человека. Он и сам не понимал, зачем делает это. Неужели демон на что-то еще надеялся?

— Меня ищешь? — неожиданно услышал он сзади на смешливый голос.

Ниш оглянулся и увидел сидевшего на траве Врона.

Выглядел он ужасно! Весь покрытый какой-то зеленоватой слизью, набедренная повязка расползлась, а кожаные ремни, державшие меч, разъели пищеварительные соки змеи. Но человек был жив, и он улыбался!

— Так ты выжил?! — воскликнул Ниш, не веря своим глазам. — Я же видел, как змея проглотила тебя!

— Ты же сам говорил, что я умею выживать, — ответил Врон.

Он встал, и Нишу показалось, что человек стал намного выше ростом, а его тело покрылось мощными мускулами.

— Нужно найти воду, надо смыть все это с себя, а потом мы пойдем дальше.

— Но как ты выжил?

— Мое тело обладает способностью восстанавливаться, меня очень трудно убить, почти невозможно. — Врон направился к ближайшим кустам. — Пойдем отсюда, скоро здесь, появятся дневные хищники и падальщики, им тут есть чем полакомиться. Если они увидят нас, то могут решить, что мы для них легкая добыча.

Неподалеку протекал глубокий ручей. Врон долго плескался в нем, смывая слизь. Лицо его было мрачным и задумчивым.

— Я думал, что ты погиб, — произнес Ниш, когда охотник вылез из воды и устало сел рядом. — Мне было очень тоскливо. Я даже не подозревал, что так привязался к тебе…

— Я тоже думал, что умер… — Врон встал. — Пойдем, нам еще далеко до портала. Хотелось бы убраться из этого мира до наступления темноты. Лично у меня нет желания провести здесь еще одну ночь. Теперь каждая ветка будет казаться мне змеей.

— Как ты себя чувствовал в ее желудке? — спросил по дороге Ниш, по-прежнему недоверчиво вглядываясь в человека.

— Я ничего не помню, потому что сразу потерял со знание. Очнулся я, когда змея уже была мертвой. С трудом вытащил кинжал и прорезал себе выход. Но и это я помню очень смутно. Там было жарко, тесно, а во всем теле я ощущал сильную боль.

— Я впервые раз увидел такое. Никогда даже не мог предположить, что кто-то способен выбраться из чужого желудка.

— Надеюсь, что больше и не увидишь, — поморщился Врон. — Скверно это и очень больно. Я до сих пор не пришел в себя. Давай помолчим, мне тяжело идти и разговаривать.

К полудню, когда солнце прочно встало у них над головой, Врон остановился.

— Вот то место, где мы вошли в этот мир…

Ниш обошел поляну, присматриваясь к деревьям, почти сразу нашел то, на котором они ночевали первую ночь в этом мире, и улыбнулся ему, как старому знакомому.

— Ты прав. Вот следы моих когтей.

Врон вышел в центр поляны, закрыл глаза и долго стоял так, потом устало развел руками.

— Не могу сосредоточиться, мне не хватает энергии, чтобы открыть проход. Пребывание в желудке змеи здорово меня обессилило.

— Что будем делать? А вдруг ты никогда больше не сможешь открыть проход?

— Не знаю, — вздохнул Врон. — Мне требуется отдых. Придется все-таки провести здесь еще одну ночь. Лезь на дерево. А завтра я снова попробую, если ночью меня опять кто-нибудь не съест.

— А если у тебя не получится и завтра? А если на тебя снова нападет какой-нибудь зверь?

— Что ты хочешь от меня услышать? — мрачно усмехнулся Врон. — Все перечисленное тобой вполне возможно. Как возможно и то, что завтра, хорошо выспавшись, я легко открою проход. Я всего лишь человек. Ты слишком многого от меня ждешь…

— Извини, — смущенно проскрипел Ниш. — Просто я привык, что у тебя все всегда получается.

— Не всегда и не все. — Врон полез на дерево. Когда Ниш сел рядом, охотник недовольно покачал головой:

— Лезь выше, я хочу отдохнуть в тишине и покое, а ты опять начнешь задавать вопросы, на которые у меня нет ответов. К тому же чем выше, тем безопаснее, это, надеюсь, ты уже понял?

Ниш поднялся на следующую ветку и сел там, прижавшись к стволу. Демон недоумевал: человек вел себя странно. Он как будто пережил что-то такое, что не давало ему сосредоточиться, и был растерян. Интересно, а что бы испытывал сам умник, побывав в желудке змеи? Ответа Ниш не знал, поэтому просто постарался заснуть. Это ему легко удалось, быть может потому, что прошлую ночь он почти не спал.

Ночью с ними ничего не произошло. Рев хищников был слышен, но близко они не подходили, змей поблизости тоже не наблюдалось, так что все прошло спокойно. Утром путники спустились с дерева и снова подошли к тому месту, где предположительно находился вход в портал.

Врон был мрачен, он все еще чувствовал себя разбитым и уставшим. Охотник закрыл глаза и увидел желтое пятно прохода, вчера ему это не удалось. Он протянул руки и почувствовал, как из них потекла энергия, слабая, будто разбрызгивавшая голубые искорки, но багровые столбы стали сближаться, и из прохода ощутимо потянуло холодом мира вечной зимы. Портал открылся.

Врон протолкнул демона в дыру, а потом вошел сам. Он ощущал, с каким трудом поддается ему вязкая ткань портала. В какой-то момент молодой человек даже испугался, что у него не хватит сил дойти до конца. Но все получилось.

— Ты плохо выглядишь, человек, — заметил Ниш, когда они вывалились на каменный пол дома. — У тебя серое лицо и руки трясутся.

— Я устал, мне надо отдохнуть. Сегодня мы никуда не пойдем, да, наверно, и завтра тоже. Мне нужно восполнить затраченную энергию.

— Но демоны ждут нашей помощи! — недовольно проскрипел Ниш. — Они уже доедают последнее мясо. Через пару дней они начнут голодать.

— У каждого есть свой предел. Ты же видишь, что я ни на что не годен. Мы можем сколько угодно переживать за демонов, умирающих от голода и страха перед личинками рвачей, но это ничего не изменит. Пока я не наберу достаточно сил, я не смогу им помочь. Если тебя это так беспокоит, то ты мог бы и сам что-нибудь сделать…

— Я не могу, — ответил Ниш. — Я все больше понимаю, как мало знаю и умею. Я слишком молод для решения таких задач, но, к сожалению, больше некому их решать.

— Я тоже, но ты не оставил мне выбора! Я должен решать эти задачи! Погуляй по городу, пока я занимаюсь своим телом.

Врон открыл все двери, потом поднялся вверх по лестнице и лег на ложе. Его накрыло яркое желтое облако энергии. Когда охотник очнулся, сразу почувствовал, что теперь у него достаточно сил, чтобы он смог открыть следующий портал. Но он не собирался говорить об этом Нишу, который все еще бродил по городу в надежде найти знания, которые помогут демонам.

Врон вышел за ворота. Почти сразу он ощутил присутствие кого-то родного и близкого. Охотник слабо улыбнулся.

— Я рад, что ты здесь.

«Я всегда чувствую тебя, когда ты рядом, — отозвался голос малыша в голове отца. — С тобой что-то не так. Позволь, я посмотрю».

— Конечно, смотри.

«Да, тебе досталось, но твое тело восстановлено. Остались небольшие недочеты, но я их быстро исправлю».

Врон почувствовал тепло в груди, потом оно опустилось к ногам и снова поднялось вверх к голове.

«Тебя что-то тревожит, странные мысли, что-то связанное с энергией…»

— Я должен провести троков через ваш мир в тот, из которого я пришел. Даже не представляю, как это сделать.

«Я помню этих летающих зверей. Ты хочешь сделать проход в воздухе?»

— Да, но не знаю как.

«Я тоже не знаю. Наша раса, хоть и очень древняя, но не знает секрета проходов. Все, что я знаю, знаешь и ты, мы же были вместе, когда шли через эти энергетические образования».

— Да, но даже когда мы вместе, видим все-таки не одно и то же. Как, по-твоему, сделаны проходы?

«Проход — это энергетическое построение, оно идет по неизвестному мне пространству и защищено от него энергетическими стенами. Энергия для этого берется от ближайших звезд. Я примерно представляю, как все сделано. Если ты будешь делать проход здесь, на равнине, то я тебе помогу».

— А не мог бы ты пойти со мной в тот мир?

«Нет, я принадлежу этому миру. Придется тебе самому искать решение».

— Вот этого-то я и боялся. Одному мне не справиться. Я не смогу построить проход.

«Воспользуйся тем проходом, что уже существует, — предложил малыш. — Это вполне реально».

— Ты же видел троков и представляешь их размеры. Они не смогут пролезть не только в проход, но и в само здание, где он находится.

«В то, что существует, не смогут, но проход можно расширить. Для этого от тебя потребуется много энергии, но ты должен справиться».

— Как?

«Ты должен войти в проход, потом начать расширять его изнутри. Так ты постепенно, будешь пробираться вперед, а большие звери должны двигаться сразу за тобой. Проход не сможет закрыться, если они будут идти один за другим».

— Интересно, как я смогу их заставить пойти за мной? «Этого я не знаю. Как раз это и есть твоя главная задача. Ты сам вызвался ее решить».

— Я не вызывался, меня заставили.

«Тебя никто не может заставить, ты свободен и отлично знаешь об этом. Если хочешь, я могу немного изменить тебя. Это позволит тебе выдавать много энергии».

Врон почувствовал тепло в груди, потом оно перешло в голову.

«Я сделал все, что мог, теперь ты стал гораздо сильнее. Если у тебя нет больше вопросов, я ухожу, меня зовут мои друзья».

Тени исчезли. Врон с тоской оглядел пустынную заснеженную равнину и зашагал обратно в город.

Ниш стоял на площади с фонтаном, похоже, это место больше всего привлекало его в городе.

— Ты отдохнул? — Демон задумчиво потрогал воду. — Так и не замерзает…

— Мы можем идти в другой мир, у меня хватит сил открыть проход.

— Вот и хорошо, — обрадовался демон. — Я мерзну здесь, и мне очень хочется есть. Еще немного, и я превращусь в такую же сосульку, как и те демоны, что лежат возле прохода.

— Идем домой, — улыбнулся Врон. — Там меня ждут.

Меня тоже, — нахмурился Ниш. — Только, в отличие от тебя, я вернусь с плохими известиями.

Они вышли из города. Врон прислушался к себе. Нет, малыша рядом не было, но он был где-то недалеко и следил за путниками.

Врон грустно улыбнулся и побежал вперед. Возле прохода он встал рядом с замерзшим лекарем и закрыл глаза. Теперь, когда охотник напитался энергией, ему сразу удалось открыть проход, и он прошел по нему, толкая перед собой умника.

Молодой человек остановился за несколько шагов до выхода. Подождав, когда Ниш выйдет из портала, Врон, напрягая все свои силы, попробовал раздвинуть проход так, как предлагал малыш. Это было трудно, мучительно трудно, его тело сжала неведомая сила, возможно потому, что он сам стал увеличиваться. И когда Врону уже казалось, что сейчас он лопнет от напряжения, стены прохода поддались и стали расходиться.

