/ Language: Русский / Genre:sci_history,

Архив Троцкого Том 2

Ю Фельштинский


Фельштинский Ю Г

Архив Троцкого (Том 2)

Юрий Фельштинский

Архив Троцкого

Том II

ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие 3

С. Седов. Телеграмма Л. Седову. 26 января 4

А. Седова. Телеграмма Л. Седову. 27 января 4

Троцкие. Телеграмма Каспаровой. [Февраль] 4

Троцкие. Телеграмма Муралову. [Февраль] 4

Л. Троцкий. Телеграмма И. Н. Смирнову. [Февраль] 4

А. Седова. Телеграмма Л. Седову. 4 февраля 4

Н. Муралов. Телеграмма Троцкому. 8 февраля 5

А. и С. Седовы. Телеграмма Л. Седову. 11 февраля 5

А. Седова. Телеграмма Троцкому. 17 февраля 5

Н. Сермукс. Телеграмма Троцкому. 17 февраля 5

А. Седова. Телеграмма Троцким. 20 февраля 5

Белобородое, Валентинов. Телеграмма Троцкому. 21 февраля. . . .5

Богдасаров. Телеграмма Троцкому. 23 февраля 6

Л. Троцкий. Телеграмма Богдасарову. 23 февраля 6

Белобородова. Телеграмма Троцкому. 24 февраля 6

Открытка Троцкому из Киева. 25 февраля 6

С. Седов. Телеграмма Троцкому. 29 февраля 6

Н. Муралов. Телеграмма Троцкому. 29 февраля 6

И. Кузнецов. Открытое письмо Зиновьеву

и Каменеву. [Февраль] 6 -- 16

Л. Троцкий. Телеграмма Муралову. 1 марта 16

Л. Троцкий. Телеграмма Радеку. [Начало марта] 16

Л. Троцкий. Телеграмма Радеку. [Начало марта] 16

С. Седов. Телеграмма Троцкому. 1 марта 16

Вирап. Телеграмма Троцкому. 1 марта 16

Троцкие. Телеграмма Преображенскому. 2 марта 16

Е. Преображенский. Телеграмма Троцкому. 2 марта 17

Л. Седое. Телеграмма Вирапу. 3 марта 17

Телеграмма Троцкому. 4 марта 17

Лазъко. Телеграмма Троцкому. 4 марта 17

А. Седова. Телеграмма Л. Седову. 4 марта 17

Статья "Еще один". [Начало марта] 17 -- 21

Листовка "Товарищи". [Не ранее 4 марта] 21--24

Л. Седов. Телеграмма А. и С. Седовым. 5 марта 24

Телеграмма Троцкому. 5 марта 24

С. Седов. Телеграмма Троцкому. 6 марта 24

О. Сосновская. Телеграмма Н. И. Седовой. 6 марта 24

Д. Майзелъ. Телеграмма Л. Седову. 7 марта 24

Л. Седов. Телеграмма А. Седовой. [После 10 марта] 25

А. Гуревич. Телеграмма Л. Седову. 11 марта 25

С. и А. Седовы. Телеграмма Троцким. 14 марта 25

Юшкин и Эвелъсон. Телеграмма Троцкому. 16 марта 25

А. и С. Седовы. Телеграмма Троцким. 17 марта 25

Л. Троцкий. Телеграмма Юшкину. 18 марта 25

Л. Троцкий. Телеграмма Альскому. 18 марта 26

Юшкин и Эвелъсон. Телеграмма Троцкому. 19 марта 26

3. Бронштейн. Телеграмма Троцким. [20 марта] 26

И. Я. Врачев. Телеграмма Троцкому. 21 марта 26

Н. Крестинский. Письмо Ярославскому. 22 марта 26 -- 27

К. Родек. Телеграмма Троцкому. 22 марта 27

Телеграмма Троцкому. 25 марта 27

Л. Сосновский. Письмо Троцкому. [Март] 27 -- 34

Резолюция совещания Высшего политического состава Белорус

ского военного округа. [Весна] 34 -- 42

Н. Сермукс. Телеграмма Л. Седову. 2 апреля 42

Троцкие. Телеграмма Сермуксу. 3 апреля 42

М. Алъский. Письмо Радеку. 3 апреля 42 -- 49

Н. Муроме. Письмо Троцкому. 4 апреля 49 --51

И. Смилга. Письмо Троцкому. 4 апреля 51--53

Н. Сермукс. Телеграмма Л. Седову. 5 апреля 53

Н. Сермукс. Телеграмма Троцким. 5 апреля 53

Л. Сосновский. Письмо Троцкому. 6 апреля 53 -- 55

Л. Сосновский. Телеграмма Троцкому. 7 апреля 56

А. Канторович. Телеграмма Л. Седову. 14 апреля 56

Письмо Троцкому. [После 14 апреля] 56 -- 59

К. Родек. Телеграмма Троцкому. 15 апреля 59

Гинзбург, Андрейчин. Телеграмма Троцкому. 15 апреля 60

С. Седов. Телеграмма Л. Седову. 17 апреля 60

Л. Троцкий. Телеграмма С. Седову. 17 апреля 60

К. Родек. Телеграмма Троцкому. 18 апреля 60

А. Седова. Телеграмма Л. Седову. 20 апреля 60

Л. Троцкий. Телеграмма Раковскому. 21 апреля 60

Л. Троцкий. Телеграмма Радеку. 22 апреля 61

Л. Троцкий. Телеграмма Сосновскому. 22 апреля 61

И. Смилга. Телеграмма Троцкому. 22 апреля 61

Л. Троцкий. Телеграмма И. Смилге. 23 апреля 61

Л. Троцкий. Телеграмма Каспаровой. 26 апреля 61

Л. Троцкий. Телеграмма Сосновскому. 26 апреля 61

И. Познанский. Телеграмма Троцкому. 27 апреля 61

A. Седова. Телеграмма Л. Седову. 27 апреля 61

Телеграмма Троцкому. 27 апреля 62

Телеграмма Л. Седову. 28 апреля 62

Л. Троцкий. Телеграмма Киселеву. [После 27 апреля] 62

Конева, Мюллер. Телеграмма Троцкому. 30 апреля 62

Белобородое и Валентинов. Телеграмма Троцкому. 30 апреля. . .62

Тер-Ваганян. Телеграмма Троцкому. 30 апреля 62

Швейник. Телеграмма Троцкому. 30 апреля 62

Е. Преображенский. Телеграмма Троцкому. 30 апреля 63

Нарымцев. Телеграмма Троцкому. 30 апреля 63

Телеграмма Троцкому. 30 апреля 63

Удостоверение. [Конец апреля] 63

Е. А. Преображенский. Левый курс в деревне и перспективы.

[Апрель] 63 -- 68

B. Каспарова. Письмо Троцкому. [Апрель] 69 -- 70

X. Раковский. Циркулярное письмо. [Апрель] 70 -- 72

Пилипенко и Абрамович. Телеграмма Троцкому. 1 мая 72

Муралова. Телеграмма Троцкому. 1 мая 72

Сапронов и Оклянский. Телеграмма Троцкому. 1 мая 72

С. Седов. Телеграмма Л. Седову. 1 мая 73

О. Сосновская. Телеграмма Троцкому. 1 мая 73

Телеграмма Троцкому. 2 мая 73

Телеграмма Троцкому. 2 мая 73

Л. Троцкий. Телеграмма Сапронову. 2 мая 73

Л. Сосновский. Телеграмма Троцкому. 2 мая 73

Л. Троцкий. Телеграмма Сосновскому. 2 мая 73

Минц. Телеграмма Троцкому. 2 мая 74

Л. Седов. Телеграмма С. Седову. [Начало мая] 74

Троцкие. Телеграмма Р. Радек. [Начало мая] 74

Троцкие. Телеграмма Н. Муралову. [Начало мая] 74

Телеграмма Троцкому. 5 мая 74

Телеграмма Троцкому. 5 мая 74

Л. Троцкий. Телеграмма К. Цинцадзе. 5 мая 75

А. Седова. Телеграмма Л. Седову. 5 мая 75

Н. Муралов. Телеграмма Троцкому. 5 мая 75

Л. Троцкий. Телеграмма К. Цинцадзе. [Начало мая] 75

Л. Троцкий. Телеграмма А. Чечелашвили. 6 мая 75

Л. Троцкий. Телеграмма Е. Преображенскому. 6 мая 75

Л. Троцкий. Телеграмма Муралову. 6 мая 75

Письмо Троцкому. 8 мая 76 -- 83

Богуславский. Телеграмма Троцкому. 8 мая 83

Богдасаров. Телеграмма Троцкому. 8 мая 83

Л. Троцкий. Телеграмма Богдасарову. [9 мая] 83

Ф. Юдин. Письмо Троцкому. 11-12 мая 83 -- 86

Н. Дуделъ. Телеграмма Троцким. 12 мая 86

А. Седова. Телеграмма Л. Седову. 12 мая 87

Р. Радек. Телеграмма Троцкому. 14 мая 87

Л. Троцкий. Телеграмма Раковскому. 16 мая 87

Л. Седов. Телеграмма Вирапу. [16 мая] 87

Ф. Юдин. Телеграмма Троцкому. 16 мая 87

Тер-Ваганян. Телеграмма Троцкому. 17 мая 87

Оганесян. Телеграмма Троцкому. 19 мая 87

Л. Троцкий. Телеграмма Оганесяну. [19 мая] 88

Телеграмма Троцкому. [19 мая] 88

Л. Троцкий. Телеграмма. [19 мая] 88

Валентинов. Телеграмма Троцкому. 19 мая 88

Л. Троцкий. Телеграмма Валентинову. [19 мая] 88

Л. Сосновский. Письмо Бардину. [20 мая] 88 -- 91

Вирап. Телеграмма Троцкому. 20 мая 91

Л. Троцкий. Телеграмма Вирапу. [20 мая] 91

Л. Седое. Телеграмма Гетье. [21 мая] 91

Л. Седое. Телеграмма 3. Бронштейн. [21 мая] 91

Л. Троцкий. Телеграмма С. Седову. [21 мая] 92

Л. Троцкий. Телеграмма Тер-Ваганяну. [21 мая] 92

Белобородое. Телеграмма Троцкому. 21 мая 92

Радзевич. Телеграмма Троцкому. 22 мая 92

И. Познанский. Телеграмма Троцкому. 25 мая 92

Е. Преображенский. Телеграмма Троцкому. 26 мая 92

Л. Сосновский. Письмо Троцкому. [26 мая] 92 -- 99

Л. Сосновский. Письмо Вардину. 30 мая 99 -- 101

-Б. А. Преображенский. В борьбе

за ленинскую линию. [Май] 101 -- 108

Дашковский. Хозяйственная конъюнктура

и "левый" курс. [Май] 109 -- 119

Статья "О самокритике". 2 июня 119 -- 123

М. Фрумкин. Всем членам и кандидатам Политбюро, Бауману

и Сталину. 15 июня 123 -- 129

Т. Сапронов. Письмо Пилипенко. 18 июня 129 -- 132

И. Я. Врачев. Письмо Троцкому. 19 июня 132 -- 138

Статья "О внутрипартийной демократии". 20 июня. . .139 -- 144

Информационный бюллетень No 2. [Май-июнь] 144 -- 173

Н. И. Бухарин. О международном положении и задачах коммуни

стического Интернационала. [Июнь] 174-- 193

Е. А. Преображенский. Что надо сказать

конгрессу Коминтерна. [Июнь] 193 -- 195

М. Невелъсон. Против кого направить огонь? Письмо И. Н. Смир

нову 10 июля 195 -- 201

К. Родек. Письмо Мусину. 8 -- 12 июля 201 -- 216

К. Родек. Из письма Л. С. Сосновскому. 14 июля 216 -- 218

Р. Родек. Письмо Троцкому. 14 июля 218

К. Родек. Письмо Троцкому. 14 июля 218 -- 219

Информационная справка об итогах обсуждения решений июль

ского пленума ЦК на собраниях районного партактива г. Моск

вы. 21 июля 219 -- 234

К. Родек. Письмо Троцкому. 24 июля 235

Р. Родек. Письмо Троцкому. 24 июля 235

Л. Сосновский. Письмо Троцкому. 25 июля 235 -- 248

Из информационной справки о ходе обсуждения итогов плену

ма ЦК ВКП по ячейкам г. Москвы. 25 июля 248 -- 249

Июльский пленум ЦК. [Июль] 249 -- 301

Шестому конгрессу коммунистического

интернационала. [Июль] 302 -- 304

Л. Сосновский. Письмо в Минусинск. [Июль] 304 -- 308

К. Родек, И. Смилга. Шестому конгрессу Коминтерна. [Июль]. . .

И. Я. Врачев. Выдержка из письма. [Июль] 308 -- 326

И. Смилга. К текущему моменту. [Июль] 328 -- 331

Информационная справка о ходе обсуждения итогов пленума

ЦК ВКП(б) на ячейках гор. Москвы

25 июля 1928 г. 1 августа 331 -- 333

Сводка выступлений и записок, поданных на собраниях ячеек 25 июля и районных собраниях актива по итогам пленума

ЦК ВКП(б) 333 - 342

Приложения:

Как не нужно писать историю Октября 343 -- 356

Л. Троцкий. К вопросу о стабилизации европейского капита

лизма 356 --367

Отставка Троцкого 367 -- 370

Заседание ЦК 17 января 1925 года 370 --377

В Центральный комитет ВКП(б). [Апрель 1927 г.]. .377 -- 389

9. Дуне (Иванов). Демократический централизм 389 -- 395

Сводный список оппозиционеров. [Февраль 1928 г.] 395 -- 399

X. Раковский. Перечень лиц на фотографии [Февраль] 399

Примечания 400 -- 470

Указатель имен 471 -- 478

Указатель географических названий 479 -- 482

Материалы публикуются с любезного разрешения администрации

Хогтонской библиотеки Гарвардского университета и Международного института социальной истории (Амстердам)

Документы для публикации подготовлены к печати д-ром ист. наук Ю.Г.Фельштинским и д-ром ист наук Г, И, Чернявским

Редакционная коллегия:

д-р ист. наук Юрий Георгиевич Фельштинский (Бостон, США); д-р ист. наук, проф. Георгий Иосифович Чернявский (Балтимор, США); д-р ист. наук, доц. Михаил Георгиевич Станчев (Харьков, Украина)', канд. ист. наук, доц. Владимир Михайлович Духопельников (Харьков, Украина); д-р ист. наук Валерий Васильевич Лантух (Харьков, Украина); д-р ист. наук, проф. Аркадий Исаакович Эпштейн (Харьков, Украина); д-р ист. наук, проф. Любомир Найдя (Гарвардский университет, США); канд. ист. наук, доц. Юрий Петрович Волосник (Харьков, Украина).

Во вторую книгу 3-томного собрания документов из Архива Л. Д. Троцкого, хранящегося в Хогтонской библиотеке Гарвардского университета (США), вошли материалы, охватывающие период с января по август 1928 г. Данный трехтомник продолжает документальную серию публикаций "Коммунистическая оппозиция в СССР. 1923 -- 1927 гг.".

Подавляющая часть документов данного издания публикуется впервые.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Документы, публикуемые во втором томе, охватывают период с конца января 1928 г., когда Л. Троцкий и его семья были доставлены в ссылку в Алма-Ату, по начало августа того же года (второй хронологической рамкой является завершение июльского пленума ЦК ВКП(б) и прямых откликов на него). Том построен в соответствии с теми археографическими принципами и методами, которые были сформулированы в предисловии к первому тому, с тем исключением, что вместо прямых скобок использованы квадратные, а места, зачеркнутые авторами и оставленные в тексте, оговариваются особо. Во избежание повторов, примечания, в том числе и биографические справки, данные в первом томе, не повторяются во втором.

В отличие от первого тома, где авторство большинства документов принадлежит Троцкому, во втором томе представлен широкий круг авторов. В ряде случаев авторство документов установить не удалось. В документах сохранены ссылки на первое издание сочинений В. И. Ленина. Цитаты из Ленина и других авторов, а также из опубликованных документов проверялись только в тех случаях, когда их смысл вызывал сомнения.

Материалы публикуются с любезного разрешения администрации Хогтонской библиотеки Гарвардского университета (США), где в фонде bMs Russ 13-T хранится архив Троцкого. Номера единиц хранения документов указаны в оглавлении. Подавляющая часть документов публикуется впервые. Почти все -впервые на русском языке. Как приложения в сборник включены: документ 1927 года, по техническим причинам не вошедший в первый том издания; документы, касающиеся травли Троцкого в СССР и его высылки; сводный список оппозиционеров, составленный Троцким, а также очерк Э. Дуне о демократическом централизме, хранящийся в архиве Международного института социальной истории в Амстердаме и публикующийся с любезного разрешения администрации института. К текстам приложений примечания и указатели не составлялись. В подготовке некоторых примечаний участвовал профессор С. А. Пиналов (Киев).

М. Г. Станчев

Ю. Г. Фелъштинский Г. И. Чернявский

ISBN 966--526--063--5 (т. 2) ISBN 966--526--031--6

(C) Подготовка документов. Ю. Г. Фелыптинский, 2000. (C) Оформление обложки. Издательство "ОКО", 2001.

С. СЕДОВ1 -Л. СЕДОВУ2

26 января

Срочная. Алма-Ата, почта, до востребования

Седову, из Москвы.

Получили две телеграммы. Дорожных нет3. Высылаем вещи. Здоровы, целуем. Сергей

А. СЕДОВА4 --Л. СЕДОВУ

27 января

Алма-Ата. До востребования

Седову, из Москвы.

Безмерно обрадована благополучным прибытием [в] Алма-Ату. Приехав домой, застала гостей5. Наши домашние здоровы. Сильно заболел Давид [с] ребятами6. Александра'переехала. Живем дружно. [В] понедельник был врач. Делали дезинфекцию8. Все хорошо, не беспокойтесь. Настроение у меня бодрое, получила твою, мамину телеграмму. Вещи днями вышлем. Целую тебя, маму9, папу10. Анюта

ТРОЦКИЙ - В. КАСПАРОВОЙ11

[Начало февраля] Курган, Урал, Советская 109, Каспаровой.

Очень обрадовались телеграмме. Здоровы. Адрес: Алма-Ата, Троцкому. Крепко обнимаем. Лев, Наталья, Лева

ТРОЦКИЕ - МУРАЛОВУ

[Начало февраля] Тара, Сибирь, Муралову.

Как живете? Мы здоровы. Привет. Лев, Наталья, Лева. Ответ уплачен.

ТРОЦКИЕ -- И. СМИРНОВУ

[Начало февраля] Новобаязет, Армения, Ивану Никитичу Смирнову.

Получили открытку, обрадовались. Писал вам [в] Зангезуры12. Обнимаем. Лев, Наталья, Лева

А. СЕДОВА - Л. СЕДОВУ

4 февраля Алма-Ата. До востребования. Седову, из Москвы.

Здоровы. Письмо отправила спешной 29 [января]. Телеграмму от 31 получила только сейчас. Бумажник [с] деньгами нашла. Как устроились? [Во] вторник вышлю посылку. Пиши. Отсутствие писем беспокоит. Целуем всех. Аня

МУРАЛОВ - ТРОЦКОМУ

8 февраля Город Алма-Ата. Троцкому, из Тары.

Здоров, работаю [в] окружной плановой комиссии. 3 февраля послал вам письмо. Привет.

А. и С. СЕДОВЫ -- Л. СЕДОВУ

11 февраля Алма-Ата, [до] востребования, Седову, из Москвы.

Домашние здоровы. Отправили четыре спешных письма. Отсутствие регулярных сведений изводит. Приготовила [к] отправлению лекарства, прочее. Сообщи телеграфно нужное еще. Давид, ребята продолжают болеть. [В] остальном без изменений [и] перемен. Как устроились [с] квартирой? Какие условия? Безумно соскучилась. Целуем крепко тебя, старших. Аня, Сергей

А. СЕДОВА - ТРОЦКОМУ

17 февраля Алма-Ата, Троцкому, из Москвы.

Телеграфируйте немедленно, сколько почто-мест [с] вами доехало. Кишкин отрицает пропажу лекарств, чемодана [с] книгами, бельем, прочее13. Получается дурацкое положение. Как здоровье папы, [как] квартира? Целую. Аня

СЕРМУКС14 -- ТРОЦКОМУ

17 февраля Алма-Ата, Троцкому, из Великого Устюга.

Как здоровье? Курочкинская одиннадцать. Сергей

А. СЕДОВА - ТРОЦКИМ

20 февраля

Алма-Ата, Троцкому, из Москвы.

ГПУ предлагает выписать заграничные вещи. Не ручаюсь [за] срок. Или оцените пропавшее. Выплатят деньгами15. Жду указаний. Аня

БЕЛОБОРОДОЕ и ВАЛЕНТИНОВ16 - ТРОЦКОМУ

21 февраля

Алма-Ата, Казахстан,

Льву Давидовичу Троцкому, из Усть-Кулома.

Шлем сердечный привет [из] Усть-Кулома. Белобородое, Валентинов

БОГДАСАРОВ" - ТРОЦКОМУ

23 февраля

Верный, Троцкому, из Баку.

Выписан Вам "Бакинский рабочий". Адрес ответа: Кооперативная 4, Богдасаров

ТРОЦКИЙ -- БОГДАСАРОВУ

[23 февраля] Баку, Кооперативная 4, Богдасарову.

Спасибо [за] выписку газет. Сердечный привет. Верный называется Алма-Ата. Троцкий

БЕЛОБОРОДОВА18 - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Москвы.

24 февраля

Привет от Егорыча19 из ЭДлъ-Кулома, целую крепко всех. Франя

ОТКРЫТКА ТРОЦКОМУ ИЗ КИЕВА

Тов. Троцкий! Поздравляю Вас с 10-летием Красной армии. С коммунистическим] приветом, [подпись неразборчива].

25 февраля 1928 г.

С. СЕДОВ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Москвы. Срочная.

29 февраля Срочно телеграфируйте [о] здоровье. Сережа

МУРАТОВ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Тары. 29 февраля Сообщите состояние здоровья, привет. Муралов

И. Кузнецов ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ЗИНОВЬЕВУ И КАМЕНЕВУ

В письме в партийные органы вы заявили о своем отказе от платформы большевиков-ленинцев20. Завершая начатое "Заявлением 23-х"21 ренегатство, вы хотите оправдать его рядом соображений "сугубо принципиального" характера. Посмотрим, каковы ваши аргументы.

Вы пишете: "Мы разошлись с группой Л. Д. Троцкого непосредственно по вопросу о полном и действительном подчинении XV съезду. Или подчинение всем требованиям XV съезда и твердое решение сработаться с большинством партии, или путь второй партии -- вопрос стоял и стоит только так".

Вы утверждаете при этом, что настоящая точка зрения не нова, что уже в августе 1927 г. вы в письме Л. Д. Троцкому высказывали ее. Так ли это? Я утверждаю, что нынешнее объяснение причин разрыва с Л. Д. Троцким придумано лишь сейчас, что в тот момент, когда вы не имели нужды лгать и притворяться, когда не хотели заметать следов, ваше отношение к вопросу о пребывании оппозиции вне рядов ВКП(б) было иным.

В одном из важнейших документов оппозиции, написанном лично Зиновьевым в августе 1927 г. ("Итоги августовского пленума")22, мы читаем: "Дело сложилось так, что бороться за взгляды Ленина при сталинском режиме нельзя иначе, как рискуя быть исключенным из ВКП(б). Это бесспорно. Кто не решил для себя этого вопроса, кто говорит себе: "Все, что угодно, только не исключение из партии",-- тот не может быть при нынешних условиях истинным борцом за ленинизм, т. е. не может быть стойким оппозиционером. Очень может быть, что значительные группы оппозиционеров (в том числе и все руководящие элементы оппозиции) на некоторое время будут поставлены вне партии. Их задачей будет, однако, продолжать свое дело и, не будучи формально членами партии, ни на йоту не отступать от учения Ленина. Их задачей будет и в этот труднейший период держать курс не на образование второй партии, а на возвращение в ВКП(б) и исправление ее линии. Слов нет -- очень трудно ленинцам, исключенным из партии, координировать свою работу с ленинцами, остающимися внутри партии. Но это, безусловно, необходимо с точки зрения наших основных целей".

И далее: "Как свидетельствует весь опыт борьбы, оппозиция единодушна в том, что борьба за единство партии на ленинских основах ни в коем случае не должна превращаться в подлаживание к аппарату, в преуменьшение разногласий, в снижение политического тона. Когда попутчики оппозиции откалываются от нее справа, они в качестве причины своего отхода указывают не на свое собственное сползание ко взглядам Сталина по основным внутренним и международным вопросам, а обвиняют оппозицию в том, что она будто бы ведет линию на вторую партию, другими словами, они только повторяют сталинские обвинения для прикрытия собственного отступления".

Вот уж подлинно: не в бровь, а в глаз. Логика ренегатства беспощадна: то, что выразительно писал Зиновьев о Залуцких и Сокольниковых23, сейчас характеризует его самого. Но даже тогда, когда вы уже доказали необходимость отступить и подчиниться XV съезду, вами решительно отверглась мысль о сдаче идейных позиций. Вы писали ("Резюме положения и наши ближайшие задачи"): 1) Наша политическая правота доказана: мы единственные вовремя дали правильную классовую оценку. 2) При этих взглядах мы остаемся, даже если XV съезд признает их несовместимыми". И заканчиваете вы этот документ следующими словами: "После этого нашего заявле

ния пусть Сталин делает все то, что ему угодно. Мы же остаемся на избранном нами пути".

Сопоставляя все то, что вы пишете сейчас, с тем, что вы говорили и писали так недавно по этому же вопросу, трудно подавить в себе чувство презрения. В этом каждый большевик, воспитанный на примере ленинского отношения к принципиальным политическим заявлениям, не может не согласиться с нами. Как же, однако, в действительности оппозиция разрешает вопрос о двух партиях? Она по-прежнему стоит безоговорочно на той точке зрения, что лозунг двух партий при диктатуре пролетариата -- лозунг антиленинский и авантюристский. Мы по-прежнему считаем, что основной задачей оппозиции является борьба за исправление линии партии, борьба, за обратный прием в партию исключенной оппозиции. Лучшим и убедительнейшим доказательством искренности нашей позиции являются те документы, которые якобы послужили поводом для вашего письма. В самом деле, в этих не предназначавшихся для печати документах, где не имелось оснований скрывать действительных намерений, оппозиция писала: "Мы против второй партии и IV Коминтерна24 самым непримиримым образом, причем мы исходим из интересов международного большевизма". Таковы подлинные взгляды оппозиции в этом вопросе.

II

Чувствуя всю шаткость и недостаточность аргументации, вы не останавливаетесь перед применением обычного сталинского приема: придумыванием несуществующих разногласий. Приводя цитату из опубликованных в "Правде" документов оппозиции25, где рекомендуется коммунистам капиталистических стран всегда подчеркивать, "что даже при оппортунистическом руководстве советское государство дает рабочим и крестьянам неизмеримо больше, чем дало бы буржуазное государство при том же уровне производительных сил", вы имеете наглость сравнивать своих вчерашних товарищей по оппозиции с дюжинными "левыми" тред-юнионистами26. Вы притворяетесь, будто бы не понимаете, что этот пункт направлен именно против международной социал-демократии, которая обвиняет СССР в том, что после десяти лет революции нашим рабочим живется хуже, чем рабочим капиталистических стран.

Но значит ли это, что оппозиция "замалчивает основное принципиальное различие между советским и буржуазным государством", как пишете вы. Если бы даже в опубликованных документах об этом не было сказано ни слова, то и это не давало бы вам право делать подобного рода утверждения. Однако даже в критикуемых вами документах мы читаем: "Надо отдать себе ясный отчет в конкретных противоречивых особенностях нынешнего переходного состояния, не принимая совершающегося за уже совершенное. Исходить из того, что термидор совершился в СССР -- неправильно. Это значит облегчить его совершение. Классовые силы еще не сказали своего решающего слова. Политика международной оппозиции должна быть направлена на то, чтобы вместе с оппозицией ВКП(б)

помешать дальнейшему развитию термидора и вернуть утерянные пролетариатом позиции". И далее: "СССР и при данном мелкобуржуазном руководстве играет революционную роль в международном масштабе... надо бить по руководству ВКП(б), не противопоставляя себя СССР".

Поставив себе задачей оправдать свой предательский отход от оппозиции, вы встали на путь извращения действительных ее взглядов. Вы решили вопреки точному смыслу приведенной мной выше цитаты утверждать, будто оппозиция не учитывает революционной роли СССР в международном масштабе, будто она считает термидор совершившимся. Говоря, что у нас "классовые силы не сказали еще решающего слова", оппозиция тем самым утверждает, что советское государство своей классовой сущности не изменило, а следовательно, что различие между советским и буржуазным государствами сохранило свою силу. Ничего не меняет в этом утверждении и тот факт, что авторы документов называют нынешнее парт[ийное] руководство "мелкобуржуазным". Вы заявляете, что это и есть полная форма законченного термидора. Как будто вы не знаете, что для Ленина оппортунизм и есть в переводе на классовый язык мелкобуржуазная политика. Как будто вы не называли в период нашей совместной борьбы Сталина и Рыкова мелкобуржуазными политиками. Как будто вы не знаете, что Парижская коммуна -- первая пролетарская диктатура -- в основном возглавлялась мелкобуржуазными политиками. Как будто вы не знаете, что история дала нам примеры рабочих партий, возглавляемых мелкобуржуазными политиками. Не знать этого вы не можете. Очевидно, вы рассчитываете, что партия и рабочий класс, всей системой воспитания за последние годы приучаемые покорно выслушивать чудовищную клевету Сталиных и бухариных об оппозиции, примут на веру и ваши лживые "свидетельства". Что ж, старайтесь, ваша услужливость будет должным образом оценена.

III

Но что сказать о вашей попытке возродить жупел "троцкизма"? Вы теперь заявляете, что вы "не считали мнимыми ошибки Л. Д. Троцкого и что даже в моменты самого близкого сотрудничества вы не считали возможным разоружение против ошибок троцкизма". Этим самым вы хотите сказать, что идейная борьба внутри оппозиции имела своей основой ошибки "троцкизма".

Но что вы говорили во время вашего блока с тов. Троцким. На Объединенном пленуме ЦК и ЦКК в июле 1926 г.2' Зиновьев сказал:

"У меня было много ошибок. Самыми главными своими ошибками считаю две: первая моя ошибка 1917 г.28 всем вам хорошо известна... вторую ошибку считаю более опасной, потому что ошибка 1917 г., сделанная при Ленине, была Лениным исправлена, а также и нами при его помощи через несколько дней, а ошибка моя в 1923 г. заключалась в том...

Орджоникидзе: Что же вы морочили всей партии голову!

Зиновьев: Мы говорим, что сейчас уже не может быть никакого сомнения в том, что основное ядро оппозиции 1923 г., как это выявила эволюция руководящей ныне партии, правильно предупреждало об опасностях сдвига с пролетарской линии и об угрожающем росте аппаратного режима... Да, в вопросе о сползании и в вопросе об аппаратно-бюрократическом зажиме Троцкий оказался прав против вас" (см. Стенографический отчет, 4-й выпуск, с. 33).

Таким образом, вы признали свою ошибку 1923 г. (борьбу против тов. Троцкого) даже более опасной, чем ваша ошибка 1917 г. Но мало этого, ведь ваша ошибка 1923 г. состояла не только в том, что вы не поняли правоты предупреждения тов. Троцкого об опасностях "сдвига с пролетарской линии", об "угрожающем росте ап-паратно-бюрократического режима". Ваше крупнейшее преступление перед партией заключалось в том, что вы вытащили старые, имеющие лишь чисто исторический интерес споры между Лениным и Троцким и совершенно искусственно связали их с величайшей важности актуальными вопросами об особых трудностях социалистического строительства теперь в нашей отсталой стране, окруженной капиталистическими странами. Тов. Троцкий неоднократно заявлял о том, что признает свою неправоту в прежних спорах с Лениным. Оппозиция, имеющая в своем составе целый ряд старых деятелей большевизма, не раз подчеркивала, что сплотилась она не на основе старых взглядов тов. Троцкого, а на основе отстаивания в нашей совершенно своеобразной обстановке революционно-пролетарской, т. е. ленинской линии против тенденции сползания на другие классовые рельсы. Когда вы пошли на блок с тов. Троцким, вы признали это утверждение верным. Тогда созданный вами жупел "троцкизма" был обращен и против вас самих. Вы были зачислены в число "троцкистов". Как вы на это реагировали тогда? 1оворили ли вы тогда, что "троцкизм" все же существует, несмотря на ваш блок с Троцким? Ничего подобного. Разве Зиновьев не повторял, что как в эпоху II Интернационала под видом борьбы с бланкизмом выхолащивалось революционное содержание марксизма, так и сейчас под видом борьбы с "троцкизмом" идет ревизия ленинизма? Разве Каменев не собирался на пленуме ЦК и ЦКК в июле 1926 г. выступить вторично по вопросу об оппозиции и взять, как он говорил, быка за рога, сказав прямо, как и по каким причинам была изобретена "троцкистская опасность"? К сожалению, список ораторов был закрыт, и он во второй раз слова не получил. Но ведь вам известны также совершенно откровенные объяснения, данные Зиновьевым и Лашевичем во время беседы, происходившей незадолго до 16 октября 1926 г. на квартире Каменева с ленинградскими товарищами, выражавшими свое опасение насчет этого самого злосчастного "троцкизма", тов. Лашевич накинулся на ленинградцев со словами:

"Да чего вы валите с больной головы на здоровую. Ведь вы же сами выдумали этот "троцкизм" во время борьбы против Троцкого. Как же этого вы не хотите понять и только помогаете Сталину".

А Зиновьев, в свою очередь, разъяснил своим товарищам суть дела примерно в следующих словах:

Ведь надо же понять то, что было. А была борьба, за власть. Все искусство состояло в том, чтобы связать старые разногласия с новыми вопросами. Для того и был выдвинут "троцкизм".

Вот как была создана, по вашим же словам, легенда о "троцкизме", который вы противопоставляли ленинизму и большевизму. Вы тогда в течение двух лет подряд отравляли сознание партии. Вы подготовляли почву для прихода сталинского оппортунизма. Не успев загладить революционной работой своего этого преступления, вы теперь снова, как и в 1917 году, сдрейфили перед опасностями и трудностями борьбы за революционную линию и для прикрытия своего дезертирства, ничтоже сумняшеся, снова воскрешаете вами же так недавно разоблаченную легенду о "троцкизме".

Не знаешь, чему больше удивляться, степени ли вашей наивности, позволяющей вам надеяться на то, что кто-нибудь вам теперь поверит, или степени вашей гнусности, дающей вам возможность с такой легкостью играть крупнейшими вопросами жизни нашей партии и пролетарской революции. Реставрируя свои прежние идеологические фальсификации для нужд жалкого закулисного политиканства, вы подтачиваете идеологические основы партийной жизни, разрушаете идейные связи, деморализуете партийные кадры.

Мало того, выступая теперь снова против так называемого "троцкизма", вы фактически одобряете все те меры репрессий, которые сталинско-рыковские молодчики применяют в отношении оставшихся верными знамени ленинской оппозиции. Вы сознательно умалчиваете в своем письме о том, что этих ваших вчерашних товарищей по борьбе томят теперь в карцерах ГПУ29, несмотря на кровохаркание у них, засылают специально в сплошь зараженные сифилисом места, угоняют в Березов30 и Туруханский край31, места, куда и царское правительство не всегда решалось посылать революционеров. Умалчивая обо всем этом, вы тем самым берете на себя перед партией и Коминтерном такую же ответственность за эти преступления, как и Сталин с Рыковым. Клеймо ренегатов и злостных предателей останется за вашими именами.

IV

Такая же картина получается и при переоценке вами ваших взглядов в вопросах Коминтерна. И в этой области вам явно нужны какие-нибудь жупелы, чтобы терроризировать рядовых оппозиционеров. Используя особенности информации нашей партийной печати, дающей совершенно неверное освещение деятельности различных течений Коминтерна, вы считаете возможным с такой же легкостью, как и в вопросе о "троцкизме", менять свое отношение к соратникам нашей борьбы в Коминтерне. Напустив достаточно много тумана, вы ставите следующий демонический вопрос: "Капитулировать перед ВКП или перед Пазом и Сувариным?" Авторы документов, по вашему мнению, выбирают последнее. Иначе говоря,

вы изображаете дело таким образом, будто бы ленинская оппозиция капитулировала перед Сувариным. Вы аргументируете при этом тем, что в то время как Зиновьев в своей статье "21 условие ленинского Коминтерна" заявлял, что оппозиция не несет никакой ответственности за взгляды и журналы Суварина, оппозиция ныне "усиленно обеляет" Суварина. Я вынужден вновь поэтому обратиться к документам. Для наглядности приведу рядом две цитаты о Сувари-не: одну из последних документов оппозиции, а другую из цитированной вами же статьи Зиновьева "21 условие ленинского Коминтерна". Из статьи Зиновьева:

"Ни "ренегатом", ни "контрреволюционером" Суварин не является. К социал-демократам он не ушел, как ушел Розенберг, которого в 1926 г. Сталин "завоевал" на свою сторону. Только исправление Сувариным своих ошибок могло вернуть его в ряды французской компартии".

Из документов оппозиции: "Мы не видели последних изданий [...]32 с нами, если судить по первым номерам бюллетеня. В ряде вопросов (особенно Англо-русский комитет) Суварин занял в корне неправильную позицию. Подход Суварина к английскому рабочему движению нередко ошибочен. Суварин склонен заменять классовый анализ политики психологизмом. Но это даровитый историк и революционер. Мы не теряем надежды на то, что его путь сойдется с нами к большей выгоде для французского рабочего движения".

В чем же выражается "капитуляция" оппозиции перед Сувариным? Чем она его "обеляет"? Тем ли, что она признает его талантливым историком и революционером? Но ведь Зиновьев его контрреволюционером не считал, иначе говоря, считал его революционером. Может быть, тем, что оппозиция не теряет надежды, что путь Суварина сойдется с оппозицией, но ведь и Зиновьев считал возможным возвращение Суварина в компартию и исправление своих ошибок.

О серьезности этих ошибок говорят и последние документы оппозиции. Вы решили, кроме того, использовать против оппозиции ВКП(б) и отдельные неправильные заявления, имеющиеся в журнале "Против течения" (группа Паза, Лорио33 и др.). Но ведь именно эта самая статья, цитату из которой вы с такой радостью подхватили как предлог своего отмежевывания от этих товарищей, подверглась критике и в опубликованных документах оппозиции. Ведь именно в связи с этой статьей автору документов сочли необходимым напомнить, что у нас, оппозиционеров, особый угол "зрения", под которым "мы подходим к внутреннему положению СССР".

Следовательно, нашу оппозицию ВКП(б) нельзя упрекать в том, что она будто бы солидаризуется или проходит мимо таких неправильных заявлений, как приведенное вами. Мало того, и вся группа "Против течения" не ответственна за эту статью, ибо редакция предупредила, что она отвечает только за передовые статьи, что,

между прочим, также подверглось осуждению со стороны оппозиции ВКП в этих же документах.

Такова серьезность ваших обвинений. Но еще хуже ваше отношение к группе, которая все время поддерживала вас в Коминтерне, группе Рут Фишер -Маслов. Вы теперь свели все дело к личным тайным замыслам Маслова и Рут Фишер о второй партии. Но ведь в Заявлении 23-х вы уже отмежевались и осудили всю эту группу в целом. Что же вы теперь хотите смягчить этот ваш шаг, надеетесь на возможность раскола этой группы? Это, конечно, вполне в вашем духе, но ведь вам ничего не стоит из-за политических соображений разрушить дело, на которое большевики (в данном случае вместе с вами) положили столько труда. Оставшуюся верной большевистскому знамени оппозицию это не смутит. Она и в дальнейшем будет продолжать бороться против искажения линии большевизма в рядах международной оппозиции Коминтерна. И из опубликованных последних документов оппозиции ясно, что она "против второй партии и против IV Коминтерна самым непримиримым образом" и что она считает ошибочным создание "союза левых коммунистов" в 1ермании, ибо этот "союз" может стать "псевдонимом второй партии". Что она против выставления самостоятельных кандидатур на выборах. Что вся ее установка сводится к завоеванию компартии и Коминтерна.

Вы пытаетесь, наконец, оправдать свой полный отказ от защиты ленинских взглядов некоторыми "важнейшими фактами партийной политики". В числе этих фактов у вас значится и решение XV съезда о мерах борьбы с кулачеством34. Но ведь решения XV съезда были в основном известны еще из тезисов ЦК, опубликованных за месяц до съезда. Как же вы проморгали действительный смысл предсъездовской линии большинства и сочли необходимым противопоставить ей от имени оппозиции свои контртезисы35?

Неужели вам потребовалось целых три месяца для того, чтобы уразуметь сущность этих фактов партийной политики. Почему оппозиция отнеслась отрицательно к предсъездовским тезисам ЦК? Потому что ряд "левых" (на словах) благожеланий [и] тезисов сочетались с категорическим отказом реально повысить36 кулака и нэпмана, принять предложение оппозиции о принудительном хлебном займе, о подготовке организации союза деревенской бедноты и провести ряд других мер определенно классового характера. Град репрессий против оппозиции ярко дополнял картину. Сам Зиновьев все в тех же тезисах "Резюме положения и наши ближайшие задачи", написанных непосредственно перед XV съездом, дал весьма верный критерий для характеристики XV съезда партии. Он писал: "Действительная физиономия XV съезда определится не столько тезисами, сколько реальным отношением к оппозиции". Отношение XV съезда к оппозиции хорошо вам известно. Изменилось ли что-либо с тех пор? Изменилось, но к худшему: удары за ударами сыплются на голову оппозиционеров, оказавшихся

12

13

более стойкими в защите ленинских взглядов, чем вы. Съезд, который освятил ссылку и аресты лучших ее представителей, не может быть иначе расценен как новый этап на пути сползания партии с пролетарской линии.

Но вам не удастся никакими ухищрениями доказать противное. Вы хотите обосновать свой переход на сторону Сталина ссылкой также и на такие мероприятия, как пересмотр земельного кодекса, сокращение сроков земельной аренды, прием в партию новых 100 тыс. рабочих и т. д.

Но разве все эти решения, являющиеся новым левым зигзагом, не приняты именно под давлением оппозиции? Ведь, как и вы неоднократно утверждали, исторический смысл существования оппозиции и заключается в задержке процессов сползания с пролетарской позиции. Можно ли, исходя из перечисленных вами решений XV съезда, считать эту миссию оппозиции законченной? Можно ли считать линию партии выпрямленной?

Правда, ведь теперь задним числом заявляете, что оппозиция ошибочно приняла элементы правого маневра в партийной политике "за прямой переход на другие классовые рельсы".

Что же, маневром была поддержка Чан Кайши и Гоминьдана, дезорганизовавшая кит[айскую] компартию, нанесшая колоссальный ущерб делу китайской революции, или маневром был блок с предателями всеобщей стачки горняков в Англии? Нет, это не были маневры. Это была вполне определенная оппортунистическая линия. А история с избирательной инструкцией?3' А речь Калинина в Твери?38 Разве все это и еще многое другое не были элементами сползания на другие классовые рельсы. Все это понятно каждому сознательному оппозиционеру. Но что вам до всего этого. Вы, по-видимому, решились полностью оправдать оценку, данную вам Сталиным в словах: "Не впервые им приходится отказываться от своих взглядов -- почему бы им не отказаться от них еще разочек".

Но ваш отказ от платформы был [бы], конечно, оправдан, если бы основные положения были опровергнуты и дискредитированы объективными фактами. Что же, опровергнута ли ходом событий содержащаяся в платформе оценка классового расслоения в деревне и размеров кулацкой опасности? Опровергнута ли наша характеристика хозяйственного положения, в частности оценка диспропорции между промышленностью и сельским хозяйством, товарного голода и т. п.? Нисколько. Наоборот: ход хлебозаготовительной кампании, являющийся осью нынешней хозяйственной обстановки, полностью подтвердил предсказание платформы и контртезисов.

В результате того, что меры, рекомендованные оппозицией, не были приняты, кулак опять нас "регульнул" (по Вашему же выражению, тов. Каменев). Накопленные запасы хлеба он не желает продавать государству; хлебный экспорт приостановился, импортный план в связи с этим должен быть пересмотрен, что подорвет

снабжение нашей промышленности оборудованием, а следовательно, и курс на индустриализацию; недостаток иностранной валюты лишает нас возможности платить, и мы вынуждены сейчас добиваться моратория от немцев, и те его, понятно, даром не дадут. Все это, несомненно, ослабляет наше международное положение. Удары по нашей экономике в последнее время оказались настолько сильными, что проникли в сознание даже некоторых представителей руководящего большинства: и Угланов на последнем пленуме МК, и Микоян39 в статье "Правды" в один голос требуют повышения сельскохозяйственного налога. Чтобы поправить дело, впопыхах вводят "добровольное" сельскохозяйственное обложение, объявляют новый крестьянский заем. Принятые слишком поздно, эти мероприятия не могут существенно смягчить хозяйственный кризис.

И по другим разделам платформы у нас нет оснований делать ревизию. Последняя колдоговорная кампания повсюду сопровождалась нажимом на рабочего, предельным повышением интенсивности труда; ряд забастовок и волынок свидетельствуют о глухом недовольстве пролетариата. Пока положение в Коминтерне отличается от того, про которое Зиновьев писал свою статью "21 условие ленинского Коминтерна", только в смысле еще большего ухудшения его. Очевидность усиления правых уклонов во всех секциях так велика, что даже многие сталинцы (Шацкин40 и Ломинадзе)41 вынуждены были об этом заявить на съезде.

Драка между Сталиным и Рыковым, предсказанная нашей платформой, уже "теперь" (через полтора месяца после съезда) стала очевидным фактом42, о котором говорят все.

Сам по себе отрадный и значительный факт приема в партию новых ста тысяч рабочих не может ни оправдать прошлые ошибки ЦК, ни предотвратить новые: приходящие в партию рабочие могут получить большевистскую закалку только на почве правильной классовой политики. Вы своим письмом этому не только не содействуете, но, напротив, становитесь соучастниками в преступной работе по разложению пролетарского ядра.

Но наша революционная эпоха не может благоприятствовать длительному подчинению пролетариата такому разлагающему влиянию. В тот момент, когда правая опасность примет совершенно осязательные формы, пролетарское ядро нашей партии пойдет не за теми, кто верит в силу и искренность сталинских методов "борьбы" с правыми при помощи закулисных аппаратных комбинаций. Рабочие пойдут за теми, кто стоит за ленинские методы борьбы с проводниками кулацкой линии, за своевременную мобилизацию партии и рабочего класса против них, за открытую революционную борьбу с ними.

Руководителями этой борьбы [за] возвращение к ленинской линии, вопреки вашим ожиданиям, будет вся основная масса бывшей оппозиции, в том числе ленинградская ее часть, внесшая так мно

14

15

го идейно ценного в платформу оппозиции и покинутая в критическую минуту своими бывшими вождями...

Большевик-ленинец,

член ВКП(б) с 1908 г.,

исключенный из партии за отказ

осудить взгляды оппозиции

Иван Кузнецов

[Февраль 1928 г.]

ТРОЦКИЙ - МУРАТОВУ

1 марта Тара, Муралову.

Здоровье удовлетворительно. Работаю. Послал вчера открытку, завтра письмо. Троцкий

ТРОЦКИЙ - РАДЕКУ

[Начало марта]

Телеграфировали [в] Ишим, разумеется, безрезультатно. Как устроились, [как] здоровье? Мы благополучны. Привет [от] Натальи Ивановны, Левы. Троцкий

ТРОЦКИЙ - РАДЕКУ

[Начало марта] Ишим, Урал, Радеку.

Как живете? Мы здоровы. Привет. Троцкий

С. СЕДОВ - ТРОЦКОМУ

Молния, Алма-Ата, Троцкому, из Москвы.

1 марта.

Немедленно молнией телеграфируйте здоровье. Сергей.

ВИРАП43 - ТРОЦКОМУ

Алта-Ата, Троцкому, из Тифлиса.

1 марта.

Узнал, что Верный называется Алма-Ата. Подписался на "Заря Востока"44 для вас. Пламенный привет из Грузии. Вирап, Грибое-довская 13.

ТРОЦКИЕ - ПРЕОБРАЖЕНСКОМУ

Уральск, Евгению Алексеевичу Преображенскому.

2 марта.

Послал письмо, две открытки. Телеграфируйте, как живете. Привет, Лее, Наталья, Лева

ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Уральска.

2 марта.

Получил открытку, ответил заказным [письмом], привет, Евгений

Л. СЕДОВ - ВИРАПУ

Тифлис, Грибоедовская 13, Вирап.

3 марта.

Спасибо [за] выписку газеты. Буду [с] интересом следить [за] жизнью Закавказья. Братский привет, Лева

ТЕЛЕГРАММА ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Новосибирска.

4 марта.

Шлем горячий привет. Назначение Мариинск, Минусинск.

Бронштейн, Козловский, Воровская45

ЛАЗЬКО46 - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Оренбурга.

4 марта.

Едем из Бутырок в Казахстан, шлем коммунистический привет.

Лазъко

А. СЕДОВА - Л. СЕДОВУ

Алма-Ата, Л. Седову, из Москвы. 4 марта.

Есть сведения [о] серьезной болезни папы. Твои телеграммы подозрительны. Немедленно сообщи подробно состояние. Целую, Аня

ЕЩЕ ОДИН47

"Личные отходы от оппозиции неминуемы в той труднейшей обстановке, в которой оппозиции приходится бороться за дело Ленина",-- так писали большевики-ленинцы в своей платформе накануне XV съезда.

После ренегатства Зиновьева и Каменева на этот же путь измены вступил и Пятаков. В "Правде" появилось его покаянное заявление. Свое покаяние Пятаков начинает с трафаретного (и лицемерного) признания всех ренегатов, пишущих под диктовку Сталина, будто фракционная работа была продуктом злой воли оппозиции. "Фракционная организация и фракционная борьба, привели к такого рода выступлениям, которые явно ослабляли партию как носительницу диктатуры пролетариата. Такие методы борьбы я никоим образом правильными признать не могу". Но ведь Пятакову лучше, чем кому-либо, известна готовность большевиков-ленинцев прекратить фрак

16

17

ционную деятельность, если им будет дана возможность защиты ленинской пролетарской линии внутри партии. Что же оставалось делать действительным большевикам, когда официальное руководство партии предпочитало блок с Чан Кайши лозунгу Советов в Китае, блок с Хиксом48 и Переедем борьбе с оппортунизмом, когда требование борьбы с растущей кулацкой опасностью объявляли перед всей страной желанием ограбить крестьянство, когда указание на необходимость более внимательного отношения к материальным нуждам рабочего класса клеймили как демагогию, когда призыв к борьбе с бюрократией выдавался за критику основ пролетарской диктатуры. Ошибки ЦК усугублялись, увеличивался и зажим внутри партии... Как же обо всем этом "забыл" Пятаков? Фракционные выступления ослабляли партию. Вместо этой бухаринско-сталинской формулировки не мешало бы диалектически поразмыслить -- не была бы ослаблена партия еще больше, если бы оппозиция не вела такого наступления, не развернула такой ожесточенной критики линии нынешнего партруководства. Разве это не привело бы к тому, что партия еще более уклонилась от ленинского революционного пути? Все это было ясно Пятакову еще совсем недавно... После XV съезда он ведь подписал заявление четырех (Муралова, Раковского, Радека и Смилги)49.

Что случилось нового за эти два с половиной месяца, что заставило Пятакова пересмотреть свою прежнюю "установку"? В противоположность Зиновьеву и Каменеву он никаких новых "важнейших фактов партийной политики" не приводит в свое оправдание. Он выдвигает два момента. Первое: для него недопустим разрыв с ВКП. Второе: его "сомнения в том, что политика союза рабочих и крестьян превратится в политику игнорирования классовых различий в деревне (кулак -- середняк -- бедняк)", оказались ошибочными сомнениями.

Пятаков считает, что перед оппозиционером имеется три пути: 1) вне партии вести политическую борьбу; 2) вне партии прекратить вести политическую борьбу; 3) и вернуться в партию. Второй путь он справедливо отвергает, ибо "такой ответ есть уклонение от ответа и отказ от участия в политической борьбе рабочего класса". Пятаков избирает третий путь. Но от него требуют стать на сталинско-бухаринскую позицию, целиком принять бухаринское схоластическое рассуждение: термидор у нас или диктатура пролетариата. И вот Пятакову сразу стала непонятна оценка, которая неоднократно делалась оппозицией: да, у нас диктатура пролетариата, но она находится под сильным давлением враждебных классовых сил: наряду с революционными мероприятиями проводится и целый ряд мероприятий, идущих вразрез интересам пролетариата; наряду с сохранением мировой революционной роли СССР в политике нынешнего партруководства имеется многое, тормозящее победоносное развитие мировой революции (политика в Китае, в Англо-русском комитете, преследование левых в Коминтерне и т. п.); именно для защиты

диктатуры пролетариата, для ее сохранения необходимо активное воздействие оппозиции на партию. Пятаков уже успел забыть, как и он вместе с другими оппозиционерами доказывал, что именно в результате активности оппозиции задерживается сползание нынешнего партруководства с пролетарской позиции; что благодаря оппозиции имеют место короткие левые зигзаги в нашей политике; что левые зигзаги сменяются правым курсом, если не мобилизовать пролетариат на защиту его завоеваний, если не противопоставить дружный пролетарский отпор нажиму термидорианцев на власть и партию.

Конечно, лучше всего этого можно было бы достигнуть внутри партии. И каждый оппозиционер скажет вместе с Пятаковым: "Да, я за то, чтобы вернуться в ряды ВКП в целях участия в общей борьбе и общей работе партии". Но достигается ли эта цель тем, что оппозиционер шельмует свой вчерашний день? Можно ли участвовать нормальным образом "в общей борьбе и общей работе партии", если предварительно признать, что взгляды, правильность которых подтверждается ежедневной жизнью, являются меньшевистскими и контрреволюционными? Нет, нельзя. Нельзя вести правильной линии, фальсифицируя ленинизм, скрывая прошлые ошибки, борясь с оправдавшими себя взглядами оппозиции как с "меньшевистскими" и "контрреволюционными", содержа в тюрьме и ссылке честных пролетариев-оппозиционеров, героев Октября, организаторов советской власти, Красной армии, большевиков-ленинцев. А ведь даже младенцу ясно, что теперь Пятаков делается прямым соучастником сталинско-рыковской расправы с коммунистами. Он сейчас не меньше, чем Сталин и Рыков, отвечает за то, что сотни и сотни оппозиционеров направляются в отдаленнейшие места царской ссылки.

