/ Language: Русский / Genre:love_sf, sf_fantasy, unrecognised, love_sf

Вот мы влипли! (СИ)

-Megan-

Чтобы вы сделали, если б злодейка судьба перенесла вас во времени на несколько веков назад? Эльза и Люси оказались в средневековье, известном суеверием и жестокостью к обвиненным в колдовстве людям. Мало того, они, оказывается, обладают магией. Удастся ли им - современным девушкам, совершенно не приспособленным к здешней жизни - выжить во времена инквизиции и суеверия?

Новинки и продолжение на сайте библиотеки https://www.litmir.me

====== Пролог ======

Вечерело. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо близ горизонта в кроваво-багряный оттенок. Листва на деревьях будто полыхала в огне. Можно было наблюдать, как садится солнце, однако оно лишь слегка касалось горизонта, поэтому до наступления темноты было больше часа.

Но для кого-то этот закат был последним.

На центральной площади довольно большого городка Магнолия, собралось практически всё его население. Люди ждали начала «представления».

В самом центре площади было подготовлено некое возвышение для проведения предстоящей христианской казни. Назвать это сооружение эшафотом все же нельзя, ведь оно было небольшим. В центре этого сооружения были видны женские фигуры. Их было две.

Обе побитые, в синяках и засохшей крови, перемешавшейся с грязью. Они были очень худы, и не естественно бледны, будто не видели солнечного света достаточно большое количество времени.

У одной из них нога была неестественно согнута, такое ощущение, будто кость сломана, а место перелома на коже было синим. Из-за неестественного цвета волос девушки, она казалась еще более бледной. Ключицы сильно выделялись, уж слишком она была худа.

У второй тело было изуродовано. Ее избивали несколько дней, столько синяков и ссадин. Светлые волосы были засалены, и небрежными патлами закрывали лицо. Некогда белое платье было изорвано на ней, открывая правую грудь, на которой присутствовал синяк. Ребра выпирали вперед. На щеке был синяк. Ступни ног были в засохшей крови.

Эхом раздалась последняя просьба священника признаться в своих грехах и связи с дьяволом, как духовной, так и телесной. Светловолосая девушка не удержалась в смешке, а другая с волосами цвета заката лишь хмыкнула.

«Сжечь ведьм» те два слова инквизитора, ради которых все здесь и собрались.

Один из присутствующих инквизиторов поднес огонь к сухим веткам, на которых сидели девушки. С безразличным лицом, парень поджег ветки и отошел.

Огонь полыхал ярко, уродуя девушек, обвиненных в колдовстве и связи с дьяволом. Но они не издали ни звука.

Яркие языки пламени жадно обнимали грешниц, тонкая кожа светловолосой тлела быстро, волосы подхватил огонь. У второй грешницы огонь с жадность пожирал сломанные ноги, волосы цвета крови сливались с самим огнем. Обе подняли глаза, устремив взгляд в небо. Взгляды теплых карих и красно-коричневых глаз не выражали ничего, ни боли, не отчаяния, ни страха, ни еще чего-нибудь. Они были пусты, словно души девушек давно были мертвы.

Воспламенившееся волосы больше не заслоняли их бледные лица, что в свете огня не казались такими уж бледными. Яркие краски огня отражались на бледной тонкой коже, словно в зеркале. И хотя кожа на лице начала тлеть, теперь можно было без труда определить, кто это.

«Наконец Пресвятой Инквизиции удалось поймать одних из самых опаснейших ведьм

Фиора. Дамы и господа, на ваших глазах приняли свою судьбу Эльза Скарлет и Люсьена Хартфалия. Да простит их грешные души Господь Бог»

- Неееет! – Проснувшись в холодном поту, прокричала кареглазая девушка. Поняв, что все это было не наяву, она судорожно убрала упавшие на лицо прядки голубых коротких волос и схватилась за голову. В глазах читался ужас. В это мгновение в темную комнату ворвались две друг на друга похожие девушки. Одна из них приказала второй зажечь свечу, чтобы осветить комнату, а сама ринулась к сходящей с ума от страха и ужаса девушке.

- Леви, Леви посмотри на меня! – Встряхнув за плечи ту самую Леви, воскликнула новоприбывшая девушка. Одета она была в красивое, недорогое, сиреневое платье, светлые, почти белые волосы были распущены и были ниже середины спины. Леви сконцентрировала на пришедшей девушке взгляд и немного успокоилась. Но не отошла от шока.

Полумрак комнаты осветила свеча. Девушка, на вид лет шестнадцати, что держала свечу, поставила ее на прикроватную тумбочку и присела на пол около кровати Леви. Одета она была в ночное, белое хлопковое платье, видимо девушка готовилась ко сну, когда услышала крик.

- Опять видение? – тихо спросила она, поправляя прядку коротеньких, выбившихся из-за ушка, светлых-светлых, почти белых, волос.

Леви перевела взгляд с длинноволосой девушки в сиреневом платье на шестнадцатилетнюю, похожую на нее внешне, девушку, которая сидела около кровати. Однако, ужас и испуг, застывший в глазах Леви, ответил сам за себя.

====== Глава 1. Знакомство с Эльзой и Люси, и, параллельно, об остальных, не менее важных личностях. ======

Дорогие мои читатели, а вот и новая глава! Я планировала сделать ее поменьше, но уж как получилось. Если встретите ошибки, пожалуйста, пользуйтесь публичной бетой, и не забывайте оставлять комментарии.

День подходил к концу. Не было уж той изматывающей жары, наоборот, веяло прохладным летним ветерком. И, несмотря на то, что лето подходило к концу, всё равно продолжала стоять жара. И в правду, лето выдалось жарким. Но на пороге осень, а это самое богатое красками время года. Да и самое любимое многими жителями королевства Фиор. Магнолия, хоть и не столица, а город большой, да и расположен всего в несколько сотен километров от столицы – города Эра. Поэтому, чтобы проехать в столицу, или же покинуть ее, люди проезжали через Магнолию. Это своего рода плюс для торговцев и владельцев гостиниц. Нужно же где-то останавливаться на ночь, и что-то покупать, ту же еду или одежду.

Миражанна Штраус была владелицей гостиницы, перешедшей ей от бывшего владельца – доброго старичка по имени Макаров Дрейар. Макаров подобрал Миражанну на улице, её тогда поймали на воровстве и обвинили во всех смертных грехах, Бог весть, что с ней сделали, если бы не он. Макаров пригласил Миражанну с её младшей сестрой Лисанной и братом Эльфманом в свою гостиницу Фейри Тейл. Конечно, у Макарова был внук, но он предпочел стать инквизитором, поэтому гостиница досталась Миражанне. Сам Макаров продолжал жить в гостинице, просто всеми делами занималась Миражанна. Однако это была не простая гостиница, Фейри тейл – это убежище для людей со сверхъестественными способностями, которых так тщательно ловила Святая Инквизиция.

В основном, конечно, в своей «нечестивости» признавались все, даже те, кто не обладал магией. Просто иначе ужасные пытки продолжались и измученные люди не доживали до суда. Те, кто признался, чтобы избежать пыток, был предан христианской казни, то есть без пролития крови, а это, как известно, сжигание на костре. Так же считалось, что нечестивые, сожженные в огне, не

смогут воскреснуть.

Лексас – внук Макарова, знал о том, что его дед укрывает ведьм от инквизиции, но молчал. Дрейар младший знал, что малолетние девчонки, умеющие предсказывать будущее, вроде той же Леви, не опасны для общества. Что касается Лисанны, её умение перевоплощаться не опасно, тем более, Лисанна очень добрый человек, и у нее даже мысли не возникнет, чтобы причинить кому-то зло. Эльфман магией не обладал, он учился на врача последний год в столице, приезжал по возможности в Магнолию, чтобы увидеть сестер и всех остальных. Что касается Миражанны, никто не знал о её дьявольских способностях, кроме Макарова, Лексас был убежден, что она самая обычная девушка. Ну и последняя – Венди Марвел – двенадцатилетняя девчонка, способная лечить своей магией. Опасности никто из них не представляет, поэтому сдавать их инквизиции не к чему.

Леви попала в Фейри Тейл в четырнадцать. Родители умерли от болезни, она бродила по улицам, просила милостыню, но не воровала, Леви была не способна украсть. Будущее она умела видеть еще с детства, однако вызывать видения не могла, они приходили сами. Видения всегда были четкими, если событие, которое она предсказывала, должно было произойти скоро, если это должно было случиться больше, чем через год – видения были размыты. Любое видение – это лишь вариант возможного будущего, а потому его можно изменить. Леви всегда старалась предупреждать людей о плохих видениях, именно так она встретила Миражанну. На улице, когда Леви подошла к ней, чтобы попросить немного еды, она увидела, что Штраус старшая вскоре простудится и сляжет в постель на две недели. Леви описала Миражанне всё своё видение. При каких обстоятельствах та заразиться, и что именно горло будет болеть, а так же жар. Миражанна поняла, что Леви предсказательница, поэтому пригласила МакГраден в гостиницу работать. Леви согласилась, и вскоре узнала об истинном назначении гостиницы.

Видения у Леви случались часто, бывало, они приходили во сне, но это было редко. В основном, она могла видеть будущее человека, к которому подойдёт, с которым лично знакома, которого видит, или видела когда-то. Но видеть будущее человека, которого ни разу в жизни не видела, она не могла. Так же, слышать его имя. Такое с ней случилось впервые. Она судорожно прокручивала в голове имена «Эльза Скарлет» и «Люсьена Хартфалия» и пыталась вспомнить, не могла ли она видеть их где-нибудь, но всё тщетно. Леви была уверенна, что не знакома с ними, и не видела прежде.

Сегодняшний августовский поздний вечер был таким же, как и прошлый. Спокойным и тихим. Миражанна любила такие вечера. Работу она сегодня закончила пораньше и, убедившись, что с гостями и близкими всё в порядке, решила пойти, лечь пораньше. По дороге в свою комнату, она встретила сестру, Лисанна как раз направлялась в их комнату.

- Мира-чан, ты решила лечь пораньше? – Спросила Лисанна.

- Да, я сегодня закончила раньше. – Устало ответила Мира.

- Здорово! Ты так поздно ложишься, что вредишь своему здоровью. Нужно ложиться раньше, почему ты не разрешаешь мне помогать тебе с работой по вечерам и ночам?

- Потому что одной управляющей гостиницей с нездоровым цветом лица и мешками под глазами на семью Штраус более чем предостаточно. – Улыбнулась Мира.

- Мира-чан, ты себя совсем не бережешь. – Погрустнела Лисанна.

- Лисанна, не беспокойся, со мной все… – Мира не успела договорить, как по всему третьему этажу разнесся полный ужаса крик. По голосу Мира с Лисанной сразу узнали Леви. Обе мгновенно сорвались с места и побежали по направлению комнаты юной предсказательницы. Мира не на шутку перепугалась за Леви, она прекрасно знала о тех ужасах, которые та временами видит, по рассказам самой девушки, а поскольку Леви – человек весьма впечатлительный, реагирует она на эти ужасные видения соответственно. Кто-то бы посчитал умение видеть будущее подарком судьбы, но Мира знала, что для Леви это проклятье.

Вбежав в спальню семнадцатилетней МакГарден, Мира, в полумраке комнаты Леви, видела лишь силуэт напуганной девушки. Приказав сестре зажечь свет, Мира кинулась успокаивать дрожащую от ужаса и слез предсказательницу. Вскоре и Лисанна появилась с зажжённой свечёй в руках. Поставив её около кровати Леви, Штраус младшая поинтересовалась о причине такого состояния Леви, впрочем, не нужно быть гением, чтобы понять состояние МакГарден.

Успокоив Леви, Мира решила поинтересоваться, что же видела юная предсказательница во сне.

- Там был огонь, – начала Леви, – инквизиция сжигала ведьм. У одной были светлые волосы и теплые, карие глаза, у второй – волосы цвета крови. И красно-коричневые глаза. Обе они были очень худы и бледны.

- Ты знаешь их? – задумчиво спросила Мира.

- Нет, я их прежде никогда не видела. Но я знаю их имена, священник из видения сказал.

- Что? Имена? – удивилась Лисанна. Леви кивнула.

- Раньше ты в своих видениях имен никогда не слышала. – Подытожила Мира скорей для себя, нежели для Леви и Лисанны.

- Никогда – подтвердила Леви.

- Что были за имена? – Поинтересовалась Мира. – Ты помнишь?

- Люсьена Хартфалия и Эльза Скарлет. – Ответила Леви. Лисанна стала пытаться вспомнить, слышала ли она эти имена прежде, но ничего такого не припоминая, перевела взгляд на сестру. На лице Миры застыли удивление и шок, смешанное с неверием и страхом.

Широко раскрытые синие глаза и дрогнувшие губы Миры пугали Лисанну.

- Мира-чан, ты чего? – Тихо спросила Лисанна.

- Не может быть, – тихо произнесла Мира. Обдумав что-то, Миражанна в спешке спросила, не доводилось ли слышать Леви этих имен прежде, но та лишь отрицательно покачала головой.

- Мира-чан, что тебя так удивило? – Обратилась к сестре Лисанна. Мира перевела растерянный взгляд на сестру и попыталась сконцентрироваться на вопросе. Однако мысли летали совершенно в другой области.

- Я… – Мира на мгновение замялась, будто бы спрашивая себя, стоит ли что-то говорить, но, убедив себя в том, что не стоит нагружать их лишней информацией, тем более, догадка Миры могла вполне оказаться ошибочной, Штраус старшая решила ничего им не говорить, – … просто удивилась, – Мира улыбнулась, – Леви-чан никогда не слышала в видениях чьих-то имен, да и я не слышала ни о какой Эльзе или Люсьене. – Все так же мило улыбаясь, врала Мира, – Леви, может я сделаю тебе успокаивающий чай? – Переключилась Миражанна на Леви, та лишь слабо кивнула, а Мира поспешно удалилась, наказав Лисанне поговорить с Леви о чем-нибудь, чтобы отвлечь ту от раздумий, по поводу видения, пока она не вернется. Лисанна кивнула в знак согласия и принялась рассказывать Леви смешную историю.

Штраус младшая поняла, что Мира соврала по поводу своего незнания, но спорить с сестрой не стала, ведь если Миражанна врёт, на это есть причины.

А сама Мира в это время готовила чай для Леви, обдумывая свои догадки относительно имен. В конце концов, она решила завтра утром рассказать все Макарову, он-то точно знает наверняка и про Скарлет и про Хартфалию.

Утро встретило Магнолию приятными, тёплыми лучами восходящего солнца. Многих жителей рассвет застал еще в постели, а некоторые бодрствовали всю ночь.

Рассвет прокрался и в комнату обыкновенной студентки одного из университетов Магнолии. Она спала, сидя за компьютерным столом. Светлые волосы беспорядочно распластались по открытым учебникам, небрежно лежавшим на столе и служившим вместо подушки. По тексту учебников, можно было сделать вывод, что предмет, который девушка учила всю ночь – физика. В её небольшой по площади комнате, было довольно уютно, несмотря на беспорядок. Белоснежные джинсы валялись на застеленной кровати, которая, по-видимому, была убрана еще со вчерашнего дня, легкая туника без рукавов пастельного приглушенного песочного цвета с красным широким ремнем была так же кинута на кровать. Ну, и в довершении, сверху лежал белый топик, который планировалось одеть под низ туники, так как та была с большим вырезом на груди. На стенах висело несколько плакатов любимой группы в школьные времена, которые девушка давно хотела снять, да руки не доходили. На книжной полке у окна, заваленной всяким хламьём, можно было увидеть несколько романов, которые активно читались в свободное время, а на кресле, помимо нескольких пар новых носков и пустой пачки из-под чипсов, лежал ноутбук, внешняя поверхность монитора которого, была заляпана чем-то непонятным. На подоконнике валялась косметичка, которой не так часто пользовались, цветы и пара распечатанных листков, на которых была запечатлена умственная художественная деятельность девушки. Светловолосая первокурсница занималась написанием романа с десятого класса, правда времени на его творение практически не было, именно поэтому за два года было написано всего парочка глав.

Спустя некоторое время, зазвенел будильник и девушка проснулась. Потерев глаза руками, она потопала в ванную. Уже стоя под душем, девушка услышала мамин голос:

- Люси, просыпайся, завтрак на плите, я пошла по делам, вернусь как обычно, в семь! Смотри, не опоздай в университет! – Дальше был слышен хлопок двери, оповещающий о том, что женщина покинула квартиру. Люси же уселась на корточки, включив воду по горячее, она, обхватив колени руками, уткнулась в них и стала наслаждаться блаженством горячего душа, постепенно клонящим в сон. Но эта идеальная тишина, казавшаяся Люси прекраснее любой музыки, была так бестактно прервана настойчивым женским голосом и стуком о дверь ванной комнаты:

- Люси, хватит дрыхнуть под душем, лентяйка, выходи! – Этот голос Люси бы узнала из тысячи.

- Эльза?! – Переспросила Люси, не веря собственному слуху, – это правда ты?

- А что, здесь может быть кто-то другой? Выходи, давай! И что творится с твоей комнатой?! Как ты можешь жить в такой помойке?

- Какого черта ты делаешь в моей квартире так рано?! – Злилась Люси, в спешке окутывая себя полотенцем и выходя из ванной. В комнате её ждала девушка примерно того же возраста, что и сама Люси. Однако, Эльза была на пару месяцев старше Люси. Внешность у нее была контрастная. Алые, длинные волосы до бедра делали кожу визуально ещё бледнее, лицо было серьёзным, что придавало Эльзе некой грубости, но её это ничуть не портило. Во внешности они с Люси были не похожи, разве только глазами. И то, у Люси они были цвета молочного шоколада, а у Эльзы – красно-коричневыми. Волосы Люси цвета молодой пшеницы были чуть ниже лопаток, а на лице часто можно было застать улыбку. Одевалась Люси со вкусом, женственно, в отличие от Эльзы, которая на дух не переносила короткие, обтягивающие юбки, а если и одевала, то чувствовала себя в них неуютно. На ней часто можно было застать штаны, джинсы это, или брюки, или же шорты, главное не мини-юбки. Платья Эльза одевала крайне редко, а если и одевала, то это были летние сарафаны ниже колена. Юбки она носила не выше колена и свободные, в сочетании с какой-нибудь рубашкой или блузкой, или кофтой с рукавами три четверти, в зависимости от стиля. Эльза крайне не любила бардак, в комнате у нее всегда был порядок. Люси тоже не любила беспорядок, но убиралась она только по выходным, а в течение недели хлам в комнате накапливался. Эльза же постоянно сохраняла чистоту.

Сейчас Эльза была одета в полосатую кофту без горловины, опущенную на плечи, и джинсовый сарафан поверх этой кофты до колена. Волосы были собраны в высокий хвост, чтобы не мешать ей, а челка, сильно отросшая за лето, разделена на две части, каждая из которых закрывала висок и была чуть ниже подбородка.

- Рано? – Удивилась Эльза – Ты время видела?! Уже восемь! Первая лекция в девять, давай, пошевеливайся, не то мы опять получим за опоздание! – Командным тоном приказала Эльза, а Люси ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Девушка неторопливо прошествовала мимо лучшей подруги к шкафу, скинула с себя полотенце и медленно стала одевать белье.

- Я же сказала, пошевеливайся. – Приступ злости вновь охватил Эльзу. Вообще, за чересчур суровый и строгий характер, ее еще со школьной скамьи прозвали «титания», самой ей это прозвище в корне не нравилось, но что поделать. Как только кто-то дерется между собой, или чересчур громко выясняет отношения, Эльза терпеть это не станет, ведь подобные сумбурные глупости мешают не только ей, но и всем окружающим в классе/аудитории. Хорошенечко двинуть какому-нибудь нарушителю спокойствия и порядка, гаркнуть на кого-нибудь или просто одарить суровым взглядом – вот она, особенность с виду обычной Эльзы Скарлет. И главное, с ней спорить никто не любил – бесполезно. Однако Люси Хартфалия была именно тем человеком, который мог не просто проигнорировать взгляд/замечание/подзатыльник Эльзы, но и дать отпор. С виду тихая, мирная и примерная Люси могла накричать на кого-нибудь, поставить на место того или иного выскочку не хуже, чем Эльза, но Хартфалия предпочитала урегулировать все проблемы и казусы мирными, гуманными путями. Однако возможность по-доброму позлить подругу Люси не упускала. Именно поэтому, она стала как можно медленнее одеваться.

- Люси, не выводи меня! – Тем не менее, Люси всегда знала, когда нужно остановиться. Драконить Эльзу это, безусловно, весело, но переходить черту дозволенного все же не стоило. Скарлет страшна в гневе.

- Ладно, ладно. Не злись ты так, Эльза, не опоздаем, еще целый чааас – протянула Люси, растягиваясь на кровати, – иди на кухню, скушай тортик и расслабься. – При упоминании кондитерской сладости Эльза переменилась в намерениях. Люси знала, что сладкое – больное место Эльзы. Вот только Скарлет умудрялась каким-то неведомым способом употреблять сладкое каждый день, и при этом не набирать лишний вес, здорово, не правда ли? Торт, а если он еще и с клубникой, действовал на Эльзу лучше любого успокоительного. Так, кстати, она и сдавала экзамены. Не волнуясь абсолютно.

Эльза ушла на кухню ставить чайник, а Люси все же решила одеться.

Через несколько минут, приведя себя в порядок, Хартфалия присоединилась к компании лучшей подруги на кухне.

Налив зеленый чай без сахара Люси, а себе крепкий кофе, Эльза решила поинтересоваться об учебе.

- Люси, ты готова к сегодняшнему зачету?

- Не напоминай, – схватилась за голову Люси, погрустнев, – я всю ночь учила эту физику, но, видимо, это, все же, не моё.

====== Глава 2. Знакомство с библиотекой. Наказание. ======

Университет встретил лучших подруг детства весьма унылой обстановкой. Все было как обычно, около здания, при входе, на лестнице расположилась группа третьекурсников, активно что-то обсуждающих. Такие группы не редкость. Практически все учащиеся обедали, обсуждали что-то, просто общались, в таких вот группах. Обычно, устоявшиеся компании формировались с первого курса. Одни в школе вместе учились, другие недавно познакомились, третьи просто позитивные люди, способные быстро налаживать контакты с другими людьми. Обычно такие вот компании состояли минимум из семи человек. Обычно, эти семеро – лучшие друзья, естественно, у каждого из них есть знакомые, с которыми они хорошо общаются, их знакомят с остальными ребятами, и если контакт налаживается успешно, знакомые одного человека становятся друзьями остальных. Если же нет, то эти «знакомые» все равно входят в группу «неофициально». Так вот группы и расширятся. Это только первокурсники бывают зажатыми и необщительными, а ко второму курсу образовываются эти самые группы, новые знакомства, новые друзья. В общем, к четвертому курсы все друг друга знают. И не просто своих сверстников, а почти весь университет, благодаря таким вот группам.

Эльза и Люси, пусть и первокурсницы, но уже успели познакомиться со всей своей группой. Пусть, в «группу» они не вступали, да и не было как таковых, но общались хорошо практически со всеми. Ну, как общались, нейтральное такое отношение. Нет враждебности, но и дружбы тоже. Просто учатся вместе, «привет», «пока», «что задали» и тому подобные вопросы.

Дружба у Эльзы зарождалась с четырьмя парнями. С одним она была знакома в средней школе, с другим познакомились на лекции. Это было в самом-самом начале сентября, Люси тогда болела, и Эльза сдружилась с этим парнем, а в последствие и с его двумя друзьями. Эльза была для них «своим пацаном», простым другом, не больше того. Они не воспринимали ее как девушку, что ей нравилось. Эльза даже не краснела, как бы случилось с другими девушками, когда парни обсуждают какую-нибудь пошловатую тему. Она принимала активное участие в обсуждение всех тем, на которые ее друзья говорили в ее присутствие. А вот за похвалу, заслуженную, от кого бы то ни было, Эльза, сама не зная почему, краснела. Скарлет не хотела поддерживать ни с кем из них других отношений, общалась она с ними ради дружбы. Эльза вообще больше любила общаться с мальчиками, нежели чем с девочками. Еще со школы она как-то больше общалась, гуляла и дружила с одноклассниками, а на одноклассниц внимания не обращала. Ну, кроме Люси, разумеется. Эльзе было с ними проще. Найти общий язык, веселиться, с лучшими друзьями она всегда делилась некоторыми проблемами, если они были.

Люси же больше общалась с девчонками. Что в их группе, на первом курсе, что в школе. В ее бывшем классе у нее было много подруг. Ну, как, не лучших, конечно, но хороших подруг. С двумя девчонками она очень хорошо дружила, доверяла им разные тайны, не боясь, что те кому-нибудь расскажут. Конечно, самые сокровенные тайны она доверяла только Эльзе, но не из-за недоверия к другим подругам, просто не хотелось посвящать в такие серьезные и очень личные дела кого-то, кроме подруги детства. Конечно, Люси понимала, что это в какой-то степени не честно по отношению к ее двум другим подругам, ведь они-то ей все доверят, хотя может и не все, но даже если и так, Хартфалия не обижалась на это. Люси была очень веселой. Помимо лучшей подруги – Эльзы, хороших подруг – Лили и Майи, она общалась и с другими девчонками из своего и параллельного классов. С кем-то просто было интересно, а с кем-то весело. Конечно, были те, кто не общался с Люси, по разным причинам. Интересов общих нет, просто не нравится шумные и эмоциональные люди, или еще что, Люси не навязывалась. Такой вот позитивный, эмоциональный и добрый человек. Многие вообще удивлялись, как Люси может дружить с Эльзой. Они ведь такие разные. Наверное, в этом и причина.

Эльза, в отличие от Люси, не была такой эмоциональной, она все старалась держать в себе. За советом в решение проблем она редко обращалась к друзьям, да и к Люси в частности. Не потому, что не доверяла, просто такой человек. Однако, по Эльзе и не скажешь, что она замкнута. Она такой и не была. Строгая, серьезная, предусмотрительная, но веселая Эльза. Наверное, на формировании чувство юмора и позиции «позитивного оптимиста» (пусть и не во всех ситуациях) сложилось общение и дружба именно с Люси. Хартфалию Эльза часто сравнивала с лучиком солнца, и причина вовсе не во внешности, Люси одаривала Эльзу своим позитивом и светом еще с детского садика, пусть врожденные качества Эльзы, такие как строгость, серьезность практически во всем и жесткость, проявлялись в ней, но позитив, доброта и свет, подаренные Люси, так же присутствовали в характере девушки.

Люси, конечно, не была во всем идеальна, нет таких людей. Наряду с добротой и позитивом Хартфалии жила любовь к стебу, это, конечно, нормально для современного мира, но иногда в своих шутках она заходила слишком далеко. Никто на это естественно не обижался, но Эльзу это из себя выводило, хотя, Люси, в большинстве случаев этого и добивалась. Позлить подругу – куда ж без этого? Также, когда Хартфалию сильно разозлить, в ней просыпался терминатор, похуже узурпаторской натуры Эльзы, когда та в гневе. Однако этот терминатор просыпался только, когда Люси доведут до белого каления, а это случалось не так часто. Также Эльза называла Люси лентяйкой, хотя сама Хартфалия себя таковой не считала. Творческие люди, по ее мнению, должны жить в небольшом беспорядке. А она являлась именно творческой личностью. В университет пошла на архитектора. Эльза не обладала особым рвением к искусству, да и рисовать она особо не умела. Походила пару месяцев на курсы, чтобы в университет поступить и все. На архитектора Эльза пошла исключительно по той причине, что туда идет Люси. Нет, Скарлет не была одной из тех, кому плевать на свою будущую профессию, она просто посчитала архитектуру лучше занудной бухгалтерии или юриспруденции. А архитектор – это и интересно, и рядом лучшая подруга.

В университете все было как обычно. Светлые коридоры, освещаемые приятными лучами солнца, тепло, прохладный летний ветерок проветривал аудитории и прочие помещения, включая коридоры. Да, не смотря на то, что на дворе уже осень, было тепло. И это совершенно нормально, ведь только начало октября. Лето еще не успело уйти, поэтому приятный ветерок нельзя было назвать осенним. Хотя, на следующей неделе обещают изменение в погоде.

Вся эта светлая обстановка вызвала у Люси сонливость и лень. Напоминало любимое лето, время года – когда она могла ничего не делать. Ну, не считая заморочек с экзаменами и документами в университет. Быстро отогнав от себя подобные мысли, девушка вошла в аудиторию, вслед за бодренькой Эльзой.

В аудитории, на удивление Люси, было меньше народу, ни то, что обычно. Еще бы, сегодня ведь пятница, да и такая погода, что многим не охота торчать на нудных лекциях, и они просто прогуливают, в то время, как остальные лохи честные люди праведно слушают преподавателей на лекциях. Хартфалия не пошла бы сегодня в университет с пребольшим удовольствием, ведь сегодня их разозленные преподаватель решил провести внеплановый зачет, который, кстати, и стал второй причиной, по которой многих сегодня не было. Однако, Люси бы этого не позволили сделать. Во-первых – Эльза, которая была против прогулов, во-вторых – мама Люси – Лейла, которая бы непременно узнала о прогуле своей дочери и провела душещипательную беседу о том, что Люси такая безответственная и т.д. Ну и в-третьих – это совесть. Ну, пусть с последней можно было договориться, чего не скажешь о первых двух. Поэтому, тут без вариантов, никаких прогулов.

Плюхнувшись на стул со страдальческим выражением лица, Люси принялась повторять физику.

Эльза же, положив свою сумку на парту, за которой сидела Люси, разговаривала со своими друзьями. Они рассказывали ей что-то весьма смешное и позитивное, а она внимательно слушала.

Наконец прозвенел звонок, и все расселись по своим местам, однако шум в аудитории стих, но не прекратился. Сидящие рядом студенты продолжали переговариваться, однако делали это шепотом. Преподаватель так и не появился, а значит можно вести беседу. Вообще, такое случалось часто, преподаватели могли приходить на пять-десять минут позже звонка, это не редкость, некоторые задерживались по важным причинам, некоторые просто опаздывали, но чтобы опоздание длилось почти полчаса, такое было впервые. Кто-то поднял вопрос о том, не отменяли ли пару случаем? Но никто не слышал об этом, вчера изменений в расписании не было, а значит, сегодня должна быть физика, но Акане-сан почему-то не было. Если бы она заболела, их бы непременно предупредили. Но никто из администрации не появился. Студенты продолжали обсуждать между собой все, что только можно, а Люси пыталась запомнить формулы, сфотографированные ею на телефон вчера. Фотография была нужна, в качестве шпаргалки, однако Хартфалия, зная, какая Акане-сан строгая, пыталась все равно запомнить так ненавистные ею формулы.

В коридоре послышались шаги, и все студенты вновь расселись по своим местам, приковав внимание к двери. Однако, вопреки ожиданиям всех студентам, это была вовсе не Акане-сан, а Йоко – одна из первокурсниц. Она училась в группе с Люси и Эльзой на архитектора, однако все прекрасно понимали, что этой «звезде» место в театральном. Пусть она и была задавакой, напыщенной, а так же высокомерной девчонкой, но актерским мастерством она обладала просто превосходным. Сама Йоко мечтала быть актрисой, просто мать настояла, чтобы та поступила на архитектора. Йоко и поступила, но все еще мечтала о карьере актрисы.

Девушка была одета в красное обтягивающие платье чуть выше колен, что подчеркивало ее стройную фигуру, белый пиджак и такие же былые, на высоком каблуке, туфли. Ее светло-рыжие длинные кудри волос струились по спине и плечам, доходя до поясницы. Йоко была очень красива, но ее характер не всем нравился. Конечно, она была добра со своими подругами, помогала им, искренне поддерживала и переживала за них, но вот с остальными ее как будто подменяла жестокая и бездушная стерва.

- Привет всем! У меня для вас новость! – Слащаво начала она, – даже две. Первая – физики походу не будет, вторая – она сделала паузу, – мне дали роль в кино! – Радостно воскликнула она. Спустя некоторое время удивленной паузы, галдеж в аудитории продолжилась. Кто-то поздравлял Йоко, кто-то подшучивал, кому-то было плевать.

- Нашу звезду взяли наконец-то туда, где ей и место! – Картинно обрадовалась Эльза, – что хоть за роль?

- Роль серьезная, не главная, конечно, но не пустая, – искренне улыбалась Йоко. Казалось, она и не обратила внимания на язвительность Эльзы. Вообще, эта холодная война между Эльзой с Люси и Йоко завязалась с их знакомства. Йоко унизила Люси своими словами, та ей ответила, Эльза поддержала, и понеслась.

- Завидуешь? – Ухмыляясь, спросила Йоко.

- О, было бы чему, куда уж мне, простой смертной, до вас, о, превеликая актриса «Йоколина Джоли» – откровенно смеялась Эльза. «Йоколина Джоли» – это было для Йоко обиднее всего. Анжелина Джоли была ее идеалом, той, на кого нужно ровняться. И Йоко мечтала достигнуть тех же высот, что и она.

- И в правду, а ты чего молчишь, а, крашеная? – Обратилась Йоко к Люси.

- Я уже устала повторять, что это мой натуральный цвет, но если краска так уж сильно въелась тебе в мозг, повторю – это мой натуральный цвет. А сейчас, не мешай мне готовиться к зачету. – Не реагируя на язвительный тон Йоко, ответила Люси, даже не удостоив ту своим взглядом.

- Люсьена Хартфалия, Эльза Скарлет и Йоко Накагава! – Послышался грозный голос Акане-сан, которая возвращалась из больницы к своим студентам в надежде, что они не сбежали с пары, и застала этот цирк. – Что здесь происходит?

- Акане-сан, это Эльза начала, – Пожаловалась Йоко, на что Скарлет одарила ее взглядом, полным презрения.

- Меня не интересует, кто из вас начал! Эльза, к чему такая язвительность по отношению к Йоко? Ты же не такая, так и прекрати вести себя, как последняя стерва! Йоко, ты, как взрослый человек, могла бы не обращать внимания на провокацию со стороны Эльзы, Люси…

- А я-то тут причем? – Возразила Хартфалия.

- Не перебивай меня! – Еще больше разозлилась преподаватель физики. Её эти трое, а также их холодная война, бесили больше всего. Уж слишком много от них было шума, – все трое наказаны! Считайте, что зачет вы не сдали, пересдача сегодня, после того, как вы закончите свое наказание. Так как сегодня у вас должны быть две пары моего предмета, вы освобождаетесь и идете убирать библиотеку. А когда уберете, возвращаетесь сюда и сдаете мне зачет по теме, которую мы будем проходить сегодня. Меня не волнует, как вы будете к ней готовиться, в библиотеке есть учебники физики, так что вперед. Идите. – Властному тону Акане-сан не осмелился противится никто. Эльза, Люси и Йоко взяли свои вещи и поплелись в библиотеку, убирать завалы книг и расставлять их по полочкам в специальном порядке.

- Эльза, будь аккуратней, упасть ведь можешь, – глядя, как Скарлет забираясь по лестнице, дотягивается до самой верхней книжной полки, говорит обеспокоенная Люси, которая однажды сама навернулась вот так вот, по неосторожности.

Девушки находились между двумя длинными книжными шкафами, в самом конце библиотеки, куда их направила библиотекарша. Эта милая пожилая женщина сказала, что в качестве наказания, полученного от Акане-сан, Люси и Эльза будут наводить порядок на двух больших книжных шкафах в конце библиотеки, а Йоко на другом книжном шкафу, который находился на другом конце помещения библиотеки. Таким образом, каждой досталось по одному шкафу, наполненному пыльными книгами, лежащими, как попало.

Эльза протирала пыль на полках, а Люси на книгах, которые подавала ей Эльза. Однако так как сейчас Скарлет было опасно наклоняться, ведь она может потерять равновесие, передавать книги подруге становилось невозможным, если только бросать, поэтому приходилось самой их протирать. Люси же, достав учебник физики из своей сумки, начала зачитывать тему, которую они должны были проходить сегодня. Учебник девушка взяла в библиотеке, так как многого не понимала со слов Акане-сан.

Эльза внимательно вслушивалась в слова подруги, ведь ей совершенно не хотелось провалить зачет. Однако повышенное внимание к физике Скарлет длилось недолго. Эльза наткнулась на книгу, непохожую на другие. Она была чуть больше в размерах, толстая, в старинном переплете. Обложка была потрепанной, видно, этой книге больше двухсот лет, что удивило Эльзу, никогда еще Скарлет не встречала таких старых книг. На обложке виднелся выцветший непонятный рисунок, а страницы пожелтели от нещадного времени.

Отложив тряпку в сторонку, Эльза взяла книгу, и спустилась вниз. Люси удивленно посмотрела на нее, не могла же она так быстро закончить.

- Люси, смотри, какая старая книга, – показала Эльза. Хартфалию удивил вид этой вещи, что такая старая и потрепанная книга делает здесь?

- Она не похожа, на другие. Интересно, какого года эта книга, – поинтересовалась Люси, присаживаясь на пол, рядом с Эльзой.

Положив книгу на пол, Эльза аккуратно ее открыла. На титульном листе, что удивило девушек, не было года выпуска и названия издательства. Там даже автора не было. Первая страница содержала непонятные символы, не похожие на родной английский язык*. Страница была датирована 1586 годом, что заставило испытать Эльзу и Люси новую волну удивления. Получается, эта книга, а точнее чей-то дневник, был начат в конце шестнадцатого века. Тогда получается, ему более четырехсот лет**!

Страницы книги были исписаны в ручную непонятными символами, плюс практически каждая третья страницы датировались определенным днем и годом, а значит можно смело сделать вывод, что это именно чей-то дневник.

- Это руны? – Спросила Эльза, интересуясь, на каком же языке написан дневник.

- В основном латынь, но некоторые рунические слова и даже предложения здесь присутствуют – ответила Люси, – мама учила меня латыни, а, так же, руническому языку. Я не очень хорошо ее слушала, поэтому большую часть, наверное, не смогу перевести. – Пояснила Люси.

- А прочесть сможешь?

- Да, правда, не ручаюсь за правильное чтение. – Улыбнулась Люси, листая страницы. Даты следовали одна за другой, а вот год сменился лишь через сорок страниц.

Люси перелистнула еще пятьдесят страниц, оказавшись на странице, датированной 1589 годом. Почерк на этой странице показался ей разборчивее, чем на предыдущих, хотя это был один и тот же почерк.

- Тааак, тут говорится о предстоящем переезде… а, нет, переезд уже состоялся. Человек, которому принадлежит этот дневник, явно девушка, она пишет о своих переживаниях на счет… кажется, на счет подруги. А так же свои переживаниях, – Люси перелистнула страницу, затем еще одну, и еще. Остановившись на декабре этого же года, девушка зачитала вслух свой перевод на английский – Я обеспокоена чувствами, которые испытываю к одному из инквизиторов нашей страны, еще больше меня волнует, что он испытывает ко мне. Так же я пекусь о своей дорогой подруге. У нее завязался роман с… – Люси на минуту остановилась, пытаясь припомнить, что означает слово, написанное на листе. Поняв, что не помнит его значения на английском, девушка начала переводить дальше, – в общем, роман с инквизитором. Сегодня моя подруга призналась мне. Какая-то новость, не могу разобрать, что написано, – Люси перешла на другой абзац, – моя подруга вступила с ним в… какую-то связь. – Люси просмотрела последующие абзацы глазами, пытаясь понять, что за связь, – насколько я поняла, подруга этой девушки, от лица которой я читаю, вступила в половую связь с инквизитором.

- Ууу, наверное, чересчур честная была девушка, ведь инквизиторы во всех видели еретиков и ведьм, – хмыкнула Эльза. Люси кивнула. Она прекрасно знала из курса истории, что каждого второго жителя Фиора в средневековье обвиняли в колдовстве. А тут сам инквизитор, и девушка. Как только он ее не заподозрил? Хотя, может она была из знатной семьи?

Люси перелистнула еще сорок, или пятьдесят листов, попадая на апрель 1590 года.

- Я испытала приятное и… чудесное чувство, – переводить слова было трудно, поэтому Люси требовалось время, чтобы перевести слова правильно, сформулировав их в понятные предложения, – Джудо любит меня, как девушку, и я люблю его. Моя любимая подруга вышла замуж за инквизитора. А сегодня она удивила меня новостью. Снова что-то непонятное, – Люси пробежалась по предложениям и, наткнувшись на то, что могла перевести, зачитала – она ждет ребенка.

Люси перелистнула еще несколько страниц, оказавшись на последней странице книги. 1590 год. Декабрь.

- Последние события были просто ужасны. – Переводила Люси. Хартфалия замолчала на несколько минут, видимо, обдумывая, как лучше сформулировать перевод прочитанного предложения. Некоторые слова были ей не ясны и незнакомы, но по смыслу самого контекста можно было догадаться, о чем идет речь – Джудо обвинил меня и мою подругу в черной магии, содействии с дьяволом и отказался принять нашего ребенка. Завтра представители Святой инквизиции придут за мной, и моей бедной подругой, которая недавно родила замечательную, здоровую дочь. Они отправят нас на суд. Но у меня есть план, относительно нашего побега. Буду молиться, чтобы все получилось. – Закончила Люси.

- Эти инквизиторы обвинили своих жен в колдовстве и отказались от детей? – Сухо спросила Эльза.

- Жестокие были времена. Эльза, тут, на форзаце есть надпись из рун. – Указала Люси на надпись.

- Перевести сможешь? – поинтересовалась Эльза.

- Нет, я знаю только, как это читается. – Ответила Люси и начала читать.

Ее произношение было четким, Люси старалась выговаривать каждое слово правильно, но это занимало некоторое время, поэтому читала она медленно. Дойдя до конца, Люси поёжилась от внезапно снизившейся температуры. За окном сверкнула молния, прогремел гром, хотя погода была замечательной, не предвещающей грозы. Резко потемнело, а Эльза и Люси начали терять сознание, проваливаясь в темноту. Они не ощутили под собой пола, как будто падали в небытие.

*Судя по тому, что Люси писала письма матери на английском языке в аниме, и вывески на всяких забегаловках так же были на английском, я сделала вывод, что для всех них родной язык английский.

** В самом деле, если посчитать, получится 427 года. Это ненамного больше четырехсот, поэтому я округлила.

====== Глава 3. Знакомство с захолустными улочками, проспектом «Жасмин», странной старушкой, а так же памяткой «как выбраться из леса, если не помнишь, откуда пришел» ======

Солнце зашло за горизонт, уступая время ночной темноте и тишине. Казалось, Магнолия обрела приятный ночной покой, ведь на улицах и проспектах никого не было. Можно было подумать, будто весь город уснул, однако такое мнение ошибочно, ведь, как в любых городах, в Магнолии есть увеселительные заведения, обитатели и посетители которых ведут разгульную жизнь. Конечно, сейчас там было не так людно, как днем.

Если присмотреться получше, так же можно разглядеть свет в окне гостиниц, управляющие которых еще не закончили работу.

А в самые захолустные улочки тишина и темнота пробрались еще раньше. Там и днем было не особо людно и тихо, а ночью и вовсе, атмосфера, как на кладбище. Жуткая и пугающая. А если еще и послушать рассказы о всяких злых духах и ведьмах, так и вовсе в обморок можно свалиться. После таких вот историй, в которых ведьмы околдовывали бедных людей, заблудившихся в темных переулках, и дьявола, который забирал душу, утаскивая в Ад, любой неожиданный шорох мог почудиться в тишине и темноте жутчайшей опасностью, хотя реальной причиной этого шороха являлось какое-нибудь животное, пробежавшее мимо. Людям не приходило в голову, что они могут заблуждаться в своих убеждениях, для них все эти сказочные персонажи и истории были реальностью. Науки, например физика, которая могла объяснить глупым людям, что летать на метле и превращаться в кошек, вступать в сношения с дьяволом и тем самым получать от него силу – это все бред, только начинала свою деятельность. Именно поэтому доводы священников были построены на суеверии.

Реальная магия существовала, но ее владельцы не выдавали себя ничем. Они не устраивали шабашей, в которых обвиняли многих невинных людей, и уж тем более не вступали в сношение с дьяволом, чтобы получить от него силу. Ведь свои способности настоящие маги получали от рождения, и никак иначе. А стать ведьмой или магом в течение жизни – невозможно. Соответственно, байки о шабашах и дьяволах, вышедших из ада, были не больше, чем простой глупостью суеверия, но кому это объяснишь? Люди свято верили, во что хотели. А то, что их вера основана по большей мере на предрассудках, их не волновало.

Настоящие могущественные ведьмы и колдуны всю свою жизни были вынуждены прятаться, скрывать свои способности, хотя во многом могли помочь этим людям. Однако так устроено человечество, мы боимся и ненавидим тех, кто не похож на нас. А многие люди ненавидят тех, кто лучше их. Вот почему из ста процентов отправленного на казнь количества людей, реальных колдунов и ведьм от силы было процента три. Остальные девяносто семь – это люди, отличившиеся своей успешностью, своей красотой, своими знаниями, своей благополучностью и другими качествами, побеспокоившими и вызвавшими зависть у своих соседей.

Беспросветная темень окутала и леса, находившиеся рядом с городом. В лес вообще не отваживались заходить далеко и поодиночке, так как боялись. А в темноту о прогулке по лесу не могло идти и речи. Магнолия была не так хороша собой, как столица «Эра». Красив и современно построен был центр. Центральный проспект, церкви, улицы. Улочки, находившиеся на периферии города, медленно сливались с лесом, в который можно было попасть, пройдя от самого последнего дома несколько метров. Эти улочки, за их разваливающийся и убогий вид, прозвали захолустными.

В лесу царила тишина, и лишь стрекотание кузнечиков, а так же глухое пение филина, нарушало тишину, но в этом была скрыта своя магия леса.

Внезапно лес озарила яркая белая вспышка, которая исчезла так же быстро, как и появилась. Столб света, появившейся вслед за вспышкой, был настолько ярким и высоким, что можно было наблюдать его в городе. В свечении начали образовываться какие-то силуэты, приобретающие человеческие фигуры. Они становились все четче и четче, так, что можно было даже различить пол этих фигур. По очертанию, это явно были женщины.

Столб света исчез вслед за вспышкой внезапно. Вскоре все стихло. Тьма и тишина поглотили лес вновь, вот только теперь тишина была нарушена движением этих самых фигур на земле.

- Эльза? – Подала голос первая девушка, лежащая на траве.

- Да, – ответила ей вторая, лежащая рядом.

- Что произошло? – Поинтересовалась первая девушка.

- Не знаю. – Тихий ответ.

- Мы были в библиотеке, я закончила читать, похолодало, прогремел гром, потемнело и пуф, мы здесь. – Выговорила первая.

- Где, здесь? – Спросила Эльза.

- И правда, где… – первая девушка приподнялась, и попыталась адаптировать зрение в темноте. Очень скоро ей это удалось. Повсюду деревья, трава, кузнечики, которые вновь шумели, филины и совы, которые вновь наблюдали на всем происходящим, издавая немного пугающие глухие звуки, светлячки, летающие по поляне и полная луна в небе.

- Кажется, мы в лесу. – Констатировала факт Люси.

- Что мы тут делаем? – Не понимала, а может еще не отошла от шока, Эльза, – минуту назад мы были в библиотеке, отбывали наказание, а теперь в лесу. И почему-то здесь ночь, хотя минуту назад было утро.

- Эльза, – позвала подругу Люси, – мы хрен знает где, черт подери! Что нам делать?! Куда мы попали?! И самое главное, как?! Эльза, мне страшно!

- Заткнись, Люси! Мы просто каким-то непонятным способом оказались в лесу, но я уверенна этому есть разумное объяснение. Помнишь, мы смотрели передачу про запрещенные эксперименты в Америке о перемещении людей в пространстве? – Спросила Эльза.

- Ты думаешь, нас перенесло сюда таким же путем? – Спросила Люси. Эльза кивнула, – но ты же помнишь, что все эти эксперименты закончились неудачно, поэтому и были отменены? – Продолжила Хартфалия, Эльза вновь кивнула, – в таком случае, почему мы все еще живы?

- Не знаю Люси, давай лучше найдем дорогу в город, а после пойдем в полицию и все расскажем.

- А ты знаешь, как выбраться из леса?

- Припоминаю что-то такое из школьного курса ОБЖ, но точно не помню.

- И это у тебя еще пятерка в аттестате по ОБЖ стоит. За что, любопытно.

- Так, знаешь что, в одиннадцатом классе мы этого не повторяли. У нас, если помнишь, была строевая подготовка, сборка и разбор оружия, а так же пагубное влияние вредных химических веществ, содержащихся в алкоголе, никотине и наркотиках, на организм человека. И первая медицинская помощь пострадавшим от чего либо.

- Ладно, нужно придумать, как отсюда выбраться. По-моему, нужно ориентироваться по самой верхней звезде в ковше малой медведицы. Можно, кстати, еще по часам определить, где север. – Припоминая курс ОБЖ, начала Люси.

- У тебя часы есть?

- Только в телефоне, – и в доказательство своих слов, Люси вытащила из кармана белых брюк телефон.

- У меня тоже нет. А ты можешь набрать в интернете, куда указывает эта самая звезда на ковше малой медведицы? – Поинтересовалась Эльза. Люси, подумав, что это очень даже не плохая идея, открыла вкладку «Google», но не смогла воспользоваться интернетом.

- Ничего не понимаю, деньги у меня на телефоне есть, почему он выдает ошибку сети? И связи нет.

- Оно и понятно, мы ведь в лесу.

- Что теперь делать, Эльза?

- Не знаю. – Вдохнула Скарлет.

- Эй вы! – Послышался посторонний женский голос позади Эльзы, от чего обе девушка подпрыгнули на месте от страха и неожиданности.

- Вы кто? – Обернулась на голос Эльза.

- Это вы кто? Так орете, вас, наверное, вся Магнолия слышит. А вы часом, не шабаш тут устраиваете? А ну признавайтесь! – На освещенную лунным светом поляну, вышла старушка в коричневом старом платье, кутаясь в шаль.

- Шабаш? – Удивилась Люси.

- Точно ведьмы! Не иначе! – Воскликнула старуха.

- Кто?! – Удивились Эльза и Люси одновременно.

- Ведьмы! А иначе что вы тут забыли в такое время суток?! Приличным дамам положено быть дома! С детьми!

- Вообще-то… – Люси уже хотела объяснить причину того, как они здесь очутились, но ее остановила Эльза.

- А сами-то вы чего тут забыли? Раз «приличным» – выделив это слово, Скарлет продолжила, – дамам положено быть дома, что вы делаете в лесу? – Нахально спросила Эльза.

- Какая нахалка! Я живу тут, в лесу.

- Жители Магнолии вас выгнали из-за скверности характера? – Продолжала Эльза.

- Да как ты смеешь?! – Возмутилась старуха.

- Эльза, прекрати. – Ровный тон Люси быстро охладил горячий пыл Эльзы, заставив ту остыть и умолкнуть.

- Прошу прощения, моя подруга просто вспыльчива, – на этих словах Эльза уже хотела возмутиться, но тот взгляд, которым одарила ее Люси, заставил ее, все же, промолчать, – у нас нет детей, и мы просто заблудились в лесу. Не подскажете, как выйти обратно в город? – Вежливо поинтересовалась Люси.

- Магнолия в той стороне – старуха указала на север, куда и светила полярная звезда, находившаяся на самом конце ручки созвездия малого ковша (оно же созвездие малой медведицы). – А чего это вы так развратно одеты? И чего в таком виде делаете в лесу? Заблудились, говорите, ага, как же, нет, ну точно ведьмы! В таком откровенном виде, да еще и в лесу!

- Откровенном виде? – Теперь пришла очередь возмущаться Люси, которая тут же утратила всю интеллигенцию и вежливость, с которой разговаривала минуту назад, – ничего подобного! С каких пор джинсы считаются откровенным видом? Вы в каком веке вообще живете?! Совсем уже из ума выжили?! Шабаш какой-то придумали, ведьмы, что за бред?! Там, говорите Магнолия, спасибо большое, пошли, Эльза, – взяв подругу за руку, Люси буквально потащила ее мимо старухи в ту сторону, где была Магнолия. Старуха продолжала возмущаться, правда, уже себе под нос, говоря о совсем обнаглевших и распутных девках, которые ходят в не пойми чем, и еще смеют пререкаться. «Да как им вообще не стыдно в таком виде щеголять по улицам?!» продолжала возмущаться она, срывая какие-то травы.

Люси решительно шагала по направлению к Магнолии с Эльзой под руку. Скарлет, обдумывающая все, что только что произошло, не торопилась высвобождать руку из хватки подруги. Но, после первого же препятствия на пути в виде ветки, о которую Эльза запнулась, Скарлет поспешила освободить свою руку из плена Люси, и сама продолжила идти.

- Сумасшедшая старушка, скорей всего полжизни прожила в лесу, вот и рассудок потеряла. – Сделала умозаключение Люси, – ведьмы какие-то, шабаш.

- Вполне вероятно, что так и есть. – Согласилась с подругой Эльза, – Люси, я вижу очертание города, – улыбнулась Скарлет, разглядывающая виднеющийся сквозь деревья и кусты родной город.

- Я тоже, скорей бы на трассу выйти, поймать такси и уехать домой. Меня все еще смущает, каким образом мы вообще переместились в пространстве.