Малыш был прав: он сможет раздвинуть проход, если будет наполнен энергией. Неизвестно только, надолго ли ее хватит…

Врон вышел из портала, чувствуя, как его тело покрывается слизью перегрузки. Ниш потерянно смотрел на человека, его кожа была серой от страха, и он дрожал.

— Что случилось? — проскрипел он. — Тебя долго не было, а с дырой что-то случилось, она стала сиять, как солнце, и расширяться. Еще немного, и дыра поглотила бы все здание.

— Ничего страшного. — Врон тяжело опустился на пол. — Я просто решил кое-что попробовать.

— В следующий раз предупреждай заранее, я подумал, что ты погиб. Тебе плохо?

— Да, мне надо отдохнуть, но я встану, если ты мне поможешь.

Ниш протянул ему лапу и легко поднял на ноги.

— Даже не верится, что мы вернулись, — проскрипел он. — Перед нами снова родной мир, простой и понятный. Что будем делать? Мне надо отдохнуть. Не беспокой меня пару дней, а потом отправимся к трокам.

— Два дня для отдыха — это много, — недовольно покачал головой Ниш. — Не забывай, что там, в чужом мире, гибнут демоны.

— Послушай, — тяжело вздохнул Врон. — Я открывал порталы. Я провел несколько часов в желудке змеи. Я проводил твоих охотников через поле, полное прожорливых личинок. А ты в это время только охал и ахал. Дай мне время на отдых. Силы мои не безграничны, к тому же и дальше мне придется все делать самому. Если тебе что-то не нравится, можешь сделать все сам. Можешь идти уговаривать троков, а потом проведешь их через портал…

— Ты же знаешь, что я не смогу это сделать…

— Тогда не мешай мне.

— Но демоны…

— Я все понимаю. — Врон пошел к двери. — А вот ты почти ничего, хоть тебя и называют умником. Ты знаешь, как открыть портал в воздухе? Если он есть, конечно. А если его нет, то как его создать?

— Нет, не знаю…

— Так вот, мне все это надо еще придумать. Дай мне отдохнуть, а лучше пришли лекаря, пусть он меня посмотрит, что-то я стал сильно уставать в последнее время.

Врон вышел на улицу. Город был пустым и холодным. Солнце опускалось за высокую стену. Человек, пошатываясь от усталости, пошел к дому. Даже предстоящая встреча с Лаской и ребенком его не радовала. Он слишком устал…

ГЛАВА ШЕСТАЯ

О том, как выглядят драконы, мы знаем относительно мало. В некоторых древних свитках они сравниваются с горой, в других — с холмами. Вероятнее всего, это преувеличение, ни одно летающее животное не может быть таким большим.

Драконы имеют огромные кожистые крылья, которые поддерживают их в воздухе. Они умеют выдыхать огонь, и он настолько горяч, что может поджечь даже сырое дерево. Струя огня, которую дракон извергает из пасти, может вылететь на десяток шагов, в некоторых источниках говорится даже о сотне шагов.

Они обладают мощными когтями и пользуются ими в бою. Говорят, что, вцепившись ими, дракон может унести убитую им лошадь на вершину самой высокой горы.

Тем не менее люди убивали драконов, хоть ни в одной книге и ни в одном свитке не описан ни один достоверный способ этого убийства.

Из книг монастыря охотников за демонами

Амия проснулась от подозрительного шороха. Она мгновенно вскочила и, подкравшись к двери, осторожно выглянула. Солнце только поднималось из-за горизонта, дул холодный ветерок…

Рядом с домом никого не было, только по полю двигались какие-то тени. Они находились слишком далеко, чтобы можно было разобрать, кто это. Вероятнее всего, это какие-то животные, а значит, у охотницы есть шанс хорошо пообедать сегодня.

Амия схватила меч и кинжал и, крадучись, пошла в поле.

Высокие сухие стебли злака местами густо переплетались, и женщина не могла рассмотреть бродивших по полю животных. В том, что это были животные, она не сомневалась до тех пор, пока не наткнулась на большой мешок, сплетенный из растительных волокон. Он был полон. Похоже, кто-то собирал зерно с ее поля. И этот кто-то был разумен. Неужели люди?

Рядом послышался шорох. Охотница сделала несколько шагов, раздвинула стебли и остановилась, ощутив прикосновение к шее чего-то острого. Рука ее тихонько скользнула к мечу, но тут же в кожу впилось острие копья.

«Кто бы ты ни был, — подумала Амия, — сейчас ты узнаешь, как грозить копьем охотнице».

Женщина слегка скосила глаза и увидела голые поцарапанные ноги. Они определенно принадлежали мужчине. Амия сжала рукоятку кинжала и медленно повернула голову. На нее смотрел улыбающийся полукровка. Кожа его была бледно-зеленого цвета, в руке он держал небольшое копье, острие которого сейчас больно врезалось в шею Амии.

— Ты кто? — спросил мужчина. — И что ты здесь де лаешь?

— Это я у тебя хотела узнать, — сердито буркнула Амия. — Поле мое. И убери свое копье, не то у тебя будут большие проблемы.

Мужчина расхохотался.

— И давно это поле стало твоим?

— Со вчерашнего дня, когда я решила здесь поселиться.

Амия осторожно отодвинула копье от своей шеи и приготовилась вскочить. Но тут с другой стороны в бок ей уткнулось другое копье.

— Кто бы ты ни была, веди себя тихо, если хочешь жить, — произнес еще один мужской голос — У нас нет времени разбираться с тобой. Я не знаю, от кого ты сбежала, но это сейчас не важно. Это поле и дом, из которого ты пришла, принадлежат нам. И ты сама тоже. Мы заберем тебя с собой…

Говоривший негромко чмокнул, видимо подражая какой-то птице. Амия рванулась в сторону, но тут ее прижали к земле, заломили руки за спину… Потом связали, а на голову набросили мешок. Когда Амия что-то попыталась выкрикнуть, ее ударили по голове древком копья, и она потеряла сознание.

Когда охотница очнулась и попробовала подняться — не смогла. Руки ее по-прежнему были связаны. Оружие ее исчезло, в том числе и меч, который ей подарили грумы.

Амия яростно выругалась.

— Не знаю, кто вы, но вами сделана большая ошибка! Зря вы связались со мной, — прошипела она. — Я найду вас и убью.

Рядом послышался тихий смешок.

— Ну, разве не забавно? Только что ей показали, что вся ее свирепость ровно ничего не стоит, а девица все равно продолжает грозить.

Амия повернула голову в сторону говорившего, но никого не увидела. Голос она узнала, это был скрыт.

— Развяжи меня, — попросила Амия. — А потом я им покажу, кто грозен, а кто нет.

— Развязать? А стоит ли? Сейчас ты такая тихая и спокойная. А развяжешь тебя — ты сразу начнешь искать тех, кто тебя связал и побил.

— Ты знаешь, кто это был?

— Опять начались вопросы. Отвечу на один, ты сразу задашь второй.

— Хорошо, — вздохнула Амия. — Обещаю, что задам ровно два вопроса. Только развяжи меня.

Скрыт подошел сзади и резанул острыми когтями по веревке.

— Кстати, я не обещал, что отвечу хоть на один твой вопрос…

Скрыт отошел в сторону.

— И все-таки кто это был?

— Такие же люди, как ты.

— Куда они пошли?

— В то место, где они живут.

— А где они живут?

— Это уже третий вопрос, — засмеялся скрыт и исчез в зарослях. — Ищи на него ответ сама кстати, земля подтаяла, и на ней остались вполне ясные следы.

— Ты, между прочим, обещал мне помогать, — крикнула Амия. — А сам позволил меня избить.

— Ну, они, кроме того, еще хотели тебя забрать с собой, но почему-то передумали и убежали. Не догадываешься, кто их напугал?

— Демон есть демон, — пробормотала Амия, вставая. — Ничего хорошего никогда не скажет.

Охотница ощупала себя. Кое-где было больно, похоже, что ее несколько раз ударили ногой, когда она лежала без сознания.

— Надо было убить меня, коль уж представилась такая возможность. — Амия тяжело вздохнула. — А теперь вам придется узнать, кто такие охотники за демонами! Однако самая большая ваша ошибка в том, что вы забрали мой меч. Он мне слишком тяжело достался, чтобы я могла его просто так кому-то подарить.

Женщина огляделась. Скрыт был прав, на земле остались вполне ясные следы, и они вели в заросли. Амия посмотрела в небо. Солнце уже перевалило за полдень. Охотница вернулась в дом, сварила кашу, поела, потом вымылась в ручье, стараясь смыть запах мешка, которым ей закрывали голову. Затем она обыскала все темные углы в доме, поскольку надеялась найти хоть что-то, что можно было бы использовать вместо оружия, но ничего не нашла, выругалась и поспешила в поле.

Земля подтаяла и проваливалась под ногами. Амия решила, что людей было не меньше десяти. Они шли тяжело нагруженными, поэтому следы уходили глубоко в раскисшую землю.

Охотница чувствовала себя неплохо. Голова уже перестала болеть, хотя шишка от удара копьем отчетливо прощупывалась под волосами. Злость понемногу прошла, осталось только чувство холодной ярости.

Напавшие спеленали ее, как обычную девчонку, избили и бросили. Но самое главное, они забрали ее оружие: кинжал и меч — самое лучшее оружие, которое Амия когда-либо держала в своих руках.

Она, одна из самых опытных охотников на демонов, вела себя как желторотый новичок, который и оружие-то увидел в первый раз. Сколько же она уже здесь сделала ошибок? Неужели этот мир так плохо влияет на нее?

Скрыт прав, она глупа, но тот, кто забрал ее оружие, еще глупее! Нельзя было так делать, да и бить по голове тоже не следовало. Даже в монастыре Амия никому подобного не позволяла, а уж здесь тем более никто не имеет на это право.

Охотница вскарабкалась на холм и осторожно выглянула из-за камня. Следы вели дальше к горам. Она принюхалась, запах была слабым, люди прошли здесь часа три-четыре назад, поэтому пока можно было особо не осторожничать. Но и расслабляться нельзя. Амия уже один раз позволила себе расслабиться и жестоко поплатилась за это. Второй раз эти люди не оставят ее в живых.

Амия спустилась вниз и взбежала на следующий холм. Сейчас самое главное — не спешить. Никуда они от нее не денутся. Охотница будет идти за ними до тех пор, пока не догонит.

Амия не особо задумывалась о том, что делать, если следы приведут ее к поселению, в котором окажется несколько сотен людей. Там будет видно. Главная цель — найти и отобрать меч, а после этого она готова драться с сотней полукровок.

Женщина спустилась с холма и направилась к следующему. Этот холм показался ей каким-то странным, он был не черным, как другие, а желтым, и от него исходил странный пугающий запах. В другое время Амия свернула бы в сторону, но следы похитителей ее оружия вели именно к этому холму.

Охотница подошла ближе и тут неожиданно для себя испугалась. Страх был безотчетным, ни с чем не связанный, он просто появился без какой-либо причины. Возможно, виной тому был этот странный запах, а возможно, и что-то другое.

Никогда еще до этого Амия не испытывала такого жуткого чувства. Охотница остановилась в сотне шагов от холма, ноги просто отказывались идти дальше.

Постояв несколько минут, принюхиваясь и приглядываясь к холму, Амия все-таки заставила себя продолжить путь. Она шла осторожно, обходя холм по большой дуге.

