/ Language: Русский / Genre:sf_action, / Series: Веер Миров

Тени Миров

Владимир Синельников

Нелегко, затерявшись на Веере Миров, отыскать дорогу в родной мир. Еще тяжелее найти мир своей мечты…

ru Black Jack FB Tools 2004-06-07 http://book.pp.ru OCR BiblioNet, Фензин, Spellchek Наталья Скворцова 0B8349C1-3AFF-4DD5-9706-C9D88081108E 1.0 Синельников В.Н. Тени Миров: Фантастический роман АРМАДА: «Издательство Альфа-книга» Москва 2003 5-93556-313-4

Владимир Синельников

Тени Миров

ПРОЛОГ

Лэн Хайраддин стоял на балконе и, щурясь от восходящего солнца, щедро заливавшего своими лучами широкую эспланаду, окружавшую замок, задумчиво разглядывал копошащиеся внизу фигурки. Его занимало странное упорство Создателя, настойчиво, несмотря на негативный результат, заселявшего почти каждый новорожденный мир этими неуклюжими существами. Потом приходили более активные и агрессивные расы и все повторялось сначала. Явившихся первыми безжалостно истребляли, оттесняли в дикие, мало приспособленные для жизни места, но и там не оставляли в покое, устраивая настоящую охоту на них. Еще будучи учеником у Дагона, Хайраддин как-то в порядке самообразования совершил круиз по нескольким мирам Веера и везде застал одну и ту же картину. Пришедшие первыми в мир существа если и не были уничтожены, то находились на грани вымирания.

Везде их звали по-разному: иети, снежные люди, голубяваны, иеху… В этом мире за ними закрепилось название тролли. Хотя тролли имели устрашающий вид, а взрослое существо достигало высоты в два человеческих роста при соответствующих габаритах, они были на редкость миролюбивы, старались держаться незаметно, избегая любых конфликтов. Единственное, что могло по-настоящему разозлить троллей, это покушение на их жилище или детенышей. Люди же, да и не только они, приписывали этим существам злобный характер, наделяя непонятные и беззащитные творения Создателя всеми теми грехами, которые изобиловали как раз у гонителей, а не у гонимых.

Когда Учитель Дагон, уставший от жизни, предпочел земному существованию сады Создателя и Лэну пришлось занять его место, первое, что он сделал, это собрал на островах уцелевших троллей, пытаясь хоть как-то сохранить их от истребления. Все-таки люди должны были в свой срок миновать период варварства, в котором, как считал Хайраддин, они находились сейчас, и тогда можно будет сложить с себя обязанности опекуна и выпустить троллей в большой мир. Всего-то надо подождать лет пятьсот-восемьсот, ну, в крайнем случае, тысячелетие, больше прохлаждаться в дикости здешней цивилизации Хайраддин не планировал.

Обитатели замка жили долго, по людским меркам практически вечно, но не владели бессмертием. Да при таком долголетии никто в здравом уме и не стал бы стремиться к вечности. Слишком уж неприятной и тоскливой штукой оказывалась эта недостижимая мечта короткоживущих рас… Вот и Учитель Хайраддина постепенно утратил интерес ко всему на свете и покинул своего ученика. Хайраддин пока не собирался следовать его примеру. Ему отроду всего ничего, через год он собирался отметить свой первый столетний юбилей. Хайраддин был полон сил и кипучей энергии, активно занимался многочисленными племенами подопечного мира, терпеливо пестуя робкие ростки цивилизованности, пробивающиеся то тут, то там среди дикости и варварства. И первым значимым шагом в этом направлении было то, что Лэн исподволь, незаметно смог примирить две расы этого мира – людей и кобольдов, научить их мирно сосуществовать.

– Снуппи! – Хайраддин перегнулся через балюстраду и замахал призывно рукой.

Один из троллей поднял косматую голову и, увидев Лэна, радостно осклабился.

– Поднимайся сюда! – Хайраддин еще раз махнул рукой.

Тролль отпихнул липнувших к нему детенышей и, подхватив увесистую дубинку, заковылял вверх по лестнице.

– Ну что ты будешь делать! – всплеснул руками Хай­раддин. – Куда же ты эту оглоблю тянешь?! Брось!

– Гы! – отрицательно затряс головой Снуппи. – Моя!

– Твоя, твоя! – вздохнул Хайраддин. – Но зачем же ее за собой всюду таскать?

– Моя! – тролль любовно прижал к себе сучковатую палицу.

Хайраддин безнадежно кивнул. Тролли почему-то обожали эти устрашающего вида орудия убийства, хотя на островах им абсолютно ничто не грозило.

– Сколько раз тебе говорить, чтобы в замок заходил без дубины, – раздельно, по слогам произнес Хайраддин, стараясь, чтобы тролль уловил суть сказанного.

Тролль преданно пялился на Хайраддина, по его виду было невозможно определить, понял он или нет. А ведь это был один из наиболее смышленых представителей племени.

– Пойдем заниматься! – Хайраддин указал на дверь. Хайраддину показалось, что в глазах тролля на миг мелькнуло явное отвращение.

– А ты, брат, не так прост, как кажешься! – засмеялся Лэн. – Пойдем, пойдем! Нечего тут изображать статую!

Внезапно Хайраддин уловил какую-то слабую пульсацию позади себя. Он схватился за активатор, висевший на цепочке у пояса, и стремительно развернулся. Лэн помнил о попытке проникновения, случившейся сразу после смерти Учителя, но тогда ему удалось заблокировать внезапно появившийся портал и отправить нежданого гостя в вечное странствие по Вееру Миров. С тех пор прошло немало времени, но пространственные пробои больше не фиксировались. Хайраддин решил, что его просто прощупывали и, убедившись, что замок не захватить врасплох, отстали. И вот опять! Взгляду Хайраддина предстал вполне оформившийся портал, откуда блеснула ослепительная вспышка. И хотя скорость реакции Лэна далеко опережала рефлексы представителей других рас, он понял, что на этот раз не успевает поставить защиту. В следующий миг тьма затопила разум Лэна Хайраддина и он рухнул на каменные плиты пола.

– Как мог Лег Хард так опростоволоситься?! – С этими словами из светящейся прорехи портала в замок ступил мужчина средних лет. – Проиграть такому глупому щенку!

Он быстро огляделся и опустил угрожающе вскинутый посох.

– А ты чего вылупился, дуболом? – презрительно усмехнулся пришелец при виде так и оставшегося стоять навытяжку тролля. – Хозяина надо было защищать!

С этими словами незнакомец нагнулся к распластавшемуся на полу Хайраддину:

– Ну-с, посмотрим, где тут может быть активатор? Его глаза алчно блеснули, когда он увидел кристалл, зажатый в руке Лэна.

– Вот он, родимый! Всего ничего работы – и мир в кармане! – Он протянул руку к кристаллу. – Тебе это добро, я думаю, уже ни к чему, а мне сгодится…

Вдруг над его головой раздался дикий рев.

Незнакомец резко вскинулся и увидел летящего на него тролля с угрожающе вскинутой дубиной. Снуппи с рычанием шел в атаку, в первый раз в жизни защищая не своего детеныша, а чужака. Незнакомец выбросил вперед руку и в грудь тролля ударил огненный шар. Бедный Снуппи умер еще до того, как рухнул на Хайраддина. Но его безнадежная атака привела к неожиданному результату. От удара рухнувшего тролля рука умирающего Лэна конвульсивно дернулась и сжалась в предсмертной агонии. Кристалл активизировался, и из него вырвался ослепительно белый луч, заставивший незнакомца с проклятием отскочить в сторону. Импульс энергии сжег портал, снес кусок крепостной стены и ушел в сторону материка.

– Демон тебя побери, дохлятина! – Гость в сердцах пнул мертвого тролля. – И как теперь я смогу взять активатор?!

Однако посетитель попытался добраться до кристалла. Результатом его усилий стали обожженные до волдырей руки и сгоревший в одно мгновение посох.

Незнакомец ожесточенно сплюнул и, резко повернувшись, направился к выходу из замка.

На балконе остались лежать два бездыханных тела: хозяина замка и тролля.

Возвращение в реальность

Открыв глаза, я увидел уплывающую вверх раму с серебристым вогнутым экраном. Все тело ломило, как будто я только что разгрузил вагон с углем. Попытка подняться не удалась. Я даже не мог повернуть голову. Постепенно я обнаружил, что совершенно наг и мое тело зафиксировано в кресле, похожем на зубоврачебное. К венам на обеих руках были подсоединены капельницы, а к телу тянулось множество проводов, кончавшихся датчиками с присосками.

Где я? Что со мной? Эти мысли с грохотом перекатывались в черепе, как в большом барабане.

Услышав покашливание, я перевел взгляд в сторону.

Рядом с моим креслом на табурете восседал человек в белом халате совершенно непримечательной внешности. За исключением глаз. В глазах незнакомца горел какой-то внутренний завораживающий пламень.

– Кто вы такой? – попытался внятно произнести я. Поначалу это не удалось, и из горла вырвался только неразборчивый хрип. Потом дела пошли чуть получше.

– Где я?

– Спокойно, молодой человек, – рокочущим басом ответил незнакомец. – Не волнуйтесь, с вами не случилось ничего плохого.

– Тогда как понять все это? – я показал взглядом на опутывающие меня провода и шланги.

– Я вам все объясню, – успокоил меня мой собесед­ник. – Для начала ответьте на несколько вопросов.

Мои колебания были недолгими. То, что находилось в данный момент в моей голове, не могло никого заинтересовать, кроме психиатра.

– Согласен. Задавайте ваши вопросы.

– Ваши фамилия, имя, отчество?

– Чернов Артем Андреевич.

– Год рождения? Место рождения?.. Когда безымянный собеседник довольно досконально выспросил мою биографию, я задал встречный вопрос:

– Так когда вы приступите к объяснениям? Или мне поделиться с вами еще и сексуальным опытом? А может, вас интересуют мои физиологические отправления?

– Нет, нет, – улыбнулся незнакомец. – Я уже закончил с расспросами.

– Да? А я уж было решил, что попал к какому-то извращенцу…

– Хм, – все так же весело отреагировал он на мои слова. – Вы совсем ничего не помните?

– Нет! – Мое нетерпение росло. – И жду, когда же вы поможете мне вспомнить все.

– Вы действительно хотите вспомнить ВСЕ? – на последнем слове незнакомец сделал особенный упор.

Я молча кивнул головой. Вернее, попытался это сделать, но фиксирующие ремни не позволили.

– Ну что ж! – вздохнул незнакомец. – Только прошу вас не воспринимать это самое “все” слишком эмоционально.

После чего он наклонился к моему лицу и, пристально глядя в глаза, произнес:

– С благополучным возвращением домой, капитан!

От этой безобидной вроде бы фразы мои бедные мозги буквально взорвались. Будто в голове кто-то открыл запруду, и вся моя прошлая жизнь вдруг возникла передо мной…

Детство, юность, интернат-лицей для детей погибших офицеров, провинциальное военное училище, служба в одном из южных гарнизонов, вызов на учебу в Москву, после выпуска – перевод в особый научно-исследовательский отдел при Генштабе и переезд в областной город неподалеку от столицы…

Вроде бы неплохая карьера для начинающего офицера. Позднее я узнал, что меня и еще нескольких полевых офицеров собирались использовать просто в качестве подопытных кроликов. В совсем не безопасном эксперименте. Об этом говорило хотя бы то, что критерием отбора являлось отсутствие близких родственников и семьи.

Но это, так сказать, ремарка, или отступление от нити повествования.

Потому что в следующий момент я неожиданно действительно вспомнил ВСЕ.

– Леда!? Где она!? – До самого последнего момента мы были вместе, но, когда ступили на площадку внутри пещеры, какая-то страшная сила вырвала у меня из руки ладонь любимой и погрузила в беспамятство.

Следующая мысль была еще горше. Я вспомнил, что меня погрузили в транс посредством банального гипноза в этом самом кресле. И что участвовал я в разработке закрытой темы “Пограничные состояния психики…” и что-то там еще при воздействии на мозг каких-то колебаний. Участвовал, естественно, в качестве объекта воздействия этих самых колебаний. И то, что я считал своей жизнью, было мне внушено во время гипноза.

– А вы совсем неплохо держитесь. – Послышавшийся голос оторвал меня от раздумий.

– Где я был? – Я взглянул на одобрительно кивавшего врача. Теперь я вспомнил и его. Этого эскулапа мне представили как Семена Ивановича, который будет заниматься моим состоянием во время опыта.

– А вот это, молодой человек, вы нам сами расскажете, – улыбнулся доктор.

– Почему все так неожиданно прервалось?

– Ваше состояние с определенного момента начало внушать некоторые опасения, – ответил мой собеседник. – А так как вы единственный из испытуемых продержались уникально долгое время под воздействием Установки, мы решили не рисковать и, видимо, правильно сделали.

– Но почему? Я себя прекрасно чувствовал.

– Если бы мы не прекратили эксперимент, у вас наступила бы клиническая смерть, судя по показаниям аппаратуры, – врач показал на мониторы. – Сейчас же ваше состояние вполне удовлетворительное, и после небольшого комплекса реабилитационных процедур вы можете приступать к написанию подробного отчета.

– Понятно… – Я взглянул на обилие следящей и поддерживающей жизнеобеспечение техники: – А что, уже были несчастные случаи?

– К сожалению, да, – вздохнул доктор. – Один из испытателей тик и не смог вернуться…

– В каком смысле? – спросил я. – Ведь это просто эксперимент? Откуда же он не смог возвратиться?

– Из глубин своего разума… Видимо, его психика не выдержала, – печально покачал головой врач, – и он сошел с ума.

– И что дальше?

– Мы до сих пор не можем вернуть его из, так сказать, сумеречного состояния.

– А другие испытуемые?

– Еще два человека благополучно прошли эксперимент, но продержались очень короткий промежуток времени. Их срочно пришлось возвращать назад. – Семен Иванович посмотрел на меня и добавил: – Пока только с вами удалось продержаться так долго, вы теперь феномен. Мне не терпится расспросить вас, но отложим это на завтра.

– Еще вопрос. – Я с просящей улыбкой посмотрел на врача. – Где побывали мои предшественники?

– Я не знаю, уполномочен ли вам рассказывать, – заколебался Семен Иванович.

– Тогда и от меня не услышите ничего, – решил надавить я.

– Вы что? – удивился эскулап. – Никак пытаетесь меня шантажировать?

– Да нет, я прекрасно осознаю свое положение и понимаю, что вы можете сделать со мной все, что захотите. Но руководство, я думаю, заинтересовано в моем добровольном сотрудничестве и не будет вышибать из меня сведения под пытками или под гипнозом?

Семен Иванович молча смотрел на меня, и было заметно, что ему очень хочется применить один из озвученных мною способов. И не исключено, что в глубине души он склонялся к первому из перечисленных.

– Ну, ладно, – наконец сдался врач. – Ваши коллеги побывали в неких полусказочных мирах, населенных людьми и мифическими личностями.

– Какими?

– Ну… – протянул мой собеседник, – например, вампирами или уж совсем сказочными персонажами типа лешего.

– Как назывался этот мир или миры?

– Да что вас это так волнует? После того как вы напишете отчет, вам дадут ознакомиться с показаниями ваших сослуживцев.

– Название мира!? – Я решил ковать железо, пока горячо.

– Хорошо, – вздохнул Семен Иванович, – вы толкаете меня на должностное преступление, но больше я вам ничего не скажу… Просто не имею права.

– Я жду.

– Один из испытуемых успел узнать название… Он сообщил, что был в так называемом Белом мире.

Через неделю непрерывных осмотров медицинскими светилами, от проктолога до окулиста, мне позволили приступить к физическим тренировкам опять же под наблюдением вездесущего Семена Ивановича. Вот только он был такой же рядовой психиатр, как я – космонавт, судя по тому, как перед ним тянулась охрана Центра и наблюдавшие меня последователи Гиппократа.

Тело постепенно восстанавливало форму. Конечно, с помощью хитроумной массирующей аппаратуры, слишком долгое время я пробыл в неподвижном состоянии. Скоро я почувствовал, что организм справился: исчезли мышечные судороги, перестала кружиться голова при резких движениях, пища усваивалась без особых проблем.

Все это время я писал отчет о моем путешествии – в несуществующем, по словам опекавшего меня Семена Ивановича, Белом мире. Вот только почему он интересовался мельчайшими подробностями моего присутствия там, в гипотетическом мире? И его слова об одном испытателе, побывавшем там же… Как могут два человека почти одновременно побывать в том месте, что не существует на самом деле? На все вопросы мой заботливый куратор отвечал шуточками. Если же я настаивал, пускался в такие дебри психиатрии, что я переставал воспринимать его рассуждения уже где-то с третьего предложения. Или он хитрил, или на самом деле у меня была одна извилина от фуражки – непонятно. В конце концов я потребовал отчеты моих предшественников, но тут он был непреклонен.

– Милейший Артем, – так ласково называл он меня теперь, – ради чистоты эксперимента вы должны полностью закончить свой отчет. Я, в свою очередь, должен представить его для изучения туда, – Семен Иванович подымал глаза к потолку. – После ознакомления с вашими необычайными приключениями руководство даст санкцию на допуск к закрытому архиву, и вы все непременно узнаете.

– Мне осточертело находиться в этом заведении. – Я обвел рукой крашенные в унылый зеленоватый цвет стены моей палаты. – Когда меня выпустят отсюда?

– А вам так хочется наружу? Может, еще полежите? Понаблюдаетесь?

– Я чувствую себя прекрасно. Ваши же белые халаты вгоняют меня в черную меланхолию.

– Ну ладно, – Семен Иванович сделал вид, что уступил моим настойчивым просьбам. – Вы заканчиваете на этой неделе свой отчет и, пока мы будем изучать ваши записи, я выпущу вас из карантинного корпуса. При условии, что будете посещать Центр для восстановительных процедур и не нарушать режим, рекомендованный врачами.

Старый знакомый

На улице уже вовсю хозяйничала зима. Опять наступал самый неприятный и длинный период года, когда в какую бы сторону ты ни шел, ветер был встречный, сыплющий в лицо целые горсти колючего снега. Хорошо еще, что я не требовался на рабочем месте полный день: тренировки в реабилитационном корпусе, осмотр у врача – и можно уходить. Поэтому единственным светлым пятном в нынешней зиме для меня был полупустой общественный транспорт, в который я садился на остановке “Радиофизический институт”. Наш Центр имел такую “крышу”, в первых двух корпусах действительно работали какие-то радиофизики. Вернее, пытались прожить на жалкие бюджетные крохи, выделяемые государством на науку.

Оттрясшись положенное время в расхлябанном, стылом автобусе, я заскакивал в ближайший универсам, закупал обычный, давно определенный набор продуктов на сутки и спешил к одной из безликих и обшарпанных девятиэтажек, стоящих на пустыре. За этим архитектурным творением времен развитого социализма начинался овраг, заросший ракитой и одичавшими кустами мелкой, кислой вишни, которую тем не менее местные жители исправно обдирали каждое лето.

Скрипящий, разрисованный местными тинэйджерами и провонявший мочой лифт поднимал меня на шестой этаж, где руководством была мне предоставлена однокомнатная квартира. В таких же ящиках в разных частях города проживали мои коллеги по испытаниям, прибывшие к последнему месту службы. Я думаю, руководство Центра с гораздо большим удовольствием поселило бы нас в казарме, желательно в пределах тщательно охраняемого периметра института, чтобы все были на глазах, но приходилось соответствовать “крыше” и маскировать служащих объекта под обычных научных сотрудников.

Приготовление ужина (обедал я в столовой Центра) занимало минимум времени, дальше наступало самое тягостное, муторное состояние. Я валился на кровать, включал работающий в последнее время исключительно в режиме рекламы телевизор, а перед моим взором вставали картины недавнего, виртуального, по словам временно исчезнувшего с моим отчетом Семена Ивановича, прошлого. Еще хуже были сны, где Леда, с которой мы так неожиданно расстались, умоляюще протягивала руки и звала меня, а я, как и водится в ночных кошмарах, бежал навстречу и никак не мог добежать до своей любимой.

Так продолжалось около недели, а потом события понеслись вскачь. Все началось с безобидной встречи у проходной института со старым знакомым.

Как всегда, отработав положенный комплекс физкультурных упражнений, я направился к выходу из института и у проходной был остановлен бесцеремонным толчком в плечо.

– Артем! – раздалось над моим ухом. – О чем задумался?!

Подняв голову, я увидел перед собой улыбающуюся физиономию. Это был пышущий жизнерадостностью Виктор Клюев, с которым мы почти одновременно приступали к тренировкам в Центре.

– Давно же тебя не было видно! – продолжал улыбаться неожиданно встретившийся на моем пути коллега, – Ну как, поправил здоровье?

Я неопределенно пожал плечами.

– Надо обмыть нашу встречу! – с этими словами он повлек меня прочь от проходной.

Его чрезмерно шумливая манера поведения меня и раньше довольно сильно раздражала. В теперешнем же моем состоянии Витек, как он представился еще при знакомстве, в больших дозах был просто непереносим. Однако перед моим взором предстал во всей красе очередной тоскливый вечер под бормочущий телевизор, и я решил не сопротивляться намерениям внезапно возникшего на моей дороге коллеги. Тем более, он раньше меня попал в Установку, а отчеты моих предшественников неожиданно исчезнувший куратор так и не удосужился мне предоставить для ознакомления.

Клюев сразу ринулся в винный отдел, послав меня за приличествующей событию, по его выражению, закуской.

– Ну, давай, – Витек поднял рюмку с коньяком, – за твое благополучное возвращение!

Мы выпили, и он сразу же налил по новой.

– Ты не слишком много припас на один вечер? – Я покосился на полиэтиленовый пакет, в котором находились, судя по конфигурации, еще как минимум две бутылки. – Я пока нахожусь под наблюдением наших эскулапов.

– А, брось! – поморщился Клюев, сооружая себе бу­терброд. – Что они тебе могут сделать?

– Не они, а начальство…

– Учти. – Клюев, прожевав кусок, наставительно поднял палец. – Это ты сейчас можешь диктовать условия, а не руководство.

– С чего ты взял? – меня разобрало любопытство.

– Ну как же, – он чокнулся со мной и опрокинул еще одну рюмку. – Ты у нас теперь герой! Столько наворотил, что, не побывай я там, посчитал бы за чистую фантастику или бред сумасшедшего.

– Так ты читал мой отчет?

– Дали ознакомиться, – ухмыльнулся он.

– Почему же мне не предоставили ваших отчетов? Или там есть что-то секретное?

– Да брось, – махнул рукой мой собутыльник. – Какие секреты! По крайней мере у меня не было ничего сверхъестественного… Вот у Лешки Сухова, может, что и было…

Он замолчал, потом налил себе и, не предлагая мне, выпил. Я знал, что Клюев и Сухов прибыли в Центр откуда-то с юга и чуть ли не из одной части. Они очень быстро сошлись и всегда держались вместе.

– А что с ним? – осторожно поинтересовался я.

– А ничего! Как вернули, так и лежит в боксе для буй­ных. – Клюев очень внимательно поглядел на меня, как будто пытался увидеть что-то невидимое. – Вот смотрю я на тебя и удивляюсь – с рождения ты везучий, или это просто совпадение?

– Не понял. – Мне очень не понравился тон, которым были произнесены последние слова.

– Да не напрягайся, – усмехнулся Витек. – Не собираюсь я выяснять отношения. Просто за Леху обидно. А если честно, то и за себя…

– Ну-ну, поясни, – попросил я.

– А что тут пояснять? Видно же невооруженным глазом, что вся эта ученая хренотень тебе до лампочки, что нет у тебя никакого желания работать подопытной крысой. Лешка же после моего путешествия загорелся побывать в новом мире, куратора достал до того, что его отправили третьим… и вот на тебе…

– Как-как ты сказал?! В новом мире? – Меня обдало жаркой волной. – Так, значит, нас действительно отправляли куда-то, а не баламутили мозги непонятными излучениями?

– А ты что думал? – изумленно уставился на меня Клюев. – Военные будут такие деньги тратить на погружение нескольких дураков в транс?

– Ты это точно знаешь или догадываешься? Мне куратор сказал, что один из нас был там же, где и я…

– А-а, – понимающе кивнул Витек. – Это он имел в виду того летуна с севера. Его запуск был вторым, за мной.

– Так посвяти меня в свои соображения, если не секрет.

– Какой тут секрет… Все равно дадут тебе наши отчеты почитать.

– Тогда рассказывай, – поторопил я своего коллегу. – Не томи!

– Давай выпьем для начала, – Клюев извлек вторую бутылку и разлил по рюмкам. – Про себя мне особо нечего рассказывать. Попал я, как видно теперь по твоему отчету, к вампирам, а они не церемонились и живо мне башку отвернули. Очнулся уже в Центре.

– А летчик куда попал? – подтолкнул я к рассказу задумавшегося Витька.

– Он загремел в степь, к кочевникам, – продолжил Клюев. – Оказался в рабстве. Как только представился случай, бежал, но не повезло…

– Ну и?

– Что ну и? Догнали – в степи далеко пешком не уйдешь… Когда же приборы в Центре начали зашкаливать – вытащили его оттуда.

– Не понял: почему вытащили?

– Кочевники устроили показательную казнь, чтоб другим рабам было неповадно в бега пускаться…

– И с чего ты взял, что мы все действительно были в одном мире? Галлюцинации схожие могут быть у любого из нас.

– Летчик узнал название мира, – посмотрел на меня Клюев. – И горы там были недалече. Красными их называли… Те самые, что ты так героически преодолевал.

– Так вы точно были в Белом мире? – переспросил я.

– По поводу себя не могу ничего сказать, – усмехнулся криво Клюев. – Слишком быстро меня подали на стол… А про летуна – сам слышал.

В общем, огорошил он меня это информацией. Дальше мне уже было не до попойки, но от Витька не так-то легко избавиться. Он расположился в комнате, как в своей квартире, и, по всему было видно, не испытывал никакого желания уйти.

Видеть его довольную жизнью физиономию не было сил, я вышел на кухню и закурил, глядя на быстро темнеющее окно, за которым начиналась метель. Не знаю, как долго я простоял у окна. Клюев куда-то звонил, но уходить не собирался. В конце концов я плюнул на назойливого гостя и решил не беспокоить его своим присутствием. Авось догадается сам и уйдет.

Однако получилось наоборот. Гостей, если к ним применимо это определение, еще и добавилось. В прихожей звякнул дверной звонок, и я, недоумевая, кого могло принести на ночь глядя, пошел открывать. Распахнув дверь, я увидел рослого, спортивного парня. Какая-то заноза кольнула мое сознание, но пришедший не дал мне поймать скользнувшую мысль.

– Девушек заказывали? – осведомился он.

– Что-то ты путаешь, – покачал я головой. – Никогда не увлекался такого вида досугом.

Я уж было собрался закрыть дверь, не слушая объяснений сутенера или охранника живого товара, как в прихожую вывалился Клюев.

– Ба-а, – заулыбался он. – Уже прибыли! Ну давай, что там у тебя есть!

– Простите. – Сопровождающий был сама корректность. – Прежде я хотел бы осмотреть квартиру.

– Проходи! – широким жестом пригласил Клюев.

– Слушай, Витек, – я проводил взглядом протиснувшегося мимо нас охранника. – Тебе не кажется, что это несколько переходит границы?

– Спокуха, друган! – улыбнулся мой гость. – Сейчас все уладится!

Вернувшийся охранник подошел к Клюеву, игнорируя меня:

– На сколько вы заказываете?

– А что тут мелочиться! – махнул рукой Витек. – До утра!

Я решил не начинать свару в присутствии этого бывшего спортсмена, рассудив, что девиц с Клюевым легче выгнать чуть позже. Не слушая торга по поводу оплаты, я пошел на кухню варить кофе.

Через некоторое время, когда божественный напиток начал подниматься бурой шапкой пены, хлопнула входная дверь и послышался бодрый и жизнерадостный голос Витька, перемежаемый женским хихиканьем.

– Ну ты что тут окопался? – Клюев ввалился на кухню, прикрыв за собой дверь. – Дамы ждут! Иди выбирай!

– Слушай, Витек! Ты охренел?! Кто тебя просил заказывать на дом этих жриц любви?

– Да ты что?! – уставился на меня как на полоумного Клюев. – Установка на тебя так подействовала? Или ориентацию поменял?

– Ты неисправим, – я устало вздохнул. – Иди допивай со своими подругами коньяк и сворачивайтесь.

– Так ты точно не хочешь? И не обидишься, если я первый выбирать буду?

– Ты меня не понял? Или я похож на сексуального маньяка? За кого ты меня принимаешь?

– Спокойно, спокойно, – попятился от меня Витек. – Я ведь хотел как лучше… И потом, уже деньги заплачены…

– Это твои деньги! Вот и выбивай их обратно!

– Да будет тебе! – попытался уговорить меня Витек. – Жалко же… Столько деревянных грохнул.

– Ну ладно, – я решил не идти на конфликт. – Иди развлекайся, но меня не беспокой. Даю тебе на все про все час. Потом уматывайте куда хотите!

– Окей! – Клюев обрадованно ретировался.

Это надо же, какой нахал! Развлекается в комнате с проститутками, а хозяин ждет окончания оргии на кухне. Расскажи кому – не поверят! Ну что ж! Это не самое худшее, что мне доводилось переживать, да и с сослуживцем отношения портить не хотелось. Я наслаждался горячим кофе, хотя он не шел ни в какое сравнение с тем дивным напитком, который мне довелось пить там. А где там? Я до сих пор не был до конца уверен, что все произошедшее со мной не искусно наведенная галлюцинация.

Через какое-то время раздался осторожный стук в дверь.

– Ну что еще?

– У вас не найдется закурить? – в полуоткрытую дверь заглянула русая, коротко-стриженная девушка.

– Спроси в комнате, – отвернулся я.

– Ваш товарищ курит слишком крепкие, – девушка осторожно вошла на кухню и прикрыла за собой дверь. – У меня от них в горле першит.

– Держи, – я протянул ей пачку, понимая, что иначе от нее не избавиться. – Можешь забрать с собой, у меня еще есть.

Девушка достала сигарету, прикурила и, оглядевшись, спросила:

– А вы не угостите даму кофе?

– Слушай, – усмехнулся я. – Не надо отрабатывать уплаченные деньги. Я не буду предъявлять претензий сутенеру.

– Но я действительно хочу кофе! – с просящей улыбкой посмотрела на меня девушка.

Пришлось налить ей чашку дымящегося кофе. Девушка, наблюдая за моими действиями, произнесла:

– И вовсе он не сутенер.

– Кто? – Я, честно говоря, уже и забыл, о чем мы только что говорили.

– Сережа – наш шофер, – пояснила девушка.

– А-а, – я протянул ей кофе и отвернулся к окну.

– Можно, я здесь посижу?

– Тебя что – Витек сюда заслал? – спросил я ее. – Передай ему, чтобы оставил меня в покое.

– Да нет, – произнесла девушка. – Он ничего не гово­рил. Просто мне не хочется туда идти.

– Что-то ты, если не врешь, какая-то проститутка нестандартная, – посмотрел я с интересом на непрошеную гостью. – От клиента скрываешься…

– Я не проститутка! – оскорбленно заявила девушка, со стуком отодвинув чашку.

– Да-а?! – удивился я. – Ну, если ты порядочная женщина, то я – папа римский.

Девушка сидела, нагнув голову, и молчала, только дымящаяся сигарета подрагивала в ее пальцах. Молчание затянулось на довольно продолжительное время. Видя, что девушка намерена молчать и дальше, я решил разрядить обстановку.

– Ну, извини, если я тебя обидел, – я коснулся ее плеча. – Но только мне не совсем понятно твое присутствие здесь.

– А что тут объяснять, – гостья подняла голову и с вызовом усмехнулась. – Да, ты прав. Я – проститутка. И что дальше?

– Абсолютно ничего, – покачал я головой. – Это твоя жизнь и тебе решать, как ее прожить, хотя…

– Что, мораль будешь читать? – прервала меня девушка.

– Боже упаси! Просто мне интересно, как ты пришла в эту отрасль индустрии развлечений? Судя по твоей внешности и фигуре, ты могла бы работать где-нибудь в модельном бизнесе или, на крайний случай, клерком в туристической фирме.

– И ложиться под каждого мелкого босса, изображая страстную любовь? – наклонилась ко мне девушка. – Ну уж нет!

– А то, чем ты занимаешься сейчас, лучше?

– Здесь хоть честнее: деньги – товар, и все! – убежденно заявила девушка.

– Извини, что скатываюсь в область нравоучений. – Меня заинтересовала эта девушка. – Но и здесь ты не сможешь долго работать. В вашем бизнесе очень короткий срок службы, а потом – неоплачиваемая пенсия.

– А я и не собираюсь здесь долго задерживаться, – кивнула девушка. – Еще два года – и все.

– Не понял – что все?

– Пойду работать по своей основной специальности.

– А разве это не твоя основная специальность? – удивился я.

– Нет, – улыбнулась девушка. – Это способ заработать на жизнь.

– А почему сейчас ты не можешь иначе зарабатывать?

– Так я еще учусь, – пояснила девушка.

– Где? – не понял я.

– В вузе, – удивленно взглянула на меня девушка. – Где же еще? А на стипендию не очень проживешь. Вот и пришлось вступить в кооператив.

– В какой кооператив? – опять не понял я.

– Да в этот самый, – красноречиво посмотрела на меня девушка, – жриц любви.

Вот так, пока Клюев кувыркался в комнате на моей постели со второй гостьей, мы вели светскую беседу на кухне. Девушка оказалась на удивление сообразительной, с широким для ее возраста кругозором. У нее даже был парень, с которым они собирались расписаться по окончании учебного заведения. Когда я поинтересовался, как может прореагировать ее друг на такую трудовую деятельность, девушка заявила, что ему-то не приходится экономить каждый рубль, а то неизвестно, чем бы он занялся.

Когда я все-таки настоял на своем вопросе, она на какое-то мгновение помрачнела, а потом сказала:

– Я за него не держусь и ничего у него не прошу. Хотя, если бы он, вместо того чтобы водить меня раз в неделю в ресторан, спросил, на что я живу…

Да-а, капитализм по-советски, который в нашей стране вдруг принялись так рьяно строить, испохабил не одну судьбу. Разве можно было себе представить, чтобы во времена застоя развитого социализма студентки таким образом зарабатывали себе на жизнь? Конечно, существовали девушки при райкомах комсомола, делавшие карьеру подобным об­разом, но таких было немного. И ангелов тогда не наблюдалось, и нравы были довольно свободные. Но, по крайней мере, в постель ложились не за деньги, а по обоюдному влечению и согласию.

В общем, мы расставались почти друзьями, когда за девушками приехал шофер. Я пожелал им скорейшего и благополучного завершения этого неприятного этапа их жизни, чем вызвал удивленный взгляд не совсем протрезвевшего Клюева и понимающую улыбку шофера Сережи, при виде которого я опять испытал что-то вроде дежа вю.

Хорошо, что всему когда-нибудь приходит конец. Закончился и коньяк, я выпроводил моего гостя. Вернувшись в комнату, я убрал со стола пустые бутылки и остатки закуски. Потом взглянул на смятую постель и, повинуясь внезапному чувству брезгливости, собрал постельное белье, вышел на площадку и спустил его в мусоропровод.

Доклад (реконструкция)

– Вы уверены, что он все рассказал? – Человек в форме положил руку на папку, лежащую на столе.

– Так точно, товарищ генерал! – вскочил сидящий на­против него.

– Сидите, сидите! – махнул рукой генерал. – Если бы не предыдущие отчеты, можно было бы подумать, что вы вместо работы занялись написанием фантастических ро­манов.

– Как можно…

– Куратор вашего испытуемого находится здесь?

– Да, он ожидает в приемной.

– Пригласите его.

– Полковник Варенцов по вашему приказанию прибыл!

– Садитесь, полковник, – генерал указал на стул по левую сторону стола. – Расскажите подробнее, что собой представляет… – он взглянул на папку, – ваш последний кандидат.

– Наблюдательный, коммуникабельный, в меру инициативный, дисциплинированный офицер… – Варенцов на мгновение замялся.

– Стоп! – генерал остановил его жестом руки. – Мы с вами не на партсобрании. Мне не нужны штампы. Дайте реальную характеристику вашему подопечному, а не ангелу во плоти. Кстати, вы чего-то не договорили?

– Товарищ генерал, то, что я сказал, соответствует истине, – Варенцов помедлил. – Единственный его недоста­ток – излишне самостоятелен и независим в суждениях.

– Вы хотите сказать, – наклонился через стол генерал, – что допустили к участию в секретных испытаниях человека, который может вам и не подчиниться, если усомнится в приказе? Как это могло произойти?

– Э-э, – полковник в затруднении посмотрел на сидящего рядом руководителя полигона.

– Товарищ генерал, – вклинился тот в разговор. – Разрешите, я поясню?

Дождавшись кивка, он продолжил:

– Дело в том, что предыдущая серия опытов с проверенным и, так сказать, исполнительным до конца контингентом не принесла успехов… Пришлось изменить критерии подбора кандидатов.

– Не понял, – генерал взглянул на сидящих напротив. – Вы утверждаете, что абсолютно лояльному человеку путь в эксперимент заказан? И только личности, гарантировать послушание которых мы не в состоянии, способны одолеть барьер?

– Вы меня не так поняли, – руководитель Варенцова некоторое время был в затруднении, но потом махнул рукой. – Была не была… Дело в том, что лучше всего преодолевать барьер получается у мыслящего и независимого человека. Тупые, извините за выражение, но оно наиболее точно характеризует первую партию, там не проходят…

– Так надо было доложить об этом заранее! – хлопнул по столу ладонью генерал. – Мы подобрали бы вам абсолютно проверенных кандидатов из военной разведки! Уж там-то тупые долго не задерживаются.

– Товарищ генерал! – решил помочь своему руководителю Варенцов. – Не имеет значения, в каком ведомстве отбирать кандидатов…

– Это как понимать?

– Просто характеристика человека из разведки, легко преодолевшего барьер, будет где-то процентов на девяносто-девяносто пять соответствовать характеристике нашего испытуемого. Вы готовы, товарищ генерал, поручиться за лояльность вашего кандидата, оказавшегося без наблюдения и связи в абсолютно новом месте?

– Что за намеки вы себе позволяете, полковник? – рявкнул генерал. Оба сидящих напротив вытянулись по стойке смирно. – По вашему утверждению, мы не можем подобрать ни одного надежного человека даже в ГРУ?!

– Никак нет! – отрапортовал стоящий по стойке смирно полковник. – Можете!

– Так в чем дело? – генерал белоснежным платком отер внезапно вспотевший лоб. – Садитесь! Объясните все прямо и без околичностей.

Стоящие офицеры осторожно сели на стулья.

– Разве наши ведомства абсолютно застрахованы от провалов? – продолжил Варенцов.

– Абсолютную страховку может выдать только господь бог, – ответил генерал.

– Можете ли вы привести хоть один пример того, чтобы недалекий служака доставил ценные сведения? – продолжал давить Варенцов, игнорируя недовольные взгляды сидящего рядом шефа.

– Нет! – Генерал подпер подбородок рукой, внимательно глядя на говорившего…

– Я не имею допуска к секретным архивам разведки. – Варенцов не отводил взгляда от генерала. – Но достаточно и просочившихся в прессу сведений, чтобы оценить количество провалов в результате перехода наших сотрудников на противоположную сторону. Я думаю, что и у нашего противника примерно такая же статистика.

– Допустим! – кивнул генерал.

– Какой процент дураков, находящихся действительно на ответственных участках, попал в это число?

– Я вас понял, – вздохнул генерал. – Вы пытаетесь утверждать, что опыты возможны только с потенциально ненадежными кандидатами?

– Я бы сформулировал это несколько иначе, – улыбнулся полковник. – С умными и независимыми людьми.

– Но у вас получилось, например, с тем же танкистом? – не хотел сдаваться генерал.

– А в его характеристике и не сказано, что он недалекий человек, – ответил Варенцов. – Там отмечено, что он карьерист, готовый идти к цели, не считаясь со средствами.

– Значит, надо поставить перед ним такую цель, ради которой он будет землю рыть, и в его верности и неподкупности не будет сомнений.

– Но мы же обсуждаем другого кандидата? – полковник посмотрел с недоумением на генерала. – Прикажете отстранить его от проекта?

– Ни в коем случае! – отрицательно качнул головой генерал. – Как раз он сейчас и становится наиболее важен. А для гарантии к нему стоит прикрепить этого танкиста. Пусть проследит за нашим подопечным, да и прикроет в случае чего.

– Вы предлагаете опыт с группой? – спросил Варен­цов. – Но на это, по нашим расчетам, необходима уйма энергии…

– Мы не ограничиваем вас в средствах, – остановил его генерал. – С этого момента эксперимент переходит в решающую стадию. Да, вам предлагается опыт с группой, но уже не в виртуальном виде.

– Вы предлагаете перебросить их туда на самом деле? Не в виде матриц? – недоверчиво спросил Варенцов.

– Абсолютно точно.

– Но новая установка еще не прошла экспериментальной обкатки и мы не уверены, что с ее помощью действительно получится пробить канал для материального переноса.

– Так форсируйте ваши эксперименты! – дал ценное указание генерал. – Наверху заинтересовались экспериментом, вернее, последним его результатом. – Он похлопал по папке с отчетом. – Необходимо кое-что вытащить оттуда и попутно выяснить, где находится стационарный механизм переноса. Есть мнение, что это позволит локализовать местонахождение установки на Земле.

– Позвольте спросить, что понадобилось нашему руководству в этом отсталом месте? – поинтересовался Варен­цов.

– А вы как думаете? – в свою очередь задал вопрос генерал. – Попробуйте догадаться сами. Варенцов в недоумении пожал плечами.

– И вот еще что, – продолжил генерал. – На новой установке возможно преодоление вашего пресловутого умственного ценза?

– Вполне вероятно, что при тех мощностях влияние различных факторов сведется к нулю, но стопроцентно мы сможем это утверждать, когда проведем эксперименты с животными, а потом с людьми.

– Тогда все, – генерал поднялся, дав понять, что аудиенция подошла к концу. – Желаю вам скорейших успехов.

Сидящие напротив поднялись и, щелкнув каблуками, направились в сторону двери.

– Кстати, полковник, – догнал идущих у самых дверей голос генерала. – Вы поняли, кого нам необходимо вытащить из того мира?

– Так точно, – повернулся Баренцев. – Одного из знакомых нашего подопечного.

– Вот именно, – задумчиво покивал генерал. – Главное это новые технологии, а остальное приложится.

Янус Дейк, странствующий рыцарь

Ян бросил своего вороного вперед, к перегородившей дорогу сосне. У сосны его поджидали трое. Позади с хеканьем рубился еще с двумя разбойниками оруженосец.

Конь стоптал находившегося в центре, но тот успел на жать на спуск. Ян пригнулся и мимо головы дзенькнул арбалетный болт. В следующий момент Ян взмахом меча снес голову правому противнику, прикрываясь щитом от левого. По щиту со страшной силой ударила секира, заставившая покачнуться всадника. “Хорошо, хоть не по коню!” – успел подумать Ян, разворачивая своего верного скакуна. Второй удар нападающий метил уже не по наезднику, а по лошади, и Дейк, не успевая парировать секиру, швырнул в разбойника щит. Тот отпрыгнул в сторону от летящего в его сторону предмета и удар секиры не достиг цели. Конь, побывавший не в одной схватке, рванулся вперед и, прежде чем наездник успел взмахнуть мечом, размозжил передними копытами голову человеку с секирой.

Путь вперед был свободен. Дейк оглянулся назад. Там дела обстояли намного хуже. Арбалетный болт, пролетевший мимо него, все-таки нашел свою цель. Оруженосец висел на лошади, из глазницы торчал металлический хво­стовик. Один из разбойников, опираясь на топор, ковылял в чащу, второй рвал поодаль дорожный тюк с запасной лошади. Дейк зарычал от ярости и послал коня к разбойнику. Тот, видя несущегося к нему рыцаря, бросил непослушный тюк и тоже ринулся в чащу, куда ковылял его раненый товарищ. Ян налетел на обоих разбойников и двумя взмахами меча развалил незадачливых искателей легкой наживы от плеча до пояса.

– Невезуха, демон вас побери! – Ян бережно снял с коня тело оруженосца. – Пройти столько боев и погибнуть от рук каких-то лесных бродяг!

Через час у дороги высился могильный холм, в изголовье которого Дейк воткнул связанный из двух кольев косой крест.