Не присоединяясь прямо к гнусной, лживой легенде о "троцкизме" (ведь он письменно подтвердил, что слышал от Зиновьева и Каменева, как и для чего они ее выдумали), Пятаков все же пишет: "Признание основным законом развития на данном этапе принципа союза рабочих и крестьян есть точно такое же обязательное условие принадлежности к ВКП(б)". Это открытие имеет лишь один смысл: стыдливо признать, что прежняя позиция Пятакова противоречила этому принципу, иначе говоря, что клевета о недооценке Троцким крестьянства правильна. Одним росчерком пера Пятаков пытается вычеркнуть пять лет защиты оппозицией того бесспорного взгляда Ленина, что именно для сохранения союза рабочего класса с крестьянством необходим курс, не допускающий отставания темпа развития промышленности от темпа развития сельского хозяйства. Рост товарного голода в стране и затруднения с хлебозаготовками блестяще доказали правильность экономических предвидений оппозиции. Свои сомнения насчет того, что "политика ЦК превратится в политику игнорирований классовых различий в деревне", Пятаков считает сейчас ошибкой, т. е. другими словами, он считает, что политика ЦК была правильной

во всех ее установках (промышленность, не забегай вперед; огонь налево; борьба с оппозицией), а виноват был -- он, сомневающийся в непрогрешимости сталинского ЦК. И говорится это в тот момент, когда ЦК фактически сам признался, что он своей политикой воспитал в партии элементы, "не видящие классов в деревне, не понимающие основ нашей классовой политики и пытающиеся вести работу таким образом, чтобы никого не обидеть в деревне, жить в мире с кулаком и вообще сохранить популярность среди "всех слоев" деревни" ("Правда" от 15 февраля 1928 г.).

Нужны ли лучшие доказательства правоты оппозиции? Нужны ли лучшие доказательства фарисейской измены Пятакова?

Каждый большевик понимает, что изменение партийной линии не может быть произведено всерьез без признания прежних ошибок, без изменения отношения к оппозиции.

Проводить левую линию при одновременном преследовании тех, кто эту левую линию отстаивал и продолжает отстаивать перед партией, невозможно. Лозунг физического истребления боль-шевиков-леницев есть термидорианский лозунг.

Аресты и ссылки находятся в непримиримом противоречии с объявленным будто бы теперь левым курсом. Термидорианцы остаются в партии и около власти, а большевики-ленинцы -- в тюрьмах и в отдаленных ссылках. Одного этого противопоставления достаточно, чтобы вскрыть всю фальшь сталинской "левизны" и пятаковской веры в эту "левизну". Сталин хочет подменить подлинную борьбу масс рабочего класса и партии административно-бюрократическим "всесилием". Пятаков переходит в лагерь тех, кто верит в это всесилие. Так сбывается еще одна оценка Ленина. В своем "Завещании" он сказал, что Пятаков "слишком увлекающийся административной стороной дела, чтобы на него можно было положиться в серьезном политическом вопросе". Заявление Пятакова есть результат длительных переговоров, сговоров, торга. Что дает это заявление Пятакову, Сталину и его аппаратам (ЦК, ЦКК и ГПУ)? Какая выгода им в нем? Не отрицая того, что такое заявление имеет персональное значение, надо признать еще одно громаднейшее значение его: на этом заявлении можно "спекульнуть". Его уже предъявляют во всех учреждениях (ЦК, ГПУ и во всех их местных органах), предлагают подписаться под ним, угрожая в противном случае всеми партийными и гепеускими карами. Таким образом, Пятаков делается знаменем ренегатства, орудием развращения и деморализации партийцев, рискует обратиться в символ, в "пятаковщину". Пятакова, как школьника, разыгрывают в игре внутрипартийной дипломатии такие опытные интриганских дел мастера, как Сталин, Зиновьев, Рыков. Что общего имеет дипломатничание, интриганство, политиканство с правильной классовой политикой?

После отхода Пятакова оппозиция по-прежнему будет оставаться тем лицом партии, которое обращено к пролетарским низам,

в противоположность Пятакову, который вместе с другими аппаратчиками является тем лицом, которое обращено к верхам.

Для каждого последовательного оппозиционера на данной стадии развития между его политической активностью вне партии и необходимости вернуться в партию50. Оставаясь пока вне партии, он борется за нашу ленинскую партию, за ВКП(б), за наше возвращение в нее, но не при помощи фарисейской лжи и фальсификации и самооплевывания, а при помощи пропаганды большевизма. Тот, кто хочет оправдать свое ренегатство, будет изображать эту позицию "межеумочной" и "промежуточной". Никого это не смутит: пока классовые силы не сказали еще своего решающего слова, до тех пор каждый оппозиционер будет бороться, где бы он ни был, за выпрямление линии ВКП(б). Победа пролетариата над термидорианскими элементами в партии вернет нас в нашу ленинскую ВКП(б).

Большевик-ленинец

ЛИСТОВКА "ТОВАРИЩИ"

Мы получили копии этих двух писем, рисующих картину диких расправ над большевиками-ленинцами за их оппозиционные убеждения. Публикуя их, мы хотим обратить внимание русского и международного пролетариата на совершенно неслыханные приемы борьбы, которые применяет фракция большинства против старых большевиков и организаторов пролетарской диктатуры в СССР.

От заключенных в Бутырской тюрьме оппозиционеров

в Политбюро ЦК ВКЩб), в Президиум ЦКК ВКЩб)

ивИККИ

Расправа с большевиками-ленинцами приняла чудовищные формы. По нашему глубокому убеждению, эта расправа находится в противоречии с интересами пролетариата и ослабляет его диктатуру. В этом мы лишний раз убеждаемся в Бутырской тюрьме, где, находясь в заключении совместно со всей антисоветской сволочью, мы испытываем ежеминутно их злорадство по поводу нашего ареста. В этом они усматривают подрыв диктатуры пролетариата. [Такова] "классовая правда" "классового врага".

Репрессии и издевательства поистине перешли все границы. Следственные органы ОГПУ ведут себя в высшей степени цинично. ОГПУ выступает судьей наших внутрипартийных споров, что находится в полном противоречии с уставом и традициями нашей партии. Держа оппозиционеров в тюрьме совершенно изолированными от общественной жизни, следователи ОГПУ имеют наглость предлагать отказаться от оппозиционных взглядов, намекая на освобождение и обратный прием в партию в этом случае. Мы неделями сидели во внутренней тюрьме51 без допросов. Нам отказывали в бумаге для заявления. Допросы свидетельствовали

лишь о политической безграмотности следователей и отсутствии материалов для обвинения нас.

Возможно, что отдельные товарищи под влиянием удручающей обстановки внутренней тюрьмы и угроз следователей отступят от своих взглядов. Тех же из революционеров, которые не идут на эту циничную сделку, сажают в Бутырскую тюрьму вместе с контрреволюционерами, спекулянтами и т. д.

В таком положении, в каком находимся мы, никогда не находились политические заключенные даже при царе. В том же коридоре, где находится наша камера, заключены грузинские меньшевики (14 коридор, 63 камера), пользующиеся отдельным клозетом, улучшенной пищей, газетами и прочими привилегиями.

Поистине зрелище, вызывающее радость только в контрреволюционерах. Культурная революция -- лозунг нашего времени. А не угодно ли вам пожаловать в Бутырскую тюрьму и убедиться, в сколь культурных условиях находятся арестованные оппозиционеры?

В камере, рассчитанной на 25 человек, находится 52 человека. Они лежат на сплошных нарах. В камере, наряду с нами, пятью заключенными оппозиционерами, сидят контрреволюционеры, спекулянты, валютчики, контрабандисты, убийцы, шпионы, фальшивомонетчики, взяточники, бандиты, крупные и малые воры, оккультисты, растратчики.

В такие камеры ОГПУ бросает по 2 -- 3 оппозиционера.

Естественно, что вся эта сволочь относится к нам враждебно, натравливает на нас уголовщину. Всю свою злобу за советскую власть и компанию эта публика срывает на нас.

ОГПУ несомненно знает, куда нас посадили. Такое поведение мы не можем иначе назвать, как издевательством. Воздух в нашей камере отвратительный. В камере воняет, как в уборной, мы лежим на грязных нарах в отчаянной тесноте и покрываемся паразитами. В уборной неимоверная грязь. 4 стульчака на 52 человека. Оправиться не дают, так как нужно освободить место другой камере, в случае расстройства желудка приходится оправляться в парашу, так как по личному требованию в уборную не пускают.

Один из товарищей, заболев во внутренней тюрьме расстройством желудка, попросился в уборную. Ему было отказано, и он вынужден был оправиться в парашу. За требование к смотрителю вынести парашу в уборную требовавший был посажен в одиночку.

Пища ниже всякой критики. Деньги и вещи, отобранные при заключении во внутреннюю тюрьму ОГПУ, нам не возвращаются.

Во внутренней тюрьме мало того, что даются книжки идиотского содержания (толстовские сказки "Погашенное солнце"), но эти книжки получает ОГПУ от меньшевистского Красного Креста52.

На наши протесты против дачи этих книг начальник тюрьмы изволили раз заявить: "Нам не интересно, кто вы".

Газет и серьезных книг не дают. То же и в Бутырской тюрьме. Между тем меньшевики получают газеты и журналы. Тогда как подследственные спекулянты имеют свидания, мы их лишены.

Письма нам разрешают писать два раза в неделю, причем они путешествуют из Бутырской тюрьмы до какой-нибудь из московских улиц две недели. Прибыв в тюрьму, мы были лишены возможности покупать продукты в лавочке, так как камера еще до нашего прихода была, лишена в виде наказания права лавочных покупок. Мы добились его для себя лишь после скандала.

В таких "культурных" условиях находимся мы, заключенные по обвинению в оппозиции. Доводя до вашего сведения о всех творящихся над нами безобразиях, мы категорически протестуем против нашего заключения, так как считаем, что наша деятельность подлежит суду партийных инстанций.

Мы во всяком случае не остановимся перед любыми формами протеста в целях радикального изменения тюремного режима.

Письмо товарищам на волю

Шесть недель тому назад нас арестовали за принадлежность к оппозиции. Сначала нас держали без предъявления каких бы то ни было обвинений во внутренней тюрьме ГПУ. Мы сидели в камерах вместе с уголовными, валютчиками, нэпачами. Женщин-оппози-ционерок сажали с проститутками и воровками. Нам не давали ни книг, ни газет. Неделями нас держали без допросов, не предъявляя никаких обвинений. Обыски, произведенные у нас дома, вопросы, которые задавали на следствии, показывают, что у нас искали материалы и арестовывали нас за наше участие во внутрипартийной борьбе перед XV съездом партии.

Мы отказывались давать показания в тюрьме о нашей партдея-тельности на том основании, что отчет об этом мы дали в свое время партии. Но ГПУ, чтобы вынудить их у нас, прибегало к мерам насилия и несколько дней держало нас в карцере. После такого "следствия" мы продолжаем оставаться в невыносимо тяжелых условиях. Из внутренней тюрьмы ГПУ нас перевели в Бутырскую тюрьму. Здесь в камерах, рассчитанных на 20 -- 30 человек, держат по 40 -- 60. Старый цементный пол весь в ямах. Грязные, не прилаженные друг к другу доски-клоповники вместо нар. Небеленые стены, нет никакой возможности поддерживать чистоту в условиях необычайной скученности. Как и в ГПУ, мы сидим в камерах вместе с уголовными. Не выдают белья и не дают возможности самим его стирать. Вши нас заедают. Ввиду скученности нет места для сна. Нэпманско-уголовное население камер занимает лучшие места. Вновь прибывающий спекулянт за 10 руб. покупает себе место у уголовного, не получающего передач. Мы же по ночам ютимся у параши на цементном полу. Днем мы подвергаемся прямым издевательствам как со стороны администрации тюрьмы, так и со стороны антисоветских элементов тюремного населения. На нас сосредоточивается вся классовая ненависть врагов пролетариата.

22

23

Нас не только изолируют от внешнего мира, над нами издеваются, стараясь нас унизить и лишениями добиться наших покаяний.

Мы требуем прекратить эти издевательства над большевиками -строителями рабочего государства. Мы требуем отдельных камер для оппозиционеров.

Мы требуем свиданий с родными. Мы требуем окончания следствия в установленные советскими законами сроки.

Требования наши направлены в ЦК и ЦКК ВКП(б). Ответ ждем к 12 часам 2 марта. В случае неполучения ответа в этот срок прекращаем прием пищи.

Ф Ф Ф

Ночью 2-го и 3-го товарищи, написавшие это письмо, были высланы в глухие места Сибири.

Л. СЕДОВ - А. СЕДОВОЙ, С. СЕДОВУ

Москва, Грановского 3/101, Седовой.

5 марта.

Не дурите [с] телеграммами. Папа здоров. Лев. Отправитель: Седов, Алма-Ата

ТЕЛЕГРАММА ТРОЦКОМУ

Верный, Троцкому, из Перми.

5 марта.

Едем [в] Сибирь, пламенный привет. Васюта, Оганесов, Киевлен

ко, Шенкман, Мартынов, Козлов, Ивановская, Бухарцева, Зацепин, Воскресенский, Кириллов, Максимов, Патриарка

С. СЕДОВ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Москвы.

6 марта.

Срочно сообщите, какие русские журналы выписать. Сергей

О. СОСНОВСКАЯ - Н. И. СЕДОВОЙ

Алма-Ата, Троцкой, из Москвы.

6 марта.

1орячий привет. Всегда помним. Беспокоюсь [о] здоровьи, Ольга Барнаульская^

Д. МАЙЗЕЛЬ54 - Л. СЕДОВУ

Алма-Ата, Седову, из Вологды.

7 марта.

Выслан [в] Кадников, Вологодской [губернии]. Подробности письмом, привет всем. Давид

Л. СЕДОВ -А. СЕДОВОЙ

Москва, Грановского 3, квартира 101, Седовой, из Алма-Аты.

[После 10 марта.]

Крайне удивлен отсутствием ответа мою телеграмму от 10 марта. Немедленно телеграфируй здоровье, положение Жоржика55. Если деньги на покупку вещей не отправлены, ждите инструкций письмом. [У] мамы возобновилась малярия. [В] Алма-Ате крайний недостаток хинина. Вышлите немедленно сто доз хинина [по] три десятых грамма, непременно [в] облатках. Получил седьмое [и] восьмое письмо. Шестого нет. Напоминаю [о] привоз [е] летних вещей Сережей. Мечтаю [о] свидании. Крепко вас целуем, Лев

А. ГУРЕВИЧ56 -- Л. СЕДОВУ

Алма-Ата, Седову, из Краснококшайска.

11 марта.

Настроение бодрое, горячий привет Льву Давыдовичу [от] меня и Заварьяна5'. Жду письма. Саша

С. и А. СЕДОВЫ - ТРОЦКИМ

Алма-Ата, Троцкому, из Москвы. 14 марта.

Здоровы. Дела [в] порядке. Сергей [в] апреле выезжает. Аня [-- в] июне. Целуем всех крепко. Дети

ЮШКИН и ЭВЕЛЬСОН58 - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Андижана. 16 марта.

Пламенный большевистский ленинский привет из ссылки. Андижан, гостиница "Москва". Юшкин, Эвелъсон

А. и С. СЕДОВЫ -- ТРОЦКИМ

Алма-Ата, Седову, из Москвы.

17 марта.

Регулярно сообщайте здоровье мамы. Хинин выслан. Жорж Вяз-никовцев, Игорь Мартыныч отдыхают59. Сообщите [о] получении денег. Целуем, Аня, Сергей

ТРОЦКИЙ -- ЮШКИНУ

Андижан, гостиница "Москва", Юшкину.

18 марта.

Ждем подробных писем. Живем, благополучно работаем. Сердечный привет вам [и] Эвельсону от Натальи Ивановны [и] Левы. Ваш Троцкий

24

25

ТРОЦКИЙ - АЛЬСКОМУ

Ачинск, Альскому. Троцкий, Алма-Ата.

18 марта.

Как здоровье? Привет, Троцкий

ЮШКИН и ЭВЕЛЬСОН - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Андижана.

19 марта.

Телеграммы получили, шлем письмо. Большевистский привет

вам, Наталье Ивановне, Леве. Ваши Юшкин, Эвелъсон

3. БРОНШТЕЙН60 - ТРОЦКИМ

[20 марта]

Адрес Мана61: Село Самарское, Тобольского округа. Ссыльному М. Невельсону

ВРАЧЕВ62 - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Вологды. 21 марта.

Сердечный привет вам, Наталье Ивановне, Леве. Сообщите [о] здоровьи, адрес. Отвечайте Советский проспект 96. Врачев

Н. Н. КРЕСТИНСКИЙ - ПИСЬМО ЯРОСЛАВСКОМУ

Совершенно] секретно. Лично

тов. Ярославскому Уважаемый товарищ,

Вы пишете, что тов. Переверзев63 рассказал Вам о попытке неизвестного ему лица конспиративно передать ему какие-то документы оппозиции из Москвы, в частности, документ, который при беглом ознакомлении тов. Переверзева с ним произвел на него впечатление предназначенного для распространения полемического ответа Л. Д. Троцкого на какое-то мое письмо ему об оппозиции.

Основываясь на этом сообщении тов. Переверзева, Вы просите меня информировать партию об этой моей переписке с Л. Д. Троцким путем посылки в ЦКК имеющихся у меня материалов.

Переписка моя с Л. Д. Троцким об оппозиции носит односторонний характер, ибо состоит только из моих писем, остававшихся без ответа, если не считать того ответа, о котором говорит предположительно тов. Переверзев и который до сих пор остается мне неизвестным.

Письма мои представляют интерес разве лишь потому, что отражают мое критическое отношение к тактике оппозиции в различные моменты внутрипартийной борьбы, приведшее, в конце кон

цов, к моему идейному разрыву с оппозицией, несмотря на то, что с большинством руководителей ее я был связан давнишними и тесными личными отношениями. (Я говорю об идейном, а не организационном разрыве, потому что организационной связи с оппозицией у меня не было.)

Пересылая, согласно желания ЦК, копии этих моих писем, считаю нелишним добавить, что опубликование их было бы неудобно по той же самой причине, по которой я не выявлял никогда, даже в своей ячейке, своих разногласий с ЦК, именно ввиду моей работы за границей и притом на дипломатическом посту.

С тов. приветом

Н. Крестинский

22 марта 1928 г.

РАДЕК - ТРОЦКОМУ

22 марта.

Письмо получил, заграничные газеты позабочусь, крепко обнимаю. Родек

ТЕЛЕГРАММА ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Колпашево.

25 марта.

Шлем привет и лучшие пожелания, просим часто писать, получение подтвердите телеграфно. Смилга, Алъский, Нечаев*4, Ежов, Бу-харцева, Эмануэль, Карамоненко, Шенкманк

Л. СОСНОВСКИЙ - ПИСЬМО ТРОЦКОМУ

В первом письме я писал вам на основании материалов сибирской печати, насколько ощутительно здесь влияние кулака в хозяйстве. Сибирские газеты с разрешения Сталина на 2 -- 3 недели раньше начали живописать кулака, чем центральная печать. Дошло дело до того, что Сырцов66 встревожился. У него кулак легализован и доступен обозрению, а в других районах не слышно. Как бы не обвинили в недостатке распорядительности: развел излишек кулаков. Он запросил Москву, почему нигде нет кулаков. Ему ответили, что будут приняты меры. Вскоре воспоследовала знаменитая передовица "Правды" от 15 февраля, приписываемая перу Сталина6'. В духе этой статьи разосланы на места директивы.

Итак, теперь не нужно доказывать, что кулак -- если и не центральная, то, во всяком случае, достаточно приметная фигура в деревенской действительности. Курьезными кажутся теперь шпагоглотательские упражнения Яковлева68 и К° по части гомеопатического исчисления численности кулака в деревне. Я приведу вам совершенно разительный пример из барнаульской действительности. Вкниге "Барнаульский округ" есть данные за 1926 год такие.

В округе почти поголовно молотят хлеб молотилками. Но своими молотилками молотят только 8% дворов, а 88% -- наемными. Значит, почти весь округ зависит от 8% кулаков, ибо во всем арсенале эксплуататорских ресурсов кулака -- молотилка самое ядовитое. Сроки уборки по климатическим условиям здесь короткие. Бедноте нельзя ждать ни одного лишнего дня. И она в руках кулака. Из прилагаемой вырезки69 вы увидите, что кулаку выгодно бывает даже оставить свой хлеб не убранным, зарабатывая в это время на эксплуатации машинами. Теперь выяснилось, что кулак великолепно оценил сельскохозяйственный инвентарь как орудие господства. Мы-то всаживали в инвентарь валюту, мы-то платили за границу наличными и притом золотом, а машины продавали в кредит. Мы-то ввели на инвентарь довоенный прейскурант. Конечно, это хорошо, поскольку речь идет о бедняках и середняках. Но затрачивать валюту для снабжения кулака орудиями закабаления, отрывая при этом средства от индустриализации -- это неслыханный просчет.

Насколько мог, я внимательно следил за газетными сообщениями о судебных процессах над кулаками по 107-й ст[атье]'°. Меня интересовало вот что. На суде обычно приводились яркие и обильные доказательства кулацкого естества обвиняемого. И самый его хлебный запас бледнел перед нехлебным его богатством. Когда перечислялось, сколько у него инвентаря и скота, какими способами он держит в руках бедноту, то думалось: а если бы он дал в этом году хлеб? Сколько еще времени позволяли бы ему беспрепятственно обогащаться? Из всех фактов приведу один. Это был герой первого по времени процесса после приезда сюда Сталина". Кулак Кабардин. Оказалось, что сей муж, вооружившись надлежащими документами сельсовета о своей "трудовой" природе, отправился в Зиновьевск на завод в качестве представителя сибирских хлеборобов. Там с ним "смычковали", митинговали, и он -- вопреки всем порядкам синдицированного сбыта -- приобрел пять молотилок (вспомните сказанное выше о поразительной концентрации молотилок в кулацких руках). Он привез молотилки сюда, раздал 4 штуки приятелям. Потом -- использовав в сезон свою -- продал и пятую, а взамен выписал себе из Зиновьевска шестую. Ведь 6 молотилок в деревне не иголка. Но никто не обратил внимания. И только когда высшее начальство приказало устраивать суды над кулаками, всплыла на суде и эта кулацкая проделка. Читал здесь в газетах такие перечни инвентаря у обвиняемых кулаков, что диву давался. Не кулак, а госсельсклад'2 какой-то.

Местные люди откровенно говорят, что если бы не затруднения с хлебом, то резолюция XV съезда о "форсированном нажиме на кулака" преспокойно лежала бы в шкафах комитетов. Теперь же встряска партийно-советского механизма по этой линии бесспорно произошла. Я, было, недоверчиво относился к разговорам о повороте курса на бедноту. Должен сказать на основании наблюдений и газетных материалов, что, может быть, впервые после

комбедовского'3 периода о бедноте начинают думать более серьезно. Конечно, это пока относится только к области ведомственных мероприятий. Например, распределение кредитов, машин. И то только начинается. В организационном же отношении сдвиг в работе с беднотой еще мало ощутителен. И потому нажим на кулака (ниже я скажу, как нажимают на середняка) дает хлеб и отчасти деньги, но не дает политического эффекта, какой можно и должно было получить. Я думаю, что не преувеличиваю: в большинстве случаев беднота остается после проведения нажима на кулака в смятении, в испуге. Была в г. Камне'4 окружная конференция групп бедноты. Настроение было таково, что местный партийный вождь решил было: это не бедняки, а кулаки. И начал в подтверждение своего тезиса искать их окладные листы по налогу. Кое-как ему удалось втолковать, что это настоящие бедняки, но головы их находятся в распоряжении кулаков, поскольку партия еще не удосужилась заняться ими. Это конференция окружного масштаба, уже подобранная. В более же мелком масштабе беднота постоянно издает жалостные звуки: к кому же мы теперь пойдем за хлебом, раз у кулака не будет хлеба. Надо сказать, что тревога эта не лишена оснований. Нажим произвели, хлеб пошел. А о снабжении хлебом бедноты не позаботились. Приходит бедняк в ЕПО'5, хочет купить несколько пудов хлеба. Ему не дают: должны вывозить весь хлеб на станцию. Где же я куплю хлеба? -- Где хочешь. А до нового хлеба еще далеко. Идет к кулаку. Тот злобно направляет его в то же ЕПО: теперь мой хлеб там, пусть они тебя кормят. Даже те 25% конфискованного хлеба, которые предназначались для снабжения бедноты, усердные заготовители ухитрились смешать с заготовленным хлебом и вывезти из района. Таких случаев много. Только впоследствии бедняцкая тревога дошла до города, и появились распоряжения о частичном удовлетворении бедноты (речь идет о продаже за деньги).

Нельзя отрицать, что в некоторых случаях -- я утверждаю, что это были именно случаи -- нажим проводился при участии бедноты. Приезжали в село, проводили собрания бедноты, выясняли с ними местных кулаков и их хлебные запасы, вовлекали их в дальнейшую работу. В таких местах, бесспорно, беднота подняла голову, а политический авторитет кулака низведен до нуля. Беднота впервые чувствует себя предметом забот. Тут и середняк более дружественно настроен. Но таких случаев, думаю, не много.

Мне известно, что "пятаковые политики" поспешили поверить, будто подобная политика стала здесь правилом. Каменев и Зиновьев, находящиеся в почетном (?!) плену в Калуге, где отбывал плен горный орел Шамиль'6, пекут "кулацкое тесто" сладких успокоительных уверений: новый курс начался, "ныне отпущаеши". Отрицать поворота я не могу. Разговоры совсем другие и не только разговоры. Когда распределяются фонды денежного и машинного кредитования, бесспорно, теперь больше внимания и интереса к тому, чтобы фонды не попали кулаку. Бесспорно, больше интере

са и внимания стали проявлять к задачам коллективизации бедноты. Скажем, если получается кредит в 100 000 руб. на теплые скотные дворы, то 80% сразу выделяется на коллективные скотные дворы, а 20% на единоличные. Тут даже замечается некий перегиб, вернее, проявление коллективизаторского "административного восторга". В порядке разверстки каждому району предписывается к такому-то числу создать столько-то коммун, машинных товариществ и прочих коллективов. Пример: в Барнаульском округе 30 коммун. Из них 16 официально признаны больными. Прироста коммун не было все последние годы. Наоборот, из сотен коммун осталось 30, да и те наполовину больные. И вот предписывается к весне создать 14 новых коммун. Там, конечно, создадут и трижды 14. Но ни финансовые ресурсы, ни организационные не позволят этого сделать как следует. Зато в окружную, а затем в краевую и далее сводки попадет бешеный рост коллективизации. Это и есть бюрократизация всякого живого дела.

Тут мы подходим к вопросу, достаточно ли пригоден нынешний низовой аппарат к проведению нового курса в деревне. Я лично думаю, что мало пригоден. Из передовой статьи "Правды" от 15 февраля мы узнали, что у нас "целый ряд" организаций не видит в деревне классов. Количественное определение этого факта наивно затемняется словечками: нередко... зачастую... кое-где... сплошь и рядом... иногда... Иди доказывай, какой процент партии не видит классов в деревне, хочет жить в мире со всеми, в том числе и с кулаком. Одно можно сказать -- большой процент.

Сейчас в сибирской печати совершенно откровенно начали выяснять, много ли в партии кулаков. Не кулацких подголосков, а форменных кулаков, богачей, скрывающих хлеб сотнями и тысячами пудов, имеющих сложный сельскохозяйственный инвентарь, пользующихся наемным трудом и потому активно выступающих против всякого изменения прежней, благоприятной кулакам политики в деревне. Что такой сорт коммунистов в деревне имеется -- никто не сомневается. Но что среди них имеются и секретари ячеек, и члены райкомов, и инструктора райкомов -- признаться, и я не предполагал. А между тем, когда начальство разрешило об этом говорить, в "Советской Сибири"" появилась удивительная портретная галерея кулаков-коммунистов с указанием их фамилий, адресов, должностей. Сообщалось, что они (например, один инструктор райкома) выступали на крестьянском сходе против "грабиловской" политики партии. Указывалось, что такие коммунисты укрывают от сдачи по 1000 пудов хлеба и тайком продают его городским спекулянтам (в упомянутой передовице "Правды" как раз говорилось о смычке кулака со спекулянтом, но не говорилось, что есть такие члены партии). Ком[мунистов]-кулаков начинают исключать из партии. Особенно энергично, судя по газетам, делают это в Рубцовском округе. И что же? Как только исключили из партии первых 20 -- 30 кулаков, сразу обозначился приток в партию батраков и бедняков, даже в самые застойные ячейки.

В газетах прямо говорится, что кулаки не пускали бедноту и батраков в партию.

Можно ли удивляться, что находились не только ячейки, но даже райкомы и даже чуть ли не окружкомы, которые утверждали, что во вверенном им районе кулаков не обнаружено. Можно ли удивляться, что "целый ряд" организаций не видел в деревне классов. Ведь еще "Коммунистическим манифестом"'8 установлено, кажется, что именно имущие классы заинтересованы в замазывании самого факта существования разделения общества на классы.

Я приведу вам две интересных цитаты из краевого партийного органа "На ленинском пути". Статья М. Гусева в No 3 журнала за 1928 год называется "О хлебозаготовках, деревенских настроениях и "точке зрения"" (о Канском округе). В ней говорится:

"В результате что-то не слышно, чтобы где-нибудь в округе коммунисты первые показали пример сдачи излишков хлеба. Наоборот, известен ряд случаев, когда коммунисты плетутся в хвосте худших настроений. "Другие держат хлеб. Чем я хуже". "Я волен распорядиться своими излишками и повыгоднее продать, кому и когда захочу". Прямо поддерживают враждебную кулацкую агитацию: "Партия нас угнетает, хочет взять хлеб по твердой цене в интересах только рабочих. Нам надо организовать свою крестьянскую партию. Пусть сначала сбавят в городе высокие ставки, а потом и нас заставят сдавать хлеб". Есть коммунисты, имеющие по 300 -- 500 и более пудов излишков, не сдававшихся до последнего времени и -- среди них председатели правлений кооперативов и сельсоветов. А сельские ячейки об этом ни звука... Такие настроения и факты, мне кажется, не являются присущими одному округу. В большей или меньшей степени они, очевидно, имеют место и в других округах".

Статья М. Гусева помещена без всяких примечаний. Да она мало чем отличается от ряда других сообщений последнего времени. Итак, утверждение о том, что нижние этажи здания затопляются кулацкими элементами, подтверждается не только в отношении советского и кооперативного зданий, но частично даже в отношении партийного, о чем мы еще не решались говорить утвердительно, не зная всей правды. Если таковы партийные председатели кооперативов и сельсоветов, то каковы же беспартийные.

Совершенно очевидно, что таковой аппарат еще кое-как под страшнейшим нажимом сверху проводил предписанные ему мероприятия. Но классовой политики он провести не в состоянии и сейчас. Мне рассказывали о методах одного из самых блестящих ударников, посылаемых из центра для проведения заготовок, займа, самообложения. Где он появится, там сводки дают скачущие вверх цифры. Приведу рассказ так, как я сам слышал:

"Приезжает X. в сельсовет.

-- Вы председатель?

-Да, я.

А кто ваш заместитель, пошлите за ним, а сам приготовьте де

ла к сдаче ему. Печати и все прочее.

Почему?

Да потому -- поедете со мной в город.

Зачем?

Очень просто зачем -- в тюрьму. Заготовки не выполнены, за

ем тоже, самообложение тоже. Я с вами шутить не буду: в тюрьму.

Впрочем, оставайтесь здесь до завтра. Я проеду пока дальше, а зав

тра вернусь. Если не соберете полностью, собирайтесь в тюрьму".

И что же. Приедет завтра, а все собрано. Уж какими средствами это сделано -- другой вопрос. Но сделано, и в округ летят сводки с цифрами.

Яркий свет на эти методы бросает другая статья в том же журнале, принадлежащая перу И. Нусинова'9 (На ленинском пути, No 4, с. 19). Два слова о Нусинове. Это -- Яковлев в сибирском масштабе, главный спец по статистическим аргументам о ничтожности кулака. Тем интереснее его замечание:

"Чрезвычайно характерным является то, что чем слабее партийная организация, чем меньшим влиянием она пользуется среди бедноты и середняков, чем меньше были ее возможности по линии мобилизации общественного мнения села в борьбе с кулаком, тем охотнее она переходила к голому административному нажиму, злоупотребляя "дозами", теряя чувство меры. Нужно прямо сказать: чем сильнее сопротивлялась ячейка нашему нажиму на кулака в начале кампании, чем охотнее она разглагольствовала о том, что "все бедняки -- лодыри", тем легче она под градом репрессий в разгар кампании переходила к оголтелому администраторству..."

Из этого отрывка вы видите, что речь идет о таком нажиме, когда потеряно чувство меры, когда начинается оголтелое администраторство. Терминология, напоминающая мне период 1919, когда я ездил от ЦК и ВЦИК развинчивать гайки комбедовского режима в Тверской губернии.

Но с другой стороны, ясно, что речь идет не о кулаке, как жертве этого "оголтелого администраторства". Едва ли даже Нусинов стал бы нынче печаловаться за обиженного кулака. Нет, речь идет о "размолвке с середняком" (кажется, такую фразу приписывали Никитичу80). По всем впечатлениям моим от газет и встреч нажим на середняка за редкими исключениями был поистине оголтелым, с потерей чувства меры. На него налетели с небывалым после 1918 -- 19 годов шумом, проводя сразу 15 кампаний, и все кампании формулировались одним словом: даешь...

Даешь хлеб, налог (до срока), страховку, ссуды, паевые, заем, самообложение, сем[енной] фонд -- кажется, еще не все.

Если бы даже все эти кампании проводились максимально тактично, выдержанно, мудро, с преобладанием убеждения, то и тогда это сгущение во времени целой серии экономических мероприятий должно было встревожить и насторожить середняка. Но разговаривать с ним было некогда и некому. А главное -- некому. Время

бы нашлось, да некому. Партийно-советский и кооперативный аппарат меньше всего приспособлен был к проведению классовой линии методами убеждения. Он либо глухо или громко подпевал кулакам, либо очертя голову кидался, как пес, спущенный с цепи. Оживление Советов и секций выразилось в описанном мною выше наезде окружного ударника: сдавай печать, собирайся в тюрьму.

Нусинов констатирует факт, не объясняя его. Почему же наиболее благосклонные к кулакам ячейки оказывались наиболее оголтелыми в нахрапе? По-моему, это объясняется очень просто. Оборонительная тактика кулака при всей ее гибкости и разнообразии сводится к одному. Он стремится занесенный над ним удар отвести на более широкую мишень, распределить более уравнительно на всю деревню. Вообще, принцип уравнительности в налогах и прочих тяготах находит в кулаках истинных апологетов. А политически кулак хочет, чтобы против партии была раздражена вся деревня, а не он один. И, проявляя оголтелое администраторство, подкулачники, в сущности, выполняют кулацкую директиву. Поэтому нет ничего удивительного в том, что этот азарт совмещается с объявлением бедноты лодырями.

Ошибка Сталина (прежняя и нынешняя, поскольку он в Сибири снова повторил эти слова), что он не понимает классового смысла нынешнего рецидива "раскулачивательных" тенденций. Он говорил на XIV съезде и позже, что партия наиболее готова именно к раскулачиванию. Ничего подобного. Партия (говоря о деревне) оказала сопротивление первой попытке нажать только на кулака. Тут не только сельские коммунисты, но даже судьи и прокуроры в первые моменты отказывались проводить процессы по 107-й ст. против кулаков. Первые процессы были полугласными. Когда же эти подкулачники убедились, что партия хлеб возьмет во что бы то ни стало, они поспешили распределить силу удара по кулаку на середняцкие (частью даже на бедняцкие) спины. В этом прямой и ясный классовый смысл. В этом правильная (с кулацкой точки зрения) тактика. Вот почему так легко от саботажа заготовок часть аппарата перешла к безудержной продразверсточ-ной методике вплоть до сажания в холодную тех, кто не купил облигаций.

-- Я ведь его только один день продержал,-- оправдывался здесь один уполномоченный округа по проведению всех кампаний.

Здесь в печати опубликованы факты, когда партийцы созывали собрание бедноты, и каждый пункт повестки гласил: "Давай". И давай в первую очередь, чтобы доказать кулаку, какой он мерзавец и какие молодцы бедняки: первыми отдают последние гроши на облигации, первыми несут последний мешок зерна, чтобы устыдить подлого кулака.

И это не только в Сибири. Я получил письмо от одного старого партийца (не оппозиционера), работающего по заготовкам на Украине. Он -- старый наркомпродчик81, всю революцию провед

ший на заготовках, утверждает, что происходящее на Украине невозможно назвать словом заготовки. Есть хождение по амбарам, по чердакам, но заготовок, по его словам, нет. Он очень тревожится за настроения середняков. Говорит, что они засыпают армию жалобными письмами. Кое-что по этой части мы знаем и в Сибири.

Так вот, не имея возможности определить количественно степень "размолвки со середняком", я полагаю, что размолвка эта все же получилась. Исключения составляют районы и села, где велась кое-какая работа с беднотой. Там и середняк спокоен, и кулак прижат, и беднота выпрямилась. Но много ли у нас мест, где работа с беднотой велась всерьез, и приспособлен ли нынешний партийно-советский аппарат к такой работе? Нынешняя зима показала даже слепым, каковы жильцы нижних этажей нашего здания. С этой точки зрения "Правда" права: произошел экзамен.

К сожалению, я ничего не могу сказать о том, как переживают городские рабочие (партийные и беспартийные) всю эту деревенскую встряску. Об этом следовало бы порасспросить москвичей. А несомненно, что середняцкие настроения должны до фабрик и заводов докатиться.

Ну, вот вам и все важнейшие сибирские новости. В каком они отношении ко всему пережитому за прошлый год -- судите сами. Если вы находите, что я не прав в выводах или в освещении фактов -- напишите. В сущности, конечно, трудновато в нашем нынешнем положении уследить за фактами, особенно за деревенскими фактами. Но я старался выудить из печати все, что можно. Теперь более пристально стал приглядываться к материалам коллективизации деревни. Если попадется что-нибудь интересное -- напишу.

Будьте здоровы, дорогой друг. Пишите. Крепко жму рук.

Только для членов ВКП(б) Секретно

РЕЗОЛЮЦИЯ

Совещания Высшего политического состава

Белорусского военного округа

по докладу тов. Ланда "Итоги зимней работы и задачи на летний период"

(Принята единогласно)

1. Хозяйственные затруднения, нарастание классовых противоречий, развертывание пролетарской демократии, культурная революция -- все основные моменты, определяющие политическую обстановку в стране, как и всегда, находят свое отражение в жизни армии. Рост политической активности всех специальных групп красноармейцев, политическое расслоение красноармейской массы как результат обострения классовой борьбы в деревне, усиление крестьянских настроений, повышение культурной

требовательности красноармейцев, более чуткое и острое реагирование на все недостатки работы армейского аппарата -- таковы моменты, характеризующие общее политическое состояние частей округа.

Необходимо отметить необычайную чуткость, с которой масса красноармейцев воспринимает настроение деревни, в частности ее верхушечной части. Настроения эти в истекшем периоде приобрели особенно массовый характер и явно влияли на учебу, политическое состояние и боеспособность частей. Развитию этих настроений способствовало наличие в частях классово враждебных нам нетрудовых элементов, пытавшихся в период обострения крестьянских настроений повести явную контрреволюционную агитацию в казарме.

Сейчас, в результате проведенной в частях политической работы красноармеец-середняк в основном понял значение последних мероприятий партии и разделяет их, несколько повысилась активность бедняков, но в то же время не изжито еще кулацкое влияние на зажиточную часть красноармейцев и младшего комсостава.

Политические процессы, происходящие в стране, трудности социалистического строительства в связи с ростом активности враждебных нам классов и групп, а также болезненные явления, отмеченные в резолюции апрельского пленума ЦК и ЦКК ВКП(б)82, находят своеобразное отражение в жизни армии в виде недооценки роли и значения парторганизации и политаппарата в Красной армии, стремления части начсостава освободиться от партийного влияния и руководства в практических вопросах военного строительства, грубых дисциплинарных извращений, развития очковтирательства, карьеризма и прислужничества, замазывания недочетов и болезненных явлений, роста пьянства, идеологических извращений в литературных работах и т. д.

2. Состояние партийной организации, несмотря на все трудности, стоявшие перед ней в течение зимнего периода (дискуссия, хлебозаготовительная кампания), продолжает оставаться здоровым.

Несмотря на неподготовленность и некоторые запоздания в хлебозаготовительной кампании, парторганизация округа в общем успешно справилась с волной крестьянских настроений, нахлынувших в казарму, и ее влияние на основную массу красноармейцев стоит на должной высоте.

Требуют, однако, пристального внимания, усиленной воспитательной работы и решительной борьбы такие явления, как: а) пьянство, б) факты отрыва партначсостава от рядовой партийной массы и от красноармейцев, в) явления политического хвостизма, особенно ярко сказавшегося в период хлебозаготовительной кампании, г) случаи очковтирательства и дисциплинарных извращений со стороны партийных командиров.

Все эти явления обнаруживают тенденцию к росту.

Отмечая значительные достижения в регулировании роста парторганизации округа, Совещание считает главной задачей в этой

области не допустить в дальнейшем снижения удельного веса рабочего состава в числе принимаемых в партию.

3. На общем фоне устойчивого политико-морального состояния

частей округа особенно резко выделяются в настоящий момент

наиболее опасные антиморальные явления, не только не идущие

на убыль, но и обнаруживающие явную тенденцию к росту. К чис

лу этих явлений относятся коллективные нарушения дисципли

ны, самоубийства, самовольные отлучки и пьянство.

Анализ этих антиморальных явлений показывает, что в основе их лежит, в подавляющем большинстве случаев, отрыв начсостава от красноармейцев, недостаточная заботливость о нуждах красноармейцев, факты казенного отношения начсостава к своим обязанностям, а иногда прямая его грубость и незаконные действия в отношении к красноармейцам.

Огромное влияние на политико-моральное состояние частей оказывают все более распространяющиеся случаи безобразных дисциплинарных извращений, совершенно несовместимых с духом и уставами РККА83, и безответственное отношение некоторых командиров к налагаемым ими дисциплинарным взысканиям.

В числе недопустимых явлений, получающих распространение в последнее время, должно быть особенно подчеркнуто очковтирательство, имеющее несомненную связь с другими больными явлениями в жизни Красной армии (бюрократизм и казенщина, карьеризм, факты отрыва начсостава от масс, тенденция "фельд-фебелыцины" и т. п.).

4. В свете этих антиморальных явлений заслуживают особого вни

мания факты, сигнализирующие о проникновении чуждой и враж

дебной нам идеологии в среду беспартийного командного состава:

ряд случаев сочувствия беспартийных командиров оппозиции

во время дискуссии, пассивности в крупнейших политических кам

паниях, наличие в некоторых случаях нездорового отношения к на

шим затруднениям в хлебозаготовках, "принципиальное" оправда

ние отрыва красноармейцев и т. д.

Вместе с тем со всей силой должна быть подчеркнута крайняя опасность таких явлений, как элементы нарождающейся кастовости, упадочнические настроения, бытовые ненормальности (кутежи, пьянство), связи с мелкобуржуазной средой, тем более, что явления эти в некоторых случаях граничат с явным разложением отдельных элементов начсостава (64-я сапрота, 6-й артдивизион).

Наряду с этим должно быть отмечено и идейное оформление и обоснование чуждых Красной армии взглядов и настроений в военной литературе (работы Левичева84, Верховского85, Свечина, Короля, Загю86, Морозова87, Серсона и др.), не всегда получающие должный и своевременный отпор, на что указывала VII Окружная партийная конференция. В связи с этим Совещание считает особенно своевременным и правильным решение Второго Всероссий

ского совещания секретарей ячеек об усилении внимания ПУРа к изданию военной литературы и марксистской критики ее.

5. Распространению многих из антиморальных явлений способ

ствуют недостатки партийно-политической работы в частях. Глав

нейшие из этих недостатков заключаются в следующем:

а) недостаточный охват партийной организацией и политаппа

ратом всех сторон жизни частей, недостаточный охват партийным

влиянием начсостава, недостаточное влияние на хозаппараты;

б) недостаточно решительная борьба с явлениями отрыва нач

состава от красноармейцев, с фактами невнимательного и нечут

кого отношения к красноармейцам, с бюрократизмом, с явления

ми "фельдфебелыцины", с пьянством;

в) наличие формализма и казенщины также и в самой политиче

ской работе, наличие частых случаев искажения классовой линии

и содержания военно-политического воспитания (политзанятия,

внешкольная работа), недостаточная непосредственная связь и ра

бота руководящих политработников в массах, все еще невысокое

качество политической работы;

г) недостаточное умение политорганов и парторганизаций свое

временно и полно увязывать работу с конкретными задачами пар

тии, обстановкой в стране и настроениями красноармейских масс

(пример: неподготовленность и запоздание в хлебозаготовитель

ной кампании);

д) совершенно недостаточная политическая и общевоспитатель

ная работа с начсоставом, отсутствие систематического изучения

его настроений, недостаточное внимание к его политико-мораль

ному состоянию;

е) все еще недостаточное участие начсостава в политической ра

боте и недостаточное понимание им своей ответственности за вос

питание частей и политико-моральное состояние. Этот недоста

ток, порождая ряд антиморальных явлений в повседневной жизни

частей, особенно остро сказывается в наиболее ответственные по

литические моменты (хлебозаготовительная кампания).

6. Отмеченные недочеты имеют свои корни также в том, что ли

ния руководства по основным вопросам строительства армии явля

ется недостаточно единой.

Наряду с правильной партийно-политической линией в вопросах воспитания, дисциплины, взаимоотношений командира и красноармейца, роли партии и политорганов в армии, отношения к очковтирательству и т. п., усвоенной и проводимой политорганами, мы имеем другую линию, противостоящую первой и идущую по линии индивидуального инструктажа командиров, в частности в нашем округе, директивных указаний по линии штабов и ГУ РККА88, часто не встречающую достаточно решительного противодействия со стороны руководящих политорганов Красной армии. Эта вторая линия выражается в ограничении прав политорганов, вопреки действующим положениям, в насаждении "фельдфебелыцины" и очковтирательства, выхолащивании классовой сознательно

сти в деятельности начсостава и красноармейцев (внешняя муштра, запугивание "желтым" волчьим билетом).

Забвение роли партполитаппарата проявляется также в том,

что совершенно правильная майская директива о единоначалии

на практике искажается назначением единоначальниками лиц,

не понимающих линии партии, не могущих руководить партий

ной организацией, пытающихся административно ею управлять.

Единство управления (командира-единоначальника и политчасти)

является поэтому зачастую внешним и достигается путем "прими

ренчества" и "соглашательства", а не на основе принципиально

выдержанной партийной линии. Необходимо в самое ближайшее

время издать положение о военкомах по политчасти и единоначаль

никах -- полностью гарантирующее правильное партийное руковод

ство, связь и руководство политорганов и политаппарата по вертика

ли и кладущее конец всем искривлениям89.

Основные недочеты нашей работы, наряду с перечисленны

ми выше отрицательными явлениями в жизни армии, совершенно

ясно говорят о недостаточном партийном влиянии на жизнь час

тей РККА.

В соответствии с этим выводом Совещание целиком и полностью одобряет решение Второго Всеармейского совещания секретарей ячеек, указавшего практические пути укрепления партийного руководства в армии. Совещание считает необходимым скорейшее опубликование и проведение в жизнь этих решений.

Вместе с тем совещание констатирует также, что решения XV партийного съезда не нашли еще преломления в жизни партии. Между тем, такие факты, как наличие в рядах партии социально чуждых элементов, пытавшихся в хлебозаготовительной кампании противопоставить свое влияние партийным организациям, явления бюрократизма, замазывания недочетов, явного карьеризма и извращений в армейском аппарате -- настойчиво требуют усиления внимания партии к этим больным сторонам военного строительства.

Совещание считает совершенно необходимым, чтобы уроки, извлеченные партией из крупнейших политических событий истекшего периода: решения XV съезда ВКП(б), апрельского пленума ЦК ВКП(б) действительно нашли полное и своевременное отражение во всем военном строительстве и в политической работе в армии.

9. Совещание считает особенно необходимым повести реши

тельную борьбу с "казенным благополучием" и казенным оптимиз

мом во всех областях армейской жизни.

Причины этих явлений совещание видит в недостаточной самокритике, карьеризме, в редких и поверхностных обследованиях действительного положения в частях, в своеобразии требований высших начальников, соединенном иногда с навязчивым желанием увидеть подобное "благополучие". В результате руководящие органы армии получают нередко искаженный материал, дающий основание для опасно успокоительной оценки обстановки. Это же

приводит к усилению рутины и бюрократизма в армейском аппарате и лишает высшие органы возможности своевременно откликаться на нужды низших инстанций и частей. Попытки же отдельных работников разоблачить это казенное благополучие нередко наталкиваются на обвинения в "пессимизме" и в "панике".

10. Решительная борьба с недостатками армейской жизни предпо

лагает развертывание в парторганизациях армии широкой самокри

тики. Самокритика, оставаясь в рамках, определяющих особенность

строительства парторганизаций в армии (циркуляр No 32), должна

стать мощным орудием повышения боеспособности Красной армии,

укрепления дисциплины в частях и повышения авторитета начальст

вующего состава. Это орудие со всей силой должно быть направлено

сейчас против вопиющих недостатков в работе всего армейского ап

парата: элементы упадничества, бюрократизм на различных ступе

нях армейского аппарата и в различных областях армейской жизни,

казенщина, очковтирательство и замазывание недочетов, извраще

ния дисциплинарного устава и т. п.

Совещание отмечает совершенно ненормальное положение, когда вокруг решений крупной парторганизации, закрывающих целый ряд болезненных явлений Красной армии (резолюции парт-коллектива ВПА90, совещания секретарей ячеек и комиссаров Ленинградского гарнизона), не содержащих в себе ни одного отступления от определенной партийными съездами линии, создается обстановка, в которой они становятся "запретными" документами (УВО91, ЛВО92).

11. Развертывание самокритики должно быть закреплено дейст

вительным охватом политорганами и политорганизациями всех

сторон жизни частей и усилением их практического участия во всем

военном строительстве.

Необходимо добиться живого реагирования со стороны нашего армейского аппарата и поддержки партийных организаций в их деловой критике.

Необходимо, борясь с недостатками партийно-политической работы, повысить ответственность политорганов, политсостава и парторганизаций за полное осуществление в армии партийной линии и потребовать от них действительного и полного использования всех своих прав.

Необходимо дать жестокий отпор все еще имеющим место попыткам свести роль политорганов к функциям политико-просветительного характера, подчеркивая значение их как партийных органов прежде всего.

Огульное обвинение политорганов РККА в неумении брать на себя ответственность совещание считает безосновательным.

Вместе с тем совещание находит, что политорганам не обеспечена возможность брать на себя ответственность за все стороны жизни и быта частей самой системой руководства и недостатками в деле подбора основного кадра политаппарата.

Совещание не может обойти первостепенного вопроса о подборе руководящих кадров политического аппарата Красной армии, так как только соответствующий подбор их может обеспечить действительное повышение роли политорганов как руководящих партийных органов в армии.

Совещание считает совершенно ненормальным такое положение, когда во главе политорганов, имеющих крупнейшее значение, оказывались лица, явно не могущие справиться с задачами партийно-политического руководства (УВО, ЛВО). Еще более ненормальным следует признать положение, когда личный авторитет этих лиц, ведших линию на ослабление влияния политорганов, в течение продолжительного времени искусственно поддерживался путем специальных перебросок и демобилизаций политработников и т. п. чрезвычайных мер (УВО). Совещание вынуждено констатировать, что подбор ответственнейших руководителей политаппа-рата не всегда исходит из необходимости укрепления партийного руководства в Красной армии, а на деле приводит иногда к его умалению. Всякая же действительная и настойчивая борьба, за укрепление партийного руководства нередко объявляется "склочничеством", неспособностью сработаться и т. д.

Необходимо всем попыткам извращения правильной пар

тийно-политической линии в воспитании красноармейцев и нач

состава во всем быту и жизни частей, откуда бы они ни исходили

(штабы, командование ГУ РККА), категорически положить конец.

С другой стороны, необходимо добиться внутреннего сплочения

партполитаппарата снизу доверху, а также более решительного

и последовательного вовлечения со стороны политорганов парт

комсостава в партийную жизнь частей, добиваясь полного усвое

ния ими (особенно единоначальниками) правильной партийно-по

литической линии и совместного проведения ее в жизнь.

Основной задачей политаппарата и парторганизаций на те

кущий период является непрерывная действенная борьба, за каче

ство содержания политработы с точки зрения его идеологически

классовой выдержанности, его подлинно воспитательной значи

мости. Борьба за качество должна вестить по линии решительного

устранения казенщины, формализма и упрощенчества из всей сис

темы политвоспитания. Всемерного повышения контроля над со

держанием и ответственности политруков, групповодов и других

звеньев политаппарата за выдержанное классовое воспитание. Ус

тановление повседневного конкретного, подлинно большевист

ского руководства политвоспитанием со стороны парторганиза

ций. Повышение требовательности ко всему начальствующему

составу и его ответственности за политическое состояние части

и за обеспечение проводящейся в нем партработы. Одно из важ

нейших мест в системе политработы должно занять культурное

воспитание красноармейцев. В этой области нашей работы необ

ходимо перейти от общих формулировок отвлеченных рассужде

ний о культурной революции к постановке отдельных конкретных

задач, разрешение которых вело бы к накапливанию культурных навыков у красноармейцев, которые, в свою очередь, служили бы базой для более развернутой культурной работы. С этой точки зрения слабое руководство работой по ликбезу93 и плохое состояние этой работы служит ярким показателем того, что мы практически разрешение задач культурной революции проводим крайне неумело и пассивно.