«Если враги на этом холме, значит, им сегодня повезло», — мрачно подумала Амия. Она сделала еще несколько десятков шагов и залегла в небольшую рытвину. Почему она это сделала, женщина тоже не знала, но желание спрятаться было непреодолимым. И как же вовремя она скрылась!

Холм неожиданно зашевелился, стал выше, потом у него появились крылья, холм сделал несколько шагов и взлетел.

У Амии зубы застучали, руки дрожали мелкой дрожью. Скоро неизвестное ей животное превратилось в едва заметную точку в небе, а охотница все никак не могла заставить себя сдвинуться с места.

— Я думал, что ты пойдешь прямо к троку на свою погибель, — раздалось за спиной.

Амия тяжело вздохнула.

— Что это было?

— Я же сказал: это трок, точнее молодая самка, вы летевшая на охоту. Тебе повезло, что ты не подошла ближе, иначе я бы ничем не смог тебе помочь. Трок съел бы тебя.

— Трок, какой трок? — Амия наконец справилась с собой и смогла повернуться к скрыту.

— Вы, люди, называете их драконами…

— Что? — не поверила Амия. — Но драконы давно вы мерли…

— Если бы ты сделала еще несколько шагов, то и ты бы вымерла, — рассмеялся скрыт. — Советую обследовать место, где отдыхал трок. Там ты найдешь продолжение следов.

Амия встала на дрожащие ноги.

— Самка трока готовилась снести яйцо, — донесся из далека голос скрыта. — В этом состоянии они быстро уста ют и они часто садятся на землю. Тебе повезло, что она тебя не заметила. Чтобы снести яйцо, троку нужно мясо, твое вполне бы подошло.

Амия вытерла холодный пот со лба и медленно пошла к тому месту, где сидел дракон. Там осталась только теплая растаявшая земля. А следы были видны чуть дальше. Люди прошли раньше, чем здесь появился дракон.

Охотница выругалась и поспешила дальше, стремясь быстрее уйти от неприятного запаха, которым, казалось, пропиталась земля.

Теперь она часто оглядывалась по сторонам, но скрыта так и не заметила. Не зря про этих демонов рассказывали, что еще никому не удавалось их увидеть тогда, когда они этого не хотят. Правда, еще говорили, что если скрыту прокричать свое желание, то оно обязательно исполнится. Амия в такие байки не очень верила, да и признаваться скрыту в своих желаниях она не хотела. Демон смеялся над ней, и уже не раз. Как может исполнить желание скрыт, который смеется над тобой?

— Да никак, — пробурчала Амия. — Мое желание будет для него еще одним поводом посмеяться.

Женщина пошла к далеким горам. Запах людей становился все сильнее. Амии даже показалось, что она видит темные силуэты, взбирающиеся вверх по склону. Охотница не сводила глаз с неба, ожидая, что вот-вот сверху на нее спланирует огромный дракон и сожжет ее своим пламенем. Но пока все было спокойно, только солнце уже склонялось к закату.

— Надеюсь, что эти люди не видят ночью, — вздохнула Амия. — Не хотелось бы драться с ними без оружия.

Почти у вершины человеческие следы направлялись в большую пещеру. Охотница присела за камнем. Если это их дом, то полукровки должны были выставить охрану, но, как Амия ни принюхивалась, ветер не доносил до нее свежих запахов. Тогда она осторожно поднялась на скалу над пещерой, но и там никого не оказалось.

— Ну не круглые же они глупцы, — недовольно покачала головой Амия. — Охрана должна быть.

Она осмотрела еще несколько подозрительных трещин и даже поднялась выше на гору, но и там никого не заметила.

Солнце уже опускалось за горизонт, когда женщина снова подошла к пещере. Вход был довольно широкий, в него могло войти строем небольшое войско, и воинам не пришлось бы тесниться и пригибаться. Амия, подождав, пока ее глаза привыкнут к темноте, бесшумно скользнула внутрь.

Постепенно своды пещеры стали понижаться. Пройдя еще немного, охотница заметила несколько небольших лазов, уходящих в сторону от основного прохода.

Она легла на каменистую землю и тщательно обнюхала каждый. Человеческий запах шел ото всех проходов, но запах похитителей ее оружия вел прямо.

Ход стал уже, потолок приблизился, и Амии пришлось принять полускрюченное положение. Но вот впереди появился слабый свет. Он был неровным и шел, вероятнее всего, от костра. Пройдя еще немного, охотница услышала глухие голоса.

Амия легла на землю и поползла. Она проползла совсем немного и остановилась, ощутив очень сильный людской запах. Женщина вгляделась в полумрак и различила силуэт человека с копьем, который сидел на корточках за небольшим камнем. Чтобы бесшумно вывести его из строя, охотнице надо было проползти еще пару шагов. Но человек неотрывно смотрел в черноту прохода.

Амия прижалась к стене и стала выжидать. Человек еще какое-то время смотрел в темноту, потом зевнул и отвернулся. Тогда Амия проползла еще немного, стараясь двигаться бесшумно. Теперь она лежала с другой стороны камня и даже слышала дыхание часового. Оно становилось все реже и реже — похоже, что человек задремал.

Охотница подождала еще немного, потом привстала и ударила часового кулаком в висок, зажав при этом ему рот. Удар получился аккуратный и точный. Мужчина потерял сознание.

Амия осторожно положила его на землю и поползла дальше. Скоро ее путь пошел под уклон. Она сползла вниз и оказалась в огромном зале.

Полукровки сидели у большого костра, ели кашу из зерен, украденных с ее поля, и тихо разговаривали. Охотницу не заметили: свет от костра был довольно слабым.

Женщина проползла вдоль стены и спряталась за большим камнем. Осторожно выглядывая из-за него, она посчитала врагов. Их было пятнадцать. С таким количеством она могла справиться, если бы у нее был меч. Но сейчас он лежал на коленях большого крепкого мужчины у костра.

Для безоружной охотницы мужчин было слишком много.

Амия мучительно размышляла над тем, что ей делать. Она буквально чувствовала каждое мгновение уходящего времени. Скоро, очень скоро тот, кого она оглушила у входа, должен был очнуться. Охотница уже пожалела, что не убила стражника. Тогда, возможно, у нее было бы гораздо больше времени для похищения меча.

В конце концов Амия осознала, что сделала большую глупость, забравшись в эту пещеру. Лучшее, что можно было сделать в такой ситуации, это устроить засаду у входа и убивать полукровок по одному.

Амия еще раздумывала над тем, что же ей делать, когда в зал вбежал часовой.

— Меня кто-то ударил, — завопил он. — Сюда никто не заходил?

Люди у костра расхохотались.

— Что, Дрен, сладко спалось? Даже не увидел, кто тебя стукнул? Тебе уже говорили, что нельзя спать, когда охраняешь вход.

— Быть может, тебе это приснилось? — донеслось с другой стороны костра. — А снились наверняка женщины?

— Кому понадобилось бить тебя? Сюда никто не заходил…

— Узнаю, кто из вас это сделал, башку проломлю, — мрачно пообещал часовой, выходя из зала.

Высокий мужчина хмуро посмотрел на сидевших у костра.

— Кто-то из вас выходил? — спросил он.

— Нет, Брег, я сижу напротив входа — никто не входил и никто не выходил.

— Странно, — покачал головой мужчина. — Если ни кто из нас не выходил, то кто мог ударить Дрена?

— Да Дрену это просто приснилось. Он любит поспать.

— Приснилось? Не думаю. Я заметил у него на виске кровоподтек.

— Уснул, вот и стукнулся о камень, когда потерял равновесие.

— Возможно, — согласился мужчина. — Но мне это не нравится… Герон, ты пойдешь и займешь место Дрена, но сначала сделай факел и осмотри пещеру. Что, если кто-то сюда все-таки забрался.

— Кто тут может быть? — недовольно пробурчал тот, кого назвали Героном. — Демоны сюда не сунутся, для трока вход слишком узок. А прочее зверье давно уничтожено.

— Если судить по тому, что говорил Дрен, это сделал человек. Вряд ли демоны оставили бы парня в живых, они его съели бы. А звери не бьют по голове, они впиваются в горло.

— Человек? — Герон неохотно встал. — Как здесь мог ли оказаться люди, если до ближайшего поселения три дня пути?

— Но вы же видели женщину в поле и даже забрали у нее оружие. А что, если это она?

— Женщина? Вряд ли. Мы видели в поле демона, поэтому и ушли, а ее оставили. Думаю, что она уже давно переваривается в его желудке.

— А если она сумела убежать и пришла сюда, значит, нам не придется скучать. Интересно, кто из нас ей приглянулся? Не Дрен же, этот недотепа?

— Его она и выбрала и приласкала, только он этого не понял.

Амия беззвучно рассмеялась. Пока все шло хорошо.

— Вы что, не поняли? — спросил высокий мужчина с явной угрозой. — Я сказал: осмотреть пещеру.

Он вытащил ярко пылающую головню из костра и поднял ее высоко над головой. Остальные последовали его примеру. Амия поежилась. Она не сомневалась, что сейчас ее обнаружат. Дожидаться было бессмысленно, и охотница сама вышла к костру.

— Точно! Эта та самая, у которой мы забрали оружие, — воскликнул один из мужчин.

— Тихо, — приказал высокий мужчина, разглядывая Амию. — Кто ты и почему ты здесь?

— Я пришла за своим мечом, — хмуро произнесла Амия. — Твои люди забрали его. Меч в твоих руках принадлежит мне. И кинжал тоже.

Охотница стояла в боевой стойке и внимательно следила за предводителем. К ней подошел мужчина с копьем. Амия резко ударила его ногой, перехватила копье и древком сбила с ног другого, поднимавшегося с места.

— Если еще кто-то попробует встать, его и того, кто последует его примеру, я убью, — угрожающе проговорила Амия.

Мужчины схватились за копья. Амия недовольно покачала головой.

— Я не шучу и убью всех, кого смогу. Лучше сидите на месте.

Боковым зрением охотница заметила, как из прохода появился Дрен. Он крался вдоль стены, рассчитывая, что женщина не заметит его в темноте. Как только стражник приблизился, Амия воткнула копье ему в живот, провернула разок и отскочила к стене.

— Есть еще желающие? — выкрикнула она. — Тогда поднимайтесь.

— Эта тварь убила Дрена, сейчас я разорву ее на куски. Один из мужчин вскочил с места и ринулся на убийцу.

Амия бросила в него копье и схватила другое, выпавшее из рук погибшего Дрена. Мужчина охнул и повалился на землю, копье пробило ему грудь.

— Успокойтесь, оставайтесь у костра, — приказал высокий мужчина. — Она уже убила двоих и убьет еще, прежде чем мы с ней справимся.

Он сурово взглянул на Амию.

— Что тебе нужно, женщина?

— Мой меч и мой кинжал. И я уйду.

— Это хороший меч, — заметил мужчина. — Зачем он тебе? Женщины не носят оружия, оно им ни к чему, их защищают мужчины.

— Я сама защищаю себя. Этот меч мой. Никто не имеет права его забирать. Отдай его мне, и я уйду.

Мужчина задумался. Амия продолжала следить боковым зрением за другими, они явно не собирались сдаваться, были напряжены, вцепились в копья и ждали сигнала от высокого мужчины.

— Я предлагаю тебе свою защиту, — улыбнувшись, произнес мужчина. — Ты станешь моей подругой, и никто не посмеет тронуть тебя, тогда этот меч тебе не понадобится.