Проведя через завал лошадей, он привязал вьючную лошадь к луке потерявшего наездника коня, а того прицепил ремнем к своему седлу. Так он и въехал некоторое время спустя в небольшую деревеньку, приткнувшуюся к весело журчащей речке. Дейк увиден покосившуюся вывеску с грубо намалеванным на ней очагом с висящим котелком. Слава Создателю, хоть какой-то трактир попался! У Дейка не было никакого желания проситься на ночлег в одну из деревенских изб и уж тем более готовить обед самому. Раньше этим занимался исполнительный и молчаливый оруженосец, теперь же, пока не представится случай нанять слугу, все хозяйство придется вести ему. И по трактирам не очень разгонишься! Деньги, вырученные на предыдущей службе, подходили к концу. До Златограда же, где, по словам одного из встреченных на западе купцов, срочно требовались воины, оставалась еще неделя пути. Правда, Дейк решил сократить дорогу, двинулся давно заброшенным караванным путем, и вот результат – потерял оруженосца. Деревня же, судя по рассказам, была последней. Дальше, до самой сторожевой крепости на перевале, шел сплошной лес, пользующийся дурной славой.

В другое время Дейк, может быть, и подумал бы: стоит ли двигаться по такой рискованной дороге, но настроение у него было как раз соответствующим, чтобы сунуться в какую-нибудь авантюру.

Хозяин трактирчика был до смерти рад благородному постояльцу, который подтвердил свою кредитоспособность серебряной монетой. Лошади тут же были расседланы, вычищены и уведены в конюшню, на столе перед Дейком, расположившимся в полутемном зальчике спиной к стене и лицом к двери, появился кувшин вполне сносного вина и оловянная чарка, а на дворе раздался визг пойманного, на свое несчастье, поросенка. В ожидании горячего блюда Дейк отдал должное сухой колбасе и неплохому сыру, выставленным на стол трактирщиком.

Когда поспел поросенок, настроение Яна Дейка несколько улучшилось. Вино ли было тому причиной или ароматное дымящееся блюдо, водруженное на стол трактирщиком, но напряжение, вызванное лесной схваткой, постепенно отпускало. Дейк подозвал взмахом руки хозяина трактира:

– Скажи-ка, милейший, в вашей деревне народишко на дороге пошаливает?

– Упаси Создатель, ваша милость, пришлые это, с вы­селок.

– И давно они занялись отхожим промыслом?

– Да вот уже второй год пошел. Как поселились, так и началось.

– И много там лесных братьев?

– Это кого? – не понял трактирщик. – Разбойников, что ли?

– Ну да.

– Шестеро мужчин-то. Отец и сыновья его, стало быть.

– Понятно, – откинулся к стенке Дейк. – А вас-то не обижают?

– Какое там не обижают, – испуганно косясь на входную дверь, проговорил трактирщик. – Кажный месяц приезжают за провизией и вином, а когда и чаще бывают.

– Покупают?

– Так берут, – дернул в волнении головой хозяин трактира. – Да баб деревенских срамят.

– Это как? – заинтересовался Дейк.

– Дык какая попадется, так ее и того… пользуют всей компанией.

– А вы что? Неужели все так спускаете?

– А что мы сделаем? Они все при оружии да одной компанией.

– Мужиков-то сколько в деревне? – спросил Дейк.

– Да десятка два наберется, – ответил трактирщик.

– Что же вы терпите этот разбой? – усмехнулся Дейк. – На вилы их, да и дело с концом.

– Боятся мужики – бою не обученные, – пожаловался трактирщик. – Вот ежели бы вы, господин рыцарь, взялись подмогнуть, мы бы в накладе не остались.

Дейк оглядел облезлые стены трактира и покачал головой:

– Что-то мне не верится в вашу кредитоспособность.

– Чего? – не понял трактирщик.

– Расплачиваться чем будете? Скотом? Или бабами порчеными? – уточнил Дейк. – Я натурой не беру.

– Да вы не смотрите, господин рыцарь, вокруг, – зашептал трактирщик. – Это так, для виду, чтоб лихие люди не шалили сильно. А народ тута богатый – медом промышляют, зверье лесное бьют да травы редкие лечебные добывают. Заплатят – не сумлевайтесь.

– Я подумаю, что можно для вас сделать, – улыбнулся Дейк. – А ты пробегись по деревне и узнай, сколько здешний люд согласен заплатить за избавление от разбойников. Тогда и будем дальше разговаривать.

Старый знакомый – дубль II

Наутро наблюдавший меня эскулап неодобрительно покачал головой.

– В чем дело, доктор? – задал я вопрос. – У меня какие-то отклонения?

– Явные, – сухо ответил врач. – Вы, Чернов, еще не полностью прошли реабилитационные процедуры, а уже туда же – в бутылку… Вы не в курсе, что спиртное сейчас вам нежелательно?

– Так то спиртное, – улыбнулся я. – Коньяк к этой категории не относится. Этот напиток – квинтэссенция солнца.

– Надо же, какой нынче офицер грамотный пошел, – хмыкнул доктор. – Смотрите – как бы с этой квинтэссенции, как вы изволили выразиться, к нам в стационар не загреметь.

– Абсолютно невозможно, доктор.

– Это еще почему?

– Алкоголики не ваш профиль.

– Я вас серьезно предупреждаю, молодой человек, – врач не был настроен шутить. – Еще раз вы придете на осмотр в таком состоянии – об этом будет доложено вашему куратору.

– Вы бы лучше сказали, доктор, когда он появится. Я ему и сам доложусь.

За разговором незаметно прошел медосмотр. Учитывая мое не совсем адекватное состояние, доктор назначил облегченный комплекс физических упражнений.

Весь день, да и остаток ночи, честно говоря, меня не покидала мысль: правду мне ляпнул Клюев, или это только его загадки. После спортзала я обошел те помещения административного корпуса, куда был действителен мой пропуск, домогаясь у клерков отчетов моих предшественников. Но военные чиновники еще хлеще гражданских бюрокра­тов. Если и продают секреты, то за деньги, которых я отродясь не имел. Пришлось отправляться домой несолоно хлебавши.

Добавив в универсаме к стандартному набору продуктов пивка для поправки здоровья после вчерашнего, я поднялся на свой этаж и увидел сидящего на корточках у дверей моего вчерашнего собутыльника – Клюева.

Повернувшись на звук открывающегося лифта, он осклабился и полез обниматься.

– Здорово, Чернов, – Витек радостно потряс мне руку. В пакете, который он держал в левой руке, раздался знакомый звон.

– Ты что, не можешь остановиться? – я попытался его образумить. – Мне сегодня из-за тебя от медиков влетело.

– Да ладно, – подтолкнул он меня к квартирной двери. – Плюнь ты на них. Давай лучше выпьем за упокой души раба божьего Алексея.

– Как?! Лешки?! Что с ним случилось?

– Не уберегли его твои медики, – с ненавистью произнес Витек. – Выбросился Лешка сегодня из окна.

– Ты же говорил, он в боксе для буйных лежал…

– Ну, лежал, – подтвердил свои слова Клюев. – А сегодня уже в другом месте лежит… где несколько холоднее…

– Как это произошло?

– Как, как… Открыли дверь, а он фьють между ними и в окно…

Выпив с Клюевым одну рюмку, я оставил гостя накачиваться коньяком в одиночестве. От ужина он наотрез отказался. Вернувшись из кухни в комнату, я застал Клюева в угрюмой задумчивости. Одна бутылка была уже пуста, от второй оставалась едва ли половина.

– Может, хватит тебе?

Не обратив никакого внимания на мои слова, Клюев упорно пытался попасть концом сигареты на огонек зажигалки. Наконец прикурив, он долго смотрел на тлеющую сигарету, потом взглянул на меня:

– А тебе не жалко свою бабенку?

– Это ты о ком? – не понял я.

– Да все о тебе, о ком же еще, – качнулся на стуле Витек. – Бросил, значит, свою вампиршу посреди острова, а сам здесь вос-с-станавливаешься? – с трудом произнес он последнее слово.

– Слушай, Клюев, – попросил я его, – завязывай, а то не посмотрю, что ты такой пьяный и несчастный.

– А как она? – в его глазах зажегся огонек любопытства. – Хороша в постели? Или хуже наших? Поделись опытом – мне туда еще идти придется. Может, встретимся.

– Ну, ты, мразь! – я схватил его за рубашку на груди и рванул к себе. – Еще одно слово, и я тебя вышвырну в окно. Повторишь судьбу своего кореша.

Какой бы он ни был пьяный, но понял, что я не шучу. Клюев испуганно откачнулся назад, трезвея на глазах. Пиджак на нем от рывка распахнулся, мелькнула наплечная кобура.

– Так ты по гостям при оружии ходишь? – удивился я. – Кто это тебя снабдил пистолетом?

– Да это так, – замялся мой гость. – Семен Иванович разрешил, после того как на одного сотрудника хулиганье напало. Сам знаешь, темнеет рано, милиции на улицах не дозовешься, вот и разрешили – для самозащиты.

– Что-то я смотрю, тебе много чего разрешено в отличие от меня, – я поднялся со стула. – Все, Витек! Закончен бал, загасла свечка. Выметайся!

– Ты что? – вскинулся он. – Мы же еще не допили.

– Иди, иди, и выпивку с собой забери, – я сунул початую бутылку в пакет. – Тебе уже давно докладываться пора, наверное, или ты при микрофоне?

– За кого ты меня принимаешь? – попытался возмутиться мой гость.

– Пошел! – я подтолкнул его к прихожей. – И больше у меня не появляйся!

Вытолкав возмущавшегося Клюева за дверь, я с облегчением вздохнул. На площадке некоторое время было тихо, потом загудел лифт. Я решил проверить свои подозрения и, выключив свет на кухне, подошел к окну, выходящему во двор. Через некоторое время из подъезда вынырнула фигура моего гостя. Клюев огляделся и абсолютно ровным шагом, не похожим на походку человека, выпившего почти литр, подошел к стоящей у стены машине с потушенными фарами и нырнул в салон.

Вот так друг! То-то мне сразу показалась слишком уж напускной симпатия, которой он так неожиданно ко мне проникся. Но где-то в глубине души копошилась мысль, что, может, человеку действительно не хватало общения. Н-да, раз за разом убеждаюсь, что все-таки лучше быть пессимистом – гораздо меньше поводов для огорчений.

Вот только интересно: если Клюев приставлен следить за мной (хотя, что я о себе возомнил?) или попытаться что-то выпытать, зачем он так упорно провоцировал меня на столкновение? Это какая-то непонятная мне игра или его самодеятельность? А может, у меня уже начались глюки и я стал слишком мнителен? Тогда откуда машина во дворе? Я подошел еще раз к окну – машина стояла на том же месте.

В конце концов плевать мне на эту непонятную возню с высокой колокольни! Гораздо сильнее меня волновала судьба Леды, оставшейся где-то в невообразимых глубинах моего то ли сна, то ли яви…

И в эту минуту требовательно зазвенел дверной звонок.

Ян Дейк за работой и на отдыхе

Ранний луч солнца, найдя прореху в крыше, настойчиво сигнализировал, что наступило утро. Дейк открыл глаза, потянулся, с удовольствием вдыхая запах свежескошенного сена, и шлепнул по круглому упругому заду хозяйской дочки, сопевшей рядом. Вечером она залезла на сеновал, где расположился на ночлег Ян, якобы за сеном, да так и осталась на ночь.

Девушка взвизгнула и, развернувшись, кинулась на Дейка.

– Ну-ну, красавица, – пресек он ее поползновения. – Папаша, наверное, тебя обыскался. Шуруй-ка на улицу да нагрей воды. Сегодня объявляется банный день.

Дочка трактирщика не переча соскользнула с сеновала, а Дейк позволил себе еще некоторое время понежиться на пахучем сене.

Ян выбрался на свет, когда со двора потянуло дымком и аппетитными ароматами. На дворовой печке уже начинал исходить паром большой котел, у которого хлопотала ночная гостья. Дейк с некоторым беспокойством огляделся по сторонам в поисках трактирщика. Мало ли как он прореагирует на ночной вояж своей дочери. Но хозяин придорожного заведения как ни в чем не бывало улыбался у двери трактира, красноречивыми жестами приглашая внутрь.

Завтракал Дейк жареной курицей, запивая каждый кусок из кувшина с вином. Трактирщик терся чуть поодаль, ожидая, пока постоялец насытится.

– Ну, говори, не мнись, – поощрил его Ян.

– Господин рыцарь, – сразу взял быка за рога трактир­щик, – вас устроит сумма в пятьдесят монет серебром?

– Это как же вы решили? – поинтересовался Дейк.

– Ну-у… – замялся трактирщик. – Всем миром…

– Что-то у вас со счетом неполадки, – продолжал подтрунивать насытившийся Ян.

– Как это? – не понял трактирщик.

– Сынков-разбойников пять? – спросил Дейк.

– Пять, – согласился хозяин трактира.

– Значит, по десять монет за голову, – предложил Дейк. – Согласен?

– Согласен.

– А папашу вы не считаете?

– Так он, вроде, не шалит в деревне, – возразил трак­тирщик.

– И вы думаете, он просто так спустит вам убийство своих наследников?

Трактирщик долго и напряженно думал, потом со вздохом сказал:

– Ладно, добавим еще за старика пять монет.

– Ну вы и скупердяи, – восхитился Ян. – Да он же главарь банды! Нет, меньше, чем за десять, не согласен.

В конце концов трактирщик согласился с доводами господина рыцаря.

– Кстати, – Ян выдернул мешочек с серебром из рук хозяина трактира, – давай-ка деньги сюда.

– А разве господин рыцарь деньги вперед берет? – жалобно спросил трактирщик, провожая взглядом уплывшее из рук серебро.

– А вы как думали?

– Мы думали, что после того как…

– Ну-ну, – поторопил Ян трактирщика.

– После того, в общем… как дело сделаете, – нашел обтекаемую форму ответа хозяин придорожного заведения.

– То есть после того, как порешу пять человек? – уточнил Дейк, насмешливо глядя на стоящего перед ним трактирщика. – Отправлю на тот свет?

Хозяин трактира шевелил губами, но ничего не пытался сказать.

Наконец Дейку надоело издеваться над трактирщиком.

– Я пошел мыться, – уходя, бросил он через плечо. – А ты, торговец жизнями, пошли кого-нибудь по этой дороге в лес. Доскачете до второго поворота – там ваша пятерка и валяется. Так что деньги я взял не вперед, а после того как…

Хозяин трактира рысью кинулся к ближайшим домам с новостью, а Дейк, не стесняясь глазеющей на него дочери трактирщика, разделся донага и с наслаждением погрузился в дубовое корыто, наполненное горячей водой.

– Эй, красавица, – Ян достал из кошеля с наградой серебряную монету. – Держи!

Девушка ловко поймала сверкнувший кругляш.

– Спасибо тебе за приятную ночь, – улыбнулся Дейк. – А на сдачу постирай-ка мою одежду, пока я тут отмокаю.

Девушка сгребла рубашку со штанами и понеслась прочь. Но поблаженствовать Дейку так и не дали. Раздался конский топот, и у дверей трактира соскочил с лошади высокий мужчина. В руке у него сверкал топор. Всадник спросил что-то у дочери трактирщика и направился прямо к сеновалу, возле которого возлежал в корыте с горячей водой Ян. Дейк, увидев насупленное, злое лицо подходившего мужчины, вытащил руку из воды и, опустив ее рядом с корытом, с интересом принялся ждать развития ситуации.

– Ага, наконец-то я тебя нашел, бродячий шакал! – хищно осклабился мужчина, увидев голого Яна.

– Вы меня путаете, милейший, с кем-то из своих родственников, – холодно ответил рыцарь.

– Это ты приехал вчера в деревню? – Мужчина остановился перед корытом.

– Ты мне не тычь, мужлан! – все так же холодно отвечал Дейк. – Я тебе не родственник и не деревенское быдло.

– Сейчас я тебе так ткну, мало не покажется! – пообещал подошедший, весь пунцовый от ярости.

– Нет, полный невежда, – констатировал Ян. – Ты хоть скажи, за что так на меня взъелся? Я вот тебя первый раз вижу и, хотя не испытываю от этого зрелища ни малейшего удовольствия, не ору при этом на всю улицу.

– За что?! – взревел мужчина. – А сынов моих кто в лесу положил?! Не ты?!

– Встань против ветра, – поморщился Ян. – Несет от тебя, как от козла.

– Отвечай! – зарычал мужчина.

– Так это твои сыновья на большой дороге промышляли? – усмехнулся Дейк. – К нехорошему делу ты их приставил, ох, к нехорошему! Вот и аукнулось им это занятие.

– Сейчас тебе тоже аукнется! – зловеще процедил не­знакомец и вскинул топор.

Чмок! Лезвие кинжала, с которым Ян никогда не расставался, блеснув на солнце, вонзилось точнехонько в ямку под кадыком главы разбойничьего клана. Мужчина захрипел и, выронив топор, рухнул на колени. Некоторое время он еще пускал кровавые пузыри, вылупив стекленеющиеглаза на Дейка, потом рухнул головой вперед прямо в корыто, подняв тучу брызг.

– Демон тебя побери, старый хрен! – Ян выскочил из розовеющей на глазах воды, с отвращением отряхиваясь. – Такое удовольствие испортил!

Артем. Иль это только снится мне…

Я решительно направился в сторону заливавшегося дверного звонка, полный мстительных мыслей. Ну, Витек, если не понимаешь по-хорошему, держись! Или еще кого черт принес?!

– Кто там?! – рявкнул я, подходя к двери.

Ответом мне была полная тишина. Я взглянул в дверной глазок, силясь хоть что-то разглядеть в кромешной тьме на лестничной площадке. И вдруг…

Этот сапфировый свет невозможно было с чем-нибудь спутать! Трясущимися руками я только с третьего раза попал ключом в замочную скважину. Дверь распахнулась, и в потоке света, хлынувшего из квартиры на обшарпанную лестницу, я увидел лукаво улыбающуюся Леду.

– Что-то ты не торопишься меня впустить, – чуть дрогнувшим голосом произнесла она.

Я прислонился к дверной притолоке, чувствуя, что вдруг перестали держать внезапно ослабевшие ноги, смотрел на такое родное, навсегда потерянное, как мне казалось, лицо и молчал.

Леда шагнула ко мне и ласково скользнула рукой по моей щеке. Я схватил ее в объятия, и время прекратило свое существование.

Привел нас в чувство молодой голос, с восхищением произнесший:

– Во дают, динозавры! А еще нас учат прилично себя вести!

Оторвавшись от так внезапно появившейся любимой, я окинул затуманенным взором лестничную площадку. Там стояли два паренька лет четырнадцати. Да, для них мы действительно были уже ископаемыми…

Когда входная дверь отрезала нас от посторонних глаз, я опять потянулся к Леде.

– Подожди, – улыбнулась она. – Дай хоть раздеться.

– Как ты смогла меня отыскать? Леда сбросила плащ и отстегнула перевязи, накрест охватывающие ее грудь.

– Благодаря вот этому, – она протянула мне ножны с такой знакомой рукоятью, – и этому.

В ее руках появился матовый шарик на цепочке, излучавший мягкий свет.

– Не будь этого амулета, я бы до сих пор бродила по мирам в поисках тебя. Ты не представляешь, как их много…

Мои пальцы привычно охватили шершавую ручку, и я выдернул из ножен сверкнувший льдисто-голубой клинок. В прихожей сразу добавилось света. Я еще никогда не видел, чтобы мой меч так интенсивно светился.

– Видишь, как мы тебе рады, – Леда кивнула на кли­нок. – А ты нам?

Она протянула руки и прижалась к моей груди щекой:

– Куда же ты исчез, Артем?! Я чуть не сошла с ума, когда осталась одна!

– К сожалению, это не зависело от меня, – я зарылся лицом в ее волосы, вдыхая восхитительный родной аро­мат. – Я был лишь игрушкой в руках могущественных сил.

Леда только всхлипывала, все крепче обнимая меня, будто боялась, что я опять растворюсь в неизвестности.

– Я и сейчас не уверен в твоей реальности, – произнес я, целуя ее залитое слезами лицо. Наконец Леда оторвалась от меня.

– Ну, показывай свое жилище, – она двинулась в комнату, не отпуская моей руки.

– Да что это за жилище, – я попытался сгладить то потрясение, которое обычно испытывает человек, впервые попавший в хрущевку. – Так, конура.

Она внимательно осмотрела комнату, потом прошла на кухню, заглянув по дороге в санузел.

– О-о, – протянула Леда, – чувствую знакомый запах. Ты заметил, что все наши встречи начинаются с кофе?

– Вот только я не могу предложить тебе сплавать за луной. – Я вспомнил наше ночное купание в светящемся теплом море. – Мой здешний бассейн ты видела по дороге на кухню.

– И не надо, – Леда отставила чашку и забралась ко мне на колени. – Главное, что ты со мной.

А потом была волшебная ночь, которую нам в очередной раз не поскупилась подарить судьба. Руки, губы, шепчущие глупые и ласковые слова, тела – все слилось в каком-то пьянящем ослепительном хороводе. Я вглядывался в сияющие, как две звезды, глаза моей любимой и не мог поверить, что это правда, что она прошла невообразимые дали и испытания, чтобы встретиться со мной. Я поклялся себе отныне сделать все возможное и невозможное, лишь бы не потерять вновь обретенное счастье.

За окном начинал брезжить серенький рассвет, когда Леда, расслабленно лежавшая в моих объятиях, произнесла:

– А ты без меня, я смотрю, не скучал?

– С чего ты взяла?

– Да здесь повсюду следы многочисленной компании, – усмехнулась Леда. – Или ты забыл, что я могу видеть незримое? И даже на нашем ложе кто-то неплохо проводил время… Или скажешь, что это не так?

– Ну вот, – вздохнул я. – Не успели встретиться, как ты закатываешь сцену ревности. Ты ждешь моих объяснений или оправданий?

– Я никогда не буду ждать твоих оправданий, – она внезапно уселась на меня верхом, в ее руке сверкнул кинжал. – Вот твой последний судья, неверный муж!

– Ты серьезно? – засмеялся я, пытаясь вывернуться из ее железной хватки.

– О да, – вдруг поскучнела Леда. – Но тебя я убивать не буду, не бойся. – Она подняла руку и уронила кинжал рядом с кроватью. – Я убью себя, потому что без тебя мне не жить.

Она рухнула на меня сверху, обхватив мое тело руками и ногами, как будто пыталась слиться со мной в одно целое…

Так мы с ней и заснули… А вырвал нас из объятий Морфея все тот же дверной звонок.

Ян Дейк. Дорога на перевал

Ян выехал из деревни, ведя в поводу двух лошадей, после обеда, припозднившись. Порозовевшее солнце неудержимо клонилось по правую сторону. Еще немного, и оно должно было скрыться за зубчатыми вершинами леса. Дейк скоро покинул долину и поднимался все выше в горы по прихотливо извивавшейся меж скал дороге. Но лес не собирался сдавать своих позиций. Необозримая зеленая чаща обступила путешественника на горной дороге.

Ближе к вечеру на дороге становилось все сумрачнее и неприветливее. Ели, чернеющие по обочинам, угрожающе шелестели под легким ветерком. “И дернула же меня нелегкая отправиться на ночь глядя!” – подумал Ян. Хотя в деревне оставаться тоже не хотелось. Уж очень алчным был взгляд хозяина трактира, глядящего на мешочек с деньгами, куда Ян ссыпал вытребованную награду за папашу-разбойника и его отпрысков.

Сеновал был, конечно, выше всяких похвал, да еще в компании с хозяйской дочкой, но и быть зарезанным во сне в безвестной деревушке не очень улыбалось.

Мысли Яна незаметно вернулись к последним часам, проведенным в деревне.

– Сколько отсюда до перевала? – спросил Дейк трактирщика, седлая коня.

– Разве благородный рыцарь собирается двигаться в горы? – У хозяина трактира был очень удивленный вид.

– Куда же еще я могу ехать? – усмехнулся Ян. – Или ты думаешь, я решил навсегда поселиться в вашей дыре?

– Просто этой дорогой уже много сезонов никто не пользуется.

– Почему? – в свою очередь удивился Дейк. – Разве не здесь проходит самый короткий путь к Сторожевой крепости на перевале?

– Здесь-то здесь, – ответил трактирщик. – Только добраться туда нельзя. Вернее, были смельчаки, которые пытались, но так никуда и не прибыли.

– Что же им помешало?

– Об этом уже никто не узнает.

– Но ты-то, кажется, догадываешься, что случилось?

– Нечисть завелась в горах, благородный рыцарь, – пояснил трактирщик. – Да такая, что те, кто жил за речкой, переехали на эту сторону.

– Это какая – такая? – продолжал допытываться Дейк. – И что ей мешает перебраться через ваш ручей?

– Не знаю, – развел руками трактирщик. – Кто ее видел, уже ничего не расскажет.

– Что же вы не обратились к властям? – Дейк закончил седлать коня и прошел в трактир. Хозяин заведения семенил рядом. – Уж они бы живо порядок навели.

– Прислали тут стражников, – ухмыльнулся трактир­щик. – Их командир у меня на постое был. Купцы, наверное, расстарались – нажаловались. Поначалу ихний командир подозревал, что наши пошаливают. Все меня пытал по этому поводу да по деревне ходил – выспрашивал…

– Так, может, ваши разбойники с выселок и грабили купчишек? – Ян уселся за стол и жестом приказал подавать ему обед.

– Не было их еще тогда, – покачал отрицательно головой трактирщик. – Они позже появились, когда стражники пропали…

– Как пропали? – удивился Дейк.

– Отправились с обозом, – пояснил трактирщик, – и все. Ни их, ни обоза.

– Так-таки все и пропали?

– Один оставался в деревне. Как на четвертый день никто не вернулся, он сел на коня и уехал.

– Куда? В горы?

– Нет, обратно, – трактирщик взгромоздил на стол сковороду с остатками жареного поросенка и кувшин вина. – А наши, с выселок, уже потом приехали.

– Так, может, они с гор и спустились?

– Не-ет, – с сомнением покачал головой трактирщик. – Они откуда-то с равнины явились. Прижали их там, вот они и подались в глушь. Отсидеться…

Однако Ян решил, что это дело рук разбойников. Не зря же они появились на выселках в аккурат после исчезновения обоза и стражников. Хотя трактирщик и утверждал, что они явились со стороны долины. Все можно объяснить довольно просто: было у этих душегубов гнездо где-то в горах, грабили они караваны, а когда последние перестали появляться, папаша с детками переселился ближе к долине. Властям же заниматься этой караванной тропой было не­досуг. Северные соседи начали в ту пору пошаливать, каждый солдат был на счету. А добраться в Златоград, расположенный за перевалом, можно было и кружным путем. Дорога выходила дня на четыре длиннее, но шла по обжитым местам и была намного безопаснее. Ян решил двигаться через перевал не потому, что путь был короче. Он никуда не торопился и вполне мог добраться до Златограда долиной. Просто ему очень сильно хотелось взглянуть на дорогу, проходившую в тех местах, о которых он так много слышал загадочного и непонятного.

Вокруг становилось все темнее, лес подступил вплотную, и Дейк то и дело натыкался на далеко вытянувшиеся ветви. Так недолго и глаз выколоть. Надо было останавливаться на ночлег. Жалко только, не удалось добраться до часовенки Создателю, построенной каким-то неизвестным в этих глухих местах. От нее до перевала оставался, по словам трактирщика, ровно день пути.

Когда очередная ветка со всего маху хлестнула по лицу, Ян выругался и слез с лошади. Сняв поклажу с седла, он расседлал и стреножил коней, насыпал в торбы овса. Затем занялся приготовлением ночлега и ужина. Благо рядом стояла высохшая ель и не пришлось разыскивать в потемках дрова. Когда запылал костер, тьма стала совсем непроницаемой и, казалось, придвинулась к неровному кругу света, отбрасываемого пляшущим пламенем. Освещенная полянка со стоящими неподалеку лошадьми, снятыми седлами и грузом и нарубленным лапником для постели приобрела уютный и обжитой вид. Ян споро занимался устройством лагеря: придвинув импровизированную постель почти вплотную к костру, он нарубил еловых ветвей и сложил их барьером со стороны дороги на случай ветра. Шалаш или навес Дейк решил не возводить: небо было усыпано звездами, дождя, судя по всему, в эту ночь не ожидалось. Тревожили воображение вылетевшие на охоту совы. Их неожиданные и угрожающие крики в ночной тиши раздавались то с одной, то с другой стороны поляны. Хотя Дейк знал, что на самом деле эти птицы размером не более кулака, в чем он убедился еще ребенком, когда с братьями с замирающими от страха сердцами бродил по лесам, окружавшим родной замок, пытаясь разыскать источник этих таинственных ночных криков.

Дейк положил справа от себя меч с добытым у разбойников арбалетом и, вытащив кинжал, принялся резать хлеб и копченое мясо, купленные у трактирщика. Хлебнув один раз из фляги с вином, Ян отставил ее в сторону, решил приберечь бодрящую жидкость на предутренние, самые холодные часы.

Мясо оказалось довольно сносным, хлеб не успел зачерстветь. Ян протянул ноги к огню и, устроившись на еловых ветках, наслаждался отдыхом. Невдалеке переступали с ноги на ногу лошади, хрустя овсом. Дейк вполне полагался на чуткость своего коня. За годы странствий тот не раз спасал Яна, намного раньше, чем всадник, реагируя на приближающуюся опасность. Поэтому громом среди ясного неба для Дейка прозвучал голос: – Куда путь держишь, странник?

Артем. Пробуждение

Я осторожно, стараясь не разбудить, отодвинулся от Леды и, проклиная всех на свете любителей ходить по гостям, пошел в прихожую, где все не мог успокоиться дверной звонок.

– Ты куда? – догнал меня сонный голос Леды.

– Да какой-то ранний псих решил в гости заглянуть, – раздраженно ответил я. – Пойду приведу его в чувство и отважу от утренних визитов.

– Кто там? – спросил я, подойдя к входной двери. Звонок замолчал. Глянув в дверной глазок, я увидел на площадке Клюева. Он приподнял руки, в которых находились две бутылки, и улыбнулся.

– Черт бы тебя побрал! – Я открыл дверь, намереваясь послать куда подальше назойливого коллегу. – Я же вчера ясно сказал… – начал я и замолк, глядя в ствол пистолета на уровне глаз.

– А теперь осторожно, не поворачиваясь, проходи в комнату, – приказал Клюев. – И руки держи все время на виду.

– Ты что? Опился? – Я попытался привести в чувство Витька. – Или не в себе?

– Иди, иди! – левой рукой подтолкнул меня бывший коллега. – Я-то как раз в себе. А вот ты не совсем…

– Слушай! – я все пытался урезонить Клюева. – Я же рапорт сегодня напишу руководству, и ты вылетишь из Центра.

– Какой ты стал законопослушный! – ухмыльнулся Ви­тек. – Зачем же тогда микрофоны заглушил?

– Какие микрофоны? – Я старался тянуть время, чтобы Леда почувствовала неладное.

– Те самые, – продолжал надвигаться на меня Клюев. – Как тебе вчера кто-то позвонил, подслушка и сдохла. Сейчас проверим, что случилось, и решим, куда тебя отправить: к руководству или сразу в службу безопасности.

Так мы и вдвинулись в комнату: вначале я – спиной вперед, за мной Клюев с поднятым пистолетом. Краем глаза я заметил, что Леда и не думала вставать, а, заложив руки за голову, с интересом наблюдала за происходящим.

– Что за шутки с утра? – спросила она капризным го­лосом. – К тебе гости, Артем?

Она обольстительно улыбнулась Клюеву и томно потянулась, демонстрируя волнующие изгибы тела и вздымающуюся грудь. Леда согнула одну ногу в колене и опустила руки.

– Артем, – проворковала она, не пытаясь прикрыть обнажившееся тело, – ты нас представишь друг другу?

У Клюева при виде такой картины отвалилась челюсть, а глаза полезли из орбит. Он пожирал глазами непринужденно расположившуюся в постели полуобнаженную женщину. Создавалось впечатление, что еще мгновение – и у него побежит слюна из приоткрытого рта. Я чуть сдвинулся в сторону с предполагаемой линии выстрела и ударом снизу подбил его кисть. Рука моего бывшего коллеги, так не вовремя отвлекшегося, дернулась вверх, грохнул выстрел. Пуля ударила в потолок и с визгливым звуком ушла куда-то в сторону. Больше я ничего не успел предпринять. Леда резко взмахнула рукой, и в воздухе сверкнул ее кинжал. Клюев выронил пистолет и обеими руками схватился за рукоятку кинжала, засевшего в груди. Он недоуменно взглянул вниз, потом на Леду и, захрипев, повалился навзничь.

Леда вихрем пронеслась по комнате и склонилась над телом.

– Готов, – произнесла она, выпрямляясь. Несмотря на трагизм момента, я завороженно следил за ее гибким обнаженным телом.

– Ну и что нам теперь делать? – с усилием стряхнув с себя наваждение, произнес я.

– Я что-то сделала не так? – обеспокоенно спросила Леда.

– Да нет, – махнул я рукой. – Все так. Просто ты поторопилась: надо было его обезоружить и хорошенько расспросить.

– Но он угрожал тебе, – подошла ко мне Леда. – Я знаю: у него в руке было оружие. Я уже видела такое у Алекса.

– Конечно не букет. – Я подобрал пистолет и поставил его на предохранитель.

Перед моим мысленным взором встал целый клубок неразрешимых проблем, вызванный этим трагически закончившимся утренним визитом. Куда девать тело? Как объяснить исчезновение Клюева, если удастся спрятать труп? В последнем я глубоко сомневался. А если еще вспомнить, что Витек говорил о каких-то микрофонах… Выходит, за участвующими в испытаниях следили ненавязчиво, но очень плотно. Подойдя к окну, я увидел все ту же чуть запорошенную снегом машину в углу двора. От нее вела ясная цепочка следов к моему подъезду. Так… Значит, у нас есть в запасе час-полтора, пока те, кто находятся в машине, обеспокоятся долгим отсутствием коллеги и начнут предпринимать какие-либо меры.

Я коротко обрисовал положение вещей Леде.

– Но его все равно пришлось бы нейтрализовать? – спросила она. – Или нет? И что тебе дал бы допрос сотрудника вашей внутренней стражи?

– Да не о нем разговор, – я покосился на неподвижное тело. – Просто теперь практически невозможно незаметно исчезнуть из города.

– У тебя разве нет здесь друзей среди людей? – удивилась Леда.

– У тебя много было друзей в твоем городе? Вот и у меня здесь столько же.

– А мои соплеменники? – спросила Леда.

– Какие? Вампиры, что ли? – усмехнулся я. – В нашем мире мне они до сих пор попадались только в сказках и кинофильмах.

– Мне кажется, ты ошибаешься. – Леда раскинула руки и, закрыв глаза, начала медленно поворачиваться, как бы сканируя окружающее пространство. – У тебя в квартире недавно был один.

– Этот, что ли? – я кивнул на труп. – Так непохоже – слишком быстро он скукожился. Хотя, постой…

Я вспомнил визит девушек прошлой ночью… Конечно! Как я мог так лопухнуться! Водитель! Это был он! Не зря меня что-то сразу задело при его появлении!

Я бросился на кухню. Моя ночная собеседница оставила телефон. К счастью, бумажка с цифрами торчала на месте, заткнутая за часы. Я торопливо набрал номер.

– Можно Татьяну? – осведомился я с замиранием сердца у еще не совсем проснувшегося, судя по голосу, собеседника.

– Вам срочно надо? – недовольно спросили в трубке.

– Очень.

– Никакого покоя ни днем, ни ночью, – пробурчал голос, и раздался стук положенной трубки.

Я ждал, затаив дыхание. Не дай бог, если она сегодня опять зарабатывает себе на жизнь. Но моя знакомая оказалась на месте и без разговоров дала телефон шофера.

– Слушаю, – раздался голос.

– Мне бы Сергея, – попросил я.

– Я у телефона, – ответил мой собеседник.

– Вас беспокоит клиент, к которому прошлой ночью вы возили двух девушек…

– У меня выходной и я не принимаю заказов, – оборвал мои объяснения недовольный голос.

– Подождите! Не вешайте трубку! Я звоню по другому поводу…

– Кто вам дал мой телефон?

– Татьяна.

– А-а, – в голосе появились теплые нотки. – Так вы тот товарищ, с кем она всю ночь проговорила за жизнь?

– Совершенно верно, – я с облегчением вздохнул.

– И что вам понадобилось от меня? Тоже что-нибудь обсудить?

– Я бы хотел с вами поговорить.

– А чем мы, по-вашему, сейчас занимаемся?

– Видите ли… – Я пытался подыскать слова, чтобы со­беседник мне поверил. – Это не телефонный разговор. Не могли бы вы прибыть ко мне?

– Это так срочно?

– Очень срочно. С вами хотела бы поговорить ваша соплеменница, – я намеренно выделил слово “ваша”.

В трубке последовало долгое молчание. Наконец-то я его зацепил!

– Ладно, – произнес мой собеседник. – Сейчас буду.

– Только у меня одна просьба, – попросил я. – Сделайте так, чтобы ваш визит никто не заметил.

– Хорошо. – В трубке раздались гудки отбоя.

Мы только-только успели прибраться после утреннего визита бедняги Клюева, как коротко звякнул дверной звонок.

– Если вы так шутите с утра пораньше, – сверкнул на меня глазами Сергей, – то это вам может дорого обойтись.

– Он не шутит, – появилась в прихожей Леда. – Нам действительно нужна твоя помощь.

Сергей пристально взглянул на Леду и заметно удивился.

– Откуда ты взялась? – спросил он изумленно. – Я вроде всех наших знаю в городе.

– Видишь ли, Сергей, – начал я. – Ничего, если я на ты? Это довольно длинная история, а у нас нет ни секунды лишнего времени…

– Но все-таки я должен хоть что-то знать…

– Если коротко, то я работаю в одном из отделов Радиофизического института…

– Это в Центре, что ли? – прервал меня собеседник, демонстрирую свою осведомленность.

– Да, – кивнул я. – В качестве подопытного кролика.

– Значит, у вояк что-то получилось? – спросил Сергей. – И она попала в наш мир?

– Получилось, но не совсем так, как ты думаешь, – ответил я. – Леда действительно из другого мира. И сейчас нам надо срочно и незаметно исчезнуть из города.

– Почему?

– У нас возник небольшой конфликт с местной службой безопасности, – я приподнял покрывало на кровати, демонстрируя лежащее под кроватью тело. – Мне кажется, официальные власти будут здесь в течение часа. У тебя есть возможность нам помочь?

– Машина во дворе – это за вами?

– Пока за мной одним, но если мы промедлим, то за нами, – ответил я.

– Если ты решишься исчезнуть одна, все будет гораздо проще, – обратился Сергей к Леде.

– Без Артема я никуда не пойду, – решительно сказала девушка.

– Как знаешь, – он недоуменно пожал плечами. – Это твой выбор.

– Вот именно, – утвердительно кивнула Леда.

– Ну, ладно, – Сергей внимательно оглядел нас обоих и ухмыльнулся. – Попробуем что-нибудь сделать. Ждите меня минут через пятнадцать-двадцать.

– Да-а, – я покачал головой, глядя на захлопнувшуюся дверь. – Что меня всегда поражало в твоих сородичах, так это братская любовь к окружающим людям.

– Твои соплеменники не лучше, – Леда кивнула на кровать, под которой покоилось тело Витька.

Леда. Неудачное начало

Собирать нам особо было нечего. Артем нацепил под куртку кобуру с оружием утреннего гостя, побросал кое-какие вещи в рюкзак и, оглядев напоследок свое пристанище, так и не ставшее ему домом, сказал:

– Присядем на дорожку по русскому обычаю.

Я застегнула пояс с мечом, попробовала – легко ли вытаскивается из ножен клинок. Артем, внимательно наблюдая за моими действиями, заметил:

– Ты как будто на войну готовишься.

– Просто я хочу быть готова к любым неожиданностям. И тебе советую.

– Если на нас начнут охоту, – криво усмехнулся Ар­тем, – то никакой меч не поможет. Здесь, знаешь ли, несколько иное оружие в ходу.

– Ну и пусть, – возразила я ему. – Раз наши клинки не подвели нас там, значит, не будут лишними и здесь.

– Кстати, как ты оттуда смогла выбраться? – задал вопрос Артем. – Ты же мне ничего не успела рассказать.

– Когда ты исчез, – начала я вспоминать страшные минуты, – я сразу рванулась обратно. Как это получилось – не знаю, но я очутилась на том же месте. В пещере лежала одежда и твой меч. Я вывернула карманы, подобрала меч и шагнула обратно. Мне повезло, что попала я на такую же станцию переноса, а не куда-то еще. Это был какой-то странный раскаленный мир. Я думаю, там на солнце живое существо изжарилось бы быстрее, чем поняло, что с ним происходит. Это не мог быть твой мир. Я шагнула обратно и опять попала куда-то не туда. Так повторилось не один десяток раз. Мое счастье, что меня почему-то выбрасывало на разные станции. Я уже начала думать, что безвозвратно заблудилась в этих мирах, когда случайно вернулась в Белый мир. Шагнув обратно в круг, я пожелала попасть к тебе, в твой мир. На этот раз меня вышвырнуло не на станции, а в эти места, только гораздо севернее.

– А дальше?

– А дальше помог талисман, – я покачала туманный шарик, висящий на шее. – Он начал светиться. Добиралась я до тебя около семи ночей. И все это время не была уверена: туда ли меня занесло…

– Пришлось же тебе натерпеться из-за меня, – покачал головой Артем. – И здесь сразу угодила в передрягу.

– Ничего, – улыбнулась я. – Пробьемся.

– Может быть, – пожал плечами Артем. – Если Сергей нам действительно решил помочь. Хотя его последние слова не очень обнадеживают.

– Так тем более будь готов ко всему, – я протянула ему перевязь с мечом.

Артем опять криво ухмыльнулся и нехотя нацепил клинок.

– Ну вот, теперь мы действительно готовы, – улыбнулась я, видя рукоять меча на привычном месте за плечом у Артема.

Сергей не обманул, и ровно через пятнадцать минут к дому подкатила одна из машин, на которых передвигаются в этом мире.

– Поехали, – появился в дверях наш новый знакомый.

– А как же слежка? – спросил Артем.

– Они пока сладко спят, – ухмыльнулся Сергей. – И не скоро придут в себя.

Когда мы уселись в машину, он сообщил:

– Я вас отвезу на один из наших сборных пунктов, а там решим, что делать дальше.

– А как он? – Артем показал глазами на затылок шофера.

– Кукла, – пренебрежительно махнул рукой Сергей. – Ничего не увидит и не запомнит. – Он аклонился к водителю. – Знаешь, где находится Тверской проезд?

Тот кивнул, как кивнул бы деревянный человек.

– Ну, так дуй туда, – откинулся на сиденье Сергей. – Я скажу, где остановиться.

Пока я всматривалась в мелькающий за окнами новый для меня город, Артем завел разговор с нашим спасителем.

– Вы знаете, где находится станция переноса? – спросил он.

– А зачем она тебе? – отозвался сидящий впереди Сергей.

– Я думаю, в этом мире нам уже не жить, – ответил Артем. – Или жить, но опасаться любой тени. Меня так не оставят, будут искать долго и упорно.

– Ну, до тех мест, где стоит станция, тоже не так-то просто добраться, – покачал в сомнении головой Сергей.

– А ты нам не сможешь помочь? – осторожно спросил Артем. – Мы в долгу не останемся.

– Да что с вас возьмешь? – пренебрежительно усмехнулся наш знакомый.

– У меня довольно приличная сумма с собой, – похлопал по карману Артем. – В Центре нам неплохо платили…

– Деньги? – Презрение нашего знакомого казалось безграничным. – Да я сейчас вот с этого болванчика, – он кивнул на продолжавшего молча рулить бритоголового крепыша, – возьму в несколько раз больше.

– Вряд ли тебе это разрешено, – покачал головой Артем.

– С чего это ты так решил?

– Да просто я уже сталкивался с вашей расой, – пояснил Артем. – Только в другом мире. Я не думаю, что здесь ваши принципы существования сильно отличаются от тех. Иначе ты бы не подрабатывал шофером при борделе.

– Какой ты умный, – протянул Сергей. – Хочешь убедиться в обратном?

– Не надо, – устало улыбнулся мой любимый. – Не рисуйся перед нами, мы слишком много пережили, так что тебе нас не поразить.

Сергей хотел было возразить, но что-то во взгляде Артема заставило его промолчать.

– Ну, так что? – продолжал давить Артем. – Мы придем к соглашению? Или это не в твоей компетенции?

– Ладно, – решился наш спутник. – Я скажу, где находится станция. Сколько ты дашь за это?

– Этого хватит? – Артем извлек из кармана довольно толстую пачку денег.

По жадному блеску в глазах Сергея я поняла, что Артем оказался прав, оценивая материальное состояние нашего попутчика.

– Западный Памир, – произнес тот, протягивая руку. – Где-то в ста – ста пятидесяти километрах от тамошней столицы.

– И это все? – разочарованно произнес Артем, отодвигая купюры. – По такому ориентиру искать станцию – все равно что иголку в стогу сена.

Видя, что деньги могут отправиться обратно в карман Артема, Сергей наклонился и шепотом произнес:

– Рошт-Кала.

– Вот это другое дело, – удовлетворенно кивнул Артем, протягивая деньги.