14. Основными недостатками комсомольской организации

до сих пор остаются: а) элементы хвостизма и даже в отдельных слу

чаях возглавление нездоровых настроений и недопустимых в Крас

ной армии методов выражения недовольства красноармейцами,

б) пьянство комсомольцев (относительно даже выше, чем беспар

тийных) и в) отсутствие до сих пор примерности со стороны комсо

мольцев к воинской дисциплинированности94.

В области руководства комсомолом со стороны парторганизаций и политаппарата коренным недостатком является слабое знание действительных настроений, запросов комсомольцев и влияния их на беспартийных красноармейцев и отсутствие повседневного изучения состояния комсомола в частях.

Твердое и решительное проведение в жизнь решений Второго Всеармейского совещания секретарей ячеек в отношении руководства КСМ и Первой окружной комсомольской конференции является неотложной задачей парторганизации и комсомола в округе.

15. Для обеспечения успеха в области боевой подготовки всего

состава округа со стороны политаппарата и парторганизации не

обходимо:

а) Всей системой работы сосредоточить в летний период внима

ние красноармейцев на вопросах боевой подготовки, обратить

особое внимание на красноармейцев 1904 года [рождения], у кото

рых возможно ослабление внимания к учебе в связи с предстоя

щим увольнением.

б) Необходимо добиться у всего командного состава чувства пол

ной ответственности не только за бесперебойный ход боевой подго

товки, но и за ее качество, т. е. за подготовку самого комсостава к каж

дому занятию. Помогая всей строевой учебе, необходимо повести

самую решительную борьбу с перегибами в сторону "муштры".

в) Весь политсостав обязан теоретические познания, получен

ные им путем самоподготовки по военным предметам в зимний пе

риод, закрепить практическим участием в обучении частей летом,

как путем присутствия на занятиях, так и самостоятельного прове

дения занятий в отдельных подразделениях. Эту работу политсос

таву необходимо учитывать при проверке по военным предметам

осенью 1928 года.

г) Через всю летнюю работу четко проходит подготовка к мане

врам, усиливаясь из месяца в месяц. Так, занятия, учения и сборы

занимают огромное место в лагерной учебе. Организация политра

боты на них должна привлечь серьезнейшее внимание политорга

нов и парторганизаций.

д) Со стороны политорганов необходимо особо серьезное внима

ние уделить сборам начсостава запаса в смысле: 1) внимания матери

альному обслуживанию; 2) организации партийной и политической

работы среди них; 3) подбора хороших руководителей; 4) больше

го здорового сближения начсостава запаса с кадровым начсоста

вом и красноармейцами.

е) Перед политаппаратом и партийной организацией террито

риальных] частей95 стоит задача: в первые же дни прибытия пере

менного состава, во-первых, подчинить настроения, принесенные

красноармейцами из деревни и фабрик, интересам военного обуче

ния, во-вторых, сплотить коммунистов и комсомольцев-перемен

ников и хорошо проинструктировать их о предстоящих задачах

в области боевой подготовки.

Исключительное внимание обращает на себя состояние рабочей нагрузки начсостава, резко отрицательно отражающееся на качестве всей работы. Это настоятельно требует срочных практических мероприятий по облегчению положения начсостава путем рационализации его работы и непосредственной нагрузки.

16. Разрешение основных вопросов, направленных к изжитию имеющихся в РККА недостатков, устранение серьезнейших недочетов партийно-политической работы, установление единства взглядов начсостава на основные вопросы военного строительства, привлечение более пристального внимания всей партии к вопросам жизни и строительства армии -- вызывает необходимость созыва в ближайшее время широкого всеармейского совещания партийного начсостава.

СЕРМУКС -- Л. СЕДОВУ

2 апреля.

Водворен в >сть-Выме у Виктора96. Сердечный привет. Сермукс

ТРОЦКИЕ -- СЕРМУКСУ

3 апреля.

Очень обрадовались телеграмме. Ждем подробных писем. Горячий привет. Лев, Наталья, Лева91

М. АЛЬСКИЙ -- ПИСЬМО К. РАДЕКУ

За два с половиной месяца своей ссылки я успел уже, проездом, побывать и в Новосибирске, и в Томске и доехать даже до самого северного районного центра Наркрая98 -- с. Каргоска -- и ныне переехать в обратном направлении на 200 верст южнее -- в с. Колпа-шево, где и проживаю вместе с Ив [аром] Тен[исовичем] [Смилгой] в д[еревне] Тогур. Мало того -- за это время я успел уже три раза хворать -- перенести амебийную дизентерию, из коих одна даже грозила мне крайней неприятностью -- смертью. Однако как видите, на этот раз обошлось. Таким образом, известное Вам учрежде

ние лишилось ежемесячной 30-рублевой экономии за счет естественного "сокращения" лишнего сверхиндустриалиста, которые, судя по газетам, могли бы в иных условиях быть использованы в целях индустриализации страны. Но как бы там ни было, я пока еще жив и хочу опять заняться Китаем. Я стараюсь дописывать начатую еще в Москве работу о финансах этой страны. Однако условия литературно-научной работы здесь архитрудные. Во-первых, здесь все приходится писать и переписывать с руки, а это страшно неблагодарная работа, и, во-вторых, кроме нашей официальной болтовни и литературы, предназначенной для общего пользования, я ничего не получаю о Китае. В таких-то условиях я волей-неволей вынужден разыскивать в навозной куче нашей периодической и непериодической печати жемчужные зерна, т. е. должен тщательно просматривать все статьи, речи, заметки и телеграммы, которые в той или иной мере "освещают" или затрагивают развертывающиеся ныне события в Китае. Правда, трудно представить себе более убогую информацию, более убогое непонимание того, что происходит в этой стране, чем то, что нам преподносится ежедневно всей нашей прессой, но ничего не попишешь.

В самом деле, чего стоят, например, печатаемые ежедневно телеграммы о восстаниях, перманентно вспыхивающих то тут, то там повсеместно в Китае, или о "коммунистических армиях", как Феникс из пепла99, возникающих в разных пунктах Центрального и Южного Китая, и т. д., и т. п.?

Люди, должно быть, потеряли голову и не знают или, во всяком случае, не хотят уяснить себе, что в Китае вот уже в течение 12 -- 13 лет почти ежедневно происходят где-нибудь выступления всякого рода туфеев, хунхузов100, "мечей", "пик", "ножей" и других подобных групп, организаций и шаек, которых туземная и империалистическая пресса величала раньше по имени, а теперь окрестила именем коммунизма, чтобы скомпрометировать рабоче-крестьянское движение в стране вообще и чтобы, само собой разумеется, "пужать" им китайскую мелкую буржуазию в частности. И вот, перепечатывая ежедневно и преподнося нам без проверки всю эту белиберду, крича о р-е-в-о-л-ю-ц-и-о-н-н-о-с-т-и на этот раз маленьких и малюсеньких Фен Юйсянов, 1о Сунлинов101, Ио Вейцзюнов и Чан Кайши (это имена, конечно, нарицательные), все эти люди, видимо, совсем не понимают, что они, в сущности говоря, опять и опять плетутся в хвосте чужих представлений и оценок китайской действительности, что они опять затрубили в старую, уж достаточно потрепанную "дуду", что они опять обманывают себя и других, извращая действительное положение вещей в Китае, что они тем самым разоружают себя и вооружают других, чем готовят новые разочарования в среде нашего и мирового пролетариата, привыкшего прислушиваться к тому, о чем говорят и пишут у нас в СССР. Люди забыли, что всякая иллюзия -- ложь и обман и что в пролетарской политике всегда нужна суровая правда, как бы тяжела она ни была. Ведь не нашему же классу, закаленному в боях,

42

43

самому молодому и мужественному из всех существовавших до сих пор классов, бояться жестокой правды, как бы неприятна она для него ни была в то или иное время! Я не знаю, зачем нужна нам такого рода информация, кому она на пользу. Не знаете ли Вы этого?

Вот и другой пример. В "Большевике"102 (см. No 3--4 за тек [ущий] год) открылся совершенно новый, долгожданный, дискуссионный отдел, в котором поместили две статьи о Китайской революции, одна -- Ломинадзе и другая -- П. Мифа103. Редакция сопроводила их весьма харак[тер]ным предисловием, что этими статьями ограничивается дискуссия по этому вопросу. Вы, должно быть, это заметили. Так вот, я с большим вниманием прочел обе эти статьи. И вот, не говоря уже о массе недоговоренностей и о "каше", которую они оба наворотили в обеих своих дискуссионных статьях, меня крайне поразила следующая доказательная фраза в статье П. Мифа: "Наконец тот факт, что революционная коммунистическая (!! А.) армия во время своего похода из Нанчана в Сватоу, проделав тысячеверстный путь, во всех деревнях находила лишь заброшенные дома и больных стариков и старух, тот факт, что реакционным элементам удалось представить китайскому крестьянству коммунистическую (ПА.) армию как некое чудовище, от которого китайские крестьяне в ужасе разбежались"..." и т. д.

Что же это такое?

О том, что это вовсе не были революционные, а тем более "коммунистические" армии, ему, бедняжке, видимо, вовсе даже не приходит в голову. Не говоря уже о том, что я, грешный человек, до сих пор не допускал и мысли (каюсь, в этом я действительно повинен), что в наше время могут существовать "коммунистические" армии, не говоря уже о том, что я был всегда глубоко убежден, что коммунистических армий вообще никогда не будет, ибо в эпоху коммунизма не будет ни классов, ни государств, а следовательно, и поводов для войн -- развитие же производительных сил и эксплуатация природных богатств будут идти другим порядком, нежели теперь, в век капитализма. Каюсь, я так всегда думал и думаю. "Каясь в том, каюсь в этом...", помните известное стихотворение? Однако о чем говорит вся эта политическая неряшливость, вся странная терминология и все эти определения? Они говорят все о том же -- об удивительном ком[мунистическом] вранье.

Но не будучи все же Мифом, т. е. не получая в настоящее время почти никаких сведений о китайских событиях и находясь, кроме того, в ссылке, я все же знаю, что и Хэ Лун, и Е Тин, о которых шла выше речь, никогда не возглавляли не только никаких "коммунистических армий", что один из них был обыкновенным бандитским китайским милитаристическим выскочкой, а другой -без году неделю членом Киткомпартии. Кроме того, я знаю еще, что немедленно после их выступления в Нанчане они тотчас же подрались "за шкуру еще не убитого ими медведя" -- за Кантон, который всегда представлял для всех милитаристов лакомый кусок как мощ

ный источник извлечения доходов, что они разбили обе свои дивизии, вернее свои семь полков, на два отряда и разными путями пошли наперегонки -кто раньше добежит до Кантона. В результате, как известно, оба их отряда были разбиты. О том, как Кит-компартия относилась к этой армии, что-то ничего не слышно. Об этом что-то упорно у нас молчат. Таким образом, описываемые Мифом отношения населения к этим армиям являются, по-моему, лишь ярким дополнительным штрихом, который характеризует их "коммунистическую" сущность. Однако наша пресса без всяких околичностей поднимает их, как в свое время Фен Юйсяна, на коммунистический щит и тем самым вторит империалистической печати, на все лады кричащей о коммунистическом характере всякого бандитского выступления в Китае. Скажите на милость, кому это нужно, кому это на пользу?

Но если это, так сказать, "погрешности" против действительности и правды, если это, так сказать, только "маленькие" недостатки нашей агитации, пропаганды и информации, то зато из полемики Вашего, К[арл] Б[ернгардович], выдвиженца П. Мифа с Ломинадзе (см. ту же статью "Спорные вопросы Китайской революции", "Большевик" No 3 -- 4, с. 108 -- 122), можно усмотреть еще и грубейшие программные ошибки в определении весьма высоким и почтенным учреждением возможных путей развития Китайской революции.

В самом деле, Ломинадзе и Миф спорят о том, по какому пути -революционному или компромиссному -- может развернуться новейшая страница истории Китая. Коротко формулируя точку зрения Ломинадзе, Миф пишет: "Тов. Ломинадзе, отрицая возможность компромиссного пути, мотивирует это двумя соображениями: во-первых, что перед Китаем перспектива либо полного превращения в колониальную добычу, либо решительной победы революции. Но ведь превращение Китая в колонию, или укрепление империалистической тенденции, именно и означает единственно компромиссный путь (подчеркнуто мной, А.). Во-вторых, Ломинадзе отрицает компромиссный путь ссылкой на Ленина. Ленин "о возможности победы компромиссного пути ставил вопрос лишь тогда, когда этот путь обозначился уже в действительности", но ведь никто не утверждает возможности победы компромиссного пути в Китае, кроме того, нельзя полагать, что этот путь совершенно не обозначился в действительности (подчеркнуто мной, А.). Первые шаги американской империалистической тенденции мы уже наблюдаем (?? А.). Этих шагов достаточно (!! А.), чтобы этот путь не исключить. Поэтому мы целиком присоединяемся к мнению т. Бухарина, высказанному на китайском совещании, что нельзя считать компромиссный путь развития исключенным для Китая (подчеркнуто мной, А.). Это неправильная, неленинская постановка вопроса. Надо ставить вопрос так: какой путь победит -- компромиссный или революционный -- решит лишь борьба.. Победу революционного пути нужно считать наибо

лее вероятной (Вот как! "Наиболее вероятной" -- формула-то какая! А.), но это не значит, что компромиссный путь совершенно исключен" (Так, так... А.).

Так пишет Миф. Между тем Ломинадзе писал: "Анализ китайской действительности подтверждает полностью наше положение о том, что из настоящего кризиса Китай может выйти лишь по двум путям: или по пути окончательного и полного превращения в колонию иностранного капитала, или по пути победоносной рабоче-крестьянской революции. Первый путь есть, конечно, путь капиталистического развития Китая, но "развитие" это может быть куплено лишь ценой полного порабощения и разорения китайского народа и ценой дальнейшего упадка страны" (см. "Большевик", No3 -- 4, с. 104).

А в общем, присоединяясь по очереди к точке зрения безгрешного московского "папы" Бухарина и не договаривая вещей до конца, каждый из них извивается, как вьюн, и никто из них ни слова не говорит о том, что в нынешней обстановке путь компромисса есть путь контрреволюции. Но и ссылка на Ленина у них не верна. Говоря о "компромиссном пути", Ленин всегда имел в виду бисмар-ковский опыт объединения Германии104 и в своих работах неоднократно противопоставлял ему революционный путь объединения САСШ Америки105. О каком, однако, компромиссном пути развития Китая может идти речь теперь, в свете этих аналогий? Оба уважаемых оппонента, как достойные своего "великого" учителя схоластики, подходят к этому вопросу вне времени и пространства. Одно из двух, или они не знают, или они не хотят знать, что объединение Америки и Германии происходило и формально и по существу разными путями, но в разрезе одной и той же эпохи -эпохи буржуазной революции, когда буржуазия шла в гору, была в полном расцвете своих классовых сил, но в первом случае -- в Америке -- объединение было произведено в начальный период штурма и натиска буржуазной революции на позиции отжившего свой век феодализма, и потому оно и могло быть завершено только революционным путем, а во втором -- в Германии -- в период реализации, т. е. "мирного переваривания" ею своих революционных завоеваний в разных странах (Франция, Америка) и утверждения ею своей гегемонии во всем мире -- поэтому объединение этой страны уже могло произойти компромиссным путем. Но как бы там ни было, допустимо ли в переживаемую нами эпоху пролетарской революции ставить вопрос об объединении Китая в плоскости Мифов-ской аналогии? Вообще говоря, конечно, допустимо, но при соблюдении одного непременного условия -- глядеть вперед, а не назад,-- в противном случае надо исходить из того, что Китайская революция потерпела поражение всерьез и надолго и что контрреволюция в этой стране, наоборот, окончательно победила в настоящее время. С другой стороны, надо исходить из того, что нынешняя стабилизация капитализма открывает во всем мире новую полосу развития последнего. Это, правда, противоречило бы никем еще не опро

вергнутой до сих пор ленинской оценке переживаемой нами эпохи как эпохи мировой социальной революции, но что ж поделать. Ведь давно известно, что не всякий, кто клянется именем Ленина, является в действительности ленинцем. К тому и факты: длинная цепь революций на Западе и Востоке, победа нашей революции в Октябре, мощные революционные выступления рабочего класса и крестьянства в самые последние годы106 -- ведь тоже указывают, что, несмотря даже на временные спады революционной войны и тяжкие поражения революции в ряде стран, мы все же в эпоху мировой пролетарской революции, когда красный призрак бродит по миру, когда мировая буржуазия теряет почву под ногами, когда решается еще вопрос: "Кто кого?" и уж во всяком случае не в период, когда буржуазия еще могла бы спокойненько реализовывать свои победы, ну, хотя бы даже в виде объединения тех или иных колониальных или полуколониальных стран. Раз так, то и вопрос об объединении Китая может быть решен или при помощи огня и железа китайской революции, во главе которой должен и будет стоять китайский рабочий класс, или путем компромисса, но лишь после победы социальной революции в нескольких странах, когда рабочий класс "мирным" путем начнет реализовывать во всем мире плоды героических побед своего авангарда в этих странах. Никакого иного компромиссного пути, т. е. буржуазного компромиссного пути объединения Китая нет и, по-моему, даже и быть не может в переживаемую нами эпоху мировой социальной революции. Исходя из этой точки зрения, мне кажется, что даже победа буржуазной революции в Китае как победа буржуазии в нашу эпоху совершенно исключается. Это, мне кажется, уж должны понимать даже и пионеры, не в возрасте, конечно, почетного пионера Ф. Кона10', а вот у нас этого никак не хотят или не могут понять. Установочка П. Мифа, если б она была кем-либо принята всерьез, и была бы, по-моему, насквозь пораженческой установкой, сколько бы ни клялись при этом в верности учению Ленина и в преданности мировой революции.

Однако каково же действительное положение вещей в Китае? Удалось ли тамошней контрреволюции укрепить и хоть как-нибудь разрешить хоть одну сколь-нибудь серьезную социально-политическую и экономическую проблему в этой стране? Ведь нет же, Китайская республика до сих пор еще разодрана на части и не может быть объединена в условиях, когда туземная буржуазия уже стала, с одной стороны, агентурой иностранного капитала в собственной стране, против которого она и не может, и не смеет поднять своего меча из боязни, что пролетариат в союзе с другими угнетенными классами страны может вырвать и слопать не только ее добычу, но и ее самое, вместе с ее потрохами, и, с другой, когда империалисты, в борьбе за рынки и сферы влияния своего финансового капитала беспрестанно осуществляют в Китае интервенции при помощи штыков собственных и туземных армий подручных им генералов и маршалов, которые тоже кров

но заинтересованы в сохранении существующего в стране порядка вещей. В третьих, внутренняя мощь и взаимная конкуренция всех этих империалистических хищников ведь тоже сказывается на политике последних в Китае. И действительно, Старая Англия, как известно, раньше всегда играла первую скрипку в этой стране, а теперь, после великой империалистической кровавой бойни 1914 -- 1918 г., британский империализм сильно одряхлел на Востоке. В самые последние годы уже резко выявился и общий внутренний упадок промышленного развития этой страны. А это тоже кое-что значит. В то же время ее американские и германские конкуренты в последние годы, наоборот, значительно опять опередили ее в этом и ряде других отношений. В этих условиях Англия волей-неволей вынуждена всячески цепляться за все свои привилегии в Китае, иначе она может оказаться и совсем выброшенной из "игры" в этой стране, а это имело бы колоссальное значение для развязки борьбы на Востоке: и в Китае, и в Индии, и в Персии, и в Египте, и в ряде других стран. Наряду с этим богатеющая изо дня в день Америка, развившая в последние десятилетия колоссальной мощности производственный аппарат, который может, что называется, печь товары, как блины,-- была до сих пор непосредственно мало заинтересована в Китае, который она до последнего времени всегда рассматривала лишь с точки зрения своего потенциального рынка,-- теперь, когда у нее назревает очередной экономический кризис, она, вообще говоря, быть может, и желала объединить в единый, национальный, громадной емкости рынок, но на ее пути стоят на севере этой страны -интересы Японии, а в центральной и южной части Китая -- интересы Англии. Таким образом, намечающееся повсеместное обострение англо-американских противоречий могло бы прорваться наружу и в Китае. А это значит, что в случае попытки Америки объединить эту страну под своей гегемонией, она может натолкнуться в Китае на противодействие Англии, и что вместо того, чтобы потянуть за собой Китай, как баржу, по коммунистическому, или, по выражению Мифа, по компромиссному пути развития, она создала бы новую, невиданную доселе революционную обстановку в этой стране, которая неминуемо отразилась бы во всем мире. Чтобы добиться в этих условиях своей цели в Китае, Америке пришлось бы, во-первых, потопить китайских рабочих и крестьян в их собственной крови, ибо без этого она не возродила бы даже веры в себя у китайской буржуазии и, во-вторых, вооруженной рукой усмирить Англию, которая добровольно не в состоянии потесниться в пользу Америки и отказаться от своих притязаний в Китае, ибо, помимо непосредственного ущерба, это опять-таки обозначало бы для нее "потерю лица" на Востоке и полный развал ее лоскутной империи. Все это вместе взятое и в особенности последнее опять и опять-таки накаляло бы революционную обстановку во всем мире. Может ли империализм пойти в наши дни на такой риск в Китае? Сомнитель

но. Нельзя же, в самом деле, допустить, чтобы после опыта нашего Великого Октября рабочий класс во всем мире оказался безмолвным зрителем всех этих мировых событий. Если же допустить, что развитие Китая может пойти по мифическому пути компромисса, то это как раз и обозначало бы, что Англия может быть спокойненько отброшена Америкой на Востоке, что рабочий класс останется безмолвным зрителем всех этих событий, что он не воспользуется новой революционной ситуацией в своих собственных интересах, что Америка легко может создать себе за счет Англии колоссальной мощности рынок на Востоке, что на этой базе она сможет развиваться в качестве особой, сверхимпериалистической, державы, что капитализм имеет еще порох в своих пороховницах, что Каутский, говоря об эпохе сверхимпериализма108, был прав, а Ленин вместе с нами неправ в оценке нашей эпохи как эпохи мировой социальной революции -- одним словом, это и было бы стопроцентной, как теперь принято говорить, ревизией ленинизма плюс неверие в силы мировой пролетарской революции, т. е. настоящее и ничем не прикрытое пораженчество. Буду очень рад, если Вы напишете и о себе. Адрес мой...

Крепкий привет

М. Ал[ъский]

3 апреля 1928 г.

с. Тогур, в Наркрае

П. С. Как Вам должно быть хорошо известно, я в течение нескольких лет имел и имею счастье и честь состоять в ленинской оппозиции в партии. Кроме того, Вам должно быть также хорошо известно, что с некоторых пор я близко интересовался и до сих пор интересуюсь специально проблемой революции в Китае. В силу этого я все время, как я писал выше, слежу за нашей прессой по этому вопросу. И вот на днях я как-то прочел в "Правде" (в резолюции ИККИ по Китвопросу)109, что "троцкисты", якобы, утверждают, что Китайская революция ликвидирована. Я не знаю, может быть, я что-нибудь прозевал или ничего не понимаю в этом вопросе, но каюсь, я до сих пор не знал, что оппозиция делала когда-либо и где-нибудь такого рода заявления. Бухарин, видимо, думает, "он все могит", т. е. может даже врать на нас, как на мертвых, но ведь мы еще живем!..

А.

Н. МУРАЛОВ -- ПИСЬМО ТРОЦКОМУ

Тара, 4 апреля 1928 г.

Дорогой Лев Давидович!

Ваше письмо от 3 марта получил, оно шло без малого месяц. Возмущен издевательством -- даже в охотничьи развлечения вмешиваются и ставят ограничения. Ведь в 58-й110 статье не сказано, что утки охраняются всеми законными способами от тлетворного влияния

"троцкизма", и даже Сольц111 и Ярославский ничего об этом не писали. Конечно, Китай и его революция ограждены Китайской стеной с замурованной в ней грамотой за семью печатями от взоров и умов великих мудрецов и политиков, которые с самого начала запутались сами и запутали других по вопросу о характере Китайской революции и уж совсем "сбились в ночи" по вопросам тактическим. Еще бы! Как могло быть иначе, ежели вдруг мастерами революции в "мировом масштабе", как говорит матрос Швандя112, сделались такие опытные, выдержанные революционеры, как Ра-фес, Мартынов, Мандельштам и Рютин113 (пишет длинные фельетоны в "Правде"). Сии "мастера" наговорили целую кучу пошлостей, плоскостей, изрекли тысячу филистерских мыслей и поучений. От этих влияний, конечно, не застрахован и автор той статьи, о которой вы пишете. Несомненно одно, что отлив революционной войны, несмотря на жесточайшие репрессии временного характера, и новый подъем имеет большую связь с рабочим подъемом в культурных странах и прежде всего, мне кажется, с английским рабочим движением. Китайским революционерам сейчас необходимо заняться накоплением сил, подбором кадров и широкой сетью подпольных организаций среди пролетариата и крестьян. Страхи перед остатками феодализма есть страхи оппортунистов, как черт литании114. В Октябре, да и поныне у нас были и есть натурально-патриархальные отношения в деревне. У нас и сейчас в деревне много скрытых ростовщиков. Но в Октябре 1917 года мы рискнули дерзнуть и дерзнули недурно.

Вероятно, следите за съездом Профинтерна115 и заметили в речи Лозовского то верное повторение верного анализа и предвидения, о котором вы писали четыре года назад, что приводило в бешенство кое-кого и в бездоказательное опровержение слабым аргументом "это неверно". Таким черепашьим шагом ползет тугая мысль руководителей.

Что касается предвидения, то тут, кроме хороших фраз, не видно ни зги...

Читали ли вы Борхардта "Накопление капитала"116? Книга интересная, но очень оппортунистическая, несмотря на то, что автор считает себя коммунистом. Сей коммунист думает, что можно допустить, "и это вполне вероятно", что капиталисты действуют "честно", когда снижают зарплату рабочих, эгоизм их не руководит ими, а... сознание ответственности за состояние народного хозяйства! Неизвестный Гебраидзе редактировал перевод, а небезызвестный Бройдо издавал без всякого введения, критики, примечаний и т. п.

Эту книгу, вместе с другими (частью дребеденью, а больше хороших) , прислали мне из ин [ститу] та Маркса и Энгельса11'. Посылают вам? Или не посылают "по соображениям идеологического характера"? Это классическое выражение напомнило мне отдаленную эпоху, когда Л. Толстого118 и М. Горького119 изгнали из Академии наук по соображениям тоже идеологического характера...

Вам пока завидовать моей охотничьей обстановке не приходится -- тут еще товарищ Иртыш держит себя солидно, сурово, мрачно и не устает ломать своих толстых одежд -- льдов. Впрочем, пока дойдет сие писание до вас, пройдет около месяца, и всепобеждающее Солнце разорвет зимние одежды Иртыша, и пробудит все к жизни, и приведет все в движение, в том числе и пернатых. Привет Наталье Ивановне, Леве.

Ваш [Н. Муралов] Пишите

И. СМИЛГА - ПИСЬМО ТРОЦКОМУ

Тогур, 4 апреля 1928 г.

Дорогой Лев Давидович, получил 5 дней тому назад Ваше китайское письмо120. Показал его друзьям. Я сформулирую свою точку зрения в следующем письме, которое отправлю Вам еще до распутицы. Мы послали Вам в конце марта телеграмму, но ответа не получили. Получили Вы ее? Равным образом не знаю, дошло ли до Вас мое первое письмо). У нас в Сибири идут весьма оживленные разговоры насчет существа нынешнего внутреннего "левого" курса. Могу поделиться с вами несколькими соображениями на этот предмет.

По-моему, нет ничего более ошибочного, как представление о "левом" зигзаге как о последовательном левом курсе. Основное противоречие этого зигзага состоит в том, что, провозглашая (запоздало) некоторые положения оппозиции, нынешние руководители ВКП проводят бешеный террор против большевиков-ленинцев. Такая политика не может привести к серьезным результатам в смысле выпрямления линии партии.

Глубоко ошибаются все те, кто подобно Пятакову и другим спешат путем предательства хоронить свое прошлое. Наша политическая правда может быть усвоена широкими массами только в том случае, если мы будем беспощадно разоблачать непоследовательность этого зигзага и вскрывать его противоречия. Хлебные заготовки подтвердили ряд положений оппозиции. Наспех и неопрятно проведенная ударная кампания не могла не задеть интересы широких масс середняков. За административный восторг мы ответственности нести не можем. Нынешняя политика не имеет ничего общего с пролетарской политикой.

Левый зигзаг уже находится на ущербе. Внутри консолидируется правое крыло, которому будут сделаны в ближайшее же время серьезные уступки. Только при сохранении самостоятельности по отношению к обеим борющимся группам большинства мы выиграем тех, кто добросовестно заблуждается насчет истинного лица "левой" конвульсии.

Яровой клин, трудности с денежным обращением, ухудшение настроений крестьянства и рабочих, дезорганизация городских рынков, с одной стороны, история с Юрой [Пятаковым] в Америке121, разрыв

германо-советских переговоров122, усиление экономической блокады, с другой, -- все это создает такой экзамен, который под силу только последовательной пролетарской, ленинской политике.

Не лучше, по-моему, обстоят дела и Коминтерне. Левая словесность плюс террор против наших друзей. Здесь также задача состоит в организации большевиков-ленинцев, а не стремление в центристское болото. Наши друзья, критикуя руководство ВКП, должны признавать громадное объективное значение СССР и Октябрьской революции для дела коммунистического пролетариата. Чистка парткомов и факты экономической контрреволюции123 дают богатый материал для характеристики эпохи. Серьезного значения, без изменения всего курса партийного руководства, начатая кампания иметь не может.

Я довольно внимательно слежу за печатью и событиями. Поводов для уныния не вижу. Однако не тешу себя и иллюзиями.

7 апреля мы прозевали почту. Письмо уносят только сегодня. Резолюция ИККИ по китайскому вопросу противоречива и прямо глупа. "Пролетарские центры разбиты... Зато крестьянство идет вперед... Из отрядов со временем создастся Китайская красная армия"... Прямо чудовищно.

Я не китаевед, и мне трудно формулировать алгебраически свою точку зрения. Приходится ограничиться фрагментами.

Опыт нашей революции доказал, что диктатура пролетариата и крестьянства предполагает известное двоевластие. В пределах капиталистической системы классы имеют свои организации. Такую картину я не считаю исключенной для Китая. Тот же опыт говорит, что Октябрь мог быть совершен только под лозунгом диктатуры пролетариата. Удача же Октября зависела в огромной степени от войны между империалистами.

Является ли сегодня окончательной базой диктатура пролет [ариа-та] и крестьянства] или базами являются буржуазия, генералы и 1о-миньдан? Не кроется ли в крестьянских союзах и организациях новая мощная революционная энергия? Не надо ли подробнее осветить политическое лицо этой силы? Если бы Гоминьдан и наши горе-вожди обанкротились бы на восходящей революционной кривой, я, не колеблясь, согласился бы с Вами. Это же я сделал бы, если революция находится перед новым подъемом. Если же дело идет о сравнительно длительной реакции, тогда лозунг социалистической революции может привести к изоляции пролетариата на таком этапе революции, когда это может оказаться для него роковым.

Во всяком случае для меня ясно одно: диктатура пролетариата и крестьянства может быть только кратковременным состоянием. Либо буржуазия, либо пролетариат. Как такой этап она (д [иктатура] п [пролетариата] и кр [естьянства]) мыслится мне и для Китая (как возможность).

Мы все с огромным интересом будем ждать Вашего ответа.

Что Вы думаете насчет Конгресса К[оминтер]на124? Надо что-нибудь предпринять.

Хорош гусь Юрий125, а? Тоже собрал хвостик. Большого вреда все же этот отход не принес. Жаль хорошего парня. Думаю ему написать.

Посылаем последние письма. Через неделю будем отрезаны от мира. Ваш ответ как раз прибудет с первым пароходом. Баян Мальцев в Мариинске. Нечаев в Колпашеве. Мне можно телеграфировать Колпашево-Тогур.

Живем дружно. Все очень кланяются и просят писать. В Тогуре М. Альский и Эмануэль, в Колпашеве, Нечаев, Караманенко, Ежов и Шенкман, Хеворкьян в Парабели, Хоречко126 и Бухарцева в Ильино.

Обнимаю Вас. Ваш И. Смилга

Горячий привет вашим.

От Радека не получаю ничего. Из трех писем Муратова получил всего одну открытку. Погода стоит холодная, ветры задувают вовсю. Еще неделю продержится дорога. И то хлеб.

Еще раз, будьте здоровы и благополучны. Не болейте не только проказой, но даже гриппом.

Альский шлет привет. Он бодр, хотя амеба в его кишечнике прогрессирует. Узжать ему надо лечиться.

Жму руку! Ваш И. Смилга

Мы Вас часто и хорошо вспоминаем. Очень ждем Ваших писем. Нарымчане -народ хороший и крепкий.

Ходят слухи, что Саркис хочет идти по стопам Пятакова.

СЕРМУКС - Л. СЕДОВУ

Алма-Ата. Седову, из Великого Устюга.

5 апреля. Телеграмму получил. Письмо выслал. Сермукс

СЕРМУКС - ТРОЦКИМ

Алма-Ата, Троцкому, из Великого Устюга.

5 апреля. Как здоровье? Жду письма. Целую вас, Сермукс

Л. СОСНОВСКИЙ - ПИСЬМО ТРОЦКОМУ

б апреля 1928 г.

Дорогой Л. Д.! Сегодня получил открытку Н. И. [Седовой] и одновременно ваше письмецо с копиями писем к А. Г. [Белобородову] и И. Н. [Смирнову]. Всегда бываю чрезвычайно рад редким весточкам от вас. Несколько раньше получил ваше письмо о статье "Пр [ав-ды]" от 15 февраля127.

Должен сказать, что, по моим сведениям, второе и третье "поколение" новоселов сибирских очень активно интересуются вопросом о "левом курсе" и пытаются в переписке уяснить друг другу, в чем тут дело. Оттенки мнений такие. Одни находят, что "левый курс" налицо (передовая статья, нажим на кулаков, активизация бедноты, резолюции ИККИ по Англ[ии]128 и др.). Некоторые замечают (единицы из молодежи): "К статье "Пр[авды]" прибавить ничего не могу".

Другие -- таких гораздо больше -- констатируют просто судорожный акт самообороны против кулака, пытающегося утвердить свой "крест [ьянский] план" и не видят никакого левого курса. Считают, что таковой должен бы проявиться и в организационной политике, если бы он был.

Много наивных разговоров о перспективах, комментариев к слухам о тяжбе правых с центром и т. п.

Два приятеля129 пытались по кривым заготовок за три года отметить классовые передвижки в СССР. Довольно любопытно. Если бы я знал, что до вас этот опус не дошел уже, я бы вам послал.

Вы как-то спрашивали о настроении моих восточных соседей. Разное оно. Один кавказец откуда-то узнал ваше мнение о статье "Пр[авды]" и вполне одобряет его, горько издеваясь над "покойным Евсеичем"130. Это -В[аганян]. Другой кавказец вырабатывает какоето "заявление". Это -С[аякян]ш. Его намерения не одобряет В[аганян]. Вот все, что знаю.

Все прочие ребята бодры, размышляют о пережитом, пытаются осмыслить. Молодежь производит довольно недурное впечатление. В некоторых городах уже образовались маленькие колонии. Вот наиболее "густые" колонии:

Барнаул: Сосновский; Саякян (Плех[ановский] инст[итут]); Кириллов (ф[абрика] "Кр[асный] Октябрь"); Зацепин (фабр[ика] "Музпред"); Кондюхов (1-й МГУ).

Красноярск: Белбей; Гугель; Енукидзе; Булатов.

Камень: В. Бухарцева (ехала в Турух[анск], в дороге получила перемену маршрута); Грачевский; Столовский; Фрейденберг; Рез-никовский.

Ачинск: Сафаров; Голодец; Марзак; Мелнайс (1-й МГУ).

Енисейск: Оганесов (1-й МГУ); Оборин (д [емократический] ц[ен-тралист]); Мартынов; Ивановские -- супруги; Розенгауз (из Харькова); Патриарка.

Минусинск: Саркис; Козловский (НКФ); Иоселевич (НКТорг); Иванов.

Канск: Ищенко132; Ефретов; Киевленко; Сухачев; Соломин; Бер-кович.

Из других -- знаю след[ующие] адреса:

К. Грюнштейн133 -- в Чердыни, Виленский-Сибиряков134 -- Усо-лье, Штыкгольт (Горн[ая] акад[емия]) -- Вологда.

Впрочем, если вы о остальных не знаете--я вам сообщу в другой раз.

Из новостей мог бы рассказать много интересного о деревенских делах. По Сибири происходят окружные конференции бедноты

(им предшествуют районные). Была таковая и в Барнауле. Я имел возможность присутствовать. Чрезвычайно интересно. Кон[фе-рен]ция прошла очень активно. Народу не мешали высказываться и говорили свободно. Картина получилась яркая. Я кое-чему тут поучился. Не хочу комкать впечатлений и потому отложу рассказ до ближ[айших] дней, когда напишу вам подробно. Во всяком случае, в деревне -- что-то новое. Пахнет резкой постановкой классовых вопросов, беднота подлинно взбудоражена. Забегая вперед, могу сказать одно: судя по 40 -- 60 речам бедняков, центральной фигурой до сих пор был... кулак. Это слово склонялось на все лады. С[е]ред-няк еле упоминался; это не означает, что он исчез. Но не он верхо

·J Т Т -J \V.t.

водит деревней. Насчет "затопления нижних этажей" -- свидетельство массовое, неопровержимое, яркое.

Надеюсь по свежей памяти написать вам об этом.

Тяга к коллективам -- громадная. Отчасти это вызвано изменением порядка кредитования и снабжения. Сделан большой сдвиг (не сдвижок) в сторону преимуществ коллективов. С другой стороны, взбудораженная беднота ищет выхода.

Ну-с, об этом пока довольно.

Внимательные читатели обращают мое внимание на речь Рыкова136 ("Пр[авда]" от 11 марта), к[ото]рая будто бы является возражением известной передовице от 15 февраля. Не прочел так пристально. А слухи о такой полемике доходят до нас.

Дорогой Л. Д., не сердитесь, я хочу знать, каковы ваши бюджетные дела. Неужто на госстипендии в 30 р.? Я тогда Ротшильд13' в сравнении с вами. Я тоже с ГИЗ138 получил долг в 117р. 17 к. Каково? Пожалуйста, черкните.

Искренне сочувствую бедной Н[аталии] И[вановне]. И все-таки думаю, что я должен открыть ваш текущий счет. Все же от дом[аш-них] хоз [яйственных] дел можно немного откупиться.

Посылаю вам вырезку из харьковской газеты. Затонский139 совершенно прав. Это -- потрясающей силы документ. Он говорит больше, чем в нем написано. Роспуск Шахтинского, Артемовского, Сталинского окружкомов, полная прострация профсоюзов в этих и других округах, констатированная свыше, -- все это создало предпосылки для вопля этого рабочего. Думаю, что я не ошибаюсь в оценке письма. Жду вашего ответа. Во всяком случае подтвердите получение. Жаль, чтоу меня один экз[емпляр] харьк[овской] газеты. Хотелось бы послать др[угим] товарищам.

С любовью, ваш Л. Сосновский

О том, что Богусл[авский] 14° по сель[ским] делам выехал на Пасх[аль-ные] дни в Москву, вы еще не знаете? Возможно, что с ним приедет и О. Д.141 с детьми. Мой Лева конспиративно спрашивает в письме: можно ли писать в Алма-Ату, пропускаются ли туда письма. Уже научен трезвому пониманию обстановки.

Привет Н. И. и Леве.

[Л. Сосновский]

СОСНОВСКИЙ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, Барнаул. 7 апреля.

Вполне здоров, работаю [в] окрплане. Готовлюсь [к] приезду семьи. Ждите письма. Как вы устроились? Горячий привет.

Сосновский.

А. КОНТОРОВИЧ -- Л. СЕДОВУ

Алма-Ата, Седову, из Акмолинска.

14 апреля.

Здоров, жду писем, привет Ледаву142. Крепко жму [руку]. Арналед

ПИСЬМО ТРОЦКОМУ143

Германия. В письме Ф[ишер] и М[аслова] от 14 апреля (попавшем, к сожалению, слишком поздно ко мне и до этого проявленном неопытным человеком, испортившим часть письма так, что начало прочитать нельзя) говорится следующее:

"...(без начала) после информации об образовании Ленинбун-да144. Организация Ленинбунда выгодна в данный момент для KPD (компартия Германии). На закрытой конференции, предшествовавшей учредительной конференции, мы всеми способами боролись против организации Ленинбунда, но мы считали после этого раскол в Ленинбунде в данный момент гибельным и поэтому мы старались избегнуть раскола. Левые (?) (неразборчиво) хотели выступить с собственными списками на выборах, но мы считаем, что это глупые иллюзии. Их аргументация прямо смешна. В руководящей головке газеты мы имеем соотношение (голосов) 4:7. Мы постараемся здесь принять решение, которое сведет на нет решения конференции, но нам удастся это осуществить только после выборов. Мы вынесем постановление и по возможности сделаем его известным широкой публике, отрезывающее им всякие пути ко второй партии. Мы просим поэтому не критиковать все эти ошибки в резкой и враждебной форме. За международное развитие оппозиции у нас имеются серьезные опасения. Главную задачу мы видим в данный момент в приближении к партии, а не отдалении от нее".

Телеграмма Карла [Радека] прибыла на имя жены (письма вышеупомянутого еще не было). В центре согласились с этой телеграммой (против посылки ее в "Правду" была только я). Еще до отсылки ее я сообщила нашим о полученной информации: 1) "Правде" известно (очевидно, через ГПУ), что он Вам телеграфировал и 2) что они ее напечатают. Наши были уверены, что "Правда" утаит эту телеграмму.

По сообщению нашего145 из Коммунистического] И[нтернаци-онала] выходит, что там считают, что поведение Ф[ишер] и М [ас-лова] в последние дни является хитрым маневром. Коминтерн

в своем знаменитом письме по поводу Гамбургских выборов146 обратился к рабочим покинуть ряды оппозиции, выступавшей с собственными кандидатскими списками. А теперь Ф. и М. взяли аванс: сами выступают против этого и показывают всем, что рабочие сами проводят такую тактику и не слушают их советов. Зато в глазах рабочих КПГ Ф. и М. себя реабилитировали и вызвали симпатию. Но подробных сведений, более достоверных, пока нет.

Франция. Как и надо было ожидать, Сюз[ан]14', подобно своему вождю, предала. Прикарманила деньги, данные ей и Тр [эну], и присвоила себе орган. В своем журнале она и Кальзан пишут примерно следующее:

"В ВКП произошел поворот налево. Надо поддержать полностью эту политику и признать свои ошибки. Сделать все, чтобы снова очутиться в партии. Тр [эн] висит в воздухе, очутился без группы, средств и органа. Мы сообщили туда, чтобы группа Паза по возможности объединилась с ним и его сторонниками (результат неизвестен). К сожалению, журнал группы Паза изъят у нас, и я его не видела. Из журнала группы Clarte148 (которая теперь издает уже другой журнал "La lutte des classes"149, так как партия наложила лапу на их журнал), где был отзыв о журналах оппозиционных групп, видно, что в журнале Паза были статьи, направленные против Юрия150. Странно, что в журнале групп Паза печаталась платформа Сапр [снова]ш. Теперь журнал "La lutte des classes" ведется в духе симпатии нам. К сожалению, оттуда нет вестей, хотя там и сидит X.152 Но теперь, надеюсь, будет лучше. Туда поехал Мауран -- испанец, выпущенный из крепости. Он вызван был сюда по доносу, будто неправильно освобожденный из крепости. Здесь К[онт-рольная] К[омиссия] реабилитировала его. Лозовс [кий] дал ему работенку в Париже. Он будет нам полезен. Хотя он и родственник теперь Сув[арина], но не во всем соглашается с ним. Политически он целиком наш. Он считает, что во Франции объединять оппозиционные группы надо было вокруг Роем [ера]153, как самого авторитетного и старого революционера. Он будет во всяком случае работать над объединением оппозиционных групп.

В Коминтерне считают, что в коммунистических партиях на Западе идет процесс гниения и распада, но что и силы оппозиции страшно распылены, и в этом спасение компартий.

Тезисы Тр[эна], как и тезисы Ф. и М. и сводку журналов я Вам послала с одной оказией уже месяц тому назад и, надеюсь, Вы получили.

Частный вопрос. С Маур[аном] договорилась, что они издадут за границей какой-нибудь том Ваших сочинений. Считаю, что самое лучшее было бы "Силуэты" (портреты деятелей рабочего движения), поскольку что-либо новое Вы не напишете специально для Европы.

Бельгия. События последнего времени таковы. Национальная конференция состоялась 11 -- 12 марта 1928 г. Было подано 777 го

лосов (74 делегата) за официальную линию Коминтерна и 331 голос (34 делегата) за Ван Оверстратена154. За официальную линию голосовали преимущественно все иностранные коммунисты-эмигранты (итальянские рабочие, польские и др.). За Ван Оверстратена весь рабочий партактив. Перевес на стороне официальной линии совершенно не отвечает действительному положению вещей. Перевес этот получился главным образом благодаря энергичному вмешательству десятка представителей Коминтерна и тем чисто организационным махинациям, которые проделали они и на которые поддался Ван Оверстратен, как, например, предоставление отдельных мандатов эмигрантам (как таковым), молодежи и т. д. Теперешнее руководство партии неоднообразно и не единодушно. Жак-мотт155 оппортунист, как Вы знаете, и валонский националист, ярый антифламандец156. Ляо15' -оппортунист, путаник и чрезвычайно скомпрометированный среди рыцарей труда. Сильнее их Куунен. Дебух, из молодежи, когда-то наш. Теперь мотается. В себе не уверен и ждет чудес для своей партии от помощи в Коминтерне. Уже создался конфликт между Кууненом и Жакмоттом, оставшиеся в партии сторонники Ван Оверстратена систематически бойкотируют официальную линию. В обсуждениях и решениях не принимают участия. Однако нынешнее руководство боится принять по отношению к ним дисциплинарные меры, и есть уже несколько случаев, когда на устроенных партией открытых собраниях выступали сторонники Ван Оверстратена и увлекали за собой большинство. Здесь поговаривают, что Коминтерн не намеревался исключить Ван Оверстратена и др., ввиду того, что он имеет огромное влияние на рабочих, но Ван Оверстратен, как я уже сказала, дал себя спровоцировать. По всему видно, что Ван Оверстратен поддерживает свои связи с Либерсом (из рыцарей труда) и Герцом. Влияние Ван Оверстратена сильно, особенно среди фламандцев. Самый упорный и воздержанный среди бельгийской оппозиции -- это ...158 -- под его влиянием находится и Ван Оверстратен. Их газеты и дискуссионный номер посылаю Вам.

Италия. Только на последнем расширенном пленуме ИККИ выяснилась отчасти внутренняя жизнь итальянской К[ом]п[артии]. Прежде всего там крупные разногласия между комсомолом и ЦК итальянской партии (причем на комсомол влияет молодежь борди-гиански настроенная)159. Поводом к разногласиям послужил лозунг, включенный также в резолюцию Коминтерна: "Республиканская ассамблея на основе рабоче-крестьянских комитетов". Вопрос касается оценки перспектив, а также и тактики по отношению к недовольным фашистским режимом массам. Партия толкует вышеупомянутый лозунг следующим образом: так как интересы фашизма идентифицируются с интересами буржуазии, то свержение фашизма немыслимо без гражданской войны и свержения буржуазии. Однако в этой борьбе предвидится этап общенародной революции, не означающей еще установления диктатуры пролетариата.

На этом первом этапе партия рассчитывает на возможность участия широких мелкобуржуазных и части демократических масс.

В интерпретации итальянских товарищей получается довольно путаная теория этапов. Итальянский комсомол утверждает, что вышеуказанный лозунг -абстрактный, книжный, не ясный и что массы его не смогут понять. Комсомол спрашивает, что значит "на основе", и доказывает, что этот лозунг склеен из рабоче-крестьянского правительства и учредилки160. Комсомол считает, что этот лозунг и вреден, и опасен, потому что он не отбрасывает, а сеет демократические иллюзии. Они ссылаются при этом на работу и опыт на местах, где не только масса, но и пропагандисты не поняли смысла этого лозунга и, пожалуй, нигде его не выставляли. Сейчас разногласия усиливаются и углубляются. Ставится вопрос о возможности "демократического периода", о "двух перспективах", причем партия защищает двухперспективную позицию, а комсомол -- одноперспективную. В партии имеются товарищи, которые серьезно верят в возможность наступления переходного периода, нечто вроде керенщины161. Они думают, что сама буржуазия, в целях задержки взрыва пролетарской революции, согласится на создание нормального демократического режима. Много и таких, которые видят выход в применении индивидуального террора. Комсомол считает, что партия и в практической своей агитации насчет экономических требований пролетариата проявляет уклоны в сторону экономизма и боится выставлять общеполитические классовые требования. На состоявшейся несколько месяцев тому назад партийной итальянской конференции162 происходила большая дискуссия по всем этим вопросам. Вынесено было решение, одобренное и Коминтерном, о перенесении дискуссии в теоретические органы партии [...]163 понятно, в рамках партийной дисциплины и под контролем Политбюро. До сих пор не появилась, однако, ни одна статья.

На последнем расширенном пленуме (девятом) ИККИ164 делегация итальянской партии в своих выступлениях по русскому вопросу особенно подчеркивала следующее: итальянские рабочие и партийные товарищи на местах сравнительно мало интересуются тем, что говорят Троцкий, Зиновьев и др., но зато они очень интересуются и постоянно спрашивают: "Куда идет русская революция, каково действительное положение рабочего класса и нет ли в самом деле серьезной опасности для существования и развития социалистического государства?"

РАДЕК - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Тобольска. 15 апреля.

Здоров. Поневоле грызу гранит науки. Письмо [в] дороге. Привет всем, Родек

ГИНЗБУРГ и АНДРЕЙЧИН165 - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Акмолинска.

15 апреля. Привет Льву Давидовичу. Гинзбург, Андрейчин

С. СЕДОВ - Л. СЕДОВУ

Алма-Ата, Седову, из Москвы. 17 апреля.

Телеграфируйте необходимость смирновской воды, крайнее желание пойнтера166. Привоз страшно затрудняет167. Сергей

ТРОЦКИЙ -- С. СЕДОВУ

17 апреля.

Первое, привоз смирновской, желателен. Второе, пойнтера, не бери.

РАДЕК -- ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Тобольска.

18 апреля.

Предлагаю послать [за] вашей, Преображенского [и] моей подписью "Правде" [и] "Роте Фане"168 следующее: "Считаю выдвижение особых кандидатур Ленинбунда шагом [к] созданию новой компартии169. Шаг этот решительно осуждаем. Поддержка КПГ как представительницы революционного германского пролетариата обязательная независимо от ее отношения [к] Ленинбунду. Сохраняя право критики ошибок партруководства, всякий коммунист обязан оказать КПГ полную поддержку [в] борьбе [с] германской буржуазией и социал-демократией". Не имея адреса Преображенского, прошу вас снестить и телеграфировать ваше мнение. Привет, Родек

А. СЕДОВА - Л. СЕДОВУ

Алма-Ата, Седову, из Москвы. 20 апреля 1928 г.

Самочувствие лучше. Додержусь [до] начала июня. Отсрочка получена до 1934 года, выдадут [в] сентябре170. [О] дне выезда Сергея [сообщу] дополнительно. Крепко целую всех, Анюта.

ТРОЦКИЙ - РАКОВСКОМУ

Астрахань, Раковскому. 21 апреля.

Мы благополучны. Тебе необходимо перевестись из Астрахани. Обнимаем вас крепко.

ТРОЦКИЙ - РАДЕКУ

Тобольск, Радеку. 22 апреля.

Наш взгляд [о] недопустимости параллельных кандидатур опубликован "Правдой" 15 января171. Повторение излишне. Привет, Троцкий

ТРОЦКИЙ -- СОСНОВСКОМУ

22 апреля.

Беспокоимся [в связи с] неполучением писем. Сообщите здоровье. Послал пять писем. Сколько получили? Троцкий

И. СМИЛГА - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Колпашева.

22 апреля.

Переведен [в] Минусинск. Поеду [в] мае. Откликнись. Смилга

ТРОЦКИЙ -- И. СМИЛГЕ

Нарым, Колпашево, Смилге.

23 апреля.

Послал четыре письма, телеграмму. От вас ничего. Посылаю [в] Минусинск [до] востребования письмо. Привет друзьям, Троцкий

ТРОЦКИЙ - КАСПАРОВОЙ

26 апреля. Курган, Советская 109, Каспаровой.

Обеспокоен неполучением вестей. Троцкий

ТРОЦКИЙ -- СОСНОВСКОМУ

26 апреля.

Барнаул, гостиница "Комхоз", Сосновскому.

Крайне обеспокоен неполучением вестей. Троцкий

ПОЗНАНСКИЙ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Котласа.

27 апреля.

Уфимцев [в Великом] Устюге. Все письма получены. Привет,

Познанский

А. СЕДОВА - Л. СЕДОВУ

Алма-Ата, Красина 75, Седову, из Москвы.

27 апреля. Сережа выехал сегодня почтовым. Аня

ТЕЛЕГРАММА ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, товарищу Троцкому, из Енисейска.

Ход поврежден.

27 апреля.

Из далекой енисейской ссылки первомайский большевистский

привет. Да здравствует непоколебимое мужество в борьбе за диктатуру пролетариата во всем мире. Ивановская, Левин, Мартынов, Оганесов, Розенгауз

ТЕЛЕГРАММА Л. СЕДОВУ

Алма-Ата, Красина 75, Седову. Ход поврежден.

28 апреля.

Телеграмма получена. Послано заказное [письмо]. Бодры, тверды, неизменны. Горячий привет Льву Давидовичу. Тер-Огане-сов, Куреневский

ТРОЦКИЙ - КИСЕЛЕВУ

[Конец апреля.] Фрунзе, Автогараж, Киселеву.

Выехавший [из] Москвы 27-го почтовым Сергей Седов направляется [в] Ал[ма]-Ат[у]. Прошу посадить [в] первую [же] машину.

Содействовать отправке вещей, если возможно автомобилем, если груза много -- лошадьми.