- Люси, это все запрещенные технологии.

- Эльза, мы были в библиотеке, а не в лаборатории. Как мы переместились без специального оборудования?

- Инопланетяне?

- Эльза! Ирония в данном случае неуместна!

- Ладно, у меня есть одна догадка, но раз уж существование инопланетных форм жизни кажется тебе абсурдом, то моя версия происходящего покажется тебе и вовсе идиотизмом.

- Говори.

- Одежда этой старухи, шабаш, о котором она говорила, назвала нас ведьмами и сказала, что мы неприлично одеты, хотя в нашей одежде нет ничего неприличного, все это навело меня на странные мысли. А когда ты спросила, в каком веке она живет, навело меня на мысль, что мы переместились во времени непросто на несколько часов, а возможно, на несколько лет назад.

- Что за ерунда, Эльза? Такого не бывает!

- Как тогда ты объяснишь то, где мы сейчас находимся?! А самое главное, когда?

- Я не знаю, но на несколько лет назад не возможно! Перемещения во времени – это фантастика!

- Фантастика, но как тогда все это объяснить?

- Говорю же, не знаю! Но сейчас я тебе докажу, что мы в нашем времени! Мы почти пришли, скоро выйдем на трассу, а эта старуха просто сумасшедшая.

- Я на это надеюсь.

Однако надежды Эльзы успехом не увенчались. Девушки вышли из леса и застыли с ничего не понимающими лицами. Не было трассы, дороги вообще не было! Не было машин! А в нескольких метрах стояли хилые домики, по-видимому, ведущие в город. Причем, выглядели они не совсем так, как полагается выглядеть домам современной Магнолии. А самое главное, не было высоких, многоэтажных домов, свет не горел! Такое ощущение, что они попали в деревню.

Отойдя понемногу от шока, Люси все же вдохнула поглубже и произнесла хрипловатым голосом:

- Как?

- Как мы переместились во времени, или как оказались в деревне?

- Как? – Еще раз повторила Люси, но на этот раз более уверенно, – мы же были в библиотеке, читали книгу…

- Книгу.- Подтвердила Эльза, понимая, что до Люси начинает медленно доходить ее догадка.

- Хочешь сказать, что та последняя надпись на форзаце, написанная руническим языком, перенесла нас во времени? – Не верящее произнесла Люси.

- Дневник был датирован концом шестнадцатого века, так что можно предположить, что та надпись являлась своего рода заклинанием.

- Ты же приверженец науки, разве нет?

- Да, но как еще можно объяснить то, что мы переместились во времени?

- Да, но это все так… неправдоподобно.

- Идем, – Эльза двинулась вперед, к домикам и улочкам, – нужно определить время, в которое мы попали, а потом сопоставить наши шансы на проживание здесь и реальную историю. А так же продумать план нашего возвращения в свое время. Ты хорошо знаешь историю Фиора?

- Ты же знаешь, что да, – устало ответила Люси, направляясь вслед за Эльзой. В памяти начали всплывать те ужасные события, когда она готовилась к экзамену по истории. Люси тогда перечитала столько книг по истории, что ей теперь хватит на всю оставшуюся жизнь. Хоть где-то ее знания пригодились.

Люси и Эльза тихо шагали по захолустным улочкам, пытаясь слиться с тенями, которые отбрасывали дома в свете луны. Опасаясь попасться кому-нибудь на глаза, они передвигались почти бесшумно, прислушиваясь к тишине. Где-то слышалось приглушенная ругань, кажется, кто-то кого-то отчитывал. Скорей всего это было в другой половине дома, окно которой выходило на другую улочку. Света в окнах, что выходили на переулок, по которому передвигались Эльза и Люси, не горел. Это придавало девушкам долю спокойствия.

Так они, постепенно, вышли на главную улицу. Люси все сильнее убеждалась в словах Эльзы, а Скарлет молчала. В глубине души у Люси все же была надежда на то, что ее подруга ошиблась, и они на самом деле не в прошлом, однако отсутствие полноценной ночной жизни Магнолии, многоэтажек, а самое главное – людей на улицах, заставляло Хартфалию убеждаться в противоположном. Обустройство улиц показывало Люси, что они скорей всего где-то в семнадцатом веке, ну, или в конце шестнадцатого. Хартфалия пыталась сосредоточиться на вспоминании важных событий, которые произошли в это время. Революция в Англии 22 августа 1642 – 3 сентября 1651, но это Англия, а нужно думать про Фиор. Люси вновь попыталась сконцентрироваться, и вспомнила о революции в Фиоре, которая произошла чуть позже Английской. Еще 17 век славился в Фиоре, как век жестокости, время господства католической* церкви, массовых предрассудков, и т.д. Пару конфликтов с Османской империей, затевавшаяся с ними, но так и не состоявшаяся война, война с французами в конце семнадцатого века, оспа, сифилис и вспышка чумы в 1654-1655 годах.**

Главный проспект, где оказались девушки, причудливо назывался «Жасмин» Люси, вспомнив, почему его так назвали, поспешила пояснить, что во второй половине шестнадцатого века на этом проспекте был знаменитый на всю Магнолию цветочный магазин, который так и назывался «Жасмин», в честь него и назвали проспект, однако, в 1581 году магазин закрыли, а проспект остался «Жасмином».

- Ну, и куда дальше? – Поинтересовалась Люси.

- Может, в университет пойдем?

- Не думаю, что это хорошая идея. Не стоит забывать, что постройка университета этого времени отличается от нашего. Вряд ли мы сможем там прятаться.

- Тогда, куда пойдем? – Поинтересовалась Эльза.

- В гостиницу.

- Думаешь, нам разрешат переночевать одну ночь?

- Надеюсь на это, в противном случае придется ночевать в лесу.

- Хорошо, пошли искать гостиницу. А заодно подумай над нашей историей, которую мы расскажем в гостинице, чтобы нас все-таки впустили. – Скомандовала Эльза.

- Эй, а почему я?

- Ты же у нас писатель.

- Эльза…

Скарлет не слушала «лестные» выражения в свой адрес, сосредоточившись на поиске гостиницы. А Люси начала придумывать душещипательную легенду их появления в городе, чтобы им разрешили переночевать в гостинице.

*Извините, не запомнила название веры, о котором говорилось в аниме. Горичка, вроде бы. Но так как я понятия не имею, что это вообще собой представляет, то решила, все же, написать про католицизм. Православие было в России, протестантизм распространился в Англии с приходом к власти Эдуарда Vl, однако до него и после был католицизм, но большинство стран Европы, наравне с Ватиканом, исповедовали католицизм.

Все даты, все события в Фиоре, о которых говорится, я, естественно, выдумала. Нужно же придать красочности истории, правильно? Кстати, если речь в какой-нибудь главе зайдет о болезнях, я поясню что это за болезнь, откуда взялась, и что поражала. Если вам, дорогие читатели, будет что-то непонятно (ну, у меня так бывает, события, которые я не всегда объясняю) спрашиваете в комментариях, поясню.

====== Глава 4. Знакомство с Каной. ======

Дорогие мои читатели, спасибо за те замечательные отзывы к предыдущей третей главе, которых вы не оставили!

Оставляйте, пожалуйста, отзывы, чтобы я знала, что стараюсь не только для себя, но и для вас.

Заранее, спасибо и с наступающим Новым годом вас! Желаю удачно и весело отметить этот праздник в кругу близких вам людей, семьей, друзьями, главное, чтобы было весело!

Ночь – это самое загадочное время суток. Ведь ночью может привидеться что угодно, все зависит от фантазии. Ночью можно наслаждаться тишиной и любоваться звездами. Помимо великолепной ночной красоты, есть множество других критериев, делающих ночь волшебной. На первом месте это, конечно, сны. Людям может присниться все, что угодно, от выдуманных миров, невозможных приключений, жизненных ситуаций, до кошмаров. Детям, да и взрослым, часто сняться дурные сны. В основном это связано с психикой. На подсознательном уровне все наши страхи оживают во сне, выдавая себя за реальность, а проснувшись в холодном поту, мы судорожно дышим. Пытаясь себя успокоить, что это просто сон и не более того. Однако, есть и такие люди, которые видят кошмары в более четком и реалистичном плане, нежели обычные люди. И это не просто сны, это видения. Примером может служить дар Леви МакГарден, который для нее являлся проклятием. Леви не могла сама вызывать видения, однако были и те, кто мог. МакГарден при всем своем желании не сможет научиться предсказывать будущее по своему желанию, если ей этого не дано.

Леви дан дар видеть будущее и прошлое в независимости от того, хочет она или нет, и она не может это прекратить по своему желанию, а даже если способ избавиться от дара существует, она не знала, как. Мира рассказывала ей об одной девушке, с которой раньше была знакома, и про ее дар гадания. Штраус старшая не помнила ее имени, а может быть она его и не называла, но суть в том, что та, на то-время, еще девочка могла предсказывать будущее по своему желанию, с помощью карт. Однако эта девочка надолго в гостинице не задержалась. Побыла всего день и уехала. Мира смутно помнила ее внешность, но увидев ее где-нибудь, не сомневалась, что узнает. Леви она описывала гадалку красивой скромной девочкой, с добрыми и блестящими глазами. МакГарден мечтала встретить ее, расспросить, не знает ли она, как ей, Леви, избавиться от своего дара-проклятья. И хоть Мира не раз пробовала убедить Леви в том, что ее способности вовсе не проклятье, а наоборот – великий дар, та все равно настаивала на своем.

Предсказывать будущее на картах Кана умела еще с детства. Пока отец занимается своими какими-то делами, а дел у него было много, ведь по положению в обществе он был не последним человеком, наоборот – графом, его дочь вместе с матерью осваивала основы гадания на картах. Разумеется, Гилдартс – отец Каны – ничего об этом не знал. Корнелия – мать Каны – была гадалкой. Образы, возникающие при гадании, она видела расплывчато, но понимала и могла их расшифровать. Кане же повезло больше. Девочка видела четкие образы и без труда их понимала. Так она и предсказала смерть матери однажды. Кана увидела, что Корнелия должна умереть от болезни и поспешила рассказать об этом отцу. Тогда пришлось рассказать всю правду о их с мамой небольшом секрете. Гилдратс разозлился, но его сильные чувства к жене пересилили гнев, и он поспешил показать ее доктору. Не обнаружив никаких болезненных симптомов, он обрадовался, что пока его жене ничего не угрожает и запретил выходить за пределы поместья.

Два года прошли без происшествий. Кана с отцом побывала в Магнолии, а Корнелия ждала их возвращения. Все было замечательно. Никаких болезней, ничего не предвещало беды. В гостинице, где Кана познакомилась с одной девочкой примерно ее возраста, она так и не решилась попробовать погадать еще раз. По возвращению в Эру, они узнали, что Корнелия была убита какими-то бандитами из-за денег. Она вышла из дома, нарушив приказ мужа, просто прогуляться по городу, полюбоваться им, но задержалась. Корнелия решила сократить путь и в пустынном переулке на нее напали. Мужчине нужны были деньги, он был чем-то напуган и угрожал ей. У Корнелии не было с собой денег, она вышла прогуляться, не планируя что-либо покупать, мужчина на такой ответ разозлился и воткнул ей в живот нож, назвав при этом лгуньей. Он испугался и не двигался, прибывая в шоковом состоянии. Затем, обыскал ее, судорожно повторяя одну и ту же фразу, как молитву «простите, умоляю, ведь мне грозит смерть», и понял, что она вовсе не врала ему. Мужчина засуетился, его охватила паника, а вина за содеянное еще больше стала терзать его, и он закричал во все горло «помогите, женщина умирает!», а затем убежал, забыв вытащить нож. Случайные зеваки, и дворцовая стража, дежурившая на улицах столицы Фиора, засуетилась, прибежав на голос. Стражник отнес ее к доктору, но было уже поздно. Корнелия скончалась от потери крови в кабинете врача, который ничего не мог сделать.

Кана винила себя в этом. Ведь если она решилась погадать тогда на картах, в гостинице, она рассказала бы обо всем отцу, и они вместе помчались обратно, в Эру. Не дали бы Корнелии покинуть дом и она была бы жива. С тех пор Кана предсказывает будущее отца каждый день, чтобы не потерять и его. И только, когда она убедится в том, что отцу ничего не угрожает, Кана ложится спать.

Она знала о том, что бывают предсказательницы, которые могут видеть прошлое и будущие, не зависимо от их желания. Просто если что-то должно случиться с их близкими или что-то глобальное с городом, они видят это. Видят и могут исправить, черт побери! А Кана не может! Из-за ее трусости, она не увидела смерть матери и потеряла ее. Если бы у нее был дар провидицы, она увидела бы смерть мамы во сне и ни за что не дала бы этому случиться.

Комнату юной графини освещала одинокая свеча, стоящая на прикроватной тумбочке, заполняя комнату тусклым светом. Кана сидела на кровати с закрытыми глазами, сконцентрировавшись на гадании. Перед ней были разложены карты в строго определенном порядке. Длинные каштановые волосы струились волнами по спине, открывая миловидное личико худенькой девушки. Внезапно выражение лица с сосредоточенного сменилось гримасой ужаса и волнения. Кана слезла с постели и начала быстро одеваться в походную одежду, сшитую на заказ. Никакого платья и юбки, удобные широкие штаны, рубашка, поверх жилет, плотно прилегающий к ее талии и груди, и сапоги, подчеркивающие две тоненькие голени. Брюки были коричневого цвета, сапоги и жилет темно-зеленого. Рубашка была белой, но плотной, не просвечивающий на ее руках и шее. Завязав волосы в небрежный хвост, Кана буквально вылетела из своей комнаты, не забыв потушить свечу. Она все никак не могла забыть пожар, который видела. Магнолия горела, верней, главная площадь. Она видела, как в огне горели две девушки. Этих же девушек она видела в гостинице, в которой была накануне смерти матери. У Каны было предчувствие, что они связанны с пожаром, который она видела. Погода была осеняя, это случится через пару месяцев нужно всех предупредить. И этих девушек тоже. Кана не позволит, чтобы еще кто-нибудь умер из-за ее трусости. Девушка стремительно спустилась на первый этаж и выбежала из дома. Позади она слышала обеспокоенный голос няни, которая твердила что-то, на подобии «куда же это госпожа вы направились, на ночь глядя?! Вот случится с вами что-нибудь, прости Господи, тогда будите знать!»

Прокричав ей, чтобы не волновалась о ее внезапном отъезде в Магнолию, Кана вскочила на лошадь и уже собиралась тронуться, как ее остановила все та же пожилая женщина.

- Госпожа, куда же вы без вещей-то?! Без денег?! – Взволнованно, держась при этом за сердце, пролепетала полноватая женщина.

- Магнолия всего в паре километров от нас, я быстро вернусь. – Ответила Кана.

- Госпожа, ради Бога, даже если дело не терпит отлагательств, подождите, пока я принесу вам флягу с водой, немного еды и денег на дорогу, а то и вовсе, идите спать, а завтра с утра я велю подать для вас карету, и поедите.

- Да не волнуйся! – Приободряющее, с улыбкой на лице, сказала Кана, – все со мной хорошо будет! Принеси мне флягу с водой и деньги. Чтобы на гостиницу хватило и еду.

- А как же господин?

- Он ничего не узнает. Отец приезжает через неделю, а меня не будет всего пять дней. Вот увидишь, я быстро вернусь. – Все так же улыбалась Кана.

- Моя госпожа, мне страшно отпускать вас одну.

- Ну, перестань! – Воскликнула Кана, – принеси мне то, что я попросила, и я поеду. Чем скорее от сюда уеду, тем скорее вернусь. Иди. – Командным тоном заявила она. Мелисе ничего не оставалось делать, кроме как подчиниться. Кана унаследовала от своей матери немного вспыльчивый характер. После смерти Корнелии, спокойствие и застенчивость как ветром сдуло. Кана перестала стесняться высказывать свое мнение и отстаивать его, выпивала так, как не подобает леди, да она и не была леди. Ездила на охоту с отцом, не любила платья. Носила их без корсета, фигура это позволяла, не надевала гнусные, как она считала, чулки, а волосы оставляла распущенными. Кане исполнилось восемнадцать месяц назад, в июле. Но выходить замуж она не торопилась, хотя ее отец уже строил планы относительно будущего своей дочери.

Пока Мелиса собирала походную сумку для своей госпожи, Кана достала из внутреннего кармана жилета фляжку со спиртным и сделала глоток, а затем убрала ее на прежнее место. Мелиса вообще не должна об этом знать, слава богу, что еще не начала упреки по поводу одежды Каны, «дамам ведь негоже ходить в мужских брюках!» припомнились ее слова девушке. На ее лице сразу же показалась улыбка. Да, ее няня ворчливая, чересчур правильная, но Кана любит ее. Ведь Мелиса в свое время пыталась заменить ей мать. Заботилась о ней, давала вечные советы, хоть Кане это и не нравилось. Они настолько сблизились, что не могли ужиться друг без друга.

Вскоре Мелиса выбежала с походной сумкой и отдала ее своей госпоже. Та, поблагодарив няню за все, тронулась в путь. Лошадь скакала быстро, поэтому Кана была уверенна, что доедет до города к утру. Сейчас она не могла думать ни о чем другом, кроме как о том, что нужно предупредить всех в той гостинице. Кана знала их секрет, эта гостиница – приют для ведьм и колдунов, вернее, для несчастных детей и взрослых, одаренных необычными способностями. Они – изгой в обществе, приспешники дьявола, которых нужно сжечь. Кана этого не поддерживала. Возможно от того, что сама обладала необычными способностями, а может быть от того, что считала суеверие церкви, ни на чем не основанное, несусветной глупостью. Люди верят в «сношения с дьяволом» так называемых «ведьм» ну это же глупо! Люди, обладающие сверхъестественными способностями, получают свою силу от рождения, не как иначе. Интересно, чтобы она думала, родись без способностей гадалки? Если бы мама не умерла? Поменялось бы у нее отношение к суеверным горожанам, священнослужителям и инквизиторам? К инквизиторам в особенности, Кана их ненавидела. Кто знает? Кана была рада тому, что у нее есть ее способности, ибо быть суеверной дурой, верующей во все, в чем обвиняют инквизиторы бедных людей, она не хотела.

Солнце еще не было видно, однако уже немного посветлело. Сумерки. Скоро покажутся первые лучи солнца, и ранее утро будет радовать Магнолию и всех ее жителей. Город медленно проснется и возобновит свою деятельность, а сейчас можно было наслаждаться тишиной, в предвкушении утра.

Прохладный ветерок трепал светлые волосы Люси, которая спала, облокотившись на Эльзу. Сама Эльза пыталась не заснуть, но у нее не получилось, поэтому к трем часам ночи обе девушки спали. Посчитав, что искать гостиницу лучше утром, а не ночью, подруги решили переночевать в парке, рядом с мостиком через небольшую, речку. Поставив будильник на семь утра, Люси быстро заснула. Спала Хартфалия всегда крепко, в отличие от Эльзы.

Опавший лист, подхваченный ветром, пощекотал Эльзе лицо, из-за чего она сразу же проснулась. Придя в себя после сна, Скарлет умылась водой из речки и разбудила Люси. Хартфалия нехотя проснулась. Умывшись в той же речке и окончательно проснувшись, Люси поправила немного помятую одежду и двинулась к выходу из парка, искать гостиницу.

====== Глава 5. Знакомство с гостиницей «Фейри Тейл» ======

- Так мы, без денег, оказались здесь,- закончила жалобный рассказ Люси, протирая рукавом кофты уголок глаза. Затем она, увидев, что администратору гостиницы по большому счету плевать, пнула Эльзу по ноге, как можно сильнее, чтобы та тоже заплакала. В конце концов, для кого она тут старается? Им же нужно где-то пожить, а без денег их пустят максимум на одну ночь. Эльза, поняв намек, начала картинно плакать.

- Вы меня за дурака держите?! – Возмутился администратор, – да моя жена, не имея даже намека на актерские способности, и та правдоподобней плачет, когда денег просит! А ну пошли вон! Я развратным девкам не помогаю!

- Кого ты только что назвал развратными девками?! – Возмутилась Эльза.

- Вы свою одежду со стороны видели?! Кем же вас еще назвать?! – Ехидно поинтересовался он, – проститутки и те, приличнее выглядят!

- Чего?! Да в нашей одежде нет ничего развратного, чтоб ты знал! – Теперь уже злилась Люси. Да, она любила носить мини-юбки и топики, особенно летом, но это все длилось до семнадцати лет. Она, конечно, не отказалась от них совсем, но теперь привыкала носить штаны, шорты, туники, кофты, футболки и т.д. Сейчас Хартфалия была одета в белые джинсы, белый топик, поверх которого была легкая туника, и балетки. Да в ее одежде не было ничего вызывающего! Хотя, для семнадцатого века они с Эльзой, все равно, что голые.

Осенившая мысль Люси заставила ее оттащить ругающуюся Эльзу от администратора да еще и извиниться. Схватив подругу за руку, Люси потащила ее на улицу, в переулок, где было еще немного темно и никого не было. Убедившись, что за домом, прижавшимися к стене, их никто не видит, Хартфалия, наконец, вздохнула спокойно.

- Люси, что происходит?! Зачем мы убежали? Я б ему сейчас такое устроила! – Начала Эльза.

- Он прав, Эльза, – вздохнула Люси.

- А?

- Мы с тобой одеты хуже проституток, – на последнем слове Люси поёжилась, будто представила их в порванных колготках, лифчике и коротеньких шортах, или как там еще выглядят девушки, стоящие на дороге, – мы с тобой в другом времени, поэтому одеваться должны соответственно. Нужно где-нибудь раздобыть платья, или хотя бы плащи.

- Только где? Денег у нас нет. – Констатировала факт Эльза, затем, немного помолчав, она выдвинула предложение – украсть?

- Неправильно это как-то.

- Выбора у нас нет. Только где.

- Эм, там, где обычно сушится постиранное белье. Так как стиральных машинок в семнадцатом веке не было, стирали раз в месяц там, где есть вода. Скорей всего у реки. Там и оставляли полотна на 40 дней, что делало их идеально белыми. Разумеется, не все ткани так стирали, но, думаю, плащи, или то, что можно за них принять, мы там найти сможем. Так как стирка – это процесс довольно трудоёмкий, стирали только постельное белье, нательное и детскую одежду, парадную одежду не стирали, так что я не уверенна, что мы сможем найти там платья. – Посвятила Эльзу Люси.

- Откуда ты все это знаешь?

- Полезно знать не только физику. – Улыбнулась Люси. Эльза ничего не сказала. Они как-то еще со школы разделили предметы. Гуманитарные – по части Люси, а физика, математика и информатика – по части Эльзы. На естественнонаучных предметах, таких, как химия и биология, они тупили вместе, хотя, иногда и понимали.

Люси направилась к реке, через закоулки, стараясь избежать как можно больше людей, Эльза шла за ней, оглядываясь на каждый шорох.

Еще первые лучи солнца не коснулись горизонта, Кана уже была вблизи Магнолии. Оставалось совсем немного, всего полчаса, и она будет на месте. Спросит у горожан, как проехать в гостиницу, предупредит всех, побудет еще немного в городе и уедет обратно, к отцу и няне и все будет, как раньше. К сожалению, Кана не знала, что ее планам на спокойную жизнь в Эре не суждено сбыться.

Как и планировала Кана, с рассветом она уже была в Магнолии. Однако в такую рань не многие бодрствовали. Многие еще спали. Поэтому Кана решила найти гостиницу, полагаясь на свою память. Гостиница «Фейри Тейл» должна быть на центральной улице.

Кана поражалась тишине, которая царила в этом городе. В Эре такого нет. Там люди могут не спать круглосуточно, поэтому тишиной она наслаждалась лишь у себя в поместье. А когда это надоедало, девушка выбиралась на вечерние ярмарки, ночные танцы, которые хоть и редко, но проводились. Мелиса была этим ужасно не довольна, но что она могла против упорства Каны? Да и женщина считала, пусть ее госпожа как следует повеселится, ведь после свадьбы такого шанса не представится. Кана не редко заваливалась домой в нетрезвом состоянии, а, бывало, вообще отсутствовала две ночи подряд, однако Мелиса знала, что распутствовать она не станет. Самой Альбероне не нравилось хранить себя для какого-нибудь богатого мужика в два раза старше ее, за которого в последствие выдаст ее отец. Но опозорить семью своей порочностью она не хотела. На себя ей было плевать, но пострадала бы репутация ее отца, а этого она допустить не могла.

Из мыслей ее вывело большое здание, показавшееся в нескольких метрах от нее, это и была гостиница. Конечно, оно уступало в роскоши и размерам другим гостиницам, но тоже было построено на достойном уровне.

Оставив своего коня на улице, предварительно привязав его, Кана скрылась за дверью главного входа в гостиницу. В помещении горела одинокая свеча на стойке портье, что удивило Кану. Она-то думала, все уже спят. За стойкой стояла красивая светловолосая девушка в платье красивого цвета, полностью погрузившись в работу. Кане она показалась смутно знакомой, но Альберона не могла вспомнить, где ее видела. Подойдя ближе, девушка за стойкой обратила на нее внимание.

- Чем могу помочь в столь ранний час? – Мило улыбнулась Мира. Штраус старшая вообще не ложилась сегодня, слишком много работы. Отсыпаться она будет на выходных, таким вот трудоголиком была эта девушка.

Кана не решалась начать, думая, как лучше сказать обо всем, но послав свою неуверенность к чертям, решила сказать, как есть:

- Меня зовут Кана Альберона, я гадалка. Могу видеть будущие по собственному желанию, пользуясь картами. И я видела, как главная площадь Магнолии горит в огне. А затем и сам город полыхает. Причиной, как мне показалось, были две девушки, которых я видела в этой гостинице. Я знаю ваш секрет, вы помогаете укрыться ведьмам, которые не заслуживают смерти. Но, уверенна, вы не хуже меня знаете, что есть такие, по кому плачут костер и подвалы инквизиции. Думаю, именно злые ведьмы решат поджечь Магнолию в будущем. От девушек, которых я видела горящими на костре, опасности я не чувствовала. Конечно, логично было бы подумать, что это они во всем виноваты, ведь в моих видениях они не только появлялись горящими на костре, но и живыми здесь, в гостинице, а так же в лесу, но я, почему-то, уверенна, что они не причастны к будущему пожару. Я приехала, чтобы предупредить вас об этом. – Закончила Кана.

- Госпожа Альберона, спасибо за предупреждение, но зачем вам это? Если не ошибаюсь, вы ведь, из богатой графской семьи, так зачем вы приехали из столицы предупредить нас о предстоящем? Пожар будет в Магнолии, Эру он не коснется.

- А зачем, по-вашему, мне дан этот дар видеть будущее? Чтобы сидеть сложа руки и бояться что-то изменить?! Я считаю, наоборот! Однажды я уже побоялась помешать судьбе, и поплатилась за это горько. В чем смысл обладать уникальными силами, если боишься ими пользоваться?! – Взбесилась Кана. Миру последнее предложение заставило вздрогнуть. А ведь Альберона права.

Мира столько раз упрекала себя в том, что не смогла уберечь родителей от смерти, а когда овладела своими способностями, просто испугалась ими пользоваться. А ведь Миражанна считалась самой сильной в Фейри Тейл, не считая Макарова, но он был не в том возрасте, чтобы пользоваться своим волшебством. Его внуку же магия не передалась. Во всяком случае, Лексас никогда не проявлял ни интереса к магии, ни способностей. Так что случись, что с гостиницей, Мире придется защищать всех в своем дьявольском обличие. И как бы она это сделала, если страх перед такими силами, а так же боязнь навредить близким в обличие дьявола, давно заполнили ее душу? Миражанна в какой-то момент просто не смогла перевоплотиться, сначала она думала, что утратила способности, но потом поняла, что страх в ее душе является непреодолимой преградой для нее. А Кана не боится своих сил, наоборот, рвется помочь. Мира была поражена смелостью и храбростью этой девушки.

- Я поговорю об этом с Макаровым, как только он проснется. Спасибо, что предупредила. – Отойдя от ступора, сказала Мира, – Пойдем, я покажу тебе твою комнату, ты, наверное, устала с дороги, не возвращаться же тебе обратно в Эру не отдохнувши. – Улыбаясь, говорила Мира, что-то записывая в журнале. Видимо о новом постояльце и о комнате, которую собирается ей выделить.

- Конечно, сколько я должна за сутки? А лучше за трое суток. – Спросила Кана, с учетом на отдых, который собирается себе устроить.

- О, ну что вы, считайте, ценная информация, что вы предоставили, и была платой.

- Я не привыкла жить на халяву! – Заявила Кана. Была бы она какой-нибудь нищенкой, тогда ладно, но она из богатой семьи! У нее есть деньги и она в состоянии за себя заплатить! Тем более, Кана была уверенна, что в этой гостинице, жильцы которой являлись добрыми душами, и так концы с концами еле сводят. А тут еще и она, девушка из состоятельной семьи, будет жить бесплатно.

- Госпожа Альберона, – Мира повернулась к ней с ТАКОЙ улыбочкой на лице, от которой Кану в дрожь бросило, – я настаиваю, – темная аура, которой была охвачена Мира, придавала ей жуткий вид, будто из преисподни.

- Бесплатно, так бесплатно. – Сдалась Кана, по-дурацки улыбаясь и выставив прижатые к телу, согнутые руки перед Мирой, ладонями вперед, чтобы ее успокоить.

Миражанна быстро успокоилась и, через секунду, черной ауры как небывало. Штраус старшая пошла наверх, Кана потопала за ней, по пути попросив Миру завести ее коня, на котором Альберона сюда приехала, в конюшню. Комната, что Мира предоставила Кане была просторной и уютной. Поблагодарив ее за это, Кана сбросила походную сумку на стол, стоящий около стены, и обернулась к Мире.

- Где я могу принять ванну?

- Идите за мной, госпожа Альберона.

- Вы знаете мое имя, могу я узнать ваше?

- Миражанна Штраус. – Ответила девушка, скрываясь в коридоре. Кана пошла за ней. Ее внезапно осенило, что Мира не просто показалась ей знакомой, это была именно та девочка из этой же гостиницы, с которой общалась Кана, когда была здесь в прошлый раз.

- Давай быстрее, Эльза, – Шипела Люси на свою подругу, которая помогала Хартфалии справиться с платьем. Они были около реки, где сушились вещи. Простыни, наволочки, ночнушки, и обычные платья. Естественно, корсеты никто не додумывался стирать, ведь это обычно очень трудно. Поэтому платья, которые Люси с Эльзой стащили с веревок, на которых они висели, сохнув, девушки одевали и завязывали без корсета. Да им и не нужно было, фигура, что у одной, что у другой, была идеальной. Платья без нижнего белья, а в средневековье им считались обычные свободные белые сорочки их хлопка, было очень тяжело носить. Но Эльза с Люси из двадцать первого века, в котором нижнее белье заметно отличалось от средневекового. Поэтому одеть платья без сорочек не составило особой проблемы. Однако злую шутку с девушками сыграли веревки сзади платьев. Чтобы затянуть его поверх корсета, нужно было натянуть переплетающиеся между собой веревочки, а потом уже завязать их. И если Эльзе повезло, и в ее платье веревочки уже были продеты через отверстия в ткани, и оставалось только натянуть их и завязать, то с Люси все обстояло по-другому. Эльза уже минут пятнадцать мучается тем, что вставляет эти дурацкие веревочки в отверстия в ткани. Вся эта ситуация напоминала Эльзе высокие кеды, с которыми нужно было так же мучиться. Наконец, дойдя до последних двух отверстий, Эльза принялась натягивать веревку с самого низа. Девушка на столько увлеклась этим, что не заметила, как переусердствовала.

- Кха, Эльзаааа, не так сильно, – прохрипела Люси, судорожно хватая воздух. Эльза, опомнившись, начала ослаблять натяжение.

- Прости, прости, Люси.

- Ничего, – вздохнула Люси, почувствовав ослабление, полной грудью, – зато теперь я знаю, какого девушкам жилось в средневековье.

- Теперь нормально? – Спросила Эльза, завязывая второй узел, чтобы натяжение нитей не исчезло совсем и платье не свалилось с Люси.

- Нормально, я могу дышать свободно. – Подтвердила Люси. Эльза довольная своей работой, улыбнулась.

- Пошли искать гостиницу.

- Эльза, мы все равно выделяемся, теперь уже из-за сумок.

- Мне все равно, сумку я не оставлю. – Заупрямилась Эльза. Спорить с ней бесполезно, так что Люси, повесив свою сумку себе на плечо, направилась в сторону главной улицы, где было значительно больше людей, чем раним утром.

Из всех гостиниц в которых девушки побывали, их выгоняли из-за нехватки денег. Люси уже хотела продать свой телефон, но, вспомнив, где они, и что люди здесь понятия не имеют, что такое телефон, совсем потеряла надежду. Еще и это солнце, припекающие девушек. Пусть и был конец августа, как выяснилось, а сегодня было через чур жарко.

Зайдя за угол дома, Люси бросила сумку на землю и уселась в тенек, оперившись о стенку. Достав телефон, девушка удостоверилась, что сейчас ровно полдень. Часы она перевела на местное время давно, пугало только то, что скоро телефон разрядится, и Люси лишиться того, что связывало ее с двадцать первым веком, заставляя верить, что это все не сон, а она не сумасшедшая.

- Эльза, я так устала. – Вздохнула Люси.

- Да, жарко. – Подтвердила подруга, – но это не освобождает нас от обязанности найти гостиницу.

- Эльза! Хочешь, чтобы я рухнула без сознания от солнечного удара и нехватки сил?! Дай передохнуть!

- Пять минут и пойдем, – уступила Скарлет.

- Я не перестаю задаваться вопросом, ты реально человек?! Или все же я права, и ты андроид?

Эльза на это лишь усмехнулась. Люси возвела глаза к небу и устало вздохнула. Они до сих пор не нашли гостиницу, в которую бы их приняли без денег, а что, если и не найдут? Притворяться ограбленными путниками – дохлый номер, который не прокатил уже три раза. Поэтому Люси с Эльзой решили попросить хотя бы работу. Горничных, уборщиц, поваров, неважно, какую, лишь бы работу. К сожалению, их не брали ни в магазины, ни в гостиницы. А какая-то полноватая дамочка посоветовала им пойти в развлекательный квартал, там-то их уж точно примут с распростертыми объятиями, как она выразилась. После чего Люси поспешила предотвратить убийство, которое намеривалась совершить Эльза. Хартфалия помнила, как ее подругу однажды в школе назвали шалавой, так тот мальчик, который и обозвал Эльзу, потом неделю не ходил в школу, так как был весь в синяках и ушибах. Было это в классе восьмом. Родители грозились подать в суд, но полшколы подтвердило, что он первый начал обзывать Эльзу. Ну а Скарлет терпеть это не стала.

Тут же в памяти Люси всплыл тот случай, когда она зашла за Эльзой в спорт клуб, и подождала ее там. Тогда они задержались и поздно возвращались домой. Какие-то парни начали преставать к ним, за что и получили. «Люсин пендаль» и «набор переломанных костей от Эльзы». В общем, парни еле убежали от них, будучи в нетрезвом состоянии.

Оставалась последняя надежда на гостиницу «Фейри Тейл», как им сказал продавец цветов, там добрые люди, которые точно помогут. Узнав, где эта гостиница находится, девушки поспешили обратно на главный проспект.

Резко распахнув глаза, Люси поднялась на ноги, подняла свою сумку и направилась по направлению к гостинице. Эльза следом за ней. Двери были открыты, поэтому с улицы был виден бар, а там малое количество народу. Забежав в помещение, Люси обвела всех присутствующих взглядом. Темноволосая девушка, пьющая, кажется, алкогольный напиток. Миниатюрная девушка лет шестнадцати, с необычными синими волосами, которая читала книжку. Маленькая, лет двенадцати, девочка тоже с синими волосами, только гораздо темнее, чем у предыдущей, и длиннее, тоже читала книгу. Еще одна девушка с пепельными, коротко стриженными, но красиво уложенными волосами, в фиалковом платье, стояла за стойкой портье, разбирая какие-то бумаги. Пятая девушка стояла за барной стойкой в нежно-салатовом платье, волосы ее тоже были коротко подстрижены, и тоже темного оттенка. Ну и последняя девушка с необычными салатовыми волосами, заплетенными в косу, о чем-то увлеченно рассказывала маленькой темноволосой девочке на вид пяти-шести лет от роду. Одета она была в коричневое, но видно дорогое, платье. Двое, на вид, двадцатилетних мужчин, о чем-то увлеченно спорящих. Первый – тощий, рыжеволосый, второй – наоборот, пухленький брюнет. И мальчишка, тоже на вид лет двенадцати, практиковал боевые искусства на воображаемом противнике.

На Люси они внимания не обратили. Однако, послышался звук падения, и громкое ругательство. Обернувшись, Хартфалия пыталась удержаться, чтобы не рассмеяться и, впоследствии, не лишиться зубов за свой смех. Дело было в том, что Люси по привычке кинула сумку на пол, а Эльза, споткнувшись о нее, упала на пол. Все тут же устремили свои взгляды на нарушительниц покоя.

- Люсиии – прошипела Скарлет, поднимаясь, – ты труп.

- Да ладно тебе, Эльзочка, ты ведь не сильно ушиблась, в следующий раз будешь смотреть под ноги, ведь так? – Миленьким голоском затрепетала Люси.

- После твоих похорон, непременно буду! – Гаркнула Эльза.

- Аааа, убивают! Насилуют! Люди добрые, спасите, пока она меня не укокошила! – Заорала Люси, прячась за шатенку, которая угарала с этого спектакля, чуть не поперхнувшись алкоголем.

- Так что вы об этом думайте? – Спросила Мира у Макарова, после того, как рассказала ему о видениях Каны, – сначала Леви видела этих девушек, потом Кана, вместе с пожаром в городе.

- Не знаю, Мирочка, не знаю. Не думаю, что это они.

- Почему?

- Они пропали почти девятнадцать лет назад, при побеге из тюрем инквизиции, даже если они и живы, им сейчас около сорока.

- Девушки из видения выглядят на восемнадцать-девятнадцать. – Напомнила Мира.

- Именно, это не могут быть они.

- Вы правы, но сходство поразительное. Кто же это тогда?

- Не знаю, но у меня есть догадка.

- Вы думаете, это… – Но не успела мира закончить свою догадку, как ее прервал крик:

- После твоих похорон, непременно буду!

- Ааааа, убивают! Насилуют! Люди добрые, спасите, пока она меня не укокошила!

Миражанна и Макаров вскочили со своих мест и сломя голову понеслись на первый этаж, но увиденное повергло их в шок, пока остальные присутствующие заливались смехом от этой картины.

====== Глава 6. Знакомство с инквизиторами. Взгляд в прошлое. ======

День в Эре для юного инквизитора не задался с самого начала. Нацу опаздывал на работу в который раз за месяц. В общем-то, в обычный день ему было бы наплевать на это, и он, не спеша, шагал к главному зданию инквизиции. Однако, сегодня был особенный день – собрание, на котором их начальник должен был объявить о каком-то задании. Опаздывал Нацу из-за того, что его отец уехал вчера вечером в другую страну по работе, поэтому разбудить Нацу было некому, а учитывая его любовь ко сну, особенно длительному, ему еще повезло, что по счастливой случайности соседка слишком громко отчитывала своего непутевого мужа, который пытался оправдать свое чистое имя, крича так же громко, как она.

Нацу Драгнил – парень с симпатичной, притягивающей внешностью. Двадцать один год. Внешность его всегда заставляла обратить на себя внимание, светло-розовые волосы, теплые серо-зеленые глаза. За друзей готов стоять горой, и плевать ему, как это обернется на нем. Веселый, добрый, отзывчивый и искренней. Все эти качества ему передались от доброй матери, которая всем сердцем любила сына и от доброго, в меру строгого, но справедливого отца. Нацу был немного ленив, но только относительно бумажной работы. Заполнять отчеты, или составлять их он не любил, за него это всегда делал лучший друг, с котором он работал в паре. Некоторые вещи могли туго доходить до Нацу, но глупым его назвать ни в коем случае нельзя. Наоборот, очень даже смышленый, хоть и с учебой у него были проблемы.

Его отец частенько уезжал по делам короля, или герцога, в другие страны, урегулировать кое-какие вопросы. Сам Нацу политикой не интересовался.

Что касается работы. Звание инквизитора не было мечтой Нацу, он не особо хотел ловить и сжигать еретиков и ведьм, которые, по сути, были обычными людьми несправедливо обвиненными. Нацу пошел на это из-за своего лучшего друга, который еще с детства вопил о том, как он в будущем будет лучшем инквизитором. Грей Фулбастер – лучший друг Нацу, двадцать один год. Во всех отношения достаточно холоден, за что Драгнил зовет его куском льда или ледышкой, ну или отмороженным придурком. Фулбастер имеет довольно привлекательную внешность. Иссиня-черные, густые волосы, и завораживающие черные глаза, однако от него всегда будто бы веет холодом. Полная противоположность Нацу.

Грей пытался добиться справедливости. Он делал все, чтобы людей, несправедливо обвиненных в колдовстве, помиловали. Никто не знал о причине такой жажды справедливости, и лишь Нацу было известно. Мать Грея обвинили в колдовстве несправедливо и сожгли. Чтобы на его дальнейшей судьбе и карьере это не отобразилось, его дальняя родственница взяла его к себе в столицу. Так Грей и оказался в Эре, а вскоре познакомился с Нацу. Сначала они невзлюбили друг друга, задирались, дрались, спорили, и сами не заметили, как эта вражда переросла в дружбу. Так и по сей день. Лучшие друзья, которые задирают друг друга и не упустят шанса подраться.

Забежав в помещение, Нацу обнаружил, что собрание уже закончилось, а главный инквизитор ушел. На парня смотрели три пары глаз – одна принадлежала Грею, его взгляд был наполнен гневом, злостью и жаждой убийства, видимо, из-за опоздания его друга, вторая – Гажилу, в его взгляде читалась доля самодовольства, а на лице застыла усмешка. Остальным же было пофигу на то, кто вошел в кабинет, они и внимания не обратили.

- Я говорил, что он проспит, – самодовольно начал Гажил Редфокс – парень с немного пугающей внешностью и довольно сложным характером, двадцать один год. Родился и вырос в Эре. Вспыльчив и уперт, как Нацу, однако в отличие от него, в характере Гажила и в его манере общения есть жесткость. Любит своих друзей, готов заступиться за них в любой момент. Не упустит шанса подраться с Греем и Нацу, что, кстати, уже вошло в привычку у всех троих. Окружающих пугают его необычные красные глаза, которые особенно выделяются на фоне его черных, непослушных волос. Производит впечатление бандита и преступника, однако, это только внешне. Пообщавшись с ним, этого не скажешь. Грубость и жесткость, конечно, присутствуют, но его доброта и открытость явно противоречат тому образу бандита, который производит на окружающих его внешность. Такой вот казус. Из близких только тетя – художница, которая его и обеспечивала. Жил Гажил на деньги, оставленные ему родителями. Его мать умерла от неизлечимой болезни, а отец, предчувствуя свою кончину, составил завещание, в котором все отходило его сыну, и тихо скончался по той же причине, что и мать. Тетя Гажила заботилась о нем, как могла, за что тот ей благодарен. Теперь, когда Гажил зарабатывает неплохие деньги, он обеспечивает и тетю и себя.

- Опять опоздал, головешка! – Воскликнул Грей и накинулся на друга, – придурок, почему мы должны тебя ждать?!

- Заткнись, ледышка, просто проспал! – Ответил Нацу.

- Нарываешься?!

- Чего сказал?!

- Эй вы, придурки, может заткнетесь?! – Подал голос Гажил, – Нацу, твою за ногу, просили же не опаздывать!

- Черт, Гажил, и ты туда же?! Подумаешь, опоздал?! Кстати, что у нас за задание? – Тут же переключился он.

- Пришел бы пораньше, не спрашивал, – ворчал Грей.

- Нам нужно отправиться в Магнолию, оттуда слишком много жалоб на ведьм. – Невозмутимо ответил Фрид, рассматривая какие-то бумаги за столом. Фрид Джастин – двадцать три года, из богатой семьи. По его внешности сразу можно сказать – аристократ, хоть и внешность несколько неординарная. Светло-зеленые длинные волосы, холодные зеленые глаза, холодность и сдержанность в речи, вот и все. Однако очень уважительно относится к своему лучшему другу Лексусу, всегда на его стороне, очень редко бывает, когда Фрид с ним не согласен. Приехал в Фиор из Англии, по работе, однако красота и атмосфера Эры, да и вообще всего королевства поразили Фрида, так что он решил остаться в Эре. Его семья отказалась переезжать, но не была против того, чтобы сын жил в другой стране. Навещать часто он их не мог, поэтому слал письма в Англию, это, конечно, долго, но ехать в Лондон было бы еще дольше и проблематичней.

- Что, всем сразу? – Переспросил Нацу.

- Трое расследуют это дело, допрашивают людей, находят подтверждение их словам, и присылают информацию остальным. Остальные в это время приходят к логическим выводам исходя из полученной информации, и решают, стоит ли устраивать аутодафе и казнь впоследствии. – Ответил до этого молчавший парень. Его пофигистичный взгляд был устремлен в какие-то документы, а безэмоциональный тон был холоден. Жерар Фернандес имел несколько неординарную внешность, двадцать один год. Голубые волосы, теплые зеленые глаза, красивое телосложение, все это придавало парню не только красоту, но и аристократичность. На самом деле Жерар Фернандес по социальному положению был не на последнем месте. Жерар родом из обедневшей графской семьи, родился в Страсбурге, во Франции, там, достигнув нужного возраста, поехал учиться в Эру, Фиор, где теперь работает и живет. В денежных средствах никогда не нуждался, но и особого излишество и роскоши у него никогда не было. Был воспитан строгими учителями, родители были с ним холодны и немногословны, пусть мать и пыталась привить ему эмоции игрой на музыкальных инструментах, жесткость отца все равно взяла верх, хотя играть на пианино Жерар все же научился.

- То есть не все отправляются в Магнолию? – Спросил Нацу.

- Нет, Фрид и Грей остаются здесь. Я, ты и Жерар едем в Магнолию. – Подал голос мрачный Лексас. Лексас Дрейар – светловолосый парень, зеленые глаза, двадцать четыре года. Самый старший из всех своих товарищей. Больше общается с Фридом, нежели чем с Нацу, Греем и Гажилом. Лексас в отличие от этой тройки, не горит желанием “набить морду” другу прикола ради/ в знак приветствия/прощания/просто так. А с Фридом общих интересов больше. Как вы уже знаете, родом из Магнолии, сознательно закрывает глаза на деятельность гостиницы своего дедушки.

- А почему ледышка не с нами?

- Потому что мне нужно будет разобрать отчеты, поступившие к нам из Германии, и возможно даже уехать туда на несколько дней. – Проигнорировав “ледышку” ответил Грей, – боишься без меня не справиться? – Съязвил он.

- Мечтай.

А пока Нацу и Грей опять собирались подраться, прощаясь, Жерар вновь обратил все свое внимание документам, а Гажил покинул зал.

Прибежав на шум, Мира и Макаров лицезрели такую картину: две неизвестные девушки орут на весь зал. Одна обещает убить, вторая убегает, что-то говоря в свою защиту. Девушки были одеты в чистые платья, но у входа лежали странные сумки. Они были не похожи на те, что Мира привыкла видеть. Обе девушки показались Мире странными. А Макаров застыл в шоковом состоянии. Мире они напоминали кого-то, хотя сама Штраус старшая была уверенна, что лично не знакома с ними. Вдруг в памяти всплыл расплывчатый образ тех двух девушек, которых описала Леви. Мира представляла их немного иначе, но отличительные черты, такие, как цвет волос полностью соответствовал описанию. Осталось только спросить у Леви, они это, или не они.

- Быть не может… – тихо произнес Макаров, но Мира услышала.

- В чем дело, мастер? – Спросила Мира, но Макаров не ответил, лишь продолжал смотреть на двух орущих девушек. Штраус старшая перевела взгляд на Леви, та тоже была в шоке, не в состоянии оторвать глаз от странных гостей.

- Девушки, давайте успокоимся, и вы представитесь. – Громко и дружелюбно сказала Мира. Внимание девушек тут же переключилось на Миру.

- Меня зовут Люси Хартфалия, а это Эльза Скарлет – Подала голос светловолосая, так и застыв в позе обороны от нападения оппонента.

- Не может быть, – громче повторил Макаров, – Лейла, Катарина…

– Люси и Эльза, – поправила его Эльза, дернувшись от имен, которыми назвал их странный дедушка.

- Вам что-нибудь говорят имена Лейла и Катарина? – Поинтересовался самым, что ни на есть, серьезным голосом, Макаров. Во взгляде Люси читалось удивление, она уже было хотела ответить, как Эльза ее опередила:

- Нет, – абсолютно спокойным голосом сказала Скарлет, – а что?

- Ничего, я просто обознался, – ответил Макаров.

- Это вы, вы! – Воскликнула Леви, и все внимание переключилось тут же на нее, – я видела вас в своем… – она не успела договорить, как Мира закрыла ей рот.

- Значит, Люси и Эльза, зачем же вы пришли в нашу гостиницу? Вам нужно жилье? – Поинтересовалась Миражанна.

- Ну, да, но у нас нет денег, поэтому нам нужна еще и работа. – Улыбнулась Люси, – мы можем быть кем угодно!

- Думаю, у нас найдется для вас работа. – Улыбнулась в ответ Мира, – пойдемте за мной, я покажу вам вашу комнату. Кстати, меня зовут Миражанна Штраус, это – она указала на похожую на нее девушку, – моя младшая сестра Лисанна, это, – она показала на женщину с ребенком, – Биска и ее дочь Аска, это – Мира перевела взгляд на МакГарден, которой продолжала зажимать рот, – Леви, похожая на нее девочка – Венди, это – она кивнула в сторону двух парней лет двадцати, – Джет и Дрой, Кинана у нас в баре работает, а это Кана, она наша гостья, – Альберона, несомненно, узнала в девушках тех, кто был в ее видении, но виду не подала, – это Ромео, – она указала на паренька лет двенадцати, – ну и наш основатель гостиницы – мастер Макаров.

- Очень приятно, – улыбнулась Люси, Эльза лишь сдержанно кивнула.

- Нам тоже, – улыбнулся Макаров.

- Пойдемте, я помогу вам расположиться, а вечером устроим совместный ужин, будет весело, – тепло улыбнулась Мира. Девушкам не оставалось ничего иного, как последовать за ней, прихватив с собой свои сумки.

В комнате, которую выделила им Мира, было довольно уютно. Конечно, это сильно отличалось от современных гостиничных номеров, но жить можно. Две кровати, расположенные рядом друг с другом у левой стенки, тумбочка между ними, шкаф для одежды у противоположной, левой стенки, окно напротив входа, занавески приятного бежевого цвета и стол рядом с окном.

- Ну, располагайтесь, где ваши вещи? – Поинтересовалась Мира.

- Вот они. – Указала Люси на сумки, – все самое нужное.

- Особенно учебники, – буркнула Эльза.

- Необычные у вас сумки.

- Сами шили, – как ни в чем не бывало, врала Эльза.

- Оу, ну, я тогда пойду, на ужин зайду за вами, или пришлю кого-нибудь, понадобиться что-то, я внизу. Работу подберем для вас завтра. – Улыбнулась Мира и покинула комнату, оставив Эльзу и Люси наедине.

- Что делать будем? – Поинтересовалась Люси, доставая свой телефон.

- А что нам остается? Работу дадут, жилье есть, еда тоже, без телефонов, которые скоро сядут, проживем, да и они тут не нужны, будем искать способ вернуться. Мы попали сюда с помощью той книги, она была датирована 1586-1590 годами. Мы сейчас в 1609 году, август. Возможно, та, кто написала дневник, еще жива.

- Не забывай, что их с подругой поймали инквизиторы, и мы не знаем, удалось ли им сбежать. – Вспомнила Люси.

- Нужно хотя бы дневник найти. Ты прочитала ту надпись, и нас перенесло сюда, возможно, нужно вновь прочесть надпись и мы окажемся дома.

- Но как мы найдем его? Он был в библиотеке университета.

- Нужно придумать, как добраться до университета.

- Погоди-ка, – Люси осенила какая-то мысль, – проспект Жасмин – это нынешний наш проспект, на котором находится наш университет. А это здание… вероятней всего, это и есть наш университет. Он ведь образовался только в восемнадцатом веке. – Задумчиво произнесла Люси.

- Понятно, значит, все складывается благополучно. Скорей всего, дневник лежит у кого-то из управляющих. У этой Миражанны или у мастера Макарова. Осталось лишь найти его. Мы нашли дневник в библиотеке университета, значит, он должен быть где-то в этой гостинице.

- А если мы его не найдем?

- Найдем, Люси, мы не из этого времени, так что в любом случае вернемся, вопрос лишь когда.

- Я на это надеюсь.

- Ладно, мы полночи не спали, давай отдохнем до ужина.

- Ага, только снимем эти платья, в них жутко неудобно.

Простите меня за то, что так долго не выкладывала новую главу. У меня вдохновения не было. Но теперь все будет, как прежде. По субботам большие главы. И оставляйте отзвы пожалуйста.