Я не принимала участия в разговоре, который походил на базарный торг. Родителей и соплеменников не выбирают. Мне не довелось ощутить настоящее родство с моим отцом. Слишком рано ему пришлось расстаться с жизнью. И хотя мать и говорила, что я могла бы гордиться отцом, если бы знала его, но последующая жизнь как-то все больше сводила меня с очень неприглядными образчиками расы моего отца. И в этом мире все двигатось по давно накатанной колее. Взять хотя бы Сергея, показавшегося поначалу довольно неплохим, но по мере узнавания становившегося все более неприятным со своими замашками мелкого торгаша. Как это он еще нам согласился помочь? Но тут вампир внес ясность в мои размышления.

– Есть ли способ безопасно добраться туда? – спросил Артем.

– Есть, – ответил Сергей.

– Ты поможешь? Конечно, не бесплатно.

– Увы, – покачал головой наш попутчик. – Этот вопрос вам лучше обсудить в том месте, куда мы едем. Решение таких вопросов не в моей компетенции.

Ну, понятно. Он просто известил членов клана более высокого ранга и сейчас вез нас к ним. Да еще ухитрился деньгами разжиться. Судя по тому, как легко он согласился сообщить координаты станции перехода, неизвестно, – удастся ли нам выбраться оттуда, куда мы направлялись.

Жилой район постепенно закончился. Наша машина петляла среди мрачных, затянутых колючей проволокой поверху стен и обшарпанных, покрытых ржавчиной и пылью зданий, похожих на какие-то склады.

Судя по все более мрачнеющему лицу Артема, он думал о том же. Машина остановилась возле большого здания. Сергей кивнул в сторону калитки с охранником, а сам склонился к шоферу.

Артем, выйдя из машины, пошевелил плечами, поправляя ножны с мечом, чтобы рукоять клинка была ближе к руке, и не стал надевать рюкзак, а понес его в руке.

Охранник, оказавшийся, к моему изумлению, человеком, был, видимо, предупрежден о нашем приезде и пропустил без единого слова, указав в дальний угол двора на чуть приоткрытые ворота.

Мы вошли в полутемное, длинное помещение, куда свет еле сочился через узенькие пропыленные окошки. Я попыталась заговорить с Артемом, но он, не оборачиваясь, почувствовал это и еле заметно качнул головой.

В глубине здания нас ждали трое. Они молчали, откровенно разглядывая нас. Причем Артем удостоился лишь мимолетных взглядов, основное внимание было сосредоточено на мне. Молчание затягивалось. Я видела краем глаза, как у Артема заиграли желваки на скулах. Конечно, мало приятного, когда тебя изучают как какую-нибудь букашку.

– Сергей прав, – наконец произнес стоящий в центре. – Она перворожденная.

Другие согласно кивнули.

– Может, вы и нас посвятите в свои наблюдения? – произнес слишком ровным голосом Артем.

– Что тебе надо от нас, человек? – произнес стоящий в центре и являющийся, видимо, старшим в этой троице.

– Разве Сергей вам не объяснил? – все таким же слишком ровным голосом задал встречный вопрос Артем.

– Сейчас тебя спрашивают, Хомо, – шагнул вперед стоящий слева от вожака. – Отвечай!

Артем, игнорируя вышедшего вперед, продолжал вопросительно смотреть на старшего в этой команде. Я, стараясь сделать это незаметно, положила руку на рукоять меча.

– Ты не понял сказанного, Хомо?! – левый двинулся с угрожающим видом вперед.

– Стой, – сухо произнес старший. – Да, мы в курсе твоей проблемы и можем переправить тебя из этого города в любое место, которое тебе покажется безопасным, – при этих словах губы его презрительно скривились.

– К станции переноса, и желательно быстрее, – произнес Артем.

– Сегодня тебя устроит? – насмешливо посмотрел на Артема вожак. – Через час уходит рейсовый самолет на Астрахань. Тебя туда посадят.

– Кто? – спросил Артем.

– Бортмеханик, – так же лаконично ответил старший.

– А дальше?

– В Астрахани пересядешь на транспортный самолет до Душанбе.

– Там у вас тоже свой человек? – спросил Артем.

– Конечно, – ответил вожак. – У нас везде свои люди. Или ты еще этого не понял?

– Начинаю понимать, – произнес Артем. – Значит, до Хорога у вас выполняют перевозки военные?

– Доставят тебя до Хорога, не беспокойся, – улыбнулся вожак. – Теперь поговорим об оплате.

– Я надеюсь, что она будет не чрезмерной? – спросил Артем.

– О, нет, – ответил старший. – Когда речь идет о жизни, ничего не может быть чрезмерным. Наше условие – меч вампира, который ты где-то подобрал, и твоя спутница.

– Есть такое выражение, – теперь улыбнулся Артем, – хочешь оружие – так добудь его сам, а не выпрашивай. А по поводу моей спутницы… Поинтересуйтесь лучше ее мне­нием. Она уже давно привыкла сама решать, что и как ей делать.

– Ты, кажется, смеешься надо мной, Хомо?! – прошипел вожак.

– Ничуть, – Артем все еще улыбался. – Мне вас просто жалко.

– Ну что ж, – неожиданно спокойно произнес вожак. – Ты сам решил.

Он кивнул, и его спутники, на ходу трансформируясь, стремительно бросились на Артема. Стремительно – это по меркам вампиров. Если бы кому-то из обычных людей довелось наблюдать со стороны, то все, что они увидели бы, это размазавшиеся от скорости тени кинувшихся в атаку.

В руках у них сверкнули кинжалы, но до места, где стоял Артем, добрался только один. Артем, также разгоняясь, ринулся вперед и, честное слово, его движения намного опережали летящих навстречу вампиров. Один из них, мне кажется, так и не понял, как его настигла смерть. Артем на ходу, одним плавным движением выхватил сверкнувший льдисто-синим пламенем клинок и, не прекращая движения вперед, смахнул голову левому, более нетерпеливому сопернику.

Когда второй из нападавших, пропоров пустоту, где мгновение назад стояла, казалось бы, такая беззащитная жертва, начал разворачиваться, Артем уже схлестнулся с вожаком, у которого оказался настоящий меч. Помощник вожака ринулся на помощь, вот только не учел, что позади осталась я. Выхватив меч, я от души полоснула его вдоль спины. Он взвыл диким голосом и повалился на пыльный цементный пол. Я бросилась к нему, чтобы добить, но остановилась. Меч вампира наносил неизлечимые раны. Из разрубленной спины полыхнули языки пламени. Теперь здесь горело два факела. Это корчились, сгорая в неугасимом огне, два помощника надменного вожака. И чуть поодаль маленьким костерком догорала срубленная голова одного из них.

Уже не обращая внимания на пылающие трупы, я бросилась на помощь своему мужчине. Хоть вожак и оказался прекрасным фехтовальщиком, который без особого труда мог справиться со мной, но против двоих он не потянул. Я оказалась той кочкой, о которую он споткнулся. Вожак на мгновение отвлекся, парируя мой удар, и тотчас получил длинный укол в грудь от Артема. Лезвие с хрустом вылезло у него из спины чуть ли не на вершок. Вампир выронил свой меч, но в его теле еще оставалось достаточно сил. Схватившись за лезвие, пронзившее ему грудь, он потянулся к Артему. Тот выдернул меч и шагнул назад. Обратное движение острого, как бритва, клинка шутя смахнуло пальцы с рук, уцепившихся за лезвие, и они с костяным стуком посыпались на пол. Вожак, к моему изумлению, все еще стоял, качаясь, протянув вперед руки с обрубками пальцев, из которых толчками била темная кровь. Но даже для его, казалось бы, неиссякаемых сил существовал предел. Глаза его помутнели, он рухнул на пол, прибавив к двум догорающим синим пламенем кострам третий. Внимательно следивший за ним Артем схватил меня за руку и бросился к дверям.

Сразу за дверью, к своему несчастью, в этот момент находился наш провожатый Сергей. Увидев выскочившего из дверей Артема, он растерялся, так как, видимо, был уверен, что судьба привезенных путников предрешена. Ар­тем, не раздумывая, огрел вампира рукоятью меча по голове. Шейные позвонки последнего хрустнули, и голова вывернулась под неестественным углом. Выдернув у упавшего из кармана пачку купюр, Артем бросился к проходной. Увидев его, охранник потянулся к поясу, где находилось оружие, похожее на то, которым Артему грозили утром.

– Не смей! – рявкнул на бегу Артем. – Убью!

Охранник в испуге шарахнулся в угол и прикрылся руками. Артем пнул его в висок и, уже не обращая внимания на растянувшегося стража порядка, выскочил за ворота.

Машина, доставившая нас сюда, оказалась на месте.

– В машину! – крикнул мне Артем. – Заставь водителя ехать в аэропорт!

Эд Эми – глава клана. Разбор полетов (реконструкция)

Эд Эми был в ярости. Об этом говорили его глаза и голос. От взгляда, мечущего молнии, сотрудники старались уклониться. Голос же, наоборот, мог заморозить – столько льда слышалось в репликах Эда Эми.

– Как вы могли допустить подобное?! – распекал Эд Эми стоящих навытяжку сотрудников.

– Никто не ожидал такой прыти от этого человека, – попытался оправдаться один из них.

– Какой такой прыти?! – свирепо взглянул на говорившего глава клана. – С каких это пор у людей появилась прыть, помогающая одному человеку уничтожить трех воинов клана?!

– Он был не один и владел мечом перворожденных.

– Не один? – уничтожающе глянул Эд Эми на своего помощника. – Вы ставите на одну доску воина и женщину?

– Это была перворожденная.

– Мне наплевать, кто она, если встреча заканчивается столь плачевно для нас. – Эми сжал кулак, ручка в его руке с треском переломилась. – Вернее, наплевать на вас, если женщина может сразить воина. Вот это действительно боец. Жалко, я с ней не успел встретиться.

– У ее спутника был меч, – напомнил один из сотруд­ников.

– А эта деталь, к которой вы упорно возвращаетесь, говорит о вашем скудоумии, – Эми оглядел по очереди стоящих перед ним. – Неужели то, что смертный владеет мечом воина, не насторожило вас?

– На встречу пошел Блейн, – возразил помощник. – Он должен был на месте решить, насколько опасен смертный. И потом, мы думали, что меч к нему попал случайно.

– Вы думали? – переспросил Эд Эми. – Последнее время я сомневаюсь в наличии у вас этой функции. Блейн уже отдумался. Надо же – и он был моей правой рукой! Вас что, никто не удосужился просветить о мече, который сам выбирает хозяина?

Сотрудники потупясь молчали, уже не пытаясь оправдаться. Видимо, они решили, что так шеф быстрее спустит пар и успокоится.

– Введите сюда этого придурка, благодаря которому они на нас вышли, – распорядился Эд Эми.

В кабинет вошел бледный, с гипсовым воротником на шее, вампир. Глава клана с горестным изумлением воззрился на вошедшего:

– Так этот смертный еще и тебя успел покалечить?

– Так получилось, – попытался скромно потупить голову вампир. – Но я буду полностью здоров через двое суток.

– Не сомневаюсь, – саркастически усмехнулся глава клана. – Чем ты занимаешься? Проституток развозишь?

– Да, мой повелитель, – ответил вампир.

– Ну вот, дожил, – вздохнул Эд Эми. – Стал повелителем сутенеров. Ты присутствовал при поединке?

– Я не успел, – преданно посмотрел на главу вампир. – Пока я дошел до склада, они зарубили встречавшую тройку и напали на меня. Я защищался как мог, но оказался не в силах противостоять двум мечам перворожденных.

– Иди уж отсюда, боец, – махнул рукой Эд Эми. – Хотя… постой!

Шагнувший было к двери контуженный вампир остановился.

– Почему они бросились в аэропорт? – требовательно спросил Эд Эми. – О чем ты с ними говорил? Только не врать! – гаркнул вдруг он, увидев, что допрашиваемый замялся.

– Они… – вампир запнулся. – В общем, они узнали местоположение станции переноса…

– Это твоя работа? – зловещим тоном задал следующий вопрос Эд Эми.

– Я… я… – смертельно испуганный вампир не мог произнести связно ни одного слова.

– Говори!

– Да, я им сказал, – наконец решился вампир. – Иначе они не хотели ехать на встречу…

– Ты не лжешь?!

– О нет, мой повелитель!

– Зачем ты сказал им правду?

– Я думал, что после встречи с Блейном они уже никому ничего не смогут рассказать…

– Пшел вон! – вдарил кулаком по столу Эд Эми. – И этот думал!… С базы его никуда не выпускать! Если исчезнет, ответите головой!

– Шеф, – обратился к главе один из сотрудников, когда за пострадавшим вампиром закрылась дверь. – Он не перворожденный. Этот тип был инициирован для работы в низшем звене. Свою работу информатора он делает хорошо.

– Да я понял, что это не воин, но встречали-то смертного трое воинов…

– Он не простой смертный, – возразил помощник. – Обычный человек не в состоянии справиться с одним из нас. Этот же бился сразу с двумя….

– А третий смотрел? – поинтересовался Эд Эми.

– Нет, его, по всей вероятности, зарубила бывшая с ним перворожденная, и она же помогла покончить с Блейном.

– Н-да, ситуация… – протянул глава клана. – Они не только зарубили трех воинов, но и узнали место станции переноса. Теперь не хватало, чтобы люди начали эксплуатацию станции…

Эд Эми опустил голову на руки, в кабинете наступила тишина. Сотрудники почтительно ждали.

– Этот таинственный смертный был с секретного полигона? – наконец спросил Эми.

– Да.

– Необходимо его остановить, пока он не дошел до станции.

– В каком смысле остановить? – осведомился помощ­ник.

– В самом прямом, – ответил Эд Эми. – Он должен замолчать навсегда.

– Прикажете послать группу захвата?

– Один раз вы его уже попытались захватить, – усмехнулся глава клана. – Что из этого вышло, вам напомнить?

– Тогда что же делать?

– Надо попробовать нейтрализовать его чужими руками.

– Каким образом?

– Натравим на него военных, а когда они его возьмут, вот тогда и вступит в дело наша группа захвата. А может, ей и не придется ничего делать: беглец испуган и живым в руки не дастся.

– А что делать с перворожденной?

– Ничего, – поморщился Эд Эми. – Будет возможность – доставите сюда. Нет – уничтожите на месте. Главная задача – не дать людям добраться до станции переноса.

– Как нам вывести военных на беглеца? – спросил по­мощник.

– Этим займусь я сам, – ответил глава клана. – Вам известно его начальство?

– Непосредственна этим субъектом занимается полковник Варенцов Семен Иванович.

– Свяжите меня с ним.

Помощник, радуясь, что буря миновала, мгновенно набрал нужный номер и протянул телефонную трубку главе клана.

– Господин Варенцов? – осведомился тот. – С вами говорит вице-президент банка “Элеком” Шелест Эдуард Эммануилович. Мы не могли бы встретиться с вами?

– По какому поводу? – осведомился телефонный со­беседник.

– По поводу вашего сотрудника – Чернова.

– Что вам о нем известно?

– Давайте все-таки встретимся и поговорим спокойно, без телефона.

– Приезжайте, я оформлю вам пропуск.

– У меня встречное предложение, – бархатным голосом произнес глава клана. – Предлагаю встречу на нейтральной территории. Скажем, в ресторане “Эдем”. Вам подойдет это место?

– Почему вы не желаете приехать в институт?

– Я бы хотел пообщаться один на один, без свидетелей, и предложить вам кое-какую информацию.

– В обмен?

– Какой обмен? – улыбнулся в трубку Эд Эми. – Просто как законопослушный гражданин хотел бы поставить вас в известность о неких, не вполне укладывающихся в рамки закона событиях.

– Для этого есть милиция, – хмыкнул собеседник.

– Неужели вас устроит вмешательство в дела вашего ведомства сотрудников этой структуры?

– Согласен, – после некоторой заминки произнес пол­ковник.

– Тогда я жду вас к часу дня? У вас в это время, кажется, обеденный перерыв?

– Как я вас узнаю?

– Не беспокойтесь, вас проводят.

Ян Дейк. Ночная беседа

Ян дернулся, выхватывая меч. В этот же момент среагировали на незнакомца во мраке и кони, встревоженно всхрапнув.

– Но-но, молодой человек, полегче, – произнес незнакомец, по-прежнему оставаясь за пределами круга света, отбрасываемого костром. – Неужели ты настолько кровожаден, чтобы напасть на старика?

– Покажись! – потребовал Ян, пытаясь рассмотреть гостя.

На свет выступил высокий человек с белой бородой до пояса, одетый в какую-то хламиду.

– Как видишь, – усмехнулся пришелец, – я не представляю опасности для такого великолепного воина, как ты.

– Ты один? – Дейк продолжал стоять, чуть пригнувшись, сжимая в одной руке меч, а в другой кинжал.

– А разве ты не видишь? – старик повел вокруг себя рукой. – Так разрешишь составить тебе компанию?

– Что ты здесь делаешь? Пришелец пожал плечами:

– Живу я в этих местах. Вот увидел огонек и решил посмотреть: кто это расположился на ночь? Путники очень редки в здешних горах…

– Ну садись, раз пришел, – Ян опустился на землю, жестом предложив тому место напротив.

Старик опустился на корточки, опершись спиной о ствол дерева и положив на колени посох, на который опирался при ходьбе.

– Угощайся, – Дейк подвинул поближе к гостю нарезанный хлеб и мясо и, поколебавшись, флягу с вином.

– Спасибо, путник, но еще не пришло время насыщения, – непонятными словами отказался от угощения ночной гость. – Так что привело тебя в эти горы? Ты что-то ищешь?

– Абсолютно ничего не ищу, – ответил Ян. – Просто мне надо попасть в Златоград, а по этим местам, насколько я знаю, пролегает самая короткая дорога через перевал Сторожевой башни. Кстати, почему такая удобная и короткая дорога пустует? Разбойники шалят?

– Может, и разбойники, – блеснул глазами старик. – А ты, я вижу, ничего и никого не боишься?

– А чего мне бояться? – усмехнулся Ян. – С меня много не возьмешь. Если лесные братья попытаются напасть на меня, не один успеет вознестись к Создателю, прежде чем оставшиеся начнут делить мое скудное добро…

– Значит, ты чтишь Создателя? – спросил ночной гость.

– Ну, не так чтобы очень, – протянул Ян. – Хотя и верю, что кто-то очень могучий сотворил наш мир. Почему бы ему не называться Создателем?

– А веришь ли ты в его защиту?

– Конечно, – усмехнулся Ян. – Иначе от нечисти уже не было бы отбоя. Слава Создателю, что он ограничил ее существование тьмой.

– Ты так ненавидишь иных? – спросил старик. – Разве они не являются такими же детьми Создателя, как и люди?

– Нет, – Ян энергично потряс головой. – Я не верю, что он мог сотворить людей и поселить с ними в одном мире такую пакость.

– Ну почему же сразу пакость? Что они сделали такого, чего не делали бы люди?

– Слушай, старик, – Ян начал злиться, – я предложил тебе разделить мой скудный ужин, но не собирался исповедоваться. Я с тобой согласен, люди бывают куда хлеще нечисти, но это люди! Я прибью подонка с таким же удовольствием, как и упыря или ведьму, но если роду людскому будет угрожать опасность, я уверен, почти все поднимутся плечом к плечу на защиту…

– Почти все? – продолжал допытываться старик. – А не вошедшие в это число?

– В любом обществе существует мразь, как я уже сказал, – Ян забрал флягу с вином, которую поначалу подвинул ночному гостю и, отхлебнув, поставил ее рядом с собой. – Их я не отношу к людям.

– Но есть же иные, с которыми люди сотрудничают, – старик не собирался отказываться от расспросов. – Кобольды, например, или подземные гномы, как их еще называют.

– Кобольды тоже враждуют с порождениями мрака, – возразил Ян. – Отец рассказывал, когда из Мертвой пустыни хлынула нечисть, кобольды сражались плечом к плечу с людьми.

– Но никто не поинтересовался, почему произошло это нашествие, как его назвали люди, – сказал ночной гость. – Может быть, у иных не было другого выхода?

– А они и не старались объяснить это никому, – возразил Ян. – Пока люди и кобольды собрались дать отпор, твои несчастные иные превратили в мертвые руины целое графство. Там и сейчас почти никто не живет.

– Ты уверен, что все было действительно так?

Ян посмотрел на ночного гостя как на умалишенного.

– А разве люди сами спалили одно из самых богатых владений в этом мире? – спросил он.

– Ты не ответил на мой вопрос, – произнес старик, – а от твоего ответа зависит твоя дальнейшая судьба.

– Ты, никак, меня запугивать взялся? – уже по-настоящему разозлился Дейк. – Так вот что я тебе скажу. Да, я уверен, что все было так, как описано в хрониках и как рассказывал мой отец. Я сам видел, что сделал упырь с одним из деревенских мальчишек, заблудившихся в лесу. И если эта мерзость попадется мне на дороге, я с удовольствием снесу ей башку или что там будет вместо нее.

– Ну что же, путник, – вздохнул старик. – Ты сам решил, хотя я тебя и предупреждал.

Затем ночной гость повернул голову в сторону тропы и громко произнес:

– Все бесполезно. Еще один фанатик. Он ваш.

В тот же момент тьма как будто вспыхнула десятками красных огоньков, и на поляну, где расположился на ночлег Дейк, хлынула лавина гибких черных тел, вооруженных мощными когтистыми лапами, выше которых скалились истекающие слюной пасти и сверкали багровым светом налитые бешенством глаза.

– Ах ты, сволочь! – Ян вскинул руку с арбалетом, который давно потихоньку подвинул поближе к себе. Банг!

Тетива сорвалась с упора и старика, сидящего напротив, пришпилило железным болтом к стволу дерева.

Швырнув разряженный арбалет в летящую навстречу нечисть, Ян схватился за кинжал и меч. Подняться ему так и не дали. Мечом он пронзил первое прыгнувшее в его сторону тело. Клинок вошел чуть ниже рычащей пасти. Существо крутнулось на месте в агонии, и меч выскользнул из руки Яна, застряв среди костей издыхающей твари. Второго монстра он успел схватить за горло освободившейся рукой и воткнуть в неожиданно мягкое тело кинжал. Он дернул лезвие вверх, вспарывая извивающееся туловище, но затем на Дейка навалилось сразу несколько кошмарных порождений мрака, наглухо припечатав его к земле. Краем уха он услышал, как злобно заржал его жеребец, дорого продававший свою жизнь. Издыхающее существо в руках Яна мешало остальным тварям прорваться к его горлу. Однако долго продолжаться так не могло. Туша, лежащая на Дейке, отлетела в сторону, и ему в лицо пахнула смрадом красная пасть с нервно подергивающимся меж острых клыков языком.

“Неужели конец?” – подумал Ян.

Артем. Южная экзотика

В столице одной из бывших самых южных республик некогда великой империи нас встретило ослепительное солнце на безоблачном темно-синем небе. После хмурых зимних сумерек средней полосы контраст был ошеломляю­щим. Сразу же начали слезиться глаза, отвыкшие от такого обилия света. О том, что здесь зима, напоминали только заснеженные шапки гор, видневшиеся на востоке. В городе же было сухо и тепло. Местные жители, правда, одевались по-осеннему, а вот нам в зимних одеяниях сразу же стало по-настоящему жарко. При аэропорте функционировала порядком облупившаяся гостиница, где мне удалось без всяких проблем снять двухместный номер. В ларьках, полукругом выстроившихся около аэропортовских строений, торговали тем же, что и в России. К российским рублям ларечные бизнесмены не имели никаких претензий. Мы приобрели по паре солнцезащитных очков, консервы, лепешки местной выпечки и пиво все той же вездесущей “Балтики”. Единственным напоминанием о том, что мы за границей, было почти полное отсутствие среди прохожих лиц европейского типа да обилие относительно дешевых фруктов на миниатюрном базаре рядом с гостиницей.

Добраться до южных пределов оказалось неожиданно легко. Бортмеханик, сотрудничавший с нашими знакомыми, так неудачно попытавшимися нарушить условия сделки, оказался очень сговорчив. Оружие обладает великой силой убеждения. Надо только знать, где и как использовать сей аргумент. Так что пистолет Клюева плюс гипнотические способности Леды позволили нам легко пройти на борт самолета. Когда мы сходили с трапа в аэропорту прибытия, соответствующим образом обработанный Ледой бортмеханик считал нас лучшими друзьями и был готов на все. Поэтому на самолет, следующий в далекую южную республику, мы попали без особого труда и в обход всяческих формальностей.

Оставался последний отрезок пути. В горы, где находилась станция переноса, попасть оказалось непросто. Местные кланы, как в долине, так и в горах, усердно резали друг друга во имя Аллаха. Относительное спокойствие наблюдалось только в столице да в нескольких приграничных городках с военными российскими гарнизонами, на штыках которых держался правящий режим. В провинции за незнакомых путников никто не дал бы и копейки. Да и пеший переход до станции больше чем в полтысячи верст по зимним горам нам не подходил. Единственным вариантом являлся самолет. Однако на Памир почти не было гражданских рейсов: ну кто мог себе позволить такую роскошь, как авиаперелет? За окном уже наступали сумерки, но ни одной дельной мысли в голову так и не пришло.

– Пойдем прогуляемся, – предложил я Леде после нескольких часов бесплодных раздумий. – Может, на свежем воздухе умная мысль посетит.

Леда с готовностью согласилась. Обойдя стоящие у гостиницы обшарпанные такси и отбившись от настойчивых предложений подвезти, мы направились по широкой улице, носившей трудно выговариваемое имя какой-то местной знаменитости. Однообразные бетонные коробки жилых зданий, высящиеся по обеим сторонам, ничем не отличались от домов любого российского города. Побродив, мы вернулись к гостинице.

– Пойдем хоть поужинаем по-человечески, – предложил я Леде, показав на ресторан. – Надоела сухомятка.

В ресторане, бывшем ранее не иначе как общепитовской столовой, набирала обороты вечерняя жизнь. Звучала полублатная музыка, нареченная ныне звучным иностранным словом шансон, сновали официанты и официантки. Половина столиков была занята российским ограниченным военным контингентом. Офицеры. Потрепанная официантка, напоминавшая своим видом советские времена, когда в ресторанах обслуживали исключительно такие женщины – далеко за сорок, все повидавшие и навсегда отравленные картинами яркой ежевечерней жизни, приняла заказ и неторопливо отчалила в сторону кухни. В России – с перестройкой – данный тип сошел на нет, осев в периферийных немногочисленных столовых, но на задворках бывшей империи еще продолжал, оказывается, здравствовать.

– Если ее вид соответствует стилю обслуживания, то заказ нам ждать никак не меньше получаса, – просветил я Леду, которая с любопытством оглядывалась вокруг. – Пойду-ка я возьму чего-нибудь выпить в баре.

Когда я вернулся с бутылкой сухого местного вина, рядом с Ледой уже сидел один из военных. При виде меня он торопливо вскочил:

– Извините меня за то, что сел к вашему столику, но я счел нужным оградить даму от назойливого внимания своих сослуживцев.

Я взглянул на Леду. Она успокаивающе улыбнулась мне.

– Если я вам помешал, то извините, ради бога, – продолжал извиняться передо мной военный. – Я могу уйти…

Я оценивающе оглядел стоящего передо мной. Майор, примерно одного со мной возраста и, что немного странно, абсолютно трезв. У меня мелькнула мысль воспользоваться этим случайным знакомством и попробовать через майора попасть на какой-нибудь воздушный транспорт или хотя бы выйти на обслугу военного аэродрома.

– Да ладно, – махнул я рукой, – присаживайтесь.

– Один момент, – с готовностью откликнулся майор. – Только заберу свой заказ.

Он отошел к соседнему столику. Я взглянул в глаза Леде.

“Это наш шанс, – произнес я мысленно. – Надо попробовать через него попасть на военный борт до Хорога”.

“Я тебя поняла”, – откликнулась Леда.

Леда. Последние переговоры

Посиделки в ресторане, как называл этот кабачок Артем, затянулись. Наш новый знакомый Игорь оказался очень компанейским и общительным парнем. Хотя вся его общительность строилась исключительно на интересе ко мне. Да и остальные военные так и норовили мазнуть по мне глазом. В конце концов, мне надоело быть объектом пристального внимания. Согласитесь, не очень приятно, когда тебя мысленно раздевает не одна пара полупьяных глаз.

Артем же и Игорь соревновались в том, кто кого пере­пьет. Когда Артем во время короткой отлучки Игоря к бару чуть заплетающимся языком доложил, что “клиент почти готов”, я решила закончить эту незапланированную вечеринку. Тем более что пара наиболее смелых посетителей пересела поближе к нашему столику и недвусмысленно пожирала меня глазами. Еще пьяной драки нам не хватало!

– Спасибо, Игорь, за приятно проведенный вечер! – огорошила я нашего нового приятеля, возвращавшегося с очередной бутылкой коньяка. – К сожалению, нам уже пора.

– Куда вы торопитесь? – разочарованию Игоря не было предела. – Вечер еще только начинается.

– Нет-нет, – я пресекла его побуждения. – Мы провели почти сутки в пути и ужасно устали. Если вы не против, давайте встретимся завтра.

“Ты что? – вопросил мысленно Артем. – Мы же не поговорили о главном”.

“Еще поговоришь – отрезала я, – но только не в таком состоянии”.

Артем не стал спорить и поднялся из-за стола, одарив полным сожаления взглядом стоящее на столе спиртное.

– Моя жена, как всегда, права, – развел он руками. – Давай действительно встретимся завтра.

– Может быть, вас проводить? – с надеждой спросил Игорь.

– Спасибо, тут недалеко, – я постаралась, чтобы это прозвучало посуше. – Мы доберемся сами.

На следующий день, когда мой несколько помятый после вчерашнего мужчина приводил себя в порядок здешним элем и холодным душем, в дверь номера постучали. Во время вселения Артем попросил, чтобы нас не беспокоили, поэтому я настороженно спросила:

– Кто там?

Из-за двери раздался знакомый голос:

– Это я – ваш вчерашний знакомый, Игорь. Я открыла дверь. Игорь явился с огромным букетом роз и приглашением на завтрак в ресторан.

– Я не буду слушать никаких возражений, – он был свеж и бодр, как будто и не пил вчера вечером, от него пахло благовониями. – Стол уже накрыт. Вы – гости в здешних местах, я в духе местных традиций хочу проявить гостеприимство.

Появившийся из душевой Артем довольно кисло прореагировал на наличие нашего знакомого в номере.

“Вот за завтраком и попытайся договориться с ним о перелете, – посоветовала я Артему. – Только не переусердствуй, как вчера”.

“Понял, – ответил он мне. – Ну, расслабился вчера немного, с кем не бывает?”

Стол был накрыт не в пример нашему вечернему посещению. На хрустящей накрахмаленной скатерти стояли неизменный букет роз, графин с местным светлым игристым вином, которое я вчера ненароком похвалила, большие блюда с мясным и рыбным ассорти и салатница с фруктовым салатом. Довершали сервировку идеально чистые столовые приборы и хрустальные фужеры. При нашем появлении на столе почти мгновенно появились шампуры с еще шипящими, аппетитно подрумяненными и исходящими жиром кусочками баранины.

Артем оглядел все это великолепие и спросил:

– А ты, собственно, в какой должности подвизаешься?

– Да так, – неопределенно махнул рукой Игорь. – По работе с личным составом.

– Ведаешь распределением? – усмехнулся Артем. – Кого в пески, кого в горы, а кого и в столице можешь оставить?

– Ну, где-то так, – опять туманно ответил Игорь.

– Тогда понятно, – кивнул Артем, разливая по фужерам вино. – Должность хлебная.

– Я бы этого не сказал, – криво усмехнулся Игорь. – Вот интенданты – это да. Те гребут. А я так, перепадет что-нибудь от благодарного контрактника, и ладно.

Я решила несколько сгладить последнее выступление еще не совсем пришедшего в норму Артема:

– Игорь, у вас есть семья?

– Да, – кивнул он, – жена и дочь, но здесь, я считаю, им не место, поэтому они живут в России.

– И не скучают по главе семьи?

– Скучают, – вздохнул собеседник, – но ничего не поделаешь – служба.

“Тоже, наверное, оттягиваются на всю катушку, – вклинился в мои мысли Артем. – Пока папа на взятках жиреет и пытается чужих женщин кадрить”.

“Ты, никак, ревнуешь, мой дорогой? – Меня развеселила реплика Артема. – Однако придется тебе с ним дружить, пока он не устроит нам протекцию”.

“Да не ревную я, – ответил Артем, – а похмельем маюсь”.

– Игорь! – Я решила взять инициативу в свои руки, не дожидаясь, пока Артем чего-нибудь такого в слух не высказал. – Нам с мужем надо попасть в Хорог. Вы можете это устроить?

У нашего собеседника от удивления отвалилась челюсть.

– Куда?! Зачем вам эта дыра?!

– А чем она хуже этой, как вы выражаетесь, дыры? – я кивнула за окно.

– Ну, все-таки тут какая-никакая цивилизация, – пожал плечами Игорь. – Памир и во времена Союза был глухой провинцией. Можете себе представить, что творится там сейчас.

– Так вы поможете нам или нет? – я решила надавить на его мужское самолюбие. – Мне показалось, для вас нет ничего невыполнимого в этих местах.

Тут подключился, наконец, и Артем, преодолевший свой похмельный комплекс:

– Если надо, я оплачу издержки, конечно, в разумных пределах.

Как только запахло прибылью, наш знакомый сразу же оживился. Я заметила, что у него даже понизился интерес в отношении моей особы.

– Что вы?! – он картинно всплеснул руками. – Я с вас копейки не возьму. Если только понадобится подмазать летунов или кое-кого из аэродромного начальства. Сами понимаете – военная зона, приграничье. У вас, кстати, документы в порядке?

– Нам бы хотелось обойти бюрократические формальности, – пресек в корне его намерение ознакомиться с документами Артем.

– Тогда это будет намного сложнее, – покачал головой Игорь.

Мне было забавно наблюдать, как он усиленно размышлял, сколько может с нас содрать. Насколько я поняла из его мыслей, здесь давно была налажена контрабандная перевозка какого-то наркотического зелья. И в этой незаконной афере наш друг занимал не последнее место… Но пора было приниматься за дело, а то он решит заработать на нас слишком крупную сумму.

– Я покину вас на время, – поднявшись, я направилась к стойке с напитками. – Не дело женщине принимать участие в мужских переговорах.

“Сейчас я попробую повлиять на него, – передала я Артему. – А ты начинай торговаться”.

Стойка находилась за спиной Артема. Игорь нет-нет да вскидывал глаза в мою сторону, отвлекаясь от разговора. Улучив момент, я призывно улыбнулась ему. Было видно, как у него порозовели щеки и он сбился на середине фразы. Дальнейшее было делом техники. Я уже приобрела достаточный опыт по манипуляциям с сознанием людей этого мира еще при общении с бортмехаником и стюардессами самолета, на котором мы сюда добрались. Люди Земли, к моему изумлению, оказались очень внушаемы. Вот и этот хапающий в три глотки вояка моментально оказался под моим контролем.

Так что соглашение о нашей отправке было достигнуто очень быстро. Правда, бумажник Артема изрядно похудел. Но тут уж ничего не поделаешь. Не все зависело от нашего нового знакомого. Надо было платить и другим. А после заключения сделки мне ничего не стоило внушить военному, что мы лишь деловые партнеры и он не испытывает ко мне никаких чувств как к женщине.

Хотя, как выяснилось ненамного позже, мы сильно поторопились с заключением сделки. Сутки спустя все это нам встало бы гораздо дешевле. Другой вопрос, что возросла бы и опасность, но тут от нас ничего не зависело.

Варенцов С. И. Переговоры

(реконструкция)

– Семен Иванович? – Навстречу полковнику поднялся лощеный мужчина неопределенного возраста. – Прошу садиться. Будем знакомы – Шелест Эдуард Эммануилович.

Варенцов сел за накрытый стол напротив Шелеста. Шелест взглянул на стоящих у двери парней, проводивших полковника в этот уютный кабинет ресторана, и они исчезли за дверью.

– Надеюсь, вы не ограничены временем? – поинтересовался Эдуард Эммануилович. – Ничто так не вредит пищеварению, как торопливость.

– Не беспокойтесь, – успокоил его Варенцов. – Руководство предупреждено о моей возможной задержке.

– Вот и прекрасно. Давайте отдадим должное этим яствам, – Шелест обвел рукой великолепно накрытый стол, – а потом поговорим о делах.

И вице-президент одного из самых процветающих и влиятельных банков города до десерта поддерживал легкий, ни к чему не обязывающий разговор о погоде и последних городских сплетнях.

– Итак, – Шелест подвинул полковнику коробку с сигарами и графин с бренди, – до меня дошли слухи о ваших затруднениях с одним из ваших подопечных…

– Слухи сильно преувеличены, – улыбнулся полковник.

– Согласен, – ответил Шелест. – Иногда такого наплетут – и о других мирах, и о драконах, и о вампирах… Уши вянут слушать эту бредятину.

– Откуда вам это известно? – напрягся Варенцов.

– Что? – деланно удивился Шелест. – Слухи? Или вы хотите узнать о чем-то конкретно?

Варенцов помолчал, некоторое время оценивающе глядя на собеседника.

– Ладно, – кивнул полковник, – вы убедили меня в своей информированности. Только я не представляю, каким образом вы это узнали…

– Видите ли, Семен Иванович, – улыбнулся Шелест, – информация имеет одно любопытное свойство. Она распространяется в пространстве. Больше всего здесь бы подошла аналогия с брошенным в воду камнем. Круги от него могут расходиться на очень большие расстояния, а в идеальном случае или при очень большом камне – практически до бесконечности. То же самое можно отнести и к информации.

– Мне кажется, ваша аналогия не совсем верна, – возразил Варенцов. – В данном, конкретном случае, видимо, имеет место банальная утечка сведений или хорошо поставленная служба разведки. Если не ошибаюсь, вы курируете в вашем банке службу безопасности?

– Да, я отвечаю за безопасность нашей фирмы, – кивнул собеседник. – Однако вы зря будете искать “крота” в вашей структуре. Я вас уверяю, что почти обо всем происходящем на полигоне можно узнать из простых разговоров обслуживающего персонала.

– Тогда чем же можно объяснить такой пристальный интерес частной финансовой структуры к разработкам института? – поинтересовался полковник.

– Ну, наша фирма не совсем частная, – пояснил Ше­лест. – Вы можете поинтересоваться составом совета директоров, а при большей настойчивости и учредителями банка. Там, я думаю, вас ожидают открытия. Так вот, мы практически в курсе всех современных разработок, ведущихся в государстве, а наиболее перспективные частично финансируем. Через подставных лиц, конечно.

– И все-таки, – не отставал полковник, – какой интерес?

– Да вы и сами уже пришли к ответу, – Шелест налил себе бренди в бокал. – Если тема исследований будет благополучно завершена, то потребуются немалые деньги для дальнейших разработок, а открывающиеся горизонты таковы, что новые проекты не потянет ни одна государственная структура. Поэтому в руководстве нашего банка, – он ткнул пальцем в потолок, – там, в верхах, очень пристально следят за разработками в данной области.

– Тогда я абсолютно не понимаю, чем вызван интерес к моей скромной персоне? Я давал подписку о неразглашении и на ее нарушение, как вы понимаете, не пойду. Обратитесь к руководству проекта напрямую и получите все интересующие вас сведения… Если ваша структура действительно такая влиятельная.

– Вы меня не так поняли, Семен Иванович, – поморщился Шелест. – Я ни в коей мере не претендую на знание тех государственных тайн, в которые вы посвящены, и не пытаюсь завербовать вас. Хотя вы и могли бы занять достойное место в нашей службе безопасности в случае ухода из армии… Мы можем обсудить эту тему позднее. – Банкир взглянул на разом поскучневшее лицо полковника и резко оборвал сам себя. – Впрочем, не будем отвлекаться. Сейчас разговор идет о вашем исчезнувшем сотруднике Чернове…

– А он-то чем вас заинтересовал?

– Как я знаю, вам его неожиданный уход доставил много неприятностей, – произнес утвердительно Шелест. – У нас с ним также возникли некие сложности… – Собеседник полковника помолчал, подыскивая подходящие слова для объяснения. – В общем, в результате его действий погибло несколько моих сотрудников, а с ним исчезла женщина, которую я хотел бы вернуть обратно… С женщиной пропали довольно ценные вещи, которые также необходимо возвратить…

“Наш пострел везде поспел, – подумал Варенцов. – И у нас, и в банке… Укокошил несколько человек, увел женщину, да еще грабанул этих хлыщей, видимо, на довольно приличную сумму. Иначе они бы не пошевелились из-за какого-то офицеришки. Нет, положительно Чернов слишком ценный кадр. Надо приложить дополнительные усилия к его поиску и возврату. Тем более, как мне кажется, этот вице-президент, накормивший меня обедом в половину моего годового жалованья, сейчас поведает, где искать сбежавшего”.

Видя, что полковник не торопится отвечать, а с выжидательным выражением смотрит на собеседника, Шелест продолжил:

– Я могу существенно сузить круг ваших поисков при условии, что женщину и два художественной ценности предмета, находящиеся при них, вы возвратите мне лично.

Генерал молча дослушал запись и выключил диктофон.

– Что вы об этом думаете? – обратился он с вопросом к сидящим напротив офицерам.

Руководитель полигона неопределенно пожал плечами:

– Мне не совсем понятна активность местного отделения банка. Если бы произошло что-то действительно важное, руководство банка действовало бы сверху… Я так понял, что никаких указаний из столицы не поступало?

– Нет, – лаконично ответил генерал. – Тишина.

– Тем более непонятно это, – руководитель Варенцова кивнул на диктофон. – Почему, обладая такими возможностями, банк действует так примитивно?

– Возможности у них действительно потрясающие, – вздохнул генерал. – Когда представительство банка открылось в нашем городе, наши коллеги – безопасники, как водится, попробовали ввести в персонал информатора и получили такого фитиля из верхов, что теперь, наверное, ближе чем на квартал к особняку “Элекома” не приближаются.

– А наши? – осторожно осведомился руководитель полигона.

– Что наши? – повернулся к нему генерал.

– Ну, имеют агентуру в банке?

– Даже если и имеют, что это нам даст?

– Можно попытаться через нее узнать о труднообъяснимой активности местного руководства банка.

– Сомневаюсь я, – покачал головой генерал, – чтобы ради этого военная разведка пошла на риск раскрытия агента, если он действительно находится в банке.

В кабинете наступило молчание.

– Полковник, – генерал взглянул на Варенцова, – почему вы не принимаете участия в обсуждении?

– Я уже изложил свою точку зрения руководству, – Варенцов покосился в сторону начальника полигона. – Но она не нашла понимания.

– Серьезно? – удивился генерал. – Я буду рад, если вы поделитесь своими мыслями и со мной. Я как-никак тоже являюсь на данный момент вашим руководителем. А вы, Виктор Сергеевич, – он повернулся к начальнику полигона, – впредь ставьте меня в известность о рапортах ваших подчиненных, даже если они вам покажутся не заслуживающими внимания.

– Но, товарищ генерал, – попытался было возразить руководитель полигона. – Я не могу представлять докладные, больше похожие на бред сумас…

– Послушаем вашего подчиненного, – отмел возражения генерал. – Ваши соображения мне известны. Теперь пусть полковник доложит свои.

– Я не готов утверждать со стопроцентной гарантией, – начал Варенцов, – но мне кажется, столичное руководство, да и местное также, не в курсе действий своего вице-президента. Этот господин ведет какую-то игру на свой страх и риск…..

– Продолжайте, – поторопил задумавшегося полковника генерал.

– То, что Чернов, по его словам, расправился с несколькими сотрудниками и совершил ограбление, можно сразу отмести в сторону как несущественное, – продолжил Ва­ренцов. – Какой конфликт произошел у исчезнувшего офицера с охраной банка, мы узнаем, если задержим Чернова. Хотя я глубоко сомневаюсь, что это была служба безопасности банка…

– Почему вы так думаете? – спросил генерал.

– Если бы гипотетический конфликт произошел действительно в стенах банка, его невозможно было бы скрыть. Существует вневедомственная охрана, милиция, которые также следят за безопасностью на территории, прилегающей к банку, да, в конце концов, обычные клиенты банка, но никто ничего не видел. Поэтому я думаю, что все события развернулись где-то за пределами конторы, и Чернов оказался как-то замешан в скрытые от нас интересы вице-президента…

– Но что это нам дает, и когда Чернов успел пересечься с такой далекой от него частью общества? – прервал полковника генерал.

– Это дает нам очень многое, если не все, – спокойно ответил Варенцов. – Меня сразу насторожили слова Шелеста о месте, где может появиться Чернов. Откуда вице-президент российского банка так прекрасно осведомлен о южной и малозначимой в отношении бизнеса республике?

Варенцов остановился и оглядел присутствующих.