Амия ударила древком копья еще одного мужчину, пытавшегося встать, и снова направила острие копья в сторону предводителя.

— Если ты не отдашь мне меч, то сейчас умрешь! — Охотница наконец рассердилась. — А мертвый ты не сможешь меня защитить.

— Тогда мои товарищи убьют тебя, — заметил высокий мужчина. — Со всеми ты не справишься.

— Отдай меч, я буду драться с вами в любом случае. Мне все равно, сколько вас. Скорее всего, я не справлюсь с вами со всеми, но то, что вас станет намного меньше, это я обещаю.

Предводитель взялся за рукоятку меча. Амия встала в боевую стойку, мысленно представляя, какой будет схема ее боя. Лицо женщины раскраснелось от прихлынувшей к голове крови.

Мужчина посмотрел ей в глаза и задумчиво кивнул.

— Похоже, что ты действительно готова драться до победы или гибели. И не боишься, хотя и понимаешь, что у тебя практически нет шансов уйти отсюда живой. Я отдам тебе меч, но не рассчитывай уйти далеко. Мы пойдем следом!

— Меч! — потребовала Амия. Мужчина положил оружие близ себя. Толкни его ко мне, — приказала Амия. Мужчина подчинился. Охотница оглядела сидевших у костра полукровок и поняла, что, как только она нагнется, чтобы взять меч, они нападут.

— Вот и хорошо. — Амия молниеносно подхватила меч, перекатилась в сторону и одновременно вырвала оружие из ножен. Теперь она уже ничего не боялась.

Охотница подрубила ноги двум мужчинам, попытавшимся ударить ее копьями. Отрубила кисть еще одному и снова замерла, ожидая продолжения.

— Пусть уходит, — приказал предводитель. — Хватит на сегодня смертей. Вы что, не видите, что перед нами женщина-воин. Она хорошо обучена, никто из нас не умеет так сражаться. Она убьет многих, если не всех.

Амия попятилась вдоль стены к входу, не сводя глаз с мужчин, нерешительно переминавшихся возле костра.

— Откуда ты здесь появилась, женщина? — спросил вслед ей предводитель. — Мы никогда не видели раньше таких, как ты.

— Возможно, вы когда-то слышали об охотниках за демонами? Так вот, я одна из них. Если хотите умереть, попытайтесь найти меня еще раз. Я с удовольствием убью всех. Тем более что вас осталось уже не так много. Сейчас я без особого труда могу убить еще пятерых.

Амия взмахнула мечом. Мужчины, те, кто стояли на ногах, инстинктивно отшатнулись. Охотница закрепила перевязь с мечом, надела пояс с кинжалом. Сделав это, она улыбнулась.

— Так есть желающие умереть или нет?

— Уходи, женщина, — вздохнул предводитель. — Ни кто не пойдет за тобой и никто больше не придет на твое поле. Обещаю…

— Тогда живите. — Амия направилась к выходу, продолжая прислушиваться к тому, что происходило за ее спиной.

Ее действительно никто не преследовал. Женщина вышла из пещеры и побежала, хоть дорогу ей освещали только звезды. В душе все еще бурлила нерастраченная ярость. Амия победила, и получилось это на удивление легко.

Утром охотница уже была в своем доме. Она сварила кашу, поела и стала собираться. Несмотря на то, что победа осталась за ней, женщина не хотела здесь оставаться надолго. Если мужчины нападут неожиданно, как это было уже один раз, ее убьют. А в постоянном напряжении не сможет жить ни один воин.

Амия собрала в мешок зерна, взвалила его себе на плечи и отправилась в путь, ориентируясь на восходящее солнце.

* * *

Ласка спала, лицо ее было бледным и печальным. Малыш, должно быть, почувствовал его и открыл глаза. Врон приложил палец к его губам.

— Не надо шуметь, — попросил он. — Пусть мать отдыхает.

Малыш радостно улыбнулся и потянулся к нему всем телом, так что чуть не упал с ложа. Врон взял его на руки.

— Я вернулся, все хорошо, — шепнул охотник. — Но скоро мне снова придется уйти.

Малыш что-то прогугукал в ответ. Ласка, не открывая глаз, положила руку на то место, где спал младенец. Не найдя его, она вскочила с ложа и одновременно выхватила меч. Она долго смотрела на Врона непонимающим взглядом, потом ее лицо постепенно смягчилось.

— А меня обнять ты не хочешь? Этот увалень соскучился по тебе не так сильно, как я. Только сначала положи его. Кстати, он уже начал ползать, поэтому положи его подальше от края. Он еще только учится слезать, но пока чаще падает.

— Он уже ползает? — удивленно поднял брови Врон.

— И довольно быстро. Я теперь все время беспокоюсь за него.

Врон положил малыша на теплый камень и обнял Ласку.

— Я рад, что у вас все хорошо.

— Ну, не так хорошо, как бы мне хотелось, но мы живы и здоровы. Я волновалась и очень скучала.

— Я старался вернуться как можно быстрее. И тоже скучал по тебе и малышу.

Врон присел на ложе. Малыш дотянулся до него и стал играть ремнями перевязи оружия.

— Ты плохо выглядишь.

— Очень устал, мне надо отдохнуть. Дорога обратно была невероятно тяжелой. Если ты не возражаешь, я бы хотел немного поспать.

— Конечно возражаю, — улыбнулась Ласка. — И все-таки ты здесь, а это главное. Мы подождем, пока ты отдохнешь. Только, думаю, тебе удастся это сделать в другой комнате. Малыш не даст тебе спать.

— Тогда я пошел наверх. — Врон встал. — Забыл спросить, вы не голодны?

— Нет, что ты, еды хватает. Скрыт приносит зерно, иногда птиц, мы сыты.

— Хорошо.

Врон поднялся по лестнице, открыл комнату с таким же ложем и лег. Перед глазами сразу замелькали багровые круга, расширяясь и лопаясь с неприятным треском. Усталость оказалась еще большей, чем он себе представлял. В голове стоял треск — то ли от взрывающихся кругов, то ли от жуткой головной боли, которая вдруг обрушилась на молодого человека.

В какой-то момент Врон заснул, но сны его оказались весьма скверными. Охотника преследовали звери и громадные змеи, за ним гналась личинка рвача, поднявшая огромную травяную волну, и он чувствовал, что не успеет добежать до камня. Трава схлынула вместе с землей, открыв огромную пасть, полную острых зубов, и Врон полетел прямо в нее.

Молодой человек проснулся в холодном поту, его тело покрылось неприятно пахнущей слизью. Прежде чем спуститься к Ласке, Врон пошел в комнату с бассейном и тщательно вымылся.

После сна, каким бы он ни был тяжелым, охотник почувствовал себя намного лучше. Он даже стал понимать, сколь нереальную цель перед собой поставил. Впрочем, разве он ее поставил? Задачу перед ним поставили демоны. А если Врон ее не выполнит, они убьют малыша и Ласку. Но об этом лучше пока не думать.

Врон вылез из воды и угрюмо выругался, натягивая на себя остатки набедренной повязки. Крепкая ткань, которая уже многое пережила, под воздействием едкой пищеварительной слизи змеи превратилась во что-то состоящее из множества дырок и больше походила на дамское кружево. Ремни, на которых у него держались меч и кинжал, тоже были не в лучшем состоянии, хотя, и не в таком плачевном, как повязка. Врон неодобрительно покачал головой и пошел вниз. Ласку он нашел на кухне.

Малыш ползал по полу, радостно что-то лопоча, а Ласка ела кашу, сваренную на очаге повелителей. Она протянула мужу еще одну каменную чашку.

— Я приготовила и для тебя. Я знаю, что после очередных приключений ты всегда голоден.

— Да. Я очень рад вас видеть. Больше всего на свете мне хотелось снова оказаться с вами.

— Ты с нами, твоя мечта исполнилась… — Ласка нахмурилась. — Или нет?

— Исполнилась.

Врон съел всю кашу, и ему этого показалось мало. Ласка протянула свою чашку.

— Похоже, тебе тяжело достался этот поход. Как поживают демоны в чужом мире?

— Плохо, на этот раз не они едят, а их едят.

— Неплохое известие, — засмеялась Ласка. — Быть может, те из них, кто останется в живых, поймут, что не очень приятно, когда тебя едят.

— Вряд ли они что-то поймут, — вздохнул Врон.

— У нас опять какие-то проблемы с демонами? — Ласка пристально посмотрела на супруга. — Ты недоговариваешь. Что-то случилось или должно случиться?

— От тебя ничего не скроешь, ты все видишь и понимаешь.

— Это несложно. Когда что-то не так, ты задумчив.

— У меня не все получилось. Мы нашли демонов, но не смогли им помочь. Теперь все придется начинать сна чала, только уже из этого мира.

— А тебе это обязательно нужно делать?

— Ниш пообещал, что если я откажусь им помогать, то они убьют вас с малышом.

— Они могут попробовать, только это не так просто. — Ласка потянулась к мечам. — Я так и думала, что от этого демона будут одни неприятности. Что он еще для тебя приготовил?

— Мне придется идти к драконам…

— Ну, это нам не страшно. Ты с драконами неплохо ладишь, по крайней мере, им еще ни разу не удалось тебя съесть. Но мне не нравится, что тебя заставляют это делать. Если потребуется, я готова сражаться за нашего малыша, и демонам будет нелегко нас убить. Так что можешь отказаться…

— Ты забыла, что устроили пятнадцать демонов-воинов в монастыре? Мы едва спаслась тогда, и я не хочу, чтобы это повторилось.

— Я не забыла. — Ласка обняла любимого. — Мне до сих пор иногда снятся сны, в которых я вижу этот бой. Вижу, как умирают патриархи, и тебя, бледно-серого, похожего на демона-воина с горящими глазами и мечом в руке. Конечно, я понимаю, как это опасно. Но мне не нравится и то, что ребенок растет без отца. Не для того мы сюда пришли, чтобы спасать демонов от их собственной глупости.

— Не для того, в этом ты права. Мы едва ушли от верной гибели и надеялись найти здесь убежище. И мы его нашли, только вот за покой придется дорого платить.

Ласка нежно поцеловала мужа.

— Мне страшно за тебя и за малыша. Кстати, ты не хочешь выпить жидкости повелителей?

— Да, наверно, выпью… Врон потянулся к столбику.

— Нет, стой, я хочу тебе кое-что показать, — остановила его Ласка.

Она поставила чашку на столбик.

— Малыш, я хочу пить.

Ребенок радостно что-то прогугукал, подполз к столбику, потом встал на еще некрепкие ножки и стукнул по отпечатку руки. Столбик поднялся вверх и опустился вниз уже с дымящейся жидкостью. Малыш опустился на пол и пополз дальше. Врон, не веря своим глазам, взял чашку в руки.

— Как он этому научился?

— Я его не учила, он все сделал сам, — сказала Ласка с гордостью. — И вообще, как это ни странно, но ему подчиняется все в этом доме. Он открывает все двери, зажигает и гасит свет. Помнишь, я тебе говорила, что боюсь, что он куда-то свалится?