====== Глава 7. Знакомство с ночными коридорами или “спалились” ======

Проснулась Люси от будильника в своем, пока еще, не отключившемся телефоне. Приподнявшись на локтях с постели, она заспанным, а от того мутным, голосом окинула Эльзу. Протерев глаза, зрение Хартфалии значительно улучшилось. Она заметила, что ее подруга все еще не проснулась, а наоборот, крепко спала, укутавшись в одеяло. Люси, взглянув на время, не стала ее будить, потому, как до подъема еще было время. Ужин в семь, сейчас только шесть, еще целый час.

Опустившись на пол, Люси обула свои боссоножки и влезла в свое платье обратно. Хартфалия решила найти Миру, чтобы та помогла ей привести себя в нормальный, божеский вид. Нет, она и сама могла бы, будь здесь современная ванна, но т.к. этого не было, пришлось искать Штраус старшую. Пригладив свои растрепанные волосы рукой, Люси покинула комнату.

- Мастер, это, без сомнений, они. Леви в этом точно уверенна.

- Ты заметила, как они одеты? Их обувь, их сумки.

- Никогда такого не видела.

- Я тоже. А что меня больше тревожит, так это то, что они нам соврали.

- В смысле? – Не поняла Мира, которая опять беседовала с Макаровым, вот только теперь по поводу новеньких постоялиц.

- Когда я спросил, знакомы ли им имена Лейла и Катарина, Люси запнулась, будто хотела сказать «да» и в то же время удивиться, откуда мы об этом знаем, а Эльза ответила без запинки.

- Вы думаете, Эльза сказала неправду?

- Я уверен в этом, вот только почему?

- Они, наверное, испугались.

-Чего? Катарина и Лейла старше их в два раза, это точно не они, просто Люси и Эльза на них похожи.

- Исходя из ваших слов, вы думайте, что Люси и Эльза знают Катарину и Лейлу, но это невозможно! Катарина и Лейла были арестованы Святой Инквизицией, затем попытались совершить побег и без вести пропали. Люси с Эльзой в те времена даже не родились, а если и родились, им было не меньше года. Они никак не могут быть знакомы.

- Ты права, но это сходство… Внешность, характер, они так похожи на Лейлу и Катарину.

- Как это возможно? Они же не могли никак знать друг друга.

- А что, если… – Макаров хотел что-то сказать, но внезапный стук в дверь и Люси, заставили его промолчать, проглотив остаток фразы.

- Ты что-то хотела, Люси? – Вежливо поинтересовался Макаров.

- Да, Мира, ты не могла бы помочь мне?

- Конечно, Люси, – улыбнулась Миражана, – мастер, я зайду позже.

- Хорошо.

- Эльза еще спит? – Вежливо поинтересовалась Мира.

- Да, я не стала ее будить. – Отозвалась Люси, послушно шагая вслед за Миражаной. Штраус старшая только кивнула, продолжая идти куда-то. Вскоре, в поле зрения показалась дверь, около которой веяло теплом. «Горячий источник» – осенило Люси. Мира скрылась за дверью, а вернулась с тазиком чистой воды.

- Я могу отнести воду в вашу с Эльзой комнату, чтобы она тоже умылась, когда проснется.

- Да, спасибо, будет здорово. – Улыбнулась Люси.

- Хорошо, я, тогда пойду, а ты возьми чистые полотенца, они лежат в шкафу, и догоняй меня. – Миражана, ухватив небольшой тазик с водой поудобнее, чтобы вода не расплескалась и не разлилась, ровным шагом направилась по коридору. Через несколько секунд, белокурая девушка скрылась за поворотом.

Люси отворила дверь, и ее тут же обдало паром. Она была в раздевалке. Две длинные скамьи вдоль стен, Большой шкаф около выхода из раздевалки. В помещении было тепло, Люси еще удивилась, как вещи в шкафу не заплесневели от влажности. Открыв дверь шкафа, Люси обнаружила только теплые полотенца, причем сухие. Видимо, таким необычным способом, полотенца нагревались за счет тепла, исходящего от противоположной двери, за которой и находился сам источник. И, очевидно, их меняли достаточно часто, раз они не успевали заплесневеть от переизбытка влажности.

Взяв два полотенца, Люси закрыла шкаф и покинула раздевалку. Она прекрасно запомнила дорогу до своей комнаты, поэтому пошла на второй этаж уверенно, не петляя между коридорами. Однако ее внимание привлек зал, входная дверь которого, была приоткрыта. Оглядевшись по сторонам, Люси подошла к приоткрытой двери и заглянула внутрь. Взору тут же представились огромные шкафы с книгами. Люси, улыбнувшись своей находке и руководствуясь тем, что следующий шанс просмотреть библиотеку на предмет того самого странного дневника из реального мира, их времени, представится нескоро, вошла в библиотеку. Хартфалия, с замиранием сердца обходила ряды, внимательно вглядываясь во все. Шкаф с той книгой должен был быть в самом конце библиотеки, во всяком случае, в настоящем двадцать первом веке. Люси помнила, что дневник был спрятан не просто, среди всех остальных книг, а в специальной выемке. Видимо, это был тайник, который обветшал со временем, поэтому Люси без труда смогла обнаружить дневник. 1609 год был близок к датам в дневнике, так что можно было предположить, что рукопись все еще в том тайнике.

Здравый смысл протестовал, выкрикивая «как книга могла так долго храниться в шкафу?! Неужели, этот исторический документ не могли обнаружить столько лет, а он просто лежал в обветшалом тайнике! И нашли его какие-то студентки спустя 400 с лишним лет!» Но интерес и стремление разобраться, что, черт возьми, с ними происходит, заглушало крики разума.

Отыскав тот самый треклятый шкаф, Люси аккуратно положила полотенца поверх полки противоположного шкафа, и, подставив лестницу на нужный шкаф, забралась на верхнюю полку. Пошарив по книгам и отодвинув несколько в сторону, девушке представился тот самый тайник в стене полки. К счастью Люси, замка не было, и открыть тайник получилось с первого раза. Отодвинув дощечку в сторону, Люси представился тот самый дневник, только выглядел он гораздо более новее, чем тот дряхлый и пожелтевший, который они нашли в двадцать первом веке.

Улыбнувшись своей находке, Люси проверила его на содержание и, убедившись, что это тот самый дневник, спустилась с лестницы. Девушка положила книгу между полотенцами, чтобы не было заметно, и бесшумно покинула библиотеку.

Поднявшись на второй этаж, Люси услышала голоса.

- Странно, она задерживается. – Послышался голос Миры.

- У Люси наблюдался топографический кретинизм, но очень редко, насколько я ее знаю. – А это голос Эльзы. Стоп. У Люси-то топографический кретинизм?! Ну… да, бывало, но редко ведь!

- Простите, я немного заблудилась, – пропела Люси, обнаружив тем самым своим присутствием.

- О, Люси, – улыбнулась Мира, – я думала, ты запомнила дорогу.

- Я потерялась. Как подметила Эльза, я действительно страдаю, правда, редко, кхм, топографическим кретинизмом. – Улыбнулась ей Люси в ответ.

- Что ж, воду я принесла, зовите, если понадоблюсь, и спускайтесь на ужин к семи. Ну, я пойду. – Миражана встала с постели Эльзы и, одарив их обоих еще одной улыбки, покинула комнату.

Едва ли дверь за ней закрылась, Люси кинулась к Эльзе, делясь своей находкой.

- Эльза, я нашла дневник! Смотри, – Люси развернула полотенца и показала подруге находку.

- Где ты его нашла?! – Удивилась та, – долго же я спала.

- Потом расскажу, сперва ответь мене, почему ты соврала Миражане и мастер Макарову на счет тех имен, когда он нас спросил?

- Не знаю, просто это странно. Они знают имена наших матерей, это очень странно. Откуда им об этом известно? Плюс, они были шокированы нашей внешностью, оттого, что мы похожи на своих матерей.

- Постой, ты думаешь…

- Да, – кивнула Эльза, – не знаю как, но похоже они знали наших мам.

- Но как? Наши матери родились гораздо позже этого времени!

- Не знаю, как.

- Эльза, если твоя догадка верна, я думаю мы сможем узнать точную информацию из книги.

- Люси, а ты уверенна, что сможешь перевести весь текст?

- Неуверенна, что моих знаний достаточно, но думаю, мы сможем найти какой-нибудь словарь в библиотеке.

- Хорошо, постарайся перевести как можно больше текста, а я проберусь в библиотеку ночью и постараюсь что-нибудь найти.

- Не думаю, что библиотека открыта на ночь. Судя по чистоте в зале и большому числу книг, они очень дорожат ими, так что вряд ли оставляют библиотеку открытой без присмотра на ночь.

– Я постараюсь что-нибудь придумать, а сейчас нужно умыться, скоро ужин. – Эльза встала с постели, Люси отметила, что Скарлет была уже одета, видимо оделась, когда Мира пришла. Взяв расческу, которая по счастливой случайности оказалась у Люси в сумке, а, следовательно, и в этом времени, Эльза расчесала свои волосы, и направилась к тазику с водой.

Приведя себя в порядок, обе девушки вышли из комнаты и спустились вниз. Четыре стола были сдвинуты. Во главе сидел мастер Макаров, около него, на длинной стороне стола сидела Миражана, рядом с ней ее сестра, Лисанна, рядом с сестрой Миры устроилась застенчивая, но дружелюбная Кинана, рядом с ней сидела миниатюрная Леви, напротив нее был Джет, слева от него Дрой. А рядом с ними, напротив Кинаны, Лисанны и Миражаны сидели Кана, Биска и ее маленькая дочь – Аска. Люси тихо села около Дроя, а напротив него, рядом с Леви присела Эльза.

- Ну что ж, – подал голос Макаров, – с сегодняшнего дня с нами будут работать и жить Люси и Эльза. Сегодня днем мы представились кратко, теперь я хочу представить вам всех в полной мере.

Итак, Миражана Штраус, управляющая гостиницей Фейри Тейл, – огласил Макаров, Мира поднялась со своего места и, улыбнувшись, села обратно, – Лисанна Штраус, ее младшая сестра и помошница, – Лисанна поднялась со своего места и, повторив тоже, что сделала ее сестра, а именно милую улыбку, села. – Кинана, работает в баре, – темноволосая девушка встала со своего места, кротко кивнула и села обратно, – Леви МакГарден, следит за благополучием библиотеки, – Леви повторила немного скованное приветствие Кинаны и вернулась на свое место, – Джет и Дрой, доставляют документы из гостиницы куда либо, – парень, напротив Леви и парень рядом с Люси встали, приветствуя остальных. – Кана Альберона, совсем недавно здесь, – темноволосая девушка встала, улыбнулась всем своей обворожительной улыбкой и, бросив мимолетный серьезный, но полный интереса, взгляд на Эльзу и Люси, грациозно опустилась на стул. «Аристократка» подумалось Люси. Хартфалия заметила, как Кана смотрела на нее, и перевела взгляд на Эльзу. Скарлет тоже заметила косой взгляд, брошенный в ее сторону со стороны Каны. Эльза так же уловила взгляд Люси на себе, и посмотрела на подругу. В недоуменном и немного шокированном взгляде Люси был вопрос «что аристократка делает в обычной гостинице?» Эльза, будто прочитав вопрос, поняла все без слов и ответила тем же растерянным, но настороженным взглядом «не знаю».

- Биска и Аска Коннелл, – продолжил Макаров, – живут с нами достаточно давно, еще когда Аске было два года, они переехали сюда. – Биска встала и улыбнулась, Аска поднялась на стуле, так как, слезь она с него, ее было бы не видно из-под стола, и тоже всем улыбнулась. По тому, как Биска села обратно, Люси поняла, что она так же аристократка, как и Кана. Аска же, хоть и имела аристократическую внешность, не пользовалась манерами, присущими ее обществу. А потому уселась на стул, как подобает обычному ребенку – немного нелепо, но очень мило.

- Я, Макаров Дрейар, хозяин этой гостиницы и бывший управляющий, – улыбнулся Макаров. Люси поняла, что хоть они и знают их с Эльзой имена, все рано нужно представиться для приличия.

- Люсьена Хартфалия, – поднялась Люси и кивнула всем присутствующим.

- Елизавета Скарлет, – холодно отозвалась Эльза, поднимаясь со своего места.

- Добро пожаловать в нашу гостиницу, отныне она будет вам домом, пока вы не решите его покинуть, а все жители Фейри Тейл будут вам семьей, такие у нас правила. Приятного всем аппетита.

На ужине было очень весело. Кана что-то рассказывала, употребляя вино. Все смеялись, Биска делилась чем-то интересным с Миражаной, Кинана беседовала с Лисанной, Джет и Дрой восхищались рассказом Леви, а Люси и Эльза молчали, каждая была погружена в свои мысли.

После ужина все разошлись, а Мира озвучила род деятельности, которой придется заниматься Эльзе и Люси. Работа была самой обычной. Одна помощница поварихи на кухне, вторая помогает убираться в номерах. Поскольку Эльза готовила плохо, а точнее, вообще не умела готовить, помогать на кухне будет Люси. Ну а прибираться в гостинице будет помогать Эльза.

Люси переоделась в ту одежду, что дала ей Мира, а именно в хлопковую легкую белую ночную рубашку, что была Хартфалии ниже голени, и уселась на кровать, полностью сосредоточившись на книге. Перевод Люси записывала в блокнот, что так любезно предоставила Эльза. Сама же Скарлет дождалась полуночи и, решив, что та Леви, которая ответственная за библиотеку, уже легла спать, тихонько направилась к выходу из комнаты.

- Эльза, – позвала ее Люси, когда Скарлет была уже на выходе из комнаты, девушка обернулась, – будь осторожна, – Эльза кивнула и покинула их спальню.

Девушка тихо шла по темному коридору, вслушиваясь в собственное биение сердца, которое, казалось, стучит громче барабанщика в любой рок группе, и от этого было не по себе. Она знала, что Мира еще не спит, она ведь администратор, и наверняка работает с какими-то бумагами. Почему-то Эльза была уверенна, что Мире на глаза лучше не попадаться. Она не такая уж добрая, как кажется на первый взгляд. Нет, конечно Мира очень милая и дружелюбная, но было в ней что-то такое… скрытое, от чужих глаз и… пугающее.

Ночная темнота и пугающая тишина прокрались в самые потаенные уголки ее души, порождая неистовый страх. Наподдав себе пинков под зад мысленно, и наорав, опять же, про себя, чтобы не была такой размазней, Эльза более уверенно зашагала по коридору. В ее взгляде читалась решимость, однако страх, который она загнала куда подальше, все еще теплился в глубинах ее души. Эльза привыкла быть уверенной в своих действиях, поэтому те чувства, которые она испытывала сейчас, были для нее необычными. Если бы она была сейчас в школе, или же в университете и искала ответы на вопросы к тесту, как она когда-то поступила вместе со своими одноклассницами, она бы не побоялась попасться учителю и быть наказанной. Ведь Эльза знала, что ее ждет в том случае. Двойка, выговор, разговор у директора, уборка класса или библиотеки. Или туалетов. А здесь… здесь совсем другой мир. Другое время. Кто знает, что с ней тут сделают. Здесь нет директора и злой учительницы, здесь двоек ставить никто не будет. Здесь либо изобьют, либо убьют, либо руки отрубят, либо… еще чего. Но со своими страхами нужно было справляться, а Эльза не из робкого десятка, так что… Скарлет окончательно убедила себя в том, что страшнее кабинета директрисы и мытья туалетов ничего нет.

Эльза дошла до библиотеки и, мягко коснувшись тонкими пальцами ручки двери, потянула на себя. Дверь, на ее удивление, заперта не была. Наверное, Леви забыла закрыть дверь. Эльза тихонько вошла в кабинет и замерла от ужаса, который тут же объял ее. Девушка увидела Леви, которая полулежала-полусидела, опустив голову на руки. Видимо, спала. Эльза прошла тихонько мимо нее и скрылась между стеллажами. Девушка начала искать словарь в разделе лингвистики.

Поиски заняли где-то полчаса, но Эльза смогла найти то, что искала. Перевод с латыни, три словаря. Два из них относились к медицине, но, все же, она решила прихватить их с собой. Один обычный и один рунический. Эльза уже хотела уходить, но наткнулась на рукописную книгу. Открыв ее, Скарлет обнаружила рукописный рунический словарь. И все бы ничего, но почерк был каким-то знакомым. Нет, не Люси, хотя, похож.

Оглянувшись по сторонам и убедившись, что ее никто не спалил, Эльза захлопнула дневник, решив, что подумает о почерке позже. Леви даже не проснулась. Бросив на нее быстрый взгляд, девушка поняла, что МакГарден снился кошмар, но Эльза не стала ее будить. Нельзя. Что о ней подумают? Их с Люси приютили, дали работу, а они обворовывают гостиницу?! Это… мерзко! Девушка проглотила свои возмущения по этому поводу и покинула библиотеку так же бесшумно, как и пришла.

Жаль только, Эльза не заметила, как Леви проснулась.

Эльза уже три часа сидела с Люси и смотрела, как она перелистывает книгу и что-то пишет в блокноте. В такие моменты Скарлет чувствовала себя ужасно, ничтожно, ведь она никак не могла помочь. Она не знала ни латыни, ни рунического языка. А обидно. Всем, чем она могла помочь – так это просто сидеть молча и не мешать. Люси говорила Эльзе ложиться спать, однако девушка никак не хотела. Она будет спать, пока ее подруга трудится над переводом?! Ни за что! Поэтому Эльза просто сидела неподвижно и наблюдала. Эх, были бы это какие-нибудь математические уравнения или физические задачи, она решила бы все быстро, но другой язык был не по ее части. Особенно латынь.

Утром, ближе к восьми утра, глаза Эльзы начали слипаться, она жутко хотела спать, но не могла позволить себе эту роскошь. Девушка кинула взгляд на Люси, она хмурилась, будто силясь что-то понять.

- Ну, что? – Спросила Эльза.

- Эльза, дай мне словарь латыни, немедленно! – Воскликнула Люси.

- Держи, что-то случилось? – Встревожилась Эльза, подавая какой-то словарь со своей тумбочки. Она читала, чтобы не заснуть где-то между двумя-четырьмя часами ночи, но ей это надоело, и книга была отложена подальше.

- Я не знаю, я не верю, этого быть не может! – Люси судорожно перелистывала книгу, в поисках каких-то слов. Найдя искомое, ее брови приподнялись, изображая удивление, испуг и страх поверить в то, что она прочитала.

- Что, Люси? – Эльза встала с постели и подошла к подруге.

- Я… это… вот, сама прочти. – Люси протянула ей свой исписанный блокнот. Эльза приняла и принялась читать. С каждой прочитанной строчкой ее взгляд приобретал оттенки страха, удивления и волнения.

- Так вот почему почерк показался мне знакомым, – хрипло произнесла Эльза, возвращая блокнот Люси, – что в руническом рукописном словаре, что в этом дневнике – почерк один и тот же.

- И как я только сразу не поняла, это же почерк… – Люси не успела договорить, так как в их комнату внезапно вошла Мира. Слава Богу, Хартфалия успела накрыть книги и блокнот одеялом, чтобы Штраус старшая ничего не заметила.

- С добрым утром, Эльза, Люси, – прервала беседу только что появившаяся Миражана, – что-то вы какие-то потрепанные, уставшие и бледные. Плохо спали? – Как всегда, с присущей ей заботой в голосе, спросила Мира. Вот только эта забота была какой-то… фальшивой.

- Да, всю ночь кошмары снились, – в тон ей ответила Эльза, только, в отличие от Миры, не скрывая фальшь.

- Правда? Странная была ночь, такая холодная, не удивлюсь, что ни вам одним снились кошмары. Разумеется, тем, кто спал этой ночью. – Притворно улыбаясь, сказала Мира. «Неужели, она знает…» пронеслось в голове у Эльзы.

- Ладно, мы сейчас оденемся, приведем себя в порядок и приступим к работе. – Вступила в разговор Люси.

- Конечно, как только расскажите, что тебе, Эльза, понадобилось в библиотеке ночью. И какая такая страшная необходимость двигала тобой, что ты украла книги и тихо ушла. – Это был удар. Эльза застыла, Люси бросило в дрожь. Они узнали. Это конец.

====== Глава 8. Знакомство с прошлым Миры ======

Дрожь, что объяла Люси, не давала ей думать ни о чем другом, кроме как о том, что они попались. Винила ли она в этом Эльзу? Ведь, по сути дела, это ее подруга попалась на воровстве, а не она, Люси. Нет, не винила, наверное, потому что сейчас было не до виноватых, да и Хартфалия понимала, что могла попасть точно так же. В любом случае, они попались, а это конец. Теперь их либо придадут суду за воровство, либо сами совершат этот суд, и они уже никогда не вернутся обратно. Люси знала, что делали с ворами в средневековье. Отсечение рук – это самый распространенный метод, что могло их ожидать. Но могли и просто избить, изнасиловать, продать в бордель. Люси понимала, что документов у них никаких нет. Их тут приютили-то по доброте душевной, поэтому продать их обеих могли как простых рабынь. Повезет еще, если кому-нибудь служанками, а то и шлюхами сделают. Люси не знала, как она поступит в таком случае. Она считала, лучше умереть. Да, гораздо лучше, чем быть грязной проституткой за гроши в дешевом борделе. Может, Эльза и выдержит, но она, Люси, нет. Почему-то Хартфалия была в этом уверенна. Если же попытаться сбежать из дома распутниц, нужно где-то все равно раздобыть денег. А их можно только украсть у того же клиента. Или у кого-то из других женщин в этом доме. А как это сделать, не вызвав подозрений – сложный вопрос. Нужно будет там со всеми познакомиться, хотя бы чтобы тебя просто знали. А для этого нужно время. Не исключено, что за это время тебя не пихнут кому-то в постель за копейки. А что самое страшное, если моральное унижение оказаться под каким-нибудь толстым и до ужаса отвратным мужиком еще можно как-то стерпеть, то шанс заразиться от него чумой/сифилисом/еще чем-нибудь пугал страшно. А учитывая отношение к гигиене простых крестьян, заразиться можно через любой второй половой контакт, в борделе можно и с первого раза заразу подцепить. И лежи, потом, задыхаясь в слезах, что умираешь в грязном отвратительном месте, хотя где-то там, в двадцать первом веке, есть мама, которая тебя любит, уютная постель и медицина, которая находится на недостижимой, для этого времени, высоте.

Избежать всего этого можно было одним путем. Рассказать правду. Но кто им поверит?! Во времени переместиться, как же. Хотя нет, это в двадцать первом веке тебя отправили бы в психушу, а здесь… Люси знала, что тут сразу обвинят в колдовстве и сожгут. Но что ей оставалось? В обоих случаях ждала смерть. От болезни в жалком состоянии простой шлюхи или же на виду у всего народа, измученной ведьмой. Что лучше? Тут и так все ясно.

- Мы с Эльзой не из этого времени! – Заявила Люси, – мы из будущего. – Умирать пустым местом, жалкой продажной женщиной от болезни Люси не хотела, она не могла себе этого позволить. Уж лучше сгореть в огне. – Эта книга, – она достала из-под одеяла дневник, найденный еще в их университетской библиотеке, – дневник некой Лейлы Хартфалии, она – моя мать. А Катарина Скарлет – мать Эльзы. Мы из двадцать первого века. И попали мы сюда, потому что я прочитала надпись на форзаце в этом дневнике. И книга эта нужна была нам для того, чтобы придумать, как вернуться обратно. А словари, который взяла Эльза, были для меня. Я не владею латынью в совершенстве, так что для уточнения некоторых слов они мне потребовались. – Выдохнула Люси. Эльза в шоке смотрела на нее. Она не думала, что Люси все так быстро расскажет, но, подумав, решила, что это был самый рациональный вариант решения проблемы. Пусть, это принесет им новые проблемы, но их не будут считать грязными воровками.

Хартфалия бросила украдкой взгляд на Миру, та слушала с замиранием сердца.

- Можете доказать, – хрипло выдавила Мира. Конечно, она понимала, что они говорят правду. Из-за волшебства, тем более такого могущественного, каким обладали Лейла и Катарина, можно и не так влипнуть. Но, тем не менее, двадцать первый век. Мира даже не могла себе представить, как там все. Сумки этих девушек, их обувь – все говорило за них, но ей нужно было что-то такое, что заставило бы поверить без сомнений.

- Да, разумеется. – Улыбнулась как-то грустно Люси и, подойдя к своей тумбочке, взяла какую-то штуку, которую Мира не знала, как назвать.

- Это телефон, с помощью него в нашем мире можно говорить друг с другом и обмениваться СМС-ками… письмами, по другому, в считанные секунды, даже если люди находятся в разных странах.

- Невозможно.

- И тем не менее, еще можно слушать музыку, смотреть фильмы… я потом объясню, что это. А вот, как это работает. – Люси разблокировала панель, а Мира во всю уставилась на телефон. Он светится! Немыслимо! Хартфалия нажала пальцем на какой-то значок, и изображение тут же сменилось на какой-то список. Люси нажала на первую же строчку, и комнату огласила необычная, для Миры, музыка.

- С ума сойти.

- Да, вот до чего наука в нашем веке дошла. – Улыбнулась Люси, выключая музыку.

- Идите за мной. – Выговорила Миражанна, все еще приходя в себя от того, что только что увидела.

- Я отведу вас к мастеру. Не бойтесь, он не сдаст вас инквизиции, – предугадав волнение Люси, заверила Мира. Хартфалия кивнув, пошла следом. Эльзе ничего не оставалось, как двинуться следом.

- Значит, Катарина и Лейла ваши матери. Зачем же вы солгали, что не знаете их? – Хмуро спросил Макаров, которому только что рассказали во всех красках, как эти девочки сюда попали.

- Я удивилась тому факту, откуда вы можете знать имена наших матерей. Поэтому побоялась говорить правду. – Хмуро ответила Эльза, – кстати, откуда вы знаете?

- Эльза, Люси. – Он тяжело на них посмотрел, – я боюсь, вы принадлежите нашему времени. Ваши матери родились и выросли здесь, в семнадцатом веке. Катарина – немка, Лейла – француженка. Они – величайшие волшебницы. Я знаю, как это звучит для вас, ведь в вашем веке новых изобретений наверняка нет никакого волшебства, есть только наука. Я прав? – Девушки сдержанно кивнули, Макаров продолжил, – и тем не менее, магия – единственное правильное объяснение того, как вы попали в наш век. Лейла была заклинателем духов. У нее были все двенадцать ключей, следовательно, двенадцать знаков зодиака. Потом объясню, что это. – Тут же заверил Дрейар старший, увидев негодование в глазах обоих, – но был и тринадцатый. Запретный знак. Он обладал сильнейшей силой, но тем не менее не относился к знакам зодиака, он был сильнее их всех. Тринадцатый дух – хранитель времени. Скорей всего, когда беременная тобою, Люси, Лейла и Катарина с тобою на руках, Эльза, бежали из тюрьмы, Лейла воспользовалась силой тринадцатого духа, и она переместила вас четверых во времени, в безопасный двадцать первый век.

- Но, как же они сбежали незамеченными? – Спросила Эльза.

- Знак зодиака Дева могла прокладывать подземные ходы, Бык мог разрушить любую преграду. Скорей всего, благодаря этому они и сбежали. Не исключено, что за ними была погоня, но твоя мама, Эльза, была сильнейшей оружейницей. Она могла призывать любые мечи, любое оружие, любые доспехи. Думаю, воинские навыки Катарины задержали солдат, пока тринадцатый дух открывал проход во времени, – закончил Макаров.

- Офигеть. – В унисон сказали Люси и Эльза.

- Эльза, что нам теперь делать? Если мы из этого времени, обратно можем и не вернуться. – Паниковала Люси.

- Нужно просто найти тринадцатый дух, который перенесет нас обратно. – Хмуро отозвалась Скарлет.

- Как?!

- Успокойтесь, все духи заключены в ключах. Люси, ты не замечала в дневнике надписей на руническом языке? – Поинтересовался Макаров.

- На форзаце.

- А кроме форзаца?

- Ну, были какие-то.

- Сколько их было?

- Около… двенадцати, – прошептала последние слово Люси.

-Так и думал, это печати. Нужно разобраться, как их снять. Двенадцать знаков зодиака должны знать что-то о тринадцатом. Этим мы займемся позже, а пока идите, вас работа ждет. После работы будите пробуждать в себе магию.

- Пробуждать что? – Не поняла Люси.

- Да, мастер, какую еще магию? – Спросила Эльза.

- Ту, которая в вас от матерей.

- Но мы не волшебницы! – Воскликнула Люси.

- Неужели, тогда как вы переместились во времени? – Скептически спросил Макаров, – руническая надпись на форзаце – это заклинание, оно может сработать, только если волшебница прочтет его.

- Но… – Хотела возразить Эльза, однако ее нагло перебили.

- Никаких но! Идите работать!

После того, как вся гостиница узнала о правдивой истории Люси и Эльзы, а они, в свою очередь, о деятельности гостиницы, им все же пришлось согласиться на занятия волшебством после работы в гостинице. Однако девушки до сих пор не пришли в себя от осознания того, что магия – это не бред сумасшедшего, а реальность. Но, все же, какие-то сомнения продолжали грызть разум, не давая покоя. Ведь разум настойчиво твердил – магии не бывает. И почему их матери в таком случае не рассказали им обо всем?! Ни Люси, ни Эльза не знали ответа. А чтобы не сойти с ума окончательно, отвлекались полным погружением в работу.

- Я жрать хочу. – Поведал Нацу, шагая за своими друзьями под палящим солнцем. Хотя, нужно отдать должное, сегодня было не так жарко, как вчера, так что вполне терпимо. И если с жарой Нацу справлялся в легкую, то голод усмирить не мог. Жерар и Лексас шли молча, не обращая внимания на ноющего друга. Дрейар младший который раз поблагодарил Бога за то, что с ними не поехал Грей. Если Фернандес мог закрывать глаза на Нацу, а Лексасу было плевать, то Грей бы это терпеть не стал. Он бы точно сказал что-то язвительное в сторону своего друга, тот бы не остался в долгу, и развязалась бы драка, которую Нацу с Греем именовали «махач».

- Как только найдем гостиницу, сможем поесть. – Спокойно ответил Жерар, Лексас даже удивился, ему казалось, что Фернандес где-то в своих мыслях и вовсе не слушает Нацу, но, вопреки ожиданиям Дрейара младшего, это оказалось не так. – Кстати, Лаксас, у тебя вроде дедушка гостиницу держит. Я не жду, что там будет дешевле, но у родственников своих друзей мне гораздо спокойнее.

Лексас остановился, обдумывая слова Жерара. С одной стороны, он прав, у дедули будет спокойнее, да и, хочет того Фернандес, или не хочет, а Макаров все равно с них денег не возьмет. А с другой… собственноручно привести инквизиторов в гостиницу, где дедуля помогает укрыться бедным девчонкам, которых бы уже давно сожгли. И если с Нацу можно будет как-то договориться, объяснить ситуацию, рассказать ему обо всем, то Жерар… Жерар был самым жестоким инквизитором из их коллектива. Гажил, конечно, тоже милосердием не отличался, но Жерар был верен своим принципам и законам церкви. Ему не объяснишь, что Леви МакГарден, Венди Марвел и Лисанна Штраус опасности для общества не представляют, темным волшебством не помышляют и в церковь ходят как положено. Конечно, предупредить дедулю и всех остальных можно было. Сказать Леви, чтоб не высовывалась, так о ее даре никто не узнает, Лисанну предупредить, чтобы не перевоплощалась на глазах, хотя она этого и так делать не будет, ну а Венди. А что Венди? Она же не дура, чтобы бегать по всей гостинице и кричать «я умею лечить волшебством! Дяденьки инквизиторы, вам здоровьице не поправить?». Но Лексас давно не навещал дедулю, может у них там кто-нибудь новенький, который непременно «спалит всю контору к чертям». Об этом Лексас предпочел не думать. Он понимал, что лучше будет обойти «Фейри Тейл» стороной, но что он скажет Жерару? Свободных номеров нет? Там всегда свободных комнат хоть отбавляй! Постояльцев мало. Поссорился с дедушкой? Да, как вариант, но Фернандес непременно спросит, когда он умудрился, ведь Лексас не навещал своего дедушку очень давно, а к этому времени все обиды забылись бы. Эх, была, не была!

- Это отличная идея. Пойдемте, гостиница дедули недалеко. – Сказал он, после недолгого молчания. Нацу и Жерар послушно двинулись за ним.

- Ммм, вкусный супчик, – нахваливала еду Люси во время их с Эльзой обеда на кухне. Официальный обед, на котором обязаны присутствовать все, ведь «Фейри Тейл» одна большая семья, должен быть через час, но Хартфалия и Скарлет так устали, что повариха решила накормить их досрочно.

- Нужно будет разыскать пекарню в городе. – Протянула Эльза. Люси сразу поняла намек.

- Эльза, ты хоть раз можешь забыть о своих тортах?!

- Как их можно забыть, Люси? Божество в виде клубничного торта нельзя забыть.

- Ты не исправима.

- Эльза, Люси! – На кухню влетела встревоженная и запыхавшаяся Миражанна, – не смейте говорить о волшебстве! Не смейте говорить о двадцать первом веке! Не смейте выносить из своей комнаты телефоны, туфли, одежду и сумки! Запоминайте, вы обычные крестьянки, у которых нет денег, поэтому вы работаете здесь. Рабочее время будете проводить вдалеке от гостиной. Эльза, отныне убираешь только второй этаж! Люси, не высовываешься из кухни, чтобы не случилось! Пока я сама лично за тобой не приду и не доведу тебя до твоей комнаты. Отныне будете надевать платки на голову, тщательно скрывая волосы! А сейчас живо вставайте и за мной! Идем в поле через задний двор.

- Что произошло? – Взволнованно спросила Люси.

- Нет времени объяснять, потом расскажу, а сейчас делайте то, что я прошу! – Взмолилась Мира. Эльзе и Люси ничего не оставалось делать, кроме как послушно проглотить все свои вопросы и отправиться вслед за Мирой.

- Рад видеть тебя, и твоих друзей, Лексас. Весьма неожиданный визит. – Макаров сменился в лице. Он был несколько напуган, удивлен, что не укрылось от глаз его внука. Значит, все же появились новенькие, и не такие простые, как Леви, Ласанна и Венди. – Мира покажет вам ваши покои, они на первом этаже. Ах да, через час обед, не опаздывайте.

- Не волнуйтесь, мастер, ни в коем случае! – Счастливо заверил того Нацу. Уж он-то точно обед не пропустит. А вот Лексас еще больше насторожился. Обычно его дедушка не говорит, на каком этаже будет ночевать его внук. Просто «Мира проводит» и все. Значит, раз они на первом, логично предположить, что новенькие на втором. Поэтому-то их и селят на разных этажах, чтобы Нацу и Жерар не встретились с ними. Неужели, у них какая-то особенная форма магии, неконтролируемая, как у Леви? МакГарден никогда не знает, когда видения застанут ее врасплох. На людях, или же нет.

- Хорошо, мы пойдем.

- Вы, должно быть, устали. Я распоряжусь, чтобы вам принесли воды. – Лепетала Мира, второпях шагая к приготовленной для них комнате.

- Благодарю, мадам. – Вполне ожидаемая вежливость, смешанная с холодностью от Жерара. И тишина. Казалось бы, что говорить нечего, однако тишина давила на нервы. Или только Лексасу так казалось?

- Лексас, ты ничего не знаешь об Эльфмане? Как он там учится? – Подала голос Мира. За это он был ей благодарен. Мира всегда знала, как сделать из самого, казалось бы, угнетенного момента, живую и радостную обстановку.

- Он делает успехи, – соврал на ходу Лексас. Конечно, он ничего не знал об Эльфмане. Да и откуда ему было знать? Они не общаются. Мира прекрасно поняла, что он соврал только для того, чтобы поддержать разговор и чтобы обстановка не выглядела мрачной. Лексас все-таки дома, он должен вести себя соответственно, а не хмуриться, думая, как бы Жерар и Нацу не спалили истинное предназначение гостиницы. Для этого-то и был этот пустой разговор. Чтобы не вызывать лишних подозрений.

- Здорово.

- А как Лисанна?

- Замечательно. Помогает мне во всем. Ворчит даже, что я иногда по ночам работаю. – Улыбнулась Мира. Лексас отметил про себя, что их пустой разговор начинает становиться искренним.

- И правильно делает, ты свое здоровье скоро посадишь, если будешь и дальше работать на износ.

- О, да ладно тебе. Не такое уж это и перенапряжение – работа с бумагами. Да и у меня братик скоро врачом станет, вылечит меня, если вдруг что случится.

- И когда ты успела стать таким трудоголиком? Помню, когда мелкая была, терроризировала всех в гостинице и работать не хотела.

- Не преувеличивай, я никого не терроризировала.

- Совсем, – усмехнулся Лексас. Мира рассмеялась. Искренне, как в детстве. Лексас отметил про себя, что давно уже не слышал, как она смеется. Мира так изменилась. Он всегда считал ее своей младшей сестрой. Но сейчас отметил, что она уже не та маленькая девочка, с которой они часто дурачились в детстве. Конечно, Лексас навещал дедушку, и видел, как Мира меняется, но так как его приезды были редкостью, он совсем не знал, как меняется подруга детства внутренне. Сейчас Лексас осознал, что практически ничего не знает о ней. Было даже обидно. На какие темы с ней теперь говорить? Он не знал. А тема ее самочувствия и ее семьи рано или поздно закончится.

- Ну, может тебя и доставала. – Улыбалась она. Он и не заметил за разговором, как быстро они дошли до комнаты, – итак, располагайтесь. – Она, все еще с улыбкой, наблюдала, как Нацу плюхнулся на первую попавшуюся кровать, Жерар присел на кресло и, холодно поблагодарив Миру, принялся что-то читать.

- Ты так изменился Лекс… – его прозвище в ее устах спустя столько времени звучало как-то непривычно. Миражанна даже дернулась, когда произнесла это. Лексас заметил.

- Да, ты тоже.

- Ладно, я… пойду. – Уже не так искренне, как минуту назад, но все же красиво улыбнувшись, Мира повернулась к двери.

- Хорошо. – Кивнул он. Вот она. Пропасть между ними. Казалось бы, всего лишь прозвище. Но уже не так звучит, как в детстве. От этого становилось обидно. Лексас, как будто, потерял друга.

- Лексас, я и не знал, что у тебя девушка есть. – Ну вот, что и следовало ожидать от Нацу. Ничего не понял.

- Она не моя девушка, она мой друг детства, очень хороший – краткий ответ.

- Никогда не дружил с девчонками. Мира такая добрая, а ты такой…

- Какой?

- Грубый, холодный, скрытный, – подал голос Жерар, предоставляя свою версию эпитетов, которые не назвал его друг.

- Хах, вы не знали Миру в детстве. Мы были, как вы с Греем. Пререкались друг с другом, иногда дубасили друг друга. В большинстве случаев, она меня.

- По ней не скажешь, – отложив книгу на стол, тем самым показывая свое внимание к разговору, сказал Жерар.

- Она изменилась. Я и сам не заметил, когда. Я рано уехал из гостиницы в Эру, учиться. Приезжал редко, а она с каждым годом менялась. И я упустил тот момент, когда мы отдалились.

- Жерар, а ты когда-нибудь дружил с девчонками? – Поинтересовался Нацу.

- Да, и до сих пор общаюсь с ней. Правда, она совершенно не похожа на Миру. Грубая, своевольная, упрямая, с характером. – Перечислял Жерар, вспоминая подругу детства.

- Интересно, если она такая, как ты описываешь, как вы с ней умудрились подружиться. – Задумался Нацу.

- Порой, я задаю себе тот же вопрос. – Философски ответил Жерар.

Нацу промолчал.

Лексас прилег на свою кровать и прикрыл глаза, о чем-то задумавшись.

Жерар вновь взял свою книгу и погрузился в чтение.

Мира пересекала поле, не смотря вперед. Ее глаза были устремлены куда-то в том направлении, куда она шла, но они не видели ничего. Сейчас Миражанна была далеко от сюда. Она была где-то в своем мире, в своих мыслях. Боже, как же он изменился! Он повзрослел, похорошел, но самое главное, он больше не тот мальчишка, с которым можно было весело проводить время, как в детстве. Она даже его кличку назвала с трудом. Он, кажется, заметил. Миражанна сама изменилась. Если бы она общалась с ним на протяжении всех этих лет, в их разговоре не было бы натянутости. А так. Мира поняла, что как прежде, определенно, не будет. Понадобится время, чтобы узнать друг друга получше, но все равно они не смогут больше разговаривать друг с другом так беззаботно, как прежде. Слишком много воды утекло. Обидно. А что самое обидное, так это то, что он был инквизитором. А она – одна, из сильнейших ведьм. И он ничего не знал. Ничего. А она боялась рассказать. Еще тогда, в детстве. А сейчас. Сейчас и говорить не о чем. Лексас повзрослел, и если незначительную силу Лисанны, дар Леви и способности Венди он мог понять, то ее сила. Внешний вид ее превращения говорил за себя. Ее и слушать бы никто не стал. Испугались бы внешности и сожгли. Интересно, он бы сам поднес факел к ее костру, или бы даже руки пачкать не стал?

Мира предпочла не думать об этом в таком ключе. Жаль, конечно, Лексас был для нее братом, лучшим другом. А теперь этого нет. Нет больше дружбы. Есть он и есть она, их, как лучших друзей, больше нет.

Мира только сейчас заметила, какой он красивый. Раньше не замечала. Некоторые ее подруги, даже сестра, удивлялись, как она еще не влюбилась. Но этого, почему-то, не произошло. Лексас был только другом, она никогда не думала о нем, как о парне. А сейчас задумалась и усмехнулась своим мыслям. У них все равно ничего бы не получилось. Слишком они похожи и одновременно слишком разные. Он и сам это понимал. Мира была в этом уверенна. Лексас никогда не проявлял к ней особого внимания, только как к сестре и другу.

- Мира, – голос Люси вывел Миражанну из мыслей, – мы идем за тобой уже полчаса, а ты и слова не сказала. Все в порядке?

- Все нормально, Люси.

- Расскажи нам, почему ты была так взволнованна, когда прибежала на кухню. – Попросила хмурая Эльза.

- К нам приехал внук мастера Лексас со своими друзьями.

- Что в этом плохого? – Спросила Эльза.

- Они инквизиторы. Лексас знает, чем занимается мастер, и упорно закрывает на это глаза. Он будет молчать и о вас, но вот его друзья вряд ли.

- Но, Мира, мы с Эльзой не знаем даже, как пользоваться нашей магией. Не думаю, что они узнают, что мы из будущего и примут нас за ведьм.

- В этом ты права, но все инквизиторы знают о том, что восемнадцать лет назад из самой охраняемой тюрьмы Святой Инквизиции сбежали Катарина Скарлет и Лейла Хартфалия с детьми, а вы, между прочим, не только похожи на них, но и по возрасту подходите. Вас с легкостью могут принять за них или же за их дочерей, что, кстати, так и есть, и сжечь. А потому наши гости, за исключением Лексаса, не должны видеть вас. Вот почему вы должны носить платки и не высовываться без надобности. Они живут на первом этаже, так что ты, Эльза, во избежание встречи с ними, будешь убираться в комнатах только на втором этаже. А ты, Люси, сидеть на кухне, и ждать моего прихода. Все ясно?

- Предельно. – Откликнулись обе.

- Замечательно. Ну, а теперь приступим к первому уроку магии.

прим. автора. Люси должна была родиться в 1591 году (даа, знаете, сколько автор всю эту фигню высчитывал и путался пятьсот раз) в апреле, если бы Катарина с Лейлой не переместились во времени в тот момент. Эльза родилась в декабре 1590 года. Так что в 1609 году (в который умудрились попасть наши героини) в апреле Люси исполнилось восемнадцать, (по событиям фанфика идет август) а Эльзе в декабре исполнится девятнадцать.

Это так, для справки.

====== глава 9. Знакомство с Джувией ======

Тренировки проходили совсем не так, как это представляла Люси. Никакого волшебства, даже попыток его вызвать, а сплошные физические нагрузки. И как, спрашивается, они смогут пробудить в себе магию, если занимаются по программе армии? Какая глупость. Хотя Эльзе так не казалось. Скарлет привыкла заниматься спортом. Мира сначала заставила их заниматься физическими нагрузками, а потом что-то рассказывала из истории. Закончили они к позднем вечеру. Люси с Эльзой, полностью измотанные, еле волокли ноги, пытаясь не упасть.

Приблизившись к гостинице, Мира насторожилась и велела накинуть Люси с Эльзой платки, которые она им дала. Девушки так и сделали и, получив знак от Миры подождать ее немного во дворе, послушно остановились, а Штраус старшая скрылась в помещение. Вскоре она выглянула из-за двери и велела девушкам идти за ней.

В коридоре действительно никого не оказалось. Миражанна хотела довести Эльзу и Люси до их комнаты, однако ей пришлось предоставить их самим себе, так как Лисанна, внезапно появившаяся из-за угла, что-то проговорила и утащила Миру с собой. Из скомканной, невнятной и поспешной речи, Люси с Эльзой поняли только, что это срочно и очень серьезно. Мира ушла, а девушки не спеша поплелись на второй этаж, попутно сняв с себя “старушечьи”, как выразилась Люси, платки. Поскольку обе вымотались и вспотели, было принято решение наведаться на горячие источники. Тем более, Мира разрешила. В предвкушение отдыха в горячей воде, Люси мечтательно закрыла глаза, представляя как нежится в горячей воде. Эльза же улыбнулась. Она ведь тоже устала, какой бы спортсменкой не была. Добравшись до своих комнат, Эльза кинула платки на стол, Люси взяла полотенца и чистые платья, так любезно предоставленные вчера Мирой. Платья были самыми обычными, из дешевого, легкого материала. Одно – сине-зеленого оттенка, другое – темно-сиреневого.

- Все никак не привыкну к этим нарядам. Я привыкла к современной одежде, а тут платья и корсеты жутко-неудобные. Я даже на выпускной платье покороче надевала. – Отозвалась об одежде Люси.

- Я думала, ты так устала, что сил возмущаться у тебя нет, – мрачно заметила Эльза.

- Силы по возмущаться я всегда найду, – буркнула Люси.

Собравшись, девушки покинули комнату.

Быстрее. Нужно бежать быстрее. Она знает это, ее преследуют, нужно не попасться и покинуть чертов город, а затем и страну поскорее.

Дыхания не хватало, в боку как будто торчал нож, из-за чего правый бок отзывался острой болью. Ноги уже не держали, но она продолжала бежать, утешая себя мыслями о свободе и безопасности. Волосы необычного оттенка прилипли к лицу, из-за чего вызывали неприятные ощущение, но убрать их возможности не представлялось – дорога была каждая минута. Порванное, влажное от пота, платье, облегало чересчур хрупкую и тощую фигуры девушки. Кожа была бледной и в некоторых местах “прозрачной” – на внутренней стороне предплечий рук, и на груди были видны вены. Темные мешки под глазами свидетельствовали длительному отсутствию сна. Необычайно яркие синие глаза выглядели уставшими.

Джувия Лоскар – девушка семнадцати лет, имеющая необычную внешность, но весьма непривлекательное социальное положение. Джувия родилась в обычной бедной семье. Отец умер, когда ей было пять, мать не обращала внимания на дочь. Не любила. По мимо Джувии в семье было еще трое детей. И к старшим братьям и сестре Джувии мать относилась гораздо лучше, чем к самой девушке. Она не знала, почему. Точнее, до восьми лет не знала. Джувии повезло унаследовать необычную внешность, не похожую ни на мать, ни на отца, зато как две капли воды со своей бабушкой, по маминой линии. Волосы цвета дождя и глаза цвета глубин океана, такие же глубокие и загадочные. Сначала Джувия не понимала, почему мама так не любит ее из-за ее внешности, однако очень скоро открыла в себе одну из стихийных сил. Джувия поняла, что ее цвет волос и глаз – не случайность, они действительно связанны с водой. Джувия всегда плакала из-за того, что мать, сестра и братья ее не любят, и в ее городе постоянно шел дождь. Мать часто била ее, запрещала реветь, и, когда слез не было, дождь прекращался. Бабушка Джувии рассказала ей, что та унаследовала от нее величайший дар. Дар управлять природной стихией. К двенадцати годам Джувия многому научилась. Она могла полностью раствориться в воде, превратив свое тело в воду, могла заставить дождь идти по своему желанию, могла вызвать водоворот или цунами в океане. Но Джувия не страдала идеей захватить мир и поработить людей с помощью своей силы. Она не управляла погодой в своем городе, не насылала цунами, ничего такого. Просто если была засуха, стоило ей только захотеть, как шел дождь, и все радовались. Но, как ни старалась девушка, а когда плакала, не могла сдержать дождь. Джувия так и не смогла научиться контролировать это, когда плакала. Поэтому часто сдерживала слезы. Никто ее в этом не подозревал. Лоскар младшая мечтала уехать из Берлина, как только представится возможность. Она думала, что мать не подозревает ее в открытии в себе магии, однако ошиблась. Тот факт, что внешность у нее была, как у ее бабушки – сильнейшей ведьмы, одной из четырех элементов, уже о многом говорил. Бабушка успокаивала Джувию тем, что оставит ей свой дом в Мюнхене. Однако девушка и слышать ничего не хотела по поводу пресловутой идеи бабушки по поводу смерти. Однако, бабушка все же умерла, когда Лоскар было пятнадцать. Мать сразу же распорядилась наследством. По завещанию, все отходило Джувии, в том числе и кое-какие документы в Ирландии, хранящиеся в библиотеке. Но до своего совершеннолетия девушка не могла вступить в права владения наследством. Поэтому мать ловко отобрала дом у Джувии, поселив там старшего брата Джувии. Слава Богу, все, что связанно с волшебством, было отправлено в Ирландию, поэтому упрекнуть ни Джувию, ни ее бабушку в волшебстве не удалось. Однако мать нашла у нее в комнате амулет, которые подарила бабушка. Он, по ее словам, защищал девушку от неудач и и приносил удачу. Как-то, чтобы помыться, а Джувия это очень любила, не смотря на всеобщее мнение, она сняла амулет и положила его в шкаф. А потом ее что-то отвлекло, какое-то поручение, и как-то само собой вылетело из головы одеть амулет обратно. Мать не понимала Джувию в ее стремление к чистоплотности, ведь в их век считалось, что можно подхватить чуму или еще какую-нибудь заразу при мытье, поэтому общество предпочитало пренебрегать гигиеной. (Автор читал статью, в которой это все описывалось. Когда автор дочитал это до конца, мои волосы встали дыбом! Если кому интересно, сайт, где рассказывалось о гигиене, а точнее о ее отсутствии в Европе, напишу в конце главы).

Старшая сестра Джувии ее не только не любила, но и в каком-то смысле даже боялась, ведь знала от матери о ее способностях.

Как-то Даниэль – сестра Джувии – рылась в ее комнате, мать послала ее забрать у Лоскар младшей грязное постельное белье, так как пришло время его стирать (а стирали в средние века строго в определенный день раз в месяц). Так Даниэль и обнаружила тот злосчастный амулет и тут же показала его матери. Та, посчитав это самым прямым доказательством принадлежности Джувии к ведьмам, обвинила ее в колдовстве и сношениях с дьяволом, затем избила. Джувию каждый день оскорбляли продажной грешницей. Пока сестра просто не отнесла амулет в резиденцию святой инквизиции. Тогда-то Джувию хотели сжечь, однако было принято решение дождаться приезда одного из инквизиторов из Фиора, и только потом устроить суд. А до этого девушку было приказано держать в темницах инквизиции. Но Джувия знала, что до суда она не доживет в темницах, да что там, она не доживет и до приезда того самого инквизитора их Фиора. Ласкар приняла решение бежать. И ей это удалось. Джувия не хотела терпеть пытки, она знала, что не переживет их и, чтобы избежать боли, сознается в том, что она ведьма, получившая свои силы благодаря тесным связям с дьяволом. Хоть это было и не так. Сидя в темнице, слова бабушки о ее силах, которые та назвала даром аукнулись и отозвались в сознание самой Джувии как проклятие . Отойдя в дальний угол камеры и подождав, пока какой-то старичок, которого считали еретиком из-за его убеждений, уснет, Джувия, воспользовавшись магией, наполнила емкость, которая предназначалась для пития, водой. Судя по сухости и пыльному состоянию этой емкости, стражники просто издевались над пленниками. Поэтому удостоверившись, что емкость отмыта и наполнена водой, Джувия проделала это и со своей. Она не выпила ни капли, всю воду отдала старичку. Так что, удостоверившись, что у старичка две полные емкости воды, девушка, превратив свое тело в воду, прошла сквозь решетки и оказалась в сыром коридоре темницы. Стражники куда-то удалились, поэтому ей представилась уникальная возможность бежать. Джувия, набравшись смелости, изо всех сил побежала вперед, к выходу. Приблизившись к лестнице наверх, она вновь превратилась в воду и, незаметно для других, передвигалась по стенам и полу к свободе. Так ей и удалось сбежать.