– Потом я вспомнил о системе прослушивания, установленной во всех квартирах участников эксперимента, которая отказала после того, как кто-то позвонил Чернову, сопоставил эти события со словами Шелеста – и мне все стало ясно. Если вы припомните отчет Чернова о его виртуальном пребывании в Белом мире, то без труда определите, кто позвонил нашему подопечному.

– Кто-то из друзей оттуда? – предположил генерал. – Но как?

– Поначалу я тоже думал, что вернулся кто-то из его друзей, – признался Варенцов, – так как не исключено существование параллельного нашему проекта, но потом сообразил, кто это был. К нему заявилась его спутница из того мира.

– Даже если и так, – хмыкнул генерал, – что с того? И как она смогла сюда попасть из тамошнего средневековья?

– А ведь вы нам недавно ставили задачу определения местоположения станции переноса в нашем мире, – напомнил генералу Варенцов.

– Вы считаете, что эта женщина прошла через станцию переноса в наш мир?

“Ну, наконец-то до тебя дошло”, – подумал Варенцов.

– Я не знаю, как спутница Чернова попала в наш мир, – продолжил он, – но то, что им стало известно местонахождение станции переноса, я думаю, является неоспоримым фактом. И что это как-то затрагивает интересы вице-президента Шелеста, также не вызывает сомнения.

– Так. – Генерал потер подбородок. – Почему вы не доложили мне об умозаключениях вашего подчиненного? – повернулся он к руководителю полигона. – И что вам показалось в них неверным?

– Я считаю их слишком уж фантастическими, – начальник полигона бросил короткий взгляд в сторону Баренцева, и тот понял, что нажил себе врага в лице непосредственного руководителя. – Как могла женщина из другого мира попасть к нам? Нами еще не полностью доказано, что этот мир существует. И даже если это так, как может человек из нашего мира знать об этом?

– А человек ли? – тихо произнес Варенцов.

– Что-что вы сказали? – встрепенулся генерал.

– Извините, случайно вырвалось. Это только мои ничем не подтвержденные домыслы.

– Познакомьте и нас с ними, – попросил, нет, – приказал – генерал.

– Чернов и ныне покойный Клюев побывали в мире, где рядом с людьми уживаются и вампиры, – пояснил Ва­ренцов. – В нашем мире об этой расе существует слишком много легенд, чтобы считать их простой выдумкой. Вот я и думаю, а не устроились ли эти личности таким же образом и в нашей цивилизации? Только более глубоко законспирировавшись?

– Вот видите, товарищ генерал, – встрял в разговор руководитель полигона, – наш штатный психолог, начитавшись отчетов испытуемых, уверовал черт знает во что и уже готов населить мир Земли русалками, лешими, вампирами и прочей нечистью…

– Виктор Сергеевич, – ласково обратился к руководителю полигона генерал, – я вижу, вы не совсем уверены в том, что поставленная перед вами задача имеет под собой реальную основу… Постойте, я еще не закончил, – он остановил пытавшегося что-то сказать руководителя полигона. – Так вот, с этого дня на вас возлагается решение чисто хозяйственных вопросов по обеспечению нормального функционирования полигона. Научное руководство полигоном отныне осуществляет полковник Варенцов. Будьте добры выполнять его пожелания и распоряжения неукоснительно. Приказ о назначениях получите завтра.

– Я буду жаловаться в вышестоящие инстанции, – произнес побагровевший Виктор Сергеевич. – Вам не пройдет даром это самоуправство.

– Попробуйте, – спокойно ответил генерал. – Пока я являюсь вашим руководителем, а посему извольте выполнять мои приказы.

На последних словах генерал повысил голос.

– Слушаюсь! – вытянулся бывший руководитель полигона.

– Вы свободны, – кивнул ему генерал и, подождав, пока за бывшим руководителем полигона закроется дверь, продолжил, обращаясь к Варенцову:

– Давайте думать, что делать дальше, полковник…

Леда

Машина тормознула у остатков шлагбаума.

– Все, – повернулся к нам водитель из местных жителей, которого мы наняли в Хороге на последние оставшиеся у нас деньги. – Дальше я не поеду. До Рошт-Калы тут рукой подать. А дорога плохая.

– Слушай, – наклонился к нему Артем. – Мы с тобой договорились, что ты нас везешь до места?

– Я вас и довез, – ответил водитель. – Что, не видишь, дальше только на бэтээре можно проехать?

– А деньги ты за что взял, скотина? – Артем рывком открыл дверцу автомобиля и подошел к водительскому месту. – Вот я тебя сейчас вышвырну из твоей колымаги и дальше поведу сам.

– Попробуй, – меланхолично кивнул на дорогу памирец, нисколько не испугавшись слов Артема.

– Остановись, Артем, – притормозила я своего спутника. – У меня ощущение, что мы почти добрались. Да и дороги дальше действительно нет.

Готовящееся рукоприкладство не состоялось. Артем отступил от машины:

– Ладно уж, езжай, таксист. И благодари своего Аллаха, что все благополучно закончилось.

Потрепанная машина со скрежетом развернулась на небольшом пятачке и умчалась в направлении города.

– Ну, и куда дальше? – повернулся ко мне Артем.

Я молча пошла по дороге вперед. Артем, чертыхаясь, пробирался сзади. Зря он окрысился на водителя. По этим серым каменным осыпям, припорошенным снегом и перегораживающим дорогу через каждые несколько шагов, действительно можно было пробираться только пешком. Постепенно мы разогрелись, прыгая с камня на камень, и не так стал донимать ледяной ветер. А ветер дул и дул вдоль узкого ущелья и швырял в лицо хлопья водяной пены с бурлившей рядом реки.

… Воздух царапает нёбо, Льдистые пики вдали, Бурая, снежная роба Скудной и дальней земли. Хаос камней подавляет, Речка шипит на мели, Да облепиха кивает Бледному небу вдали. Ветер тоску нагоняет, В скалах уныло гудит, А грязно-белое солнце Медленно лезет в зенит…

Артем так же неожиданно, как начал декламировать, остановился:

– Да, прав был один мой знакомый. В эти места человека может заманить только длинный рубль. Ну, очень длинный.

– А как же местные жители? – повернулась я к нему.

– “Родину, сынок, не выбирают”, – сказал папа-червяк сыну, зарываясь в навоз, – улыбнулся Артем.

– Что-то я тебя не поняла…

– Это я так… старый анекдот вспомнил.

Наконец за одним из поворотов дороги открылось ущелье.

– Нам – туда, – я махнула рукой вверх.

– Однако это довольно посещаемое место, – Артем с удивленным видом рассматривал плотно утоптанную тропинку, уходящую по склону в нужном нам направлении. – Ты не ошиблась в выборе? – повернулся он ко мне.

– Нет, я точно чувствую, что станция где-то там, наверху.

– Хм, неужели рядом с ней находится какое-нибудь селение?

– А нам-то как это может помешать? – спросила я.

– Очень просто, – ответил Артем. – Живущие рядом с таким загадочным местом или сделают из него святыню, или наложат табу на его посещение.

– Ну и что?

– А то, – повернулся ко мне Артем, – что эту территорию будут тщательно охранять.

– Так в любом случае у станции должна быть стража, – пожала я плечами. – Не все ли равно, кто ее охраняет – люди или орки. Мне кажется, с людьми у нас будет меньше проблем.

– А мне кажется, больше, – покачал головой Артем.

– Почему?

– Если возникнут сложности с переходом, – пояснил он, – придется применять силу и, как водится, все закончится кровопролитием. Мне все же легче в этом случае разбираться с орками, чем с людьми.

– Что-то раньше я не замечала за тобой такой щепетильности на пути к цели.

– Я человек спокойный, – усмехнулся Артем. – Никогда первый не лезу на рожон и предпочитаю решать вопросы миром. Но если меня заденут, то очень быстро теряю над собой контроль…

– Тебя это так волнует?

– Да нет, я давно понял, что человек способен на все, защищаясь… Вот только потом, бывает, совесть мучает. Особенно если кто-то случайно попадет под горячую руку.

– Ну, тогда ты можешь быть спокоен. В такой дыре никто случайно долго не задержится.

Я оказалась права, и большого поселения мы не встретили.

На одной из террас, обрывающихся в ущелье, стояла типичная памирская мазанка с одной дверью, глухими стенами и окошком в виде стеклянного шалашика посреди плоской крыши. Тропинка как раз и вела к дверям этого жилья. Выше по всему ущелью, сколько видел глаз, простирался нетронутый снежный покров.

– Ну вот, – я взглянула на Артема, – всего-то одна семья, наверное, тут и живет. А ты уже настроился на целое селение…

– Мне интересно, кто тут уединился вдали от общества, – Артем внимательно изучал мазанку. – Надо бы прояснить этот вопрос.

– Зачем?

– Во-первых, не люблю оставлять за спиной неизвестность. Вот из такой халупы нам вполне могут засветить в спину из чего-нибудь огнестрельного. Во-вторых, уже наступают сумерки, а у меня нет никакого желания ночевать в снегу. Ведь до станции, насколько я понимаю, мы засветло не доберемся?

– Вряд ли, – я посмотрела на уходящий вверх склон ущелья. – Похоже, что станция очень высоко в горах, а мы пока еще и не начинали подниматься.

– Тогда нечего ждать, – Артем решительно направился к глиняной избушке. – Будем проситься на ночлег у здешних жителей.

– Эй, есть кто живой? – Артем стоял на пороге и пытался разглядеть хозяев в полумраке хижины.

Я шагнула вслед за ним и, мысленно прощупывая территорию дома, почти сразу же наткнулась на такой же мысленный зонд, протянувшийся в нашу сторону. Я предупреждающе сжала руку Артема, но зонд тут же пропал.

– О, какие гости ко мне пожаловали, – в полумраке материализовался сухонький старикашка. – Проходите, не стойте в дверях.

Артем двинулся ему навстречу.

– Что привело вас в эти негостеприимные места? – блеснул взглядом в мою сторону хозяин.

– Мы бы хотели попроситься к вам на ночлег… – начал Артем.

– Прекрати, Артем, – я тоже шагнула вперед. – Он давно уже все понял.

– Но я ничего не понял, – Артем недоуменно переводил взгляд с меня на старикашку.

– Я рад приветствовать в моем скромном жилище соплеменницу, – улыбнулся мне хозяин жилья, – и тебя, Стран­ник, – повернулся он к Артему.

– Черт, – изумился Артем. – Так вы…

– Совершенно верно, молодой человек. Я не принадлежу к расе людей.

Закран. Вечерняя беседа

Закран рассматривал эту довольно странную пару, неторопливо попивая чай.

– Уф, – откинулся от достархана спутник перворожденной. – Накормили вы нас от пуза. Как вы умудряетесь иметь такой разнообразный выбор продуктов, проживая в этой глуши?

– Благодарность окрестных жителей, – улыбнулся хозяин хижины. – С тех пор как развалилась очередная империя, я оказываю услуги населению в качестве лекаря.

– Вы сказали, очередная империя? – удивился Стран­ник. – Так вы и Российскую империю помните?

– Я ее и имел в виду.

– Но после нее существовал еще и Советский Союз.

– Это как раз и были судороги бывшей империи. Так сказать, тщетная попытка продлить свое существование…

– Извините, если я задаю нескромный вопрос, – Стран­ник по имени Артем налил себе и своей спутнице чаю. – Значит, вы помните еще ту империю? Я имею в виду царскую Россию.

– Молодой человек, – Закрана позабавило его удивление. – Я помню, как в здешних снегах увязли войска Искандера Великого.

– Вы имеете в виду Александра Македонского? – с недоверчивым изумлением спросил гость.

– А вы знаете еще одного Искандера?

– И вы с тех времен обитаете в этих горах? – все так же недоверчиво задал следующий вопрос спутник перворожденной.

Хозяин хижины лишь молча улыбнулся, не считая нужным повторяться.

– Сколько же вам лет, уважаемый Закран?

– Я уже давно забросил это никчемное занятие – под­счет.

– Но если вы так невообразимо давно живете практически на одном месте, – не унимался гость, – то как вы решаете вопрос… – тут спутник соплеменницы вампира замялся, подыскивая, видимо, обтекаемую формулировку, – вопрос питания?

– Вы имеете в виду сказки вашей расы о вампирах, питающихся исключительно кровью людей?

– Да, – смущенно признался странник.

– Но это же полная чушь, – усмехнулся Закран.

– Тогда как же понимать многочисленные и упорные легенды и слухи о ваших соплеменниках? – не унимался гость.

– Вы замечали эту наклонность за своей спутницей? – задал встречный вопрос Закран.

Артем быстро взглянул на улыбающуюся Леду и отрицательно покачал головой:

– Но она же не совсем принадлежит к вашему племени. Ее мать была обычной женщиной…

– Не имеет значения, – отрезал хозяин хижины. – Она не была инициирована, а родилась от отца-вампира. Значит, она перворожденная.

– У меня есть один очень хороший знакомый, ваш соплеменник, – не унимался Артем, – так он время от времени прибегал к способу насыщения, приписываемому вашей расе.

– Он, вероятно, был очень молод? – поинтересовался Закран. – Или из глухой провинции?

– Вы угадали в обоих случаях.

– Молодой человек, как люди относятся к алкоголю?

– Положительно, – улыбнулся гость. – Я бы и сейчас не отказался от рюмки хорошего коньяка.

– Так вот кровь людей оказывает на нас такое же действие, – пояснил вампир-отшельник. – И, как и среди людей, среди нас попадаются закоренелые алкоголики или стабильно, но в меру пьющие. Надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство?

– Не совсем, – замялся Артем.

– Так продолжайте, – подбодрил Закран гостя. – Вечер еще не закончился.

– К какой категории относите вы себя по вашей классификации? – решился Артем.

– Я веду здоровый образ жизни.

– Артем, – подала голос спутница Странника, – отвяжись от хозяина.

– Но он же сам разрешил задавать вопросы, – повернулся к своей спутнице Артем.

– Тебе больше не о чем спросить? – поинтересовалась Леда. – Мне кажется, в нынешней ситуации тема твоих расспросов не является первоочередной по значимости.

– Как сказать, – пожал плечами Артем. – Я давно хотел удовлетворить свое любопытство в данном вопросе, но как-то не получалось.

– Судя по вашему мечу, – поинтересовался Закран, – одна из встреч с целью удовлетворения вашего любопытства закончилась весьма плачевно для моего соплеменника?

– Вы не совсем правы, – возразил Артем. – Там была несколько иная ситуация. Или мы его, или он нас. Безо всякой альтернативы.

– Альтернатива есть всегда, – возразил хозяин хижины гостю.

– В данном случае альтернатива была только у вашего соплеменника: решить, с кого начать удовлетворять порочную, как вы выразились, тягу к алкоголю.

– И меч достался вам? В честном поединке?

– Не совсем так, – поморщился гость, вспоминая, видимо, те события. – Поначалу меч не принял никого… А потом, в одной стычке, так получилось, что мне пришлось им воспользоваться. С тех пор мы с ним одно целое.

Странник извлек из ножен великолепный меч и любовно, едва касаясь, провел по лезвию пальцами, вызвав этим движением льдисто-голубые сполохи, осветившие комнату.

– Позвольте задать вам вопрос, уважаемый Закран? – обратилась к хозяину хижины Леда.

– Пожалуйста, – улыбнулся вампир соплеменнице.

– Что вас заставило поселиться в этом ущелье?

– Мне всегда претила суетливость расы людей, да и соплеменники со своими амбициями постепенно начали раздражать. Вот я и занял временно пустующую должность Привратника.

– Так вы являетесь Стражем станции? – изумилась Леда.

– Нет, – улыбнулся отшельник. – У меня несколько иные обязанности.

– Позвольте поинтересоваться, – задал вопрос Артем, – какие?

– Фильтрация нежелательных посетителей.

– К какой категории вы отнесли нас? – заметно напрягся гость.

– Не беспокойтесь, – Закран успокаивающе поднял руку. – Я не буду вам мешать. В свою очередь, я надеюсь, вы отнесетесь снисходительно к охране станции. Мне бы не хотелось, чтобы с этими существами произошло что-то непоправимое. Их и так остались в этом мире единицы.

– Не поделитесь ли с нами, – попросила Леда, – с кем нам предстоит встретиться?

– Вам никто не сказал название этого ущелья?

– Нет. Нам пришлось спешить, поэтому было не до географических изысканий.

– Данная местность называется ущельем голуб-явана, – усмехнулся вампир. – Они-то и встретятся вам на леднике.

– Кто? – поинтересовался Артем. – Мне ни о чем не говорит это название.

– Вы слышали истории о снежных людях? – спросил Закран у гостя и, дождавшись утвердительного кивка, добавил: – Голуб-яван – это местное название снежных людей.

– И вы считаете, они нас просто так пропустят? – с недоверием в голосе спросил Артем.

– В принципе, это очень спокойные существа, – ответил привратник. – Они никогда первыми не нападают. Если его уж очень сильно разозлить, тогда голуб-яван приходит в ярость и становится неуправляемым.

– Но тогда какие же функции охраны они осуществляют? – спросила Леда.

– Скорее психологического устрашения, – усмехнулся Закран. – Вдруг в окрестности забредет какой-нибудь заблудившийся турист или альпинист? Я не в состоянии контролировать весь поток путешественников или случайных прохожих. Голуб-яваны отпугнут его от нежелательного направления.

– Но увидевший своими глазами снежных людей и рассказавший об этом на равнине турист вызовет как раз обратную реакцию, – попробовал возразить Артем. – Вокруг этих мест поднимется нездоровый ажиотаж.

– Сюда не так-то легко добраться, – ответил хозяин своему гостю. – Да и потом, много ли доверия вызывают туристские байки у остальных людей?

– Может быть, вы и правы, – с сомнением произнес Артем.

– По крайней мере, пока это действовало безотказно, – улыбнулся Закран. – Теперь не позволите ли вы удовлетворить мое скромное любопытство?

– Пожалуйста, мы вас слушаем.

– Что вас привело в наш мир, Леда? – задал вопрос хозяин хижины. – Я думаю, вы не с Земли.

– По не зависящим от нас обстоятельствам мы неожиданно расстались, вот мне и пришлось отправиться на поиски моего мужчины, – Леда прижалась к своему спутнику.

– И сколько же миров пришлось пройти, прежде чем выйти на Земле?

– Лучше не спрашивайте меня об этом, – передернула плечами Леда.

– Понятно, – кивнул Закран. – Представляю, что вам пришлось пережить. Да еще если какие-либо из выходов находились далеко от местных станций переноса.

– Нет, я почти не покидала станций, – ответила Леда. – Главным было определить, в каком из миров находится Артем. Если бы не талисман, настроенный Смотрителем из моего мира…

– Так вы встречались со Смотрителем своего мира? – перебил ее вампир-отшельник.

– Да, – подтвердила Леда. – Он очень помог и нам, и нашим друзьям.

– Вам крупно повезло, – признал Закран. – За всю свою не такую уж короткую жизнь мне довелось видеть здешнего Смотрителя мира всего два раза.

– И что он собой представляет? – заинтересовался Артем.

– По виду, я думаю, как и ваш знакомый, вполне обычный человек. А вот по сути… Этим существам глубоко наплевать на судьбу отдельно взятого индивидуума и даже на целый народ. У них другие цели и задачи. Поэтому меня так удивило вмешательство Смотрителя в ваши дела. Смотрителей в некоторых мирах называют иногда Хранителями. Что-то вы сделали такое или оказались замешанными в истории, могущей поколебать равновесие тамошнего мира. Только это могло вызвать заинтересованность в ваших делах такой значимой фигуры.

– Видимо, так и произошло, – подтвердил Артем. – У меня осталось смутное впечатление от довольно длинной беседы с Обломом Некошным, так звали тамошнего Смотрителя, но сохранилось в сознании только то, что мне непременно надо было вернуться в свой мир.

– Значит, вы и были, видимо, ключевой фигурой какой-то комбинации, – кивнул Закран. – Вас выпроводили с игрового поля. Хорошо не просто хоть смахнули в мусорное ведро.

– А что, и такое было возможно?

– Конечно, – улыбнулся отшельник. – И таких примеров не счесть… Вы думаете, легенда нашего мира об Атлантиде соответствует именно тем событиям, что произошли?

– Атлантида существовала в действительности? – спросил Артем.

– Конечно. Вот только история развития цивилизации этого материка не устроила почему-то здешнего Смотрителя…

– Вы утверждаете, что он расправился с целым народом?

– Именно. Поэтому меня так удивила помощь, оказанная тем Смотрителем каким-то незначительным существам.

– Там произошла довольно непонятная история, – ответил Артем. – Кажется, что-то связанное с каким-то Черным магом… Мы, если честно сказать, так и не поняли, чем была вызвана такая опека со стороны Смотрителя…

– Еще одним непонятным моментом в вашей истории является то, что Леда отправилась разыскивать вас, а не вы ее. Вам было бы гораздо легче найти ее мир.

– Почему вы так думаете? – спросила Леда.

– Я не думаю, я уверен. Твой спутник, – Закран посмотрел на Леду, – гораздо легче мог найти тебя, не подвергаясь риску при выходах в других мирах. Вы, Артем, могли сразу отправиться в мир Леды.

– С чего вы это взяли? – недоуменно спросил Артем.

– Так вы же Странник, – улыбнулся отшельник. – Как вы оказались в здешнем мире, я не знаю, но он явно не ваш. Вы принадлежите к расе Странников, могущих без проблем путешествовать по Вееру Миров.

– А вы не ошибаетесь?

– Неужели вы еще не поняли, что ваши способности кардинально отличаются от способностей расы людей?

– Подозревал, но не был до конца уверен, что это не результат контузии от сильного удара по голове…

– Я не знаю, по какой причине вы расстались. Может, это зависело не от вас, но вам не стоило ждать Леду, следовало просто отправиться за ней. У вас это получилось бы гораздо быстрей.

– Понимаете, я побывал в мире Леды не совсем в своем телесном облике, а в виде какой-то матрицы, – пояснил Артем. – Наши военные от науки проводили эксперимент, в котором я играл роль подопытного кролика. Когда они меня оттуда выдернули, у меня не было полной уверенности, что все произошло со мной в действительности и что это не какое-то кошмарное сновидение.

– Видимо, этим и вызвано было желание Смотрителя отправить вас обратно, – кивнул Закран.

– А не могли бы вы прояснить, кто такие Странники? – поинтересовался Артем. – И почему вы уверены, что я не с Земли? Я прекрасно помню всю свою жизнь в здешнем мире.

– Относительно вашего последнего утверждения, – улыбнулся привратник, – могу возразить только то, что даже сейчас, при нынешнем развитии науки Земли, вас могут без труда запрограммировать и всадить новую память. Раз вы не были уверены в случившемся с вами ранее, наверное, так и произошло?

– Вы правы, – признал Артем.

– По поводу же Странников могу сказать одно – это загадочная и, видимо, очень немногочисленная раса, могущая передвигаться между мирами каким-то образом без станций переноса. Как они это делают – не знаю.

– Но я не ощущаю в себе этой способности, – возразил Артем.

Закран недоуменно пожал плечами:

– Тут я вам не советчик. Может, у вас как-то заблокированы ваши природные способности, может, и не существует такой расы, а появляются эти загадочные индивидуумы как продукт дальнейшего развития людей или иных существ, а может, – тут хозяин хижины позволил себе улыбнуться, – вы являетесь не совсем законным отпрыском одного из этих таинственных существ, согрешившим с земной женщиной, и ваши способности только начали проявляться. В общем, выбирайте гипотезу по вкусу. На данный момент сойдет любая.

– Меня беспокоит только одно обстоятельство, – признался Артем. – Нам надо покинуть этот мир и сделать это довольно оперативно. Но станция переноса… Как бы там не повторилась история, произошедшая в мире Леды. Если какая-нибудь сила нас опять заставит расстаться?

– По поводу ваших опасений я могу посоветовать только одно, – развел руками Закран. – Вам в этом случае будет гораздо легче отыскать мою соплеменницу, чем ей вас. Попробуйте пробудить в себе дремлющие способности.

Артем. Ушелье голуб-явана

– Стой!

Вынырнувший из-за скалы спецназовец замер.

– Теперь медленно, не торопясь, положи автомат на снег и шагни назад. – Я находился в тени скалы, и парень при ярком солнечном свете никак не мог меня видеть. – Не стоит ничего предпринимать – ты у меня как на ладони.

Судя по его поведению, спецназовец и не собирался становиться героем. Он осторожно, не делая резких движений, опустил автомат к ногам и отступил вниз по склону. Было видно, что ему не раз приходилось попадать в щекотливые ситуации. По крайней мере на лице у парня не отразилось никаких эмоций.

– Сообщи своим, чтобы никаких действий, – я продолжал развивать успех. – В противном случае ты будешь первым, кто не доживет до завтрашнего дня. И подними на всякий случай руки.

Парень пробормотал что-то в микрофон, торчащий на уровне щеки.

– Надеюсь, ты сказал то, что было велено? – спросил я. – Или я в тебе ошибся?

– Все в порядке, – он взглянул в мою сторону. – Мы не причиним вам вреда.

Несмотря на напряженную ситуацию, я расхохотался:

– Ну, ты и наглец! Стоит на мушке и обещает быть ко мне снисходительным. Скорее уж мне пристали эти слова, но никак не тебе.

– Я сказал правду, – спецназовец шевельнулся, переступив с ноги на ногу. – Мы посланы для вашего сопровождения и охраны.

– Да ну! – изумился я. – И кто же это расщедрился на такой почетный эскорт? И почему вы тогда тащитесь позади, стараясь быть незаметными?

– У нас приказ: сопроводить двух человек – мужчину и женщину – до их цели, никак не препятствуя движению и держась по возможности незаметно, но в пределах прямой видимости.

– А где же функции охраны? – спросил я.

– Осуществлять охрану по возможности и по пути следования.

– Узнаю изящный слог высшего офицерского состава. – Я был восхищен. – Судя по стилю, если ты не переврал, вам отдавал приказ по крайней мере генерал-лейтенант, не ниже.

Спецназовец молча пожал плечами, всем своим видом давая понять, что он не первый день в армии и привык еще и не к таким идиотским распоряжениям.

– Где твой командир? – спросил я парня.

– Позади, – повел головой спецназовец.

– Сейчас ты все так же медленно отойдешь к своим, – приказал ему я. – Пусть сюда подойдет старший и без оружия. Для разговора. – И смотри без глупостей! – еще раз предупредил я начавшего отходить парня. – И руки опусти – затекли, наверное.

“Леда, где они? – я поднял голову к скале, пытаясь отыскать девушку. – Ты их всех видишь?”

“Пятеро недалеко от скалы, – раздался в моей голове голос Леды. – Двое остались намного ниже”.

Я выскочил из расщелины, подхватил автомат и скрылся в укрытии. Минуты через три послышался хруст снега и из-за скалы появился светловолосый, атлетически сложенный парень, запомнившийся мне еще по перелету в Хорог.

– О, старый знакомый! – притворно изумился я. – И кто же тот дурак, что отпустил новобранца так далеко в горы?

Наш знакомый Игорь, явившийся прошлым утром в гостиницу и сообщивший, что мы полетим с отрядом новобранцев для одной из застав, нисколько не походил на довольную жизнью тыловую крысу, с которой мы расстались вечером. Леда сразу заподозрила неладное по сумбуру мыслей, царившему в голове офицера. Однако разузнать что-либо подробней не удалось. Игорь, сославшись на дела, сразу удалился. Когда же на аэродроме я увидел эту по-спортивному подтянутую группу, старавшуюся незаметно рассосаться среди действительно растерянного табора новобранцев, стало ясно, – нас вычислили. И скорее всего не без помощи соплеменников Леды. Иначе никак не объяснить практически синхронное с нами появление в этих местах “новобранцев”.

– Не надо паясничать, – поморщился командир спецназа. – Мы действительно посланы для того, чтобы обеспечить вашу безопасность.

– Неужели? И кто это так озаботился нашими проблемами?

– Если я скажу, что нас инструктировал полковник Варенцов, вы мне поверите?

– А как бы вы поступили на моем месте? – усмехнулся я, лихорадочно пытаясь понять, с чего бы на моих недавних руководителей снизошло желание заняться благотворительностью. Особенно после нашего несколько шумного ухода.

Командир спецназа пожал плечами:

– Не знаю, я как-то больше привык к своему.

– Вот как… А если я откажусь от навязанного эскорта?

– Вы же офицер, хоть и бывший, кажется, – скривился спецназовец, – и знаете, что я все равно буду вынужден выполнить приказ.

– Вы, я вижу, не одобряете моего поведения? – осведомился я.

– Я в своих не стрелял! – отрезал стоящий передо мной офицер.

– Значит, так вас проинформировали… – я покачал головой. – А если я скажу, что это в меня стреляли свои? Спецназовец опять пожал плечами:

– Вы вольны говорить все, что угодно…

– Не веришь… Согласись, у меня еще меньше причин верить тебе и твоим орлам.

– И что мы будем делать? – командир группы взглянул в мою сторону. – Или так и будем стоять?

– А может, положить вас здесь, чтобы не мешали? – спросил его я. – Я никого не трогал без нужды, веришь ты мне или нет, никаких секретов не увел, а просто решил оставить отцов-командиров, использовавших меня вместо подопытного кролика. И только нашел более-менее тихое место, вы тут как тут…

– Ваше дело, – ответил спецназовец. – Я нисколько не удивлюсь, если вы нас перестреляете. В том, что мы так глупо подставились – моя ошибка. Надо было вести себя осторожней.

– О, ты уже начинаешь признавать ошибки. Значит, еще не все потеряно.

“Артем, – раздался у меня в голове голос Леды, – они начинают сдвигаться к скале”.

– Так, – я качнул головой. – Решил мне заговорить зубы?

– Нет, просто проинформирован, чего можно от вас ждать.

– А теперь прикажи своим парням остановиться, – посоветовал я ему. – Иначе твоя информация окажется верной. А начну я с тебя как главного.

Командир спецназа отдал команду в микрофон и неожиданно попросил:

– Если мы не договоримся, отпусти моих людей… я виноват, и ответ держать мне одному. Обещаю, они не будут вас преследовать.

Последние его слова натолкнули меня на мысль, как выбраться из этой патовой ситуации. Что бы я ему ни плел, но убивать ни в чем не повинных людей не собирался.

– Ладно, – обратился я к офицеру, терпеливо стоящему на тропе. – У меня есть один вариант, позволяющий избежать кровопролития и даже помочь выполнить тебе приказ. Если ты, конечно, мне рассказал правду и не было еще одного приказа, позволяющего тебе с легкой совестью отказаться от своих слов.

– Я привык отвечать за свои слова, – с вызовом ответил мне спецназовец.

– Тогда поступим так, – предложил ему я. – Вы выдвигаетесь вперед и выполняете свои охранные функции в соответствии с приказом. Я и моя спутница будем находиться сзади. С тыла нам, кажется, уже ничего не может угрожать?

– Не может, – с неохотой признал офицер. – Но где гарантия, что ты не разрядишь рожок нам в спины?

– Как ты понимаешь, мы это с легкостью можем сделать прямо сейчас, но не делаем. Твои орлы, кстати, с самого начала разговора находятся под прицелом.

– Согласен, – немного подумав, произнес спецна­зовец. – Выбирать, похоже, не из чего.

– Тут ты совершенно прав, – согласился я с ним. – У меня будет только одно условие…

– Какое?

– Ты мне сейчас дашь слово, что до конца пути твои люди не будут пытаться причинить мне и моей спутнице какой-либо вред.

– Но у тебя же нет гарантий, что я выполню уговор.

– Как-никак я тоже служил в армии и даже дослужился до капитана… И хотя ты и не признаешь за мной офицерского звания… для меня гарантией будет твое слово офицера.

Старлей Федор Широков. Все еще в ущелье…

Сухо треснувшие автоматные очереди буквально смели в пропасть пять человек с ледового гребня, хорошо заметного даже среди беспорядочного нагромождения скал.

– В укрытие! – раздался крик идущего позади бывшего капитана.

Широков скатился с валуна, по которому собирался подняться на ледник. Незначительная заминка в движении спасла жизнь старлею и поскользнувшемуся перед ним Лешке. Игорю повезло меньше. Автоматной очередью ему перебило обе ноги. Он рухнул в одну из ледовых щелей, во множестве пересекавших лобовую часть ледникового потока. Его автомат отлетел в сторону и чудом удержался на краю обрыва. Оглянувшись, Широков увидел, что странный капитан и его загадочно-красивая спутница распластались чуть ниже. Остальным круто не повезло в лотерее под названием жизнь.

– Ну что, командир? – усмехнулся капитан. – Приплыли? Похоже, нас прижали наглухо. Наверху никак не меньше трех человек.

– Четырех, – отозвался лежащий впереди Лешка. – Трое впереди под козырьком и один слева по ходу движения.

– И все? – поинтересовался капитан.

– Больше никто не стрелял, – ответил Лешка. – По крайней мере я никого не засек. Впереди раздался стон.

– Игорь! – старлей чуть приподнялся. – Ты жив?

– Жив, командир, – отозвался слабым голосом подчиненный. – Вот только крепко меня зацепили.

– Лежи и не пытайся что-либо делать, – приказал ему Широков. – Мы попробуем тебя вытащить.

Загадочный попутчик и в то же время охраняемый объект подполз поближе, прихватив по дороге АКМ Игоря:

– Погоди что-нибудь предпринимать, – попросил он. – Давай вначале осмотримся.

– Пока мы будем осматриваться, Игорь истечет кровью, – огрызнулся Федор. – И так по твоей вине мы потеряли пять человек.

– По моей? – сухо улыбнулся этот странный тип. – А не по глупому приказу? Я же тебя предупреждая, что рядом с нами опасно находиться.

– Да ты…

– Ну ладно, – он поднял руку, останавливая возражения. – Перенесем споры на потом… если удастся выбраться из этого мешка.

Сказано было таким властным тоном, что старлей послушно замолчал.

– Эй, парень! Игорь! – крикнул капитан в сторону расселины. – У тебя есть пакет первой помощи?

– Есть, – донесся ответ Игоря.

– Попробуй сделать перевязку и не высовывайся ни в коем случае. Что бы ни происходило.

– Хорошо, – отозвался спецназовец.

– А тебя как звать? – обратился капитан к уцелевшему сержанту. – Алексей? Тот молча кивнул.

– Выдвини что-нибудь, что было бы видно только с правого склона.

Лешка стянул шапку и осторожно поднял ее на стволе АКМ. Тут же стрекотнула еще одна очередь, сверху посыпалось каменное крошево.

– Так я и думал, – пробормотал сквозь зубы капитан. – Ни справа, ни слева этих типов не обойдешь. Грамотно обложили.

– Ну, что ты предлагаешь, старлей? – он повернулся к Широкову. – Я не ошибся со званием?

– Нет, – Федор мотнул головой. – Единственное решение, которое я вижу, дождаться темноты и попробовать уйти вниз.

– У тебя две неверных предпосылки, – ответил капитан, продолжая изучать местность. – Во-первых, нам надо наверх, а не вниз; во-вторых, эти типы тоже ждут ночи, а там, ты уж мне поверь, против них не будет никаких шансов. Даже если бы все твои люди были живы.

– Вы не преувеличиваете? – недоверчиво спросил спецназовец. – И что за люди там наверху?

– В отношении опасности? – уточнил капитан. – Скорее, даже преуменьшаю.

– Так что это за люди? Я не расслышал.

– Разве я тебе сказал, что там люди? – повернулся к офицеру капитан. – Вот что: у меня сложился некий дикий план. Если вы мне поможете, не исключено, что мы выберемся из этой ловушки живыми.

– Что за план? – спросил старлей.

– Долго объяснять, – отмахнулся капитан. – Просто постарайтесь точно выполнить, что я скажу, а там видно будет.

Он посмотрел в сторону своей молчаливой спутницы. Со стороны было полное впечатление, что они безмолвно переговариваются друг с другом.

– Смотри, – повернулся к Широкову капитан. – Видишь впереди скалу, похожую на конус?

Спецназовец молча кивнул, пытаясь понять, что задумал этот загадочный тип.

– Вы с сержантом прижмете огнем автоматчиков на левом и правом склонах, а я проскочу на ту скалу и попробую разобраться с заслоном впереди.

– Но это же верная гибель, – попробовал возразить Фе­дор. – Тебя снимут еще по дороге!

– Не переживай, пехота! – улыбнулся капитан. – Живы будем, не умрем! И потом я люблю шампанское, а кто не рискует, сам понимаешь…

Он подполз к Лешке.

– Сержант, у тебя АКМ с подствольником, – то ли попросил, то ли приказал капитан. – Давай махнемся машинками. И гранату мне заряди.

Лешка молча протянул ему свой автомат.

– И вот что еще, – оглядел нас капитан, – если все получится, как я наметил, лезьте на склон, и как можно быстрее. И бейте по любому движению впереди. Вы поняли? По любому!

Он еще раз обернулся к своей спутнице:

– Ну, Леда, до скорого! Надеюсь, они не успеют понять! Смотри внимательней за склонами.

Она молча кивнула. Положительно эти люди что-то знали, но не хотели посвящать в это спецназовцев.

Капитан еще раз огляделся и сделал приглашающий жест:

– Вперед, братва, покажем этим тварям, почем фунт лиха! У самой бровки расщелины, прикрывающей группу от стрелков, капитан остановился.

– Старлей, – тронул он спецназовца за плечо. – Все под богом ходим. Если со мной что случится, проводите мою спутницу. Она скажет куда.

Федор встретился с его напряженно-ждущим взглядом и молча кивнул.

– Начали! – с этими словами капитан перемахнул природный бруствер.

Федор и Лешка одновременно, не жалея патронов, ударили по склонам, где засели стрелки. Автоматы последних успели дать по короткой очереди и захлебнулись. Краем глаза Широков увидел капитана, зигзагами несущегося к скале впереди. Наверное, больше никогда в жизни ему не придется наблюдать, чтобы люди могли развивать такую скорость. Да еще в беге вверх и на высокогорье. Буквально через мгновение капитан оказался на скале и всадил гранату из подствольника прямо в снежный козырек, нависающий над стрелками, засевшими впереди по ущелью. Только тогда, когда по белому склону зазмеились трещины и вниз рухнула огромная масса снега, унося с собою все живое, старлей понял замысел капитана.

– Леха, вверх! – крикнул он своему напарнику, бросаясь к скале.

Спутница капитана с таким необычным именем уже стояла, совершенно не скрываясь, на вершине и стреляла с обеих рук из пистолета по пикирующей в ее сторону странной черной птице. Оглянувшись, Широков увидел капитана, распластавшегося на конусообразной скале, и лавину снега катящуюся к нему. Внезапно он повернулся в сторону оставшихся внизу и вскинул АКМ. Грешным делом спецназовец подумал, что тут им и пришел конец. Однако капитан проигнорировал солдат и двумя точными очередями срезал черную птицу, по которой палила его спутница. Беспорядочно кувыркаясь, птица скрылась в бушевавшем ниже снежном светопреставлении. Грохот стоял такой, что выстрелы почти не были слышны. В следующее мгновение находящийся на скале стрелок исчез во взметнувшейся снежной пыли.

Широков взглянул вниз, не надеясь больше увидеть Игоря, оставшегося в трещине на пути лавины, но, к его изумлению, прокатившаяся масса снега не причинила никакого вреда товарищу. Видимо, скорость снежного потока была так велика, что он с лобовой части Ледника ушел прямо вниз по склону, в обрыв, даже не задев расщелину, в которой недавно лежали остатки группы и загадочные спутники.

Когда снежная пыль осела, Федор увидел, что капитан цел и невредим. Он повернулся к ним и, помахав рукой, начал спускаться со скалы. Вдруг он вскинул автомат, но вместо выстрелов послышался только щелчок. Капитан отшвырнул разряженный АКМ и бросился вниз по склону. Повернувшись, старлей с изумлением увидел, как из пропасти, куда рухнула лавина, выбралась черная фигура. Прыгнув к трещине, где лежал раненый Игорь, затянутый во все черное человек взмахнул рукой, в которой сверкнул длинный клинок. Федор начал поднимать автомат, понимая, что не успевает. Успел все тот же капитан, непостижимым образом пересекший ледовое поле. В руках у него тоже сверкал льдистым пламенем длинный прямой клинок. Черная фигура повернулась к новому, более опасному противнику, зазвенели столкнувшиеся мечи, и Широков, видевший подобные поединки только в кинофильмах, понял, насколько на экране все наиграно и отрепетировано. Тот бой, что разворачивался перед его глазами, нисколько не походил на голливудские баталии. Лезвия сверкали, казалось, сразу в нескольких местах, но противники удивительным образом успевали парировать смертельные удары. В какой-то момент они настолько взвинтили темп, что старлей уже практически ничего не мог разобрать. Леда, молчаливая спутница капитана, показывавшего сейчас внизу изумительное искусство владения средневековым оружием, не сводила глаз с дерущихся. И спецназовцу показалось, что она, в отличие от него, прекрасно улавливала все перипетии схватки. Ее плащ распахнулся, и Федор с удивлением увидел тонкую белую руку, сжавшуюся на рукояти меча в длинных тонких ножнах. Если ножны с клинком, пристегнутые за спиной капитана, он видел раньше, то меч у женщины заметил впервые. Откуда же они появились и куда направлялись? В какие места, где меч был настоящим оружием, от владения которым зависела жизнь? И что они успели натворить, если на пути у них встали такие же загадочные мастера клинка? Похоже, капитан был прав. Эти виртуозы ночью порубили бы остатки группы в один мо­мент. Внезапно женщина расслабилась, рука ее разжалась и соскользнула с витой рукояти, сверкавшей самоцветами. Старлей с трудом отвел взгляд от ее прекрасного лица и повернулся к обрыву. Черная фигура, стоявшая перед капитаном, странно покачивалась. Капитан, опустив клинок, наблюдал за своим противником с каким-то брезгливым интересом. В следующий момент Федор понял, что не так в черном бойце. Он стал короче на целую голову. Из обрубка шеи толчками выбивалась кроваво-красная струя. Сбоку раздался странный звук. Оглянувшись, Широков увидел, как рвет побледневшего Лешку, до этого зачарованно наблюдавшего за схваткой. Капитану, видимо, надоело наблюдать за агонией поверженного, но все еще стоящего на ногах противника. Он сильным ударом в грудь отшвырнул от себя обезглавленное тело, и оно полетело в пропасть, из которой недавно появилось. Показалось Федору или нет, но летящая вниз скрюченная фигура оделась в какой-то призрачный ореол из языков голубого пламени. Капитан взглянул в сторону скалы, отточенным движением, не глядя, кинул клинок в ножны и склонился над ледяной трещиной, где лежал раненый Игорь.

– У меня к тебе будет одна просьба, старлей, – обратился к спецназовцу капитан.

– Да?

– Уступи свой пистолет…

Старлей колебался какое-то мгновение, глядя в усталые глаза собеседника.

– Там, куда мы идем, эту игрушку будет достать затруднительно, – усмехнулся собеседник. – А ты без труда добудешь еще.

Федор расстегнул комбинезон и, сняв кобуру, протянул ее капитану.

– Спасибо, – это были последние слова, которые от него услышали уцелевшие спецназовцы.

Повернувшись, он пошел вверх, к непонятной цели, вызвавшей такой повышенный интерес у руководства.

Его загадочная спутница шагнула к Широкову и, ласково скользнув рукой по его лицу, на мгновение коснулась щеки губами.

Федор и Лешка стояли у импровизированных носилок, сооруженных из четырех автоматов, с лежащим на них Игорем и провожали взглядами две фигурки, становившиеся все меньше и меньше. Наконец они достигли перевала и, повернувшись к оставшимся внизу, вскинули руки в прощальном салюте.

– Счастливой тебе дороги, капитан, – прошептал старлей. – И тебе, женщина из другого мира…

Леда

Когда фигурки солдат скрылись за гребнем, Артем вздох­нул:

– Надеюсь, больше люди и нелюди из моего мира нам не встретятся.

– Да, несколько нервным получилось посещение твоего мира, – я оглядела угрюмые заснеженные пики гор, обрамлявших ледник, по которому мы поднимались. – И пейзажи не совсем приятные. В моем мире такого нет.

– Ну, это еще неизвестно, – возразил Артем. – Ты не была в его северной части. А там горы, по воспоминаниям Алекса, тоже немаленькие. Он не зря без колебаний выбрал южную дорогу.

– Мне кажется, вас там вело провидение. Иначе не произошло бы встречи Алекса с Дарой, не встретились бы мы с тобой.

Я вспомнила приключения Артема и его друзей. Это надо же, за какие шестеренки цеплялись колесики судьбы, приведшие пеструю компанию в Минос.

– Ты права, – согласился Артем. – У меня такое же впечатление. Малейшая нестыковка, и ты до сих пор бы мне только снилась.

– Нам, кажется, вон туда, – я показала на седловину между двух пиков.

– Ты действительно чувствуешь, куда нам надо идти? – поинтересовался Артем.

– Не только куда, но и еще чувствую щели, ведущие в другие миры. А ты разве ничего не воспринимаешь?

– Абсолютно ничего, хотя Закран и утверждал обратное, – покачал головой Артем. – Я не понял, про какие щели ты говоришь?