— Да…

— Так вот, однажды я заснула, а когда проснулась, то обнаружила, что его нет в комнате, да и во всем доме тоже. Я нашла его только на улице, беседующим со скрытом…

— Этого не может быть…

— Может, еще как может. Он разговаривает с демонами, и они слушаются его. Не знаю, как они его понимают, но дело обстоит именно так. Поэтому я уверена, что ничего они с ним не сделают, да и со мной тоже. Наш ребенок не позволит меня обидеть. Вряд ли их угрозы так уж страшны.

Врон взял малыша на руки.

— Ты действительно можешь открывать все двери в этом доме?

Малыш что-то прогугукал в ответ.

— Может, — улыбнулась Ласка. — Это он тебе и сказал. Удивляюсь, почему ты его не понимаешь?

— Для меня это просто обычный детский лепет. — Врон поднял малыша над головой и поглядел в его темные, почти черные глаза. — То, что он открывает двери, это мне еще как-то понятно. В малыше, как и во мне, есть частица крови древних людей. А привратник говорил мне, что устройства повелителей умеют распознавать ее. Но вот как он разговаривает с демонами…

— Знаешь, не представляю, каким образом, но я тоже разговариваю с ним. Словно слышу его голос в своей голове. И он мне сообщает, чего хочет. Необъяснимо, но это так. Странного ребенка я родила. И даже не знаю, чья кровь его сделала таким — моя или твоя. Во мне есть кровь и охотника, и морского демона. А в тебе так никто и не смог разобраться. Отпусти его, он хочет еще поползать.

Врон осторожно опустил малыша на пол, и тот пополз к выходу. Дверь открылась перед ним, но темный коридор не испугал ребенка. Врон пошел следом, но Ласка положила руку ему на плечо.

— Не мешай, он сам знает, что ему делать.

— Но он же может упасть с лестницы…

— Лестницу парень освоил давным-давно. Он развивается не по дням, а по часам. Я даже не могу представить, каким наш сын станет, когда вырастет. Знаю только, что он сможет защитить нас обоих и от демонов, и от других тварей.

— Но он еще не вырос, и пока защищать вас приходится мне.

— Я могу за себя постоять, и ты это знаешь.

— Знаю, ты все еще мой командир, и я не против, если принимать решение будешь ты. Я поступлю так, как ты мне скажешь.

— Ласка задумалась.

— Насколько это опасно?

— Не знаю, — честно ответил Врон. — Пока понял только, что это очень трудно, а вероятнее всего, невозможно. Но это только начало, дальше будет еще труднее.

Ласка рассмеялась и поцеловала Врона так, что у охотника перехватило дыхание. Он прижал жену к себе, ощущая ее всем телом. Но Ласка отодвинулась.

— Не сейчас, — прошептала она. — Я тоже этого очень хочу. Но ты же сам сказал, что мне нужно принимать решение. Итак, это невозможно?

— Да, невозможно.

— Ну, ты у нас мастер решать такие задачи. Думаю, решишь и эту. Тебе придется снова уйти?

— Да, — кивнул Врон. — Лучше я тебе сейчас все рас скажу, иначе ты не поймешь. Мне нужно переправить драконов в тот мир, где сейчас погибают демоны. Дело в том, что они были специально созданы повелителями, чтобы бороться с чудовищами, которые сейчас убивают демонов. Но для того чтобы они оказались в том мире, мне придется пойти вместе с ними…

— А драконы послушают тебя? Почему ты считаешь, что они пойдут спасать демонов?

— Это еще одна проблема, которую мне придется решать.

— Так, а что потом?

— Ну, потом все просто, троки убьют чудовищ, а я смогу вернуться.

— Да, все очень просто и понятно. — Ласка снова прижалась к нему. — В твоем плане дыр больше, чем нужно.

— Что будет, если у тебя ничего не получится?

— Умник пойдет со мной. Если он увидит, что я сделал все, что мог, то он оставит нас в покое.

— Такое решение меня вполне устраивает. Когда он придет за тобой?

— Завтра, у нас есть немного времени.

— Ну что ж, тогда слушай мое решение. Ты сделаешь все, что необходимо, чтобы спасти демонов. Я уже убедилась в том, что демоны могут быть благодарными. Если у тебя все получится, то у нас не будет проблем в этом мире. Ни у нас, ни у малыша. У нас появятся такие мощные союзники, что нам никто не будет страшен. Ради этого стоит рискнуть.

Врон удивленно захлопал глазами. Он не ожидал, что Ласка так легко отпустит его. Женщина улыбнулась, заметив растерянность на его лице.

— Сейчас мы с тобой найдем скрыта, чтобы он присмотрел за ребенком, — продолжила Ласка. — А сами займемся кое-чем другим.

— Ты доверяешь скрыту? — еще больше удивился Врон. — Ты же его не любишь?

— Вполне доверяю. Я знаю, что, пока ты нужен демонам, он будет хорошо следить за нашим ребенком, не позволит ему ни упасть, ни голодать, ни влезть в какое-нибудь опасное место. Лучшей няни в этом мире нам не найти. К тому же мальчик любит скрыта, я бы даже сказала, что они друзья.

— Друзья?

— Ты бы видел, как они радуются, когда встречают друг друга.

— Хорошо, — пожал плечами Врон. — Пока скрыт ни разу не сделал нам ничего плохого, скорее наоборот, он часто помогал.

— Тогда пошли его искать, только сначала нужно найти ребенка.

Все двери были открыты, в том числе и та, что вела на улицу. Врон сразу увидел мальчика, тот полз по каменной мостовой. Можно было подумать, что он знает, куда ползет…

— Беспокоишься? — раздался голос за спиной. Врон оглянулся, но никого не увидел.

— Да, беспокоюсь.

— Он ползет к фонтану, ему там нравится. Мальчик любит ползать под струей воды и играть падающими каплями.

Из дома выбежала Ласка. Она посмотрела вслед малышу, потом перевела взгляд на Врона.

— С кем ты сейчас говорил?

— Здесь скрыт.

Демон проявился рядом со стеной дома.

— Ты ему сказал?

— Пока нет.

— Тогда ему скажу я. — Ласка повернулась к скрыту и сурово проговорила: — Ребенок на твоей ответственности. Если с ним что-нибудь случится, я сдеру с тебя твою облезлую шкуру и буду использовать ее вместо одеяла. Ты меня понял?

Ласка повернулась и вошла обратно в дом, крикнув от двери Врону:

— Долго с ним не болтай, я тебя жду.

— Почему она сказала, что у меня шкура облезлая? — спросил скрыт, недоуменно оглядывая себя. — Я не вижу никакой облезлости, шкура как шкура, она всегда у меня была такой.

— Должно быть, она сказала так от зависти? — предположил Врон. — Такой густой шерсти, как у тебя, я ни у кого не видел.

Каждый волосок может менять свой цвет, благодаря этому я не виден, когда этого не хочу. А густая потому, что благодаря ней я могу менять свою форму. Волоски длинные, и они могут еще увеличиваться. Но почему она сказала, что у меня шкура облезлая?

— Но у нее же такой нет…

— Я всегда подозревал, что она мне завидует, а теперь я в этом окончательно убедился. Не понимаю, как вы можете ходить с голой кожей? Холодно же… — Скрыт задумчиво почесал под мышкой. — Ладно, я побежал. Хоть в городе сейчас никого нет кроме нас, детеныш может изменить свой обычный маршрут. Вынюхивай его потом.

Скрыт помчался по улице, исчезая прямо на глазах.

Врон озадаченно покачал головой и вошел в дом. Определенно с Лаской не соскучишься. Придумала же, что у скрыта облезлая шкура. Глупо, но смешно.

Ласка ждала его в комнате. Прежде чем Врон успел что-то понять, она повалила его на ложе. Ласка была нежна и неистова, она любила его так же, как сражалась, с полной отдачей, словно это было последним мгновением в ее жизни. Врон тоже забылся, все его мысли и переживания исчезли, растворившись в ее ласках и нежности.

Когда супруги смогли оторваться друг от друга, прошло много времени.

— Принеси ребенка, мне нужно его покормить, — сон но пробормотала Ласка.

— Почему я? — возмутился Врон.

— Потому что я твой командир и я тебя люблю. — Ласка повернулась на бок, и Врон услышал ее сонное дыхание.

— Я тоже тебя люблю, командир. — Врон поцеловал жену в завиток волос и встал. — Но идти мне никуда не хочется.

Ответа он, конечно, не дождался.

Скрыта и малыша Врон нашел около фонтана. Скрыт сидел рядом с ребенком и что-то ему рассказывал, а тот лопотал в ответ. Увидев Врона, оба обрадовались.

— Я уже устал ему объяснять, что долго находиться под водой нельзя, — пожаловался скрыт. — И вообще, ваш детеныш совсем меня не слушает. А Ласка рассказывала, что вы неплохо ладите.

— Ладим, когда удается договориться. Но разговаривать с ним — это то же самое, что разговаривать с умником. У него на все свое мнение. Забирай его, я уже устал.

Врон поднял малыша на руки, тот в ответ что-то ему пролепетал.

— Что он говорит? — спросил Врон у скрыта. — Ты же, кажется, понимаешь его?

— Он говорит, что хочет есть и что от тебя пахнет каким-то страшным зверем.

— Так оно и есть. Только не понимаю, как он смог учуять запах. Этого зверя я встречал в другом мире и после того уже много раз мылся.

— Не знаю, — пожал плечами скрыт. — Это очень странный детеныш, он не похож на моих. Скажи, что творится в том чужом мире? Умник не стал мне ничего рассказывать. Сказал только, что дела у них совсем плохие.

— Все так, но я тоже ничего не буду тебе рассказывать, потому что и сам пока не все понял. Ну, с умом у тебя всегда были проблемы, поэтому я не обижаюсь, — засмеялся скрыт. — Расскажешь потом. Умник просил передать, что будет ждать тебя завтра утром на дороге за городом. И еще он просил, чтобы ты не задерживался.

— Постараюсь.

Врон пошел к дому. По дороге мальчик, прижавшись к отцу, заснул. Врон пошел медленнее, опасаясь разбудить ребенка. Сейчас он жалел о том, что почти не видит своего отпрыска. Обстоятельства складывались так, что охотнику все время приходится куда-то уходить. В доме он положил малыша рядом со спящей Лаской. Женщина, не просыпаясь, прижала его к себе. Врон постоял несколько мгновений, разглядывая их, а потом тихо вышел. Нужно было подготовиться к завтрашнему дню.

Он поднялся по лестнице в комнату с ложем, дающим энергию, и расположился на нем, предварительно помахав рукой над каменной тумбой. Охотника окутало облако желтого света, и он заснул.

Проснувшись, Врон почувствовал себя отдохнувшим и готовым к новым неприятностям. Он вышел на улицу. Солнце уже зашло, город был темным и неприветливым. Охотник прошел по улицам, представляя, как город будет выглядеть, когда его заполнят люди. Видение ему не очень понравилось, поэтому молодой человек просто дошел до фонтана и вымылся под струей холодной воды.

Ласка и малыш все еще спали, поэтому Врон лег рядом и обнял их. Он долго лежал, раздумывая над тем, как ему уговорить троков, и сам не заметил, как заснул. Проснулся Врон оттого, что Ласка рядом заворочалась. Мужчина открыл глаза и увидел, что жена кормит малыша грудью.

— Тебе уже надо идти? — спросила она.

— Да, надо, но мне не хочется.

— Перед твоим уходом я хотела бы придумать имя для мальчика.

— Имя?

— Конечно, не могу же я его все время звать ребенком, мальчиком и малышом.