КОНЕВА и МЮЛЛЕР - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Джамбейта. 30 апреля.

Шлем тебе, дорогой Лев Давыдович, пламенный привет первого мая. Конева, Мюллер

БЕЛОБОРОДОЕ и ВАЛЕНТИНОВ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Усть-Кулома.

30 апреля.

Первомайский привет. Белобородое, Валентинов

ТЕР-ВАГАНЯН - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Бийска. 30 апреля. Пламенный первомайский привет, Ваганян

ШВЕЙНИК -- ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Л [ьву] Давидовичу, из Москвы.

30 апреля. Поздравляем с праздником 1 мая. Гр. Швейник

ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Уральска. 30 апреля. Первомайский привет. Преображенский

НАРЫМЦЕВ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Колпашева. 30 апреля. Первомайский привет. Нарымцев

ТЕЛЕГРАММА ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, улица Красина, Троцкому, из Котласа.

30 апреля.

Пламенный первомайский привет. Симашко, Уфимцев, Познанский

УДОСТОВЕРЕНИЕ

Настоящее удостоверение дано Анастасии Семеновне Урберг в том, что она действительно состоит моей сотрудницей с "...""2 1928 года и получает в месяц 60 (шестьдесят) рублей.

г. Алма-Ата

[Л. Троцкий]

[Конец апреля 1928 г.]

Е. А. Преображенский

ЛЕВЫЙ КУРС В ДЕРЕВНЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ

I. Современный хозяйственный кризис в СССР не является ни кризисом конъюнктурным, ни кризисом только экономическим: это кризис длительный и кризис социальный. В основе его лежат два коренные факта: отставание промышленности от сельского хозяйства, т. е. отставание с индустриализацией страны, во-первых, и обострение имманентно присущего нашей системе противоречия между государственным хозяйством и капиталистическим развитием, что до сих пор прежде всего выражалось в растущем сосредоточении сырьевых и хлебных ресурсов деревни в руках кулачества, во-вторых. До известного предела рост государственных сырьевых и хлебных заготовок при данных ценах на промтовары (т. е. при восстановительно-реконструктивных ценах) мог опираться и на рост кулаческого предложения и на рост товарности середняцкого хозяйства, и на укрепление маломощных хозяйств. На этом, собственно, и держалась центристская аграрная политика ЦК последних лет. Но с тех пор, как кулачество закончило свой "восстановительный" процесс, оно вступило в непримиримое противоречие со всей системой государственного хозяйства, поскольку последнее вынуждено развиваться при данных индексах цен. На известном уровне своего

развития кулацкое хозяйство начинает бойкотировать государственное хозяйство, бойкотировать государственные заготовки, накоплять натуральные запасы, начинает вести хозяйственно-изолированное существование, и тем самым захваченная зажиточно-кулацкими элементами часть государственной земли с ее продукцией превращается в орудие срыва государственной политики цен. Это наступление кулачества на государственное хозяйство, намечавшееся лишь в 1925 г., вполне отчетливо выявилось в 1926 г. Оппозиция своевременно предупреждала партию о надвигающейся опасности, в частности о недостаточном обложении верхних слоев деревни. Ее предупреждения не были приняты во внимание.

П. В 1927 г. и в начале 1928 г. кулачество развивает дальше свое наступление. Этот напор на советскую власть основной контрреволюционной силы в стране застает государство врасплох: с отсутствием хлебных резервов, с недостаточным фондом промышленных товаров, предназначенных для деревни, с валютой, находящейся в состоянии скрытой инфляции, с ограниченными кредитными ресурсами и без хлебных резервов. Бойкот хлебозаготовок зажиточно-кулацкими слоями не только срывает план хлебного экспорта, тормозит заготовки некоторых видов сырья (лен), но и непосредственно ставит под угрозу срыва всю систему государственного снабжения городов, семенами -бедноты, хлебом -- сырьевые районы страны. Из создавшегося положения вообще не было никакого другого выхода кроме того пути, на который пришлось стать ЦК, т. е. пути насилия над стачечниками хлебного рынка, насилия над свободой товарооборота между городом и атакующей советскую власть экономически частью деревни. Я не знаю, что предлагали в связи с кризисом снабжения правые группировки в партии, но по общему положению ясно одно: ничего членораздельного, ничего дающего немедленный выход из положения они вообще предложить не могли. Этот переход партии к государственно организованной борьбе с капиталистическими элементами деревни есть новый факт огромного значения, чреватый большими последствиями. Это новый факт во всей экономической и общей политике всех последних лет, а тем самым, и новый факт во взаимоотношениях оппозиции с большинством партии, беря эти взаимоотношения в разрезе нескольких последних лет.

III. Нажим на кулака в течение последних месяцев дал возможность принудительно включить кулацкий хлеб в сумму ресурсов государства, но дальше встает вопрос, кто, какие слои деревни и из каких источников будут покрывать в дальнейшем ежегодно растущий спрос государства на сырье и хлеб.

Для партии и государства возможны теперь лишь два вида политики: а) политика постепенного, на ряд лет рассчитанного выхода из кризиса на основе борьбы с кулачеством и на основе поднятия товарности хозяйства середняков и бедноты, т. е. развитие взято

го в январе-феврале курса; б) политика решительного и громогласного отказа на будущее время от всего содеянного в январе-марте и от левого курса вообще, попытка опираться в развитии сырьевой базы и экспортных ресурсов на все более оплачивающиеся слои деревни, развивающие товарность, без затрат на это государственных ресурсов. Каждый из этих двух путей имеет свою логику развития, имеет свои перспективы и свои ахиллесовы пяты.

IV. Перспектива левого курса в деревне основана на том, что

бы заместить рост кулацкого предложения хлеба и сырья серед

няцко-бедняцким, одновременно поднимая производство мало

мощных, производственно кооперируя бедноту и взявшись

наконец всерьез за совхозы. Наметившееся уже теперь измене

ние как раз в этом направлении общей политики Наркомзема

есть не левая декламация, а первейшая и настоятельнейшая не

обходимость при движении по первому пути. Этот поворот объек

тивно окажется левой жестикуляцией лишь в том случае, если во

обще будет сорван весь новый курс, что, конечно, вполне возможно

при неблагоприятном соотношении сил и при грубых ошибках

и непоследовательности руководства. Ахиллесовой пятой этого

первого пути является тот неблагоприятный факт, что рост

производства маломощных, бедноты и отчасти середняков, пой

дет в большей своей части на увеличение норм натурального по

требления этих слоев и "первоначальное" натурально-хозяйст

венное накопление и лишь в меньшей части увеличит рыночное

предложение хлеба и сырья. Грубый пример: кулацкий недосев

в миллион десятин, покрытый расширением на миллион деся

тин посевов бедноты и середняков, будет означать не восстанов

ление старых размеров товарных излишков, а их значительное

сокращение. При таком положении не только при пониженном

урожае, но и при среднем для восстановления равновесия в снаб

жении города сырьем и продовольствием может не раз и не два

потребоваться возвращение к январско-мартовским мероприяти

ям, что заставит хозяйственно "заскучать" крепкого середняка

и может вызвать более опасный недосев со стороны этого слоя,

с которым особенно опасно ссориться именно на первом году

проведения нового курса в деревне. Это вторая возможная ахил

лесова пята.

V. Перспективы правого курса аграрной политики таковы: не

медленный искусственный аборт левого курса; примирение со ста

чечниками хлебного рынка на основе уступок им; увеличение хлеб

ных цен; отмена всяких ограничений в области аренды бедняцких

земель; приспособление товарного снабжения деревни к запро

сам тех слоев, которые способны бороться за свои интересы хлеб

но-сырьевой стачкой; при недостатке собственного товарного

фонда -- ввоз товаров для деревни из-за границы, вероятно, с ды

рой для монополии внешней торговли.

Эта политика неизбежно потребовала бы увеличения нажима на рабочий класс в городе (рост хлебных цен, увеличение норм вы

работки и т. д.), а в деревне была бы связана с ростом аграрного перенаселения, а также с замедлением темпа индустриализации страны. Естественным завершением этого курса явилась бы реабилитация кулака и признание его полезным работником в системе советского хозяйства. Ахиллесовой пятой этой правой политики является то обстоятельство, что январско-мартовские мероприятия уже являются фактом, они уже терроризировали кулачество, и успокоить его и внушить ему доверие будет делом не легким. За это сразу пришлось бы заплатить какой-то неслыханной ценой, ценой настолько резкого поворота вправо, что даже самые правые из наших правых, привыкшие потихоньку сползать на позиции право-нэпа, на это не решатся. А полумерами здесь сразу ничего не добьешься. А кроме того бывают такие положения, когда аборт вообще невозможен без опасности для жизни.

VI. Какой из этих путей будет окончательно взят?

Сейчас на этот вопрос еще нельзя ответить категорически, но ясно одно: других путей нет и оттягивать долго с выбором не дано. Уже на протяжении этого года, более того, на протяжении ближайших месяцев (весенний и осенний сев) этот вопрос будет решен. В случае победы правого курса, который после январско-мартовских мероприятий может быть лишь решительно правым курсом, мы будет иметь такую общую схему всей политики партии за 10 лет:

С 1917 г. по 1923 г.-- пролетарская ленинская аграрная по

литика.

С 1923 г. по 1928 г., т. е. после поражения оппозиции 1923 г., -

центристская политика, опирающаяся на подъем всех товаропро

изводящих слоев деревни (кроме части бедноты).

С 1928 г. и дальше -- правая политика, опирающаяся чем даль

ше, тем больше на подъем прежде всего кулацко-зажиточных слоев

деревни.

В случае же победы левого курса мы будем иметь другую схему, где первые два звена те же, что и в предыдущей, а с 1928 г. начинается возвращение к ленинской аграрной политике, опирающейся на подъем бедняцко-середняцкой деревни и на борьбу с ее капиталистическими тенденциями. Социально-экономической основой поворота окажется тогда рост классовых противоречий в стране, экономическое наступление кулака, оттачивающее начинавшее ржаветь орудие пролетарской диктатуры и насильственно обрывающее процесс сползания. Внешняя причина -- рост классовых противоречий в капиталистических странах и рост предвоенных противоречий между этими странами.

VTI. Для прочной победы левого курса нужно следующее: 1. Замещение кулацкого сырья и хлеба середняцко-бедняцким делает особенно настоятельным ускорение темпа индустриализации, потому что хлеб у этих слоев можно брать только экономическими средствами, только товарообменом, добиваясь экономическими путями также и уменьшения потребления сельскохозяйственных про

дуктов в деревне за счет увеличения спроса на предметы потребления индустриального производства. А это требует определенного темпа возрастания всего промышленного производства, под страхом срыва всех обязательных пропорций обмена между городом и деревней. Для центристского отношения с прохладцем к проблемам индустриализации также пришел конец.

Антикулацкая политика советской власти, сопровождаемая

нажимом на нэпманов, не может не обострять наших отношений

со всем мировым капитализмом, уменьшая и без того ничтожные

шансы на получение иностранных кредитов для индустриализа

ции. (Исключение может представлять лишь Америка в том слу

чае, если в результате растущего кризиса сбыта и при поисках вы

хода она предпочтет финансированию европейской войны

против нас соглашение с СССР об инвестировании к нам своих ка

питалов.) Отношения между нами и мировым капитализмом дела

ются более натянутыми также и вследствие обострения борьбы

империалистических стран на мировом рынке и усиления классо

вой борьбы рабочих с объединенным капиталом. При таких усло

виях левая политика внутри СССР неизбежно и органически долж

на сочетаться с левой политикой в Коминтерне, кроме всего

прочего гарантирующей большую обороноспособность СССР

в случае войны.

Нельзя ссориться с одной частью деревни, не усиливая одно

временно своих позиций в городе. Сейчас настроение среднего

рабочего, под влиянием почти полного прекращения роста зара

ботной платы, вздорожания жизни, хвостов1'3, увеличения норм

выработки и всеобщего бюрократического зажима, -- неважное.

Пока левый курс в деревне не дает рабочему никаких улучшений,

потому что до сих пор он только спасал рабочих от неизбежного

при старом курсе резкого ухудшения их продовольственного по

ложения. Экстраординарными мерами против кулака удалось

лишь сохранить кое-как старый уровень снабжения городов, дости

гавшийся раньше товарообменом без применения 107-й статьи.

А известно ведь, что за такие вещи массы благодарить не умеют.

Пока средний рабочий не будет реально ощущать выгод от лево

го курса в деревне, последний всегда может быть сорван пере

группировкой сил среди его противников и сторонников внутри

руководящих кадров партии. Кроме посильных для государства

экономических улучшений в положении рабочего класса необ

ходимо и в гораздо большей степени достижимо немедленное

улучшение правового положения рабочих, особенно внизу, на фа

брике, т. е. проведение режима рабочей демократии, с принесе

нием в жертву настоящей низовой рабочей критике худших эле

ментов аппарата и худших приемов управления и профсоюзного

руководства.

Нечего говорить, что логическое проведение левого курса де

лает бессмысленными всякие репрессии против оппозиции, кото

рые могут быть связаны лишь с движением по первому из выше

описанных, т. е. по правому варианту. Хотя не надо забывать, что люди, проводящие сейчас новый курс, проводят не свою политику, а потому последовательности от них, особенно в этом вопросе, ожидать нельзя.

VTII. Что должна делать оппозиция после перехода партии к левому курсу в деревне и в политике Коминтерна? Если в случае неблагоприятного исхода весенней посевной кампании большинство ЦК не откажется от взятой им линии, я считаю абсолютно необходимым и назревшим коллективное выступление оппозиции навстречу большинству партии, совершенно независимо от тех глупостей и гнусностей, которые делаются и будут делаться по отношению к нам. Выступление должно содержать анализ новой ситуации, создающейся вследствие обострения классовых противоречий внутри страны и за границей, оценку поворота в политике ЦК, заявление, что мы берем ответственность за левый курс в деревне и Коминтерне в целях его логического завершения, будем содействовать его укреплению. В документе, мне кажется, не должно быть ни просьбы о приеме нас обратно в партию, ни упоминаний о ликвидации репрессий. Зиновьев и Каменев отказались от защиты своих взглядов, прикидываясь, что произошло какое-то новое обстоятельство, когда произошло лишь осуждение нас съездом, т. е. произошло изменение к худшему. Мы сделали бы теперь обратную ошибку, если бы исходили из того, что никакого изменения к лучшему не произошло, когда очень важное изменение (могущее стать решающим) действительно произошло в результате обострения классовой борьбы в стране, возможность чего мы же сами не раз предсказывали. Это обострение затрудняет подспудное, "термидорианского" типа изменение соотношения сил в стране в пользу капиталистических элементов. Руководители оппозиции вели борьбу за возвращение большинства партии к ленинской политике. Они обязаны теперь сделать все от них зависящее для облегчения возвращения в партию сторонников оппозиции, когда вырисовывается возможность постепенного исправления линии партии иным путем. Если это будет сорвано, пусть в этом не будет ни капли вины с нашей стороны.

Практически я предлагаю товарищам, подписавшим последнее заявление XV съезду и оглашенное тов. Смилгой, при наличии вышеупомянутого условия, обратиться в ЦК с просьбой разрешить им съехаться для выработки заявления предлагаемого мною типа (если, конечно, на этот счет будет у нас согласие) и опубликовать его. Обратиться в ЦК удобнее всего политически Льву Давидовичу, географически -- тов. Раковскому или мне.

Настоящее мое предложение я посылаю на обсуждение товарищей, подписавших последнее наше обращение съезду, и прошу их сообщить свое мнение или письменно, или телеграммой.

[Апрель 1928 г.]

В. КАСПАРОВА - ПИСЬМО ТРОЦКОМУ

Гор. Курган, Урал, Советская ул., 109. Дорогой Лев Давыдович!

Получила письмо-предложение Евгения Алексеевича [Преображенского] по поводу "Левого курса в деревне и перспективах"1'4. Я ему сообщила свое мнение письменно. Ответ мой был таков:

В основном я согласна с ответом-оценкой Старика1'5. Тактически считаю правильным и назревшим предложение обратиться в ЦК за разрешением съехаться товарищам, подписавшим последнее заявление XV съезду, оглашенное товарищем Смилгой. Надо добиться от ЦК согласия на такое разрешение съехаться этим товарищам для того, чтобы обсудить и дать "анализ новой ситуации, создающейся вследствие обострения классовых противоречий внутри страны и за границей", чтобы дать оценку важному изменению (могущему стать решающим при непременном наличии условия: "после перехода партии к левому курсу в деревне и в политике Коминтерна" при условии, чтобы субъектом наступления был бы пролетариат и его партия, чтобы определилось улучшение в рабочей политике и в партийной, чтобы перестали прятать под вывеской "левого курса" продолжающееся разоружение партии и пролетариата) и, наконец, дать соответствующую оценку повороту в политике ЦК и Коминтерна за послесъездовский период.

В результате такого всестороннего анализа "нового" и "важного" во внутренней и международной обстановке в межд[ународ-ном] революц [ионном] движении, оценки характера и перспектив "нового курса", анализа спорных вопросов ВКП (б) и Коминтерна в свете новых событий руководители и сторонники оппозиции русской и международной сумеют дать правильную большевистскую оценку эпохе в целом, каждому ее очередному этапу в отдельности и вытекающей отсюда установке и доведут до сведения ЦК, лучшей части партии и Коминтерна, рабочего класса у нас и за рубежом наше твердое, непоколебимое стремление, невзирая на продолжающиеся репрессии -- тюрьму, ссылку и высылку, поддерживать всякий действительный сдвиг влево, наше действительное отношение к характеру, перспективам левого курса в деревне, в Коминтерне, наконец, дополнительные предложения по рабочей политике и партийной, в целях помощи с нашей стороны логическому, большевистскому завершению "нового курса". Вы совершенно правильно учли возросшую потребность общения с партией исключенных сторонников оппозиции, находящихся в условиях ссылки, разбросанных, изолированных друг от друга громадным расстоянием. Ваше предложение коллективного выступления оппозиции (при известных вышеупомянутых условиях) навстречу большинству партии, я думаю, должно быть встречено сочувственно лучшей частью партии, желающей оценить факты и события со всей полнотой и быстротой, желающей повернуть руль влево.

Я за коллективность, против "аристократического индивидуализма", проявляемого в таких делах, хотя бы и руководителями оппозиции. Надо помнить о десятках, сотнях, тысячах сторонников оппозиции. Их придушенная политическая активность прорывается наружу.

Надо сделать все зависящее, чтобы дать не личный, индивидуальный, а организованный, политический выход всей оппозиции в целом у нас и за рубежом. Необходимо подготовить при вырисовывающихся возможностях постепенного исправления линии партии и Коминтерна (глубокими реформами) возвращение в партию сторонников оппозиции. Вы правы, "если это будет сорвано, пусть в этом не будет ни капли вины с нашей стороны"... Действительно, мы с гордостью можем отвечать за нашу платформу. "История самая близкая рассудит нас". Малодушие, торопливость у части товарищей не разделяю.

Не страшно быть в меньшинстве революционеру-большевику, когда имеешь глубокое убеждение в правильности линии.

Вот, Лев Давыдович, почти доподлинный текст моего ответа на предложение Евг[ения] Алексеевича. Я написала то, что мне диктовала моя революционная совесть. Очень хотела бы иметь текст Вашего ответа. Пишите. А я в Кургане, меня никто и не думает двигать. Горячо целую Наталью Ивановну. Сердечный привет Леве, Сереже.

Крепко, крепко жму Ваши руки. До скорого ли свиданья...

Остаюсь Ваша В. Каспарова

Как здоровье Ваше, Нат [альи] Ив [ановны], ребят? Пишите. Жду ответа. Варя

[Апрель 1928 г.]

X. РАКОВСКИЙ. ЦИРКУЛЯРНОЕ ПИСЬМО

Дорогие друзья!

Наше отношение к "лев [ому] курсу" вам известно. Я постараюсь сейчас сообщить вам о наших задачах, как мы их себе рисуем. Сама формулировка принадлежит мне, но выражаемые мысли коллективны. Каковы же задачи оппозиции?

Борьба оппозиции была немаловажным фактором нынешнего поворота. В настоящее время, опираясь на левый зигзаг и на активность масс, мы должны добиться превращения зигзага в подлинный левый курс. Формы этого превращения различны: возможен приход оппозиции к руководству, возможно создание "левой концентрации", возможно постепенное выпрямление линии нын [ешнего] руководства на основан [ии] проведения платформы оп[позиц]ии, а значит и сближения с ней.

Борясь за укрепление л[евого] к[урса], коммунистическая] оп[позиц]ия должна иметь в виду и второй, не менее вероятный вариант, т. е. возможность резкого сдвига вправо. Оп [позиция] должна учитывать обе перспективы.

Вернуться в партию ценой смазывания основных разногласий (хотя бы в прошлом) значит не столько получить возможность "поддержать новый курс", сколько лишить себя возможности оказать ему деист [вительную] поддержку. Это значило бы превратить оппозицию в аппаратную группировку, бессильную опереться на массы и соорганизовать их активность.

К [а] к и до с [их] п[ор], оп [позиция] может поддерживать левые мероприятия, только энергично разоблачая оппортунизм правых, половинчатость и колебания центристов. И она обязана это сделать, даже если ей придется [остаться] еще некоторое время вне партии.

Сближение с центром, достигнутое [на] осн[овании] смягчения старой критики и отказа от критики,--усиливает позиции "правых".

Подлинное выпрямление линии вне классовых сдвигов невозможно. Именно поэтому надо заострить, сделать выпуклым все основные вопросы, а не смазывать их.

Нам незачем только сейчас повторять о том, что мы хотим единства р[ядов] партии и отказываемся от фракционной работы. Об этом мы говорили в заявлении четырех. Е. А. [Преображенский] думает, что этого достаточно, и не понимает, что вернуться сейчас в партию можно только на основании капитуляции.

Тут дело в том, что партия может принять нас только под давлением снизу. В таких условия наше заявление должно преследовать только одну цель: изложить перед массами, чего мы хотим, за что боремся и как мы оцениваем происходящее. Ничего не смягчать. Попутно должна быть осторожность формулировок и сдержанность, в особенности] организационного] порядка. Но идеологическая постановка должна быть четкой, ясной, чеканной.

На основании такого заявления мы могли бы развернуть в партии борьбу за наше возвращение. Это более реальный путь, чем заигрывание с аппаратными группами.

Кроме принципиальных] разногласий в заявлен [ии] д[олжны] б[ыть] отражены мнимые ("легенды о троцкизме", "клемансист-ские тезисы"1'6 и т. д.). Нужно заклеймить методы проработки, тактику расколов и отколов, безобразия XV съезда, требования отказа от взглядов, метода ГПУ и т. д. и т. д. Все это можно изложить не в горячем, а в объективном тоне.

Очень хорошо было бы, если бы этот объективный тон к [а] к бы сам собой исходил из объективной оценки переживаемого периода, из оценки классовых взаимоотношений, из перспектив класс [овых] боев, из оценки компартий и Коминтерна, из оценки борьбы оппозиции и борьбы с оп[позиц]ией.

Из таких объективных оценок само собой вытекла бы тактика раб[очего] класса и его авангарда, т. е. "троц[кистской]" оппозиции.

Я письмо, собственно говоря, кончил, хотел бы еще пару слов сказать, к [а] к мы представляем себе перспективы нового курса. При всей половинчатости, неполности левый зигзаг является огромным достижением по сравнению с тем неприкрытым поворотом вправо, который угрожал партии в 1927г.

Возможен ли сейчас поворот вправо? Вполне реальная опасность, если хоз[лиственные] трудности этого года толкали на путь левой политики, то хоз [лиственные] трудности предстоящего года будут скорей толкать в противоположную сторону. Эти трудности: кризис хлебный, промышленного] сырья, платежи по кредитам, расчетн[ый] баланс по внешн[ей] торговле и т. д.

Проведение левой политики потребует настойчивости и четкости линии. А это будет лишь в том случае, если массы будут активны, будут ясно сознавать характер переживаемых затруднений, их причины и пр [очее]. Все это затрудняет нынешняя политика замазывания разногласий с правыми, идейных компромиссов с ними, отсутствие ясной и прямой линии (массы все это прекрасно чувствуют). Нынешнее руководство не способно организовать, сплотить массы, но оно может толкнуть их на самодеятельность. Оно не решится своевременно повернуть очень направо. Если оно это и сделает, то чересчур поздно для себя.

Отсюда две возможности: либо центр капитулирует перед правыми и сам начинает вести правую политику (это возможно и при органическом поражении правых), либо правые приобретают решающее руководство. Но есть и третий исход: рост активности снизу, давление масс на центральное руководство, выпрямление его линии. Процесс этого создания длителен. Что делать в это время оппозиции, я уже писал.

Так мы представляем себе положение вещей. Интересен Ваш ответ по всем затронутым вопросам. Шлем горячий привет, дружеские пожелания бодрости.

С комм[унистическим] приветом. [Апрель 1928 г.]

ПИЛИПЕНКО И АБРАМОВИЧ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Коканда.

1 мая. Привет первого мая. Пилипенко, Абрамович

МУРАТОВА - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Москвы.

1 мая. Поздравляем [с] первым маем. Муралова

САПРОНОВ и ОКЛЯНСКИЙ -- ТРОЦКОМУ

Верный, Троцкому, из Шенкурска.

1 мая. [С] боевым пролетарским праздником. Сапронов, Оклянский

С. СЕДОВ -Л. СЕДОВУ

Алма-Ата, Красина 75, Седову, из Казалинска.

1 мая.

Четвертого прибываю [во] Фрунзе. Сергей

О. СОСНОВСКАЯ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Москвы.

1 мая.

Поздравляю друзей [с] первым мая. Ольга Сосновская

ТЕЛЕГРАММА ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Йошкар-Олы.

2 мая.

[С] первым маем горячий привет. Мураховский, Усевич, 1уревич,

Антонова, Заванян, Соловьев

ТЕЛЕГРАММА ТРОЦКОМУ

Алма-Ата,

Льву Давыдовичу Троцкому, из Москвы.

2 мая.

Пламенный первомайский привет. Водоканалъуев, Петька Максимов, Грюнман, Ванька Цветков, Василий Иоффе

ТРОЦКИЙ -- САПРОНОВУ

Шенкурск, Сапронову. 2 мая. Горячий привет. Жду письма. Пишу. Троцкий

СОСНОВСКИЙ -- ТРОЦКОМУ

Ответ 190. Алма-Ата,

Троцкому, из Барнаула.

2 мая.

Обеспокоен слухами [о] вашей болезни, идущими отовсюду, [а] также длительным отсутствием вестей. Новобарнаульцы горячо приветствуют [с] первым мая. Сосновский

ТРОЦКИЙ -- СОСНОВСКОМУ

Барнаул, гостиница "Комхоз",

Льву Семеновичу Сосновскому.

2 мая.

На последние письма ответа Вашего не получал, дважды Вам безрезультатно телеграфировал, крайне обрадован телеграммой. Привет, ваш Троцкий

МИНЦ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Красного Яра.

2 мая. Шлю большевистский майский привет. Мину

Л. СЕДОВ - С. СЕДОВУ

Москва, Грановского 3, квар[тира] 101. [Начало мая.]

Седову. Передай: папа очень огорчен, что не достали Ходекина. Надо приложить все усилия. Сообщи, есть ли надежда. Лев

ТРОЦКИЕ - Р. РАДЕК177

Москва, Остоженка 1/9, кварт. 13. [Начало мая.]

Опасаюсь[, что] письмо Вас не застанет [в] Москве, поэтому телеграфирую. [Из] Берлина начал получать еженедельник "Манчестер Гардиан"1'8. Выписка книг Прейсса1'9 отсюда удобнее всего, но как пересылать деньги? [Из] института Маркса получил первый том для литературного редактирования180. Карла [Радека] необходимо на юг. Полине сердечная благодарность [за] книги, посылки, заботы. От всех друзей бодрые письма. Большое спасибо, Роза Ма-врикиевна, обнимаем. Лев, Наталья

ТРОЦКИЕ - МУРАЛОВУ

Тара, [ул.] Луначарского, Муралову. [Начало мая.]

Здоровье удовлетворительно. Крепко всех обнимаем. Лев, Наталья, Лева, Аня

ТЕЛЕГРАММА ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Баку. 5 мая.

Пламенный привет. Едем [на] новое местожительство [в] Бахчисарай. Слышали [о] вашей болезни. Телеграфируйте здоровье [в] Новороссийск, [до] востребования. Коте191, Ладо, Васо, Ксения

ТЕЛЕГРАММА ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Термеза.

5 мая. Первомайский привет. Шумская, Радзевич, Микина

Послана копия письма Мрачковскому182.

ТРОЦКИЙ - К. ЦИНЦАДЗЕ

Новороссийск, [до] востребования, Коте Цинцадзе.

5 мая.

Здоровье лучше, работаю, пишу сегодня [до] востребования [в] Бахчисарай. Жду письма. Привет, Троцкий

А. СЕДОВА - Л. СЕДОВУ

Алма-Ата, Красина 75,

Седову, из Москвы.

5 мая.

Сокращена [на] службе. [В] понедельник начинаю мытарства, обжалования. Отпуск сорван. Настроение скверное. Купе [для] проезда няни [и] мне имею. На руках инструкции нет. Аня

МУРАЛОВ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, ответ 85, Троцкому, из Тары.

5 мая.

Сообщите состояние здоровья. Муралов

ТРОЦКИЙ - ЦИНЦАДЗЕ

[После 5 мая.] Бахчисарай, Коте Цинцадзе.

Письмо послал. Здоровье удовлетворительно. Привет. Лев

ТРОЦКИЙ - А. ЧЕЧЕЛАШВИЛИ

Тифлис, Паскевича б, Алия Чечелашвили.

6 мая.

Спасибо [за] карточку, сердечный привет друзьям. Лев

ТРОЦКИЙ - ПРЕОБРАЖЕНСКОМУ

Уральск, Некрасовская 18, Преображенскому.

б мая.

Получил.

ТРОЦКИЙ - МУРАЛОВУ

Тара, Фурье 3, Муралову. б мая.

Не считая приступов малярии, здоров, работаю, получил ваше письмо. Привет, Троцкий

ПИСЬМО ТРОЦКОМУ183

Дорогой товарищ!

Пользуюсь случаем подать весточку. Товарищ, который привезет письмо, расскажет подробно о положении здесь, что Вам, вероятно, будет передано. Ограничусь самым главным. На днях выходит брошюра, содержащая "Платформу", "Письмо в истпарт"184, Вашу речь на последнем пленуме185, обращение в ИККИ186 и некоторые мелкие документы. Я написал предисловие к платформе и примечание к письму. Все выходит от имени Истмена18'. Из органов к нашим услугам орган Л.188 и газета венгерских товарищей, о которой ниже. Теперь, когда я ближе познакомился с Истме-ном. и Л., могу подробнее сообщить о них. Истмен, конечно, не коммунист; это радикальный интеллигент, который занимался бы поверхностным восхвалением СССР, как десятки других, если бы случайно не связался бы с нами. Его связь с нами тоже поверхностна. Если бы мы победили, его связь с нами укрепилась бы. При нынешних условиях он будет отдаляться от нас. Он заявил, что ничего, кроме литературных поручений, он выполнять не будет, хотя и это он делает не совсем охотно. На него действуют, помимо прочего, следующие два обстоятельства. Он фактически лишен из-за нас средств к существованию. Радикальные элементы ("Нейшен"189 и пр.) не желают из-за него терять связь с коммунистами и порвали с ним, не печатают его, и он страшно изолирован. Во-вторых, он боится повторения того, что Вы с ним сделали190, и неоднократно говорил об этом. Поднять немного его дух можно было бы, если бы Вы могли как-нибудь задним числом реабилитировать его (скажем, в форме письма к кому-нибудь, помеченного задним числом) или хотя бы подать ему весточку (через меня, чтобы у него осталось). Лучше последнее.

Что касается Л., то это человек без политического хребта. Но именно поэтому его можно тащить, и я считаю, что в свое время Вы сделали ошибку, не закрепив его за нами. Еще за несколько дней до нашего знакомства он в связи с высылкой написал статью, в которой говорил, что хотя он считает, что Ст[алин] прав против нас, но не может согласиться с такими методами борьбы. На мой вопрос, что это означает, он ответил, что он не имел никакой связи -документов -- и был дезориентирован. По существу же, дело в том, что, помимо его бесхребетности, он вынужден сильно лавировать, чтобы не потерять положение. Газета принадлежит немецкому коллективу, который состоит из бывших людей. Это все допотопные старички, которые в молодости принадлежали в Германии к рабочему движению. Здесь они давно уже стали хозяевами всяких булочных и колбасных, но по старой традиции считают себя социалистами. Л. вынужден к ним применяться. Поэтому он до сих пор в редакционных статьях (а по американскому обычаю редакция отвечает только за эти статьи) ни разу не солидаризировался с нами политически, а все больше аргументирует

от человечности и пр. Зато в других статьях можно найти все, что угодно: от откровенно социал-демократических рассуждений до уль-тракоршистских191.

Я пишу частенько, хотя не особенно приятно видеть наши статьи в таком соседстве; приходится писать потому, что другого места нет. В частных разговорах Л. весьма радикален и уверяет постоянно в готовности сделать все, что Вы от него потребуете, хотя на практике он далеко не реализует даже то немногое, что я просил у него. Так как в его позиции большую роль играет его личное отношение к Вам, это нужно использовать, и Вы должны написать ему, наметить перспективы и дать инструкции. Это будет иметь значение и потому, что и он, как и И[стмен], боится, что Вы снова отречетесь от него.

Пока что польза, которую удалось извлечь из него, заключается в том, что через него удалось получить некоторые связи. Через него я связался с венграми. Это -- группа прекрасных преданных рабочих (около 60 -- 70 чел.), настоящих коммунистов. Их руководители исключены недавно за поддержку нас. Не имея никаких связей, документов, они еще до нашего знакомства начали издавать еженедельник ("Пролетар"), в котором заняли совершенно правильную линию, полностью совпавшую с нашей. Насколько я могу судить по их короткому изложению содержания статей, они больших промахов не делают. Я заметил только один -- когда они без всяких комментариев перепечатали чисто корш[ист-скую] статью. Я посылаю комплект; постарайтесь найти человека, знающего язык, и ознакомиться. Так как это -- безусловно наши люди, Вы должны написать им, подбодрить их, указать на промахи, подчеркнуть линию и пр. Во всех письмах надо будет, между прочим, подчеркнуть, что я действую по Вашим директивам. Это поможет мне в решительные моменты, если нужен будет какой-нибудь нажим.

Теперь нащупал еще связь с одной еврейской группой и на днях повидаюсь с ними. Помните, что при оторванности продолжать работу можно будет лишь, если Вы не забудете присылать документы и информацию. Хорошо также, если бы удалось наладить пересылку статей. Они могли бы публиковаться одновременно и здесь, и в Европе. Пока приходится ориентироваться по "Пролетару" и еврейским материалам, которые доходят. Этого мало.

Наконец, последнее. Я приступил к организации комитета помощи арестованным и сосланным. Я не решался делать этого сам и полагал приступить к сбору неофициально. Но недавно я получил от наших из Берлина письмо, в котором они предлагают развернуть широкую кампанию. Я написал обращение, которое, кроме И[стмена], Л. и венгров, подпишет ряд людей леворадикального типа. Надеемся привлечь Синклера192. Ему написали, но от него пока нет. Подбор подписей производим очень осторожно. Кстати, И[стмен] и Л. идут на это не совсем охотно, хотя отказать не могут. Но дело от этого затягивается. Материаль

но это может дать много, но сам не совсем хорошо представляю себе политический эффект этого дела. Если почему-либо директива об этом дана без Вашего ведома, подумайте и, если Вы против, телеграфируйте немедленно.

Теперь о прочих делах. Позицию, занятую Вами по отношению к организационным мероприятиям немцев, считаю абсолютно неправильной. Мы обожглись на Альт[оне]193 и перегибаем палку в другую сторону. Постановка вопроса в директивах и в письмах к конгрессу Л [енин] б [унда] (я исхожу из того, что они писаны Вами) совершенно правильна, поскольку дело идет о второй партии. Но толковать эту постановку распространительно и выдвигать ее против всяких организационных оформлений значит толкать то, что есть, на распад. Я хорошо видел, как они таяли, потому что они были неоформлены. Фракция тоже, как Вам известно, мало выигрывает от недостаточного внимания к организационным вопросам. На такой же путь, как и немцы, стал, как Вам, вероятно, известно, и Тр[эн], который организовал комитет по восстановлению.

Другое дело -- тактика. Против выставленных списков надо возражать категорически: это воспроизводит в расширенном виде альт[онскую] ошибку и может привести к очень вредным последствиям. Я думаю, что если бы мы заняли правильную позицию, и одобрили организационные шаги, нам легко удалось бы добиться их отказа от выставленных] списков или, вернее, разговоров об этом. Я думаю, что в конечном счете они списков не выставят, а лишь оскандалят себя угрозами.

Что, кстати, означает выступление Радека194? Если это -- шаг к отходу от нас, то это -- вредная анархическая выходка. Несмотря на мое отношение к немцам, которое Вам известно, я не думаю, чтобы было умно рвать с ними теперь. Как бы то ни было, немцы представляют собой единственную заграничную группу, которая в членораздельной и политически грамотной форме продолжает отстаивать наши основные политические взгляды и дает в основном правильную оценку происходящего в СССР. Они ругали нас, Заявление 121-го195. Я не знаю, что они тогда писали (я не имею этих номеров), но по существу они ругали поделом: теперь мне кажется бесспорным, что этого заявления подавать не надо было.

Единственно, что нас отделяет от них по существу теперь, это -- их пассивная поддержка шарлатанства насчет троцкизма, но это видно только для весьма искушенных людей. Я имел по этому поводу переписку с М [асловым] и поставил перед ним вопрос довольно резко. Он ответил примерно следующее: он считает Вашу дореволюционную позицию меньшевистской; считает, что мы в 1923 г. были правы только частично в одном вопросе -- во внешней характеристике партрежима, хотя не поняли его социального смысла; но он не видит, какое это имеет касательство к современным отношениям. Он считает, что наша тактика была неправильная (в этом

он не столь уж неправ), но политических разногласий у него нет. Ему я ответил письмом, в котором пытался доказать, что "троцкизм" будет элементом разложения всех оппозиционных групп, которые не выступят решительно против этого шарлатанства (кстати, свежий пример мы уже, кажется, имеем на группе Сюзанны)1%; но мы должны помнить, что среди того моря клеветы и вражды, которое создано вокруг нас, нам не следует швыряться людьми, которые нас поддерживают, хотя бы они не на все 100% были нашими.

То же относится и к Трэну. Возможно, что теперь дела немного сдвинутся во Франции. Опираясь на [группу] "Прот[ив] теч[ения]", надо привлечь и Тр[эна] и Сув[арина] -- последний все-таки наш. Он пал жертвой нашей слишком большой лояльности по отношению к нашим дорогим союзникам. Теперь надо эту ошибку исправить: при всех своих ошибках он, как революционер, все еще на десять голов выше и Сюз[анн] и тех проходимцев и болтунов, которые стоят во главе к[ом]п[артии]. В его ошибках больше виноваты мы, которые бросили его, чем он. При том влиянии, которое Вы имеете на него, его можно вернуть в наше русло, и он нам еще нужен будет: он будет из тех, которые останутся с нами и тогда, когда еще многие из наших, которых мы считаем очень близкими, уйдут от нас,-- а дело как будто идет к этому.

В связи с этим -- несколько слов про домо суа19'. Несмотря на то, что мы разбиты, мы идейно победили. Но эта наша победа при современных условиях превращается в источник разложения в наших рядах. Повторяется то, что уже было раз, примерно зимой 1924 -- 1925 гг., когда многим казалось, что разногласия по существу изжиты и что оставаться в оппозиции теряет смысл, что нельзя оставаться "против партии" по личным связям, симпатиям или из упрямства. Многие уходят потому, что искренне убеждены в этом; многие -- потому, что это дает им видимость самооправдания или просто приличный идейный повод для возвращения своего положения. А этот развал в нашей среде может иметь весьма печальные последствия. Возможны, очевидно, два положения: либо в момент обострения положения (а это, вероятно, будет осенью) Ст[алин] капитулирует перед правыми и резко заберет вправо. Тогда часть вернется к нам; другая часть будет продолжать катиться и растворится в общей массе.

Я, однако, считаю более вероятным другое -- что Ст[алин] захочет покончить с правыми и вынужден будет продолжать левую линию, тем более, что теперь уже для всякого слепого ясно, что по нашему пути лежит выход. Но в этих условиях Ст[алин] вынужден будет искать поддержки слева. Если мы сохранимся к тому времени как политическая группировка, мы можем еще сыграть свою роль и политически ожить. Если же к тому времени наши основные кадры капитулируют, то Ст[алин] предпочтет опереться на них в проведении левого курса. Эти люди, которые все-таки проходили школу оппозиции (некоторые даже и в качест

ве учителей), будут поставлять идеологию, Ст[алин] будет иметь лавры, а Вы с небольшой кучкой верных людей будете окончательно уничтожены.

Если мы хотим обеспечить левый курс и не отрезать себе окончательно пути для возвращения на политическую арену, нам нужно во что бы то ни стало задержать развал. Надо дать людям перспективу; если ее пока нет, надо ее выдумать, чтобы хотя бы до осени удержать кадры. Этот развал в малом масштабе я наблюдаю и здесь. Нас здесь было четверо: один капитулировал сразу после съезда, второй -- на днях, остались мы вдвоем с нашим общим другом П-м; в последнее время и он не выдержал; он отказался вести какую бы то ни было работу потому, что не хочет вести борьбу против партии и в такой момент, когда она проводит нашу линию. Он еще не капитулировал, но уже ведет какую-то двойную игру.

Это связано с нашим партийным положением. После съезда нам предложили подать заявление. Я исходил из того, что нам нужно удержаться в партии, и мы написали общее заявление в духе заявления 121 (нам это позволительно). Мы расписали, что у нас нет программных разногласий и осудили фракционную работу, но оговорили, что мы считаем неправильным исключение оппозиции из партии. Так как наше парт[ийное] начальство состоит из обывателей, которые хотят, чтобы в их хозяйстве все было без скандалов, удовлетворились. Но когда дело дошло до Москвы, они получили нагоняй. Сам Яр[ославский] написал письмо и предложил потребовать от нас -- в качестве минимального условия -снятия пункта о несогласии с исключением и осуждения так называемых директив. Особенно настаивали на втором. Я заявил, что по первому пункту я продолжаю оставаться на своей точке зрения, а по второму, что -- хотя против фракционной работы, но так как директивы являются прямым следствием определенных методов борьбы с оппозицией, то, осудив директивы, я тем самым косвенно одобрил бы не только исключение из партии, но и ссылки и аресты. Позиция, конечно, весьма слабая, и нас бюро исключило. Насколько я понимаю, некоторые идут на подачу таких заявлений, какое требовалось от нас. Я не знаю конкретной обстановки на месте и не могу судить о том, насколько это правильно, но для себя я считаю это неприемлемым. На заседание ячейки я явился и был исключен. П. не пришел тогда и теперь его почему-то пока не трогают. Не знаю -- давал ли он какие-нибудь авансы или нет. Ближайшие дни покажут это. Мне он заявил, что требуемого заявления не подаст пока, но он сделает это, если убедится, что левый курс взят серьезно. Так как пока дело ограничивается тем, что он только отказался работать, хотя он и раньше делал это неохотно, то распространяться о нем пока не нужно. Я убедил его написать Вам письмо с изложением своей точки зрения. Прочитаете -- решите.

Еще несколько слов обо мне. Возможно, что в связи с исключением мне скоро будет предложено поехать домой. Здесь снова вста

ет вопрос о предложении, которое мне было сделано от Вашего имени. Обдумайте снова этот вопрос. Если даже решить, что мне нужно пожертвовать для дела собой, то нужно ли это на нынешней стадии для дела? Так как мы с Вами являемся теперь полными антиподами -- в географическом смысле этого слова, -- то я при лучших условиях смогу получить ответ лишь месяца через два. Поэтому прошу Вас постараться ответить сейчас же по получении. Жму руку. Желаю бодрости и здоровья. Я, как никогда, бодр и уверен в нашей правоте.

Ваш С.

Я прочитал письмо и нашел, что я не совсем полно формулировал свое отношение к тому, что сейчас делается на родине и могу быть неправильно понят. Постараюсь коротко формулировать. Нынешний левый курс, рабски и неуклюже копирующий платформу, несомненно является результатом реакции со стороны рабочего класса, которую Вы правильно предсказали. Но произошла эта реакция не так, как мы ожидали: наша деятельность была сама формой проявления этой реакции, но мы были разбиты, когда попытались политически организованно оформить эту реакцию, причем были разбиты при пассивности пролетариата. А затем, после нашего поражения, рабочий начал реагировать тем единственным способом, который у него остался после того, как пролетарское крыло партии потеряло возможность отражать его интересы,-- стачкой.

С другой стороны, два основных явления последнего времени с исключительной резкостью и рельефностью сигнализировали крах сталинской политики. Провал заготовок показал, куда ведет крестьянская политика; а Шахтинское дело наглядно показало, как бюрократический режим раскрывает дверь контрреволюции. Все это вместе и вызвало поворот. Но говорить о левом курсе еще рано. Война только объявлена, но борьба, еще на началась. Антипролетарские элементы еще не дали ответа. Как пойдет дело, когда этот ответ последует, -- вот вопрос, который позволит судить о том, каков курс. Какова наша роль? Реакция со стороны рабочего класса протекает в стихийных, а поэтому в наиболее опасных и вредных формах. Если мы не можем ее возглавить, она либо будет раздавлена, либо может зайти дальше, чем мы хотим, и будет возглавлена другими.

Мы должны сделать все, что от нас зависит, чтобы оформить и организовать начавшуюся активность пролетариата. Поэтому именно теперь при "левом" курсе надо работать не меньше, а больше, чем при откровенно правом. Ближайшее время будет решительным для революции в целом. При резко обострившихся противоречиях в стране политика зигзагов становится все более невозможной (я говорю не о тактическом и стратегическом маневрировании, а о болтании между классами). Либо, наконец, будет взят правильный курс, либо революция гигантскими шагами пойдет под уклон. В первом случае мы должны организованно восста

новить свое положение в партии и тем обеспечить этот курс, во втором -мы должны будем разделаться с иллюзиями и организованно продолжать борьбу. И в том и в другом случае мы должны быть максимально активны и организованны. Вы, конечно, понимаете, как трудно при здешней оторванности наметить себе перспективу, и понимаете, с каким нетерпением я буду ждать ответа. Адрес, по которому мне можно писать, имеется у московских товарищей и в Париже.

Дорогие товарищи!

Пользуюсь случаем. Предъявитель сего передаст вам подробно все о местных делах. Учтите все и наладьте пересылку информации и материалов. Хорошо, если бы удалось наладить и пересылку статей. Считаю необходимым сообщить кратко свою позицию по основным вопросам. Я считаю абсолютно неправильной вашу установку по отношению к органам немцев. Возражать против организационного оформления группы -- значит толкать ее на распад. Мы должны были бы на собственном опыте понять, что значит невнимание к организационным вопросам. Другое дело -- выставление списков. Это означало бы повторять в расширенном масштабе альтонскую ошибку. Я полагаю, что если бы мы заняли правильную позицию к организационному оформлению, нам легко удалось бы убедить их отказаться от списков, тем более, что, я думаю, они ограничатся лишь угрозами и не будут скандалиться. Во всяком случае, реагировать, как Радек, вредно. Если его заявление не есть шаг к отходу, то это -анархическая вредная выходка. Как бы мы ни относились к немцам и каковы бы ни были наши разногласия, они все-таки единственная группа, которая политически грамотно и в основном правильно освещает положение в СССР. При той обстановке, которую мы имеем сейчас, швыряться ими не стоит. То же относится и к Тр[эну], который в организационных вопросах согласен с нами. С Сюзан, по-моему, надо кончать, если мы с ней имеем какие-нибудь дела. Она вместе с Саф [аровым], за которым она идет, является источником разложения и все равно уйдет.

Несколько слов о моей позиции по нашим внутренним делам. Мы одержали идейную победу, хотя мы разбиты, как никогда. Реакция со стороны рабочего класса, которую мы ожидали, пришла, но в форме, которую мы предвидеть не могли. Когда мы пытались оформить эту реакцию политически, пролетариат нас не поддержал и дал нас разбить. А затем он стал реагировать единственным способом, который остался у него,-- забастовкой. С другой стороны, основные два явления последнего времени сигнализировали исключительно ярко крах ст[алинской] политики: провал хлебозаготовок и Шахтинское дело. Самое опасное с нашей стороны--успокоиться и прекратить борьбу на том основании, что партия, мол, повела нашу линию. Многие отойдут от нас на этой почве -одни искренне, другие -- потому, что они найдут в этой концепции по

вод, которого они ждали для приличного "идейного" отхода. Вывод надо делать как раз обратный: больше, чем когда бы то ни было, усилить активность. Левого курса еще нет; есть только декларации. Посмотрим, что будет, когда кулак даст свой ответ.

Если мы действительно хотим обеспечить левый курс и восстановить свое положение в партии, мы должны сделать все, что можно при нынешних условиях для того, чтобы возглавить начавшуюся реакцию рабочего класса. Если мы этого не сможем сделать, то либо рабочий класс будет снова и надолго разбит, либо движение перельет через наши головы и его возглавит кто-либо другой. Это -та линия, которую я провожу здесь теперь. Вы понимаете, как мне важно знать ваше мнение по всем этим вопросам при здешней оторванности. Снова прошу сделать все, чтобы наладить связь. О моем личном положении вам расскажет податель.

Всего доброго. Жму руку.

ВашЮ.

8 мая 1928 г.

Прилагаемое письмецо прошу передать, по возможности скорее, Старику.

БОГУСЛАВСКИЙ - ТРОЦКОМУ

Ответ 155.

Алма-Ата, Троцкому, из Новосибирска.

8 мая.

Беспокоюсь [в связи с] отсутствием ответа [на] мои два письма. Телеграфируйте Кузнецкая 8 [о] здоровье [и] быте. Привет,

Богуславский

БОГДАСАРОВ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Баку. 8 мая.

Почему не отвечаете [на] посланную мою телеграмму. Сообщите [о] здоровье. Сердечный привет. Богдасаров

ТРОЦКИЙ -- БОГДАСАРОВУ

[9 мая.]

Спасибо, аптечку получил, заболел малярией, форма не тяжелая. Троцкий

Ф. ЮДИН. ПИСЬМО ТРОЦКОМУ

11-12 мая 1928 г.

Здравствуйте, уважаемый Лев Давидович!

Вот уже несколько дней, как я приехал к месту ссылки в Ачинск. Оппозиционная колония, а нас тут шесть человек, производит печальное впечатление. Нет спайки, нет элементарных товарищеских отношений.

Такое состояние колонии -- не случайно. Тон соответствующий, вернее, не соответствующий, дал С [афаров].

Я был у него на днях, и мы беседовали около четырех часов. Если отбросить чисто внешнюю часть вежливого приема и прочую мишуру, то создается впечатление, что ты сидел на активе Ленинград [ской] орг [анизации] времен 1923 --1924 гг., с той только разницей, что на активе вряд ли подавали бесплатно кофе. Слово "троцкизм" (ну и далось им это словечко) не сходит у него с уст.

Прежде всего, я прочел два заявления С[афарова], одно -- Четвертому пленуму ИККИ198, другое -- последнему пленуму ЦКК.

Когда читаешь заявление в ЦКК, чувствуется, что С [афаров] сделал шаг "вперед". Правда, он еще поругивает 3[иновьева] и К[аме-нева] за их беспринципность и пр., но тон заявления, дух его уже не тот.

Указывая ЦКК на ряд опасностей в стране, идущих справа и с которыми, по его мнению, нужно бороться, С [афаров] вместе с тем считает, и в этом сказывается его движение "вперед", не меньшей опасностью идущее слева "заигрывание в двух документах, опубликованных в "Правде" 15 января с полуменьшевистскими, авантюристическими попутчиками типа Суварина". Он далее считает губительным для дела Ленинской оппозиции блок с Греком, "этим прямым предателем революции". Не менее вредной Сафаров считает политику Рут [Фишер]-Маслова-Урбанса и, конечно, вполне солидарен с телеграммой Р [адека].

"Гвоздь" заявления заключается в том, что считает нужным бороться и с теми представителями из группы 1923 г., которые ныне добиваются пересмотра решений Пятого Конгресса К[оммунисти-ческого] И [нтернационала], которые он, С [афаров], считает абсолютно правильными и которые (в заявлении сказано, "некоторые из них") мечтают о второй партии, а это и есть рецидив троцкизма 1923 года. Совершенно понятно, что вначале беседа носила "рекогносцировочный" характер, поскольку С [афаров] старался выяснить наши (я был еще с одним товарищем) настроения и взгляды.

Философия его нынешней политической позиции проста: все разногласия, всю неправильную политическую линию ЦК он сводит к вопросу о руководстве, но под "особым" углом зрения. Эту проблему, как увидите ниже, он разрешает весьма "удачно".

Начинает он свои рассуждения, как полагается "большому вождю", с оценки международного положения.

Относительная стабилизация капитализма трещит по всем

швам. На первых порах в отношении к СССР это скажется в эко

номической блокаде, а затем -- в прямой интервенции против Со

ветского Союза.

Перед лицом подобной опасности, точнее -- катастрофы,

нельзя ставить вопрос о руководстве ВКП так, как его ставила оп

позиция до XV съезда. Хочет или не хочет нынешнее руководст

во, оно вынуждено будет вести революционную войну за СССР,

за сохранение диктатуры пролетариата. О гражданском мире вну

три СССР в случае войны не может быть и речи. Залог именно такой политики партии, по мнению С[афарова], кроется в Революционности Российского Рабочего Класса, в большевистских традициях партии и т. д. Революционный подъем рабочего класса будет таким же, каким мы его наблюдали в 1919 -- 1921 гг. Короче. Революционность рабочего класса ставит предел сползанию вправо. (Бухаринская трактовка роста кулака при диктатуре пролетариата.) В таком случае, рассуждает он далее, каждый оппозиционер обязан будет отказаться от своих взглядов, "начихать на них", отказаться от критики политической линии ЦК и взять винтовку для защиты СССР.