– Это началось после перехода в твой мир. Я стала определять, из какого места возможно пройти в другой мир, минуя станцию переноса. Примерно также, как Алекса и Фила занесло к нам.

– Надо же, а я ничего не воспринимаю, – недоуменно пожал плечами Артем. – Или у тебя направленная чувствительность, или я не могу ничего уловить потому, что не в полной мере был в твоем мире, да и со станции меня довольно невежливо выдернули.

– Лучше не вспоминай это, – я зябко передернула плечами. – Меня до сих пор охватывает ужас при мысли, что мы могли затеряться на этом Веере Миров и больше никогда не встретиться.

– А вот я до сих пор, после финта со мной, не уверен, что мы не находимся в очередной матрешке. И откровенно тебе признаюсь, что переход через станцию вызывает у меня страх.

– Типун тебе на язык! – Я живо представила очередное исчезновение моего любимого и мое положение среди этих угрюмых гор. – Если такое случится, я и не знаю, куда в этот раз мне идти. И потом, это ты был не в своем теле. Меня-то никто никуда не отправлял.

– Кто знает, – со странным выражением на лице поглядел на меня Артем. – Быть может, все это только сон, а я по-прежнему распят в опутанном проводами кресле в Центре…

– Может, у тебя крыша и поехала, – возмутилась я, – но я существую на самом деле и не являюсь плодом твоего больного воображения.

– И все-таки давай договоримся, – обнял меня за плечи Артем. – Если вдруг это, что маловероятно, случится, постарайся вернуться в свой мир. Я разобьюсь в лепешку и пройду любые препятствия, но тебя найду. Только ни в коем случае не бросайся на мои поиски, иначе мы действительно никогда не встретимся.

Некоторое время мы шли молча. В разреженном воздухе слышалось только затрудненное дыхание и скрип снега под ногами.

– Мы, наверное, почти дошли? – вдруг остановился Артем.

– Да, вон в той седловине виден вход в пещеру, – я показала рукой направление. – Станция там. Единственное, что меня беспокоит – это отсутствие охраны, о которой говорил Закран.

– Охраны не будет, – глухо произнес Артем, глядя куда-то в сторону.

– Почему ты так решил? – спросила я.

– Вон она, твоя охрана, – показал Артем. – Теперь Закран будет думать, что это мы такие варвары.

Тут и я разглядела, на что показывал Артем. То, что поначалу выглядело как снежные холмики, оказалось трупами голуб-яванов. Некоторые из них были просто расстреляны, другие жестоко зарублены. Ждавшая нас группа захвата, а такое могла сотворить только она – на леднике больше никого не было, не пожалела даже детенышей снежных людей.

– Солдаты никак не минуют хижины, – попыталась я успокоить Артема. – Они расскажут Закрану, что случилось.

– Они расскажут, что случилось на подъеме, – возразил мне Артем. – А вот про это побоище, – он обвел вокруг рукой, – они ничего не смогут сказать.

Он постоял еще некоторое время, глядя, как ветерок шевелит грязно-белую шерсть на трупах, и махнул рукой:

– Пошли дальше! Не возвращаться же назад, чтобы убедить Привратника в нашей невиновности.

Мы остановились только перед черным зевом пещеры. Артем покопался в вещмешке и вытащил небольшой фонарь, но он нам не понадобился.

Пещера оказалась очень корогкой. Уже за вторым по­воротом впереди просгупило знакомое призрачное зарево, и вскоре мы стояли перед идеально ровным кругом в центре небольшого зала.

– Ну что? – Я взяла под руку почему-то медлившего Артема. – Отправляемся искать твой “город золотой”?

Закран

Над вершинами гор, окружавших ледник, начинала куриться дымка. Выцветшее бледно-голубое небо незаметно, но верно становилось серым. Порывы ветра, всегда холодные на этой высоте, превратились в совсем ледяные.

Неподвижно сидящий на обломке скалы, непонятно как очутившейся посредине ледовой чаши, Закран погладил скулящее, жмущееся к его ногам существо.

– Не повезло тебе, малыш, – произнес он. – Крупно не повезло. Ну и что мне теперь с тобой делать?

Чудом оставшийся в живых детеныш снежных людей заскулил еще более жалобно.

– Я тебя прекрасно понимаю, – продолжил разговор Закран, не переставая успокаивающе гладить голуб-явана по голове. – Но родителей твоих уже не вернуть. Даже мне.

Наконец он поднялся и, оглядев еще раз лежащие перед ним трупы гоминидов, протянул руку детенышу:

– Пойдем со мной, дружок. Придется тебе пожить пока у меня. Может быть, со временем удастся найти твоих уцелевших сородичей. А мне, видимо, предстоит довольно неприятный разговор со своими соплеменниками…

Рядом с одиноким обломком осталась лежать смятая страничка, вырванная из записной книжки, со следующим текстом:

“Клянусь богом, Закран, это не мы. Чернов”.

Любопытный ветерок покрутил бумагу и зашвырнул вслед уходящему мужчине в черном развевающемся плаще, за руку которого уцепилось ковыляющее рядом крохотное, заросшее грязно-белой шерстью существо. Мужчина целеустремленно, не оглядываясь, шел вниз, по направлению к долине. Его маленький спутник часто оборачивался назад, пока долина не скрылась из виду.

Баренцев С. И. Обсуждение (реконструкция)

Генерал долго стоял у окна, вглядываясь во что-то видимое только ему. Потом повернулся к сидящему за столом Баренцеву.

– Итак, что же мы имеем в сухом остатке?

– Примерное расположение станции переноса, – ответил Баренцев.

– Вот именно что примерное, – отозвался генерал. – У нас сейчас все по этому направлению переходит в категорию примерного или предположительного.

– Почему же? – осторожно возразил Баренцев. – Мы теперь твердо знаем, что к Чернову пожаловала его спутница по путешествию в Белом мире…

– Это единственное, о чем мы можем с уверенностью говорить, – прервал полковника генерал. – А итог – это исчезновение Чернова, непонятная схватка неизвестно с кем в горах, результатом которой явилась потеря пятерых человек, и фактически неизвестное расположение этой мифической станции.

– Ну почему же, – опять повторил Баренцев и склонился над спутниковым снимком, расстеленным на столе. – По докладу старшего лейтенанта, Чернов со своей спутницей направились в эту долину. В нее больше нет других проходов, по крайней мере без спецснаряжения. У Чернова не было альпинистских приспособлений, он, насколько мне известно, не скалолаз, назад они тоже не вернулись. Значит, мы имеем площадь порядка пятнадцати квадратных километров, на которой может располагаться искомая цель. Две группы альпинистов обшарят этот ледник и окрестные горы за неделю и, я уверен, установят точное местонахождение станции.

– Все это понятно, – ответил генерал. – Но нужно ли нам знать местоположение этой станции?

– Не понял, – удивленно воззрился на генерала Баренцев.

– Чего же тут не понять, – усмехнулся генерал. – Чужая страна, хотя и под нашим протекторатом. Но это пока… Пока у власти стоит лояльный и зависимый от нас клан. Завтра все может кардинально поменяться, и мы потеряем доступ к этой станции. Альпинистов мы, конечно, пошлем. Пусть ищут, но это на данный момент несущественно.

– Почему несущественно? – возразил Баренцев. – Изучение оборудования станции и ее принципа действия позволит нам сделать большой шаг вперед.

– Я не думаю, что это что-то даст, – покачал головой генерал. – Технологии, использовавшиеся при встраивании механизма переноса в миры, должны иметь защиту от несанкционированного вмешательства. Так что предсказать последствия изучения не возьмется ни один человек. Я бы, например, не решился…

– Но так называемую защиту от дурака всегда можно обойти, – возразил Варенцов. –

– Однако я не слышал, чтобы могли обойти современную систему безопасности, – улыбнулся генерал. – Так называемую защиту от умного. Поэтому, я уверен, эксперты там, – он указал рукой вверх, – у руководства придут к такому же мнению.

– И что из этого последует? – спросил Варенцов.

– А из этого последует указание форсировать насколько возможно опыты с новой установкой. Так что, Семен Иванович, возвращайтесь на полигон. Если в течение ближайших месяца-двух мы не представим реальных результатов, нам достанется гораздо сильнее, чем вашему бывшему руководителю.

– У меня один вопрос, – поднялся Варенцов, – как оградить наши разработки от вмешательства посторонних лиц?

– Вы имеете в виду Шелеста и компанию?

– Так точно, – ответил полковник. – Я также уверен, что это его подчиненные пытались ликвидировать Чернова и нашу группу.

– Вы упорно не хотите называть их людьми, полковник, – отметил генерал.

– Пока вы не представите мне доказательств этого, то­варищ генерал.

– Ну что же, – вздохнул генерал. – Я попрошу наши службы более пристально присмотреться к этому странному филиалу столичного банка. Надеюсь, меня не отправят в отставку или на лечение после объяснения наших мотивов руководству.

Артем. Прибытие

К счастью, на этот раз ничего экстраординарного при переносе не произошло. Мы с Ледой финишировали одновременно на какой-то бугристый склон. Не удержавшись на ногах, я упал на землю, увлекая за собой намертво вцепившуюся в меня Леду. Ей повезло немного больше, чем мне. Я прочувствовал своей бедной спиной все неровности почвы, в то время как Леда мягко приземлилась на моей груди. Вокруг была тьма, хоть глаз выколи. На небе сияли неожиданно крупные и яркие звезды, схожие с южным небосклоном моего мира и Белого мира Леды.

– Интересно, куда нас забросило? – спросила Леда, не проявляя никакого желания сменить свое местоположение.

– Не знаю, но, по крайней мере, не на высокогорье и не в зиму, – улыбнулся я сияющим в ночи таким близким глазам моей подруги.

– И что мы будем делать дальше? – маняще улыбнулась мне в ответ Леда.

– Я предлагаю как минимум осмотреться, – предложил я. – В такой позиции мы вряд ли что увидим и рискуем попасть в какой-нибудь переплет. Не забывай – это чужой мир.

– Брось, – Леда пощекотала губами мое ухо. – Я думаю, мы заслужили небольшой отдых. Ты прислушайся, какая тихая дивная ночь вокруг!

И тут в опровержение ее слов неподалеку раздался дикий визг, перемежаемый ревом и испуганным ржанием лошадей. Мы вскочили как ошпаренные. В десятке метров вверх по склону горел костер, не замеченный нами во время финиша. На поляне, вокруг огня, клубилась стая гибких черных зверей, чем-то схожих с пантерами Земли. Часть стаи пыталась атаковать двух лошадей, однако у них это плохо получалось. Вороной жеребец бил передними копытами и хватал зубами наиболее нетерпеливых хищников. Вторая лошадь мотала головой, пытаясь сбросить вскочившего на загривок зверя. Еще одна лошадь валялась поблизости с разодранным горлом. Внезапно стая отхлынула, и мы увидели лежащего на земле человека, сжимавшего шею одного из хищников.

Не сговариваясь, мы ринулись на помощь незнакомцу. Хищники были так поглощены своей добычей, что не сразу нас заметили. Лишь визг одной из “пантер”, которой Леда перерубила хребет, заставил стаю обратить на нас внимание. Я отшвырнул одного из зверей и кинулся к лежащему человеку. Его руки неожиданно разжались, и сидящий на нем хищник дернулся к горлу беззащитной жертвы. Смахнув мечом голову метнувшегося сбоку гибкого черного тела, я что было сил пнул ботинком по заду устроившейся на человеке твари и на обратном замахе раскроил надвое повернувшуюся ко мне ощеренную пасть. Кровь хлынула на лицо лежащего на земле, и он закашлялся, хлебнув от неожиданности красно-черной жидкости. Видя, что ему уже ничего не угрожает, я повернулся к Леде, орудовавшей у меня в тылу. Что странно – хищники, даже понеся потери, не собирались так легко уступить свою добычу. Леда отмахивалась сразу от трех зверей, кружащих вокруг нее. Остальные, судя по их движениям, собирались выяснить отношения со мной. Я прыгнул в самый центр стаи, к распахнутым мне навстречу пастям. Алчущее крови зверье очень скоро смогло на своей шкуре убедиться в преимуществе вооруженного и готового к неожиданностям человека. Я прорубил дорогу в сторону Леды, уменьшив количество черных бестий на три штуки. Кружившие вокруг лошадей хищники оставили животных и бросились навстречу, посчитав нас или более серьезными противниками, или более легкой добычей. Леда, наконец, успокоила навсегда двух атаковавших ее зверей. Третий с подрубленными лапами катался, подвывая, на самой границе света, отбрасываемого костром. Перегруппировавшуюся стаю мы с Ледой встретили уже стоя рядом. Первая волна хищников, потеряв сразу пятерых тварей, откатилась назад, и тут на них с тыла бросился вороной жеребец, внеся и в без того уже изрядно деморализованные ряды зверья настоящее опустошение. Мы помогли умному животному, добавив хищникам потерь. Битвы на два фронта “пантеры” не вынесли и канули в ночную тьму. Леда скользнула мимо взбешенного жеребца и филигранным ударом смахнула на землю последнюю тварь, оседлавшую яростно брыкавшуюся вторую лошадь. Все ночное сражение заняло от силы минуты две-три. Во внезапно наступившей тишине, прерываемой только треском горящего костра да хрипом издыхающих хищников, я повернулся в сторону Леды.

Леда отерла тыльной стороной ладони забрызганное кровью лицо и, глядя на меня, с усмешкой произнесла:

–… Гуляют там животные невиданной красы…

– Н-да, – я устало опустился на корточки около лежащего на спине человека и спихнул с его груди мертвого хищника. – Мало похоже на “сад, где травы да цветы”…

Ян Дейк

Ян искоса поглядывал на идущих рядом с ним спутников. Откровенно пялиться было неудобно.

Парень, одетый в странную пятнистую куртку и такие же штаны, заправленные в шнурованные сапоги, передвигался мягко, пружинисто, внимательно глядя по сторонам.

Он был почти на полголовы выше Дейка, никогда не жаловавшегося на свой рост, позволявший ему почти на всех смотреть сверху вниз. В каждом движении мужчины таились скрытые сила и какая-то кошачья грация, готовые в любой момент выплеснуться наружу.

Женшина, судя по недавним событиям, коим Дейк был непосредственным свидетелем, ни в чем не уступала своему спутнику. Ни в ловкости, ни в силе. Ян в который раз невольно задержал свой взгляд на ее точеном лице с загадочно мерцавшими глазами. Одежда женщины, кажется, была такой же, как и у парня, хотя и скрывалась под наброшенным сверху длинным черным плащом. Поверх откинутого капюшона на плечах женщины вольно раскинулась роскошная грива иссиня-черных волос.

Несмотря на простоту одеяний и пеший способ передвижения, язык не поворачивался назвать их бедняками или простолюдинами. Одно оружие стоило, наверное, не меньше чем половина родового замка Дейка. Когда плащ женщины распахивался от движения, сверкала врезанными рубинами рукоять длинного тонкого меча. У мужчины, носившего меч на спине, оружие внешне выглядело скромнее. Хотя в основании клинка тоже переливался зеленоватым светом какой-то драгоценный камень. И это было не просто оружие-украшение, как у некоторых знакомых Дейка. Настоящие боевые мечи, применяемые с искусством, ранее очень редко виденным Дейком. Перед его глазами встала недавняя картина, где эти самые клинки спасли ему жизнь.

Навалившаяся на грудь туша с горящими безумными глазами и оскаленной пастью удвоила свои усилия. У Яна уже не было сил сдерживать тянущуюся к его горлу смерть. Его руки бессильно разжались, и в этот миг чудовище резко дернулось и с ревом повернуло голову в сторону. В следующий миг Ян с изумлением увидел, как голова твари с хрустом разделилась на две части, а перед затуманенным взором Дейка сверкнул голубоватый блик. С трудом повернув голову, Ян увидел незнакомого худощавого мужчину с тонким длинным мечом в руке, прыгнувшего в самую гущу черных хищников, где рубился еще один непонятно как появившийся на поляне воин. Дейк успел увидеть, как человек, спасший его от неминуемой смерти, походя снес голову еще одному чудовищу, и тут на Яна хлынул поток крови из зарубленного хищника, распластавшегося на его груди. Вязкая солоноватая жидкость залила Дейку глаза, из-за чего он временно ослеп, и хлынула в ноздри и жадно хватавший воздух рот, заставив закашляться. Сбросить с себя издыхающее чудовище у Яна уже не было сил, и он провалился в короткое беспамятство.

Очнулся Дейк оттого, что стало легче дышать. С трудом разлепив залитые застывающей кровью глаза, Дейк увидел склонившееся над ним одно из самых прекрасных женских лиц, которые приходилось встречать бродячему рыцарю. Женщина ласково улыбнулась ошарашенному Дейку.

– Я уже в садах Создателя? – отреагировал он на улыбку очаровательной незнакомки.

– Да нет, – раздался откуда-то сбоку мужской голос. – Мы помешали твоей отправке в те края.

Женское лицо исчезло из его поля зрения, и Дейк приподнялся на локтях. На поляне по-прежнему потрескивал догорающий костер. Вокруг валялись изрубленные черные тела. Поодаль стоял, нервно переступая с ноги на ногу, его вороной конь. У костра же расположились незнакомые Дейку парень и девушка.

– Мы тут воспользовались твоими съестными припасами, пока ты приходил в себя, – повернулся к Дейку не­знакомец. – Не возражаешь?

Дейк отрицательно помотал головой, рассматривая незнакомцев, пришедших ему на помощь.

– Кто вы? – наконец произнес он.

– Путники, – спокойно ответил мужчина, запивая мясо вином из фляги Яна. – Шли мимо, глядим: кого-то лишают жизни вопреки его желанию. Вот и решили помочь. Или мы сделали что-то не так?

– Нет, что вы… благодарю вас… – Ян замялся, вопросительно глядя на незнакомцев.

– Артем, Леда, – представил себя и свою спутницу мужчина.

– Благодарю вас, рыцарь Артем и госпожа Леда, – произнес Дейк.

– Давай без условностей, – покачал головой Артем. – Я привык к более простому обращению – на ты. У вас так принято?

– Да, среди равных по положению и в обращении к нижестоящим.

– Хм, довольно исчерпывающе, – непонятно чему усмехнулся Артем. – Может, и ты представишься?

– Ян Дейк, сын барона Иеронима Дейка, – попытался приподняться Ян, но еще не прошедшая слабость не дала ему этого сделать. – В настоящий момент – странствующий рыцарь.

– Опять, – неизвестно чему поморщился Артем. – Опять Средневековье…

Ян не совсем понял его последние слова.

– Позвольте узнать, – Дейк задержал взгляд на девушке и повернулся к Артему. – Как мне дозволительно обращаться к вашей прекрасной спутнице?

– Так же, как и к моему супругу, – улыбнулась Леда. – Без всяких титулов, да у меня их никогда и не было.

Ян восхищенно прислушался к ее мелодичному голосу, испытав мимолетное сожаление, что спутник девушки является ее супругом.

– Не верю, – покачал он головой.

– Чему? – не поняла женщина.

– Вы должны носить титул по крайней мере королевы, – галантно произнес Дейк, вызвав своим комплиментом еще одну улыбку на губах прекрасного видения.

– Что ты не поделил с этими образинами? – Артем кивнул на разбросанные кругом тела. – Похоже, это ночные хищники, а они никогда не подойдут к горящему огню.

– Это не просто хищники, – покачал головой Дейк. – Это ламии.

– Кто-кто? – переспросил Артем.

– Оборотни, – пояснил Дейк. – Днем – это обычные люди, ночью же они превращаются вот в таких чудовищ.

Артем и Леда переглянулись. Женщина со странным выражением на лице обвела взглядом место схватки.

– Мне сразу показалось что-то в них не так, – тихо пробормотала она.

– Но не то, что ты подумала? – так же тихо спросил ее спутник.

Женщина отрицательно качнула головой.

– Действительно оборотни? – уточнила она, повернувшись к Дейку.

– Самые настоящие оборотни, – подтвердил Дейк. – Я уже видел таких у себя дома. В наших лесах не раз устраивали охоту на этих выродков. Довольно часто они пробираются к людям и живут среди них, маскируясь под обычного человека. Таких найти труднее… Это удается только тогда, когда они как-то проявят себя.

– И что грозит этим существам, если их обнаружат? – продолжала допытываться Леда.

– Смерть в любом случае, – пожал плечами Дейк. – У нас очень многие испытали на своей шкуре, что такое нечисть.

– А вампиры? Они тебе не попадались?

– Слышал, что существуют и такие твари, – кивнул Дейк. – Но я, слава Создателю, их не встречал.

– Вы их так боитесь? – спросила Леда.

– Говорят, что вампиров почти невозможно убить, – пояснил свои слова Дейк. – Они же очень безжалостные существа. Если я против них практически беззащитен, то, конечно, боюсь.

– Это правда или слухи?

– Что именно? – переспросил Ян.

– То, что вы рассказываете о вампирах, – испытующе посмотрела на него Леда.

– Конечно, слухи, – усмехнулся Дейк. – Кому довелось повидать этих кровососов, те уже ничего и никому никогда не расскажут.

– А как ты сцепился с этими существами? – вклинился в наш разговор Артем.

– Меня для начала навестил один из их союзников или главарь, с которым я имел душещипательную беседу. – Дейк повернулся к дереву, где он пришпилил давешнего собеседника-старика. Там никого не было. – Как?! – вскинулся Ян. – Где этот старик?!

– Какой старик? – непонимающе воззрился на него Артем.

– Он должен был находиться вон там. – Ян с трудом поднялся и доковылял до дерева. – Вот арбалетный болт, что я вогнал ему точно в грудь, – он дотронулся до торчащего из ствола металлического штыря. – Он так и остался сидеть здесь, когда на меня навалились эти твари.

– Но я никого не заметил, – недоуменно пожал плечами Артем. – А ты? – обратился он к своей спутнице.

– Не было там никого, – Леда отрицательно покачала головой. – Может, тебе почудилось, странствующий рыцарь, и не было никакого старика?

– Да я с ним долго вел занудную беседу, – возразил Ян, – в которой меня этот мерзкий старикашка убеждал изменить мнение о нечисти.

– И как? – поинтересовался Артем. – Уговорил?

– Да нет. Каждый остался при своем. А потом он подал команду, и посыпались эти твари.

– Ну, тогда можешь гордиться, Ян Дейк, – усмехнулась Леда. – Видимо, тебе довелось повидать настоящего вампира и остаться при этом живым. Если, конечно, ты не стал жертвой морока со стороны какого-нибудь местного мага…

Узнав, что Дейк направляется в сторону Златограда, его спасители выказали желание составить компанию странствующему рыцарю. Несмотря на то что все тело Яна ныло, как после проигранного рыцарского турнира, Дейк пошел пешком. Одну из лошадей задрали ламии, у другой была сильно поранена спина. В относительном здравии оставался только вороной жеребец, который, если не считать нескольких царапин на ногах, с честью вышел из ночной схватки. Он бы, наверное, с легкостью унес всех троих, но смотрелись бы всадники довольно странно. Ехать же на лошади в то время, когда дама будет идти пешком, Дейк отказался, несмотря на уговоры Артема и Леды.

Хотя странностей с этой ночи точно добавилось. Ян еще раз взглянул на необычную одежду своего спутника, непривычной формы заплечный мешок, шнурованные сапоги на толстой подошве. Нет, ему еще никогда не попадались подобным образом экипированные люди.

Леда. Дорога к перевалу Сторожевой башни

“Ну и как тебе наш неожиданный спутник?”

“Судя по ауре – обычный человек, – долетел до меня безмолвный ответ Артема. – Вот только глаз он на тебя сразу положил…”

“Ты опять?”

“Что опять?”

“Ревнуешь! Не прикидывайся дураком!”

“Но я действительно не могу с собой ничего поделать. Тем более когда у каждого встреченного мужика при виде тебя только что слюна не бежит”.

“Хватит паясничать, мой дорогой, – рассердилась я. – Попробуй лучше узнать у этого странствующего рыцаря о том, что нас ждет впереди”.

Мы поднялись уже достаточно высоко, хотя и не на такую высоту, как в мире Артема. Ели сильно измельчали, а потом и вовсе уступили место скрюченным, изломанным ветрами в борьбе за жизнь березкам и стелющемуся по склонам можжевельнику. Дорога, поначалу бывшая довольно широкой, превратилась в тропу, усыпанную серыми обломками скал.

– Ян, – обратился Артем к нашему спутнику, – мы так и будем подниматься вверх? Твой Златоград разве находится высоко в горах?

– Нет, – ответил бродячий рыцарь. – К ночи мы должны дойти до перевала Сторожевой башни. От нее начнется спуск в долину. Я там, правда, ни разу не был, но, говорят, место очень красивое.

– На перевале с таким названием находится какая-то охрана? – продолжал расспросы Артем. – И за чем она следит?

– А вы разве не знаете? – удивленно взглянул на нас Дейк.

Кажется, настала пора и мне принять участие в беседе. Иначе наш спутник что-нибудь может заподозрить.

– Смотрите, какое прелестное место! – я показала на зеленеющую полянку среди уже ставших привычными серых скал. – Давайте сделаем привал. Лошадям надо раны обработать, да и Яну пора отдохнуть.

Артем и Ян без уговоров согласились остановиться на отдых. Артем был рад уйти от расспросов Дейка, а Ян держался из последних сил, на одной гордости, не позволявшей первому попросить об остановке.

Пока Артем рубил засохшие березки на одной из осыпей, я соорудила что-то вроде очага из валявшихся вокруг в изобилии камней. Дейк снял вьюки, нагруженные на его боевого коня, и, покопавшись в них, вытащил закопченный котелок. Вскоре поляна обрела вполне обжитой вид. В котелке булькала закипающая вода. Я порезала вяленое мясо, предложенное нашим спутником, и бросила его в кипящую воду. Артем принес несколько корней дикорастущего ревеня и пучок лука, а в одном из вьюков Дейка нашлось несколько горстей муки. Бульон обещал получиться на славу.

Я заставила Дейка снять сапоги и раздеться. Он долго сопротивлялся, но в конце концов согласился. Его ночное приключение, чуть было не ставшее последним в бурной жизни странствующего рыцаря, прошло для нашего спутника без серьезных последствий. Кости были целы, а на теле, за исключением синяков, серьезных ран не наблюдалось.

Артем, чтобы не мешать моей работе с нашим попутчиком и проводником, взял арбалет и спустился чуть ниже по склону, где мы спугнули стайку горных куропаток.

Поначалу Дейк пытался выяснить, откуда мы появились, но я постепенно перевела разговор на него самого. Я давно заметила, что почти любой человек обожает рассказывать о себе. Надо только немного подтолкнуть его в нужном направлении и уметь слушать. Что я и сделала. Пока наш попутчик повествовал о своем счастливом детстве в баронском замке и проказах юности, я осторожными мысленными прикосновениями приглушила любопытство Дейка, а чуть позже в разговоре заставила поверить, что мы действительно издалека и совсем не знаем, что творится в этой части мира.

– Ян, что же на самом деле заставило тебя выбрать этот путь? – Я оторвала его от воспоминаний юности, решив, что наш попутчик достаточно подготовлен, чтобы мой вопрос не вызвал у него удивления.

– Очень хотелось посмотреть на Дорогу, – улыбнулся он. – Я столько наслышался о ней в детстве и позже… Вот и решил убедиться, что люди не врут.

Интересно он произнес это слово. С прописной буквы. Мне еще не приходилось встречаться с такими Дорогами. Правда, в моем мире была Река, тоже с большой буквы. Почему-то более мелкие речушки и часто даже ручьи имели свои названия, а эта – Река, и все тут. Но ничего таинственного и загадочного в ней не было. Здесь же все, кажется, обстояло с точностью до наоборот.

– Что же в ней странного? В этой Дороге?

– Дороги существуют для того, чтобы ими пользоваться, – посмотрел на меня Дейк. – Вот, например, эта, – он указал на тропу, по которой мы недавно шли. – Забросили ее, и она за несколько лет приходит в полное запустение и исчезает. Та же Дорога всегда выглядит так, будто ее только что построили…

– Ну и что? Может, ее действительно построили недавно или следят за ней? Чтобы не разрушилась?

– Она появилась в нашем мире двадцать сезонов назад, – покачал головой Дейк. – Так, по крайней мере, говорят исторические хроники.

– Тогда это очень хорошая дорога, за которой регулярно ухаживают. Вот и все.

– Наверное, ты права, госп… Леда, – с некоторым усилием Дейк назвал меня просто по имени. – Только никто еще не видел рабочих на этой Дороге…

– Ну ладно, никто ее не ремонтирует, – согласилась я с Дейком. – Тогда как же она так хорошо, по твоим словам, сохранилась? Ее должны были разбить в пух и прах за такое время.

– А по ней никто и не ездит, – ответил Дейк. – Может, поэтому она и выглядит так хорошо…

– Как не ездит? – изумилась я. – Куда-то же она ведет?

– Это тоже никому не известно, – покачал головой Дейк. – Она начинается неизвестно откуда и ведет в никуда.

– На каком основании ты рассуждаешь с такой уверенностью?

– Находилось много смельчаков, хотевших пройти этой Дорогой, – ответил Дейк. – С тех пор их никто не встречал.

Нашу беседу прервал подошедший Артем. Он принес двух подстреленных куропаток и букет из веток боярышника. Боярышник здесь рос южный, его сочные, оранжево-красные плоды не шли ни в какое сравнение с мелкими и безвкусными ягодами северного собрата.

Ян вызвался ощипать и почистить добытых птиц и отошел к ручью. Я наскоро поделилась с Артемом добытыми сведениями.

– Действительно странно, – согласился со мной Ар­тем. – В Средневековье и по нужным-то местам не всегда дороги прокладывали, а тут неизвестно куда идущая…

Обед у нас удачен на славу. Бульон, сдобренный пахучим горным то ли луком, то ли чесноком, пара жареных куропаток, а на десерт остатки вина из фляги Дейка и сладкие ягоды боярышника. Когда все блаженно откинулись от накрытого на траве стола, Артем покопался в одном из многочисленных карманов и выгреб горсть фисташек.

– В этой местности вполне можно прожить – сказал он, делясь с нами этими орешками. – Дичь абсолютно непуганая, полно плодовых деревьев. На противоположном склоне я видел несколько ореховых деревьев, но лень было идти так далеко. А уж фисташек здесь целые заросли.

– Зимой только не очень приятно, – возразил Дейк. – Снега наметает будь здоров. Попробуй поохоться – провалишься в какую-нибудь трещину – и поминай как звали. Да и дичь почти вся с наступлением холодов уходит вниз, в долину. Здесь только горные козлы и остаются.

– Так и быть, – улыбнулся Артем, – убедил. А раз мы тут не собираемся останавливаться, пора двигать дальше. Мне что-то не улыбается встретить ночь на открытом месте. До перевала день пути? Так, кажется, ты сказал?

– Нет, уже меньше, – ответил Дейк, поднимаясь с земли. – Но впереди есть еще одно место, где можно относительно безопасно заночевать.

– И что это за место? – поинтересовалась я.

– Часовня, которую построил один из отшельников, в честь Создателя, – пояснил Дейк. – По легендам, Он когда-то проходил этими местами.

– Этот отшельник, надеюсь, не родственник твоему ночному собеседнику? – улыбнулась я.

– Нет, – Дейк заметно помрачнел, вспомнив ночное происшествие. – Отшельник давно умер. А вот моего ночного гостя я бы с удовольствием повстречал…

– Ты не боишься? – подначила я Дейка. – Вдруг это был вампир?

– Ну и что? Я бы проверил, насколько верны слухи о них и так ли уж они неуязвимы для хорошего клинка…

Часовня действительно стояла совсем недалеко от нашего привала. Другое дело, что дойти до нее оказалось не так легко…

Тропа, бывшая когда-то дорогой, нырнула в ущелье, по дну которого журчала кристальной чистоты небольшая речушка. Стены ущелья оказались из какого-то необычайно крепкого камня, почти не поддающегося капризам времени и погоды, и поэтому стены шли вертикально вверх. Мы двигались по самому дну этого природного провала, где, несмотря на солнечное утро, еще царил предутренний сумрак. Голубое небо проглядывало только узкой щелью где-то в вышине.

– Бр-р, – передернул плечами Артем. – Такое ощущение, что мы двигаемся куда-то в преисподнюю…

– Скоро ущелье закончится, – успокоил его Дейк. – На выходе должна быть часовня. А после нее мы будем идти только вверх, до самого перевала.

– Хорошо еще, что никакая очередная гадость не облюбовала это ущелье, – усмехнулся Артем. – Хотя пейзаж вполне соответствует, наверное, вкусам какой-нибудь местной Сциллы… или Харибды…

– А кто это? – заинтересовался Дейк.

– Да были такие чудовища в одной из легенд моей страны…

– Хватит! – прервала я своих спутников. – Нашли место говорить о чудовищах! Еще накличете на наши головы какую-нибудь пакость!

Я как в воду глядела! За следующим поворотом ущелье кончилось. Не в том смысле, что мы вышли из этой каменной теснины на простор. Просто дальше не было никакой дороги. Путь нам перегораживала бугристая скала высотой с хорошую крепостную стену. Она так плотно занимала все ущелье, повторяя изгибы идущих вверх стен, что не было ни единой щели.

– Да-а, – задрал голову Артем. – Тут не меньше четырех метров будет. И что же нам делать дальше? – он повернулся к Дейку. – Ты нас по той дороге ведешь или специально в этот каменный мешок завел?

– Никогда не слышал ни о чем подобном, – Дейк с ошеломленным выражением на лице созерцал возникшую перед нами преграду. – Мы же шли по караванному пути. Здесь нет больше других дорог.

– Понятно, – Артем повернулся ко мне, хотя и было видно, что ему ничего не понятно. – Что ты на это скажешь?

– А что я могу сказать? – Я пожала плечами, продолжая изучать скалу. – Если двигаться дальше, придется бросать лошадей. С ними на такую высоту не заберешься, но, я думаю, Дейк не расстанется со своим боевым другом.

Я потрепала по холке стоящего рядом вороного. Он ткнулся мне в ладонь мягкими губами.

– Да и мне не хотелось бы оставлять на произвол судьбы это верное животное. Уж лучше вернуться и поискать другой путь.

– Я ни за что не брошу своего коня, – заявил Дейк. – Мы с ним прошли не одну дорогу и, если бы не он, меня давно уже не было бы в живых.

– Черт! – Артем в сердцах пнул по выступающему валику скалы. – Придется возвращаться…

И в этот момент скала открыла один глаз. Тут я вспомнила, что напоминало мне перегородившее дорогу препятствие. Каменное изваяние присевшей перед прыжком ящерицы.

– Апчхи! – Артема смело порывом ветра на Дейка. – Какой дурак мешает моему отдыху?

Мы завороженно смотрели, как шевелятся плотные валики губ, поначалу принятые нами за скальные выступы. Открылся второй глаз. Эти зеленоватые глаза заворочались в своих орбитах и наконец сфокусировались на нас.

– А-а-а, – произнесла голова. – Путники пожаловали!

Артем с Дейком выхватили мечи. По сравнению с нависшей над нами громадой мечи смотрелись не боевым оружием, а какими-то прутиками. Испуганно заржали лошади.

– М-м-м, – в глазах головы зажегся огонек интереса. – А больше с вами никого нет? Как жалко!

– Постойте, – я остановила своих спутников. – Лезть на нее с мечами чистое самоубийство.

– Так больше ничего не остается, – Артем оглянулся назад. – Это чудовище нас вряд ли отпустит подобру-поздорову.

– Может, и отпустит, – я испытующе поглядела на моргающие зеленые глаза, каждый с добрый поднос. – Уж больно оно разговорчивое.

– Ты с ним собираешься договориться? – изумился Ар­тем.

– Попробую, – я шагнула вперед. – Если бы она нас хотела просто сожрать, мы уже были бы у нее в желудке.

– Прошу прощения, что мы нарушили ваш отдых, уважаемый! – Я поклонилась голове, в миг готовая отскочить.

– Я не уважаемый, а уважаемая! – с обидой произнесла голова. – Неужели этого не видно?!

– Извините, уважаемая, – я еще раз поклонилась. – Мы идем издалека и еще не встречались с такими, как вы. У меня сразу было подозрение, что вы женского пола, но я побоялась ошибиться и назвать вас соответствующим об­разом. Вы же знаете, как бывают обидчивы мужчины, если их причислят к нам. Хотя должны бы радоваться такому комплименту.

– Ты совершенно права, – вздохнула голова. – Самцы до того тупы и самонадеянны, что и не высказать.

– Вы читаете мои мысли.

– Что ты все на вы? – шевельнулась голова, вызвав своим движением небольшой водопад мелкого щебня. – Давай по-простому. В этих местах так редко можно встретить достойную собеседницу.

– Согласна, – я наклонила голову. – Тогда надо познакомиться. Меня зовут Леда. А тебя?

– Урикхгхгольмстректа, – с достоинством произнесла голова и добавила: – Но можно просто Ури. Для своих.

Краем глаза я видела ошеломленные лица моих спут­ников. У Дейка вообще отвисла челюсть, и его физиономия приобрела совершенно идиотский вид.

– Ну, а вы что уставились?! – я повернулась к Артему и Яну. – Отведите назад лошадей и побудьте там с ними. Нечего на нас глазеть.

– Ты абсолютно права, – мигнула в мою сторону своими тарелками голова. – С этой публикой только так и можно разговаривать.

– Хотя и не всегда, – она проводила взглядом уходящих Артема и Яна. – Иногда даже очень приятно почувствовать на себе восхищенный взгляд самца. Но держать их надо в строгости и на должном расстоянии.

Мы с ней довольно долго еще рассуждали о сравнительных достоинствах и недостатках противоположных полов и пришли к единому мнению, что самцы без нас ничто.

Наконец я осмелилась ее спросить:

– Ури, а что ты здесь делаешь?

– Да ничего, – пожевала в задумчивости губами голова. – Просто отдыхаю.

– А как ты сюда попала?

– Пошла погулять по Пути и притомилась. А тут попалось место, где не так дует, вот и остановилась отдохнуть.

– По какому Пути? Ты имеешь в виду Дорогу за перевалом?

– Ну да, – удивилась голова. – Как бы я еще сюда попала?

– И давно ты здесь отдыхаешь?

– Да уж не один раз снег засыпал здешние холмы.

– Извини, – я попыталась найти более обтекаемую формулировку, – но как ты решаешь вопрос с питанием?

– Так тут постоянно шли раньше путники, вот я их и того, – Ури облизнулась, – но ты не беспокойся, там были одни самцы. Вот только уже давно никто здесь не проходил. Вы – первые.

Мне подумалось, что было бы с нами, если бы Ури спросонья не разглядела, кто подошел к ее носу, и после долгого воздержания решила сразу подкрепиться. Теперь стало понятно, куда девались многочисленные караваны и почему был заброшен короткий и удобный путь в Златоград.

– Так твои родичи живут не здесь? – я продолжила расспросы.

– Не-ет, – зевнула голова. – Они далеко отсюда.

– А о тебе никто не станет беспокоиться? – поинтересовалась я. – Ты же довольно долго отсутствуешь.

– Не знаю, – Ури на довольно продолжительное время задумалась. – Я и сама уже собиралась домой, да все никак не могла раскачаться. А сейчас думаю, ты права. Здесь стало очень уж голодно. Да и родители начали, наверное, тревожиться.

Голова зашевелилась и поехала вверх. На шум из-за поворота выскочили Артем с Яном. Перед нами предстало огромное коричнево-серое тело, вооруженное двумя парами мощных лап, каждый палец венчал массивный коготь величиной с небольшой меч.

– Леда, – откуда-то сверху наклонилась ко мне голова Ури. – Тебя эти самцы, случайно, не утомили?

– Нет, нет! – поспешно ответила я.

– Ну, тогда ладно, – милостиво кивнула моя новая подруга. – Пусть живут. Позавтракаю позже, где-нибудь по дороге.

С этими словами Ури мощно оттолкнулась задними лапами, вызвав тем самым небольшое землетрясение, и взвилась в воздух. За ее спиной с треском распахнулись перепончатые крылья, похожие на крылья летучей мыши.

– Будешь поблизости, заходи на огонек! – прозвучало с небес, и драконесса Ури унеслась прочь.

– Вот это подругу ты себе нашла! – покачал головой Артем, глядя вслед улетевшей Ури.

– А я уж думал – все! – нервно усмехнулся Дейк. – Закончились мои странствия!

– Меня интересует другое, – я двинулась вперед. – Не могла же она без остатка переваривать проходящих купцов…

– И что ты хочешь найти? – спросил Артем.

– Ян говорил, караваны уже давно не ходят по этому пути, значит, если местные жители также избегали посещать здешнее ущелье, мы можем кое-что найти. Несъедобное, но крайне нужное нам.

– А! – первым понял Дейк и устремился вперед.

Миновав теснину, где Ури устроила засаду, мы вышли к началу ущелья. Нашим глазам предстали груды выбеленных временем и непогодой костей, беспорядочно разбросанных по земле.

– Ну, что? – я повернулась к Артему. – Приступаем к поискам? Нам, кажется, нужны местные деньги?

– Что-то не очень хочется, – Артем поглядел на нашего попутчика. Дейк самозабвенно ворошил ближайшую кучу костей копьем. – У нас еще самоцветы не израсходованы. Доберемся до цивилизованных мест, поменяем на деньги. И потом, мы вряд ли что здесь отыщем ценное.

– Это почему же?

– В легендах моего мира драконы очень жадны на золото и драгоценности. Мне думается, их поэтому и уничтожили, если, конечно, такие создания существовали на Земле.

– Надоело платить дань? – уточнила я.

– Да нет, – усмехнулся Артем. – Просто нашлось достаточно много любителей драконьих кубышек. А ты же знаешь, человек неистощим на выдумки и уловки. Лишь бы попользоваться чем-нибудь на халяву…

– Но наша знакомая улетела порожняком. Так что кое-что мы здесь можем и обнаружить.

Артем продолжал стоять на месте, глядя на груды костей.

– Что тебя останавливает? – осведомилась я.

– Все это сильно напоминает мародерство.

– Тогда уж не мародерство, – усмехнулась я.

– А что?

– Чистку выгребных ям. По-моему, здесь у Ури находилось именно это место. Но, если тебе претит копаться в куче экскрементов, этим займусь я.

– У меня повышенный рвотный рефлекс, – улыбнулся Артем, – но я не могу бездельничать, когда моя женщина выполняет такую грязную работу.

В общем, встреча в ущелье завершилась для нас вполне благополучно. Если же учесть найденное серебро и золото караванщиков, которым повезло намного меньше, к часовне Создателя, находившейся на выходе из ущелья, мы подошли довольно состоятельными, по заверению Дейка, людьми. На его вороном покачивались два увесистых позвякивающих мешка.

Часовня представляла собой деревянный сруб на каменном основании. Заглянув в одно из щелевидных окон, Артем протяжно присвистнул, оценив толщину бревен.

– Неужели отшельник построил все сам? – спросил он у Дейка.

– По преданию, ему никто не помогал, – пожал плечами Дейк.

– Тогда это был не отшельник, а какой-то титан, – покачал головой Артем. – Поднять такое бревно обычному человеку не под силу.

– А кто сказал, что отшельник был человеком? – удивился Ян. – Это был горный тролль.

– У вас и тролли проживают?

– Раньше их было много, но в последнее время они куда-то пропали.

– И они мирно уживались с людьми? – недоверчиво спросил Артем.

– Не всегда, – уклончиво ответил Дейк, – но вот этот, говорят, уживался.

– А он, случайно, не появится? – спросила я. – Может, от долгого отсутствия его характер изменился не в лучшую сторону?

– Не знаю, – ответил Дейк, – но говорили, он умер и похоронен где-то за часовней.

– Я это к чему говорю, – пояснила я. – До перевала отсюда почти день пути. С ущельем мы сильно задержались и по свету нам до места не добраться. А здесь такие стены, что не всякой нечисти под силу.

– Я тоже хотел предложить этот вариант, – кивнул головой Артем. – В часовне можно относительно безопасно провести ночь.

Артем. Ночь в часовне

Часовня внутри ничем не напоминала места религиозного поклонения моего мира. Большая, шестигранная, пустая комната, и все. Окна, находившиеся где-то на высоте трех метров, пропускали последние блики заходящего солнца в центр помещения, где было возведено невысокое круглое каменное возвышение. По углам комнаты стыл непроницаемый мрак.

– Тебе это ничего не напоминает? – я кивнул на абсолютно пустое возвышение в центре часовни.

– Станция переноса, – ахнула Леда. – Но этого не может быть!

– Почему?

– Караваны начали бы исчезать в этих местах гораздо раньше появления дракона.

– А тебе не кажется, что тролль как раз и охранял эту станцию? – возразил я. – Не каждый человек решится перечить чудовищу и лезть на рожон.

Леда неопределенно пожала плечами:

– Все может быть… Хотя и не верится, что станция была возведена в таком довольно людном месте.

Я заметил, что наш спутник со всевозрастающим недоумением прислушивается к нашему разговору.