— Даже не знаю, как его назвать. — Врон растерянно посмотрел на малыша, тот что-то прогугукал.

— Он говорит, чтобы мы называли его Торгом.

— Какое-то непонятное имя…

— Ему нравится, да и мне тоже.

— Тогда и я привыкну. До встречи, Торг.

Малыш сел и внимательно посмотрел на него темными глазами.

— Долго не задерживайся, мы будем тебя ждать.

Врон поцеловал Ласку и вышел. Рядом со стеной проявился скрыт.

— Это хорошо, что ты пришел. Умник уже меня послал за тобой. Холодно же, он замерз, а солнце хоть и давно уже встало, но еще плохо греет.

— Здесь не холоднее, чем в мире вечной зимы.

— Хотелось бы увидеть, что там? — Скрыт начал исчезать. — Но уж больно страшно. Ты беги, а то умник станет на меня ругаться.

Врон отыскал в стене вдавленный в камень отпечаток руки и вошел в открывшийся проход. Ниш ждал его на дороге, кожа у него действительно уже посерела от холода.

— Не сомневался, что ты не сможешь просто так оторваться от своей самки, — проворчал демон. — А я пришел слишком рано. Куда мы сейчас пойдем?

— К трокам. — Врон огляделся, снег уже почти везде растаял, обнажив черную землю. — Не знаю, как буду их уговаривать вам помочь.

— Троки неразумны и всегда голодны. Боюсь, что у тебя ничего не получится.

— Они не глупее вас, разумных, но они мыслят как воины. Возможно, это нам и поможет. Побежали.

К вечеру они были уже недалеко от территории троков, но оба устали и хотели есть. Тело Врона перестраивало мышцы ног, увеличивая их, и поэтому голод был нестерпимым.

Переговорщики остановились в небольшой роще, где не было ничего, кроме подтаявшего снега и голых стволов деревьев.

— Плохой мир, — покачал головой Ниш. — Совсем нет еды. А раньше я считал его лучшим из всех. Нам всем тут плохо — и трокам, и демонам, и даже людям.

— Зря мы сюда пришли, — согласно кивнул Врон. — и еды здесь нет, ни места, где можно устроить ночлег. Надо найти что-нибудь более подходящее…

— Об этом не беспокойся. — Ниш встал. — Я скоро приду, жди меня здесь.

— Ты куда?

— Потом все расскажу.

Ниш ушел куда-то в темноту, а Врон стал думать, как организовать ночлег. Деревья были тонкими, на них не залезешь, а если и залезешь, то все равно на них не заснешь — упадешь ночью. Можно устроиться на земле, но она холодная и промерзшая. Конечно, тело могло ко всему приспособиться, но и у него были свои пределы.

Вероятнее всего, Врон бы не умер и не заболел, но утром потерял бы столько энергии, что вряд ли смог бы быстро двигаться, а до места, куда прилетали троки, было еще полдня пути, и то если бежать.

Ниш появился из темноты с хмурым, сосредоточенным лицом.

— Идем со мной. Будем спать в тепле и еда найдется. Только придется снова бежать. Я не знал, что грумы решили закрыть свои ходы в этих местах…

— Грумы? Интересно, кого они испугались? Троков?

— Троков они не боятся, поскольку гиганты не могут пробраться в их жилища под землей. Тут другое, гораздо хуже. Пришел человек из того мира, откуда ты родом. Если сказать точнее, это самка. Вот от нее грумы и прячутся.

— Ты хочешь сказать, что демонов напугала женщина из моего мира? — Врон недоверчиво усмехнулся. — Этого просто не может быть.

— Ну, не то чтобы напугала, но общаться с ней они не хотят.

— Кто бы это мог быть? Люди не умеют проходить через порталы, и я не знаю таких женщин в своем мире, которые бы могли открыть портал.

— Эта самка как-то сумела. Возможно, я сделал ошибку, попросив скрыта за ней присматривать. Я решил, что слишком много опасностей здесь для людей — троки, демоны не прочь поесть человеческого мяса. Я подумал, что ты расстроишься, если узнаешь, что мы съели чело века из твоего мира.

— Ты рассуждал правильно, я действительно расстроился бы. Но мне интересно, я бы хотел увидеть эту самку…

— Она сейчас далеко отсюда, но не так давно была здесь. Грумы не тронули ее, хотя далось им это нелегко. Самка подралась с дозорными, да и другим грумам от нее досталось. Поэтому демоны и вынуждены были закрыть свои ходы, чтобы больше с ней не драться. А один из выходов был здесь рядом, на холме. Теперь нам придется бежать до следующей гряды.

— Как выглядит эта самка?

— Не знаю, я ее не видел, но если пожелаешь, тебе ее приведут.

— Куда? В поле, где мы будем ждать троков?

— Туда, куда ты скажешь.

— Ни ты, ни я не знаем, где мы будем завтра и что мы будем делать, поэтому я не могу назвать такое место.

— Что ж, тогда пусть пока гуляет. Скрыт за ней присмотрит. Хотя, если верить рассказу грумов, эта самка буквально притягивает к себе неприятности. Она лезет в драку, даже не задумываясь о последствиях.

— Кого-то мне она напоминает…

— Твою самку? — усмехнулся Ниш. — Она же точно такая…

— Да, — неохотно согласился Врон. — Она напоминает мне мою женщину. Если самка так агрессивна, значит, в ней есть ваша кровь.

— Грумы сказали, что она из их рода. Они заметили отдаленное родство.

— Что же вы тогда жалуетесь на ее агрессивность, если она несет в себе кровь демонов?

— Мы не жалуемся, мы просто не привыкли, что люди так себя ведут. У нас они тихие.

— Кажется, я знаю эту самку.

— Мне тоже так показалось.

— Пусть скрыт приведет ее в город. Если я знаю ее, то и моя женщина ее должна знать.

— Я передам твою просьбу скрыту. Мы пришли.

Ниш поднялся на большой холм. Там около небольшого куста была вырыта глубокая яма, куда он и спрыгнул. Врон последовал за демоном. Яма оказалась прикрытием, в ее боковой стенке был проложен подземный ход. Чем глубже они спускались, тем теплее становилось. Скоро земля сменилась камнем, а ходы стали выше и шире, уже можно было не пригибаться. На развилке двух широких туннелей их встретил старый грум. Он внимательно осмотрел Врона и брезгливо сморщился.

— Умник, ты уверен, что именно этот человек нам нужен?

Зрение Врона уже полностью приспособилось к темноте, и он смог различить неодобрительное выражение на голой морде грума.

— Он несколько раз спасал мне жизнь, — ответил Ниш. — Внешность у него действительно невзрачная. Многие люди кажутся сильнее и быстрее его, но это не так. Даже троки считаются с ним.

— Троки? — удивился грум. — Он встречался с трока ми?

— Это он заключил договор о том, что троки будут защищать людей.

Грум перевел удивленный взгляд на Врона.

— Как это тебе удалось, человек?

— Трок съел демона-охотника, а потом хотел съесть меня. Но я оказался сильнее, а троки, как и вы, уважают только силу.

— У тебя невероятная фантазия, человек, — засмеялся грум. — Никто не может победить трока, кроме демонов-воинов, да и тех должно быть много. Я видел, как они сражаются, потом трокам достается немало еды…

— Я убивал и демонов-воинов. Грум снова расхохотался. Умник, ты нашел себе в помощники большого вру на. Думаю, он тебе наврал и про то, что может помочь нам.

— Все, что он сказал, правда, — недовольно проскрипел Ниш. — Воины считают его своим врагом именно потому, что он убил их старшего и еще четверых из его сопровождения. Их тела до сих пор лежат в мире вечной зимы.

— Это не тот ли человек, которого просил привести к себе старый, вернувшись из того мира? — Грум вгляделся в лицо Врона. — Если это так, то он и наш враг.

— Это тот человек, — вздохнул Ниш. — И он нам не враг, а единственный друг. Он спасет нас или погубит, в любом случае к нему нужно относиться с великим уважением.

— Я понял тебя, — кивнул грум. — И всегда буду помнить об этом.

Он снова повернулся к Врону:

— Что ты хочешь, человек? Какие я должен оказать тебе почести, чтобы ты помог нам справиться с нашей бедой? Не обижайся на меня, я один из немногих грумов, кто бывал в твоем мире. Люди никогда мне не нравились. Но умник сказал, что ты отличаешься от них, и я ему верю.

— Мне нужна еда и место, где я смог бы отдохнуть. Этого пока достаточно.

— Ты получишь все требуемое. — Грум помахал лапой с острыми длинными когтями, и из туннеля появилось двое грумов помоложе.

— Отведите человека в ту комнату, где держали человеческую самку, — распорядился он. — Принесите ему еды. — Потом он снова повернулся к Врону. — Ты действительно победил трока?

— Действительно, — вздохнул Врон. — Но я не хотел бы об этом говорить…

— Тогда мы запрем тебя в этой комнате.

— А запирать-то меня зачем?

— Нам так будет спокойнее. У нас есть свои секреты, и мы бы не хотели, чтобы ты их узнал. Тем более если ты так силен, мы должны быть осторожны.

— Завтра я приду за тобой, — пообещал Ниш, уходя в туннель вслед за старым грумом, а Врона повели в другую сторону. Комната оказалась теплой, в ней была вода, а один из грумов принес в каменном горшке сваренное зерно.

Врон поел и лег спать. Спал он плохо, ему снились кошмары, в которых он сражался с огромными троками. Молодой человек отрастил себе крылья, но не смог улететь. Троки догоняли и били его лапами с огромными когтями, и он снова падал на землю.

Когда Врон проснулся, все его тело было покрыто затвердевшей слизью. Он долго смывал ее под небольшой струйкой воды, при этом был мрачен, его суставы болезненно скрипели, возвращаясь в обычное состояние, и его сотрясала мелкая дрожь от внутреннего напряжения.

«Похоже, что разговор с троками будет не очень приятным, — подумал. Врон. — Как бы не пришлось драться с ними и наяву».

Грумы принесли ему каши, сваренной из зерен. Охотник съел все и попросил еще. Его тело, как всегда после изменений, требовало много еды. Только после того как он съел три горшка каши, Врон снова почувствовал себя сильным. Он еще раз вымылся, а потом его повели по узким проходам, вырубленным в камне, прямо к роще, где когда-то Врон уже разговаривал с троками.

Грумы вывели его на большую поляну. Здесь его ожидали Ниш и старый грум.

— Что будем делать дальше? — спросил Ниш. — Находиться здесь опасно, троки могут появиться неожиданно.

— Тебе надо спрятаться. Я буду стоять здесь, в центре поляны, и ждать троков. Надеюсь, они прилетят, чтобы съесть обязательную жертву.

— Жертв не было с тех пор, как демоны-воины и демоны-охотники ушли в другой мир. Троки вряд ли сейчас следят за этим местом…

— Если нужно, чтобы троки сюда прилетели, мы можем это устроить, — проскрипел старый грум. — Нам это даже доставит удовольствие.

— Как вы можете это сделать? — полюбопытствовал Врон.

— Мы знаем, где находятся троки, и нам нравится их дразнить. Правда, в последнее время это неинтересно, троки стали какими-то вялыми…

— А не проще ли будет меня отвести к ним?