Джувия знала, что ее будут преследовать, но надеялась убежать как можно дальше.

Так она и оказалась в лесу. Порядком устав, Джувия порвала свое платье, но продолжала бежать. Пользоваться магией она не хотела, ведь это означало бы подтверждение их слов о всех этих глупостях про дьявола. Спрятаться же, вновь превратившись в воду, и представ перед стражей в виде какой-нибудь лужи не представлялось возможным. Во-первых, дождей не было уже как две недели, во-вторых она на столько устала, что у нее просто не смогла бы сейчас стать водой.

Впереди показалась церковь. Девушка, не раздумывая, туда побежала. Храм явно был католическим, Джувия это сразу же поняла. Войдя внутрь, девушка поняла, что церковь заброшена. Обветшалые витражи, один из них разбит, полуразрушенная стена и обветшалый алтарь, треснутый каменный пол, полу-прогнившие сидения, все указывало на то, что эта церковь была заброшена несколько десятков лет назад.

Подбежав к алтарю, Джувия рухнула на колени, из-за чего те отозвались болью, и подняла уставшие, но полные надежды, глаза на витраж, изображающий Иисуса Христа. Судорожно Джувия начала произносить какую-то молитву, а затем не сдержал слез.

- Ты столько страдал, я знаю, – всхлипывая, начала она, – но почему они обвиняют таких, как я в принадлежности к Аду? Я всегда в тебя верила, я не имею никаких отношений к падшим ангелам. Я знаю, что, возможно, не смогу убежать от них и меня казнят, я не вправе требовать от тебя спасения, или же наоборот обвинять в том, что ты наделил меня этим даром, но прошу, позволь мне исповедаться в последний раз. – Просила она. Джувия всегда верила в Бога, и даже когда некоторые скептики спрашивали, почему тогда Бог, если же он такой всемогущий, не избавит людей от чумы и прочих болезней, девушка просто отвечала: “мы заслуживаем всего того, что с нами происходит. Это плата за грехи. А те, кому удалось избежать этого при жизни, будут судимы на страшном Высшем суде”. Джувия не знала, с чем связанна такая сильная вера, наверное, это от того, что она с детства ходила в церковь.

Закончив исповедь, Джувия бессильно упала на каменный пол, у ног Господа, и просто лежала. Ей вспомнилась бабушка, которая единственная к ней хорошо относилась, и слезы невольно потекли из глаз. Волнистые волосы закрыли лицо полностью, так что ей не было видно даже подножия алтаря перед собой.

С первой слезинкой, упавшей с лица Джувии, тут же с неба, в такт слезе, сорвалась капля холодного дождя. Джувия плакала, вспоминая прошлое, а небо плакало вместе с ней, видимо, тоже вспоминая что-то грустное. Наверное, жизнь Джувии, а может и унылую жизнь суеверного человечество, из-за суеверия которого погибло много хороших людей.

В церковь ворвалась стража, они, было хотели разобраться с Джувией самостоятельно, но священник, выступавший в качестве их главы, запретил что-либо с ней делать, аргументируя это тем, что они в церкви. А там укрытие может искать любая заплутавшая душа.

Один из стражников, подхватив бессознательную Лоскар на руки, направился к выходу, заявив, что хочет поскорей с этим покончить.

- Слушай, Эльза, а сколько мы уже тут торчим? – Поинтересовалась Люси.

- Не знаю, но явно пару часов.

- Вода такая теплая, вылезать не хочется. Но нужно, иначе уснем прямо здесь.

- Ага, пошли, – зевая, согласилась с подругой Скарлет. Обе безумно хотели спать. Когда они опустились в горячую воду источника, Люси с Эльзой сначала где-то час проболтали о их мире, о том, как там их матери, и почему они им ничего не рассказали. Затем переключились на обсуждение своих магических способностей. А потом и об инквизиторах стали разговаривать. На этой теме разговор как-то сам сошел на нет.

Покинув горячий источник, по возвращению в свою комнату, Люси еще раз прочитала заклинание на руническом языке на форзаце книги, но ничего не произошло. На английском надпись переводилась, как просьба перенести читающего в 1609 год. Люси с Эльзой не знали, почему именно этот год. Но факт тот, что это заклинание явно не поможет перенестись обратно.

- Эльза, я тут перевела наш, 2014 год на рунический язык. Может, если прочесть это заклинание, но упомянуть 2014 год, мы вернемся? – С надеждой спросила Люси.

- Ну, попробуй, – вяло ответила Эльза, откинувшись на подушку. Люси зачитала заклинание. И...

- Ничего. – Констатировала Эльза.

- Черт. – Кратко отозвалась Люси, – ну почему ничего?! По логике вещей мы должны были вернуться, почему не вернулись?!

- Не знаю, но мне кажется, ответ кроется в этой книге.

- Эльза, я ее уже от корки до корки изучила, и ничего.

- А те надписи на рунах? Их двенадцать, что ли.

- Мастер сказал, что это печати, с помощью которых я заполучу ключи от духов. Это и есть моя сила, но пока что я не умею пользоваться своей магией, поэтому призывать их нельзя.

- Ты хоть знаешь, в чем заключена твоя сила, я, вот, не представляю, как можно призвать меч из неоткуда. Это же глупость!

- И тем не менее, ты же первая предположила, что мы попали сюда из-за волшебства, а теперь не веришь в магию?

- Верю, просто не представляю, как можно призвать оружие, да и я с ним не очень-то хорошо обращаюсь.

- Ну ты же училась боевым искусствам.

- Ну, да.

- Ну и не волнуйся. Меня больше волнует, как нам вернуться в свое время.

- Люси, Макаров тебе ничего не говорил?

- Говорил что-то о тринадцатом знаке зодиака, но где он, никто не знает.

- Так знаков ведь двенадцать.

- Ну, а ключей тринадцать. И нам нужно его найти.

- С какой целью?

- Мастер сказал, что тринадцатый знак зодиака может открывать временные разрывы, то есть порталы, с помощью которых мы сможем вернуться обратно.

- Я тут подумала, а что, если мы никогда не вернемся?

- Почему, Эльза?

- Ну, Макаров же говорил, что мы, точнее я, родилась в этом времени, а ты должна была в апреле. Однако наши матери переместились во времени с нами, поэтому-то мы и жили в двадцать первом веке. А на самом деле наш родной – это семнадцатый.

- Возможно, ты права, но мы же прожили в двадцать первом веке 18 лет, двадцать первый век – это наш дом! Мы обязаны туда вернуться!

- Надеюсь, мы найдем тот ключ.

- Я тоже, Эльза, а сейчас давай спать.

Грей радостно выдохнул, выходя из кареты. Он вот уже несколько дней ехал в Берлин и, наконец, приехал. Трястись в дороге уже надоело. Они почти не останавливались, так как Грей хотел поскорей прибыть на место. Берлин встретил его дождливым вечером. Фулбастеру тут же показали его покои, нужные документы, а так же известили о скором суде. Когда он выходил из кабинете главного инквизитора Германии, Грей краем глаза уловил какое-то движение на улице, около входа в темницы.

Выйдя на улицу, его взору представилась измученная девушка с растрепанными, необычного оттенка цвета, волосами. Она была без сознания, поэтому он решил поинтересоваться, куда ее тащат в таком состоянии.

- Что здесь происходит? – Холодный голос Грей разрезал давящую на него тишину.

- Сер, мы ведем эту ведьму в темницу. Она сбежала сегодня, – ответил один стражник.

- Ей нужна помощь, иначе она не доживет до суда. – Продолжил Грей.

- Она по любому не доживет, ее ведь еще ожидает камера пыток. – Хмыкнул второй.

- Ваше благословение, – обратился Грей к священнику, – вы считаете это человечным, издеваться над бедной измученной девушкой?

- Сын мой, ей представлены обвинения в сношении с дьяволом и, судя по тому, что она сбежала из темницы, не оставив никаких следов взлома, это правдивые обвинения. – Ответил священник.

- Не смейте отводить ее в камеру пыток до суда.

- Вы не имеете права нам приказывать, – хамски сказал стражник.

- Не сомневайтесь, я его получу. – Так же холодно закончил Грей и развернулся в ту сторону, откуда пришел, показывая тем самым, что разговор окончен.

Джувия проснулась в той же сырой камере, из которой недавно сбежала. Она попыталась встать, но все тело ныло. Видимо, бег без перерыва сказался.

- Тише, дитя мое, выпей. – Послышался голос явно пожилого человека. В нем Джувия узнала того самого старичка.

- Ну что вы, я эту воду для вас оставила. – И тут же прикусила язык. Она только что в открытую заявила, что она ведьма. Откуда у нее вода? Она появилась по волшебству, значит она ведьма. Хотя, это теперь и не важно. Ее в любом случае убьют.

- Я знаю, кто ты, – все так же доброжелательно сказал старик, – я знал твою бабушку, она была удивительным человеком. Точнее, волшебницей.

- Ведьмой.

- Я предпочитаю называть таких людей волшебниками или же одаренными Богом.

- Одаренные Богом? Только вот не все используют этот дар во благо людям, а тем, кто старается жить, как человек, это выходит боком. Например мне. Я благодарна Богу за этот дар, вот только он счастья никому не принес. Ни людям, ни мне.

- Как тебя зовут?

- Джувия, а вас?

- Мое имя не так важно, Джувия, а вот тебе уготована великая роль.

- Что вы такое говорите? Меня сожгут на костре, как ведьму, или я умру в камере пыток до суда.

- Ну что ты, ты слишком рано решилась бежать. Да и не так, как нужно. Ночью, через три дня, будет проходить праздник. Стража понадобиться в городе. Здесь, в подземелье останется мало стражников, да и эти лентяи ночью спят. Поэтому ты, за эти три дня, наберись сил и сквозь эту щель в верхнем углу выбирайся на поверхность. Мы с тобой на самом верхнем этаже подземелий. Ты окажешься на улице, ночью тебя не будет заметно, поэтому ты, в форме воды, уйди как можно дальше, до ближайшего водоема. Знаешь ведь, где река. А как только в воде окажешься, никто тебе не помеха на пути к свободе. Ты должна отправиться в Ирландию. Твоя бабушка оставила тебе там одну очень важную вещь. Ты должна доставить ее в гостиницу Фейри Тейл, это в Магнолии.

- Мне нужно будет добраться до Фиора?

- Да.

- Я не смогу выполнить все это в одиночку.

- У тебя нет выхода, Джувия. Ты должна.

- Я... я постараюсь, – уверенно заявила Джувия. Она не упустит еще один шанс на свободу, – но я помогу вам сбежать.

- Не глупи, я уже стар, и приму смерть с достоинством. На моем веку столько ошибок. А ты должна жить.

- Но я...

- Джувия, ты должна жить. Поэтому ты убежишь от сюда не оглядываясь через три дня, обещай.

- Я... обещаю.

- Вот и хорошо, а теперь отдыхай.

- Хорошо, она будет освобождена от пыток. Что-то еще?

- Я лично хочу допросить ее.

- Возьметесь за это дело?

- До суда, думаю, справлюсь со всем.

- Вы же понимаете, что суд – это только формальность, она все равно будет сожжена.

- Все равно я хочу с ней поговорить.

- Хорошо, пусть так и будет.

Довольствуясь полученным разрешением, Грей вышел из кабинета главного инквизитора с документами о девушке по имени Джувия Лоскар.

Как и обещала, сайт про гигиену средневековой Европы:

http://faktorvremeny.wordpress.com/2013/04/07/o-gigiene-v-srednevekovoj-evrope/

====== Глава 10. Лицом к лицу ======

Джувию разбудил один из охранников, сказал, что у нее есть пару минут, а потом он выведет ее отсюда. Оказалось, кто-то хочет с ней поговорить. Интересно, кто. Умывшись и поправив одежду, Джувия принялась пытаться хоть как-то привести в порядок волосы. В результате, она не нашла ничего подходящего, как завязать свои вьющиеся волосы в хвост. Веревочка нашлась в кармане платья. Ею она и завязала волосы. Потом все тот же охранник вывел Джувию из камеры и повел наверх. Вскоре они дошли до какой-то комнаты. Лоскар, увидев, что охранник не спешит туда входить, прошла первой. В комнате был обычный стол и два стула друг на против друга. Не очень-то радужная обстановка, но в любом случае лучше камеры пыток. Комната была пуста, поэтому Джувия решила для начала осмотреться. Она наткнулась взглядом на окно, достаточно большое окно. Внезапно в голове появились мысли, что через это окно можно с легкостью выпрыгнуть наружу, а там и до ворот недалеко. НЕТ! Она не может сейчас сбежать! Опять рискует попасться и тогда ее точно сожгут. Уж лучше придерживаться плана. Да, план. Но все равно было интересно, что там, за окном. Джувия подошла к нему и глянула сквозь решетки. Как она и думала, внутренний двор, где на постах стража. Однако, она отметила, эта часть двора охраняется не так серьезно, как главная. Она сделала такой вывод, потому, как площадь участка, который она видела, была мала и солдат на ней было не много, но все равно для побега – многовато. Поэтому девушка просто прикрыла глаза и представила свободу. В её понимание свобода – это бабушкин маленький домик в Ирландии, в дали от родственников, по вине которых она здесь. Джувия не знала, как выглядит Ирландия, она представляла ее по рассказам бабушки, неровный рельеф, морской воздух, свободные просторы. Бабушка говорила ей, что там пасмурно. Поэтому Джувия представляла серо-молочное небо, легкий ветерок с моря, и себя, в легком голубом платье, бегущую к обрыву, чтобы насладиться красотой заката. Солнце почти село, касаясь водной глади и окрашивая ее в разнообразные теплые оттенки. Небо, хоть и было пасмурно, тоже переливалось теплыми оттенками. Было красиво, и тучи на небе ничуть не мешали и не портили картины. Ей, на мгновение, показалось, что она вдохнула морской свежий воздух, как услышала, что дверь в помещении, где она находилась, отправилась. Картина, которую рисовало воображение Джувии, помутнела и исчезла. Лоскар повернулась на звук и увидела молодого юношу на вид лет восемнадцати-двадцати. Темные волосы, немного растрепанные, такие же темные глаза. По одежде, как отметила Джувия, он был состоятельным человеком, и явно не немец. Вот только зачем ему задалась она?

- Кхм, простите мне мою наглость, сер, но не изволите ли объяснить мне необходимость нашей встречи? – Вежливо начала Джувия, – я вижу, вы не немец, явно чужестранец, зачем же я понадобилась вам?

- Вы верно подметили, я родом из королевства Фиор, – Джувия внимательно посмотрела на него. Именно в

Фиор ей нужно было попасть, – может, слышали? – Лоскар только кивнула, прося его своим жестом продолжить, – я инквизитор.

- Будете собственноручно выпытывать из меня признание в том, что я ведьма?

- Вовсе нет. У вас неправильное представление об инквизиторах, мы вовсе не какие-нибудь садисты, которым доставляет радость наблюдать за разнообразными пытками.

- Да неужели.

- Я здесь, чтобы расследовать твое дело. Если мне удастся доказать твою невиновность, тебя освободят.

- Правда что ли? – Саркастически спросила Джувия, про себя отметив, что сбежит отсюда в любом случае.

- Ты забываешься, кто я, а кто ты. – Холодно сказал парень.

- Ну что вы, я – грязь, вы – состоятельный человек.

- Меня зовут Грей Фулбастер, – проигнорировав слова Джувии, сказал он, – присаживайся.

- Постою.

- Садись, – потребовал он. От его тона становилось не по себе, поэтому Джувия решила не испытывать судьбу и сесть. Он сел напротив нее.

- Итак, расскажи, в чем тебя обвинили.

- В колдовстве, – недовольно буркнула Джувия.

- Инквизиция сама по себе не врывается и не обвиняет беспочвенно.

- С трудом верится, – усмехнулась Джувия, – не знаю, как у вас в Эре, а у нас в Берлине как раз так.

- С возмущением оповестила она.

- Откуда ты знаешь, что я из Эры?

- Потому что центральная резиденция Святой Инквизиции находится в столице того или иного

королевства, а инквизиторов из маленьких городов в другие страны не посылают, стало быть вы из столицы, то есть из Эры.

- Откуда знаешь, что столица Фиора – Эра?

- Я, по вашему, глупая? Меня вообще-то географии обучали.

- Прости, я не знал. Так кто донес на тебя Инквизиции?

- Брат с сестрой. Мать их поддержала. А все из-за кулона, который мне бабушка подарила. Он, по ее словам, удачу приносит.

- Это все?

- А что вы хотите от меня услышать?! То, что они застукали меня, когда я услаждала дьявола своим телом?! Не было этого! – Воскликнула она.

- Я не обвиняю тебя в сношениях с дьяволом.

- А по моему вы именно этого “признания” от меня ждете.

- Ты ошибаешься, – Грей, в отличает от Джувии, был спокоен и холоден. “Не пробиваем”, как про себя окрестила его Лоскар.

- Если бы обвинения были верны, и ты действительно была бы ведьмой, как бы ты объяснила появление у себя необычных способностей?

- Не знаю, я не ведьма, и понятия не имею, откуда люди, обладающие волшебными силами, берут их, – врала Джувия спокойным голосом.

- Ни малейшего понятия?

- Нет.

- А я думаю, что силы можно получить и от рождения. Таких людей, по истине, можно назвать несчастными, обиженными судьбой, ведь им приходится прятаться ото всех всю жизнь, не имея возможности воспользоваться способностями даже во блага людей. Это очень прискорбно, ты так не считаешь? – Как-то грустно сказал он. Грей вспомнил мать. Она не обладала никакими волшебными способностями, но ее все равно сожгли. А к людям, которым “повезло” родиться одаренными , вообще несправедливо отнеслась судьба. Насмехаясь, таким образом. Грей никогда не понимал, зачем Бог вообще создал волшебство. Столько людей уже умерло из-за этого. Лучше бы его не было. Какой в нем толк? За свою короткую жизнь, Грей повидал не мало. Он видел, как люди, помогающие другим, страдали из-за своего дара.

- Вы правы. – Вывел его из мыслей голос Джувии.

- Что, прости?

- Вы правы, – девушка опустила голову, взгляд ее синих глаз уперся в стол, волосы закрывали лицо, падая волнами на него. Плечи немного подрагивали. Лоскар пыталась подавить в себе слезы, не дать им появиться. Черт! Да зачем он вообще об этом заговорил?! Что он знает о страданиях, которые такие, как она, Джувия, вынуждены испытывать?

- У вас необычная внешность, – решил сделать комплимент Грей и свести какое-то угнетение на нет.

- Вы не первый, кто мне об этом говорит, – два глубоких синих глаза обратили свое внимание на него.

- И глаза у вас необыкновенные.

- Спасибо. – Грей рассчитывал на улыбку, однако Джувия не улыбнулась. Взгляд ее все еще был каким-то потерянным, будто думала она сейчас о чем-то своем.

- Расскажи мне о себе. Когда планировала завести семью и уехать из родительского дома, чем планировала заниматься. Может, за детьми и домом следить, а может помогать мужу, или...

- Я этого не планировала.

- Прости?

- Я не планировала заводить семью. – Безэмоционально ответила Джувия. Она не хотела, чтобы ее дочь так же страдала от того, что обладает магией. Она лучше проживет в одиночестве, со своей силой один на один. Так, сила элемента воды не передастся по наследству никому и исчезнет.

- Можно узнать, почему?

- Это личное. – Короткий ответ.

- Что ж, ладно, тогда расскажи просто о себе. Что тебе нравится, что не нравится.

- К чему это?

- Мне интересно.

- Простите, у меня голова болит от ваших вопросов. С вашего позволения, я бы хотела вернуться в свою камеру.

- Как скажешь, – поняв, что разговора не выйдет, сказал Грей и позвал стражу, чтобы Лоскар отвели в ее камеру.

Люси проснулась раньше Эльзы, оделась, умылась, разбудила подругу, подождала, пока и она оденется, а затем они стали вместе ждать Миру. Штраус старшая не заставила себя долго ждать. Она появилась минут через десять, Люси отправила на кухню, а Эльзу в библиотеку, в самую дальнюю секцию. Нужно было помочь Леви разобрать книги. Сама Миражанна, удостоверившись, что у всех есть работа, поспешила заняться своими делами.

Прибывшую на кухню Люси тут же нагрузили работой. Однако, не успела она взяться чистить картошку, как повариха передумала и, всунув в руки Хартфалии какой-то список и мешочек с монетами, отправила ее в город за покупками. Выслушав, куда нужно идти и что конкретно покупать, и что будет с ней, Люси, попробуй она хоть что-то напутать, девушка поспешила покинуть кухню, а затем и гостиницу.

На улице было душно. Даже ветер, что дул в лицо, пока Люси бежала по улице, не освежал. Давящая жара была изматывающей. В двадцать первом веке Хартфалия забежала бы ближайший магазин и купила бы холодной воды. Однако, по воле злосчастной судьбы, она находилась в семнадцатом веке, где холодная вода не продавалась в пластиковых бутылочках. Попить можно было только из родника, и то, это было негигиенично*. Хорошо еще, что Люси попила перед тем, как уйти.

Добежав до первого магазина, а это была кондитерская, Люси посмотрела в список, так и есть, первым в списке была выпечка, которую нужно было забрать. Выпечкой оказался большой торт. Люси рассудила, что его лучше будет прихватить на обратном пути, чтобы не дай Бог не уронить его по дороге. Договорившись с пекарем, девушка побежала дальше. Дальше по списку была мука. Сориентировавшись по словам поварихи в направлении, Люси свернула с главного проспекта. Повариха сказала ей, что мужчина, к которого нужно взять муку, даст ей тележку, на которой она все и увезет обратно в гостиницу.

Таскать тяжести уже вошло в привычку у Люси.

Перестановку в квартире она делала всегда сама, сама передвигала мебель, сама поднимала тяжелые вещи. Эльза помогала ей, лишь когда заставала за таким делом. Люси никогда не звала ее помочь с перестановкой, поэтому, когда Скарлет заходила ее проведать и случайно заставала за уборкой или перестановкой, бралась помогать, хоть Хартфалия и всячески открещивалась от помощи.

Именно поэтому, когда Люси предоставили тележку с двумя большими мешками муки, девушка, особо не напрягаясь, повезла ее за собой дальше по поручениям поварихи.

***

- Эльза, переложи пожалуйста вон те книги с верхней полки вон в тот шкаф. – Леви указала на противоположный шкаф.

- Книги разложить по алфавиту?

- Нет, это книги по медицине, так что не нужно. Протри их от пыли и, когда переложишь на ту полку, подойди ко мне, я дам тебе еще задание.

- Ладно. – Кивнула Эльза, поднимаясь по лестнице на верхнюю полку, удерживая одновременно и ведерко с водой и тряпкой.

Оба шкафа и полки находились друг на против друга на маленьком расстоянии, поэтому Эльза решила не тратить времени и, протерев книги с верхней полки, дотянуться до противоположной, не слезая с лестницы, поставить их на новое место. Скарлет не видела в этом риска свалиться с лестницы и повалить за собой оба шкафа, они были достаточно большими, так что повалить их у нее не получилось бы. Да и она будет работать очень осторожно.

Пристроив ведерко с водой на шкаф, Эльза аккуратно достала тряпочку, отжала ее и принялась протирать первую книгу. Обложка была достаточно плотной, поэтому испортить ее влажной тряпкой было нельзя. Некоторые книги, конечно, нельзя подобным образом чистить, но те, что поручила протереть Леви, можно. Они от этого не испортятся.

Вытерев первую книгу, Эльза отложила тряпку в сторону и повернулась к противоположному шкафу. Полка, на которую нужно было переложить книги, была чистой, видимо, ее Леви уже вытерла. Как она сказала, хочет выделить отдельную секцию для медицины. Эльзу это не очень волновало, она сейчас думала, как бы не упасть с лестницы. Дотянувшись правой рукой до полки, и ухватившись за нее, девушка поставила и правую ногу на несколько полок ниже. Таки образом, она держалась вполне устойчиво за оба шкафа. Левая нога опиралась на лестницу, правая на шкаф, левая рука была свободна. Так что левой рукой Эльза аккуратно поставила книгу в угол. Выполнив это, она осторожно перенесла правую ногу обратно на лестницу, а затем оттолкнулась правой рукой от верхней полки шкафа и тем самым вновь полностью опиралась на лестницу, а та, в свою очередь, опиралась на шкаф, что стоял впритык к стене. Он немного покачнулся от подобного маневра, ведь был куда меньше, чем противоположный,но волноваться было не о чем, ведь он опирался на стену. Так что упасть он не мог.

Убедившись, что такая перестановка вполне безопасна, Эльза принялась протирать следующую книгу.

Наловчившись облокачиваться на оба шкафа, чтобы поставить книги на нужную полку, Эльза уже не смотрела за тем, куда ставит ногу, она делала это по инерции. Поэтому и не заметила, как нечаянно оступилась и полетела на пол. А шкаф был достаточно высоким, и расстояние, на котором Эльза находилась до пола было больше порядка двух метров.

Все внутри сжалось, Эльза даже среагировать не успела, ее организм уже приготовился к удару о каменный пол. Сердце было готово выпрыгнуть из груди. Но она ощутила это лишь на мгновение, до того, как упасть. Однако, удара о каменный пол не произошло. Вместо этого она почувствовала сильные руки, которые ее держали. Сердце понемногу начало успокаиваться, шок сходил на нет. А вот книге повезло меньше, она упала и с глухим стуком ударилась о пол.

Скарлет перевела взгляд на того, кто ее держал. Она, на задворках сознания, понимала, что это не могла быть Леви, так что скорей всего это либо Джет либо Дрой, но при встречи они не подавали вида любителей книг, так что оставался лишь один вариант. Эльза поняла, что она в руках одного из приезжих инквизиторов.

Подняв на него панический взгляд, девушке представился молодой парень лет двадцати на вид, с необычной внешностью. Необычного цвета взъерошенные волосы, теплые, с оттенком болотного, зеленые глаза, и странная татуировка, вокруг правого глаза. Однако семнадцатый век и татуировки в сознании Эльзы не стояли на одной линии, поэтому она решила отнести этот знак к родимым пятнам. Девушка понимала, что эта теория еще более смешна, ведь не бывает родимого пятна таким причудливым узором, но татуировка в семнадцатом веке... Скарлет не знала, что думать. Решив, что спросит потом как-нибудь у кого нибудь, она вновь принялась лихорадочно шевелить мозгами, что ему сказать, попутно осматривая. А в голове, как на зло, крутились слова Миры по поводу того, что инквизиторы с ними сделают, если узнают, кто они.

Одет он был в приличную дорогую для этого времени одежду. Точно, инквизитор. Промелькнуло в сознании Эльзы. Скарлет отметила, что он тоже ее разглядывает. Внезапно их взгляды встретились и повисла напряженная обстановка. Эльза затаила дыхание. Ей показалось, будто омут болотно-зеленых глаз впивается в ее душу, освещая самые потаенные уголки ее души. Узнавая все ее секреты.

- Кхм, леди, вы в порядке? – Решил прервать тишину он.

- Да, спасибо, – ответила Эльза в прострации.

- Будьте впредь аккуратнее, ведь меня в следующий раз рядом может не оказаться, – посоветовал он, опуская ее на пол. Эльза лишь кивнула, подняла книгу и, переставив лестницу на нужный шкаф, полезла ставить книгу.

Поставив ее на место, она осторожно опустила взгляд вниз и облегченно выдохнула, не увидев того незнакомца. Странный он какой-то. Не представился, не спросил ее имени. Хотя, он и не обязан спрашивать это у служанки.

Решив, что это и к лучшему, что он не представившись, просто ушел, Скарлет принялась за работу.

- Мне скучно! – Заявил Нацу, сползая с постели.

- Займись чем-нибудь, – посоветовал Жерар, поднимаясь со своего кресла.

- Чем? И, кстати, куда это ты?

- В библиотеку, возьму что-нибудь почитать.

- Тогда я пойду, до кондитерской прогуляюсь.

- Иди. – Фернандес вышел из комнаты, оставив Нацу в одиночестве. Лексас свалил куда-то два часа назад, этот зануда Жерар читал все время, а ему, Нацу, пришлось умирать со скуки. Тащиться до кондитерской, когда на улице такое пекло, совершенно не хотелось, но лелея мысль о вкусностях, Драгнил все таки направился на выход.

Закончив со всеми поручениями, Люси вернулась к кондитерской. Осталось только забрать торт и все. Ну и дотащить все на кухню в гостиницу конечно же. Хартфалия зашла в помещение и, сказав про торт кондитеру, присела на лавочку около одного столика в ожидании заказа. Она прикрыла глаза и учащенно дышала. Было ужасно не комфортно ощущать себя потной, платье прилипло к телу, ведь панталоны Люси носить отказалась. Заявила, что ее нижнее белье ее устраивает. Пусть и один комплект, лучше уж его каждый вечер перестирывать, чем носить панталоны. Волосы прилипли к лицу, одно радовало они хоть были собраны в пучок. Помыться по возвращению будет нельзя, только вечером, и то, если позволят. Обидно. Еще один минус жить в средневековье.

За своими мыслями Люси и не заметила, как пекарь принес ей торт. Девушка поднялась со своего сидения и на ватных ногах подошла к мужчине. Взяв у него торт и отдав деньги, она повернулась к выходу и уже намеревалась идти, но поскользнулась на ровном месте.

Все, теперь ей точно конец, повариха ее убьет за испорченный торт.

Однако падения не произошло. И торт и ее умело подхватил только что зашедший молодой парень. Поставив торт на ближайший стол, он обратил внимание на Люси.

- Девушка, вы в порядке? – Обеспокоенно спросил он.

- Ага, только устала немного. Спасибо, что не дали мне и торту упасть.

- В таком состоянии я вас не отпущу, вам куда? – Он подхватил торт, и уже собрался выходить, как Люси начала протестовать.

- Ну что вы, вы наверное заняты, я сама дойду.

- Не глупите, я помогу. Так куда вам?

- В гостиницу Фейри Тейл.

- О, я там как раз остановился вчера. Значит вместе пойдем. – Улыбнулся он. Люси насторожилась.

- Вы там остановились?

- Да, вместе с друзьями, а вы?

- Я там работаю.

- Здорово. Меня Нацу зовут. – Улыбнулся он. Люси отметила, что у него была красивая, совсем детская улыбка. Его волосы были необычного оттенка молодой сакуры, они были непослушны, и от того торчали в разные стороны. Но это ему очень шло. Серо-зеленые глаза искрили добротой и готовностью помочь любому. Люси на мгновение показалось, что этот человек такой родной, но удивившись своей мысли, она тут же отогнала ее и забыла. Она поняла, что он и есть инквизитор, но почему-то что-то внутри упорно кричало, что он не причинит ей вреда. Так что успокоившись, Люси позволила ему помочь.

- Меня Люси, – улыбнулась она.

- Пекарь, у вас есть кексы? – Тем временем спросил он.

- Как раз собирался печь.

- Запишите парочку на меня, я зайду вечером, заберу.

- Приходите через два часа, они будут готовы.

- Хорошо, – подхватив торт, Нацу взял за руку Люси и повел ее к выходу. Там, поставив торт аккуратно на тележку, он взялся тащить ее до гостиницы. Однако ему это не составило особого труда. Люси же просто пошла за ним. Всю дорогу он ее о чем-то спрашивал, она, не задумываясь, отвечала.

Вот так легко и просто. И никто из них не задумывался, что им нельзя друг с другом разговаривать. Что, возможно, этот разговор может навредить обоим своими последствиями.

Да и зачем об этом думать, если им было так легко друг с другом общаться?

Лексас, поговорив с дедушкой, не спеша спускался вниз в погреб за вином, которое тот попросил его принести.

В погребе было темно, поэтому пришлось взять с собой свечу. И какого было его удивление, когда он заметил там девушку. Явно новенькую, потому как раньше он в гостинице ее не видел. Она, обратив внимание на тень от его фигуры на бочках, быстро обернулась. Он видел страх, промелькнувший в ее глазах на минуту, затем страх сменился удивлением.

- Что ты тут делаешь? – Спросил Лексас.

- Мира послала меня сюда, принести вина. Оно закончилось. – Послушно ответила девушка. Дрейар младший обратил внимание на ее хрупкую и утонченную фигуру. Явно аристократка. Темно-каштановые волосы, которые в тусклом свете свечи казались черными, были распущены и струились кудрями на плечи и грудь. Платье коричневого цвета сидело на ней замечательно, обтягивало фигуру. От глаз Лексаса не укрылось, что она не в корсете. Это ставило под сомнение его теорию о том, что она из богатой семьи. Состоятельные девушки знают нормы одежды, да и что ей тут делать, будь она богата?

- И как ты собиралась унести бочку вина в одиночку?

- Я не такая слабая, какой кажусь. – С вызовом кинула она.

- Про какое вино говорила Миражанна? – При этой наглой девке, язык не поворачивался сказать “Мира”.

Как только Лексас услышал название, он понял, что деда и Мира послали их за одним и тем же вином. Видимо Мира не знала, что вино принесет Лексас, поэтому и отправила эту девку.

- Дедушка сказал мне принести это же вино. Так что иди наверх, а я возьму бочку и поднимусь за тобой.

- Я помогу, и не говори мне, что я слабая. – Враждебно сказала она, с трудом переворачивая бочку, чтобы было удобно ее катить, а не нести. Кана понимала, что она не унесет ее одна, как бы не старалась. Лексас на это лишь усмехнулся и, подойдя к ней, сунул ей в руки свечу, а сам подхватил бочку.

- Хочешь помочь, иди вперед и освещай дорогу.

- Без тебя знаю, – буркнула Кана, и пошла вперед.

Поднявшись наверх, Лексас отнес вино Мире, Кана следовала за ним. Отчитавшись за свои действия, оба, получив в благодарность спасибо, были свободны. Когда Мира их благодарила, она назвала девушку по имени. Так Лексас узнал, что ее зовут Кана. Дрейар отметил про себя, что она сильно отличалась от нынешней Миры начиная с внешности, заканчивая характером. Его определенно заинтересовала эта девушка.

Поднявшись к себе, Лексас обнаружил отсутствие друзей и, сняв обувь, улегся на кровать, закрыв глаза.

Общий родник, что-то типа нашего школьного фонтанчика. Только вода из этого родника текла из отверстия в стене, и к этой стене была повешена на железной цепочке (чтобы никто не украл) кружка. Из нее все и пили. Вы понимаете, что пить всем, кому захотелось, из общей кружки не то что негигиенично, но мне лично было бы и противно.

====== Глава 11 ======

Джувия уже третий день виделась с этим инквизитором. Этот день был последним перед ее побегом. Из их разговоров, она узнала о нем многое. Он сам ей рассказал, она же рассказала ему про себя. Беседы с ним вовсе ее не угнетали, наоборот. Грей Фулбастер был очень интересным собеседником. Он рассказал Джувии, как выглядит Ирландия, в которой ему посчастливилось побывать. Лоскар в основном слушала о его приключениях, во время поимки еретиков или ведьм. И пусть эта тема была неприятна Джувии, Грей не говорил об осужденных им людях на смерть, он рассказывал о смешных случаях, которые произошли с ним и Нацу – его лучшим другом, а она, Джувия, просто упивалась его рассказами. С ним было легко. Свободно. Ей, правда, было немного грустно, из-за того, что ей нечем хвастаться. Ведь Джувия еще ни разу не выезжала из Германии. Грея удивило то, что она знала английский лучше, чем свой родной немецкий, но Джувия объяснила это тем, что ее отец – коренной житель Фиора, а в Германию переехал из-за своей жены – матери Джувии. Оказалось, Грей родился в Фиоре, правда не в столице, где он сейчас живет, а маленьком городке на севере. Джувия объяснила, что ее мать тоже не полностью немка. Дело в том, что бабушка Джувии родилась и выросла в Ирландии, просто некоторые обстоятельства, о которых сама Лоскар не в курсе, вынудили ее переехать в Берлин, где она и вышла замуж за дедушку Джувии.

У Грея, как выяснилось, нет ни матери, ни отца.

Сегодня была последняя их встреча. Суд назначен на послезавтра, но уже сегодня ночью ее здесь не будет.

В камеру вошли стражники и увели Лоскар наверх. Джувию поразило то, что Грей ни разу не спросил, ведьма она, или нет. Он не спрашивал про ведьм в ее семье, они вообще на эту тему не говорили. Он лишь просто спросил как-то, верит ли она в волшебство. Джувия ответила отрицательно и ничуть не врала. Она вообще не врала ему в своих ответах, всегда говорила только правду. Казалось бы, быть ведьмой и не верить в волшебство – абсурд, но в понимании Лоскар магия, коей она обладала, и волшебство – разные вещи. Волшебство – это когда человек выздоравливает от неизлечимой болезни, когда наступает новый день, полный ярких эмоций, когда близкие тебя очень любят и ты их, и никто никого не придает, когда незнакомые люди готовы помочь тебе просто так, бескорыстно. Это волшебство. А такого Джувия в своей жизни не встречала. Даже родные предали ее, что уж говорить о чужих людях.

- Доброе утро, – поздоровался с ней Грей.

- Доброе. – Ответила Джувия, присаживаясь за стол.

- Пей чай, – Грей кивнул на кружку с горячим напитком, что стояла перед ней, – а то остынет.

Джувия быстро выпила чай, а Грей оповестил ее, что они сегодня снова пойдут гулять по городу. На этот раз без сопровождения охраны. Эта новость Лоскар очень обрадовала, ведь ее сильно напрягало то, как на нее смотрит охрана.

Уже через несколько минут, Грей с Джувией не спеша прогуливались по аллее, упорно сохраняя молчание.

- Грей, – обратилась Джувия к Фулбастуру, который, кстати, после некоторых «мистер Фулбастер» попросил называть себя просто по имени, – а как вам – от обращения на вы, Джувия все равно не смогла избавиться, – в нашем городе? Нравится ли вам наша страна?

- Я бывал раньше в Баварии. Да, мне нравится Германия, ваша культура и архитектура, немецкий язык, однако, ничто не может заменить мне мою родную страну.

- Вы побывали в разных Европейских странах, а я еще нигде не была. Вам так повезло. Да и родилась я женщиной, а нас, как правило, в институты не берут*. Или вы тоже считаете, что женщины созданы только для выполнения детородной функции?

- Нет, я так не считаю. Мне куда более приятней разговаривать с образованными дамами.

- А я, по-вашему, образованная? – Почему-то спросила Джувия.

- Ты знаешь английский язык, и немецкий. Пусть не так хорошо, как английский, но знаешь ведь.

Умеешь считать, писать. Маловато, конечно, но умеешь ведь. В Эре, среди богатых семей, тебя бы ни во что не ставили, твоих знаний катастрофически мало. Но это лучше, чем ничего.

- Спасибо. Простите, что не могу рассказать вам о своих приключениях, потому что таковых не было. И в странах других я не была, поэтому не могу обсуждать с вами искусство или архитектуру. Грей, вам, наверное, неинтересно со мной, ведь так? Зачем вы вообще решили расследовать мое дело? Ведь вам не лучше меня известно, что суд – это просто формальность. Меня в любом случае казнят.

- Зачем же так категорично? Я помогаю тебе, потому что всегда стараюсь выяснить, справедливо ли обвиняют и казнят людей или же нет. Я потерял мать из-за несправедливости тогдашней инквизиции.

- Вы говорили, – напомнила Джувия, – Грей, а вы… вы верите в магию?

- Да, верю. Мне довелось увидеть настоящих ведьм за свою короткую жизнь.

- И какими они были? Ну, ведьмы.

- Ничего сходного с сатаной нет, – усмехнулся Грей, – а ты?

- Да, верю. Мне пришлось поверить.

- Ты знаешь кого-то обладающего магией?

- Да… – спустя несколько минут молчания, ответила Джувия, видимо что-то решив про себя, – да, знаю.

- Ты, естественно, не скажешь, кто это.

- А если и не скажу, что вы сделайте? Будите пытать меня, заставляя под муками сказать правду?

- Меня огорчает то, что ты подобного мнения обо мне. Я не скажу никому о том, что ты хранишь эту тайну.

- Зачем вам это?

- У меня свои принципы. Я думаю, ты не виновна. Тебя несправедливо обвиняют. Внешность ведь не показатель.

- А если бы я действительно была бы ведьмой, твое отношение ко мне бы изменилось? – Фраза вылетела из уст девушки, однако когда она поняла, что сказала, хотела провалиться под землю.

- Изменить отношение к человеку, о котором у тебя сложилось определенное впечатление, не так уж и трудно, достаточно какой-нибудь шокирующей новости. Я слишком плохо тебя знаю, чтобы быть уверенным в том, что даже если ты и ведьма, ты хороший человек. Тем более ты женщина, а женщины, как правило, профессионально врут.

На этом разговор закончился. Они продолжали прогулку, каждый думая о своем.

Очень скоро облака сгустились в небе, предвещая дождь. Грей повел Джувию обратно, к центральному зданию Святой Инквизиции.

Джувия понимала, что больше не увидит его никогда. Это была последняя их встреча, по ее мнению. Однако, ни она, ни он не предполагали, что нити их жизненные дороги уже тесно сплелись, и в планах судьбы их жизнь была уже расписана. Одна на двоих. Но это ведь только планы.

- Ну, все! С меня на сегодня довольно! – Крикнула Люси, – достала меня эта ваша магия!

- Я тоже не могу. – Поддержала Люси подруга.

- А вы думали, будет легко?! – Жестко спросила Мира, – Эльза, тебе нужно больше тренироваться физически, твоя сила состоит именно в этом. Люси, тебе нужно найти духовное равновесие, чтобы связаться с духами. Ты сама должна понять, как это. Представьте ситуацию, если с вами что-то случится, а я не смогу помочь.

Эльза и Люси тактично промолчали. Миражанна видела, что они устали и на сегодня действительно достаточно. Однако они тренируются уже неделю, и ничего не происходит. Да, неделя – это мало, но абсолютно ничего не изменилось! Хоть бы… чувствовать себя начали по-другому.

Миражанна задумалась, а может все дело в другом? Нет, не может быть. Но… это единственное объяснение.

- Ни за что! – Вскричал Макаров, ударяя ладонями по столу, – даже не думай! Лексас до сих пор не знает, кто ты на самом деле! И будет лучше, если не узнает!

- Но он и не узнает, мастер! Я не ему собралась показывать свой облик!

- Мира, разве того факта, что они переместились во времени не достаточно, чтобы поверить в магию?!

- Но переместиться – не значит увидеть все своими глазами! Я просто покажу им и все. Никто не узнает.

- Нет.

- Но мастер, я не буду показывать свои атаки, я только взлечу.

- Судя по тому, что они рассказывали о двадцать первом веке – летать – это не новшество.

- Но то самолеты, изобретение людей, прорыв в науке, как парашюты! А мои способности – совсем другое.

- Нет.

- Как можно поверить в магию, если они ее не видели?! Перемещения во времени не достаточно!

- Хорошо, Мира. Я дам тебе разрешение принять свой дьявольский облик, но если они в течении следующей недели не откроют в себе магию, я буду вынужден запретить тебе превращаться, а их выгнать!

- Выгнать?! Вы этого не сделайте!

- Мира! Да, не выгоню, я более дипломатично объясню им, что здесь им больше не место.

- Но…

- Никаких но, Мира. Так ты согласна?

- Хорошо, мастер. Вот увидите, к концу следующей недели они обязательно разбудят в себе свои способности. – Пообещала Штраус старшая и покинула кабинет мастера.

Лес был влажным от дождя, который, впрочем, продолжал моросить. Из-за этого бежать было сложно, ноги увязали в грязи, ткань мокрого платья, зацепляясь за голые ветки деревьев и кустов, рвалась в клочья. Силы покидали беглянку, но она продолжала бежать, не смотря на усталость. Ей удалось сбежать, осталось только добежать до реки, и она свободна. Погони не было, но не факт, что ее никто не хватится. Это ее последний шанс убежать, если не успеет – другого не представиться. Судьба и так была слишком благосклонна к ней, предоставив целых две попытки на побег, когда некоторые не имеют не одной.

Она продолжала бежать, и вот, впереди показалась темная водная гладь. Была ночь, но она точно знала, что это вода, а не обман зрения. Оставалось немного, совсем чуть-чуть. Добежав до воды, она упала на колени, разбивая их о камни. Но горячей липкой жидкости, которая при свете дня была бы темно-красной, она, казалось, не замечает. Девушка принялась умывать лицо, убирая липкие от пота волосы с лица. Умывшись, она оперлась на камень, скрытый листвой кустов, и прикрыла глаза. Засыпать было нельзя, но и лезть в воду сейчас опасно. Она отдохнет столько, сколько позволит время. Если до утра, это будет замечательно, а если пару часов, тоже хорошо. Главное, чтобы стража не застала ее спящей, тогда плану и свободе придет конец. Ее убьют.

Прикрыв глаза, она отдыхала, думая о чем-то своем и ловя себя на мысли, что засыпать нельзя. Однако ее усталость была непобедима, поэтому сон быстро ее сморил. Сознание покинуло ее быстро и незаметно. Так и проспала она до самого утра, и никто за ней не пришел. Погони не было, ведь ее даже не хватились в тюрьме, но откуда ей было знать об этом.

Лучи восходящего солнца показались на горизонте, окрашивая широкую реку, противоположного края которого было невидно, в алый цвет.

Стоило лучикам солнца лишь коснуться ее, как она резко распахнула глаза. Лишь на мгновение в них было непонимание и легкое утреннее беспамятство, которые мгновенно сменились пониманием происходящего. Девушка поднялась на ноги, снова умылась, и, оглядев свое платье, а точнее то, что от него осталось, решила, что оно ей будет только мешать, сняла, бросив на камни. Место, где она находилась, было безлюдным и незаметным, скрытым деревьями. Так что стыдиться своей наготы было не зачем. Порванное платье Джувия запихала под камни, чтобы никто не узнал, о том, что она здесь была.

Джувия зашла по пояс в воду, и еще раз оглянулась, в поисках чужих глаз, однако таковых не нашла. Она даже не чувствовала, что за ней кто-то наблюдает. Девушка расслабилась. Силы были, она, как, никак, отдохнула. Джувия посмотрела в сторону, куда ей нужно было плыть. В той стороне Ирландия, а потом, через воды Атлантического океана, она доберется до Фиора, который находится на границе с Францией и Испанией (автор придумал местоположение выдуманной страны).

Джувия начала превращать свое тело в воду. Ее волосы струились по телу, обращаясь в воду, желая слиться с рекой. Тело потеряло четкое очертание, становилось сложней разобрать в этом образе человека. Кожа стремительно становилась прозрачной, пока фигура окончательно не стала водой. Вода, составлявшая фигуру человека, некогда Джувии, обрушилась в реку, слившись с ней. Течение относило ее к берегам Ирландии. Джувия позволила себе расслабиться, полностью отдаваясь течению.

Комментарий к Глава 11 *Дело в том, что в Х

VII

веке девушек не жаловали в учебных заведениях и не брали. Девочек из богатых семей, конечно, многому обучали, но вот обычным девушкам доступ к образованию был закрыт.

Ребят, я вернулась! Допишу эту работу наконец-таки!

====== Глава 12. Вера в магию ======

Это было обычное утро. Теплые лучики солнца пробивались сквозь шторы, освещая комнату. Теплый лучик солнца попал на лицо спящей девушке, от чего она поморщилась и повернулась на другой бок. Люси отчего-то казалось, что вот-вот прозвенит будильник, она встанет, за ней зайдет Эльза, и они вместе отправятся на учебу. Да. Так все и будет. Она проснется в своем времени.

Однако что-то пошло не так. Люси резко перестала ощущать легкую духоту и тепло, она сама не поняла, когда в комнате стало так прохладно. И ощущение было таким странным. Она будто и не спала, но в тоже время чувствовала, что сон поглотил ее.

- Люси, – Хартфалия застыла на месте. Только сейчас она поняла, что тело-то ее спит, а сознание непонятно где бодрствует. Место вокруг нее было темным, ничего не было видно, темно, как в космосе. Но больше всего пугал голос. Откуда он взялся?! Она сошла с ума?

- Люси, обернись, дубина!- Женский гневный голос заставил обернуться с сию же секунду. И как только Люси обернулась, она потеряла дар речи. Перед ней было нечто. Сказочное существо, нереально красивое. Синие волосы, цвета воды, прямыми густыми прядями падали на грудь, которую скрывала очень красивая верхняя часть купальника. Она была такого же цвета, что и волосы существа, но немного темнее. Ткань была украшена различными драгоценными камнями. Ярко-синие глаза сверлили Люси, будто заглядывая в самые сокровенные уголки ее души. На лбу у существа было что-то вроде диадемы. А вместо ног был хвост. Большой синий рыбий хвост!

- Русалка, – еле-еле выговорила Люси.

- Дура! Я – водолей! Одна из знаков зодиака! Поверить не могу, что у меня такая бестолковая хозяйка! Нет, тут какая-то ошибка, ты не можешь быть Люси! Лейла была умной, а ты…

- Ты знаешь мою маму? – Тут же нашлась Люси при упоминании о матери.

- Водолей, нам запрещено болтать. – Вновь женский голос, но более спокойный и уравновешенный. Люси обернулась. Перед ней предстала миниатюрная девушка с короткими розовыми волосами в костюме горничной. Причем на современный лад. Глаза у нее отличались от Водолея. Они были будто неживыми. Или это цвет такой. Цвет неба. Синий. Ее внешность вообще напоминала Люси анимешников-подростков.

- Я Дева, хозяйка.

- Чего? – Не поняла Люси.

- Простите, что вмешиваюсь, – послышался робкий голос, и Люси вновь пришлось обернуться. Перед ней предстала очень красивая девушка с нежно-розовыми волосами, кудри ее волос напоминали, как не странно, пух овечий шерсти. Люси отметила для себя, что у нее были рога, настоящие! И одета она была в интересное короткое платье из мягкого материала похожего на овечью шерсть.

- Овца, – вырвалось у Люси, но как только Хартфалия поняла, что данное высказывание можно трактовать не только в прямом смысле, но и в несколько ином, поспешила извиниться, – ой, прости, не то имела ввиду. Ты просто похожа…

- Я овен. – Отозвалась она, – и я пришла сказать, что у нас очень мало времени… простите. – Она потупила взгляд.

- Я Лев, – послышался мужской голос, и из темноты вышел рыжеволосый парень в черном костюме, – можете называть меня Локи*. Люси, ты должна овладеть своими силами как можно быстрее.

- Мы поможем, госпожа. – Люси взглянула на обладателя голоса и вновь лишилась дара речи. Это было нечто! Оно выглядело, как… козел. Нет, правда, как настоящее животное! – Я Козерог, – представилось нечто в темных очках и черном деловом костюме опять же на современный лад.

- Я Телец, и ради вас, прекрасная госпожа, готов на все! – Воскликнуло еще одно нечто, похожее на быка с огромным топором. Одет он был как герой из взрослых фильмов на манер садо-мазо. «Извращенец» – пронеслось в голове у Люси.

- Мы будем с вами до конца! – Два мелких синих чудика очень понравились Люси. Они казались ей безобидными, – мы…

- Близнецы! – Догадалась Люси, – а вы… – обратилась она к молчаливой девушке, одетой как танцовщица в восточных странах. Лицо ее закрывала паранджа бежевого цвета. Темные волосы были уложены в чудную прическу.

- Весы. – Кратко ответила она.

- Если поработать над вашем имиджем, будете красавицей, креви. – Подал голос мужчина, одетый в полосатую рубашку. Его кожа имела смуглый оттенок, а волосы были заплетены в некое подобие африканских косичек. И естественно Люси привлекли клешни, торчащие у него из-за спины. – Я Рак.

- Госпожа, позвольте нам помочь вам, – подал голос мужчина довольно интересной внешности. Его волосы были разного цвета. Правая половина была огненно-красной, а левая – белой. Странный контраст. Но если так посмотреть, Люси его волосы напомнили флаг Польши**. Он был обнажен по пояс. Ноги были укрыты красными шароварами, которые держал черный широкий пояс в золотой оправе. И что самое удивительно, у него был огромный хвост с жалом на конце. – Я Скорпион.

- Я Стрелец – представился странный мужчина в костюме лошади. Точнее, Люси сначала показалось, что это был костюм, потом оказалось, что это он сам такой. Ноги, как у коня. И одет он был странно. В какой-то странный зеленый костюм, а вместо штанов полосатые шорты. А за спиной у него были стрелы.

- Рыбы. – Представились одновременно двое странных людей. Женщина и похожий на нее паренек. Теперь уже Люси не удивилась их одежде. После Тельца, Козерога, Скорпиона и Водолея было нечему удивляться.

- Ты примешь нашу помощь, Люси? – Вышел вперед Локи, – без магии ты здесь не выживешь. Ты привыкла жить в двадцать первом веке, но это совершенно другое время.

- Я знаю, просто у меня в голове не укладывается, всё это. Магия, знаки зодиака. Похоже, будто я схожу с ума.

- Но это реальность Люси. Прими это.

- Откуда у меня эти способности? Почему именно я? Мне и так было хорошо жить в Магнолии в своем времени! Я и Эльза! Лучшие подруги! Мы планировали поехать в Испанию по окончанию учебы! И все было замечательно, учеба на архитекторов, вечеринки, мои недописанный роман. Меня все устраивало! Почему именно я оказалась здесь?! Я ни о чем подобном не просила! Меня устраивала моя жизнь!