– Ян, – обратился я к нему, – ты никогда не слышал о бесследно пропадавших людях?

– В наших краях это не такая уж большая редкость, – пожал плечами Дейк. – Разбойники, оборотни… да мало ли какая пакость может встретиться тебе на пути…

– Я не об этом, – остановил я Дейка. – Таких несчастных случаев хватает везде. Вот ты говорил о загадочной Дороге, с которой никто не возвращался. А больше у вас нет никаких легенд о таких таинственных местах?

– А-а, понял, – кивнул Ян. – Слышал я истории о колдунах, могущих перенести человека в другой мир, но, честно говоря, не очень в это верю.

– И колдуны могли это делать только в определенном месте? – уточнил я.

– Да, – Ян с интересом посмотрел на меня. – Вы встречались с колдунами?

– С чего ты взял?

– Очень уж ты уверенно рассуждаешь о них.

– Нам много с кем приходилось встречаться, – вмешалась в разговор Леда. – И упаси Создатель еще раз такое повидать. Ты лучше скажи, что еще рассказывали люди про эту часовню и ее охранника-тролля?

– Да я толком и не прислушивался к этим басням, – признался Дейк. – Чего только купцы и странники в трактирах не болтают…

– Жалко, – покачала головой Леда.

– Да в чем дело? – спросил Ян.

– Мы думаем, это не совсем обычная часовня, – пояснил я. – А как раз одно из мест, откуда можно отправиться в другой мир.

– Почему вы так решили? – Ян недоверчиво посмотрел на меня.

– Просто нам уже приходилось бывать в таком месте. Я медленно двинулся к центральному возвышению. Леда порывисто схватила меня за руку.

– Не делай этого! – воскликнула она.

– Успокойся, – я повернулся к Леде. – Я никуда не собираюсь отправляться. По крайней мере, без тебя… Просто хочу проверить одну мысль…

Все так же медленно и осторожно я приблизился к выступающему из скалы кругу и дотронулся до него краем ботинка. Ничего не произошло. Вокруг меня не возникли так запомнившиеся еще по первому не совсем удачному перемещению полупрозрачные пластины, уходящие одним концом в бесконечность.

– Что и требовалось доказать! – я уже смелее топнул по возвышению ногой и повернулся к глядящей на меня со страхом Леде. – Станция не работает или это всего лишь ее искусная имитация.

– А может, ты уже попал куда хотел? – возразила Леда. – И станция на тебя не реагирует?

– Может быть, – я в затруднении почесал затылок. – Сейчас мы проведем еще один эксперимент. Ян, – я повернулся к Дейку. – Попробуй ступить в этот круг…

– Да ты что! – возмутилась Леда. – Его же может унести демон знает куда!

– Не волнуйся, – я успокаивающе поднял руку. – Я буду страховать нашего спутника и успею выдернуть в любом случае. Там, на Памире, мы вполне успевали выйти из круга. Да и при появлении порталов еще надо выбрать, куда шагнуть…

– Ну, так что? – спросил я Дейка. – Ты согласен провести небольшой опыт? Ян шагнул вперед:

– А это не опасно?

– Нет, – ухмыльнулся я. – Со мной, как видишь, ничего не произошло. Раз нам здесь останавливаться на ночлег, то стоит убедиться, что в этом месте нет никаких неожиданных сюрпризов.

Ян вздохнул и решительно шагнул прямо в круг. В последний момент я успел ухватить его за руку, приготовившись выдернуть в случае срабатывания механизма переноса, но опять ничего не произошло. Ян потоптался в круге и, пожав плечами, шагнул наружу.

– Я думаю, вы ошибаетесь, – Дейк посмотрел на нас. – Если бы здесь было такое место, про него пошли бы слухи, но я ничего не знаю об этом…

Я проснулся от какого-то внутреннего толчка. В часовне царила ночная тишина, нарушаемая лишь легким похрапыванием Дейка, лежащего неподалеку от нас, да похрус-тыванием овса в торбах у лошадей, стоящих у входа. Бросив взгляд на дверь, я с облегчением убедился, что она надежно подперта копьем Дейка. Костер уже почти погас, и только отдельные дотлевающие угольки пытались разогнать ночную тьму.

Повернув голову в сторону центрального круга, я неожиданно для себя увидел, что там находится какая-то фигура, отсвечивающая в редких отблесках костра красным.

– Привет, земляк! – раздался скрипучий голос. – Не пугайся, я не причиню тебе и твоим спутникам ничего плохого.

Я осторожно высвободил руку из-под головы безмятежно спящей Леды, второй рукой нащупывая лежащий рядом меч.

– Почем я знаю твое понимание хорошего и плохого? – я взвел курок пистолета, продолжая сжимать другой рукой меч. – И кто ты такой?

– Див я, – ответил мне тот же голос. – Тебе знакомо это слово?

Я приблизился к догорающему костру и, не спуская взгляда с таинственной фигуры, нашарил и бросил на угли горсть сучьев, заготовленных на утро. Поднявшиеся языки пламени осветили сидящего на возвышении совершенно голого худого человека красного цвета. Приглядевшись попристальнее, я понял, что это не совсем человек. У него между ног свешивалось мужское достоинство таких размеров, которое ну никак не могло принадлежать обычному мужчине. Разве только попавшему под химическую атаку. Говорят, у траванувшихся ипритом так распухали гениталии. В этом же мире до изобретения химического оружия, по всей видимости, еще было далеко.

– Знакомо, – кивнул я этому доселе считавшемуся сказочным персонажем существу. – В детстве мне довелось читать сказки народов мира… Неужели и здесь вы тоже водитесь?

– Здесь вожусь один я, – сварливо ответствовал ночной гость. – И больше никого.

– А-а, – я начал, кажется, догадываться. – Так вот почему ты меня назвал земляком…

– Вот именно, – прервал меня див. – Хотя мы и жили довольно далеко друг от друга, но согласись, Азия и Европа нашего мира отсюда выглядят очень близкими местами.

– Ну и как тебя занесло в этот мир? – спросил я.

– Как и тебя, – ответил див. – Любопытство разобрало, что это за место такое на Памире таинственное… Тем более лету мне было до него полчаса…

– Ну, меня, положим, не совсем любопытство, – я присел у костра, мельком оглянувшись на моих спутников, продолжавших, к моему изумлению, спать.

– Не обращай на них внимания, – махнуло рукой красное существо. – Они не помешают нашей беседе.

– С ними ничего не случится? – напрягся я.

– Абсолютно ничего, – покачал красной лысой головой див. – Просто я навеял на них приятные сновидения. Зачем нам лишние собеседники? А утром они проснутся отдохнувшие и в хорошем настроении.

– Ну, смотри… – Как-то не очень верилось этому возникшему среди ночи существу из персидских сказок.

– Не беспокойся, – еще раз повторил ночной собесед­ник. – Они хорошо отдохнут, а нам никто не помешает поговорить.

– А от меня тебе что надо? – спросил я. – Ведь не просто так ты тут объявился?

– Почему ты такого невысокого мнения обо мне? – обиделся див. – Может, мне просто захотелось поболтать с земляком?

– Рассказывай это кому-нибудь другому, – усмехнулся я. – Всем что-то надо. А так как мне от тебя ничего не надо, значит, ты во мне испытываешь нужду. Выкладывай все начистоту.

– Понимаешь, тут какое дело, – не стал дальше ломаться див. – Домой мне хочется…

– Ну, ты даешь! – восхитился я. – Хочется, так отправляйся. Я-то чем тебе могу помочь?

– Как я отправлюсь?! – в свою очередь удивился див. – Ты что – не видишь: здесь ничего не работает?

– Но ты же вроде волшебник?

– У меня не та специализация, – пояснил ночной гость. – Вот ежели кому надо шею намылить – это завсегда пожалуйста. Или что-нибудь разнести… А двигаться между мирами мы не обучены.

– А я читал, вы дворцы можете за ночь строить…

– Это не мы, – отказался див. – Это джинны. Да и то все это брехня. Они не строили, а воровали.

– Это как? – не понял я.

– Очень просто, – пояснил див. – Заказал ему, скажем, дворец кто-нибудь, он смотается по соседству и сопрет готовый. А потом выдает за свой…

– Неужели так было на самом деле? – не поверил я.

– А ты что, думаешь, их для развлечения отлавливали да по бутылкам упаковывали? Достали эти архитекторы всех донельзя.

– Вот, значит, как… А ты, получается, только по рукоприкладству работаешь?

– Ну, почему только по этому, – обиделся див. – Могу просто пугнуть. Еще – перенести, куда наниматель пожелает.

– Так что все-таки тебя понесло на Памир? – Я чувствовал, див что-то не договаривает. – Сдается мне, не из простого любопытства…

Ночной гость проигнорировал мой вопрос, потом, видя, что я продолжаю ждать ответа, покряхтел и проскрипел:

– Ты прав. Не одно любопытство. Скучно мне стало на Земле. Последнее время никто не нанимал ни в телохранители, ни еще куда. От этого кто хошь озвереет.

– А в качестве средства передвижения?

– Да кому я нужен, если в самолете и приятнее, и теплее, и долетишь куда надо…

– Зачем же ты так рвешься обратно на Землю? – удивился я.

– А если б ты попал, скажем, в мир пауков, неужели не пытался бы вернуться к своим?

– Понятно, – усмехнулся я. – Ностальгия замучила.

– Конечно, – согласился див. – Все мои земляки там, а я один как перст – здесь. Надоело!

– Так там опять с безделья взвоешь. Или поймают какие-нибудь не в меру любопытные естествоиспытатели… Ты, кстати, давно здесь обосновался?

– Да уж лет сто, как шарахаюсь по этим горам.

– Так предложил бы свои услуги кому-нибудь…

– Было дело, пробовал наняться к одному, – неохотно признался див. – Так этот немытый барон из полуразвалившегося замка потребовал, чтобы я его сделал повелителем здешнего мира.

– Ну и?

– Что я, идиот, пахать на это ничтожество вместо армии?

– И больше не пробовал?

– Велика честь – состоять на побегушках в деревенской глуши, – презрительно скривился див.

– Ты, однако, с большими претензиями, землячок. Не всякий наниматель тебя устраивает.

– Разборчивый, – поправил меня ночной гость. – И, потом, кто же будет заниматься тем, с чего воротит?

– Так ты бы в какой-нибудь столичный город пристроился, – посоветовал я.

– Туда пристроишься, – хмыкнул див, – Все приличные места уже разобраны колдунами да магами.

– То есть без знакомства на хлебные места не берут и здесь? – улыбнулся я.

– В том-то все и дело, – согласился со мной див.

– А пристройся у какого-нибудь местного короля, и на родину бы не тянуло? – полюбопытствовал я.

– Нет, – подумав, ответил див. – Все равно домой хочется. Что-то стар я стал для такой жизни… Вернуться бы да осесть где-нибудь в глуши. У меня много знакомых так и сделали. Решили заняться воспитанием потомства, а меня, вишь ты, на приключения потянуло…

Див опять надолго замолчал. Видимо, погрузился в воспоминания о своей бурной молодости.

– Так чтобы потомство появилось, особь противоположного пола нужна, – я прервал его воспоминания. – Не почкованием же вы размножаетесь.

– Вот я и боюсь, – кивнул мне див, – пока торчу в этом захолустье, всех моих подружек другие разберут.

– Неужели это такое захолустье? – Я решил вытянуть побольше сведений из ночного гостя.

– А, – он махнул рукой, – еще какое…

– Так поделись информацией, – предложил ему я. – За сто-то лет, наверное, все разузнал.

– Да что об этом мире хорошего можно сказать! – проворчал див. – Все поселения сосредоточены вокруг Дороги. Несколько княжеств с той и другой обочины. Когда-то, говорят, еще до того как появилась Дорога, эти княжества то торговали друг с другом, то воевали. Ну, и на юге есть еще несколько ханств. И все. Остальное – сплошная вода. Океан, значит.

– Почему ханств? – прервал я рассказ ночного гостя.

– А я почем знаю, – пожал плечами див. – Ханства и ханства. Не я же им названия давал. Проживают в них в основном кочевники. Хотя по берегам океана есть еще несколько городов. Самое богатое княжество – Златоградье. Через него проходили когда-то почти все самые короткие караванные пути. На его земле расположены богатые золотые и железные рудники. Западные княжества до недавнего времени грызлись между собой как собаки. А как повалила на них нечисть, пришлось объединиться, чтобы дать отпор. Но до этого одно из самых богатых западных княжеств пало. Вот тух-то все эти бароны и зашевелились.

– А откуда здесь появилась нечисть? – спросил я.

– Откуда-то с севера, – махнул рукой в сторону дверного проема див. – Говорят, вначале они захватили северные земли, потом поперли на юг. Но это у них не очень получилось. Западные бароны отбили основное нашествие, а в Златоградье нечисть остановили как раз у перевала Сторожевой башни. Больше всего тогда повезло южанам. Их прикрыли бароны и Златоградье. Ну, еще и кобольды помогли Златоградью – прикрыли перевал с востока.

– Так тут и кобольды есть?

– Есть, – кивнул див. – Не успели их здешние люди, как на Земле, под корень извести. Нечисть помешала.

– И сейчас еще с нечистью воюют?

– Да нет, больших сражений не было давно. Теперь с севера таких набегов нет. То ли бойцов поубавилось еще в первые походы, то ли успокоились. Хотя отдельные особи просачиваются на людскую территорию постоянно. А уж тут оттягиваются по полной. Вот как ламии. Считай, весь здешний горный край под себя подмяли. Тут поначалу еще кобольды пытались осесть, так эти бестии их в конце концов выжили.

– Н-да, – пробормотал я, – не мытьем, так катаньем. Знакома нам такая тактика.

– Что? – не расслышал меня див.

– Ничего. И много этих партизан на людских землях промышляет?

– Это ты про нечисть? Хватает. Уже и кочевники начали стонать. При нашествии отказались военную помощь предоставить. Дескать, это далеко на севере и их не касается. А когда и до них добрались – прислали послов с предложением о совместных действиях.

– Ну и что мешает здешним правителям погнать нечисть дальше на север? – я задал самый очевидный вопрос, пришедший на ум. – Вроде все согласны объединиться и начать совместные действия против одного врага…

– Так Дорога и мешает, – пояснил див. – Как разрезала этот мир надвое, так и все. Ни туда, ни оттуда хода нет. Послал один барон как-то дружину. Ступила она на Дорогу и пропала.

– Куда?

– В другой мир, наверное.

– А что же драконам Дорога ничего сделать не может?

– Драконы! – хмыкнул див. – На них вообще никакая магия не действует. Вот эти проглоты и шастают где хотят.

– А что на востоке творится?

– А ничего не творится, – после некоторого молчания произнес див. – Одна Дорога туда уходит. После земель ко­больдов там никто не живет. Одни драконы по горам ютятся.

– И тебе не интересно, что там может быть? – подзуживал я дива. – Слетал бы махом, и всего делов.

– Мне интересно, что здесь происходит, – див ткнул пальцем себе под ноги, – а что там, на востоке творится… Пусть у кого шило в одном месте сидеть мешает, там шарятся. Не суй нос в чужие дела, дольше проживешь.

– Н-да… – Мне сделалось несколько не по себе от картины здешней цивилизации, обрисованной дивом. – Это, конечно, не совсем то место, куда я стремился попасть.

– Так и я тебе о том же толкую, – обрадованно подхватил див. – Надо обратно на Землю выход искать.

– На Землю в данный момент мне еще меньше хочется… Ты мне лучше скажи, почему ты испугался Дороги?

– Может, по ней и дойдешь до дома, но этот путь не для меня, – отрицательно покачал головой див. – Слишком уж много неизвестного впереди.

– А если где-то там есть ваш мир?

– Как наш? – недоуменно посмотрел на меня див. – Не понял.

– Ну, как ты выразился вначале… Мир пауков, кажется… Может, есть и мир дивов, где живут одни твои соплеменники.

– Все равно страшно, – поежился див.

– Слушай, – вдруг всплыла в моем сознании еще одна мысль, – а почему ты к местной нечисти не подался? Вас же на Земле вроде считали нечистой силой?

– Да это то же самое, что у какого-нибудь мелкого барончика в слугах состоять, – ответил див. – Менять шило на мыло…

– Я смотрю, ты с запросами: красть, так миллион, спать, так с королевой…

– Вот насчет последнего как раз ты и не угадал, – див печально вздохнул.

– Не понял.

– А что тут понимать, – поделился со мной информацией див. – Сплю я не с королевой, как ты выразился, а с прошмандовками из местной нечисти.

– Это с кем? – Я невольно рассмеялся над сидевшим с печальным видом дивом. – Ведьм, что ли, обслуживаешь? Они, говорят, на это дело очень падки и неутомимы.

– Какие ведьмы! – махнул рукой див. – Оборотни-сучки! Достали уже донельзя.

– Ламии?! – поразился я, вспомнив ночную схватку.

– Ага! – кивнул див. – Так их люди зовут. Особо же донимают, когда у них течка начинается. Окружают стаей и не дают прохода.

– У них что, своих кобелей нет?

– Нет, к сожалению, – опять горестно вздохнул ночной гость.

– Так послал бы их подальше!

– Нельзя, – отрицательно качнул головой див. – У нас соглашение: я ублажаю их, они не трогают меня. Иначе пришлось бы мне искать другое место.

– Ну и нашел бы. Что тебя держит возле этих похотливых сук?

– Вот это и держит! – див ударил кулаком по каменному возвышению, на котором сидел. – Все жду: вдруг станция заработает. Или какой ремонтник появится.

Он с надеждой посмотрел на меня:

– Может, ты все-таки ремонтник?

– С чего ты взял?

– Попали же вы как-то сюда, – пояснил див. – Значит, и обратно выбраться можете.

– Клянусь тебе – мы попали сюда так же, как и ты.

– Но все-таки попали, – упрямствовал див.

– И что из этого?

– Мне кажется, ты можешь открыть дорогу обратно.

– Вот только мне этого не кажется, – ответил я. – Да и если бы мог, на Земле мне сейчас не климат.

– Насолил, что ли, кому? – поинтересовался див.

– Если перечислять всех, кому я насолил…

– Ну, меня тогда отправь, – не унимался ночной гость.

– Да не могу я это сделать! – Див меня уже порядком достал со своим маниакальным желанием. – Ты что?! Не понимаешь?! Или совсем отупел на ниве сексуального труда?

– А если научишься – поможешь? – с мольбой посмотрел на меня див. – Я долго с этими кошками не выдержу.

– Помогу, помогу, – пообещал я, лишь бы отвязаться от уже порядком надоевшего ночного собеседника. – Давай-ка сворачивать нашу беседу. Я за сутки вымотался не хуже тебя с кошками. Глаза слипаются.

– Давай, – уныло согласился див. – Вот так всегда: попадется хороший собеседник, а поговорить нет времени.

– Что поделаешь! – Я с сожалением развел руками. – Как-нибудь в другой раз.

Див поднялся, подышал на руку и плавным движением снял с пальца переливающееся оттенками красного кольцо.

– Держи! – он протянул его мне. – Как захочешь меня увидеть, сожми его в кулаке и мысленно позови. Я и появлюсь.

– Я тебе не обещаю, что смогу отправить на Землю, – я предостерег ночного гостя от излишних надежд. – Но если научусь, непременно свяжусь.

– Так, может, и тебе помощь какая понадобится, – предложил див. – Зови, если что. Чем смогу, помогу земляку. Тем более, ты мне уже помог.

– Это как? – не понял я.

– Скольких сучек прошлой ночью жизни лишил. Мне сейчас некоторое облегчение выйдет.

С этими словами он заколебался и, обратившись в извивающийся язык пламени, алой лентой выскользнул в темный проем.

– А звать меня Хайрулла Хасан ибн Абдех, – донеслось уже откуда-то из ночной тьмы за окном.

Я подкинул на ладони светящееся откуда-то изнутри огненными сполохами кольцо, любуясь на переливы света. Вот и союзничек появился. Да какой! Этот трусоватый житель Азии просто не представляет, на что способен. При умелом руководстве такой горы свернет. С этими мыслями я завалился на попону рядом с Ледой добирать положенный мне сон.

Закран. Земля

Закран скользнул за одним из очередных клиентов в автоматически открывающиеся двери и осмотрелся. В кассовом зале находились только люди. Ни среди клиентов, ни среди обслуживающего персонала его соплеменников не было. Служебный вход находился в противоположном конце огромного зала. Закран направился туда. Около двери стоял, заложив руки за спину, здоровенный охранник. Он перегородил дорогу идущему к дверям сухонькому старичку.

– Вам куда? – вопросила гора мускулов.

– Туда, – вежливо улыбнулся Закран, показывая на дверь за спиной громилы.

– Это служебный вход, – охранник и не подумал сдвинуться с места. – Только для персонала банка. Посторонним нельзя.

– Мне нужен начальник охраны банка, – с выжидательным выражением посмотрел на него Закран.

– Его нет на месте, – охранник продолжал выситься как скала, загораживая проход.

Закран поморщился. Ему надо было еще успеть на самолет, отлетающий через пару часов, а тут это неожиданное препятствие. Не мог же он на виду у многочисленных посетителей и персонала банка пробивать себе дорогу в служебные помещения. Тут он увидел, как стоящий перед ним охранник бросил взгляд в зал и еле заметно кивнул. Закран поглядел на зеркальную панель, обрамляющую стену над дверью, и увидел еще двух мордоворотов, обеспечивающих порядок в зале. Они направлялись к ним с намерением убрать из зала этого неизвестно как попавшего сюда посетителя. Закран дождался, когда один из охранников подойдет достаточно близко, и нанес молниеносный удар в солнечное сплетение высящемуся над ним бывшему тяжелоатлету. Тот не ожидал такой прыти от невзрачного старичка и, хватая ртом воздух, с шумом обрушился на кафельный пол.

– Человеку плохо! – крикнул Закран, поворачиваясь к подходящим охранникам.

Те в замешательстве остановились, с натугой соображая, что же делать дальше, но тут к группе кинулись еще несколько человек из зала. Началась неизбежная в этих случаях суматоха, и Закран, пользуясь тем, что на него перестали обращать внимание, скользнул в дверь служебного входа.

Он, не останавливаясь, промчался по коридору и вбежал в лифт. На предпоследнем этаже двери лифта открылись в роскошный холл, в котором находился на этот раз соплеменник Закрана, сидящий под табличкой “референт” и лениво полирующий ногти. Он даже не успел приподняться. Закран нанес сидевшему со скучающим видом вампиру прямой удар в лоб, отчего голова последнего с громким костяным звуком встретилась со стенкой позади нее. Аккуратно уложив в позу спящего потерявшего сознание сородича, Закран поправил плащ и вошел в приемную вице-президента банка “Элеком”.

– Как вы сюда попали?! – вскинула на него голову смазливая секретарша из-за экрана компьютера.

Закран шагнул к столу. Невооруженным взглядом было видно: девушка лишь недавно прошла инициацию и была горда своими нынешними возможностями и положением. Закран поморщился: начальство банка привыкло устраиваться со всеми мыслимыми удобствами.

– Твой шеф на месте? – он кивнул на дверь с золоченой табличкой с надписью “Вице-президент”.

– Как ваша фамилия? – девушка подозрительно уставилась на Закрана. – Мне ничего не сообщали о вашем приходе. Сегодня приема нет.

– Ты не поняла моего вопроса? – Закран перехватил руку секретарши, скользнувшую к кнопке. – Я не привык повторять.

Девушка завороженно уставилась на лезвие длинного узкого кинжала, вдруг появившееся неизвестно откуда перед ее глазами.

– Мне некогда искать, как открывается дверь твоего хозяина, – произнес Закран, – но если ты мне не подскажешь, тебе вряд ли удастся прожить долгую жизнь, обещанную шефом.

Надо отдать должное этой новоявленной вампирше – она пыталась сопротивляться до конца. Закрану не хотелось отягощать себя убийством ни в чем не повинной девушки, случайно оказавшейся на его пути. Он ограничился тем, что сломал ей руку. Только после этого девушка поняла, что посетитель не обычный смертный, и показала незаметную кнопку, посредством которой можно было открыть дверь в кабинет вице-президента.

– Что тебе надо? – сердито взглянул из-за стола на нежданного посетителя хозяин кабинета. – И кто тебя послал?

Эд Эми в отличие от девушки сразу понял, что перед ним находится его соплеменник. Закран, не отвечая, продолжал двигаться через роскошный кабинет к вице-президенту.

– Стой! – Эд Эми почувствовал что-то неладное, и его рука дернулась к пульту связи.

Дзеньк! Между его пальцами завибрировало, успокаиваясь, лезвие. Эд Эми замер, глядя на торчащий из полированной поверхности кинжал. По клинку пробегали льдисто-голубые искры.

– Откуда у тебя такой кинжал? – хрипло спросил хозяин кабинета. – Ты не простой вампир?

Закран молча выдернул из стола клинок и уселся на стул.

– Кто разрешил тебе посылать своих клевретов к станции? – спросил он.

– А в чем дело? – вскинулся Эми. – Ты проверяющий? Или тебя послал Хранитель?

– Так ты еще не понял? – усмехнулся Закран.

– Что? – надменно переспросил хозяин кабинета.

– Мне казалось, глава клана должен быть умнее, – покачал головой Закран. – Как ты думаешь, что с тобой будет, когда другие старейшины узнают о закрытии станции? И о том, что это произошло с твоей подачи?

– Откуда ты взял, что станцию закроют, пришелец? – уставился на Закрана хозяин кабинета. – Кстати, ты еще не назвался. Кто ты такой?

– Что в имени моем? – печально улыбнулся Закран. – Сколько народа ты положил, чтобы задержать одного человека?

– А-а, ты имеешь в виду этого смертного? Чернова? – перекосился Эд Эми. – На Памире, надеюсь, ему придет конец.

– Тут ты глубоко ошибаешься, – возразил Закран. – Ты что? До сих пор не понял, на кого нарвался? Это же Странник. Чтобы справиться с ним, тебе надо было послать в погоню как минимум половину клана.

– Странник? – с ошарашенным видом переспросил Эми. – Почему мне не доложили?

– Меня не волнует, где он перешел тебе дорогу, – произнес Закран, глядя в упор на хозяина кабинета. – Но кто дал тебе право уничтожать охрану станции?

– Мы не трогали этих полуобезьян, – попробовал отпереться Эд Эми.

– И то, что сейчас в тех местах будет полно народа? – продолжил Закран, не обращая внимания на слова хозяина кабинета. – И Хранитель вынужден будет закрыть станцию?

– Ну и что? – презрительно усмехнулся Эми. – Не очень сильно она нам и нужна…

– Может, тебе она и не нужна, – усмехнулся Закран. – А что скажут южные кланы? Они довольно часто пользовались станцией и находили общий язык с полуобезьянами, как ты выразился.

– Это их проблемы, – ответил Эд Эми.

– Ты серьезно так думаешь? – удивился Закран. – В таком случае мне тебя будет жалко, когда их проблемы обрушатся на твою недалекую голову.

– А может, они и не узнают ничего? – зловеще улыбнулся Эд Эми. – Как я понял, ты оказался единственным свидетелем нашей деятельности у станции, обезьяний защитник?

С этими словами хозяин кабинета прыгнул на посетителя прямо через стол, выхватив из спинки кресла спрятанный меч и метя клинком в грудь непрошеному гостю. Закран оттолкнулся от стола ногой, отъехав на стуле в сторону ровно на столько, чтобы тело Эд Эми пролетело мимо.

Мелькнул такой же клинок, и руку хозяина кабинета пронзила жгучая боль. Эд Эми, неожиданно встретив пустоту на месте непрошеного гостя и не сумев затормозить, с шумом врезался в противоположную стенку кабинета и остался на полу, с недоверием глядя на обрубок руки, из которой хлестала кровь. Кисть с зажатым в ней мечом, судорожно сжимаясь, лежала посредине кабинета.

– Кто ты такой? – прохрипел хозяин кабинета, перехватив искалеченную руку здоровой и с ненавистью глядя на таинственного пришельца.

– Щенок! – Закран поднялся и ударом каблука раздробил отрубленную кисть. – Ты решил, что тебе все позволено? Эд Эми юзом начал отползать в угол кабинета.

– Скажи спасибо, что я поклялся не убивать без нужды, – Закран презрительно поглядел на сжавшегося в углу хозяина кабинета. – Но, надеюсь, неудобства с рукой заставят тебя в следующий раз действовать более осмотрительно. Если он у тебя будет – следующий раз…

Услышав шорох у двери, Закран направился к окну, решив лишний раз не калечить ни в чем не повинных подчиненных главы местного клана.

– Кто ты? – Эд Эми ни о чем другом не мог думать.

– А ты до сих пор не догадался? – усмехнулся гость.

– Высший? – Эд Эми посерел от ужаса.

– Прощай, глава клана, – мрачно улыбнулся Закран, не отвечая на вопрос хозяина кабинета. Повернувшись к окну, он двумя взмахами меча вырубил проем в бронированном стекле и скользнул наружу под грохот рушащейся от мощных ударов подоспевшей охраны двери кабинета.

Артем. Сторожевая башня

Дорога постепенно превращалась в не слишком часто используемую тропу. Временами лишь общее направление на уже ясно видимую седловину между двумя горными пиками помогало выбрать правильный путь. Растительность окончательно перешла в высокогорный вариант. Ели остались далеко внизу. Из деревьев нам попадались только одиноко стоящие перекрученные низкорослые березки да кусты можжевельника, от которых распространялся одуряющий хвойный аромат. Лошадям было труднее всего. Они оскальзывались на выступающих гладких серых скалах, съезжали вниз по осыпям, спотыкались о торчащие на относительно ровных участках тропы более прочные и меньше поддающиеся выветриванию клыки горной породы. Наконец, после очередного поворота впереди мелькнула ровная, каменная кладка и мы вышли на сам перевал. Здесь практически без изменения сохранилась та дорога, которой раньше пользовались многочисленные купеческие караваны. Слева от дороги мрачной громадиной высилась Сторожевая башня, сложенная из аккуратно тесанных каменных глыб. Сразу было видно, что укрепление давно заброшено. Вместо дверей зиял темный, оббитый по углам проем, зубцы, венчавшие верх башни, частично осыпались, стены поросли мхом и какой-то разновидностью вьюна. На противоположной стороне дороги сохранилась кладка фундамента. Видимо, здесь находилось какое-то здание, служившее скорее всего местом ночлега и отдыха для путников.

Похоже, когда-то здесь был довольно оживленный перекресток, отсюда расходились пути на все четыре стороны света. Одна из дорог тянулась в восточном направлении прямо по гребню горного хребта.

– Там земли кобольдов, – ответил на мой немой вопрос Дейк. – В эту сторону, – он махнул рукой на север, – вела когда-то дорога в северные земли. Что там творится сейчас – никто не знает. – Он повернулся к ущелью, тянувшемуся почти прямо в южном направлении. – Нам в ту сторону.

– Погоди, – остановил я его. – А как же ваша таинственная Дорога? Она отсюда не видна?

– Говорили, что ее можно увидеть с вершины Сторожевой башни.

– Так давайте поднимемся наверх, – поддержала меня Леда. – Не можем же мы покинуть перевал, не увидев самого загадочного образования этой земли.

– Нам все равно необходимо сделать небольшой привал, – я кивнул в сторону лошадей. – Животные сильно вымотались от такого подъема, им необходимо передохнуть. Да и нам не помешает немного подкрепиться.

– Тогда останавливаемся, – Дейк решительно сгрузил поклажу со своего вороного и привязал лошадей у чудом выросшего корявого и колючего деревца боярышника, притулившегося у самого основания когда-то грозной Сторожевой башни. Деревце выросло благодаря небольшому родничку с кристально чистой и ломящей зубы водой, выбивавшемуся из расселины.

Мы разложили небольшой костерок между двух камней из набранного по дороге сухого валежника, поставили на него котелок с водой и вошли в башню.

Внутри царило такое же запустение, как и снаружи. Сквозь полумрак, рассеиваемый пробивавшимися через узкие бойницы солнечным светом, проступал в нагромождениях мусора каменный пол. Около дальней стены были аккуратно уложены каменные блоки, ведущие на второй этаж башни, который благополучно обрушился вниз в результате когда-то бушевавшего здесь пожара. Стены все еще имели закопченный вид, несмотря на прошедшие годы. Мы поднялись по остаткам каменной кладки до уровня второго этажа и, пользуясь ржавыми железными крюками, торчавшими из стены, к которым раньше, видимо, крепилась деревянная лестница, выбрались на самый верх. Смотровая площадка тоже выгорела, но полы здесь были уложены когда-то на выступавшие из каменной кладки стен плиты то ли сланца, то ли известняка. Поэтому по верхней части башни, если не замечать распахнувшийся вниз проем, можно было передвигаться по выступу, достигавшему полуметровой ширины.

– Вон она! – Дейк уставился в северном направлении.

Я повернулся и взглянул туда, куда неотрывно пялился наш спутник. Не знаю, что уж он видел там обычным человеческим зрением, хотя и просто так было на что посмотреть в открывшейся нам панораме. Караванный путь в северном направлении где-то через полкилометра нырял в заросшую низкорослым кустарником и ничего выдающегося собой не представлявшую долину. Если бы не одно но… Перпендикулярно долине пролегла белая блестящая полоса, с легкостью расколовшая оба склона и терявшаяся на западе и востоке в нагромождениях скал. Тот кусок этого загадочного образования, что был нам виден со смотровой площадки, действительно напоминал широкую, абсолютно ровную Дорогу. Вот только вдоль Дороги пульсировали еле видимые, расположенные параллельно ей правильные овалы, напоминавшие детскую игрушку-спираль.

“Ты видишь эти кольца?” – долетел до меня безмолвный вопрос Леды.

“Да, – так же мысленно ответил я ей. – Только не уверен, что наш спутник видит то же”.

“Что это может быть?”

“Дорога, тебе же сказали, – про себя усмехнулся я. – Или не похоже?”

“Если это дорога, то я русалка. – Видимо, ответ Леды был эквивалентом нашей поговорки: …то я балерина (или космонавт). – Ты не можешь серьезно ответить?”

“Я, так же как и ты, вижу такое чудо в первый раз”.

– Ян, – я обратился к нашему спутнику, – ты видишь что-нибудь, кроме этой блестящей полосы?

– Нет, – ответил Ян.

“Вот видишь, – я взглянул на Леду. – Он больше ничего не замечает”.

“Что-то мне напоминают эти кольца, – Леда в задумчивости потерла подбородок, – но, хоть убей, не могу вспомнить”.

– Ну, ладно, хватит глазеть на это чудо, – произнес я вслух. – Пора спускаться и вплотную заняться обедом. Все равно мы больше ничего нового отсюда не увидим.

Ян кивнул и, с неохотой оторвавшись от непонятного зрелища, названного здесь Дорогой, начал спускаться вниз со стены. Я помог Леде утвердиться на первом из крюков и выпрямился, чтобы взглянуть напоследок еще раз на таинственную Дорогу. В этот момент перед глазами мелькнула какая-то сетка, изображение поплыло и я, чтобы не сорваться с высоты, оперся на один из каменных зубцов, пережидая непонятный фокус со зрением…

– Крис! – хриплый голос Мерка, командира башни, не предвещал ничего хорошего. – Ты опять дрыхнешь?!

Кобольд пнул прикорнувшего под навесом молодого паренька. Тот вскочил, испуганно протирая заспанные глаза.

– Отправлю я тебя обратно в Златоград, так и знай! – Мерк, просидевший весь вечер и большую часть ночи за бурдюком можжевеловой настойки с главой каравана ко­больдов, был не в лучшем настроении. – Что это такое?! Где твой напарник?!

– Садхи спустился вниз, – испуганно ответил Крис. – У него живот заболел.

– Твою мать! – командир башни свирепо дернул себя за всклоченную бороду и взглянул налитыми кровью глазами на караульного. – У вас – у людей – постоянно возникают какие-то неотложные проблемы. Вы что угодно готовы придумать, лишь бы не исполнять свои служебные обязанности.

Крис вытянулся по стойке смирно и преданно глядел на командира. После того как кобольд встречался со своими соплеменниками, что обычно происходило довольно бурно, ему было лучше не перечить. Тогда Мерк, отведя душу, довольно быстро остывал.

– Ну, что вылупился? – кобольд уставился на Криса. – Спускайся вниз и буди следующую смену. Да вызови сюда этого лентяя Садхи! – крикнул он уже вслед нырнувшему в люк Крису.

Оставшись один на смотровой площадке, Мерк потянулся, жмуря глаза на вынырнувшее из-за зубчатого хребта солнце, зевнул и, клацнув зубами, приник к бочке с водой, стоящей рядом с сигнальной чашей. Выхлебав никак не меньше двух литров воды, кобольд выпрямился, отдуваясь, и взглянул на просыпающийся внизу лагерь.

Из конюшни начинали выводить и седлать лошадей, над кухонным котлом под навесом курился дымок. Хозяин караван-сарая, приткнувшегося на противоположной стороне дороги к скале, торопился приготовить завтрак просыпающимся купцам. Нынче на перевале заночевало сразу три больших каравана. Глава каравана кобольдов еще не поднялся. Мерк не заметил своего вчерашнего собутыльника среди копошащихся внизу купцов и их охраны. Он еще раз зевнул и отвернулся от уже ставшей привычной за три месяца картины. Да так и остался стоять с отвисшей челюстью.

– Крис! – заорал Мерк, немного оправившись от изумления. – Быстро ко мне!

– Ну, наш командир разлиховался с утра пораньше, – послышался знакомый голос, и на смотровую площадку выбрался командир десятка кобольдов Сорк с двумя подчиненными, прибывшими на смену Садхи и Крису. – Что ты привязался к пареньку? Похмелье срываешь?

Сорк был давним приятелем Мерка, прошедшим с ним не один далекий гарнизон и не раз выручавшим нынешнего командира Сторожевой башни в боевых стычках. На правах старого друга он позволял себе иногда одергивать и поучать Мерка, когда последний, по его мнению, перебирал в своих разносах. Что, впрочем, никак не влияло на несение Сорком службы и никогда не переходило границ дозволенного, тем более в опасных ситуациях. Тогда Сорк беспрекословно выполнял любое поручение своего друга, оставляя на потом критику и нравоучения. В общем, действовал строго по уставу.

– Да ты сам посмотри! – дернул Сорка за плечо командир башни, разворачивая его в нужном направлении. Сорк протяжно присвистнул:

– И давно появилась эта штука?

– Вот я и хочу выяснить то же самое у двух ночных бездельников, по недоразумению попавших в мой отряд! – Мерк в нетерпении повернулся к люку. – Крис, Садхи! Долго я еще буду вас ждать?!

Из люка наконец показалась голова Садхи, напарника Криса по ночному дежурству. За ним следом с опаской выбрался наверх и Крис.

– А ну-ка идите сюда, разлюбезные! – зловеще поманил их к себе Мерк.

Садхи и Крис осторожно приблизились.

– Что это такое? – Мерк вскинул руку в направлении севера.

Садхи пожал плечами:

– Дорога, горы… трава, небо…

– Ты издеваешься надо мной?! – взревел Мерк и подволок Садхи к самому краю стены. – Что вот это, я спрашиваю?!

У Садхи, как и недавно у Мерка, отвалилась челюсть, и он изумленно уставился вдаль. Видя такую странную реакцию своего напарника, Крис подошел поближе. Поглядел, протер глаза и снова поглядел с тайной надеждой, что картина, представившаяся его взору, исчезнет. Но ничего не произошло. Северное ущелье рассекала гладкая, широкая, блестящая полоса, непринужденно взрезавшая правый и левый склоны хребта и нырявшая в хаос практически непроходимых ущелий.

Через полчаса на смотровой площадке толпился весь гарнизон, состоявший из десятка кобольдов и десятка людей, и большинство купцов, заночевавших на перевале. Все изумленно созерцали появившееся ночью странное сооружение.

– Не иначе, какой-то маг опять что-то сделал, – заявил Лерихк, глава каравана кобольдов. – Вечно вы, люди, что-нибудь сотворите, а расхлебывать приходится всем миром.

Лерихк повернулся к стоявшему чуть поодаль Сайнту, возвращавшемуся из северных земель в Златоград.

– Главное первым крикнуть – вор! – не замедлил парировать Сайнт. – А потом пусть отмываются. У вас что, магов, скажешь, нет?! И откуда идет эта Дорога?! Не со стороны ли ваших земель?!

Сайнт первым произнес это название. Позже за непонятной и, как оказалось, смертельно опасной полосой прижилось название: Дорога.

Так и не выяснив, кто же виноват в появившемся феномене, переругавшиеся купцы спустились к караван-сараю и начали собираться в путь Лерихк и Сайнт быстро загрузили свои товары и, обменявшись напоследок оскорблениями, двинулись каждый по своей дороге. Один – в Златоград, другой – в земли кобольдов, торопясь принести князьям и старейшинам новость.

Медлил только караван, возвращавшийся на север. Кобрин, глава каравана, подошел к Мерку.

– Как ты думаешь – это не опасно? – он махнул плеткой по направлению северной дороги.

– Кто его знает? – Мерк пожал плечами. – Сейчас вышлю разведку.

– Я не знаю, как быть, – признался Кобрин кобольду – То ли ехать домой, то ли вернуться в Златоград и нанять дополнительную охрану.

– А что это тебе даст? – скептически произнес Мерк. – У тебя, я считаю, и так достаточно орлов, чтобы устроить переворот в небольшом городе. – Кобольд кивнул на гарцевавшую неподалеку полусотню всадников. – Если же это магия, то никакая армия тебя не спасет.

– А-а, рискну! – махнул рукой Кобрин, направляясь к лошади. – До встречи, Мерк! Жди меня через месяц!

– До встречи! – ответил Мерк и, глядя вслед тронувшейся веренице груженых лошадей, тихо добавил – Легкой дороги тебе, купец!

Прощаясь, ни тот, ни другой не подозревали, что им больше никогда не доведется встретиться.

Мерк снова поднялся на смотровую площадку и вызвал к себе Сорка и Дэнка, командира десятка людей.

– Необходимо сделать две вещи, – открыл он импровизированное совещание, когда два десятника поднялись наверх. – Проверить, что это за штука появилась в ущелье, и отправить гонцов в Златоград и в Кандаг.

– А как же западные княжества? – задал вопрос Сорк.

Вечно угрюмый Дэнк промолчал, хотя задать этот вопрос следовало бы ему. Все-таки на западе селились в основном люди. Селений кобольдов там было раз-два и обчелся.

– А что западные княжества? – вопросом на вопрос ответил Мерк. – Какое отношение эти зажравшиеся бароны имеют к нашему соглашению? Они отказались представить людей для охраны перевала. Службу несут люди Златограда и кобольды. Поэтому мы и пошлем гонцов к старейшинам Кандага и главе Златограда. А дальше – пусть решают они. Мы не уполномочены оповещать западные земли о чем-либо.

– Согласен, – Дэнк кивнул головой. – Пойду собирать гонца. Сколько человек я должен приготовить для разведки?

– Я думаю, хватит одного, – решил Мерк. – И одного от тебя, – он кивнул Сорку.

– И еще, – остановил он собравшихся уходить десят­ников. – Что-то неспокойно у меня на душе от такого соседства. Демон его знает, что может появиться из этого ущелья. Приведите свои десятки в полную боевую готовность… и отправьте гонцами кого помоложе… Если чего случится, нечего им здесь загибаться.

Десятники согласно кивнули и покинули площадку.

Через некоторое время внизу началось активное шевеление. Два всадника умчались вслед ушедшему на север каравану. Еще двое помчались на восток и на юг. В Кандаг – столицу кобольдов и в Златоград. В одном из всадников Мерк с облегчением узнал Криса. Этот совсем еще юный паренек вызывал у командира Сторожевой башни смутную симпатию. Чем-то он напоминал Мерку его самого в молодости. Кобольд пришел на военную службу таким же безбородым и безусым юнцом. И только счастливая судьба да Сорк помогли сохранить ему жизнь в первой же серьезной стычке на юге с кочевниками, решившими пощипать тогда еще только строящийся Майдан, ставший затем настоящим торговым центром, связывающим северные, западные и восточные земли. Это сейчас кочевники Степи с приходом нового хана поубавили свою алчность и прекратили грабить проходящие караваны. Верховный хан решил, что выгоднее вести торговлю с соседями, чем отбиваться от карательных рейдов обозленных правителей сопредельных стран. Хан посадил на кол самых неуемных и неумных подчиненных, не согласившихся с его указом. И теперь кочевники промышляли набегами исподтишка, грабя одиноких путников и мелкие группы торговцев, избегая нападать на большие, богатые и хорошо охраняемые караваны.

Мерк всмотрелся в ущелье, утыкающееся теперь в эту странную полосу, и, не заметив пока ничего опасного, спустился вниз. Там уже вовсю шла подготовка к предполагаемой осаде Сторожевой башни. Кобольды и люди дружно закатывали внутрь заранее подготовленные бочки с водой, заводили на первый этаж брыкающихся лошадей, тащили вязанки дров на второй этаж и на смотровую площадку.