А так как опасность войны сегодня более реальна, чем когда-либо, значит -- нужно немедля подавать соответствующие заявления ЦК, от взглядов (пока) не отказываясь.

Это, по мнению С[афарова], одна политическая линия для оппозиционера, другая же заключается в том, чтобы строить вторую партию, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Второй путь он отметает как явно авантюристический.

Подумаешь, какая добродетель. Как будто бы кто-то хочет строить или даже уже строит вторую партию, а он, С [афаров], чуть ли не в единственном числе, защищает дело Ленина.

3. Вопрос о второй партии им выпячивается якобы потому, что

основная группа оппозиции 1923 г. в свете документа "На новом

этапе" "резко порвала с платформой 13 чл[енов] ЦК и ЦКК", ко

торую только он, С [афаров], и его немногочисленные сторонники

защищают и ныне. "Кто стоит на позициях "Нового этапа",-- изре

кает Сафаров,-- тот не может защищать платформы".

"Троцкисты" же, поскольку они связывают наступление полного Термидора с прекращением прилива рабочих в партию, тем самым ставят в порядок дня вопрос об организации второй партии. Ибо может быть такое положение, когда приток рабочей части партии в оппозицию прекратится совсем (тут и неправильная оппозиционная тактика, давление партаппарата, надвигающаяся опасность войны и пр.), а Термидора все же не будет.

Особенно резко нападает он на фразу из "Нового этапа" о последнем историческом всплеске октябрьской волны, которую он трактует как фундамент к созданию второй партии. Его трактовка этой фразы ничем не отличается от пресловутых комментариев Слепко-ва во втором номере "Большевика". Методы проработки оппозиции в 1923 г. в Ленинграде сказались в этой беседе на 300%.

4. Вопрос о смене партруководства или о частичной замене его

не может быть поставлен в повестку дня, т. к. не на кого менять,

ибо "разногласия 1923 года с тогдашней оппозицией не только

не изжиты, но наоборот -- возведены в некоторую более высокую

степень". "Я не знаю, заявляет С [афаров], было бы лучше, если бы

в П[олит]б[юро] был Л. Д." [Троцкий].

"То, что вы (группа 1923 г.) ныне делаете,-- изрекает С[афаров] далее,-- есть проявление троцкизма в самом худшем его виде -- в издании 1914 года".

Допущение 3 [иновьева] иК[аменева] к партруководству он также считает невозможным и, следовательно, остается только то, что есть -- фракция Сталина, перед которой, конечно (?!), капитулирует группа Рыкова.

Вот какими путями С[афаров] прокладывает себе дорогу к сталинскому руководству.

И он заверяет ЦКК, что будет бороться не покладая рук не только с оппозицией справа, но и с опасностью слева, т. е. троцкизмом.

А когда мы спросили, с какой программой он идет сегодня в партию, мы услышали весьма напыщенный ответ: "С платформой 13-ти, которую я буду защищать".

Он далее считает грубой, непростительной ошибкой блок с группой Л. Д. [Троцкого], ибо троцкизм не может не давать рецидивов".

-- Ну а ежели войны не будет, ни в этом, ни в будущем году, ведь в таком случае рухнет вся ваша "платформа"? -- спрашивали мы.

"Это ничего не значит,-- заявляет С[афаров],-- моя нынешняя политическая позиция имеет в виду не только войну с калит [алистичес-ким] Западом как катастрофу, но и кризисы, затруднения внутреннего порядка, т. е. то, что мы имеем фактически на сегодняшний день".

Вот и вся его позиция.

Когда я рассказал ссыльным товарищам эту беседу, мы решили порвать с С[афаровым] самым резким образом. Но поскольку он, к великому сожалению, в некоторой степени б[ывший] лидер, мы решили написать Вам, дабы Вы посоветовали, как нам лучше поступить. Вместе с тем нам бы очень хотелось получить от Вас некоторые замечания и по существу высказанных С[афаровым] взглядов.

С коммунистич [еским] приветом

Ф. Юдин

Ачинск, ул. Л. Толстого, No 16.

P. S. Когда была получена газета, в которой опубликована телеграмма т. Радека в "Правду", мы послали ему телеграмму в Тобольск следующего содержания: "Возмущаемся, но пока еще надеемся". Через некоторое время был получен ответ: "Чем вы возмущены? Привет. Радек".

Что значит ответить по существу!

Ф. Юдин

Н. ДУДЕЛЬ -- ТРОЦКИМ

Алма-Ата, улица Красина 75.

Троцким, из Москвы.

12 мая.

Возобновила посылку газет 8 мая. Письма еще не получила. Целуем, Надежда

А. СЕДОВА - Л. СЕДОВУ

Алма-Ата, Красина 75,

Седову, из Москвы.

12 мая.

Восстановлена. Отпуск 25[-го], полтора [месяца] без содержания, возможно, получу контрольный. Сообщи вольт [аж] лампы, размер кепки. Целую всех, Аня

Р. РАДЕК - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата,

Троцкому, из Москвы. 14 мая.

Выехала 12 мая [в] Тюмень, далее [в] Томск. Деньги лежат [у] Прейсса. Большое спасибо [за] телеграмму. [С] дороги напишу. Роза

ТРОЦКИЕ - РАКОВСКОМУ

Раковскому. 16 мая.

Как здоровье? Беспокоимся отсутствием вестей. Обнимаем. Лев, Наталья

Л. СЕДОВ - ВИРАПУ

[16 мая].

Вирапу.

Лекарства получены. Большое спасибо. Письмом подробно. Лев

Ф. ЮДИН - ТРОЦКОМУ

Уважаемый Лев Давидович!

Посылаю Вам статью Пекаря-Орлова, опубликованную в газете "Советская Сибирь" 15 мая, так как полагаю, что она представляет для Вас некоторый интерес. С ком[мунистическим] приветом, Ф. Юдин

Ачинск, 16 мая 1928 г. ул. Л. Толстого No 16

ТЕР-ВАГАНЯН - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Бийска. 17 мая. Получили [ли] два моих письма? Ваганян

ОГАНЕСЯН - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Троцкому, из Андижана.

19 мая.

Вместо Баку ленинский привет из Андижана. Сообщите Ваше здоровье [до] востребования. Оганесян

ТРОЦКИЙ - ОГАНЕСЯНУ

[19 мая.]

Здоровье удовлетворительно, несмотря на благоприобретенную малярию. Пишите. Привет. Троцкий

ТЕЛЕГРАММА ТРОЦКОМУ

Срочно, Алма-Ата, Троцкому, из Колпашево.

[19 мая.]

Замедлено повреждением.

Предложения, оценку Евгения [Преображенского] решительно отвергаем. Ответьте немедленно. Смилга, Алъский, Нечаев

ОТВЕТНАЯ ТЕЛЕГРАММА ТРОЦКОГО

[Алма-Ата -- Колпашево.] [19 мая.]

Предложения отвергаю. Написал Вам ...,199 мая. Привет, Троцкий

Г. ВАЛЕНТИНОВ - ТРОЦКОМУ

Алма-Ата, Льву Давыдовичу Троцкому,

из Усть-Кулома.

19 мая.

Отправил письма 1-го, 26-го марта, 11-го, 14-го, 19-го апреля. Получили ли? Сердечный привет. Валентинов

ТРОЦКИЙ - Г. ВАЛЕНТИНОВУ

[Алма-Ата -- Усть-Кулома.] [19 мая.] Получил.

Л. СОСНОВСКИЙ. ПИСЬМО ВАРДИНУ200

Товарищ Вардин,

Получил вашу переписку с Саркисом и заявление ваше с Сафа-ровым в ЦКК. Впечатление такое, что документы эти никак не могут принадлежать одному и тому же человеку в одно и то же время. В письмах к Саркису вы в общем правильно замечаете, что Саркис просто-напросто ищет подходящей версии для отречения. И потому весь использованный им арсенал аргументов за отречение вы без труда забраковали. В том числе и его ссылку на "новый курс". Вы правильно указали, что лучшей поддержкой всех здоровых мероприятий будет с нашей стороны (помимо практической деловой поддержки и выполнения) критика непоследовательности в политике, разоблачение ее двойственности. Вы спрашивали Саркиса: где бы была партия, если бы не было отчаянной борьбы оппозиции за ленинскую линию против бухаринского врастания кулака

в социализм. А я вас теперь спрашиваю: где будет партия, если все подадут такие заявления, как вы с Сафаровым. Весь ваш порох против Саркиса оказался испорченным зря, ибо вы встретились с ним "на ефтом самом месте". В вашем заявлении нет прямого и открытого отречения от платформы большевиков-ленинцев. Но в этом ваш минус по сравнению с Саркисом. Он прямо отрекается от платформы и говорит: ошибся. А вы...

Гвоздем вашего заявления является указание на то, что вы считаете недопустимыми "попытки использования трудностей внутрипартийного положения в целях воскрешения колебаний старого троцкизма".

Неужели это и есть платформа оппозиции (большевиков-ленинцев)? Извините меня, это есть слепковско-мартыновско-марецкая201 "проработка" оппозиции. Недаром же все наши документы в дискуссионных листках назывались "троцкистскими". "Проработчи-ки" знали, на что бьют. И вот -- клюнуло. Вардин и другие клюнули на слепковскую удочку. Чисто ярославским стилем пишут, что кто-то пытается использовать трудности внутрипартийного положения "в целях воскрешения колебаний старого троцкизма".

Кто же это пытается и когда именно "воскрешать колебания" (стиль-то каков у двух отличных стилистов-журналистов). О каких трудностях внутрипартийного положения говорит Вардин? О том, что Вардин -- в Бийске, Смилга -- в Нарыме, Радек -- в Тобольске, а Рафаил -- в Туруханске. О том, что есть рабочие ячейки, в которых уже 5% партийцев арестовано и выслано, не считая просто выгнанных за ворота. Кто же эти трудности создал и кто их использо-вывает? Вы похожи на Митрофанушку202, который жалеет матушку, утомившуюся, колотя батюшку. Далее у вас есть отмежевание от тех, кто утверждает, что термидор -- почти совершившийся факт. Уж, казалось, после наших публичных заявлений съезду о термидоре даже казенно-штатные "проработчики" перестали спекулировать "термидором". А тут Вардин и Сафаров пишут конкурсное сочинение на соискание звания "проработчиков" троцкизма.

Суть вашего заявления сводится именно в том203, что вы предлагаете услуги по изничтожению троцкизма и просите за это дать вам партбилет без заполнения анкеты отреченца. То есть вы возвращаетесь на позицию, которую вы занимали до XV съезда, когда громили оппозицию. Только вы еще немножко манерничаете, хотите соблюсти видимость "достоинства", хотите выглядеть немножко независимее Саркиса. Вы-де не стали на колени. Вы не только стали на колени, но даже место для коленопреклонения плохо выбрали: прямо в кучу... плюхнули на колени.

Ваше заявление, несмотря на это, пока не публикуется. (Датировано оно 31 марта, а сейчас уже 20 мая.) Ходят слухи, что вас приглашают на переговоры в Москву. Думаю, что сговоритесь. Раз насчет "проработки троцкизма" вы уже готовы -- об остальном сговоритесь. Поскольку, даже не выезжая из ссылки, вы уже занялись "проработкой", могу себе представить, какими трудами пора

дуете вы нас, когда вам разрешат вернуться, если не в Москву, то хотя бы в Калугу204.

Ну что же. Путь добрый. Освобождайте место. В Бутырках много пролетариев ждут вакансии в Сибирь или на границу с Афганистаном (новые пункты колонизации для большевиков-ленинцев). Кланяйтесь там Слепкову и Мартынову. Кланяйтесь Зиновьеву с Каменевым (о которых вы мне писали, что это -- отработанный пар истории). Кланяйтесь тому же Саркису, которому вы правильно писали, что с подобными взглядами можно искать службу, а не революционную работу.

Вы с возмущением писали Саркису: зачем он мучил вас цитатами из Данте205, Спинозы206, апостола Петра20' и пр., когда речь шла просто об отречении. Я спрашиваю вас (без возмущения): стоило ли вам мучить Саркиса цитатами из Маркса, Ленина, Энгельса, Адлера208, когда речь идет просто о готовности "прорабатывать" троцкизм.

К чему тут Суварин? Я не берусь защищать от вас Суварина, т. к. мало о нем знаю. Но допустим, что он -- плохой коммунист. Но разве он создал теорию врастания кулака в социализм? А если бы и создал, он ведь не член Политбюро и не вождь К [ом] и [нтерна]. Разве Суварин сказал, что формула Ленина (опираться только на бедняка и т. д.) сейчас абсолютно неприменима, что оппозиция поступает нечестно, требуя применения этой формулы к нынешней обстановке, что это издевательство над Лениным? А если бы Суварин сказал, так ведь он не секретарь ЦК, не докладчик на XV съезде о работе в деревне. Он просто Суварин. Разве Суварин сказал, что требование освободить 40 -- 50% бедноты от налога есть антикрестьянское предложение, которое поссорит нас с деревней? А если бы Суварин сказал такую глупость, так ведь он не генсек, не "мастер" революции, а просто Суварин. Разве Суварин сказал, что из бедняков хорошей армии не создашь, потому что они слабогруды и малосильны? А если бы и сказал. Так ведь Суварин -- не всесоюзный староста209 и не член ПБ.

В том, что вы Суварина берете как жучка на палочку, я вижу только одно: криком о Суварине и "воскрешении колебаний старого троцкизма" вы хотите заплатить за вход. Стоило для этого ехать в Бийск? Каменев и Зиновьев, не сходя с места, до этого додумались. Имели ли вы основание называть их отработанным паром? Если он пар, то кто же вы, едущие в Калугу с опозданием на полгода? Если Саркис, по остроумному выражению Сафарова -- Сарскис, то кто же вы?

Что касается нас, то нам, признаться, почти безразлично, кто нас будет "прорабатывать" по социальному заказу Ярославского и К°. Будет ли это вами разоблаченный кадетский подкидыш Слепков, петлюровец Рафес, апостол меньшевизма Мартынов, прокисший Саркис, отработанный пар Зиновьев или... прозревшие в Сибири новообращенные "проработчики" троцкизма Сафаров, Вардин и др. Впрочем, не совсем новообращенные. Ведь "проработкой"

троцкизма все вы занимались до грехопадения на XTV съезде. Потом Зиновьев говорил, что величайшей своей ошибкой он считает борьбу с оппозицией 1923 года, которая (оппозиция) тогда была права. Но теперь он с удовольствием скажет обратное.

Если бы мы думали, что последнее слово принадлежит "прора-ботчикам" всех призывов, то не стоило бы и жить на свете. Но "проработчики" приходят и уходят, а большевики-ленинцы останутся и победят.

Как-то вы мне посмотрите тогда в глаза? Впрочем, ведь вам и Слепкову придется смотреть в глаза. Человек ко всему привыкает.

[Сосновский] [20 мая 1928 г.]

ВИРАП -- ТРОЦКОМУ

Алма-ата.

Троцкому, из Ташкента. 20 мая.

Ответ уплачен. Уведомление [о] получении [шлите] телеграфом. Привезли пока [в] Ташкент, 2-я "Коммунальная гостиница", комната 47. Телеграфьте здоровье. Пламенный привет. Вирап

ТРОЦКИЙ -- ВИРАПУ

[20 мая.]

Аптечку получил. Телеграфировал [в] Баку. Здоровье удовлетворительно, несмотря на приобретенную малярию. Пишите. Привет.

Троцкий

Л. СЕДОВ - ГЕТЬЕ210

[21 мая.]

Москва, Октябрьское поле, Больница Боткина211, Гетье. Получил телеграму [о] почти безнадежном положении Нины, сестры. Лев Давидович [в] отъезде. Очень прошу сделать все возможное.

Седое

[Отправитель:] Л. Седое, Алма-Ата, Красина 75.

Л. СЕДОВ -- 3. БРОНШТЕЙН

[21 мая.]

Москва, Бронштейн. Срочно. Мясницкая 24, кварт [ира] 110.

Папа неделю [в] отъезде. Я телеграфировал Гетье. Каковы условия ухода [и] медицинской помощи? Сообщи, что необходимо предпринять.

[Отправитель:] Л. Седое, Алма-Ата, Красина 75.

ТРОЦКИЙ - С. СЕДОВУ

Алма-Ата, Седову. [21 мая.]

Телеграфируй Зине следующее: "Удручен, что не могу быть [с] Нинушкой, помочь ей. Сообщай ее состояние. Целую вас обеих. Папа".

ТРОЦКИЙ -- ТЕР-ВАГАНЯНУ

[21 мая.] Бийск, Ваганяну.

Ваших писем нет ни одного. [До] востребования послал [в] марте.

БЕЛОБОРОДОЕ -- ТРОЦКОМУ

21 мая.

Алма-Ата, Троцкому, из Усть-Кулома.

Отправлено три письма. Предложения Евгения [Преображенского] считаю неправильными. Белобородое

РАДЗЕВИЧ - ТРОЦКОМУ

22 мая.

Алма-Ата, Троцкому, из Термеза.

Письмо получил, горячо приветствуем, пишем. Радзевич

И. ПОЗНАНСКИЙ -- ТРОЦКОМУ

25 мая.

Алма-Ата, Троцкому, из Котласа.

Все получено, кроме письма Уфимцеву. Познанский

ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ -- ТРОЦКОМУ

26 мая.

Алма-Ата, Троцкому, из Уральска.

Получил. [В] основном согласен [в] оценке ошибок Коминтерна. [Необходимо] тщательно учесть объективные трудности [в] оценке нашей роли. Больше скромности. Китайские сомнения, прочие письмом. Мое предложение отпадает.

Л. СОСНОВСКИЙ. ПИСЬМО ТРОЦКОМУ

Дорогой Л. Д.

За все время я получил письма, датированные вами: 5 марта (с характеристикой передовицы "Правды" от 15 февраля), 17 марта (с приложением копий писем к Ищенко и И. Н. Смирнову) и, наконец, сегодняшнее от 5 мая (с приложением переписки с Преображенским по китайскому вопросу). Телеграмм было всего две. Первая ваша по приезде в Алма-Ату и вторая от 2 мая, ответная

на мою первомайскую. Телеграмму же с уведомлением не получал. Наведу на телеграфе справки. Получаю радующие меня собственноручные расписки ваши и Н. И. [Троцкой] на карточках об уведомлении. Они хоть скоро совершают свой путь: 12 дней. Впрочем, последнее ваше письмо от 5 мая (ваша дата) имеет штемпель алма-атинский от 7 мая и мне вручено 24 мая, что все же скорее, чем месяц и 6 дней. Вообще, я замечаю на некоторых получаемых мною письмах разницу в дате самого отправителя и почтового штемпеля, что наводит на размышления о двойной работе ведомств (при отправке и получении). Рационализация не повредила бы и здесь: ведь все

919

дороги ведут в одно здание...

Жаль, что письма идут так медленно. Всю нашу братию волнует теперь вопрос об отношении к германским делам. Телеграмма Карла [Радека] (особенно с примечанием редакции) вызвала горячий обмен мнениями, многочисленные запросы ребят: является ли это выступление Карла изолированным или за ним последуют дальнейшие его выступления. Я получил от него в мае письмо, но он ничего не пишет о германских делах. В письме его есть одна фраза, требующая ответа, который я и попытался ему дать. Он пишет: в отношении своего пролетарского состава наше большинство оказалось несколько лучшим, чем мы о нем думали.

Во-первых, не ясно, что он подразумевает под словами "пролетарский состав". Во-вторых, я ему указал, что, когда Карл думал о составе большинства хуже, оно все же не арестовывало и не ссылало рабочих-большевиков сотнями. Лучше же стал о его пролетарском составе думать Карл именно тогда, когда аресты и ссылки большевиков-рабочих приняли массовый характер.

Что касается собственно германских дел, то приблизительно общее мнение нашей публики (судя по письмам) таково. Выступления на выборах никто не одобряет. Организация Ленинбунда почти ни у кого не встречает полностью одобрительного отношения, хотя оговариваются, что при наличности только слеп-ковской информации судить трудно. Лично я такого же мнения. Отвечали ли вы Карлу, и дошла ли до вас его телеграмма до ее опубликования?

Теперь о письме-тезисах Преображенского. Вероятно, до вас они дошли. Я сначала ответил ему телеграммой: "Поменьше торопливости, поменьше преувеличений иллюзий, вспомните 5 декабря 1923"213. Затем послал коротенькое письмецо, копию которого приложу в конце.

Вообще, публика гадает и спорит: есть ли новый курс (левый) и если есть, то как к нему отнестись. Молодежь (ссыльная) ведет очень горячую дискуссию (письменную). Я тоже страстный почитатель Щедрина. Под рукой у меня сейчас его сочинений нет, но я на память могу приблизительно процитировать страничку из "Убежища Монрепо"214. Помните, герой решает заняться "международными" делами. Он слышал, что царское российское правительство, освободив любезных "братушек" болгар, задумало ос

частливить их конституцией. Он запрашивает одного болгарского деятеля: "Правда ли, что у вас будет конституция?" Тот отвечает: "Действительно, будет конституция, сиречь, Устав о пресечении".

Рубцовская газета "Степной пахарь" (Рубцовск -- это новый окружной город между Барнаулом и Семипалатинском) напечатала речь Сталина на московском активе215 в несколько выправленной редакции. В "Правде" было напечатано: "Мы должны, товарищи, держать открытым клапан самокритики". В рубцовской же газете напечатано: "Мы должны, товарищи, держать открытым капкан самокритики".

Которая редакция точнее? И что у нас будет: самокритика или 58-я статья, конституция или устав о пресечении? По-моему, очень преждевременно ставить диагноз. Факт таков, что именно после апрельского пленума ЦК, то есть после решений о самокритике, последовали массовые аресты и высылки из Москвы, преимущественно рабочих. Очень показателен случай с Блесковым. В тех вырезках, что я вам посылал, было письмо слесаря екатеринослав-ского завода им. Петровского Блескова к Затонскому. Письмо не предназначалось для печати, но Затонский направил письмо в редакцию, снабдив лестным, почти восторженным примечанием. Если бы такое примечание (предисловие) дал оппозиционер, ну, тогда понятно: известные пессимисты, маловеры, нытики, паникеры, не видящие светлых сторон, и прочее. Но Затонский, председатель ЦКК КПУ [краины], успешно расправляющийся с оппозицией, собственноручно выдал Блескову аттестат, оценив его письмо как замечательное и подлинное выражение воли и мыслей пролетариата, как крик "изболевшей души" рабочего.

В письме Блескова есть одно место, которое, если его выхватить из письма и комментировать злостно, сближает его формулировку с меньшевистской. Он жалуется, что рабочим не дают выбирать в завком, кого они хотят. При 18 000 рабочих не находят достойного кандидата в председатели] завкома и присылают человека извне (в порядке "продразверстки", выражается Блесков). Из этого сделали меньшевистскую "свободу выборов", кронштадтские "Советы без коммунистов"216 и т. п. "Рабочая газета" в самых резких выражениях обрушилась и на Блескова, и на Затонского. Целая страница газеты была озаглавлена "Против паникерства и нытья". Что нападение это было испирировано из ЦК, я вам тогда же писал. Мое предположение подтвердилось документально. На днях передовица "Правды", разъясняя лозунг самокритики, тоже указывала на письмо Блескова как на образец критики нездоровой, враждебной. Между тем Блесков -- старый рабкор, известный редакциям. Письмо его проникнуто действительно пролетарской болью за творящееся вокруг него. Разве меньшевик стал бы целые страницы заполнять критическими указаниями на разные непорядки и вносить практические предложения? И с чего бы стал он писать лично Затонскому? Наконец, свитетельство Затонского тоже чего

нибудь да стоит. Неужто он разучился отличать злостное меньшевистское нытье от здоровой рабочей критики.

И еще одно. Сразу после помещения письма Блескова о "бумажном бандитизме", который захватывает заводы, ВСНХ Украины созвал совещание -для выяснения, есть ли на заводах указываемый Блесковым "бумажный бандитизм". Совещание признало, что, в общем, указываемое им явление есть в наличности.

А Петровский21', выступая в Харькове на конференции рабкоров218, заявил, что в письме Блескова он не усматривает ничего, кроме... цинизма и хвастовства. Так и сказал. Вот вам образчик монолитности украинского руководства. Затонский признает выражением подлинной воли и мыслей пролетариата. Петровский объявляет цинизмом и хвастовством. А все это читает пролетариат Украины. Читает и размышляет: самокритика или 58-я статья, конституция или устав о пресечении. Я надеялся, что вы не пропустите присланных вырезок с письмом Блескова и ответом "Рабочей газеты". По-моему, это факт огромного политического значения. Не меньшего, чем Смоленское дело.

В качестве старой газетной крысы я читаю чуть не все столичные газеты и кое-какие провинциальные. Если Лева по случаю выросших усов не бросил читать "Комсомольскую правду", он бы извлек оттуда ряд интересных деталей о Смоленском деле. Попросите его просматривать эту газету и рассказывать вам наиболее интересные сообщения.

Что самое важное в Смоленском, как и Артемовском, Сталинском (прошу не смешивать город с "мастером"219) и пр. делах? Не то, что уже сама ЦКК пустила в оборот термин "перерожденчество", хотя и это характерно. Самое важное в том, что нынешняя система руководства и администрирования абсолютно бессильна не только предотвратить, сделать невозможными подобные "случаи", но даже узнавать о них сколько-нибудь своевременно. Едва ли не с Дымовки220 мы начинали узнавать о "дымовках", только благодаря разным случайностям. Убийство, самоубийство, изнасилование и т. п.-- вот казусы, благодаря которым узнают, что в организации не все благополучно. Подумать только: такой густо пролетарский округ, как Артемовский, с 180 000 рабочих и соответственной численности партийной организацией, оказывается неспособным не только устранить перерожденцев, прохвостов, уголовников и пр., но хотя бы поднять перед центром этот вопрос.

На харьковской фабрике "Канатка" обнаружен был факт диктаторства нескольких прохвостов (терминология харьковских газет). Прохвостов сняли, а затем газета объявила, что ячейка фабрики "в общем и целом" здоровая, оппозиции давала единодушный отпор, неукоснительно идет по ленинскому пути.

По поводу признания ячейки здоровой скептически высказался в "Правде" небезызвестный Ф. Ксенофонтов221 (тот, что установил кроме эпох Маркса и Ленина еще эпоху Сталина -- помните исто

рию с его статьей для "Большевика"). Ксенофонтов резонно спрашивает: как же можно признать ячейку здоровой, если она "непротивленчески" относится к диктаторству кучки прохвостов. Разве ленинизм мирится с непротивленчеством? Притворяющийся наивным или насквозь глупый Ксенофонтов не понимает, что он ходит около самого опасного вопроса. Ярославский в Артемовске тоже заявлял, что организация здорова, только руководили ею отборные прохвосты. Сейчас Яковлев в Смоленске декламирует такие же пошлости.

Кстати, знаете ли вы, кто был секретарем О[кружного] к[оми-тета] в знаменитом г. Сталине? Тот самый Моисеенко, который приобрел печальную известность "перманетными" выкриками с места на XIV съезде партии. Он орал так много, что Зиновьев сказал ему: "Если сложить все ваши "реплики", то получится самая длинная речь". Я помню отвратительную рожу этого субъекта: тип из чайной "Союза русского народа", подрядившийся изъявлять гнев доброго русского народа. Вот этот гусь и руководил Юзовкой, ныне Сталине. ЦК опубликовал ему выговор, запрещение занимать ответственные должности за пьянство, воровство, разврат. После Сталине он секретарствовал еще в Полтаве. Там его и застигло постановление ЦК о сталинской организации (бюро окружкома распущено -- я вам посылал маленькую вырезку). Один сосланный из Полтавы товарищ (ныне находится в Таре с Мураловым) рассказывал, как сей Моисеенко во время дискуссии высоко держал знамя двухсотпроцентного ленинизма. Наши оппозиционеры оказались шляпами. Имея в руках материалы о преступлениях этого вождя, они постеснялись открыть рабочим глаза на порядок, при котором такие типы могут назначаться в руководители партии. Зачем, дескать, припутывать к принципиальной политике такие грязные дела. Чудаки. Затем интересно, что Сталинское дело, то есть дело Моисеенко, уже разбиралось, а Моисеенко управлял Полтавой. Газета с резолюцией ЦК прибыла в Полтаву во время пленума ОК, на котором председательствовал Моисеенко. Делегаты молчком передавали газету друг другу, а стопроцентник продолжал сидеть на председательском месте. Я вас уверяю, дорогой Л. Д., что ни у одного члена пленума не хватило бы революционного мужества сказать сему прохвосту: "Пошел вон, негодяй, тебя ЦК изгоняет с ответственных постов!" Нет, они смирно сидели с "Правдой" в руках и ждали, что будет. Когда, наконец, газета попала и ему на глаза, он, не говоря ни слова, "смылся" с заседания и смылся из Полтавы.

Вот это зрелище, как целый комитет сидит с резолюцией ЦК в руках и слушает разглагольствования уже снятого клейменого негодяя, не смея поднять голоса -- может ли быть что-нибудь убийственнее. Какой Гоголь222, какой Щедрин изобразит это сконцентрированное стопроцентное молчалинство223. И чего же требовать от рядовых членов этой здоровой сталинской (в кавычках и без оных) организации, когда комитетчики, даже с резолюцией в руках

сидят, как загипнотизированные кролики перед удавом. ЦК, мол, далеко, а Моисеенко близко.

Говорить о здоровье организации в таких условиях -- не значит ли уподобиться наивному пациенту, который заявляет доктору: я-то вообще здоров, только нос почему-то провалился?

Ведь в Артемовске, Сталине, Смоленске мы видели форменный паралич многочисленной организации. А Шахтинский процесс. Я с глубоким вниманием читал весь обвинительный акт по делу. Впечатление такое, точно дело происходило в какой-то пустыне. Ни партии, ни профсоюзов, ни Советов, ни РКИ, ни органов ВСНХ -- никаких препятствий. Ведь это жутко. Вспоминается ленинская брошюра "Удержат ли большевики власть"224. Сколько там ставки на каждого рабочего, каждого солдата, каждую работницу в деле строительства советской власти. А тут на одиннадцатом году -- и такая пустыня в Донбассе.

Возвращаюсь к моим размышлениям о системе. Дорогой Л. Д., об этом надо подумать и с точки зрения будущего. Помимо режима сталинизации остается также вопрос о том, насколько государ-ственно-профсоюзно-кооперативно-торгово-партийно-комсо-мольская система обеспечивает возможность видеть что-нибудь сверху.

Вот Смоленск. Во главе всей губернии стояла форменная банда. Снизу ни один рот не открывался для того, чтобы разоблачить банду перед ЦК и ЦКК. Целые тысячи молчаливых укрывателей с партбилетами (злобные обыватели называют в применении к таким деятелям партбилет "хлебной карточкой"). А сверху целые тучи инструкторов и прочих деятелей ездят обследовать, ревизовать, инструктировать Смоленскую губернию -- каждый по своей линии (ВКП, КСМ, ВЦСПС, наркоматы, коопцентры всех видов). Мне кажется, по какой бы линии я ни приехал в город, где управляет спевшаяся и спившаяся банда, о проделках которой вопиют даже камни, я бы учуял, что в губернии -неблагополучно. Если таков губком и ГКК, чего же ждать от хозяйственников, торговых и кооперативных деятелей, соприкасающихся с нэпом. И еще одна печальная странность: во всех этих делах (Артемовск, Сталине, Смоленск, за исключением Шахтинского) никакой роли не сыграло ГПУ. Об этом стоило бы поговорить особо. Итак, инструктирующая, обследующая, ревизующая саранча ничего не видит и ставит подписи под благополучными "в общем и целом" актами.

Другая саранча сидит в центре над отчетами, сводками, таблицами из смоленско-артемовско-сталинских трущоб и сводит все это во всесоюзные благополучные отчеты, подготовляемые к съездам, на которых произносят теперь шестичасовые речи. Какой-нибудь Рухимович225 даже на съезде комсомола выступает с необозримыми диаграммами о промышленности. Если вспомнить, что у Ломова226 в Донугле Управлением нового строительства целиком овладели нынешние подсудимые, то цена этой статистике о новом строительстве все-таки пониженная. А ведь сколько денег стоит вся эта фиктив

нал и полуфиктивная отчетность о смоленско-артемовском-ста-линском хозяйстве. Я, конечно, не проповедую упразднение цифири, но думаю, что на этом пути лежат большие миллионы, потребные на индустриализацию, жилища, культуру. А взамен этой обманной информации надо искать путей к живому и более правильному осведомлению о действительности. До чего доходит бессмыслица... Я видел как-то в ВСНХ, как легко устроено движение бумаг из отдела в отдел. А вот что происходит дальше. В ВСНХ есть маленький человечек, который только и делает, что наклеивает марки на исходящие из ВСНХ пакеты и сдает их на почту. Этакий советский Акакий Акакиевич22'. И вот Акакий Акакиевич стал деньги, отпускаемые на марки, пропивать, а пакеты сваливать в большой шкаф. Длилось это около трех месяцев. Около половины всех исходящих из ВСНХ пакетов лежали в шкафу. Вскрылось дело, когда пьяницу прогнали и когда кто-то заглянул в его шкаф. Пакеты преспокойно лежат. И механизм работы таков, что самопроверка исключена. Попробуйте при сборке автомобиля не навинтить одной гайки -- это вскроется еще до выпуска машины из цеха. А тут посылали срочные, весьма срочные пакеты (например, о подготовке к сплавной кампании), и лежащие в шкафу пакеты ни капельки не потревожили ни вверху, ни внизу ни одного винтика в механизме ВСНХ. Идут ли пакеты, лежат ли пакеты, "а дон Померанце все пишет и пишет..."

Нужно ли его писание? На Старой площади228 у Сталина аппарат вырос как-то до 1200 человек. А что делается в Херсоне, знал в Москве один я. То же и об Одессе, то же о Владимире (дело знаменитого Асаткина, замятое его покровителями, не худшее, чем Смоленское: там обнаружился двухмиллионный фонд в распоряжении секретаря губкома для подкупа аппарата, чтобы был послушен секретарю). То же о многих городах.

Нет, помимо внутрипартийной демократии, надо еще свежими глазами посмотреть, как "фукцирует" всяческий наш аппарат. С этой точки зрения не худо вспомнить даже наш оппозиционный механизм в период дискуссии. Одна комната, одна девица, один телефон. И против нас весь Левиафан229 Угланова с районами и некоторыми "подсобными" учреждениями, что находятся неподалеку от начала Мясницкой улицы. И все же сражались.

Однако об этом можно оставить пока разговор.

Прочел ваши сообщения о хлебных делах в Алма-Ате. Не удивите, дорогой друг. У нас в Барнауле и в Семипалатинске хлебные хвосты уже вошли в обиход. Хлеб выдают только по книжкам и по норме (10 кг на едока в месяц). Масла нет уже два месяца в этой колыбели маслоделия. Уже я был свидетелем неприятного громкого разговора в здании исполкома между кучей гражданок, выражавших некоторое недоумение по поводу трудностей в приобретении хлеба и муки. В одном из магазинов ЦРК230 пострадали окна, хотя ЦРК не повинен ни в чем. Райкомы отмечают, что ячейки в нарушение отличных календарных планов агитпропработы

предъявляют спрос на докладчиков преимущественно по хлебному и мучному вопросу. Покуда семьи у меня еще здесь [нет] (задержала скарлатина малыша), мне самому нужно в день одну только французскую булку в 200 грамм весом. Увы, иногда ее тоже не могу достать. Местный "Тайме"231 недавно с триумфом извещал о резком усилении подвоза муки: за день было отмечено четыре воза. Между тем, год был среднеурожайный, и заготовки дали свыше 6 млн. пудов, да еще миллион хотят собрать сейчас.

Прочел сегодня армавирскую газету. Там тоже сообщают публике, что "функционируют слухи", будто хлеба нет, и граждане почему-то формируют длинные хвосты у лавок.

В Кызыл-Орде, по сообщению "Советской степи", ужасный мясной кризис: в городе нет мяса, и никто не может твердо сказать, когда будет и почему нет.

А до нового урожая еще далече, по крайней мере в Сибири.

Хотел бы рассказать вам об ужимках Сафарова и др., подавших заявление в ЦКК о возврате в партию. Прямого раскаяния там нет, почему и маринуется оно с 31 марта. Но зато есть готовность бороться с теми, кто делает попытки "использовать трудности внутрипартийного положения в целях воскрешения колебаний старого троцкизма..." (Стиль, как видите, совершенно ярославский232). Там же есть пошлая ужимка насчет тех, кто объявляет термидор почти свершившимся фактом.

По этому случаю вручаю Вардину, как одному из подписателей сего документа, некролог о нем самом. Хотя я и принадлежу к богом избранному племени, но только сегодня из остроумного письма ко мне нового аборигена Рубцовска тов. Н. Блискавицкого узнал следующую интересную деталь из обряда еврейских похорон. Перед тем как покойника понесут на кладбище, синагогальный служка наклоняется к его уху, громко называет его по имени и возвещает: знай, что ты умер. Это -- во избежание недоразумений. Так вот, прежде чем охладевший труп бывшего оппозиционера внесут в слепковский крематорий, надо известить его: знай, что ты умер.

На этом и кончу. Только что получил свежий номер новосибирской газеты. И там на первой странице, на первом месте бодрый заголовок о том, что хлеб есть, хлеб будет и неизвестно, почему граждане стоят днями в хвостах. В Семипалатинске было хуже с безработными.

Привет. [26 мая 1928 г.]

Л. СОСНОВСКИЙ. ПИСЬМО ВАРДИНУ

Тов. Вардин,

Возвращая вам письмо ваше к Саркису от 18 апреля, еще и еще раз спросил себя, справедливо ли я напал на вас в предыдущем своем письме, пересланном через Ваганяна. Да, вполне справедливо. Но прежде всего, к чему вы столько возились с "мертвым трупом

утоплого человека"? Вы хоронили его с таким церемониалом, вместо того чтобы оттащить падаль на свалку и только.

Сколько увесистых аргументов потратили вы на Саркиса. И для чего? Чтобы самому вступить на оный путь?

Оппортунисты и центристы орут на весь мир: "Троцкизм -- вот враг". С 1923 года в этом малопочтенном хоре орали также и вы под дирижерством Сталина -- Зиновьева. После XIV съезда вы уже перестали орать о троцкизме, а устами Зиновьева смущенно покаялись, что в борьбе 1923 года был прав Троцкий, а не вы, сталинские подголоски. Вырабатывая платформу, этот документ международного и исторического значения, спасавший знамя большевизма, никто из вас не попытался сказать об "историческом троцкизме" как опасности. После того писались контртезисы. Там тоже ни звука о "колебаниях старого троцкизма". После того до самого съезда выходили при нашем с вами участии бюллетени оппозиции. Опять -- ни слова о колебаниях старого троцкизма.

И только попав в Сибирь в качестве виновных по 58-й статье, по той самой, которая предъявляется шахтинским белогвардейцам, вы с Сафаровым вспомнили, что есть на свете опасность "старого троцкизма", есть тезис Троцкого о термидоре и что на всем этом можно кое-что подработать у Сталина. Вы были правы, когда писали Саркису, что он не попадет в рай, если скажет Сталину и Микояну, что они обанкротились. Поэтому Саркис и написал попросту, что обанкротился он, Саркис, и просит простить его согрешения. Всю свою душеспасительную переписку с ближними этот пройдоха выбросил в клозет. Все разговоры, что оппозиция победила политически, хотя и разгромлена организационно -- это были фокусы достойного ученика зиновьевской мошеннической политшколы. Всю эту волынку тянул Саркис единственно для того, чтобы поднести Сталину на блюде не одно свое заявление, а групповое. Таковые все же котируются на рынке выше, чем единоличные покаяния и отрешения ренегатов.

Но теперь выступаете вы, тоже зиновьевские ученики. Вы тоже чувствуете, что прийти к Сталину с рассуждениями о банкротстве -- значит, не достигнуть желаемого результата. А прийти вам прямо брюхом хочется, нутро требует. Отсюда -- старый троцкизм, который вы поднимаете как знамя. Попросту сказать, вы предлагаете свои услуги на должности не только "проработчиков" троцкизма (должность, вами занимавшаяся до XIV съезда) под руководством Слепкова -- Мартынова -- Рафеса и К°. Нет, время проработки -- это пройденная ступень. Теперь вы должны занять пост тюремщиков при камерах троцкистов, авторов платформы, контртезисов. Попробуйте доказать, что нас есть за что держать в камерах после XV съезда. Оправдайте 58-ю статью. Вот что будет вам предложено как экзаменационная работа на звание раскаявшегося участника "троцкистской оппозиции".

По выдержкам из писем Саркиса видно, что он не сразу, а довольно плавно скатывался на заднице на путь философии "приме

нительно к подлости". Ваши письма к Саркису как будто говорили, что вы против сей философии. Вы правы, что с такой философией можно искать службу (да и то скорее прислужничество), чем революционную работу.

Но, по совести говоря, ваше с Сафаровым заявление о готовности искоренять троцкизм при попытках сохранить на лице некоторую тень невинности производит еще более отталкивающее впечатление. То-то посмеется Слепков. Стоило ли вам с Воздвиженки на Старую площадь двигаться через Бийск и 58-ю статью. Ведь это курам на смех.

Чего это стоит политически -- вы сами понимаете. А по человечеству -зрелище отвратительное. Я просил Ваганяна рассказать вам об одной детали еврейского похоронного обряда. Когда покойника собираются уже выносить из синагоги на кладбище, служка наклоняется к покойнику, окликает по имени и объявляет: "Знай, что ты умер". Хороший обычай.

Л. Сосновский 30 мая, Барнаул.

Е. А. Преображенский233 В БОРЬБЕ ЗА ЛЕНИНСКУЮ ЛИНИЮ

На правах рукописи, только для членов ВКП(б)

1. Борясь за определенный темп индустриализации как за пред

посылку социалистического переустройства страны, борясь про

тив роста кулака, стремящегося к господству в деревне, борясь

за своевременное повышение отпускного уровня рабочих, борясь

за демократию в партии, в профсоюзах, в Советах, борясь за исправ

ление оппортунистических ошибок руководства ВКП(б), оппози

ция предвидела, что "неизбежно обостряющиеся после восстанови

тельного периода классовые противоречия будут все больше

подтверждать наши взгляды на выход из создавшегося кризиса" (по

"Платформе"). До сих пор история не давала еще примеров такого бы

строго подтверждения правильности предвидения на основе марк

систско-ленинского анализа, как это случилось на сей раз.

Не успели отзвучать в воздухе все обвинения, выставленные сталинским большинством против оппозиции, еще слышны раскаты это [го] из Коминтерна, как пришлось этому большинству повернуть руль на 90° и повторить -- правда, слабо, нерешительно, блудливо и трусливо -- некоторые основные положения оппозиции по крестьянскому вопросу.

2. На чем держалась центристская аграрная политика ЦК за по

следние четыре года? На росте кулацкого продвижения, на росте

товарности середняцкого хозяйства, на укреплении маломощных

хозяйств. Соответственно этому, в извращенной Сталиным и Буха

риным теории ленинизма появилось признание кулака полезным

работником в системе советского хозяйства и идеологическое ан

тимарксистское приукрашивание роли его. Таким образом, был взят курс на "врастание кулацких кооперативных гнезд в нашу систему" (Бухарин) и была создана усыпляющая теория, что "кулаку и кулацким организациям все равно некуда будет податься, ибо общие рамки развития в нашей стране заранее даны строем пролетарской диктатуры" (Бухарин). Недооценив капиталистические элементы развития нынешней деревни, затушевывая расслоение деревни, игнорируя, а порой и отрицая мелкобуржуазный характер крестьянской собственности и крестьянского хозяйства, ЦК торжественно, с гиком, криком и анафемой по адресу оппозиции, специально придумав троцкизм как идеологию, рвущую союз рабочих и крестьян, стал отходить от позиций марксизма и ленинизма к теориям своеобразного ком[мунистического] народничества. Потворство в сельском хозяйстве "крепкому крестьянству" (т. е., по существу, кулаку) привело к недооценке батрачества и деревенской бедноты как социальной базы диктатуры пролетариата и к непониманию того, что только мощная социалистическая индустрия может помочь крестьянству преобразовать сельское хозяйство на началах коллективизма.

3. Идя таким путем, постепенно, шаг за шагом, клевеща на оппозицию, извращая все ее мысли, предложения, игнорируя ее предсказания, не скупясь на хлесткие словечки [о] "паникерах", "не верящих в социализм", и т. п., четыре года обрабатывая партию в смысле "большевизации" ее именно по линии крестьянского вопроса, пугая троцкизмом как недооценкой роста крестьян, ЦК развил в верхушке партии элементы, "не видящие классов в деревне и пытающиеся вести работу таким образом, чтобы никого не обидеть в деревне, жить в мире с кулаком и вообще сохранить популярность среди всех слоев деревни" (Правда, 15 февраля).

Власть и партия жили в мире с кулаком, и кулак решил до поры до времени быть в мире с партией. Но как только кулачество закончило свой "восстановительный" процесс, оно вступило в непримиримое противоречие со всей системой государственного хозяйства, поскольку последнее вынуждено развиваться при данных индексах цен. На известном уровне своего развития кулацкое хозяйство начинает бойкотировать государственное хозяйство, бойкотировать госзаготовки, накоплять натуральные запасы, т. е. начинает вести хозяйственно изолированное существование и тем самым захва

оад

ченная ....-- кулацкими элементами часть государственной земли с ее продукцией превращается в орудие срыва государственной политики цен. Это наступление кулачества на государственное хозяйство, лишь намечавшееся в 1925 г., вполне отчетливо выявилось в 1926 г. Предупреждения оппозиции о надвигающейся опасности не только не были приняты во внимание, но послужили стимулом к еще более ожесточенной "проработке" ее с обвинениями в...235 "социал-демократическом (?) уклоне". Элементы партии, отражающие влияние мелкой буржуазии и кулацких слоев страны, в этих ожесточенных нападках заняли одно из первых мест.

В 1927 и в начале 1928 г. кулачество развивает дальше свое

наступление. Этот напор на сов[етскую] власть основной кресть

янской силы в стране застает государство врасплох -- с отсутстви

ем хлебных резервов, с недостаточным фондом промтоваров,

с валютой, находящейся в состоянии скрытой инфляции, с ограни

ченными кредитными ресурсами. Бойкот хлебозаготовок зажиточ

но-кулацкими слоями не только срывает план хлебного экспорта,

тормозит заготовки некоторого вида сырья (лен), но и непосред

ственно ставит под угрозу срыва всю систему госснабжения горо

дов, семенами бедноту, хлебом сырьевые районы. Хвост ударил

по голове с угрозой поставить ей свои крепкие условия. Из со

здавшегося положения ЦК вышел путем насилия над стачечника

ми хлебного рынка, над свободой товарооборота между городом

и атакующей экономически сов[етскую] власть зажиточной час

тью деревни. Этот переход партии к государственно организо

ванной борьбе с кулацкими элементами в деревне нашел свое

идеологическое выражение в передовице "Правды" от 15 февра

ля, являющейся, по существу, циркулярным письмом. ЦК не счел

нужным отказаться от прежних своих ошибок и неправильности

своей линии, не счел нужным хотя бы сводить концы с концами,

прежнюю линию и теперешнюю линию, он просто объявил

во всем виноватым "стрелочника", того самого советского и пар

тийного аппаратчика, который до сих пор (да и теперь) так акку

ратно и подобострастно выполняет все веления советской и пар

тийной власти.

Объяснения ЦК до чрезвычайности упрощены и вульгаризи

рованы. Случился кризис не то конъюнктурный, не то экономиче

ский, но никак не социальный. В основе его лежит следующее яв

ление: "выросла и разбогатела деревня, вырос и рабогател

прежде всего кулак. Три года урожая не прошли даром". Невольно

при этом припоминается один факт из недавнего прошлого. Ког

да Троцкий на одном из пленумов ЦК сказал, что урожай усилит

дифференциацию и может создать для нас -- при неправильной

политике ЦК -- большие затруднения, сколько "мудрецов", умуд

ренных опытом и испытанных в применении ленинского анализа,

выступили тогда с выводом: Троцкий против урожая, Троцкий про

тив крестьянства. А теперь оказывается: "Три года урожая не про

шли даром". Фраза аляповатая. Так и кажется, что автор хочет ска

зать: "Три года эпидемии урожая", сравнивая урожай не то с чумой,

не то с холерой. Понятно, вопрос не в урожае, урожай -- вещь хоро

шая, весь вопрос в правильности экономической политики, кото

рую вел ЦК в течение этих трех лет урожая, а вот на этот вопрос

ЦК не желает отвечать, от постановки его уклоняется. Признание

кулака заставило ЦК признать положение, выдвигавшееся оппози

цией: кулак является хозяйственным авторитетом в деревне, у не

го смычка с городским спекулянтом, дающим за хлеб дороже, и он

(кулак) имеет возможность вести за собой середняка. Почему кулак

стал авторитетом, почему у него смычка со спекулянтом? Откуда

все это? Ведь нам не так давно проповедовали, что кулаку деваться некуда, ибо общие рамки развития заранее даны строем диктатуры пролетариата, что кулак волей-неволей будет врастать в социализм. Может быть, и здесь виноват стрелочник, чиновник, который допустил такую смычку, а теории ЦК и общая экономическая политика не при чем?

6. Если кулак имеет возможность вести за собой середняка, а в партии народились элементы, пуще всего желающие быть в мире с кулаком, то в случае больших событий и осложнений, еще больших, чем в деле с заготовками, сие обстоятельство даст очень больно и сильно знать себя. Не только может, но и должно. Если ЦК стал на эту точку зрения, он должен был понять всю опасность, идущую справа от этих чуждых партии и рабочему классу элементов, т. е. опасность термидорианских элементов в стране. А если ЦК это понял, то он должен повернуть огонь уж не "налево", как было до сих пор, а "направо". Так поступил бы всякий политик, умеющий продумать положение вещей. Но последовательность не свойственна центристам. Их отличительная черта -неспособность предусмотреть что бы то ни было, несоответственность мыслей, планов, мероприятий, крохобор-чество, отставание, "хвостизм" руководства. Центристы менее всего отражают массовые настроения, но зато они пытаются всегда и часто не без успеха подменить собой партию. Эта подмена совершается аппаратным путем. Слой служащих в партийных, советских, профессиональных и кооперативных органах у нас насчитывает сотни тысяч людей. Власть этого слоя громадна. Этот слой управленцев требует "покоя", "деловой работы", боится социальных кризисов, все надменно рассматривает сверху: и партию, и сов[етскую] власть, и профсоюзы, и кооперативы. Этот слой видит главного врага в революционных ленинцах, вечно анализирующих, смущающих дух покоя, "мечтающих" о мировой революции, когда можно ограничиться "полным построением социализма в одной стране". Вражда к оппозиции бешеная, почти зоологическая ненависть к идеологам ее, особенно к Л. Д. Троцкому, сближает людей центра с правой группой, которая в своем оппортунизме и [...]236 в значительной мере отражает интересы "хозяйственно мощного" крестьянства. Вот почему вместо того, чтобы повернуть огонь направо, группа центра одновременно с государственной борьбой против кулачества еще более усиливает преступную, ничем не оправдываемую расправу с большевиками-ленинцами арестами и ссылками. Под влиянием этих расправ, под воздействием целой кампании, предпринятой ЦК, отдельные колеблющиеся единицы отошли от оппозиции, но последних гораздо меньше, чем арестованных, высланных, сосланных. Эти отходы, понятно, не меняют дела в основном, они знаменуют только некоторые личные перегруппировки в трех основных течениях, намеченных в платформе большевиков-ленинцев (оппозиции) к XV съезду ВКП23'.

В данное время классовые противоречия в стране углубились.

Выражением их служит новая вынужденная хвостисто-отсталая по

зиция центра в аграрной политике. Есть ли это левый курс или ле

вый зигзаг? Левый курс вынужденным никак не бывает. Вынужден

ный левый курс этим самым говорит о временности зигзага

в политике. Данный зигзаг отличается предательской замысловато

стью: он взял -- правда, неопрятно, грубо, неряшливо -- некоторые

положения оппозиции, но сделал это по-воровски, крадучись,

ни словом не обмолвившись о своих ошибках и не пытаясь связать

эти новые положения со старыми своими утверждениями и не пере

сматривая своих отношений к оппозиции. Перед нами не только ле

вый зигзаг, но и причудливое, уродливое отражение его в кривом

зеркале. Вносит ли этот зигзаг новое во взаимоотношение центра

к оппозиции? Да, вносит: репрессии усилились. Это характерно, по

казательно, ибо в этом сущность центризма. Отношение к оппози

ции это оселок, о который точится левизна, это лакмусовая бумаж

ка, по которой можно узнать правизну или левизну курса. Кулак,

выросший и осмелевший благодаря оппортунистическому руковод

ству ВКП, хочет сыграть в нынешней социальной революции ту же

роль, какую во времена Керенского хотел сыграть Корнилов, тоже

выросший и осмелевший благодаря политике Керенского. Керен

ский возвел его к Советам и, казалось, повернул руль. Надолго ли?

Керенским тоже как бы был взят тогда "левый курс". А большевики

тогда противопоставляли этому курсу Керенского -- его отношение

к большевикам и к основным вопросам революции, формулирован

ным большевиками. Теперь наши коммунистические "керенские"

как будто поворачивают руль в крестьянском вопросе. Вполне есте

ственно и законно спросить: а каково их отношение к большевикам

ленинцам (оппозиции) и к коренным вопросам, формулированным

оппозицией в знаменитой платформе? И что же? Платформы

не признают, с большевиками-ленинцами дико расправляются. По

чему? Да потому, что эти коммунистические "керенские" есть, бы

ли и будут оппортунистами, колеблющимися центристами с хвос

тистской колеблющейся политикой.

Можем ли мы менять свое отношение к оппортунистам? Нет,

мы должны всегда критиковать, разоблачать, указывать на их не

последовательность, политическую трусливость по отношению

к правым. Понятно, государственно организованная борьба с кула

ком есть новый факт огромного значения, но сама борьба, вынуж

денная, проводится непоследовательно, трусливо, с оговорками,

бюрократически, без перспектив, без ясной цели. Маркс в "Граж

данской войне"238 говорит, что прудонисты и бланкисты оказались

вынужденными делать во время Коммуны239 противоположное то

му, чему они учились до наступления Коммуны. Так и Сталин, и Бу

харин, и вся центристская верхушка вынуждена теперь делать про

тивоположное тому, что она проповедовала в крестьянском

вопросе все эти четыре года. Свое вынужденное дело они и будут

делать, но своими обычными методами клеветы на оппозицию

и извращения ленинизма. В течение долгих лет они обманывали и обманывают партию насчет опасности и истинных вождей пролетариата. Они и теперь не говорят всей правды, не дают новой картины переживаемого нами социального кризиса, умалчивают о перспективах их курса, ибо последнее (перспективы) отсутствует, ибо у них бег на месте с вынужденным подталкиванием.