- Хозяйка, дело в том, что вы на самом деле не из двадцать первого века. – Подала голос Дева.

- Что? – Шепотом спросила Люси, не веря в сказанное.

- Это не моя тайна, но так или иначе, вы должны знать. Вы с Эльзой родились в конце шестнадцатого века. Здесь!

-Это невозможно. Это неправда!

- Это так, Люси, – продолжил Локи, – мастер Макаров тебе все расскажет.

- Поверь нам, дурында, мы говорим правду, – подала голос Водолей, – так ты позволишь нам помочь тебе?

- Люси, прими правду. Поверь в магию. Это все реально. Вы с Эльзой не можете открыть в себе способности не из-за того, что в вас их нет, вы просто не верите в магию. – Продолжал Локи.

- Хозяйка, на следующей тренировке просто снимите мысленно печать с книги и все двенадцать ключей окажутся у вас. – Заявила Дева, – только верьте в магию.

Далее последовало молчание. Люси начала медленно возвращаться обратно, в комнату, в духоту. Она резко открыла глаза и приняла сидячее положение, из-за чего голова немного закружилась. Взглянув на соседнюю кровать, Эльзы она там не обнаружила.

Расчесав волосы, Люси решила сделать пучок на голове, чтобы волосы не мешали в течении дня. Заколов из шпильками, которые она всегда носила с собой, девушка оделась и проследовала вниз, чтобы умыться.

Выполнив все утренние процедуры, Люси отправилась к Макарову, намереваясь серьезно поговорить.

- А где Люси? – Поинтересовалась Мира.

- Она спит. Она плохо спала ночью, ворочалась, поэтому я решила ее не будить. – Объяснила Эльза.

- Откуда знаешь? Или ты не спала?

- Я чутко сплю.

- Ну что ж, хорошо. – Улыбнулась Мира, – в таком случае, я хочу дать тебе работу. Одной нашей знакомой, местной целительнице, понадобились лечебные травы. Я дам тебе книгу, там есть закладки и картинки. Так что не ошибешься. Эти травы очень трудно с чем-то спутать в нашей местности, так что будь уверенна, не оплошаешь.

- Вот книга, – Мира протянула Эльзе толстую книгу, где были вложены пара закладок. Эльза послушно приняла книгу не обратив внимания на название, а точнее на язык, на котором было название. Мира дала ей корзинку для растений и плащ. Одев плащ, Эльза покинула гостиницу и направилась в лес.

Пройдя некоторое время, девушка открыла книгу и поняла, что она влипла. Книга была написана на родном языке Эльзы – немецком. Дело в том, что мать Эльзы – немка, а отец… бабушка Эльзы со стороны отца – родилась в Фиоре, а вот дедушка – немец. Так что отец наполовину немец. Но не смотря на это, мать Эльзы считала ее немкой. Хотя сама Эльза отказывалась признавать свои немецкие корни. Дело в том, что немецкий язык Эльзы знала очень плохо. Она родилась в Магнолии, где с ней с самого ее рождения разговаривали на английском языке. В школе они учили испанский язык, с которым они с Люси не дружили, а немецкий язык Эльза знала еще хуже, чем испанский. Если по-испански она могла читать и переводить некоторые слова, то по-немецки могла прочесть лишь пару слов, и то с сильнейшим английским акцентом. А уж о переводе не могло идти и речи. Поэтому Эльза и отказывалась считать себя немкой, ведь ни о культуре своей родной страны, ни о своих родственниках в Германии Скарлет практически ничего не знала, да и не интересовалась особо.

- Черт! – Выругалась Эльза, – вот черт! – Повторила она, пролистывая книгу в поиска знакомых ей английских слов, но даже закладки были на немецком. Вот ведь незадача!

Успокоившись, Эльза решила нарвать растений по картинкам. Другое дело было в том, что она не представляла сколько нужно этих растений. А ведь на закладках это было написано. И почему ей так не везет?!

Эльза не стала проходить вглубь леса, поэтому шла по его окраинам и вышла на небольшой обрыв, который вел на пляж. Он был неглубоким, всего метр вниз к золотистому песку и воде. Мини-обрыв протяжностью в несколько метров. Здесь, наверху, не спускаясь к воде, и росли растения, одно из которых совпало с изображением в книге. Самое обидное, она не могла прочесть в книге, где искать эти пресловутые растения, а ведь там это было написано, поэтому приходилось искать самой.

Склонившись над ним, Эльза внимательно сверила картинку в книге с реальным растением и… они вроде и похожи, а вроде и разные. А ведь в книге написано подробное описание растения.

- Черт! – Еще раз выругалась она.

- Девушкам неприлично так ругаться, – послышался мужской голос позади Эльзы. Девушка подскочила на месте и обернулась. Она немного расслабилась, когда увидела перед собой того самого парня, который спас ее в библиотеке от падения. Как же его звали… он, вроде, не представлялся. Или Мира его представляла. Нет, как не старалась Эльза, имени она так и не вспомнила. А может и потому что его никто не называл.

- Жерар, – сказал он.

- Что?- Не поняла Эльза.

- Моё имя, которое вы так усердно пытаетесь вспомнить, – улыбнулся он как-то пугающе, – хотя, не припомню, чтобы я его называл. – Он вновь ухмыльнулся.

- Очень приятно, Джерард, я Эльза, – представилась Эльза в ответ.

- Нет, нет, я Жерар, а не Джерард. Джерард – это английский вариант моего имени, а я, все-таки, француз, поэтому зовите меня моим французским именем Жерар.

- Хорошо, Жерар, – на этот раз правильно произнесла Эльза.

- Эльза, значит. Вы одна из персонала, не так ли?

- Да, меня тут отправили собрать лечебные травы. Вот, собираю, – холодно ответила Эльза. Этот парень отличался от всех остальных, она чувствовала, что краснела, хотя раньше такого никогда не было.

- Что же вы ругаетесь?

- Да, тут, Мира дала мне книгу, а тут все на немецком, мне ни слова не понятно. – Отозвалась Эльза.

- Странно, Эльза – это ведь немецкое имя, да и по вашему поведению, кроткому, холодному и сдержанному я могу с уверенностью сказать, что вы немка. Так почему же не знаете немецкого?

- Вы меня видели-то всего два-три раза, откуда знаете мой характер? – С вызовом спросила Эльза, – следили за мной?

- Делать мне нечего. – Усмехнулся он, – нет, просто я хорошо разбираюсь в людях. Скажите мне, если я ошибаюсь, и вы являетесь девушкой другой европейской национальности, я извинюсь.

- Вы правы, я немка. Но не знаю своего родного языка, поскольку родилась здесь, в Фиоре.

- Я был прав. – Вновь ухмыльнулся он, – давайте я вам помогу, раз уж вы не можете разобрать ни слова в этой книге.

- Вы знаете немецкий язык?

- А вас это удивляет? Я инквизитор, к тому же мои родители стремились дать мне хорошее образование. Помимо своего родного французского языка, я знаю английский, немецкий, итальянский и испанский языки.

- Фига вы умный, – прошептала офигевшая Эльза. Она-то с трудом читала по-испански, а тут человек свободно владеет четырьмя языками помимо родного. Офигеть!

- Что ты сказала?

- Ничего, я ничего не говорила, – спохватилась Эльза. Ведь выражения «фига/какого хрена/с хера ли/и т.д.» это все современное, а инквизиторы не должны ни о чем узнать.

- Давай сюда книгу, – потребовал Жерар. Эльза послушно отдала ему книгу. Несколько минут они молчали, а затем Жерар захлопнул книгу и присел около растения. Рассмотрев его повнимательнее, он с уверенностью произнес:

- Да, это то самое растение. Нужно сорвать пять штук.

Эльза послушно нагнулась и сорвала пять штук. Бросив их в корзинку, девушка обратила свой взгляд на Жерара, спрашивая того, куда дальше.

- Идем, думаю, я знаю, где находится следующее растение. – Он направился вглубь леса. Эльза засеменила за ним.

- А сколько языков знаешь ты, Эльза? – Спросил он вдруг.

- Один, – ответила она.

- Какой?

- Английский.

- Нет, ты не поняла, помимо английского?

- Эм, ну… я немного знаю испанский. А еще знаю пару фраз по-русски. – Эти пара фраз ограничивались любимыми песнями Люси, которые они с Эльзой частенько слушали.

- Испанский, значит. Хорошо, давай попрактикуем твой испанский. – Улыбнулся Жерар, начав что-то говорить по-испански. Эльза ничего не поняла.

- Стоп, хватит, я не понимаю ни слова! – Остановила его Эльза, – я не знаю испанский, я читаю-то по-испански с трудом, а мои знания русского ограничиваются несколькими фразами из литературы, перевод которых я не знаю. Поскольку теперь мы оба знаем, что на фоне вас я просто необразованная бестолочь, давайте продолжим путь в молчании. Вы просто поможете мне собрать травы и пойдете свой дорогой!

- Не нужно злиться на меня. Я никак не унизил тебя, мне просто интересен уровень твоего образования.

- Он ниже вашего! Довольны? Хотя, могу посоревноваться с вами в знаниях физики и математики.

- Вот как. Хм, Эльза, я хочу, чтобы ты знала, я не считаю людей недостойными себя, только потому, что их уровень образования ниже моего. Не думай так обо мне.

- Правда? Я думала, все аристократы одинаковы.

- Кто тебе сказал, что я аристократ?

- По вам видно.

- Вот как. – Улыбнулся он, продолжив путь.

Эльза прокручивала весь разговор в своей голове раз за разом, и не понимала, почему она так отреагировала. Он ведь действительно не унизил ее, не упрекнул в том, что она необразованна, а она… Господи, да что с ней происходит?! Этот парень не похож ни на одного ее знакомого, он… он другой. Почему она краснеет перед ним?! Так не должно быть! Ей ведь всегда было пофиг на то, что она не знает языков. Ну не знает и не знает, что такого-то? Что же с ней, Эльзой, творит этот парень? А может все дело в том, что он инквизитор, а она – ведьма? Хотя, она еще не открыла в себе никаких сил. Да и вообще слабо верила во всю эту магию.

Мысли в голове Эльзы с Жерара плавно перетекли к разговору с Мирой о книге. Она говорила, что растение со сто десятой страницы нельзя срывать, хоть там и лежит закладка. Оно ядовито, поэтому лекарша Полюшка сама за ним сходит.

- Жерар, растение со страницы сто десятой… – Эльза посмотрела на парня, который начал задыхаться, схватившись за горло. В руке у него было растение, которое он выронил перед тем, как отключиться.

- Черт! Жерар! – Эльза кинулась к нему. Взглянув на страницу книги, она с ужасом увидела номер страницы. Сто десятая страница. Вот черт!

- Жерар, Господи, что делать?! Жерар, пожалуйста, очнись! – Кричала Эльза, теребя парня за плечи.

Внезапно на ее голос из-за кустов вышли два охотника, судя по их состоянию, они были не совсем трезвы.

- Чего кричишь, куколка? – Спросил один.

- Помогите, ему стало плохо, умоляю! – Взмолилась Эльза, даже не обратив внимание на то, что мужчины были немного подвыпившими.

- Джек, гляди-ка, это ж инквизитор. – Обратился один мужик к своему другу.

- Ах он ублюдок! – Закричал второй, – ему подобные сожгли мою дочь и жену ни за что! – Взревел он. – А ты, гнусная подстилка, делаешь все, чтобы он тебя не сжег?! – Крикнул он Эльзе.

- Что? – Прошептала Эльза. Она не верила, что оказалась в такой западне.

- Сейчас вам обоим настанет конец. – Сказал Джек, вынимая кинжал. Его друг так же вооружился оружием, и они двинулись на Эльзу.

Один ударил ее по лицу, от чего Эльза упала, схватившись за правый глаз. Она чувствовала адскую боль, даже не могла раскрыть глаз. Скарлет хотела подняться, но ее сильно ударили в животу. Девушка скривилась, но не отступилась. Эльза с трудом поднялась на ноги и, заслонив собой Жерара, сжала обеими руками крестик на шее, начав шептать:

- Господи, спаси. Пожалуйста, не дай нам погибнуть. Я… я верю в магию, клянусь! – Крикнула она последнюю фразу.

Внезапно Эльза почувствовала прилив сил, она не могла этого объяснить. Раскрыв левый глаз, который стал ярче, Эльза крикнула:

- Перевооружение, доспех валькирия! – Сама Эльза толком не поняла, как все произошло, но она будто делала все на автомате. За мгновение она преобразилась в очень красивый доспех. Грудь была прикрыта железными лепестками, из таких же лепестков, только более крупных, была сделана юбка, громоздкие сапоги, из того же железа, только Эльза совсем не чувствовала веса этого доспеха, ей он казался легким. И что поразило саму Эльзу больше всего, у нее были железные крылья. В руках она держала два меча.

- Танцуйте, клинки, – на автомате сказала она, и перед Эльзой выстроились ряды оружия, создав таким образом стену между Скарлет и мужчинами. Эльза приказала оружию сдвинуться с места, и клинки стремительно полетели в ничего не понимающих мужчин, задев одного из них. Прицел у Эльзы в данный момент был просто отвратительный, иначе как объяснить только одно попадание в ногу одному мужчине, когда она пользовалась стольким количеством оружия? Сказывалась неопытность. Мужчины, подхватив друг друга под руки, поспешили смыться, пока им досталось еще больше. Эльза же опустилась на колени, не веря в происходящее. Тут же клинки превратились в пыль и исчезли, но доспех остался.

Скарлет стала думать, что теперь делать.

Сама бы Эльза дотащить Жерара до Полюшки не успела бы, он бы умер. А бежать за лекаршей стоит дорогого времени, Жерару может стать хуже, да и страшновато как-то оставлять его одного после того, что только что случилось. Поэтому, недолго думая, Эльза обхватила его руками за грудь, сомкнув руки на его спине и, воспользовавшись крыльями, взлетела.

Естественно, чтобы никто не заметил летающего человека в небе, Эльза взлетела не слишком высоко. Она едва касалась макушек коротких деревьев, а путь в город лежал сквозь более высокие деревья, поэтому ее не было видно никому, разве что с пустынного берега. Вот показался дом Полюшки, и Эльза обрадовалась своему счастью. Все будет хорошо. Все уже позади.

Далее ее встретила Полюшка, которая сначала наорала за то, что она пользуется своими волшебными силами без страха быть замеченной, потом за то, что это ради какого-то инквизитора, а потом и за то, что позволила себя избить.

Доспех сменился обычным платьем, и Эльза, уставшая и измученная, уселась на стул, предоставленный Полюшкой. Жерара положили на кушетку. Полюшка кинулась за противоядием и, заставив Жерара в бессознательном состоянии это выпить, она стала осматривать глаз Эльзы.

- Печально, но у тебя больше нет правого глаза. – Констатировала Полюшка, копошась в каких-то мазях, – но ничего, я что-нибудь придумаю. Главное, чтобы эта несчастная спящая красавица потом нас не сожгла на костре Святой Инквизиции в благодарность за свое спасение. – Хмыкнула она, кивнув в сторону Жерара.

- Он ничего не видел, – холодно сказала Эльза, – и не станет задавать вопросы.

- Это же инквизитор, они все чересчур любопытные. Ну что ж, будем надеяться, что ты права, – Полюшка улыбнулась своей доброй улыбкой и направилась к котлу, что-то мудрить. Эльза уже поняла, что она что-то придумала, относительно ее глаза.

Комментарий к Глава 12. Вера в магию *В моей работе Локи будет ухлестывать за девушками пока Овен не видит. При ней он будет кроток и сдержан. Особенно при Люси.

Флаг Польши http://www.ia-centr.ru/work/files/11586/icon150.jpg

Теперь понимаете, что цвет волос Скорпиона похожа на флаг этой страны)))

Извиняюсь за то, что главу выкладываю сегодня. Я просто контрольную по алгебре в форме ЕГЭ завалила, вот перездавала сегодня и готовилась почти все выходные. Перездала хорошо, но не уверенна, что здам реальное ЕГЭ через год. Так, это уже другая история, и будет она только через год))) Наслаждайтесь главой!

====== Глава 13. Правда ======

- Люси, – окликнула Хартфалию Мира. Люси нехотя обернулась и уставилась на Миражанну, взглядом умоляя ту поскорей сказать, что она там хотела и не задерживать её – Люси.

- Люси, ты куда?

- Мира, мне нужно к мастеру. Это срочно. Что ты хотела?

- Да так, даже не спросишь, где Эльза?

- Она проснулась раньше, и ты дала ей поручение, это вполне ожидаемо. – Улыбнулась Люси.

- Да, ты права, так зачем тебе к мастеру?

- Это… Мира, я тебе потом все расскажу, обещаю, а сейчас мне нужно к мастеру, ладно? – Затрепетала Люси.

- Хорошо, хорошо, как скажешь, иди – улыбнулась Мира в ответ, – только не забудь потом обязательно подойти ко мне.

Люси кивнула в знак согласия и поспешила к мастеру. В кабинете, как и ожидала девушка, Макаров сидел на своем месте и что-то читал. Как только дверь закрылась, издав характерный звук, мастер обратил на гостью свой взгляд.

- О, Люси, – улыбнулся он, – чего хотела?

- Я поговорить пришла. Обо мне, Эльзе и наших родителях, – уточнила Люси. Взгляд мастера с доброжелательного и веселого изменился на уставший, грустный и немного напуганный.

- Я знал, что рано или поздно придется провести этот разговор. Тебе наверняка интересно, что это за дневник, который вы с Эльзой нашли еще в своем времени.

- Да. А еще мне ночью… сон снился, но это был не совсем сон, все было реально, и со мной разговаривали какие-то странные люди… я даже не уверенна, что это вообще были люди.

- Это звездный духи. Твоя сила, Люси. Лейла – твоя мама – обладала точно такими же способностями заклинательницы духов. Ей удалось собрать все тринадцать ключей знаков зодиака. Тринадцатое созвездие – созвездие змееносца. В мифологии он должен иметь медицинские способности, но мало кому известно, что Змееносец умел разрывать ткань времени. Он может перемещать во времени. Его сила способна пронести заклинателя духов сквозь века. Именно этим его способностями воспользовалась твоя мама, Люси. Лейла перенесла Катарину, тебя, Эльзу и себя во времени, в конец двадцатого века.

- Но зачем?

- Все просто. Тебе ведь известно отношение к так называемым ведьмам? – Люси только кивнула в ответ на вопрос. Макаров продолжил, – Лейла и Катарина полюбили инквизиторов. Джудо и Артур были жестокими людьми, чтившими закон и принимающими предрассудки людей за истину. Как ты знаешь, предрассудков полно. В твоем времени их, наверное, не осталось, потому что многое может объяснить наука. Катарина и Лейла хорошо общались с волшебниками, которых я прикрывал. Они ничем себя не выдавали. Однако, Господь Бог несправедливо одаривает некоторых волшебством, встречаются люди, недостойные этого. Сила портит их, просыпается жажда власти, жажда величия. В наше время по всему свету есть темные волшебники и волшебницы, многие из них не опасны, но есть такие, чья магия по истине велика. Например, дары четырех стихий. Я знаю, что приближается война и темные волшебники попытаются захватить власть, повергнув людей в хаос. Но им должны помешать. Скорей всего после войны магия исчезнет. Вот почему в твоем времени ее не существует, а если и есть, то не такая могущественная, как сейчас. Нам повезет в войне, если хотя бы один маг стихии будет на нашей стороне. А так, вся надежда на вас с Эльзой и волшебниц, которые живут в нашей гостинице. Больше некому защитить Магнолию. Более могущественных волшебников я не знаю. Остались те, кто не шибко может помочь в войне. Возвращаясь Лейле и Катарине, их предали. Я знаю, что кто-то из знакомых был темным магом, на темной стороне. И чем меньше светлых могущественных волшебников, тем выше шанс победы темных магов. Была зима. Декабрь. Катарина только что родила Эльзу, Лейла была беременна. Они бежали из тюрьмы и переместились в двадцать первый век. Ты, Люси, была зачата здесь, в семнадцатом веке, как и Эльза. Так что, это ваше время. И я думаю, Лейла спрятала ключ тринадцатого знака зодиака. В ее дневнике запечатаны лишь двенадцать ключей. Так что, я думаю, как только вы выполните свое предназначение, сразу же вернетесь в привычное время. В двадцать первый век.

- Предназначение?

- Поможете в войне против темных волшебников.

- А если мы не вернемся?

- Тогда нужно будет разыскать тринадцатый ключ.

- Но где?

- Не знаю, Люси. Думаю, с этим тебе помогут звездные духи.

- Я… это все так трудно. Все в один день. И война… я не знаю, что такое война, только из учебников истории и фильмов. Это же так страшно. Я… я не уверенна, что вообще обладаю магией.

- Люси, просто поверь в нее. Но помни, времени у нас почти не осталось. Я не вправе указывать тебе, но прошу тебя, подумай. Нам нужна помощь. – Макаров смотрел на Люси с надеждой. Девушка понимала, что она не вправе отказываться, выбора другого просто нет. Она обязана помочь этим людям, но что делать перед животным страхом перед войной?

- Я… я подумаю, – Люси спешно встала и, все еще находясь в прострации, покинула кабинет Макарова.

Люси не помнила, как оказалась в поле. Она покинула гостиницу, и вот, брела машинально к месту их тренировок. Пшеничное поле, на солнце, переливающиеся всевозможными золотистыми оттенками, было очень красивым, но Люси, казалось, этого и не замечала. Она упорно брела в лес. В сторону леса, не замечая ничего. Внезапно на глаза ей попалось дерево, и девушка просто села под ним, обняв свои коленки. Макаров говорил прежде, что они с Эльзой из конца шестнадцатого века, но Люси все еще никак не могла в это поверить. Как так?! А что, если они с Эльзой и впрямь не вернутся обратно? Но душа болела не по этой причине. Их матери. Они ведь их могут больше никогда не увидеть. А добивало то, что ни Лейла, ни Катарина ничего не говорили, надеясь, что их дочери счастливо проживут в неведение в двадцать первом веке. Да еще и эта война свалилась на голову. На них с Эльзой и, наверняка, Мирой, вся надежда. Пф, а их спросили вообще?! Мира-то сильная, Люси в этом не сомневалась, она умелая волшебница, а кто такие Люси с Эльзой на фоне старшей Штраус?! Никто! Дилетантки! Они даже колдовать-то не умеют!

- Чего грустим? – Послышался голос сзади. Люси резко обернулась, чтобы посмотреть на того, кто вытащил ее из собственных мыслей.

- Н-Нацу? – Запнулась Люси.

- Он самый, – улыбнулся парень, – ты чего грустишь-то? – Спросил он, присаживаясь рядом с ней.

- Я… просто… столько всего навалилось за сегодня. То, о чем я и не подозревала. Даже не знаю, что теперь делать.

- Ммм, чтобы там не было, прими это как должное. Нельзя вешать нос из-за трудностей. На то они и трудности, чтобы с ними справляться и жить дальше, – улыбнулся он. Люси невольно залюбовалась его красивой улыбкой. Такой открытой, искренней. И хоть настроения не было, что-то заставило ее улыбнуться в ответ.

- Ты прав, спасибо, Нацу.

- Ну вот и хорошо. Расскажешь, что там с тобой приключилось?

- Эмм, я… прости, но я…

- Да ничего, если это личное, можешь не говорить. В конце концов, кто я такой, чтобы ты мне душу тут открыла. Но я рад, если сумел тебе помочь.

- Спасибо.

- Пошли, прогуляемся? – Предложил он, – тут недалеко, за пшеничным полем, берег моря. Правда, там небольшой обрыв, хотя, скорее просто крутой спуск вниз на метр, не больше. Там очень красиво, и воздух освежает. Пошли?

- Пойдем. – Согласилась Люси, поднимаясь с места.

- Он… ну… – Эльза, которой было в новинку испытывать чувство волнение за кого-то, кроме Люси, разумеется, стояла около окна, искоса поглядывая на Жерара.

- Жить будет, – меланхолично ответила Полюшка, не отвлекаясь от чтения какой-то книги, – я бы приложила его хорошенечко головой об стол. Так, для профилактики. Вдруг и вправду ничего не вспомнит.

- Он отключился до того, как пришли эти мужчины. – Ответила Эльза, – я просто скажу ему, что как только он вырубился, я притащила его к вам и все.

- А как объяснишь отсутствие правого глаза? А синяки на лице и теле? – Поинтересовалась Полюшка, хотя по ее интонации, можно было судить, что ей плевать на ответы Эльзы, так как на этот счет у нее есть собственное мнение, которое обязано было стать единственно верным в данной ситуации.

- Я… я скажу, что упала, – тихо прошептала Эльза, отчетливо понимая, что она не представляет, как выкручиваться из данной передряги.

- Скарлет, помолчи и не капай мне на мозги, думать мешаешь. – Устало вздохнула Полюшка, пододвигая к себе свои какие-то записи и внимательно сравнивая их с тем, что написано в книге.

- Вы говорите, как… – начала было Эльза, но потом передумала выражать свои мысли, – неважно, – выдохнула она.

- Как будто из двадцать первого века, не так ли? – Ухмыльнулась Полюшка, закрывая книгу, – да, я знаю, кто ты и откуда. Дело в том, что я сама не отсюда. И не смотри на меня так. У меня были свои причины очутиться в начале семнадцатого века, и, знаешь ли, мне совершенно не хочется обратно.

- Вот как.

- Иди сюда, Эльза, я придумала, что делать с твоим глазом и синяками. Как только Жерар очнется, будешь, как новенькая.

Эльза только хмыкнула на ее слова и послушно подошла к Полюшке.

- Люси, начинает темнеть, – осведомил Нацу свою спутницу, сидящую на песке, около воды.

- Ах да, – улыбнулась Хартфалия, оглядываясь на парня. Посмотрев на небо, девушка поняла, что вечер подкрался совсем незаметно. Обратив взгляд обратно к морю, она увидела, как солнце садится за горизонт, окрашивая воду в теплые оттенки ярко-алого и оранжевого цветов. Люси поднялась на ноги и, отряхнув платье, уже собралась уходить, как в голову ей пришла очень экстремальная идея.

- Нацу, – позвала она его, – а давай искупаемся.

- Что? – Не понял Драгнил.

- Смотри, какая вода красивая, да и теплая она наверняка, нагрелась за сегодняшний день. Давай.

- Н-но, это же…

- Что? – Не поняла Люси, – не волнуйся, я не буду раздеваться, я прям так.

- Чего?! Люси, ты что?! Это же неприлично, да и не принято!

- А что такого?! Я же тебе не голышом предлагаю купаться! Морская вода очень полезна для кожи, чтоб ты знал! Она даже обладает лечебными свойствами, поэтому плюнь ты на свои прилично/неприлично! Тем более тут никого нет, кто нас увидит?

- Никто, но тебя не смущает, что я инквизитор?

- А должно?

- Я могу подумать, что ты какая-нибудь ведьма-сирена, заманивающая меня в бездну морскую.

- Я? Ахахаха, ну какая же я сирена? – Искренне удивилась Люси. Она знала, что играет с огнем и, хоть Нацу и кажется таким безобидным на первый взгляд, она знала, что это не так, но объяснить своего упорства не могла. – Ну, как хочешь, а я искупнусь, – улыбнулась Люси и, скинув свою обувь, отправилась к воде. Хартфалия быстро забежала в воду и окунулась с головой. Качаясь на волнах, она отплыла чуть в сторону.

- Люси, вылезай, уже поздно, – взволнованно говорил Нацу.

- Ты чего-то боишься? – Предположила Люси.

- Ну, не то, чтобы я верил во всяких там русалок и сирен, но не стоит рисковать. Тем более, я боюсь, как бы тебя не хватились в гостинице.

- Ой, точно! Мира меня убьет! – Вырвалось у Люси прежде, чем она успела подумать, а не выглядит ли эта фраза уж слишком современной. Хартфалия стала выходить из воды, попутно отжав волосы, а затем и подол платья. Он, конечно же, сразу стал мятым. Наспех натянув на ноги свои туфли из двадцать первого века, каблуки которых отвалились, сделав из шпилек балетки, еще тогда, в лесу, когда Эльза с Люси прибыли в семнадцатый век, Люси последовала за Нацу.

Почему-то проведенный день с этим человеком казался девушке необычным, хотя, вроде как, был таким же, как и предыдущие, не считая того, что сегодня она узнала много нового о себе и о матери. Но Нацу влиял на нее как-то… не так, как все. Не было еще ни одного парня, который бы вызвал у Люси такие странные эмоции. Нацу был особенным. Он был таким искренним, добрым, понимающим, милым и смешным, что Люси невольно задумалась, а как он вообще может быть инквизитором. Как-то она наткнулась на статью в интернете о пытках, которые устраивали инквизиторы своим жертвам. Тогда Хартфалию бросал в дрожь от ужаса каждый новый, прочитанный ею, абзац о новом орудии пыток, а их на сайте было перечислено не мало. И какими же нервами и жестокостью должен обладать человек, чтобы смотреть на мучения невинных людей?! Люси уже поняла, что Нацу на самом деле не такой добрый и милый, каким он ей сегодня предстал, но не хотела этого признавать.

- Отсутствие Эльзы не освобождает тебя от обязанностей, – слышался звонкий голосок младшей Штраус, подгоняющий Люси работать быстрее, – и куда она запропастилась? – Этот вопрос Лисанна адресовала уже себе самой. Люси, как не странно, не волновалась за подругу, потому что внутреннее чутье подсказывало ей, что с Эльзой все в порядке.

- Сестренка Мира сказала, что проводить тренировку сегодня нет смысла, ведь Эльза отсутствует, ну тем и лучше, зато появилось время капитально вымыть баню! – Рассуждала Лисанна, помогая Люси драить купальный бассейн горячего источника гостиницы. Хоть Люси и не особо нравились ее указания, все равно было забавно слушать рассуждения Лисанны, и ее мысли вслух.

- Послали же за простым заданием, утром еще, а уже вечер, и ее все нет, что же с ней приключилось? А вдруг что не ладное? Не дай Бог, но, это же Эльза, она могла что-нибудь предпринять, хотя что? Ах, вот неугомонная! И угораздило же пропасть в лесу с утра до вечера! – Сетовала Лисанна, а Люси откровенно пыталась сдержать смех. Все бы ничего, подумаешь, жалуется Лисанна, но комичности этой ситуации прибавлял тот факт, что во время своих жалоб на поведение Эльзы, и мыслей вслух, Лисанна работала щеткой в руках в режиме «скоростной», оттирая и без того уже блестящий пол очень быстро, не замечая этого.

- А ты как думаешь, Люси? – Штраус младшая прекратила натирать пол, и обратила взгляд на Люси.

- Я, ну-у-у-у…. не знаю, мне кажется, с ней все в порядке. Я чувствую, когда с ней что-то случается. – Улыбнулась Люси, продолжая чистить стенки бассейна.

Это девочка очень нравилась Люси. Лисанна была искренней, совсем, как Нацу, вот только в отличие от Драгнила, Штраус младшая была ребенком. Это было видно. Люси не знала, что там случилось с родителями Миры и Лисанны, но она была уверенна, что этот факт заставил повзрослеть лишь Миру, а ее брат с сестрой остались такими же детьми. Хоть Эльфмана она не знала, Люси судила по поведению Лисанны. Она, хоть и старалась казаться самостоятельной и взрослой, еще не выросла. Ее стремление помочь сестре во всем, только бы не быть бесполезной, пробуждало в Люси уважение к этой девочке.

«Они бы с Нацу были замечательной парой»

На миг подумалось Люси. Но Хартфалия быстро отогнала от себя эту мысль. Все таки, если проанализировать Нацу и Лисанну, то Нацу был мужчиной, взрослым и физически и морально. Он ведь был инквизитором и за свою, пусть и коротенькую жизнь, повидал много жестокости. А это его искренность и доброта – это его истинное лицо, которое он вынужден скрывать, занимаясь делами Святой Инквизиции. А Лисанна – откровенный ребенок. Будь она года на два постарше, у них могло бы что-то получиться, а так, он – взрослый мужчина, повидавший за свои коротенькие двадцать лет, или сколько там ему, много жестокости, а она – маленькая девочка, верующая в искренность и доброту мира. Нет у них будущего.

«А у меня с Нацу?»

Промелькнула шальная мысль и Люси тут же покраснела, отогнав ее от себя.

- Люси, – раздался голос Лисанны. И что-то он Люси не очень понравился. Было в нем что-то такое… игривое, азартное, – а как тебе эти инквизиторы, которых Лексас с собой привел?

- В смысле? – Включила «дурочку» Люси.

- Ну, по-моему, симпатичные. Только сестре не говори, а то она накажет меня за столь неприличные разговоры.

- Конечно, – улыбнулась Люси, – но Лисанна, если в моем времени обсуждать подобные темы можно без зазрения совести и это ничего не значит, обычные женские сплетни, то у вас, в семнадцатом веке, это не принято.

- Знаю.

- Ну, раз уж мы тут одни и я обещаю никому ничего не говорить, ты можешь поделиться со мной, если хочешь, конечно, – Люси вылезла из бассейна, присев возле Лисанны.

- Мне тот розоволосый паренек понравился. Он такой…

Пока Люси слушала откровения Лисанны, не смея перебивать ее, она мысленно сопоставляла образ Драгнила, описываемого Штраус младшей с реальной личностью Нацу, что подтвердило ее гипотезу на счет Лисанны. Ведь в описанном Штраус образе было много ошибок, точнее сказать, Лисанна, пообщавшись с Нацу всего один раз, уж когда там, Люси не знала, сделала вывод по его внешности, вежливости и доброжелательности, предоставив остальное своему богатому воображению, которое все еще таяло под произведенным впечатлением. Однако Лисанне и в голову не пришло подумать над тем, что вежливость – это просто норма приличия в обществе, а доброжелательность может быть напускной. Хотя, в случае с Нацу, Люси была уверенна, он был искренен. Хартфалия знала, что Штраус младшая не задумывалась над тем, ЧТО Нацу видел за свою работу инквизитором. И как эти ужасы отразились на его сознании и личности. Да, он был искренен с Лисанной, с самой Люси, да, те качества, которые описала Лисанна, многие действительно соответствуют действительности его истинного лица, но не нужно было забывать о том, что на своей «работе» Нацу совсем другой. Почему-то Люси была уверенна, что в нем есть и жестокость, и жесткость, и грубость, но все это всплывало только тогда, когда требовалось.

А Лисанна видел перед собой ангела, не желая понять то, что по инициативе Нацу и его друзей погибло много людей, в чем Люси была уверенна. И пусть он не был похож на убийцу, Драгнил был инквизитором, а Святая Инквизиция убивала множество невинных людей, что вытекало фактами из истории. Люси задалась последним для себя вопросом относительно Нацу, зачем он стал убийцей? А именно это слово ассоциировалось у Хартфалии со словом «инквизитор». Если он может спокойно смотреть на страдания людей во время пыток, то, стало быть, не такой уж он идеальный, каким описала его Лисанна, и каким он казался Люси на первый взгляд.

Люси хмыкнула про себя, не бывает ведь идеальных людей, все с изъяном.

Комментарий к Глава 13. Правда Автор пытался показать разницу между Лисанной и Люси. Нет, я вовсе не хотела выставить Лисанну глупой дурочкой, это не так, я к ней очень хорошо отношусь. Я лишь хотела показать, что Люси в этой истории – взрослая девушка, понимающая многие вещи, умеющая анализировать их и принимать верные решения. А Лисанна еще подросток, мировоззрение которого только формируется, как это бывает в пятнадцать-шестнадцать лет.

====== Глава 14. ======

Эльза очнулась от сладкой дремы, услышав шевеление возле себя. Повернув голову в сторону лежащего на кушетке парня, она вновь разочаровалась. Жерар не проснулся, он просто ворочался во сне. Хотя, оно и к лучшему. В конце концов, сейчас раннее утро, четыре или пять часов утра, и возвращаться через лес в гостиницу было бы жутковато, да и заблудиться можно было легко. Эльза вновь прикрыла глаза, предаваясь лёгкой дрёме. Искусственный правый глаз, который невозможно было отличить от настоящего, вновь начал беспокоить Эльзу небольшим помутнением, захотелось опять потереть глаз, но Полюшка запретила его вообще трогать минимум сутки. Так что ощущение легкого дискомфорта будет преследовать Эльзу еще целых... тут она припомнила данное время и время, когда ей поставили искусственный глаз... в общем почти целых двадцать часов еще терпеть. Но, искусственный глаз все же лучше, чем вообще отсутствие правого глаза.

Моргнув пару раз глазами, Эльза поняла, что помутнение не прошло, и видеть она стала хуже. Скарлет устало вздохнула и, поднявшись со своего места, подошла к столу. Взяв глазные капли, которые дала ей Полюшка, Эльза вернулась обратно и закапала правый глаз. Моргнув пару раз еще раз, четкость зрения вернулась. Поставив капли на место, Эльза вновь попыталась уснуть. Полюшка куда-то ушла, аргументируя свой уход каким-то важным, неотложным делом, поэтому Скарлет осталась одни на один со своими мыслями.

Прикрыв глаза, она вновь попыталась уйти на границу сна и реальности, но ее потревожило шуршание со стороны Жерара. Решив, что он снова ворочается во сне, Эльза не стала обращать на это внимания.

- Эльза? – Послышался слабый хриплый голос. Скарлет мгновенно раскрыла глаза, уставившись на инквизитора, – что произошло? Где мы? – Голос был все таким же хриплым, но более уверенным, из-за чего показалось, что слабости в нем почти не было.

- Растение со страницы сто десять. Ты сорвал его, а оно было ядовитым. Прости, не успела сказать тебе, ты уже сорвал его и потерял сознание. Я побежала за помощью к знахарке, она-то тебя и спасла. Мы сейчас в ее домике в лесу.

- А где она сама?

- За водой пошла, – соврала Эльза, – тут неподалеку бьет ключ пресной воды.

- Вот как. Понятно. А сколько времени?

- Пять утра, или около того.

- Нужно возвращаться. – Жерар попытался подняться, но его тело было еще слишком слабо, поэтому у него это не получилось. Да и Эльза помешала. Положив руки ему на плечи, девушка насильно заставила его лечь обратно.

- Тебе нельзя вставать. Нужно еще немного поспать, да и идти сейчас в гостиницу глупо. Ночью в лесу всегда небезопасно.

- Ты боишься?

- А ты нет?!

- Нет. Чего бояться? Диких животных?

- Хотя бы их, если тебя не страшит факт заблудиться ночью в лесу.

- Мы не заблудимся, по звездам можно ориентироваться, куда идти.

- Забудь! Ты слишком слаб, чтобы куда-то идти! Мы остаемся здесь до утра, понял?!

- Эльза, уже утро.

- Как минимум до девяти утра!

- Ладно, хорошо, раз ты настаиваешь. – Улыбнулся Жерар и откинулся обратно на кушетку, – ты почему не спишь? – Спросил он, повернувшись в сторону Эльзы.

- Тебя стерегу, – улыбнулась она, – а если серьезно, у меня бессонница, – и как на зло это бывает, Эльзу одолела зевота, а глаза вновь закрылись. Скарлет залилась краской. Не часто ее собственный организм “палит” ее так. Предатель.

- Я вижу, – хмыкнул Жерар, – так почему не спишь? – Эльза не ответила. Жерар осмотрелся, к темноте его глаза привыкли не сразу, но довольно быстро, поэтому он мог рассмотреть помещение, в котором находился. Комната была средней, но заставлена вещами доверху, поэтому казалась тесной. Три шкафа с книгами, стол, как не странно, пустой, всякие сундуки, травы, лежащие, где только можно. Карта Европы, в некоторых местах затертая, а в некоторых порванная, висела на стене. Картины, на которых были изображены пейзажи. И еще что-то на стене, картина, или что это было, Жерар не знал, но это что-то было закрыто тканью. Однако его не это в данный момент волновало. Дело было в том, что кроме кушетки, было лишь кресло, и то было занято каким-то барахлом, лечь Эльзе было негде. Взглянув на кушетку, Жерар прикинул, что на ней вполне могли поместиться они с Эльзой вдвоем.

- Эльза, – обратился он к ней, – ложись, я подвинусь.

- Нет, ты что? – Эльза покраснела и десять раз поблагодарила Бога за то, что в комнате темно и ее смущения было не видно. – Я... я не устала, посижу тут.

- Ложись или я встану и сам тебя положу сюда. – Предупредил он. Скарлет улыбнулась, но с места не сдвинулась.

- Значит все же придется самому тебя заставить, – сказал Жерар сам себе и предпринял попытку приподняться на кушетке. Это у него получилось.

- А ну ложись обратно! – Приказным тоном заявила Эльза.

- Только после тебя, – ухмыльнулся Жерар. Эльза прошипела что-то вроде “чёрт с тобой” и подошла к кушетке. Жерар учтиво подвинулся. Эльза залилась краской так, что теперь ее лицо совпадало с цветом волос. Однако этого не было заметно не только из-за темноты, но и из-за того, что Скарлет наклонила голову так, чтобы лицо закрывали волосы. Она присела на кушетку и аккуратно, а так же очень осторожно прилегла. Ее тело тут же обдало теплом Жерара, который находился в опасной близости к ней. Эльза отвернулась от него, уставившись в стену, и предприняла попытки утихомирить бешеный стук сердца. И чего она так волнуется?!

- Успокойся, я тебя не съем, – послышался сиплый голос Жерара. Эльза собрала волю в кулак и, повернувшись лицом к парню, с вызовом ответила:

- Я не боюсь, – голос прозвучал так же тихо.

- Чудно, – Жерар улыбнулся, – спокойной ночи, – сказал он, закрыв глаза.

“Спокойной ночи”?! “Он издевается?! Да какая, к черту, спокойная ночь, когда он так рядом?! Так опасно рядом со мной!” – Подумала Эльза. Девушка решила не думать о нем, чтобы успокоиться, и начала разглядывать комнату, на которую уже успела налюбоваться. Ее взгляд наткнулся на ту самую картину, закрытую от чужих глаз тканью. Эльза хмыкнула. Полюшка все таки закрыла современную политическую карту Европы. Вот бы Жерар удивился.

Эльза закрыла глаза, представив вновь свою прежнюю жизнь. Как было хорошо, институт, друзья, Люси. Все было так... так правильно, все шло своим чередом. А теперь? Теперь все изменилось. Нет, Люси осталась с ней, с Эльзой, но остальные пропали. А ведь мама обещала взять в командировку в Англию с собой Эльзу. Эльза бы увидела Лондон. Да и они с Люси хотели посетить Великобританию. Со школой они как-то ездили во Францию. А зная про исторические разногласия между Францией и Англией, Эльзе хотелось бы увидеть Англию. А так же другие страны, входящие в Великобританию. Северную Ирландию, Уэльс, Шотландию. Они с Люси еще тогда, после экскурсии во Францию, договорились, что обязательно попадут в Великобританию, в Англию. Они так же хотели посетить и другие европейские страны. Но сейчас дело не в этом. Эльза вспомнила, как они с Люси на переменах слушали музыку. Как они однажды ходили в клуб, и обе напились так, что на утро, очнувшись дома, получили от родителей по полной. А выпускной. Тогда они выпили совсем чуть-чуть и всю ночь гуляли по городу с одноклассниками. А когда Люси попросила помочь Эльзу в написании романа. Они тогда придумали хороший сюжет, но так ничего и не написали, а весь день смотрели кино и смеялись. Или тогда, когда Люси вдруг вспомнила про их совместную презентацию в восемь вечера. Они полночи провозились с работой, которую начали с нуля. На выступлении в школе обе были никакими, но зато представили информацию хорошо. Столько воспоминаний. А что теперь? Все из-за какой-то дурацкой книги. Всё рухнуло в один момент. И Эльза не знала, вернутся ли они обратно, или же застрянут в семнадцатом веке навсегда.

За своими воспоминаниями, Скарлет и не заметила, как уснула.

А по левой щеке ее катилась одинокая слеза. Правая же щека была сухой.

Джувия прибыла в Ирландию два дня назад. Она не совалась в город, сразу отправилась в дом, о котором ей рассказывала бабушка. Он был заброшен очень давно и стоял в безлюдном месте, за двести метров от обрыва скал, о которые бились волны моря внизу. Лоскар была одета в легкое платье, которое ей посчастливилось украсть на окраине какой-то деревушки. Корсета на ней не было, а платье было самым что есть легким, поэтому благодаря сильному ветру было холодно. Но Джувия, казалось бы, не обращала на это внимание. Девушка медленно стала приближаться к дому. Густые волосы намокли от моросящего дождя, и прилипли к бледному лицу Джувии, делая его еще бледнее. Ее синие глаза выглядели уставшими. Ключицы сильно выпирали вперед. Она сильно похудела за время своего морского путешествия. Лоскар выглядела просто ужасно, как будто была больна анарексией. И без того стройные ноги выглядели спичками, которые вот-вот сломаются. Джувия ровной походкой приближалась к дому. Вот она уже у порога. Легким движением руки Джувия отворила дверь. Внутри было тихо. Доски скрипнули под Джувией. Да, давно тут никого не было. Захлопнув дверь за собой, Лоскар прошла в коридор. Было достаточно светло, так как за окном был день, хоть и моросил дождь. Джувия прошла в комнату. Она была убрана, если не считать пыль на вещах. В комнате было мало мебели. Старый диван, стол, и шкаф с книгами. Большой шкаф. Джувия прошла к шкафу и осмотрела книги на полках. Она не знала, что делать дальше. Но чувствовала, что нужно искать тут. Внезапно ее внимание привлекла книга в необычном ярко-синем переплете.

Джувия потянулась за книгой, но как только она ее пошевелила, послышались странные звуки, будто стены двигаются. Лоскар испугалась, выронив книгу. Та с глухим звуком ударилась об пол, а на пол вылетел ключ. Подняв его и книгу, Джувия положила все на стол и пошла посмотреть, что там случилось со стеной. Оказалось, стена в спальне действительно отодвинулась, открыв вид на коридор. Пошарив в шкафчиках и сундуках, Джувия нашла свечу, но столкнулась с проблемой отсутствия огня. Нужно было топить камин. А на это не было ни сил, ни времени, да и средств. Поэтому Джувия на ощупь стала спускаться вниз. Джувия попыталась спуститься, но, видимо, потайной ход был слишком длинным, и без света там ловить нечего, поэтому Лоскар поднялась обратно.

Она прошла на кухню и уселась за стол, положив перед собой книгу. Открыв ее, Джувия обнаружила перечень заклинаний. Полистав страницы, на которых письмена были ей не понятны, девушка удивилась, когда обнаружила запись на родном для нее немецком языке. Прочитав предназначения заклинания, Джувия мягко говоря обалдела. Она в спешке вырвала страницу и, сложив ее, спрятала в рукаве платья. Кстати о платье. Надо бы переодеться. У бабушки ведь много платьев в сундуках в комнате. Полистав книгу еще немного, записей на родном языке девушка не обнаружила, зато было что-то на английском. И это что-то похоже как раз то, что было нужно. Джувия схватила книгу и направилась в спальню, где стоял камин. Зачитав коротенькое заклинание длиной всего в три слова «И вспыхнет пламя» оно действительно зажглось. Джувия обалдела от того, что в камине появился огонь. Нужны были только дрова, а то те прогнившие, что лежали в камине, быстро сгорят.

Лоскар зажгла свечу и, прихватив ключ с собой, отправилась исследовать потайной ход. Спускалась она минуты две вниз, где было очень холодно. Поднеся свечу к стене, Джувия обнаружила факелы. Произнеся заклинание еще раз, огонь осветил проход. Перед Джувией предстал коридор. Потушив свечу, Лоскар осторожно двинулась вперед. Она шла целую вечность, как она окрестила про себя пять мучительных минут в холоде и нетерпении увидеть, что же ее ждёт, пока перед ней не предстала дверь. Джувия попыталась открыть ее ключом, но ключ не подошел, зато дверь поддалась легкому толчку и отварилась.

Девушка поднесла свечу к факелу, а затем зашла в помещение. Джувия заметила, что вдоль стен было что-то вроде одной большой ниши. Она даже подумала, что на эту «скамеечку вдоль стен» можно сесть, но, присмотревшись, поняла, что поверхность ниши была полита чем-то. Поднеся свечу, передавая пламя, огонь тут же вспыхнул и передался по всей комнате, осветив ее. Джувии представилось помещение, как будто бы подготовленное для призыва сатаны. Лоскар даже усмехнулась. Инквизиторам бы понравилось.

Положив книгу на каменный алтарь, девушка обернулась. Старичок что-то говорил про важную вещь, которую ей оставила бабушка. Только вот где ее искать? И что это вообще такое?

Вспомнив того доброго дедушку, Джувию невольно посетили мысли о том, что сейчас с ним. Его, наверное, уже сожгли. Слёзы хлынули из глаз. Почему так?! Почему хороших людей убивают?! Да эти инквизиторы сами заслуживают такой смерти!

- Да гореть вам всем в Аду! – Вырвалось у Джувии. Она уже не могла терпеть. Она была на пределе эмоций, на пределе нервного срыва. Слабое физическое состояние так же пагубно сказалось на ее эмоциональном здоровье. Началась истерика. Лоскар рыдала навзрыд, проклиная несправедливость.

Каменный пол был ледяным, но ее это, казалось, не беспокоило. Девушка лежала на полу, согнувшись, и плакала. В ее голове прокручивались недавние события ее жизни. Собственная семья сдала ее инквизиторам. Она совершила неудачную попытку побега, но ничего не вышло. Потом еще одну, и вполне удачную. Вот только она оставила хорошего человека там, в тюрьме, обрекая того на смерть. Долгое время нахождения в состоянии воды исчерпало ее физически. Она еле добралась да Ирландии. А теперь еще и эти загадки от бабушки в темном, чтоб его, подвале! Нельзя было сказать прямым текстом, что ей тут искать?!

Измотавшись физически и духовно, Джувия прикрыла глаза и провалилась в сон.

К десяти часам утра Эльза и Жерар вернулись обратно в гостиницу. Мира сразу же завалила их вопросами, но Эльза холодно заявила, что позже обо всем расскажет.

Поднявшись к себе, Эльза не обнаружила там Люси. Ее кровать была застелена. Но через минут десять Хартфалия ворвалась в комнату и завалила Эльзу вопросами по поводу, где она была, с кем и почему так долго. Эльза рассказала подруге причину ее отсутствия во всех красках.

- Значит, у тебя теперь нет правого глаза? – Тихо спросила Люси.

- Да ладно. Искусственный точно такой же, Полюшка сказала, что первые дни мне нужно пользоваться глазными каплями, а потом глаз будет как родной.

- Ты видишь им так же четко, как и настоящим?

- Я сама удивилась, но да, так и есть. – Улыбнулась Эльза, – а у тебя что случилось за эти сутки?

- Лучше сядь. – Предупредила Люси. Эльза смирила подругу ничего не понимающим взглядом, но послушно села. Люси пересказала разговор с Макаровым, следя, как лицо Эльзы с невозмутимого меняется на удивленное и ошарашенное.

- А чтобы вернуться значит, нужно помочь выиграть войну. – Задумчиво произнесла Эльза, – погоди, но если мы выиграем, и магия исчезнет, как же мы вернемся без магии обратно?

- Я… я не знаю, Эльза – честно призналась Люси, – лучше расскажи, каково это было, летать. И драться и пользоваться силой.

- Ну… это… – подобрать подходящие слова Эльзе помешала Мира, которая зашла к ним в комнату без стука. По лицу ее отчетливо читался приказ все рассказать, и Эльза не стала тянуть. Она еще раз повторила ту же историю, которую рассказала Люси. О том, как Жерар потерял сознание и она, Эльза, открыла в себе волшебные силы. Так же о том, что у нее теперь искусственный правый глаз.

Мира на это никак не отреагировала, она лишь назначила время тренировки на привычное ночное время, и удалилась. Эльза переоделась и они с Люси поспешили заняться своими обязанностями.

Комментарий к Глава 14. Маленькая глава получилась. И действия в ней происходят так быстро. Я этим крайне не довольна! Дурацкая глава! Извините меня за нее, обещаю, в следующей исправлюсь!

====== Глава 15. Разговор по душам ======

Не знала, как главу назвать, вот решила дать название по событиям в конце самой главы.

- Ты слишком много магии расходуешь на облачение в броню. Нужно научиться контролировать свои силы. А пока, тебе нужно научиться драться на мечах, ведь это твоя сила. Я бы попросила Лексуса помочь тебе, но он не должен знать о вас, он и обо мне-то не знает, так что я сама буду тебя тренировать, – сказала Мира, взяв меч в руки. Эльза создала своей магией свой собственный и встала в боевую стойку.

- Откуда ты знаешь, как сражаться на мечах? – Спросила Скарлет.

- Да вот, довелось научиться, – улыбнулась Мира, и сделала выпад в сторону Эльзы, занеся над ней меч, Скарлет не растерялась и отбила удар.

За всем этим наблюдала Люси, которая пыталась сосредоточиться на том, чтобы снять печати и посмотреть, наконец, на свои ключи звездных духов. Хартфалия еще вчера перевела руны с печати на английский язык. Поняв смысл, Люси теперь пыталась произнести заклинание на руническом языке, которое бы сняло печать.