К командиру Сторожевой башни подошел встревоженный хозяин караван-сарая.

– Что случилось, уважаемый Мерк? – обеспокоенно спросил он. – Вы готовитесь к штурму?

Мерк понимающе и с сочувствием поглядел на стоящего перед ним Юсуфа. По слухам, он был откуда-то с юга. То ли что-то не поделил с одним из городов Морского братства, то ли перешел дорогу кочевникам. Юсуф не привык рассказывать о своем прошлом. Но в результате он однажды оказался на здешнем перевале с лошадью, на которой сидела закутанная в чадру женская фигура. Решив отдохнуть, Юсуф разбил в стороне от Сторожевой башни палатку. Только отдых его несколько затянулся. Проходящим караванам требовались постоянно какие-либо услуги. Вот и решил Юсуф задержаться в этих местах. За оставшееся теплое время года он накосил травы в окрестных ущельях и свез готовое сено на своей единственной лошади к палатке. По весне сена у Юсуфа уже не было, но на вырученные деньги, а останавливающиеся на ночевку караванщики хорошо платили за кормежку и уход за лошадьми, он начал строить конюшню и хижину для купцов. Только на третий год, когда были готовы основные помещения, Юсуф пристроил к ним хибару для семьи, до того времени ютившейся в выцветшей и потрепанной палатке. Сейчас у Юсуфа было шесть сыновей, достигших, как он говорил, возраста мужчины, и две прелестные маленькие девочки-двойняшки.

– Вот что я тебе посоветую, Юсуф, – произнес Мерк. – Уходил бы ты отсюда со своими от греха подальше. Неизвестно, что из той штуки вылезет.

– Мне некуда идти, – покачал головой Юсуф. – Все, что я успел сделать, здесь. А внизу меня никто не ждет.

– Так отправь отсюда семью, – посоветовал кобольд.

– Куда? – печально переспросил Юсуф. – У меня не осталось родственников. А у нашего народа такой закон: где глава семьи, там и весь его род. Мой род весь здесь.

– Значит, уходи отсюда всем родом, – у кобольда был очень серьезный вид. – Иначе ты рискуешь лишиться всего.

– Но ты же не уходишь, – возразил хозяин караван-сарая, – хотя тоже рискуешь всем.

– Я солдат, – ответил Мерк. – И послан сюда защищать мир, который за моей спиной.

– Тогда и я останусь на защиту своего мира, – произнес Юсуф.

– Как знаешь, – покачал головой кобольд. – Я тебя пре­дупредил.

К обеду, когда гарнизон приготовился к предполагаемой осаде, вернулась посланная разведка. Вернее, вернулся один кобольд. Второй разведчик из десятка людей стал первой жертвой Дороги.

– Он ступил на полосу и пропал, – кобольд оглядел собравшихся вокруг него солдат.

– А ты что же? – спросил у кобольда Дэнк. – Где ты был в это время?

– Я ничего не успел сделать, – кобольд расстроенно развел руками. – Когда мы подъехали к этой Дороге, Клеро сказал, что попробует перейти ее, а мне посоветовал наблюдать и в случае чего прикрыть…

– Ну и? – Дэнк требовательно посмотрел на кобольда.

– Над Дорогой прошла волна, и он исчез, – кобольд в отчаянии ударил древком топора в землю. – И все! Я даже не успел пошевелиться!

– А что с караваном Кобрина? – вмешался в расспросы Мерк.

– Я сообщил им, что произошло с моим напарником, но Кобрин все равно повел людей вперед. Он сказал, что, может, они пройдут…

– И?..

– Исчезли, как и Клеро…

– Ну что же, – Мерк отвернулся от кобольда, – ты сделал все, что мог…

– Нет! – рванулся вперед кобольд. – Еще не все!

– Не понял, – повернулся к нему командир Сторожевой башни.

– Прошу разрешить мне вернуться за моим напарником, – вытянулся кобольд. – Я сообщил, что произошло, и теперь хочу найти Клеро.

– Нет, – отрезал Мерк.

– Почему?! Я должен помочь!

– Я сказал: нет! У меня каждый человек на счету. Клеро исполнил свой долг, не твоя вина, что ты не смог ему помочь.

– Я все равно вернусь! – решительно заявил кобольд.

– Сорк! – Мерк повернулся к десятнику кобольдов. – Образумь своего подчиненного! Мне некогда тратить время на истерики!

– Тревога! – прервал разбирательства у ворот башни голос караульного со смотровой площадки.

Мерк кинулся наверх.

Со стороны таинственной Дороги по ущелью, клубясь, приближалась черная волна, над которой кружили какие-то черные точки. Когда этот странный вал приблизился и можно было рассмотреть из чего он состоит, Мерк в ужасе отшатнулся от парапета. Это потом их назовут оборотнями, упырями, орками, вспомнив старые полузабытые легенды и сказки, которые никто уже давно не принимал всерьез, считая вымыслом слишком буйного воображения предков. И вот сейчас вся эта ожившая нечисть валила сплошным потоком на жалкий гарнизон Сторожевой башни, оказавшейся у нее на пути.

– Поджигай! – заорал Мерк, оборачиваясь к бледному караульному, зачарованно глядящему на приближающийся кошмар.

Тот бросился к каменной чаше посреди площадки и сдернул холстину, прикрывавшую заботливо приготовленную и обильно политую смолой кучку дров. Над башней поднялся в небо черный столб дыма, оповещая посты, находящиеся в долине, что началось страшное…

– Юсуф! – крикнул Мерк, перегнувшись через стену. В караван-сарае открылись ставни, в окне показался Юсуф, сжимающий в руках топор на длинной ручке.

– Уходи! – махнул рукой по направлению к долине Мерк. Хозяин караван-сарая отрицательно покачал головой. – Тогда в башню!

Юсуф скрылся в окне, заскрипели открываемые двери караван-сарая. Показалась женская фигурка и, семеня, двинулась к Сторожевой башне с двумя девочками на руках.

– Ну что ж, – прошептал кобольд. – Ты выбрал… Он крикнул в направлении люка:

– Пустить женщин в башню! Пятерых арбалетчиков и пятерых мечников ко мне! Остальным к бойницам!

Летящие над валом то ли птицы, то ли люди рванулись вперед, опережая прущую пешком остальную нечисть. Они планировали на широких перепончатых крыльях, внешне напоминая безобидных летучих мышей, однако были намного больше своих ночных собратьев, а их клекочущее шипение заполонило, казалось, все вокруг.

– Огонь! – скомандовал Мерк. Раздались сухие щелчки арбалетов, и три твари, отчаянно заверещав, рухнули под ноги приближающемуся пешему войску и были безжалостно затоптаны.

– Целься лучше! – скомандовал Мерк. – Мечники, приготовиться!

Арбалетчики успели дать еще один залп, сбивший на этот раз пятерку летунов, и визжащие твари ринулись на обороняющихся с небес. Арбалетчики присели, перезаряжая оружие. Мечники вскинули вверх щиты, прикрывая своих товарищей, продолжая рубить царапающуюся, кусающуюся, брызжущую слюной нечисть. На Мерка ринулись две летучих мыши. Одну он встретил ударом топора, раскроив кошмарную физиономию надвое, и тут ему на плечи обрушился второй монстр, повалив кобольда на землю. Мерк извернулся, выдернул топор из тела погибщего врага и тычком топорища, на конце которого был железный наконечник, пронзил визжащую тварь. Монстр дернулся, выворачивая из рук топор, и откатился в сторону. Мерк увидел еще одно пикирующее сверху чудовище и резко ушел переворотом в сторону. Монстр оказался не слишком умным и, промахнувшись по ускользнувшей добыче, врезался в горящую рядом сигнальную чашу. Огонь моментально охватил его снизу доверху. Он вывернулся из пламени и, не видя ничего вокруг, горящим факелом перевалился через парапет, рухнув прямо на головы подоспевшей пешей рати. Тут ударили еще раз арбалетчики, смахнув с неба очередную пятерку кружащих чудищ. Мерк неожиданно заметил, что на него больше никто не стремится упасть сверху, и поднялся на ноги. Изрубленный монстр с топором, торчащим из грудины, валялся поодаль. Кобольд выдернул свой топор, с омерзением очищая рукоять от черно-красной крови, и огляделся. Возле сигнальной чаши лежал мертвый караульный, сжав в объятиях летающего монстра. В одной руке солдата виднелась рукоять ножа, который он перед смертью вогнал в рвущую ему горло летучую мышь. Из мечников полегло двое, арбалетчики, хотя и в большинстве израненные, уцелели все. Чудовища кружились поодаль, избегая приближаться к смертоносной крыше. Зато пешая нечисть вовсю пыталась добраться до защитников Сторожевой башни. Мерк открыл люк и заглянул внутрь. Весь личный состав, отложив на время мечи и топоры, стрелял из бойниц по пешему воинству. Даже жена Юсуфа, сбросив обязательные, но стесняющие движения восточные одеяния, подносила стрелы лучникам и подавала дротики Сорку, который не признавал лука и предпочитал ему копье или топор. Дочери Юсуфа, крепко обнявшись, сидели под лестницей. Мерк ободряюще улыбнулся близняшкам, хотя и мелькнула мысль, что его измазанная кровью рожа скорее может напугать, чем ободрить. На скрип открывающегося люка резко обернулся стоящий ближе всех к лестнице Дэнк, и Мерк чуть не получил стрелу между глаз. Мерк с удивлением увидел сверкнувшую улыбку на всегда угрюмом лице десятника из Златограда.

– Как у вас дела?

– Держимся! – опять ухмыльнулся Дэнк, выпуская очередную стрелу в бойницу.

– У нас трое погибших, – сообщил Мерк. – Надо заменить арбалетчиков, пусть стреляют изнутри. Дэнк, заметно помрачнев, кивнул.

– Пятерка лучников наверх! – скомандовал он.

Пять человек молча кинулись к лестнице, хватая на бегу колчаны со стрелами. Им на смену в башню ссыпались израненные арбалетчики.

Мерк осторожно подошел к краю стены и поглядел вниз. Основная масса нападающих катилась вниз по ущелью в сторону Златограда.

– Помоги им, Создатель, выстоять, – Мерк повернулся к лучникам. – А ну-ка, ребята, посбивайте оставшихся летучих мышей!

Лучники в десятке у Дэнка, надо заметить, были профессионалами. Ни одна стрела у них не пропадала даром. В течение короткого времени они ссадили последних кружащих в небе летучих гадов. Мерк облегченно вздохнул. Теперь хоть сверху можно было не опасаться нападения. Он взглянул в сторону зловещей Дороги. Волна нападавших, прокатившаяся по ущелью, сошла на нет. Новой нечисти с той стороны пока не было видно. Вокруг же башни обстановка была намного хуже. Оставшихся штурмовать Сторожевую башню было столько, что с лихвой хватило бы на небольшую армию, а не на жалких полтора десятка бойцов, находившихся под началом у Мерка. Если у штурмующих появится кто-то, кто чуть более осмысленно подойдет к задаче штурма, то обороняющихся задавят за несколько часов, не сильно при этом напрягаясь. У Юсуфа дела обстояли гораздо хуже. Караван-сарай горел, подожженный сразу с двух концов. Юсуф с тремя сыновьями сбивал с крыши особо рьяно лезущих вперед орков и оборотней. Четвертый сын, подволакивая раненую ногу, ползал по крыше с бурдюками, пытаясь затушить пламя.

– Помогите Юсуфу! – скомандовал Мерк лучникам. Засвистели стрелы, безошибочно находя себе жертвы среди облепивших стены караван-сарая чудовищ. Юсуф вскинул голову и улыбнулся, помахав топором. Монстры отхлынули от караван-сарая. Юсуф с сыновьями бросился тушить стены.

В этот момент нападающие кинулись в повторную атаку. Кто-то будто подслушал потаенную мысль Мерка, и теперь чудовища наступали вполне организованно. На крышу караван-сарая ринулись твари, чьи гибкие черные тела напоминали кошачьи. Обороняющиеся в один миг оказались погребены под грудой рычащих и завывающих кошачьих родственниц из Тьмы.

– Дьявол! – успел крикнуть Мерк, и тут ему стало не до погибающего хозяина караван-сарая.

В сторону Сторожевой башни хлынул буквально ливень стрел. Часть нападавших сменила кривые клинки на луки и начала обстреливать упорных защитников, которых не удалось взять с наскока. Толпа монстров под прикрытием стрелков пошла на приступ.

– Отставить луки! – скомандовал Мерк. – Возьмем этих тварей на мечи!

Лучники забросили луки за спину и обнажили прямые мечи. Со второго этажа бросились на крышу последние защитники. Мерк с горечью заметил, что среди них нет Сорка.

И тут началось. Нападающие, умело взбираясь по плечам друг друга, в один миг оказались на крепостной стене. Первую волну воины Мерка сбили вниз, но за ней последовала вторая, третья, четвертая… Мерк потерял счет страшно визжащим черным рожам с торчащими из пасти клыками и коричневым харям с раскосыми глазами. Упал Дэнк, получив стрелу в горло. Бросившиеся ему на помощь два воина из его десятка полегли под кривыми саблями.

– В круг, в круг! – орал Мерк, отступая к люку. – Прикрываем люк! Там женщина с детьми!

Оставшиеся в живых встали спиной к спине, закрыв своими телами люк, ведущий внутрь башни. Мерк давно уже сломал свой топор и дрался двумя клинками, принадлежащими погибшим тварям. Внезапно атакующие твари отхлынули и на стенах показались лезущие вверх лучники.

– Вниз! – крикнул Мерк. – На крыше нас перестреляют, как цыплят!

Обороняющиеся стали по одному спрыгивать вниз. Мерк покинул крышу последним, воткнув клинок еще в одну визжащую морду. Люк сразу захлопнули и подперли специально приготовленным для этого бревном.

Мерк огляделся. Раненые сгрудились у лестницы первого этажа. Сорк лежал перед девчушками, сжимая руками вонзившееся в грудь копье. Жена Юсуфа, к изумлению Мерка, была жива и невредима. Она с остервенением садила из лука в одну из бойниц.

“А она даже очень ничего”, – мелькнула где-то на периферии сознания Мерка удивившая его самого мысль и исчезла.

Теперь лучники сосредоточились на бойницах, стараясь выбить оставшихся защитников башни.

– Закрыть бойницы! – скомандовал Мерк, когда от залетавших внутрь стрел с игольчатыми, острыми как бритва наконечниками стало невозможно укрыться. После этого в башне воцарился полумрак. Снаружи все так же с тупым звуком втыкались в закрывшие бойницы щиты стрелы, а вверху по люку остервенело стучали топоры.

– Надо попробовать выбраться из этой мышеловки, – Мерк оглядел оставшихся в живых подчиненных.

– Как? – отозвался кто-то в полумраке. – Нас же посбивают, как куропаток, только высуни мы нос из-за двери.

– А здесь ты проживешь намного дольше? – Мерк поднялся. – Люк продержится еще от силы час. Потом нас просто задавят числом.

– Что ты предлагаешь? – спросил кто-то из кобольдов.

– Прорываться, – ответил Мерк.

– Куда? В долину? Так их там еще больше, чем здесь.

– Нет, – невозмутимо ответил Мерк. – На север.

– В сторону этой проклятой Дороги? Куда?! Ты не рехнулся?! – раздались изумленные голоса.

– Нет, – отрезал Мерк. – Не рехнулся. Именно на север. С той стороны осаждающих меньше всего. Если мы проскочим площадку перед башней, у нас есть реальный шанс уцелеть.

– Как?

– Эта таинственная Дорога, по которой к нам нагрянула нечисть, идет в сторону земель кобольдов. Я раньше служил в Пограничной страже. Главное, уйти вдоль Дороги подальше от этой нечисти. А там я любую тропку знаю как свои пять пальцев.

– И как ты предлагаешь это сделать?

– На лошадях, – ответил Мерк. – Часть лошадей выпускаем на нападающих, а когда они их немного помесят копытами и разгонят – уходим сами.

– А что? Может, и выйдет, – поднялся один из лучни­ков. – Я с тобой, командуй.

За ним поднялись и остальные.

– А мой муж? – раздался робкий голос от стены. – Что с ним?

– К сожалению, они погибли. И Юсуф, и твои сыновья. – Мерк присел на корточки перед женой Юсуфа. – Но ты должна жить.

– Зачем мне теперь жизнь? – безучастно произнесла женщина. – Я останусь здесь и погибну вместе со своим мужем.

– Нет, ты не останешься! – жестко ответил Мерк. – С тобой две дочери, и ты обязана их спасти и вырастить. За жизнь девочек отдали свои жизни отец и братья.

Женщина обняла близняшек и зарыдала.

– Все! – жестко и грубо прикрикнул на нее Мерк. – Оставь слезы на потом! Когда выберемся…

Оставшиеся невредимыми и легкораненые защитники крепости быстро приготовили необходимое для прорыва. Часть лошадей отогнали в сторону и привязали к седлам тяжелораненых. Мерк лично заставил сесть на лошадь жену Юсуфа и притянул к ней ремнем одну из дочек. Вторую близняшку он посадил к себе в седло.

– Ну, что? Все готово? – он оглядел стоящие наготове фигуры. – Начинай'

Скрипнули, открываясь, ворота, и на завопивших было от радости косоглазых осаждающих выплеснулся табун испуганных лошадей, к хвостам которых были привязаны горящие факелы. Обезумевшие от такого обращения лошади буквально смели находившуюся перед входом нечисть. А за ними с гиканьем вырвались уцелевшие защитники Сторожевой башни и, резко повернув перед опешившими монстрами, канули в ущелье, из которого только недавно шла волна атакующих.

– Артем! Что с тобой? – услышал я встревоженный голос Леды.

– Ничего, – я провел рукой по глазам и с удивлением осмотрелся. – Кажется, сейчас я обзавелся новым и не очень приятным свойством.

– Каким?

– Я видел прошлое, – ответил я, все еще пытаясь прийти в себя. – Если, конечно, это был не глюк.

– И что ты увидел?

– Последний бой защитников Сторожевой башни…

Кора Ли

– К нам, кажется, гости пожаловали, – вдруг произнесла Леда.

Дейк и Артем, только успевшие поднести ко рту по первой ложке похлебки, вскинули головы. Леда, не отрываясь, смотрела куда-то за их спины.

Вскочившие мужчины увидели быстро передвигавшийся по дороге в долине клуб пыли. Вскоре стало заметно, что впереди несется во весь опор один всадник. Пятеро других– то ли охрана, то ли преследователи – здорово отстали, но постепенно сокращают расстояние до переднего всадника.

– Впереди – женщина, – определила Леда.

Ян недоверчиво взглянул на свою спутницу. На таком расстоянии не всякий бы определил количество всадников, а уж определить их пол – это, по его мнению, была невыполнимая задача.

– Ты права, – подтвердил слова Леды Артем, напряженно вглядываясь в даль. – И, сдается мне, эта женщина пытается оторваться от своих преследователей.

– Ну и как мы поступим? – Артем повернулся к Дейку. – Вмешаемся или не будем рисковать и останемся зрителями?

– Если бы вы несколько дней назад остались зрителями, – ответил Дейк, – тебе не у кого было бы сейчас спрашивать.

– Ты так считаешь? – усмехнулся спутник Дейка. – Но там же была совершенно другая ситуация. На одного человека напала стая зверей. Как тут не помочь. Сейчас же мы в незнакомом месте наблюдаем погоню. Может, эта, женщина преступница, а догоняет ее стража?

– Не знаю, кто она, – отвечал Дейк, – но это женщина, которую преследуют мужчины. Я обязан помочь.

– Ну, что ж… – вздохнул Артем.

Он повернулся к Леде и посмотрел ей в глаза. У Дейка опять мелькнула мысль, что его загадочные спутники могут общаться друг с другом напрямую, без слов. Эта мысль перешла в уверенность, когда Леда, так ничего и не сказав, отошла к пасущимся чуть в отдалении коням.

– Леда проследит за лошадьми, – обернулся к Дейку Ар­тем. – Сейчас здесь будет несколько шумно, как бы они не испугались и не понесли.

– Мой конь приучен к битвам, – возразил Дейк. – ему не впервой слышать звон мечей.

– Береженого бог бережет, – не совсем понятно ответил Артем, поворачиваясь к дороге.

– Я бы предпочел встретиться со скачущими сюда верхом, – попытался взять ситуацию в свои руки Дейк

– Некогда, – возразил ему Артем. – Бери арбалет и будь готов снять правого преследователя по моей команде.

Дейк молча выдернул из вьюка арбалет и встал рядом с Артемом. Всадники приблизились уже достаточно близко, чтобы Дейк увидел: впереди действительно скачет женщина. Она пользовалась женским седлом, но, несмотря на то что такая посадка не очень удобна для бешеной скачки, продолжала каким-то чудом держаться в седле. Тут один из преследователей сорвал с луки седла аркан и принялся раскручивать его над головой.

– Давай! – скомандовал выжидавший до последнего Ар­тем.

Дейк спустил курок и одновременно со щелчком тетивы один из всадников откинулся назад в седле. В тот же момент рядом с Дейком раздался странный грохот, похожий на отдаленный гром. Вот только небо было абсолютно безоб­лачным. Еще один из всадников кубарем покатился в придорожную пыль.

Дейк взглянул на Артема. Тот держал в руках какую-то черную, странно изогнутую вещь. Внезапно из нее вырвался язычок огня и раздался тот же самый то ли грохот, то ли треск. Все повторилось. Дейк повернулся в сторону приближающихся всадников. В седле оставались женщина и один из преследователей. Увидев, как легко лишились жизни его товарищи, последний из догоняющих резко дернул поводьями и умчался в сторону от дороги. Артем, не торопясь, убрал странный предмет за пазуху.

Девушка, оглянувшись, резко сбавила ход своей лошади и остановилась перед стоящим на дороге Дейком.

– Спасибо тебе, незнакомец, – прозвучал мелодичный голос.

Дейк, не отвечая ни слова, остолбенело пялился на всадницу.

– Ты что, немой? – на Яна сверкнули усмешкой голубые глаза из-под гривы разметавшихся золотисто-рыжих волос.

– Н-нет, моя госпожа, – наконец смог вымолвить Дейк, с трудом отводя взгляд от излучающих прямо-таки магическую привораживающую силу глаз.

– Кто ты? – повелительно спросила наездница.

– Ян Дейк, сын барона Иеронима Дейка.

– Так ты благородного происхождения? – удивилась девушка. – Кора Ли, дочь главы Златограда.

Она царственно протянула руку для поцелуя, и Дейк припал губами к изящной кисти, затянутой в тонкую белую перчатку.

– Откуда ты? – продолжила расспросы девушка.

Все еще не совсем оправившийся от того впечатления, которое произвела на него красота девушки, Ян молча махнул рукой в направлении гор, маячивших у них за спиной.

– Ты прошел перевалом Сторожевой башни? – недоверчиво спросила девушка. Ян молча кивнул.

– Но дорога через него закрыта уже лет десять, – не поверила девушка. – За это время не было ни одного путника с той стороны. И от нас никому не удалось пройти через этот перевал.

Ян все так же молча развел руками.

– Нет, – покачала головой Кора. – Ты положительно немой, хоть и произносишь иногда отдельные слова. Может, мне лучше расспросить твоих слуг?

Взгляд девушки устремился ему за спину. Только тут Ян вспомнил о своих спутниках. Повернувшись, он увидел, что Артем не терял времени даром и успел поймать двух лошадей, лишившихся всадников, а сейчас привязывал их неподалеку от коня Дейка.

– Хм, – к ним подходила Леда. – Это кого она назвала слугами?

– Вы ошибаетесь, уважаемая Кора, – повернулся к всаднице Дейк. – Это мои спутники и друзья.

– Ты путешествуешь без слуг? – удивилась девушка. – Или настолько беден, что не можешь позволить себе иметь слуг?

– Я не считаю себя бедным, – надменно вскинул подбородок Дейк, вспомнив, что он сын барона. – Что же касается слуги, то он погиб на той стороне перевала во время схватки с разбойниками.

– Извини, если ненароком оскорбила тебя, – усмехнулась девушка. – И твоих спутников, – тут она обменялась колким взглядом с Ледой, – но наши рыцари меньше чем с двумя слугами не выезжают из своих имений.

Ян не нашелся сразу, что ответить на слова девушки.

– Ничего, – раздался рядом голос Леды. – Мы не привыкли обижаться на издержки воспитания. Тем более что это иногда поправимо.

– Да как ты смеешь со мной так разговаривать? – вскипела всадница.

– Как? – с деланным изумлением распахнула свои глаза Леда. – Разве я сказала что-то не то?

– Леда, – к компании на дороге приблизился Артем, – кончай спектакль. Дейк, – обратился он к Яну, – представь нас даме.

Дейк, все еще пребывая в некой прострации, с изумлением наблюдал, как быстро и незаметно Артем погасил готовящийся вспыхнуть конфликт между двумя девушками.

Кора Ли, сойдя с лошади, разделила трапезу со своими нежданными спасителями, попутно шумно восторгаясь теми приключениями, через которые пришлось пройти Дейку и его спутникам.

Неожиданно на дороге показались новые всадники.

– Это опять за вами? – поинтересовался, поднимаясь, Артем.

– О нет, – произнесла, всматриваясь в подъезжающий отряд, Кора. – Это, как всегда вовремя, подоспела моя охрана.

Командующий отрядом офицер на ходу соскочил с коня и бросился к ногам девушки:

– Прошу простить меня, госпожа! Разбойники сумели связать наш отряд боем, но нам удалось пробиться!

– Представляю, как вы торопились! – саркастически усмехнулась Кора Ли. – Если бы не эти господа, меня уже давно тащили куда-нибудь на аркане!

– Скажите, что мы должны сделать, чтобы заслужить ваше прощение, – не поднимаясь с колен, произнес офицер.

– Ладно, – неожиданно смягчилась девушка. – Можешь встать. Надеюсь, в будущем ты более тщательно отнесешься к своим обязанностям.

– Баронет, – повернулась она к Дейку. – Еще раз благодарю за оказанную помощь.

Дейк торопливо вскочил и, галантно поддержав девушку под руку, проводил ее до лошади.

– Люди благородного происхождения предпочитают останавливаться в гостинице “Серебряная роза”, – произнесла дочь главы Златограда, уже сидя на коне. – Надеюсь еще увидеться с вами, – тут она бросила мимолетный взгляд в сторону Леды и Артема, – и вашими спутниками.

Леда

Артем отошел от окна, через которое созерцал открывавшуюся панораму, и с мрачным видом повалился на кровать.

Я с сочувствием наблюдала за своим мужчиной. Хотя, если честно сказать, и у меня настроение было не ахти какое. Пройти три мира за своей мечтой, вроде бы найти “город золотой” и очутиться там, где ничего не походило на город из песни, где все намного уступало моему родному городу.

Первое, что бросалось в глаза при въезде в Златоград, – это здоровенная крепостная стена, окружавшая город, и широкий ров со стоячей, затянутой ряской водой, от которой несло ужасной вонью. За крепостной стеной нас встретил такой же аромат. Сточные канавы здесь очищались, видимо, только естественным образом, в период дождей, которые, судя по полупустынной местности, окружавшей город, были довольно редки.

Все жилые строения теснились внутри крепостных стен. За стенами не было ни одной самой жалкой лачуги. А это говорило о том, что за стенами неспокойно, раз даже бедняки старались селиться в самом городе. Поэтому город начинался с хаотического нагромождения ветхих домов и лачуг, изрезанного узкими, прихотливо извивающимися улочками. Мы с трудом пробились через этот кишевший оборванными попрошайками и чумазыми детьми пояс бедности. Город располагался на большом пологом холме и, чем выше мы двигались, тем добротнее выглядели дома и приличнее была публика. Но запах, исходивший из сточных канав, ничем не уступал по своему богатству ароматов кварталу бедноты. Венчал все это людское поселение дворец на самой вершине холма, окруженный еще одной крепостной стеной. Купола дворца в лучах яркого солнца буквально исходили нестерпимым желтым светом.

– Эй! – окликнул одного из бегущих по улочке парней Артем. – Где находится гостиница “Серебряная роза”?

– Благородные путники хотят воспользоваться моими услугами по поиску гостиницы? – мгновенно сориентировался молодой парень с бурдюком за спиной, вопросительно глядя на нас.

Дейк, покопавшись в кошельке, швырнул ему медную монету.

– Но этого хватит только на полдороги, – улыбнулся паренек, мгновенно спрятавший монету где-то в складках одежды.

– Вторую половину получишь у гостиницы, – оборвал его Дейк, не сводивший глаз с белокаменного дворца на вершине холма.

“Наш попутчик, кажется, крепко увяз в голубых глазах дочки местного шишки” – долетела до меня мысль Артема.

“Как бы это не привело к нежелательным осложнениям”, – я тоже поделилась опасениями.

Действительно, после встречи на дороге, когда Артем и Дейк спасли надменную всадницу от преследователей, Дейка будто подменили. На вопросы, обращенные к нему, он отвечал невпопад, игнорировал общую беседу и все пытался пришпорить коня, чтобы быстрее попасть в уже видневшийся вдали город.

– Вот ваша гостиница, – бегущий впереди парень указал на трехэтажное каменное здание. Над входом на большой вывеске красовалось изображение розы серебряного цвета.

Дейк швырнул ему еще одну медную монету и спешился у коновязи. Мы последовали его примеру.

Оглянувшись, я увидела, что парень мнется поодаль, и подтолкнула локтем Артема, указывая на нашего провожатого.

– Тебе что, мало заплатили? – спросил его Артем.

– О, нет, – качнул головой парень, – просто я жду, не понадобятся ли еще мои услуги благородным господам-путешественникам.

– С чего ты взял, что нам понадобятся твои услуги?

– Может, вам захочется найти другую гостиницу…

– Почему?

– “Серебряная роза” – одна из самых дорогих гостиниц нашего города, – пояснил парень.

– Думаешь, мы не в состоянии оплатить проживание в этом месте? – улыбнулась я парню.

– Некоторые путешественники, побывав в этой гостинице, начинают искать какую-нибудь другую, – уклончиво ответил парень на мой вопрос.

– Мы не некоторые, – повернулся к нему Дейк, – и поселимся именно в этой гостинице.

Я с сожалеющим видом развела руками и отправилась за моими спутниками к входу.

– Если вам будет что-нибудь нужно, спросите Канда-водоноса, – крикнул нам вслед парнишка.

– Я беру за комнату золотой за десять дней, – нехотя проинформировал нас хозяин гостиницы, скользнув равнодушным взглядом по нашим пропыленным, потрепанным одеждам.

– Нам две комнаты, – облокотился на стойку Артем. – И какие еще услуги входят в оплату за проживание в этой дыре?

Хозяин “Серебряной розы” несколько оторопело взглянул на стоящего перед ним:

– Э-э… конюшня, питание…

– Так пошли слуг отвести наших лошадей в стойло и прикажи подать обед в номер, – Дейк бросил два золотых на стойку.

Я упаковала нашу долю наличности, собранную в ущелье, в два кожаных мешка и огляделась в поисках места, куда можно пристроить деньги.

– Задвинь их под кровать, – посоветовал вошедший в комнату Артем, вытирая мокрые волосы. В гостинице были специально отведенные места для водных процедур. На каждом из трех этажей. В одном конце коридора находилась комната для дам, где стояла большая бочка, наполняемая прислугой горячей водой. В противоположном конце коридора располагалась такая же комната для постояльцев мужского пола. Я с удовольствием смыла с себя грязь нашего странствия. Моему примеру последовали Артем и Дейк.

– Мы с Дейком проедем к ближайшему меняле и обменяем это серебро на золотые монеты, – Артем начал облачаться в дорожную одежду. – Иначе кому-то все время придется находиться в гостинице для охраны мешков. До идеи банков в этом мире еще не додумались, поэтому придется всю наличность постоянно носить с собой. Золото более компактно и займет немного места.

– Может, и мне с вами прокатиться? – спросила я у Артема.

– Да что ты будешь таскаться по этим вонючим улицам, – поморщился Артем. – Отдыхай с дороги. Мы быстро обернемся.

– Тогда я пока проверю, что готовят в местной харчевне, и закажу ужин, – решила я.

– Только, ради всего святого, не встревай ни в какие неприятности, – попросил Артем. – Я бы на твоем месте вообще не выходил из комнаты. Так меньше вероятности вляпаться в неожиданную проблему…

– Ты что, считаешь, я не в состоянии постоять за себя? – моему возмущению не было предела.

– Как раз я думаю, ты очень эффективно можешь это сделать, – возразил Артем. – Да так, что противная сторона окажется уязвленной до глубины души. А это опять же лишние проблемы…

И все-таки после отъезда Артема и Яна я решила сойти в зал на нижнем этаже. Меня глубоко оскорбила заботливая опека Артема. И даже не опека – какой женщине не нравится, когда о ней заботятся, а прямой намек на то, что мне лучше бы в его отсутствие никуда не высовывать нос. С этим я не могла согласиться.

Хозяин “Серебряной розы”, заметно подобревший после оплаты комнат, выскочил из-за стойки и проводил меня до дверей харчевни при гостинице.

Ассортимент блюд был довольно разнообразен. Я заказала жаркое из баранины, печеных перепелов, фруктовый салат и на десерт кофе, памятуя любовь Артема к этому напитку. Перебрав несколько сортов вин, я остановилась на терпком местном темно-красном напитке, вызвав своим выбором одобрительный кивок буфетчика. Столик я приказала накрыть у окна, выходящего на площадь перед гостиницей. В ожидании Артема и Дейка я опустилась на стул и, дегустируя вино, погрузилась в разворачивающуюся перед моими глазами жизнь незнакомого города.

Однако долго любоваться мирной городской жизнью мне не пришлось. На площади раздались вопли и ругань.

Развернувшись, я увидела, как какой-то пузатый мужчина в богато расшитом халате, с багровой от злости физиономией хлещет плеткой у коновязи оборванного паренька.

– Сын шакала и блудницы! – орал на всю площадь обладатель плетки. – Ты когда последний раз платил за воду?!

Паренек не отвечал вошедшему в раж багровомордому и только старался прикрыть лицо от хлестких ударов, прижимаясь к коновязи. Вокруг сразу же собралась любопытствующая толпа, но, хотя она и состояла в основном из таких же оборванцев, что и наказуемый, никто не торопился прийти на помощь пареньку.

– Твоя семья уже столько задолжала мне, выродок! – орал владелец какой-то непонятной для меня воды. – И ты еще смеешь таскать воду на продажу?!

– Я заплачу за воду, – впервые подал голос парень, уворачиваясь от очередного удара. – Отец заканчивает заказ, и мы расплатимся с долгами.

– Нет! – продолжал размахивать плеткой мужчина. – Ты заплатишь прямо сейчас! Взять его! – Он повернулся к двум мордоворотам.

– Пощадите! – взмолился парень. Он вцепился обеими руками в коновязь с такой силой, что два охранника-толстяка не могли оторвать его от нее.

– Пусть тебя кочевники щадят! – орал толстяк. – На рынок его! – скомандовал он охранникам. – На соляные рудники!

Приглядевшись повнимательнее, я узнала того шустрого паренька, что показал нам дорогу в “Серебряную розу”. Я огляделась. Буфетчик безучастно наблюдал из-за стойки разворачивающееся действо. Я спросила:

– В чем там дело?

– Оборванец задолжал за воду владельцу колодца.

– И чем ему это грозит?

– Продаст его хозяин воды караванщикам с соляных рудников.

– В рабство?

– Ну да.

– И что дальше? – поинтересовалась я.

– А ничего, из Степи еще никто не возвращался обратно.

– И в Златограде разрешают вот так продавать жителей?

– А что поделаешь? – рассудительно ответил буфет­чик. – Город перенаселен. Одним нищим больше, одним меньше. Власть уже давно смотрит на это сквозь пальцы.

К этому моменту дюжие охранники отодрали пальцы водоноса от коновязи и поволокли сопротивлявшегося парня через площадь. Мне вдруг стало жалко этого смышленого паренька, и я решила вмешаться в происходившие события.

– И не пытайтесь! – предостерег меня буфетчик, увидев, что я с решительным видом приподнялась из-за стола. – Оборванцу уже ничем не поможете, а с Абделем наживете себе неприятностей. Он целую улицу держит в должниках. И стража вся у него на откупе.

– Эй, почтеннейший! Абдель, кажется? Хозяин колодца, услышав свое имя, оглянулся.

– Сколько задолжал тебе этот парень? – Я шагнула из дверей гостиницы на площадь.

– Серебряную монету, – ответил Абдель. – И не только он, но и вся его семья, забери их оборотень!

– И что ты с ним собираешься делать?

– Продам на соляные рудники! – ответил толстяк. – Чтобы другим неповадно было тянуть с долгом.

– Но он же обещал расплатиться? – попыталась я остановить Абделя.

– Я сыт по горло их обещаниями! – Абдель бросил презрительный взгляд на мою скромную одежду. – Что тебе надо, женщина? Уж не хочешь ли ты выплатить долг этого нищего?

– Заплачу, если ты не согласен подождать.

– Так давай сюда! – он протянул вперед жирную лапу.

– Сейчас подъедет мой муж…

А-а! прошипел Абдель. – Так у тебя нет денег! Да ты такая же нищая, как и этот водонос! С дороги! Не мешай мне!

Он с угрожающим видом надвинулся на меня. Я вздохнула и, отступив от надвигающейся на меня туши владельца колодца, положила руку на рукоять клинка.

– Хватайте ее! – заорал Абдель, увидев мое движение. – Стража! Эта женщина угрожает мне!

Один из мордоворотов толстяка отпустил продолжавшего упираться из последних сил водоноса и двинулся ко мне. Я сделала шаг назад, поближе к стене. Хоть со спины никто не подойдет. Прав оказался все-таки Артем – нечего было высовываться из номера. Теперь я стояла перед дилеммой: или ретироваться обратно в гостиницу, оставив на произвол судьбы беднягу-водоноса, или схлестнуться с охранниками хозяина колодца. И дело даже не в том, что мне противостояли двое здоровенных мужчин. С ними обоими я без труда справилась бы. Такие качки привыкли изгаляться только над беззащитными людьми. Встретив настоящий отпор, они мгновенно исчезают. Вот только они не привыкли к отпору со стороны женщин. А значит, мне надо одного убить или покалечить. И здесь возникает не очень приятное продолжение второй части дилеммы: городские власти или уличная стража. Как они прореагируют на то, что приезжая покалечила слуг очень даже небедного, а посему уважаемого человека города? Неизвестно. Но и бросить начатое я уже не могла. Да и, в конце концов, Артему этот город активно не понравился. Нам в нем не жить, а одного хапугу я успею наказать. Я смотрела на приближающуюся ко мне ухмыляющуюся гору мускулов, заплывших от ничегонеделания жирком.

– Отдай оружие, девка! – произнес охранник, протягивая лапу ко мне. – Или я тебя сейчас раздену и выпорю кнутом у этой коновязи!

Собравшаяся толпа ротозеев встретила его слова одобрительным улюлюканьем. Я прижалась еще сильнее к стене.

Пожалуй, у хозяина колодца найдется немало добровольных помощников, если он соберется провести в жизнь озвученную его охранником идею. Я окинула взглядом сомкнувшихся в тесный круг прохожих. Единственное, что читалось в их глазах, – это похотливый интерес. Они с нетерпением ждали, когда охранник начнет стаскивать с меня одежду. Проход к гостинице уже был перекрыт уличным сбродом. Ну, что ж! Никто меня сюда не тянул, придется расплачиваться за содеянное.

– Ну?! – почти вплотную надвинулась на меня не омраченная интеллектом морда. – Ты долго еще будешь стоять?! Я тебя, пожалуй, накажу в любом случае!

Он осклабился, собираясь еще что-то сказать, но не успел. Я полоснула его клинком наискось по физиономии, удержав в последний момент руку. Иначе его кровь обрызгала бы жадную до зрелищ толпу. Охранник с диким воплем повалился на колени, прижимая руки к располосованному лицу. Сквозь пальцы потоком лила кровь, которую не помешало бы пускать этой твари регулярно. Иначе таких ничему не научишь. Я крутанула с угрожающим видом над головой клинком. Зеваки поспешно шарахнулись в стороны. Тут ко мне с ревом ринулся второй охранник, бросив водоноса и вскинув над головой внушительную дубину. Его крик слился с разочарованным гулом толпы, лишившейся так неожиданно лицезрения женского обнаженного тела.

Внезапно тональность вопящей толпы изменилась. Перед моими глазами возникла оскаленная конская морда. Я вскинула вверх глаза и увидела в седле Дейка, полуразвернувшегося к площади с угрожающим видом. Лошадь прикрывала мне весь обзор, а за ней, судя по визгу, события продолжали развиваться. Я шагнула чуть в сторону, и моим глазам предстала прекрасная картина. Второй охранник и сам Абдель валялись в грязи у коновязи. Рядом прикорнуло еще несколько зевак. Над ними стоял Артем, положив руку на рукоять меча.

– Ян, – обратилась я к сидящему на лошади. – Где вас так долго носило?

– Торговались с ростовщиком, – Дейк вытянул ножнами по спине одного из уличных бродяг. – Осади! Прибью!

– Дорогу! – раздался крик из переулка. – Разойдись! Что тут творится?

На площадь выступил, сверкая начищенными доспехами, отряд городской стражи. Повинуясь взмаху руки командира, стражники разделились на две половины. Часть принялась древками секир разгонять любопытных, вторая половина отряда охватила нас полукольцом, угрожающе ощетинившись оружием.

– Не двигаться! – рявкнул командир отряда, направляясь в нашу сторону. – Сдать оружие!

– Демон вас побери! – пробурчал Дейк, – Только этих не хватало!

– Кто такие?! – продолжал напирать начальник стражи на стоявшего ближе всех к нему Артема. – По какому праву устроили беспорядки?!

– Да мы ничего не устраивали, – развел руками Артем. – Эти хамы напали на женщину, – он кивнул на лежащих в пыли Абделя и его сторонников. – Вот и пришлось их привести в чувство.

– Разберемся! – стражник протянул руку. – Сдай меч, чужеземец!

– Но я не могу его сдать, – попробовал объясниться Артем. – Это не…

– Ты не понял?! – побагровел начальник стражи.

– Пожалуйста, – Артем, улыбнувшись, отстегнул перевязь и протянул клинок рукоятью вперед стражнику.

У того алчно блеснули глаза при виде камня в основании гарды, и он схватился за меч. Затем стражник испустил вопль, перекрывший, пожалуй, крики разгоняемой толпы, и отскочил от Артема, тряся занемевшей рукой.

– Я же предупреждал тебя, – пожал плечами Артем. – Это не простой меч. Ты все еще хочешь его забрать?

– Я заберу вас всех, иноземцы, – прошипел вне себя от злости начальник стражи. – И пусть маги из Серой башни разбираются с вами!

– А ты не боишься, что это может не понравиться Коре Ли? – спокойно спросил Артем.

– При чем здесь дочь Правителя? – нахмурился начальник стражи. – Как смеешь ты, оборванец, марать ее имя?! Взять их! – он обернулся к стоящим полукругом стражникам.

– Как знаешь! – Артем повесил невостребованную перевязь с мечом на плечо. – Только дочери Правителя будет не очень приятно узнать, что ее гостей повязала городская стража. Кстати, как твое имя?

Услышав его слова, стражники замялись, не решаясь выполнить приказ командира.

– Зачем тебе мое имя? – начальник стражи оглянулся на медливших подчиненных.

– Госпоже Ли, я думаю, непременно захочется узнать, кто так неучтиво обошелся с ее гостями, – пояснил Артем. Видя, что стражник в нерешительности, он добавил: – Мы действительно приезжие и могли не знать, что в вашем городе не разрешено защищать женщин от уличного хамья. Но если мы нарушили какие-то законы, то готовы уплатить штраф.

Он многозначительно звякнул кошельком у пояса. Натренированное ухо стражника сразу уловило мелодичный звон, но страх перед дочерью Правителя оказался сильнее.

– Все в порядке, – он сделал над собой усилие и вежливо улыбнулся Артему. – Можете идти. Вас проводить до гостиницы?

– Нет, – улыбнулся Артем. – Она у нас за спиной. Узнав, что мы поселились в одной из самых дорогих гостиниц города, начальник стражи подобрел еще больше.

– Тогда не смею задерживать, почтеннейшие, – он отвесил поклон и повернулся к подчиненным.

– Постойте, – взял его за рукав Артем. – Ваши доблестные воины, я вижу, обессилели от жажды. Надеюсь, вы их спасете.

Из руки Артема скользнул золотой, мгновенно исчезнувший в складках одежды стражника.

– О, – благоговейно произнес стражник, увидев золото. – Можете не сомневаться.

– И уберите с площади этих бродяг! – Артем указал на Абделя и его охрану. – Они портят весь вид из окон гостиницы.

Вот так не совсем приятно для меня закончилось первое знакомство со Златоградом. Мы возвращались в гостиницу, слыша за спиной возмущенные крики Абделя, которого поволокли с площади стражники.