9. Прежде всего необходимо было бы установить социальную

связь между всеми явлениями...240 и партийной оппозицией, так

выпукло, остро и тревожно проявившими себя; между срывом ку

лаком хлебозаготовок, Шахтинским делом241, Смоленскими и про

чими нарывами и... расправой с оппозицией. Все эти явления

не только взаимосвязаны, но и родственны между собой. Ни одна

власть не отказывается от ответственности, не удастся и нашей

правящей группе центра отказываться от ответственности за все

эти дела в совокупности их и думать, что и в этом положении она

сможет, кивая на стрелочников и опираясь на свой мощный аппа

949 "-* т--г

рат, всех и вся перехитрить и... правых течении. Правые течения имеют широкую базу в стране и в партии -- интересы многомиллионного крестьянства. В сравнении с этой базой база центра -- несколько сотен тысяч служащих, да к тому же подверженных мелкобуржуазному влиянию -- представляет величину до смешного малую.

В данное время в партии имеется два вида экономической

политики: а) политика центра -- постепенного, на ряд лет рассчи

танного выхода из кризиса на основе борьбы с кулачеством, на ос

нове поднятия товарности хозяйства середняков и бедноты, т. е.

развития взятого в январе-феврале курса и б) политика правых -

решительного и громогласного отказа на будущее время от всего

содеянного в январе-марте, политика опоры в развитии сырьевой

базы и экспортных ресурсов на все более окулачивающиеся слои

деревни, развивающие товарность без затрат на это государствен

ных ресурсов. Борьба этих двух опытов решения экономических

вопросов долго продолжаться не может. Уже на протяжении бли

жайших месяцев (весенний и осенний посев) этот вопрос будет

решен.

В случае победы правого курса произойдет дальнейшее эко

номическое наступление кулака, которому придется уступить,

подняв цены на хлеб, отменив ограничения в области аренды

бедняцких земель, приспособив товарное снабжение деревни

к его запросам, быть может, с частичной брешью в монополии

внешней торговли. Эта политика неизбежно потребует нажима

на рабочий класс в городе, усилит аграрное перенаселение, за

медлит темп индустриализации. Все эти мероприятия должны

быстро последовать одно за другим, т. к. прежде всего нужно бу

дет успокоить терроризированного кулака и внушить ему дове

рие. Таким образом, медленное сползание с пролетарских рельс,

давно начавшееся у правой части партии, должно быстро сме

ниться под давлением собственной политики и обстоятельств

жизни переходом на позицию, враждебную пролетариату и деревенской бедноте.

Победить правое течение может только левый курс во всем объеме, т. е. в той форме разрешения коренных вопросов нашей действительности, которая дана в платформе большевиков-ленинцев. Для этого нужно прежде всего мобилизовать рабочий класс, осуществить демократию в партии, в Советах, профсоюзах, вернуть оппозицию, сурово осудить все теоретические искажения и практические ошибки, допущенные партруководством. Таково необходимое условие действительной борьбы против правых течений. Борьба с этими течениями, не опирающаяся на классовую активность трудящихся и пытающаяся заменить ее усилиями одного аппарата, не дает и не может дать существенных результатов, а во многих случаях даже содействует усилению правых течений и притуплению профессионального классового сознания.

Идут ли по этому пути сталинцы? Они и теперь пытаются вме

сто ясных лозунгов борьбы стереть, притупить, затушевать опас

ность справа, они и теперь подменивают ясный лозунг демократии

в партии, Советах и профсоюзах каким-то насквозь лицемерным,

фальшиво лживым лозунгом самокритики, заранее отказываясь

от обвинений и требуя "конкретности" самокритики. Сталинцы

и сейчас убеждены, что они перехитрят все силы буржуазии аппарат

ным путем, преодолеют их "дворцовым переворотом". Сталинцы

и сейчас думают, что они "свободно" могут делать уступки "своим"

правым течениям, а затем брать эти уступки назад без всяких по

следствий. У сталинцев все -- маневры, они устраняют, по существу,

от участия в политических спорах и решениях партию, ибо они

не верят в нее, боятся ее, желают избегнуть ее сопротивления. Пар

тии представляется только право "прорабатывать" решения цент

ра, это право постепенно делается ее обязанностью. Партия рас

сматривается сверху. Таким образом, сталинцы не признают

ленинской партии, партии рабочих масс. Вот почему изгнана оппо

зиция, ибо она есть то лицо партии, которое обращено к массам.

Сталинцы до сих пор старались парализовать ту силу, которая мог

ла бы ослабить или устранить последствия тех маневров руководст

ва, которые явно были ошибочны. Как же теперь они могут вос

пользоваться ею для подкрепления правильности политических

маневров в борьбе с правыми? Эта сила парализована, ее сначала

надо вылечить, внушить ей доверие к ее же правам и способностям,

иначе кто же рискнет после расправы с оппозицией даже на кон

кретную необобщающую самокритику. Разве только "Правда" два

раза в неделю в листке РКИ243. В этой карете далеко не уедешь.

Можно ли поддержать такой, с позволения сказать, "левый

курс" в теперешней его форме? Можно ли брать на себя ответст

венность за него? Только беспощадно разоблачая противоречие

этого зигзага, предательскую замысловатость его, оппозиция дока

жет свою политическую правоту, которая скоро станет достояни

ем широких пролетарских слоев. Вынужденное, по ступенькам,

враскоряку, полупризнание наших отдельных положений должно приводить нас не к капитуляции, а к еще более решительному разоблачению половинчатости, лживости, лицемерия. В совершенно самостоятельной по отношению к борющимся фракциям политике, в сохранении своей политической физиономии большевики-ленинцы выиграют больше всего.

Уже сейчас капитулянты всех мастей вынуждены петь по официальному камертону. Как же они запоют, когда сталинцы, неспособные к сколько-нибудь деятельной и последовательной политике, вдруг пересядут на рыковского коня и опять запоют, ну хотя бы о ставке на "крепкое" крестьянство или об общих рамках развития, заранее данных строем пролетарской диктатуры? А ведь эта возможность не исключена.

14. Левый зигзаг уже находится на ущербе. Он держит экзамен как внутри страны (яровой клин, дезорганизация рынка, затруднения с денежным обращением, ухудшение положения рабочих и крестьянства), так и во вне страны (история с золотом, разрыв германо-советских переговоров, политика экономической блокады и т. д.). Победить эти трудности может только последовательная политика, предсказанная пролетарскими революционерами большевиками-ленинцами. Всякая иная политика потерпит скорое и позорное крушение. Самостоятельная, не стремящаяся в центристское болото позиция оппозиции обеспечит удесятерение наших рядов в ближайшее будущее. Не для того рабочий класс СССР принес бесчисленные жертвы, низверг капитализм, чтобы не быть в состоянии сейчас при запутавшихся спорах двух оппортунистических фракций -- правой и центра -- повести сильной рукой вперед пролетарскую революцию в СССР, этом центре мировой революции. Это должны прежде всего понять рабочие -- члены ВКП(б), ибо они должны всегда критиковать ошибки той части партии, "которая зазналась" (Ленин), они, а не аппарат, должны очистить партию от появившихся и переродившихся "чуждых элементов", должны вернуть оппозицию в ряды ВКП(б), они, осуществляя диктатуру ВКП(б), этого основного рычага пролетарской революции, должны первые понять, какую всемирную историческую ответственность они несут. У нас образовался...244 хвост, он попробовал свои силенки на изгнании оппозиции, затем на хлебозаготовках, он доберется до вопроса о власти в полном объеме. Пока этот хвост легонько ударил по голове. В случае войны или еще более крупных осложнений он попытается заменить голову. Оппортунистический, хвостистский центризм от этой опасности не спасет, как не мог и предотвратить ее. Спасет только правильная классово-пролетарская линия большевиков-ленинцев (оппозиции). Против оппортунизма. Против "правого" и "левого" центризма. За ленинскую оппозицию.

Большевики-ленинцы (оппозиция). Май 1928 года

Дашковский И. К. ХОЗЯЙСТВЕННАЯ КОНЪЮНКТУРА И "ЛЕВЫЙ" КУРС

1. Кто предупреждал о затруднениях

Уже в начале текущего хозяйственного года конъюнктурная сводка отметила явление, свидетельствовавшее о крупном сдвиге в хозяйственном организме страны. Товарный голод на промышленные изделия, временно "смягченный" стараниями Наркоминторга, совершенно неожиданно для руководителей партии и хозяйства сменился продовольственными затруднениями в городах. Падение хлебозаготовок, сокращение хлебного экспорта и огромные хвосты в городах у продовольственных лавок -- все это сопровождалось явными признаками новой инфляции. Создавалась совершенно реальная угроза материальному положению рабочего класса, смычке города с деревней и устойчивости всего хозяйственного организма в целом. Об этой растущей опасности настойчиво предупреждал уже на Октябрьском пленуме245 тов. Смилга. В контртезисах по пятилетнему плану большевики-ленинцы заявили: "Падение общей массы заготовляемых продуктов, с одной стороны, является прямым свидетельством глубокого расстройства в отношениях между городом и деревней, а с другой стороны,-- источником новых угрожающих нам затруднений". Однако все эти предупреждения остались без должного внимания. Официальная партийная печать объявила их "спекуляциями оппозиции на трудностях сезонного характера". Микоян усыплял партийное сознание разговорами об овладении Наркомторгом стихией рынка, экономическая печать вместе с Рыковым не переставала повторять о действии "предвоенного фактора", а Бухарин на XVT московской губпартконференции говорил: "Мы за последнее время не можем констатировать особого обострения товарного голода, как это утверждает оппозиция. Хлебные хвосты нельзя брать в качестве решающих показателей нашей экономики: это чисто конъюнктурное явление, которое уже теперь изживается и по всей вероятности скоро будет изжито". Итак, на "Шипке все спокойно"246: в своем бюрократическом ослеплении, стремясь ускорить свою расправу с оппозицией, руководители партии даже не задумываются и не понимают того, что делается основными проблемами нашего хозяйства в рабочих кварталах столиц и в провинции. Только декабрьская конъюнктура, полный срыв экспорта хлеба и давно не бывалая напряженность на рынке заставила кое-кого призадуматься.

2. Хозяйственная конъюнктура в январе

К 1 января 1928 г. хозяйственная обстановка характеризовалась следующими основными данными. Хлебные заготовки уменьшились по сравнению с данными прошлого года на 128 млн. пудов, или примерно на 30% (см. передовую "Правды" от 15 февраля). По другим данным, хлебозаготовки пали на 161 млн. пудов, или на 35% (см. "Хлебный рынок", No 21 -- 22 за 1927 г.). Сырьевые заготовки, несмотря на то что урожай сельскохозяйственного сырья выше

108

109

прошлогоднего на 27%, после октябрьского повышения в ноябре начинают понижаться и в декабре дают картину общего снижения по сравнению с декабрем прошлого года: по масличным -- 19%, лен-волокно -- 14%, махорка -- 30%, коровье масло -- 32%, яйца -- 46%, шерсть -- 48% (см. конъюнктурную сводку 1осплана в "Экономической жизни"24' от 2 февраля). В то же время денежные остатки в деревне увеличиваются с 290 млн. руб. в апреле-мае до 450 млн. на 1 декабря (см. статью Первушина в "Экономической жизни" от 4 февраля), способствуя оседанию сельскохозяйственного сырья. В отдельных случаях, как, например, по льну, годовое оседание достигает 50% всего сбора против довоенного в 10%. Общий рост покупательного фонда города и деревни превышает продукцию предметов широкого потребления за первый квартал на 353 млн. руб. (см. статью Громана248 в "Экономической жизни" от 3 февраля). На этой почве весь первый квартал проходит под знаком роста розничных цен как на частном рынке, так и в обобществленной торговле. Наши розничные индексы, которые и по свидетельству Первушина "в ослабленной" степени отражают действительное повышение цен, показывают повышение в октябре -- 1,0%; в ноябре -- 1,6% и декабре -- 0,9%. Одновременно растет и розничная накидка на промтовары: IX - 21,2%; X - 21,6%; XI - 22,1%; XII 22,4% (см. "Экономическую жизнь" от 4 февраля). В полном соответствии с этим движением цен находится рост стоимости бюджетного набора. По Украине эта стоимость за первый квартал возросла на 5,7% ("Экономическая жизнь" от 7 февраля). По Москве бюджетный индекс в январе повысился на 2,3% ("Торгово-промышленная газета"249 от 8 февраля) . Повышение цен происходит главным образом в сельскохозяйственной группе товаров.

В области промышленности продукция первого квартала возросла по сравнению с первым кварталом прошлого года на 10,2% против намеченного контрольными цифрами годового прироста в 17,6%. Несмотря на то, что в прошлом году продукция первого квартала дала прирост в 27%, ВСНХовский250 обзор конъюнктуры считает, что прирост производства первого квартала текущего года "находится на довольно высоком уровне, так как текущие хозяйственные затруднения (недостаточный ход хлебозаготовок и заготовок сырья) еще не успели резко отразиться на промышленности" (см. "Экономическая жизнь" от 4 февраля).

3. Хлебофуражный баланс

Значение всех приведенных показателей станет совершенно ясно после небольшого анализа хлебофуражного баланса. Исходя из расчета, что минимальное месячное потребление городов равняется 50 млн. пудов, хлебозаготовки этого года были запроектированы в размере 600 млн. пудов для внутреннего потребления и 100 млн. пудов для экспорта, т. е. всего 700 млн. пудов. В 1925/26 г. плановые заготовки хлеба составляли 584 млн. пудов, а в 1926/27 г.-- 686 млн. пудов (см. "Хлебный рынок", No 21 -- 22 за 1927 г.). Условия урожая этого года должны были благоприятствовать реализации на

меченного плана. Сбор зерновых культур за последние три года определялся следующими цифрами: 1925 г. -- 4420 млн. пудов; 1928 г.-- 4653 млн. пудов; 1927 г.-- 4593 млн. пудов (см. статью Киселева в "Экономическом строительстве"251, No 12 за 1927 г., с. 17). Тем не менее за первую половину сельскохозяйственного года с 1 июля по 1 января было заготовлено только 65 -- 70% прошлогодних заготовок того же периода, т. е. 300 млн. пудов. Эта цифра полностью совпадает с общим количеством полугодового потребления города. Но если принять во внимание, что декабрьские заготовки, естественно, еще не могли быть подвезены к потребителю, что часть хлеба всегда находится на колесах и в амбарах, то ясно станет, что не будь прошлогодних запасов (размером около 120 млн. пудов), хлебный дефицит уже в это первое полугодие принял бы угрожающий характер.

Хлебный экспорт прекратился, едва достигнув 35 млн. пудов за все первое полугодие. Несмотря на использование прошлогодних запасов, на прекращение экспорта и на наличие в деревне огромных скоплений хлеба после третьего урожая, угроза продовольственного голода становилась все более и более реальной. Для серьезных опасений было тем более оснований, что по опыту прошлых двух лет 85 -- 90% всех плановых заготовок приходятся на первые три квартала, а если прозевать январь и февраль месяцы, то выполнение заготовок будет сорвано природными условиями окончательно и бесповоротно. Чтобы заготовить 90% необходимого для внутреннего потребления хлеба, т. е. 540 млн. пудов, необходимо было заготовить в третьем квартале 240 млн. пудов. Но и этим вопрос об обеспечении города хлебом еще не решается. Кроме недостающих для годового баланса городского потребления, необходимо также образовать трехмесячный запас, ибо в июле и августе потребляются запасы прошлого года, а 50 млн. пудов требуются для завоза в потребляющие районы и для других нужд (семена и проч.). Таким образом, общая сумма требующихся заготовок составляет примерно 450 млн. пудов. Если вычесть запасы прошлого года, оставшиеся после экспорта (около 80 млн. пудов) и допустить наиболее благоприятный исход заготовок, т. е. полное проведение плана, то и в этом случае дефицит хлеба составит примерно 50 -- 70 млн. пудов. Предупредить этот дефицит можно только исключительными мерами: либо ввозом хлеба из-за границы, либо немедленным изъятием части натуральных запасов в порядке займа или дополнительного обложения зажиточных и кулацких слоев деревни. Таким образом, хлебные затруднения оказываются отнюдь не конъюнктурными явлениями. Они свидетельствуют о глубоком расстройстве в хозяйственном организме, о серьезной закупорке товарооборота между городом и деревней.

4. Причины продовольственных затруднений

Где причины затруднений? В течение всего января и половины февраля руководящие статьи "Правды" разоблачали виновников срыва заготовок. То виновным оказывался хлебозаготовительный

аппарат, он надеялся, что заготовки пойдут самотеком. То -кооперативная сеть, потому что она не позаботилась о ввозе промтоваров в деревню. То виноват низовой партийный аппарат, потому что он не подстегивал первых двух. Виновата, наконец, оппозиция, она отвлекала внимание партаппарата. Одним словом, вместо экономического анализа -- бюрократические отписки, поиски виноватого стрелочника и, наконец, сваливание всех бед на оппозицию, а это -- наилучшее прикрытие для безыдейности и безответственности. Действительные причины затруднений кроются не столько в перебоях бюрократической машины, сколько в углубляющейся диспропорции между промышленностью и сельским хозяйством. Нарастание этой количественной диспропроции приводит к новым качественным явлениям. Арифметическое противопоставление спроса и предложения города и деревни или простой арифметический подсчет натурального и денежного накопления в деревне становится теперь недостаточным. Решающее значение для диспропорции приобретает вопрос о распределении реального накопления среди различных слоев крестьянства. Рост хозяйственной мощности и накоплений в кулацком хозяйстве означает рост зависимости государственного хозяйства от кулацко-капиталистических элементов в области сырья, экспорта и продовольственных запасов. В этом состоит тот новый сдвиг, то новое качественное изменение, которым характеризуется наше хозяйство в нынешнем году. Кулак "регульнул" наш экспорт и тем самым ударил по импорту, по промышленности и, следовательно, по рабочему классу. Срывом хлебозаготовок срываются заготовки сырья, и это -- еще один удар по промышленности и по рабочему классу. Сила кулака -- в росте его натуральных и денежных накоплений, слабость пролетариата состоит в том, что темп развития промышленности недостаточен для втягивания натурального накопления крестьянского, кулацкого и зажиточного хозяйства в товарооборот. Отсюда продовольственные затруднения, срыв экспортно-импортной программы и дальнейшее укрепление экономических позиций кулака-капиталиста, все более настойчиво навязывающего свою волю государственному хозяйству. Поэтому вопрос о диспропорции, как и о хлебозаготовках и о сырье становится вопросом обостреннейшей классовой борьбы. Именно здесь решается историческая схватка "кто кого".

5. Сила кулака

Как велика экономическая мощь кулака? По материалам "Совещания по хлебофуражному балансу", размер натуральных запасов к концу текущего года составит 1040 млн. пудов. Но эта цифра явно преуменьшена, так как здесь не учтено влияние повышенного урожая технических культур на увеличение прироста накопления запасов. К концу 1927/28 г. общая сумма натуральных запасов составит по меньшей мере 1 100 млн. пудов. Как же распределяются эти запасы среди различных слоев деревни? Если исходить из устаревшей схемы П. Попова (у богатых -- 29,1% запасов, у зажиточ

ных -- 29,4%, у середняков -- 36,3% и у бедноты -- 4,9%, см. "Статистический обзор" No 2, 1927 г.), то распределение натурального накопления будет следующим: у богатых -- 320 млн. пудов; у зажиточных -- 323 млн. пудов; у середняков -- 401 млн. пудов и у бедняков -- 54 млн. пудов. Таким образом, у высших слоев деревни находится 643 млн. пудов [...]252 нет 500 млн. пудов. Но приведенная схема Попова устарела, она относится к положению, имевшему место два с лишним года назад, за это время пропорции между разными слоями в деревне изменились в сторону усиления и укрупнения кулака. Следовательно, действительное накопление высших слоев деревни значительно больше, оно, по меньшей мере, достигает 600. Итак, натуральные запасы сосредоточены у кулацко-ка-питалистических элементов деревни в таком размере, что эта молодая деревенская буржуазия имеет возможность оказать реальное сопротивление хозяйственным планам советской власти. Результаты этого сопротивления мы уже чувствуем: это -возросшие затруднения на командных высотах нашего хозяйства, это -продовольственные затруднения в городах. Вывод: перераспределение натуральных накоплений становится вопросом жизни и смерти для пролетарской диктатуры. Вот почему оппозиция, пролетарское и подлинно большевистское крыло нашей партии, требовала в контртезисах перераспределения национального дохода и принудительного займа в размере 150 -- 200 млн. пудов хлеба. Нужно быть безнадежно тупым бюрократом, чтобы подобно Молотову заявить: "...тот, кто теперь предлагает нам эту политику принудительного займа, принудительного изъятия 150 -- 200 млн. пудов хлеба... тот враг союза рабочих и крестьян, тот ведет линию на разоружение советского государства" (из доклада Молотова на XV съезде). Вот где беспросветное невежество и безнадежная тупость высшего партийного бюрократа выступает дополнительным оружием в руках враждебного пролетариату класса, молодой деревенской буржуазии.

6. "Левый" курс XV съезда

Под давлением напряженнейшей борьбы оппозиции, выражающей волю пролетарского авангарда к защите диктатуры рабочего класса против растущих враждебных сил, XV съезд партии признал необходимым форсированное наступление на кулака. Этот левый курс, если бы он действительно осуществлялся, оппозиция могла бы одобрить. Но какое содержание вкладывается в этот лозунг? Молотов разъяснил его на съезде так:

"Когда теперь говорят о форсированном наступлении на кулака, на капиталистические элементы деревни и т. п., то мне кажется, что этой формулой ничего нового не говорят. Нет более решительного, более форсированного наступления на капиталистические элементы, чем рост строительства социализма в городе и в деревне. А мы занимаемся тем, что усиливаем и развиваем социалистические элементы против остатков капитализма. Форсированное наступление на кулака, форсированное наступление на капиталис

112

113

тические элементы в деревне -- это и есть все то, что именуется строительством социализма в одной стране. Все это -- развитие кооперации, развитие коллективных форм в нашем сельском хозяйстве, вся наша экономическая, культурная и другая работа и далеко не с нынешнего года -есть наступление на капиталистические элементы в деревне. Вопрос не в том, нужно ли форсированное наступление на кулака. Оно есть, об этом нечего спорить".

Нельзя себе представить большего разжижения революционного лозунга, большей дезориентации рабочего класса, его обезволивания и усыпления его бдительности, чем эти "приятные" разговорчики, рассчитанные на то, чтобы угодить "и нашим и вашим", чтобы "сохранить популярность среди всех слоев населения" .

Результатом XV съезда явился двойной удар по рабочему классу. Наиболее передовой авангард его, в лице подлинных большевиков-ленинцев оппозиционеров, подвергнут исключению из партии, ссылке и тюремному заключению. В то же время деревенский кулак, почувствовавший себя прочнее в связи с этой расправой с оппозицией, ударил срывом заготовок хлеба и сырья.

7. Положение после XV съезда

В конце декабря угроза продовольственного голода уже вырисовывалась с большой рельефностью. Тогда большие и малые партийные чиновники засуетились и панически стали менять свою хозяйственную политику.

Еще на XV съезде Рыков говорил, что у нас никакого кризиса товарооборота между городом и деревней нет, что есть только частичные затруднения, что они уже изжиты, изживаются или будут [изжиты] в ближайшее время. Сталин заявил, что товарный голод это минус в балансе народного хозяйства и что аппарат еще не научился преодолевать эту трудность. В то же время хлебозаготовки продолжали падать. Наркомторг начал перебрасывать, оголяя городской рынок, предметы широкого потребления в деревню. Однако непосредственный эффект этих перебросок получился небольшой. Во-первых, потому что часть промтоваров застряла на промежуточных звеньях. Во-вторых, широкий потребитель, середняк и бедняк, не имел уже хлеба для реализации и для покупки промтоваров, а зажиточный и кулак потребовали повышения хлебных цен. Если для зажиточного середняка стимулом для продажи хлеба могла еще служить возможность покупки промизделий широкого потребления, то для кулака экономических стимулов не было. Более или менее удовлетворительными предметами широкого потребления253. Он сразу предъявил спрос на металлические изделия и строительные материалы, т. е. на те предметы, которые могут послужить кулаку его производственному накоплению. В тех же случаях, когда кулак покупал предметы широкого потребления, мануфактуру например, то с целью перепродажи ее с большим барышом в городе или в деревне. Этим и объясняется тот факт, что мануфактура не нашла и не находит себе в деревне достаточного сбыта. Конъюнктур

ные обзоры сообщают, что она оттуда выталкивается, что в спросе только металлические изделия и стройматериалы, что кулак прибегает к различным ухищрениям для задержки своих запасов.

8. Банкротство партийного руководства

Чтобы смягчить возросшие продовольственные затруднения и сделать кое-какие запасы на весенние месяцы, руководство партии вынуждено было уже в январе встать на путь репрессивных мер по отношению к тем, кто задерживает реализацию своих запасов. В соответствии с этим административным нажимом -наспех произведено и некоторое идейное перевооружение. 15 февраля в "Правде" появилась передовая, являющаяся программой действий в хозяйственной политике на ближайшее время. В этой передовой говорится:

"Из ряда причин, определивших затруднения в хлебозаготовках, следует отметить следующие. Выросла и разбогатела деревня. Вырос и разбогател прежде всего кулак. Три года урожая не прошли даром. Увеличение доходов крестьянства от незерновых сельскохозяйственных культур, животноводства и отхожих промыслов при относительном отставании предложения промтоваров дало возможность крестьянству вообще, кулаку в особенности, удержать у себя хлебные продукты для того, чтобы поднять на них цены".

Далее:

"Что касается борьбы с кулачеством и кулацкой опасностью, то в этой области нашими парторганизациями далеко еще не сделано все то, что они должны сделать. Этим, между прочим, и объясняется тот факт, что в наших организациях -- как в партийных, так и иных -- народились в последнее время известные чуждые партии элементы, не видящие классов в деревне, не понимающие основ нашей классовой политики и пытающиеся вести работу таким образом, чтобы никого не обидеть в деревне, жить в мире с кулаком и вообще сохранить популярность среди "всех слоев" деревни".

И затем:

"Все это, соединенное с такими ошибками в нашей работе, как запоздалый подвоз промтоваров в деревню, недостаточность сельхозналога, неумение извлечь денежные излишки из деревни и т. п.-- создало условия, приведшие к затруднениям в хлебозаготовках".

Итак, руководство партии подписалось в собственном банкротстве. Не обмолвившись ни словом о том, что именно оппозиция предупреждала о нынешних трудностях, о недостаточном развертывании промышленности, об огромном укреплении экономической мощи кулака, о росте термидорианских элементов и в стране, и в государственном, и в партийном аппарате, Центральный] о[рган] партии признает, что именно этих важнейших явлений партийный аппарат не заметил, не обратил на них внимания. Партаппарат не заметил, хотя оппозиция открыто и настойчиво об этом заявляла. Кто же должен отвечать? Кто несет ответственность перед

114

115

рабочим классом, перед партией за совершенные ошибки? Расправой с оппозицией можно скрыть свою бездарность и неспособность к руководству государством и хозяйством, но нельзя этим снять с себя ответственность за ошибки, ведущие к ослаблению диктатуры рабочего класса, тем более, когда часть партии, своевременно предупреждавшая и указывавшая на ошибки, исключена, сослана и сидит в тюрьме. Ответственность всецело падает на руководство партии. Это понемножку начинают понимать. Скоро это станет ясно всему рабочему классу, всей партии за исключением ее зарвавшихся элементов.

9. "Левый" курс на практике

"Чтобы ликвидировать затруднения,-- говорится в этой программной передовой "Правды",-- надо покончить с искривлением партлинии в практической работе в деревне, сделав ударение на задаче борьбы с кулацкой опасностью и обязав наши парторганизации развивать дальше наступление на кулачество". Прежде всего необходимо отметить это трусливое сваливание вины на низовые парторганизации. В действительности мы имеем не "искривления партлинии", а подтверждение неправильности самой этой линии. Для каждого сознательного партийца ясно, что, как и в китайском вопросе, в отношении к кулаку господствующие партбюрократы, боясь сознаться в своей ответственности за совершенные ошибки, сваливают все на "искривление" якобы правильных директив, которые ими даются. Эти постоянные ссылки на "искривления", повторяющиеся каждый раз, когда обнаруживается банкротство политической линии, являются лучшим доказательством оппортунистической природы самого руководства. Уже поэтому вновь объявленный "левый" поворот может вызвать вполне законное недоверие.

Действительно, программная передовая не дает никаких определенных указаний относительно тех конкретных средств и путей, которыми предполагается выйти из сложившихся трудностей. В статье говорится о необходимости нажима на кулака, о повышении самообложения деревни и т. д. Надо, однако, заявить, что административный нажим, применявшийся в последние месяцы в деревне, отличается прежде всего отсутствием классовой дифференцированности. Когда каждой деревне назначают, сколько она должна вывезти, а в деревне раскладка производится по дворам, то это мало похоже на нажим на кулака. Когда сдатчик хлеба снабжается особыми квитанциями и получает исключительное право покупки промтоваров или же устанавливается непосредственный товарообмен -- то это мера, крайне пагубная для денежного обращения, тоже не означает нажима на кулака. Применение 107-й статьи, не устанавливающей допустимых размеров для крестьянских запасов, может только послужить для процветания административного произвола в деревне, так как эти размеры (активного участия) будут в каждом отдельном случае устанавливаться без массовой бедняцкой организации, а местным

чиновником, зачастую связанным с кулаком. Накопление промышленных изделий, мануфактуры и др. в руках кулака явится только дополнительным средством для закабаления бедноты и для спекуляции в городе.

Не менее бесформенным являются и другие виды "нажима": крестьянский заем и самообложение. Мы уже выше говорили, что назрела острейшая необходимость перебросить часть средств из кулацко-капиталистического хозяйства в промышленность. Но ни крестьянский заем, ни средства по самообложению для этой цели не предназначены. Не говоря уже о том, что при создавшихся условиях эти меры добровольно проведены быть не могут, но если даже реализовать их в порядке "нажима", то, поскольку эти средства предназначены для местного строительства и сельскохозяйственных нужд, то можно предвидеть увеличение спроса на строительные и другие материалы, а не смягчение товарного голода. Вот почему все намеченные "левые" мероприятия, проводимые вдобавок в порядке паники и аппаратно-бюро-кратического нажима, без активности рабочего класса и бедноты, могут, скорее, привести к дискредитации левого курса, а не к положительным результатам. Левый курс заключается не в том, чтобы в порядке паники беспорядочно нажимать на кулаков, конфисковать их имущество и сажать их в тюрьму. Левый курс заключается в том, чтобы, применяя жестокие меры диктатуры, добиться укрепления экономических позиций пролетариата и бедноты, усиления командных высот пролетарской диктатуры. Сталин же своим аппаратно-бюрократическим "левым" зигзагом старается спасти шкуру бюрократа, оставляя экономические позиции пролетариата столь же ослабленными, как и раньше.

10. Ближайшие перспективы

Мы вступаем в полосу еще больших затруднений, которые могут привести к еще более серьезным последствиям. Угроза голода в городах не устранена, она только несколько отведена, отсрочена. В апреле-мае, когда заготовки хлеба резко снизятся, а запасы начнут истощаться, продовольственные затруднения в городах могут принять более угрожающий характер. Товарный голод на пром[ыш-ленные] изделия также значительно обострится. Если в первом квартале, когда с городского потребительского рынка снято 200 млн. руб. займом индустриализации254, дефицит промышленных изделий достиг 353 млн. руб., то во втором квартале и третьем квартале, когда влияния займа не будет, когда номинальная заработная плата, вожможно, даст некоторое повышение, -- дефицит промизделий будет значительно больше. Проектирующееся срезание городского спроса путем повышения квартирной платы на 20% на первые месяцы не отразится. Удовлетворить рост покупательного фонда будет тем более трудно, что в решающие месяцы хозяйственного года продукция промышленности даст резкое снижение по сравнению с ростом, намеченным контрольными цифрами и Промфинпланом. Промфинплан наметил годовое увеличе

ние продукции на 21%, контрольные цифры -- на 17,6%, а первый квартал дал прирост в 10,3%, январь дал около 12%.

Когда же может быть выполнен годовой план? Четвертый квартал дает обычное снижение продукции вследствие летних отпусков, ремонта и т. д., а заметное увеличение производства в ближайшие месяцы затрудняется срывом сырьевых заготовок и финансовыми затруднениями промышленности. Сокращение финансирования капитальных затрат на 175 млн. руб. и краткосрочного кредитования на 60 млн. руб., проводимые ныне в целях недопущения бумажно-денежной инфляции, ударит по промышленности, замедлит темп индустриализации и еще острее отзовется на диспропорции между спросом и предложением. Финансовые затруднения через короткий срок опять обострятся ввиду наступления сроков платежа по германским кредитам и срыва хлебоэкспортной кампании. Что же касается рыночной диспропорции, то отставание предложения от спроса примет в ближайшие месяцы такой размер (дефицит может перешагнуть далеко за полмиллиарда), что возможно значительное повышение розничных цен и заметное падение покупательной способности червонного рубля. Предлагаемое ныне некоторыми экономистами (Громаном, например) повышение отпускных цен может несколько успокоить рыночное напряжение, приводя к некоторому перераспределению средств в народном хозяйстве. Но нужно не забывать, что цены являются стихийным фактором в распределении национального дохода. Они бьют раньше всего широкого потребителя. Задача же партии заключается в том, чтобы укрепить государственное хозяйство за счет средств, накопленных у кулацко-капиталистических элементов города и деревни. Выполнение этой задачи и будет означать подлинно левый курс, ибо результатом его явится укрепление промышленности, государственного хозяйства, т. е. командных высот диктатуры рабочего класса.

Тот бюрократический "нажим", который Сталин теперь проводит аппаратными методами, без активности широких пролетарских и организованных бедняцких масс, нельзя назвать левым, т. е. пролетарским курсом. "Нажим направо", сопровождающийся полицейским режимом в партии, арестами и ссылками оппозиционеров, предвидевших и предупреждавших о растущих опасностях, есть только бюрократическое извращение левой, т. е. пролетарской линии.

11. Где же выход

Положение тяжелое, в ближайшем будущем оно может стать еще тяжелее. Из этих небывалых трудностей мыслимы только два классово противоположных пути. Пролетарский путь лежит через перераспределение национального дохода, через мобилизацию активности пролетарских масс и организации деревенской бедноты, через действительный нажим на все термидорианские элементы в стране и в партии, через немедленное возвращение в партию всех арестованных, ссыльных и исключенных оппозиционеров,

ибо только они способны вывести рабочий класс из современных трудностей, не отступая с командных высот пролетарской диктатуры. Антипролетарский путь из нынешних трудностей лежит через расправу с оппозицией, через дискредитацию "левого", т. е. пролетарского курса, через ввоз заграничного хлеба, частичные уступки мировой буржуазии и дальше по ниточке к отмене монополии внешней торговли.

Рабочий класс и пролетарская часть партии должны быть начеку.

О САМОКРИТИКЕ255

Как грибы после дождя растут "дела", одно скандальнее другого. Каждый день все новые и новые "нарывы", говорящие о массовом глубоком разложении партийного, советского и профессионального аппаратов, о далеко зашедшем перерождении партии. Смоленское, Шахтинское, Артемовское, Сочинское и бесчисленный ряд других дел оказались полной неожиданностью для партийного руководства.

Гром среди ясного неба! Все было спокойно и благополучно. Шли вперед к социализму "плавно, как на рельсах" (Сталин. Правда, 17 мая). Отсутствие всяких опасностей. Стопроцентное единство XV съезда, на котором голосами героев Смоленского и иных дел была отсечена ленинская оппозиция.

И вдруг -- десятки раскрытых и сотни нераскрытых гнойников.

Смоленское "дело" -- одно из наиболее поучительных. Что оно показало? "Под внешним казенным благополучием,-- пишет Зайцев в "Правде" (16 мая),-фактически скрывались подлинные элементы гниения и перерождения -перерождения разных степеней и разной глубины". Это гниение охватило не только всю верхушку губкома, но и значительную часть всего партийного и советского аппаратов и в городе, и в деревне.

Смоленских "героев", больших и маленьких, в губернском, уездном, волостном масштабах "засосала тина вонючей обывательщины", они "утеряли всякое классовое чутье". В течение нескольких лет они спокойно перерождались, оторвавшись от рабочего класса, сращиваясь с кулацкими элементами деревни, находясь "в сфере недосягаемости для пролетарской критики, в атмосфере зажима, отсутствия внутрипартийной и рабочей демократии".

Отсутствие внутрипартийной и рабочей демократии -- вот основная причина всех этих болезненных явлений. Только в обстановке жесточайшего зажима, только при величайшей пассивности и запуганности масс руководство целыми губерниями и округами может переходить в руки заведомых прохвостов, бандитов и казнокрадов.

II

Пьянство, растраты, изнасилования -- все это наиболее омерзительные, но не самые опасные признаки перерождения; порой с ними можно бороться, опираясь и на судебный аппарат. Гораздо опаснее искривление классовой линии, проводимое без растрат и пьянства, проводимое "честными" руками. С искривлением можно бороться, только опираясь на активность масс снизу и на правильную политическую линию сверху.

Расследовавший положение в Смоленской организации член ЦКК и замнарком РКИ Яковлев выдвигает следующие моменты (см. "Правду" от 16 мая): отрыв советского аппарата от партийного, полное извращение классовой линии как в городе, так и в деревне, неудовлетворительность партийного руководства в губернии, в уездах, в волостях, слабость центрального руководства Наркомзе-ма. Здесь Яковлев явно недоговаривает. Почему один Наркомзем виноват? Если у Наркомзема была своя особая линия, за которую не отвечает весь Совнарком и ЦК партии, то об этом надо сказать открыто. А так как этого на деле не было, нужно прямо указать, что в извращении классовой линии повинен не Наркомзем, а все руководство в целом.

Это извращение классовой линии не ограничилось одним Смоленском.

За последние недели ЦК заслушал отчет двух организаций -- Казахской и Северо-Кавказской (по национальным областям) ("Правда" от 22 и 23 мая) и приступил к обследованию Днепропетровской.

И что же? В Казахстане "ошибки в разрешении вопроса о землеустройстве", на Северном Кавказе "неудовлетворительность руководства в работе с беднотой" и недостаточное использование "средств и возможностей для быстрого подъема маломощных слоев". В Днепропетровщине ("Правда" от 31 мая) -- отсутствие подъема бедняцких хозяйств, уменьшение бедноты в сельскохозяйственной кооперации, кредитование зажиточно-кулацкой части села сельскохозяйственными машинами и т. п. Можно не сомневаться в том, что эти указания на искривление классовой линии придется сделать всем без исключения организациям, которые будут отчитываться перед ЦК.

Результаты извращения ленинской линии в крестьянском вопросе сказались в Смоленске, сказались в Казахстане, на Северном Кавказе, на Украине, должны будут сказаться по всему СССР. И отвечает за это не Наркомзем, а Политбюро и ЦК партии.

На пленумах губкома и Г[убернской] контрольной] к[омиссии] смоленские помпадуры256, растратчики и дезорганизаторы заявляли, что они, собственно, ни в чем не виноваты, что они проводили партийную линию и являются "жертвами нового курса ЦК" (см. "Правду" от 20 мая).

III

То, что данное руководство партии не в состоянии бороться с растущим разложением, наглядно показало то же Смоленское дело.

Президиум ЦКК, разобравший Смоленское дело, установил: "разложение сельского и волостного партийного и советского аппаратов, его смычку с кулаком", "извращение классовой линии в деревне", "систематическое пьянство, растраты, насилия, окулачива-ние и связь с бандитами" и пр., и пр., и пр.

Постановлено: руководителей организации снять с занимаемых должностей, объявить строгий выговор, послать на работу по специальности.

Как! Даже не исключить из партии?! Да, оставить их в партии, пусть они поработают на пользу советской власти.

Только под напором и давлением партийной и рабочей массы, требовавшей вопреки решениям, мягким к казнокрадам и насильникам, исключения руководителей Смоленской организации,-- ЦКК исключила их наконец из партии.

Нужно ли после этого удивляться безрезультатности проводимых мероприятий, нужно ли удивляться, что почти через четыре месяца после раскрытия другого (Шахтинского) дела -- комсомольские делегации Аремовского, Шахтинского и Луганского округов вынуждены обратиться в ЦКК с заявлением (см. "Комсомольскую правду" от 11 мая), что все осталось по-прежнему, "спячка хозяйственных и профсоюзных органов не взорвана", причем это заявление замалчивается "Правдой", а на "Комсомольскую правду" начинаются нападки за ее обличительный уклон (речь Калинина на съезде ВЛКСМ)257.

Наказать, и притом мягко, несколько помпадуров, еще не значит вести борьбу с искривлением классовой линии.

IV

"Чем объясняются,-- говорит Сталин ("Правда" 17 мая),-- эти позорные дела разложения и развала нравов в некоторых звеньях наших партийных организаций? Тем, что монополию партии довели до абсурда, заглушили голос низов, уничтожили внутрипартийную демократию, насадили бюрократизм"258.

Итак, оказывается, зажим в партии есть, бюрократизм насаждается. А ведь не так давно, еще на XV съезде, тот же Сталин заявлял и делал ударение на то, что "только слепые не видят, что действительная внутрипартийная демократия у нас растет и развивается", а вся партийная печать, все проработчики всех рангов, в том числе смоленские, артемовские, прямо декламировали и изощрялись в арифметических расчетах об "огромном росте демократии".

Перед лицом жесточайших провалов Сталин и его сподвижники выступают в роли демократов, критикуя тот самый режим, который они насаждали годами. Обращаясь к пленуму Смоленского губкома, упоминавшийся уже Яковлев ("Правда" 22 мая) восклицает: "Если вы зажимаете организацию, если вы нарушаете элемен

тарные основы внутрипартийной демократии, если, более того, рабочие-коммунисты не могут выступить открыто, то как вы это назовете". Яковлев не дает ответа, но мы за него ответим: все это называется сталинско-бухаринско-рыковским режимом в партии.

Разговоры сталинцев о демократии не новы для нашей партии. Еще в борьбе с оппозицией 1923 года Политбюро приняло знаменитую резолюцию от 5 декабря, в которой четко и ясно формулировало значение и необходимость партийной демократии. Эта резолюция, принятая под напором усиливающейся оппозиции, так и осталась "манифестом", положенным под сукно, а теперь считается чуть ли не запретным фракционным документом.

Перед XV съездом, начиная борьбу с Ленинградской оппозицией, ЦК выпустил специальное обращение с призывом "решительно развертывать внутрипартийную демократию". Однако единственным проявлением этой демократии был разгром Ленинградской организации.

Разговоры о внутрипартийной демократии продолжаются пятый год. А за это время, по выражению Сталина, "уничтожили внутрипартийную демократию, насадили бюрократизм".

Однако в последнее время лозунг внутрипартийной демократии подменен лицемерными разглагольстованиями о "самокритике".

Партийная демократия означает право массы решать все основные вопросы, стоящие перед партией. Самокритика же сохраняет за массами только право на критику. Решать, исправлять, оценивать эту крикику будет, очевидно, всесильный аппарат.

Самокритика -- это шаг назад от партийной демократии. Это ублюдочно-бюрократический лозунг, внешняя "уступка массам" взамен подлинного привлечения масс к руководству партией.

Однако и эта "самокритика" кажется чрезмерной роскошью бюрократам от партбилета. Передовая "Правды" (16 мая) спешит разъяснить, что самокритика требуется конкретная, без всяких обобщений.

Что значит "конкретная критика без обобщений"? Если, например, сказать, что из 16 волостей Смоленского уезда в одиннадцати аппарат совершенно переродился -- это будет критика конкретная. А вот сделать отсюда вывод, что плох уком или даже (!!) губком -- это уже пахнет обобщением. Не против таких ли обобщений выступает "Правда"?

Или, может быть, разрешается обобщать, но только в масштабе одного уезда или одной губернии -- неизвестно. Точнее известно, что вопрос о допустимости того или иного обобщения будет передаваться на усмотрение критикуемых и обобщаемых бюрократов.

Кроме того, известно, что бюрократы и оппортунисты из ЦК партии будут ссылать и сажать в тюрьмы всех, кто попытается "обобщать" бесчисленные "дела" последних лет и месяцев и поискать виновных повыше секретаря губкома.

Но такой "самокритикой" без обобщения нельзя поднимать активность масс, нельзя воспитывать партию.

VI

В платформе большевиков-ленинцев задолго до раскрытия нынешних "дел" указывалось:

"...Официальная борьба с бюрократизмом, не опирающаяся на классовую активность трудящихся и пытающаяся заменить ее усилиями самого аппарата, не дает и не может дать существенных результатов, а во многих случаях даже содействует усилению бюрократизма.

Машина идет не туда, куда требуют интересы рабочих и крестьян".

Орджоникизде259 счел своим долгом заступиться за бюрократическую машину.

"Соваппарат в наших руках,-- заявил он на XV съезде,-- он служит нашему социалистическому отечеству, он наш аппарат".

Орджоникидзе прав. Это тот аппарат, который насаждал из года в год ЦК, это тот аппарат, который вырос под крылом ЦКК, исключающий за оппозицию тысячи рабочих-большевиков и объявляющий выговора героям смоленских дел, это тот аппарат, который вырос под прикрытием молотовской теории насчет того, что нельзя [...]260 приближения рабочих к государству и государства к рабочим, т. к. наше государство уже само по себе рабочее.

Партия призовет к ответу не только стрелочников.

Партия научится обобщающей критике, вопреки Сталину, Мо-лотову и Орджоникидзе, и тогда им придется самим отвечать за тот аппарат, который они насаждали, который они "держали в своих руках", за тот неслыханный режим в партии, при котором возможно длительное существование такого аппарата.

2 июня 1928 г.

М. Фрумкин261

ПИСЬМО

Секретно.

Всем членам и кандидатам Политбюро, тов. Бауману262 и тов. И. В. Сталину

Переживаемые нами трудности кризисного характера резко уже сказались и нарастают как во внутреннем, так и внешнем нашем положении. Нет никаких сомнений в том, что резкое ухудшение нашего положения, менее всего связанного с деятельностью Коминтерна, усилившееся обвинением нас "в пропаганде", является лишь благодатным материалом для западноевропейской буржуазии. Основным и решающим фактором наступления капиталистического мира на СССР является политическое и экономическое ослабление наших сил. Ухудшение нашего внутреннего положения связано прежде всего с деревней, с положением сельского хозяйства. Мы не должны закрывать глаза на то, что деревня, за исключе

122

123

ним небольшой части бедноты, настроена против нас, что эти настроения начинают уже переливаться в рабочие городские центры. Выступающим на рабочих и красноармейских собраниях хорошо известно, как недовольство деревни сильно отражается на настроениях и выступлениях рабочих и красноармейцев. Дальнейшее нарастание недовольства в деревне угрожает нам через безработных, через рабочих, связанных с деревней, через красноармейцев осложнениями и в городе. Придавая исключительное значение роли деревни в переживаемых кризисных процессах, я считаю своим долгом обратить внимание Политбюро на те моменты, которые заострены во внимании сотен и тысяч членов партии, о которых говорят при каждой встрече. Едва ли есть необходимость доказывать, что переживаемые нами трудности вытекают не только и не столько из наших ошибок в планировании хозяйства. Верно и то, что эти трудности в значительной мере определяются революционной структурой сельского хозяйства, но несомненно то, что ухудшение нашего экономического положения заострилось благодаря новой ноте XV съезда, политической установке по отношению к деревне, установке, мало связанной с решением съезда.

XV съезд дал директиву поставить в центре внимания коллективизацию сельского хозяйства и вести "дальнейшее наступление на кулака". Весь дух доклада т. Молотова и резолюция съезда далеки от раскулачивания, от сведения на нет зажиточных хозяйств как производственных единиц. Основная мысль резолюции съезда та, что "наступление должно в дальнейшем осуществиться на основе новой экономической политики, путем увеличения налогового обложения кулака, ограничения его эксплуататорских стремлений, путем кооперирования и коллективизации бедноты и середняцких хозяйств" ("Правда" No 89 и резолюция ленинградского] актива по докладу тов. Бухарина). Во всяком случае, не возникало никаких сомнений в том, что союз со средним крестьянством составляет основу ленинской политики вообще и в деревне в особенности. Отрицание этой политики привело, по верному замечанию тт. Сталина и Молотова, оппозицию к гибели. Остановка, взятая после съезда по отношению к деревне, расходится с приведенным выше пониманием постановлений съезда. На съезде т. Молотов говорил:

"Идеология оппозиции, враждебная середняку, враждебная союзу со средним крестьянством, именно эта идеология приводит ее к предложениям о принудительном крестьянском займе. Между тем, это предложение о займе -прямой срыв всей политики партии, всей политики нэпа, потому тот, кто теперь предлагает нам эту политику принудительного займа, принудительного изъятия 150 -- 200 млн. пудов хлеба хотя бы у 10% крестьянских хозяйств, т. е. не только у кулаков, но и у части середняцкого слоя деревни, тот, каким бы добрым желанием не было это предложение проникнуто, тот враг рабочих и крестьян, враг союза рабочих и крестьян

(Сталин: правильно), тот ведет линию на разрушение советского государства".

"Кто сам допускает разъединение середняка и бедняка -- тот превращается в настоящего врага рабочих и крестьян, тот враг октябрьской революции, враг пролетарской революции вообще".

Через 10 дней после съезда автор этих энергичных слов проявил максимальную инициативу не в направлении развитой им линии. Был проведен принудительный займ, было проведено принудительное изъятие хлеба и по отношению к середняку. Можно спорить об оценке проведенной кампании в деревне в январе-марте, но при положительной оценке следует установить, что в процессе проведения кампании сложилась новая идеология, расходящаяся со всей нашей политикой в деревне.

На заседании Уральского обкома, в присутствии 30 -- 40 товарищей, т. Молотов формулировал отношение к деревне так: "Надо ударить по кулаку так, чтобы перед нами вытянулся середняк". Эта фраза не была случайной. В своем отчетном докладе по поездкам на хлебозаготовки он всех несогласных с этой линией обвиняет в потворстве кулакам. Из речи тов. Кучмина на пленуме Облкрай-кома мы узнаем про характерную директиву последнего, данную в циркулярном письме:

"Мы связывали со 107 ст. свой план много меньше, чем это было указано в директиве краевого комитета партии, где говорится: "107 ст. рассчитана только на кулаков -- это неправильно и этим смазывается смысл 107 ст. -- на шкуре кулака дать показательный урок середняку". Я спрашиваю, связывает ли эта формулировка 107 ст. с заготовительным планом Сибири или нет (т. Сырцов: отчасти, да), может быть, несколько больше даже, чем другие организации связывали свой план со 107 ст. Помимо всего, эта формулировка скользкая. Если ее не развивать дальше, то она смазывает нашу разъяснительную работу, где мы говорим, делаем упор, что 107 ст. середняка не коснется (тов. Сырцов: такой упор неправильный). Показательный урок дал определенный результат -"союзник" середняк повернулся к нам спиной. На пленуме Сибкрайкома тов. Нусинов подводит под эту идеологию "теоретическую базу". Тов. Кучмин исходит из того положения, что середняцкое хозяйство не является эксплуататорским. Совершенно верно -- в процессе производства середняк действительно не является эксплуататором. Однако при известной рыночной ситуации некоторые середняки могут проявить "эксплуататорские" черты в сфере обращения, задерживая большие массы товарного хлеба и пытаясь спекулировать на повышении цен. Это теоретически. А практически, не приносит ли вред нам такой середняк, который хочет дезорганизовать рынок и повысить цены? Конечно, приносит вред, так как срывает хлебозаготовительную кампанию. И смысл применения 107 ст. заключается как раз в том, чтобы ударить по кулаку и на кулацкой спине показать основному держателю хлеба -- середняку, что срывать свои

124

125

хозяйственные планы, сопротивляться нашему регулированию пролетарское государство и партия позволить не могут".

По Нусинову выходит, что середняк обязан жертвовать своими интересами во имя признания и одобрения всех регулирующих мероприятий Наркомторга, с восторгом принимать установленные хлебные цены. На заседании комиссии по финансированию сельского хозяйства (в начале марта) тов. Молотов говорил след [ующее]:

"Питание кредитами середняка может привести к перерастанию его в кулака".

На сессии ЦИКа тов. Кубяк263 выдвинул следующую] программу: перед нами сейчас стоит серьезная проблема, которую мы должны разрешить,-это организация своих государственных зерновых больших фабрик, и к этому мы, Наркомзем, с помощью правительства приступаем и думаем, что мы несомненно с этой задачей, при общей поддержке, справимся. Без разрешения этой проблемы строительство новых советских крупных товарных зерновых хозяйств [невозможно]. Конечно, мы будем часто попадать в такое тяжелое положение, когда хлеб будет лежать в амбарах, его будут поедать мыши (как я это видел в Казахстане: скирды, съеденные мышами), и мы будем стоять перед перспективой ввоза хлеба из-за границы.

Программа строительства совхозов в интерпретации Кубяка имеет только один смысл. Безнадежно думать, что нам удастся установить такие взаимоотношения с крестьянством, при которых мы могли бы рассчитывать на получение от него хлеба. В момент решения вопроса в начале января трудно было выбирать и решать, какие пути гарантируют безусловное получение хлеба, без которого мы имели бы еще худшие последствия. Пришлось пойти на крайние меры, признавая неизбежность в тот момент этих мер. Не следует теперь отказываться от анализа достигнутых материальных результатов. Заготовки четырех необходимых культур: пшеницы, ржи, ячменя и овса -- шли за последние три года в следующих количествах:

- 26 г.

- 27 г.

- 28 г.