— Не проще. Ходы там узкие, мы их не расширяем, потому что троки любят дышать в них огнем. Кроме того, они пытаются расширить наши ходы своими когтями, хоть у них ничего и не получается. Ты не пройдешь по этим узким проходам, да и умник тоже. К тому же это далеко отсюда.

— И сколько же мне придется ждать, пока твои грумы доберутся до троков?

— Мы можем общаться друг с другом на большом расстоянии. Мы строители, и такая связь для нас — жизненная необходимость. Мне достаточно только передать сообщение тем грумам, что находятся рядом с горой троков, а уж они устроят им веселое представление. Сообщение дойдет быстро. Думаю, еще до обеда троки будут здесь, но они будут очень злыми. Ты не боишься?

Б— оюсь, — признался Врон. — Меньше всего сейчас я хотел бы сражаться с троками. Но у нас нет другого выхода. Мне придется с ними разговаривать, хочу я этого или нет.

— Нет, уж лучше я пойду, мне умирать нельзя. Грумы закроют яму и ход, они всегда так делают, но если ты постучишь вот по этому дереву, — Ниш показал на высокую сосну, — они услышат тебя и придут. Только, пожалуйста, сделай это тогда, когда троки улетят.

— Хорошо, — кивнул Врон. — Было бы неплохо, если бы грумы принесли мне еды, и желательно много. Случится бой с троками — мне потребуется много силы и энергии.

— Еда будет. У грумов большие запасы зерна под землей, их вполне хватит, чтобы кормить всех демонов целый год. Другое дело, что такую пищу никто не любит. — Ниш спрыгнул в яму. — Только не позволь трокам съесть тебя, иначе я не буду знать, что делать дальше.

— Мне и самому это не понравится…

Ниш исчез. Неожиданно земля поднялась, а когда она опустилась, не осталось никакого следа ямы, только ровная плотная почва, словно здесь и не было ничего.

— А еда? — крикнул Врон, но ему никто не ответил. Охотник вышел в центр поляны, сел на поваленный и обожженный огнем драконов ствол дерева и стал ждать. Сидел он довольно долго, прежде чем услышал запах пищи. Врон обошел поляну и рядом с тем местом, где была яма, нашел большой каменный сосуд.

Каша была горячей и вкусной. Как раз то, что и нужно было сейчас Врону. Он поел, согрелся и стал спокойно поджидать драконов.

Солнце понемногу поднималось над рощей, двигаясь к полудню, небо было чистым, без единого облачка. Троки не появлялись.

Врон задремал, согревшись под лучами солнца. Проснулся он от жуткого шума. Два огромных дракона опустились на поляну, заняв сразу все пространство. Они убрали крылья и превратились в два больших желтых холма, из которых на охотника смотрели огромные черные глаза.

— Зачем ты здесь, человек? — спросил один из троков. — У нас договоренность с демонами, что мы съедаем здесь тех, кого они нам приводят. А с вами, людьми, у нас другой договор, мы обещали защищать вас…

— Я пришел поговорить с вами…

— Если это так, то почему демоны дразнили нас и кричали, что здесь нас ждет большой сюрприз? Мы и прилетели вдвоем на тот случай, что нас здесь ждут демоны-воины, надеясь на хорошую драку с последующим обедом.

— Я не хочу драться с вами, я пришел просить вас о помощи.

Врон разглядывал драконов. Они были гораздо крупнее тех, с кем ему приходилось сражаться. В душе Врон испытывал такой же страх, как и тогда, когда увидел дракона в первый раз.

— Говорить? Просить? О чем нам с тобой говорить, человек? Мы, если и будем говорить с людьми, то только с тем, кто победил нашего товарища. Он очень силен и настолько велик, что может сбить любого из нас в полете… И только его просьбу мы выполним. Ты должен знать этого человека, он великий воин…

— А еще он умеет летать, как мы, — добавил второй дракон. — И очень быстрый, почти как ветер.

Врон рассмеялся.

— Это я победил вашего товарища. Но я не умею сбивать троков в полете, да и не так уж я и быстр.

— Мы не верим тебе, — проревел дракон справа. — Ты глуп, если решил, что сможешь нас обмануть.

— У меня есть серьезный повод для разговора. Это очень важно и для будущего этого мира, и для вас тоже.

— Мы позвали нашего товарища, скоро он прилетит, — проревел трок после долго молчания. — Если он скажет, что ты действительно тот, кто победил его, мы будем говорить с тобой. Но если ты нас обманул, мы тебя съедим. Считаю это справедливым.

— Я уже как-то говорил с вашим товарищем о справедливости. В конце концов, мы сумели договориться только о том, что кто сильнее, тот и умнее, и справедливее.

— Так оно и есть, — проревел второй дракон. — Что ж, ты, похоже, кое-что понимаешь и, возможно, не так глуп, как нам показалось вначале. Можешь говорить, пока не прилетел наш товарищ, а потом мы уже решим: есть тебя или нет. Но, думаю, мы тебя все равно съедим, в последнее время стало мало еды. Ты, конечно, не слишком привлекателен, но на еду не жалуются. Она либо есть, либо ее нет.

— Не знаю, с чего начать. Объяснять придется многое.

— Начинай с конца, — проревел дракон слева. — Есть очень хочется.

— С конца — так с конца, — пожал плечами Врон.

Страх у него уже прошел, тело понемногу увеличивалось в размерах, охотник покрывался слизью, и она твердела на холодном воздухе.

Врон захотел есть, поэтому он придвинул к себе каменный сосуд и проглотил несколько пригоршней каши.

— Рвачи очень интересовались вами и просили, чтобы вы пожаловали к ним на ужин.

— Что?!

— Реакция драконов была настолько бурной, что Врон сразу подрос, а тело его стало покрываться мощными мышцами. Охотник сунул в рот еще несколько пригоршней каши. Слизь на теле стала твердой, как панцирь, и теперь от новой слизи этот прочный корсет становился только толще и прочнее.

Троки взмахнули крыльями, подняли головы и выдохнули огонь. Врону повезло, что их головы были направлены друг на друга, поэтому огненные шары пронеслись мимо. На самих драконов огонь, похоже, не действовал, потому что они даже не закрыли глаза. Огонь потух, разбившись об их твердую кожу.

— Повтори, человек, что ты сейчас сказал.

Врон съел еще несколько пригоршней каши и только после этого ответил:

— Я сказал, что встречался с рвачами.

Его тело продолжало меняться, охотника всего трясло от внутреннего напряжения. В какой-то момент ему показалось, что пройдет еще несколько мгновений — и он взорвется.

— Это ложь!

Один из драконов выпустил целую струю огня в сторону Врона. Она пронеслась над головой охотника и подожгла дерево на краю поляны. Огонь был горячим и опалил Врону волосы. Если бы не слизь, которая прикрывала его, охотник вспыхнул бы, несмотря на то что струя прошла выше.

— Ты не мог их видеть, — проревел второй дракон. — Рвачей нет здесь, мы их искали много лет. Если бы они были, мы бы их обязательно нашли. Я еще раз спрашиваю, зачем ты пытаешься нас обмануть?

Врон услышал шум крыльев. Еще один дракон завис в воздухе над поляной, места для приземления ему явно не хватало. Трок неуклюже махал крыльями, пытаясь удержаться в воздухе. От поднявшегося ветра Врон пошатнулся и уцепился за поваленное дерево, на котором сидел, чтобы его не сбросило на землю.

— А вот и наш товарищ, он говорит, что ты похож на того, с кем он когда-то договаривался. Ему не хватает места для посадки. Он не может участвовать в нашем разговоре. Выходи в поле, человек, только не пытайся сбежать. Мы все равно тебя найдем.

Драконы взмахнули крыльями и поднялись в воздух. Они полетели в сторону поля. Врона все-таки сбило с ног потоком воздуха, и он упал лицом прямо в грязь. Охотник мрачно выругался, доел кашу и пошел в поле, по дороге рассуждая, верно ли он действует.

Совсем не этого ожидал Врон. Троки едва его не сожгли, когда он упомянул о рвачах. Да и сейчас они были слишком возбуждены, чтобы спокойно выслушать охотника. Тело его продолжало меняться, похоже, оно не сомневалось, что дело закончится дракой. Сможет ли человек справиться с тремя драконами? Это выглядело абсолютно нереальным, но Врон уже не раз сам себе удивлялся. Возможно, это будет еще один такой случай.

Врон вышел в поле и встал между тремя троками, как между тремя холмами.

— Ты опять позеленел, — проревел самый маленький трок. — Я тебя узнал. Но для полного узнавания мне бы хотелось увидеть, как ты отращиваешь крылья.

— Я не собираюсь кому-либо что-либо доказывать, — твердо произнес Врон. — Мне не хотелось бы драться с вами только из-за того, что вы мне не верите. Но я готов и к этому…

— Ты что, совсем не боишься нас, человек? — проревел крупный дракон слева.

— Боюсь, — неохотно признался Врон. — Но я уже дрался с вашими собратьями два раза, и оба раза побеждал. Готов подраться и еще раз, но мне бы этого не хотелось. Вы сильные и могучие троки, вас трое, вы можете меня убить и съесть, а я просто так не сдамся.

— Никто не хочет, чтобы его съели, — заметил дракон справа. — Мы спросили тебя, почему ты нас обманываешь? Рвачей здесь нет, в этом мы уверены. Объясни, почему ты заговорил о них? А мы потом решим, что нам с тобой делать.

— Я и не говорил, что рвачи находятся в этом мире. Врон уже устал от этой затянувшейся беседы, и сейчас ему хотелось только одного — быстрее закончить этот пустой разговор, пусть даже дракой. Это все равно лучше, чем стоять и испытывать дикий страх.

— Я только сказал, что видел их.

— Тогда скажи, где ты их видел?

— Они находятся в том мире, куда ушли демоны. Я был там.

— Откуда ты знаешь, что ты видел рвачей? — поинтересовался дракон поменьше. — Возможно, это были со всем другие звери? Никто никогда не видел рвачей, даже мы, хоть и были созданы для борьбы с ними. Мы узнаем их, если увидим, но никто другой на это не способен.

— Рвачами их назвал Ниш, демоны еще называют его умником…

— Мы слышали о нем. Этот маленький демон пытается направить всех по пути повелителей, но у него пока ничего не получается. Но здесь его нет, а если бы он был, мы бы съели его сразу не слушая, потому что это он увел отсюда демонов и лишил нас пищи.

— Не умник увел демонов, а старый, — поправил дракона Врон. — А я помог ему в этом.

— Выходит, из-за тебя мы теперь голодаем! Наш прежний договор расторгнут. Мы съедим тебя прямо сейчас. Приготовься.

— А не лучше ли послушать меня перед дракой? спросил Врон, поглядывая в сторону рощи. Он рассчитывал, успеет ли до нее добежать. Конечно, укрытие было плохонькое, но лучше такое, чем совсем никакого.

— Послушать можно, только это вряд ли что-то изменит. Говори…

— Я был в другом мире, в том, куда ушли демоны. — Врон покрутил головой, чувствуя, как его шея становится толще, суставы скрипели, увеличиваясь. — Я не хотел туда идти, но демоны пригрозили, что убьют мою самку и детеныша.

Ч— то же ты не защитил их? Если ты столь силен, что готов драться с нами, то ты мог бы легко справиться с демонами.