– Как ты быстро поставил на место начальника стражи, – ошеломленно покачал головой Дейк, еще, видимо, не веря, что все благополучно закончилось.

– У меня богатый опыт общения со стражниками моего мира, – пожал плечами Артем.

– А если он узнает, что мы явились сами по себе?

– У кого? – ухмыльнулся Артем. – Спросит у Коры Ли? И потом, она же обещала увидеться с нами.

– Но не приглашала же? – не сдавался Дейк.

– Так пригласит, – Артем поглядел на Дейка. – Непременно пригласит. Не сомневайся.

– А если бы начальник стражи оказался верен долгу? – поинтересовалась я. – Или хотя бы подкармливающему его Абделю, с которым ты так неучтиво обошелся?

– Городская стража и верность долгу? – с сарказмом переспросил Артем. – Среди них, конечно, подавляющую часть составляют дураки, но не до такой степени, чтобы спутать долг со взяткой. Причем они всегда выбирают последнее. Сколько городов и стран ни пройди – это единственный закон, не имеющий исключений.

Кора Ли

Очередные смотрины, устроенные отцом и замаскированные под бал, были в самом разгаре. Кора оглядела собравшуюся публику. Все то же и все те же. Сынки владельцев рудников и руководители охраны этих же рудников, офицеры гарнизона, старейшины купеческих гильдий опять же со своими чадами… Как все это надоело! Одни и те же лица, одни и те же поросшие мхом от старости комплименты… Единственное, что привлекало взгляд, – это представители посольства Степи. На этот раз посольство было особенно пышное. В Златоград пожачовал сын самого верховного хана Степи Самед-хан. Отпрыск одного из самых могущественных хозяев мира решил посетить цивилизованные места. Отец предупредил Кору, что, по слухам, здоровье верховного хана в последнее время резко ухудшилось, попросил быть полюбезнее с его отпрыском. Не исключено, что следующее посольство могло прибыть уже от лица Самед-хана. Этот молодой человек надменного вида смотрел на находившуюся в зале приемов знать с таким скучающим и презрительным видом, что сразу вызывал вполне понятное раздражение. Тоже мне, великий хан выискался! С ложки еще есть не выучился, а уже туда же, в мировые правители метит.

Хуже всего было то, что этот степняк явно положил глаз на дочь Правителя Златограда. Еще как-то терпеть его присутствие из соображений высокой политики Кора была согласна, но выслушивать цветистые восточные комплименты ей быстро надоело.

В зале, правда, находился еще один молодой человек, который вызывал гораздо больший интерес у Коры. Это был баронет одного западного княжества, с которым Коре довелось познакомиться при несколько необычных обсто­ятельствах. Похоже, что ее красота сразила странствующего рыцаря наповал. Однако пока длилась официальная часть приема с представлением посольства Степи, Ян Дейк находился слишком далеко от Коры Ли, занимавшей место по правую руку от отца. Но все, даже самое занудное, имеет обыкновение когда-нибудь заканчиваться. Окончилось и представление “дорогих восточных гостей”. Карай Ли дал знак к открытию второй части приема – собственно бала. Грянул оркестр на балконе, и зал наполнился шелестом женских платьев и шарканьем подошв по навощенному паркету. У Правителя не придерживались правила, что бал должен непременно открываться торжественным чинным танцем с выстраиванием по ранжиру в зависимости от знатности и степени богатства присутствующих. И на приемы к главе Златограда собирались не только для соблюдения этикета. Молодежь города и гарнизонов с нетерпением ждала эти балы и всеми правдами и неправдами старалась в этот день попасть во дворец. Танцы затягивались далеко за полночь, а иногда и до утра. Старшее поколение тихо раъезжалось по домам, разбредалось по курительным кабинетам, а бальная зала оставалась в полном владении молодежи.

Слава Создателю, что наследник верховного хана не был обучен танцам. Кора Ли при первых же звуках музыки со вздохом облегчения оставила Самед-хана на попечение советника Лендла и скользнула с возвышения, где они сидели, в зал.

– Госпожа Ли, – попытался остановить ее Лендл. – Самед-хан хотел бы побеседовать с вами о Златограде…

– Ох, оставьте, Лендл, – отбилась Кора. – Разве может обычная, далекая от науки и государственных дел девушка составить конкуренцию такому светилу, как вы.

Кора давно не ладила с советником Лендлом. Последний, следуя своим представлениям о наследнице княжества, замучил Кору многочисленными советами и нравоучениями во время занятий, посвященных всему: от управления княжеством до магии. И ладно бы это были его личные убеждения. Кора быстро бы поставила на место зарвавшегося советника, у которого, по ее глубокому убеждению, поехала с возрастом крыша. Так этот надоедливый старикашка убедил и отца Коры в необходимости всестороннего образования его дочери и наследницы. А Карай Ли требовал от окружающих беспрекословного подчинения. Вот и пришлось Коре каждый день тратить часть своего времени на занятия с вечно недовольным ее успехами советником Лендлом.

Поэтому сейчас Кора не замедлила воспользоваться подвернувшимся случаем и повесила на надоевшего воспитателя этого надменного и напыщенного гостя с юга.

Кора двинулась через зал, игнорируя сыпавшиеся на нее со всех сторон приглашения к танцу, к скромно стоящему у стены Яну Дейку.

– Я вижу, вы получили мое приглашение, странствующий рыцарь, – улыбнулась она Дейку.

Тот молча склонился в глубоком поклоне.

– Вы так и не научились поддерживать беседу с дамой? – спросила Кора, насмешливо глядя на Яна.

– При виде вас, уважаемая Кора, я не нахожу слов, – произнес Дейк, глядя на дочь главы Златограда восторженными глазами.

– Я бы хотела извиниться за мой неподобающий тон там, на дороге, – произнесла девушка.

– Что вы, – ответил Дейк. – Я согласен на любой тон, лишь бы видеть вас.

– Однако к вам быстро возвращается дар речи, – усмехнулась Кора. – А как насчет танцев в западных княжествах? Входят ли они в воспитание будущих странствующих рыцарей?

– О да, – кивнул Дейк.

– Так приглашайте, – нетерпеливо топнула ножкой Кора. – Иначе сейчас вокруг соберется половина офицерского состава гарнизона, увидев, что я не танцую.

Дейк протянул чуть дрожащую руку, склонив голову в учтивом поклоне. Кора присела в реверансе и вложила узкую ладонь в ладонь Дейка. Ян, все еще не веря свалившейся на его голову удаче, обнял стройный стан девушки и закружился с ней в танце.

– Осторожней, – привел его в чувство голос Коры. – Мы сейчас чуть не столкнулись с одной из пар.

Дейк вынырнул из гипнотической глубины глаз девушки и уже более осторожно повел свою партнершу.

– Вы неплохо танцуете, – одобрительно кивнула девушка после того, как они сделали круг по залу. Дейк умудрился никого при этом не задеть, хотя ему постоянно приходилось делать усилие, чтобы вернуться в реальность.

– Так зачем вы пожаловали в наши края? – поинтересовалась девушка.

– Хотелось посмотреть на знаменитый Златоград, – ответил Дейк.

– Ну и как вам наш город?

– Гораздо большее впечатление произвели на меня вы, – ушел от ответа Дейк.

– Понимаю, – кивнула девушка. – Вас шокировала страшная скученность населения города и возникающие в связи с этим неудобства.

– В наших местах люди селятся более свободно, – осторожно ответил Дейк. – Мне не совсем понятно, что заставляет людей селиться в такой тесноте.

– Тут не сложно догадаться, – печально произнесла Кора. – Когда-то и наш город был чистым и свободным, а пространство между реками Гунт и Дашт самой плодородной и ухоженной частью Златоградья. Люди селились от перевала Сторожевой башни до Тихого озера… Сейчас же осталось несколько вымирающих деревень на юге – и все…

– Все дело в нечисти, появившейся в здешних местах? – догадался Дейк.

– Совершенно верно, – кивнула девушка. – Именно эти порождения тьмы и превратили некогда богатую страну в полупустыню.

– Но нам никто не попался по эту сторону перевала, – удивленно произнес Дейк. – Если не считать кучки разбойников, позволивших встретиться с вами…

– Вот они-то и являются сейчас основными жителями долины, – горько произнесла Леда. – А нормальные люди вынуждены тесниться на этом пятачке под защитой крепостных стен. Вы говорите, что никого не встретили здесь? – продолжила Кора после некоторой паузы. – Тогда, считайте, вам крупно повезло. У нас даже торговые караваны на юг напоминают армию в походе. Так велика бывает охрана.

– Все настолько плохо?

– Нам еле хватает охраны для защиты рудников и стен города, – ответила девушка. – И то, если бы не магия, город вряд ли бы устоял перед натиском нечисти.

– Но что мешает вашим магам организовать защиту Междуречья? – осторожно поинтересовался Дейк. – Это бы решило проблему перенаселения…

– Не думайте, что вы один такой умный, – поморщилась девушка. – Нашим магам еле хватает сил на защиту города.

– А как же разбойники? – спросил Ян. – Они смогли договориться с нечистью?

– Не знаю, – пожала плечами Кора. – Может, и договорились… Во всяком случае, это не городские жители.

– Чем же они промышляют в этой пустынной местности? – удивился Дейк.

– Грабят караваны, ловят зазевавшихся или неосторожных путников.

– А потом?

– Что потом? – не поняла девушка.

– Куда они сбывают добычу и пленников?

– Увозят на юг. Степи постоянно нужны новые рабы. А добычу сбывают в городах Морского братства – Левите или Штале. Рабов же везут на самый юг, в Дзен. Там большой невольничий рынок, и оттуда ведут караванные пути на соляные рудники кочевников и в столицу Степи.

– А как же…

– Уважаемый странствующий рыцарь, – девушка встряхнула золотистыми волосами и улыбнулась. – Вы совсем замучили меня своими расспросами. Отведите меня на воздух и принесите что-нибудь прохладительного.

– С удовольствием, – Дейк предложил руку своей партнерше и повел ее под стихающую музыку к выходу.

На балконе, охватившем полукружьем танцевальный зал, шепталось несколько парочек. Кора подошла к одному из пустующих шезлонгов и устало опустилась в его уютную глубину.

– Поторопитесь, – попросила она своего спутника. – В горле совсем пересохло.

Кора с улыбкой проводила взглядом умчавшегося к буфету симпатичного увальня из западных княжеств. Ясно, там основное внимание уделяют боевой подготовке дворян. Иначе бы баронет не добрался до этих мест, да еще такой опасной дорогой. Но кто бы знал, скольких трудов стоило удержать его в танце, чтобы не отдавить ноги половине танцующих.

Слава Создателю, Самед-хан, кажется, не успел заметить, куда исчезла дочка главы Златограда со своим кава­лером. Иначе уже появился бы на балконе. Одна надежда – Лендл заговорит его до умопомрачения. Или он Лендла. Подошел бы любой результат. Очередной кандидат в женихи совершенно не устраивал Кору. Всю жизнь прожить в шатре на положении рабыни… Отец явно переборщил. Девушка решила не соглашаться на такой альянс ни в коем случае. И не обращать внимания ни на рассуждения о высокой политике, ни на мольбы о спасении народа Златограда. Да и предполагаемое будущее объединение Златограда со Степью, если отец всерьез задумал этот шаг, вряд ли решит проблемы города-крепости.

– Прошу вас, – Дейк с поклоном протянул фужер с прохладительным, отвлекая девушку от тягостных мыслей.

“Нет, – решила для себя Кора, – если меня будут толкать на такой вариант, клянусь Создателем, сбегу из Златограда. Вот хотя бы с этим симпатичным бродячим рыцарем”.

Ян Дейк. Разговор

– Садитесь, – глава Златограда указал на одно из кресел у камина. – Надеюсь, здесь нам не помешают.

Дейк осторожно осмотрелся, устраиваясь в кресле. В комнате не было больше никого. Хотя нельзя было гарантировать, что за многочисленными драпировками, покрывающими стены, нет охраны.

Карай Ли опустился в противоположное кресло и принялся набивать табаком трубку, поглядывая чуть раскосыми глазами на гостя.

– Итак, – он раскурил трубку и окутался облаком дыма, – вы пожаловали к нам из северных земель?

– Совершенно верно, – согласился Дейк.

– И, как я слышал, прямо через перевал Сторожевой башни? – продолжал свои расспросы Карай Ли. Дейк утвердительно кивнул.

– Вы отважный путешественник, – одобрительно произнес глава Златограда. – Этой дорогой давно уже не осмеливаются ходить купеческие обозы.

Дейк молча пожал плечами, решив особенно не распространяться о своем переходе.

– Тяжело пришлось?

– Всякое бывало, – неопределенно ответил Ян, прислушиваясь к музыке, доносящейся из соседнего зала. – Извините, но Кора приглашала меня на следующий танец…

– Подождет, – поморщился Карай Ли. – Тем более разговор пойдет о моей дочери и о вас.

– Я вас слушаю, – внутренне подобрался Дейк.

– Сначала я бы хотел закончить с вами, – продолжил Карай Ли. – После этого мы перейдем к следующей части нашей беседы… Если, конечно, придем к соглашению. Насколько я информирован, – не дождавшись какой-либо реакции от Дейка, продолжил он, – вы – младший сын барона?

– Вас правильно информировали, – подтвердил его слова Дейк, уже понявший, в каком направлении пойдет дальнейший разговор.

– И соответственно, майорат остается в руках одного из ваших старших братьев, – кивнул Карай Ли.

– Вы правы.

– Сколько у вашего батюшки сыновей?

– Трое, – коротко ответил Дейк.

– И вы последний?

– Да.

– Братья ваши находятся в добром здравии?

– Они абсолютно здоровы.

– Следовательно, ваши шансы на наследство практически равны нулю, – подвел черту под своими расспросами глава Златограда.

– Я не нуждаюсь в наследстве, – надменно заявил Дейк. – И сам могу заработать себе на жизнь.

– Ну-ну, – как-то ехидно заметил Карай Ли. – И много вы заработали в своих скитаниях?

– Достаточно, чтобы не нищенствовать и вести существование, достойное человека благородного происхождения, – все так же надменно ответил Дейк. – Ваши расспросы имеют оскорбительный оттенок, и я бы не потерпел их от вас, не будь вы отцом Коры…

– Спокойно, молодой человек! – Отец Коры неожиданно куда-то пропал, и перед Дейком сидел действительно глава одного из самых богатых городов мира. – Теперь мы перейдем, как я и пообещал, ко второй части нашей беседы.

Он замолчал, выжидательно глядя на сидящего перед ним молодого человека. Увидев, что Дейк успокоился, он продолжил:

– Я не сомневаюсь, что вы в состоянии заработать себе на жизнь, но молодость не вечна, скоро в ваших услугах наемника перестанут нуждаться.

– Я и не собираюсь всю жизнь продавать свой меч…

– Но максимум, чего вы можете достигнуть, это пост начальника гарнизона, и я не уверен, что это не будет гарнизон где-нибудь у черта на куличках… Я еще не закончил, – Карай Ли вскинул руку, прерывая пытавшегося возразить Дейка. – Я бы хотел предложить вам выполнить одно поручение, после чего вам уже не придется махать мечом ради пропитания.

– С чего вы взяли, что я соглашусь на ваше поручение?

– Это в ваших интересах, – усмехнулся Карай Ли. – У меня нет, к сожалению, наследников мужского пола. Создатель послал мне одну дочь. Так вот, после выполнения поручения я не буду возражать против тех знаков внимания, которые вы оказываете Коре.

– Это обязательное условие?

– Да, – непреклонным тоном заявил глава Златограда. – Если мы не придем к соглашению, я бы просил вас покинуть Златоград.

– Даже так… – протянул Дейк.

– Вот именно, – кивнул Карай Ли. – И никогда не появляться в здешних местах. Иначе вас могут ждать большие неприятности.

– А вам это не напоминает базар? – осторожно поинтересовался Дейк.

– В том смысле, что я пытаюсь продать вам свою собственную дочь? – уточнил Карай Ли. Дейк кивнул.

– Ни в коей мере, – качнул головой глава Златограда. – Дело в том, что рано или поздно мне придется выдавать свою дочь замуж… И мне бы хотелось, чтобы моим внукам достался в наследство богатый, красивый город, который бы окружала такая же земля…

– Но ваш город и так один из самых богатых в мире…

– Это может очень скоро закончиться, – возразил глава Златограда.

– Каким образом? – удивился Дейк.

– Вы прибыли сюда с запада и видели эту таинственную Дорогу? – Карай Ли взглянул на Дейка. – Так вот именно о ней я и хотел с вами поговорить…

Абдель Хазри

Владелец колодца тяжело поднимался по скрипучей лестнице, кое-как освещенной чадящими светильниками. Абдель чувствовал себя несколько неуверенно без уже ставших привычными телохранителей, обычно маячивших за спиной. Хотя недавние события на площади у “Серебряной розы” показали, что от этих идиотов, картинно играющих мускулами, мало проку. Они могли испугать обычного горожанина и великолепно выполняли свою функцию устрашающих пугал, когда надо было собирать плату за воду, но против чужеземцев оказались бессильны. Абдель скрипнул зубами, переживая свой позор на виду у огромной толпы горожан. Он не сомневался, что среди зевак было немало тех, с кого регулярно взималась плата за пользование его колодцем. А если даже и не было, найдутся доброжелатели, да что там найдутся, уже нашлись, и вся улица будет потешаться над недавним негласным владыкой. Для восстановления пошатнувшейся репутации срочно требовались решительные действия. Поэтому и оказался Абдель Хазри в этот полночный час в стенах таверны “Пьяный мельник”. Честно говоря, мельниками, да еще пьяными, здесь давно уже не пахло. Добропорядочные горожане обходили таверну стороной. Однако хозяин этого питейного заведения отнюдь не бедствовал. Часть населения Златограда, ведущая преимущественно ночной образ жизни и избегающая попадаться на глаза даже насквозь продажной городской страже, облюбовала это некогда приличное заведение. Здесь заключались сделки самого сомнительного характера, принимались заказы на любое дело, которое нельзя было провернуть законным путем, вплоть до устранения нежелательного конкурента. Сюда же поступала большая часть краденого. А во главе всего этого предприятия стоял Кривой Чико. Никто не знал ни его настоящего имени, ни места рождения. Но зато было доподлинно известно, что этот человек не гнушался любой работы, лишь бы у заказчика хватило денег на оплату заказа. Ходили слухи, что большинство прирезанных на улицах, дома или в постели у любовниц купцов – его рук дело. Попадались еще упрямые торговцы, не желавшие делиться выручкой. Так рассказывали. Правда это или нет – знал, видимо, один Чико, но он не имел обыкновения распускать язык, а увлекшимся рассказчикам быстро укорачивал его. Поэтому про Кривого Чико предпочитали говорить шепотом. И то предварительно оглянувшись по сторонам, не дай Создатель, кто еще услышит.

К этому-то человеку и держал свой путь Абдель – хозяин воды. До сих пор их дороги пересеклись только раз, когда Кривой Чико, только всплывший с городского дна, предложил покровительство владельцу колодца. Но тогда они не сошлись в цене, и Абдель с негодованием отверг предложение никому не известного выскочки. В то время он считал, что ему всегда поможет городская стража, получавшая у Абделя жалованье. И, как оказалось, зря он так считал. Начальник патруля не только не арестовал наглых чужеземцев, но еще и буквально вышвырнул Абделя Хазри вместе с его покалеченными телохранителями с площади. Хотя тут свою роль сыграло и имя дочери главы Златограда, так вовремя оброненное одним из приезжих. Вот и пришлось переступить через гордость и идти на поклон не к грабителям, прикрывающимся мундирами стражи, а к тому, кто никогда и не скрывал своей сущности.

Абдель постоял перед закрытой дверью и, вздохнув, стукнул три раза. Заскрипели петли, появился серый невзрачный человечек. Внимательно оглядев посетителя, он спросил:

– Хазри Абдель? Владелец колодца? Дождавшись утвердительного кивка, он посторонился, открывая проход в комнату:

– Проходите, уважаемый, хозяин занят, но сейчас вас примет. Только будьте предельно кратки в изложении своей просьбы.

Скривившись от этих слов, Хазри прошествовал в комнату. Оглядевшись, он увидел у дальней стены возвышение с беспорядочно разбросанными подушками и стоящим перед ним небольшим столиком. По ближнюю к Абделю сторону на полу был постелен довольно затасканный коврик. Больше ничего в комнате не было, если не считать еще одного такого же неприметного человечка, застывшего у противоположной двери.

– Присаживайтесь, – повел рукой в сторону одинокого коврика встретивший владельца колодца человек. Увидев презрительно скривившиеся губы Хазри, он добавил:

– Не гнушайтесь. Тут сиживали люди несравненно более высокого положения, чем вы.

С этими словами он отошел к входным дверям и замер, скрестив на груди руки. Абдель Хазри кряхтя умостился на тонком коврике и уставился на противоположную дверь. В комнате наступила тишина, прерываемая лишь потрескиванием горящего масла в светильниках. Наконец, когда владелец колодца, кипя в душе от затянувшегося сверх всякой меры ожидания, решился покинуть негостеприимную таверну, скрипнула дверь и в комнате появился Кривой Чико. Хозяин таверны взгромоздился на ворох подушек по другую сторону столика и выжидающе уставился целым глазом на Хазри. Вторую глазницу таинственного хозяина работников ночи пересекал уродливый шрам. Кто-то хорошо приложился к физиономии Кривого Чико, принудив того до самой смерти созерцать мир с некоторым ущербом.

– Э-э, – начал Абдель, видя, что Чико упорно молчит. – У меня такое дело…

– Я знаю, что с тобой произошло, – оборвал пояснения хозяин “Пьяного мельника”. – Что ты хочешь от меня?

– Я бы хотел наказать семью водоноса и чужеземца, вступившегося за него.

– Так наказывай, – усмехнулся Чико. – У тебя же в распоряжении городская стража.

– Они отказываются мне помочь, – пробормотал побагровевший от стыда и злости Хазри.

– А твои телохранители? – все так же издевательски улыбаясь, продолжил Чико.

– Они нездоровы.

– Что? Больны? – участливо наклонился к Абделю Чико.

– Нет, – сквозь зубы произнес Хазри. – Ранены.

– Я слышал, они не смогли справиться с одной женщиной? – изумленно приподняв брови, продолжил допрос Чико. – Где же ты отыскал таких бравых воинов, Абдель?

– Сейчас разговор не о них, – набычившись, произнес хозяин колодца.

– Как бы не так, – покачал головой Чико. – Как раз о них. Если бы ты в свое время не отказался от моего покровительства, такого конфуза на городской площади не произошло бы.

– Посмотрел бы я, как твои хиляки справились с мужем этой женщины, – Абдель бросил презрительный взгляд на невзрачных телохранителей Чико, невозмутимо застывших у дверей.

– Один такой хиляк, как ты выразился, – засмеялся Чико – попадает метательным ножом за пятьдесят шагов в глаз противнику. А другой зарежет тебя вязальной спицей в толпе так, что никто из окружающих не поймет, что же случилось с некогда почтеннейшим хозяином колодца.

– Так ты возьмешься за мое дело? – спросил Хазри, отметив про себя слова о “некогда почтеннейшем”.

– Ты никогда не задумывался, почему я не настаивал на некогда сделанном тебе предложении? – игнорируя вопрос Хазри, задумчиво спросил Чико.

– Н-нет, – владельцу колодца вдруг стало неуютно от слов сидящего перед ним человека.

– Просто ты у меня был первым, – пояснил Чико. – И я поклялся себе, что дождусь момента, когда этот человек приползет ко мне сам. Другим упрямцам в отличие от тебя повезло гораздо меньше.

– Да я… – попробовал вскочить Хазри.

– Сиди, торгаш! – презрительно бросил Чико.

И Абдель почувствовал стальную руку невзрачного провожатого на своем плече, с неожиданной силой пригвоздившую его к полу.

– А теперь поговорим, во что тебе обойдется моя услуга, – кривая улыбка на изуродованном лице хозяина “Пьяного мельника” не предвещала ничего хорошего.

Артем

Опять, как и некоторое время назад, я стоял перед вы­бором. Хотя выбирать особо было не из чего. Мир, в который нас занесло, ничуть не походил на мою мечту. Какое-то средневековое захолустье на краю таинственной Дороги. Дороги с большой буквы, ни больше, ни меньше. И что она собой представляла – никто не мог толком объяснить. Даже мой ночной знакомец див Хайрулла. Хотя он и утверждал, что по Дороге можно дойти до любого мира. Сам вот только почему-то предпочел жить среди ламий, а не отправиться по Дороге.

И этот Златоград… Вонючий, переполненный жителями город, живущий за счет того, что глава Златоградья контролировал находящиеся неподалеку от города золотые и железные рудники. Сельского хозяйства в этой местности практически не существовало, провизия доставлялась в основном караванами, приходящими с юга. Начнись завтра какие-нибудь военные действия между ханствами и западными княжествами или между ханствами и Златоградом, и самое богатое княжество прикажет долго жить. Ни одно государственное образование, как бы оно ни было развито и богато, не сможет выдержать элементарной блокады, если нет аграрной базы. А здесь надо было лишь перерезать несколько караванных путей, и все. Златоградье – золотой голем на глиняных ногах, рухнет буквально за год. Северный путь через перевал Сторожевой башни не функционирует, кобольды, я думаю, людей кормить не будут. Да и они не уделяли никогда достаточного внимания сельскому хозяйству. Так, самое необходимое для прокорма своих. Главным у кобольдов всегда был экспорт изделий, а не сельхозпродукции.

Почему глава Златоградья был так недальновиден в отношении продовольственной базы – непонятно. Практически все население было сосредоточено в главном городе и в нескольких второстепенных районах золотодобычи и на железных рудниках.

Хоть в этой полупустынной местности, окружавшей Златоград, много не вырастишь, но все же… Существует и поливное земледелие… Я не думаю, что здесь не дошли до такого способа ведения хозяйства. И если от этого зависит выживание, можно, в конце концов, набрать наемников для охраны полей…

Но это все так, попутные мысли… Я не собирался устраиваться к здешнему Правителю советником по экономическим вопросам. Пусть сам решает свои проблемы.

Передо мной же стояла в данный момент одна проблема, но какая… Станция переноса не функционировала, значит, просто так выбраться из этого захолустья, раздираемого конфликтами между неизвестно откуда появляющейся нечистью и людьми, было невозможно. Участвовать в местных военных столкновениях не хотелось. Одно дело, если сильное княжество укрепляет свои границы. Происходят локальные войны, но потом соседствующие правители понимают, что решение спорных вопросов мирным путем – гораздо более продуктивный и экономичный способ сосуществования, чем военные столкновения. Здесь же, судя по всему, основные военные действия разворачиваются против нечисти. С ней вряд ли кто сумеет договориться. Останься мы тут с Ледой, и мне придется всю оставшуюся жизнь махать мечом. Что меня ни в коей мере не устраивало.

Утверждения Закрана, что я какой-то там Странник и при желании могу без проблем путешествовать из мира в мир, так и остаются на его совести. Я у себя такой особенности пока не обнаружил. А может, она проявляется в мирах, где функционируют станции переноса… кто знает? Вот и Леда утверждала, что чувствовала окна из других миров еще на Земле, но здесь – увы… не только окна, но даже самой малой щели ей так и не удалось засечь. Вот уж действительно, не просто захолустье, но какое-то наглухо закрытое захолустье.

Есть, правда, еще один вариант, только он сильно отдает гнильцой. Помочь нашему попутчику Дейку. Вернее, не помочь, а отправиться с ним в поход. Хотя этот поход напоминает мне наши сказки. Поручение типа “пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что”. А дальше все будет так хорошо и прекрасно, что просто дух захватывает.

Знаем, проходили… Вы напрягитесь немного, товарищи, и настанет светлое будущее. Вот только напрягаться приходилось каждый раз не тем, кто обещал это будущее, а другим. Обещающие же устраивались на период этих временных трудностей в наиболее на тот момент комфортном месте и с максимальными удобствами, отводя себе роль наблюдающей и направляющей составляющей успеха. Ну и, соответственно, в случае достижения искомой цели, распределителей свалившихся благ. А как же иначе? Быдло – оно и в светлом будущем быдло. Без мудрого управления не поймет, что очутилось в раю.

Я бы еще согласился с данной постановкой вопроса, если бы указующие на выход из тупика шли впереди и с развернутым знаменем. Однако этого почему-то никогда не наблюдалось. Разве только в наше, земное Средневековье, когда правитель бился в первых рядах своего войска или ополчения.

Ну, а позже появились благословляющие крестом, полумесяцем или кодексом строителя коммунизма на тяжкий труд. Эта хорошо пьющая и жрущая когорта словоблудов ни в коей мере не была заинтересована в частой смене руководителя. В первых рядах, знаете ли, очень большой процент потерь… А новая метла, в смысле – хозяин, еще неизвестно, как повернет. Вот и отодвинулось постепенно руководство в стратегически важные тылы на заранее подготовленные позиции. Оттуда руководить и направлять гораздо удобнее. Быдлом-то.

Рядом заворочалась Леда, отрывая меня от ночных мыслей, и сонным голосом спросила:

– Ты собираешься сегодня спать? Или так и будешь терзаться размышлениями о несправедливом устройстве мира?

– Что-то сон меня покинул этой ночью, – я приподнялся на локте и посмотрел на свою любимую. – Не знаю, как дальше поступить.

– А я знаю, – вдруг заявила Леда.

– Да ну?! – удивился я.

– Ты же себе потом места не найдешь, если не попытаешься помочь нашему рыцарю. Даже если он сейчас очутился в положении марионетки.

– Ты так в этом уверена? Я почему-то не испытываю такого всепоглощающего желания попахать во славу здешнего главы города. Тем более что все это напоминает банальную мышеловку.

– Уверена, – категорично заявила Леда. – Дело-то тут не в главе, а в Дейке. Он очутился в таком положении, и не важно, кто его туда загнал.

– Может быть, ты и права, – согласился я. – Хоть все во мне и противится такому развитию событий с плохо прогнозируемым концом, но если я не предложу сейчас своей помощи Дейку, то действительно буду чувствовать себя подлецом.

– Так за чем же дело стало? – Леда подвинулась поближе и обвила меня руками. – Я думаю, он будет рад твоему предложению.

– Меня только одно останавливает, – я с трудом вынырнул из ее желанного, благоухающего плена. – Как я смогу оставить тебя здесь одну…

– А с чего ты решил, что я останусь одна? – промурлыкала Леда, еще теснее прижимаясь ко мне. – И вообще останусь?

– Не понял, – я отодвинулся от Леды.

– А что тут понимать, – улыбнулась она. – Куда ты, туда и я.

– Ну, это резко меняет положение дел, – ее слова окатили меня ушатом холодной воды. – Плевал я и на Дейка, и на его проблемы. Я не могу подвергать тебя риску этого путешествия.

– Можешь, можешь, – Леда была непробиваема. – Все равно нам надо выбираться из этих краев. Я же вижу, они тебя совершенно не устраивают. Поход Дейка – это наш шанс.

– Ну почему? Мы можем просто уйти по Дороге…

– И куда мы попадем? – возразила Леда. – Да даже очутись мы в мире нашей знакомой драконессы, не все там могут оказаться такими же покладистыми, как наша красавица. А если мы случайно попадем в мир, откуда сюда прет вся эта нечисть? Вот тогда я посмотрю, если успею, конечно, как ты оценишь наши шансы.

– Но почему ты считаешь, что путешествие с Дейком окажется более безопасным?

– По поводу оценки опасности или безопасности я ничего не скажу, но в конце пути может оказаться еще одна станция переноса, а это более предпочтительно, чем двигаться по Дороге в абсолютную неизвестность.

– Станция? – скептически переспросил я. – Что же мы ее тогда не чувствуем? Ну, я – ладно… Но ты-то должна бы ощутить ее присутствие.

– А может, этому как раз и мешает то, что послужило причиной путешествия Дейка?

– Не знаю… Возможно, ты и права.

– Конечно, права, – безапелляционно заявила Леда. – Я всегда права. А сейчас ты узнаешь еще кое-что… Она загадочно улыбнулась.

– Что? Ну, не томи же!

– Так ты признаешь, что я не бываю неправой?

– Признаю, признаю!

– Раз тебя мучает бессонница, – лукаво блеснула глазами Леда, – я считаю, мы можем более продуктивно использовать эту чудную ночь…

Дейк, открывший мне дверь своего номера, был мрачнее грозовой тучи. Ни слова не говоря, он плюхнулся на смятую постель и поднес ко рту раскупоренную бутылку. Около стола валялась пара уже опорожненных бутылок, а рядом с Дейком стояли еще нетронутые три с живительной влагой перебродившего винограда. Я молча выбрал одну, открыл и попро­бовал. Букет белого легкого вина был выше всяких похвал.

– Где ты разжился этим вином? – спросил я у хмурого обитателя комнаты.

– Прислали из дворца правителя, – ответил Дейк.

– О-о, – протянул я. – Ты уже настолько близок к местной элите, что имеешь доступ к погребам самого Карай Ли. Никак, он сменил гнев на милость?

– Ага, держи карман шире, – посмотрел на меня Дейк. – Он посоветовал не затягивать с отъездом.

– Выдавливает из города? – посочувствовал я.

– Он объясняет это тем, что посольство Степи отбывает домой через три дня, а мне желательно обогнать наследника хана.

– Не лучше ли было двинуться в путь вместе со степняками? Все равно столицы Степи не миновать. Нужен пропуск хана для проезда через его земли.

– Да, – согласился со мной Дейк. – Если обходить закрытые для людей земли кобольдов, то остается один путь – на юг к городам Морского братства, а там с одним из купеческих караванов в главную ставку хана за пропуском.

– И что мешает двинуться вместе с посольством хана?

– Самед-хан почему-то невзлюбил меня, – признался Дейк. – Еще с того самого бала… Видимо, у него какие-то далеко идущие планы в отношении Коры, а она его терпеть не может…

– Ну и что?

– И старается всячески выказать свое благорасположение ко мне. Особенно когда Самед-хан находится в пределах прямой видимости.

– Понятно… Так что ты решил?

– А у меня разве есть выбор? – пробубнил Дейк. – Придется ехать на восток…

– Одному? – уточнил я.

– А кто еще согласится на эту авантюру? – угрюмо усмехнулся Дейк. – Я пока не встретил здесь сумасшедших до такой степени.

– Один из них перед тобой.

– Как?! – изумленно уставился на меня Дейк. – Ты согласен ехать со мной?! В неизвестность?!

– И не только я, но и Леда.

Дейк вскочил с кровати и взволнованно прошелся по комнате.

– Но что вас заставляет идти на это? – Он остановился передо мной

– Как бы тебе это покороче объяснить. – Я в затруднении почесал затылок. – Помнишь того таинственного старика с перевала Сторожевой башни? Он еще пытался убедить тебя в множественности миров?

Дейк молча кивнул.

– Так вот, как ты уже, наверное, догадался, мы с Ледой попали к вам из другого мира и не можем выбраться отсюда. Я считаю, что из того места, куда посылает тебя Карай Ли, есть выход. Поэтому-то мы и поедем с тобой.

Леда

Понежиться в постели мне не пришлось. Стоило Артему покинуть комнату, как в коридоре послышались чьи-то торопливые шаги и раздался стук в дверь. Проклиная местные порядки, я торопливо накинула одежду и, задув светильник, скользнула к дверному проему.

– Кто там?

– Госпожа, – раздался за дверью взволнованный голос. – Можно увидеть вашего мужа?

– В чем дело? – я встала за косяком, чтобы не получить арбалетным болтом сквозь дверь. – Кому он понадобился среди ночи?

– Я отец человека, спасенного им сегодня на площади, – ответил незнакомец за дверью.

– Как ты пробрался в гостиницу мимо стражи? – продолжила я допрос через закрытую дверь.

– Здесь работает один мой дальний родственник. Он провел меня через черный ход.

– С какой стати я должна верить тебе? – Мне очень не хотелось открывать дверь этому неизвестному ночному визитеру, хотя и было понятно, что, заинтересуйся кто-то нами всерьез, хлипкая дверь номера вряд ли остановит незваных гостей.

– Умоляю, – прошептал за дверью голос, – позовите своего мужа.

– Да зачем он тебе понадобился в это неурочное время? – Я прислушалась к взволнованному дыханию за дверью. – Если твой сын попал еще в какую-нибудь историю, обращайся к городской страже. Мы не нанимались к нему телохранителями.

– Его похитили, – почти простонал за дверью невидимый собеседник. – И жизнь моего сына зависит от того, примет меня ваш муж или нет.

Я стояла в сомнении. Уж больно подозрительным был этот ночной визит. Как назло, Артем ушел к Дейку. Прислушавшись, я не уловила за дверью больше никакого движения. Похоже, этот человек действительно пришел один. И, судя по голосу, с его сыном действительно случилась какая-то беда. Проклиная себя за вмешательство в свару на площади, я отодвинула кончиком меча щеколду на двери.

– Входи. Но если ты задумал какую-нибудь пакость, восхода солнца тебе не увидеть.

Дверь со скрипом отворилась, в комнату робко вошел изможденного вида мужчина неопределенных лет.

– Закрой дверь, – скомандовала ему я, все еще прижимаясь к косяку.

– Сейчас, сейчас, – торопливо кивнул мужчина, испуганно косясь на светящееся в полумраке лезвие меча. Он задвинул щеколду и замер, искоса глядя на меня.

– Можешь повернуться, – я толкнула ногой в его сторону стул. – Садись.

Контролируя каждое движение гостя, я прислушалась. В коридоре царила тишина. Шагнув к окну, я внимательным взглядом окинула площадь. Там не было ничего подозрительного. Лишь ночной охранник неторопливо прохаживался перед дверями гостиницы.

– Ну, рассказывай, – кивнула я посетителю, терпеливо сидящему на стуле. – Во что на этот раз вляпался твой сын? И почему ты считаешь, что мой муж бросится ему на помощь?

– Его похитили, – мужчина в волнении стиснул руки на коленях.

– И что? – усмехнулась я. – Мы должны его найти? Неужели ты думаешь, что нам больше нечем заняться?

– Можно мне поговорить с вашим мужем? – умоляюще уставился на меня ночной визитер.

– А чем тебя не устраиваю я? – Я уже жалела, что впустила этого мужчину в номер. Чувствовалось, его визит принесет нам еще один ворох трудноразрешимых проблем.

– Я бы хотел поговорить с ним лично.

– Рассказывай или проваливай отсюда, – я поймала его взгляд. – Ну?!

Его разум оказался абсолютно не подготовленным к моей мысленной атаке и почти моментально сдался.

– Вечером мой сын не вернулся домой, – начал свой рассказ мужчина, отрешенно глядя в мои глаза. – А когда стемнело, нам нанесла визит одна из ночных крыс…

– Кто? – не поняла я.

– Ночная крыса, – повторил мужчина.

– Почему ночная? Крысы днем тоже попадаются. Особенно их много в этом городе. И с чего ты решил – раз у тебя побывала дома крыса, с сыном что-то произошло?

– Вы не поняли, госпожа. Это не просто крыса. Так у нас называют тех, кто живет за счет разбоев и краж…

– Теперь понятно, – кивнула я. – И что она потребовала? Выкуп?

Мужчина молча кивнул.

– Все равно остается одна неясность. – Я продолжала держать сознание посетителя под контролем, но он, похоже, не собирался лгать. – Какой выкуп можно получить с такой бедной семьи, как ваша? Или ты решил – раз мы один раз спасли от неприятности твоего сына, то будем так поступать и впредь?

– Нет, – покачал головой мужчина. – Я знал, что моего сына спасли днем чужеземцы, но не больше. Он не сказал мне, кто это был.

– Тогда как же ты нашел нас? – Мое недоумение росло. – Или мы единственные приезжие в этой гостинице?

– Но я не собирался искать вас, – отрицательно покачал головой ночной гость. – Мне приказали это сделать.

– Кто?

– Ночная крыса.

– Она-то какое отношение имеет к нам? – удивилась я. – Мы не то что ночных, еще и дневных жителей не успели как следует разглядеть.

– Мне передали, что на переговоры о судьбе моего сына должен прийти ваш муж.

Ян Дейк

Все доводы в пользу осторожности пропали втуне. Артем был непрошибаем. В конце концов, даже Леда попробовала убедить своего спутника оставить в стороне непонятные местные разборки.

– Нет и еще раз нет, – Артем упрямо качнул головой. – Я пообещал этому старику, что пойду на встречу, значит, я буду там.

– Но окрестности этой таверны – настоящий лаби­ринт. – Ян изо всех сил старался убедить Артема в своей правоте. – Поверь, там не то что ночью, днем с трудом выберешься.

После ночного визита старика мы дождались утра, и Дейк поехал в сторону таверны. Она располагалась почти у крепостной стены, в том поясе трущоб, что образовались после того, как практически все уцелевшее население долины хлынуло под защиту крепостных стен. Артем не мог сопровождать странствующего рыцаря. Одним из условий было то, что, если днем его заметят поблизости от таверны, на переговоры можно не ходить. Не о ком будет договариваться.

– Ян, – повернулся к Дейку Артем, – я оценил твою заботу о моей безопасности, но и ты пойми – туда нельзя не пойти.

– Это почему? – изумился Ян. – Завтра еще какой-нибудь оборванец попросит вытащить из тюрьмы своего отпрыска, выбравшего не совсем законопослушный образ жизни, и ты полезешь в лапы городской стражи?

– Не передергивай, – Артем распаковал свой мешок и принялся выкладывать на кровать то странное пятнистое, в разводах, обмундирование, в котором Дейк впервые увидел его и Леду. В Златограде им пришлось купить другую одежду, так как эта вызывала нежелательное любопытство.

– Здесь мы имеем совсем другую ситуацию, – попро­бовал пояснить свою точку зрения Артем. – Во-первых, это не просто оборванец, а тот молодой парнишка, которого мы избавили от неприятностей сегодня днем…

– Мы не его избавляли от неприятностей, а Леду, – не согласился Дейк с Артемом.

– Пусть так, – улыбнулся Артем и взглянул на Леду. – Хотя она, по всей видимости, не разделяет твою точку зрения…..

– С этими недоносками я разобралась бы и сама, опоздай вы еще на некоторое время, – подтвердила слова Артема Леда.

– Ладно, – Ян поднял руки. – Сдаюсь. Мы избавили от неприятностей этого беднягу-водоноса. Так что мы теперь должны быть его духами-хранителями?

– Не в этом дело, – отрицательно качнул головой Ар­тем. – Меня в этой ситуации насторожило другое…

– Что? – почти хором спросили Дейк и Леда.

– Сейчас попробую объяснить. Складывается какая-то непонятная, но хорошо увязанная цепочка случайностей. При появлении в Златоградье мы сразу же удачно спасаем дочь местного Правителя от погони, она советует нам поселиться именно в этой гостинице. Дорогу же нам показывает парнишка-водонос, на помощь которому позже приходит Леда. Будь это совершенно незнакомый и первый раз увиденный человек, – Артем повернулся к своей спутнице, – ты, наверное, еще подумала бы – вмешиваться или нет в события, разворачивающиеся на площади?

– Может быть, ты и прав, – пожала плечами Леда. – Я действительно узнала нашего проводника.

– Пойдем дальше, – продолжил Артем. – Только мы решили присоединиться к Яну в его не совсем добровольном путешествии, как появляется этот старик, которого, заметьте, кто-то направил именно к нам. Мне кажется, этот некто, хотя я и могу ошибаться, всеми силами хочет помешать Яну двинуться в путь или лишить его спутников. С одним человеком расправиться в дороге намного легче, чем с отрядом.

– И ты после своих объяснений хочешь сунуть голову в эту ловушку?! – Я искренне изумился. – Да тебя никогда оттуда не выпустят живым!

– Ну, это еще бабушка надвое сказала, – ухмыльнулся Артем. – Но это наш единственный шанс узнать того, кто играет против нас. Того, кому на руку ситуация, сложившаяся в Златограде. Хотя я и могу ошибаться…

Дейку совсем не понравилась версия событий, изложенная Артемом, но и найти ошибку в его рассуждениях было нелегко. Слишком малый объем информации находился в их распоряжении.

– Что ж, – Ян развел руками, – пока ты меня убедил. И раз ты твердо решил лезть в западню, давай попробуем это сделать с наименьшим риском.

Артем

Из Яна в моем мире получился бы великолепный раз­ведчик. План и ориентиры, набросанные им днем, помогли мне без труда передвигаться в трущобах ночью. Конечно, это в нашем мире ночное светило называли луной. Не знаю, как зовут его здесь, буду называть луной, так оно как-то приятней. На небе стояла полная луна. Ее зеленовато-голубой свет, заливавший улицы, позволял вполне отчетливо видеть, что творилось на просторах ночного города. Честно говоря, мне это освещение, как и Леде, было до лампочки, но если бы на улицах действительно царил ночной мрак, Дейк оказался бы бесполезен в задуманной операции. Он двигался метрах в двадцати пяти позади меня, довольно умело маскируясь в тени, отбрасываемой окрестными до