в миллионах пудов 1 кв. 2 кв. 3 кв. 137,9 120,2 117,7 142,9 255,6 136,0 153,2 117,6 227,6

В сравнении с 1926 -- 27 гг. заготовлено в 3-м квартале (январь-март), по официальным данным, на 91 м[иллион] пудов больше в сравнении с предыдущим годом. Фактически последнюю цифру следует снизить на 15 -- 20 м[иллионов] пудов, так как записывались на приход такие заготовки, которые никогда не шли по линии основных заготовителей, которые раньше кормились за счет своих заготовок и в этом году заготовленный хлеб съели, что отразилось на реальности запасов Наркомторга. При нажиме, лишь в порядке экономических мероприятий, вполне законных, мы заго

товили бы 150 -- 160 м[лн]. п[удов], на 50 -- 60 м[лн]. п[уд]. меньше. Зато мы не имели бы на иждивении все мелкие города и местные потребности производственных районов, которые съели не меньше этих 50 -- 60 м[иллионов] пудов. От этой точки зрения веет совершенно определенным троцкизмом.

По всей партии взята новая линия по отношению к середняку. По инерции продолжают говорить о союзе с середняком, а на деле мы отбрасываем середняка от себя. Беда превратилась в добродетель, сложилась новая оценка наших взаимоотношений с крестьянством. Апрельск[ий] плен [ум] ЦК предостерегает от таких мероприятий, которые "грозят ослаблением союза рабочего класса и основных масс сред[него] крестьянства".

Слова определенные и обязывающие, но благодаря половинчатости и двойственности всей резолюции пленума по хлебозаготовкам перелома в настроении партийной периферии не наступило. Вместе с уменьшившимся количеством хлеба уменьшились и искривления (только уменьшились), которые клеймились пленумом как антипартийные, но установка, идеология осталась. Партийная периферия уделяет свое внимание и заботы только бедноте, которой выдавались во время заготовок векселя: необходимость "прочного союза с середняком" отошла на задний план. Мы не видим в деревне никаких мер, которые бы [не] вели к продлению если не враждебных, то, во всяком случае, не благоприятных по отношению к партии и власти настроений середнячества.

Установка, взятая в последнее время, привела основные массы середнячества к беспросветности и бесперспективности. Всякий стимул улучшения хозяйства, увеличения жив[ого] и мертв [ого] инвентаря, продуктивного скота парализует быть зачисленным в кулаки. В деревне стоит подавленность, которая не может не отразиться на развитии хозяйства. Недаром мы наблюдаем небывалое затишье в реализации с[ельско]хозяйственных] машин. 1ос-подствующие настроения в деревне, помимо их непосредственного политического значения, ведут к деградации крестьянского хозяйства и систематическим нехваткам хлеба вне деревни. Мы должны это сказать. Для выхода из создавшегося критического положения необходим крутой перелом не только в настроениях крестьянства, необходимо прежде всего дать другую политическую ориентировку своим собственным партийным рядам. Основное: дать вернуться к XTV и XV съездам. Последний уточняет постановление XIV съезда лишь в заострении внимания коллективизации. Мы слишком поторопились отойти от позиции XTV съезда. Эти позиции еще нуждались в закреплении.

Что сделать в ближайшее время:

1) Установить революционную законность. Объявление кулака вне закона привело к беззаконному отношению ко всему крестьянству. Недопустимо на 11-м году сов[етской] власти, чтобы власти издавали такие постановления, которые формально являются законами, а по существу являются издевательством над законностью

(например, штраф в 100 -- 200 руб. за долгоносик, за содержание собак не на привязи).

2) Роль товарности, рост продукции с[ельского] х[озяйства]

должны сохранить все свое значение, которое мы им придавали

во время XIV съезда и XV конференции]. Вся партийная перифе

рия должна дать себе ясный отчет, что каждый мил[лион] пуд[ов]

хлеба, от какой группы он не поступал бы, укрепляет диктатуру про

летариата, индустриализацию. Каждый потерянный мил[лион]

пуд[ов] хлеба ослабляет нас.

Отсюда мы должны бороться с кулаком путем снижения его на

коплений, путем увеличения налогов, путем высвобождения из-под

его экономического влияния (отсюда и политического) середняков

и бедноты. Мы не должны поддерживать его нашими скудными кре

дитами, но не должны "раскулачивать", доколачивать его хозяйст

ва, его производства, в течение ряда лет еще нужного нам. Отсюда:

внимание и помощь в первую очередь, а не в третью, единолич

ным хозяйствам и в следующем году.

Максимальная помощь бедноте, которая идет в коллективы

через укрепление этих коллективов, втянуть в действительное (а

не лже) общественное х[озяй]ство.

Не вести расширение совхозов в ударном порядке и сверхудар

ном. Этот ударный порядок работы дорого обойдется. Наши скуд

ные средства дадут лучшие результаты при затрате их на проведе

ние пока первичных форм коллективизации и на укрепление

бедняцких и середняцких хозяйств.

Восстановить, вернее, открыть хлебный рынок, что связано

с изменением всей политики Наркомторга.

Повысить цены на хлеб на 15 -- 20 коп., одновременно снижая

цены на другие продукты с [ельского] х [озяйства] в таких размерах,

чтобы удержать общий с[ельско]хозяйственный] индекс на ны

нешнем уровне. Вести линию на снижение расценок по лесозаго

товкам, извозу и т. п.

Усилить борьбу с самогоноварением, на которое тратится

большое количество хлеба.

Поставить в центре внимания Наркомземов развитие поле

водства и в особенности зернового хозяйства, на что до сих пор

обращалось мало внимания.

10) Дать возможность приобретать машины и единоличным хо

зяйствам, а не только коллективным (как ведется в некоторых ок

ругах Сев [ерного] Кавказа).

15 июня 1928 г.

В VTI ленинском сборнике264 помещена работа Варги265, читанная Вл[адимиром] Ил[ьичем]. Приведем след[ующую] цитату из книги Варги:

"После тяжелых опытов с крестьянами в первые 2 года существования диктатуры в России тоже пришли к мысли перенести центр тяжести в вопросе о снабжении городов продуктами продовольствия на вновь образованные крупные имения государствен

ных и сельских коммун",-- подчеркнуто Вл[адимиром] Ил[ьичем] и написано им на поле: "Вздор".

Я отдаю себе ясный отчет в том, что проведение этих мероприятий потребует ослабления нажима на частника, на мелкую промышленность в деревне. Я об этом не говорю, ибо я хотел остановиться на центральном вопросе. Я просил бы учесть, что основные мысли, весьма схематически изложенные в письме, присущи не только мне. О них говорят сотни и тыс[ячи] товарищей, которые не были в оппозиции, но которые не причислялись до сих пор к правым, которые полностью разделяют линию партии, но считают взятый темп осуществления гибельным.

Т. В. САПРОНОВ. ПИСЬМО ПИЛИПЕНКО266

Дорогой друг!

Ты прав, обстановка теперь такая, что нам необходимо было бы теперь подать заявление Конгрессу Коминтерна. Оно, конечно, должно было быть коллективным от группы "15-ти"26'. Но не наша вина, а наша беда в том, что мы лишены физической возможности это сделать. В. М. [Смирнов]268, Миньков269 вот уже два месяца отрезаны от всего мира, лишены почтовой связи. Хоречко два месяца лежал в тифу без медпомощи и тоже отрезан. Где он теперь и что с ним, неизвестно. Емельянов2'0 в Туруханске за 1500 верст от жел[езной] дороги и т. д. При таких условиях самый минимальный сговор невозможен. Индивидуальные выступления в таких случаях недопустимы, значит, твое предложение невыполнимо.

В связи с тенденцией наших ближайших друзей справа вступать снова на путь 16 октября2'1 я пишу тебе свои соображения, познакомь, конечно, с ними товарищей.

По моим сведениям, тезисы Преображенского в рядах его единомышленников встретили дружный отпор. Они же мне сообщали, что Л. Д. [Троцкий] решительно тоже против. Когда я писал возражение Преображенскому, я был уверен, что полемизирую только с ним персонально. Но, увы! Я получил копии двух писем Л. Д., которые показывают, что информация в отношении его у меня была неправильная. Он согласен с Преображенским, что заявление Конгрессу подать надо. И говорит, что в нем "мы должны сказать правду, только правду, всю правду". "Никакой фальши, дипломатии, лжи в духе Зиновьева и т. д.".

Как видишь, очень даже приятно читать: "никакая внутренняя политика не поможет без правильного курса, международной пролетарской революции". И дальше он перечисляет все ошибки ЦК с 1923 года в политике Коминтерна (Гоминьдан, Болгария, Китай и пр.). Веско, убедительно, не ново, но правильно. Он своевременно предупреждает о том, что в Индии может повториться гоминь-дановщина. Правильно.

А то, что делается внутри СССР, то "представляет собой непоследовательный, противоречивый, но все же несомненный шаг в нашу

сторону, т. е. на правильный путь". В чем заключается правильность и "непоследовательность" -- противоречивость и правда. Ни четверти правды в письме не видно. Но зато есть утверждение, что это "на данной стадии серьезный шаг влево", который мы должны поддерживать "безусловно (?!) всеми силами и средствами". Заметьте, "безусловно". Даже ни слова не говорится о тюрьмах, ссылках. Ну, а о прекращении наступления на рабочий класс? Куда уж там, не до него! Какая наивность, как будто можно серьезно сделать шаг "влево" при одновременном наступлении на рабочий класс. Не выйдет!

Так как "сдвиг" налицо, то встает законный вопрос, "где искать возникновение объективной потребности в этом повороте, кто ее сделал? Разумеется, не мы с вами". Под "мы с вами" разумеются троцкисты (почему не вся оппозиция, увидим ниже). "Мы с вами", по-моему, это слишком примитивное объяснение. Сами "мы"-то -- продукт класса и не всегда оказываемся на высоте положения. Обходя как-то бочком вокруг класса, получается, что весь вопрос в "правильном руководстве и воспитании таких кадров, которые способны опрокинуть мировую буржуазию". Вместо революционной сознательности класса, его авангарда -- партии, их боевой готовности не только опрокидывать буржуазию, но и в любой момент сбрасывать "руководство", прежде чем оно успеет изменить своему классу, выдвигается теория идеального руководства с идеальным воспитанием. Я, грешный человек, думаю, что любое архиидеальное руководство, если оно вырывается из-под контроля и ответственности класса, непременно ему изменит. По-моему, рабочий класс за вождями, за руководством всегда должен смотреть в оба. Авторитетность, фетишизм -- враги рабочего класса.

Дальше в письме идет божба единством партии и говорится: "В том наша правота против тенденции второй партии". Откуда шла такая тенденция, видно из второго письма Л. Д. к тов. Брове-ру2'2. В нем говорится: "Разве же события с абсолютной бесспорностью не подтверждают, что мы были правы (тактика заявлений, значит, правильна. -- Т. С.) и остаемся правы не только против шатунов Зиновьева, Каменева и Антонова-Овсеенко и ему подобных Смердя-ковых2'3, но и против дорогих друзей "слева" из Д [емократических] Щентралистов], поскольку они склонны были увертюру принимать за оперу, т. е. считать, что все основные процессы в партии и государстве завершились". Группа "15" никогда о завершении "всех процессов" не говорила. Она анализировала факты, делала правильные выводы и не боялась называть вещи своими именами. Что такое означает слово "завершилось"? Когда эбертистов2'4 вели на гильотину, тогда еще процессы Великой французской революции не завершились, но участь голов Дантона2'5 и Робеспьера была предрешена. Даже 9 термидора всех процессов не завершил, но коронацию Наполеона2'6 обеспечил, которая и завершила все процессы.

Подавлением оппозиции 1923 г., конечно, процессы не были завершены, они лишь только-только во весь рост встали, но ссылки и тюрьмы для большевиков были готовы. Нашей ссылкой процес

сы в смысле торжества черной реакции не завершились, но ожесточенное наступление кулака и мировой буржуазии, как то утверждала в своем заявлении группа "15" к XV съезду, воспоследствовало.

"Новый курс" или "сдвиг влево" есть защита от этого наступления, но нечестными средствами, с одновременным наступлением на рабочий класс. Для марксиста ясно -- борьба, одновременно направо и налево не может быть ни "левым курсом", ни "серьезным сдвигом", ни "победоносной". И. Н. Смирнов полагает, что этот "левый курс" есть "последний всплеск", вслед за которым может быть повернут курс резко направо. Многие его единомышленники расценивают положение так же. Так ли это -- я не берусь пророчить (о последнем всплеске), но одно ясно, что пролетариат из этой схватки если и выйдет победителем, то не ожиданием, когда "хвост2" ударит по голове" и не "без конвульсии", а ожесточеннейшей борьбой.

Поэтому мне кажется, что камешек в огород "15" требовался не для "увертюры" и "оперы", а для трагедии типа 16 октября. Заявление XV съезду рассматривалось подписавшими его как маневр для спасения Зиновьева и Каменева от полной капитуляции. Теперь оказывается, что "мы говорим искренне и добросовестно о нашей готовности отказаться от фракционных методов". Оказывается, они были уверены, что "устряловский хвост ударит по центристской голове" и даст возможность защищать правильную линию без фракционных "конвульсий".

Почему же такая уверенность явилась на XV съезде и ее не было во время смычек "7 ноября"? Почему теперь, когда Сталин заявил, что у нас есть, которые защищают на словах кулацкие хозяйства, а на деле помещичьи -- я бы сказал, капиталистические -- можно обойтись "без конвульсий"? Но ведь мы не дети, знаем, что речь идет не об отдельных лицах, а о целых группах, фракциях и звеньях партийного, советского и профсоюзного аппаратов. Их представители есть в ЦК, а кто знает, может быть, и в Политбюро. Мне кажется, что такой хвост не похож на пушистый хвост сибирской кошки или бурой лисицы, а поувесистей. А голова-то со Смоленской, Арте-мовской, Донбасской язвами -- от одного прикосновения такого хвоста может развалиться.

Неужели мы выберем роль собирать осколки этой головы, но зато "без конвульсии". Если в партии есть "перебежчики" к буржуазии, защищающие кулака, помещика, значит, единой классовой партии нет. В ней представлены кулаки и капиталисты, отсюда неизбежна внутрипартийная классовая борьба., неизбежны фракции и группировки. Оппозиция в ссылке, а в Москве и в других центрах организованы фракции, по рукам ходят шпаргалки, платформы левые и правые. Слепкова в Ленинграде с фракционной работой (которого хотели по партлинии выслать, но не удалось)2'8. Ярославский стал его на губ коме "бичевать", а ему в ответ голос с места: "Да ты сам в это время был на другом фракционном собрании". Ну, вот вам и "без конвульсий". И вот в этих-то условиях Л. Д. [Троцкий] предлагает подать заявление с "авансом" отказа от фракционной

работы и подчиниться всем решениям (по-видимому, в том числе, и ссылке) и "дисциплине".

В теперешних условиях отказ революционера от фракционной работы невозможен без перехода к мирному обывательскому житью. Или же тут есть вредная для рабочего класса "фальшь, дипломатия", чего Л. Д. в начале письма обещал тоже не делать. Авансов тоже обещал не давать. В момент, когда в партии появились новые группы, фракции "перебежчиков", в стране легально организуются буржуазные партии (с последними Бухарин ведет "идейную борьбу" -- см. речь на съезде комсомола) под видом сектантов, церковников и пр. с легальными печатными органами, тираж которых переваливает за четыре миллиона -- отказаться от организации рабочего класса просто преступно. Это безотносительно к кому бы то ни было.

Сделаем Емельяну (Ярославскому) удовольствие, согласимся на минуту с ним, что оппозиция "разбита вдребезги". Наша фракционная работа прекратилась, но появились на сцену Слепков, "перебежчики" и пр., создали фракции "устряловцев". Если при этом для отпора центристы не создадут своей фракции, с целью защиты интересов рабочего класса, значит, они тогда окончательно предадут пролетариат. Если же они организуют отпор, то мы им предложим честный союз на базе защиты пролетарской революции. Итог борьбы в конечном итоге будет решен не верхушечными комбинациями, а соотношением классовых сил в стране и в капиталистических странах. На экономической классовой оценке "левого курса" Л. Д. Т [роц-кий] не останавливается, а в основном согласен с Преображенским, следовательно, моя критика Евг[ения] Алекс [еевича Преображенского] перестает быть персональной критикой. Ты спросишь, чего бы я хотел от наших друзей, отвечаю: чтобы они написали "правду, всю правду" без идейных тактических конвульсий.

До свидания, жму руку, очень хочу знать твое мнение на сей счет. Телеграфируй получение. Твой Тимофей. Адрес: Шенкурск -- мне.

18 июня 1928 г.

И. Я. ВРАЧЕВ. ПИСЬМО ТРОЦКОМУ

Вологда, 19 июня 1928 г. (отправлено будет 20-го)

Дорогой и глубокоуважаемый Лев Давыдович! Вновь подтверждаю получение Вашего письма от 3 июня. Почта определенно прогрессирует: письмо дошло до меня на 13-й день. Зачем только Вы так обильно смазываете клеем конверты? Жалею, что не дошли до Вас два первых письма. Еще до Вашего совета я подал соответствующее заявление на почту как об этих, так и о других моих пропавших письмах.

Я несколько нарушил данное в открытке (от 16 июня) обещание и отправлю письмо не на другой день, как собирался, а только на третий, но зато мне на этот раз удалось исправить свой очень скверный почерк.

С развитыми в Вашем письме взглядами на положение вещей я целиком согласен, как и тов. Беляев. А тов. Штыкгольд согласен со всем, кроме части, посвященной германским делам; он вносит в эту часть кое-какие поправки (относительно раскола Ленинбун-да), а впрочем, он сам Вам написал об этом.

Вы своим письмом очень помогли разобраться в немецких делах. Теперь мне еще более ясно, что та неправильная политики, против которой мы боролись, ослабляет революционную сплоченность рабочего класса, дезорганизует его авангард и порождает враждебное коммунизму (в ленинском его понимании) движение (действительная ультралевизна, анархо-синдикалистские тенденции). Ежели в такой стране, как 1ермания, где мы -- мировая компартия -- наиболее сильны, уже имеются такие результаты, то что же можно получить при продолжении прежних ошибок руководства и сползания к оппортунизму в других странах, и в том числе и в первую очередь, в нашей собственной стране? Вы ведь не раз и совершенно правильно подчеркивали, что при искусственной изоляции нас -- оппозиции -- от активного участия в политической жизни, недовольство рабочего класса нашей страны может пойти по антисоветским каналам (меньшевизм, анархизм). К сожалению, такая опасность не учитывается теми, кто теперь провозглашает "левый курс". На этом можно было бы в данном письме и не останавливаться, поскольку я уже уведомил Вас, что солидарен с Вашим письмом от 9 мая2'9, а Вы ведь в этом письме уделили вопросу о так называемом левом курсе достаточное внимание. Мне только хотелось бы лишний раз подчеркнуть, что левый курс -- действительный, подлинный, проводимый не ради дани очередному зигзагу (на этот раз влево) и не под влиянием и не в порядке конъюнктурных явлений, а "всерьез и надолго" -- не может реально проводиться без возвращения в партию оппозиции, без открытого, прямого, большевистски честного -- по-ленински -- осуждения прежних (и нынешних) ошибок руководства, без серьезнейшей дезинфекции партии от разлагающих ее организм бацилл и микробов аппаратного режима последних лет и без введения в партии подлинных начал рабочей демократии. Поэтому мне представляются весьма своевременными взгляды по данному вопросу, развитые Христианом 1еоргиевичем [Раковским], -- взгляды, о которых Вы сообщаете в своем письме. (Я очень жалею, что не имею возможности ознакомиться с интересным письмом тов. Ра-ковского280.)

Поэтому же мне показалось в высшей степени странной та "скромность" Евгения Алексеевича [Преображенского], которую он проявил в своем известном (майском) письме, когда предлагал обратиться в ЦК с заявлением и ничего не говорить в нем о репрессиях против оппозиции и не просить восстановления нас в правах членов партии.

Мне в переписке с тов. Сосновским пришлось не раз касаться этой же темы. Лев Семенович в свойственной ему острой и сатирической форме писал мне недавно: "Вы пишете, что Вам не очень нравится лозунг самокритики и Вы бы вместо него выдвинули кое-какие дру

гие. А еще нашего друга укоряете281. По мне, так никакие лозунги теперь не имеют цены и смысла, даже сочиненные Вами.

Ответь мне, дорогой друг,-- продолжает тов. Сосновский,-- помните ли Вы некую резолюцию от 5 декабря 1923 года?

"Вы были молоды тогда"282... как поет няня в Онегине. Имеете ли Вы что-нибудь прибавить к упомянутой резолюции? Добавлений нет? "Принято". Да ведь она и не отменена? Почему же Вы тогда в Вологде, дорогой друг? Ну, а если бы Вы прочли завтра в "Правде" не километровую стенограмму283, а вопроизведение той самой декабрьской резолюции, стало бы Вам от этого теплее? Мне -- нет. Теперь понимаешь, почему назавтра после принятия этой единогласной резолюции один из голосовавших за нее с какой-то оторопью поспешил разослать вдогонку документ с предостережением, что бумага-де все терпит. И стерпела, как видите. А Вы размышляете, какие бы лозунги лучше пустить. Никаких. У вещей есть своя логика".

Я целиком стою на почве "логики вещей" нашего друга Соснов-ского. Поэтому, например, во время беседы с секретарем губкома (вскоре после приезда) я заявил: "Знаете, что? Если бы я даже пришел к тому выводу, что оппозиция во всех основных вопросах была не права, что она оказалась битой идейно, то и тогда бы до тех пор, пока десятки старых кадровых большевиков, ближайших помощников Ленина в деле руководства партией и государством пролетарской диктатуры, и сотни (а теперь надо было бы сказать -- тысячи) коммунистов-пролетариев подвергаются позорнейшим репрессиям и находятся в ссылке,-- я не подал бы заявления о восстановлении меня в правах члена партии".

В дальнейшем, когда меня пытались здесь "прощупать" и намекали, что, мол, подай заявленьице, если не с отказом от взглядов, то хотя бы с осуждением фракционной работы, и мы тебя восстановим, я заявлял то же самое, что и секретарю Г [уб] к [ома].

Ваше указание на "решающее значение для всей нашей международной ориентировки" китайского вопроса -- вопроса об уроках китайской революции -я считаю совершенно правильным. А между тем по этому вопросу в среде наших друзей мнения различны. Вслед за Карлом Бернгардовичем [Радеком] некоторые товарищи стали заявлять, что "и по китайскому вопросу произведен сдвиг в нашу сторону". Прежде всего, как Вы верно указываете, в китайском вопросе и сдвига-то нет, а затем, если бы даже была намечена на будущее время правильная линия, то без признания и осуждения прежних ошибок проведение этой правильной линии страшно затруднялось бы и, боюсь, было бы даже невозможным. Ведь недаром Ильич придавал такое исключительное значение вопросу об уроках ошибок вообще, а тем более ошибок в вопросах руководства революцией в отдельных странах. Если бы каждый из товарищей, спешащих солидаризироваться с последней резолюцией ИККИ по китайскому вопросу, спросил себя: "А что бы сказал Ильич об уроках второй ки

тайской революции?", то он сразу же обнаружил бы ложность своей позиции...

Совсем забыл. До Вас-то ведь письмо Радека, в котором он признает правильность резолюции ИККИ по китайскому вопросу, не дошло. Вы высказывали предположение о недоразумении. К сожалению, сообщивший Вам об этом факте тов. Абрамский прав. В своем письме (я своевременно получил его и написал в ответ критическое письмо, которое, несмотря на то, что было отправлено заказным, пропало) Карл Бернгардович, говоря о решениях пленума ИККИ, пишет: "Китайская линия правильная (подчеркнуто мною), правильна в ней оценка, что демократический этап не изжит (?), правилен курс на подготовку восстания путем массовой работы в противовес вспышкопускательству"...

Письмо это вообще замечательно. Приходится пожалеть, что до Вас письмо не дошло до сих пор. Вчера тов. Штыкгольд отправил Вам это письмо.

Касаясь лично тов. Радека, должен добавить, что 1) по сообщению, полученному мною из нескольких источников и в том числе от Розы Маврикиевны [Радек], при встрече с тов. Смилгой Карл Бернгардович нашел с ним общий язык, и 2) в недавнем письме к тов. Каспаровой Радек сообщил, что согласен с Вашим письмом от 9 мая. Как видите, Карл Бернгардович стал большим импрессионистом.

Следите ли Вы за начавшейся дискуссией вокруг вопросов программы Коминтерна? Прочитавши статью Варги в "Правде" от 14 июня, в которой он выдвигает в противовес проекту программы положение о том, что "во всех новых случаях пролетарской диктатуры, возникающих изолированно от СССР, военный коммунизм будет правилом, а нэп -- исключением", я невольно подумал: "А какой шум был бы поднят, если бы с таким заявлением выступил Лев Давыдович".

Интересно, как Вы относитесь к выдвигаемому Варгой теоретическому положению? Также интересно было бы узнать Ваше мнение об опубликованном проекте программы К[ом]и[нтерна].

Как вообще оцениваете Вы конгрессный период? Между прочим, некоторые товарищи (например, тов. Фрейденберг, приславший мне на днях письмо из Сибири) и по этому поводу питают себя иллюзиями. Упомянутый товарищ о конгрессе пишет так, будто конгресс может чуть ли не осудить руководство ВКП и Коминтерна и немедленно вернуть всех нас в партию...

Пора, однако, подумать и об окончании нашей беседы, это необходимо еще и потому, что при всей моей неопытности мне трудно писать на время исправленным почерком.

О себе лично сказать почти нечего. Помните, Щедрин писал когда-то:

"Положение мое, как русского фрондера, имеет ту выгоду, что оно оставляет мне много досужего времени. Никто от меня ничего не ждет, никто на меня не возлагает ни надежд, ни упований. Я не со

стою членом ни единого благотворительно-просветительного общества, ни одной издающей сто один том трудов комиссии. Я не обязан распространять ни грамотность, ни многограмотность, ни даже безграмотность, ни полезных сведений, ни бесполезных. Никто не требует от меня ни проектов, ни рефератов, ни даже присутствия при праздновании годовщин, пятилетий, десятилетий и т. д. Я просто скромный обыватель, пользующийся своим свободным временем, чтобы посещать знакомых и беседовать с ними, и совершенно довольный тем, что начальство не видит в этом занятии ничего предосудительного" (Салтыков-Щедрин. Благонамеренные речи. К Читателю).

Это в известной степени применимо и ко мне. Нужно только прежде всего сделать поправку на письма, которые я получаю и пишу во все большем и большем количестве.

Служебная работа моя носит все тот [же] скучный и неприятный канцелярский характер. Изредка на этом темном фоне бывают проблески. Так, в мае мне пришлось выступать на одном ответственном кооперативном собрании с докладом на тему "Кооперирование и обслуживание бедноты". Тезисы доклада никаких возражений со стороны собрания не встретили и были приняты в качестве резолюции собрания. Но это на собрании и после того, как вводную часть заменили выпиской из резолюции XV партсъезда по докладу Молотова, а до собрания я был обвинен в том, что еще (!!) не отрешился от взглядов оппозиции и пытаюсь (!) использовать свое служебное положение (!) для пропаганды взглядов оппозиции. По этому поводу произошла даже с моим начальством довольная резкая (разумеется, не по моей инициативе) "дискуссия". В результате этой "дискуссии"-ругни произошло вот это.

Редакция пункта первого тезисов

В моем проекте:

"1. Растущая классовая дифференциация деревни на фоне общего развития производительных сил сельского хозяйства и поставленные коммунистической партией и советской властью задачи всемерной помощи бедноте, укрепления союза бедноты с середняками и организованной борьбы с кулачеством налагают на молочную кооперацию, обслуживающую относительно более зажиточные и крепкие крестьянские хозяйства, серьезные социально-политические обязанности. Работа с беднотой -- ее кооперирование, оказание производственной помощи -- должна быть в центре всей нашей деятельности".

В редакции моего начальства:

"1. Достигнутые успехи политики партии в деревне и создавшаяся в связи с этим новая обстановка позволяют партии пролетариата, пользуясь всей мощью хозяйственных органов и по-прежнему опираясь на бедняцко-середняцкие массы крестьянства, развивать дальше наступление на кулачество и принять ряд новых мер, ограничивающих развитие капитализма в деревне и ведущих крестьян

ское хозяйство по направлению к социализму.

Исходя из этой установки, данной XV партсъездом, вопрос о работе с беднотой, поднятии ее активности, поголовной коопериро-ванности и оказании производственной помощи должен быть в центре всей нашей деятельности".

А на днях мне пришлось писать тезисы к Международному дню кооперации284 по заданию... Агитпропотдела губкома. Задание было дано через третьих лиц (не скрывших, что задание это исходит от АЛО), а в дальнейшем мне пришлось уже иметь дело непосредственно с Агитпропотделом. Между прочим, произошел спор о формулировке одного из абзацев тезисов. У меня было написано:

"XV съезд ВКП, провозгласив лозунг форсированного наступления на капиталистические элементы, возложил на кооперацию -- и в первую очередь кооперацию сельскохозяйственную -- огромной важности задачу".

XV съезд не провозглашал лозунга форсированного наступле

ния на кулачество,-- заявили мне,-- такого места в резолюциях

съезда нет.

Так я и не привожу свой текст как цитату из резолюции съез

да. Разве текст этот не отвечает духу резолюции съезда по работе

в деревне? Почему вы против этих слов Бухарина? -- возражаю я.

Потому что так говорил Бухарин, а не партсъезд,-- отвеча

ли мне.

Напрасно вас смущает этот текст,-- продолжаю я,-- ведь у Ста

лина в последнее время были формулировки и порезче.

Мне отвечали:

-- Формулировки Сталина для нас не закон. Губком может выпу

скать от своего имени документы только в таких формулировках,

которые отвечают решениям съездов и ЦК...

Живу я здесь, как уже сообщал, кажется, раньше, один, семья в Москве. Погода у нас очень плохая, совсем нет теплых дней. Тем не менее я завтра переезжаю на дачу. Сообщаться придется по образу пешего хождения. Но это меня не смущает, тем более, что и расстояние небольшое -- три с половиной -четыре версты.

Восхищен Вашими головокружительными успехами по части рыбной ловли. Где же это пудами ловится рыба, в каких местах?

А были ли Вы на озере Иссык-Куль? Я очень рекомендую Вам посетить это чудное озеро, причем я стоял бы за такой маршрут, посредством которого можно сразу убить двух, даже трех зайцев.

Я имею в виду экспедицию на Иссык-Куль горными тропами через Кескеленский перевал и перевал Дюре (см. карту 10-верстного масштаба).

Такая экспедиция дает возможность:

испытать большое удовольствие от поездки горными тропа

ми по красивейшим местам;

поохотиться на диких коз;

поохотиться на кабанов;

подняться на две снежных вершины;

полюбоваться чарующим видом с перевала Дюре на Иссык

Куль.

Как видите, зайцев уже не три, а пять. Для осуществления экспедиции требуется:

сговориться с туземными казахскими охотниками;

отправляться обязательно на казахских лошадях (а не "евро

пейских");

запастись теплой одеждой;

запастись продовольствием.

Разумеется, речь идет не о таких запасах, какие имел Нобиле285, а несравненно более скромных, потому что четырех дней для экспедиции будет вполне достаточно.

Маршрут экспедиции следующий (карты этого района у меня под руками нет, и я буду указывать маршрут, полагаясь на свою память): в горы нужно свернуть у первого (от Алма-Аты) селения по шоссе Алма-Ата -- Ташкент и идти вдоль русла р. Алма-Атинки. Если выступить из города вскоре, как только спадет жара, то еще засветло можно перевалить за первые предгория и расположиться на первую ночевку в хорошем хвойном лесу. (Между прочим, спать летом в лесах Семиречья одно удовольствие, а так как с Вами будут теплые вещи, то никакой опасности в смысле простуды такая ночевка не представляет. Поскольку Вы даже в марте предпочитали спать под открытым небом, нежели в кибитке или даже в помещении "Мясопродукта", я уверен, что эта сторона экспедиции смущать Вас нисколько не будет.)

Дальнейшее продвижение и ночевка будут зависеть от охоты. Если охоту рассматривать как не основную цель экспедиции, то можно ограничиться двумя ночевками в лесу. После перевала Дюре можно спуститься на шоссе Фрунзе -Каракол и возвратиться в Алма-Ату автомобилем. При желании можно было бы устроить и так, чтобы ко дню Вашего спуска к озеру Наталия Ивановна была бы уже там. Тогда следовало бы еще до возвращения в Алма-Ату прокатиться по озеру (теперь там, кажется, есть моторные суда и во всяком случае лодка моторная найдется всегда).

Итак, да здравствует экспедиция имени тов. Врачева?

Примите наилучшие пожелания, горячий привет Наталии Ивановне, Леве, Анне Самойловне [Седовой]... ой, сколько вас там -- всем.

Ваш, Вам преданный И. Врачев.

Большой, горячий привет Вам от тов. Беляева. Тов. Штыкгольд написал Вам отдельно и отправил свои письма 15 июня и 17 июня (заказным).

О ВНУТРИПАРТИЙНОЙ ДЕМОКРАТИИ (посвящается рабочим-большевикам, арестованным в ночь на 19 июня)

"Отрицательные явления последних месяцев как в жизни рабочего класса в целом, так и внутри партии, делают обязательным тот вывод, что интересы партии требуют серьезного изменения партийного курса в смысле действительного и систематического проведения принципов рабочей демократии"...

Знакомые слова,-- скажет по поводу этой цитаты каждый член партии. Ведь это, как будто, выдержки из обращения ЦК ВКП(б) "Ко всем членам партии, ко всем рабочим", опубликованного в "Правде" от 3 июня 1928 г.

Между тем, эти выдержки взяты из Постановления Политбюро от 5 декабря 1923 г., т. е. из постановления, принятого почти 5 лет тому назад.

Нынешнее партийное руководство после пяти лет зажима и репрессий теперь слово в слово повторяет старое постановление, принятое в разгар дискуссии 1923 года под напором оппозиции. Обращение "Ко всем членам партии" -- это только бледное изложение урезанной и скомканной резолюции Политбюро от 5 декабря 1923 г.

II

На Краснопресненском партийном активе в декабре 1923 г. (см. "Правда" от 9 декабря 1923 г.) Сталин заявил, что теперь спорить не о чем, надо, "засучив рукава", приняться за проведение внутрипартийной демократии. Теперь Сталин сам подвел итоги этого почти пятилетнего "построения демократии". "Уничтожили демократию -- насадили бюрократизм",-- вот что сообщил он делегатам VIII комсомольского съезда286.

Да и без пояснений Сталина каждый член партии знает, какова была обстановка внутри партии, каков был тот неслыханный зажим, при котором разлагались целые слои партийного и советского аппарата, а рабоче-крестьянские массы воспитывались в духе пассивной покорности. "Правда" пытается смазать, замолчать, преуменьшить процессы гниения. Последние дни ряд новых "гнойников", о которых кричит провинциальная печать, либо вовсе не попадают на страницы "Правды", либо упоминаются как-то мельком.

Кое-где печать пытается даже представить вскрытие этих гнойников как своего рода заслугу нынешнего руководства. Трудно придумать что-либо более нелепое. Ведь все эти "дела" создавались именно в течение последних лет, когда Сталин, "засучив рукава", насаждал демократию. Только благодаря сталинскому режиму, только благодаря тому, что резолюция Политбюро, принятая 5 декабря 1923 г., была положена под сукно 6-го числа того [же] месяца и пролежала под сукном четыре с половиной года -- только благодаря всему этому и стало возможным загнивание и перерождение значительной части партии. Сейчас разложение зашло настолько далеко, что оно выпирает из всех пор советского и партийного аппарата, и не заметить его нельзя. Смешно и политически наивно видеть заслугу ЦК в том, что и он наконец заметил эти процессы. При этом

заметил позже всех, на своевременные предупреждения оппозиции внимания не обратил, правильно оценить и объяснить того, что случилось, не сумел.

III

Мы уже писали о Смоленском деле. Остановимся еще на Шах-тинском, которое до сих пор не сходит со страниц "Правды". Этому делу ежедневно посвящается целая страница "Правды", заполненная показаниями всяких Колодубов, письмами Двор-жанчиков28', недоразумениями между обвиняемыми и их защитниками и пр., и пр. Значительно меньше места "Правда" уделяет объяснению этого дела, и здесь она явно не договаривает. По "Правде" единственными виновниками этой разрушительной работы являются эмигрировавшие за границу хозяйчики и преданные этим хозяевам буржуазные спецы. Изредка и очень осторожно (дипломатическое давление немецкой буржуазии чувствуется не только в советской, но и в партийной прессе) упоминается о роли кое-каких немецких фирм. И только.

Между тем гвоздь Шахтинского дела совсем не в этом. Вряд ли во всем СССР найдется такой отсталый рабочий, который не понимал бы, что бывшие капиталисты -- наши враги, что они будут создавать нам всякие затруднения и что часть буржуазных спецов будет им в этом помогать. Все это было ясно и без Шахтинского дела. Зато Шахтинское дело ставит перед рабочим классом СССР другой вопрос -- партийный.

Какие порядки в организациях рабочего класса, какой режим сделал возможным пятилетнее безмятежное существование и деятельность буржуазной контрреволюционной организации в "промышленности последовательно социалистического типа". Несет ли кто-нибудь из коммунистов, хозяйственных, профессиональных и партийных руководителей ответственность за то хозяйственное вредительство и издевательство над рабочими, которые проделывались донецкими саботажниками.

Если бы ЦК хоть немного заинтересовался этим вопросом и если бы "Правда" хоть четверть того места, которое уделяется всяким Колодубам, посвятила бы сообщениям о том, каков был внутрипартийный режим в Донбассе, то перед глазами всей партии встала бы картина таких деяний "внутренних" врагов (т. е. внутриклассовых и внутрипартийных), по сравнению с которыми даже дела саботажников, сидящих ныне на скамье подсудимых, показались бы мелким вредительством. В течение ряда лет Моисеенки, Радченки и иже с ними применяли снятие с работы, исключение из партии за малейшую критику. Они первые применили высылку из Донбасса и снятие с работы оппозиционеров и просто рядовых партийцев за критику местных органов. Донбассовские руководители это делали в полном соответствии с линией ЦК, который снимал с работы, исключал из партии, ссылал и ссылает до сих пор всякого критикующего его деятельность. Вот почему главным виновников вскрывшихся шахтинских безобразий мы считаем господствовавший

в партии режим. Вот почему прав был тов. Троцкий, когда говорил о том, что главной опасностью является внутрипартийный режим, потому что под прикрытием этого режима работают и крепнут враги рабочего класса.

IV

Факты, ежедневно разоблачающие ошибки ЦК, вскрывающие гниль и разложение партийного аппарата, рост контрреволюционных сил и пр., кричат о себе со всех концов СССР. Мимо этих фактов не смогло пройти даже нынешнее близорукое, оппортунистическое руководство. Появились статьи и речи о самокритике, затем был поднят вопрос и о внутрипартийной рабочей демократии. Этому вопросу посвящено специальное обращение ЦК "Ко всем членам партии, ко всем рабочим", опубликованное 3 июня. В этом обращении, свалившемся партии как снег на голову, говорится и о "злейшем бюрократизме государственного аппарата" и о его "поржавевших и сгнивших частях" и том, что "с таким аппаратом невозможно вести успешную борьбу против сопротивления внутреннего врага".

Аппаратчики признали наконец (на словах -- по крайней мере) ту истину, что их современный аппарат является злейшим врагом на пути к успешному строительству, препятствует успешной борьбе рабочего класса, подрывая пролетарскую диктатуру.

Далее обращение ЦК предлагает меры, которые должны "очистить партийный, советский и кооперативный аппарат".

Это оздоровление должна дать "последовательно проведенная внутрипартийная и профсоюзная демократия -- подлинная выборность... свобода внутрипартийной критики и пр.".

Нельзя сказать, чтобы эти меры были очень новы. Мы уже говорили, что все они содержатся в резолюции Политбюро от 5 декабря 1923 г.

Это те меры, о которых уже пять лет твердит оппозиция, которые изложены в ее платформе, за требование которых она исключена из партии, подвергалась и подвергается жестоким гонениям, арестам, тюрьмам и ссылкам.

Можно ли после этого удивляться тому, что партия не особенно склонна доверять призывам к демократии и, в лучшем случае, ограничивается критикой мелких недочетов, критикой "не выше секретаря ячейки". Правда, и такая критика представляет собою шаг вперед, но она совершенно недостаточна для действительного оздоровления партии и страны.

Для того чтобы сломить лед недоверия, нужно, чтобы поступки ЦК соответствовали его словам и чтобы призывы к критике не сопровождались арестами и ссылками критикующих.

V

Однако и урезанная словесная "демократия" многим не дает покоя. Злостные аппаратчики (не знаем, составляют ли они болынин

ство или меньшинство в аппарате) пытаются срочно "разъяснить", "истолковать" и "урегулировать" эту демократию.

Замечательна в этом отношении передовая No 10 "Большевика"288, вышедшего одновременно с обращением ЦК. В этой передовой редакция озабочена не тем, как поднять активность масс, вызвать самокритику и пр. Редакция "Большевика" считает, что необходимо "прежде всего установить, какая самокритика нам не нужна и вредна".

Итак -- самокритики еще нет, массы в значительной части пассивны (об этом говорит обращение ЦК), а редакция "Большевика" уже стремится ограничить, сжать, урезать еще не развернувшуюся самокритику.

В той же передовой объясняется, какая самокритика считается вредной. Днепропетровский рабкор тов. Блесков -- будем говорить словами "Большевика" -- "указал на ряд недостатков и конкретных упущений, а затем обобщил эти недостатки, пришел фактически к выводу, что между партией и рабочими массами существует разрыв, производственные совещания умирают, кругом господствует зажим и пр.".

Вот эти-то обобщения "Большевик" считает небольшевистскими, непролетарскими и пр.

Теперь можно не сомневаться в том, что многие смоленские, шахтинские и пр. рабкоры писали в "Правду" и в "Большевик" и об отрыве партии от масс, и о зажиме и пр. Но, по всей вероятности, эти письма, как содержащие "небольшевистские обобщения", просто бросались в корзину.

VI

Е. Ярославский ополчился на самокритику с другого конца. В "Правде" он предупредительно сообщает о том, какая судьба ожидает непокорных обобщающих критиков289.

Статья Ярославского написана в связи с заявлением группы бывших оппозиционеров (Сафаров и др.), которые признают правильным нынешнюю линию ЦК, но не хотят прямо признать ошибочными платформу оппозиции и ее прежние выступления.

Этим полуоппозиционерам и четвертьоппозиционерам Ярославский объяснет, что для возвращения в партию необходимо не только признание правильности нынешней линии ЦК, но и осуждение прежней критики ошибок руководства, признание правильности линии ЦК за все последние годы, признание ошибочными всех утверждений оппозиции, очевидно и тех, в правильности которых за последние месяцы убедилась вся партия.

Итак, в эпоху самокритики возврат в партию возможен только в случае отказа от критики, даже от критики старых ошибок.

Если ЦК всерьез принимает то, что написано в его обращении о необходимости "обеспечить свободу внутрипартийной критики, что исключает такого рода методы, когда самостоятельная мысль и всякое критическое замечание заранее отбрасываются как уклон", то единственным выводом отсюда является, наоборот, немедленное возвращение в партию, без требования всяких отказов и покаяний,

всей ленинской оппозиции, которой "пришили", и довольно неудачно, мнимый "социал-демократический уклон" за ее правильную и последовательную критику.

Иначе призыв к демократии будет дискредитирован в самом начале, демократия останется такой же бумажной, как она была в 1923 - 1928 гг.

Порукой этому все Ярославские нашей партии.

VII

Уроки последних месяцев достаточно серьезны. Не только партийная масса, но и часть партийного аппарата могла многому научиться.

Насаждать демократию сверху и по приказу нельзя. Для того, чтобы создать здоровую внутрипартийную жизнь, мало одного обращения ЦК. Необходимо провести ряд мероприятий в развитие этого обращения.

Прежде всего, нельзя проводить демократию руками того аппарата, который зажимал партию, давил и истреблял всякое проявление демократизма. Нужно основательно встряхнуть аппарат, выбросить из него не только пьяниц и взяточников (до сих пор огонь критики направляется только в их сторону), но и всех чиновников, оппортунистов и пр. и отобрать подлинно большевистские элементы этого аппарата.

Далее необходимо восстановить в партии ленинскую оппозицию, которая исключена именно за деловую критику и требование внутрипартийной демократии, необходимо немедленно прекратить всякие репрессии, ссылки, аресты и пр.

Необходимо, как указывалось в платформе большевиков-ленинцев, отменить как все ухудшения устава, проведенные между XTV и XV съездами (пп. 25, 33, 37, 42, 50 и т. д.), так и дальнейшие ухудшения, внесенные на XV партсъезде (созыв партсъезда раз в два года вместо ежегодного, уничтожение обязательной предсъездовской дискуссии, установленной X съездом и пр.)290.

Если ЦК серьезно намерен вступить на путь внутрипартийной демократии, то указанные мероприятия должны быть немедленно проведены в жизнь. Без них обращение ЦК останется обманом, политиканским маневром, ничего не стоящей бумажкой, дискредитирующей партию.

Условия для действительной внутрипартийной демократии должны быть во что бы то ни стало созданы. Каждый член партии должен требовать их скорейшего осуществления. Время не терпит. Процессы разложения зашли довольно далеко. Саботаж бюрократов и чиновников партаппарата должен быть сломлен. Сопротивление ЦК необходимо преодолеть всеми мерами вплоть до созыва чрезвычайного съезда партии.

Оздоровление партии, а значит и спасение первой социалистической революции, зависит сейчас от активности рядовых партийцев.

142

143

Ленинская оппозиция призывает всех коммунистов, опираясь на обращение ЦК, начать борьбу за подлинную внутрипартийную демократию, за ленинизм.

20 июня 1928 г.

ИНФОРМАЦИОННЫЙ БЮЛЛЮТЕНЬ No 2 (Харьковская группа троцкистов)

СОДЕРЖАНИЕ

Левый курс в рабочем вопросе.

Хлебозаготовительный кризис и мелкобуржуазная политика

партии.

Сталинская самокритика и ленинская внутрипартийная и ра

бочая демократия.

О правовом положении рабочих.

Промфинплан на 1927/28 год.

Письмо Сапронова.

Рабочая жмзкъ

Почему.

Паровозные мастерские.

Красная Нить.

Кроватный завод.

Кутузовка.

Канатка.

Отовсюду

По вузам.

На Полтавщине.

Опровержение.

Протест из ссылки.

Отчет Красного Креста.

"Левый курс" в рабочем вопросе

Начавшийся после XV съезда новый курс должен был, казалось бы, захватить и рабочий вопрос. Если бы мы имели действительно выправление классовой линии, это бы отразилось в первую очередь улучшением материального положения рабочего и ростом его политического удельного веса. В действительности же параллельно с нажимом на крестьянство идет такой же нажим на рабочую силу, приводящий к падению фонда зарплаты, т. е. к уменьшению доли рабочего в общественном продукте, в увеличении нормы эксплуатации. В последний операционный год рост производительности труда перегнал рост зарплаты сильнее даже, чем это намечалось хозяйственным планом. В то время как выработка с 1926/27 г. по 1927/28 г. выросла в среднем по всей промышленности на 17,6%, рост зарплаты выражается, согласно данным официальных экономистов, в 7,2%. По отдельным же отраслям промышленности имеется соотношение еще менее благоприятное для рабочих. Так, например, в химической промышленности продукция на одного рабочего

выросла на 26%, а зарплата лишь на 4,7%, в бумажной промышленности продукция выросла на 23,4%, зарплата на 5%. В фарфоро-фаянсовом производстве выработка выросла на 13%, а зарплата на 1%! И по поводу таких соотношений К. Розенталь пишет в органе ЦК ВКП "Большевик" с нескрываемым торжеством: "Улучшения в деле использования рабочей силы несомненны. Доля зарплаты в единице продукции уменьшается". (Издержки на рабсилу на единицу продукта составляли в прошлом году 23,3 коп., а в нынешнем 24,3.)

Эту радость коммуниста по поводу уменьшения доли рабочего в товарной единице можно было бы еще понять, если бы "лучшее использование рабочей силы" вызывалось исключительно прогрессом техники. И в этом случае компартия и профсоюзы должны были бы стараться, чтобы и рабочий выиграл от усовершенствования производства. Но известно, насколько еще незначительна роль рационализации и техники в росте нашей продукции. Тут всю заслугу по уплотнению рабочего дня следует отнести за счет более интенсивной траты трудовой энергии. Ставят ставку на физическое истощение рабочего и называют это левым курсом, курсом на укрепление пролетарской диктатуры! С полным удовлетворением тот же популяризатор экономической политики ЦК констатирует: "По отдельным отраслям промышленности при общем росте продукции количество рабочих уменьшается"! Неужели и количественное ослабление рабочего класса и рост безработицы может считаться положительным явлением с точки зрения наших своеобразных строителей социализма? Такой подход к развитию промышленности ничем не отличается от капиталистического подхода, который базируется на стремлении к максимальной эксплуатации раб [очей] силы с целью извлечения наибольшей прибавочной ценности. Капиталистический уклон вождей компартии проявился особенно отчетливо в докладе и прениях по промфинплану на последнем пленуме ЦК КП(б)У. Докладчик Сухомлин упрекал хозяйственников, которые не пересмотрели в колдоговорах норм выработки, говоря, что они идут по линии наименьшего сопротивления. Он указывал, что эффект от пересмотра норм не только в снижении расценок, но и в создании стимула к повышению производительности труда. Ту же мысль со свойственным ему простецким прямодушием высказал и Г. И. Петровский: "Наши нормы должны повлиять на улучшение необходимых приспособлений в производстве и на развитие изобретательности". И напомнил доброе старое время, "когда капиталист стегал рабочего рублем", а рабочий изобретал, чтобы преодолеть голодные расценки. В заключение он предложил периодическим снижением расценок побуждать рабочего к увеличению интенсивности труда. Кнутом голода наметил гнать носителя диктатуры -- российский пролетариат -- к развитию производительности труда в "социалистической промышленности". Мы знаем, что новые колдоговоры усиленно проводят в жизнь эти директивы вождей и радетелей рабочего класса. Недаром докладчик от фабкома начинает свое сообщение о колдоговоре словами:

144

145

"Я не пришел сказать вам ничего хорошего, я пришел сказать о коллективном договоре". (Это искреннее признание с возмущением цитировали на пленуме ЦК КП(б)У[краины].) В результате пересмотра норм выработки зарплата всюду снижена -- стимул для повышения производительности труда со стороны рабочих дан достаточно энергичный. В среднем на Украине, по словам секретаря ВУСПС Кузьменко, зарплата за первое только полугодие упала на 6%, а реальная плата еще больше понизилась, так как индекс с 1 октября 1927 года по 1 января 1928 года повысился с 200 до 217,3. И в то время, как все члены ЦК единодушно беспокоятся о том, как бы повысить нормы выработки, представитель профорганов выражает по должности беспокойство о том, сможем ли мы обеспечить плановые предположения по повышению зарплаты. В настоящее время вследствие исключительного подъема в последний месяц цен на сельхозпродукты индекс вырос еще больше. На пересмотре расценок промышленность может произвести большую экономию. Куда пойдут эти суммы, снятые с запрлаты? Частично на повышение заработка низших категорий, в гораздо большей мере -на снижение себестоимости. Итак, боевая задача, поставленная перед хозяйственниками партруководством, осуществляется довольно легким и простым способом. Все могут быть довольны... кроме рабочих. "Снижение себестоимости повышает реальную зарплату",-- говорят экономисты. Но чтобы снизить себестоимость, они предварительно понижают и номинальную зарплату. Не Тришкин ли это кафтан получается -- конечно для рабочего, кое-кто иной может на этом переливании из "пустого в порожнее" заработать если не денежный, то во всяком случае политический капитал? Последний раз ударив рабочего по заработку, ничем не возместили этого удара хотя бы путем улучшения условий труда и быта. Статистические данные за последние годы показывают сильный "неуклонный рост количества несчастных случаев", пишет "Вестник труда" (No 3 -- 4 за 1928 год). "Уровень травматизма в нашей промышленности очень высок". В среднем на тысячу рабочих приходится 172 несчастных случая, причем на тяжелую индустрию выпадает особенно много увечий (в горной промышленности 296 на 1000 рабочих, в металлургической -- 240). Уплотнение рабочего дня, проводимое в связи с введением семичасового раб [очего] дня и повышением норм, -- неизбежно вызовет еще более резкий рост травматизма. И можно ли рассчитывать на борьбу с этим злом наркомтрудовских и профессиональных органов, если в прошлом году половина суммы, ассигнованой на охрану труда, осталась неизрасходованной (по Украине)? В квартирных условиях рабочего тоже идет процесс ухудшения. Ассигновки на жилстроительство в этом году меньше прошлогодних. А рабочие Донбасса занимают лишь половину нормальной жилплощади, а то и меньше. Нет ни одного мероприятия несмотря на "левый курс", которое вело бы к улучшению положения рабочих. Правда, кое-где сократили до семи часов рабочий день, но рабочие это благодеяние почувствовали прежде всего

на падении зарплаты. Хотя манифест ЦИК СССР обещал сохранение зарплаты при сокращении числа рабочих часов, но сохранение это требует уплотнения рабочего дня. От таких "социалистических" мероприятий не откажется, пожалуй, и капиталисти- ческая Европа. Если от экономического положения рабочего мы перейдем к его правовому положению, то картина получится еще более красноречивая. Рабочий класс советской России являющийся по конституции хозяином в промышленности, на деле совершенно бесправен. У себя на фабрике [он] выступает распыленными единицами перед единым фронтом хозяйственников, партячеек и фабкомов. Характеристика, данная профсоюзам платформой "15-ти", подтверждается шахтинским, смоленским, сталинским, артемов-ским и прочими делами, заставившими ЦК и ЦКК признать, что "в ряде случаев" профорганы от низовых до губернских (до центральных еще не добрались) являются пассивным орудием не только в руках разложившихся хозяйственников, но и контрреволюционных спецов, обслуживающих буржуазную эмиграцию и польскую контрразведку. Парторганизации, возглавляемые ожиревшими чиновниками с партбилетами, покровительствуют взяточничеству и негодяям, берущим мзду с рабочих, насилующим работниц, ворам -- обворовывающим рабочих; сами принимают участие в расхищении государственных средств, в разбазаривании советской индустрии. Одуревшие от власти помпадуры распоряжаются на "своих" фабриках, в своих округах, губерниях, как крепостники-помещики в родовых имениях -- вплоть до восстановления "права первой ночи".