Закрыв глаза и отвернувшись от разворачивающегося экшена, девушка попыталась сосредоточиться. Люси произнесла первые пару слов заклинания, как вдруг в нескольких сантиметрах от нее пролетел меч, воткнувшись в землю. Хартфалия в шоке уставилась сперва на меч, потом на Эльзу и Миру, которые ее, казалось, даже не заметили. На глазах Люси, бой из состояния «на мечах» перешел в «на кулаках». Эльза ударила Миру по лицу, та ответила ей ударом под дых. Скарлет стиснула зубы, но не растерялась, и нанесла удар ногой, Мира повалилась на землю, но так же не спешила сдаваться.

- Эй, вообще-то вы меня чуть не убили, – Люси поднялась со своего места и гневно посмотрела на дерущихся девушек. Они не обратили на это никакого внимания, что взбесило Хартфалию еще больше. Внезапно ей на ум пришло сравнение этой женской драки с одним русским реалити шоу.

- Не тренировка, а Дом 2 какой-то! – Воскликнула Люси, и, взяв книгу, поспешила уйти в место по- спокойней.

Пока Люси шагала к берегу моря, она всеми «лестными» словами, которые ей были известны, ругала Эльзу и Миру. Но наконец послышался шум прибоя, и это заставило Люси успокоиться. Хартфалия присело около самого края крутого спуска вниз. Спуск был длиной всего метр, внизу была маленькая полоса песка, тянувшаяся вдоль спуска, и тихое море. Решив, что было бы неплохо находиться по ближе к воде, Люси спустилась вниз и присела у воды. Поджав под себя ноги, девушка сосредоточила и начала произносить заклинания на руническом языке. Страница книги, на которой были написаны руны, начала светиться, а символы исчезать. Когда Люси закончила читать заклинание, на странице появилась надпись на родном английском языке, а так же появился красивый золотой ключ, на котором был изображен знак водолея.

«Опусти в воду»

Все, что было написано на странице. Люси послушно подползла к воде и опустила ключ в прозрачную морскую воду. Но ничего не произошло. Люси подумала, что воды у самого берега не достаточно, и, сняв обувь, а так же подняв подол платья, зашла в воду по колено. Опустив ключи в кристально чистую воду, Люси уже было приготовилась к чему-то необычному, но и тут ничего не произошло. Вздохнув, девушка вышла из воды на берег и уселась на песок. Посмотрев на ключ, Люси начала думать, что им делать. И как призвать духа.

- Эй, водолей, – позвала духа Люси, – ау.

Но и тут ничего не произошло. Вздохнув, Люси положила ключи на песок и вновь посмотрела на книгу, точнее на страницу. Но ничего не изменилось. На странице по прежнему была одна и та же надпись.

«Опусти в воду»

- Да опустила я, опустила, вот только толку-то, – ворчала Люси.

Хартфалия вновь опустила ключ в воду у берега и попыталась еще раз призвать водолея.

- Водоле-ей, – позвала Люси, – ну что мне сделать, чтобы призвать тебя? – Спросила сама себя Люси.

- Откройтесь врата водолея. – Она в надежде посмотрела на ключ в воде. – А может быть…

- Льющего воду откройтесь врата, водолей! – Воскликнула она. И уже приготовилась разочароваться еще раз, но тут произошло то, чего Люси никак не ожидала. А именно прямо у берега появился здоровый водоворот, а от туда вылезла, а точнее вынырнула очень красивая русалка. Ту, которую Люси видела во сне.

- Водолей! – Воскликнула Люси.

- Догадалась все же, ну ты и бестолочь! – Нахально ответила она.

- Эй, – возмутилась Люси.

- Че вякнула?! – Угрожающе посмотрела на нее русалка.

- Ничего – ничего! – Люси попятилась назад.

- Зачем я тебе понадобилась?!

- Ну… просто хотела посмотреть на звездных духов, как вы выглядите, и что у вас за магия. Точнее, как она может помочь нам выиграть войну. – Начала Люси.

- А ты не налюбовалась на нас, когда мы пришли к тебе во сне? – Поинтересовалась Водолей.

- Ну, это же было видение, и я мало что запомнила.

- Тогда попроси деву воспользоваться одним волшебством, и ты вновь увидишь нас всех.

- Каким?

- Она перенесет твое сознание в мир духов. Так как время там течет иначе, за короткие часы твоего пребывания в нашем мире, в твоем мире пролетят несколько недель или даже месяцев твоего отсутствия. А поскольку это нам совсем не желательно, Дева перенесет туда только твое сознание, как она сделала тогда, когда ты спала.

- Я поняла, а как призвать ее?

- Совсем что ли без мозгов?! Подумай! – Разозлилась Водолей и исчезла. Люси посмотрела на книгу и, вздохнув, уселась на песок. Перед заклинательницей духов стояла сложная задача. А именно нужно было снять все печати. Оставшиеся одиннадцать печатей.

На это у Люси ушло полчаса. Потом еще столько же на попытки вспомнить все знаки, которыми обозначались звездные духи знаков зодиака. Методом исключения Люси все таки удалось найти Деву.

- Придворной дамы откройтесь врата! – Воскликнула Люси и удивилась тому, что Деву получилось призвать с первого раза. Это было здорово.

- Госпожа, – поклонилась красивая розоволосая девушка с короткой стрижкой в платье горничной.

- Нет, нет, не зови меня так. – Попросила Люси.

- Хозяйка? – Предложила другой вариант девушка. Люси скривилась.

- Принцесса?

- О, а это мне нравится, – улыбнулась Люси, отметив про себя, что «принцесса» пусть извучит как-то необычно по отношению к ней, но звучит прикольно. Хотя свое имя все же было бы слышать привычнее. – Мне нужно, чтобы ты перенесла мое сознание в мир духов. Мне нужно поговорить с вами со всеми. Ты сможешь?

- Конечно, принцесса, сейчас все сделаю. – Дева кротко поклонилась и подошла к Люси.

- Кланяться было не обязательно, – вставила свои «пять копеек» Люси.

- Позволите? – Дева приблизила кончики пальцев к вискам заклинательницы, Хартфалия только молча кивнула. Тогда Деву дотронулась до висков Люси и слегка надавила на них. Внезапно все вокруг Люси начало расплываться, пейзаж сменялся необычным пространством. Было очень красиво, будто она попала в космос, только это было не пустынное и холодное место, а очень красивое и яркое.

Дева отстранилась, и Люси заметила, что ее по кругу окружают двенадцать звездных духов.

- Так что вы хотели, госпожа? – Спросил Локи, если Люси правильно запомнила его имя.

- Я… – девушка на мгновение растерялась, оглядывая всех присутствующих, но быстро собралась, – я пришла поговорить.

- Мы вас слушаем, принцесса. – Подала голос Дева. Вздохнув, Люси начала:

– Я понимаю, что сама я магией не обладаю, я могу лишь призвать вас, поэтому вам решать, сражаться или же отказаться. Я не имею права вас заставлять, ведь вы будете использовать свое волшебство в битве против темных волшебников, и вы рискуете собой.

- Звездные духи не умирают. – Хмыкнула Водолей.

- Все равно! – Воскликнула Люси, – ты же живое существо, и остальные тоже! Кем я буду, если заставлю вас сражаться против вашей воли?!

- Люси,… – послышался мужской голос. Хартфалия обернулась на него и увидела рыжеволосого парня в черном костюме. Кажется, это был лев. – …никто, кроме Лейлы, раньше так не говорил о нас. Мы не люди, мы звездные духи. И ты наша хозяйка. У нас в принципе не должно быть своей воли.

- Глупости! И не называй меня хозяйкой! Ни госпожой, ни как-либо иначе, кроме моего имени! Я – обычная девчонка, которая всю свою сознательную жизнь думала, что родилась в двадцать первом веке, да мы бы с Эльзой сюда и не попали, если бы не дурацкое наказание в библиотеке! Я ровным счетов никто!

- Не говорите так, ваша мама была великой волшебницей! – Возразила Овен, но тут же покраснела, и извинилась непонятно за что, как показалось Люси.

- Вот именно, моя мама, но не я сама! Мне важно знать ваше мнение, ведь вы для меня не просто оружие, у вас есть сознание, есть чувства, свое мнение, и я не желаю им пренебрегать! – Крикнула Люси, оседая на песок. Видела-то она перед собой мир духов, но находилась по прежнему на диком пляже. – Так вы согласны пройти со мной этот путь, вступить в войну, и биться до конца? – Спросила Люси.

- Конечно, принцесса, – кивнула Дева.

- Куда ж я денусь?! – Усмехнулась, но как-то по-доброму Водолей.

- Да, – подали голос остальные. Люси посмотрела на Локи, ожидая ответа от него.

- Безусловно, – сказал он, а потом, выдержав паузу, добавил, – Люси.

Хартфалия улыбнулась, теряя перед собой очертания духов и их мира, и вновь возвращаясь в свой мир.

- Принцесса, если я больше вам не нужна, я пойду, – Люси вздрогнула от голоса Девы, так как думала, что та уже давно вернулась в свой мир. Хартфалия уже собиралась одобрительно кивнуть, как ее голову посетила гениальная идея.

- Подожди, а ты можешь рассказать мне про всех вас? – Спросила Люси, – ну, от кого что ожидать. Водолей, как я заметила, не слишком-то дружелюбна. – Хартфалия слегка покраснела, так как еще со школы не любила сплетни.

- Конечно, – улыбнулась Дева.

Так они и просидели. До глубокой ночи. Дева рассказывала Люси обо всех, а та валялась на уже остывшем песке, внимательно слушая новую, как ей хотелось верить, подругу.

И так продолжалось бы до самого утра, если бы не Эльза с Мирой, которые вынудили Люси вернуться в реальность и обратить внимание на позднее время. Дева вернулась к себе, а трое волшебниц пошли уже известной им троим дорогой к гостинице.

Тьма начала отступать и перед глазами вновь предстал расплывчатый пейзаж потайной комнаты. Джувия протерла глаза, проверяя, не приснилось ли ей все, но суровая реальность говорила сама за себя. Она все еще в этой чертовой комнате. И ей все еще предстояло найти послание от бабушки.

Выругавшись всеми известными ругательными словами, коих было очень мало, девушка поднялась на слабеньких ногах и принялась за поиски. Сколько она тут пролежала – загадка. На улице наверняка уже стемнело.

Джувия обшарила все, но на глаза ей попалась только старая пыльная книга. От безысходности, девушка плюхнулась на пол и открыла книгу. Лоскар уже приготовилась увидеть какие-нибудь непонятные ей надписи, но записи были сделаны на немецком – родном ей языке. Вчитавшись в первые строчки, Джувия поняла, что это была какая-то легенда.

«Настанут времена безбожные. Царствовать будут страшные люди, и творить они будут свои во имя Господа Бога, но дела их будут ужасны. Европа потонет в крови невинных, обвиненных в черное маги. Инквизиция будет распоряжаться судьбами людей. И будет война между магами. Обиженная на весь свет одаренная* соберет себе подобных и развяжет войну, преследуя цель очистить землю от людей, оставив на земле себе подобных. Светлые маги, желающие жить в мире с людьми, воспротивятся этому решению и встанут на защиту людей. И будет великая битва, что решит все. Битва между четырьмя наследницами великих сил и одаренными, что перешли на темную сторону. И лишь четверо наследниц великий сил вместе способны положить конец войне, лишив землю

великого дара**.

Наследница дьявола, Небесный страж, Одаренная стихией, олицетворяющей течение времени, чистоту, и Посланница иного мира, связанная с духами.»

Перечитав это еще несколько раз, Джувия попыталась соотнести информацию и дальнейший план действий. Так значит эту информацию нужно будет доставить в Фиор, в Магнолию в гостиницу Фейри Тейл. Уничтожить волшебство в грядущей войне. Джувия так мечтала стать обычной, но внезапно она поняла, что тогда станет самым обычным человеком, и ее жизнь не будет отличаться от жизни других людей. Хотя, ни об этом ли она мечтала. С магией жить тяжело, нужно скрываться от инквизиции и вечно жить в страхе, но ведь и обычных людей сжигают, даже чаще, чем настоящих обладателей магии.

А может не стоит ничего никому передавать? Ведь она, Джувия, сможет прожить жизнь и здесь, в Ирландии, тихо и мирно, никого не трогая, и война ее не коснется. Ирландия – это ведь островное государство. Она удалена от Европы.

Джувия отогнала от себя подобные мысли. Ведь нельзя же прятаться все время здесь. Она так хотела, чтобы ее жизнь не пролетела мимолетно, как жизнь большинства людей. И пусть у нее не будет семьи – того, к чему стремятся большинство людей, ее жизнь станет ярче. Пусть она может погибнуть на это войне, но зато ее волшебство пригодиться в борьбе против темных волшебников.

Достав вырванную страницу Джувия поняла, что это было за заклинание. Его нужно было прочесть каким-то четырем наследницам, и магия исчезнет.

Посмотрев на листок еще немного, Лоскар вновь спрятала его у себя и, захлопнув книгу, встала с насиженного места. Девушка решила взять с собой эту книгу, а так же ту, что нашла наверху, с заклинаниями.

Осмотрев комнату еще раз, Джувия покинула ее, надеясь больше никогда не возвращаться.

Когда Джувия поднялась, в помещении было достаточно тепло. Тепло от камина здорово нагрело комнату. И это было замечательно. Взглянув за окно, девушка поняла, что уже стемнело, а значит, она действительно проспала не один час. Однако, несмотря на сон, Лоскар все равно хотелось еще прилечь. Однако нельзя было лечь спать вот так, с незапертой дверью. А поскольку замка не было, Джувия решила запереть ее с помощью магии.

Присев на кровать, Лоскар открыла книгу заклинаний и стала искать нужное. На это у нее ушло полчаса, так как записей на английском было немного. Прочитав короткое заклинание и подергав дверь, тем самым проверяя заперта она, или нет, Джувия удостоверилась в уровне своей безопасности и решила переодеться. У бабушки в сундуках оказалось куча платьев. Выбрав самое простое, Лоскар прилегла на кровать, искренне надеясь, что не подцепит клопов или еще чего-нибудь за ночь. Но тут на глаза ей попался листок, вырванный из книги заклинаний. Видимо, он выпал из ее одежды, когда она переодевалась.

Джувия положила его книгу, придавив второй, чтоб не потерять, и прикрыла глаза. В ее голове прокручивалась информация, полученная за день. Все так неожиданно навалилось на нее, с ума сойти можно. Легенда эта, и кто такие эти наследницы? Как там говорилось, наследница дьявола, небесный рыцарь, элемент, означающий чистоту и посланница иного мира.

Выгнав все эти мысли их головы, чтобы расслабиться, Джувия решила забыться во сне.

Однако не прошло и минуты, как она распахнула свои глаза и вскочила с постели, придя к осознанию, что это за элемент.

Вытащив листок из-под книги и перечитав последнюю строчку еще раз, Джувия рухнула на кровать в осознании, что стихия, олицетворяющая чистоту и течение времени – это вода. А она, Джувия, и есть та самая одаренная элементом воды. Ну, замечательно просто! То есть это дурацкое заклинание по лишению мира магии на четверть зависит от нее.

Обалдеть просто!

- Ну что, тебе удалось чему-нибудь научиться от Миры? – Поинтересовалась Люси, лёжа на своей постели.

- Да, – ответила Эльза, потирая забинтованную руку, – а ты?

- Я познакомилась со всеми звездными духами, олицетворяющими знаки зодиака.

- Познакомишь меня с ними?

- Конечно! Только завтра, точнее, формально уже сегодня, ведь сейчас больше полуночи.

- Слушай, Люси, а ты помнишь, я рассказывала тебе о том происшествии с Жераром в лесу?

- Конечно, помню. А что?

- У Полюшки ведь там, в доме, висит карта современной Европы. Я так скучаю по дому.

- И я тоже.

- Может, если мы выкинем все наши вещи из двадцать первого века, будет немного легче?

- Не знаю, но свой телефон я выкидывать не собираюсь! – Люси достала свой iPhone 5 и посмотрела на экран. Мобильник давно сел, поэтому был бесполезен.

- Слушай, Люси, я тут вспомнила про зарядное устройство без провода, нужно было с собой взять.

- Можно попросить Деву достать откуда-нибудь. – Меланхолично ответила Люси, разглядывая узоры на сменной панели для телефона. Прошло еще какое-то количество секунд, как Люси осенило.

- Точно! – Она поднялась с кровати, – я попрошу Деву достать нам зарядное устройство, ноутбук и интернет на флешке!

- Только давай утром, – посоветовала Эльза, не разделяя энтузиазма подруги.

- Хорошо, – согласилась Люси, обратно ложась в постель.

- Слушай, Эльза, я же не рассказывала тебе наш разговор с Лисанной?

- Ты разговаривала с сестрой Миры? – Удивилась Эльза, – когда?

- Когда ты ночевала у Полюшки.

- О чем был разговор?

- Ну, я обещала никому не говорить, но после этого разговора я взглянула на одного из инквизиторов под другим углом. – Уклончиво начала Люси.

- Ты влюбилась в Нацу? – Напрямик спросила Эльза.

- Чего сразу влюбилась-то?! И чего сразу в Нацу?

- Потому что ты сама рассказывала, как вы с ним общались.

- Да, это Нацу, но я не влюбилась! Просто мы с Лисанной затронули эту тему и я подумала, что будь мы в нашем времени, у нас могла выйти неплохая дружба. Нацу очень добрый, искренний, я не знаю, истинное ли это его лицо, или он на самом деле жесток, но мне кажется, что он не врет. Он открытый, веселый и добрый по своей природе.

- Полная противоположность Жерару. – Прошептала Эльза.

- Что?

- Ничего, это я так.

- Лисанна сказала, что она его любит.

- Жерара?

- Нацу! Причем тут этот Жерар?! Я его видела-то пару раз и все.

- Оу. Слушай, Люси, Лисанне всего шестнадцать, или сколько ей там, не думаю, что она имеет представление о том, что такое любовь между мужчиной и женщиной.

- Вот и я так подумала. Я говорить ей ничего не стала, но сама невольно задумалась о своих чувствах к Нацу. Их, конечно, нет, но что-то такое я к нему все же испытываю. И это меня очень тревожит. Мы же не можем любить инквизиторов. Да будь они кем угодно, все равно не можем.

- Потому что вернемся в двадцать первый век и разобьем сердце и себе и им? – Продолжила за Люси Эльза.

- Да, верно. И это будет пострашнее войны.

- С другой стороны, может шанс полюбить кого-нибудь по-настоящему тебе больше не представится, и не стоит упускать эту возможность сейчас.

- Эльза, нам сейчас не о любви, а о войне думать нужно. Сейчас просто не время. Хотя, может ты и права.

- Люси, как говорится, время покажет. А сейчас давай спать. – Улыбнулась Эльза, поудобней устраиваясь под одеялом.

- Спокойной ночи, Эльза, – улыбнулась Люси, так же устраиваясь на кровати.

- Спокойной.

Комментарий к Глава 15. Разговор по душам *Одаренная, если вы помните, так старичок в темнице назвал Джувию. Это синоним слова «волшебница», «колдунья», «ведьма».

**Понятие«великий дар» в этом случае означает саму магию.

====== Глава 16. Встреча ======

Простите за за то, что две недели не выкладывала новую главу, но вот я собралась, и написала большую проду))) Надеюсь, вы, дорогие читатели, останетесь довольны. И не забывайте оставлять комменты)))

В резиденции Святой Инквизиции в Берлине

После окончания праздника, стражи тюрьмы Святой Инквизиции вернулись на свои посты. Проверять состояние пленников, разумеется, никто не хотел. Да и имели на то полное право. А что смотреть на этих полуживых полумертвых смертников? Они все равно умрут, так какая разница где? В камере, или в огне? Ни для кого не секрет, в каких условиях существовали заключенные в темнице. Сырость, полное отсутствие гигиены. А учитывая болезни, что ходят по Европе – чума, сифилис, оспа, многие не доживают до суда и казни. Тем более что Натуральной (черной) Оспой можно заразиться воздушно-капельным путем, в отличие от того же Сифилиса, который передается половым путем в 90-95% случаев.

И отсутствие Джувии никто бы не заметил, если бы не приезжий инквизитор из Фиора, который каждодневно, до суда, обязался видится с Лоскар.

В этот раз Грей, почему-то, не стал ждать, пока стража приведет Джувию к нему, и сам решил спуститься за ней. Спуститься нужно было ниже этажом.

Джувии в камере не обнаружилось. Фулбастер сейчас не в самом приятном расположении духа, после устроенного им разноса страже, направлялся к главному инквизитору. Однако его на месте не оказалось. Лишь заместитель.

- Грей, ты хоть понимаешь, что это значит?! – Вскричал полноватый мужчина в возрасте около сорока лет.

- Ваши люди упустили пленницу. – Холодно ответил он.

- Ответственность за нее лежала на тебе!

- Не припоминаю, чтоб я брал на себя ответственность за нее.

- Но вы же говорили, что возьметесь расследовать ее дело до суда, и ответственность за нее, стало быть, тоже легла на вас! Я думал, мы обо всем договорились в тот раз!

- Не было такого уговора. Ответственность за нее лежала на мне лишь тогда, когда я с ней общался. То есть, когда она проводила свое время со мной. А ответственность за часы, проведенные ею в камере, соответственно лежали на вас.

- Мистер Фулбастер…

- Мистер Мюллер, вы хотите сказать, что вина за исчезновение Джувии Лоскар лежит на мне? – Как-то пугающе поинтересовался Грей.

- Мистер Фулбастер, я прямым текстом вам об этом говорю! Вы же не хотите, чтобы у нас были конфликты с вашим начальством из Фиора, не так ли?

- Хорошо, значит ответственность за нее целиком и полностью лежит на мне, так?

- Верно.

- То есть у меня, как у инквизитора, есть на нее определенные права, как на мою заключенную, так?

- В-верно – уже не так уверенно ответил мистер Мюллер.

- А вы зафиксируйте свои слова на бумаге.

После составления определенных документов и их подписания, права на Джувию, как на заключенную, полностью принадлежали Грею, как инквизитору. Когда Фулбастер удостоверился в том, что теперь Джувия Лоскар является не только его заключенной, но и заключенной его страны, не только на словах, но и юридически, он мог спокойно возвращаться в свою страну, забыв об этой девушке.

- Прекрасно, значит я могу выдвигаться на ее поиски?

- Можете, доставьте эту наглую девчонку обратно!

- Прошу прощения, мистер Мюллер, но теперь, когда вы подписали эти бумаги, права на эту, как вы выразились, наглую девчонку, принадлежат не вам. Джувия является пленницей Святой Инквизиции Фиора, эти бумаги, которые вы только что подписали, доказывают этот неоспоримый факт.

- Дьявол!

- Попрошу не выражаться подобным образом, ваше Святейшество, – обращение к заместителю Грей выделил.

- Вы свободны, мистер Фулбастер. – Прошипел заместитель главного инквизитора.

- Как скажите, – Грей встал, не забыв захватить с собой документы, – будьте здоровы, – и вышел из кабинета.

Грей не горел желанием искать Джувию, тем более он был убежден, что она ни в какие сношения с дьяволами не вступала, да и не верил он в дьяволов. Странно, не правда ли? Разумеется Грей знал, что магия существует, но ни от каких дьяволов она не зависит. В этом он был уверен. Сколько людей он повидал, которых сожгли несправедливо, и даже он не мог ничем помочь. И совсем немногие из них действительно обладали реальной магией. Единицы. А Джувия, даже если она и ведьма, вряд ли она будет кому-то вредить. Не такой она человек. И Грей в этом был уверен. Поэтому сейчас Фулбастер решил собрать свои вещи и отправиться на пристань, чтобы покинуть Германию и вернуться в Фиор.

Джувия перемерила все бабушкины платья, и лишь два-три ей подошли. Дело в том, что одни были ей велики, другие малы, третьи слишком приметны своей роскошью. Подошедшие два платья она решила взять с собой в Магнолию, в конце концов, Джувия не принцесса, и зачем ей много одежды?

Лоскар переоделась в неприметное голубое платье* и решила отнести одежду, доставшуюся ей от бабушки, в ломбард. Собравшись, Джувия взяла с собой в город три самые, на ее взгляд, роскошные платья, за которые ей могли хорошо заплатить. На эти деньги девушка планировала подкупить нужных людей и отплыть в Магнолию на корабле, прибывающим сегодня из Германии. Судно направлялось в Испанию, но Джувия не понимала, почему у него такой маршрут. Германия, Ирландия, Фиор и конечная – соседнее королевство с Фиором – Испания. Глупость какая-то. Но эта глупость была ей на руку.

Продав платья за хорошую цену, Джувия еще немного побродила по городу, но, так и не найдя чего-нибудь интересного, вернулась домой. Вещи были уже собраны в чемодан, который ждал Джувию у выхода. Там было запасное платье, вещи личной гигиены, плащ, расческа, книга с заклинаниями и еще одна, найденная в потайной комнате с легендой. Вырванную страницу, на которой было написано заклинание по уничтожению магии, Джувия хранила при себе, у сердца. Не дай Бог, что случится, крушение судна, пираты нападут, Джувия-то выживет, а ее багаж потонет вместе с книгами. Так что заветную страничку нужно сберечь.

Посмотрев на свое отражение в пыльном зеркале, девушка взяла чемодан и отправилась на пристань. Там ее уже дожидался мужчина, с которым они условились о проникновении Джувии на корабль. Этот мужчина продал билеты на судно нужным людям уже давно, но на корабль попасть было нужно, а за деньги он мог подделать билет. Джувия заплатила ему половину из тех денег, что у нее были, и, получив фальшивый билет, стала ждать на пристани вместе с остальными пассажирами. Вскоре показался корабль.

Как только корабль встал у пристани и, как только рабочие спустили трап, пассажиры поспешили взойти на борт.

Джувия оставила багаж в общей каюте, которую она делила с другими женщинами, и поднялась наверх. Денег на первый класс и отдельную каюту у нее не было, да и что еще можно ожидать от поддельного билета за деньги? Она была довольна общей каюте.

Солнце клонилось к закату, и Джувия невольно залюбовалась красивым видом. Небо окрасилось в яркие теплые, всевозможные красны и оранжевые оттенки. Было очень красиво. А когда солнечный диск достиг уровня воды и начал потихоньку скрываться, он окрасил и воду. Золотистая дорожка от солнечного диска, тянулась к кораблю.

Джувия облокотилась на бортик, залюбовавшись красотой.

- Красиво, не правда ли? – Услышала она какой-то знакомый мужской голос у себя за спиной. Но решив, что это только ей показалось, и обладатель голоса ей не знаком, Лоскар тихо ответила:

- Да, безусловно, так красиво, – улыбнулась она сама себе, а внутри уже зародилась тревога и беспокойство.

- Ну естественно, – обладатель такого знакомого голоса усмехнулся, – совсем несравнимо с сырой камерой в тюрьме Святой Инквизиции в Германии, из которой ты сбежала.

Джувия резко повернулась и опешила. Она была в шоке. Как тесен мир! Перед ней стоял Грей Фулбастер, тот самый Грей, который общался с ней как с личностью каждый день, пока она была в тюрьме.

- Что вы тут делаете, мисс Лоскар? – Насмешливо спросил Грей, – И как вы оказались в Ирландии за такое короткое время? И почему же, вместо того, чтобы затаиться и пожить в Ирландии спокойно, вы решили перебраться куда-то в другое место? В Испании приключений захотелось? К вашему сведению, там проживает нынешней глава всей инквизиции. Великий Инквизитор. И в Испании на ведьм и еретиков ведется зверская охота.

- Мистер Фулбастер, – прервала его Джувия, – я, как вы выразились, приключений захотела не в Испании, а в Фиоре.

- Джувия, – Грей схватил Лоскар за плечо (плечевую кость) и пододвинул к себе на опасно близкое расстояние для девушки, в глазах которой вспыхнул ужас от неожиданности и прикосновения парня, – довольно этих глупостей, давай поговорим серьезно! Во-первых, как ты умудрилась сбежать, во-вторых, какого черта тебе не сидится в спокойной Ирландии?!

- Мир посмотреть решила, – съязвила Лоскар, – пока меня не поймали и не сожгли. Но, видимо, мои мечты увидеть мир не сбудутся, ведь вы наверняка отправите меня обратно в Германию на казнь, или сами убьете. – Голос Джувии был переполнен презрения и яда.

- Перестань! Не собираюсь я тебя отправлять в Греманию. – Хватка на плече ослабла, – я получил бумаги, теперь ты, как пленница, принадлежишь Фиору. Официально ты моя заключенная, и я уже собирался вернуться домой, убрать эти бумаги куда подальше, и тут появляешься ты!

- То есть вы собирались отпустить меня? – Удивилась Джувия.

- Ну да, ты же никакая не ведьма, чего за тобой гоняться? – Усмехнулся Грей.

- Не ведьма?

- Даже если и ведьма, то не опасная. А что, хочешь сказать, я не прав? Ты действительно ведьма, которую следовало бы сжечь?

Джувия ничего не ответила на это.

- Прошу меня простить, но мне пора, – Лоскар собиралась вернуться в каюту, но Грей вновь схватил ее за руку.

- Ты не ответила на мои вопросы, – холодно произнес Грей.

- Да что вы себе позволяете?!

- Нет, что ты себе позволяешь?! – Грей резко развернул Джувию к себе лицом.

- Отпустите меня.

- Как ты сбежала?

- Не ваше дело, – прошипела Джувия.

- Лоскар, я тебя сейчас собственноручно утоплю, если не ответишь!

- Хах, вряд ли, – усмехнулась Джувия.

- Сомневаешься во мне?! – Разозленный Грей обхватил девушку за талию и, посадив на бортик, наклонился, вплотную прижав к себе девушку, наклоняя за собой Джувию. Ноги Лоскар не доставали до палубы, и сейчас ее на этом корабле удерживали лишь руки Грея. Но Джувия не боялась.

- Ну, давайте, – прошептала она ему в губы, – что же вы, мистер Фулбастер? Я жду.

- Не играй с огнем. – Прошипел Грей, наклоняясь еще сильнее вниз, за борт. Теперь и он был в небольшой опасности, ведь если бы кто-то толкнул его со спины, то и он и Джувия полетели бы за борт, – ты правда думаешь, что я этого не сделаю?

- Ну что же вы, я вам верю, только вот даже если вы меня и скинете за борт, я не умру.

- Почему же? Плыть до берега далековато, да и в воде хищники водятся.

- Доплыла же я как-то от Германии до Ирландии, и ничего, жива.

- Что? – Грей был ошарашен этой новостью.

- Я ведьма, мистер Фулбастер, – издевательски пояснила Джувия, – мне подвластна стихия воды. И я могу спокойно обратить свое тело в воду, мне ничего не будет. Я могу вызвать дождь, я могу устроить засуху, не дав дождю пролиться.

- Но в Берлине, насколько мне известно, не было засух. Дождь ведь недавно шел, – еще не отойдя от шока, начал рассуждать Грей.

- Верно, потому что я не делаю того, что могу. Я не порчу жизнь людям, а собственная семья сдала меня инквизиторам только за то, что я была не такой, как они! Лишь мать знала о моих способностях, сестра и брат сдали только за то, что ненавидели меня! Так что давайте, отпускайте! Я доберусь до Фиора на своих силах! – Уже вся в слезах, кричала Джувия. Но Грей выпрямился, потянув за собой Лоскар, спустил ее на палубу и, отпустив, стремительно покинул ее, отправившись к себе.

Джувия лишь усмехнулась, сквозь слезы.

- Правильно, бегите, – шептала она в спину Грею, который на мгновение остановился, вслушиваясь в ее слова, – я же ведьма, страшное чудовище. Мне место в Аду. – Джувия упала на колени, а Грей продолжил путь к себе в каюту первого класса. Ему сейчас нужно подумать. Просто необходимо.

Утро для Люси и Эльзы началось обыкновенно. Уже привычно, за время их пребывания в семнадцатом веке. Переодевшись, они спустились на первый этаж и разбрелись каждая по своим делам. Люси отправилась на кухню, а Эльза, взяв свои принадлежности, потопала убираться в комнатах на первом этаже. Она помнила, что Мира строго настрого запретила ей убираться на первом этаже, потому что там находится комната инквизиторов, но Лисанна, которая отвечала за уборку комнат на первом этаже, заверила Эльзу, что видела, как инквизиторы покинули гостиницу утром по своим делам, обещая вернуться у вечеру. Поэтому Скарлет, не особо «парясь» по этому поводу, Вошла в первую комнату, которая была пуста, в ней никто не жил, и приступила к уборке.

Убрав пять комнат, Эльза двинулась к следующей, и, какого было ее удивление, что она попала в комнату инквизиторов.

Не растерявшись, Эльза вначале проверила, есть ли кто, но, не обнаружив никого, спокойно начала уборку. Вещи она не трогала, лишь сложила одежду, брошенную Нацу – Скарлет знала, что одежда принадлежала именно Драгнилу, потому как именно он подавал впечатление раздолбая, в хорошем смысле, разумеется. Полы были чистыми, вымытыми вчера, Эльза не знала, кто их мыл, да и не хотела, ей хватило своей работы на втором этаже. Пыли тоже не было. На сегодня работы было мало, лишь пройти, заправить кровати, и вытереть пыль там, где нужно.

Когда комната блестела и сверкала чистотой, Эльза уже собиралась уходить, как заметила книгу, лежащую на прикроватной тумбочке одной из кроватей. Почему-то она сразу определила, что эта кровать принадлежала Жерару, да и книга вроде его. На иностранном языке, похоже, что на французском. Пролистав пару страниц и поняв, что ничерта не понимает из написанного, Эльза печально положила книгу на место. Хотя… можно ведь воспользоваться переводчиком!

Скарлет достала из кармана платья свой телефон (Дева все-таки каким-то чудесным образом предоставила беспроводную зарядку, и, зарядив телефоны, Люси прыгала от счастья, а Эльза была довольна) и включила переводчик. Сфотографировав обложку с названием, Эльза выделила текст на экране и, как только загрузка прошла успешно, на белом экране высветился перевод.

- Какая-то философская лабуда, почему я не удивлена? – Сама себя спросила Эльза, – он, наверняка, еще и Канта в перерывах читает.

- Эльза, Кант еще не родился, – послышался голос лучшей подруги за спиной. Вздрогнув, Эльза обернулась, увидев перед собой Люси.

- Хартфалия, ты меня напугала.

- Переживешь, – улыбнулась Люси.

- А ты чего такая счастливая?

- Помогаю на кухне стряпать пирог! А, кстати, что ты тут делаешь? Так не терпится дождаться того момента, когда эти инквизиторы обо всем догадаются и прикончат нас?!

- Ты о чем?

- Мира ясно сказала тебе не убираться не первом этаже!

- А, ты об этом, – Эльза устало вздохнула, – Лисанна попросила убраться, потому что у нее какие-то дела в городе и она не может. А инквизиторы ушли куда-то утром, и вернутся вечером.

- Лисанна так сказала? Странно, поздно обещал вернуться только Нацу, он сказал, что ему нужно допросить кого-то, и поговорить со священником, а Жерар и Лексас должны вернуться к обеду. Они должны были встретить друга, или коллегу, приехавшего из Эры, на сколько мне известно.

- Может Лисанна просто слушала невнимательно?

- Скорей всего, я видела, как она смотрит на Драгнила. Она его глазами буквально раздевает!

- А ты что, ревнуешь?

- Я?! Н-нет, – запинаясь, ответила Люси, – конечно нет! Меня это просто бесит!

- Ну, ну.

- Неважно, нужно сматываться! Вдруг попадемся еще?

- Но мы же ничего не сделали, я просто убираюсь, это моя работа.

- Твоя, но на вряд ли этот их коллега инквизитор из Эры приехал в Магнолию погостить, скорей всего по делу. И что-то подсказывает мне, что мы к этому делу имеем прямое отношение. А потому, надо валить!

- Но… – Эльза не успела ничего сказать, как за дверью послышались шаги, лепетание Миры, и мужские голоса, один из которых был не знаком.

- Дело – дрянь! – Констатировала Люси, – они точно не поверят в то, что ты тут просто убиралась, хоть это и правда. Блин, что делать?!

- Быстро в шкаф! – Собралась Эльза, затолкав принадлежности горничной и Люси в шкаф, а следом и сама туда залезла.

- Эм, Люси, – позвала подругу шепотом Эльза.

- Что?

- Я, кажется, книгу Жерара на место не положила.

- ЧТО?!

- Она у меня в руках, мы с тобой разговорились, и я совсем про неё забыла.

- Эльзаааа. – Тихо прохныкала Люси.

Джувия была ни в чем не виновата, как решил для себя Грей. По ее словам, она и сама не рада своим силам. Но на сколько она сильна? И может ли быть опасна для общества?

Грей всегда снисходительно относился ко всем обвиненным в колдовстве, он до сих пор помнил историю своей матери, которую несправедливо сожгли. Однако, ее сожгли несправедливо, а Джувия была ведьмой. Но в то же время безобидной ведьмой. Хотя, как говорится, в тихом омуте черти водятся.

Грей не знал, как дальше быть. Поэтому, чтобы не мучить себя, он решил просто забыть о ней. В конце концов, пути их разойдутся, как только корабль приплывет в Фиор. Нет! Это же его родная страна! Он так не может! А вдруг Джувией завладеет гнев и она решит уничтожить… что-нибудь. Город, страну. Грей понимал, как нереально это звучало в его голове, но ничего не мог с собой поделать.

Нужно было поговорить с Джувией. Но что он ей скажет?

Внезапно вспомнились слова того старика, который сидел в одной камере с Джувией.

«Эта девочка вовсе не плохая. На ее плечах лежит огромное бремя. Ей нелегко смириться со своей судьбой. Но одно я знаю точно, вреда она никому не причинит».

Бремя – это какая-то миссия, которая на нее возложена? Или что? Не может смириться со своей судьбой? Не хочет быть ведьмой? Да, в ее словах отчетливо слышалось отчаяние. Она явно не хотела бы владеть магией. Тем более ее семья сдала ее инквизиции из-за ненависти, и, возможно, частично страха. Ничего не может быть хуже, чем предательство самых близких людей.

Грей устало вздохнул и поднялся со своего места. Его не волновало, что уже стемнело, и не нужно спускаться вниз, для того, чтобы найти и поговорить с Джувией. Фулбастер направился на самую нижнюю палубу, где располагались общие комнаты. Узнав, в какой из них Лоскар, Грей, постучав и дождавшись женского голоса «войдите» отварил дверь и вошел внутрь. Его взору предстали приготовившиеся ко сну женщины. Они, судя по всему, не ожидали прихода мужчины, тем более из высшего общества, поэтому быстро позакутывались кто одеялами, кто накидками, в общем, кто чем.

- Молодой человек, что вам нужно? – Спросила у Грея дамочка в возрасте приличных габаритов. Грей осмотрел всех присутствующих и наткнулся взглядом на Лоскар. Джувия была в нижнем белье (белом хлопковом бесформенном платье) прикрываясь одеялом.

- Собирайся, ты идешь со мной. – Коротко сказал Грей. Джувия подорвалась с места и подскочила к Грею, враждебно на него уставившись.

- Что вы себе позволяете, мистер Фулбастер?! – Зашипела Джувия.

- Джувия, мне нужно с тобой поговорить.

- Давайте выйдем, поговорим.

- Не собираюсь разговаривать в коридоре, мы отправимся в мою каюту и там поговорим, без лишних ушей. И не вздумай мне перечить.

- Да как вы…

- Лоскар, помни, ты – заключенная святой инквизиции Фиора, а значит, я в любой момент могу посадить тебя под стражу.

Джувия поджала губы, понимая, что ей нечем ответить, ведь она – никто, и послушно схватила свой чемодан, по прежнему кутаясь в одеяло. Грей снял с себя камзол, видя, как девушке неудобно, и накинул ей на плечи, вместо старого одеяла. Джувия сначала оторопела от такого, но быстро нашлась, направившись к выходу их общей каюты. Забрав у нее чемодан, Грей направился следом, игнорируя шепот женщин, которые принялись обсуждать эту ситуацию.

- Зачем вы ворвались туда на ночь глядя? Теперь они подумают, что я ваша… ваша…

- Моя… кто? – Издевательски начал Грей, хотя прекрасно понимал, что она имеет ввиду.

- Прошу, не надо на до мной издеваться, – взмолилась Джувия, – я лучше умру, чем стану шлюхой за ваше молчание о том, кем я являюсь на самом деле!

- Успокойся, я не собирался делать тебе подобных предложений. Пойдем, и я все тебе объясню. – Грей, взяв юную Лоскар под руку, повел вверх по лестнице, в первый класс, в свою каюту.

Шаги становились все громче, пока дверь в комнату не распахнулась и туда не вошли трое парней, а за ними Мира. Люси и Эльза затаили дыхание.

- Мистер Редфокс, мне подготовить для вас комнату? – Поинтересовалась Миражанна.

- Не стоит пока, я думаю, что за сегодняшний день все улажу, если нет, я поставлю вас в известность, что останусь на ночлег, мисс Штраус. – Ответил грубым мужским голосом черноволосый парень, лицо которого было непробиваемым.

- Как вам будет угодно, – вежливо ответила Мира, – скоро обед, мы и на вас накроем. Будьте любезны не опаздывать.

- Конечно, – кивнул темноволосый незнакомец. Мира улыбнулась и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, покинула комнату, бросив перед тем убийственный взгляд на шкаф, стоящий у двери, в котором прятались Люси с Эльзой. Увидев это взгляд, девушки поняли – им трындец.

- Гажил, – заговорил Лексас, – твои сведения правдивы?

- Я знал, что вы не поверите, поэтому прихватил с собой портрет этих двоих, – Гажил достал их потайного кармана пальто какую-то материю, похожую на картину.

- Сходство поразительно, – отметил Жерар, – думаешь, Скарлет и Хартфалия как-то связанны с этими легендарными ведьмами? Они единственные, кому удалось сбежать из самой охраняемой тюрьмы Фиора.

- Я думаю, что ваши Люси с Эльзой и есть те самые легендарные ведьмы Катарина и Лейла. Даже фамилии одинаковы. – Сказал Гажил, чем поразил сидящих в шкафу горе – шпионок.

- Но это невозможно, – подал голос до этого молчавший Лексас, – Катарина и Лейла пропали по официальной версии восемнадцать лет назад, сейчас уже около девятнадцати. И пропали они в возрасте двадцати лет, а Люси с Эльзой всего восемнадцать. Это не они.

- У Эльзы день рождения в декабре. Ей исполнится девятнадцать, – сказал Жерар.

Люси удивленно посмотрела на подругу с немым вопросом «ты что, все о себе ему рассказала?!» Эльза молчала, опустив голову. Видимо, уже пожалела о том, что доверила Фернандесу лишней информации.

- Откуда ты это знаешь, Жерар? – Поинтересовался Гажил.

- Неважно. Я пытался сказать, что возможно Эльза и Люси связанны с Катариной и Лейлой. Эти ведьмы пропали восемнадцать лет назад, около девятнадцати. Эльзе тоже около девятнадцати, Люси восемнадцать.

- И что? – Не понял Гажил.

- Я думаю, что Эльза и Люси дочери Катарины и Лейлы. Эта теория вполне объясняет удивительное сходство между ними. Посмотри на портер, Лекс, Эльза – вылитая Катарина, только глаза другие. И Люси похожа на Лейлу.

- Кхм, ты прав. Но у нас нет доказательств. То, что они похожи, еще ни о чем не говорит. – Усомнился Лексас.

- Думаю, это можно легко проверить. – Сказал Жерар.

- Допросишь Эльзу?

- Нет, я отправлю письмо Фриду в Эру, пусть пороется в архивах и узнает, были ли у Катарины с Лейлой дочери.

- Отличная идея, Жерар. А где головешка? – Поинтересовался Гажил, видя отсутствие Нацу.

- Нацу вернется вечером, у него дела в городе. – Ответил Лексас.

- Хочешь, Лексас тебе город покажет? – Поинтересовался Жерар.

- А что, пошли, может, Головешку по дороге встретим.

Троица покинула комнату. Люси первая оклемалась и вышла из шкафа, вытаскивая принадлежности Эльзы для уборки и, собственно, саму Эльзу.

- Ну просто класс! Они обо всем догадались! Конечно, чтобы не запачкать честь гребаной Святой Инквизиции, эти ублюдки скрыли тот факт, что наши мамы бежали из тюрьмы с нами на руках, хотя, моя мама на тот момент еще была беременна мною. А теперь они все узнают! Эльза, мне страшно! Нужно валить от сюда! Срочно! – Трепетала Люси. Взглянув на подругу, Хартфалия вздрогнула, – Эльза? Ты в порядке?

- Не надо было его спасать, – прошептала Эльза, сжимая ладони в кулаки, – хотя, он мне ничего не должен. Он же инквизитор, это его работа, подозревать всех, кого ни попадя. Идем, Люси, нужно поговорить с Мирой по поводу того, где нам можно укрыться.

- Да, пошли, – подхватив принадлежности для уборки, Люси поспешила выйти из комнаты, Эльза устремилась за ней.

- Эльза, ты это, из-за Жерара так расстроилась? Ты что, влюбилась? – на полном серьезе спросила Люси, тихим голосом. Эльза внезапно остановилась.

- Я не знаю Люси, – ответила Эльза, – но что-то к нему определенно чувствую.

Дальше они шли в тишине. Да и не хотелось как-то болтать попусту. А о книге Жерара, которую следовало бы вернуть на место, положенной Эльзой второпях в пустое ведро, когда та находилась в шкафу с Люси, благополучно так и никто и не вспомнил.

- Так о чем вы хотели со мной поговорить, мистер Фулбастер? – Тихо спросила Джувия, присев за стол в каюте Грея.

- Джувия, – начал Грей, – я думал на счет того, кем ты являешься, и вспомнил слова того деда, который был с тобой в одной камере. Он сказал, что ты очень добрая, и у тебя тяжелое бремя на плечах. Ты не можешь смириться со своей судьбой. Расскажи мне поподробней.

- Я могу вам доверять, мистер Фулбастер? – Тихо спросила Джувия.

- Можешь. – Уверенно произнес Грей.

- Ну, если вкратце, я должна найти гостиницу Фейри Тейл в Магнолии, и рассказать им о сильнейшем заклинание, которое поможет выиграть войну между темными магами и светлыми. В легенде, которую я прочла в найденной мною книге, оставленной бабушкой, было сказано, что всю магию на Земле могут уничтожить четверо могущественных ведьм. В книге заклинаний я нашла это самое заклятие, мне нужно передать его магам из Фейри Тейл, это поможет остановить войну. – Джувия взглянула на собеседника. По лицу Грея можно было сказать, что он и верит, и в то же время пытается не верить, считая сей фантастический рассказ откровенным бредом. – Понимаю, в это трудно поверить, но это так. Вот, – Джувия достала из лифа своего верхнего синего платья, которое лежало в чемодане, листочек. – Смотри. – Лоскар развернула листок, вырванный ею из книги. Грей пробежался взглядом по строкам, но ничего не понял. Джувия забрала листок обратно и, сложив его, убрала.

- Я понимаю, что ты говоришь правду, но все это не поддается логике.

- Господин Грей, – обратилась к нему Джувия, Фулбастер вздрогнул от такого обращения, – хотите, я вам кое-что покажу? – Спросила улыбающаяся Джувия. Грей неопределенно кивнул. Встав из-за стола, Джувия взяла графин с водой и, поставив его на стол, взмахнула рукой. Вода, что была в графине, взмыла в воздух, принимая форму неровного шара.

Джувия взяла Грей за руку, улыбнувшись на то, как он заворожено смотрит на это, и опустила водяную сферу Грею на руку так, чтобы вода слегка его касалась.

- Поразительно, – все, что смог он сказать.

- Для кого-то поразительно, а для кого-то это отвратительно, ненормально и страшно.

- А чем твой дар является для тебя? – Спросил Грей, все еще смотря на водяную сферу.

- Проклятием, – чуть помедлив, ответила Джувия, возвращая воду обратно в графин.

Комментарий к Глава 16. Встреча *Вид платья сзади: http://img-fotki.yandex.ru/get/6306/73225529.2fc/0_80ff0_5fadb18d_XL

Второй платье Джувии, которое она взяла с собой. http://4put.ru/pictures/max/645/1983923.jpg

====== Глава 17. Временный переезд ======

- Не знаю, даже, что на это ответить, – сказала Мира, отведя взгляд от Люси и Эльзы. Гостьи из двадцать первого века рассказали всем собравшимся в кабинете Макарова все, что произошло с ними за этот день. И про то, как они оказались в шкафу в комнате инквизиторов, и про предположение Гажила, и про то, что как только инквизиторы получат ответ из Эры от какого-то Фрида с подтверждением того, что у Катарины и Лейлы были дети, их конспирации придет конец. Скарлет и Хартфалию и так подозревают в том, что они имеют непосредственное отношение к двум могущественным ведьмам, сбежавшим около девятнадцати лет назад, а теперь-то это обвинение точно подтвердится и тогда им конец. Поэтому, чтобы сберечь свои жизни, Люси с Эльзой решили, что им нужно уехать. Немедленно! И вроде как Макаров, Леви, Биска, Лисанна, Джет и Дрой, Кана, да все присутствующие (не было только Кинаны, которая уехала на недельку домой, проведать мать), были не против. Однако Мира отчего-то колебалась, не зная, одобрять ли эту идею, или протестовать. Наконец она озвучила свои мысли:

- С одной стороны, вы правы, нужно уехать, ведь так безопаснее, но с другой, если вы прямо сейчас отсюда сбежите, вы только подтвердите догадки инквизиторов о том, кем являетесь.

- Если не убежим, они убьют нас, – сказала Люси.

- Да, ты права, но…

- Мы подставим вас. – Негромко закончила мысль Миры Эльза, – вас обвинят в укрывательстве ведьм.

- За нас не волнуйся, – усмехнулась Мира, – сами постоим за себя. Да и Лексас нас в обиду не даст.

- Откуда ты знаешь? – Воспротивилась Эльза, – ты же говорила, что Лексас не знает ни о твоих силах, ни о нас. Он думает, что единственные волшебницы здесь – это Лисанна, Леви и Венди, ни на что не способные! Какова вероятность того, что Лексас, узнай он правду, собственноручно не отведет вас на эшафот?!

- Эльза! – Воскликнула Мира. – Не говори так!

- А как, Мира? Я не права?! Он – инквизитор! Так почему же он не сможет упрятать вас всех в тюрьму, а потом и сжечь?

- Потому что мы семья, – тихо ответила Мира.

- Семья? – Горько усмехнулась Эльза, – семья, говоришь? Тогда почему мой отец, и отец Люси, хотели сжечь нас и наших мам заживо?! Почему, Мира?!

- Эльза! – Отдернула подругу Люси, – откуда тебе знать, какой Лексас на самом деле? Ты же его не знаешь.

- Люси, они все одинаковы, слепо верят в эти бредни про сношения людей с дьяволами, и прочую ересь.

- Такое время.

- Я понимаю, что такое время, Люси, но обрекать собственную семью на смерть – это не по человечески. Это они заслуживают смерти, а не бедные люди, которых поганая Инквизиция сжигает без разбору!

- Эльза! – Возмутилась Люси.

- Довольно! – Вмешался мастер Макаров, – Люси, Эльза, собирайте вещи, вы отправляетесь на первое время к Полюшке, а уж она вас спрячет надежно.

- Уехать?! Но если мы уедем, то лишь подтвердим гипотезу инквизиции, тем более, после того, как Жерар, Лексас, Нацу и Гажил получат ответ из Эры, вся картина сложится воедино, и они поймут, кто мы! И осудят вас за то, что укрывали нас! А я не хочу, чтобы вас убили из-за нас! Неужели вы не понимаете этого, мастер Макаров?! – Вскричала Эльза.

- Эльза…

- Не в обиду, мастер Макаров, но я тоже не доверяю Лексасу, хоть он и ваш внук. – Подала голос Кана, – и умирать я не хочу. Но и отдавать им Эльзу с Люси не собираюсь.

- Не глупи, это только наши проблемы, как сбежать из тюрьмы, если попадем туда. – Воспротивилась Эльза.

- А может пойти ва-банк? – Предложила Люси. Все удивленно посмотрели на нее. – Рискнуть. Скажем Лексасу всю правду о том, кем являемся мы с Эльзой, кем является Мира, про войну грядущую расскажем, про все. Если вы, как выразилась Мира, семья, он должен все понять и не выдать ни вас, ни нас. Если же нет…

- Если же нет, мы потерям все! – Продолжила мысль Люси Кана, – и свою жизнь, и жизни Люси с Эльзой, которые, вместе с Мирой, смогут противостоять в войне с темными магами. Извините, конечно, но я не намерена так рисковать! Я не верю Лексасу, он – инквизитор! И мы не можем предугадать его реакцию на правду. Я предлагаю отправить Эльзу, Люси, Миру, Леви и Венди, а так же Аску к Полюшке, поскольку первой троице предстоит участвовать в войне, а последние две смогут помочь своими способностями, Леви видит будущее, а Венди отличный медик. Аска всего лишь ребенок, мы не должны допустить, чтобы с ней что-нибудь случилось. Что касается остальных, я отправлю письмо отцу, возможно, его деньги и связи помогут нам избежать тюрьмы и казни. Если же нет, – тут она выдержала паузу, – я не пожалею жизни ради победы в войне.