— Себя я могу защитить, но гораздо труднее защитить тех, кто тебе дорог. Вы же не всегда можете защитить свои яйца…

— Это так, — благодушно согласился дракон слева. — Но только потому, что демоны нападают неожиданно, а потом прячутся.

— Тогда вы должны меня понять, почему я не могу защитить своих близких…

— Хорошо, мы поняли, продолжай.

— В том мире большие деревья, много разного зверья, но демонам там приходится несладко. Из двухсот ушедших туда воинов осталось только трое, всех остальных съели рвачи.

— Ты опять говоришь о рвачах, но мы тебе не верим. Расскажи, как они выглядят.

— Самих рвачей я не видел, но я видел их личинки…

— Откуда ты знаешь, что у рвачей выводятся личинки, это уже интересно. Как они выглядят?

— Они прячутся в земле и нападают оттуда. Земля поднимается большой волной и начинает двигаться по полю. А когда она настигает того, кого выбрали личинки себе для пищи, в ней появляется воронка и засасывает.

— Это еще ничего не доказывает. Как выглядят те, что находятся в земле?

— У них крепкая шкура, она словно покрыта костяными наростами и огромная пасть. Эти личинки похожи на больших червей, но у них есть ноги, и они больше вас. Я не знаю, сможет ли одна личинка справиться с одним из вас, но две — вполне…

— Возможно, это и рвачи, — неохотно проревел дракон слева. — По крайней мере, то, что ты рассказал, очень похоже на них.

Над полем повисло молчание. Драконы смотрели друг на друга. Врон мрачно усмехнулся.

— Только не знаю, сможете ли вы справиться с рвачами? Это звери сильны и умны, и им никто не может противостоять в том мире.

— Мы сможем, мы для этого были созданы, — проревел наконец один из драконов. — Веди нас, и мы убьем их всех.

— Вас троих? — уточнил Врон.

— Драконы переглянулись. Над полем снова повисло молчание. После этого один из троков снова мрачно взревел.

Мы пойдем все, от детенышей до стариков. Рвачи сильны, если их уже много в том мире, — то одни мы не справимся. Трое могут погибнуть.

— Хорошо, — кивнул Врон. — Дайте мне немного времени, чтобы я подготовил проход.

— Сколько времени тебе понадобится?

— Дней семь, — подумав, ответил Врон. — И только в том случае, если мне будут помогать демоны.

— Мы подготовимся к этому времени. Как ты подашь нам знак, что все готово?

— Пошлю грумов, это те демоны, которые дразнили вас сегодня.

— Мы будем ждать, только не обещаем, что не съедим твоих посланцев. Они нам изрядно надоели.

— Скажи, много ли еды в том мире? — поинтересовался дракон справа.

— Больше, чем вы сможете съесть. Если там хватает еды рвачам, то можете не сомневаться, что хватит и вам.

Троки переглянулись и взлетели. Сверху послышался прощальный рык:

— Не подведи нас, человек. Если через семь дней ты не подашь знак, мы найдем тебя, тогда берегись.

Врон постоял еще немного, наблюдая, как драконы превращаются в темные точки на горизонте. Потом исчезли и они. Небо было чистым и прозрачным. Приближался вечер. Врон даже не заметил, что проговорил с троками так долго. Он вздохнул и пошел в рощу.

Там никого не было. Врон постучал по дереву, которое ему показал Ниш, и стал ждать. Через продолжительное время он услышал голос старого грума.

— Троки улетели?

— Улетели, и уже давно.

Врон оглянулся. Грум стоял у куста и разглядывал небо.

— Тогда иди сюда и поспеши, они могут вернуться. За кустами была открыта новая яма. Грум быстро спрыгнул в нее. Врон последовал за ним, и грумы снова закрыли выход.

Ниш ожидал охотника внизу, в одном из широких коридоров. Увидев Врона, он поспешил ему навстречу.

— Тебе удалось их уговорить?

— Удалось. Через неделю они будут готовы к походу в другой мир. Нам надо успеть подготовиться.

— Ты будешь открывать проход в небе?

— Нет, — покачал головой Врон. — Это мне не по си лам. Нужно, чтобы грумы разобрали стены здания, чтобы троки смогли пройти к стене, в которой находится проход.

— Это трудно, но возможно, — произнес старый грум, появившийся из другого прохода. — За неделю мы успеем.

— Ты как-то странно изменился за эти несколько часов, — проговорил Ниш. — Тело твое покрылось странной коркой. Ты стал похож на демонов-воинов, такой же высокий и сильный.

— Я очень устал. Мне нужно много воды и спокойное место, где я мог бы выспаться.

— Тебя отведут туда же, где ты уже ночевал один раз, — сказал старый грум. — Там тебя никто не будет тревожить.

— И еще мне нужна еда, много еды.

Врон вошел в комнату, за ним закрыли дверь, и он тяжело опустился на пол. Его вырвало полупереваренной кашей, потом мучительно заболела голова.

Боль была такой нестерпимой, что все почернело перед глазами и охотник потерял сознание. Когда он очнулся, перед ним на полу стоял горшок с кашей, от запаха которой его снова замутило. Молодой человек дополз до стены, не имея сил подняться.

Там он лег под струйку воды, так, чтобы она бежала ему прямо в рот, и долго пил, чувствуя, как успокаивается боль. Такого с ним еще ни разу не было — тело будто взбунтовалось.

Врон снова распластался у стены, перед глазами вспыхивали багровые круги — они становились большими, а потом лопались с нестерпимо громким треском. Охотник тихо простонал, и этот стон показался ему самому громовым раскатом.

Потом пол под Вроном стал раскачиваться, подбрасывая его все выше и выше. После очередного полета к потолку, когда охотник падал, пола под ним не оказалось, и он полетел в темную пропасть.

Врон закричал, чувствуя, как из его тела стала выделяться слизь, твердея и превращаясь в крылья, но они были слабыми и не могли удержать охотника в воздухе. Он закричал еще раз, чувствуя острую боль в лопатках, и потерял сознание.

Когда Врон очнулся, пол под ним и рядом был покрыт зеленоватой, дурно пахнущей слизью. Охотник встал и пошел к стене, из которой текла вода. Он долго мылся, ощущая тупую боль в голове и лопатках. Но постепенно боль прошла, а на смену ей появилась слабость. Врон закрыл глаза…

Проснулся он от прикосновения. Открыл глаза и увидел лекаря, а за его спиной Ниша, глядевшего с тревогой и страхом.

— Что с тобой, человек? — спросил лекарь. — Ты болен?

— Нет. Со мной все в порядке.

Врон вслушался в свои ощущения. Действительно, у него больше ничего не болело.

— Позволь, я посмотрю тебя, раз уж пришел, — проскрежетал лекарь. — Мне очень не хотелось сюда идти, но умнику я не могу отказать, а он испугался за тебя.

Демон, закрыв глаза, провел лапами по телу Врона и пожал плечами.

— Действительно, с тобой все в порядке. Я не нахожу ничего, что говорило бы о какой-то болезни. Ты здоров, но ты изменился.

— Что значит «изменился»?

— У тебя другое тело! Я же помню, как осматривал тебя в последний раз. Тогда все было не так. Изменения небольшие, но они есть.

— Какие?

— Пока не могу понять, но я и раньше не все понимал. Ты настолько не похож ни на кого, что я даже не могу найти слова, чтобы тебе что-то объяснить.

Лекарь встал и пошел к двери. Врон проводил его озадаченным взглядом, потом посмотрел на Ниша.

— Зачем ты позвал его?

— Как ты думаешь, сколько ты спал? — ответил Ниш вопросом на вопрос.

— Ну, полдня…

— Сегодня уже третий день, как ты здесь. Само собой разумеется, я начал беспокоиться…

— Третий день? — Врон недоуменно нахмурился. — Неужели так много времени прошло? Я ничего не помню, кроме того, что мне было плохо и снились кошмары.

— Ты весь покрылся слизью, и она стала растекаться по полу. А на второй день мы увидели, как у тебя поя вились крылья и ты пытался взлететь. Кто ты, человек? И человек ли ты?

— Я человек, но не совсем, однако я тебе об этом уже говорил. — Врон встал. — Нам следует поспешить. Надо разъяснить грумам, что и как они должны сделать.

Грумы уже разобрали здание. Теперь к стене, где находится проход, сможет подобраться трок любого размера, даже самый крупный. Кроме того, они разобрали два дома рядом и сделали площадь, на которую смогут сесть троки. Если ты себя нормально чувствуешь, то мы можем пойти в город и сами все посмотрим. Врон подумал о Ласке и ребенке.

— Я дойду до города.

— К сожалению, нам придется идти по земле. Даже мне грумы не разрешают ходить по их подземным туннелям. А путь по ним намного короче.

— Мы дойдем, — кивнул Врон. — Я чувствую себя хорошо.

Грумы вывели их к очередной яме. Они оказались в той же роще, где уже когда-то были. За их спинами грумы закрыли выход.

Врон побежал, сначала его тело едва двигалось, но понемногу он смог набрать неплохую скорость. Он спешил. Ласка ждала его, да и Торг, наверно, тоже. Ниш бежал сзади, но не отставал.

К концу дня они добрались до каменной дороги, город был уже рядом. Но только когда Врон увидел его стены, он вздохнул с облегчением. Все, чего он боялся, закончилось. Правда, теперь станет еще труднее. Но Врон как-нибудь справится и с этим.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Морские демоны быстры и проворны, их когти и клыки не уступают по размерам клыкам и когтям демонов-охотников.

Кожа имеет серебристый оттенок рыбьей чешуи, а глаза закрыты прозрачной пленкой, отчего они кажутся выпуклыми и большими.

Морские демоны быстро плавают и могут легко догнать судно, идущее под всеми парусами. Они питаются рыбой и могут долго находиться под водой.

Но они могут дышать воздухом и долго находиться на суше. Они не так агрессивны, как охотники, люди их почти не интересуют. Во многих поморских селениях живут полукровки от морских демонов. В тех местах это не считается чем-то опасным для других людей, хотя, несомненно, в полнолуние и там происходят разные неприятные события. Морские демоны помогают своим потомкам в рыбной ловле и защищают их от набегов прибрежных пиратов.

Говорят, что раньше они жили в каждом озере, реке, глубоких ручьях, ну и, конечно, в морях.

Существует много легенд о русалках, которые спасали людей после кораблекрушений. В них говорится о красоте самок морских демонов и о том, что ни один человек не может противостоять их обаянию. Полукровки, которые рождаются после спаривания морских демонов и людей, несут в себе черты как морского демона, так и человека. Они могут долго обходиться без воздуха, хорошо плавают, сильны и быстры.

Из книг монастыря охотников за демонами

Амия мчалась по полю, шаг ее был легок и упруг. Она никуда не спешила, просто ей нравилось бежать. Солнце светило ярко и хорошо пригревало. Охотница и спешила ему навстречу. Когда нет никаких ориентиров и когда ты находишься в незнакомой местности, солнце — единственное, что тебе остается… А если не знаешь, куда идти, нужно придерживаться одного направления, тогда, по крайней мере, ты не будешь двигаться по большому кругу.

Амия уже два дня бежала навстречу солнцу. Если бы ее сейчас спросили, что она ищет, женщина пожала бы плечами, не зная, что ответить. Конечно, ей хотелось найти Ласку и Врона, но она уже давно поняла, что в этом огромном мире найти человека невозможно без чьей-либо подсказки.