Гниение верхушки в первую очередь бьет по рабочему, унижает его, пожирает его профессиональные права. Борьба в легальных формах невозможна, ибо из "треугольника" выхода нет. Лицемерная и трусливая самокритика, проводимая ныне, ничего не может дать для прекращения процесса распада. Критика масс лишь тогда имеет цену, когда рабочие могут реагировать не только словом, но и делом. Почему не поставили смоленских, сочинских, артемовских держателей партбилетов на суд партийно-рабочей массы? Почему их дела разбирались келейно, а не на предприятиях, почему негодяи, плодившие и прикрывавшие самые возмутительные преступления против рабочих, опозорившие сов[етскую] власть и коммунизм, не только не изъяты из советского общества, но даже не исключены из партии?

Могут ли рабочие смотреть на партию и союзы, сохранившие в своих рядах заведомых насильников и растратчиков, как на свои органы, обратятся ли туда за защитой от других подобных же "хозяев"? Конечно, нет. Рабочие останутся и после разоблачительной кампании в руках классово чуждых, враждебных делу революции элементов. И эту крикливую кампанию они оценят по достоинству как один из маневров запутавшегося в противоречиях беспочвенного и бесприципного руководства, пытающегося спасти остатки своего гибнущего авторитета и революционной репутации в рабо

чих массах. Политика центральных органов по рабочему вопросу разоблачает левый курс. Никакие меры не могут дать эффекта, если сам рабочий класс остается под прессом материального и правового зажима. Первым шагом левого курса должно быть улучшение материального положения рабочего, увеличение его доли в национальном доходе, количественное укрепление рабочего класса, уменьшение безработицы. Левый курс невозможен без решающего повышения удельного веса рабочего в партии и в государстве, без обеспечения за ним хозяйских прав на предприятии, без утверждения за рабочей массой действительной власти над ее выборными органами (а не только права критики после того, как выборное начальство проворовалось и созрело для прокуратуры). Эти меры настоящей рабочей демократии не могут быть проведены нынешним партийно-профессиональным аппаратом, враждебным массам, страстающимся с буржуазией. Эти меры не могут быть проведены при сохранении нынешнего лишенного классовой основы, беспринципного руководства, укрепившегося на борьбе с революционным авангардом пролетариата, на разгроме пролетарской части партии, построившего свое могущество на фактической ликвидации партии как органа рабочего класса. Поэтому никакого доверия революционным возгласам сталинских молодцов, никаких иллюзий насчет выправления классовой линии руками "могильщиков революции"!

Мелкобуржуазная политика партии и хлебозаготовительный кризис

Политика партии сейчас в основном выражает интересы мелкой буржуазии, на которую давит международный и внутренний капитал,-- оппозиция в своей политике целиком исходит из интересов пролетариата.

С особенной яркостью мелкобуржуазная сущность политики ВКП проявилась в хлебозаготовительной кампании текущего года. Еще задолго до XV съезда оппозиция сигнализировала опасность со стороны растущей мощи кулака и примыкающей к нему зажиточной части середнячества. Важнейшим показателем такого роста являлась все большая концентрация хлебных излишков в руках верхушечных слоев деревни. Уже летом 1926 г. 10% крестьянства владело 41,3% хлебных излишков, в то время как 23% бедноты не имели никаких излишков (журнал "Статистическое обозрение", орган ЦСУ СССР, 1927 год, No 2). Третий урожайный (1927) год только увеличил массу этих запасов и удельный вес в них кулака. Вот что говорил по этому поводу на августовском пленуме Пятаков: "Т[овари]щ Рыков забыл упомянуть об одном очень грозном явлении, которое мы имеем в этом году. Началось это в прошлом году, но в этом году продолжается. Я говорю о накоплении натуральных запасов хлеба в руках зажиточной части деревни. Если память мне не изменяет, эти натуральные запасы для этого года исчислялись в 600 -- 700 миллионов пудов, а сейчас они уже исчисляются цифрой в 870 млн. пудов. Вы думаете, что беднота накопила этот хлеб?

Пустое, конечно, этот хлеб скопляется прежде всего в руках кулацкой верхушки и в верхнем слое середняка, который уже граничит с кулаком".

На том же августовском пленуме и тоже по вопросу о хлебных излишках т[овари]щ Смилга, между прочим, сказал: "Можно искать доступ к этим запасам, представляя в распоряжение зажиточных слоев деревни дорогие машины, трактора, жатки и т. д. Вместе с тем снабжать их усиленно потребительскими товарами и с помощью этого вовлечь эти запасы в товарооборот. Такой подход означал бы ничто иное, как экономическую победу кулака над государственным хозяйством. Мне кажется, что хозяйственная обстановка текущего года диктует другой подход к этому вопросу. В течение этого года нужно будет из этих натуральных запасов путем ли налога или путем займа это вопрос конкретный, решение которого будет зависеть от конкретной обстановки -- взять 150 -- 200 милл [ионов] пудов".

Из приведенных выше цитат видно, что оппозиция еще летом прошлого года предвидела надвигавшийся хлебозаготовительный кризис, как результат растущей мощи деревенской верхушки.

Рыков ответил Пятакову и Смилге, как истый представитель мелкобуржуазного руководства. По его мнению, хлебные запасы -- это только "страховочный фонд на случай неурожая... Беднота стремится по мере сил сделать запас на случай повторения 1921 года..." Рыков даже заявил: "Если бы я был крестьянином Саратовской или Царицынской губ [ернии], то что бы ни говорил Смилга, я обязательно бы запасся хлебом, будь я в бедняцкой, середняцкой или кулацкой группе".

Благославив таким образом процесс кулацкого накопления, Рыков добавляет: "Смотреть на факт образования крестьянских хлебных запасов как на попытку кулака бороться со строительством социализма -- совершенно неправильно".

Увы, такова логика мелкобуржуазных вождей. Мог ли Рыков в августе 1927 года предвидеть, что в апреле 1928 года Сталину придется сказать нечто прямо противоположное его (Рыковским) словам: "Вы видите, что заготовительный кризис выражает собой первое в условиях нэпа, серьезное выступление капиталистических элементов села против советской власти по одному из важнейших вопросов нашего строительства по вопросу о хлебозаготовках" (доклад Сталина на Московском партактиве "Об итогах апрельского пленума ЦК").

То, о чем оппозиция предупреждала почти год тому назад, то Сталины и Рыковы уразумели только после жесточайшего поражения, нанесенного им кулаком. Теперь пора нам перейти к картине этого поражения т. е. к картине хлебозаготовительной кампании текущего года. Не успел еще закончиться XV съезд, так лихо расправившийся с оппозицией, но не сумевший увидеть опасность справа, как заготовительный кризис стал грозным фактом. До октября ход хлебозаготовок протекал нормально, самотеком. Это обстоятельство

только укрепляло самоуверенность партийной верхушки. Но скоро спокойствие последней сменилось паническим страхом. Кулак и близкая к нему зажиточная группа крестьянства противопоставили свой "план" плану государственному. За кулаком скоро последовало и середнячество -- заготовки резко сократились. Так, за время от 1 октября по 1 января 1927/1928 г. было недобрано по сравнению с тем же периодом прошлого года 138 млн. пудов хлеба, и это несмотря на третий урожай и наличие значительных запасов в деревне. Катастрофа, о которой предупреждала оппозиция, становилась реальностью -экспорт был сорван, и пролетарским центрам грозил голод. Партийно-советский аппарат начал нервничать; следует одна черезвычайная мера за другой. Помимо чрезвычайности эти меры отличаются полнейшим отсутствием классовой пролетарской линии: 1) город оголяется от промтоваров, 80% которых бросаются на село, дабы умилостивить кулака, соблазнить его товарным изобилием (вспомнить приведенные выше слова т[овари]ща Смилги); 2) проводится самообложение, обязательное для всех слоев деревни и, конечно, ложащееся более тяжким бременем на маломощных ее членов; 3) крестьянский заем фактически распространяется в принудительном порядке и, главное, опять-таки среди всех слоев села; 4) во многих местах практикуется простой товарообмен, когда кооперация отпускает товары только имеющим квитанцию ссыппункта о проданном хлебе. В результате указанных мероприятий в феврале на фронте хлебозаготовок был достигнут перелом; опасность голода для городов и армии была временно ликвидирована, но план заготовок 1927/28 года остался далеко не выполненным, и экспорт был окончательно сорван (смотреть "Экономическую жизнь" от 30 апреля, конъюктуру за март и "Харьковский пролетариат" от 13 мая, речь Постышева291 на пленуме ОПК).

Необходимо также отметить, что отсутствие классовой линии в мероприятиях, проведенных партией для усиления заготовок, нанесло чувствительный удар смычке города и села (речь идет, конечно, о бедняцких и середняцких его слоях)... Апрельский пленум ЦК не мог пройти мимо вопроса о хлебозаготовительной кампании текущего года. Пленум констатировал факт кризиса во втором сельскохозяйственном квартале и попытался найти причины этого явления. Но что же получилось из этой робкой попытки? В основном виновной оказалась оппозиция, "которая, мол, отвлекала партию от деловой работы, навязывая ей дискуссию". Поистине, мудро!

Оппозиция все время предостерегала об опасности кулацкого накопления и хозяйственного кризиса, в то время как Рыков покровительственно хлопал по плечу запасавшегося кулака, а теперь виновата оппозиция! Этим мудрость пленума отнюдь не исчерпалась: он одобрил все мероприятия Политбюро по усилению заготовок и особенно подчеркнул целесообразность переброски всей массы промтоваров из города в деревню. Чтобы избежать повторения кризисов в будущем, пленум считает необходимым обратить особое внимание на производство предметов широкого потребле

ния и своевременного завоза их в деревню. Далее следует ряд "левых" фраз о наступлении на кулака, о колхозном строительстве и т. п. Насколько непрочным оказался успех, достигнутый партийно-советским аппаратом на фронте хлебозаготовок в феврале текущего года, доказал последующий ход их развития. За апрель было недобрано 60 -- 70 млн. пудов хлеба, иначе говоря выполнено только 25 -- 30% плана ("Экономическая жизнь", 29 апреля), первая пятидневка мая дала дальнейшее снижение. Объяснять рецидив кризиса сезонными причинами не берется даже официальная печать. Для нас такое явление не представляется неожиданностью. Опасность хлебозаготовительного и всякого другого кризиса в СССР может быть ликвидирована только при выдержанной пролетарской линии, на основе подлинной диктатуры рабочего класса. Нельзя проводить "левый курс", срывая даже тот куцый план индустриализации, который намечен был на текущий год, а план этот уже сорван -- партия капитулировала перед деревенской верхушкой, усилив темп развития легкой индустрии за счет тяжелой (см. промышленный план на 1927/28 год). Нельзя, наконец, осуществлять "левый курс", подвергая всевозможным репрессиям оппозицию, выражающую интересы пролетариата,-- в таких условиях "левый курс" превращается во вредную фикцию, в прикрытие действительного процесса, выражающегося в постепенной сдаче остатков октябрьских завоеваний мелкобуржуазным партийно-советским аппаратом международному и внутреннему капиталу.

Сталинская самокритика и ленинская внутрипартийная и рабочая демократия

Грянул гром с ясного неба резолюций о том, что в партийных организациях в общем и целом удовлетворительно, "состояние организации здоровое, оппозиции дан решительный ленинский отпор", "доверие рабочих к партии растет" и т. д. и т. п., резолюций, набивших оскомину всем честным и революционным рабочим, пошли "дела" шахтинское, артемовское, сталинское, смоленское, кушвин-ское, витебское, харьковское (Канатка292 и др) и целый ряд им подобных -- мужик стал креститься. В результате перед "восторженной" партийной и рабочей [массой] ЦК выступил с лозунгом самокритики.

3 июня был опубликован соответствующий манифест "ко всем членам ВКП, ко всем рабочим". Манифест гласил: "Лозунг самокритики, невзирая на лица, критики сверху донизу, снизу доверху -- есть один из центральных лозунгов дня". Далее, перечисляя все казусы и неполадки, которые произошли за последнее время, документ находит, что "только последовательно проведенная внутрипартийная и профсоюзная демократия, подлинная выборность партийных и профсоюзных органов, полная возможность смещения любого секретаря, любого бюро, комитета и т. д. создаст постоянный контроль масс, сможет снять бюрократические наросты с нашего аппарата и уничтожить возможные проявления бюрократического зажима, компанейской "круговой поруки", чиновни

чьей угодливости, самодурства, забвения интересов масс и мещанской успокоенности". Далее считается необходимым в партии "обеспечить свободу внутрипартийной критики". А в профсоюзах борьба (даже жесточайшая! -- Ред.) против нарушений профсоюзной демократии".

Такова "соль" этого основного документа о самокритике. Лидеры ЦК в своих выступлениях в связи с Шахтинским делом заявляют, что если бы было "больше действительной демократии внутри партии, то такие прохвосты не гнездились бы так долго" (речь Бухарина об итогах апрельского пленума ЦК и ЦКК ВКП(б).

Еще резче выступление Сталина на VTII съезде ВЛКСМ ("Правда" от 17 мая 1928 года), на вопрос о том, чем объясняются "эти подозрительные дела разложения и развала нравов" в ряде организаций, он отвечает: "Тем, что монополию партии довели до абсурда, заглушили голос низов, уничтожили внутрипартийную демократию, насадили бюрократизм". И в качестве единственного выхода рекомендует организацию и "контроль партийных масс снизу" и "насаждение (и слово-то какое -- "насаждение" (!!), типично сталинское -- Ред.) внутрипартийной демократии".

Оказывается: "проявление бюрократического зажима" "забвение интересов масс".

Оказывается: что свободу внутрипартийной демократии нужно еще только "обеспечить", а против нарушений профсоюзной демократии требуется "жесточайшая борьба", как это изволит заметить обращение ЦК!

Оказывается, что до сих пор внутрипартийная демократия была довольно липовой, ибо, как справедливо замечает Бухарин, необходимо "больше действительной демократии!.."

Оказывается, "заглушили голос низов", "уничтожили (не как-нибудь, а уничтожили! -- Ред) внутрипартийную демократию", как заявляет генсек партии Сталин. Откуда это?!! Не виновата ли, грешным делом, оппозиция, которая уже наделала столько бед ЦК по пути такого "победоносного" шествия "социализма в одной стране", какое наблюдали мы за последние 3 -- 4 года?

Должно быть, нет, ибо, как заявил в своей речи о культурной революции Бухарин, оппозиция "передвинута на более северные зоны". Ведь только 2 сентября 1927 года на президиуме ИККИ тот же Сталин провозгласил: "Я заявляю, что нынешний режим в партии есть точное выражение того самого режима, который был установлен в партии при Ленине, во время X293 и XI съездов нашей партии".

Когда же вы врали, дорогой тов. генсек?? В сентябре, когда вы заявляли, что в партии "ленинский режим", либо в мае, когда при "ленинском режиме" было возможным в крупнейших организациях (Артемовск, Сталине, Смоленск и пр.) "уничтожение внутрипартийной демократии".

Лицо самокритики

Однако, может быть, "кто старое помянет, тому глаз вон", может быть, ЦК, учтя опыт всех этих дел, решил действительно ввести в партии ленинский режим? К сожалению, внимательный разбор лозунга самокритики разочаровывает в этом всех легковеров.

Раз самокритика означает проведение в жизнь подлинной внутрипартийной и профсоюзной демократии, как об этом извещает широковещательный анонс ЦК, необходимо выяснить, что же является этой самой внутрипартийной и профсоюзной демократией.

На сей счет имеются недвусмысленные резолюции X и XI съездов нашей партии, которые гласят:

"П. 18.-- под внутрипартийной демократией разумеется такая организационная форма при проведении партийной коммунистической политики, которая обеспечивает всем членам партии, вплоть до наиболее отсталых, активное участие в жизни партии и обсуждении всех вопросов, выдвигаемых перед ней, разрешении этих вопросов, а равно и активное участие в партийном строительстве".

И далее в "п. 19. -- методами работы являются прежде всего, методы широких обсуждений всех важнейших вопросов, дискуссии по ним с полной свободой внутрипартийной критики: методы коллективной выработки общепартийных решений" (по этим вопросам не принято общеобязательных партийных решений: резолюция X съезда РКП, партийное строительство)294. "В профессиональных союзах прежде всего необходимо осуществить широкую выборность всех органов профдвижения и устранить методы назначенче-ства; профессиональная организация должна быть построена на принципе демократического централизма" (X съезд о роли и задачах профсоюзов).

Из этого ясно видно, что основным гвоздем внутрипартийной демократии должно являться "широкое обсуждение всех важнейших вопросов -- коллективная выработка общепартийных решений".

Означает ли это самое самокритика?

На такой вопрос дает ответ передовица "Правды" от 16 мая 1928 года. "Критика должна быть конкретной (в этом спора нет. -- Ред.), не в новых и фальшивых "философиях" мы нуждаемся", "совершенно вредной является далее... критика отдельных лиц, "которая старается протащить обобщения" полуменыневитского характера".

Еще более ясно эту мысль расшифровывает комсомольский чиновничек Косарев295 на страницах "Комсомольской правды" от 26 мая 1928 года.

"Самокритика не вообще, а критика отдельных конкретных носителей зла и отдельных лиц -- вот установка нашей критики".

Иначе говоря, против отдельного бюрократа, против отдельного чинуши выступай, но против системы, порождающей каждодневно сто новых бюрократов и чинуш, не моги! Это, очевидно, дело ЦК. Ведь признает же Сталин, что вследствие "уничтожения внутрипартийной демократии" порождены все эти нашумевшие гнойники. Какой же результат даст снятие одного секретаря губко

ма и посадка другого, когда разрыв между партией и рабочим классом не уменьшится? "Конкретного носителя зла" сымут, а на его место станет другой, а то и два других. Получается не самокритика, а борьба, с ветряными мельницами. Вместо лениниской "коллективной выработки общепартийных решений" -- сталинский [лозунг] "уничтожай отдельного бюрократа, но обобщать не моги! Плыви на поверхности явлений, вылавливай отдельных лиц, но не смотри в корень вещей!"

Преступление и наказание

Первые результаты самокритики целиком подтверждают нашу оценку. Отдельных чиновников снимают, отдельные безобразия уничтожают. Система остается та же, растут новые безобразия и новые преступники. В Москве на скамье подсудимых сидят виновники Шахтинского дела, профсоюзные организации в Шахтах снизу доверху "переизбраны". Казалось бы, жить да радоваться. Ну, если не радоваться, то во всяком случае быть гарантированным от хотя бы вопиющих безобразий. "Комсомольская правда" от 11 мая сообщает нам такие факты: "В Енакиево построен так называемый дом подростка. В нем поселили 190 человек служащих и только 10 шахтеров, несмотря на то, что здесь же около 3500 человек молодежи живут в безобразных условиях". "На Гошковском руднике работники рудкома больше сидят по кабинетам, редко бывают на шахтах и редко беседуют с рабочими по казармам, не знают их нужд. Кумовство, собутыльничество в цехах идет вовсю". Ввиду невыдачи резиновых галош на Чистяковской шахте No 6 током убито двое рабочих. "В конце апреля по той же причине" убит комсомолец Глазов. На его похоронах секретарь ячейки выступил и сказал: "Это очередная необходимая жертва электрификации!" "Производственные совещания по-прежнему собираются редко".

"Комсомольская правда" от 14 июня 1928 г. подробно освещает артемовщину после снятия преступной головки. Оказывается положение ничуть не изменилось. "В организации царила и царит мертвечина" (Петровский районный К [оммунистический] с[оюз] м[олодежи]). "Рост рабочих в партии у нас не заметен, наоборот, есть выходы". "Коммунистов считают карьеристами и шкурниками" (Гродовский рудник, шахты No 5 -- 6).

Таких примеров можна было бы привести уйму, они говорят нам об одном, что вся самокритика скользит по поверхности, не затрагивая корня. Еще более характерны наказания преступникам всех "дел". Артемовские деятели ограничились выговорами, сняты с работы и посланы на... курорт. Прокопов, Твердохлебов (исключенный), Чаплыгин, Нар-занов на курорте, а бывшему директору Константиновских заводов Химуг-ля Бондаренку трест дает 500 руб. на поправку расшатанного здоровья ("Комсомольская правда" от 14 июня). Смоленские "деятели" лишь в результате сильного нажима снизу были ЦКК исключены после первичного решения: оставить в партии с выговорами. "В Кушве, сообщает "Правда" от 23 мая 1928 года, группа парт [ийных] и сов [ет-ских] работников подверглась разложению, систематически пьян

ствуя и посещая притоны разврата". В итоге они сняты с работы, а бюро Кушвинского райкома (секретарь которого Кусков был главарем группы) объявлен... выговор. Это в то время, когда лишь за чтение завещания Ленина революционные рабочие изгонялись из партии.

Директор Харьковского паров [озостроительного] завода, творивший ряд безобразий, снят с завода и направлен... директором электрической станции. Таких примеров можно также привести уйму.

Чувство партийности выкорчевывается, ибо ни одна организация не отвечает за свое руководство. После раскрытия любого партийного гнойника сообщается, что "организация в общем и целом здорова, ленински выдержана", т. е. члены партии, подчас в течение ряда лет не подымавшие голоса протеста против производимых на их глазах безобразий, единогласно (казенно) избиравшие чуждых рабочему классу людей на руководящие посты (и тут же единогласно осуждающие оппозицию), объявляются "ленински выдержанными". Недорого стоит их ленинизм! Таково подлинное лицо самокритики, скрывающееся за маской красивых фраз.

Выводы:

а) Партия по-прежнему остается жить в два этажа, наверху ре

шают, внизу покорно принимают готовые решения; подлинной,

ленинской внутрипартийной демократии нет и в помине.

б) Лозунг самокритики в понимании его творца Сталина сво

дится к праву советских людей критиковать своих вождей, эта

критика не должна быть обобщающей, ибо тогда она неизбежно (по

чему-то!! -- Ред.) становится антисоветской и зловредной. Но где же

граница, разделяющая критику советскую от контрреволюционной??

Вопрос упирается в то, кто критикует. Но что значит "советский че

ловек"? Если это гражданин СССР, то в нем имеются граждане различ

ных классов. "Советский человек" и спец, и кулак, и даже непман. Та

ким образом, определение Сталина оказывается лишенным всякого

классового содержания.

в) Поскольку основные вопросы системы, порождающей бюро

кратизм (вынесение решений без предварительного обсуждения

в низах, назначенчество, ответственность выборных лиц лишь пе

ред начальством свыше, а не перед своими избирателями и т. п.

и т. д.), не входят в круг вопросов самокритики, рабочие безмолв

ствуют. Говорят за всех репортеры!

г) Аппарат, который с завидной решительностью чинил распра

ву над старыми большевиками-оппозиционерами, обнаруживает

исключительную деликатность в обращении с "жертвами" самокри

тики, ибо они плоть от плоти, кость от кости самого аппарата.

д) При отсутствии поддержки со стороны рабочих низов самокри

тика превращается в положение, когда один бюрократ критикует

другого бюрократа. Когда же советские чиновники друг друга "кри

тикуют", то самокритика превращается в орудие групповой борьбы

и личной склоки.

е) Самокритика -- это сезон (вроде борьбы с автомобилями

в 1924 -- 1925 годах). На некоторое время бюрократы приутихнут,

будут действовать осторожнее, не попадаться на глаза, пройдет се

зон, они наверстают упущенное.

з) После непроведения в жизнь резолюций X и XI съездов партии о внутрипартийной и рабочей демократии, резолюции от 5 декабря 1923 г. о том же, "зверского" режима экономии, оживления работы Советов -- никакого доверия красивым фразам с некрасивыми фактами и толкованиями проведения в жизнь296.

ж) Задача пролетарских оппозиционеров заключается, с одной

стороны, в использовании лозунга для частичных улучшений рабо

чего положения (ибо коренного улучшения при этом руководстве

быть не может), и с другой стороны, для решительного разоблаче

ния неленинского содержания этого лозунга.

К вопросу о правовом положении рабочего класса в СССР

Для всякого сознательного рабочего уже стало очевидно, что давление на него со стороны государственной власти приводит к все большей сдаче им своих классовых позиций.

Сползание с классовых рельс особенно чувствительно ощущается рабочими в вопросе трудовых отношений -- причем здесь мы наблюдаем не столько практические отклонения от правильной, в целом верной линии, а что, наоборот,-- линия в целом не выражает пролетарских интересов. Обратимся к основе трудовых положений -- к взаимоотношению Трудового кодекса с коллективными и трудовыми договорами. Трудовой кодекс устанавливает, что "все договоры и соглашения о труде, ухудшающие условия труда сравнительно с постановлениями настоящего кодекса, недействительны". Положение совершенно неоспоримое и целесообразное с точки зрения революционной законности. Трудовой кодекс должен являться основой -- на которой строятся все практические трудовые отношения между администрацией и рабочими, заключая коллективные и трудовые договора.

Вместе с тем следует обратиться к содержанию самого Трудового кодекса, чтобы уяснить себе, в какой степени он обеспечивает благоприятные условия труда рабочего.

В главе о нормах выработки мы читаем: "Нормы выработки устанавливаются по соглашению между администрацией предприятия и профсоюзами" (ст. 56). Это положение фактически означает, что каждый новый кол [лективный] договор по соглашению между администрацией и профсоюзами сможет ухудшать материальное положение рабочего. Что это так, видно по результатам последней колдоговорной кампании.

Вместо категорических положений о том, что нормы выработки могут повышаться только в тех случаях, когда заработная плата предварительно повысилась, обеспечив таким образом твердо материальное положение рабочего,-- мы имеем свободное соглашение сторон. В результате: вместо повышения материального благосостояния рабочих масс мы имеем наряду с ростом народного

хозяйства тенденцию зарплаты к понижению. По вопросу о нормах выработки следует еще остановиться на положении несовершеннолетних рабочих. Трудовой кодекс устанавливает для несовершеннолетних, работающих неполный рабочий день, те же нормы, что и для взрослых рабочих (ст. 57). Здесь налицо прежде всего преступное отношение к здоровью молодежи, так как ясно, что подросток нагрузку взрослого рабочего, хотя и уменьшенного рабочего дня, может выполнить лишь с ущербом для себя. Если еще вспомнить, что 57-я статья предусматривает в случаях систематической недовыработки нормы рабочим увольнение его, а из этого правила исключение для несовершеннолетних не делается, это, понятно, вызывает нарушение наиболее слабого участка рабочего класса29'. Следующим существенным моментом, определяющим материальный уровень рабочего класса, является система вознаграждения за труд. По этому вопросу трудовое законодательство гласит: "Размер вознаграждения нанявшемуся за его труд определяется коллективными и трудовыми договорами", и здесь нет никаких ограничений администраторского произвола, нет никаких указаний в Трудовом кодексе, каково должно быть содержание нового кол-договора по основным вопросам. Должна ли зарплата повышаться, понижаться или оставаться на том же уровне, какое мнение законодательства, а значит, и высших органов власти по этим вопросам? В Трудовом Кодексе ответа найти нельзя. А это и значит передать рабочий вопрос на разрешение кого угодно, не указывая общего пути развития.

Оплата труда за праздничные дни, дни отдыха и льготные часы устанавливается Трудовым Кодексом только для рабочих, получающих поденную плату за труд. При всех остальных способах оплаты вопрос передается на разрешение администрации и профсоюза. При заключении ими колдоговоров вся фальшь подобного разрешения вопроса очевидна, так как повременная оплата труда допускается лишь в отношении работ, не поддающихся нормированию. Следовательно, огромное большинство рабочего труда, который поддается нормированию, остается вне сферы влияния Трудового кодекса. Зато практика не знает такого случая, чтобы коллективные договора обязывали к оплате праздничных дней при сдельной работе. Из этого правила, пожалуй, нет исключения. Зато спецов-ский аппаратный и вообще всякий служилый элемент, труд которого не нормируется, оплачивается за дни отдыха, праздничные дни и т. д. Таким образом, указание на то, что коллективные и трудовые договора не могут ухудшать положение рабочего относительно Трудового кодекса, сводится к форме без содержания, ибо основные моменты, определяющие материальное благосостояние рабочих масс, законодательством не регулируются, оставляя свободу действия сторонам (администрации и профсоюзам), и условия применения наемного труда при отсутствии "особого нажима со стороны" диктуются фактически администрацией, проводя за его298 счет "режим экономии", "рационализацию" и т. п. кампании. Любо

пытнейшим примером, доказывающим бюрократичность верхушки аппарата, является постановление н[ар]к[омата] труда по вопросу о порядке увольнения рабочих и служащих. "При сокращении штатов,-- гласит это постановление,-администрация вправе по своему усмотрению производить выбор тех работников, которых она находит нужным оставить на работе". И дальше: "Сокращение штатов производится администрацией без участия РКК"299 ("Вопросы труда" No 12, 1926). При существующем кумовстве, взяточничестве и протекционизме такие постановления только содействуют самоуправству бюрократии. Если еще остановиться на таких мелочах как циркуляры н[ар]к[омата] труда, предлагающие следить, чтобы при вербовке рабочей силы не взвинчивались цены на рабочие руки, что при существенной безработице является фактически задачей снижать зарплату, приравнивание инженерно-технического персонала к производственным рабочим при посылке на курорты, санатории и т. д. (циркуляр ВЦСПС от 16 июля 1926 года) при тех спецставках, которые у нас существуют -все вместе, малое и большое, представляет единое целое. Таким образом, надо признать, что мы имеем не только частные ошибки, не только извращения низовыми организациями правильной линии центра при практическом применении законодательства. Исправление, изменение законодательных норм в целом, начиная с законов, издаваемых высшими органами власти,-- такова задача рабочего класса.

Промфинплан на 1927/28 год

Недавно опубликованный производственно-финансовый план промышленности на 1927/28 год дает окончательную картину предполагаемого развития промышленности в текущем году и этим самым дает возможность проверить степень и темп индустриализации нашей страны. При рассмотрении этих вопросов следует исходить из следующего понимания индустриализации и задач экономической политики в СССР. 1. "Так называемая "тяжелая индустрия" есть основная база социализма" (Ленин, том XVTII, ч. 2, с. 76). 2. Необходимо "держать курс на индустриализацию страны, развитие производства средств производства" (XTV съезд). 3. Что под индустриализацией следует понимать: а) Увеличение удельного веса промышленности в общей продукции страны; б) Увеличение удельного веса индустриального населения в общей массе населения и в) Увеличение удельного веса тяжелой индустрии в промышленности в целом. Как видно, понятие индустриализации включает в себя два момента: материальный, заключающийся в увеличении доли продукции промышленности, социальный, заключающийся в изменении классовых соотношений в стране в сторону увеличения удельного веса пролетариата. В условиях СССР, где пролетарская прослойка че-резвычайно тонка, последний -- социальный -момент играет значительную роль.

Легкая и тяжелая индустрия

Общепризнанным стал факт товарного голода. Теория "сезонности" этого явления уже почти не появляется на страницах печати. Все замалчивают "славные" страницы микояновского "творчества" по поводу определения размеров товарного голода т. Смилгой в 500 млн. Ведь, по официальным данным, дефицитность изделий тяжелой индустрии ориентировочно равна: по ме-таллотоварам -- 20 -- 25%; по сортовому железу -- 18%; по катанке -- 30%; по кровельному железу -- 40%; по оцинкованному -- 30%; гвоздям -- 14%; по цементу -- 16%; по кирпичу -- 15 -- 20% (см. "Экономическая жизнь" от 18 мая 1928 года, статья Сокольникова и "Большевик" No 5, статья Розенталя). Дефицитность значительна и по легкой индустрии -- текстиль, кожевенное производство. В этих условиях -- общего товарного голода -- вопрос о темпе и соотношении развития тяжелой и легкой индустрии является барометром правильности проводимой промышленной политики. Напор мелкобуржуазной стихии идет по линии увеличения удельного веса и форсирования темпа развития легкой индустрии; ей (мелкой буржуазии) нужна в первую очередь "ситцевая" индустриализация. Интересы пролетариата прямо противоположны и заключаются в том, чтобы создать такое соотношение в развитии легкой и тяжелой индустрии, при котором тяжелая индустрия будет обгонять в своем темпе развитие легкой, так как "так называемая тяжелая индустрия есть основная база социализма" (Ленин, том XVIII, ч. 2, с. 76). Какова же действительность по данным производственно-]финансового плана промышленности на 1927/28 год? Данные весьма красноречивы: при общем подъеме валовой продукции промышленности на 25,2% и легкой на 27,0%, тяжелая индустрия повышает свою продукцию всего на 22,7%, т. е. на 4,3% меньше легкой. Тяжелая индустрия дает, таким образом, понижающуюся кривую роста в 1927/28 г. в сравнении с прошлым годом, когда прирост был равен 26,3%. Легкая индустрия обгоняет в своем темпе развитие тяжелой и повышает свой удельный вес в валовой промышленной продукции с 59,5% в 1926/27 г. до 60,4% в 1927/28 г. Наоборот, удельный вес тяжелой падает с 40,5% до 39,6%. Таким образом, промплан на 1927/28 год дает линию, явно противоречащую взглядам Ленина, постановлениям XTV съезда и отбрасывает нас назад даже в сравнении с 1926/27 годом. Здесь мы видим отступление и от той проектировки, которая давалась в контрольных цифрах на 1927/28 год, которые составлялись под действием оппозиционного кнута. Замедленный темп роста тяжелой индустрии ставит под угрозу выполнение даже того минимального плана капитальных работ, который намечен был промпланом. На рынке строительных материалов чувствуется чрезвычайно острый дефицит, особенно в металлоизделиях. Поэтому, как значится в конъюктурном обзоре Совета съездов промышленности и торговли, "рост требования на металл со стороны широкого рынка, строительных организаций... вынудил ре

гулирующие организации актуально подойти к вопросу о мерах покрытия обозначающего дефицита, в связи с чем поставлен вопрос о пересмотре намеченных импортных контингентов по металлу" ("Экономическая жизнь" от 18 апреля 1928 года, упом[яну-тая] статья). Таким образом, замедленный темп развития тяжелой индустрии уже сказался на своевременности начала строительных работ, ставит под угрозу их выполнение и требует изменения импортного плана в сторону усиления металла или увеличения и до того значительного отрицательного сальдо по внешнеторговому балансу. Таковы дела нынешнего руководства. Слова и дела у них -- вещи разные. Это следует помнить. В резолюции 15-го съезда по вопросам промышленности мы читаем: "В соответствии с политикой индустриализации страны должно быть усилено производство средств производства" (Стенографический отчет XV съезда, с. 1295). В докладе Рыкова на съезде мы читаем: "Более быстрый темп развития тяжелой индустрии на протяжении ближайших лет является совершенно неизбежным. Индустриализация всей страны упирается в настоящее время в развитие тяжелой индустрии" (Стенографический отчет XV съезда, с. 774). Действительно, не только с точки зрения исторических задач коммунизма, но и проблемы смягчения товарного голода требуется более усиленный темп развития в целом, тяжелой индустрии в первую очередь. Произв[одственно]-финансовые планы на 1927/28 год показывают: 1) что ЦК своей промышленной] политикой задерживает процесс индустриализации; 2) что мелкобуржузное давление значительно усилилось (даже в сравнении с 1926/27 годом). Усилилось до той степени, при которой нынешнее руководство совершенно забыло об индустриализации страны. Некоторые представители большинства пытаются доказать, что вышеуказанное изменение в соотношении темпов развития тяжелой и легкой индустрии не противоречит линии на индустриализацию страны. Здесь, мол, не виновата политика ЦК; "значительную, если не решающую роль здесь сыграл имевшийся в этом году урожай по отдельным видам сырья, а также добавочная переработка хлопка и шерсти сверх плана" (в связи с увеличением сменности по ряду предприятий) ("Большевик", No 5, статья Розенталя, с. 43). Оказывается, что в задержке темпа индустриализации виновата... природа. Но это ведь курам на смех! На каких читателей "Большевика" рассчитана эта "экономическая" мудрость? Всем ведь известно, что мы еще до сих пор и в ближайшие 5 и больше лет будем пользоваться ввозным хлопком, что ввозной хлопок в этом году составляет 50% всего перерабатываемого и что введение трех смен именно в текстильной, т. е. легкой индустрии, а не в металлургии зависит не от урожая внутреннего хлопка, а от политики ЦК. Политика развития легкой индустрии, в первую очередь текстильной, есть неотъемлемая составная часть общей кулацкой политики. Пасуя перед кулаком при заготовке хлеба, не желая повести принудительный хлебный заем (предложение] оппозиции), ЦК

пошел по линии ситцевой индустриализации, дабы в обмен на ее продукцию получить кулацкий хлеб. Таким образом, промышленная политика ЦК прямо определяется интересами чуждого пролетариату класса.

Кулак, как мы говорили, "регульнул".

Зрелому плоду с кадетской смоковницы Слепкову

Хотя Вы и чужой человек в ВКП(б) и в рабочем классе, это, надеюсь, не помешает Вам быть немножко разумным и не взыскивать с меня за то, что так поздно отвечаю. Благодаря большой дозе попавших (не будем разбирать, почему они попали) меньшевиков, с [оци-алистов]-революционеров], кадетов, благодаря тому, что количество перешло в качество, сотни, а теперь уже и тысячи лучших большевиков находятся в тюрмах и ссылках. Не их вина, а их беда в том, что они не могут не только своевременно, но и вообще реагировать на выдумки, облекающиеся в кадетскую одежду меныневист-ско-кадетской псарни. Я один из ссыльных большевиков, нахожусь без работы на паях ГПУ, не имею возможности выписывать литературу и потому "Большевик" No 4 получил от товарищей с большим опозданием. Как видите, большая причина моего опоздания Вам не мог своевременно ответить300.

Ваше раздражение и слюна, которой Вы брызгаетесь в своей статейке, вызвана тем, что Вы приписываете мне честь разоблачения того, что Вы принадлежали к милюковской партии. Смею Вас уверить, что эта честь мне не принадлежит. Впервые Вас разоблачили в дискуссии 1923 года, не помню, кто-то из красных профессоров. Я и многие большевики воспользовался этим материалом и выполнил долг пролетарского революционера -- довел до сведения партии о том, что какой-то волчонок Слепков в ягнячьей овчине. Тогда Вы еще не набрались храбрости отрицать правду и привлечь кого-либо к партийной ответственности.

С тех пор считается доказанным Ваше милюковское прошлое. В конце 1925 года или в начале 1926 года товарищ Вардин, еще раз с документами в руках доказал, что Вы кадет. Он опубликовал Ваше собственноручное контрреволюционное письмо. В так называемой дискуссии 1927 года я на собрании рабочих Рязано-Ураль-ской жел[езной] д[ороги] начал оглашать эти документы, но Замоскворецкий райком, присутствовавший на этом собрании во главе с секретарем, в полном составе устроил обструкцию -- потушил в зале свет и пустил в ход кулаки. Конечно, кулаки -- аргументы, вещь увесистая, но не убедительная. После этого меня судили за фракционную работу, но за клевету на казенного писаря и дьячка церкви Бухарина никто меня не привлекал, а лишь в частной беседе начальство меня журило: "зачем вспоминать грехи молодости Слепкова, ведь он их искупил". На что я ответил: "у Слепкова одна заслуга,-- это по части травли оппозиции, но эта заслуга не перед рабочим классом, а перед буржуазией". Итак, после вторичного разоблачения Вашего кадетского происхождения прошло два года пребывания оппозиции в партии.

Два года ушаты грязи выливались на голову оппозиции. Ни одному ослу начальство не возбраняло, наоборот, поощряло, лягать оппозицию своими копытами. Сколько ослов за это время вышло в люди. Даже Моисеенко, воспитавший донецкую контрреволюцию, был "человеком". Эх, какое времячко Вы прозевали! А что же Вам стоило объявить разоблачителей клеветниками, запастись удостоверением от Ленина (ведь Ленина в то время не было, он бы не стал протестовать) о Ваших заслугах, о том, что Вы никогда кадетом не были, что Вы контрреволюционных писем не писали и пр. ... с Вашими "способностями" можно было бы доказать, что кадетов вообще никогда на свете не существовало, а потому Вы не могли к ним принадлежать. Вам легко было это сделать, но только тогда, а не теперь. И теперь аппарат и ячейка на Вашей стороне, но на сидящего в тюрьме валить все равно, что на мертвого. Всякий мало-мальски критически мыслящий рабочий знает то, что опровергнуть Вашу ложь мы лишены возможности и потому он Вашей лжи не поверит. Да и Вы сами теперь как господин положения неуверенно отрекаетесь от своего прошлого, утверждая то, что якобы Вы никогда не принадлежали к кадетам. Вы не смеете скрывать того, что "высказывал в ученических кругах сомнение по поводу совместительства социализма и свободы личности"301. Вы меня называете "незрелым политиком", допустим. Но, позвольте же, "зрелый плод с милюковской смоковницы" -- Слепков, задать вопрос -- что же это за школьные кружки, в которых Вы высказывали "сомнение"? В школах существовали кружки социалистические и черносотенные, кадетские. По Вашим же показаниям, Вы не были не только большевиком, но даже у меньшевиков и социалистов-революционеров. Позвольте же в таком случае спросить, в каком же Вы из двух кружков были? В кадетском или черносотенном? Ах, да, Вам ведь всего тогда было 17 лет, но, позвольте, во-первых, Вам в зубы не смотрели, когда Вы вышли из этих кружков, а, во-вторых, самое главное, пули 16 -17-летних гимназистов также простреливали груди рабочих, как и пули 20-ти и 25-ти летних юнкеров. Итак, Ваше милюковское прошлое доказано, и Вы не рыпайтесь. Ну, а теперь давайте поговорим о Вашей пошленькой статейке. На самом деле, возьмем хотя бы критику Троцкого. Я, конечно, ни в какой мере не уверен в правильности Ваших цитат, чтобы читать Вашу пошлятину, архибезграмотную. Невольно вспоминается поговорка: "Моська лает на слона". А к Вам скорее подходит: "Кадетская болонка лает на льва". По существу я с Вами спорить не собираюсь. Ведь, если из Вашей статейки отбросить ругань и подделанный Вами же документ, то Вам останется одна липкая слизь, грязь. Гигиены ради слизь выбрасывается в помойку. Вы называете меня неграмотным. С этим я частично согласен. Как видите, и это письмо написано с грубыми грамматическими ошибками. Сознаю свою вину в том, что я учился у дьячка, за меру картошки. Теперь, будучи в долгосрочной, слепковско-мартыновской ссылке, постараюсь заполнить некоторые пробелы. А вот в смысле большевизма, тут я себя

безграмотным не считаю, так как я учился не у дьячка бухаринской церкви. Моя карьера -- с 8 лет пастухом, затем -- чернорабочим, грузчиком, маляром. Моя практическая школа: рабочий подвал, постройка, фабрика, завод. Теоретическая -- Маркс, Ленин. Большевизм я познал не по молитвенникам вашей церкви, а в московском рабочем движении, на баррикадах. Зрелый плод Слепков, свалившийся с кадетской смоковницы прямо в Институт красной профессуры, не нюхавший рабочего подвала. И не случайно то, что он не воспринял учения Маркса и Ленина, а прилепился к школе, учителя которой Ленин в своем завещании харатеризовал: "хороший теоретик, но не марксист, не диалектик", а мелкобуржуазный "схоласт". Поэтому-то Вы и выбрали карьеру фальшивомонетчика, то бишь подделывателя документов. Неграмотность мою Вы выводите из "Рабочего пути к власти"302, к которому ни я, ни мои товарищи никакого отношения не имеют,-- это Вам известно. Если мы предположим, что "Рабочий путь к власти" выпустила какая-нибудь группа большевиков, то достаточно сравнить этот документ с платформой "15-ти", и разница даже для дьячка Вашей церкви станет очевидна. Если Вы даже после этого припишете этот документ нам, то я утверждаю, что это Вы с Мартыновым его сфабриковали. Лавры Ваших бывших коллег по партии за границей Вам не дают спать. Как это красиво. В английском парламенте запрос "о письме Зиновьева"303, а Вы сфабриковали "письмо Сапронова". Но Вы оказались в лучшем условии, чем Болдуин. Сапронов и его товарищи в ссылке, лишены возможности вносить запросы. А как хорошо идет роль христианнейшего Макдональда, вечно кающейся Магдалины304 и снова грешащей Магдалины, вечно,-- а по речи на Ленинградском активе видно -- и ныне и во веки веков. Буферному Бухарину. Аминь. Слепков и Мартынов, пописывая, улыбаются, как улыбался барский дворник, метя двор и рассуждая: "И так хорошо, и этак хорошо".-- "Барин с женой живет, деньги дает, я с барыней живу -- деньги беру". Мартынов и Слепков фабрикуют документы, если гонорар не получают, в "люди выходят". Критикуют сфабрикованные самими же документы, и в "люди выходят", и деньги получают. Я вижу притворный гнев Слепкова. "Как. Да в документе меня же, Слепкова, ругают". Но что Вы от этого теряете, ведь партия уже знает, что Вы кадет: а что приобретаете -- получили повод опровергнуть правду. Вы не только группу "15-ти", но и Ленина подделываете. Вы ни к селу, ни к городу надергали из Ленина цитат, в контексте передернули их смысл и обратили против группы "15-ти", зная, что передавали не позицию "15", а сфабрикованный Вами же документ. "Правда" недавно сообщила, что сектанты подбирают цитаты из Ленина против большевиков, в защиту христианства. Ленин в Ваших устах против большевиков-оппозиционеров выглядит так же, как в устах евангелистов -- против коммунистов. После этого Вы называете меня "ренегатом", т. е. изменником. Изменить я Слепкову не мог, так как никогда "милюковцем" не был. Рабочему же классу я никогда не изменял и не изменю, хотя

бы пришлось умереть на сухой или мокрой гильотине. За дело рабочего класса -- всегда готов. А вот Слепковых, Мартыновых и компанию, их изменниками нельзя назвать. Рабочему классу они изменить не могут, потому что они никогда ему не служили, а буржуазии Вы не изменяете и сейчас. Стоя во главе "Большевика", "Правды" и Коминтерна, вредительствуя на идеологическом фронте, Вы делаете верное буржуазное дело. За это они Вас не назовут предателями и изменниками, а в случае чего буржуазия Вас представит к ордену "святого Станислава". Виноват. Еще одно замечание. Вы утверждаете, что оппозиция вообще, а группа "15-ти", в частности,-- ничтожная кучка... Во время недавно прошедших выборов в Франции буржуазия вопила, что коммунистов -- ничтожная кучка. На эту клевету "Правда", возражая, вопрошает -- "зачем же Вы в таком случае коммунистов преследуете и сажаете в тюрьмы?" Когда Вы, как Пуанкаре, утверждаете, что нас кучка, так позвольте спросить, как "Правда" спрашивала французскую буржуазию: "Зачем же Вы вот уже 5 месяцев вылавливаете оппозицию, бросая их в тюрьму и в ссылку?" Накануне 1 мая и приезда монарха Афганистана Вы пачками высылали оппозиционеров по знойным пустыням Туркестана и по дебрям Сибири. Зачем? Ведь их "ничтожная кучка"! Остаюсь в ожидании гнева за непочтительное отношение, а, следовательно, за оскорбления "его величества", кадетского человека в ВКП(б), подделывателя документов и зрелого плода с ми-люковской смоковницы -- Слепкова.

Бывший пастух, он же грузчик, он же маляр, ныне ссыльный большевик за дело Ленина, за дело рабочего класса

Тимофей Сапронов. Шенкурск, 18 мая 1928 г.

Рабочая жизнь

Почему

"Брось свои иносказания и гипотезы пустые, на проклятые вопросы дай ответы мне прямые".

ГейнеTM5

Вкусив 7-часовой рабочий рай (7-часовую ночь для беременных и кормящих женщин), текстили не обнаружили ни малейшего восторга. У них много недоуменного и они спрашивают у своих профсоюзных вождей разъяснений. На конференции Сосновской объединенной мануфактуры 4 марта в Иваново-Вознесенске рабочие спрашивали Мельничанского306: 1) Почему союз не защищает рабочих, которых посылают работать на три и четыре станка... На бывшей Дербеевской фабрике ежедневно работниц выносят на носилках с четырех станков. Буржуа и те не заставляли работать на трех и четырех станках и мануфактура стоила 8 коп., теперь же она стоит по 40 коп., работаем на четырех станках... 2) Почему взимают подоходный налог с рабочего... Доклад ЦК чересчур заучен, а главного

не сказано. Работницы вынуждены из-за материальных условий переходить на четыре станка. Через 10 лет эти товарищи будут инвалидами. Повысился процент несчастных случаев среди них. По всей линии идет наступление на рабочий класс. Надо выбрать на съезд 30' товарищей, могущих защищать интересы наши. Соглашение по кол-договору на нашей фабрике прошло кабинетным порядком, а почему его не проработали на рабочих собраниях? 3) Наш лозунг -- диктатура пролетариата. Значит, судьбы должен решать сам рабочий, а у нас что народ постановляет, то неприемлемо. Почему это? Все проводится в жизнь без нас, мы приходим на собрания только для мебели. 4) Почему у нас нет мануфактуры. За лоскутом простаиваем по 8 часов... 5) Почему не верят беспартийным, если говорим правду, а партийный хотя и вор -верят ему. Того же Мельничанского на Середской фабрике Иваново-Вознесенской губернии 10 июля рабочие спрашивали по отчету ЦК текстилей: 1) Для чего собственно парторганизация занимает место на фабриках, заводах и в хо-зорганах -- для защиты рабочих или чтобы помогать хозяйственникам, чтобы те наседали больше на рабочих. 2) Для чего нам ходить на собрания... Вы говорите, мало рабочих ходит на собрания. Это верно -- потому что решают без нас. Если на собраниях то или иное решение не удается провести, то они проводят самостоятельно, примерно переход на четыре станка. Работницы не соглашались, но наш защитник Ф[аб]з[ав]к[ом] провел это. А если не хочешь -пойдешь на биржу. (На Зарядьевской фабрике Иваново-Вознесенской губернии в начале марта 1928 года по отчету ЦК выборы на съезд не состоялись, так как к концу доклада не оказалось кворума.) На Тепковской фабрике Иваново-Вознесенской губернии спрашивали: 1) Почему у нас недостает продуктов питания и первой необходимости, как мыла и мануфактуры, а два-три года тому назад всего было достаточно. Нет у нас никакой муки, ни ржаной, ни белой. 2) Почему ЦК ничего не делает по повышению технической грамотности и борьбе с пьянством. 3) Почему ночная смена также работает семь часов. 4) Почему у нас нет ни чайной, ни столовой на 18 тысяч текстилей. 5) Почему в магазине ЦРК нет сукна, почему оно есть у частника. 6) Почему на работу последнее время берут богатых крестьян, а городской пролетариат мотается. 7) Почему хлеборобы без хлеба не сидят, а мы, производители мануфактуры, ходим раздетыми. 8) Почему работниц эксплуатируют. Мне 50 лет и меня ставят на четыре станка, а детей кормить ведь надо. На Глуховской мануфактуре рабочие спрашивали другого члена своего ЦК Брагинского: "Знают ли союзы, что с переходом на три-четыре станка упала заработная плата?" А на фабрике "Солидарность" Владимирской губернии его же спросили: Долго ли рабочие будут нуждаться в хлебе и стоять за ним в очередях? На Рудников-ской мануфактуре (фабрика "Большевик") Мельничанскому был задан вопрос: Почему это вы, профессиональные органы, довели рабочих до небывалой эксплуатации? Вы воротились к тому, что было 40 лет тому назад и ввели ночной труд для женщин, чего нет

в капиталистических странах. 3 марта конференция текстилей в Павловском Посаде Московской губернии (Ленинская фабрика) грубо отменила пункт из резолюции, принятой рабочими фабрики на торжественном собрании, посвященном 10-летию Красной Армии, допустив следующую кощунственную мотивировку: "Конференция отменяет пункт резолюции, как антисоветский, предложенный т. Парфеньтьевым (приветствие Троцкому и вождям оппозиции) и ошибочно принятый большинством голосов на торжественном собрании незначительной частью рабочих фабрики 23 марта 1928 года, посвященном 10-летию Красной Армии". На той же конференции рабочие требовали у докладчика ответа: 1) Верит ли партия в правоту своего руководства? 2) Куда выслали Троцкого? 3) Почему оппозицию везде как будто похоронили, а у нас она живет и показывает свое лицо? 4) Почему не написали в газетах, за что Троцкого выслали из Москвы, а ведь когда исключали из партии, нас спрашивали? 5) Почему ЦК не напечатал полностью требование оппозиции от ЦК?308 6) Почему также не опубликованы все предложения оппозиции, чтобы их могли широко обсудить пролетариат и крестьянство? "Я требую ответа,-- заявил оратор. -- Если вы не ответите прямо на мой вопрос, то я считаю, что вы скрываете правду от рабочих". Что ж, уважаемые профворотилы, пожалуйте к ответу, расскажите -почему...

Паровозные мастерские

После 5-ти месяцев ожидания рабочие были проинформированы о тех решениях, которые приняты в связи с тарифной реформой. Изменяется тарифная сетка и значительно сокращается размер приработка. Кроме того, снижаются разряды соответственно новой тарифной сетке. По словам докладчика, заработная плата упадет по всему предприятию на 8% и, если производительность труда повысится на 10%, то нынешний уровень зарплаты будет сохранен (?). Производительность труда предполагается повысить не за счет улучшения оборудования, а, главным образом, путем организационных улучшений и уплотнения рабочего дня. При большой ветхости оборудования, сомнительно, чтобы организационными мерами повысили производительность, ибо даже во время войны, когда предприятие работало с максимальной нагрузкой (12-часовой рабочий день), производительность была намного ниже нынешней. Оборудование с тех пор не улучшалось (масса станков 1879 года) и, очевидно, производительность будет поднята (если удастся) главным образом за счет возможно большего использования рабочей силы. Есть основания предполагать, что зарплата падет больше чем на 8%, ибо она снижается не только по линии расценок, но и по линии снижения в разрядах, а это дает широкую возможность дальнейшему срезанию заработка. Рабочие, из доклада неясно поняв