- Я не буду бежать! – Воспротивилась Мира, – я доверяю Лексасу целиком и полностью!

- Ну, доверяй, до тех пор, пока он не всадит тебе нож в спину! Какая же ты наивная, Миражанна! Ты хоть понимаешь, что будет, если Лексас не станет покрывать нас? Нас всех, всех, черт побери, сожгут! И тогда мы уж точно проиграем в войне! Мы не можем так рисковать! Предлагаю провести голосование. Кто за то, чтобы последовать моему предложению, поднимите руки. – Громко сказала Кана, поднимая свою руку вверх.

- Я не хочу рисковать вашими жизнями, Кана! – Крикнула Эльза, – если все пойдет так, как ты говоришь, и Лексас действительно не станет покрывать вас, отправив в тюрьму, вы умрете! А я не хочу, чтобы из-за меня кто-то умирал!

- Я согласна с Эльзой, пусть они схватят нас, а вы скажете, что ничего не знали. – Сказала Люси. – Пойти ва-банк – глупая идея. Я не знаю, верить Лексасу, или не верить, но в случае, если мы ему все расскажем, как я предложила, и он действительно отвернется от вас, по нашей с Эльзой вине погибнут все. А я этого не хочу. Поэтому я предлагаю поступить так, как хочет Эльза. Пусть инквизиция арестует нас, а лучше – вы сами сдадите им нас. Тогда вас точно не упрекнут в том, что вы помогали нам. Кто за, поднимите руки. – В доказательство своих слов, Люси подняла руку вверх, а за ней и Эльза. Как не странно, никто больше рук не поднял.

- Что?! – Теперь уже возмутился Макаров, – я никогда вас не выдам! И не позволю вас забрать! Да и Лексас…

- Тогда у нас остается только мой вариант дальнейших действий, – вновь подала голос Кана. – Итак, кто за, поднимите руку. – Она первая подняла руку. Люси с Эльзой стояли, не шелохнувшись. Мира не подняла руку. За Каной, руки подняли Джет и Дрой, желая защитить Леви, отправив ту к Полюшке. Леви, не желая бросать товарищей, не подняла руку. Венди тоже. За Джетом и Дроем поднялась рука Ромео, а за ним руку подняла Биска, потянув за собой ручонку дочери. Мастер Макаров тоже поднял руку, подумав, что, как бы он не верил в собственного внука, он не может рисковать жизнями лучших волшебниц, которые могут принести светлым магам победу в грядущей войне.

- Мастер, – пораженно прошептала Мира, – вы не верите в Лексаса?

- Дело не в этом, Мира. Я не хочу рисковать вами, ведь от вас зависит исход войны. Потеряв вас, у светлых магов не останется надежды.

- Итак, я, Джет и Дрой, мастер Макаров, Биска с Аской и Ромео – «за». Люси, Эльза, Мира, Леви, Венди и Лисанна – «против». Семеро из нас – «за», и шестеро «против». Исход спора очевиден. – Огласила Кана.

- Не так быстро, – возмутилась Мира, – Аска еще слишком мала, она слушается мать, и сама еще ничего не понимает.

- Я поддерживаю маму, – подала голос девочка, конечно же, не понимая, в чем конкретно поддерживает мать.

- Мира права, – поддержала ее Леви. – А это значит, у нас ничья.

- Ничего это не значит! Леви, почему ты против?! – Возмутилась Кана.

- Да потому что не хочу обрекать своих товарищей, свою семью на смерть! Слышите?! Не хочу!

- Я того же мнения, – скромно сказала Венди.

- Немыслимо, из-за своих амбиций вы обе обрекаете вообще всех на смерть! – Возмущалась Кана, – Я не доверяю Лексасу, и даже мастер Макаров, который моего мнения по поводу него не разделяет, согласился со мной! Я не прошу не верить в него, просто если я действительно окажусь права – нас всех убьют! Война будет проиграна! И ладно мы умрем, мы уже взрослые, не считая Венди, а как же Аска?! Она всего лишь ребенок, а эти ублюдки не пощадят никого!

- Кана! Не ругайся при моей дочери! – Упрекнула ее Биска.

- Прости. – Отозвалась Альберона, – так что, МакГарден, так и будешь упрямиться? Поднимите руки те, кто согласен со мной, еще раз. – Сказала Кана, поднимая руку. Мастер Макаров, Биска, Джет и Дрой, Ромео подняли руки. Кана с упреком посмотрела на Леви. Та молчала, но руку поднимать не спешила. Как и Венди.

- Не обессудь, Альберона, но Лексас – часть нашей семьи, и он поймет нас. А после мы вместе что-нибудь придумаем. – Спокойно сказала Мира, смотря прямо в глаза Кане.

- Вот только что?! Ответ из Эры придет уже завтра, они узнают, о способностях Люси и Эльзы, действовать нужно немедленно! – Злилась Кана.

- Ты ничего о нас не знаешь, Кана! Ты не знаешь о Лексасе! То, что вы с ним невзлюбили друг друга, еще не дает тебе никакого права судить о нем! – Продолжала Мира.

- Я не сужу! Я считаю, что лучше перестраховаться! Если мы отправим Эльзу, Люси, Леви, тебя, Венди и Аску в безопасное место сейчас, а потом расскажем все Лексасу, и он действительно все поймет, в чем я сомневаюсь, это будет великолепно! Значит, я зря волновалась, и публично извинюсь перед вами всеми и перед ним. А если я окажусь права?! Поэтому лучше перестраховаться! Да и в конце-то концов, только ты одна тут безоговорочно веришь в Лексаса и готова рискнуть всем! Это глупо, Мира!

- Не только я одна, еще Леви и Венди.

- Нет, Мира, – вмешалась в спор Леви, – я, конечно, верю в Лексаса, и Венди, наверное, тоже. Но я против предложения Каны не по этому. Я против потому, что шансы того, как он отреагирует на правду о нас, с пониманием или без, пятьдесят на пятьдесят. И если, все-таки, он действительно собственноручно осудит нас на смерть, я не смогу жить с тем, что позволила вам умереть, а сама спаслась. Тем более что в войне я на вряд ли пригожусь.

- Я того же мнения, я не хочу, чтобы вас сожгли в то время, пока мы будем в безопасности. Если и умирать, так всем вместе. – Подала голос Венди.

- Вот бестолковые! – Рассердилась Кана, ударив стену кулаком.

Внезапно Лисанна подняла руку. Все устремили взгляды на нее.

- Извини, сестренка, но я согласна с мастером Макаровым, как бы я ни верила в Лексаса, я не хочу рисковать. Тем более, на кону исход войны. Даже если нас и сожгут, то это будет намного лучший исход, нежели массовые убийства людей, в случае победы темных магов. А они победят, если ты, Люси и Эльза не будете участвовать в войне.

- Лисанна… – Мира на мгновение потеряла дар речи.

- Семь против шести, – тем временем объявила Штраус младшая.

- Эльза, Люси, Мира, Леви, Венди и Аска, – обратился к ним Макаров, – немедленно идите собирать вещи. Ночью я сам лично отвезу вас к Полюшке. И без фокусов! Это вам не шутки, вам понятно?! – Громко задал вопрос, требующий по своей интонации положительного ответа, Макаров. Аска лишь прижалась к матери, а остальные промолчали.

- Не слышу! – Грозно сказал Макаров. – Вам ясны мои слова?!

- Но мастер, Лексас… – Начала было Мира, но Макаров прервал ее:

- Не желаю ничего слышать, Мира! Немедленно иди собирать вещи, и только попробуй ослушаться! Эльза, Люси, война – это не шутки, так что немедленно пошли и собрали все свои вещи, и только попробуйте меня ослушаться! – Голосил Макаров. – Всем все ясно?!

В ответ последовали лишь сдавленные кивки немного напуганных девушек таким ором их мастера.

- Прекрасно, а теперь, свободны. Вон из моего кабинета! И чтоб я вас не видел до двух часов ночи. И если вы не явитесь у черного выхода гостиницы, помяните мое слово, мало не покажется! – Разозлился мастер. Мира первая выбежала из кабинета, за ней вышли Эльза с Люси и Леви с Венди. Потом удалились и Биска под ручку с Аской.

Макаров подошел к шкафу и достал оттуда бутылку с жидкостью. И почему-то все оставшиеся сразу поняли, что это была отнюдь не вода. Откупорив бутылку, Макаров с горла сделал глоток и перевел взгляд на оставшихся людей в своем кабинете.

- А вы чего встали?! Можете быть свободны. – Сказал он, выпивая еще. Все, кто находился в его кабинете, незамедлительно поспешили его покинуть.

Нацу вернулся к ужину довольно уставшим, но все равно находил в себе силы улыбаться. Он перемолвился парой слов с Люси, спрашивая ту, как прошел день, но Хартфалия, в силу сегодняшних событий, была с ним не многословна, отделавшись от него парой слов на подобии «нормально, ничего особого». Эльза же не соизволила присутствовать на ужине, злясь на то, что ей, все-таки, придется поступить так, как того хочет Кана, и еще шесть человек, согласных с ней, включая мастера. Скарлет все еще была уверенна в том, что ее план, а именно сесть в тюрьму вместе с Люси, был наиболее верным. Ведь это только их проблемы и никто не должен страдать из-за них. Но больше всего она злилась на Жерара. Эльза понимала, что он ей никто, но он, черт его побери, обязан ей жизнью! Хотя бы поэтому ему следовало бы защитить ее, опровергнув даже весомые доказательства того, что Эльза на самом деле ведьма. Конечно, Скарлет понимала, что это глупость, ведь он – инквизитор, и он собственноручно удавит ее, если будет нужно, позабыв о том, что она ему жизнь спасла. А вот интересно, что было бы, если бы Эльза не поверила бы в магию в той экстремальной ситуации? Ее бы изнасиловали, а Жерара убили. Хотя Эльза была довольно таки сильной физически девушкой, но с теми двумя мужиками она бы не справилась, а гордость бы не позволила убежать, оставив Жерара. Хотя с другой стороны, если бы его убили, ей бы некому было рассказывать о себе, и если бы не Фернандес, то Гажил бы и не понял, что Эльза с Люси – дочери Катарины с Лейлой. А Лексас… Эльза была уверенна, что он, так же, как и Жерар, сделал точно такие же выводы, как этот чертов француз, вот только вопрос, стал бы он говорить? У Эльзы не было причин не доверять Лексасу, впрочем, как и причин верить ему.

Скарлет понимала, что Жерар – инквизитор, и выяснять правду – это его работа, и она, будь на его месте, выдвинула бы свои предположения, как он и сделал, но все равно было как-то противно. Оружейница понимала, что злиться нужно на себя за то, что доверилась инквизитору, за то, что рассказала ему о себе много чего.

Мира на ужин тоже не спустилась. Только вот в отличие от Эльзы, причиной ее душевных мук были все. Мира не понимала, как Лисанна – ее родная сестра, могла так поступить. Ведь Лексас хорошо общался не только с Мирой, он заботился и о Лисанне, причем, как о младшей сестре. И она, после этого, смеет сомневаться?! А мастер Макаров?! Это же его собственный внук! Ну как?! Как он может не верить? Лексас не предаст, ни за что! Мира в это искренне верила. Она понимала мотивы Макарова, почему он проголосовал за идею Каны, но все равно была уверенна, что это было ни к чему. Лексас выслушает и все поймет. И они обязательно придумают, как замять этот случай с Эльзой и Люси. Может Лекс уговорит Жерара и Нацу? Да! А почему бы и нет? А вдруг не уговорит? Тогда скрыться у Полюшки – разумная идея, но как же остальные? Их Лекс уж точно в обиду не даст! Мира была в этом уверенна! Ведь друг детства, который был так дорог ей, он и сейчас дорог, ей, не мог так поступить. Но ведь он изменился. Повзрослел, и они давно больше не друзья. И от этого очень грустно.

- Чего грустишь? – Спросил хриплый мужской голос позади. Мира вздрогнула и обернулась. Она находилась на веранде чернового входа. А перед ней стоял Лексас собственной персоной.

- Я… я не грущу. – Улыбнулась она, но натянуто. И это не укрылось от взора старого друга.

- Устала?

- Да, – соврала Мира. Хотя, морально она действительно устала.

- Мира, я хотел поговорить, – сказал он серьезным тоном. Внутри Штраус старшей все похолодело, она напряглась.

- Мира, ты так изменилась. И я изменился. Когда мы отдалились друг от друга? – Спросил он, подойдя к ней. Девушка судорожно вздохнула. Ну, разговор не о магии, а о них, вот только этот разговор будет ничуть не легче.

- С возрастом все меняются, Лекс. Мы просто выросли. Ты уехал учиться, я осталась здесь. Думаю, все изменилось в тот момент, когда мы стали взрослеть. – С легкой улыбкой на лице ответила Мира.

- Мира, мы можем попытаться наладить наши отношения? Я все еще считаю тебя своей младшей сестренкой.

- Думаю, можно попытаться, – девушка устремила задумчивый взгляд на луну. А можно ли действительно? Она ведь сегодня ночью покинет гостиницу. И что потом? Мира не знала. Увидятся ли они? На протяжении всех этих дней, с тех пор, когда Лексас вернулся, Миру мучил один единственный вопрос, на который она не могла ответить.

- Спасибо, – он внезапно оказался слишком близко и обнял ее. Просто обнял. Простой жест, выражение эмоций, переполняющих обоих, и вот он – момент, когда можно задать себе этот дурацкий вопрос вновь. Когда они были друзьями в детстве, их отношения были как у брата с сестрой, а потом все изменилось. Они отдалились друг от друга, и Мира, на шуточные подколки про ее «трепетные чувства» к Лексасу, отвечала, что он ей как брат, но вот он вновь вернулся. И она поняла, что перед ней близкий ей человек, но уже не тот «старший брат», которого можно было поколотить или обозвать. Перед ней мужчина. Так, все-таки, остался ли он для нее все тем же братом? Нет, определенно нет. Да и чувства она к нему испытывает не такие, как в детстве. Логичный вопрос, задаваемый Мирой самой себе, вновь всплыл в голове «Любит ли она его, как мужчину?». Вот только в отличие от предыдущих попыток, когда она пыталась вытрясти из себя ответ, теперь все стало ясно. Ответ сам собой прозвучал в голове.

«Любит ли она его, как мужчину?».

Ответ очевиден.

- Ну чего вы там копаетесь? Давайте быстрее! – Шикнул Макаров на девушек с вещами. Эльза с Люси уже сидели в повозке, запряженной одной лошадью, на которой сидел сам Макаров. Скарлет слушала музыку через наушники (беспроводная зарядка для телефона из мира духов), Хартфалия спала на плече подруги. Леви сидела около Люси, прикрыв глаза. Биска прощалась с Аской, Венди поднялась в повозку, а Джет и Дрой с трудом закинули ее чемодан (наполненный различными книгами и прочими вещами) в повозку, и присела напротив Леви. А Мира еще не подошла.

Когда Биска посадила заплаканную Аску рядом с Венди (напротив Люси), подошла и Мира. У нее было мало вещей, поэтому с погрузкой их в повозку девушка справилась легко. Обняв сестру, которая пришла проводить ее, Мира поднялась в повозку и села напротив Эльзы.

И, когда с прощаниями было покончено, и повозка тронулась с места, Кана, Джет и Дрой, Биска, Ромео и Лисанна еще долго стояли, смотря вслед удаляющейся повозке, и разошлись только тогда, когда она, повозка, скрылась с их глаз.

Ехали они тихо, практически бесшумно. Повозку со всех сторон охватывала темнота. И лишь луна освещала путь. Они уже были далеко от гостиницы, и ехали вдоль того самого спуска на дикий пляж, около леса. Еще немного, и нужно будет повернуть налево, проехать минут десять и покажется дом Полюшки.

Люси сладко спала на плече Эльзы, Леви, облокотившись на Люси, тоже задремала. Эльза все слушала музыку, устремляя пустой взгляд куда-то во тьму. Если прислушаться, была еле-еле слышна музыка, что слушала Скарлет, которая, пожалуй, нарушала звенящую тишину. Хотя, было не так уж тихо, в ночи были слышны разные насекомые, птицы, и цокот копыт лошади, ударяющихся о землю. А так же повозку слегка трясло из-за движения, что неимоверно укачивало. Аска тоже, успокоившись, облокотилась о Венди и уснула. Венди, обняв девочку, так же погрузилась в сон. Мира же наслаждалась поездкой, вслушиваясь в звуки ночи.

Приехав к Полюшке, Макаров растолкал спящих девушек и они, взяв свои вещи, поплелись в дом. Мира взяла на руки Аску, и ее, а так же свои вещи. Венди тащила свой тяжелый чемодан, а Леви ей помогала, так как своих вещей у нее было немного. Эльза взяла на себя помимо своей сумки, сумку Люси, которая засыпала на ходу. Макаров, перекинувшись парой слов с Полюшкой, уехал обратно. А сама целительница, постелив футоны, велела гостьям ложиться. Кто-то уснул моментально, кто-то уже спал, а кто-то все никак не мог заснуть.

Утром Полюшка разбудила всех в девять утра, раздав всем работу. Люси с Леви готовили завтрак, Эльза и Мира накрывали на стол. Венди что-то показывала Аске. Утро прошло самым нормальным образом, не многословно. И если с утра такое поведение можно было списать на сонливость, то ближе к обеду все равно ничего не изменилось. Девочки еще не до конца отошли от того, что им теперь придется жить здесь, смиренно ожидая ответа из Фейри Тейл.

Аска скучала по маме. Леви читала книгу, сидя на подоконнике. Эльза опять слушала музыку. Люси читала какой-то современный роман с телефона, скаченный из интернета еще два месяца назад, когда она были в своем времени. Полюшка чему-то учила Венди, явно заинтересовавшись ее способностями, а Мира изучала современную карту Европы.

В доме царила гробовая тишина. Пока ее не нарушил стук в окно. Полюшка подошла к окну, и, увидев почтового голубя, впустила его. Отвязав записку от лапки птицы, женщина вновь выпустила ее на свободу, обращая свое внимание на присутствующих в ее доме девушек.

- Письмо из Фейри Тейл, как вы поняли. – Сказала она, разворачивая бумажку. Первая фраза, написанная крупным шрифтом, первая бросалась в глаза, затмевая мелкий шрифт, которым было написано остальное. Полюшка зачитала первую фразу, ввергая присутствующих в шоковое состояние.

====== Глава 18 ======

М-да, вечер плавно перекочевал в ночь, а потом и в утро. Простите. Вот прода. Следующая выйдет не скоро. Т.к. я готовлюсь к ЕГЭ.

Для проведения переговоров с Лексасом было принято решение выбрать кого-то одного. И, в качестве парламентера, была выбрана Кана. Разговор же должен был состояться в кабинете самого Макарова в его присутствии. Альберона сама изъявила желание поговорить с внуком Макарова. А выбрали ее по причине отсутствия других претендентов на роль парламентера.

Дрейар младший чувствовал, что что-то не так. Он проснулся со странными ощущениями тревоги, которые не мог себе объяснить. Жерар, в ожидание письма из Эры, решил почитать свою книгу, но, видимо, не мог ее найти, Гажил с Нацу опять что-то не поделили, а сам он, Лексас, молил всех известных ему святых и Бога – его в первую очередь – чтобы, в случае чего, деда, Мира и все, кого он тут знает на протяжении нескольких лет, не пострадали. Он был уверен, что Люси и Эльза не с проста так похожи на Лейлу и Катарину. Будь проклята сообразительность Жерара, вот нельзя было вести себя, как Нацу?! Драгнил бы никогда не догадался. Нет, это глупо. Жерар – не Нацу. Да еще и этот Гажил, который привез портрет Лейлы и Катарины.

Лексас сразу понял, что Эльза и Люси не простые горничные, а теперь, когда стало понятно, кем они являются на самом деле, лучше бы им убраться из гостиницы как можно быстрее. А деду, Миру, и все остальных Лексас не даст в обиду.

Где-то в одиннадцать часов утра к нему явилась Лисанна и сообщила, что Макаров просил зайти к себе в кабинет. И это было странно, ведь обычно Мира приходит сообщить о подобном, с чего вдруг ее сестра? В душе закралось волнение, но Лексас быстро отогнал это чувство от себя, заверив, что его сестренка Мира просто занята.

Пройдя в кабинет деда, он обнаружил там Кану и, какого было его удивление, когда она не ушла, как он предполагал, а осталась сидеть на своем месте около стола Макарова. Сам Макаров сидел за своим столом, смирив Лексаса тяжелым взглядом.

- Что-то случилось? – Начал Лексас.

- Случилось, – ответила Кана. Бросив на нее раздраженный взгляд, Лексас вновь перевел его на дедушку, который продолжал молчать.

- Присаживайся, предстоит непростой разговор. – Подал голос Макаров, напряжение которого было видно по его чересчур напряженным рукам, ладони которых он буквально вдавливал в поверхность стола, да и вены на виске были показателем его состояния. Вот только в чем причина такого напряжения?

Однако, Лексас покорно сел на так любезно предоставленный стул, возле Каны.

На некоторое время воцарилось молчание, однако потом его бестактным образом прервал голос Каны:

- Ты же знаешь, что твой дед укрывает людей со сверхъестественным способностями, в простонародье именуемыми, как «ведьмы, колдуны» и т.д. но упорно закрываешь на это глаза, т.к. Лисанна, Венди и Леви не опасны.

- Да, это так, – спокойно ответил Лексас, хотя в душе удивился, откуда Кана об этом знает. Но вывод пришел сам собой – Кана такая же, как Венди, Леви и Лисанна.

- А что, если мастер Макаров дает убежище не только этим троим девчонкам? Я хочу сказать, как бы ты отреагировал на то, что твой дед прячет могущественных ведьм? – Лексас было хотел что-то сказать, но его прервала Кана, – подожди, не перебивай. Жерар ведь уже выдвинул предположение, что Эльза и Люси – это дочери Катарины и Лейлы, а кто эти особы, ты, наверняка, знаешь. Так вот, что, если это предположение верно, и Эльза и Люси на самом деле являются потомками могущественных ведьм, и мастер Макаров осознано укрывал их здесь, зная, кто они.

- Альберона, скажи прямо, чего тебе надо! Я прекрасно знаю о том, что деда помогает несчастным девчонкам, малы их силы, или велики. Я думаю, деда не стал бы помогать кому либо, зная, что человек помощи не заслуживает. Тебя интересует, как я отнесусь к тому, что Люси и Эльза являются прямыми наследницами самых могущественных ведьм в истории Фиора? Ну, во-первых, я знаю, что Жерар прав в своем предположении, сделанном вчера. Я надеюсь, у этих девчонок хватило ума сбежать сегодня ночью, тем более, что они подслушивали наш разговор, сидя в шкафу. Во-вторых, у Жерара не будет доказательств. Сегодня из Эры придет отрицательный ответ, заверяющий, что у Лейлы и Катарины не было детей. В-третьих, я догадываюсь, к чему затеян весь этот разговор. Ты что, действительно думаешь, что, узнав о том, что деда укрывает могущественных ведьм, я собственноручно могу отправить вас всех на костер? Мой ответ – никогда! Те, кто тут живет, деда, Мира, Лисанна и все остальные – моя семья! А с семьей так не поступают. – Выпалил Лексас. Но Кана не растерялась, не смотря на то, что Макаров был в шоке.

- Откуда тебе известно, что Люси и Эльза подслушивали? Почему это из Эры должен прийти ложный ответ, так выгодный нам? И никто тебя в измене семье не обвиняет!

- Мира изначально знала о том, что они были в шкафу. Скорей всего убирались, а когда услышали наши шаги, спрятались. По ее слегка взволнованному поведению, и косому взгляду на шкаф я догадался, что в шкафу гостьи. Отвечая на твой второй вопрос, хочу сказать, что я отправил гонца в Эру с письмом к лучшему другу. Фрид знает о том, кого наша гостиница укрывает, и не осуждает меня. В письме я попросил его прислать ложные сведения. Он никогда меня не предавал. И в этот раз поможет. Итак, вы позвали меня сюда только для того, чтобы сообщить о том, кем являются Люси и Эльза?

- Нет. – Коротко ответила Кана, – помимо Люси с Эльзой, а так же меня, как ты уже наверно догадался, Лисанны, Леви и Венди, здесь есть еще ведьмы. – Устремив пронзительный взгляд карих глаз на Лексаса, Кана холодным голосом произнесла дорогое его сердцу имя – Мира, Лексас, Мира одна из могущественных ведьм Фиора на данный момент. – Кана надеялась резать по больному. В конце концов, хотелось хоть чем-то зацепить этого всезнающего гада, иначе ее план просто не имел смысла, а это значило, что Мира была права – не стоило никуда ехать, нужно было сидеть в гостинице, раз Лексас у нас такой понимающий, а это, в свою очередь, означало, что ей придется громко извиниться перед всеми в целом и перед этим самодовольным всезнайкой в частности, а этого Кане делать не хотелось.

- Да, я знаю, – неожиданно для нее самой, Лексас лишь тепло улыбнулся, поясняя – сестре от брата ничего не стоит скрывать. Она сама сказала вчера вечером, да и я догадывался.

- Мы отослали Миру, Леви, Венди, Люси и Эльзу в секретное место, так как без них войну не выиграть, поэтому мы не должны рисковать их жизнями. Было решение отправить с ними и Аску, потому что она ребенок и не должна умирать, в случае твоего… – Кана слегка замялась, обдумывая, как лучше сказать, – непонимания всей ситуации.

- То есть, вы испугались, что я могу собственными руками подписать вам всем, в том числе и ребенку, смертный приговор, так? – Лексас старался сохранять спокойствие, но ему было больно и противно от осознания того, что его родственники такого мнения о нем.

- Лексас… – Начал было Макаров, но Кана, у которой, видимо, перебивать вошло в привычку, вновь прервала говорившего.

- Это я так думала. Я до последнего не верила в то, что ты можешь понять нас, не осуждая и не боясь. Я предложила отослать их, чтобы спасти от гибели, если бы ты все же сдал нас всех инквизиции. Как я уже сказала, войну без Миры, Эльзы и Люси не выиграть. Аска всего лишь ребенок, а способности Леви и Венди могут пригодиться в войне. Мира была против моих предположений, она верила в тебя беспрекословно. Эльза и Люси вообще хотели сдаться вам, тем самым уберегая нас от возможной смертной казни. Леви и Венди вообще были против моего плана, они не хотели уезжать, считая, что уж лучше оказаться на костре всем вместе. Мастер верил в тебя, но не хотел рисковать исходом войны, слишком уж велик риск. Так что, на кого и следует злиться, так это на меня. Я одна не верила в тебя до последнего.

- Знаешь, Альберона, сейчас мне безумно хочется отправить тебя на костер, но я не злюсь. Ты тут новенькая и совершенно меня не знаешь. Поэтому тебе свойственно сомневаться. А что там за война? – Лексас взглянул на дедушку. Макаров вздохнув, рассказал всю правду:

- Лексас, есть темные маги, которые отличаются от Люси, Миры, Эльзы и остальных. Они обижены на человечество за то, что оно не принимает их, а инквизиция выдумывает глупые истории о сношениях с дьяволами. Они, в отличие от нас, не хотят жить в мире с людьми, не афишируя свои силы. Они хотят уничтожить всю инквизицию, большинство людей уничтожить, а оставшееся меньшинство поработить. Ими движет месть за несправедливое отношение людей к их персонам. Темные маги – это такие же люди, как и мы, только утратившие веру в человечность обычных людей, в их понимание и дружбу, разочаровавшиеся в жизни. Ими движет месть. Но мы-то понимаем, что насилие порождает насилие, и войной ничего не решить. Что толку от порабощения людей? Мировое господство?! Это глупо. Все равно ведь, даже в случае победы темных магов, встанет вопрос о том, кто будет править новым миром. Начнутся междоусобицы. Нельзя этого допускать. Магов гораздо меньше в процентном соотношении, нежели чем людей, вот и представь, если они уничтожат больше половины людей, а потом еще и будут воевать между собой за власть, это будет катастрофа. Некому будет населять нашу Землю. Нельзя этого допускать. Нужно выиграть грядущую войну, если предотвратить ее не получится, а Эльза, Люси и Мира смогут нам в этом помочь.

- Все ясно. – Коротко ответил Лексас.

- Лексас, – начала вновь Кана и, дождавшись, пока молодой мужчина обратит на нее свое внимание, продолжила, – девчонок необходимо вернуть. Здесь они вроде как под присмотром, да и нам спокойнее.

- И что вы хотите от меня?

- Нацу не похож на бессердечного монстра Святой Инквизиции. – Хмыкнула Кана.

- Мне поговорить с ним?

- Да, но не только с ним. Чтобы убедиться в безопасности девчонок, и нашей собственной, необходимо что-то придумать с Жераром. Он, я так полагаю, не проникнется моей речью и не вдохновится словами мастера.

- Да, ты права. Жерар самый жестокий инквизитор из всей нашей… команды. Гажил, Грей и Нацу еще поймут, Фрид и так все знает, а вот он… я, честно, не знаю, как он поведет себя, если мы все ему расскажем.

- Я правильно полагаю, что от него необходимо избавиться?

- Альберона, зачем же так радикально? – Устало вздохнул Лексас, – но рассказывать ему все я не буду. И вам запрещаю.

- Можно подсыпать яд в еду, подкупить врача, и тот напишет в заключение о какой-нибудь смертельной болезни. – Рассуждала Кана, проигнорировав Лексаса. – Можно отвести в лес и там от него избавиться, скинув всю вину на дикого зверя. Или можно так же опоить ядом, отнести в лес, и всем сказать, что он умер, по неосторожности дотронувшись до ядовитого растения. Да! Так и поступим! – Воодушевилась Кана. – Тем более, ему один раз уже грозила такая смерть, если бы не Эльза.

- Эльза? – Не понял Лексас. Жерар ничего им не говорил.

- Ах, он еще и не рассказал. – Хмыкнула Кана, – Эльза отнесла его бездыханное тело к целительнице, что живет неподалеку, та его и вылечила. Мало того, когда твой приятель валялся в обморочном состоянии, на них напали какие-то пьяные мужики, и Эльзе пришлось в одиночку драться против них обоих, она, между прочим, потеряла правый глаз.

- Погоди, но у нее вроде глаза на месте.

- Это искусственный. Эльза закрывает его длинной челкой.

- Я поговорю с Нацу, а он придумает, что сказать Гажилу.

- Хорошо. Так, вопрос с Жераром решен?

- Кана, вы говорите об отсутствии гуманности темных магов, в то время как сами собираетесь действовать жестоко? Деда, ты же против?

- Убийство – это грех, Лексас. Я в любом случае против этого, но у нас нет другого выбора. Я не поощряю подобные способы заставить кого-то молчать, поэтому отказываюсь в этом участвовать.

- Я сама все сделаю, от вас требуется лишь молчание. Тем более я могу позвать семейного врача, который и напишет ложное заключение.

- Убийство – это не выход, неужели у тебя нет более гуманных идей? – Протестовал Лексас, не желая убивать Жерара.

- Мужчины, – раздраженно и в то же время устало выдохнула Кана, – вот всегда вы так! Все проблемы на женщин!

- Я понимаю, что убийство – это грех, но мы все же можем поступить гуманно. Как выразилась Люси, пойти Ва-банк, все рассказав – глупо, когда шансы в процентном соотношении не в нашу пользу. Я думаю, можно напоить Жерара медленно действующим ядом, и все рассказать, если согласится хранить молчание и помочь – дадим ему противоядие, если же нет – где-то через три часа после ужина и, соответственно, принятия яда, начнется недомогание, судороги, головные боли, он не доживет до утра. Полюшка умеет готовить яды. – Подал идею Макаров.

- Замечательная идея, мастер! – Согласилась Кана, – вот только к чему все это? Избавиться бы от него и дело с концом! – Буркнула она себе под нос.

- А все равно слишком это. Зная Жерара, он захочет больше времени, чтобы все обдумать. – Продолжал протестовать Лексас. – Так что, может не будем проводить эксперименты над его здоровьем по средствам противоядия и яда?

- Согласна с Лексасом.

- Серьезно? – Удивились Лексас и Макаров одновременно.

- Да, просто отравим его и все. Зачем церемонится? Миру ничего не будет, если мы избавимся от одного человека, который представляет угрозу для нас в целом, и для девчонок в частности.

- Нет, Кана, мы предоставим Жерару возможность встать на нашу сторону, и хранить молчание. Если же откажется, не протянет до утра. На простое убийство, без права выбора для паренька, я не согласен. – Сказал Макаров.

- Ладно. А у нас есть противоядие? – Согласилась Кана.

- Да, Лисанна знает, где хранится яд медленного действия и противоядие от него.

- Прекрасно, тогда идем, Лексас, поговорим с Нацу.

- Кхм, Каночка, помнишь про свое обещание? – Притворно-робко спросил Макаров.

- Проклятье, – буркнула Кана, а Лексас только в недоумении уставился на нее.

- Прости меня, Лексас, я была не права на твой счет. – Выдавила из себя Кана, которой это извинение давалось нелегко.

Лексас еще больше округлял глаза.

- Пошли, объясню. – И, схватив его за руку, Кана увела его из кабинета. А Макаров улыбался. Он, видимо, уже нарисовал себе картинку будущего этих двоих.

- Письмо из Фейри Тейл, как вы поняли, – произнесла Полюшка, зачитывая его содержимое:

«ПОХОЖЕ, МНЕ ВСЕ-ТАКИ ПРИДЕТСЯ ИЗВИНИТЬСЯ, ЧЕРТ ВАС ВСЕХ ПОДЕРИ! Перед Лексом я уже извинилась, осталось перетерпеть публичное унижение. Кто не понял, это Кана. Итак, Лексас все воспринял спокойно, спасибо чересчур болтливой и еще более доверчивой Миражанне. Письмо, отправленное в Эру с запросом залезть в архив, будет передано Фриду – лучшему другу Лексаса. По просьбе самого Дреяра младшего, Фрид пришлет ложные сведения, и у Жерара не будет оснований для вашего (Эльзы и Люси) а заодно и нашего ареста. Мы с Лексом поговорили с Нацу, он, что удивительно, все воспринял спокойно и сказал, что будет рад помочь Люси. Молодец, Хартфалия, классного мужика отхватила! После разговора с Гажилом, который тоже все воспринял с пониманием и комментарием «Я знал, что эта мелкая непростая мелкая!» (да, да, Леви, о тебе). В общем, осталось как-нибудь убрать Жерара, потому что, по мнению Лексаса, с ним говорить бесполезно, но мы уже все придумали. Вы можете возвращаться обратно. А на счет Жерара не беспокойтесь. Макаров предложил усовершенствовать мою идею с ядом в кубке вина за ужином и предложил дать Жерару право выбора, если он согласится помогать нам и не разглашать нашу тайну, а так же не выдавать инквизиции, мы дадим ему противоядие, если же нет, яд подействует, и он не доживет до утра. Лексас, пусть и против этой затеи, но если этого не сделать, Жерар может все испортить. Чертов француз! Никогда не любила французов! Миражанна, я знаю, что ты у нас слишком гуманна для того, чтобы поддержать меня, но это самое правильное решение, в конце концов, у него будет выбор, и, разумеется, о яде он знать ничего не будет. У нас нет другого выхода! Чистое место на бумажке уже заканчивается, так что это все. Возвращайтесь! Макаров приедет за вами вечером.»

- Я знала, что он не предаст нас! Лексас никогда бы так не поступил! Я его слишком хорошо знаю! – Первая не выдержала Мира. – Лексас всегда заботился обо мне, как о своей сестре.

- Я понимаю, что ты рада, Мира, но кричать не обязательно. Ладно, приступим к обеду. – Сделала вывод Полюшка.

- А где Эльза? – Спросила Леви. Люси тут же обратила внимание на пустующее место рядом с собой.

- Она ушла сразу, как вы прочитали что-то про французов. – Ответила Аска.

- Эльза! – Люси кинулась искать подругу. К счастью, та нашлась очень быстро. Эльза сидела на улице, под раскидистым деревом, опустив взгляд.

- Эльза, – Люси подошла к подруге и присела тихонько возле нее. – Что случилось?

- Я…

- Ты влюбилась? – Предположила Люси.

- Я не знаю, – тихо ответила Эльза, – умом понимаю, что Кана и Макаров придумали верное решение, все же не убийство, по крайней мере, у него будет выбор, но я… я запуталась, – выдохнула Эльза.

- Ничего, – улыбнулась Люси, – Жерар просто единственный, кому ты не залепила подзатыльник и не отвесила пендаль. Тебя просто тянет к нему. Это не привязанность, вы слишком мало общались для этого, и не любовь, опять же, по той же причине. Скорее легкая влюбленность. А позволять ли ей превращаться в более глубокое и сильное чувство – решать тебе. Сама же говорила, что, возможно, любить по-настоящему шанса может уже и не представиться.

- А что ты чувствуешь к Нацу?

- К Нацу? – Люси улыбнулась, – Нацу замечательный.

- Да, я видела, как ты покраснела, когда Полюшка зачитала из письма Каны, цитирую, «хорошего мужика отхватила».

- Кана преувеличивает. Нацу не выглядит особо серьезным парнем, да и у меня соперница есть, – Люси хихикнула.

- Лисанна? – Догадалась Эльза.

- Ну да, уж очень он ей приглянулся, – тепло улыбаясь, ответила Люси, а потом, сделав голос страдальчески-наигранным, добавила – уж не знаю, как мне против нее бороться? Бедная я бедная!

- Ну да, Лисанна – очень серьезный противник, – сказала Эльза чересчур серьезным голосом и, посмотрев на Люси, улыбнулась. Та не выдержала, и расхохоталась. Эльза подхватила ее смех.

- Ахахахаха, Эльза, ой не могу, я уже было поверила в серьезный тон твоего голоса, ахахахахаха, – смеялась Люси.

- Хахах, прости, Люси. – Ответила повеселевшая Эльза.

- Эх, неправильную ты профессию выбрала, подруга, такой актерский талант пропадает! Наша Йоколина Джоли нервно курит в стороне!

- Хахахахаха, ну ты нашла, с кем сравнить.

- Ладно, Эльза, пошли обедать. – Сказала Люси, поднимаясь с места.

- Как думаешь, что он выберет? – Спросила Эльза, поднимаясь вслед за подругой.

- Не знаю, но будем надеяться на лучшее.

Последующие несколько часов Эльза провела на нервах. Волнения, картины, всплывающие перед ней, красочные такие, с сюжетом смерти Жерара. Она и сама не знала, почему так волнуется. В конце концов, Люси это надоело и она заставила Эльзу выпить снотворного и отдохнуть. Полюшка любезно предоставила препарат.

Люси растолкала Эльзу ближе к шести часам вечера. Макаров подъехал за ними ровно в шесть. Не до конца проснувшаяся Эльза, которую Люси поддерживала за локоть, дошла до повозки и погрузилась в нее, вновь пытаясь заснуть. Люси помогла Венди с ее чемоданом, а Мире помогала Леви. Аска тоже хотела помочь, но все прекрасно понимали, что от маленькой девочки в этом плане пользы ноль. Поэтому Мира настойчиво отказалась от ее помощи тащить тяжелые вещи.

Как только с погрузкой было закончено, Макаров тронулся вперед. Дорога до гостиницы прошла в относительно оживленной обстановке. Леви что-то обсуждала с Венди, а потом переключилась на Люси, делая ее участницей беседы о книгах, как выяснилось. Аска что-то увлеченно рассказывала Мире, а та ее внимательно слушала. И лишь Эльза провела весь путь в молчании. Она перекинулась лишь парой слов с Мирой, когда та спросила, все ли у нее в порядке.

По прибытию в гостиницу, Эльза более-менее пришла в себя. Встретили их Лексас, Лисанна, Биска, Ромео, Кана, Нацу и, как не странно, Гажил. Лисанна сразу же обняла сестру. Лексас обнял ее и, потрепав по голове, взял ее вещи. Кана прилюдно извинилась за то, что была не права на счет Лексаса, и пошла вслед за ними. Биска обняла дочь, и, взяв ее вещи, пошла вместе с ней в гостиницу. Гажил что-то сказал Леви, назвав ее мелкой, и помог донести ее нетяжелые вещи до комнаты. Нацу с радостью подбежал к Люси и начал что-то ей говорить, про магию, про то, что ему все равно на то, кем она является, и так же отправился с ней в гостиницу. Венди же приняла помощь от Ромео, который, слегка покраснев, вызвался помочь ей перетащить огромных размеров чемодан, который, кажется, стал еще больше с того момента, когда она уезжала, до ее комнаты. Эльза же, учтиво поинтересовавшись у подростков, не помочь ли им с чемоданом и, получив отказ, в гордом одиночестве отправилась к себе.

В комнате Люси с Нацу что-то весело обсуждали и, когда пришла Эльза, Хартфалия резко замолчала и перевела на подругу взгляд.

- Все в порядке, извините, что потревожила, я только вещи кину, и оставлю вас, – Эльза так и поступила, она кинула сумку на кровать, та упала и содержимое вывалилось на постель. Телефон, блокнот и книга. Стоп, это же книга Жерара. Она что, взяла ее с собой?! Скарлет схватила неприметную книгу и поспешила покинуть комнату.

- Эльза, – окликнула ее Люси.

- Люси, Нацу, еще раз извините, что отвлекла. – Кинула Эльза, и окончательно скрылась за дверью.

Скарлет решила, что отдать вещь ее владельцу глупо, ведь Жерар непременно спросит, откуда у нее книга. Так что Эльза решила положить книгу на ресепшен и, как говориться, не париться.

После того, как Эльза объяснила ситуацию Кинане, которая сегодня стояла на привычном месте Миры, то есть за стойкой портье, Скарлет отправилась на кухню, спросить – не нужна ли помощь с готовкой. Как она и ожидала, помощь на кухне всегда была нужна.

Когда все расселись по местам за стол, Эльза и Люси помогали носить тарелки с блюдами. Отослав Люси к столу, заверив ту, что справиться сама, Эльза взяла последнее блюдо в кастрюле, это был суп, и потащила его к столу. Поставив супницу на стол, девушка уже было хотела сесть рядом с подругой, но место рядом с ней было занято. Сегодня все сидели не как обычно. Оглядев стол, Эльза увидела свободное место рядом с Жераром. Ну чтож, делать нечего. Она уже было хотела сесть рядом с инквизитором, как ее одернула Кана.

- Чего тебе, Альберона? – У Эльзы не было настроения на вежливости.

- Как грубо, – фыркнула та, – но я не в том настроении, чтобы выяснять с тобой отношения, – сказала Кана и, чуть помедлив, презренно добавила – Скарлет.

- Не нарывайся, – услужливо предупредила ее Эльза, немного хриплым голосом.

- Я и не думала, вот, – Кана протянула Эльзе кубки, наполненные вином.

- Что это?

- Вино. В этом – она указала на кубок с вином темно-бордового цвета, почти черного. Как кровь. Вино обычно светлее. – яд, для Жерара. А в этом – она указала на второй, содержимое которого выглядело как обычное вино, – ничего. Это обычное вино для тебя. Не перепутай.

- Не волнуйся. – Фыркнула Эльза. – А как вы потом дадите ему противоядие, он ведь не должен знать про яд и вообще про всю эту затею.

- А мы и не дадим. Планы слегка изменились.

- Прости?

- Ну, Гажил рассказал сегодня, что однажды уже говорил с ним на эту тему, ну, о ведьмах. И Жерар ответил, что все ведьмы и еретики должны гореть в очищающем пламени. Так что он может успеть отправить письмо в Эру, или сам сорвется туда, нельзя этого допускать, тем более, что яд подействует через три-четыре часа. А за это время он может натворить кучу ненужных дел. Яд, что я добавила в его вино, более сильный, он подействует где-то через минут тридцать, с учетом того, что попадет в организм мужчины. Если бы яд попал в женский организм, он подействовал бы в два раза быстрее.

- Вы что, собираетесь убить его без права выбора?

- Мастер Макаров, Нацу, Гажил и Лексас собираются поговорить с ним прямо за ужином. В любом случае, Эльза, мир не рухнет, если один жестокий инквизитор умрет. Иди давай. – Кана толкнула собеседницу к столу и та, подавив в себе желание врезать Альбероне по самодовольной физиономии, на ватных ногах добралась до него. Поставив кубки с вином на стол, Эльза села.

Все принялись ужинать, переговариваясь между. Эльза дрожащей рукой держала кубок с отравленным вином и уже было хотела протянуть его Жерару, как он заговорил с ней:

- Эльза, я тебя сегодня не нашел почему-то. Ходила куда-то?

- А… да. По делам, – ответила бледная девушка, протягивая ему вино.

- Понятно. У тебя нездоровый цвет лица, поешь. Кстати, я хотел сказать тебе, что могу помочь в изучении испанского языка. А так же немецкого, если ты захочешь. – Он улыбнулся краешками губ, потянувшись за кубком, чтобы принять его. Скарлет, уже протянувшая ему кубок вина, резко отдернула руку, чем удивила его.

- Прости, это мое, оно с лекарственными травами, мне нездоровиться. – Выдала то, что первое пришло на ум, Эльза. – Вот, держи, это твое – Эльза протянула ему кубок своего вина, обычного темно-красного цвета, а сама обхватила двумя руками кубок с бордовой, почти черной жидкостью.

- Ну что ж, давайте поднимем кубки вина за то, что Господь послал нам вино и еду, – сказал Макаров, поднимая кубок. Все повторили его жест и принялись пить вино. Жерар сделав пару глотков, поставил кубок на стол, не замечая взглядов, кинутых в его сторону Каной, Макаровым и Лексасом.

Кана, сидящая около Эльзы, но в упор ее не замечающая раньше, вдруг обернулась и потребовала чекнуться кубками. Как только их кубки со звоном соприкоснулись друг с другом, Альберона начала поглощать вино, а Эльза, дрожащими руками, поднесла кубок к губам и сделала глоток.

- Скарлет, ты что, пить не умеешь?! – Усмехнулась Кана.

Эльза ничего не ответила, она сделала еще один глоток, потом еще и еще. Пока не выпила все вино в своем кубке.

А потом Макаров начал разговор. Но Эльза его не слушала. Лексас что-то втолковывал Жерару, Нацу и Гажил поддерживали. Минут через пятнадцать Эльза почувствовала себя нехорошо. Когда разговор был окончен, и Жерар сидел ошарашенный информацией, которую только что услышал, у Эльзы помутилось сознание. Начало сильно тошнить, лицо стало мертвенно-бледным, голова раскалывалась ужасной болью. Она, как в тумане, схватилась за сердце, в районе которого отдавало острой болью, из уголка губ пошла струйка крови. Эльза упала со стула, потеряв сознание. Она не слышала, как Люси кричит, чтобы она не умирала, как Кана назвала ее идиоткой, умчавшись куда-то. Как Жерар склонился над ней, что-то сказав. И она не помнила, как оказалась в сильных мужских руках, которые ее обнимали. Хотя, может этого и не было, и ей все это кажется?

====== Глава 19. ======

Было темно. Ничего не видно. И тихо. Пугающая тишина давила на нервы. Пусто. Холодно. Страшно.

Именно так Эльза могла охарактеризовать свое состояние. Она чувствовала холод. Температура понижалась с каждой минутой. Она не знала ни где находится, ни как сюда попала. Чтобы нарушить давящую тишину, Эльза попыталась позвать кого-то, но у нее не получилось. Она вдохнула, приготовилась кричать, открыла рот, но голос пропал. Даже хрипа не было. Она повторила все снова. Вздохнула, открыла рот, и как можно громче попыталась позвать кого-то. Но в место крика, была звенящая тишина. А может она просто не слышит? Она ничего не слышит. Вообще ничего. Может, она лишилась слуха?

Эльза сглотнула, переводя дыхание. Находиться на одном месте не хотелось, но и куда идти она не знала. Куда не повернись – кругом одна тишина, пустота и темнота.

Эльза сжала кисти рук в кулаки, и с радостью поняла, что двигать конечностями она может. А значит, она сможет сдвинуться с места. Эльза осторожно, не спеша, пошевелила правой ногой и, когда ей это удалось без труда, сделала шаг вперед. Но, следовало ей лишь шагнуть вперед, как ощущения твердой поверхности под собой пропало. Она осознала, что летит вниз. Стремительно и бесшумно.

Это продолжалось неопределенное количество времени, пока Эльза не почувствовала, что погрузилась в какую-то жидкость. Скорей всего, в воду. Всплеска она не слышала. Она лишь ощутила, что находится в воде. И сколько она не пыталась плыть вверх, к воздуху, она как будто напрочь разучилась плавать. Руки не слушались. Ноги тоже. Она камнем погружалась на дно. А кислород заканчивался. Умом она понимала, что нельзя поддаться раздражению легких и сделать такой желанный вдох. Ведь вместо такого привычного кислорода, в легкие хлынет вода, и она не сможет остановиться. Она сделает еще один, и еще. Ее легкие будут наполняться водой, причиняя ей неистовую боль. Пока не разорвутся, не произойдет кровоизлияние, и она не умрет.

Эльза пыталась пошевелить конечностями, но ничего не получилось. Ее тело будто было связанно и постепенно погружалось на дно. Она тонула. Еще чуть-чуть и она умрет. Утонет.

В темноте. В тишине. В бездне.

Пассажирское судно причалило к одноименному порту города Жемчужные Пески. «Жемчужные пески» был самым огромным портовым городом во всем Фиоре. Через этот город осуществлялась поставка экспорта в Англию, и импорта из Португалии, Ирландии, Шотландии и той же Англии.

В городе Жемчужные Пески располагались и курорты, отдых на которых могли позволить себе богатые люди. Но все же важнее для экономики страны была связь через морские пути с другими странами и торговля с ними.

В основном с борта судна в Фиоре высадились люди из низших слоев общества. Но двое человек были из «верхов». Какой-то граф, который, как понял Грей, приехал в Фиор инкогнито, и сам Фулбастер с Джувией. На Лоскар многие женщины, которые были с ней в общей каюте до прихода Грея, смотрели осуждающе, перешептываясь о том, какая она проститутка для богатеньких мальчиков. А кто-то смотрел на нее с завистью. Но Джувия не обращала на эти взгляды никакого внимания. Она была увлечена другим делом – разглядывала каждую мелочь. Ей было очень интересно увидеть абсолютно непохожий на Берлин город в другой стране. Она ведь ни разу не выезжала из своего родного города, не считая вылазки в Ирландию, и то – в какой-то маленький городок.

- Джувия, пошли, – Грей тихонько подтолкнул ее, – карета нас уже ждет.

- Откуда они знают, что вы приехали? – Удивилась Джувия.

- Я отправлял письмо, будучи в Германии, чтобы прислали за мной карету в этот порт.

- А как вы точно угадали с числом? Ну, мало ли, вы могли задержаться в плаванье в связи с плохой погодой.

- С учетом самой хорошей погоды мы должны были прибыть сюда еще вчера вечером. В письме я просил, чтобы карета ждала меня до тех пор, пока я не сойду с корабля в этом порту. Все равно больше, чем на два дня я бы не задержался.

- Ясно.

- Пошли, кучер, наверное, уже заждался. – Грей с Джувией, одетой в простенькое платье – одно из тех, что она брала с собой, пошли к карете, в то время, как их багаж несли рабочие.

Подойдя к карете, Грей, будучи джентльменом, помог Джувии забраться внутрь кареты, и залез следом.

- В чем дело? Ты чем-то огорчена? – Спросил Грей, заметив задумчивое выражение лица Джувии.

- Нет, просто я чувствую себя не в своей тарелке.

- Поясни?

- Я никогда не ездила в карете. Это привилегия леди. Я-то не леди.

- Мы всего лишь едем в Магнолию, в гостиницу, как ты и хотела. Ты не обязана строить из себя леди.

- Ты прав. Ни к чему строить из себя ту, кем я не являюсь.

- Из тебя могла бы получиться прекрасная леди, – хмыкнул Грей.

- Я могу расценивать это как комплемент? – Улыбнулась Джувия.

- Конечно, – притворно-серьезно сказал он, – такая чопорная, немногословная леди. В идеале владеющая этикетом, соблюдающая всевозможные правила, леди.

- Фу, шаблон какой-то скучный. Внешне такая же красавица, как и все знатные леди, а внутри пустышка, во всем придерживающаяся шаблонного поведения. Это так… угнетающе.

- Ахах, ты права. Иногда это раздражает. Дамы, с которыми я общался на балах всегда были такими, как ты выразилась, пустышками.

- Я думала, ты к этому привык. Все же ты из высших слоев общества. И вас это, вроде как, должно устраивать.

- Ну, умом ты понимаешь, что общение дам с лицами мужского пола сдержано, вежливо, на одни и те же темы, шаблонно в общем – правильное общение. Норма. Но тебе становится скучно. Не запоминаешь даже имени тех, с кем говорил.

- Высшие слои общества променяли индивидуальность поведения, внешности и даже разума на богатство. Как не посмотри на знатных людей, они все выглядят шаблонно. Да, у них красивая одежда, но они все мыслят так, как учат их нормы общества, они стараются выглядеть так, как велит мода, они ведут себя ненатурально. – Поморщилась Лоскар.

- Такова жизнь в высших слоях общества, Джувия. А бедные люди для знати просто серая масса.

- Но, тем не менее, у каждого из серой массы есть хоть какая-то индивидуальность. Пусть и разум у нас шаблонный из-за устоев общества, но внешность мы не прячем за косметикой и париками, и общаемся друг с другом искренне. Не прячась за какие-то маски. И после этого начинаешь задумываться, а что же лучше. Настоящая жизнь в нищете, или же жизнь по заранее заготовленному шаблону, но в богатстве?

- И как же ты ответила на этот вопрос?

- Я готова терпеть нищету, болезни, голод, но я ни за что не променяла бы искренность за деньги. Многие крестьянские семьи договариваются о браках своих детей без их ведома, но не редкость и браки по любви в наших кругах. А за вас все решаю родители. Можешь привести хоть один пример брака, заключенного по любви?

- Нет, я не знаю никого, кто бы принимал такие решения самостоятельно.

- А сам-то ты, чего бы хотел?

- А меня устраивает моя жизнь. И я считаю глупо задумываться над тем, что будет в следующей жизни, если она будет вообще, или что бы было, если бы ты родился кем-то другим, а не тем, кто ты есть сейчас. Эту жизнь нужно прожить так, как ты считаешь нужным. Не роптать на судьбу, а следовать ей, по возможности самостоятельно принимая какие-то важные решения. Тогда это будет твоя жизнь. И будет что вспомнить лет так через тридцать – сорок.

- Иными словами, жизнь нужно прожить так, чтобы потом ни о чем не жалеть.

- Именно. – Кивнул Грей.

- Интересная точка зрения, и можешь ли ты, Грей, похвастаться самостоятельно принятыми решениями?

- Да. Решение стать инквизитором я принял самостоятельно.

- Ясно. – Джувия не стала задавать больше вопросов. Их разговор сошел на «нет». Лоскар облокотилась о стеночку кареты и прикрыла глаза. Грей откинулся назад, на мягкое сидение, и тоже попытался уснуть.

Сон не шел. Каждый думал о чем-то своем. А показательная усталость была лишь поводом завершить разговор. Однако, где-то через пол часа, тихая обстановка укачивающей кареты нагнала сонливость, и молодые люди провалились в сон.

- Нацу, Гажил, выходит, вы все знали? – Сухо спросил Жерар после повествования Макарова, Каны и Лексаса.

- Да, Лексас нам все рассказал, и я считаю, что девчонки ни в чем не виноваты. В конце концов, Леви, Мира, Кана, Венди, Лисанна и Эльза с Люси никого не убивали. Одни ведь не виноваты, что родились с такими способностями. Главное, что они ими не пользуются во вред людям. Так что отправлять их на костер за это как минимум жестоко. – Серьезно ответил Нацу.

- Война не за горами. Ведьмы и колдуны, пользующиеся черной магией, решили обрести неограниченную власть, стереть род человеческий с лица Земли. Ты ведь помнишь те убийства, что мы расследовали около полугода назад? Они начали свои движения еще тогда, сейчас они готовы к войне. А мы? Что мы можем противопоставить могущественным ведьмам, способным управлять стихиями? Способным уничтожить все живое? Мира, Люси и Эльза, конечно, не единственные, кто способен противостоять нависшей угрозе, но кто знает, каким будет исход войны, если мы их убьем? Тем более, что Люси и Эльза дочери сильнейших в истории ведьм. – Объяснял Лексас.

- Мы окажемся в дерьме, если защищать страну от сумасшедших ведьм будет некому. – Поддерживал Гажил.

- Как грубо. Все инквизиторы такие бестактные? – Первый раз за все время подала голос Леви, которой, явно, резало уши некультурность и наглость в выражениях и поведении Гажила.

- Мелкая... – Гажил уже, было, хотел ответить что-то грубое, как его прервала Кана, бестактности которой, кстати говоря, было не занимать.

- Так что ты решил? – Громко спросила она. Но ответа не последовало. Жерар, видимо, погрузился в себя с головой, пытаясь обдумать, что к чему.

- Фернандес, времени на раздумья тебе не давали! Нам нужен ответ! Немедленно! Или ты с нами, или живым отсюда не уйдешь! – Бесилась Кана.

- Альберона! Остуди свой пыл! Это вовсе не простые вещи! – Разозлился Лексас.

- Я пытаюсь дать ему шанс. Времени у нас немного. – Прошептала Кана Лексасу, что сидел справа от нее..

- Его достаточно. – Так же тихо ответил он, чтобы никто, кроме Каны, его не услышал.

- Я так не думаю. Через несколько минут ваш дорогой друг может почувствовать себя плохо, мало ли, голова заболит, сердце прихватит, – заговорчески поведала Альберона.

- Да как ты…

- Как я смею? Ах, ну да? Как я смею называть Жерара вашим другом? И правда. С друзьями так не поступают. Ну, какой уважающий себя человек согласиться подсыпать другу яд в вино, зная, что шансов на то, что он ответит выгодно для нас, пятьдесят на пятьдесят? Это ведь предательство.

- Это была твоя идея.

- И ты со мной согласился. Как и Нацу и Гажил. Драгнил так старался выставить себя правильным и честным, а на деле оказался таким же предателем, как и ты.

- Не смей так о нем говорить! В Нацу гуманность и доброта превышает все рамки дозволенного в нашей работе. Откровенно говоря, в инквизиторах не должно быть ни гуманности, ни тем более доброты.

- Да что ты? Тогда как же это дитя доброты согласилось подсыпать яд в бокал Жерара?

- Он не знает о твоем плане. Гажил тоже.

- Ух, ты, так ты не только предаешь друзей, ты еще и врешь им. Такими темпами можно остаться вообще без друзей.

- Как ты? Н-да, не хочу быть таким же алчным и жестоким эгоистом. Интересно, что ты сделала, что от тебя отвернулись друзья? Или их вообще не было?

- Заткнись! – Шикнула Кана. Лексас собирался ответить что-то едкое на ее грубость, и кто знает, сколько еще продолжался бы их диалог, если бы слева от Каны не послышались довольно странные звуки.

Эльза внезапно начала задыхаться, держась за сердце. Из уголка ее губ потекла струйка крови, а сознание ее помутилось.

Кана резко обернулась, и с ужасом уставилась на Скарлет. Прядки ее алых волос прилипли к мертвенно-бледному лицу, из-за чего казалось, будто по лицу ее течет кровь. Альберона попыталась дотронуться до плеча Эльзы, но та резко потеряла сознание и упала на пол.

До слуха Каны донесся чей-то крик, по-видимому, это был крик Люси, которая с ужасом, прижав ладонь к губам, смотрела на происходящее с ее подругой.

Жерар резко подскочил со своего места, и склонился над девушкой. Однако попытки ее растолкать, или докричаться до нее были четны. Эльза, казалось, была мертва. Лишь вздымающаяся грудь говорила об обратном.

Кана посмотрела на кубок, что стоял у тарелки Эльзы. Взяв его в руки, Кана с ужасом и удивлением обнаружила там капли недопитой, почти черной, жидкости. Вино было отравлено.

- Черт, – тихо выругалась она, – вот черт! – Уже громче крикнула Кана, – ИДИОТКА! – Вскричала она на все помещение, обращаясь, по-видимому, к Эльзе и быстро побежала в неизвестном остальным направлении.

- Эльза, милая, что с тобой?! – Кричала Люси, кинувшись к подруге со слезами на глазах.

- Пульс замедляется, – констатировал Жерар, держа Эльзу в своих объятиях сидя на полу.

- Венди, сделай же что-нибудь! Ты же врач! – Истерически крикнула Люси, заливаясь слезами. Девочка тут же отошла от шока и кинулась к Эльзе. Венди положила свои ладони на сердце Эльзе и сосредоточилась. В эту же секунду они засветились приятным сине-зеленым светом.

- Что с ней?! – Воскликнул Нацу.

- Она говорила, что ее вино с лекарственными травами, что это были за травы?! – Громко спросил Жерар.

- Травы? – Не понял Гажил, – какие травы могли вызвать такой эффект?

- Эльза, – тихо повторила Леви, опуская глаза.

- Я не могу ничего сделать, – заплакала Венди, – яд слишком быстро распространяется по ее крови. Интоксикация организма происходит слишком быстро, яд добрался до сердца, почек и легких. Я замедлила ее кровотечение, чтобы отсрочить интоксикацию головного мозга и печени. Если это случится – она умрет.

Люси зарыдала навзрыд. Ее плечи неистово сотрясались, а ноги стали ватными. Она была готова упасть, и не почувствовала бы этого, если бы не Нацу, который вовремя подхватил за плечи.

- Что нам делать? – Вся в слезах спросила Леви.

- Нужно противоядие, которое распространилось бы по организму в разы быстрее и уничтожило бы таксин и зараженные клетки.

- Ты сможешь приготовить его? – Спросил Жерар.

- Я даже не знаю, из чего этот яд! И на приготовление понадобится время!

- Сколько у нас времени?! – Вся на нервах, поинтересовалась Мира.

- У нас его нет. – Прошептала Венди под рыдание женской половины, которые, после этой информации, стали еще громче.

- Тихо все! – Раздался властный женский голос. Обернувшись на него, присутствующие с удивлением обнаружили Полюшку. – Венди, попробуй замедлить зараженные эритроциты и ускорить здоровые. Жерар, наклони ее голову и приоткрой рот.

Полюшка быстро подошла к лежащей в объятиях Жерара Эльзе, и влила в ее приоткрытый рот какую-то жидкость из пузырька, вынутого из кармана.

- Я знала, что вы натворите дел без меня. Вот и выехала вслед за вами.

- Она выживет? – Тихо спросила Кана, семенившая все это время за Полюшкой.

- Если бы противоядие попало в ее организм раньше, я бы гарантировала ее скорейшее выздоровление. Но учитывая, что доза яда была предназначена для мужского организма, а она женщина, и я появилась с некоторым опозданием, шансов у нее шестьдесят на сорок не в ее пользу. – Холодный и безразличный голос целительницы прорезал помещение подобно стали.

Тишина, последовавшая за ее словами, была недолгой. Люси зарыдала, срываясь на крик:

- Это все ты виновата! – Крикнула она, обращаясь к Кане, – ты, и твой дурацкий план! Ты всегда думала лишь о себе! Чертова строптивая эгоистка! – Люси хотела было кинуться к Альбероне, крикнуть ей в лицо что-то еще, но ее отдернул Нацу, прижав к своей груди и обняв. У Люси началась истерика. Она не слышала каких-то ласковых и успокаивающих слов, которые Нацу нашептывал ей на ухо, слезы, боль, страх и злость разрывали ее изнутри. Она не могла успокоиться.

- Драгнил, что ты стоишь, как истукан?! Уведи ее отсюда! Мира, проводи его до комнаты Люси. – Повысила голос Полюшка, – Жерар, отнеси Эльзу в свою комнату и укрой ее потеплее, Венди, приготовь успокоительного и отнеси его Нацу. Гажил и Леви присмотрите за Эльзой, как только Жерар покинет комнату. Кана, как только Жерар уложит и укроет Эльзу, уведи его из комнаты и объясни в красках свой план, и только попробуй что-то утаить. Лексас, проследи за этим. Все остальные – разбрелись по своим комнатам и чтоб не высовываться! – Громко воскликнула Полюшка. Ее никто не осмелился ослушаться, все тут же разбежались. – Макаров, надо поговорить, – уже спокойнее сказала она и направилась в сторону кабинета мастера. Тот, вздохнув, пошел за ней.

Комментарий к Глава 19. Вот и долгожданная прода)))) Не знаю, когда будет следующая, но, думаю, скоро)))

====== Глава 20. «Все тайное рано или поздно становится явным» ======

Пронзительный взгляд необычных малиновых глаз буквально прожигал Макарова насквозь, а пауза, повисшая с тех самых пор, как они вошли в кабинет, так и не была нарушена. Как бы пожилой мужчина не пытался начать разговор, он не знал, с чего. Слишком много всего произошло за сегодняшний день. И вновь его посетила мысль о бедной девочке, которая сейчас находилась на грани жизни и смерти, да даже скорее на грани смерти. Ведь в процентном соотношении ее шанс выжить ровнялся сорока. Всего сорок процентов. Это даже меньше пятидесяти.

Эльза. Ну как? Как она могла?

А ведь это все его вина. Нет, вовсе не Каны, которая, собственно, и предложила весь этот сомнительным план. А он, дурак, согласился. Да кто дал ему право распоряжаться человеческой жизнью? Какая разница, кто бы отравился? Жерар, или Эльза, это не важно. Важно то, что по его вине один из них так или иначе сейчас находился бы в тяжелом состоянии. Да, именно по его вине. Он ведь старше, а значит ответственность за деятельность своих, можно сказать, воспитанников, лежит именно на нем. И как он только мог согласиться с Каной? А ведь план казался безобидным. Относительно, конечно, но все же. Была надежда, что Жерар согласится на их условия хранить молчание, и его бы спасли. Но, кажется, Кана поменяла планы, не посоветовавшись с кем-либо. Она просто взяла более сильный яд, посчитав, что так будет лучше. А он не предусмотрел. Стало быть, вина за то, что сейчас бедная Эльза борется за жизнь, лежит на нем.

- Может, хватит молчать? Что вы устроили? Яд, коим отравилась Эльза, ведь был моего приготовления, так? А ведь ты обещал не использовать мои яды и мази во вред людям. Так что же произошло? – Властный голос Полюшки эхом распространился по кабинету. Макаров вздрогнул и, несколько замявшись, начал с самого начала…

Эльза не выдержала. Находясь под водой, она понимала, что не может вдохнуть – ведь это будет для нее концом, но не выдержав давления, повинуясь инстинктам, она сделала глубокий вдох. Вот только вместо воздуха, в легкие хлынула вода. Стало невыносимо больно, хотелось кричать, но даже этого она не могла себе позволить. Легкие буквально разрывала изнутри. Еще два вдоха, и они действительно разорвутся, и она умрет. Хотя, она уже была одной ногой в могиле. Эльза добровольно шагнула туда, когда сделала вдох.

Сознание помутилось. Она уже не могла мыслить трезво. Эльза не понимала, что происходит. Она как будто впала в какой-то транс, сон, если можно так выразиться, вот только неистовая боль не желала утихать, не давая тем самым полностью забыться. Полностью предаться забвению.

Внезапно какие-то нечеткие видения стали проноситься ворохом в сознание Эльзы, помещая ее туда. Это немного приглушило боль, будто отодвинуло ее на второй план. Эльзу будто бы подхватил этот самый поток мысли и унес ее сознание куда-то далеко-далеко, подальше от бренного тела и от этой жуткой боли, разрывающей легкие.

- Меня зовут Люси, а ты Эльза, да? – Спросила златоволосая девочка с доброй улыбкой и добрыми, большими карими глазами, отдающими теплом, внимательно смотрела на застенчивую, слегка покрасневшую, девочку лет пяти с необычным цветом волос.

Та лишь неуверенно кивнула, на что девочка, назвавшаяся Люси, по-доброму засмеялась.

- Давай дружить? – Спросила она, протягивая Эльзе руку. Эльза, обратив взор своих карих глаз на Люси, неуверенно протянула той свою руку. В тот же момент крепкая детская ладошка Люси ухватилась за Эльзу.

Две четырнадцатилетние девочки сидели на разложенном диване, увлеченно о чем-то беседуя.

- Железная бой-баба? Он так сказал? Ух, ты, меня еще так не называли. Нужно запомнить. – Усмехнулась рыжеволосая девочка в пижамном костюме, состоявшем из шорт и майки. Ее рыжие волосы едва касались лопаток, еле-еле закрывая ключицы. Зимой Эльза спонтанно решила обрезать волосы коротко. Причем, сама.

- Эльза, тут нечему веселиться! Ты ведь действительно ведешь себя как… как…, в общем так, как он сказал. – Укоризненно говорила Люси.

- А мне нравится, – усмехнулась Эльза. – Быть железной бой-бабой классно!

- Эльза, – вдохнула Люси, – ты совершенно не женственная. Так же нельзя. Ты очень красивая, но твои бойцовские, назовем этот так, замашки и отвратительная одежда создают совершенно другое впечатление. Этот парень сказал, что ему нравится мои глаза, потому что они цвета молочного шоколада. Я понимала, что это лишь развод на секс, или, на что он там пытался меня развести, но когда я спросила у него, какой шоколад нравится конкретно ему, он ответил, что горький, темный. А это цвет твоих глаз.

- И что? – Флегматично спросила Эльза.

- А то, что ему могла бы понравиться ты, будь ты чуть женственнее. Вот зачем ты обрезала свои длинные красивые волосы? Причем, не в парикмахерской, а сама?

- Они мне надоели. Вечно болтаются, в глаза лезут, магнитятся.

- Это от того, что ты за ними не ухаживаешь.

- Люси, ты же знаешь, что мне это все не нужно. Давай, ты у нас будешь красавицей, а я чудовищем, зато верным, и добрым к тебе? Мм?

- Эх, Эльза.

- Да брось. И потом, брехня это все, что он тебе про глаза наплел. Все парни пялятся на губы и на сиськи!

- Эльза! Ну вот опять твои пацанские замашки!

- Ой, да ладно. Меня не переделать, Люси. Что поделать, если твоя подруга такая вот? – Риторический вопрос, заданный Эльзой, прекратил разговор на данную тему. Люси лишь тихонько вздохнула, и перевела тему.

- Ну вот, смотри, какая красавица смотрит на тебя в зеркале! – Гордо воскликнула Люси, поправляя прическу подруги. И правда, за три с половиной часа Люси успела превратить свою подругу из «железного гадкого утенка» в красавицу. Завитые алые волосы были уложены в красивый хвост на боку, что струился по груди и талии, доходя до тазовых костей. Волосы в хвост были затянуты специально не туго, чтобы создать впечатление воздушности и объема волос. Хвост падал на левое плечо, и левая сторона прически была увенчана цветком. Искусственная белая лилия. Это, на взгляд Люси, придало образу романтизма и нежности. А челка была уложена на левый глаз, что придавало образу Эльзы некой оригинальности, ведь она всегда носила челку на правом глазу.

Макияж был естественным. Губы, накрашенные алым блеском, выглядели эффектно на бледном лице, подчеркнутым легким бледно-розоватым румянцем. Глаза выделялись за счет объемной черной туши, которая к тому же увеличивала ресницы. Пастельного коричневого цвета легкие тени были нанесены и растушеваны на глаза. Их было практически невидно, всю основную работу выполняла тушь и подводка, что была нанесена не на веки, а на «ступеньку» отделяющую нижние ресницы от оболочки глазного яблока (нижнее веко).

Бордовое платье с вырезом, подчеркивающим грудь, очень шло Эльзе.

Сама Люси была одета в синее шифоновое платье, которое ей необычайно шло. Ее светлые волосы, закрывающие ключицы, нарастили в парикмахерской за день до выпускного. В результате процедуры, волосы доходили до середины спины. Теперь они были уложены в крупные, объемные кудри. Макияж был по тональности холодным. Помада пастельного розовово оттека хорошо смотрелась на бледном лице, выделяемом ели заметными румянами. Глаза были подведены черной жидкой подводкой и накрашены холодными сиреневыми тенями, что при растушевке, очень красиво смотрелись. Ресницы были удлинены черной тушью.

- Теперь главное сохранить эту красоту до завтрашнего утра и не проснуться с таким красивым лицом в салате.- Сухо прокомментировала Эльза.

- Да брось.

- Ой, Люси, мне что-то плохо…

- Еще бы, не надо было так напиваться. – Укоризненно проворчала блондинка, помогающая идти, а точнее кое-как переставлять ноги, своей подруге.

- Но мы же поступили в университет. Разве это не хорошо? – Заплетающемся языком, спросила Эльза.

- Эх, ты, алкоголик. Пошли уже, – бурчала Люси, продолжая тащить на себе Эльзу.

Две девушки, одетые в простую, ничем не приметную одежду, скрылись в повороте за углом дома, освещаемого ночным фонарем.

Воспоминания о школе, выпускном, институте, мгновенно сменяли друг друга, пока не перешли на ход событий, что произошел после перемещения в семнадцатый век. С того самого момента, как в воспоминаниях Эльзы они с Люси переместились во времени, картинки в ее сознании стали сменять друг друга со скоростью света. Голова закружилась от переизбытка информации, хотелось закрыть глаза, чтобы не видеть огромного количество непонятных, сменяющих друг друга, кадров, каждый из которых показывал какой-то определенный момент ее жизни, и уши, чтобы не слышать множества голосов, которые буквально разрывали голову пополам.

Не выдержав такого потока информации, как визуальной, так и звуковой, Эльза просто закричала. Громко, что есть сил.

Осознав, что она кричит, девушка замолчала и прислушалась к своим ощущениям. Еще недавно она тонула, не могла пошевелиться, вдохнула в легкие воду, а теперь кричит. Вода больше не давит на нее, она, кажется, вообще не под водой.

Эльза попыталась осмотреться, но ничего не увидела. Было вновь темно. Вновь холодно. И вновь страшно.

- …ну Кана и предложила подмешать яд в вино Жерара, аргументируя это тем, что мы все равно сможем дать ему противоядие, если он поймет нас. Тогда мне показалось это гуманным. Но Кана не сказала, что собирается увеличить дозу яда и вовсе не давать Жерару противоядие. Возможно, это все неприязнь к французам… А Эльза, она… она выпила отравленное вино, а свое обычное подсунула Жерару. – Закончил повествование Макаров.

- Вот как. А Кана, как я заметила, с характером. Слишком уж она эгоцентрична. Если не преподать ей урок, она так и не изменится. – Сказала Полюшка и откинулась на спинку стула.

- Урок? – Не понял Макаров.

- Верно. Смерти Жерара она бы не страшилась. Как она сама говорит, одним больше – одним меньше. Но это не так. Она должна понять цену человеческой жизни. На Жераре бы не вышло. Но вот Эльза. Если она умрет, Кана в корне изменит свое мнение, будет винить себя, совесть проснется. Думать о других начнет.

- Полюшка, я не понимаю, о чем ты. Ты что, хочешь убить Эльзу?!

- Старый маразматик. Разумеется, нет. Я тебе больше скажу. Весь этот переполох – лишь игра для Каны. Спектакль. Чтобы образумить, как выразилась Люси, «строптивую эгоистку». А для этого не нужно никого убивать. – Полюшка хитро прищурила глаза.

- Не понимаю.

- Все просто. Мои яды все имеют противоядия, которые незамедлительно действуют, вступая в химические реакции с пораженными клетками и вылечивая их, прекращая действие яда.

- То есть…

- Эльза очнется через пару часов.

- Но, ты же сказала, что у нее шансов…

- Сорок на шестьдесят не в ее пользу? Это информация была предназначена для Каны. Пусть подумает над своим поведением.

- Полюшка, скажи, не подоспей ты вовремя, Эльза могла бы умереть? – Сухо спросил Макаров.

С минуту в кабинете стояла тишина. Сидящая напротив Макарова женщина как будто обдумывала, что сказать.

- Да. – Вымолвила она, после небольшого молчания.

- Сколько у нас было времени на самом деле, до твоего прихода?

- Пять минут. Не подоспей я вовремя, вы бы уже хоронили вашу Эльзу. Печально, не правда ли? Ведь по иронии судьбы, она действительно умрет здесь.

- О чем ты?

- А то ты не знаешь. Я ведь тоже обладаю даром видеть будущее. И я знаю, для того, чтобы остановить войну, им придется уничтожить магию мощным заклятием. А без магии, будь у них хоть сто ключей от тринадцатого знака зодиака, они не откроют врата, и не вернуться в будущее. Они умрут здесь. Может, замуж выйдут, детишек нарожают, а может, и не смирятся никогда с тем, что остались в семнадцатом веке. Так же нельзя отвергать и самый худший вариант. Они могут погибнуть в войне.

- Я… я это знаю. Но возможно есть какой-то другой выход вернуться…

- Не знаю. Но факт в том, что Эльза и Люси были зачаты здесь – в конце шестнадцатого века. А значит, они принадлежат этой эпохе.

- Ты необыкновенно умная женщина. Придумай что-нибудь. Может, есть что-то…

- Почему я должна искать это самое что-то? Может, этого «что-то» нет на самом деле.

- Потому что я тебя прошу.

- А когда твое мнение, впрочем, как и твои просьбы, для меня хоть что-то значили?

- Хах, ты верно забыла, так я тебе напомню. Когда мы были молоды…

- Рот закрой! – Вспылила целительница ни с того ни с сего.

- Так значит, поможешь.

- Хрен с тобой, – сдалась Полюшка, соглашаясь, – но при одном условии, – ее глаза тут же приобрели хитрый блеск.

Чистое небо заволокли небольшие тучи, но, вроде как, не предвещающие дождь. Прохладный ветерок приятно обдавал троих личностей, устроившихся на веранде заднего входа гостиницы. Два молодых мужчины и одна девушка приятной наружности с серьезными лицами.

Кана собиралась с мыслями, подбирала слова в голове, формулировку предложений, но она понимала, что ни одно предложение, составленное грамотно, не в состоянии скрыть смысл того, что она собирается сказать. Ни один, правильно сформулированный рассказ о произошедших событиях, не скроет ее вины.

Наконец, собравшись с мыслями, Кана наплевала на все свои страхи и решила рассказать все, как есть. В конце концов, как говорится, «перед смертью не надышишься».

– В общем, эта история берет начало давно. С тех пор, как восемнадцать с половиной лет назад из тюрьмы Святой Инквизиции сбежали две самые могущественные ведьмы того времени. Катарина Скарлет и Лейла Хартфалия. За ними была погоня, но все стражники, что их преследовали, погибли в ту ночь. А Катарина с Лейлой исчезли.

- Это общеизвестный факт, – кивнул Жерар.

- Однако, мало кто знает, что они бежали не одни. – Продолжила Кана, – вы с Гажилом и Лексасом обсуждали эту тему. Гажил сделал тогда предположение на счет Люси и Эльзы, помнишь?

- Откуда ты…

- Сейчас не важно, откуда я знаю. Но тогда Гажил посчитал, что Люси и Эльза и есть Катарина с Лейлой. Однако ты выдвинул другое мнение. Что Люси и Эльза являются дочерьми сбежавших легендарных ведьм.

- Да, это так. Но у меня не было доказательств.

- Ты оказался прав. – Выдохнула Кана, – ты прав. Лейла была беременна на момент побега, а Катарина уже родила. С дочерью и беременной подругой она убежала из тюрьмы. В лесу, Катарина призвала волшебство оружия, пока Лейла открывала портал в будущее. После их исчезновения, трупы стражей были обнаружены с колотыми ранениями. Но их мечи были в ножнах, а те, что были обнажены, не были заляпаны кровью. Другого оружия, которым могли убить стражей, не было. Оно исчезло. Катарина и Лейла переместились во времени на четыреста лет вперед. А в двадцать первом веке нет магии, она исчезла за долго до этого времени. Люси и Эльза выросли в двадцать первом веке. Веке науки, развитых компьютерных технологий, машин, развитой медицины. Там есть такие слова, о смысле которых нам остается лишь догадываться. Но это сейчас не столь важная информация. Гостиница, в которой мы сейчас находимся, в будущем будет учебным заведением. Одним, из лучших университетов страны. Здесь Люси и Эльза учатся на первом курсе факультета архитектуры. Да, устои общества в будущем совершенно другие. И у женщин точно такие же права, как и у мужчин. Они могут учиться в высших учебных учреждениях, работать, преподавать. Женщины могут в своей жизни не выйти замуж, ведь это они решают. В будущем люди вольны решать свою судьбу самостоятельно. Но это я отвлеклась. Преподавательница физики из-за какой-то ссоры Люси и Эльзы с их однокурсницей, в наказание отправила троих убираться в библиотеке. Там Эльза нашла книгу. Люси прочла руническую надпись на форзаце, и они переместились сюда. В нашу эпоху. Однако, таким же методом вернуться не получилось. Никто не знает, почему. Мать Люси, Лейла, была заклинательницей духов. Она могла призывать духов при помощи специальных ключей. Среди них были и все тринадцать знаков зодиака. При помощи тринадцатого, Лейла и открыла портал в будущее. Но Люси не нашла тринадцатый ключ. У нее их всего двенадцать. И чтобы вернуться обратно, им нужно найти тринадцатый ключ. Но это еще не все. Магия исчезла в нашем, семнадцатом веке. В его начале. Всё дело в войне. Озлобившиеся на людей и инквизицию волшебники решили объединить свои силы и выступить против обычных людей. Стереть их с лица земли, оставив лишь прислугу. Разумеется, не все так решили. Есть и те волшебники, кто против подобного решения. Ведь волшебные силы даются не дьяволом, а Господом Богом с какой-то определенной целью. И цель эта уж никак не нанесения вреда людям. Столкновение двух противоположных взглядов и привело к войне. Сейчас она не официальна. Но совсем скоро, коалиция темных волшебников выступит против людей, с целью уничтожить все. Светлые волшебники тоже создали коалицию. Но нас значительно меньше. Однако, среди нас есть сильнейшие, способные остановить войну. Это Эльза, Люси и Мира. Во многих книгах о волшебстве и пророчествах говорится о четвертой ведьме. Одной, из элементов. Несущей чистоту, и олицетворяющей течение времени. Думаю, что речь была о стихии воды. Но среди нас нет ведьмы, обладающей столь могущественным даром. Поэтому, Мира, Эльза и Люси единственные, кто способен прекратить войну. Конфликт взглядов произошел из-за магии, следственно, если убрать причину, иссякнет и конфликт. Я по картам могу видеть будущее, и я видела, что случится с нашей страной и Европой, если магию не уничтожить. Думаю, только так можно объяснить, почему сейчас магия существует, а через четыреста лет люди и верить-то в нее не будут. Однако, как уничтожить магию, никто не знает. – Закончила Кана, и подняла взгляд на Жерара. Фернандес, уже слышавший эту историю за ужином, внимательно посмотрел на Кану.

- Я уже слышал эту историю, вы же сами мне ее рассказали за ужином. Только это не объясняет того, что случилось с Эльзой. – Пристальный взгляд прожигал в Кане дыру насквозь.

- Да, как раз об этом я и хотела поговорить. Видишь ли, Нацу, Гажил и Лексас адекватно восприняли эту историю, которая, для тебя, возможно, похожа на бред. Мы… – Кана запнулась, но продолжила уже более твердо – я. Я боялась, что ты можешь не понять. Можешь отправить нас всех на костер, как эти чертовы фанатики из инквизиции. Поэтому я подумала, что от тебя необходимо избавиться. Одним инквизитором больше, другим меньше, какая разница? Так я думала. Однако, Лексас и мастер Макаров настояли на том, что это не гуманно, неправильно, отвратительно. Поэтому я решила пойти на компромисс. Дать тебе бокал отравленного вина, яд в котором должен был подействовать через три часа. За это время ты бы уж точно принял бы решение. И, в зависимости от этого решения, я бы дала тебе противоядие, или же не дала. Все согласились со мной, хоть и с трудом. Макаров, Лексас и Гажил с Нацу надеялись на твою лояльность. Однако, я не поверила, что ты можешь понять нас. Поэтому, никому не сказав, я увеличила дозу яда. Он должен был подействовать через полчаса, с учетом того, что ты мужчина. И я дала кубок отравленного вина Эльзе для тебя. Она ведь села рядом с тобой. Однако Эльза, видимо, заменила твой кубок с отравленным вином, на свой. Ну, и Эльза ведь женщина, ее организм физически слабее твоего, поэтому яд подействовал за более короткое время. Я знаю, что поступила ужасно. И мне нет прощения, как и оправдания.

- Эта история и впрямь похожа на бред сумасшедшего, но с этим я разберусь позже. Так значит это ты отравила Эльзу, пусть и непреднамеренно. Тебе следовало бы извиниться перед ней, когда она очнется.

- Если она вообще очнется, – сухо молвил, до этого молчавший, Лексас.

- Тебя вообще не спрашивали! – Шикнула Кана, – я извинюсь. Я обязательно извинюсь! – Пообещала гадалка, – вот только не факт, что она меня простит.

- Может, стоит показать ее врачам?

- Жерар, Полюшка была в будущем. В двадцать первом веке, где медицина стоит на таком уровне, что нам и не снилось. Если уж она сказала, что у Скарлет шансов выжить сорок на шестьдесят, значит это действительно так. – Опроверг его точку зрения Лексас.

- Ты прав. Но от того, что мы бездействуем, как-то не по себе. – Хмуро сказал Жерар.

- Да уж, – согласился Лексас.

Так они и просидели на веранде еще около получаса. В полной тишине. Не о чем было разговаривать, каждый обдумывал что-то. Было слышно лишь небольшой ветерок.

Солнце спряталось. Тучи, находящиеся на довольно таки низком расстоянии от земли, что свидетельствовало о скором дожде, все хмурились. Похолодало. Ветер, что безобидно трепал распущенные каштановые волосы Каны, усилился. В небе сверкнула первая молния. А внезапный раскат грома заставил троицу съежиться и вздрогнуть, хотя никто не подал вида, что на мгновение испугался.

Кана, Лексас и Жерар продолжали пить чай, не покидая веранду. Не хотелось разрушать обстановку.

Вот, с неба сорвались первые дождевые капли. С каждой минутой капли падали все быстрее и быстрее, увеличиваясь и в числе. За несколько минут дождик из мелкого моросящего превратился в настоящий ливень.

Мокрые капли, гонимые ветром, ударялись и о край стола, за которым сидели троя молодых людей. Однако даже это не заставило их шелохнуться.

Вода попала Кане на платье и волосы, на что она лишь поежилась от холода и неожиданности и отодвинулась поближе к Лексасу, что сидел рядом с ней. Жерар устремил свой взгляд на стену воды, создаваемой дождем.

И вновь тишина, нарушаемая лишь звуками воды, ударяющейся о траву и листья деревьев.

- Кана! Лексас! Жерар! – Тишина была так внезапно прервана звонким голосом, что все троя слегка вздрогнули от неожиданности и устремили свои взоры на, буквально влетевшую на веранду, Лисанну. Из-за дождя и непонимания ситуации, никто не заметил, что глаза девчонки были заплаканы, а по щекам до сих пор текли слезы, – Эльза, – молвила Лисанна, от чего ее голос дрогнул, а слезы брызнули из глаз, – Эльза… – вновь повторила она, содрогаясь в рыданиях, что заставило напрячься Жерара, Лексаса и, в первую очередь, Кану, – умерла, – шепотом произнесла Штраус младшая и зарыдала в голос.

Жерар сорвался с места и вбежал в здание, Лексас впал в ступор, Лисанна рухнула на колени, продолжая рыдать не прекращая, а Кана… а сердце Каны пропустило удар. С пониманием того, что она натворила, пришли и слезы, так внезапно накатившие на глаза.

Кана впервые осознала, что совершила страшный, непростительный поступок.

Убийство. Такое, казалось бы простое, что на словах страшно не было, но чувства противоречили прошлым ее словам.

Убийство невиновного. Пусть и непреднамеренное, а все же убийство.

Убийство. Грех перед Богом, и перед самой собой.

Подкатившая к горлу ком заставил ее рефлекторно взглотнуть.

Осознание того, что она – убийца, никак не укладывалось в голове, эта мысль заставляла ее трепетать от ужаса и отчаяния, что ничего уже нельзя вернуть.

В этот момент Кана осознала, каким чудовищем она является.

И переступить через это у нее не получится.

Никогда.

Истошный крик вырвался из ее горла.

Истерика и ужас охватили с ног до головы.

Комментарий к Глава 20. «Все тайное рано или поздно становится явным» Простите меня за совершенно ненужные, на мой взгляд, описания воспоминаний Эльзы, просто что-то захотелось.

Вот образы Эльзы и Люси на выпускной. Не зря же я потратила кучу времени на их поиски и создание.

Прическа Эльзы: https://pp.vk.me/c625122/v625122341/45a7/8WkH0boiWB8.jpg

Прическа и макияж Люси: https://pp.vk.me/c625122/v625122341/458a/2jJHsktgIS0.jpg

Платье Эльзы + макияж, с одним лишь исключением – у Эльзы губы были накрашены красным блеском: https://pp.vk.me/c625122/v625122341/45a0/xnB68azeQJw.jpg

Платье Люси: https://pp.vk.me/c625122/v625122341/4599/gqNzZAFvmWM.jpg

Как и обещала, глава вышла довольно таки быстро, на мой взгляд. В эти выходные там, где я живу, будут отмечать день города. Так что эта глава – мой вам подарок в честь этого праздника)))

====== Глава 21 ======

После принесенного Лисанной известия о смерти Эльзы, все дальнейшее для Каны происходило словно в тумане. Она даже не сразу поняла, что кричит. Боже, как странно и страшно звучит ее голос со стороны. Как страшно стало от осознания, что она убила невиновного человека. Как странно. Почему раньше лишить жизни человека казалось так просто, так... Легко. А сейчас. Одна мысль о том, что она, Кана, стала убийцей, устрашала. Заставляла сердце стучать с бешеной силой в груди. Тяготила.

Кана не сразу поняла, почувствовала, что кто-то трясёт ее за плечи. Так почему же стало так тяжко, мерзко и страшно от осознания того, что она убила человека? Жерара ведь она была готова убить не задумываясь, а пострадала Эльза. Так может плохо от того, что она убила именно знакомого невиновного человека? Ведь если умер бы Жерар, ей бы не было так отвратительно плохо. Так справедливо ли утверждение, что лишить жизни может только жестокий, лишенный всякого морального воспитания, всякой морали, человек, или сумасшедший? Возможно, но не совсем. Решительности Кане было не занимать, это правда, вот только она испарилась куда-то. Наверное, лишить незнакомого, но виновного на твой взгляд, человека жизни намного проще, чем знакомого и невиновного. Но это не меняет того факта, что вы стали убийцей. Тем, кого Кана презирала. Ведь какой-то ублюдок просто так забрал жизнь у матери Каны. А теперь она сама стала такой же. Но Жерар ведь жестокий инквизитор. Он не щадил никого, на сколько она знала. Хотя, у него ведь тоже, наверное, есть семья, которая принимает его таким, какой он есть. И тут вмешивается какая-то Кана. Получается, она ничуть не лучше того жалкого убийцы ее матери. И от того, что она уподобилась этому ужасному человеку, Кане стало еще хуже. Ведь у Эльзы, которая спасла Жерара, была мать, пусть и в далеком двадцать первом веке, была подруга, которая любила ее. Господи, Кана только сейчас поняла, кем она стала.

- Кана, перестань. Кана! – Громкий, немного рычащий голос Лексаса, раздался где-то рядом с ней.

- Альберона, хватит!

- Я, – дрожащим голосом вымолвила, сидя на коленях на веранде, – я... – Голос вновь сорвался на рыдания.

- Что?! Что ты?! Убила невиновного человека?! Да! Да, это так! Идея уже не кажется такой правильной, как прежде? Или Эльза чем-то отличается от Жерара?! Зачем ты подлила большую дозу яда в бокал? Мы договаривались на пару капель, которые подействуют медленно, а ты решила убить его по собственной воле, никому ничего не сказав! И ты, конечно, не ожидала, что яд может выпить Эльза, готовая умереть ради такого жестокого человека, как Жерар. Чего же ты плачешь?! Подумаешь, жизнь. Жерар, Эльза, какая разница? – Он силой заставил ее встать с колен.

- Перестань, – взмолилась она дрожащим голосом.

- А что, перестань? Из-за твоих амбиций пострадал человек. Нет, умер человек! – Лексас силой развернул ее к себе, но Кана не поднимая головы, продолжала плакать.

- Хватит! – Крикнула она, – разница есть, – тихо добавила. – И большая.

- Да ну? И какая же?

- Эльза. Она… она никогда никого не убивала. А Жерар…

- Жерар. Да, он отправлял людей на смерть, я не спорю с этим. Да, он присутствовал на ужасающих пытках людей в тюрьмах Святой Инквизиции, да, он жесток. Но не тебе решать, как распоряжаться его жизнью! Ты – не Господь Бог!

- А вы значит да?! Вы можете убивать, а я нет? Да если бы он умер, в мире на одного жестокого ублюдка стало бы меньше, и… – она не успела договорить, как звонкая пощечина настигла ее лицо. Щека пылала. Кана понимала, что Лексас несильно ударил ее, но от этого легче не становилось.

- Мы не убиваем людей, мы отправляем их на суд.

- Хах, это так называется?

- Альберона… – Голос приобрел нотки стали и злости.

- Лексас, – прошептала она, чувствуя, как пол уходит из-под ног. Только его руки удерживали ее от падения. Ее шепот разом остудил его пыл. Лексас всегда удивлялся, как девчонкам удается играть на эмоциях мужчин. Секунду назад ты был на нее зол, а теперь она плачется у тебя на плече, и вся злость мигом куда-то испарилась. – Убей меня, – прошептала Кана, смотря ему прямо в глаза.

Смысл сказанных только что дошел до него не сразу, а как только он понял, о чем попросила его эта девушка…

- Ты с ума сошла?!

- Я виновата, – сквозь слезы выдавила из себя Кана.

- Виновата. Но своей смертью ты ничего не изменишь. Идем, может Лисанна что-то не так поняла, и Эльза на самом деле жива. – Лексас понимал всю абсурдность его предположения, но оно было сказано лишь в утешение Кане, которая продолжала сотрясаться в рыданиях. – Пойдем, – спокойно произнес он, придерживая Кану за талию и подталкивая ее тем самым к двери. Девушка неуверенно зашагала в нужном направлении.

Коридор был пугающе пуст. Лишь тихие всхлипы темноволосой девушки нарушали тишину. Кане было страшно. Очень страшно. Где-то на задворках сознания она понимала, что Лисанна все правильно услышала, и Эльза действительно была мертва, но продолжала верить в слова Лексаса. Надеяться, что все будет хорошо.

В комнате на первом этаже было тихо. Присутствующие, в лице Гажила и Леви молчали. МакГарден сидела около окна, время от времени поглядывая на укрытую одеялом девушку, мирно лежащую на кровати. Гажил о чем-то думал, сидя на стуле, опустив взгляд в пол.

Леви не решалась начать разговор. Да и с чего начинать? «Привет, сегодня чудный день, за исключением лишь того, что на месте Эльзы должен был быть Жерар, вот не задача, правда?» Бред какой-то. Леви бросила еще один взгляд на Эльзу. Она, казалось, стала еще бледнее. Мертвенно-бледной. Кожа, как показалось на первый взгляд, посинела. Подойдя к ней, Леви дрожащей рукой хотела дотронуться до шеи, проверить пульс, гоня плохие мысли прочь, как дверь бесцеремонно распахнулась.

- Отойди от нее, – приказным тоном заявила Полюшка, подходя к Эльзе. Макаров встал у дверного косяка и окинул взглядом, в котором читалось «уходите», Леви и Гажила. МакГарден все поняла без слов и вышла из комнаты. Гажил, посмотрев на мастера, тоже удалился.

- Пусть позовут Лисанну и Кинану. – Заявила Полюшка, прощупав пульс и осмотрев Эльзу.

Через какое-то время в комнату вошли две девушки. Лисанна, увидев накрытое обездвиженное тело Эльзы, ахнула, прикрыв рот ладонью.

- Лисанна, сообщи всем в этой гостинице, что Эльза мертва. Всем, кроме Люси и Нацу.

- Мертва? Как? Она же… Вы же…

- Быстро!

- Н-но я не понимаю, почему Люси и Нацу…

- Хочешь, чтоб Хартфалию инфаркт хватил?!

- Нет! – Воскликнула Лисанна.

- Нацу находится сейчас с ней, как интересно ты сообщишь ему эту новость так, чтобы Люси не узнала? Никак. Потом им скажем. Иди. – Приказала Полюшка и под ее взглядом, Лисанна выбежала вся в слезах их комнаты.

- Кинана, – уже спокойнее сказала Полюшка, откидывая одеяло с бледного лица Эльзы, – иди к Люси и Нацу и скажи им, что…

Подойдя к комнате на первом этаже, где находилась Эльза, Кана и Лексас остановились. Все стояли у этой комнаты. И практически все плакали. Не было только Люси и Нацу. И Жерара. Но Лексас предположил, что он внутри, вместе с Полюшкой и мастером. Возможно, Люси с Нацу тоже были внутри.

Лексас было хотел толкнуть дверь, чтобы войти в комнату, но тихий голос Миры его остановил:

- Туда нельзя. Мастер сказал не входить, – утирая слезы, говорила она.

- Жерар там? – Поинтересовался Лексас. Мира кивнула. На вопросительный взгляд Лексаса, ответил Гажил:

- Он не спрашивал разрешения, просто ворвался туда, и все. Но, если его до сих пор не выгнали оттуда, значит, он там нужен. – Гажил был на удивление спокойным. Может, в этом была виновата Леви, которая тихо плакала возле него.

- А Люси и Нацу?

- Они не спускались. Если Лисанне хватило ума не говорить Люси о смерти ее подруги, то Хартфалия не догадывается о случившемся, поэтому ее тут нет. А если не хватило, то, скорей всего, у нее истерика, и Драгнил не выпускает ее из комнаты.

- Деда ничего не говорил по поводу нас? Нам тоже нельзя входить?

- Не знаю, никто ничего по поводу вас не говорил.

- А ты чего рыдаешь, Кана? Тебе же вроде как было плевать! – Заплакала Лисанна, вырываясь из объятий сестры.

- Лисанна! – Одернула сестру Мира.

- Информация по поводу смерти Эльзы точная? – Спросил Лексас, обращаясь ко всем.

- Полюшка так сказала, – ответила Штраус-младшая, вновь утыкаясь в плечо сестре.

Лексас на это промолчал, продолжая прижимать к себе дрожащую от слез Кану. Дрейар младший постучал в дверь и приоткрыл ее, заглядывая в комнату.

- Деда, можно? – Спросил он.

- Входи, и Кану с собой прихвати, – ответил Макаров, сидя на стуле у окна.

Лексас вместе с Каной вошли в комнату, закрыв за собой дверь. Кана обвела заплаканными глазами комнату, пока не наткнулась на Эльзу. Однако увидеть ее полностью не давал Жерар, сидящий радом с ней, и загораживающий вид.

- Кана, – подала голос Полюшка. Альберона тут же перевела взгляд с аловолосой девушки на женщину, сидящую на другой кровати, – ты осознаешь то, что ты натворила? – Строго спросила Полюшка, – осознаешь, что из-за твоих амбиций человек умер?

- Простите, – Тихо сказала Кана, упав на колени. Слезы с неистовой силой покатились из глаз, плечи сотрясались от рыданий. Лексас остался стоять, смотря на темноволосую девушку.

- Тебе не передо мной извиняться нужно.

- Неужели нельзя ничего сделать? – Дрожащим голосом, захлебываясь собственными слезами, спросила Кана, подняв красные глаза на Полюшку. Кана напоминала сейчас бедную осужденную жалкую воровку, которая предстала перед неприступной грозной судьей.

- А что можно сделать с человеком, который принял большую, смертельную для его организма, дозу яда? – Полюшка выглядела слишком сурово. Кане казалось, что лишь Лексас отнесся к ней как-то по-особенному. Снисходительно. Хотя, может ей это только показалось? Ведь сейчас он стоял и смотрел на нее с презрением. Она не видела, но чувствовала этот прожигающий спину взгляд.

- Она… – Язык заплетался, губы дрожали. Кане понадобилось все свое самообладание, чтобы сдержать слезы и выговорить из себя окончание фразы – умерла? – Посмотрев в холодные глаза Полюшки, Кана почувствовала, как из ее глаз вновь потекли слезы. Она опустила голову, не сразу понимая, что начинает сотрясаться в рыданиях – простите, – вырвалось у нее сквозь поток слез, дрожащим, срывающимся голосом. Комната наполнилась звуками горьких рыданий. Кана повторяла это слово, как мантру.

- Жалкое зрелище, – перебила ее Полюшка, вставая с места. Женщина презрительным уничтожающим взглядом окинула девушку, что сжалась на коленях перед ней, и опустилась к Кане. Схватив ее за подбородок и силой заставив смотреть в глаза, Полюшка тихим, но стальным голосом спросила:

- Я надеюсь, теперь до тебя дошло, что ты – просто амбициозная, жалкая, эгоистичная, избалованная девчонка? В сущности… никто.

- Д-да, – запнувшись, так же тихо, но подавлено ответила Кана.

- И что из-за тебя, тебя – избалованной девки, что идет на поводу у своих амбиций и руководствуется своим эгоцентризмом, пострадал человек. Это до тебя дошло?

- Д-да, – так же, запинаясь, проглатывая слезы, ответила Кана.

- Рада, что ты это поняла, – улыбнувшись какой-то недо ухмылкой, тихо, на ушко, сказала ей Полюшка, после чего гордо поднялась, оставляя Кану все так же плакать на полу.

- Думаю, ты усвоила урок, – Ухмыльнулась Полюшка, подходя к кровати Эльзы.

- Какой еще урок? – Нахмурился Лексас. Кана подняла глаза на Полюшку. Она уже было открыла рот, чтобы что-то сказать, как в комнате раздалось тихое покашливание. Лексас и Кана, которые не могли видеть тело Эльзы, так как Жерар, сидящий на ее кровати, заслонял им вид, обернулись на звук, который как раз раздался со стороны кровати Эльзы.

- Эльза, может воды, – спросил Жерар, казалось бы, не обращая внимание ни на кого из присутствующих, кроме Скарлет. Услышанное имя повергло Кану в шок. И Лексаса тоже.

- Эльза жива? – Удивленно спросил Лексас.

- Жива, куда она денется, – тихо ответил Макаров.

В это время Эльза, услышав голос Жерара, распахнула свои карие глаза и попыталась ответить, но, поняв, что из горла вырывается лишь какой-то хрип, просто закивала головой. Жерар тут же приподнял ее и поднес к ее губам стакан, доверху наполненный водой. Эльза начала жадно глотать воду, пока не выпила почти весь стакан. Вода даже потекла у нее по подбородку, скатилась на шею, но Жерар быстро вытер капли воды с ее кожи белым полотенцем. Поставив почти пустой стакан на тумбочку возле кровати, Жерар аккуратно опустил ее вновь на кровать.

- Ч-что произошло? – Прохрипела Эльза. Ее голос был неузнаваем. Один лишь хрип, который дался-то ей с трудом.

- А ты не помнишь? – Удивился он.

- Н… нет, – Эльза покачала головой в разные стороны, что тут же отозвалось болью в висках, – п-помню, я про Кану спрашиваю? Она плачет. – Даже хрип давался ей с трудом, поэтому Жерар счел нужным лаконично соврать ей, чтобы не утруждать ее вновь надрываться, для того чтобы выдавить из себя хоть слово.

- Ничего. Все хорошо. Спи. – Улыбнулся Жерар, – Кана просто вазу разбила. Не ту, которую нужно было разбить, – оборачиваясь, сказал он презрительным тоном, смотря на брюнетку, которая медленно осмысливала происходящее. – Но, к счастью, все обошлось. – Тепло улыбнулся он Эльзе, вновь повернувшись к ней. Эльза слегка улыбнулась и закрыла глаза.

- Так она жива, – ахнула Кана.

- Как видишь, – ответила Полюшка, – если ты действительно усвоила урок, то больше не пойдешь на поводу у своих амбиций. А теперь уходи. Не мешай Эльзе отдыхать. – Окинув взглядом и Лексаса, поднявшего Кану с колен, она продолжила, – оба уходите.

- Это жестоко. – Сказал Лексас.

- Да неужели? А по-моему правильно. Чего бы мы добились, просто поговорив с ней? Понимания?! Думаешь, эта девчонка бы все поняла с простых слов? Нет. Она и дальше бы продолжала идти на поводу амбиций и своего эгоизма! – Так же сурово ответила Полюшка, – А теперь вон отсюда! – Гаркнула она, отворачиваясь к окну.

- Я понимаю, что вы хотели преподать ей урок, и в том, что словами до нее вряд ли бы дошло, вы, возможно, правы, но Кана заставила страдать Эльзу физически. Вы же подвергли Кану психологическим пыткам. С моей точки зрения, это жестоко.

- Возможно. Но ей нужно было научиться видеть дальше своего носа. Я же любезно предоставила ей такую возможность. – Отпив немного вина из бокала, закончила разговор Полюшка. – А теперь, – глотнув еще красного вина, она продолжила, – что именно, во фразе «пошли вон отсюда» не понятно? – Правая бровь женщины приподнялась, всем видом выдавая насмешливый вопрос.

Лексас подхватил Кану под руку, и вывел все еще находившуюся в смятении девушку из комнаты.

Он и сам не понимал, что им двигало. Наверное, он просто не переносил женские слезы. Поэтому жалкий вид этой дерзкой девушки, аристократки, как ему сказала Мира, вызвал у него сострадание. Чувство, которое практически не посещало ее. Сострадание. Жалость. Последнее, кстати, вообще было впервые. А еще какое-то желание защитить. Обнять, оберегать. Нет. Вот с последним он уж точно перебрал. Но, почему-то, эта девушка вызывала в нем именно такие противоречивые чувства. Странно, правда?

Комментарий к Глава 21